Всего новостей: 2132090, выбрано 2510 за 0.105 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
США. Украина > Агропром > zol.ru, 23 июня 2017 > № 2218773

Monsanto в 2018 г планирует запустить семенной завод в Житомирской области

Завод по доработке семян кукурузы компании Monsanto, одного из крупнейших в мире производителей семян, может быть запущен в августе 2018 года, сообщается на сайте Житомирской обладминистрации.

"В Житомирской области в 2018 году откроется новый семенной завод, который будет производить высококачественные семена кукурузы. Завод будет лучшим, чем аналогичный в США - сортировочная линия будет делить кукурузу на пять фракций", - отмечено в сообщении.

Семенной завод будет располагаться в селе Почуйки Попильнянского района. Его строительство началось в 2014 году.

Согласно сообщению, завод строится с соблюдением всех экологических норм на базе уже существующего семенного завода.

США. Украина > Агропром > zol.ru, 23 июня 2017 > № 2218773


Россия. США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 июня 2017 > № 2218514 Марина Сурыгина

Эра «Карточного домика»: как онлайн-кинотеатры завоевывают сердца и умы зрителей

Марина Сурыгина

генеральный директор компании Tvzavr

Что движет онлайн-кинотеатрами в разработке оригинального контента и каковы перспективы данного направления на международном и российском рынках?

В мае 2017 года прошел знаменитый кинофестиваль в Каннах. Помимо насыщенной программы, в рамках которой были показаны лучшие фильмы со всего мира, фестиваль был отмечен знаменательным событием — в нем впервые принял участие стриминговый сервис, а именно Netflix. Компания показала два своих фильма, а вслед за этим получила запрет на участие в 2018 году: теперь в этом конкурсе могут участвовать только фильмы, выходящие в обычных кинотеатрах.

Несколькими месяцами ранее Netflix, вместе со своим конкурентом Amazon, получили четыре «Оскара» на двоих. Первые полосы газет называли это событие «историческим» и отмечали начало новой эры в производстве контента — эры стриминговых сервисов. Что же движет онлайн-кинотеатрами в разработке оригинального контента и каковы перспективы данного направления на международном и российском рынках?

Бизнес онлайн-кинотеатров на глобальном рынке набирает обороты. В 2017 году, по данным Statista, ожидается увеличение доходов онлайн-видеосервисов по платной модели до $17 млрд. А Boston Consulting Group оценил всю индустрию таких сервисов (с учетом всех моделей монетизации) в $25 млрд в 2016 году, с ежегодным ростом на 20%! При этом половина доходов индустрии приходится на пять игроков отрасли — YouTube, Facebook, Amazon, Netflix и Hulu. Оставляя за скобками первых двух игроков (в силу их специализации на контенте, созданном пользователями), хотелось бы рассмотреть роль контента в бизнесе в первой тройке глобальных стриминговых сервисов.

Затраты на контент — один из ключевых показателей в экономике любого онлайн-кинотеатра. По мере своего развития, которое включает в себя наработку клиентской базы, выход на новые рынки и улучшения технологической составляющей, любой онлайн-кинотеатр сталкивается с необходимостью увеличения затрат на закупку контента. Достаточно взглянуть на график затрат на контент ведущих онлайн-кинотеатров за период 2012-2015 годов.

Как мы видим, затраты компаний растут по экспоненте и данные 2016 года подтверждают этот факт:

Amazon потратил около $3,2 млрд и планирует увеличить затраты до $4,5 млрд

Netlfix — $5 млрд , с планами по увеличению суммы до $6 млрд

Hulu — около $2 млрд, при этом в планах у компании – догнать Amazon, и выйти на уровень $4 млрд

При этом, складывается ситуация, при которой онлайн-кинотеатры тратят на контент больше средств, чем мейджоры.

Производство контента как часть бизнес-стратегии

Инвестируя в закупку и производство контента онлайн-кинотеатры решают различные бизнес-задачи, среди которых:

Привлечение и дифференциация аудитории

Пересечение аудитории характерно для всех онлайн-кинотеатров, как на глобальном, так и на локальном уровнях. Так, например, согласно исследованию , около 50% подписчиков также подписаны на . При этом стоимость подписок у разных сервисов примерно одинакова (что в общих чертах характерно и для России), и в этих условиях основным дифференциатором становится контент. Так, например, по данным компании 3Vision, более 50% руководителей из сферы производства, дистрибуции и передачи контента отмечают высокую важность оригинального производства. А результаты глобального исследования потребителей подтверждает важность оригинального контента при выборе -сервиса.

Выход на локальные рынки

Последовательный процесс развития международного присутствия требует от онлайн-кинотеатров более ответственного подхода к выбору контента для локальной аудитории. Один из главных трендов сейчас – производство контента для локальной аудитории, что способствует укреплению локального бренда компаний. Так, например, произошло в Испании – одном из самых сложных рынков для в Европе. В то время как сделал ставку на снижение цены, выпустил сериал, ориентированный на испаноговорящую аудиторию (Las chicas del cable; Телефонистки). В результате, сервис преодолел отметку в 200 тысяч платных подписчиков и планирует увеличить свое распространение до каждого третьего домохозяйства в стране. По данным аналитиков из компании ZenithMedia, именно производство локализованного контента является сильной стороной на испанском рынке. Еще более показательным является пример Индии – благодаря ориентации на локальный контент, смог увеличить количество подписчиков до 9,5 миллионов за полгода, в 2,5 раза больше чем , который запустился в стране намного раньше. Осознав свою ошибку, компания заявила о инвестициях в размере 300 млн в производство локального контента для привлечения локальной аудитории!

В то же время, для оценки эффективности контентной политики OTT-сервисов используется такой показатель как количество просмотренных часов на каждый доллар, затраченный на производство. Так, например, банк UBS подсчитал, что среди американских игроков показатель эффективности составляет от 3,9 часов (Hulu) до 12 часов (Netflix).

В чем же секрет успеха в производстве и дистрибуции оригинального контента глобальных игроков?

Использование аналитики

Количество времени, которые зрители тратят на просмотр контента онлайн-кинотеатров исчисляется миллионами и миллиардами часов (Hulu — 700 миллионов часов в 2016 году, Netflix– 45 млрд часов в 2015 году). В связи с этим, онлайн-кинотеатры имеют огромный объем разнообразной информации о своих пользователях, начиная от их пола и возраста, и заканчивая тем, сколько секунд длятся паузы во время просмотра фильмов. Опираясь на эту информацию онлайн-кинотеатры определяют любимые жанры, актерский состав, тематику, и даже то, в какой период времени популярен тот или иной контент.

Например, перед тем, как приступить к производству сериала «Карточный домик», располагал следующей информацией:

Большинство зрителей посмотрели фильм «Социальная сеть» Дэвида Финчера от начала и до конца

Британская версия «Карточного домика» собрала большое количество просмотров

Зрители, посмотревшие «Карточный домик» также посмотрели фильмы с Кевином Спейси и/или фильмы Дэвида Финчера

Опираясь на эти три фактора, компания смогла создать контент, который завоевал «сердца и умы» аудитории — согласно исследованию, 86% подписчиков сообщили, что скорее всего не откажутся от сервиса из-за «Карточного домика» (правда при условии сохранения стоимости подписки на том же уровне).

Развитие способов продвижения

Даже при условии создания контента высокого качества с участием лучших актеров, остается риск того, что контент будет не востребован аудиторией либо станет «нишевым». В связи с этим, перед онлайн-кинотеатрами встает задача эффективного продвижения своей продукции, которую они успешно выполняют. Уже упоминаемый нами «Карточный домик» получил уникальную модель продвижения. Для этого Netflix создал 10 разных трейлеров, каждый из которых был ориентирован на собственную целевую аудиторию — фанатов Дэвида Финчера, фанатов Кевина Спейси и т.д. Результат превзошел все ожидания — 2 миллиона новых пользователей за 1 квартал.

Помимо этого, онлайн кинотеатры активно развивают рекомендательные сервисы. Так, например, 75% времени просмотра сервиса сгенерировано внутренней системой рекомендаций. Более того, 35% продаж получает за счет рекомендаций. А отчитался о том, что внутренняя система рекомендации позволяет сервису экономить $1 млрд в год.

Возможности российских игроков

К большому сожалению, игроки российского рынка пока слабо вовлечены в производство контента — например, Ivi объявлял о запуске собственного мультфильма, а Megogo занимался финансированием нового сезона популярного мультфильма «Казаки». Сейчас это самые яркие примеры производства контента российскими онлайн-кинотеатрами.

Одним из барьеров на пути развития направления производства контента является отсутствие достаточных средств. В целом, российские игроки не раскрывают данные о затратах на контент – по нашим оценкам, они составляют 30-40% от выручки. Таким образом, ориентируясь на финансовые результаты компаний за 2016 год, можно сделать вывод о затратах в диапазоне от 110 до 840 млн рублей для разных онлайн-кинотеатров, или от $1,8 до $14,4 млн. Эти цифры, безусловно, сложно сопоставить с показателями глобальных игроков, которые в среднем затрачивают около $4 млн на один эпизод сериала.

Также сказывается отсутствие наработанных моделей монетизации, отвечающих реалиям российского рынка. Проблема монетизации усугубляется ситуацией с пиратством и защитой контента – так, например, при запуске контента собственного производства по подписной модели существует риск его быстрого попадания в библиотеки пиратских фильмов.

Вместе с тем, на российском рынке намечаются определенные перемены, которые могут стать предпосылками для более активного участия российских игроков в производстве контента.

Во-первых, происходит последовательный отток аудитории крупных федеральных телеканалов, вызванный фрагментацией аудитории, к нишевым и неэфирным каналам. На первый план выходят такие факторы как отношения с пользователями, умение отслеживать их предпочтения и предлагать интересный контент. Российские онлайн-кинотеатры накопили данные о миллионах часов просмотренного контента, и могут монетизировать эти данные, создавая контент на основе анализа имеющейся информации.

Во-вторых, сокращается время телесмотрения поколений Z (15-20 лет) и Y (21-34 года), и именно эта аудитория наиболее расположена к миграции на ОТТ-сервисы. Создавая контент, ориентированный на представителей этих поколений, онлайн-кинотеатры способны выстроить долгосрочные отношения и обеспечить лояльность аудитории на несколько лет вперед.

Третий фактор, в отличие от предыдущих, опирается на производство контента для телеканалов и развитие сотрудничества с ними. Так, например, данные исследования KVG Research показывают, что производство контента для российских телеканалов выросло на 22% в 2016 году. Следуя данной тенденции, в мае 2017 года Tvzavr запустил совместный проект с продюсером Сэмом Клебановым – серию программ о кино, бизнесе и путешествиях. Эксклюзивные права на показ первого цикла «Каннские дневники» приобрел телеканал «Че». За неполный месяц трансляции программа привлекла внимание иностранных компаний — в частности, контентом Tvzavr заинтересовались телеканалы из Казахстана, Израиля и Балтии. Пример российского рынка показывает, что развивать производство контента в России возможно даже без привлечения сторонних инвестиций — подобный контент может быть интересен федеральным каналам и перспективы данного направления не переоценены

Россия. США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 июня 2017 > № 2218514 Марина Сурыгина


США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 22 июня 2017 > № 2218457 Арег Галстян

Миллиардеры-лоббисты: кто стоит за этническими лобби в США

Арег Галстян

американист

Вопреки стереотипам, национальные диаспоры далеко не всегда отстаивают политику своей исторической родины

Недавно сенатский комитет по этике опубликовал отчеты, в которых отражена активность различных лоббистских структур в Америке. Особое внимание уделено деятельности этнолоббистских организаций, которые традиционно играют важную роль в процессе выработки и принятия внутри- и внешнеполитических решений.

Американская нация изначально формировалась под влиянием концепции англоконформизма: британское происхождение, белый цвет кожи и протестантская вера. Последующие волны иммиграции из разных частей мира привели к размыванию этих элементов, и англоконформизм уступил место плавильному котлу, в котором и сформировалась нынешняя американская политическая нация. Несмотря на то что все американцы объединены обязательствами, прописанными в Конституции, каждая этническая группа, будучи элементом нации, продолжает сохранять и укреплять собственную идентичность. В целом этнический лоббизм представляет собой не просто политический феномен. По сути, он олицетворяет американскую систему демократии в действии.

На сегодняшний день в Америке действуют два типа этнолоббистских групп. Первая группа представлена организациями, ориентированными на внутреннюю политику: индейцы (лобби «коренных народов»), пуэрториканцы и мексиканцы. Вторая группа – это крупные и влиятельные организации, стремящиеся влиять на внешнюю политику страны. Традиционно наиболее сильное воздействие оказывают ирландцы, кубинцы, израильтяне, поляки, греки и армяне. Основными критериями влияния являются следующие показатели: финансовая обеспеченность, крупные электоральные группы, присутствие в региональной и федеральной политике, а также наличие тесных контактов со страной происхождения. Важно подчеркнуть, что сами этнические группы влияния можно условно подразделить на две категории. Первая — это те, кто лоббируют интересы исторической родины, независимо от ее внутренних особенностей (форма правления, режим, уровень свободы и т.д.). Представители второй категории ориентированы на лоббирование смены политических режимов в странах происхождения.

Ирландцев можно считать наиболее влиятельной этнической группой в Америке. За последние сто лет они прошли путь от дискриминируемого католического меньшинства до вершин американского общественно-политического Олимпа. Финансовыми донорами ирландского лобби на протяжении длительного времени выступают такие влиятельные кланы, как Кеннеди, Морганы, О’Брайены, Уолтоны и Томсоны. Кеннеди, обладая существенными финансовыми возможностями, оказали помощь в борьбе за независимость Ирландии и сформировали один из самых мощных политических кланов в американской истории. Достаточно сказать, что единственным президентом США католического вероисповедования был Джон Кеннеди. С тех пор эта ирландская семья, став одним из ключевых факторов Демократической партии, помогла взрастить политиков такого калибра, как Билл Клинтон – 42-й президент США, Джозеф Байден — экс вице-президент США и Джон Керри – бывший госсекретарь США.

Наиболее видными представителями ирландской диаспоральной финансовой элиты являются Робсон Уолтон — владелец сети супермаркетов Wal-Mart и Дэвид Томсон — владелец и руководитель медиакомпании Thomson Reuters. Политические и финансовые возможности позволяют ирландским лоббистским организациям влиять на настроение крупных электоральных групп по всей стране. В Массачусетсе ирландцы составляют 22,8% от всего населения, в Монтане, Айове, Пенсильвании, Вермонте и Род-Айленде цифры колеблются от 17% до 19%, а в Нью-Йорке, Делавэре, Вашингтоне, Иллинойсе, Индиане и Арканзасе свое ирландское происхождение отмечают более 16% населения. Многие эксперты считают, что подобное избыточное влияние представителей ирландского этноса придало Ирландии негласный статус привилегированного союзника Соединенных Штатов. Более того, сегодня ирландцы, уверенные в завтрашнем дне своей исторической родины, выполняют роль лобби-исполнителей для других этнических групп влияния.

За последние 20 лет заметно укрепились позиции кубинского лобби. По данным за 2015 год, в Америке проживает всего лишь 2 млн этнических кубинцев, что составляет всего лишь 0,66% от всего населения. Несмотря на относительную малочисленность (по сравнению с мексиканцами), именно за кубинцами закрепился статус латиноамериканской элиты в США. В отличие от других испаноговорящих этносов кубинцы не противопоставляют себя «белой Америке», позиционируя себя в качестве преданных граждан страны. Кубинская диаспора оказывает ключевое влияние на политические процессы в штате Флорида и имеет серьезный электоральный ресурс в Нью-Джерси и Неваде. На сегодняшний день восемь законодателей кубинского происхождения представлены в Конгрессе: пять конгрессменов в Палате представителей, а также три сенатора — Роберт Менендеc (комитет по международным делам), Марко Рубио (комитет по международным делам) и Тед Круз (комитет по вооруженным силам).

На последних президентских выборах сенаторы Рубио и Круз были в числе фаворитов Республиканской партии. На праймериз действующему президенту Дональду Трампу противостоял именно Тед Круз, набравший рекордные для латиноамериканца 25% голосов. Крупнейшим финансовым донором кубинского лобби является третий в мире по богатству человек — Джефф Безос, основатель компании Amazon и владелец издательского дома The Washington Post. Другие спонсоры представляют, как правило, крупный, средний и малый бизнес. В отличие от ирландского лобби, кубинская группа влияния выступает против политического диалога Вашингтона с Гаваной. Это связано с тем, что значительная часть американских кубинцев выступает против режима братьев Кастро. По мнению лидеров ведущих про-кубинских организаций, Америка должна устранить коммунистов и помочь в развитии демократических процессов на их исторической родине.

Израильское лобби оказывает существенное влияние на ближневосточную политику США. Ученые Джон Миршаймер и Стивен Уолт в работе «Израильское лобби и внешняя политика США» отмечают, что произраильские организации в Америке лояльны интересам Государства Израиль. Эту точку зрения поддерживает Ноам Хомский, профессор Массачусетского технологического университета, считающий, что избыточное влияние израильского лобби наносит вред национальным интересам США на Ближнем Востоке. Политическая сила этого лобби основывается на идеологической близости консервативного иудаизма и американского протестантизма. Наиболее влиятельные пасторы во время своих проповедей отмечают, что защита священной земли Израиля — это долг христианской Америки. Учитывая то, что идеи протестантизма лежат в основе идеологической базы Республиканской партии, «слоны» последовательно выступают за укрепление и расширение политического диалога США с Израилем.

Более того, Американо-Израильский комитет по общественным делам (АИКОД) пользуется финансовой поддержкой многих американских бизнесменов еврейского происхождения: владельца медиакорпорации Bloomberg и бывшего мэра Нью-Йорка Майкла Блумберга, председателя совета директоров и гендиректора крупнейшей игорной компании США Las Vegas Sands Шелдона Адельсона и сооснователя Microsoft Стивена Балмера. АИКОД оказывает особую поддержку неоконсерваторам — надпартийной элите, объединенной вокруг идеи американской исключительности. Одной из своих основных внешнеполитических задач неоконсерваторы видят в устранении угроз Израилю — главному форпосту Америки на перекрестке цивилизаций. Примечательно, что далеко не все американские евреи поддерживают деятельность израильского лобби. Значительная часть еврейской общины — приверженцы течения реформистского иудаизма — ориентирована на Демократическую партию. Например, влиятельный филантроп еврейского происхождения Джордж Сорос критикует политику Израиля и деятельность АИКОД.

В целом меняющаяся политическая конфигурация время от времени усиливает одни этнолоббистские группы и ослабляет другие. В течение десяти лет наблюдается спад активности армянского лобби, которое, обладая значительными политическими и финансовыми ресурсами, оказывало существенное влияние на американскую политику в период 1980-1990-х годов. В аналогичном кризисе находятся греческие этнолоббистские организации. При этом расширяется политическое и финансовое влияние польского лобби, которое становится серьезным фактором в процессе выработки американской политики в Европе.

США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 22 июня 2017 > № 2218457 Арег Галстян


США > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > golos-ameriki.ru, 20 июня 2017 > № 2214385

Технологические гиганты собрались в Белом доме с целью модернизировать правительство

Стив Херман

Руководители крупных корпораций Amazon, Google, IBM и Microsoft встретились в понедельник в Белом доме, чтобы разработать идеи по трансформации и модернизации правительственных услуг

Несколько компаний-тяжеловесов в сфере высоких технологий, некоторые из которых ранее выступали с критикой политики президента Дональда Трампа, в понедельник собрались в Белом доме, чтобы принять участие в мероприятиях администрации, посвященных «неделе технологий».

Руководители компаний встретились с представителями Белого дома и другими сотрудниками администрации Трампа с целью разработать идеи по трансформации и модернизации сферы правительственных услуг.

Общая рыночная стоимость 18 крупнейших корпораций, составляет более 3,5 триллионов долларов, сообщил СМИ пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер.

«Сегодня мы собрались вместе с впечатляющей группой лидеров частного сектора, чтобы найти решение некоторых серьезных проблем, с которыми столкнулась наша страна. Это существенно повлияет на жизнь многих граждан США», – сказал Джаред Кушнер – один из главных советников Белого дома.

По словам Кушнера, который приходится зятем президенту Дональду Трампу, цель встречи – «работа над модернизацией технологической инфраструктуры правительства». Он отметил, что в самом начале работы его предупреждали о возможном противостоянии переменам со стороны бюрократии, однако до сих пор Кушнер «имел совершенно противоположный опыт».

Кушнер и многие другие жалуются на проблемы, возникающие в результате использования устаревших технологий все более увеличивающимся федеральным правительством, которое продолжает работать с более 6 тысячами центров обработки данных, некоторым из которых более 50 лет.

Кушнер отметил, что министерство обороны по-прежнему использует гибкие диски в своих некоторых компьютерных системах.

«Наша цель проста: мы здесь, чтобы улучшить повседневную жизнь среднестатистического гражданина США. Это наше главное обещание, и мы его выполняем», – сказал Кушнер.

В частности, есть надежда, что благодаря этим усилиям за 10 лет удастся сэкономить триллион долларов, заявляют сотрудники администрации.

В рамках мероприятий в Белом доме в понедельник прошли рабочие встречи, посвященные предоставлению услуг гражданам, «облачным» вычислениям, аналитике, вопросам кибербезопасности, «большим данным», реформе закупок и найма подрядчиков, поиску и переподготовке талантов, государственно-частному партнерству, визам H1-B, а также тенденциям будущего, сообщили представители Белого дома.

Президент Дональд Трамп и вице-президент Майк Пенс планировали принять участие в некоторых встречах.

Среди видных представителей администрации, которые также участвуют в мероприятиях, – советник президента по вопросам национальной безопасности генерал Герберт Макмастер, советник по вопросам внутренней безопасности Том Боссерт, директор Бюджетного управления Белого дома Мик Малвэни, а также министр финансов Стивен Мнучин, министр внутренней безопаности Джон Келли и министр торговли Уилбур Росс.

Помимо главы компании Amazon Джеффа Безоса и Патрика Гелсингера из VMware, в мероприятиях приняли участие и другие компании Силиконовой долины: представитель компании Alphabet (материнская компания Google) Эрик Шмидт, гендиректор Apple Тим Кук, глава компании Intel Брайан Кшанич, глава Qualcomm Стивен Молленкопф, генеральный исполнительный директор Microsoft Сатья Наделла, Шантану Нарайен из Adobe и глава IBM Ginni Rometty.

Некоторые из присутствующих также участвовали на подобной встрече с Трампом в декабре прошлого года, еще до инаугурации.

Примечательно, что на второй встрече с главами компаний не присутствовал Илон Маск, исполнительный директор компании Tesla и SpaceX, недавно ушедший с поста внешнего экономического советника президента. Его шаг стал протестом против решения Трампа выйти из Парижского климатического соглашения.

В мае Трамп создал Американский технологический совет с целью модернизации федерального правительства. Это произошло через два месяца после того, как он подписал указ о пересмотре деятельности правительства и поставил Кушнера во главе Управления американских инноваций Белого дома.

США > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > golos-ameriki.ru, 20 июня 2017 > № 2214385


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 20 июня 2017 > № 2214367 Александр Баунов

Страна-диссидент. Что не так с глобальным бунтом России

Александр Баунов

Это вне страны Путин революционер, а внутри России – та самая элита, против которой в мире бунтуют его союзники. Факт международного диссидентства России совершенно реален. Проблема с содержанием российского бунта

Владимир Путин стал героем документального фильма Оливера Стоуна, через которого надеется провести прямую линию с американским народом. Вопрос «почему Путин» имеет столько же смысла, сколько вопрос, почему Звягинцев выбрал семью, не любящую своего ребенка, когда вокруг столько любящих. Искусство одинаково исследует правых и неправых, эллина и иудея, раба и свободного, причем неправых даже чаще. К тому же для Стоуна Путин – любящий, пытающийся любить.

Для Путина интервью Стоуну – один из способов достучаться до простых американцев, общение с которыми блокируют элиты. Версия советских времен о тружениках капиталистических стран, которые хотели бы дружить с первой страной победившего социализма, но буржуазия не пускает, перевоплотилась в своевременное представление о том, что народы Запада гораздо менее враждебны России, чем его элиты. Обе в целом верны, но обе ошибаются в измерении температуры народных чувств: народ не более дружелюбен, а более равнодушен, зато интеллигенция что тогда, что сейчас заряжена полярно: плюнет – поцелует, с одной стороны – Оливер Стоун, с другой – сенатор Маккейн.

Глобальный подпольщик

До Путина Оливер Стоун брал фильмы-интервью у Чавеса, Моралеса, Лулы да Сильвы и других левых борцов с Вашингтоном в Латинской Америке – поклонников Маркса и Кастро. Из Старого Света это кажется блажью. Из Европы многие из них выглядят безответственными антиамериканскими популистами, некоторые с диктаторскими замашками, но если взять шире, окажутся в том же ряду, что Гавел и Валенса, – борцы за демократию и национальный суверенитет против диктатур навязанных могущественным соседом.

Помещая Путина в ряд диссидентов-победителей, Стоун дарит Путину ту разновидность признания, которой тот давно ищет: вы называете меня диктатором, а я инакомыслящий, бунтарь-освободитель, просто глядеть надо шире, глаза не отводить. Настоящая мировая диктатура – это американская демократия, либеральная внутри, но авторитарная снаружи; настоящая пропаганда не RT и не иранское агентство FARS (кто читает агентство FARS), а вся совокупность англоязычных СМИ; не скромные русские деньги, крохи от которых перепадают иностранным друзьям, а всемогущие и бесконечные американские. В этих суровых условиях не так удивительно, что мятежник маскируется, хитрит, требует дисциплины в рядах, наказания предателей и соблюдения демократического централизма.

У такого взгляда на вещи есть рациональная основа: звание возмутителя спокойствия и нарушителя мирового порядка раздается вовсе не странам с максимально далекой от Америки политической системой и не тем, которые не способны поддержать у себя порядок и минимально пристойный уровень жизни населения. По первому многим противникам Запада проигрывают дружественные ему же восточные монархии и дальневосточные (а раньше и латиноамериканские) диктатуры, по второму – большинство стран Африки или даже Индия. Оно раздается тем, кто принимает важные политические решения не посоветовавшись. И особенно тем, кто сам требует, чтобы к нему ходили за советом, опасно умножая число мировых центров принятия решений.

Сам себе враг

Отторгнутый иммунитетом западной системы безопасности, не получив на Западе положительного ответа на главный русский вопрос «Ты меня уважаешь?» в виде равнодолевого участия в мировых делах, безвизового режима, снятия негласных ограничений на российские инвестиции в западную экономику, отмены ПРО и отказа расширять НАТО, Владимир Путин постепенно втянулся в бунт против мирового истеблишмента и сместился в сторону западных антиэлитистов, в которых увидел своих естественных союзников по борьбе за справедливость. Когда же мировые антиэлитарные силы начали расти и претендовать на власть, дело выглядело так, будто они поднимаются и претендуют в союзе с Путиным и чуть ли не благодаря ему.

Однако, вложившись в мировой антиэлитизм, президент Путин и сам оказался его жертвой. Это вне страны он революционер, а внутри России – та самая элита, против которой в мире бунтуют его союзники. Даже без внутриэлитного выдвижения само семнадцатилетнее нахождение у власти делает политика главой истеблишмента независимо от более или менее интенсивного хождения в народ. Чуть ли не возглавляя, с точки зрения западных интеллектуалов, борьбу с мировым истеблишментом, у себя дома он все больше испытывает такое же давление, как западные элиты. Мятежный ищет бури снаружи, а получает внутри. И вот уже Навальный выходит с молодежным антиэлитарным мятежом, и те же самые молодые оккупанты Уолл-стрит, которых ставит в пример сверстникам RT, буквально под теми же лозунгами оккупируют Тверскую.

Главный оппонент Путина в последние месяцы – образцовый антиэлитист Алексей Навальный, ускользающий, как и сам Путин, от классических парных определений «правый – левый», «интернационалист – имперец», «либерал – консерватор». Зато его «коррупция» и «коррупционеры» (несомненно, у нас многочисленные и реальные) – такой же синоним элиты и символ «несправедливой системы», как для захватчиков Уолл-стрит все себе присвоивший пресловутый один процент богачей.

Дырка от будущего

Факт международного диссидентства России совершенно реален. Америка предлагает миру монастырскую, киновитскую антиутопию: откажитесь от субъектности, совлекитесь воли, слушайтесь настоятеля и будьте счастливы. Проблема с содержанием российского бунта. В его сердцевине будто бы дует сквозняк и мерцает пустота, как за фасадом дворца на сцене классического театра нет ни комнат, ни лестниц, ни, в общем-то, жителей.

Бунт против того, чтобы не быть предметом чужого благодеяния, за право выбора – старинный и благородный сюжет. Но, как часто бывает с революциями, в нем есть «против», но неясности с «за» – тем самым «образом будущего», к которому теперь пытаются приставить специальные отделы российского правительства.

Если попробовать передать в двух словах, в чем состоит проект Путина, в том числе коллективного мирового Путина, – это остановка времени, не мгновения, а лучше всего сразу. Задержать и предотвратить наступление мира детей от трех родителей, семей из двух и более человек любого пола, гугл-линз, проецирующих изображение прямо на сетчатку, стейков, выращенных из стволовых клеток, женщин-епископов и раввинесс (стала жрица!), связи мозга со спутниковым интернетом по вай-фай, обобществленного государственного суверенитета, взаимного ланкастерского обучения и прочих более или менее вымышленных сюрпризов будущего.

Революция как консервация

В этом смысле у Путина получается действительно революционный проект. Тут нет противоречия. Современность и будущее чреваты неравенством: одни успевают сориентироваться, другие нет. Когда экономика, технологии, политика, культура начинают обгонять социальные структуры, приходят революционеры и в ответ на общественные страхи обещают оседлать норовистое будущее в пользу народа, всех возвратить в комфортное состояние справедливости и равенства. Надо вернуть старое или ворваться и захватить, присвоить, переработать новое, чтобы не оно нас, а мы его.

Любая революция сочетает прогрессивные эксперименты с консервативными результатами. Большевистская восстановила общинное землевладение и абсолютизм; маоистская в Китае и Камбодже погнала город в деревню; мексиканская 1810 года началась с недовольства запретом иезуитов и их школ; венгерская 1848 года – против попытки Габсбургов навязать равноправие венгерского дворянства с какими-то там сословиями, даешь традиционную венгерскую свободу только для дворян; польская «Солидарность», как русский Новочеркасск, вышла из бунта 1979 года против либерализации цен; левые бирманские офицеры решили, что народ будет счастлив в деревне, и на десятилетия задержали индустриализацию; иранская исламская была революцией базара против супермаркета; в советской перестройке было много тоски по Серебряному веку и проезду государя императора через Кострому; «арабская весна» опиралась на религиозные чувства, восточноевропейское движения на Запад – на националистические чувства, и то и другое – не передний край современности. Из последних революций – брекзит, избрание Трампа, стремительное возвышение Макрона в обход партий, да и всероссийский молодежный призыв Навального тоже.

В России страдают от оторванности правящей бюрократии, которая перестала надежно передавать сигналы наверх и вниз и живет для себя. А для многих американцев отрыв верхушки от народа – это увлеченность собственного истеблишмента малопонятной глобальной миссией Америки.

Мы переживаем время, когда авангард человечества ушел слишком далеко и заподозрен в предательстве. Возникло напряжение между лидерами развития и остальными, и появились политики, предлагающие способы это напряжение разрешить в пользу большинства: остановим тех, кто забежал вперед, заставим отчитываться, вернем мебель, как стояла. Этнически мотивированное присоединение территорий, которое было последней каплей в отношении к России, и оно ведь – возврат к основательной европейской старине, а запрет на него – сомнительное новшество.

Содержание российского бунта не уникально: раз нас не берут в лидеры современности – отпишемся от нее и начнем троллить. В похожих настроениях давно пребывает Иран и арабский мир, теперь к ним присоединяются Турция и Индия, Польша с Венгрией, Америка с Британией. Пусть у нас будет старая добрая Англия, кирпичные цеха и дымящие трубы, символ экономической мощи, Европа XIX века, где суверенные великие державы договариваются друг с другом. Вернем христианскую Европу, без мусульман, арабов, без поляков – кому как нравится. Россию с матерью городов русских Киевом. А внутри – вернем элиты под контроль народа.

Сопротивление и экспансия

Реакция на глобальный бунт России кажется преувеличенной. Объявлено, что Россия одновременно ведет подрывную деятельность от Филиппин до Америки, и ничего плохого в мире не происходит без нее. Со стороны это выглядит комично, у России нет таких ресурсов. Но что, если бы были? Если бы у России была самая сильная в мире армия, самая большая экономика, самые передовые технологии, полмира говорило бы на ее языке и расплачивалось бы ее валютой – держалась бы она скромнее, чем США сейчас? Требовала бы равенства и многополярного мира? Признавала бы чужую субъектность? Какие выводы об этом можно сделать из ее нынешнего поведения? И что бы она предложила миру, став сверхсильной?

В основе этих страхов лежит верная интуиция. В чем опасность локальных проектов по возвращению прошлого? Они довольно быстро перерастают в глобальные проекты. Правитель, который строит социализм на отдельно взятой территории, понимает, что нужна мировая революция. Хотя бы в каком-то критически значимом числе стран. Потому что, если он не прав, мир обгонит его и раздавит, как это и произошло.

Консервативный националист, сторонник расовой теории или носитель идей религиозного или классового превосходства заинтересован в том, чтобы идеи, при помощи которых он строит свое государство, распространились бы и на другие. Тот, кто хочет вернуть старую добрую Германию с ремесленниками вместо бездушного конвейера, Францию с ХХХ, Россию с великими государственными стройками вместо сомнительных частников, интуитивно понимает, что, вернув, они начнут отставать. Значит, чтобы не отставать, лучше завоевать весь остальной мир. Отсюда неизбежная тяга любого революционера к экспансии.

Любой мировой диссидент, глобальный революционер, особенно на ранних стадиях, всегда еще и экспансионист. Ведь если он законсервируется или провалит эксперимент на отдельной территории, другие обгонят, а проигрыш будет трудно скрыть. Даже сравнительно мирный нынешний российский бунт приводит к попыткам создать консервативный интернационал.

Противников диссидентства смущает не только сам его факт, но и неизбежность попыток экспансии (революционеру нужна революционная партия). Отсюда удивительные разговоры о том, что Россия – главный враг либерального мирового порядка, угроза, страшнее (запрещенного) ИГИЛ и прочее в этом роде. Хотя сам ИГИЛ – крайняя форма того же бунта, с той же тягой к интернационализации, так что где тут быть страшней.

Роль России как диссидента-экспансиониста, который, как всякий революционер, готов к большим рискам и неудобствам и этим силен, схвачена ее критиками верно. Лукавство этих интерпретаций на нынешнем этапе в том, что Путин, может, и был когда-то не столько главной угрозой либеральному мировому порядку, сколько лицом такого бунта. Однако сейчас эту роль перехватил президент Трамп.

Система не была готова к такому сбою в программе, когда страну, возглавляющую мировой порядок, в свою очередь возглавляет противник этого порядка. Отсюда желание подменить Трампа Путиным, чья практическая опасность всегда была ограничена скромными возможностями России, а теперь и его символическая роль подорвана чрезмерно долгим пребыванием на посту и возникшим на горизонте переходным периодом.

У парадного подъезда

«Путину нет равного по опыту среди мировых лидеров», – говорит Оливер Стоун в интервью о своем фильме. На вопрос, как Путин смотрит на Трампа, Макрона, Бориса Джонсона, я часто отвечаю: как мастер на начинающих, с высоты своего опыта. Однако долгое пребывание у власти начинает работать против образа президента-мятежника. Хорош бунтовщик, который пересидел у власти любого из королей. Вечный революционер, как и вечный студент, всегда немного оксюморон.

В действительности и революционность Путина, и диссидентство России – недоразумение. Трамп по факту рождения и гражданства – член закрытого престижного клуба, точно как и Тереза Мэй или Макрон. Он может хотеть растрясти сонное клубное царство, поднять пыльные шторы, вымыть окна, выгнать менеджеров. Россия, напротив, хочет членства в клубе, вот с этими самыми пыльными занавесками, лысыми лакеями и неторопливым управляющим. Это борьба не за новый порядок вещей, а за собственное присоединение к старому.

Нынешнее диссидентство России скорее форма, чем содержание, производная от ее сравнительной слабости. Точно так же и программа консервативного бунта, заявленного ее руководством, – не столько глубокое убеждение, сколько конструкция от противного. Если бы глобальный Евтушенко был против колхозов, Путин мог быть за – как сейчас, после выхода США из Транстихоокеанского партнерства и Парижского соглашения по климату, протекционистский Китай вдруг оказывается хранителем принципов глобальной экономики и едет вместо Трампа в Давос.

Революционность Путина и России – это оболочка, арифметическое действие отрицания отрицания. Не ветер бушует над бором, не с гор побежали ручьи. Она направлена не на то, чтобы отвергнуть истеблишмент, а на то, чтобы стать им.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 20 июня 2017 > № 2214367 Александр Баунов


Сирия. Россия. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 19 июня 2017 > № 2214363 Марианна Беленькая

Непроверенно мертв. Зачем Россия заявила об убийстве аль-Багдади

Марианна Беленькая

Российские военные, имея данные, что в ходе их операции могла быть уничтожена верхушка ИГ, решили заранее застолбить территорию. Подтвердится информация – отлично, нет – не страшно. Можно рискнуть ради такого пропагандистского козыря, ведь гибель аль-Багдади может стать таким же символом, как и освобождение Пальмиры

Минобороны России проверяет информацию о гибели лидера группировки «Исламское государство» (запрещена в России) Абу Бакра аль-Багдади в результате удара российской авиации по южному предместью Ракки в конце мая. Это сообщение, опубликованное 16 июня, вызывает множество вопросов, среди них: жив или нет аль-Багдади, если все-таки нет, то как отразится его смерть на ИГ и, главное, зачем Минобороны выпустило не до конца проверенное сообщение именно сейчас.

Долгое молчание

Во многих столицах к заявлению российских военных отнеслись осторожно – это уже примерно седьмое сообщение о смерти аль-Багдади с июня 2014 года, когда он объявил о создании исламского халифата на захваченных территориях Ирака и Сирии. Этим временем датируется и последнее видео с аль-Багдади. Больше он на публике не появлялся. Именно поэтому многие предпочитают судить о его судьбе по официальным заявлениям ИГ.

В Вашингтоне встретили сообщение российского Минобороны со скептицизмом. «Тот факт, что авиаудар такого масштаба был осуществлен так давно и о нем с тех пор ничего не было известно, вызывает много вопросов и подозрений», – сказал представитель Белого дома журналистам. Москва уверяет, что американцы были предупреждены об ударе по Ракке. Американские военные сообщили, что сейчас анализируют все, что передали им по горячей линии российские коллеги, и сравнивают это со своими источниками.

Сомнения Белого дома понять можно – история российской операции в Ракке действительно выглядит странно. Минобороны сообщило, что в ночь на 28 мая в результате удара по южному предместью города были уничтожены высокопоставленные командиры террористической группировки, входившие в состав военного совета ИГ, а также около тридцати полевых командиров среднего звена и до трехсот боевиков их личной охраны. По данным источников, на военном совете был и аль-Багдади.

При этом местные СМИ, ведущие мониторинг событий в Ракке, в этот период о российской авиации не упоминают. Напротив, пишут о серьезных ударах по городу (как в результате авианалетов, так и обстрела артиллерии) со стороны западной коалиции и курдских Сил народной самообороны. Есть и фото с мест событий, в том числе разрушений внутри мечети Аль-Ало, в районе которой, судя по распространенной Минобороны фотографии, и нанесли удар российские самолеты. Но в самой Ракке в этих разрушениях обвиняют коалицию.

Об этом пишет и сообщество «Ракку режут в молчании», имеющее свои аккаунты в Twitter и Facebook, и сайт Raqqa Post.

По данным последнего, за три дня с начала Рамадана (27 мая) в Ракке в результате действий коалиции были убиты десятки мирных жителей, а также боевиков ИГ. Речь идет, по разным данным, о 70–80 погибших (непонятно, с учетом ИГ или без). Также разрушено множество зданий – и жилые дома, и официальные учреждения. Многих хоронят сразу во дворах, так как нет возможности отвезти тела на кладбище. «Последствия ударов, которые наносились в эти три дня между магрибом (вечерняя молитва после заката) и сухуром (предрассветная трапеза во время Рамадана), гораздо более жестоки, чем результаты бомбардировок российской авиации и авиации режима Асада, которым подвергалась Ракка», – пишет Raqqa Post.

«Ракку режут в молчании» позиционирует себя как ресурс, который противостоит одновременно и ИГ, и режиму Асада. На его страницах сообщается о происходящих в городе событиях, поименно называются погибшие. Но нет ничего о трехстах погибших и российском авиаударе. Безусловно, ночью в городе могли не разглядеть, чьи самолеты нанесли удар по определенному району. Можно выдвинуть и версию, что упомянутые информационные ресурсы сочувствуют США и не хотят распространяться об успешной российской операции, но все-таки речь идет о слишком большом числе погибших в одном месте, чтобы информация об этом не появилась нигде в течение почти трех недель. Кроме того, до сих пор о российских ударах сирийские оппозиционные СМИ упоминать не забывали.

Оперативно распространяло сообщения о других своих операциях и Минобороны. Так, информация об ударах российских военных к югу от Ракки – 25 и 30 мая – появилась буквально через несколько дней после того, как ВВС РФ остановили две колонны боевиков, вышедших через открытый коридор из осажденного города по направлению к Пальмире. При этом командующий российской группировкой войск на территории Сирии генерал-полковник Сергей Суровикин обвинил коалицию во главе с США и подконтрольные им отряды курдов в том, что они вступают в сговор с главарями ИГ, которые без боя сдают населенные пункты и направляются в провинции, где активно действуют сирийские правительственные силы.

Но операция 28 мая оставалась в тайне. Возможно, Минобороны нужно было время, чтобы проверить информацию, кто действительно погиб в ходе нанесенного удара.

Вопрос в том, а был ли вообще в это время аль-Багдади в Ракке? Местные активисты подтвердить его местонахождение в городе не могут. Еще в марте арабские СМИ писали, что руководство ИГ перебазировалось из Ракки в Дейр-эз-Зор, а в середине июня появились уточнения – верхушка ИГ выбрала своим новым штабом город Эль-Маядин у иракской границы, чуть южнее Дейр-эз-Зора.

В один день с Минобороны агентство AP сообщило, что аль-Багдади находится в Эль-Маядине. В пользу того, что именно там разместился штаб ИГ, говорят и новости о гибели в этом городе в конце мая Раяна Машааля, основателя агентства Amaq, главного пропагандистского рупора террористической группировки. Есть версия, что аль-Багдади и вовсе находится в Ираке.

Впрочем, у сил ИГ в Ракке также осталось свое руководство, но, зная, какая охота идет за ними и как активно бомбят город, трудно представить, что в одном месте собралось более трехсот человек. Хотя с учетом того, что боевики ИГ пытались выйти из Ракки именно через южные районы города и чувствовали себя безнаказанно, вполне возможно, что одно из их мест сбора как раз и было в месте атаки российских ВВС.

Гонка фронтов

Справедливости ради, российские военные сами до конца не уверены в смерти аль-Багдади – неслучайно в сообщении говорится о проверке информации. Осторожны в высказываниях и российские дипломаты и чиновники. Зачем же, уже прождав три недели, нужно было все-таки предать гласности не до конца проверенную информацию?

Как версия – в Минобороны поторопились закрепить за собой право первой ночи. Буквально за шесть дней до сделанных заявлений в СМИ фактически ниоткуда появилась очередная информация о гибели аль-Багдади в Ракке. Об этом написала Daily Mail со ссылкой на сирийские государственные СМИ. Никаких официальных сообщений на этот счет на самом деле не было, и тогда мало кто поверил в очередное сообщение о гибели лидера ИГ. Но, видимо, российские военные, имея данные, что в ходе их операции могла быть уничтожена верхушка ИГ, решили заранее застолбить территорию. Подтвердится информация – отлично, нет – не страшно; в конце концов, ошибочные сообщения о гибели лидеров террористов публикуют и США, и никто по этому поводу не переживает.

Но все же тот, кто докажет, что смог уничтожить аль-Багдади, получит серьезный пропагандистский козырь. Для Москвы гибель аль-Багдади могла бы стать таким же символом, как и освобождение от боевиков ИГ Пальмиры. Особенно на фоне обвинений со стороны США, что Россия зачастую воюет в Сирии не с ИГ, а помогает президенту Асаду бороться с вооруженной оппозицией.

Пальмира была наглядным доказательством того, что российские военные все же вносят немалый вклад в борьбу с террористами. И здесь оказалось не так уж важно с точки зрения пропаганды, что буквально через полгода Пальмира снова попала в руки ИГ. И российская, и мировая общественность запомнили, что именно Россия внесла особый вклад в освобождение древнего города, тогда как у западной коалиции на тот момент не было столь громких успехов.

Сейчас до полного освобождения иракскими войсками Мосула остаются считаные метры. Западная коалиция и курды буквально ровняют Ракку с землей, не пренебрегая в том числе и фосфорными бомбами. ИГ фактически лишилось двух своих столиц. И это не только военная, но и серьезная имиджевая победа, которая заслоняет роль Москвы. Как бы российские военные ни высказывали своих опасений, что боевики ИГ беспрепятственно покидают Ракку, чтобы передислоцироваться в другие места, это потонет в победных отчетах западной коалиции. Перевесить эти новости может только смерть аль-Багдади.

Информационная война отражает ситуацию на поле боя. Неслучайно российские официальные лица в день, когда было сделано заявление Минобороны, волновались совсем из-за других вопросов, а не из-за недоказанной гибели лидера ИГ. Речь идет о том, кто возьмет под контроль восток Сирии (предварительно освободив его от ИГ) – США и поддерживаемая ими вооруженная оппозиция или сирийская армия и ее союзники.

Десятого июня сирийские правительственные войска при поддержке шиитских формирований вышли к границе с Ираком. Практически одновременно с другой стороны к границе пробились отряды иракского проправительственного шиитского ополчения. А спустя четыре дня было объявлено, что Багдад и Дамаск создают совместный центр для борьбы с ИГ в приграничных районах. Все это происходило на фоне ударов сил коалиции по сирийским военным, а также сообщений о размещении коалицией на границе Сирии с Ираком и Иорданией реактивных систем залпового огня и появлении новой американской базы в этом районе.

Без Багдади

По словам главы МИД РФ Сергея Лаврова, эти действия коалиции расцениваются в Москве как стремление создать дополнительную военную группировку, которая не позволит обеспечить устойчивость каналов связи между правительственными и проправительственными силами Сирии и их партнерами в Ираке. США опасаются создания в этом районе «шиитского полумесяца», полагают в Москве. А вернее, опасаются Ирана, который, уже не скрываясь, участвует в военных операциях в Сирии и демонстрирует свои возможности (обстрел Дейр-эз-Зора баллистическими ракетами тому свидетельство).

Россию же беспокоят действия США. Помимо вмешательства в операции сирийской армии и усиления на востоке, Москву волнует вопрос, что из-под ударов международной коалиции систематически выводятся боевики террористической группировки «Джебхат ан-Нусра» (запрещена в РФ).

«Несмотря на все правовые требования, опирающиеся на то, что «Джебхат ан-Нусра» как филиал «Аль-Каиды» включена в террористический список СБ ООН, в террористический список США, многих других западных стран, как, собственно, и в России, на практике борьбу с ИГ мы видим, борьбу с «Джебхат ан-Нусра» и структурами, которые с ней смешались, мы практически не наблюдаем», – подчеркнул министр в беседе с журналистами, когда его попросили прокомментировать гибель аль-Багдади. В этот же день на дефицит взаимодействия в Сирии между РФ и США посетовал и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, указав, что желания сотрудничать нет именно с американской стороны.

Проблема сотрудничества с США по Сирии для Москвы гораздо более актуальна, чем судьба аль-Багдади. Не только Ракку, а всю Сирию раздирает на куски борьба внешних сил за влияние в этой стране. Но все же в России пытаются наладить диалог, не желая терять своих позиций в Сирии и понимая, что без согласия с Вашингтоном бесполезно говорить о мирном урегулировании и борьбе с терроризмом.

Что касается аль-Багдади, то он всего лишь символ. Еще в начале июня одна из ведущих арабских газет «Аш-Шарк аль-Аусат» со ссылкой на сирийские источники писала, что ИГ ограничила полномочия своего лидера. По информации газеты, был создан комитет из 12 человек, который находится на сирийской территории, и именно он осуществляет руководство всеми операциями в Сирии и Ираке. Правда ли это, подтверждений нет. В любом случае ИГ существует до тех пор, пока у него есть ресурсы, в первую очередь финансовые.

Потеря контроля над нефтеносными районами будет существенным ударом по группировке, но важнее всего перекрыть каналы финансирования извне. Денежные потоки из Катара сейчас находятся под пристальным вниманием спецслужб, но есть и другие спонсоры в странах Персидского залива. Также нельзя забывать и о ячейках ИГ в Европе и Африке.

Безусловно, победа в Сирии и Ираке выбьет из-под ног группировки основную базу, но это означает лишь то, что многие из ее боевиков будут искать новое убежище или просто вернутся домой – в другие арабские страны и Европу. Что касается сирийских боевиков ИГ, то если они не засветились в том или ином районе, они смогут просто перейти в ряды вооруженной сирийской оппозиции, которую поддерживает западная коалиция. Тем более что многие попали в ИГ именно оттуда. Например, уже упомянутый основатель агентства Amaq, который в начале событий в Сирии был официальным представителем Свободной сирийской армии в Алеппо. Остается к тому же и «Джебхат ан-Нусра», которая одно время воевала с ИГ бок о бок.

Но все же «бренд аль-Багдади» слишком раскручен, и, если его не станет, с облегчением вздохнут во всех мировых столицах. Были бы доказательства.

Сирия. Россия. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 19 июня 2017 > № 2214363 Марианна Беленькая


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 июня 2017 > № 2214322 Андрей Мовчан

Что означают для России новые санкции США

Андрей Мовчан

У президента США теперь есть достаточно легкие способы атаковать российские бизнесы точечно, и невозможно сейчас понять, останется это пустой угрозой, будет применяться для защиты интересов американских компаний, использоваться по согласованию с Кремлем для давления на тех или иных русских олигархов или со временем станет оружием по тотальному выдавливанию России с мировых рынков

Американский Сенат, кажется, впервые после инаугурации Дональда Трампа выказал единодушие, которое привычнее видеть не в Вашингтоне, а в здании Думы в Москве. Предложенную поправку 232 к акту 722 из ста сенаторов поддержали 97 против двух. Впрочем, возможно, единодушие заразная болезнь, ведь принятая поправка касается именно России и называется «Санкции в отношении Российской Федерации и борьба с терроризмом и незаконными финансовыми операциями». Поправка, которую сенаторы уже называют «the most significant step the Congress made on Russia in recent history», выглядит объемной и значимой, но если прочесть ее внимательно, то смысл может показаться существенно отличающимся от того, что говорят пресса и представители Вашингтона.

Родные и обязательства

Основную часть текста занимает структуризация, кодификация, формализация и организация мер, санкций и процедур, уже введенных при президенте Обаме. Причина такого внимания к процедурным деталям, выражающегося в основном в усилении бюрократической стороны процедур, на первый взгляд достаточно прозрачна – законодатели из Вашингтона явно боятся дать президенту Трампу возможность существенно изменить уже имеющиеся санкционные списки или отменить часть санкций.

Значительно усложняется процедура отмены санкций против конкретных лиц – президент теперь, если захочет это сделать, должен написать длинный отчет, практически дипломную работу, доказывающую правомочность такой отмены, и отправить ее в Конгресс.

Наконец, дается длинный список оснований для применения санкций против лиц, которые будут идентифицированы в процессе изучения российской активности набором уже действующих вашингтонских комиссий. Президент теперь обязан («mandatory imposition» и «President shall» в тексте методично заменяют «President may» и «President is entitled to» и не оставляют возможности двойного толкования) вводить санкции в отношении всех, по поводу кого есть хотя бы одно основание.

Эта процедура заменяет расплывчатые призывы вводить санкции против соответствующих лиц без детализации. Соответственно, президента (если, конечно, он подпишет эту поправку) теперь будет легко поставить перед необходимостью добавить в санкционные списки любого, против кого любой американский политик (и не только) найдет доказательства запрещенной деятельности (или убедит комиссию в своей правоте, даже при отсутствии доказательств).

Отдельный блок посвящен семейной ответственности. Глава, дающая президенту право блокировать транзакции, совершаемые в целях нарушения санкционных запретов, включает транзакции в пользу «any child, spouse, parent or sibling» такого лица. Российские бонзы под санкциями, решавшие до того проблему переводом всей активности на сына или жену, будут вынуждены теперь строить еще более сложную линию обороны – возможно, привлекать невесток или родителей жены к участию в бизнесе.

Финансовые санкции

Применение санкций, однако, лишено категоричности – они могут быть отменены, даже если лица под санкциями всего лишь «совершают действия, ведущие к существенному сокращению запрещенной активности» и/или «гарантируют, что в будущем не будут сознательно вовлечены в запрещенную активность». Санкции могут не вводиться, если для них есть все основания, но их введение «противоречит интересам США» – последнее аккуратно вписано во все параграфы.

Волшебные «интересы США» не зря появляются в данном документе: уже несколько сенаторов высказались в том духе, что новая поправка достаточно хорошо написана, чтобы «послать внятное сообщение, но при этом не лишать президента США возможности улучшать отношения с Россией». Благодаря «интересам» можно заведомо исключить из санкционных списков всех, с кем США ведут переговоры (то есть всех первых лиц государства и персон, реально влияющих на политику), все компании, которые представляются стратегически важными для поддержания стабильности в России, обеспечить критически важные поставки (например, титана).

Другая часть поправки определяет расширение потенциального (включение определяет министр финансов индивидуально) круга лиц, попадающих под старые санкции. К спискам добавились компании из горнорудной и металлургической промышленности, железнодорожные компании и морские перевозчики. Все санкции, однако, касаются только американских лиц и компаний (US persons and persons in the US) и не задевают долларового финансирования, осуществляемого другими лицами.

Санкции не ретроспективны – речь идет о новом долге (и новых акциях). Союзники США, которых эти санкции не ограничивают, могут не опасаться и будущего ужесточения санкций, поскольку на тот момент нынешний новый долг станет старым. Самим же американцам можно не опасаться давать в долг компаниям из других отраслей, даже если они потом перекредитовывают санкционные компании. Несмотря на то что в поправке содержится призыв к президенту «закрыть все лазейки и возможности для обхода санкций», запрет на новые долги не включает компании, имеющие финансовые отношения с указанными в списке запрещенными отраслями.

Они и не опасаются – до 40% рынка российского внутреннего долга принадлежит нерезидентам, а евробонды российских компаний торгуются на уровне существенно выше странового рейтинга, так, как если бы Россия была как минимум частью Восточной Европы и членом ЕС.

Действительно, что может быть лучшей иллюстрацией достаточности спроса на российский долг: сегодня долги, например, американского эффективного и не обремененного долгами мясопроизводителя JBS, у которого бразильские акционеры вовлечены в коррупционный скандал, показывают доходность 8–9% годовых; одновременно долги той же срочности корпорации «Система», которая последовательно подвергается атакам крупнейшего хищника в России, дают доходность всего лишь 5–5,5%. Словно в качестве заранее заготовленного ответа на включение металлургов в санкционные списки металлургическая компания «Северсталь» разместила в феврале новый выпуск евробондов на $750 млн – разумеется, с переподпиской.

Потребности во внешнем финансировании (если анализировать реальный спрос, а не гипотетическую потребность России в инвестициях) крайне невелики. Россия переживает стагнацию: c третьего квартала 2013 года по третий квартал 2016 года (более поздних данных ЦБ пока не дал) общий объем задолженности субъектов экономики перед банковской системой в России упал с $1,17 трлн до $680 млрд. Российский внешний долг составляет $530 млрд – всего на сто с небольшим миллиардов больше, чем золотовалютные резервы, сократившись на $200 млрд за три года. Вряд ли в этих условиях у финансовых санкций есть реальный адресат.

Да, Сенат запрашивает у министра финансов, руководителя службы национальной разведки и госсекретаря отчет о возможном эффекте включения в финансовые санкции российского национального долга и деривативов на него и национальную валюту. Отчет ожидается через полгода, и будет очень интересно посмотреть на него: суверенный долг России невелик, доля американских инвесторов в нем небольшая, планы по выпуску долга не амбициозны. Помимо того, похоже, желания распространять санкции на суверенный долг у США пока нет, иначе какой смысл был бы запрашивать такой отчет, а не действовать проактивно, как обычно?

Нефтяные санкции

Подтвержден и глобальный запрет на передачу технологий разработки дорогой нефти (но не газа; глубоководные проекты, Арктика, сланцевая нефть). Запрет, однако, не категорический. Для того чтобы под него попасть, нужно быть одновременно: а) перспективным месторождением; б) разрабатываемым российской компанией; в) с участием лица, находящегося под санкциями.

Да, сенаторы предусмотрели защиту от утечки технологий через участие российских компаний в зарубежных проектах. Однако с минимальным напряжением можно придумать десяток простых ходов, которые позволят разрабатывать российские месторождения с применением американских или других передовых технологий: например, приглашать иностранную компанию на начальном этапе, не включая российские компании в разработку, или держать лиц из санкционных списков подальше от разработки.

Отдельный вопрос – зачем сегодня, при стоимости нефти ниже $50 за баррель, разрабатывать такие месторождения. Россия в основном озабочена закрытием арктических скважин. Перспективный северный газ под санкции не попал. Да, сенаторы говорят: мы перекрыли России возможности разработки месторождений будущего. Вот только наступит ли это будущее – будет ли нефть из Арктики когда-нибудь рентабельной?

Приватизационные санкции

Есть в поправке и новые санкции. Самый безвредный раздел направлен на лиц (без ограничения территориальности), которые, участвуя в приватизации государственной собственности в России любым способом стоимостью более $10 млн в год (то есть не только инвестируя в приватизируемые компании, но и оказывая платные услуги в этом процессе), «способствуют возможности приватизации имущества Российской Федерации способом, дающим несправедливые выгоды» чиновникам или их близким.

Эта страшная угроза явно не направлена на инвестиционные банки и аудиторов (они не получают больше $10 млн в год от одной транзакции), не задевает и других инвесторов в приватизируемую собственность (они никак не «способствуют возможности»). Это даже не про Glencore и Катарский фонд, потому что их транзакция мнимой приватизации доли в «Роснефти», возможно, была сделана в пользу российских руководителей корпораций, но уж точно не в пользу чиновников.

В России вообще научились укрывать интересы чиновников так хорошо, что данная статья вряд ли может когда бы то ни было быть применена «по-честному». Ну а не по-честному можно было все, что угодно, и раньше. Тем более что и здесь грозное «President shall» дополнено «if President determines». Ну а если не determines, то на нет и суда нет.

Киберсанкции

Более внятно определены санкции за подрыв кибербезопасности. Санкции против неких киберпреступников, связанных с Россией и действующих по заданию Кремля, вводятся впервые. Поправка требует от президента, чтобы в течение 60 дней после ее подписания он ввел санкции против всех лиц, которые «вовлечены в существенную активность по подрыву кибербезопасности любой персоны или института» и/или «сознательно оказывают таким лицам любую существенную помощь или обслуживают таких лиц, в том числе в плане финансовых сервисов».

Задача за 60 дней выявить всех таких лиц по всему миру достойна восхищения. На деле эта поправка дает президенту право налагать санкции на крайне широкий круг организаций и частных лиц; никакого решения суда или доказательств не требуется, поправка говорит лишь «the President determines».

Однако и эта, самая жесткая часть снабжена оговоркой про «национальные интересы». Более того, она (как и часть по поставкам оружия в Сирию) единственная, где именно президент, а не комиссия решает, достоин ли тот или иной человек или компания санкций. Таким образом, поправка оставляет для президента полную свободу неприменения санкций, несмотря на формальное требование согласовывать с Конгрессом любой отказ накладывать санкции – ведь, чтобы отказаться их накладывать, надо идентифицировать сам субъект санкций, а это делает президент.

Более того, гипотетические страшные киберпреступники, работающие на Кремль (как и поставщики оружия в Сирию, к которым, согласно поправке, применяются такие же санкции, как и к киберпреступникам), не очень боятся конфискации своего имущества в США и запрета на въезд в эту страну. Данная поправка не столько устрашает нарушителей, сколько дает им ясную возможность избежать наказания, если «интересы США» будут того требовать. Как сделать, чтобы они «требовали», – вопрос к президенту США и его переговорам с Россией.

Трубопроводные санкции

Совершенно новые санкции предложены в области технологий и материального обеспечения российских экспортных трубопроводов. Поправка предлагает вводить санкции в адрес любого лица, кто существенно (то есть более чем на $5 млн в год) способствует развитию или модернизации российской экспортной трубопроводной сети.

Безусловно, такие санкции нанесут существенный урон российскому газовому и нефтяному сектору, который ориентирован на экспорт (треть добытого газа и половина нефти вывозятся) не только в перспективе из-за падения экспорта через стареющие трубопроводы, но и уже сейчас – из-за остановки работ на «Турецком потоке», «Северном потоке – 2» и газопроводах, идущих в Азию.

Дело тут даже не в том, что у России нет нужных технологий и материалов (а это так). Экспортные трубопроводы быстро пересекают границы России, а на чужой территории без местных провайдеров российские компании просто не смогут оперировать. Только вот в этой части поправки произошла неожиданная замена обычного «President shall» на «President may» и избирательного «a person». Президенту разрешили не применять санкции, причем в отношении любой вовлеченной персоны. Можно не применять совсем.

Можно, например, узнав, что китайская компания становится подрядчиком при модернизации газопровода, а американская не получила подряд, пригрозить китайцам санкциями, а своих не наказывать. Можно угрожать строителям «Северного потока – 2», мотивируя европейцев увеличить покупки жидкого газа и сокращая офшорные доходы первых лиц «Газпрома» и окружения.

Нельзя только применить эти санкции всерьез – от поставок по существующим газо- и нефтепроводам из России европейские союзники США зависят не меньше, чем сама Россия. Возможно, в будущем зависимость уменьшится и ЕС будет готов отказаться от этих поставок. Только зачем тогда будут нужны санкции, не проще ли просто договориться с Брюсселем о приостановке закупок?

И доклад

В итоге новый пакет санкций, одобренный Сенатом и ждущий одобрения президентом (вероятность его неодобрения есть, как заявил представитель администрации еще 13 июня), состоит, во-первых, из попытки Конгресса бюрократизировать процедуру и включить себя в процесс. А во-вторых, из 1) мер, которые не представляют для могущих попасть под них лиц существенной проблемы или угрозы в ближайшей перспективе, или 2) мер необязательных, применяемых по личному желанию президента без всякой системы, или 3) мер, не применимых на практике без существенного нарушения good practice в части определения и доказательства оснований их применения.

В этом смысле поправка 232 не отличается от всех предшествующих санкционных акций в отношении России, написанных в лучшем соответствии с принципом «волки [американские избиратели, требующие действий, и русские политики, нуждающиеся в поддержании имиджа США как врага] сыты, а овцы [активы и бизнесы российской элиты, включая первых лиц, как и интересы американских компаний] целы».

Новостью в поправке является пока невнятно, но уже просвечивающий призыв для нарушителей, в частности по кибервопросам и поставкам оружия: «Давайте сотрудничать, и не будет вам санкций». В конце концов, интересы Америки превыше всего, и это не новость.

В экселевских таблицах, содержащих данные по экономике России, новая поправка не оставит следов. Зато тем, кто в последнее время подзабыл, что Америка – наш главный враг и стратегический соперник, придется об этом вспомнить.

Правда, у поправки есть и вторая часть, на перспективу. Сенат в заключительных главах внес требование к министру финансов, главе службы национальной разведки и госсекретарю в течение 180 дней представить подробный доклад о российских окологосударственных олигархах и бизнесах, их истории, роли, близости к Кремлю, участии в коррупционных операциях и прочее. Доклад должен также содержать «предварительные оценки воздействия применения санкций к означенным лицам на них самих, их бизнес, экономику России, экономику США и их союзников».

Не вполне понятно, зачем на это отведено 180 дней – любой выпускник «Вассара», стажер Белого дома сможет сделать такой доклад методом copy-paste из русскоязычного Forbes с вставками из The New Times для драматичности в течение пары рабочих дней. Возможно, сенаторы США не читают русский Forbes. Возможно, 180 дней нужны на редактирование списка – с тем, чтобы в него попали только тщательно оговоренные и согласованные персоналии. Согласованные с кем – большой вопрос; не исключено, что даже с Кремлем, который через американские санкции сможет кого-то из олигархов вернуть в Россию, кого-то отучить от нелояльности, кого-то заставить забрать деньги из бизнесов, которые нужнее американским инвесторам.

Туманные итоги

Наконец, вишенкой на торте в самом конце поправки сенаторы внесли в документ положения, которые реально ощутят на себе многие россияне. Целый раздел посвящен усилению борьбы с незаконными финансовыми операциями россиян.

В разделе нет ни одной конкретной меры, только призывы усилить контроль, закрыть бреши в системе, более широко трактовать термин «подозрительные операции» и прочее. Практика показывает, что результатом таких призывов становится не замораживание счетов олигархов, чиновников или крупных коррупционеров (как все знают, в самый разгар борьбы за know your client и против отмывания денег русские полковники типа Захарченко спокойно имеют счета в лучших западных банках), а еще большая бюрократизация compliance процедур для рутинных клиентов, новые позиции в отделах compliance, новые бонусы их руководителям, еще более безумные их требования.

Владельцы счетов на несколько сотен тысяч или миллионов долларов, имеющие российский паспорт, возможно, будут предоставлять теперь не три доказательства адреса проживания, а пять. Может быть, будут подтверждать происхождение денег не только формой 2-НДФЛ, первичными документами и комфортным письмом из банка, но еще и свидетельствами трех дипломированных юристов, что они лично видели бенефициара законно получающим деньги.

Российские компании будут терять время на многодневных проверках их рутинных платежей, а деньги, идущие из российских банков, будут неделями без объяснения причин лежать в Bank of America или BONY и иногда произвольно возвращаться назад (уже и так недавно был случай: деньги клиента Сбербанка, переводящиеся в западный фонд, лежали в Bank of America две недели, а на пятый запрос Сбера оттуда нехотя ответили: «Так Сбербанк же под санкциями»).

Есть в поправке и еще одна примечательная деталь: cенаторы создают фонд в размере $250 млн, средства которого будут расходоваться на борьбу с российской киберугрозой и незаконными финансовыми операциями. Примечательно в этом рутинном деле ($250 млн – копейки по американским меркам) то, как обозначен список потенциальных получателей. Это страны, «участвующие в расширении НАТО или ЕС, включая… Грузию, Молдавию и Украину».

Гипотетическое принятие документа в любом случае оставит много вопросов. Один из них – присоединится ли к санкциям ЕС. Если да, их экономическая значимость из нулевой станет незначительной. Зато у президента США теперь есть достаточно легкие способы атаковать российские бизнесы точечно, и невозможно сейчас понять, останется это пустой угрозой, будет применяться для защиты интересов американских компаний, использоваться по согласованию с Кремлем для давления на тех или иных русских олигархов или со временем станет оружием по тотальному выдавливанию России с мировых рынков.

В любом случае новые санкции на руку Кремлю, который уже давно взял курс на экономическую, политическую и культурную изоляцию, позволяющую ему держать страну под контролем и создавать ощущение угрозы, сплачивающее нацию вокруг своих лидеров, в то время как потоки нефти в ЕС продолжают обеспечивать и раздутый военный бюджет, и спортивные мегапроекты, и суперъяхты с замками для тысячи приближенных к власти семей, и приличный доход для полумиллиона чиновников и близких власти бизнесменов, и кусок хлеба для остальных граждан.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 июня 2017 > № 2214322 Андрей Мовчан


США. Куба > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214170 Сергей Шевченко

Почему Трамп отказался от политики Обамы на Кубе

Сергей Шевченко

Историк-американист, руководитель научно-аналитического портала American Studies, главный редактор отдела "История"

Демократы видят в Кубе очередной рынок сбыта американских товаров широкого потребления, а также ищут возможности для инвестиций в информационный бизнес острова. Республиканцы же, опирающиеся на промышленно-добывающую и аграрную элиту, отводят Кубе роль сырьевого придатка, из которого можно выгодно вывозить полезные ископаемые

В пятницу, 16 июня, президент США Дональд Трамп объявил об отмене политики по нормализации отношений с Кубой, которой придерживалась администрация Барака Обамы.

Инициатива предыдущего президента позволила восстановить дипломатические отношения двух стран, ослабила ограничения на ведение бизнеса на Кубе для американских компаний, расширила возможности посещения Острова свободы американскими туристами, а также помогла многим нелегальным иммигрантам узаконить своё пребывание в США.

Несмотря на заявление Трампа о «полной отмене односторонней сделки», политика Обамы, на данный момент, будет пересмотрена частично, путём введения ограничений на туристическое посещение острова, ужесточения торгового эмбарго и давления на финансовый сектор Кубы.

Следует сказать, что чёткой, последовательной позиции в отношении Кубы у Трампа, по всей вероятности, нет. Так, 15 ноября 1999 года, выступая перед ветеранами военной бригады 2506 (подразделение, сформированное правительством США из кубинских эмигрантов, которое использовалось для свержения режима Фиделя Кастро во время операции в заливе «Кочинос» в апреле 1961 года) он заявил, что является жёстким сторонником экономического эмбарго, а также не намерен заниматься бизнесом на Кубе. Это заявление совершенно не мешало компании Трампа тайно нарушать закон об эмбарго, строить гостиницы и казино на острове Свободы с 1998 года, инвестируя в коммунистическое правительство Фиделя Кастро не менее $70 000. Незадолго до вступления в предвыборную гонку, будущий президент сказал, что «концепция [Барака Обамы — С. Ш.] по открытию Кубы просто прекрасна». Однако на этапе политической борьбы за Белый дом Трамп пообещал избирателям отменить «нечестную» сделку, заключенную предыдущим президентом.

Решение Дональда Трампа не является его личным волеизъявлением, но носит строго партийный прореспубликанский характер. Официальное намерение, подтолкнувшее правительство США к ужесточению политики, — наказать кубинское правительство за нарушения прав человека - следует считать не более чем политической ширмой, тогда как настоящие причины необходимо искать в экономической, внешне- и внутриполитической плоскости.

Экономический фактор

Демократы видят в Кубе очередной рынок сбыта американских товаров широкого потребления, бытовой электроники, медицинских товаров, а также ищут возможности для инвестиций в информационный бизнес острова. Республиканцы, опирающиеся на промышленно-добывающую и аграрную элиту, отводят Кубе роль сырьевого придатка, из которого можно выгодно вывозить полезные ископаемые (никель, медные руды и пр.), взамен предлагая продукцию промышленного производства, сельскохозяйственные товары, а также инвестиции в газовую и нефтяную отрасль «свободного острова».

Вполне вероятно, что этот взгляд определяет и политическую стратегию партий в отношении Кубы. Демократы, справедливо понимая, что на кубинском рынке можно развиваться, не оглядываясь на коммунистический режим, в 2014 году разработали стратегию «взаимодействия» с правительством страны. В её основу было заложено стимулирование развития рыночных отношений в Кубе и либерализации её экономики, что в долгосрочной перспективе должно было способствовать установлению лояльного Вашингтону правительства. Позиция Барака Обамы не была взята с потолка, но основывалась в том числе на векторе экономического развития Кубы, которое после распада СССР идет по пути реформ. Сегодня экономика революционного острова медленно, но верно движется от планового сектора хозяйства к частно-капиталистическому, основу её развития составляют сахарная промышленность, туризм и сфера услуг. Всего лишь 10 лет назад страна начала массово подключаться к интернету и мобильной связи, что также является перспективным торговым направлением для американского капитала.

Республиканцы, наоборот, придерживаются традиционной стратегии «давления», первостепенно направленной на смену политического режима, за которым должны последовать благоприятные экономические изменения (в частности — приватизация промышленного сегмента экономики). При этом «слоны» также опираются на суровые реалии кубинской экономической действительности: практически весь промышленно-добывающий сектор Кубы находится в руках государства.

В этой связи важно отметить, что «политика оттепели», анонсированная президентом Обамой, помимо открытия кубинского рынка для американского ширпотреба имела и другую цель — обезопасить Остров свободы от проникновения в его экономику американского промышленного и аграрного капитала путём сохранения эмбарго. Так, в директиве президента, излагающей основы его политики в отношении Кубы, даже вскользь не было упомянуто о возможностях ведения бизнеса в промышленном и сельскохозяйственном секторе острова. Более того, уже после начала нормализации отношений правительство США усилило взыскания с американских промышленных компаний, которые пытались вести бизнес на Кубе.

Учитывая все эти факторы, республиканцам просто невыгодно становиться друзьями кубинского народа, а соблюдать политику предыдущего президента — политически близоруко.

Внутриполитический фактор

Важной причиной изменения кубинской политики явилось стремление администрации Трампа расширить свою электоральную базу в важном, «не определившемся» штате Флорида. Этот штат является местом концентрации кубинской диаспоры, которая по своим политическим предпочтениям является прореспубликанской. Именно поэтому в качестве места для анонсирования нового поворота в кубинской политике был выбран Майами.

Вопреки мнению, распространяемому в отечественных СМИ, поддержка Дональда Трампа со стороны кубинской диаспоры во Флориде была не такой уверенной. На прошедших выборах половина кубинского электората проголосовала за Хиллари Клинтон, чему способствовала жесткая антимиграционная риторика Трампа, затронувшая латиноамериканских избирателей. Как показывают статистические отчёты, Трамп победил во Флориде за счет активизации консервативного белого населения сельских и пригородных районов. В то же время он серьезно уступил Клинтон в наиболее населенных округах штата, таких как Майами-Дейд, Броуард, Палм-Бич, Ориндж, Хилсборо, в которых сосредоточена большая часть кубинцев, проживающих в штате.

Жертвуя Кубой ради Флориды, Дональд Трамп делает заявку на предстоящие выборы в Конгресс 2018 года и президентские выборы 2020 года. Он прагматично стремится заручиться поддержкой консервативного кубинского большинства в тех округах штата, которые не так давно проголосовали за Хиллари Клинтон и могут определить исход предстоящих противостояний.

Однако Трамп встает на тонкий лед, поддерживая консервативную часть кубинской населения штата. Диаспора сейчас не представляет собой того политического монолита, каким она являлась в предыдущие десятилетия. Её современное положение следует рассматривать не столько с национальной, сколько с социально-экономической точки зрения. На заре своего становления она была представлена зажиточными кубинцами среднего класса, поддерживавшими режим Фульхенсио Батисты. После революционного переворота на Кубе, диаспора получила серьёзную поддержку от правительства США. Нажитый финансовый капитал, «старым кубинцам» удалось конвертировать в политическое влияние, пиком которого следует считать создание в 1981 году Кубинско-Американского национального фонда (КАНФ) — консервативной организации, выступающей против коммунистического правительства Кубы.

Однако в последнее десятилетие лицо кубинской диаспоры серьезно изменилось. Интенсивная иммиграция с Кубы мелких собственников, сельской и рабочей бедноты сформировала широкую прослойку «новых кубинцев» которые не имеют стартовых возможностей своих предшественников и поддерживают тесные связи с родственниками, оставшимися на родине. «Новые кубинцы» более либеральны и заинтересованы в политике социальной государственной поддержки, которую традиционно стараются проводить демократы. В отличие от своих консервативных земляков они поддерживали инициативы предыдущего президента по стабилизации отношений с Островом свободы.

Внешнеполитический фактор

Одной из причин, подтолкнувших Кубу к улучшению диалога с Соединенными Штатами, явилась политическая и экономическая дестабилизация в Венесуэле (главном торговом партнере Кубы), произошедшая после смерти Уго Чавеса и резкого падения мировых цен на нефть. Субсидирование экономики Кубы стало невозможным. В этих условиях внешнеполитической задачей администрации Барака Обамы явилось стремление к ликвидации венесуэло-кубинского сближения посредством нормализации отношений с одной страной и поддержки оппозиционного движения — в другой. Дальновидное решение, пришедшее на замену провальным попыткам США изолировать Кубу как в экономическом, так и дипломатическом пространстве.

Администрация Трампа, надо полагать, преследует аналогичную цель - однако другими, проверенными методами. На упреки со стороны либералов в том, что политика Трампа вернет Кубу в антиамериканский лагерь, республиканцы могут ответить, что Кубе возвращаться уже некуда. Политическая нестабильность в Венесуэле, наметившийся кризис «левого движения» в большинстве стран Латинской Америки, завершение в 2016 году гражданской войны в Колумбии вместе с экономическими проблемами на Острове свободы являются благоприятной почвой для «окончательного давления» на Кубу. Именно этой политике, в теории, должен соответствовать новый курс Дональда Трампа. Однако свято место пусто не бывает, поэтому, укрепляя экономическую и политическую изоляцию Острова свободы, Трампу следует держать в уме Китай — второго по величине кубинского торгового партнера.

Какие будут последствия?

Несмотря на изменение риторики, резких и сиюминутных изменений во взаимоотношениях двух стран ждать не стоит. 16 июня Трамп лишь указал направление, в котором его администрации предстоит работать при выстраивании диалога с Кубой. В течение последующих 30 дней начнут прорабатываться методы проведения намеченной политики, еще некоторое время потребуется для того чтобы претворить их в жизнь, в том числе провести новые законы через Конгресс США, преодолев оппозицию демократов. Поэтому реальных изменений в отношениях Гаваны и Вашингтона следует ожидать только к 2018 году.

Дональд Трамп отходит от политики Обамы лишь частично. Посольство США, открытое в Гаване при предыдущем президенте, продолжит свою работу. Трамп не станет ликвидировать политику «мокрой и сухой ноги», которая позволила незарегистрированным кубинским мигрантам остаться в США. Администрация Трампа также не будет вводить ограничения на денежные переводы, осуществляемые многими кубинцами на родину. По всей вероятности, США продолжат сотрудничество с Кубой в области информатизации острова. Однако среди надвигающихся изменений следует ожидать ужесточения иммиграционного законодательства, уменьшения финансирования в области научно-технического сотрудничества, а также сворачивания некоторых программ в области безопасности.

Наиболее пострадавшими от политики Трампа отраслями экономики Кубы станут сфера услуг и туристический бизнес вследствие ужесточения правил для частных поездок американцев на Кубу. Путешествие на Остров свободы теперь будет возможным для американцев только в составе туристической группы и через турфирму, одобренную правительством Соединенных Штатов. Посредством давления на туристический сектор администрация Трампа стремится ослабить влияние кубинского военного конгломерата (Grupo de Administración Empresarial S. A., или GAESA), который контролирует значительную часть экономики Кубы, в том числе 60% гостиничного бизнеса страны.

Однако в действительности такая политика может нанести больший урон мелким предпринимателям и простым кубинцам, сдающим небольшую жилплощадь частным туристам. Ущерб кубинским военным структурам, как и экономике страны в целом, будет несущественным, поскольку туристический сектор Кубы никогда не зависел от американского клиента, но ориентировался на канадских и западноевропейских посетителей. В прошлом году Кубу посетило около 300 000 американских туристов, что составляет менее 10% от общего турпотока. Более того, количество американцев, желающих посетить Кубу, не слишком-то растет. Неразвитый сервис, перебои с интернетом, недостаток воды и продуктов питания, отталкивают от Кубы потенциальных американских туристов.

Очень многое сейчас будет зависеть от позиции кубинского правительства, а также от кулуарных договоренностей между Вашингтоном и Гаваной. Отношения двух стран пережили долгий период репрессий, который ознаменовался обамовской «оттепелью». Политика Трампа может привести двусторонний диалог к продолжительному «застою», ну а там, может быть, придет и «перестройка».

США. Куба > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214170 Сергей Шевченко


США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214147 Владимир Южаков

Миссия Трампа: списание балласта нереалистичных ожиданий

Владимир Южаков

управляющий партнер Long Jing Capital

Чем демократам и республиканцам выгоден «политический чужак» Трамп и причем здесь экономический парадокс завышенных ожиданий в США

Считается, что Президент Трамп был избран рабочим классом, выразившим таким образом протест «политическому болоту» в Вашингтоне. Это объясняет, как «чужак» в политических кругах смог стать главой государства. Но у этого уравнения, возможно, есть ещё как минимум одна неизвестная. Парадоксально, но, возможно, что больше всего в Трампе заинтересован как раз политический истеблишмент. Руководству как демократов, так и республиканцев появление Трампа позволяет избежать трудной миссии, которую ни одна из партий не желает на себя брать.

Завышенные ожидания

Одним из главных американских экономических парадоксов последнего десятилетия является разрыв между ожиданиями населения и темпами экономического роста.

Экономические ожидания сейчас чрезвычайно высоки. Безработица снизилась до почти рекордных значений, в то время как потребительский оптимизм достиг уровней, не виданных с конца 1990-х.

Однако, эта радужная картина резко контрастирует с реальным состоянием экономики. Рост американского ВВП с 2008 года составил всего 25%. Для сравнения, в предыдущий экономический цикл — с 2000 по 2008 год — ВВП вырос на 43%. Несмотря на высокие ожидания и низкую безработицу, экономика сейчас фактически близка к стагнации.

Причина такого разрыва между ожиданиями и реальной экономикой заключается в том, что начиная с кризиса 2008 года и по настоящий момент было напечатано абсолютно беспрецедентное количество новых денег. Если в 2007 году совокупный объем долларов в обороте (Monetary Base) составлял всего 800 миллиардов, то к настоящему времени он достиг почти 4 триллионов долларов. Всего за несколько лет количество денег увеличилось почти в 5 раз!

Как правило, резкое увеличение количества денег в экономике вызывает ощущение возросшего благосостояния и, как следствие, ожиданий. Однако, в нормальной ситуации ожидания достаточно быстро корректируются ростом цен.

Например, если государство напечатает и раздаст всем по миллиону долларов, то некоторое время люди будут чувствовать себя богатыми, а их ожидания повысятся. Это продолжится ровно до того момента, пока цены на реальные активы не вырастут многократно, что приведет ожидания обратно в равновесное состояние. Как правило, такой рост цен следует практически мгновенно — как только выясняется, что миллионерами стали буквально все вокруг.

Однако, сегодня сложилась парадоксальная ситуация — несмотря на 5-кратное увеличение объема напечатанных долларов, инфляция с 2008 года в среднем составила лишь 1.6% в год. Ожидания увеличились, но пока еще не были скорректированы ростом цен.

Наглядно увидеть несоответствие ожиданий положению реальной экономики можно, если сравнить номинальный ВВП как индикатор экономической ситуации, и объем напечатанных денег как косвенный индикатор экономических ожиданий в обществе. В нормальном положении их динамика следует относительно друг другу более-менее параллельно.

Аномальный разрыв, начавший формироваться после финансового кризиса, объясняется тем, что основную часть новых денег американским властям удалось временно заморозить, не допустив их выхода в реальную экономику и тем самым заблокировав инфляцию.

Произошло это следующим образом. Из 3 триллионов новых долларов основная часть была направлена государством на покупку у банков переоцененных ипотек. Это делалось с целью избежать дальнейшего падения цен на жильё, что могло бы вызвать новую волну кризиса. Фактически, начиная с 2008 года администрация Обамы печатала деньги, чтобы выкупить у банков их «токсичные» ипотеки, тем самым спасая их от разорения. Именно этим объясняется, например, тот факт, что Федеральный Резервный Банк неожиданно стал владельцем более чем четверти всех ипотек в США.

Спасая банки, государство обязало их не использовать полученные деньги, а положить на депозит обратно в Федеральный Резервный Банк под символические 0.25% годовых. На настоящий момент размер этих депозитов, называемых «избыточными резервами» (Excess Reserves), превысил 2.2 триллиона долларов или более чем половину от общей денежной базы.

Однако, банки нашли способ направить некоторую часть денег на фондовые рынки. Это вызвало подъем котировок акций. Например, главный американский фондовый индекс S&P500 вырос более чем в 3 раза. Поскольку бОльшая часть накоплений американцев инвестирована как раз в эти финансовые активы, люди стали чувствовать себя намного более обеспеченными, и их ожидания выросли.

Таким образом, аномальный рост ожиданий вызван тем, что США удалось напечатать новые деньги, но избежать роста цен. Сегодня американцы полагают, что их благосостояние радикально улучшилось, в реальности это не так.

Тем не менее, как показывает история, избегать инфляции в течение длительного периода времени практически невозможно. Например, сейчас начинается массовый выход поколения бейби-бумеров на пенсию. В ближайшие несколько лет более 75 миллионов человек, или почти каждый пятый американец, начнут тратить свои пенсионные сбережения, что вызовет рост цен. Еще одним толчком к росту инфляции может стать рост процентных ставок — если при нулевых или даже отрицательных процентных ставках банки были готовы держать свои деньги замороженными под 0.25%, то рост процентных ставок скорее всего заставит их разморозить свои избыточные резервы, забрать их у государства и направить в экономику, что вызовет инфляцию.

Чтобы представить масштаб грядущей инфляции, можно посмотреть на так называемый период Великой Инфляции, когда с 1973 по 1980 годы увеличение денежной базы всего на 80% привело к ежегодной инфляции около 10%. Сейчас же монетарная база увеличилась на 350%. Таким образом, сегодня речь скорее всего уже идет о гиперинфляции.

При чем здесь Трамп

Ответственность за грядущую гиперинфляцию лежит как на Буше, так и на Обаме. Если первый способствовал формированию крупнейшего в истории ипотечного пузыря, то второй для маскировки его последствий создал еще больший денежный пузырь.

Но последствия множества исторических примеров списания ожиданий, как например в СССР конца 80-х, заставляет как республиканцев, так и демократов максимально дистанцироваться от гиперинфляции и взрыва пузыря ожиданий. В Древней Персии гонцов, приносящих дурные новости, казнили. Нравы современных обществ практически не изменились.

Именно поэтому эксцентричный бизнесмен Трамп, не связанный с какой-либо политической группировкой в Вашингтоне, оказался идеальным кандидатом для всех сторон. Неподготовленность Трампа, отсутствие у него опыта работы в качестве политического деятеля и репутация бизнесмена, обанкротившего шесть своих компаний, из недостатков превращаются в преимущества: вся ответственность за грядущие потрясения тем самым перекладывается с предыдущих президентов и их окружения на избирателей, проголосовавших столь безрассудно. В результате обе политические партии получили возможность переждать инфляционный шторм в качестве сторонних наблюдателей.

Пока остается открытым вопрос, какие конкретно меры примет Трамп для запуска механизма сдувания ожиданий. Одним из наиболее логичных способов является обсуждаемое введение 45% налога на китайский импорт, что радикально повысит цены. Но, пожалуй, самой действенной мерой мог бы стать дефолт по государственному долгу, который бы не только запустил инфляцию, но и позволил бы фактически списать американский долг. В этом сценарии репутация Трампа как серийного банкрота и «Короля Долга» могла бы стать очень полезной.

Америка нуждается в списании балласта нереалистичных ожиданий, накопившихся за последние два десятилетия. Именно в этом, возможно, заключается основная миссия президента Трампа. Политические элиты, ожидая экономический шторм, предоставляют Трампу возможность взять ответственность на себя.

США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214147 Владимир Южаков


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июня 2017 > № 2214122 Джек Мэтлок

Джек Мэтлок: Это уже не тот мир, когда коммунизм боролся с капитализмом

Бывший американский дипломат оправдывает Россию и не верит, что она угрожает.

Гиртс Викманис (Ģirts Vikmanis), Latvijas Avize, Латвия

Профессор Университета Дьюка (США) Джек Мэтлок специализируется на истории России и лингвистике и в свое время использовал свои знания в дипломатической карьере. В 80-е годы у Мэтлока была возможность работать на одной из важнейших тогда должностей во внешнеполитической службе своей страны — он был послом США в Советском Союзе. Как активный участник политических событий тех времен Мэтлок стал свидетелем конца СССР и окончания холодной войны. Недавно он посетил Ригу, чтобы принять участие в организуемом Янисом Урбановичем «Балтийском форуме» и в интервью LA выразил свое мнение о нынешних отношениях России и Запада. Необходимо отметить, что оно отличается от оценок многих других западных экспертов, зато отвечает стилистике дискуссий организуемого политиком от партии «Согласие» Урбановичем «Балтийского форума», поэтому неудивительно, что именно господин Мэтлок стал гостем этого мероприятия.

LA: Как вы оцениваете нынешние отношения России и США?

Джек Мэтлок: Сейчас отношения не хорошие, они опасные. Руководство и России, и США ответственны за эту ситуацию. Есть риск, что снова может начаться гонка ядерных вооружений. Государства, в распоряжении которых имеется ядерное оружие, могут начать угрожать друг другу обычными вооружениями, и это чревато эскалацией вплоть до ядерного конфликта. Это главный вопрос. Остальные вопросы возникли из-за взаимного непонимания и недоразумений. Мир снова вовлечен в вопросы, связанные с контролем над территориями. В свое время это привело к Первой мировой войне, которая была разрушительной даже без ядерного оружия. Каково решение? Мы должны вернуться к отношению, которое прекратило холодную войну. На своей первой встрече в 1985 году Рейган и Горбачев пришли к выводу, что в ядерной войне невозможно победить, поэтому ее нельзя допустить. Если ядерное оружие попадет в руки террористов, это будет угроза для всех. Представьте ситуацию: если в распоряжении террористов окажутся ядерные материалы, они могут поместить их в грузовики, приехать в центр Вашингтона, взорвать бомбу и обречь на смерть все правительство США.

— Вы описали риски, но кто увлек в эту ситуацию в отношениях Запада и России?

— Это сделали обе стороны. Россия предприняла ответные шаги на расширение НАТО. Расширение НАТО должно было остановиться в Центральной Европе и в странах Балтии, но когда оно происходит на Балканах, и появляется мысль о приеме в НАТО Украины и Грузии, то ясно, что ни одно правительство России это не примет. В то время, когда происходило объединение Германии, со стороны Запада прозвучали политические обещания, что иностранные военные силы не будут размещены на территории бывшей ГДР, но сегодня НАТО усилило свое присутствие даже в Балтии, хотя оно и основано на принципе ротации. Россия рассматривает это как провокационные действия и считает, что они противоречат ранее обещанному. Это, разумеется, не дает «скидки» в отношении действий, которые Россия совершает на Украине.

Крым — отдельный вопрос. И СССР, и Югославия распались из-за внутренних давления и разногласий, а не потому что руку к этому приложили другие государства. Тогда не было попыток сохранить автономные регионы, как Косово, которое должно было быть автономной республикой в составе Сербии. Однако Слободан Милошевич с этим не считался. Также Южной Осетии и Абхазии нужно было обеспечить автономию, но в 90-е годы президент Грузии Заиад Гамсахурдия это игнорировал. США встали на сторону Косово, но нарушили международные обязательства бомбардировками Сербии. НАТО — оборонительный альянс, но никто тогда не нападал на НАТО. В 2008 году США и страны Запада признали независимость Косово, и тем самым был нарушен Заключительный акт Хельсинского совещания от 1975 года, в котором определено, что в Европе не будет изменения границ без согласия обеих сторон. Это создало правовой прецедент, который Россия позже использовала в ситуации с Крымом. Крым перешел в руки России без кровопролития — живущие там люди сказали, что они хотят быть вместе с Россией. По моей оценке, с политической точки зрения Украине лучше без Крыма, с этим полуостровом всегда было бы сложнее. Украина отказалась формировать федеративное государство, хотя она очень расколота. Конечно, юридически переход Крыма в руки России незаконен. Но мы раньше создали прецедент, и последовала реакция, возможно, даже чрезмерная. Не думаю, что страны Балтии под угрозой. Зачем России на них нападать? Утверждения о такой угрозе не основаны на реалиях.

— Россия в наши дни стала более враждебной. Это уже не Россия 90-х годов, когда у власти находился Борис Ельцин, и на Западе были ожидания, что это государство станет демократическим…

— В 90-е годы экономика России тотально обвалилась, и это было не самое успешное время. Мысль о том, что основанную на диктате систему, которая опиралась на плановую экономику, можно успешно и быстро заменить на открытую демократическую систему, которая опирается на рыночную экономику, — это заблуждение. Демократические системы намного сложнее, их также сложно построить. Русские разочаровались в приватизации, возникло убеждение, что они проиграли в холодной войне. Михаил Горбачев тогда характеризовался как слабый лидер. На самом деле он один из лучших и самых творческих лидеров из тех, что были у России. В холодной войне не было победителей, мы ее прекратили путем переговоров. Ошибкой Обамы было не совсем умное отношение к российским лидерам, он публично выступал на них с нападками. Рейган никогда так не делал. Он понимал, что необходимо относиться друг к другу с уважением, нельзя публично выступать с нападками на другого лидера, потому что позже придется вместе работать. Когда Обама сказал, что Россия региональная сверхдержава, это тоже не было умно, потому что Россия в состоянии развернуть кибервойну. Бывший посол США в СССР Джордж Фрост Кеннан еще в 1951 году подчеркивал, что будущее России в ее собственных руках, и другие на него повлиять не могут. Одной из ошибок было допущение Запада, что мы подошли к так называемому «концу истории». Социолог Фрэнсис Фукуяма ошибался, используя этот термин и не принимая во внимание выводы мыслителей прошлого. К примеру, президент США Джон Квинси Адамс в 1821 году указывал, что США везде будут считаться цитаделью демократии, но если США ввяжутся в споры народов, то они такой цитаделью не будут. Во время вьетнамской войны Вильям Фулбрайт подчеркивал, что иностранные силы в других государствах не могут строить демократию. Демократию мы можем сохранять как пример у себя дома, и если все страны считают ее приемлемой, то это образец. Сейчас армия США разбросана по всему миру, но наша собственная инфраструктура разрушается. Поэтому и появился Дональд Трамп с лозунгом «America first!» («Америка — на первом месте!»). Трамп также сказал, что у нас слишком много военных расходов. Если бы мы не были так милитаризированы, то и Россия не тратила бы так много средств на военные нужды. В свое время президент Дуайт Эйзенхауэр предупреждал, что нельзя позволять доминировать в нашей экономике военно-промышленному комплексу, но именно это сейчас происходит.

— Кто, по-вашему, лидер Западного мира в наши дни — Трамп или Меркель?

— Термин «Западный мир» для меня проблема, потому что он содержит в себе противоречия. Мир из-за глобализации стал сложнее. Для интересов Европы канцлер Германии Ангела Меркель является более важным игроком, чем президент США. Я считаю, что США должны быть меньше вовлечены в Европу. Естественно, у США есть интересы, которые необходимо защищать, но проблемы могут возникнуть, если будут использованы военные средства. Не знаю, какова внешняя политика Трампа, и думаю, что он сам мало об этом знает. Что касается термина «свободный мир», то мы уже не живем в биполярном мире, когда коммунизм боролся с капитализмом. Мы сейчас находимся в намного более сложном мире, в котором из-за глобализации все взаимозависимы. Посмотрите на Турцию — разве там больше свободы, чем в России, хотя Турция член НАТО? Мир не черно-белый.

— Сейчас Запад сталкивается с агрессивными пропагандистскими кампаниями России. Каков ваш взгляд на это?

— Со стороны России это неудачная реакция самозащиты. К примеру, действия ЕС в попытках оторвать Украину от сферы российского политического и экономического влияния Россия восприняла как враждебные. Но Россия не создала ни Марин Ле Пен во Франции, ни Виктора Орбана в Венгрии, они появились в результате внутриполитических процессов в этих странах. Так же и Трамп в США появился не из-за России, и его победа не связана с влиянием России. Не Россия написала конституцию США, и коллегию выборщиков создали мы сами. В годы холодной войны мы использовали методы, которые теперь использует Россия. Сейчас мы должны найти способ, как отказаться от психологии холодной войны, потому что она опасна.

— Но разве в наши дни мы не живем в условиях новой холодной войны, как часто подчеркивают политические аналитики?

— Когда-то СССР был государством, которое основывалось на философии марксизма и пролетарской революции и противостояло второй системе — демократии и капиталистической экономике. Но теперь Россия — капиталистическое государство. Там большое влияние государственных предприятий, но все же… Говорить сейчас о возрождении холодной войны и смотреть с таким акцентом на происходящее в мире — одна из главных ошибок восприятия.

— В прошлом году прозвучало предположение, что бывший госсекретарь США Генри Киссинджер давал советы Трампу по формированию отношений с Россией и рассматривался как переговорщик со стороны США с Россией. Опыт Киссинджера именно из времен холодной войны.

— Пока ему не поручено такое задание, он не представляет США. Я не представляю правительство США, я частное лицо. Мой интерес: поддерживать мир, чтобы будущее поколение не допустило те же ошибки, которые допустили мы. С Киссинджером я недавно завтракал, и он признал, что нам не повезло, что мы находимся в конфронтации с Россией. Идея о сотрудничестве с другим государством ошибочно считается предательством, у нас есть возможность сотрудничать и находить общие интересы. Когда я работал у Рейгана, наша задача была найти общие интересы с СССР. Такой подход позволил нам прекратить холодную войну за три года. В нынешней ситуации никто не выигрывает. Возьмем для примера Крым. Если бы Обама приехал на Олимпиаду в Сочи и использовал возможность обсудить происходящее с Путиным, сказал бы, что Украина не будет принята в НАТО, то я думаю, что Россия не «взяла» бы Крым. Демонизировать Путина, делая его проблемой, и не принимать во внимание, что в его руках власть, было большой ошибкой.

— Недавно скончался бывший госсекретарь и один из величайших грандов внешней политики США — Збигнев Бжезинский…

— Я знал Бжезинского лично, но моя оценка происходящего в мире не совпадет с его оценкой. Думаю, что в будущем традиционная геополитика будет играть меньшую роль, потому что мир по своей сути стал намного глобальнее. Я бы сказал, что Бжезинский был типичным поляком. Польский вопрос психологический, хотя я очень уважаю поляков. Однако мне кажется, что в наши дни геополитический взгляд Бжезинского был бы слишком узок.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июня 2017 > № 2214122 Джек Мэтлок


Германия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 июня 2017 > № 2214119

Меркель раскритиковала ужесточение санкций США против России

Это стало очередным свидетельством растущих политических разногласий между Берлином и Вашингтоном

Стефан Вагстил (Stefan Wagstyl), Financial Times, Великобритания

Канцлер Германии Ангела Меркель присоединилась к критике ужесточения американских санкций против России, что стало очередным свидетельством растущих политических разногласий между Берлином и Вашингтоном.

Обычно осторожная и сдержанная г-жа Меркель поддержала министра иностранных дел Германии Зигмара Габриэля (Sigmar Gabriel), который выступил с резкой критикой предложений США. По словам ее представителя, она озвучила «такую же степень обеспокоенности» с «такой же горячностью».

Вмешательство г-жи Меркель демонстрирует ее готовность публично озвучить критику в адрес США после открытых нападок президента США Дональда Трампа на Германию за ее политику в сфере обороны, торговли и международного сотрудничества.

Г-жа Меркель продемонстрировала свою готовность к тому, чтобы спровоцировать негативную реакцию г-на Трампа и его союзников, хотя она утверждает, что она является убежденной сторонницей сохранения трансатлантического альянса, потому что, по ее мнению, на кону стоят интересы Германии и всей Европы.

Перспектива того, что трения в отношениях между США и Германией могут омрачить саммит Большой двадцатки, который должен состояться в июле в Гамбурге, очевидно, больше не сдерживает немецкого канцлера, являющегося самым влиятельным политиком в Европе.

Критика г-жи Меркель была направлена против Сената, который принял решение ужесточить санкции против России, введенные в связи с агрессией Кремля на Украине, развертыванием ядерного оружия и предполагаемым вмешательством России в американские президентские выборы. Этот законопроект, который, как ожидается, будет одобрен Палатой представителей, кодифицирует действующие санкции, что существенно затруднит процесс их смягчения. Такое решение Сената во многом объясняется опасениями, которые широко обсуждались ранее в этом году, что г-н Трамп может занять излишне мягкую позицию по отношению к России.

Однако в этом законопроекте появились новые меры, направленные в том числе против вызвавшего массу споров проекта «Северный поток-2», в который немецкие и австрийские компании уже вложили свои средства. Помимо санкций против российских компаний, в этом законопроекте прописаны санкции против иностранных компаний, поддерживающих «российские экспортные газопроводы».

Берлин осудил предложенные меры, назвав их вмешательством во внутренние дела Европы и угрозой «для европейских компаний, принимающих участие в развитии европейских энергопоставок».

Германия возмущена тем, что этот законопроект расширяет список обоснований для введения и ужесточения санкций, выходя за рамки агрессии России на Украине, которая стала первоначальной причиной совместных санкций США и Евросоюза, разработанных г-жой Меркель и предшественником г-на Трампа Бараком Обамой. Хотя Берлин разделяет обеспокоенность американцев тем, что Россия, возможно, вмешалась в ход американских выборов, она хочет, чтобы будущее санкций, введенных в связи с действиями России на Украине, было непосредственным образом связано с изменениями ситуации на Украине, чтобы президент России Владимир Путин был заинтересован в урегулировании кризиса.

Немецкие чиновники также крайне недовольны тем, что этот законопроект заставляет администрацию США «отдавать приоритет» американскому экспорту энергоресурсов, «создавать рабочие места в США» и «укреплять» внешнюю политику США. По словам немецких чиновников, это противоречит сути действующего санкционного режима, основанного на сотрудничестве, поскольку Америка ставит свои экономические интересы выше интересов ее европейских союзников, в частности в сфере энергетики.

Стоит отметить, что ранее Берлин отверг предложение госсекретаря США Рекса Тиллерсона (Rex Tillerson) о том, чтобы дать Москве возможность урегулировать текущий украинский кризис, не ограничивая себя рамками Минского соглашения — невыполненного мирного договора, подписанного в 2015 году при поддержке России, Украины, Франции и Германии в так называемом нормандском формате. По словам немецких чиновников, г-жа Меркель остается решительной сторонницей Минского соглашения и нормандского формата.

Тот факт, что г-жа Меркель поддержала г-на Габриэля в его критике в адрес США, вовсе не подразумевает смягчения ее скептического отношения к проекту «Северный поток-2» как таковому. Хотя г-н Габриэль активно отстаивает этот проект, аргументируя свою позицию экономическими мотивами, г-жа Меркель старается сохранять дистанцию из-за решительных возражений Польши и других восточноевропейских союзников Германии.

Германия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 июня 2017 > № 2214119


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210750 Оливер Стоун

Оливер Стоун о своем новом документальном фильме «Интервью с Путиным»

В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса расследуют предполагаемые попытки вмешательства России в президентские выборы в Соединенных Штатах, Стоун представляет сторону Путина в этой истории.

Эд Рэмпелл (Ed Rampell), The Nation, США

Беседа с обладателем трех наград Американской киноакадемии Оливером Стоуном — он является ветераном войны во Вьетнаме, награжден медалью «Пурпурное сердце» (Purple Heart), а также создателем некоторых из числа самых великих голливудских антивоенных фильмов — состоялась в его офисе, расположенном в городе Санта-Моника, в день празднования высадки союзных войск в Европе. Отличительной чертой кинематографических произведений Оливера Стоуна является создание им художественных альтернативных нарративов, что настроило против него не только правительственные силы, но и мейнстримовские средства массовой информации.

В 1986 году, когда президент Рональд Рейган проводил тайную операцию Иран-контрас, Стоун показал противоположную сторону этой истории в Центральной Америке в захватывающем фильме «Сальвадор». Позднее в том же году, а также в 1989 году с помощью своих фильмов, посвященных войне во Вьетнаме — премия «Оскар» за лучший фильм «Взвод» (Platoon) и номинация на лучший фильм ленты «Рожденный 4-го июля» (Born on the Fourth of July) — Стоун взялся за милитаризм с помощью своих ставших уже классическими произведений, повествующих о том, что война — это ад.

В то время как Рейган шумно рекламировал необузданный капитализм, Стоун в своем вышедшем в 1987 году на экраны фильме «Уолл-Стрит» (Wall Street) подверг сомнению моральный идеал, выраженный фразой «алчность — это хорошо». Возможно, наиболее запоминающейся работой Стоуна оказался вышедший в 1991 году его фильм «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе». В нем был подвергнут резкой критике доклад комиссии Уоррена по делу об убийстве президента Джона Кеннеди, а также говорилось о причастности агентов американских спецслужб к этому убийству. А в своей вышедшей на экраны в 2012 году колоссальной 796-минутной «Нерассказанной истории Соединенных Штатов» (Untold History of the United States) Стоун представил среди прочего свой развернутый взгляд на холодную войну.

Теперь Стоун вернулся со своими документальным фильмом «Интервью с Путиным». В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса проводят расследования относительно возможного российского вмешательства в президентские выборы в Соединенных Штатах, а также по поводу возможного заговора во время избирательной кампании и президентства Трампа, Стоун, используя свой уникальный доступ к российскому президенту, осмеливается представить сторону Владимира Путина в этой истории.

В ходе затрагивающего глубокие темы интервью с корреспондентом журнала Nation Стоун говорит о том, что, с его точки зрения, является позицией Путина. Мы говорили об Эдварде Сноудене, неомаккартизме, Сирии, Дональде Трампе, Украине, мейнстримовских средствах массовой информации, Хиллари Клинтон, Джулиане Ассанже, Берни Сандерсе, о возвращении холодной войны, о Мегин Келли, о войне и мире, а также о Путине. Это интервью было отредактировано и сокращено для большей ясности.

Nation: Давайте поговорим о графике работы над документальным фильмом «Интервью с Путиным».

Оливер Стоун: Работа над документальным фильмом «Интервью с Путиным» началась в июне 2015 года. Мы в это время как раз закончили съемки фильма о Сноудене — мы направились в Москву для того, чтобы снять последнюю сцену с Эдом Сноуденом. Мы задержались еще на несколько дней и посетили Кремль, где мы встретились с г-ном Путиным для нашего первого интервью. Затем мы остались еще на два дня, и у нас было несколько интервью. Мы вернулись в Россию в начале следующего года, а затем в середине 2016 года — и каждый раз было несколько интервью — в Сочи… на даче — мы использовали любую возникавшую возможность. Его рабочий график был очень плотным; он работает допоздна. Часто он уходил в час ночи и говорил: «У меня еще одна встреча».

Путин придерживается строгой дисциплины, а ночью отсыпается. Каждый раз утром он выглядел свежим — он никогда не уставал, в отличие от меня. Он очень, очень дисциплинирован, возможно, это идет от дзюдо… Он всегда был в костюме с галстуком и выглядел очень хорошо ухоженным, независимо от времени суток. Ему ни разу не надо было посещать туалет… Он живет в таком стиле вот уже 16 лет. Я упомянул о том, как Рейган занимался делами — он ничего не перекладывает на других, он вникает в самую суть каждого вопроса. Это меня впечатлило… Путин — очень последовательный, консервативный лидер.

Четвертая поездка — мы надеялись, что уже все закончили… Она не была запланирована — это было уже после выборов в Соединенных Штатах, возник целый набор совершенно новых острых вопросов. Поэтому мы договорились о поездке в феврале 2017 года и сняли заключительную часть, уже после прихода Трампа к власти. В ней много времени уделено Трампу — но речь там идет не только о сегодняшнем дне, там присутствует и взгляд в прошлое, который охватывает период в 17 лет, там речь идет о пребывании Путина в должности президента, что очень важно для понимания нынешней ситуации.

Американцы склонны судить на основании текущего момента — заголовки, новости. Но так это не работает — политика, отношения между странами требуют определенной временной перспективы… К сожалению, у нас нет такой возможности, поскольку наш мир новостей требует немедленного ответа, как Буш вынужден был быстро отреагировать: «Я заглянул в его душу и понял, что это человек, которому я могу доверять»… Такого рода отношения выстраиваются только для камеры.

Он мог прервать эту работу в любой момент. Если бы интервью были скучными, а мои вопросы беспредметными, то, я думаю, мы бы закончили быстрее. Мне кажется, я поддерживал его интерес за счет «танцев», то есть, за счет того, что делает режиссер фильма с актерами, пытаясь поддерживать интерес и сделать так, чтобы они захотели снять этот эпизод. Это тот навык, который я приобрел с годами, работая с актерами. Я делал это и с главами государств — с Кастро, Нетаньяху, Арафатом…

Всего у нас получилось 19 часов отснятого материала. Мы сократили его до четырех часов — это неплохая пропорция в 20%…. Мы провели вместе 22 часа… Никаких российских денег в финансировании «Интервью с Путиным» не было…

— В чем значение вашего документального фильма, который выходит на экраны во время ухудшения американо-российских отношений на фоне всех этих обвинений в хакерских атаках во время выборов?

— Так это не планировалось. Это еще один кризис в длинной цепочке кризисов. Соединенные Штаты всегда господствуют в области средств массовой информации и представляют по всему миру свою сторону событий с помощью заголовков. Следует иметь в виду, что российская точка зрения при этом никогда не включается, и она никогда должным образом не представляется для американского народа. А когда это происходит, то создается впечатление, что она преподносится саркастически, насмешливо — это не очень хороший способ для того, чтобы заниматься делом. И поэтому мы совершенно определенно попытались отойти назад во времени и продвигаться к настоящему дню. И это совпадает с президентством Путина, начавшемся в 2000 году.

Он увидел, что Россия находится в состоянии хаоса — вспомните, американцы направляли экономические команды в Россию, они давали советы Ельцину. Ельцин был хорошим другом для г-на Клинтона — он был в значительной степени «нашим парнем». В 1996 году, когда рейтинги Ельцина были на катастрофическом уровне, он был переизбран президентом. Это все еще остается большим вопросом в России — выборы воспринимаются как подтасованные, и в подтверждение этой точки зрения существует немало свидетельств. Кроме того, он неожиданно получил кредит от МВФ, достаточно большой; это произошло в последнюю секунду и позволило поддержать экономику.

Наш эксперимент в России не сработал — приватизация, передача всех государственных предприятий. Все это привело к масштабной коррупции, на которую мы сегодня жалуемся. Значительная часть этой коррупции родом из того периода. Потому что те люди, у которых хватило ума, получили все бесплатно. А те люди, которые действовали по правилам, так, как надо, люди, которые имели пенсионные планы, планы в области страхования, оказались реально в пролете (Смеется).

Скажем так — ВВП России обрушился приблизительно на 40%. Для них этот обвал был хуже, чем Вторая мировая война, которая нанесла огромный ущерб России. Как сказал Кеннеди, «треть Соединенных Штатов, от Чикаго до Нью-Йорка, была уничтожена». Экономика России опустилась до уровня экономики Голландии.

После прихода Путина к власти все на самом деле изменилось. Уровень доходов вырос. Еще существует проблема бедности и различия в доходах — все это уходит своими корнями в 1990-е годы. Ситуация с приватизацией были изменена — модифицирована. Путин верит в капиталистическую, рыночную экономику — больше в ее европейский, чем в американский вариант. Он запустил процесс реформ. Он наделал себе много врагов — как вы понимаете, из числа людей, которые получили выгоду от ситуации в 1990-е годы. Не все, но многие из них эмигрировали, взяли с собой деньги и уехали.

— «Олигархи»?

— Ну, да, их называли олигархами. Но многие из них остались и работали с правительством.

— Должна ли Россия быть партнером Америки в области национальной безопасности вместо того, чтобы рассматривать ее как врага государства номер один?

— Абсолютно. У Америки и России много общих интересов, включая борьбу против терроризма. В космосе они будут ключевыми союзниками. Нам не следует милитаризировать космическое пространство, и это одна из их претензий. Конечно, контроль в области климата… Есть надежда на то, что во всех этих областях может быть налажено сотрудничество — а также в области безопасности в мире…

— Вы являетесь принципиальным критиком мейнстримовских средств массовой информации. Что вы думаете о том, как они представляют Путина?

— Это позор для Запада. Сначала публиковались какие-то позитивные вещи, когда он привнес порядок в существовавший хаос. Но когда он стал, так сказать, сыном России и начал действовать в собственных интересах России, как государствам и полагается поступать, он, на мой взгляд, застал врасплох американских лидеров, элиту своей твердостью и последовательностью. Медийная война против него началась в феврале 2007 года (когда Путин в своем выступлении на Мюнхенской конференции по безопасности подверг критике американский унилатерализм за «почти несдерживаемое масштабное использование силы в международных отношениях»).

— В ваших художественных и в документальных фильмах, от «Джона Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе» до «Нерассказанной истории», меня больше всего поражает то, что в кинематографическом смысле вы представляете нарратив, противоположный господствующим взглядам, вы предлагаете версию относительно событий и людей, которая противоречит официальной. Чем ваш взгляд на Путина отличается от того, что предлагает нам расхожая точка зрения, представленная в мейнстримовских средствах массовой информации?

— В нашем документальном фильме он углубляется в детали, что важно для понимания истории и истоков; он говорит о трех шоках, с которыми он столкнулся в результате инициированной американцами экспансии НАТО, начавшейся в 1999 году — было добавлено 13 государств. НАТО иначе воспринимается русскими, чем жителями стран Запада…

НАТО, по его словам, представляет собой почти национальное государство, которое ставит под свой контроль военные механизмы тех стран, которые являются членами альянса. Они становятся государствами НАТО. Планирование в рамках НАТО использования их территории для проведения операций, военных игр и, возможно, даже, в конечном счете, их самих в качестве военного заложника, находящегося на линии фронта. НАТО — это серьезные обязательства… НАТО представляется как антироссийский альянс…Это очень важно для Соединенных Штатов, но я не думаю, что в интересах Европы быть заложником на линии фронта в условиях напряженной ситуации.

Однако приближение НАТО к границам России — это уже на грани — это как если бы (Россия) разместила свои войска в Мексике и в Канаде, прямо на наших границах, и сказала бы, что мы вам не доверяем и можем напасть на вас в любой момент. Это колоссальная напряженность. Это называется «стратегией напряженности», и она имеет фундаментальное значение для западных интересов… Однако русские не оказывают на нас никакого давления, они не перемещают войска — это Соединенные Штаты перемещают свои войска. Какое у нас количество баз передового базирования — 800? Плюс войска специальных операций в 130 странах — мы чувствуем угрозу, мы чувствуем, что находимся в окружении…

Вот что говорит г-н Путин: «Кто привносит хаос в мир?» Если посмотреть на карту и спросить: «Где находятся войска, где расположены базы, куда направляется оружие?»

— Путин на самом деле говорит в этом фильме о том, что в последний период существования СССР его лидерам было обещано, что НАТО не будет расширяться и принимать в качестве своих членов страны Восточной Европы.

— Но это не было зафиксировано на бумаге, как он говорит, и обвиняет Горбачева…

Номер два (второй шок) он испытал в тот момент, когда Джордж Буш вышел из договора по ПРО с Россией (в 2001 году) — это был настоящий шок. Очень опасный для мира шаг — люди не обратили на это внимания, однако вся концепция ядерного паритета, создававшаяся в течение стольких лет, была нарушена. После этого Америка разместила элементы ПРО в Польше и в Румынии, прямо на границе с Россией.

Я не могу сказать, в какой мере это нарушило баланс. Русские были в шоке от этого — нельзя аннулировать такие важные договоры. Договор по ПРО был краеугольным камнем ядерного паритета и был подписан в 1972 году Никсоном и Брежневым. Это был очень важный договор, однако американский народ не осознает этого, потому что средства массовой информации не объяснили это миру. Это означает, что Россия теперь вынуждена затрачивать деньги и огромное количество усилий на перестройку некоторых своих ядерных систем. Потому что теперь сложно проследить — антиракеты очень быстро можно превратить в наступательное оружие.

Если, например, не сообщить об этом русским, то они не смогут понять, что у них на радаре, с чем они сталкиваются. Если вдруг противоракета начинает вести себя как наступательное оружие, то это становится реальной проблемой. Вы должны мгновенно перестроить свою оборонительную систему и попытаться ликвидировать эту угрозу. Америка разместила вдоль всей границы России подводные лодки, межконтинентальные ракеты, самолеты НАТО — с обеих сторон. Мы разрабатываем всевозможные новые виды вооружений, включая новые ядерные «супервзрыватели» (super-fuses) — они очень опасны.

Другими словами, Соединенные Штаты не намерены вводить какие-то ограничения в области ядерного оружия — они демонстрируют намерение добиться превосходства и обладать потенциалом первого удара по России. Это серьезный, очень серьезный вопрос. Более серьезный, чем вы думаете. Это подводит нас к самой грани. Существует также большое количество возможностей для совершения ошибок, как это показано в фильме «Доктор Стрейнджлав» (Стоун показывает Путину фрагмент этой ядерной сатиры Кубрика 1964 года в своем документальном фильме), в котором происходит сбой; кто-то реагирует слишком остро — это так много раз происходило, начиная с 1970-х годов, и мы были близки к этому, если разобраться в деталях. Во время правления администрации Рейгана было несколько инцидентов такого рода. Поэтому все в настоящее время обеспокоены. Поляки вовлечены — они ненавидят русских, страны Восточной Европы, в головах у них —мысли о мести. Это очень опасная ситуация, и может произойти случайность.

Номер три (третий шок), он в деталях говорит о поддержке Соединенными Штатами терроризма в Центральной Азии, а также в России. Путин об этом говорит, это очень важный вопрос. Они помогали нам после терактов 11 сентября (2001 года), они договорились с Бушем о том, чтобы помогать нам в Афганистане — право транзита, вооружения, разведывательные данные; они, на самом деле, нам помогали. В действительности, они спасли немало наших жизней в Афганистане. В тот момент они стали перехватывать сигналы от чеченских террористов, в Грузии… предпринимались попытки отделить их от Матушки России, население которой уже в 1991 году сократилось на 25 миллионов человек. Грузия стала независимой в тот период. То есть, возникали самые разные проблемы на границе. Украина стала проблемой в 2004 году… и сейчас на Украине терроризмом занимаются крайне правые головорезы.

Буш и Путин провели встречу — он рассказывает о ее результатах. Буш согласился с тем, что мы не должны поддерживать тех людей, который стремятся развалить Россию — в то же самое время он ничего не может сделать, потому что ЦРУ продолжает этим заниматься. И возникает вопрос — кто управляет страной, кто принимает решения. Буш принимает решения? Трамп принимает решения? Или, на самом деле, существует тайное государство, ЦРУ, разведывательные службы, которые делают, что хотят? Это тоже стало одним из вопросов.

Когда советское государство развалилось в 1991 году… отношения продолжились в обычном режиме, единственная сверхдержава… Г-н Буш направил на Ближний Восток 500 тысяч солдат. Это крайне важное решение — вспомните о том, что во Вьетнаме это происходило постепенно… И вдруг 500 тысяч солдат сигнализируют о новом присутствии в мире. Это г-жа Сверхдержава вешает свою вывеску и говорит: «О'кей, мы будем все решать…»

Однако эти три вещи поразили Путина в первые годы, и это было главным изменением в отношениях. Он говорит о «наших американских партнерах» в ходе всего документального фильма, и он ни о ком не говорит ничего плохого, ни об одном президенте. Он уважает Обаму, он уважает Буша — ему, в определенном смысле, явно нравится Буш. На мой взгляд, если брать систему американских ценностей, то Путина следует считать консервативным американцем с абсолютно традиционными ценностями. Он подходит под эту категорию. И если бы он был американским президентом, его бы очень любили наши средства массовой информации, потому что он — хороший, последовательный лидер.

— Вы считаете, что мейнстримовские средства массовой информации демонизируют Путина?

— Ну, ни об одном из упомянутых мной вопросов в период с 2000 года по 2007 ничего не сообщалось (Примечание редакции журнала Nation: На самом деле, они очень мало освещались в мейнстримовских средствах массовой информации). Я об этом ничего не читал. Я думал, что у нас хорошие отношения — но я ошибался. И я не следил за украинской «Оранжевой революцией» 2004 года — казалось, что Россия не имеет ничего против того, чтобы Украина двигалась в сторону Запада. Это не было вопросом. У них были торговые договоры, которые были выгодными, мощными и хорошими для обеих сторон. У них были соглашения в военной области о поставках вооружений. Но все они были разорваны в результате государственного переворота 2014 года. Возникали проблемы в ходе войны в Грузии, о чем мало говорилось. Вторая чеченская война — наконец, Чечня была успокоена (война прекратилась в 2009 году).

Отношения осложнились из-за Украины и Сирии, которая была первой в списке. Потому что в 2011 году Соединенные Штаты активно стали вмешиваться в Сирии, а она была союзником России с 1970-х годов, у них там находилась военная база. Сирия была одним из их наиболее важных союзников России на Ближнем Востоке. Соединенные Штаты, Саудовская Аравия, Иордания, Израиль, Англия, Франция — все они стали принимать участие в этой опосредованной войне в Сирии, а цель их состояла в том, чтобы дестабилизировать страну, избавиться от Асада и привести к власти представителей какой-то умеренной оппозиции, хотя никаких признаков ее существования в то время не было.

Ситуация в стране ухудшалась. Обама бомбил Сирию в течение четырех лет, а никаких результатов борьбы с «Исламским государством» (запрещенная в России организация — прим. ред.) не было достигнуто. Путин вмешался в 2015 году — и именно в этот момент дерьмо попало на вентилятор. Потому что, на самом деле, начались активные бомбардировки, тысячи боевых вылетов, сотни вылетов в день, тогда как Соединенные Штаты предпринимали один или два. Он, действительно, нанес ущерб «Исламскому государству», и это существенно изменило ситуацию. Если вы заметили, развитие всего сирийского кризиса изменило цвет после того, как туда пришли русские и начали делать то, что они и намеревались делать, то есть бороться с терроризмом.

Путин настаивает на том, что это является главной целью. Он подчеркивает, что Дамаск находится на расстоянии всего в 2500 километров от Москвы — это не так далеко. Мы должны понять тот страх, который испытывают русские по поводу возрождения терроризма, поскольку они испытали все это в Беслане (захват школы, 1-3 сентября 2004 года), в Москве (в московском центре на Дубровке, в четырех километрах от Кремля, 23 — 26 октября), в театральном зале «Дубровка» в 2002 году — многие россияне погибли в результате этих терактов.

Путин очень серьезно отнесся к Сирии — я не думаю, что американцы так же серьезно отнеслись к этому, поскольку у нас были другие цели. Мы не боролись с терроризмом. Мы боролись за наше геополитическое преимущество в Сирии, и это во многом связано с нефтью и с географией — контроль евразийского субконтинента, Турция.

Однако Сирия и Украина вместе разрушили все остававшиеся отношения. К этому добавилось еще огромное количество оскорблений со стороны западных средств массовой информации и правительств. Когда у нас есть такие люди, как Джон Маккейн, который говорит, что «Путин — головорез, убийца, диктатор» —

— и «большая угроза, чем «Исламское государство».

— И «большая угроза, чем «Исламское государство».

— Что вы об этом думаете?

— Я не считаю, что Россия представляет собой угрозу. Я считаю, что это, как мог бы сказать Ноам Хомский (Noam Chomsky), сфабрикованный кризис. Он помогает поддерживать американскую враждебность, поддерживать военно-промышленное государство, поддерживать бюджеты — это позволяет расходовать на оборону в 10 раз больше, чем это делают русские. И, конечно же, самую большую ошибку совершил Обама в 2009 году, когда он сказал о том, что мы собираемся полностью перестроить нашу ядерную инфраструктуру и потратить на это триллион долларов. Это очень опасная мысль, если подумать о возможности гонки вооружений, о том, как Россия будет отвечать, как Китай будет отвечать? Подумайте об этом — направить миллиарды долларов на подготовку к войне. К чему это приведет?

Это мог бы быть великий момент — как это было с окончанием периода Горбачева, и Буш мог бы сказать: «Давайте жить в мире». Рейган в какой-то момент хотел полностью разоружиться — помните, Горбачев сказал: «Давайте избавимся от всего оружия», и Рейгану понравилась эта идея.

— Это было на встрече в Рейкьявике в 1986 году?

— Это была прекрасная мысль, это был великий момент в истории… Если мир взорвется, то люди должны знать, что был такой момент…

(Обама) в 2009 году (планировал потратить 1 триллион долларов на обновления ядерной инфраструктуры), и это очень опасно. Это решение, а также угроза, исходящая от антиракет, ставят мир на грань… Основываясь на всей моей работе над этим документальным фильмом и на моем сюжетном инстинкте, я могу сказать, что русские — это крутые ребята, и они не будут уступать. Их победа во Второй мировой войне была поразительной — нацисты причинили им большой ущерб, лучшая военная машина всех времен. Они понесли огромные потери, но они смогли восстановиться и оказать сопротивление — по сути, они перевернули весь ход войны в Сталинграде… И они боролись, они продолжили это делать в Восточной Европе, это было невероятно. Их военные и гражданские потери оказались колоссальными — по некоторым оценкам, 27 миллионов…

Россия выиграла Вторую мировую войну — но русские не получили за это никакой награды. Сразу после этого Черчилль и Трумэн начали холодную войну. Советские фильмы о Второй мировой войне были очень хорошие… Они помнят. Если вы сегодня будете снимать фильм о Второй мировой войне, если это не будет что-то вроде Тарантино, это никого особенно не затронет в нашей стране. А в России это может случиться, если это дойдет до их сердец, это их ДНК. Все в России, все имеют родственников, которых затронула война, которые были ранены или убиты. Погибло очень много людей. Вся страна боролась за выживание.

Вы должны это понять — они готовы к войне, и они этого опасаются. Я почувствовал во время моих поездок… я почувствовал, что они очень удивлены тем, что Америка занимает такую жесткую позицию в отношении России. Им нравится Путин, поскольку он отстаивает интересы России. Он не слишком агрессивен, он никуда не вторгается, если не считать того, что говорят…

— А вы рассматриваете все то, что происходит сегодня — все эти обвинения о вмешательстве России в американские выборы — в контексте холодной войны?

— Абсолютно. Память о холодной войне не исчезла. Все представители более старших поколений, неоконсерваторы, все они помнят об этом, а также о том, что Россия является главным врагом. Это у них в крови, это их ДНК — ненавидеть русских… Я не считаю это необходимым, на мой взгляд, существует огромное количество недоверия, особенно со стороны элиты Республиканской партии. Они сделали это вопросом на выборах, когда запаниковал Трумэн (в 1948 году), они приняли Акт о лояльности (Loyalty Act) и создали ЦРУ. Поэтому многие из этих зол мы унаследовали от того времени.

Интересно вот что: если бы Рузвельт прожил на несколько месяцев дольше, то в таком случае, совершенно очевидно, мы унаследовали бы другой мир. Очень жаль, что он умер в апреле (1945 года) — если бы он дожил до июля или до августа… Рузвельт верил в великий альянс с участием Соединенных Штатов, Советского Союза, Англии и Китая… Черчилль сказал: «Как бы вы ни критиковали Сталина, он выполнял то, что обещал нам».

— Не сеем ли мы семена нового маккартизма с помощью всех этих обвинений в хакерских атаках?

— Это очень странно — но это происходит. Эти старые фигуры, которые не доверяют России и ненавидят все, что с ней связано. Мне это непонятно, потому что русский народ во многом похож на американский народ…

— Все 17 разведывательных ведомств США пришли к одинаковому выводу относительно хакерской атаки со стороны русских, и все, занимающие левую позицию, вынуждены сказать: «Они должны знать то, что они говорят». Но вы не верите в то, что все эти 17 разведывательных ведомств говорят правду?

— Я не верю, потому что они отошли от своей первоначальной позиции… Это были три ведомства — ЦРУ, АНБ и ФБР. Они состряпали эти разведывательные данные. Это мои слова, (а не Путина)… Это очень серьезные обвинения — относительно того, что Трамп был маньчжурским кандидатом. Я считаю разговоры о влиянии русских на выборы абсурдными, и это видно невооруженным глазом.

Израиль имеет намного большее влияние на американские выборы с помощью Американо-израильского комитета по общественным связям. Саудовская Аравия оказывает влияние с помощью денег… Шелдон Адельсон (Sheldon Adelson) и братья Кох (Koch brothers) имеют большее влияние на американские выборы… А премьер-министр Израиля приезжает в нашу страну и, выступая в Конгрессе, критикует политику президента в отношении Ирана — это довольно возмутительно.

Наша страна в большой степени находится под властью диктатора — этим диктатором являются деньги, военно-промышленный комплекс… За гранью абсурда — каждый год иметь такие расходы на военные нужды…

— Хотя ваши документальные фильмы не так хорошо известны, как ваши художественные картины, вы сняли довольно много документальных лент. Можете ли вы поставить «Интервью с Путиным» в контекст ваших предыдущих документальных фильмов о Фиделе, Арафате, «К югу от границы» и т.д.?

— Это были особые интервью, как и это. Идея относительно Путина возникла спонтанно, она выросла из истории со Сноуденом. Я встречаюсь с Путиным, и в результате мы делаем фильм. В тот момент мы не определяли никаких границ. Мы вынуждены были делать так, чтобы ему было интересно. На мой взгляд, большинство интервью вызывают у него скуку. Конечно, если вспомнить людей вроде Мегин Келли (Megyn Kelly), которые наскакивают на вас, и вы вынуждены защищаться, — такой вариант мне не совсем подходит…

В конце он мне сказал: «Спасибо за то, что вы были таким обстоятельным и задавали хорошие вопросы». Я бросал ему вызов, но делал это мягко — ничего не получится, если использовать острый подход в стиле Мегин Келли… Она была недостаточно хорошо информирована, она упомянула о 17 разведывательных агентствах, и она ничего не знала о тех цифровых следах, о которых говорил Путин.

— Путин ссылался на вас, когда в беседе с Мегин Келли он упомянул о существующей в Соединенных Штатах теории, согласно которой президент Кеннеди был убит американскими спецслужбами?

— Я не знаю. Он никогда со мной об этом не говорил… Это было совершенно неожиданно. Но он воспринял это как возможный вариант, не так ли? Я, конечно же, в это верю, и вы, вероятно, тоже… Только государственный аппарат мог это осуществить, а не любители.

— С точки зрения истории документальных фильмов, вы можете сравнить «Интервью с Путиным» с такими лентами, в которых рассматриваются и переоцениваются уже устоявшиеся нарративы, как в фильме Майкла Мура «Фаренгейт 9/11» (2004), как в фильме «Тонкая голубая линия» Эррола Морриса (1988), или в его же фильме «Туман войны» (2003), как в «Безумцах Титиката» Фредерика Уайзмена (1967), в «Поспешном осуждении» Эмиля де Антонио и Марка Лейна (1967)? В этих фильмах были представлены альтернативные точки зрения, и они помогли изменить общественное мнение. Можете ли вы поставить фильм «Интервью с Путиным» в этот контекст?

— Пока еще нельзя сказать. Будем надеяться на то, что он будет способствовать миру, гармонии и улучшению взаимопонимания. Да, я абсолютно сознательно выступаю за другой мир, за альтернативный. Я не понимаю, почему мы ведем войны…

Как вы это называете: Стоун/Путин? Некоторые говорят: Фрост/Никсон. Все это было в прошлом — а сейчас настоящее. Это шанс для сумасшедшего кинорежиссера выйти и спросить: «Что вы там на самом деле говорите? Мы можем это услышать?»

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210750 Оливер Стоун


Саудовская Аравия. Ирак. США. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 16 июня 2017 > № 2210459 Александр Лосев

Нефтяные клещи: цена зажата войной и жадностью членов ОПЕК

Александр Лосев

генеральный директор «УК Спутник — Управление капиталом»

Индекс BI North America Independent E&Ps, отслеживающий группу из 56 сланцевых производителей, упал на 21%, притом что индекс широкого рынка S&P500 вырос с начала 2017 года на 9%

Подписание очередного соглашения о продлении еще на 9 месяцев обязательств по сокращению добычи нефти до 32,5 млн баррелей в день (для ОПЕК) и по снижению производства на 558 000 баррелей (для не входящих в картель) так и не привело к росту нефтяных котировок. Реакция рынка оказалась диаметрально противоположной той, что наблюдалась в ноябре 2016-го. Котировки сорта Brent, подраставшие до майского заседания картеля к уровням $54,5, в течение последующих нескольких часов упали на 7%. Трейдеры и аналитики не поверили, что новое соглашение способно сбалансировать нефтяной рынок, что оно будет соблюдаться подписавшими его странами и, само главное, что сократившуюся добычу ОПЕК не восполнят производители сланцевой и обычной нефти из США, а также нефтегазовые компании стран, не участвующих в договоренности.

Инвестбанки и аналитические агентства снизили прогнозы средней стоимости барреля в 2017 году, в США начался отток клиентских средств из ETF-фондов, инвестирующих в нефтегазовый сектор. На стороне «медведей» играют как статистика по запасам США, которые составили рекордные 15,5 млн баррелей, обновив максимумы 2008 года, так и объемы производства в странах ОПЕК, к которым не предъявлялось жестких требований со стороны картеля: Ливия, Нигерия, Ирак.

Так, согласно предварительным данным EIA (подразделение Минэнерго США) импорт из Ирака вырос в мае до 1,14 млн баррелей в день, что является максимальным значением с 2012 года, и компенсирует 55% (по сравнению с 2015 г.) падение импорта из Саудовской Аравии. Нарастила поставки на 800 000 баррелей Ливия, где воюющие за контроль над страной группировки разделились на два основных лагеря, один из которых поддерживается Катаром, а другой получает помощь от Саудовской Аравии. Нигерия, испытывающая проблемы из-за действий боевиков, вдруг тоже неожиданно увеличила добычу на 250 000 баррелей в сутки.

Нефтеперерабатывающие заводы по обеим сторонам Атлантики и так уже были заполнены углеводородным сырьем из США, Северного моря и Африки, а теперь туда еще хлынула высококачественная легкая нефть из Ливии и Нигерии, что не могло не отразиться на ценах.

Заявление Дональда Трампа о выходе США из Парижского соглашения по климату оказало дополнительное давление на котировки нефтяных фьючерсов, оправив Brent к уровням в $48, а WTI на $46, так как развязывает руки американским нефтегазовым компаниям и может спровоцировать дальнейший рост добычи и использования ископаемого топлива.

И лишь новость о том, что Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн, ОАЭ и еще несколько арабских стран объявили о разрыве дипотношений с Катаром, мотивировав это тем, что эмират поддерживает ряд террористических организаций, ненадолго поддержала нефтяные цены, поскольку рынок подумал, что обострение конфликта на Ближнем Востоке подтолкнет котировки нефти вверх. Но поскольку это всего лишь дипломатическое и экономическое давление, на рынке нефти конфликт Катара с соседями отразится лишь косвенно, например, в объемах добываемой нефти в Ливии и Нигерии.

Следует отметить, что рост запасов наблюдался и перед началом действия предыдущего соглашения о сокращении добычи, и вполне возможно, что с 1 июля запасы начнут быстро сокращаться. Не забывает рынок и о том, что у ОПЕК сейчас имеются в наличии резервные мощности на 2,1 млн баррелей в день, которые могут быть задействованы в любой момент либо для компенсации возможного дефицита, либо для очередного демпинга. К тому производители сланцевой нефти в США почти каждую неделю вводят в строй по несколько новых буровых установок, и их общее количество с июня 2016 выросло почти в два раза, хотя до максимумов 2014 года им еще очень далеко.

Но это всего лишь простая арифметика. Дальше начинается математика.

Цена барреля нефти – это функция многих переменных и их производных, среди которых не только объемы и сорта добываемой нефти, количество буровых и мощности перерабатывающих заводов, на что по привычке обращают внимание трейдеры и аналитики, но и распределение показателей экономического роста по регионам планеты и климатические процессы, доступность средств на денежном рынке и инвестиционные потоки, технологии добычи и особенности месторождений, потребительские предпочтения и геополитические процессы.

Причем большинство этих параметров меняются случайным образом, а каждый новый день вносит коррективы и в величину потребления, и в объемы добычи. Таким образом, сводить прогноз цен к величине запасов, количеству буровых и объемах добываемой нефти в отдельных регионах, например в США или Ливии, неправильно, поскольку модель ценообразования на нефтяном рынке описывается системой стохастических дифференциальных уравнений, а значение цены барреля находится в поле направлений интегральных кривых. А это значит, что все соотношения стоимости нефти и объемов производства прошлых лет, в том числе и на сланцевых месторождениях, бесполезны для дальнейшего анализа и, чтобы понять, где же будет располагаться поле значений нефтяных цен после 1 июля, необходимо выделить значимые факторы сегодняшнего дня и исследовать их в комплексе.

Итак, что же мы можем увидеть сейчас? По данным Всемирного Банка, рост мировой экономики составит в этом году 2,7%, при этом развивающиеся страны покажут в среднем темпы в 4,1%, а среди развитых стран ускорение роста ожидается в США и Японии, что обеспечит в 2017 году средний рост мирового спроса на нефть на 1,3 млн баррелей в день по сравнению с 2016 годом. Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует, что спрос на нефть в 2018 году увеличится на 1,4 млн баррелей в сутки — до 99,3 млн баррелей в день, и этот прирост потребления придется в основном на Китай и Индию.

Правда, весь этот дополнительный спрос может быть удовлетворен производителями нефти, не связанными соглашением ОПЕК, что сводит на нет все усилия по ограничению добычи картелем. И об этом как раз предупреждает МЭА в своем недавнем докладе, и именно это очень сильно давит на котировки. Но у этих соображений есть и слабая сторона, и, судя по тому, что производители нефти начали резко сокращать количество фьючерсных позиций на продажу нефти, а спекулянты, напротив, слепо следуют текущему тренду, восстанавливая объемы коротких позиций вблизи годовых максимумов, у нефтяников есть свои соображения о будущем рынка.

Дело в том, что инвестиции в разведку и разработку новых месторождений упали в прошлом году до самого низкого уровня с конца 1940-х годов, а прогнозируемая добыча в США очень чувствительна к стоимости барреля. Рентабельность сланцевых проектов в пермском бассейне в Техасе находится в диапазоне от $40 до $45, в то время как в девонской части Баккеновской формации (север США) себестоимость многих проектов остается в районе $50 за баррель.

По прогнозам EIA, рост сланцевой добычи может при благоприятных условиях продлится в течение пяти лет, а после 2023 года наступит стабилизация на достигнутых к этому моменту уровнях. Но что заметно уже сейчас, так это то, что акции сланцевых компаний снижаются вмести с ценами на нефть, а индекс BI North America Independent E&Ps, отслеживающий группу из 56 сланцевых производителей упал на 21%, притом что индекс широкого рынка S&P500 вырос с начала 2017 года на 9%.

А что касается крупнейших производителей традиционной нефти, то, согласно исследованию BMI Research (принадлежащей Fitch), чтобы денежный поток оставался нейтральным, нефтяным компаниям необходим уровень в $55, а при более низких ценах им придется продолжать продавать непрофильные активы и сокращать капитальные вложения. Это может привести к дефициту предложения углеводородов к 2020 году, если спад инвестиций продолжится теми же темпами, что и в 2016 году, и даже если цены на нефть стабилизируется сейчас на уровне $50 за баррель.

Кроме того, и у стран ОПЕК, и у независимых производителей есть свои меркантильные интересы, доходы от продажи нефти снижаются, траты растут, а у Саудовской Аравии еще и IPO Saudi Aramco намечено на 2018 год, и при этом сохраняется определенный контроль над ситуацией и в Ливии, и в Нигерии, и в регионе Персидского залива.

Вывод из всего этого следующий. Мы наблюдаем естественную волатильность нефтяных цен, при этом механизм ценообразования обладает системой обратных связей и снижение котировок сейчас скажется в ближайшем будущем их восстановлением в районе $50, но рост нефтяных цен, скорее всего, будет ограничен уровнем $55 на горизонте ближайших месяцев.

Саудовская Аравия. Ирак. США. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 16 июня 2017 > № 2210459 Александр Лосев


КНДР. США > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 15 июня 2017 > № 2209649 Андрей Ланьков

Зачем Северная Корея посадила и освободила американского студента

Андрей Ланьков

Арест американского студента был нужен Пхеньяну, чтобы добиться очередного визита в страну кого-нибудь из высокопоставленных американцев. Но проблемы со здоровьем студента сломали схему, и теперь все будут подозревать, что арестованного пытали. А это добавит аргументов тем, кто считает, что военная операция против КНДР не только морально справедлива, но и стратегически рациональна

Поздно вечером 13 июня в аэропорту американского города Цинциннати приземлился небольшой самолет, на борту которого был необычный пассажир. У трапа ждала машина скорой помощи, и прямо из аэропорта прибывший специальным рейсом 22-летний американский студент Отто Вармбиер (Otto Warmbier) отправился в больницу. Там его попытаются вывести из комы, в которой он, как узнала его семья, находится уже год – это случилось вскоре после того, как северокорейский суд приговорил юношу к 15 годам тюремного заключения за попытку похитить пропагандистский плакат из служебных помещений интуристовской гостиницы.

Официальная версия, предъявленная северокорейской стороной, заключается в том, что после приговора Отто Вармбиер заболел ботулизмом, и кома, дескать, стала реакцией организма на лекарство, которое ему дали северокорейские врачи. Как и следовало ожидать, и американское, и западное общественное мнение отнеслись к этим заявлениям скептически: тут же начались разговоры, что, дескать, Вармбиер впал в кому в результате пыток или стал жертвой медицинских экспериментов.

Скорее всего, подозрения эти необоснованны: прецеденты двух последних десятилетий однозначно показывают, что к задержанным иностранным гражданам в КНДР относятся с исключительным пиететом – в первую очередь потому, что каждое такое задержание является очередным шагом в сложной политико-пропагандистской игре. Однако на этот раз, похоже, северокорейцы заигрались, и последствия то ли допущенной ими ошибки, то ли элементарное невезение с лихвой перекроют тот пропагандистский капитал, который они наработали, занимаясь арестами (с последующим освобождением) иностранцев в былые годы.

Годы тренировки

В истории Северной Кореи были времена, когда иностранцев там сажали в тюрьму совсем не понарошку. В годы корейской войны в КНДР оказались не только военнопленные, но и многочисленные гражданские лица третьих стран, многие из которых умерли в лагерях. В 1960-е годы власти КНДР арестовали и отправили в тюрьмы некоторых зарубежных коммунистов, до этого работавших переводчиками и редакторами в системе внешнеполитической пропаганды. По большей части это были ультрарадикалы, которые разочаровались в советской модели и вдохновлялись то ли идеями Мао, то ли чучхе – весьма колоритная, хотя и крайне немногочисленная группа.

В те времена арестованные иностранцы оказывались в обычных тюрьмах, и отношение к ним не слишком отличалось от отношения к своим политзаключенным. Некоторые из этих ультра сгинули в северокорейских тюрьмах, хотя даже тогда вмешательство иностранной левой общественности иногда приводило к освобождению того или иного злополучного борца за все светлое (так, в начале 1970-х годов оказался на свободе венесуэльский поэт и журналист Али Ламеда, освобождения которого добивался неожиданный дуэт Николае Чаушеску и Amnesty International).

Однако по-настоящему история арестов иностранцев началась позже, в 1996 году, когда в КНДР обнаружился американец Эван Хунцикер (Hunziker). Оказался он там, вообще-то, в состоянии алкогольного опьянения: поспорив с приятелем в пограничном городе Даньдуне, он переплыл пограничную теку Ялу, которая отделяет Северную Корею от Китая, и был там задержан северокорейскими пограничниками.

Хунцикера обвинили в шпионаже, но при этом поселили в приличный отель (за который ему и его семье пришлось потом заплатить). На выручку пловцу прибыла американская делегация во главе с постпредом США в ООН Биллом Ричардсоном, которая и забрала незадачливого спорщика домой.

Так был создан прецедент. С тех пор время от времени северокорейские власти арестовывают иностранцев, в большинстве случаев – граждан США, которые то ли нарушили границу, то ли, находясь в КНДР в качестве туристов, так или иначе нарушили правила поведения в стране. За арестом следует суд (в северокорейском стиле) и приговор, предусматривающий большой тюремный срок. Однако всем изначально понятно, что сидеть слишком долго очередному бедолаге не придется: еще до процесса северокорейская сторона начинает намекать американцам, что для освобождения попавшего в беду американского гражданина Вашингтону следует послать в Пхеньян делегацию, во главе которой должен быть политик высокого уровня (возможно, отставной, но все равно хорошо известный в мире).

Классический вариант – история двух американских журналисток Лоры Лин (Laura Ling) и Юны Ли (Euna Lee), которые в марте 2009 года перешли по льду реку Туманган. Они собирались снять на северокорейском берегу несколько кадров, доказав таким образом свою журналистскую лихость, но были предсказуемо задержаны северокорейской пограничной охраной, отданы под суд и приговорены к 12 годам тюремного заключения. В тюрьме они были всего несколько месяцев – из Пхеньяна их увез лично бывший президент США Билл Клинтон.

Другого нарушителя границы, гражданина США корейского происхождения Роберта Пака, который отправился в КНДР то ли сеять слово божье, то ли протестовать против режима, пришлось везти домой самому Джимми Картеру.

Не ниже губернатора

Похоже, что некоторые из иностранцев, оказавшихся в северокорейских тюрьмах, действительно занимались запрещенной в КНДР деятельностью – в первую очередь проповедовали христианство и, возможно, поддерживали какие-то контакты с местным христианским подпольем. Впрочем, даже в этом случае избирательный характер арестов очевиден: когда раздачей Библии на улице – да еще в день рождения Любимого руководителя Генералиссимуса Ким Чен Ира – в 2014 году вздумал заняться австралийский миссионер, его просто выдворили из страны. А вот американцев точно за такие же действия ввергали в узилище. С другой стороны, весьма причудливые эскапады российских и китайских туристов обычно проходят вообще без осложнений.

Говорить об «узилище» можно только с некоторой иронией. Времена, когда подследственных селили в роскошных, по северокорейским меркам, отелях, прошли, но условия их содержания радикально отличаются от условий содержания северокорейцев в лучшую сторону. Иностранцев не отправляют в обычные тюрьмы, а держат в специально устроенных для этого помещениях, где с ними обращаются крайне вежливо и обеспечивают уровень комфорта, вполне приемлемый по меркам Европы. Такое отношение имеет политический смысл: с самого начала предусматривается, что иностранцы будут освобождены, причем довольно скоро, и что рассказы об условиях их тюремной жизни повлияют на образ КНДР в западном общественном мнении.

Возникает, конечно, вопрос, зачем вообще проводятся подобные мероприятия. Цель тут, скорее всего, двоякая. С одной стороны, власти КНДР хотят напомнить своим гостям, что зарываться в КНДР не следует. Однако важнее другое – использование подобных арестов в целях внутренней пропаганды. Каждое освобождение очередного задержанного иностранца сопровождается визитом высокопоставленного лица, которому приходится приносить какие-никакие извинения за реальные или вымышленные действия освобождаемого.

Подобные визиты невероятно широко освещаются в местной прессе, которая представляет их как очередную капитуляцию американских империалистов перед мощью КНДР и мудрой силой ее вождей. С точки зрения простого северокорейца, все выглядит так, как будто на поклон к Ким Чен Иру или Ким Чен Ыну, униженно прося о снисхождении и милости, ездят бывшие президенты США и губернаторы американских штатов. Понятно, что подобное зрелище немало способствует укреплению авторитета власти в народных массах.

Несвоевременный сбой

Судя по всему, история со злополучным Отто Вармбиером изначально развивалась именно по уже установленным и, казалось бы, неоднократно проверенным лекалам. Все началось, как это обычно и бывает, с глупости самого студента, который решил показать свою лихость и полез в служебное помещение гостиницы, где, как и в любом северокорейском офисе, на стене висели стандартные пропагандистские плакаты. Он сорвал один из таких плакатов, собираясь привезти домой, но был задержан – и делу дали ход.

Последовал суд, на котором Вармбиер, разумеется, признался, что вся дерзкая попытка снять плакат была злонамеренной и заранее спланированной операцией, проведенной по заданию какой-то американской церкви и направленной на то, чтобы «подорвать дух сражающегося народа КНДР» (понятно ведь, что отсутствие на стене плаката о величии Вождя и мудрости Партии нанесло бы такому духу невероятный ущерб). Вармбиера приговорили к 15 годам тюремного заключения, то есть дали примерно такой же срок, который, скорее всего, получил бы за подобное деяние и местный житель.

Однако после суда контакты с Вармбиером прекратились – сейчас стало ясно почему. Тем не менее северокорейская сторона по-прежнему пыталась сыграть в обычную игру и добиться приезда высокопоставленной делегации за Вармбиером, а также находящимся в заключении еще одним иностранцем – канадским миссионером, который, скорее всего, действительно занимался в КНДР религиозной пропагандой. Однако со временем такие планы были оставлены: о том, что Вармбиер находится в коме, было официально сообщено Вашингтону, и за ним приехала делегация не слишком высокого уровня – посол Джо Юн, который сейчас в Госдепартаменте курирует отношения с КНДР.

Однако в результате всех этих событий КНДР оказалась в весьма неприятном положении. Общественное мнение будет подозревать, что в кому Вармбиер впал в результате жестокого обращения, а то и пыток. Это, скорее всего, неверно, но оправдаться КНДР будет сложно – в том числе и потому, что мало кто на свете решит, что справедливым наказанием за повреждение пропагандистского плаката будет 15 лет тюремного заключения.

Попытка повторить проверенный прием и набрать пропагандистские очки обернулась пиар-катастрофой, которая сейчас КНДР очень некстати. Судьба Вармбиера усиливает представление о КНДР как о стране, управляемой жестоким и иррациональным режимом, от которого можно ожидать буквально всего, – и, соответственно, льет воду на мельницу тех, кто считает, что «профилактическая» военная операция против такого режима не только морально справедлива, но и стратегически рациональна.

КНДР. США > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 15 июня 2017 > № 2209649 Андрей Ланьков


КНДР. Япония. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208649 Джеймс Браун

Как изменил Японию конфликт США и Северной Кореи

Джеймс Браун

Независимо от своего исхода, кризис на Корейском полуострове уже заставляет Японию играть все более активную роль в региональной безопасности. Это проявляется в закупках новой ПРО, изменении военных статей Конституции и даже в дискуссиях о необходимости ядерного оружия, что неизбежно вызовет ответную реакцию соседних держав

Северная Корея полна решимости разработать межконтинентальную баллистическую ракету, способную ударить по материковой Америке ядерной боеголовкой. В своем новогоднем выступлении Ким Чен Ын заявил, что страна находится на заключительной стадии разработки подобного оружия. С начала 2017 года Пхеньян уже провел 12 испытаний ракет меньшей дальности, включая запуск ракеты высокой точности 29 мая.

Одновременно президент США Дональд Трамп пообещал, что во время своего президентства не допустит запуска межконтинентальной ракеты Пхеньяном, и заявил, что администрация готовa рассмотреть все варианты, включая военные, чтобы предотвратить это. Как объяснил Ван И, министр иностранных дел Китая, «стороны похожи на два ускоряющихся поезда, летящих друг на друга». Если они столкнутся, то последствия почувствует на себе весь мир, но одной из самых пострадавших неизбежно будет Япония, поэтому в Токио уже активно начали готовиться к худшему.

Быть авианосцем

Если между США и Северной Кореей дойдет до войны, то Япония тоже будет втянута в конфликт. У США десятки военных баз в Японии и более 40 тысяч военнослужащих. В случае войны на Корейском полуострове эти силы будут наносить удары по военным объектам в Северной Корее, а силам самообороны Японии придется играть поддерживающую роль.

По девятой статье японской Конституции, написанной американцами во время оккупации после Второй мировой войны, «японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров». Кроме того, Япония «никогда впредь не будет создавать сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны». Тем не менее устав ООН дает всем странам право на самооборону, поэтому для Японии считается допустимым иметь вооруженные силы, но только для защиты страны. Даже сегодня японские вооруженные силы официально называются Силами самообороны Японии.

С момента их создания в 1954 году задачей сил самообороны было защищать японский архипелаг и его прибрежные воды от вражеских атак. Взамен США взяли на себя ответственность за наступательные операции за пределами Японии. Это остается основным принципом разделения труда внутри альянса, но ситуация начала значительно меняться в 2015 году, когда правительство Синдзо Абэ ввело новую интерпретацию Конституции, которая разрешает так называемую коллективную самооборону.

По новым законам Япония может, впервые после окончания Второй мировой войны, использовать вооруженную силу не только для защиты себя, но и для защиты союзников, при условии, что ситуация также влияет на безопасность Японии. Это значит, что в случае конфликта на Корейском полуострове, даже если войска КНДР не нападут на Японию, а только на американские силы в Южной Корее, Япония примет ответные военные меры против Северной Кореи.

В любом случае, учитывая, что американские военные используют Японию в качестве «непотопляемого авианосца», независимо от действий японского правительства северокорейские силы все равно атаковали бы американские базы в Японии в случае конфликта. Пхеньян пригрозил этим 11 апреля, когда государственные СМИ КНДР заявили, что «северокорейский ядерный прицел нацелен на американские базы вторжения, и не только в Южной Корее».

Япония располагает системой противоракетной обороны, включая комплексы Aegis, которые работают с судов и перехватывают ракеты во время их средней фазы, и Patriot PAC-3, расположенные на суше и перехватывающие ракеты непосредственно перед их приземлением. Тем не менее эти системы не способны остановить концентрированную атаку нескольких ракет одновременно. В марте этого года КНДР смоделировала такую атаку четырьмя ракетами на базу морской пехоты США в Ивакуни, префектура Ямагути.

Хотя американские базы были бы главной целью атаки КНДР, любые ракетные удары приведут к значительным жертвам среди гражданского населения. Ракеты КНДР не очень точные, а американские базы находятся рядом с японскими городами. Например, авиационная станция морской пехоты Футенма расположена в центре города Гинован, на острове Окинава. В 2004 году вертолет американской армии врезался в университет, который находится всего в трехстах метрах от базы.

Кроме того, главная военно-морская база США Йокосука расположена в столичной зоне Токио – Йокогама, население которой составляет около 38 млн человек. Сейчас в Японии есть опасения, что Северная Корея будет атаковать именно эту густонаселенную область, поэтому во время ракетных испытаний КНДР 29 апреля токийское метро было временно остановлено, пока не стало известно, что запуск не был началом атаки на японскую столицу.

До сих пор у Пхеньяна не получалось освоить технологии размещения ядерного оружия на ракетах. Тем не менее огромный ущерб может быть нанесен и обычными ракетами Северной Кореи, включая ракеты «Нодон» и Scud-ER, которые могут долететь до любого японского города. Также есть опасения, что Пхеньян может использовать ракеты, вооруженные таким химическим оружием, как зарин или VX, – их у Северной Кореи большие запасы.

Помимо ракетной угрозы, в случае конфликта японскому правительству нужно будет репатриировать своих граждан из Южной Кореи, а их там почти 60 тысяч человек. Также война приведет к большому потоку беженцев из обеих частей Кореи. Среди них могут быть переодетые северокорейские военные, представляющие угрозу для внутренней безопасности Японии. В апреле Совет национальной безопасности Японии провел совещание для обсуждения этих вопросов.

Новые покупки

Конечно, несмотря на нынешнюю напряженность, вероятность войны на Корейском полуострове по-прежнему остается довольно низкой – Пхеньян хорошо понимает, что сможет победить США, Южную Корею и Японию. Тем не менее даже без вооруженного конфликта нынешний кризис сильно меняет подходы Японии к вопросам безопасности.

Прежде всего, Япония начинает играть гораздо более активную роль в региональной безопасности. Это включает в себя использование нового права на коллективную самооборону. Поправка уже была использована 1 мая, когда Япония впервые поручила военному кораблю сопровождать военно-морское судно снабжения США в Японском море для встречи с авианосной ударной группой для демонстрации Северной Корее американских военных сил. Ранее такая активная защита союзника считалась неконституционной.

Из-за кризиса на Корейском полуострове Япония все активнее закупает новые виды оружия. Японское правительство рассматривает возможность купить Aegis Ashore, американскую систему ПРО наземного базирования, аналогичную той, что установлена в Румынии и Польше. В Японии хотят, чтобы эта новая система была установлена и введена в эксплуатацию не позднее 2023 года. Япония предпочитает Aegis Ashore системе THAAD, которая установлена в Южной Корее, потому что она дешевле, а диапазон у нее шире.

Такие системы американской ПРО, скорее всего, повысят региональную напряженность из-за того, что и Москва, и Пекин считают, что настоящая цель этих систем в Азии не ракеты Пхеньяна, а ядерное оружие России и Китая. Двадцатого марта российский министр обороны Сергей Шойгу предупредил своего японского коллегу Томоми Инаду в отношении развертывания системы ПРО Японией: «Есть опасения, что это повлияет на баланс сил в АТР».

К тому же в начале мая стало известно, что японское правительство рассматривает возможность приобрести «Томагавки», крылатые ракеты, запускаемые с кораблей или подводных лодок. Сейчас у Японии нет такого оружия, потому что оно всегда считалось наступательным, а не оборонительным. Но в этом году премьер Абэ заявил, что крылатые ракеты могут быть использованы для ударов по местам запуска ракет в Северной Корее. Если альтернативы не будет, то такие удары можно будет классифицировать как акт самообороны, что соответствует Конституции.

В Японии идут активные споры вокруг концепции превентивной самообороны, потому что она может быть использована для узаконивания широкого спектра военных действий, как произошло в случае вторжения США в Ирак в 2003 году. Также приобретение крылатых ракет Японией может еще больше усилить региональную напряженность, потому что в принципе это оружие может быть использовано не только против КНДР, но также против России или Китая.

Помимо открытых дискуссий о системах ПРО и крылатых ракетах, некоторые политики в Токио неофициально начали говорить о том, что в будущем Япония может разработать собственное ядерное оружие. Для Японии, единственной страны, пострадавшей от атомной атаки, тема ядерного оружия очень чувствительная, и правительство официально выступает за полное ядерное разоружение. Но на деле известно, что некоторые члены правящей Либерально-демократической партии (ЛДП) считают, что поддержка США в ядерном вопросе может быть недостаточной для Японии, окруженной тремя государствами, обладающими ядерным оружием.

Например, Шигеру Ишиба, бывший министр обороны и вероятный кандидат на пост премьер-министра после Абэ, ранее высказывался, что «важно, чтобы мы сохраняли свои коммерческие реакторы, потому что они позволили бы нам быстро разработать ядерную боеголовку. Это средство так называемого ядерного сдерживания». В этом году Япония отказалась участвовать в переговорах в ООН о потенциальном договоре о запрете любого ядерного оружия. По словам министра иностранных дел Фумио Кисиды, причина в том, что «если мы продолжаем эту инициативу, то разрыв между ядерными и неядерными странами будет все более серьезным».

Еще Нобусукэ Киси, премьер-министр Японии с 1957 по 1960 год, выступал за создание Японией собственного «оборонительного» ядерного оружия, утверждая, что, по его мнению, приобретение такого оружия не было запрещено Конституцией. Мнение этого давно умершего политика важно, потому что Киси – родной дедушка нынешнего премьер-министра, и Синдзо Абэ считает его своим политическим образцом для подражания.

Особенности восприятия

Помимо закупок новых видов оружия, нынешний кризис может сильно изменить японское законодательство. С самого своего основания в 1955 году Либерально-демократическая партия хотела изменить девятую статью Конституции, чтобы Япония получила право официально обладать военными силами и использовать их так же, как и другие страны. Хотя ЛДП доминировала в японской политике на протяжении практически всей послевоенной эпохи, до сих пор они не смогли внести эти поправки из-за оппозиции в парламенте и в обществе в целом. Изменение Конституции требует поддержки двух третей обеих палат парламента, а также одобрения на референдуме. Из-за таких высоких требований Конституция Японии никогда не менялась, но кажется, что руководители ЛДП считают, что нынешний кризис представляет для этого неплохую возможность.

В начале мая премьер Абэ воспользовался 70-й годовщиной вступления в силу японской Конституции, чтобы заявить, что он хочет внести в нее поправки до 2020 года. Как он объяснил потом, он хотел бы изменить в том числе девятую статью, чтобы создать более прочную правовую основу для военных сил страны. Что касается сроков, то Абэ сказал, что поправки должны быть одобрены до 2020 года, потому что именно в этом году в Токио пройдут Олимпийские игры.

Объяснение довольно странное, скорее Абэ хочет действовать быстро, пока сторонники изменения Конституции составляют две трети в обеих палатах. Он также надеется, что нынешний кризис на Корейском полуострове убедит население в том, что японским вооруженным силам необходимо играть более активную роль. Есть некоторые признаки, что это ему удается. По опросу, проведенному в мае информационным агентством «Киодо», 56% японцев поддерживают изменение девятой статьи. Кроме этого, Абэ явно хочет, чтобы первые в истории поправки в Конституцию внес именно он, а у него полномочия истекают в 2021 году.

Нынешний кризис на Корейском полуострове станет переломным моментом в истории послевоенной Японии. Решение японцев активнее заняться своей обороной обусловлено чувством угрозы, но некоторые из соседних стран неизбежно воспримут эти шаги как агрессивные и предпримут ответные меры. Северная Корея, безусловно, увидит угрозу в японских закупках оружия и поправках в Конституцию и будет продолжать свои ракетные и ядерные программы. Также, вероятнее всего, посчитают и в Китае, решив, что японские шаги – это признаки, что Япония возвращается к милитаризму 1930-х. В ответ правительство Китая займется дальнейшим укреплением собственных военных ресурсов. Также и Россия вряд ли станет игнорировать растущую военную роль союзника США, расположенного на ее дальневосточной границе. В результате реакция Японии на корейский кризис может привести к более широкой гонке вооружений с серьезными дестабилизирующими последствиями для всего региона.

КНДР. Япония. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208649 Джеймс Браун


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июня 2017 > № 2207786 Арег Галстян

Новые санкции США: наказание России или войны лоббистов?

Арег Галстян

американист

Почему сенаторы-республиканцы не могут выразить поддержку Дональду Трампу в стремлении отменить санкции и начать процесс политического диалога с Москвой

Вчера сенатор-республиканец Линдси Грэм заявил, что Конгресс готовит очередной законопроект, предусматривающий ужесточение санкций против России. По мнению законодателя из Южной Каролины, Россия должна понести наказание за вмешательство в президентские выборы в США, поддержку режима Башара Асада в Сирии и поставку оружия движению «Талибан» в Афганистане. Ведущие американские издания отмечают, что речь идет о законодательной инициативе, выдвинутой сенаторами Джоном Маккейном и Бенджамином Кардином в начале января текущего года. Этот законопроект предлагает ужесточить ограничения против российских силовых структур и энергетического сектора. Новые санкции также предусматривают замораживание активов россиян, которые «подрывают кибербезопасность государственной или частной инфраструктуры и демократических институтов в США».

Помимо новых ограничений предлагается выделить дополнительные $100 млн в год на борьбу с российской пропагандой в США и Европе. По последним сообщениям, республиканцы и демократы практически согласовали новый законопроект, который уже на следующей неделе будет представлен на рассмотрение в Сенате. Чарльз Шумер — лидер Демократического меньшинства верхней палаты – подчеркнул, что в Конгрессе сложилась единая позиция о необходимости дальнейшего давления на Москву. Он заметил, что демократы и республиканцы немного расходятся лишь в том, какого объема должны быть новые санкции. «Ослы» считают, что необходимо нанести массированный удар по всем направлениям и принять дополнительный законопроект, запрещающий Белому дому издавать любой указ о снятии действующих санкций. В свою очередь, «слоны» предлагают оставить Дональду Трампу определенное окно возможностей. Несмотря на имеющиеся противоречия, лидеры обеих партий настроены решительно.

«Войны» в Белом доме

Подобное единодушие в отношении России, породившее новый санкционный законопроект, стало возможным по ряду причин. Чтобы выявить и проанализировать эти причины, необходимо понять, что сейчас происходит в Белом доме. Непрекращающиеся скандалы в Вашингтоне говорят о том, что пока Трампу не удалось решить основную задачу – взять под контроль собственную администрацию. Надо отметить, что с этой проблемой сталкивались почти все президенты, получившие в наследство кадры своих предшественников. Однако в случае с Трампом кадровое наследие демократов было минимальным, и многие эксперты не понимают, почему республиканец столкнулся с такими сложностями.

Первая причина кадрового провала – это сопротивление со стороны однопартийцев президента. Не будем забывать о том, что главная угроза блокирования большинства номинантов Трампа шла именно от сенаторов-республиканцев – Марко Рубио, Джона Маккейна, Линдси Грэма, Дугласа Коллинза и Люка Мэссера. Под давлением партийной элиты Трампу постепенно приходилось отказываться или дистанцироваться от тех людей, которые были с ним на протяжении всей избирательной кампании. Так, Кристи Крис и Руди Джулиани оказались за бортом новой администрации, а главный идеолог кампании Стивен Бэннон был выведен из Совета по национальной безопасности (СНБ).

Вторая причина – это борьба внутри военно-разведывательного лобби. На протяжении длительного периода эта сфера контролировалась представителями классической школы реализма. Определенные сдвиги начались с президентства Джорджа Буша — старшего, когда на смену условным «вооруженным голубям» — политикам и генералам, стремящимся выстроить американскую внешнюю политику на прагматичных принципах реалполитик, пришли «идеологизированные ястребы», пытающиеся имплементировать идеи американской исключительности в основы внутренней и внешней политики. Неоконсервативная элита ястребов укрепила свои лидирующие позиции в этом клане во время восьмилетнего срока Буша-младшего. Влияние неоконсерваторов было настолько избыточным, что даже демократы, ведомые Бараком Обамой, не смогли разбавить военно-разведывательное лобби своими элементами.

Назначив «вооруженного голубя» Флинна советником по национальной безопасности, Трамп попал под удар «идеологизированных ястребов». Республиканец пытался сбалансировать влияние между двумя группировками, назначив неоконсерваторов Джеймса Мэттиса и Майка Помпео на должности министра обороны и главы ЦРУ соответственно.

Эти назначения укрепили неоконсервативный блок, который воспользовался ситуацией вокруг вмешательства России в избирательный процесс и добился отставки Флинна. Таким образом, первый этап борьбы между представителями военно-разведывательного лобби завершился победой неоконсервативных «идеологизированных ястребов».

Второй этап начался после отставки Флинна, когда отдельные узкие группы внутри «идеологизированных ястребов» пытались пролоббировать своего представителя на должность нового советника по национальной безопасности. Кандидатуру Герберта Макмастера, связанного с фирмой Northrop Grumman, предложил глава Пентагона Мэттис – лоббист корпорации Lockheed Martin. Для агентов влияния этого ВПК-гиганта было важным не допустить кандидата, которого продвигал директор ЦРУ Помпео, представляющий интересы корпорации Boeing. Победа Макмастера означала, что условная лоббистская коалиция Lockheed Martin и Northrop Grumman получила в силовом блоке администрации трех представителей – министра обороны Мэттиса, советника по национальной безопасности Макмастера и директора ФБР Джеймса Коми, который находился на этом посту с 2013 года. Вполне вероятно, что увольнение Коми является также следствием контрмер со стороны лоббистов Boeing. Как бы ни развивались события в дальнейшем, уже очевидно, что президент Трамп не способен остановить набирающие силу лоббистские войны в Белом доме.

День X

В ноябре 2018 года в США пройдет очередная волна федеральных и региональных выборов. Главный объект грядущей схватки – палата представителей, состоящая из 435 конгрессменов. Республиканцам удалось в ноябре 2016 года удержать относительное большинство в сенате, но из-за текущих скандалов их рейтинги упали. Почему для «слонов» важно удержать большинство в нижней палате? Во-первых, именно палата представителей, согласно делиберативной системе, отвечает за каждодневные проблемы американских граждан. Каждый конгрессмен, избранный от конкретного округа, несет прямую ответственность перед своими избирателями. В связи с этим именно от исхода выборов в палате представителей во многом зависят будущие итоги избирательных баталий в сенате и президентских выборов в 2020 году.

Во-вторых, конституция определяет спикеру палаты статус третьего по влиянию политика в стране. Фактически же спикер, обладая поддержкой абсолютного большинства, представляет собой главную оппозицию президентской администрации. Ну и наконец, в палате представителей обсуждаются и принимаются ключевые внутриполитические решения. В свое время спикер Тип О’Нилл справедливо заметил, что вся американская политика – внутренняя (all politics is local). Президент из противоположной партии, желающий сохранить власть в стране, должен преуспеть именно в реализации внутренней повестки. В случае если демократы отобьют нижнюю палату у республиканцев, Трампу придется считаться с мнением «ослов» по ключевым вопросам: рабочие места, здравоохранение, иммиграция, пенсии, бюджет, налоги и т. д. Демократы смогут использовать этот козырь для влияния на процесс принятия внешнеполитических решений.

Вторые по значимости выборы пройдут на уровне 36 штатов, которым предстоит избрать своих губернаторов. По состоянию на сегодняшний день 33 штата возглавляют «слоны», 16 — «ослы» и один штат – Аляску – возглавляет независимый кандидат. По аналогии с выборами в палату представителей, антирейтинги Трампа перекинулись на большинство губернаторов-республиканцев. Серьезно пошатнулись позиции Рика Скотта во Флориде, Натана Дила в Джорджии и Брюса Раунера в Иллинойсе. При этом рейтинги кандидатов от Демократической партии последовательно растут в традиционных прореспубликанских штатах. «Слоны», понимая хрупкость своего большинства перед выборами, стремятся продемонстрировать свою приверженность интересам американских граждан. В связи с этим республиканцы не могут выразить поддержку Трампу в стремлении отменить санкции и начать процесс политического диалога с Москвой.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июня 2017 > № 2207786 Арег Галстян


США. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > golos-ameriki.ru, 12 июня 2017 > № 2206898

С президентом России на короткой ноге

Олег Сулькин

Выходит новый документальный фильм Оливера Стоуна «Интервью с Путиным»

В сентябре прошлого года во время интервью с Оливером Стоуном в Торонто, где показывался его фильм «Сноуден», я спросил его – когда он впервые приезжал в Россию и с какой целью? Стоун ответил, что в первый раз оказался в Москве в начале 1980-х годов, он тогда писал сценарий о диссидентах. Побывал в дюжине городов, встретился и пообщался, по его словам, с десятками диссидентов. Но фильм не заладился, и проект был похоронен.

Можно увидеть определенную символику в том, что спустя много лет Стоун все-таки реализовал российский проект. Только объектом его интереса стали на этот раз не диссиденты, а президент России Владимир Путин, которого очень многие считают узурпатором и агрессором, виновным в гибели тысяч людей, включая лидеров оппозиции и журналистов.

Новый документальный проект Стоуна «Интервью с Путиным» (The Putin Interviews) будет показан на кабельном канале Showtime, начиная с 12 июня, четырьмя часовыми сегментами. Как сообщили ТАСС на Первом канале, фильм куплен для России, где он предположительно будет показан с 19 по 22 июня.

Царь не играет в хоккей

В рекламных целях канал Showtime сделал до премьеры доступными журналистам две первых серии фильма и наводнил мировую сеть несколькими тизерами. В одном из них Стоун задает вопрос: участвовала ли Россия в хакерских атаках на США во время избирательной кампании, на что Путин отвечает с саркастической усмешкой – мол, мы в России не вмешиваемся в дела других государств, в отличие от многих других наших партнеров. Знаменательно, что это заявление прозвучит с экрана уже после того, как бывший директор ФБР Джеймс Коми в минувший четверг в своих показаниях под присягой в сенатском комитете по разведке развеял всякие сомнения в том, что Россия активно пыталась повлиять на исход президентских выборов в США.

В другом ролике Стоун поделился с президентом РФ слухами о его желании стать царем. На что Путин ответил, что нет смысла стремиться к абсолютной власти. "Вопрос в том, чтобы распорядиться хотя бы той властью, которая у тебя есть. Распорядиться правильно", – сказал он.

Для встреч с Путиным Оливер Стоун неоднократно приезжал в России. Его первоначальной целью были съемки игрового фильма об Эдварде Сноудене, и во время одного из таких приездов, как сообщает пресса, один из продюсеров помог организовать его встречу с российским лидером.

Всего, как указывают масс медиа, с июля 2015 по февраль 2017 год было записано 19-25 часов бесед Стоуна с Путиным в ходе четырех визитов режиссера в Россию. Синхронно переводил беседы Сергей Чудинов. Они проходили в офисе президента, в тронном зале Кремле, на даче российского лидера, на катке, где он любит играть в хоккей, и в его автомобиле, который он же сам вел по поразительно свободной от пробок московской трассе.

«Сноуден Голливуда»

В том же интервью в Торонто Стоун сказал мне, что его всегда привлекают бунтовщики и правдолюбы, и согласился с полушутливым определением его самого как «Сноудена американского кино».

70-летний режиссер – один из самых известных мастеров Голливуда своего поколения. Стоун всегда дистанцировал себя от мейнстрима, полагая, что его провокативные и скандальные ленты, как игровые, так и документальные, представляют точку зрения, альтернативную официальной. Вместе с тем ряд его картин получили широкое общественное признание и собрали большую кассу в мировом прокате. Стоун трижды получал премии «Оскар» – за адаптированный сценарий фильма «Полуночный экспресс» (1978) и за режиссуру двух своих фильмов «вьетнамской трилогии» – «Взвод» (1986) и «Рожденный четвертого июля» (1989). Широкую известность получили и другие его фильмы на острые военные и политические темы, в том числе «Сальвадор», «Никсон», «Джон Ф. Кеннеди» (JFK), дилогия «Уолл-стрит» и многие другие.

Новая работа Стоуна «Интервью с Путиным» продолжает линию его комплиментарных документальных эссе об авторитарных и одиозных мировых лидерах, которым он явно симпатизирует. Достаточно вспомнить ленту 2009 года «К югу от границы» (South of the Border), где он забрасывает комплиментами и льстит президентам Венесуэлы и Боливии Уго Чавесу и Эво Моралесу, не позволяя себе ни одного жесткого вопроса, ни одного намека на критику. Примерно по этой же схеме он славил Фиделя Кастро и Ясира Арафата.

Ряд критиков считают, что Стоун-разоблачитель, Стоун-грязекопатель времен «JFK», «Никсона» и «Взвода» остался в далеком прошлом, а ежовые рукавицы он давно сменил на бархатные перчатки.

Тактика убаюкивания

Но сам режиссер категорически не соглашается с такой оценкой своих документальных фильмов последнего времени. Он считает, что доброжелательность и деликатность его подхода открывают ему доступ к «святая святых» его героев, и позволяют в нужный момент, когда «клиент созрел», задать острый и нелицеприятный вопрос.

«Я полагаю, я ему (Путину) бросил вызов, – сказал Стоун в интервью корреспонденту «Нью-Йорк таймс» Майку Хейлу. – Вы можете подумать, что я трус, но нет, я думаю, что поставил его в трудное положение. И острота все росла (в последовавших эпизодах), когда мы говорили о его будущем и его планах на новых выборах. Деньги, коррупция. Очень личные вещи, но я старался все это заострить. И даже почувствовал, что в какой-то момент он может поставить точку в наших встречах. Он мог сказать «нет» уже после первой встречи, без объяснения причин».

Обозреватели сравнивают эту двусмысленную дипломатию Стоуна с прямым напором американской журналистки Мегин Келли, взявшей на днях большое интервью у Путина для телеканала NBC (оно вышло в эфир 4 июня).

«Если вы хотели бы увидеть допрос российского президента Владимира Путина, то «Интервью с Путиным» не для вас», – констатирует Билл Кэвини в USA Today и далее цитирует Стоуна. «Я не пытался его (Путина) прищучить, – говорит тот, намекая на конфронтационный стиль диалога, использованный Мегин Келли. – Если задаешь трудный вопрос – в категорическом духе «или – или» – результата не получишь. Но если ты мягко и постепенно подбираешься к сути вопроса, то узнаешь гораздо больше и о нем самом и о процессе принятия им решений».

Аналитики медийной службы Bloomberg, как и другие рецензенты обращают внимание на полное отсутствие в фильме проверки фактов в утверждениях Путина и высказываний лидеров оппозиции, готовых оспорить многие слова российского лидера.

Дедушка Путин

В первых двух частях фильма дается короткий экскурс в последние три десятилетия российской истории, с момента развала Советского Союза, в бурные годы правления Бориса Ельцина, когда тот назначил своим преемником кадрового офицера КГБ Владимира Путина.

«Вся идея была в том, чтобы показать, как работает его мозг, – говорит Стоун. – Почувствовать язык его жестов. С ним можно разговаривать, вместо того, чтобы делать из него пугало».

Даже не симпатизирующие Стоуну обозреватели признают, что ему удалось разговорить скрытного и скупого на откровения российского лидера. К примеру, из этого фильма Россия и мир узнали, что у Путина, оказывается, есть внуки, с которыми, правда, у него нет времени играть. Он также сделал острые, сомнительного вкуса заявления о гендерных различиях и геях, которые вряд ли приведут в восторг феминисток и сторонников сексуальной толерантности.

По словам режиссера, в заключительных двух эпизодах он расспрашивает Путина о Трампе и утверждениях американской разведки о вмешательстве кремлевских хакеров в президентские выборы в США 2016 года.

«Он сказал мне, что у него крепкий сон, – поведал Стоун в интервью Майклу Каплану из газеты «Нью-Йорк пост». – Если бы я был на его месте, я был бы нервной развалиной... Очевидно, дзюдо помогает».

Тактика убаюкивания позволила Стоуну уговорить Путина вместе с ним посмотреть классическую антивоенную сатиру «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу» Стенли Кубрика. Сам фильм, судя по всему, оставил Путина равнодушным, но он прокомментировал нынешнюю американскую программу защиты от ядерного нападения. «Никто не выживет в войне между ядерными сверхдержавами», – сказал он.

Вероятно, Стоун дает пищу для насмешек своими предположениями, звучащими в фильме, по поводу того, кто мог бы из мировых звезд сыграть Путина в игровом кино. Он называет Джереми Реннера и Леонардо Ди Каприо, причем последний, по его мнению, годится и на роль Ленина.

США. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > golos-ameriki.ru, 12 июня 2017 > № 2206898


США. Евросоюз. Весь мир. РФ > Финансы, банки > kapital.kz, 12 июня 2017 > № 2206668

Сколько заработали влиятельные банкиры мира в 2016 году

Капитал.kz собрал статистику о том, сколько зарабатывают самые влиятельные банкиры мира

Сегодня главы центральных банков мира отвечают не только за денежно-кредитную политику стран, экономический рост, регулирование финансового сектора, но и за передовые технологии. «Капитал.kz» собрал статистику о том, сколько зарабатывают самые влиятельные банкиры мира.

Выступления Джанет Йеллен, главы ФРС, являются, пожалуй, самыми ожидаемыми для всего мирового сообщества. И ей постоянно удается держать интригу относительно изменений ставок. Поговаривают, что ее политика в части денежно-кредитной политики не слишком устраивает президента США Дональда Трампа. Еще во время своей предвыборной кампании Трамп заявил, что, хотя Йеллен отлично справляется с работой, он не собирается выдвигать ее кандидатуру на новый срок. А до окончания ее полномочий остается всего год. Впрочем, за это время много что может измениться. Пока же она зарабатывает порядка $200 000. В 2015 году, по данным агентства Bloomberg, она получила $199 700.

В этом году будет 6 лет, как Кристин Лагард возглавляет Международный валютный фонд. В прошлом году Лагард была обвинена в преступной халатности при выплате компенсации предпринимателю Бернару Тапи в 2008 году. Государство выплатило ему 404 млн евро. Тогда глава МВФ занимала пост министра финансов Франции при президенте Николя Саркози. Но за время руководства МВФ она остается самой значимой фигурой на мировой финансовой арене, за что получила в 2015—2016 финансовом году $495 000. Общая годовая заработная плата ее заместителей составила $845 тыс.

Марио Драги, глава ЕЦБ, — еще одна значимая персона на мировом рынке. Его команда топ-менеджеров зарабатывает в год $1,6 млн, в то время как он сам ежегодно получает $440 тыс.

Глава Немецкого федерального банка Йенс Вайдман в прошлом году заработал $408 000, а его команда заместителей — $615 тыс. Хотя в прошлом году доход Bundesbank упал с 3,2 млрд до 1 млрд евро. За вычетом пенсионных отчислений банк перевел в федеральный бюджет лишь 400 млн евро вместо 2,5 млрд, пишет DW. Но, по словам Йенса Вайдмана, резкое снижение прибыли, в частности, связано с решением Европейского центробанка о широкомасштабной скупке гособлигаций кризисных стран.

Глава французского центробанка Франсуа Виллеруа де Гало в прошлом году заработал $320 000. Кстати, он является противником выхода Франции из ЕС. Членство в еврозоне, по его словам, представляет стране наилучшую защиту в долгосрочной перспективе. При этом евро он считает «силой, которую следует беречь». «В полном неопределенностей мире мы, французы и европейцы, имеем счастье обладать в виде евро устойчивой и внушающей доверие валютой… Эту силу следует беречь», — отметил в интервью изданию Le Populaire глава французского центробанка. Франсуа Виллеруа Де Гало призывает Францию не покидать еврозону. Помимо заработной платы, де Гало получает дотации на оплату жилья в 5,6 тыс. евро ежемесячно. Как следует из сообщения, управляющему Банком Франции не предоставляется служебная квартира.

Cамая высокая заработная плата оказалась у главы ЦБ Швейцарии Томаса Джордана, который заработал в прошлом году $908 тыс. Даже Марк Карни уступает ему по доходам, несмотря на предстоящий Brexit, — глава банка Англии в прошлом году заработал $508 тыс., а вся его команда топ-менеджеров — $1,9 млн.

США. Евросоюз. Весь мир. РФ > Финансы, банки > kapital.kz, 12 июня 2017 > № 2206668


США. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205434 Оливер Стоун

Оливер Стоун позволил Владимиру Путину высказаться

Майк Хейл (Mike Hale), The New York Times, США

Помогла ли Россия сделать Дональда Трампа президентом США? Оливер Стоун (Oliver Stone) не верит в это, что неудивительно, учитывая его давно сложившиеся ревизионистские взгляды на американскую историю и институты. «Если мы проанализируем ситуацию в немного более широком контексте, разве Шелдон Адельсон (Sheldon Adelson) не оказал гораздо более значительное влияние?— спрашивает он. — Как насчет братьев Кох? Разве Израиль не оказал гораздо более значительное влияние?»

Нет никаких сомнений в том, что споры вокруг этого вопроса являются отличной рекламой для «Интервью с Путиным» — серии бесед г-на Стоуна с президентом России Владимиром Путиным. Бурные дискуссии вокруг вмешательства России в президентские выборы 2016 года и возможные связи между Россией и администрацией Трампа привлекают к этой серии бесед гораздо больше внимания, чем обычно получают интервью с зарубежными лидерами.

Другой вопрос в том, насколько благоприятным будет это внимание. Канал Showtime, который будет показывать «Интервью с Путиным» четыре вечера подряд, начиная с понедельника, 12 июня, предоставил репортерам только две из четырех серий. Поэтому материалы одной беседы г-на Стоуна с г-ном Путиным, которая состоялась уже после избрания г-на Трампа, в феврале, станут доступными несколько позже.

Но, судя по двум первым эпизодам, беседы г-на Стоуна и г-на Путина нельзя назвать конфронтационными интервью. Г-н Стоун, который провел свое первое интервью с г-ном Путиным, пока находился в России на съемках фильма «Сноуден» (о той встрече договорился один из продюсеров фильма), ведет себя уважительно и дружелюбно. Он позволяет г-ну Путину говорить, время от времени вмешиваясь в монолог, чтобы сделать акцент на высказываниях о провокациях Америки и страданиях России. Обозреватели и политические комментаторы, вероятнее всего, будут еще долго рассуждать о симпатиях г-на Стоуна и о тех заявлениях г-на Путина, которые не встретили никаких возражений.

В четверг, 8 июня, я беседовал с г-ном Стоуном как раз в тот момент, когда бывший директор ФБР Джеймс Коми (James B. Comey) давал показания в комиссии Сената по делам разведки, отвечая на вопрос о том, пытался ли г-н Трамп препятствовать российскому расследованию этого агентства. Ниже приведены отредактированные отрывки нашего разговора.

Майкл Хейл: Что вы думаете о показаниях г-на Коми?

Оливер Стоун: В них много дыма, но я не вижу почти никакого огня.

— Зрители будут смотреть эту серию интервью в таком контексте, которого не было в то время, когда вы работали над ней.

— Как говорит сам г-н Путин в четвертой главе, речь идет о внутриполитических событиях, происходящих в Америке. Поскольку он не имеет к ним никакого отношениях — он сам так сказал — он не оказывал влияния на американские выборы. С его точки зрения, это просто невозможно.

Я здесь для того, чтобы дать г-ну Путину возможность высказаться. Пусть он говорит. Если я могу подтолкнуть его к откровенному разговору тем, что внимательно и вдумчиво отношусь к его словам, я как репортер должен это сделать. Я также являюсь драматургом. Я призываю своих актеров играть лучше. Говорить больше. Показать мне целый спектакль.

— Вы извлечете огромную выгоду из той шумихи, которая сейчас окружает новости о российских расследованиях.

— Я даже представить себе не могу образ мыслей американца, который на самом деле верит в то, что Россия повлияла на эти президентские выборы. Если эти люди так считают, так тому и быть. Если они найдут в этой серии интервью доказательства того, что г-н Путин — дурной человек, так тому и быть. Россию можно обвинять во всех бедах и несчастьях мира — именно этим мы зачастую и занимаемся с 1917 года.

Я бы сказал, что, если вас действительно интересуют выборы — хотя это четвертая глава — это далеко не полная история. Полная история — это история России, а также опыт, полученный г-ном Путиным на посту президента. Картина гораздо шире, чем многие привыкли думать.

— Получается, нам не стоит ждать каких-то сенсаций и разоблачений?

— Вы имеете в виду сцены, похожие на сцену суда в фильме о Джоне Кеннеди? Я не могу создать подобный фильм. Мне все это показалось очень захватывающим, потому что с каждым новым часом общения с ним, вы узнаете его все лучше, вы начинаете лучше его понимать.

— Что вы думаете о г-не Путине теперь, проведя с ним несколько бесед?

Он впечатлил меня своими лидерскими качествами. Он впечатлил меня тем, как он отстаивает интересы России. Он — истинный сын России. Что касается моих личных ощущений, то я восхищаюсь его дисциплинированностью, способностью выполнять его работу на протяжении 16 лет, его выносливостью, тем, как он работает. Насколько мне известно, ни один американский президент никогда так не работал. В этом смысле он напоминает мне Джимми Картера — я имею в виду, своей преданностью работе.

— Увидели ли вы в нем человека, который, по словам его критиков, приказывает убивать своих политических оппонентов и журналистов и который заработал целое состояние благодаря своей должности?

— Я думаю, что в третьей и четвертой главах я поставил этот вопрос ребром, когда мы уже в достаточной мере познакомились друг с другом. Я думаю, что его язык жестов к тому моменту стал довольно очевидным. Он не рассказывает мне всего: вполне возможно, он утаивает правду. Богат ли он? Возможно, но не в той степени, которую ему приписывают. Я сужу по его манере вести себя, по тому, как он говорит о деньгах.

Я думаю, что я бросил ему вызов. Возможно, вы полагаете, что я был с ним слишком мягок, но я считаю, что я бросил ему вызов. И серьезность этого вызова к последним эпизодам выросла, особенно когда мы заговорили о его будущем и о его планах на выборы. Деньги, коррупция. Я старался задавать настолько смелые вопросы, насколько это было возможно. Я знал, что, если я зайду еще дальше, то он просто может прекратить любое из наших интервью и отказаться от дальнейших бесед без объяснения причин.

— В конце второго эпизода он говорит — с улыбкой чеширского кота, которая часто появляется на его лице — что Россия не вмешивается в дела других стран.

— Вам самим стоит об этом подумать. Помните, когда я говорил о г-не Трампе, я сказал г-ну Путину: «Если бы вы сказали, что ненавидите Трампа, он бы победил». Думаю, он тоже очень удивился. Он также отметил, что критика в адрес России является неотъемлемой частью всех предвыборных кампаний в США. И это правда.

США. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205434 Оливер Стоун


США. Евросоюз > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205423 Оскар Крейчи

Оскар Крейчи: «Трамп торгует смертью»

Оскар Крейчи (Oskar Krejčí), Prvnizpravy.cz, Чехия

Разумных причин для того, чтобы европейские члены НАТО повышали расходы на оборону, не существует. Тем не менее, судя по всему, бюджеты возрастут, поскольку подобный подход, полный лжи и коррупции, считается правильным — ведь он в достаточной мере антироссийский. Так считает политолог Оскар Крейчи.

První zprávy: В четверг в клубе «Нового слова» в Братиславе Вы прокомментировали визит президента США Дональда Трампа на Ближний Восток и в Европу. Если подытожить кратко, одним предложением, то какая тема была самой важной в ходе этого визита?

Оскар Крейчи: Продажа оружия.

— В случае Эр-Рияда в Саудовской Аравии это понятно, но в Европе?

— Если вкратце, то в Европе Трамп потребовал, чтобы расходы НАТО достигли 57% от общемировых оборонных расходов. Согласно решению, принятому на саммите в Уэльсе в 2014 году, 20% этих средств должно выделяться на закупку и разработку новых видов оружия. Преимущественно американского.

— То есть Вы имеете в виду требование повысить расходы членов НАТО до двух процентов ВВП?

— Вся шумиха вокруг планов по повышению оборонных расходов НАТО до двух процентов ВВП вызвана прежде всего желанием продать оружие. Все это абсурд, который можно навязать только благодаря безответственности и некомпетентности европейских политиков, а также благодаря преданности крупнейших западных СМИ воинственным лозунгам. Милитаризм выдают за защиту безопасности.

— Кто-то может возразить, что Ваши слова звучат очень агрессивно и предвзято. Есть ли у Вас доказательства для подобных утверждений?

— Например, вспомним исследование, опубликованное Стокгольмским институтом исследования проблем мира (SIPRI) за месяц до того саммита НАТО, в котором впервые участие принял Дональд Трамп. SIPRI — безусловно, один из самых авторитетных центров, который занимается исследованиями в области вооружений. Опубликованный материал касается уже упомянутых двух процентов ВВП, и в исследовании на основе данных о прошлогодних военных расходах подсчитаны предполагаемые изменения. Согласно этому анализу, если все страны-члены альянса будут выделять на оборону два процента ВВП, то это повлечет за собой сокращение бюджета НАТО с 881 миллиарда долларов до 722 миллиардов. Таким образом, оборонный бюджет НАТО сократится на 159 миллиардов долларов, то есть на 18%…

— Звучит странно. Трамп действительно требовал именно этого? Как институт SIPRI мог прийти к таким цифрам?

— Фокус в том, что в прошлом году военные расходы Соединенных Штатов достигли 3,3% ВВП. Эти траты в размере 611 миллиардов долларов патологически велики. При переходе США к двум процентам ВВП расходы сократятся на 240 миллиардов, то есть на 39%.

Многие забывают, что вооруженные силы США и европейские армии предназначаются для разных целей. Достаточно вспомнить те действия, которые сейчас Пентагон предпринимает в западной части Тихого океана. Я имею в виду Японию, Корею и американские провокации в Южно-Китайском море. Зачем европейским странам брать на себя часть ответственности за эту политику Вашингтона?

Немного отклонюсь от темы, чтобы вы лучше меня понимали. В середине прошлого года центр RAND Corporation опубликовал анализ возможных вариантов войны между США и Китаем. RAND — это авторитетный исследовательский центр в Калифорнии, где занимаются политической и военной аналитикой. Из упомянутого анализа следует, что традиционная война между Соединенными Штатами и Китаем, начнись она в 2015 году, через год боев привела бы к снижению американского ВВП на 10%, а китайского — на 35%. Но если бы война началась в 2025 году, то обе стороны понесли бы одинаковые экономические потери. «В 2025 году Соединенные Штаты не смогут получить решающее военно-операционное преимущество, даже если бои затянутся», — говорится в этом исследовании. Многие политики могут расценить эту информацию как знак свыше: мол, когда, если не сейчас? Стоит добавить, что, согласно упомянутому исследованию RAND Corporation, уже сегодня ядерная война между США и Китаем уничтожила бы обе страны. Я не говорю уже о том, что, скорее всего, эта война приняла бы мировой масштаб, и в конфликт была бы втянута и Чехия.

— Давайте вернемся к тому парадоксальному расчету, согласно которому расходы в размере двух процентов ВВП привели бы к снижению бюджета НАТО. Наверное, в Брюсселе Трамп все-таки не этого добивался. Тогда в чем его цель?

— Даже в институте SIPRI не верят, что оборонные расходы США сократятся до двух процентов ВВП. Расчет, который считают реальным, показывает, что если Соединенные Штаты оставят свои оборонные расходы на современном уровне, а расходы других стран-членов альянса достигнут двух процентов ВВП, то общий бюджет НАТО вырастет с прошлогоднего 881 миллиарда до 962 миллиардов в год.

— Это как раз те самые 57% мировых расходов на оборону, о которых Вы говорили в начале интервью?

— Да. Если мечта о двух процентах ВВП сбудется, то бюджет альянса достигнет 57% от мировых расходов на оборону. Таким образом, 28 западных демократических стран будут выделять на оборону больше, чем остальные 170 государств мира. Вам это кажется разумным?

— А какими конкретно будут изменения в европейских странах-членах НАТО?

— Специалисты SIPRI подсчитали изменения военных расходов европейских стран-членов альянса в связи с переходом к требуемым двум процентам ВВП и получили данные о значительном росте: европейские траты увеличились бы с 254 миллиардов до 320 миллиардов в год. То есть расходы возрастут на 66 миллиардов или на 26%. Подобные требования — абсурд.

— Но в Брюсселе говорят о растущей угрозе, к примеру, в лице России.

— По данным SIPRI, в прошлом году оборонный бюджет Российской Федерации составил 69,2 миллиарда. Я повторюсь: в то же время общий бюджет НАТО достиг 881 миллиарда, из которых 254 миллиарда долларов приходятся на европейские страны-члены альянса. Только благодаря пропаганде, которая ослепляет и отупляет, кто-то еще может рассуждать о необходимости дальнейшего повышения военных расходов из-за «российской опасности». Лучше бы подумали о рационализации расходов. Ведь деньги транжирят не только в США, но и в европейских вооруженных силах. Это происходит из-за глупости, коррупции, а также — и это главное — из-за отсутствия разумной военно-политической стратегии.

— Я отметил, что даже Берлин не испытывает восторга по поводу требований повысить расходы до двух процентов ВВП.

— Для Германии это требование означает расходы в размере 69 миллиардов долларов в год (против прежнего 41,1 миллиарда). Если составить рейтинг стран мира, которые больше всех тратят на оборону, то в новых условиях Германия с девятого места переместится на четвертое. Некоторые немецкие экономисты, а также аналитики в области безопасности считают, что рост расходов слишком велик, да и не обоснован. Я тоже так думаю. Кроме того, Германия опять может превратиться в военную проблему для Европы.

— Министр обороны Чехии, а также другие чешские политики пообещали повысить военные расходы до двух процентов ВВП. К чему это приведет, по версии SIPRI?

— Чешские расходы на оборону возрастут с двух до 3,9 миллиардов долларов, и Чехия переместится с 60 места в упомянутом рейтинге на 47 место. Что касается Словакии, то там военный бюджет увеличится с одного миллиарда до 1,8 миллиардов долларов, и страна с 67 места переместится на 62. Я повторю, что это может произойти без предварительных анализов угроз и рисков, без общественной дискуссии — только потому, что кто-то что-то кому-то пообещал. И это называется демократией!

— Давайте вернемся к тому, о чем речь шла в Эр-Рияде. Почему те договоренности напоминают Вам решения в рамках НАТО?

— Дональд Трамп подписал контракт на поставку оружия в Саудовскую Аравию на сумму 110 миллиардов долларов, а в ближайшие десять лет туда направят вооружений еще на 350 миллиардов. Белый дом назвал эти договоренности «взаимным расширением… отношений в сфере безопасности». Однако Соединенные Штаты продавали Саудовской Аравии оружие на миллиарды долларов еще при президенте Бараке Обаме. По имеющимся данным, с 2013 года Агентство национальной безопасности (NSA) (это спецслужба Министерства обороны США, о которой мы с вами говорили на прошлой неделе) оказывает Эр-Рияду «непосредственную аналитическую и техническую поддержку» в интересах «внутренней безопасности». Еще продолжительнее сотрудничество саудовцев с ЦРУ. Кстати, близкие отношения Вашингтона и Эр-Рияда берут начало в феврале 1945 года, когда сразу после Ялтинской конференции президент Франклин Рузвельт встретился с саудовским королем на военном корабле США, бросившем якорь в Суэцком канале.

Существует две причины для особых отношений Вашингтона и Эр-Рияда. Во-первых, это нефть, а во-вторых, вашингтонские комплексы в отношении Ирана, от которых Белый дом никак не может избавиться со времен свержения шаха Резы Пехлеви в 1979 году. Эр-Рияд, в свою очередь, воспринимает Тегеран как неизбежного конкурента. Ведь в Иране — персы, а не арабы, шииты, а не сунниты, и исламская демократия вместо монархии.

— Свою роль играет и воинственная политика Ирана в отношении Израиля.

— Это отдельный разговор. Саудовская армия «тренируется» сейчас в Йемене. По некоторым данным, с 2015 года в местной «гражданской» войне, незаметной для Запада, было убито почти восемь, а по другим данным 16, тысяч человек. С кем саудовская армия будет воевать, когда пройдет «подготовку» и получит новое оружие за 400 миллиардов? Будет ли Израиль в безопасности?

По данным SIPRI, в прошлом году Саудовская Аравия выделила на оборону 10,4% своего ВВП. Однако идеальным партнером Пентагона и примером для Европы является Оман: его военные расходы в прошлом году достигли рекордных 16,7% ВВП.

— Небольшой Оман?

— Он перераспределяет оружие и боеприпасы сообразно интересам арабских суннитских монархий и, конечно, по договоренности с США. Точно так же Вашингтон пытается сделать из НАТО свою «торговую резидентуру». В этой связи я хотел бы напомнить слова недавно ушедшего от нас Збигнева Бжезинского, который сказал, что оружие существует для того, чтобы его применять.

— То есть, судя по всему, войны на Ближнем Востоке не закончатся никогда? Вы считаете, что в этом и есть замысел Вашингтона?

— Что значит замысел? Военные и ученые должны учитывать все сценарии, но политики решают все. Они принимают решения непосредственно о том, чего хотят добиться, и косвенно о том, к чему приведет тот хаос, который они сеют.

В четверг в Братиславе мы обсуждали ту депрессивную безнадежность, которой веет от выше приведенных цифр. Простые рациональные подсчеты доказывают, что все разговоры о российской или китайской угрозе — это ерунда. Разумных причин для повышения оборонных расходов европейских стран НАТО нет. И, тем не менее, эти расходы, скорее всего, будут увеличены.

— По-Вашему, разве все это никак нельзя объяснить?

— Кому? Министрам обороны, которые вышли из среды, далекой от реального мира? Продажа оружия — не спектакль, а торговля человеческой смертью. Или вы хотите показать эти цифры из SIPRI брюссельским генералам? Не стоит, им они известны. Просто некоторые считают подобный подход, полный лжи и коррупции, правильным, ведь он в достаточной мере антироссийский. А остальные? Представьте себе человека, который сменил офис в Праге на место в Брюсселе.

Большинство помнит о своих благих намерениях до того момента, как получит первую зарплату. Речь — о таких суммах, которые простому чешскому генералу даже не снились. И тогда эти люди понимают, что изменить они ничего не могут, но зато могут жить припеваючи. То же происходит с «нашими» представителями в Европейской комиссии и Европейском парламенте.

В капиталистической системе военные расходы не являются предметом академической дискуссии. Главное — интересы. Вам не убедить премьеров и министров, которые клянутся повысить военные расходы до двух процентов ВВП, в том, что все это опасная глупость. Таких политиков нужно просто заменять, иначе они так и будут вооружаться, вооружаться и вооружаться — вплоть до трагической развязки.

США. Евросоюз > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205423 Оскар Крейчи


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205397 Збигнев Бжезинский

Бжезинский о России: анализ, выводы и рекомендации

Откровения Бжезинского

Russia Matters, США

Збигнев Бжезинский, скончавшийся 26 мая в возрасте 89 лет, с 1977 по 1981 годы занимал пост советника по национальной безопасности президента США Джимми Картера. Данная подборка его наблюдений и основополагающих идей о России является вторым выпуском в серии издания Russia Matters под названием «Альтернативные точки зрения», где мы делимся позициями выдающихся американских мыслителей по российско-американским отношениям, самой России и американской политики по отношению к ней.

В отличие от своих коллег-демократов, г-н Бжезинский занимал крайне жесткую позицию в отношении Советского Союза. (New York Times в своем некрологе окрестила ее «жесткой ненавистью», а Москва считала его такой серьезной помехой, что КГБ, по сообщениям, пытался оклеветать его как «предателя и антисемита»). После распада СССР г-н Бжезинский сохранял глубокий скептицизм в отношении целей и намерений России, даже когда призывал США интегрировать ее в систему Запада.

Цитаты, приведенные ниже, разделены на категории, аналогичные тем, что используются в сводках новостей и теоретических исследований Russia Matters, и отражают наиболее актуальные темы в контексте как российско-американских отношений в целом, так и политических стимулов двух стран по отношению друг к другу.

Текст, не выделенный курсивом, фигурными или круглыми скобками — это прямые цитаты из высказываний г-на Бжезинского. Все разделы могут обновляться ввиду продолжающихся исследований.

I. Приоритетные задачи двусторонней повестки дня США и России

Ядерная безопасность:

• О политике США в отношении России после распада СССР: Настойчиво-оптимистические оценки перспектив России в политическом и экономическом аспектах намеренно распространялись еще и для того, чтобы продвинуться в решении более конкретной и, по общему признанию, важной для Соединенных Штатов задачи: российско-американского разоружения. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Из рецензии на книгу Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года: «Г-н Бжезинский предполагает, [что] ослабление Америки увеличивает опасность распространения ядерного оружия по всему миру. Если бы „ядерный зонтик" США вызывал сомнения, говорит он, такие страны, как Южная Корея, Тайвань, Япония, Турция и Израиль были бы вынуждены искать защиты в другом месте — что означало бы „собственное ядерное оружие или ядерное оружие из усиленных средств сдерживания другой державы — скорее всего России, Китая или Индии". Это же касается и глобальных экологических проблем, включая изменение климата и растущий дефицит воды.» (New York Times, 01.29.12)

• См. также разделы «Двусторонние экономические отношения», «Общая политика США в отношении России и другие вопросы двусторонних отношений» и «Украина» ниже.

Ядерная программа Ирана и связанные с этим вопросы:

• Я считаю, что, если она [иранская ядерная сделка] в итоге сработает, то будет весьма выгодной….Тот факт, что кроме наших ближайших союзников — европейцев и других — ее поддерживают Китай и Россия, очень важен. С Россией мы находимся в состоянии непрекращающейся вражды, вызывающей негодование как у нас в отношении них, так и у них в отношении нас. И тот факт, что они решили двигаться дальше, по крайней мере, до сих пор, я считаю чрезвычайно важным в рамках достигнутого. (MSNBC, 04.03.15)

Новая и первая холодная война:

• Распад Советского Союза и последующее окончание холодной войны вызывают необходимость в новой стратегии — такой, которая более не рассматривает Россию в качестве противника и в которой фактор силы более не является основополагающим. Но если Россия — более не противник, то союзник ли она, или младший партнер, или просто побежденный враг? В чем должны после окончания холодной войны состоять цель и суть большой стратегии в отношении крупной страны, которой при всех ее нынешних недугах так или иначе суждено выступать в качестве державы в мировых делах? Направляет ли текущую американскую политику по отношению к России продуманная и исторически оправданная большая стратегия — преемница большой стратегии периода холодной войны? В настоящей работе доказывается, что нынешняя большая стратегия Соединенных Штатов ошибочна в своих исходных посылках, сфокусирована на неверной стратегической цели и опасна по своим вероятным геополитическим последствиям. (Foreign Affairs, март/апрель 1994)

• В ответ на вопросы о скрытом американском финансировании антисоветских афганцев и поставок оружия моджахедам, в частности о том, сожалеет ли он об этих действиях: Сожалеть о чем? Та секретная операция была блестящей идеей. Она дала заманить русских в афганский капкан, и вы хотите, чтобы я сожалел? Когда Советы официально пересекли границу, я написал президенту Картеру, по существу: «Теперь у нас появилась возможность обеспечить СССР его собственную Вьетнамскую войну». Фактически, Москва должна была вести на протяжении почти десяти лет невыносимую для нее войну, конфликт, повлекший деморализацию и в конце концов распад советской империи. (Интервью с Le Nouvel Observateur 1998 года, процитированное в книге «Наследие: Вьетнам и американские президенты от Форда до Обамы»)

• В своей книге «Стратегический взгляд» 2012 года Бжезинский утверждал, что неспособность Америки сотрудничать с Россией после окончания холодной войны возымела обратный эффект, когда Россия стала ориентироваться на учреждение авторитаризма и восстановление своего влияния на постсоветском пространстве. В отношениях между Россией и Западом он увидел напряжение, возникшее в результате упущенной после окончания холодной войны возможности, ощущения важности роли России благодаря ее территориям, ресурсам и потенциалу для производства ядерного оружия. (Исследования Russia Matters)

Военные проблемы, в том числе отношения России с НАТО:

• Российские руководители указали, что они одобрили бы совместную гарантию безопасности региона [центральная/восточная Европа] со стороны России и НАТО… [15 декабря 1993 года президент Ельцина написал руководителям США, Великобритании, Франции и Германии:] «Мы считаем, что отношения между нашей страной и НАТО должны быть на несколько градусов теплее, чем между этим союзом и восточной Европой». (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Неосуществление расширения НАТО теперь, когда уже взяты обязательства, может разрушить концепцию расширения Европы и деморализовать страны центральной Европы. Это может даже привести к возрождению скрытых или угасающих геополитических устремлений России в центральной Европе. Пока еще не очевидно, что российская политическая элита разделяет стремление Европы к сильному и длительному американскому политическому и военному присутствию. Следовательно, хотя установление основанных на сотрудничестве отношений с Россией, безусловно, желательно, тем не менее для Америки важно открыто заявить о своих мировых приоритетах. Если выбор необходимо сделать между более крупной евроатлантической системой и улучшением отношений с Россией, то первое для Америки должно стоять несравнимо выше. (Foreign Affairs, сентябрь/октябрь 1997 года)

• Расширение НАТО уже в любом случае доказало свою пригодность в контексте европейской безопасности, включая российскую. Особенно примечательно то, что благодаря ему Европа периода после холодной войны стала стабильнее, а Германия закрепилась в самом ее сердце, вместо того, чтобы стать «пограничным государством», что, как опасались некоторые лидеры Германии, могло произойти после воссоединения. (The National Interest, осень 2000 года)

• Альянсу [НАТО] нужно также определиться с актуальной в геополитическом плане долгосрочной стратегической задачей — сформулировать цели взаимоотношений с Российской Федерацией. Россия — не враг, но она по-прежнему враждебно относится к НАТО. Поэтому НАТО следует поставить две геостратегические цели в отношении Москвы: укреплять безопасность в Европе путем вовлечения России в более тесное военно-политическое взаимодействие с евро-атлантическим сообществом, а также включить Россию в более широкую систему мировой безопасности, что косвенным образом будет способствовать ослаблению остающихся у нее имперских амбиций. (New York Times, 08.19.09)

• Первым позитивным шагом в этом направлении может стать соглашение о сотрудничестве в вопросах безопасности между НАТО и созданной Кремлем Организацией Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), объединяющей в своих рядах Армению, Белоруссию, Казахстан, Киргизию, Россию, Таджикистан и Узбекистан. В ответ на такую уступку —которой давно уже добивается Москва — можно выдвинуть условие, что это соглашение будет действовать только в случае подтверждения права не входящих в НАТО и ОДКБ государств по своему выбору вступать либо в первую, либо во вторую организацию. (New York Times, 08.19.09)

• Косвенно разрешая спорный вопрос в отношениях между Североатлантическим альянсом и Россией, договор НАТО-ОДКБ может попутно облегчить альянсу дальнейшее продвижение на восток в направлении усиливающихся азиатских держав. Последние также должны быть вовлечены в орбиту совместных договоренностей в сфере безопасности. Постепенное расширение взаимодействия могло бы также способствовать созданию совместного совета НАТО-ШОС и тем самым косвенно привлечь Китай к сотрудничеству с альянсом. Это, безусловно, весьма привлекательная и важная цель в долгосрочной перспективе. (New York Times, 08.19.09)

• НАТО не будет пассивно смотреть на разворачивание войны в Европе. Если Украина будет разбита, это поставит под угрозу развитие свободы и безопасность Румынии, Польши и Прибалтики. (The Washington Post, 03.03.14)

• Силы НАТО в соответствии с планами организации на случаи чрезвычайных ситуаций необходимо привести в состояние повышенной готовности… Если Запад хочет избежать конфликта не должно быть никакой двусмысленности. В Кремле должны знать, что последует за авантюристским использованием силы в центре Европы. (The Washington Post, 03.03.14)

Противоракетная оборона:

• Исторический эпизод, по данным New Yorker: «Советник президента Джимми Картера по национальной безопасности Збигнев Бжезинский спал в своей постели в Вашингтоне, когда зазвонил телефон. Его военный помощник генерал Уильям Одом звонил, чтобы сообщить ему, что 220 ракет, запущенных с советских подводных лодок, летят в сторону США. Бжезинский приказал Одому получить подтверждение этого нападения. Нужно было безотлагательно приказать нанести ответный удар, ведь Вашингтон мог быть через несколько минут уничтожен. Одом перезвонил и сообщил, что запущено не 220, а 2 200 советских ракет. Бжезинский решил не будить свою жену, предпочитая дать ей умереть во сне. Он собрался позвонить Картеру и посоветовать нанести контрудар, когда телефон зазвонил в третий раз. Одом извинился — то была ложная тревога. Позже было установлено, что источником ложной тревоги был дефективный компьютерный чип в одном из аппаратов связи в штабе североамериканского военно-воздушного командования». (The New Yorker, 12.23.16)

• О планах Америки по развертыванию элементов системы ПРО в 2000 году и ее последствиях для прогресса по СНВ-III: Думаю, это будет трудной проблемой. Я полагаю, что россияне будут пытаться добиться от нас уступок, и немного обеспокоен тем, что подход администрации [Клинтона] в действительности дифференциальным не является. Ее члены склонны рассматривать контроль над вооружениями с Россией и сокращение ядерного оружия как самоцель, в качестве пробы пера в отношениях, а соглашения — в качестве доказательства их конструктивности. Я считаю, что такое отношение может привести к уступкам с нашей стороны, делать которые будет не в наших интересах. И поэтому, глядя в будущее, следует соблюдать осторожность и избегать опрометчивости при вступлении в, мягко говоря, весьма ограниченное соглашение. (CNN, 04.16.00)

Контроль над ядерными вооружениями:

• Сама концепция «мира без ядерного оружия» — лишь иллюзия… Знания о том, как производить ядерное оружие, стереть невозможно. Невозможно управлять человеческим сознанием, как магнитофоном. Мир, в котором страны уничтожили свое ядерное оружие, но все еще умеют его производить, не стал бы безопаснее. Кроме того, некоторые государства или даже террористические организации могут пойти на хитрости. Учитывая закрытость советской системы, ее двуличие и обман, а также огромную географическую площадь, риск того, что Кремль сможет тайно хранить некоторое количество ядерного оружия и систем их доставки, игнорировать нельзя. (New York Times, 04.05.87)

• О запланированных переговорах по СНВ-II между Путиным и Клинтоном: Это, прежде всего, положительная мера, как по существу, так и символически. Она уводит нас все дальше от гонки ядерных вооружений. Во-вторых, преувеличивать действительно не следует. Ни одна из сторон свой арсенал не наращивала, и некоторая корректировка в сторону понижения действительно имела место. И в-третьих, это соглашение заключено в интересах обеих сторон; в сущности, России оно на руку даже несколько больше, чем нам, поскольку их положение не позволяет им конкурировать или ввязываться в гонку вооружений. Так что лишнего за это платить мы не должны. (CNN, 04.16.00)

Борьба с терроризмом:

• В ответ на утверждение о том, что «было неоднократно сказано: исламский фундаментализм сегодня представляет мировую угрозу»: Вздор! Было бы нужно, как говорят, чтобы Запад имел общую политику по отношению к исламизму. Это глупо: нет глобального исламизма. Давайте посмотрим на ислам рационально и без демагогии или эмоций. Это мировая религия с 1,5 миллиардами приверженцев. Но что общего между фундаменталистской прозападной Саудовской Аравией, умеренным Марокко, милитаристским Пакистаном, Египтом или секулярной Центральной Азией? Ничего сверх того, чем то, что объединяет христианские страны. (Интервью с Le Nouvel Observateur 1998 года, процитированное в книге «Наследие: Вьетнам и американские президенты от Форда до Обамы»)

• По расчетам, построенным на данных о нынешнем уровне рождаемости, к 2025 году исламское население стран, примыкающих к России с юга, может достичь 450 миллионов (без турок, чья прогнозируемая численность составит 85 миллионов человек). Вероятно, эти государства будут большей частью слабы экономически, а значит, склонны к политической неустойчивости. Их население, состоящее во многом из легковозбудимой молодежи с периодически обостряющимся национальным и исламским самосознанием, может оказаться весьма восприимчивым к экстремистским призывам. Если Россия, бывший имперский сосед этих стран, не будет строить свои отношения с ними умело и сдержанно, не претендуя на восстановление прежнего статуса, политическое пробуждение этого региона может принять яростный антирусский характер. Возможность такого поворота событий предвещают действия России в Чечне. (The National Interest, осень 2000 года)

Конфликт в Сирии:

• Москва предпочла осуществить военное вмешательство, которое проходит без политического и тактического сотрудничества с США — главной зарубежной державы, которая предпринимает не очень эффективные попытки сместить Башара Асада. Ведь, кроме того, Россия предположительно начала наносить авиаудары по сирийским «элементам», которых спонсируют, обучают и снаряжают американцы. В лучшем случае это демонстрация российской военной некомпетентности, в худшем — доказательство опасного желания подчеркнуть политическое бессилие Америки. В обоих случаях на кону как будущее региона, так и авторитет США среди стран Ближнего Востока. (Financial Times, 10.04.15)

• В этих быстро развивающихся событиях у США есть лишь одна реальная возможность защитить свои интересы — донести до Москвы требование о том, что Россия должна отказаться от военных операций, которые напрямую отражаются на «американских активах». У России есть полное право поддерживать господина Асада, если уж она так того желает. Но любое повторение произошедших только что событий должно привести к ответным мерам со стороны США. Присутствие военно-воздушных и военно-морских сил России в Сирии уязвимо, поскольку географически они изолированы от своей страны. Их можно «разоружить», если они продолжат провоцировать США. Но все же лучше убедить Россию действовать вместе с Соединенными Штатами и совместно добиться урегулирования региональной проблемы, которая не ограничивается интересами какого-то одного государства. (Financial Times, 10.04.15)

Обвинения России во вмешательстве в американскую политику:

• В ответ на вопрос об обвинениях России во вмешательстве с целью изменить результат выборов 2016 года в пользу Трампа: Да, российская разведка, разумеется, была непосредственно вовлечена в происходящее. Да, Путин также был лично причастен к ним. Российская разведка — это не независимая организация, это государственная служба, созданная для определенных политических целей. Путин полностью контролирует госаппарат, в этом нет никаких сомнений. Вмешательство имело совершенно определенную цель. Русские рассчитывали таким образом осложнить американскую политическую жизнь, хотя изначально не слишком были уверены, что Путин сможет каким-либо образом повлиять на события и помочь Трампу выиграть. Позже ситуация изменилась, Трамп набирал популярность, и это побудило их взяться за дело серьезнее. Они стали более амбициозны и настойчивы. Однако я совершенно не имею в виду, что российские усилия повлияли решающим образом на выборы и привели к успеху избранного президента Трампа. Он одержал победу исключительно из-за внутренних американских факторов и благодаря своему впечатляющему политическому мастерству. С другой стороны, было бы неверно утверждать, что усилия России никак не сказались на результате выборов. (Huffington Post, 12.23.16)

• В ответ на вопрос, является ли это «старой тактикой, новыми методами» или чем-то совершенно новым: Новые методы позволяют действовать в этой сфере с куда большим размахом, чем раньше. Соответственно, они гораздо эффективнее и приносят больший результат, чем прежде. Это новый элемент, и разумеется, он вызывает глубокую тревогу. (Huffington Post, 12.23.16)

Экспорт энергоносителей из стран СНГ:

• В книге Бжезинского «Великая шахматная доска» 1997 года есть глава о каспийско-средиземноморских нефтяных экспортных трубопроводах; политолог и эксперт в области безопасности Павел Баев поставил данной книге в заслугу то, что она оказала «сильное с точки зрения реальной политики воздействие на политическое мышление в Каспийском регионе и о нем» и так называемую Новую Большую игру с участием ресурсов каспийских углеводородов.

Двусторонние экономические отношения:

• О данной Вашингтоном чересчур «радужной оценке» постсоветской экономической трансформации России: Мало внимания обращалось на то, что нарождающийся капиталистический класс в России ведет себя удивительно паразитически, склонен скорее припрятывать свои прибыли за границей, чем делать ставку на будущее России; российские банки инвестируют во внутреннее развитие лишь около 450 миллионов долларов, тогда как примерно 15,5 миллиарда долларов отправляют хранить за границу. Точно так же скрытая переправка значительной части иностранной финансовой помощи в западные банки игнорировалась, ибо такое обстоятельство считали не столь важным в сравнении с ключевой целью — поддержать поступь преобразований в экономике (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Кроме того, поддержке экономической стабилизации России и постепенного преобразования ее экономики отдается более высокий приоритет, по сравнению с оказанием помощи новым государствам, помимо России. В 1992 году глава Международного валютного фонда оценивал потребность России в финансировании из-за рубежа в 23 миллиарда, а соответствующую потребность новых государств помимо России — примерно в 20 миллиардов долларов. На совещании семи промышленно наиболее развитых стран на высшем уровне в июле 1993 года Соединенные Штаты добились того, что России была коллективно обещана суммарная помощь в 28 миллиардов долларов, тогда как новые, помимо России, государства были в основном проигнорированы. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

Общая политика США в отношении России и другие вопросы двусторонних отношений:

• Предлагая «альтернативную стратегию» американскому подходу к России после распада СССР: Основополагающая посылка… сводится к тому, что геополитический плюрализм создаст наилучший контекст для появления России — демократической ли, или нет, — но побуждаемой к тому, чтобы быть добрым соседом для государств, с которыми она может сотрудничать в общем экономическом пространстве, но над которыми она не будет стремиться, или не сможет, в политическом и военном отношении господствовать… Утверждение геополитического плюрализма в рамках бывшего Советского Союза повлекло бы за собой ряд последствий в области практической политики. Оно должно было бы — хотя и при продолжающемся стремлении к углублению дружбы с Россией — побудить: к более сбалансированному распределению финансовой помощи России и другим, помимо России, государствам; к отказу от придания вопросу о ядерном оружии такого статуса, когда этим вопросом, словно лакмусовой бумажкой, поверяются американо-украинские отношения; к равно непредвзятому обхождению с Москвой и Киевом. Оно потребовало бы четкого признания, что независимое существование Украины — дело гораздо большей перспективной значимости, чем вопрос о том, демонтирует ли Киев незамедлительно свой постсоветский ядерный арсенал или нет. Оно также обусловило бы американскую помощь России прекращением усилий последней по превращению независимых государств в полностью подчиненных сателлитов, а также повлекло бы за собой большую готовность сделать предметом разбирательства, в том числе и в ООН, провинности Москвы перед соседями. Грузия, например, заслуживала лучшего в 1993 году (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Постепенное включение России в расширяющееся трансатлантическое сообщество — необходимая составная часть любой долгосрочной стратегии Соединенных Штатов, нацеленной на укрепление стабильности на гигантском евразийском континенте. Стремление к этой цели потребует терпения и стратегического упорства. Тут не может быть короткого и простого пути. Следует создать такие геостратегические условия, чтобы русские убедились: для самой России было бы лучше всего стать по настоящему демократическим европейским постимперским государством, тесно взаимодействующим с трансатлантическим сообществом. (The National Interest, осень 2000 года)

• Китай преуспевает благодаря притоку иностранных инвестиций; Россия опасается потенциальных угроз на своих южных и восточных рубежах и ощущает, что все меньше может полагаться на свою ядерную мощь. Китай уверен в себе; Россия же смущена. Названные факторы позволяют с успехом проводить по отношению к России и Китаю стратегию, нацеленную на их вовлечение в структуры международного сотрудничества. Действуя в данном направлении, следует ориентироваться на создание и развитие в Евразии двух все более тесно связанных друг с другом геостратегических треугольников: первый из них включает США, ЕС и Россию, а второй — США, Японию и Китай. Что бы связь между ними была прочной и действенной, необходимо конструктивное взаимодействие с Россией. (The National Interest, осень 2000 года)

• Западу необходимо и впредь помогать России. Однако помощь не следует адресовать федеральным властям. Россия достаточно богата, чтобы решать свои основные проблемы, опираясь на собственные ресурсы, а западная помощь нередко лишь закрепляет худшие привычки нынешней элиты. К тому же природа финансовой помощи такова, что ее можно использовать в любых целях, а значит, и направлять на обеспечение военных программ и операций, таких, как чеченская. Поэтому помощь Запада надо сосредоточить прежде всего на содействии зарождающимся в России неправительственным общественным организациям, чья деятельность способствует формированию в стране новой, более молодой и обладающей более широкими взглядами элиты, осознающей свою заинтересованность в создании общества, которое базировалось бы на верховенстве права. (The National Interest, осень 2000 года)

• В своей книге «Стратегический взгляд» 2012 года Бжезинский написал, что Америка сможет вернуть международное главенство, если Вашингтон, среди прочего, сумеет расширить и оздоровить Запад и привлечь к сотрудничеству Россию и Турцию, сформировав к 2025 году новое «ядро мировой стабильности». (Исследования Russia Matters)

• Конструктивную политику США следует проводить настойчиво и с учетом дальней перспективы. США должны стремиться к результатам, которые способствовали бы постепенному пониманию в России (видимо, уже после Путина) того, что она может стать влиятельной мировой державой исключительно в составе Европы. (The American Interest, 04.17.16)

• США должны четко разъяснить России, что любая военная вылазка в Европу, в том числе применение тактики «зеленых человечков», которая наблюдалась в начале конфликта на Восточной Украине, повлечет за собой карательную блокаду доступа России на Запад по морю — блокаду, которая коснется почти двух третей всего объема российской морской торговли. (New York Times, 02.20.17)

II. Внутреннее развитие, история и известные личности России

Внутреннее развитие России:

• Для России задачей первостепенной важности является модернизация собственного общества, а не тщетные попытки вернуть былой статус мировой державы. Ввиду колоссальных размеров и неоднородности страны децентрализованная политическая система на основе рыночной экономики скорее всего высвободила бы творческий потенциал народа России и ее богатые природные ресурсы. России, устроенной по принципу свободной конфедерации, в которую вошли бы европейская часть России, Сибирская республика и Дальневосточная республика, было бы легче развивать более тесные экономические связи со своими соседями. Каждый из этих трех членов конфедерации имел бы более широкие возможности для использования местного творческого потенциала, на протяжении веков подавлявшегося тяжелой рукой московской бюрократии. В свою очередь, такая, в большей степени децентрализованная, Россия была бы не столь восприимчива к призывам объединиться в империю. (Foreign Affairs, сентябрь/октябрь 1997 года)

• Многое определит поведение нынешней российской политической элиты, которая по своему составу и взглядам разительно отличается от посткоммунистических элит, сформировавшихся в странах восточной Европы. В нынешнем руководстве России нет ни единого бывшего политического диссидента… Российская же политическая элита в ее нынешнем виде в основном включает в себя бывших аппаратчиков, криминализованных олигархов, а также руководителей КГБ и армии. От советского прошлого эти люди если и отрекаются, то лишь поверхностно. (The National Interest, осень 2000 года)

• Все больше россиян начинают осознавать, что фундаментальное изменение российских отношений с Западом может лежать в русле долгосрочных интересов их собственной страны. (Из книги Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года)

Историческая траектория России:

• Среди крупных геополитических единиц на территории Евразии (к таковым относятся Европейский союз, Россия, Китай и Япония) только о ЕС и Японии можно сказать, что они полностью признают свою глубокую заинтересованность в международной стабильности. По отношению к Китаю и России ситуация не столь однозначна. Эти две страны по прежнему хотели бы добиться более или менее существенных сдвигов в соотношении сил на мировой арене. Однако вместе с тем они учитывают ограниченность своих возможностей и осознают свою заинтересованность в сотрудничестве с Западом. Китай склонен к такому сотрудничеству главным образом потому, что долгое время успешно развивается экономически; Россия — по причине своих экономических неудач. (The National Interest, осень 2000 года)

• Разумеется, ни Америка, ни тем более Европа сами не в силах наставить Россию на истинный путь и преобразить ее. Прозрение России должно прийти изнутри, во многом подобно тому, как это случилось в первой половине XX века при распаде Османской империи и становлении современного государства в Турции. Но Америка и Европа могут создать для России такие внешние условия, которые были бы благоприятны для желаемых перемен и даже существенно стимулировали бы их. И это значит, что, несмотря на оправданный в настоящий момент пессимизм по отношению к мировоззрению нынешнего политического руководства России, есть достаточно оснований для оптимизма в долгосрочной перспективе. (The National Interest, осень 2000 года)

• Трудно преувеличить ущерб, нанесенный народу России за 70 лет коммунистического строя. О нынешнем состоянии страны не следует судить ни по поверхностному блеску Москвы и Санкт Петербурга, куда идет основной поток финансовых средств с Запада, ни по происходящим время от времени изменениям в темпах экономического роста. Горькая действительность заключается в том, что от коммунистического эксперимента российский народ унаследовал разрушенное сельское хозяйство, слаборазвитую, а порой примитивную социальную инфраструктуру, отсталую экономику, которой все больше грозит опасность прогрессирующей деиндустриализации, изуродованную окружающую среду и неблагоприятные демографические тенденции. (The National Interest, осень 2000 года)

• Примерно 70 миллионов россиян живут в городах, где параметры загрязнения окружающей среды превышают американские предельные нормы в пять и более раз. Около 75 процентов потребляемой в России питьевой воды по американским стандартам недопустимо загрязнено. Российская система здравоохранения, долго бывшая предметом общей гордости, находится в удручающем состоянии: многие больницы (особенно в сельской местности) не имеют горячего водоснабжения и не отвечают даже минимальным гигиеническим требованиям… В последнем докладе ВОЗ о состоянии здоровья населения в мире Россия по уровню национальной системы здравоохранения стоит на 130-м месте среди стран мира, лишь ненамного опережая Судан. (The National Interest, осень 2000 года)

• Россия в настоящее время проходит последнюю судорожную стадию имперской инволюции и децентрализации. Процесс болезненный, но это не означает, что Россия окончательно лишена возможности стать в конечном счете (если она будет действовать разумно) ведущим европейским национальным государством… Россия впервые за свою историю становится по-настоящему национальным государством, что является исключительно важным и в то же время не воспринимается всерьез. (The American Interest, 04.17.16)

• Между тем будущее самой России зависит от ее способности стать важным и влиятельным национальным государством в составе объединяющейся Европы. (The American Interest, 04.17.16)

• Россия, которая ориентируется на сотрудничество с Европой, нацелена и на сотрудничество с Китаем (пусть и с некоторой потенциальной территориальной напряженностью на северо-востоке), а также улучшает свои отношения с США, может стать страной, которая с помощью компромисса решит украинский вопрос. RBTH , 04.07.17)

Известные российские личности:

• Новая команда президента Владимира Путина целиком со стоит из таких людей, которые, существуй Советский Союз и поныне, вполне могли бы сейчас трудиться на высоких должностях в советских руководящих органах, особенно в КГБ. В этом отношении наводит на размышления и собственная политическая родословная Путина. Это аппаратчик в третьем поколении: его отец был партийным функционером, а дед даже служил в личной охране сначала Ленина, а потом Сталина. (The National Interest, осень 2000 года)

• Хотя Путин и повесил у себя в кабинете портрет Петра Великого, то, что он окружает себя бывшими сотрудниками КГБ и восхищается своим предшественником на посту главы этого ведомства, Юрием Андроповым, показывает, что новый президент России — не русский Ататюрк. Его геополитические установки отражают особенности мышления не первого постсоветского, а последнего советского поколения. (The National Interest, осень 2000 года)

• Ничто в международном диалоге с Западом не задевало Путина так сильно, как слова президента Обамы, который назвал Россию сильной региональной державой. Более обидной характеристики он дать не мог. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

III. Международные отношения, торговля и инвестиции

Внешнеполитический курс России и отношения со странами «дальнего зарубежья»:

• Бжезинский говорил о четырех ключевых концепциях, изложенных российскими идеологами внешней политики, которые, по его мнению, отражают новое шовинистское мировоззрение российских лидеров: Во-первых, концепция разделенного народа, во-вторых, тема защиты сограждан за рубежом, в-третьих, тема русского мира, в-четвертых, значение признания и сохранения, приятия и продвижения Великой русской цивилизации. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• То, что мы сейчас наблюдаем на Украине… — симптом более серьезной проблемы — а именно, постепенного и устойчивого подъема российского квази-мистического шовинизма, который продолжается уже в течение шести или семи лет. Главную роль в этом сыграл Путин, и содержание этой новой концепции полностью определяет отношения России с миром в целом и с Западом в частности. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

ЕС:

• Налаживать контакты по ряду вопросов с Соединенными Штатами [Москве] можно параллельно с тщательно обдуманными шагами, поощряющими антиамериканские настроения в Западной Европе, ослабляющими волю Запада к дальнейшему расширению НАТО и углубляющими противоречия в рамках евроатлантического сообщества. (The National Interest, осень 2000 года)

• Я думаю, что их [европейских популистов] тяга к Путину слишком преувеличивается — в основном благодаря усилиям журналистов, преследующих собственные интересы. Разумеется, отдельные лидеры этих движений восхищаются им — прежде всего благодаря его авторитарному подходу к управлению; но я не вижу доказательств массовой симпатии к нему в какой-либо серьезной стране. Подъем популистских движений в европейских демократических странах — это результат ощущения неразберихи и в то же время свободы… Некоторые группы и политические лидеры могут позиционировать себя как пророссийские, это правда, и русская разведка мутит воду, пытаясь подорвать единство Европы по вопросу антироссийских санкций, поддерживая сочувствующие Москве политические силы. Но по сравнению с глубинной динамикой, которую я описал, это все сущие мелочи. (Huffington Post, 12.23.16)

Турция:

• На протяжении XX века Турция больше преуспела в преобразовании, чем коммунистическая Россия… В отличие от России Турция никогда не впадала ни в манихейские страсти по истреблению собственного народа, ни в тоталитаризм. (Из книги Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года)

Япония:

• Согласно книге Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года, Япония могла бы обойти Россию в рейтинге основных мировых игроков, если решится на более активную международную роль. (Исследования Russia Matters)

Китай:

• Из рецензии на книгу Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года: «В книге „Вне контроля. Глобальный беспорядок накануне XXI в." 1993 года г-н Бжезинский утверждал, что… Китай, по всей видимости, будет играть более активную глобальную роль, нежели Россия.» (New York Times, 01.29.12)

• В том же «Стратегическом взгляде» Бжезинский пишет, что любые надежды на превращение России в могучую евразийскую державу, не принадлежащую строго ни к Европе, ни к Азии — лишь «иллюзия». Если Россия не заключит союз с Западом, — пишет он, — ей грозит перспектива стать младшим партнером в союзе с Китаем. Кроме того, он считал, что одной из стратегических целей Китая было получение значительного преимущества над Россией в рамках экономического влияния в центральной Азии и Монголии. (Исследования Russia Matters)

• Настоящее назначение России заключается в том, чтобы стать мощной европейской страной. И об этом они будут вспоминать каждый раз, когда будут глядеть на восток и спрашивать себя: какое значение имеет Китай для будущего России? (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• Некоторые россияне могут полагать, что Америка пытается настроить Китай против России. Но это скорее комплимент, который тешит их эгоизм, чем реальное представление о действительности. Дело в том, что Китай гораздо важнее, чем Россия. Если Америка и Китай будут сотрудничать, у России нет абсолютно никакого выбора, кроме как присоединиться к двум странам. В первую очередь, это было бы в интересах Америки, но это также будет выгодно и для России в долгосрочной перспективе. (RBTH , 04.07.17)

Украина:

• Менее чем через три года после распада Советского Союза Бжезинский писал: Самым настораживающим, учитывая размеры и геостратегическое значение Украины, было усиление экономического и военного давления Москвы на Киев — в согласии с распространенным в Москве представлением, что украинская независимость — это аномалия и, кроме того, угроза положению России как мировой державы. (Симптоматично, что некоторые ведущие российские политики склонны открыто говорить об Украине как о «переходном образовании» или как о «российской сфере влияния»). Российские военные [структуры ] добились разделения Крыма и утвердили свой односторонний контроль над большей частью Черноморского флота, за который идет спор. Обстоятельством, еще более усугубляющим дело, явилось открытое заявление претензий на части территории Украины. Кроме того, применялись экономические средства воздействия в форме сокращения поставки и периодических отключений жизненно важных для украинской промышленности энергоресурсов, вероятно, в надежде дестабилизировать страну до такой степени, когда значительная доля населения начнет требовать установления более тесных связей с Москвой. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Творцы российской политики, чтобы добиться международной изоляции Украины, умело использовали и озабоченность Клинтона ее ядерным статусом. Москве вполне удалось, играя на американских опасениях (и на очевидном предпочтении американской администрацией контроля над украинским ядерным оружием со стороны России), представить новых лидеров в Киеве в качестве угрозы международной стабильности. Неумение Украины донести до Запада свои тревоги также усугубляло ее изоляцию, а с нею — и чувство уязвимости. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Является безотлагательным и чрезвычайно важным, чтобы США убедили украинское правительство — обещанием существенной экономической помощи — обратиться к давно откладываемым и остро необходимым реформам. Одновременно должны быть даны американские политические гарантии независимости и территориальной целостности Украины. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Авторская заметка, написанная во время столкновений в Крыму в преддверие аннексии полуострова Россией: Соединенные Штаты могут и должны донести до Путина, что готовы использовать свое влияние, добиваясь, чтобы независимая и территориально неразделенная Украина вела себя по отношению к России примерно так, как эффективно получается у Финляндии — уважающие друг друга соседи с многочисленными общими интересами и связями с Россией и Европейским Союзом, без участия в каких бы то ни было военных альянсах, которые Москва видит направленными против себя. Финская модель идеальна для Украины в отношениях с Россией и ЕС. Кроме того, Соединенные Штаты должны также приватно сообщить Кремлю, что попытки дестабилизировать украинскую демократию, отделить ее территории, а также открыто или скрыто участвовать во внутреннем конфликте соседнего государства подвигли бы Вашингтон использовать свое международное влияние для того, чтобы способствовать принятию экономически дорогостоящих для Москвы мер. (Financial Times, 02.23.14)

• Его [Путина] первоначальный успех [в Крыму]может подтолкнуть его к повторению подобных действий уже в восточных областях. А в случае успеха окончательная третья фаза агрессии, с помощью комбинации политической нестабильности и при все более явном использовании российских войск, будет преследовать цель свергнуть правительство в Киеве. Результат будет, таким образом, похож на два этапа захвата Гитлером Судетской области после Мюнхена в 1938 году и окончательной оккупации Праги и Чехословакии в начале 1939 года. (The Washington Post, 03.03.14)

• Односторонние враждебные действия России означают, что Запад должен незамедлительно признать новое правительство Украины легитимным. Неопределенность в отношении его правового статуса может подтолкнуть Путина к повторению крымского спектакля. (The Washington Post, 03.03.14)

• О подходе Обамы к украинскому кризису: В целом я поддерживаю те шаги, которые президент Обама уже предпринял. Учитывая ту разновидность демократического альянса, в котором мы состоим, я считаю, что он действовал именно так, как это было нужно в данных обстоятельствах… Но я виню его за то, что он до сих пор не обратился к американскому народу, чтобы спокойно и подробно разъяснить ситуацию. Он не сделал ни одного серьезного заявления перед народом, чтобы рассказать о потенциальных рисках масштабного международного кризиса. Ему нужна поддержка американцев… Президент пока не выступил с исчерпывающим заявлением, касающимся реальных ставок в этом конфликте: почему мы столкнулись с этой проблемой, почему в наших общих интересах решить ее вместе с россиянами и почему, если переговоры не помогут, мы будем обязаны помочь Украине. (Politico, 05.02.14, Ремарки на «Атлантическом совете», 04.29.14)

• Неслучайно в той части Украины, где доминируют русские, применение силы оказалось таким изощренным. Участники вооруженных конфликтов оказались хорошо вооруженными, у них было эффективное зенитное оружие и даже танки. Даже самые глубоко разочарованные граждане Украины, питающие неприязнь к ее правительству и не испытывающие привязанности к этой стране, не станут хранить такое оружие в подвалах и на чердаках своих домов. Это оружие им предоставили, чтобы они сформировали отряды, способные противостоять мощным военным формированиям. Это является формой межгосударственной агрессии. По-другому это назвать нельзя. Что бы вы почувствовали, если бы, скажем, банды наркоторговцев в США стали получать оружие из-за границы, от нашего южного соседа, чтобы разжигать конфликт такого масштаба на постоянной основе? (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• Украину необходимо поддержать, если она будет сопротивляться. Если Украина не будет сопротивляться, если беспорядок внутри страны сохранится и правительству не удастся организовать эффективную систему национальной защиты, тогда украинскую проблему нужно будет решать в одностороннем порядке… И силы шовинизма внутри России станут еще более решительными. Эти силы на самом деле представляют собой наиболее негативные аспекты современного российского общества: своего рода жажду национализма, самореализации, удовлетворение от осуществления власти. Однако эти черты нехарактерны для нового среднего класса, который в долгосрочной перспективе может стать приемлемой альтернативой. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• Мы должны дать украинцам понять, что, если они готовы к сопротивлению, судя по их заявлениям и действиям (хотя и не слишком эффективным), мы предоставим им противотанковые орудия, ручные противотанковые орудия, ручные ракеты — то есть оружие, которое можно использовать в условиях города. Речь не идет о том, чтобы вооружать украинцев для нападения на Россию… Это должно быть оружие, особенно эффективное в войне сопротивления в условиях крупных городов. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• [Необходим] контекст открытых, а не тайных, попыток убедить россиян, что любое применение силы будет иметь негативные и долгосрочные последствия для самой России, не угрожая ее безопасности, но подразумевая повышение расходов на отстаивание своего авторитета за счет независимости Украины. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• Наконец, заглядывая далеко вперед, я считаю, что, так или иначе, при условии компромиссного решения или в его отсутствие, Крым станет тяжелым экономическим бременем для России. (Запись выступления на конференции в Центре Уилсона, 06.16.14)

• К лету 2014 года Бжезинский считал, что Путин сталкивается с тремя основополагающими альтернативами по Украине, из которых сам он неизменно поддерживал первую: 1. Он может взять курс на достижение компромиссного соглашения с Украиной, прекратив нападки на ее суверенитет и экономическое благосостояние… 2. Путин может продолжить свое содействие плохо замаскированной военной интервенции, призванной нарушить нормальный ход жизни в некоторых районах Украины… 3. Путин может напасть на Украину, задействовав гораздо более мощный военный потенциал России. (The Washington Post, 07.08.14)

• В контексте вышеозначенного Бжезинский писал: Надо четко заявить о том, что Украина не стремится к членству в НАТО, а Запад не рассматривает такую возможность. Россию не без оснований тревожит такая перспектива. Кроме того, надо также четко дать понять, что Россия больше не надеется на вступление Украины в «Евразийский союз», который является весьма прозрачным прикрытием для возрождения чего-то, приблизительно напоминающего Советский Союз или царскую империю. Вместе с тем, это не должно мешать торговле между Россией и Украиной, поскольку обеим странам очень выгодны двусторонние торговые и финансовые отношения… Вопрос Крыма пока останется нерешенным, но он будет постоянно напоминать о том, что шовинистический фанатизм это не лучшая отправная точка для решения сложных вопросов. (The Washington Post, 07.08.14)

• Смотрите также раздел «Другие ближайшие соседи России» ниже и разделы о «Общая политика США в отношении России и другие вопросы двусторонних отношений» и «Двусторонние экономические отношения» выше.

Другие ближайшие соседи России:

• О политике США в отношении России после распада Советского Союза: В подобных помыслах исходят из той подразумеваемой точки зрения, что для России важнейшим предметом забот в геостратегическом плане является региональная стабильность. Это делает в основе своей совместимыми цели России и Америки. Поскольку же Россия — единственная держава, способная порождать стабильность в рамках бывшего Советского Союза, а независимость некоторых из новых государств интенсивно подогревает региональные конфликты, умиротворяющая роль России в силу этого возрастает. Сообразно с этим, в совместном коммюнике Клинтона-Ельцина на январской встрече в верхах не ставилась под сомнение интерпретация, которую дает Россия своей «миротворческой миссии» в «ближнем зарубежье». Идя еще дальше, президент Клинтон, обращаясь к народу России, не только высказался о российских военных в том смысле, что они «способствовали стабилизации» политической ситуации в Грузии, но даже и добавил, что «вы с большей вероятностью будете оказываться вовлеченными в дела некоторых из этих территорий вблизи вас, подобно тому как Соединенные Штаты на протяжении ряда последних лет оказывались вовлеченными в Панаме или Гренаде вблизи нашего района». (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• В конце 1993 года… российское военное командование заявило о своем праве де-факто на вмешательство в бывших советских республиках, если будет сочтено, что развитие событий там нарушает российские интересы или угрожает региональной стабильности. В последующем эти позиции были подтверждены российскими политическими лидерами. Они были подкреплены и делами. В 1993 году в военном аспекте поведение России по отношению к новым государствам Содружества Независимых Государств (СНГ) становилось в возрастающей степени односторонним, и одновременно правительство в Москве самоувереннее прибегало к экономическим средствам воздействия. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Сила тяги проводимой ныне политики [России], по всей видимости, нацелена не на воссоздание прежнего централизованного союза, а к конфедеральному устройству, в котором Москва господствовала бы над группой государств-сателлитов (весьма сходно с тем, как это было в прежнем советском блоке), но на сей раз в пределах самого бывшего Советского Союза. Российские политики открыто вели разговоры о том, чтобы сделать Россию центром новой конфедерации, в рамках которой другие, помимо России, бывшие советские государства, формально сохраняя видимость суверенитета, шаг за шагом и все в большей степени стягивались бы экономическими, политическими и военными узами… Нынешние цели российской политики являются если не открыто имперскими, то в самом крайнем случае протоимперскими. Явно нацеленной на официальную имперскую реставрацию эта политика может пока и не быть, но ею мало что делается для сдерживания сильного имперского импульса, которым продолжают быть движимы крупные сегменты государственной бюрократии, особенно военной, а также и общества. (Foreign Affairs, март/апрель 1994 года)

• Для нынешних российских правителей возникновение после распада СССР более дюжины новых, независимых государств — это отклонение от естественного хода истории, которое следует постепенно исправить по мере обретения Россией былой силы. Они вроде бы понимают, что в конечном итоге единое имперское государство вряд ли будет восстановлено, но, тем не менее, похоже, твердо намерены добиваться постепенного перехода постсоветских государств на подчиненное положение в рамках СНГ при реальном ограничении их суверенитета в таких ключевых сферах, как безопасность и внешнеэкономические связи. (The National Interest, осень 2000 года)

• В книге «Стратегический взгляд» 2012 года Бжезинский выделил наиболее геополитически уязвимые с точки зрения происходящих в мире изменений государства, и среди них: 1. Грузия, которая попадет в зависимость от России; 4. Белоруссия, которая будет Россией поглощена; 5. Украина, которая попадет в зависимость от России. (Исследования Russia Matters)

IV. Прочее

• Следующие два десятилетия будут, вероятно, иметь критическое значение для вырабатывания Россией пути к более тесному — и политически искреннему — сотрудничеству с Западом. (Из книги Бжезинского «Стратегический взгляд» 2012 года)

• В «Стратегическом взгляде» Бжезинский также предсказал, что в случае утраты Америкой лидерства маловероятно, что оно перейдет к «какому-то одному преемнику» и что «намечающаяся неопределенность грозит усилить трения между соперниками и спровоцировать перетягивание одеял на себя…» Последний аспект, писал он, может предусматривать и посягательства со стороны России на независимые бывшие советские республики, а также противоречия позиций Европы в отношении России, на фоне которых Германия и Италия в силу коммерческих интересов будут тянуться к Москве. (Исследования Russia Matters)

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205397 Збигнев Бжезинский


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205392

Трамп препятствовал правосудию? Эксперты анализируют заявление Джеймса Коми

Многие согласились с тем, что «мы направляемся в очень, очень неспокойные воды», но мнения разошлись в вопросе того, достаточно ли этого для признания вины или импичмента.

Джулиан Боргер (Julian Borger), Сабрина Сиддики (Sabrina Siddiqui) и Джон Свейн (Jon Swaine), The Guardian, Великобритания

Эксперты по правовым вопросам согласились с тем, что рассказ Джеймса Коми о его девяти беседах с Дональдом Трампом в начале этого года представил убедительные доказательства препятствования правосудию и попыток похоронить расследование контактов кампании Трампа с Москвой.

Вместе с тем были высказаны смешанные мнения относительно того, будет ли этого достаточно для признания вины или импичмента. Положения об импичменте должны пройти Палату представителей, а большинство республиканцев в среду вечером, похоже, выступили в поддержку Трампа, несмотря на детали заявления Коми.

Заявление Коми перед разведывательным комитетом Сената было опубликовано в среду перед его долгожданным появлением перед комитетом на Капитолийском холме в четверг.

Некоторые наблюдатели сказали, что это заявление станет дополнительным импульсом для многочисленных расследований в отношении кампании Трампа, что, в свою очередь, может привести к появлению еще более разрушительных показаний, которые республиканцам будет трудно игнорировать. Свидетельства Коми также противоречили рассказу Трампа о беседах, в которых он отрицал, что требовал лояльности от Коми. Если президент повторит свою версию под присягой, он может столкнуться с обвинениями в лжесвидетельстве.

«Полностью достоверное подготовленное заявление Коми усиливает мою веру в то, что президент стремился повлиять и даже прекратить продолжающееся расследование серьезных нарушений со стороны [Майкла] Флинна и других приближенных президента. Это препятствование правосудию», — написал в электронном письме Лоренс Трайб, профессор конституционного права Гарвардского университета.

По словам Ричарда Пейнтера, советника по вопросам этики в администрации Джорджа Буша, необходимо больше доказательств, чтобы с уверенностью утверждать, что Трамп виновен в препятствовании правосудию.

«Ключевой вопрос заключается в том, существовала ли угроза увольнения Коми, если бы он не сделал то, что ему сказали», — считает Пейнтер. «Я думаю, что просьба лояльности как условие приема на работу, время, когда он попросил его отказаться от расследования Флинна и тот факт, что его действительно уволили, — эти три обстоятельства вместе являются убедительным доказательством того, что Трамп говорил Коми, что если тот не оставит расследование, то будет уволен».

«Еще один вопрос заключается в том, достаточно ли этого, чтобы убедить присяжных», — добавил он. «Многое будет зависеть от того, были ли другие свидетели, которые, скажем, слышали, как Трамп сказал „Я собираюсь уволить его, если он не прекратит дело" или есть запись его слов вроде „Я уволю тебя, если ты этого не сделаешь" — это было бы прямым доказательством. Но, конечно, есть достаточно доказательств, чтобы судебные комитеты Палаты представителей и Сената начали проводить слушания и вызывать свидетелей».

Вероятно, Коми будут задавать вопросы о контексте бесед с Трампом, когда бывший директор ФБР будет давать устные показания в четверг утром.

«Разумеется, глава ФБР Коми ожидает следующего дня после слушания, когда ему, возможно, придется рассказывать об этом», — сказал CNN Норман Эйзен, другой бывший советник по вопросам этики Белого дома. «Будь то препятствование, процедура импичмента, или что-то еще».

Он сравнил показания Коми с секретными записями телефонных звонков Ричарда Никсона, когда он находился на своем посту в разгар Уотергейтского скандала.

«Это переносит нас в ту же реальность, что и препятствование Никсона, может быть, даже хуже», — сказал он. «Это эквивалент записей Никсона. Мы направляемся в очень, очень неспокойные воды».

«Давление, оказываемое на Коми, вполне могло бы стать препятствием для правосудия в зависимости от намерения и мотива», — сказал сенатор Ричард Блументаль, демократ из Коннектикута. Отвечая на вопрос The Guardian о том, что конкретно Коми должен сказать в четверг, Блументаль ответил: «Что еще сказал президент? И каков был тон и явное намерение в его высказывании?»

Бенджамин Уайттс, редактор влиятельного блога Lawfare и старший научный сотрудник по исследованиям в области управления в Институте Брукингса, также провел сравнение с эпохой Никсона, назвав заявление Коми «самым шокирующим единственным документом об официальном исполнении публичных обязанностей любого президента с момента публикации записей Уотергейта».

«Коми описывает здесь поведение, которое общество, приверженное верховенству закона, просто не может принять в президенте», — добавил Уайттс.

Друг и бывший советник Коми сказал, что вмешательство Трампа в расследование Флинна было «отступлением от нормы» и граничило «хотя и не обязательно напрямую с препятствованием правосудию».

«Только если удастся связать с этим увольнение [Коми], можно будет говорить о возмездии, и такое дело о препятствовании легче составить», — сказал друг. На вопрос о том, рассматривал ли Коми увольнение в качестве возмездия, друг, который говорил на условиях анонимности, ответил: «Я не хочу говорить за него».

Друг сказал, что уволенный директор ФБР «с нетерпением» ожидал возможности дать публичные показания, потому что «он считает, что американский народ имеет право знать, что произошло».

Друг добавил, что Коми не был потрясен этой историей. «Он в порядке. Он в полном порядке, — сказал друг. «Он в гармонии с самим собой, он всегда гордится тем, что поступает правильно, и он будет продолжать так делать».

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2017 > № 2205392


США > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция. Транспорт > flotprom.ru, 9 июня 2017 > № 2204199

В США спустили на воду девятый скоростной военный транспорт.

На верфи Austal в Мобайле в Алабаме спустили на воду девятый скоростной военный транспорт класса Spearhead. Судно получило название City of Bismarck, сообщает Navaltoday в пятницу, 9 июня.

Закладка киля транспорта состоялась 18 января этого года, а церемония крещения – 14 мая.

"Спуск девятого транспорта – большое достижение для военно-морского флота и Austal, – сказал капитан Генри Стивенс, курирующий программу постройки скоростных судов. – Теперь мы сосредоточим наши усилия на окончательном оснащении и подготовке к испытаниям".

Скоростные транспорты класса Spearhead предназначены для быстрой переброски войск, военной техники и других грузов. Благодаря осадке в 3 метра они подходят для прибрежных операций. На борту могут разместиться 312 военнослужащих. Суда этого типа оснащаются площадкой и ангаром для вертолета MH-60 Seahawk. Вместимость – до 600 тонн. При этом максимальная скорость достигает 43 узлов. На экономичном ходе 35 узлов дальность плавания – 1500 миль. Экипаж – 41 человек.

Сейчас на верфи Austal начинается постройка десятого судна класса Spearhead, заключены контракты на поставку десятого и одиннадцатого скоростных транспортов.

США > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция. Транспорт > flotprom.ru, 9 июня 2017 > № 2204199


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 июня 2017 > № 2205357 Джеймс Коми

Показания Джеймса Коми: полный текст вступительного заявления о Трампе и России

Митхили Сампаткумар (Mythili Sampathkumar), The Independent, Великобритания

Бывший директор ФБР Джеймс Коми (James Comey) намерен выступить в Комитете Сената по разведке с показаниями о предполагаемых связях между членами избирательного штаба Дональда Трампа и Россией. А также высказаться по поводу сообщений о том, что президент просил Коми подтвердить ему свою «верность», когда настаивал на том, чтобы ФБР прекратило расследование этого дела.

Джеймс Коми также сообщит Сенату, что он проинформировал Дональда Трампа о том, что в отношении него лично расследование не ведется. Коми собирается сказать, что ФБР и Министерство юстиции не хотели заявлять об этом публично, «поскольку это предусматривает, что в случае изменения ситуации они будут обязаны скорректировать содержание своего заявления».

Ниже приводится полный текст вступительного заявления Джеймса Коми.

Официальное заявление (для занесения в протокол)

В Специальный комитет Сената по разведке

Джеймс Коми

08 июня 2017 г.

Г-н Председатель Берр, заместитель председателя Уорнер, уважаемые члены комитета!

Благодарю вас за приглашение выступить сегодня на заседании вашего Комитета. Меня попросили дать сегодня показания и рассказать вам о своих беседах с избранным президентом и президентом Трампом на темы, которые, как я понимаю, представляют для вас интерес. Я не включил в свое выступление все подробности моих бесед с президентом, но, насколько я помню, я постарался включить ту информацию, которая может иметь отношение к работе Комитета.

6 января: брифинг

Я впервые встретился с тогдашним избранным президентом Трампом в пятницу, шестого января, в конференц-зале отеля Trump Tower в Нью-Йорке. Я находился там с другими руководителями разведывательного сообщества (РС) для того, чтобы ознакомить его и его новую команду по национальной безопасности с результатами анализа, проведенного РС в связи с вмешательством России в выборы. По завершению этого брифинга я остался один на один с избранным президентом, чтобы сообщить ему некоторые важные факты личного характера, содержавшиеся в тех материалах, которые были собраны в ходе анализа.

По мнению руководства РС, было важно — по разным причинам — предупредить президента о существовании этого материала, несмотря на то, что данные носили непристойный характер и не были проверены. Среди этих причин было то, что: (1) мы знали, что СМИ собираются обнародовать этот материал, и мы считали, что РС не следует скрывать от избранного президента то, что нам известно о существовании этого материала, и что он вскоре будет опубликован; и (2) в случае, если будут предприняты какие-либо попытки скомпрометировать нового президента, мы могли бы смягчить негативные последствия подобных действий, проведя брифинг в качестве упреждающего шага.

Директор Национальной разведки поручил провести эту часть брифинга лично мне, учитывая занимаемую мною должность, а также потому, что материал имел отношение к тому, что входит в обязанности ФБР в сфере контрразведывательной деятельности. Мы также договорились, что я сделаю это сам, чтобы минимизировать замешательство и чувство неловкости, которые могут возникнуть у избранного президента. Хотя мы сочли целесообразным проведение мною этого брифинга, мы с представителями руководства ФБР были обеспокоены тем, что брифинг может создать обстановку, в которой новый президент придет к власти, испытывая чувство неопределенности и не зная точно, ведет ли ФБР контрразведывательное расследование его действий.

Важно понимать, что контрразведывательные расследования ФБР отличаются от более широко известных уголовных расследований. Проводя контрразведывательные расследования, ФБР пытается понять технические и психологические, ориентированные на человека методы, которыми пользуются враждебные иностранные государства, чтобы оказывать влияние на Соединенные Штаты или похищать наши секреты. ФБР использует эти сведения для пресечения подобных действий. Иногда для того, чтобы пресечь их, ФБР предупреждает человека, являющегося потенциальным объектом вербовки или влияния со стороны иностранного государства. Иногда для этого предпринимаются меры по повышению уровня защищенности компьютерной системы, которая подвергается кибератаке. Иногда для пресечения враждебных действий ФБР приходится «перевербовывать» завербованного человека, превращая его в двойного агента, или публично разоблачать эти действия, прибегая к таким мерам воздействия, как санкции или высылка из страны разведчиков, работающих при посольствах. В отдельных случаях для пресечения разведывательной деятельности используется уголовное преследование.

Поскольку природа враждебного иностранного государства известна, контрразведывательные расследования обычно сосредотачиваются на тех лицах, которых ФБР считает агентами иностранной державы, действующими осознанно или неосознанно. Когда у ФБР появляются основания полагать, что какого-то американца иностранная держава выбрала в качестве объекта вербовки, или американец тайно действует в качестве агента, ФБР «начинает расследование» в отношении этого американца. При этом ФБР прибегает к помощи судебных инстанций, чтобы попытаться разобраться в характере разного рода отношений с этим иностранным государством с тем, чтобы их можно было бы пресечь.

В этом контексте еще до той встречи шестого января я обсудил с руководством ФБР, следует ли мне подготовиться к тому, чтобы успокоить избранного президента Трампа и заверить его в том, что мы не ведем расследования в отношении него лично. На самом деле так и было — в отношении Трампа никакого разбирательства по линии контрразведки мы не вели. Мы договорились, что я сделаю это, если того потребуют обстоятельства. Во время нашей встречи один на один в башне Trump Tower, проведенной с учетом реакции избранного президента Трампа на информацию, полученную во время брифинга, я заверил его в этом, хотя напрямую он меня об этом не спрашивал.

Я счел необходимым задокументировать свой первый разговор с избранным президентом, составив краткий конспект. Чтобы мои записи были более точными, я приступил к делу сразу же после окончания брифинга — вышел из здания, сел в стоявшую рядом с Trump Tower служебную машину и начал печатать текст на ноутбуке. С тех пор я взял за правило записывать содержание своих бесед с президентом Трампом, проходивших с глазу на глаз. Раньше я этого никогда не делал. С президентом Обамой я беседовал лично два раза (и никогда не говорил с ним по телефону). Один раз — в 2015 году, когда мы обсуждали вопросы, касающиеся правоприменительной политики. Во второй раз это была короткая беседа в конце 2016 года — когда он захотел попрощаться. Ни в первый, ни во второй раз содержание этих бесед я не записывал. Я могу вспомнить, что за четыре месяца у меня с президентом Трампом было девять бесед наедине — три беседы во время личных встреч и шесть по телефону.

27 января: ужин

В пятницу, 27 января в 18:30 мы с президентом ужинали в Белом доме в Зеленой комнате. В тот день он позвонил мне в обед и пригласил прийти вечером на ужин, сказав, что он собирается пригласить всю мою семью. Правда, в этот раз он решил позвать только меня, а со всей семьей я приду в следующий раз. Из разговора было непонятно, кто еще будет присутствовать на ужине, хотя я предполагал, что будут и другие люди

Оказалось, что нас было только двое. Мы сидели за небольшим овальным столом в центре Зеленой комнаты. Нас обслуживали два стюарда ВМФ, которые входили в комнату только тогда, когда надо было подавать еду и напитки.

Президент начал спрашивать меня, хочу ли я остаться на посту директора ФБР, что показалось мне странным, потому что раньше во время других бесед он уже дважды выражал надежду, что я останусь, а я уверял его, что собираюсь остаться. Он сказал, что на мое место претендуют многие, и если бы я захотел уйти, он бы понял, учитывая те нападки, которым я подвергался в прошлом году.

Я инстинктивно чувствовал, что и эта встреча с глазу на глаз, и то, что он делает вид, что мы впервые говорим о моей должности, означали, что обед был устроен (по крайней мере, отчасти), чтобы заставить меня попросить его сохранить за мной эту должность. И чтобы между нами сложились отношения с оттенком покровительства с его стороны. Это очень обеспокоило меня, учитывая традиционно независимый статус ФБР в органах исполнительной власти.

Я ответил, что мне нравится моя работа, что я намерен остаться и дослужить свой десятилетний срок в должности директора. А потом, испытывая в этой ситуации некую неловкость, я добавил, что не являюсь «надежным» в том смысле, в котором это слово используют политики, но что он всегда может на меня рассчитывать — я буду говорить ему правду. И еще я сказал, что в политическом плане я ничью сторону не занимаю. И на меня нельзя рассчитывать в традиционном политическом смысле этого слова, и эта позиция, как я сказал, его (как президента) должна полностью устраивать.

Несколько мгновений спустя президент сказал: «Мне нужна лояльность, я рассчитываю на верность». Воцарилось неловкое молчание. Я не шелохнулся, не произнес ни слова и не изменился в лице. Мы просто сидели и молча смотрели друг на друга. Затем разговор продолжился, но ближе к концу нашего ужина он вновь затронул эту тему.

В какой-то момент я объяснил, почему так важно, чтобы ФБР и Министерство юстиции были независимыми от Белого дома. Я назвал парадоксальным то, что на протяжении всей истории некоторые президенты считали, что поскольку «проблемы» исходят от правосудия, им следует попытаться держать Министерство поближе к себе, прибрать к рукам. Но размывание этих границ в конечном итоге усугубляет проблемы, подрывая общественное доверие к институтам и к их деятельности.

Ближе к концу нашего ужина президент вернулся к теме моей работы, сказав, что он очень рад тому, что я хочу остаться. И добавил, что слышал обо мне много хорошего от Джима Мэттиса (Jim Mattis), Джеффа Сешнса (Jeff Sessions) и многих других. Затем он сказал: «Мне нужна лояльность». Я ответил: «Вы всегда можете рассчитывать на мою честность». Он помолчал, а затем сказал: «Вот это мне и нужно. Честная лояльность». Я помолчал, а потом сказал: «Можете на это рассчитывать». Как я отметил в своих записях, которые сделал же сразу после ужина, мы, возможно, по-разному поняли смысл словосочетания «честная лояльность», но я решил, что было бы нецелесообразно развивать эту тему. Термин «честная лояльность» помог закончить трудный разговор, а из моих объяснений было ясно, на что он должен рассчитывать.

Во время ужина президент вернулся и к материалам непристойного характера, о которых я доложил ему шестого января. И так же, как и раньше, он выразил крайнее недовольство в связи с этими голословными заявлениями и опроверг их. Он сказал, что думает над тем, чтобы поручить мне расследование этого якобы имевшего место инцидента, чтобы доказать, что его не было. В ответ я посоветовал ему тщательно все обдумать, потому что могут возникнуть разговоры о том, что мы ведем расследование в отношении него лично (что не соответствует действительности), а также потому, что очень трудно доказать обратное. Он пообещал подумать над этим и попросил меня, чтобы я тоже подумал.

Следуя своему правилу записывать содержание своих бесед с президентом Трампом, я сделал подробную запись об ужине сразу же после его окончания и ознакомил с этой записью представителей высшего руководства ФБР.

14 февраля: брифинг в Овальном кабинете

14 февраля я отправился в Овальный кабинет на запланированный брифинг, на котором мы должны были ознакомить президента с состоянием дел в области борьбы с терроризмом. Он сидел за столом, а мы сидели напротив на стульях, расставленных полукругом по другую сторону стола. Нас, сидящих напротив президента, было шестеро — вице-президент, заместитель директора ЦРУ, директор Национального центра по борьбе с терроризмом, министр внутренней безопасности, генеральный прокурор и я. Я сидел прямо напротив президента между заместителем директора ЦРУ и директором Антитеррористического центра. В кабинете присутствовало немало других людей, сидевших за нами на диванах и креслах.

Президент дал понять, что брифинг закончен, поблагодарив нашу группу и сказав присутствующим, что он хотел бы поговорить со мной наедине. Я остался сидеть на своем месте. Когда участники брифинга направились к выходу из Овального кабинета, Генеральный прокурор задержался возле меня, но президент поблагодарил его и сказал, что хочет побеседовать только со мной. Последним из кабинета выходил Джаред Кушнер (Jared Kushner), который тоже остановился возле меня, и мы обменялись любезностями. Затем президент отпустил его, сказав, что хочет поговорить со мной.

Когда дверь рядом с напольными часами закрылась, и мы остались одни, президент произнес: «Я хочу поговорить о Майке Флинне (Mike Flynn)». Флинн накануне ушел в отставку. Президент начал с того, что Флинн, беседуя с русскими, не сделал ничего плохого, но ему пришлось его уволить, потому что тот ввел в заблуждение вице-президента. Он добавил, что в связи с Флинном его беспокоит другое, но что именно, он тогда не уточнил.

Затем президент долго говорил о проблеме утечки секретной информации, высказав опасения, которые я разделял тогда и разделяю сейчас. Он уже говорил об утечках несколько минут, когда в дверь рядом с часами протиснулся Райнс Прибус (Reince Priebus), и я увидел группу людей, ожидавших за его спиной. Президент махнул ему рукой, чтобы тот закрыл дверь, сказав, что скоро закончит. Дверь закрылась. И тогда президент вернулся к теме Майка Флинна. «Он — хороший парень и через многое прошел», — сказал он. Он повторил, что Флинн своими телефонными разговорами с русскими не сделал ничего плохого, но ввел в заблуждение вице-президента. Затем он сказал: «Надеюсь, что вы знаете, как это все постепенно закончить, как забыть про Флинна. Он — хороший парень. Я надеюсь, вы сможете спустить это дело на тормозах». В ответ я лишь повторил, что «он хороший парень». (У меня на самом деле был положительный опыт работы с Майком Флинном, когда он был моим коллегой и занимал пост директора Разведывательного управления Минобороны в самом начале моей работы в ФБР). О том, что я «спущу это дело на тормозах», я не сказал.

Президент ненадолго вернулся к проблеме утечки информации. Потом я встал, вышел за дверь рядом с напольными часами и пошел, пробиваясь через толпу ожидавших за дверью людей, среди которых были Прибус и вице-президент.

Я сразу же подготовил несекретную запись беседы о Флинне и обсудил этот вопрос с представителями высшего руководства ФБР. Я понял, что президент просит, чтобы мы прекратили все расследования в отношении Флинна в связи с ложными заявлениями о его беседах с послом России в декабре. Из сказанного я не сделал вывода о том, что президент говорит о более широком расследовании в связи с Россией или о возможных связях членов его избирательного штаба. Я могу ошибаться, но я понял, что он делает упор на то, что произошло в результате отставки Флинна, на скандал, связанный с тем, как он рассказывал о телефонных разговорах. Но как бы там ни было, все это вызвало у меня серьезное беспокойство, учитывая роль ФБР как независимого следственного органа.

Руководство ФБР согласилось со мной, что важно не оказывать на следственную группу давления в виде президентской просьбы, поручения, которое мы собирались выполнять. Мы также пришли к выводу, что с учетом того, что эта беседа велась с глазу на глаз, у меня нет никаких доказательств, подтверждающих правдивость моего рассказа. Мы пришли к выводу, что нет особого смысла сообщать об этом Генеральному прокурору Джеффу Сешнсу, который, по нашему предположению, скорее всего, возьмет самоотвод и откажется участвовать в расследованиях, связанных с Россией (он сделал это через две недели). Обязанности заместителя Генерального прокурора тогда временно исполнял федеральный прокурор США, который также на этом посту долго не продержался.

Обсудив этот вопрос, мы договорились сохранить все в секрете, решив, что придумаем, как быть, по мере продвижения нашего расследования. Расследование продвигалось стремительными темпами, но ни один из членов следственной группы — или поддерживающих их юристов из Министерства юстиции — о просьбе президента не знали.

Вскоре после этого я лично побеседовал с Генеральным прокурором Сешнсом, чтобы передать ему обеспокоенность президента по поводу утечки информации. Я воспользовался случаем и попросил генерального прокурора не допускать в дальнейшем никакого прямого общения между президентом и мной. Я сказал генпрокурору, что произошедшее (когда его попросили выйти, а директору ФБР, который генпрокурору подчиняется, было велено остаться) недопустимо, и что такого не должно быть вообще. Он ничего не ответил. По вышеуказанным причинам я не сказал ему, что президент затрагивал тему возможного расследования в ФБР дела генерала Флинна.

30 марта: телефонный разговор

Утром 30 марта президент позвонил мне в ФБР. Он назвал расследование российского дела «тучей», которая негативно влияет на его способности действовать в интересах страны. Он сказал, что никак не связан с Россией, что в России не имел отношений с проститутками, и что всякий раз, находясь России, он предполагал, что его разговоры записываются. Он спросил, что мы можем сделать, чтобы «убрать эту тучу». Я ответил, что мы стараемся вести расследование как можно быстрее, и что было бы очень хорошо, если бы мы добросовестно выполнили свою работу и при этом ничего не нашли. Он согласился, но потом вновь указал на проблемы, которые возникают у него из-за этого расследования.

Затем президент спросил, почему на прошлой неделе в Конгрессе проводились слушания по российскому делу, во время которых я — в соответствии с указаниями Министерства юстиции — подтвердил, что ведется расследование возможного взаимодействия между Россией и избирательным штабом Трампа. Я объяснил, что представители руководства обеих партий в Конгрессе требуют предоставлять им более подробную информацию, и что сенатор Чак Грассли (Chuck Grassley) даже отложил утверждение кандидатуры заместителя генерального прокурора до тех пор, пока мы не сообщим ему все подробности расследования. Я объяснил, что мы проинформировали руководство Конгресса о том, в отношении каких именно лиц мы ведем расследование. И что мы сообщили этим лидерам Конгресса, что не ведем расследования в отношении самого президента Трампа. Я напомнил ему, что я и раньше говорил ему об этом. Он неоднократно говорил мне: «Мы должны сообщить об этом». Я не сказал президенту, что ФБР и Министерство юстиции неохотно делают публичные заявления о том, что у нас не ведется дело в отношении президента Трампа, на что есть несколько причин. Самая главная из которых заключается в том, что в случае изменения ситуации мы будем обязаны скорректировать и свои заявления.

Затем президент сказал, что хорошо бы выяснить, если ли есть кто-нибудь из его сподвижников, кто совершил что-то противозаконное, заявив при этом, что он лично ничего плохого, не совершал и надеется, что я найду способ официально сообщить о том, что расследования его действий мы не ведем.

Резко сменив тему, он заговорил о заместителе директора ФБР Эндрю Маккейбе (Andrew McCabe), заявив, что не поставил на обсуждение «дело Маккейба», потому что я назвал Маккейба человеком честным и порядочным. Хотя Маколифф был близок к Клинтонам и дал ему деньги, предназначенные для проведения кампании (я думаю, он имел в виду жену заместителя директора Маккейба). Хотя я и не понял, почему президент затронул эту тему, я повторил, что г-н Маккейб — человек порядочный.

В конце он сделал акцент на проблеме «тучи», которая мешает ему действовать во благо страны, и выразил надежду, что я смогу найти способ сообщить официально, что в отношении него никакого расследования не ведется. Я пообещал ему, что мы подумаем, что можно сделать, и что мы будем вести расследование как следует и как можно быстрее.

Сразу же после этого разговора, я позвонил исполняющему обязанности заместителя Генерального прокурора Дане Бенте (Генеральный прокурор Сешнс к тому времени уже взял самоотвод и отказался вести расследования дел, связанных с Россией) и сообщил ему о звонке президента, сказав, что буду ждать его указаний. Но ответа от него я так и не дождался. А через две недели мне вновь позвонил президент.

11 апреля: телефонный разговор

Утром 11 апреля президент позвонил мне и спросил, что я предпринял в ответ на его просьбу «сообщить официально» о том, что в отношении него следствие не ведется. Я ответил, что передал его просьбу исполняющему обязанности заместителя Генерального прокурора, но ответа не получил. Он сказал, что «туча» мешает ему выполнять свою работу. И не исключил, что поручит своим людям связаться с исполняющим обязанности заместителя Генпрокурора и побеседовать с ним. Я ответил, что именно такова процедура оформления его просьбы. Я сказал, что юристу Белого дома Дону Макгану (Don McGahn) следует действовать, используя традиционный канал — обратиться к руководству Министерства юстиции и сделать запрос.

Он ответил, что так и поступит, и добавил: «Потому что я был очень лоялен к вам, очень лоялен. Ведь у нас кое-что было — сами знаете, что». Я не ответил и не спросил, что он имел в виду под этим «кое-что». Я лишь сказал, что в соответствии с порядком оформления запроса юрист Белого дома должен обратиться к исполняющему обязанности заместителя Генерального прокурора. Он ответил, что так и сделает. На этом наш телефонный разговор закончился.

Это был мой последний разговор с президентом Трампом.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 июня 2017 > № 2205357 Джеймс Коми


США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 июня 2017 > № 2205345 Марк Цукерберг

Станет ли Марк Цукерберг следующим президентом США?

Родриго Терраса (Rodrigo Terrasa), El Mundo, Испания

В начале каждого января Марк Цукерберг публикует пост в Facebook, в котором рассказывает о своих планах на новый год. Например, в 2009 году он обязался каждый день надевать галстук, что придать себе серьезность, соответствующую экономическому кризису. Еще через год он объявил о намерении выучить северо-китайский язык, а затем — употреблять в пищу мясо только тех животных, которых он сам забьет.

В то время представление о нем складывалось не самое лучшее, особенно после показа кинофильма Дэвида Финчера (David Fincher) «Социальная сеть», в которой создатель Facebook предстал в образе угрюмого, нелюдимого и непорядочного молодого человека. В 2013-м он пообещал каждый день знакомиться с человеком, не являющимся сотрудником его компании и писать благодарственные послания от руки. Два года назад Цукерберг поставил перед собой задачу прочитывать каждую неделю по книге, а в прошлом году — пробежать 365 миль и разработать искусственный интеллект для своего дома, который получил название Jarvis и обладает голосом Моргана Фримена (Morgan Freeman).

Какова его цель на 2017 год? «Моя личная цель заключается в том, чтобы к концу года познакомиться с людьми во всех уголках США. Я провел много времени во многих штатах, так что в этом году мне нужно будет посетить еще около 30-ти, чтобы покрыть всю территорию страны», — написал он 3 января.

Он разъезжает по США вот уже пять месяцев. Вы можете видеть его на родео в Техасе, в Алабаме за ловлей креветок, в Висконсине, где он поит молоком теленка, в Южной Каролине во время совершения африканских обрядов, в Северной Каролине обедающим в воинской части или за ужином в Огайо с семьей Мур (Moore), члены которой поддерживают демократов, но при этом голосовали на выборах за Трампа. «Мы познакомились с очень крутым парнем», — расскажет впоследствии мистер Мур.

Его путешествие по американской глубинке, представленное в виде дневниковых записей на одном из аккаунтов Facebook, породило слухи о возможном участии Цукерберга в выборах президента США 2020 или 2024 года, которые он безуспешно пытался опровергнуть. «Я сосредоточен на создании нашей общины в Facebook и на работе в компании Инициатива Чан — Цукерберга», — заявил он.

В 2015 году вместе со своей женой он основал благотворительное общество с целью «построения лучшего мира», на что они пожертвовали 99% своих акций в Facebook, оцененных в 45 миллиардов долларов. Для управления благотворительным обществом он пригласил Дэвида Плуффа (David Plouffe), который в 2008 году был начальником избирательного штаба Обамы. Что это? Простая случайность?

«Пока еще не ясно, стремится ли Цукерберг стать президентом США, но совершенно очевидно, что он хочет принять участие в политических играх», — считает Хуан Верде (Juan Verde), советник Обамы, участник предвыборных кампаний Теда Кеннеди (Ted Kennedy), Билла Клинтона, Эл Гора (Al Gore), Джона Керри (John Kerry) и Хиллари Клинтон (Hillary Clinton). «Его действия направлены на то, чтобы вызвать резонанс в общественной жизни. Он хочет быть уверенным в том, что, вне зависимости от того, какая партия окажется у власти, она будет понимать важность таких людей, как он».

Будет ли у него больше власти? «Значительно больше. Ведь Facebook пока не обладает ядерным оружием»

В последнее время Цукерберг старательно занимается совершенствованием своего ораторского искусства, в том числе и на китайском языке. Он встречался с главами государств, подарил дрон Папе Римскому, а в прошлом году сумел внести в свой трудовой договор положение, которое позволяет ему работать в органах государственной власти, не теряя при этом контроля над Facebook. Найдется ли в США политическое пространство для человека, подобного ему? «Трудно сказать. Цукерберг — классическое воплощение технократа из Кремниевой долины, — утверждает политолог Роджер Сенсеррич (Roger Senserrich) из Коннектикута. — У него предостаточно денег, чтобы провести предвыборную кампанию, но совершенное другое дело — убедить среднего американца в том, что его проблемы действительно беспокоят Цукерберга».

В этом году Ник Билтон (Nick Bilton) писал в журнале Vanity Fair: «В отличие от Трампа, который троллит в Твиттере, Цукерберг стал экспертом по государственным деятелям, он стал встречаться с мировыми лидерами, когда ему едва исполнилось 20 лет. Он знает, на что направить свои силы с точки зрения глобальной перспективы».

Основатель Facebook никогда открыто не выступал против Дональда Трампа, хотя в своем личном аккаунте критиковал «те испуганные голоса, которые выступают за строительство стен и разделение людей». По мнению сына президента Эрика Трампа, его отец и Цукерберг являются родственными душами: «это два бизнесмена, воплотившие в себе американскую мечту».

«Сравнивать их — все равно, что сравнивать груши с яблоками, — считает Хуан Верде. «Трамп — мужиковатый, напористый, прямолинейный. Он — популист. Цукерберг холоден, расчетлив, технарь, верит только цифрам — добавляет Сенсеррич. — Трамп — типичный житель Нью-Йорка. Цукерберг — житель Сан-Франциско. Разные миры».

Возможно, Марк не хочет становиться политиком, чтобы не запятнать свою деловую репутацию, как Билл Гейтс (Bill Gates) или Уоррен Баффет (Warren Buffet). Кроме того, «промышленные гиганты и тем более владелец такой крупной компании, как Facebook, должны иметь хорошо прикрытые тылы в политическом отношении», — напоминает политолог.

Альваро Сантана-Акунья (Álvaro Santana-Acuña) защитил докторскую диссертацию по социологии в Гарвардском университете, где также учился Цукерберг. По его мнению, сам факт слухов о возможной кандидатуре главы Facebook свидетельствует о растущей напряженности между политической и информационной властью в эру пост-правды. «Но это и не станет чем-то новым», — добавляет он. — Уильям Рэндольф Херст (William Randolph Hearst), о котором повествует кинокартина «Гражданин Кейн», был Марком Цукербергом начала XX века. В 1904 году он безуспешно пытался баллотироваться в президенты США».

Найдется ли в Демократической партии место для Марка? «Я не знаю, будет ли это он, но уверен, что следующий кандидат от демократов будет человеком, который сейчас не пользуется известностью в партии. Это будет кто-то, кто придет не из системы. Людям нужны свежие кадры», — уверен Хуан Верде. Кремниевая долина изменила ритм, само общество изменилось. «У нынешнего поколения — другие взгляды на мир. Раньше идеалом были Уолл-стрит, деньги, профессия. Сегодня это счастье, ответственность, окружающая среда, любовь к тому, что ты делаешь, что тебе нравится».

Цукерберг знает о личной жизни миллионов пользователей по всему миру больше, чем любой глава правительства, в его распоряжении наши самые сокровенные секреты. «С ним можно сравнить только Папу Римского, потому что ему не нужно быть президентом страны, чтобы управлять душами верующих, — подчеркнул Сантана-Акунья. — Марк уже является могущественным правителем».

Давайте представим себе Марка Цукерберга восседающим в Овальном кабинете Белого дома. Но тут возникает следующий вопрос: будет ли у него больше власти, чем в Facebook? «Значительно больше. Ведь Facebook пока не обладает ядерным оружием», — считает Роджер Сенсеррич.

США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 июня 2017 > № 2205345 Марк Цукерберг


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > golos-ameriki.ru, 7 июня 2017 > № 2206611 Дэвид Саттер

США и Россия: прогноз настоящего и будущего

Дэвид Саттер: «США и Россия не могут сотрудничать на базе общих ценностей, потому что таких общих ценностей не существует»

Режим, который базируется на коррупции, пропаганде и провокации, не будет приветствовать того, кто старается по-настоящему отразить его историю, говорит о себе Дэвид Саттер. Саттер, американский журналист и исследователь, автор четырех книг о СССР и России (последняя из них называется «Меньше знаешь – крепче спишь»), в 2013 году стал первым со времен «холодной войны» американским журналистом, высланным из России. Недавно исследовательская компания Citizen Lab опубликовала доклад, в котором показала, как российские хакеры, предположительно связанные с российскими государственными структурами, взломали почтовый ящик Саттера и сфальсифицировали его переписку для компрометации лидеров российской либеральной оппозиции.

Алекс Григорьев: Вас не пускают в Россию, ваш почтовый ящик взломали... Как вы думаете, почему именно вы оказались в такой ситуации?

Дэвид Саттер: Этот вопрос, естественно, надо переадресовать российским властям, потому что умышленно я ничего не делал, чтобы их обидеть. Я просто хотел писать правду о России, о ее истории. Видимо, для них это проблема, и они не захотели, чтобы я присутствовал на территории Российской Федерации – а это довольно большая территория, как мы знаем.

Я думаю, что режим, который базируется на коррупции, на пропаганде и на провокации, естественно, не будет очень приветствовать того, кто старается по-настоящему отразить его историю. Их терпение лопнуло. Но я должен сказать, что, даже находясь вне пределов России, я каждый день занимаюсь Россией.

А.Г.: На протяжении долгого времени каждый новый президент США пытается наладить отношения с Россией, и каждый раз к концу его президентства эти отношения ухудшаются. Почему это происходит?

Д.С.: Потому что каждый раз они оперируют на ментальности американцев, которые считают, что все проблемы можно решить с помощью переговоров. Американцы считают, что нет никакой фундаментальной разницы между двумя странами, и что если в отношениях с Россией существуют какие-то проблемы, то это безусловно вина предыдущей администрации, а не отражение сущности российского режима. Это результат американского поверхностного отношения к России, и это повторяется с каждой новой администрацией США. За исключением [президента Рональда] Рейгана, который по некоторым причинам не имел подобного представления о Советском Союзе. Наверное, это будет повторяться вечно, потому что будет сложно отучить американцев от этих заблуждений.

А.Г.: Ныне Москва напоминает Вашингтону, что без ее участия невозможно решить множество мировых проблем – Украина, Сирия, терроризм и так далее…

Д.С.: Они сперва создают проблемы, а потом пытаются их решать. Я думаю, что президент Трамп сейчас эволюционирует. Его позиции меняются. Раньше он говорил много совершенно необдуманных вещей. Но он был человек неполитический, он был человек из бизнеса, он стал президентом без серьезного международного политического опыта. Сейчас он имеет доступ к разведданным, он видит поведение Путина и путинского режима, и он меняется.

И, между прочим, по сравнению с администрацией Обамы он уже выглядит лучше. Потому что они пришли к власти после убийства Анны Политковской, после убийства Александра Литвиненко, после «Норд-Оста», Беслана, взрывов домов 1999 года. Там было достаточно, чтобы убедить любого здравомыслящего человека, что не имеет смысла делать «перезагрузку» отношений с Россией, и что целью американской политики, наоборот, должно быть сдерживание России.

Сейчас многие люди, которые были героями «перезагрузки», стали ярыми противниками Трампа. Но Трамп уже движется в сторону более реалистического взгляда на Россию. И пусть это продолжается. Если это не будет продолжаться, то его критика будет уместна. Но его не должны критиковать бывшие архитекторы «перезагрузки».

А.Г.: В американской литературе есть два полюса: одни исследователи утверждают, что у США и России есть очень много общего и они обречены на сотрудничество, а другие считают, что исторически два общества и государства совершенно разные и никогда не смогут быть подлинными друзьями. Что, на ваш взгляд, ближе к истине?

Д.С.: Безусловно второе. Два режима способны сосуществовать, они делали это раньше и будут делать в будущем. Но проблема заключается в том, что интегрировать Россию в западные институты невозможно. Россия может предложить только маску западной цивилизации и демократии, но, по сути, это деспотический режим. И самое главное, этот режим относится к собственным гражданам как к расходному материалу. Сравнивать эти страны можно, у них есть поверхностные подобия. Но они совершенно различные по своей сути, они не могут сотрудничать на базе общих ценностей, потому что таких общих ценностей не существует. Для американцев русские способны создать впечатление, что такие ценности есть, но на самом деле их не имеется.

А.Г.: Во что могут превратиться Америка и Россия через четверть века?

Д.С.: Что я вижу в Америке и что меня тревожит, так это приход новых технологий, отсутствие исторической памяти и вообще отупление общества, что может создать ситуацию массового конформизма. Америка, безусловно, останется демократической страной, страной продуктивной и процветающей, но если все будет продолжаться, как сейчас, то дух страны будет страдать.

В России другая ситуация. Там возможен системный кризис. Потому что система власти основана на пропаганде, лжи, коррупции, которые могут быть эффективными лишь в краткосрочной перспективе. Но если мы говорим о стабильности общества и государства, то надо иметь в виду, что стабильность определяется способностью государства противостоять либо внутренним, либо внешним шокам. Мы видели, как Первая мировая война обрекла царскую Россию на исчезновение. Потому что система – несмотря на иллюзию стабильности и всенародную поддержку – не смогла сохранить себя в этих условиях. Мы, конечно, не знаем, что произойдет в России, но я боюсь, что самая большая угроза для мира – это возможность того, что Россия – с ее ядерным оружием – может стать нестабильной в силу того, что существующий режим не создает базы для стабильности, а оперирует в пользу маленькой группы людей.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > golos-ameriki.ru, 7 июня 2017 > № 2206611 Дэвид Саттер


США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак

Александр Новак: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение».

Министр энергетики Российской Федерации в интервью телеканалу CNN рассказал о сотрудничестве с АТР и добыче сланцевой нефти в США.

По словам Александра Новака, Европа по-прежнему остается ключевым партнером для России, однако темпы роста европейской экономики не такие высокие, как в странах АТР, которые представляют собой очень привлекательный рынок. «Мы имеем возможность взаимодействовать со странами и компаниями азиатско-тихоокеанского региона и будем развивать наше сотрудничество в сфере энергетики», - сообщил глава Минэнерго России.

Министр особо подчеркнул заинтересованность России в расширении взаимодействия с Индией в сфере поставок энергоресурсов: «Индия для нас является стратегическим партнером. Мы уже начали поставлять туда нефть, ведем переговоры по прокладке газопровода».

Комментируя рост добычи сланцевой нефти в США, глава российского энергетического ведомства отметил, что он не был сюрпризом для стран, участвующих в соглашении по сокращению нефтедобычи: «Мы с самого начала понимали, что при любой цене выше 27 долл./барр., которая установилась в январе 2016 года, инвестиции в сланцевую нефть будут возвращаться. Мы знали, что эффективность сделки не будет стопроцентной с учетом возрождения сланца».

При этом Министр заметил, что сланцевую добычу нельзя рассматривать отдельно, необходим комплексный подход к ситуации: «Есть целый ряд стран, в которых уровень добычи снижается, и это компенсирует рост добычи сланцевой нефти».

Александр Новак подчеркнул, что целью стран, участвующих в сделке, не является борьба со сланцевыми производителями: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение, достаточно было бы продолжать наращивать объемы добычи, сохраняя цены на низком уровне».

США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак


Россия. США. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 июня 2017 > № 2200833 Пол Донован

Ситуация в мире: есть ли угроза дефляции?

Пол Донован

управляющий директор, главный глобальный экономист UBS

Как инвесторам реагировать на низкую инфляцию в мире и на какие показатели обращать внимание при вложениях в иностранные активы?

В 2015 и 2016 годах цены на нефть снизились на 75%. Доля нефти составляет от 3% до 5% в потребительских корзинах, по которым определяется уровень инфляции, в большинстве стран. Это не могло не повлиять на публикуемые индексы инфляции. Полученный в результате низкий уровень инфляции привел к тому, что СМИ стали взахлеб рассуждать об угрозе дефляции. Но дефляция происходит в результате падения большого количества цен, а низкая инфляция последних двух лет была вызвана падением лишь одной цены. Как только поведение цен на нефть нормализовалось, стало очевидно, что поведение публикуемых индексов инфляции нормализуется.

Инфляция в пределах нормы

Показатели инфляции в США находятся на среднем уровне за 20-летний период или выше него. Это не ситуация низкой инфляции; это ситуация инфляции несколько выше обычного уровня. Зона евро немного отстает от США. Инфляция в еврозоне росла, но она находится на уровнях скорее равных, чем превышающих средние многолетние уровни. Инвесторы должны помнить, что низкие публикуемые индексы инфляции 2015 и 2016 годах были галлюцинацией, вызванной нефтью. У половины основных стран ОЭСР показатели базовой инфляции (без учета продовольственных товаров и энергоносителей) в эти два года находились на уровне равном или превышающем средние многолетние уровни.

Инфляция локальна

Если цены на нефть не подвержены резким колебаниям, то инфляция в значительной степени определяется положением на внутренних рынках труда. Расходы на оплату труда на внутренних рынках составляют от 60% до 70% в потребительских корзинах, по которым определяется уровень инфляции. Инфляция, вызываемая внутренними факторами, проявляется в незначительной взаимосвязи показателей базовой инфляции потребительских цен. Если бы существовал глобальный фактор, вызывающий инфляционное давление, базовая инфляция стран с наиболее развитой экономикой была бы взаимосвязана. Но это не так. Взаимосвязь между показателями базовой инфляции стран с наиболее развитой экономикой, даже между странами еврозоны, очень незначительна.

Обращайте внимание на показатели цен, которые имеют значение

Слишком часто показатель инфляции потребительских цен рассматривают как единственный показатель инфляции, который имеет значение. Но он не является единственным. Для тех, кто инвестирует в облигации, имеет значение уровень инфляции, которому уделяют внимание центральные банки. В еврозоне и Великобритании публикуемый индекс инфляции потребительских цен является целевым показателем центральных банков. В США ФРС придает значение дефлятору личных потребительских расходов — он значительно отличается от инфляции потребительских цен и иногда движется в противоположном направлении.

Тем, кто инвестирует в акции, также следует обращать внимание на различные индексы. Большинство компаний не осуществляют продажи потребителям; большинство компаний осуществляют продажи другим компаниям. Доля компаний, осуществляющих продажи потребителям, в американском индексе S&P составляет от 10% до 20%. Инфляция цен производителей является самым важным показателем ценообразовательной способности в стране.

В мире, где все показатели инфляции растут быстрыми темпами, инвесторам нет необходимости беспокоиться по поводу этих деталей; в более стандартной инфляционной ситуации важно точно понимать, какой показатель инфляции влияет на какие активы.

Инфляция меняется, цены — не обязательно

Инфляция может меняться без изменения цен. Инфляция приспосабливается к качеству и количеству. Уровень инфляции в области услуг мобильной связи в США недавно снизился не потому, что люди стали платить меньше денег, а потому, что люди имеют возможность загрузить больше данных за те же деньги. Повышение качества привело к снижению уровня инфляции (но не цен).

Что это означает? Если люди не платят меньше денег, они могут не ощущать, что их материальное положение улучшается, и у них может не появляться лишних денег, которые они могли бы потратить на другие цели. И наоборот, если плитка шоколада становится меньше, а цена при этом не меняется (иногда это называют «сокрафляция»), индекс инфляции потребительских цен вырастет, хотя цена не изменится.

После инфляции — скрытая инфляция

Рост инфляции в мире в начале этого года было легко предвидеть. Теперь, когда рост инфляции в целом уже состоялся, перед инвесторами стоит более трудная задача — им необходимо понимать малозаметные сдвиги в различных показателях инфляции, которые имеют значение.

Россия. США. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 июня 2017 > № 2200833 Пол Донован


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 6 июня 2017 > № 2200748 Владислав Иноземцев

«Неподъемный» рынок. Почему Россия не выиграла от Trump rally

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

С момента победы действующего президента прошло уже более полугода, но Кремль так и не пожал плодов своего предполагаемого (или воображаемого) вмешательства в американские выборы

8 ноября 2016 года, когда Дональд Трамп был избран президентом Соединённых Штатов, мой приятель пришёл в студенческий клуб университета Джоржда Вашингтона в красной толстовке со словами Let’s Make Russia Great Again!, чем немало удивил местную публику, где не было, кажется, ни одного сторонника удачливого кандидата.

С момента победы действующего президента прошло уже более полугода, но Кремль так и не пожал плодов своего предполагаемого (но скорее, на мой взгляд, воображаемого) вмешательства в американские выборы. Санкции против России не ослабевают, единого фронта в борьбе с терроризмом не складывается, да и встречаться с Владимиром Путиным «на нейтральной территории», как принято было во времена противостояния СССР и США, новый американский лидер пока не спешит. Однако сейчас хотелось бы обратить внимание на одно совершенно неполитическое обстоятельство.

Довольно неожиданная победа Трампа произвела шоковое воздействие на рынки: доллар, если вспомнить, резко упал на этой новости (в первые же часы евро поднялось к нему на 2,3%, а иена — на 3,3%); фьючерсы на индекс DJIA снижались на 5,2%, азиатские биржи падали на 2,5-6%; о ситуации на мексиканском рынке я и не говорю. Однако довольно быстро трейдеры оценили ту экономическую программу, о которой говорил победивший кандидат; осознали, что впереди — снижение налогов с корпораций, уменьшение социальных расходов, либерализация банковского и финансового бизнеса; и что всё это может превратиться в поистине глобальные тренды: как только такое понимание стало устойчивым, рынки двинулись вверх.

За прошедшие полгода — с середины ноября 2016 г. по середину мая 2017-го — большинство фондовых индексов показало существенный рост: британский индекс FTSE-100 вырос на 9,7%, DJIA — на 10,9%, NASDAQ — на 16,6%, германский DAX — на 19,3%, а индексы в небольших странах (Австрии, Нидерландах, Швейцарии) — на 24-29%. Характерно, что курс евро к доллару вырос не слишком значительно (с 1,07 $/Є до 1,11 $/Є), а курс фунта к евро не изменился вообше (оставаясь 15 мая на тех же 0,86 ?/Є, на которых он находился и 15 ноября). Иначе говоря, мы все присутствовали при своеобразном Trump rally, которое оказалось настолько всеобщим, что даже несчастная Мексика, которую новый американский президент обещал обнести чуть ли не крепостной стеной, продемонстрировала рост фондового рынка на 10,3%. Парадоксально, но ралли коснулось не только тех компаний, роста стоимости которых следовало бы ожидать, но и тех, принципы развития и совершенствования которых были прямо противоположны идеалам Дональда Трампа (можно вспомнить, что именно в этот отрезок времени капитализация Tesla превысила показатели General Motors в абсолютном значении, а в пересчёте на число произведенных в 2016 г. автомобилей — в... 133,4 раза, хотя Илон Маск и отказался участвовать в экономических совещаниях у президента, а стоимость Facebook и Amazon выросла более чем на 40% у каждой). Более того; после некоторого затишья на фондовых рынках в мае в последние недели фронтальный рост определённо возобновился.

Подсчёты разнятся, но только американский фондовый рынок прибавил за эти полгода более $3 трлн (или почти два российских ВВП, исчисленных по рыночному курсу валют), европейские рынки добавили около Є2 трлн, в остальных частях мира прирост составил чуть более $1 трлн. И только одна крупная экономика осталась за порогом этого «праздника жизни» — Россия, в которой в первые дни после победы Трампа было, казалось, выпито больше шампанского в честь этого события, чем во всём остальном мире. За тот же срок — с 15 ноября по 15 мая — индекс ММВБ не изменился (составляя 2016 пунктов в начале периода, он снизился до 2002 пунктов в конце, поднимаясь в январе [когда ожидания ещё были максимально радужными] на 13,4%). За последние недели, когда во всём мире снова началось движение котировок вверх, основный российский фондовый индекс сократился ещё на 6%. Замечу — эти перемены произошли не только в условиях всеобщего ралли на фондовых площадках, но и на фоне роста цен на нефть более чем на 10%. Иначе говоря, больной попытался было подняться (с колен или ещё как), но явно не смог этого сделать.

Конечно, можно сказать, что это не совсем корректные сравнения, так как индекс ММВБ рассчитывается в рублях, а в долларовом выражении российские акции существенно подорожали ввиду укрепления курса рубля почти на 16%. Однако и это не будет правильным утверждением, так как с момента, предшествующего избранию Дональда Трампа президентом (например, с 1 ноября 2016 года до прошлой пятницы) индекс РТС вырос с 994,6 пункта до 1.045,6, т.е. на 5,2% — что делает вложения в российские акции убыточными даже по сравнению с простыми вложениями в рубль на банковском счёте, не приносящими никакой доходности (про разного рода carry trade стоит промолчать). При этом на российском рынке не было заметно ни одной компании, которая продемонстрировала бы 30-40%-ный рост котировок, каковых как в Соединённых Штатах, так и в Западной Европе имеются десятки, если не сотни. Иначе говоря, каким образом мы ни интерпретировали бы общеизвестные данные биржевой статистики, факт остаётся фактом: Россия так и не поучаствовала в Trump rally.

Разумеется, существует определённый соблазн «пройтись» в связи с этим по всем извечным «болячкам» российской экономики: вспомнить про отсутствие системной защиты прав собственности, всепроникающую коррупцию, засилье чиновничьего регулирования и низкое качество управления, и так далее. Однако, на мой взгляд, в данном конкретном случае это было бы не совсем правильно. Российский фондовый рынок представлен в большинстве своём компаниями, которые намного более защищены от непредсказуемых действий властей, чем частный бизнес в целом; значительную часть на нём представленных фирм составляют компании с государственным участием или полностью контролируемые властями; и даже управленцы в этих корпорациях куда более опытны, чем в среднем по экономике.

Проблемы, на мой взгляд, кроются в двух других обстоятельствах.

С одной стороны, причиной невосприимчивости российского рынка к происходящим в глобальной экономике переменам является утверждение того суверенитета, о котором Путин с придыханием говорил на недавно закончившемся Санкт-Петербургском экономическом форуме. В понимании президента, суверенитет предполагает возможность полной независимости страны от происходящих в мире политических и экономических событий — и таким образом мы видим не досадное недоразумение, а подтверждение того, что политика «партии и правительства» приносит свои плоды: Россия действительно демонстрирует впечатляющий иммунитет к любым «эпидемиям» (в данном случае — к эпидемии роста), которым подвержена глобальная экономическая система. По сути, отсутствие в России эффекта от Trump rally (а небольшое повышение котировок в начале года, если сравнивать его с графиками поведения остальных бирж, может быть скорее атрибутировано росту цен на нефть, чем эффекту глобального фондового тренда) означает лишь одно: страна довольно успешно деглобализировалась, стала «окончательно суверенной», и теперь властям осталось позаботиться лишь о том, чтобы на неё не оказывали не только положительного воздействия глобальные ралли, но и не затрагивали и глобальные экономические потрясения.

С другой стороны, поведение рынков в последние месяцы указывает на то, что фронтальный рост происходит в комплексных экономиках, в которых сопоставимым образом развиты десятки производственных отраслей, и где существует конкуренция, позволяющая наиболее передовым и эффективным компаниям воспользоваться открывающимися выгодами. Именно живая экономика, готовая «переварить» недополученные государством от налоговой реформы средства, и провоцирует рост на рынках, предвкушающих новый виток развития. В США, где существует 11 тысяч компаний, работающих в нефтяной отрасли, где лицензировано более 4 тысяч авиаперевозчиков и где строительные подряды федерального и региональных правительств разыгрываются на конкурсах между более чем 16 000 подрядчиков, сегодня всё готово к новому рывку (про распространённость американских компаний на зарубежных рынках я и не говорю). В России же, где экономика сводится к нескольким нефтекомпаниям, «базарящим» с государством о размере выплачиваемых дивидендов; металлургам, ожидающим заказов на загрузку донбасских заводов; строителям, именуемым «королями госзаказа», и сельскому хозяйству, процветающему от ограничения импорта качественной продукции из-за рубежа, давно не существует «приводных ремней», которые конвертировали бы риск в инвестиции, а позитивные ожидания — в рост. Поэтому-то правительство и начинает приучать народ к тому, что до 2035 года роста не следует и ждать, а трейдеры, видимо, уже и сейчас понимают, что отечественный фондовый рынок — по-настоящему неподъёмный.

ДональдТрамп своей впечатляющей победой на выборах пока не сделал Россию снова великой. Но будем надеяться, что этому поспособствует мой друг, который закончил своё обучение в американском университете и вернулся в Россию, получив место в одном из государственных «институтов развития». Так что теперь, когда фактор Трампа исчерпался окончательно, ему и карты в руки...

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 6 июня 2017 > № 2200748 Владислав Иноземцев


Катар. Саудовская Аравия. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 6 июня 2017 > № 2200028 Марианна Беленькая

Новая ось зла. Почему Катар стал изгоем на Ближнем Востоке

Марианна Беленькая

Если конфликт будет разрастаться, то не только Катару придется решать вопрос, кто его союзники, но и США. Обвинения в адрес Катара, которые звучат в объяснениях о разрыве отношений, не оставляют Вашингтону возможности и дальше держать на катарской территории военную базу. Как можно вести борьбу с ИГ и «Аль-Каидой», базируясь в стране, которую обвиняют в поддержке этих структур?

Саудовская Аравия, Египет, Объединенные Арабские Эмираты и Бахрейн объявили, что разрывают дипломатические отношения с Катаром. Это решение поддержало и временное правительство Ливии, которое базируется на востоке страны и активно сотрудничает с Египтом и ОАЭ. Также было объявлено, что Катар исключают из состава участников аравийской коалиции, ведущей борьбу с мятежниками-хуситами в Йемене.

Один из основных мировых экспортеров сжиженного природного газа рискует оказаться в международной изоляции и даже экономической блокаде. Соседи Катара решили, что ему пришло время расплатиться за слишком вызывающую политику в регионе. Одновременно это сигнал Ирану, с которым Доха поддерживает тесные связи. Напрямую ударить по Ирану арабские страны пока не в состоянии, и здесь многое будет зависеть от того, чью сторону займет Вашингтон.

Маленький Катар давно выбился в региональные лидеры, претендуя не только на экономическое, но и на политическое влияние в регионе. В последние годы Доха не раз бросала вызов традиционному региональному центру силы – Саудовской Аравии – и проводила весьма неординарную политику. Катарцы первые среди стран Персидского залива публично заявили о связях с Израилем и в 1996 году открыли на своей территории израильское торговое представительство (позднее его деятельность была приостановлена). У Катара приграничные конфликты с арабскими соседями, одновременно Доха поддерживает тесные связи с Ираном, вполне мирно деля с иранцами права на крупнейшее месторождение газа в мире Северный купол / Южный Парс. В 2003 году из Саудовской Аравии в Катар перевели основную американскую военную базу в регионе.

Газ, американская база и влиятельный телеканал «Аль-Джазира» позволяют Дохе проводить активную и порой агрессивную политику на Ближнем Востоке. Пожалуй, нет ни одной арабской страны, которая не была готова сделать все возможное, чтобы заставить «Аль-Джазиру» замолчать навсегда. Тем более после той роли, которую телеканал сыграл в ходе «арабской весны», взяв на себя координацию протестов в Египте, Ливии и Сирии. Не избежал нападок телеканала и саудовский режим.

Теперь, в свете антииранской кампании, начатой Саудовской Аравией с благословения нового президента США Дональда Трампа, для Эр-Рияда и Каира пришло время поквитаться с Катаром. К тому же для саудовцев, которые еще недавно сами были для Трампа мишенью для обвинений в поддержке терроризма, весьма кстати перевести стрелки на своего соседа.

В чем обвинили Катар

Катар обвиняют в дестабилизации ситуации в регионе, поддержке террористической и экстремистской деятельности, финансировании группировок, связанных с Ираном, а также в укрывательстве лидеров исламистской ассоциации «Братья-мусульмане» и распространении идеологии «Аль-Каиды» и «Исламского государства» (все три организации запрещены в РФ). Египет выразился еще более конкретно, напрямую связав Катар с терактами на Синае.

Похожие обвинения звучат в адрес Катара не впервые, и даже отзыв послов тех или иных государств из Дохи уже случался раньше. Последний серьезный конфликт произошел в марте 2014 года, когда Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн отозвали послов из Катара, заявив, что Доха вмешивается в их внутренние дела. Но угрозы Эр-Рияда начать морскую и сухопутную блокаду Катара так и не были реализованы. В ноябре того же 2014 года все послы вернулись на свои места.

Для молодого катарского эмира Тамима бен Хамада Аль Тани, взошедшего на трон в июне 2013 года, тот кризис стал первым серьезным дипломатическим испытанием. Многие региональные эксперты отметили, что эмира заставили расплачиваться за политику отца, который установил слишком близкие отношения с Ираном. Новому шейху Тамиму удалось наладить диалог с Эр-Риядом, и конфликт вроде бы был исчерпан, но, как оказалось, ненадолго.

В этот раз за блокаду Катара взялись всерьез. Для страны, которая фактически полностью зависит от импорта товаров, в первую очередь продовольствия, закрытие границ представляет серьезную угрозу безопасности. Неслучайно Доха пока достаточно осторожно реагирует на выпады в свой адрес и охотно дает шанс посредникам урегулировать конфликт.

Роль переговорщиков взяли на себя Кувейт и Оман, продемонстрировав, что у монархий Персидского залива нет единой позиции в отношении Катара. И это шанс для Дохи.

На роль посредника претендует и Турция, для которой Катар один из самых близких региональных союзников и партнеров, поэтому Анкара воспринимает случившееся весьма болезненно. Ведь точно такие же обвинения можно предъявить и самой Турции, так как идеология «Братьев-мусульман» и правящей турецкой Партии справедливости и развития практически идентична и египетские «Братья» всегда считали президента Эрдогана своим.

Не остается в стороне и Тегеран. Иранцы не раздумывая предложили Катару продовольственную помощь.

Трамп, хакеры и старые счеты

Объявление о разрыве дипотношений прозвучало спустя всего две недели после того, как на саммитах в Саудовской Аравии арабские страны демонстрировали свое единство в присутствии президента Трампа. Вернее, делали вид, потому что именно в Эр-Рияде прозвучали первые предупреждения в адрес Дохи. И не успел Трамп покинуть Ближний Восток, как вокруг Катара разгорелся хакерский скандал, ставший, по сути, открытым объявлением информационной войны.

На протяжении нескольких месяцев арабские и американские СМИ публиковали материалы, в которых обвиняли Катар в поддержке террористов и призывали новую администрацию США внимательно приглядеться к своему союзнику, чья лояльность вызывает сомнения. Звучали и предложения перевести американскую военную базу из Катара. Однако в Эр-Рияде Трамп встретился с катарским эмиром и подтвердил союзнические отношения между двумя странами. Шейх Тамим также принял участие во всех встречах, в ходе которых США и арабские страны договорились о совместной борьбе с терроризмом, в том числе об учреждении центров по мониторингу финансирования терроризма и пропаганде экстремистской деятельности, а также о создании резервных сил арабских стран для борьбы с ИГ на территории Ирака и Сирии. Казалось бы, идиллия.

Но в Эр-Рияде президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси сделал весьма ясный намек на связи Катара с террористами. «Все, кто оказывает поддержку экстремистам, должны считаться такими же террористами. Террористы – это не только вооруженные боевики, но и те, кто их финансирует и обучает новых сторонников радикальных групп», – сказал он.

Региональные эксперты уверены, что речь шла о связях Катара с «Братьями-мусульманами», чей духовный лидер шейх Юсуф аль-Кардави многие годы живет в Дохе. Катар никогда не скрывал, что поддерживает «Братьев-мусульман» в Египте, и открыто оказывал финансовую помощь бывшему президенту Мухаммеду Мурси, одному из лидеров «Братьев». После того как военные свергли Мурси в июле 2013 года, катарско-египетские отношения вновь стали напряженными, а в сентябре того же года на территории Египта было запрещено вещание телеканала «Аль-Джазира» как подрывающего безопасность в стране.

Другой тревожный для Катара сигнал пришел из Эр-Рияда и касался связей Дохи с палестинским движением ХАМАС. Штаб-квартира движения и его глава Халед Машааль перебрались в Доху из Дамаска после начала «арабской весны». В ходе арабо-исламско-американского саммита в Саудовской Аравии Трамп назвал список террористических организаций, несущих ответственность за насилие в регионе: ХАМАС, ИГ, «Аль-Каида», «Хезболла» и другие аналогичные группировки. Такой же список, за исключением ХАМАС, огласил и саудовский король Салман.

Упомянуть хамасовцев означало бы сделать слишком явный реверанс в сторону Израиля, чего саудовский король не может себе позволить. В то же время в речи монарха, как и во всех коммюнике, принятых в Эр-Рияде, не прозвучали традиционные для арабских и мусульманских саммитов слова о праве палестинского народа и в целом арабов на сопротивление, которое, как правило, ассоциируется с ХАМАС и ливанским движением «Хезболла», активно поддерживаемым Ираном.

Очевидно, что целью встреч в Эр-Рияде было создание антииранской коалиции. Саудовская Аравия стремилась заверить Вашингтон в том, что способна возглавить войну с терроризмом в регионе. Эр-Рияд также был бы не против вернуть себе американскую базу – это сделало бы саудовское лидерство в регионе неоспоримым и помогло поддержать стабильность режима.

Катарский эмир в Эр-Рияде промолчал, фактически дав согласие на создание блока против Тегерана. Но спустя несколько дней, 24 мая, Информационное агентство Катара (QNA) передало сенсационное заявление эмира Тамима, в котором он среди прочего назвал Иран гарантом стабильности в регионе, а ХАМАС законным представителем палестинского народа. Особо было отмечено, что Доха одинаково преуспела в выстраивании отношений как с Ираном, так и с США, а находящаяся в Катаре американская военная база Аль-Удейд не только ограждает катарцев от поползновений со стороны соседей, но и является единственной возможностью для США сохранить военное влияние в регионе. Попутно эмир подчеркнул, что Катар несправедливо подвергся нападкам и обвинениям в связях с террористами.

Буквально через несколько минут после того, как слова эмира разошлись по всем мировым агентствам, QNA заявило, что его сайт и соцсети были взломаны и ничего подобного глава государства не говорил. Но арабские СМИ (в первую очередь те, что спонсирует Саудовская Аравия) и региональные политики на протяжении суток продолжали комментировать слова эмира так, как будто никаких опровержений не было. На официальном уровне Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет заблокировали доступ к информационным ресурсам Катара, включая сайт телеканала «Аль-Джазира». А в западных СМИ продолжилось обсуждение, насколько верным союзником США является Катар.

В тот же день, когда разгорелся хакерский скандал, в США на семинаре по вопросам безопасности, организованном Фондом поддержки демократии, состоялась дискуссия, посвященная связям Катара и «Братьев-мусульман». Там бывший министр обороны США Роберт Гейтс заявил, что раньше на Западе не придавали значения связям «Братьев-мусульман» с другими экстремистскими группировками, но после саммита в Эр-Рияде США необходимо отправить к эмиру Катара посланника со списком деятельности, которую Доха должна прекратить, иначе ее отношения с Вашингтоном будут пересмотрены.

Кто стоит за хакерской атакой на катарское агентство, до сих пор неизвестно. Так же как нет доказательств, что это вообще была хакерская атака. Данные расследования, которое, согласно источникам AFP, Катару помогает проводить ФБР, предполагалось опубликовать на этой неделе.

Впрочем, заявление эмира, даже оказавшись официально фейком, было удобно всем – и тем, кто хотел начать информационную войну против Катара, и самой Дохе, которая получила шанс высказаться о нападках в свой адрес и одновременно дать понять Тегерану, что у нее нет намерений вступать в конфронтацию.

Но теперь конфликт перешел в новую фазу. Катару сказали: или ты с нами, или против нас. И никаких отговорок быть не может. Вопрос, что выберет Доха – испугается блокады и поддастся шантажу, или, напротив, случившееся подтолкнет ее к еще более активной политике в регионе. Первая реакция Катара была очень сдержанной.

Неидеальный Ближний Восток

Кризис в Персидском заливе обеспокоил Вашингтон. Фактически раньше самих катарцев разрыв отношений прокомментировал госсекретарь США Рекс Тиллерсон. Он призвал арабов сесть за стол переговоров и разрешить все разногласия. Госсекретарь признал, что раздражение между арабскими странами Персидского залива появилось уже давно и разрыв дипотношений – это способ решить все вопросы и расставить точки над «и».

США конфликт не нужен. Это подрывает идеальную картину Ближнего Востока, нарисованную в ходе визита Трампа, когда арабские страны объединяются в едином порыве против террористов и сами за свои деньги побеждают всех «плохих парней», а потом еще и мирятся с Израилем. Никто не учел, что у 55 стран, чьи представители приехали в Эр-Рияд для встречи с Трампом, слишком разные интересы. Разрыв с Катаром показал, что единства нет даже внутри такой небольшой организации, как Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива. Что уж говорить обо всех арабских и тем более исламских странах. Ни арабское НАТО, ни арабская военная коалиция на долгосрочной основе невозможны.

Если конфликт будет разрастаться, то не только Катару придется решать вопрос, кто его союзники, но и США. Обвинения в адрес Катара, которые звучат в объяснениях о разрыве отношений, не оставляют Вашингтону возможности и дальше поддерживать связи с Дохой, тем более оставлять на катарской территории военную базу. Как можно вести борьбу с ИГ и «Аль-Каидой», базируясь в стране, которую обвиняют в поддержке этих структур?

Соседи Катара – Саудовская Аравия, Кувейт и ОАЭ – за последние годы тоже не избежали обвинений в поддержке этих и других террористических организаций, действующих не только на Большом Ближнем Востоке, но и в США и в Европе. О связях «Аль-Каиды» и Саудовской Аравии написаны тома. До сих пор идут споры, чье детище ИГ (возникшее из иракского подразделения «Аль-Каиды»), а чье «Джебхат ан-Нусра» – еще одно ответвление «Аль-Каиды», воюющее в Сирии. Одни эксперты считают, что ИГ по неофициальным каналам спонсируют саудовские исламские фонды, а «Ан-Нусру» в большей степени катарские; другие утверждают, что все наоборот. Дамаск в равной степени обвинял в поддержке террористов на своей территории Катар, Саудовскую Аравию и Турцию.

Теперь Эр-Рияд и его союзники пытаются все свалить на катарцев. И у них это может получиться, учитывая многомиллиардные контракты, которые подписали в ходе визита Трампа саудовские и американские компании. Эр-Рияд слишком выгодный союзник, чтобы его терять. А вслед за Катаром, как считают некоторые эксперты, придет и очередь Ирана. Но это возможно только при условии, что Трамп однозначно отвернется от Катара, к чему и ведут многие лоббистские силы в Вашингтоне.

Но и у Катара есть ресурсы сопротивляться изоляции. В этом году Катар стал крупнейшим поставщиком сжиженного газа в Египет, зависят от катарского газа ОАЭ и Кувейт. Безусловно, они могут рассчитывать на альтернативные поставки, но вот понравится ли необходимость менять поставщика Японии или Индии, которые являются крупнейшими импортерами катарского СПГ? Пока арабские страны не ввели морскую блокаду Катара, и катарцы заверяют японскую сторону, что никаких проволочек с исполнением контрактов не будет.

Вопрос, решатся ли арабы блокировать выход морского транспорта из Катара в Персидский залив. Это была бы слишком высокая цена для мировой экономики. И для этого нужно действительно создать Катару образ страны из оси зла, наподобие Ирана.

Впрочем, до сих пор, когда дело доходило до бизнеса, арабские страны находили компромиссы с кем угодно, в том числе и с Тегераном. Примером этому служат последние договоренности о ценах на нефть внутри ОПЕК. Но все же конфликт в Персидском заливе дает повод для беспокойства. Война никому не нужна, а значит, это просто шантаж и передел власти в регионе. Наивно надеяться, что если Катар сойдет с политической арены, то это решит все проблемы Ближнего Востока и приведет к победе над терроризмом.

Катар. Саудовская Аравия. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 6 июня 2017 > № 2200028 Марианна Беленькая


Япония. США > Авиапром, автопром > forbes.ru, 5 июня 2017 > № 2200727

Toyota избавилась от акций Tesla и прекратила сотрудничество с Маском

Редакция Forbes

Японская Toyota Motor продала все принадлежащие автоконцерну акции Tesla Motors и объявила о полном прекращении сотрудничества с американской компанией. Об этом сообщило японское агентство Kyodo со ссылкой на информированные источники.

Toyota Motor приобрела 3,15% акций Tesla Motors в мае 2010 года за 4,5 млрд йен (около $50 млн). Тогда же две компании в присутствии губернатора штата Арнольда Шварценеггера объявили о начале сотрудничества в разработке и выпуске электромобилей в Калифорнии на заводе New United Motor Manufacturing (бывшее совместное предприятия Toyota и General Motors), который был закрыт из-за кризиса и продан японской компанией Tesla за $42 млн.

В 2010 году владелец и глава Tesla Илон Маск назвал партнерство с Toyota «историческим», отметив, что всегда восхищался японской компанией. Президент Toyota Акио Тойода заявил тогда, что почувствовал «ветер будущего». Акции Toyota к концу 2010 года выросли в цене на 60%, сообщило агентство Bloomberg.

В рамках соглашения Toyota разрабатывала прототип спортивных внедорожников RAV4 с батареями Tesla. Но выпускаемые в Канаде электромобили не пошли в массовое производство — всего было продано 2500 штук.

В настоящее время Toyota не видит смысла в продолжении сотрудничества с Tesla, так как имеет собственную программу разработки электромобилей. В ноябре 2016 года японский автоконцерн создал специальное подразделение, которое должно обеспечить разработку электромобилей для начала их массового производства.

По данным источников агентства, Toyota продала часть акций Tesla еще в октябре 2014 года. Остальной пакет в 1,43% акций Tesla был продан в конце 2016 года. Представитель Toyota объяснил, что продажа акций Tesla является частью «регулярного пересмотра деловых союзов».

В середине мая 2017 года стало известно, что Toyota выделит 40 млн иен ($352 982) на проект по созданию летающего автомобиля Cartivator, которым уже пять лет добровольно занимаются несколько сотрудников компании.

Проект по созданию летающего автомобиля Cartivator был запущен в 2012 году группой молодых инженеров Toyota во главе с Цубасу Накамурой, которые занимались им в свободное от работы время. Пять лет проект развивался на средства, собранные через интернет. Он предполагает создание к 2019 году летающего автомобиля с тремя колесами и четырьмя горизонтальными винтовыми роторными двигателями, расположенными по аналогии с современными квадрокоптерами.

Предполагается, что летающий автомобиль Cartivator сможет принять участие в церемонии открытия летних Олимпийских игр в Токио в 2020 году. В презентационном ролике аппарат прилетает к главной арене Олимпиады-2020 в Токио во время церемонии открытия. Потом въезжает на стадион, поднимается в воздух и управляющий им человек зажигает олимпийский огонь.

Япония. США > Авиапром, автопром > forbes.ru, 5 июня 2017 > № 2200727


Ирак. Сирия. США. РФ > Армия, полиция > carnegie.ru, 5 июня 2017 > № 2200031 Леонид Исаев, Антон Мардасов

Штурм Мосула: возможен ли перелом в войне с ИГ

Леонид Исаев, Антон Мардасов

Взятие Мосула будет означать первое поражение ИГ в его геостратегическом тылу – Сирии и Ираке. Еще до середины 2016 года джихадисты если и проигрывали, то в основном в расположении противника, прочно удерживаясь в суннитских районах. Но потенциальный успех союзников в Мосуле и Ракке способен остановить экспансию ИГ, превратив тактический успех, достигнутый в 2015 году, в стратегический

После полугода изнурительных боев битва за Мосул, похоже, приближается к своему завершению. Операция по взятию иракского города-миллионника оказалась нелегким испытанием для антитеррористической коалиции во главе с США, но на сегодняшний день именно наступление союзников под Мосулом наравне с успехами сирийских курдов при поддержке все того же Вашингтона является одной из самых успешных кампаний против «Исламского государства» (запрещено в РФ).

Успехи ИГ на территории Сирии и Ирака на ранних этапах его существования были связаны не столько с военной мощью экстремистов, сколько с чрезвычайной разрозненностью в стане их противников. Достаточно вспомнить, что в 2014 году однотысячный отряд джихадистов смог за несколько дней взять Мосул, который охранял тридцатитысячный гарнизон. Тогда багдадские власти наглядно продемонстрировали полную неспособность контролировать суннитские районы страны. После ухода США иракским лидерам так и не удалось объединить вокруг себя силы, заинтересованные в борьбе с терроризмом. В результате для многих суннитов власть ИГ оказалась предпочтительнее багдадского правительства.

Всеобщая координация

Сейчас коалиция, которая отвоевывает Мосул у ИГ, тоже очень разнородная. Поддержку с воздуха осуществляют США и их союзники, в наземном наступлении участвуют вооруженные силы Ирака, курдские отряды «Пешмерга», а также представители шиитского и суннитского ополчения. Но впервые со времен ухода США в Ираке удалось добиться столь высокого уровня координации действий обычно противоборствующих друг с другом сил.

Хотя многие эксперты ожидали, что ИГ не станет защищать Мосул и передислоцируется на территорию Сирии, боевики все-таки решили держать оборону. Ведь в отличие от Ракки или других населенных пунктов посреди сирийской пустыни, Мосул – это крупнейший город под контролем ИГ, который к тому же имеет важное символическое значение.

28 июня 2014 года, когда Мосул был взят силами ИГ, лидер группировки Абу Бакр аль-Багдади выступил со знаменитой речью в Великой мечети ан-Нури. Это имя мечеть получила в честь героя Второго крестового похода и прославленного правителя Алеппо и Мосула XII века Нур ад-Дина Занги, который прославился тем, что уничтожил войско франков в южной Турции и нанес поражение самому Раймонду де Пуатье в Антиохии. Именно в этой мосульской мечети перед тем как выступить против христиан, вассал Нур ад-Дина Саладин прочел проповедь. Очевидно, аль-Багдади осознанно выбрал это место, чтобы представить себя продолжателем дела своих средневековых предшественников, отправлявшихся из Мосула на войну с «неверными». Проповедь в Великой мечети ан-Нури была, с одной стороны, дань памяти основателю ИГ Абу Мусабу аз-Заркави. А с другой – попытка повторить достижение Нур ад-Дина, объединившего под своим знаменем два важнейших ближневосточных центра – Мосул и Алеппо.

Однако на исходе 2016 года американцам удалось сплотить против ИГ самые разнообразные и часто противоборствующие силы региона. В результате к началу 2017 года коалиция смогла добиться ощутимых успехов в кампании против удерживающих Мосул боевиков. Сначала союзники взяли под контроль восточную часть Мосула (город разделен надвое рекой Тигр), а в середине февраля началась новая операция на западном берегу, где, по ооновским данным, осталось порядка полумиллиона мирных жителей.

Наступление антитерростической коалиции на Мосул началось 17 октября – через несколько часов после того, как подразделения ИГ под давлением сирийской оппозиции вышли из разрушенного города Дабика. Американцы слишком торопились начать контрнаступление на позиции джихадистов в Ираке, чтобы успеть добиться ощутимых результатов еще до президентских выборов в США. Из-за этого возникли «слепые зоны», избавиться от которых не получается до сих пор.

Например, на западном направлении (сообщение между Сирией и Ираком) исламистам удалось произвести ротацию подразделений. Брешь с запозданием были вынуждены затыкать шииты из ополчения «Хашд аш-Шааби», формально введенные в состав иракской армии, но сохраняющие лояльность Ирану. Это в свою очередь лишь усилило разногласия между многочисленными участниками операции, каждый из которых претендует на свою зону влияния в освобожденном Мосуле, а также нефтяные месторождения Каяра и Наджма, расположенные неподалеку от города.

Несмотря на заявления Вашингтона о необходимости сдерживать Тегеран, США и Иран пока продолжают намеченную при Обаме координацию действий ради уничтожения основных сил ИГ. Как и в случае с Тикритом и Фаллуджей, из-за больших потерь в иракской армии и полиции американцы по-прежнему опираются на шиитов для удержания Мосула в кольце. В то же время США привлекают и суннитские племена, чтобы контролировать родные районы многих лидеров ИГ и не допустить появления «шиитского коридора» до провинции Дияла, где доминирует «Бадр».

Одновременно проиранские отряды не только препятствуют транзиту боевиков в Сирию, но и не допускают полномасштабных боевых действий в Синджаре между протурецким ДПК, с одной стороны, и езидским ополчением и РПК – с другой. Поэтому вакуум, который неизбежно возникнет после падения Мосула, скорее всего, заполнит Тегеран, а не Багдад или Турция, которая сохраняет тесные отношения с иракскими курдами Эрбилем и поддерживает ополчение «Хашд аль-Ватани».

В результате даже после взятия Мосула Вашингтону и Тегерану придется продолжить взаимодействовать самым тесным образом как минимум по двум причинам. Во-первых, чтобы успех в борьбе с джихадизмом в Ираке не оказался ситуативным – предпосылок для новых успехов террористической идеологии в стране, раздираемой коррупцией, этническими, религиозными и социально-экономическими противоречиями, предостаточно. Кроме того, и после потери Мосула ИГ сохранит в Ираке ощутимое присутствие, контролируя такие районы, как Салах-ад-Дин, Киркук и Диала. Сохраняет свои позиции ИГ и в провинции Багдад, что дает ему возможность регулярно устраивать теракты в иракской столице.

Во-вторых, американо-иранский консенсус в Ираке необходим для скорейшего восстановления инфраструктуры и выхода из гуманитарного кризиса. Война против ИГ сделала беженцами три миллиона человек, многие из которых по-прежнему живут в переполненных лагерях. По данным ООН, совокупное число внутренне перемещенных лиц с начала мосульской операции превысило 330 тысяч человек.

Близкий перелом

Параллельно со штурмом Мосула сирийские курды при воздушной поддержке союзников заметно продвинулись на юг Сирии в рамках операции «Гнев Евфрата». От Ракки их отделяет менее 10 км, и ожидается, что битва за столицу ИГ начнется уже в ближайшем будущем.

В конце марта США перебросили спецназ и подразделения Демократических сил Сирии к югу от Евфрата. Их цель – взять под контроль стратегическую плотину в районе города Табка и дальше наступать на одноименную авиабазу, а также на сам город. Таким образом, коалиция создала плацдарм на западном берегу Евфрата, остановив возможное продвижение сил сирийской правительственной армии к Табке.

По мере развития операции «Гнев Евфрата» и продвижения в глубь Сирии доля арабских племен в составе коалиции постоянно увеличивалась. По некоторым данным, их численность достигает 20 тысяч человек, что во многом объясняет успех коалиции в борьбе с ИГ в районах с преимущественно арабским населением. С одной стороны, это позволяет интегрировать местные арабские племена в коалицию и переориентировать их на борьбу с ИГ. С другой – разбавляет коалицию, снижая роль курдского Демократического союза. Это будет особенно актуально, когда дело дойдет до штурма Ракки и выработки договоренностей с местными племенами.

Тем не менее в операции хватает трудностей. Например, как не допустить отхода боевиков в сторону Дейр-эз-Зора. Сейчас Демократические силы Сирии развивают наступление от Табки, стараясь замкнуть кольцо вокруг Ракки с южного направления. Для полноценного окружения города требуется слишком много сил, и теоретически боевики ИГ могут отойти на юго-запад – в Дейр-эз-Зор. Там, помимо заблокированного гарнизона проправительственных войск, им должны будут оказать сопротивление арабские и курдские подразделения проамериканской коалиции.

В результате, несмотря на всю критику, которой в последнее время подвергалась американская антитеррористическая коалиция, именно ее действия как в Сирии, так и в Ираке позволяют говорить о наметившемся переломе в войне с ИГ. При этом достигнутые в Астане соглашения о создании в Сирии зон деэскалации оставляют возможность для России и ее союзников внести свой вклад в борьбу с джихадистами. Например, создание этих зон на западе Сирии предусматривает наступление правительственных войск и союзных им шиитских формирований на Дейр-эз-Зор, блокированный боевиками. В случае успеха эта операция наряду с «двумя Пальмирами» могла бы стать реальным вкладом просирийской коалиции в разгром ИГ. В этом была бы заинтересована и Москва, которую часто критикуют за то, что она вместо борьбы с ИГ воюет с сирийской оппозицией.

В Багдаде до сих пор функционирует четырехсторонний Центр обмена информацией, но о результатах его деятельности известно крайне мало. Все, что доводилось слышать о работе центра от главы российской группы генерал-майора Александра Смолового, можно свести к ритуальным фразам вроде: «Налажен обмен данными о боевиках из России и стран СНГ, воюющих на территории Ирака и Сирии», «Вскрываются маршруты их доставки в зону боевых действий, лагеря подготовки боевиков и источники их финансирования» и так далее. Однако развить антитеррористическое направление в Ираке России так и не удалось, в результате чего Москва предпочла сконцентрироваться на разрешении ситуативных вопросов – например, идентификации собственных сограждан, воюющих в Ираке.

В Сирии российская борьба с терроризмом со временем во многом переросла в войну против повстанцев на стороне режима. Еще год назад российские СМИ активно обсуждали, кто первый возьмет Ракку: Россия или США. Но с тех пор интерес к этой цели у Москвы угас, а в выступлениях российского руководства место ИГ почти полностью заняла «Джебхат ан-Нусра».

Тем временем именно в рамках операции «Непоколебимая решимость» ИГ впервые потерпело поражение в своем геостратегическом тылу – в Сирии и Ираке. Ведь еще до середины 2016 года джихадисты если и проигрывали, то в основном в расположении противника, прочно удерживаясь в суннитских районах с высокой долей своих сторонников. Но потенциальный успех союзников в Мосуле и Ракке способен остановить экспансию ИГ, превратив тактический успех, которого удалось добиться в 2015 году, в стратегический.

Ирак. Сирия. США. РФ > Армия, полиция > carnegie.ru, 5 июня 2017 > № 2200031 Леонид Исаев, Антон Мардасов


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 5 июня 2017 > № 2198815 Владимир Путин

Интервью американскому телеканалу NBC News.

На полях Петербургского международного экономического форума Владимир Путин ответил на вопросы журналиста американского телеканала NBC News Мегин Келли.

М.Келли (как переведено): Господин Президент, Вы несколько раз говорили о том, что Россия никак не вовлечена во вмешательство в президентские выборы, включая пленарное заседание Петербургского экономического форума.

Однако в США считают, есть такой консенсус, что вы это сделали. Есть 17 агентств в области безопасности, которые так утверждают, демократы, республиканцы, все комитеты, которые видели секретные материалы, говорят, что это так. Они что, все врут?

В.Путин: Они введены в заблуждение и не анализируют информацию в полном объёме. Я ни разу не видел каких-то прямых доказательств вмешательства России в президентские выборы в США.

Мы говорили об этом и с бывшим Президентом Обамой, мы говорили с некоторыми другими официальными лицами – никто никогда не предъявил мне никаких прямых доказательств.

Когда мы говорили с Президентом Обамой на этот счёт, это Вам лучше у него спросить, думаю, что он Вам скажет, что он тоже уверен в этом, но, когда мы с ним говорили, я увидел, что и он засомневался. Я, во всяком случае, так увидел.

Я уже Вам говорил, могу повторить, ведь сегодняшние технологии таковы, что конечный адрес можно так закамуфлировать, что никто не поймёт происхождение этого адреса. И наоборот, можно так подставить любую структуру, любого человека, что все будут думать, что именно он является источником той или иной атаки. Современные технологии очень изощрённые, тонкие и позволяют это сделать. Когда мы это поймём, мы избавимся от всяких иллюзий. Это во-первых.

Во-вторых, глубоко убеждён, что никакое вмешательство извне ни в одной, даже в маленькой стране, а уж тем более в такой большой, великой державе, как Соединённые Штаты, не может повлиять на конечный результат выборов. Это никогда невозможно.

М.Келли: А другая сторона говорит, что 70 тысяч голосов всего, которые изменили результат выборов. И это не так уж сложно было – повлиять на 70 тысяч голосов.

В.Путин: Конституция Соединённых Штатов и избирательное законодательство построены таким образом, что за кандидата может проголосовать большее количество выборщиков, за которым стоит меньшее количество избирателей. И такие случаи в истории Соединённых Штатов бывают. Правда?

Поэтому если уж говорить о какой-то социально-политической справедливости, то нужно, видимо, менять это избирательное законодательство, довести дело до того, чтобы прямым тайным голосованием избирался глава государства и был прямой подсчёт, который можно легко проконтролировать. Вот и всё. И не нужно ни на кого ссылаться и винить кого бы то ни было в своих бедах тем, кто выборы проиграл.

Теперь, если эту страничку всё-таки перевернуть, я Вам скажу то, о чём Вы наверняка должны знать: я никого не хочу обидеть, но Соединённые Штаты везде, по всем миру активно вмешиваются в выборные кампании других стран. Вам это разве неизвестно?

Поговорите, только так, чтобы (насколько это возможно для Вас) убедить людей в том, что Вы не будете предавать это гласности. Вот куда пальцем на карту мира ни ткнёшь, везде Вам будут жаловаться на то, что американские официальные лица вмешиваются в их внутренние политические процессы.

Поэтому если кто-то, я не говорю, что это мы (мы не вмешивались), но если кто-то каким-то образом влияет, или пытается влиять, или как-то участвует в этих процессах, то уж тогда Соединённым Штатам не на что обижаться. Кто это нам говорит, кто это обижается на нас за то, что мы вмешиваемся? Вы сами постоянно вмешиваетесь.

М.Келли: Как оправдание звучит.

В.Путин: Это звучит не как оправдание, это звучит как констатация факта. Каждое действие имеет соответствующее противодействие. Но, повторяю, нам это и не нужно делать, потому что я ведь Вам говорил не случайно, и Вам, и другим представителям средств массовой информации, недавно во Франции был и говорил то же самое: президенты приходят и уходят, даже партии меняются у власти, а основная политическая линия не меняется. Поэтому по большому счёту нам всё равно, кто будет во главе Соединённых Штатов, мы примерно знаем, что будет происходить. И в этой связи нам, даже если бы было желание, смысла-то нет никакого вмешиваться.

М.Келли: Вы говорили, что Россия никак не связана с вмешательством в американские выборы, и на этой неделе Вы вдруг говорили о каких-то патриотических хакерах. Почему Вы сейчас начали об этом говорить, о патриотических хакерах, которые могут как-то действовать?

В.Путин: Просто меня французские журналисты спросили об этих хакерах. А я так же, как и им, и Вам могу сказать: хакеры могут быть где угодно, они могут в России быть, в Азии, в той же Америке, в Латинской Америке. Это могут быть хакеры, кстати сказать, в Соединённых Штатах, которые очень ловко и профессионально перевели, как у нас говорят, «стрелку» на Россию. Вы не можете себе такого допустить? В ходе внутриполитической борьбы им было по каким-то соображениям удобно выдать эту информацию. Они её выдали, сославшись на Россию. Такого Вы себе представить не можете? Я могу.

Давайте вспомним убийство Президента Кеннеди. Ведь существует версия, что убийство Президента Кеннеди организовали спецслужбы Соединённых Штатов. Если эта версия верна, а этого исключить нельзя, то чего же проще в сегодняшних условиях, используя все технические возможности спецслужб, организовать какие-то атаки соответствующим образом, сославшись ещё и на Россию. А что, разве кандидата от Демократической партии так все любят в Соединённых Штатах? Что, это уж такой популярный человек был? И у этого кандидата тоже были свои политические оппоненты и противники.

М.Келли: Давайте пойдём дальше.

Специальный совет был назначен для того, чтобы исследовать связи между вашим Правительством и кампанией Трампа. Вы сказали, что посол Кисляк просто выполнял свою работу. А что же всё-таки обсуждалось на этих заседаниях?

В.Путин: Не было никаких заседаний. Понимаете, заседаний никаких не было. Я, когда это увидел, просто рот открыл.

М.Келли: То есть встреч между господином Кисляком и кем-нибудь из штаба Трампа не было?

В.Путин: Понятия не имею. Говорю Вам совершенно откровенно. Я не знаю. Текущая работа посла. Вы что думаете, со всего мира и из Соединённых Штатов посол мне каждый день докладывает, с кем он встречается, что обсуждает? Бред какой-то. Вы понимаете, что Вы спрашиваете, или нет?

М.Келли: Вы же его босс, Вы же его начальник.

В.Путин: Начальник – Министр иностранных дел. Вы думаете, что у меня есть время каждый день общаться с нашими послами во всём мире, что ли? Чушь какая-то. Неужели Вы не понимаете, что это чушь? Я даже не знаю, с кем он там встречался.

Если бы было что-нибудь выдающееся, из ряда вон выходящее, он бы, конечно, доложил министру, министр – мне. Ничего подобного не было.

М.Келли: С тех пор как это случилось, Вы говорили с послом о том, что же обсуждалось с Кушнером, с Майклом Флинном, с кем-то ещё из штаба?

В.Путин: Нет, не говорил.

М.Келли: Вам не было интересно?

В.Путин: Нет, потому что, если бы было что-то значимое, он бы доложил министру, министр доложил бы мне. Никаких докладов даже не было. Текущая, ничего не значащая работа, не имеющая никаких, может быть, даже перспектив.

Просто кто-то решил к этому прицепиться и избрал это как линию атаки на действующего Президента. Это не наше дело, это ваши там внутриполитические разборки. Занимайтесь ими сами.

Ничего просто, не о чем говорить. Даже не было какого-то конкретного обсуждения по санкциям или ещё по чему-то. Для меня просто удивительно: вы на голом месте сделали сенсацию и превратили её в инструмент борьбы с действующим Президентом. Вы просто, знаете что: вы такие изобретательные люди там, такие молодцы. Вам скучно жить, видимо.

М.Келли: Я знаю, что, наверно, Вы слышали, что там исследуют то, что Джаред Кушнер – родственник Президента – с Кисляком, как говорят, в декабре обсуждал обратный канал коммуникаций между штабом Трампа и российским Правительством, и было предложение со стороны Кушнера, что они могут это сделать в российском консульстве или посольстве, могут использовать российское оборудование для связи, чтобы такая связь имела место. И чтобы разведка США этого не слышала всего. Вы думаете, что это хорошая идея?

В.Путин: У России не было никаких каналов ни с одним из штабов кандидатов в Президенты США. Никаких. Россия никаких каналов не создавала и ни с кем не имела никаких каналов. Возможно, были какие-то официальные контакты со штабами всех кандидатов, это нормальная дипломатическая практика.

М.Келли: Было предложение господина Кушнера, как бы Вы его оценили?

В.Путин: Я не знаю о таком предложении. Ко мне такое предложение не поступало.

М.Келли: Господина Флинна Вы знали, он приезжал сюда на ужин, есть фотография, которая распространяется в американских СМИ. Какие у Вас были отношения с господином Флинном?

В.Путин: У меня с Вами лично гораздо более близкие отношения, чем с господином Флинном. Мы с Вами вчера встречались вечером, мы с Вами сегодня целый день вместе работали, сейчас опять встречаемся.

Когда я пришёл на мероприятие нашей компании Russia Today и сел за стол, рядом сидел какой-то господин с одной стороны, с другой стороны кто-то ещё сидел, потом я выступил, ещё о чём-то поговорили, я встал и ушёл.

И потом мне сказали: «Вы знаете, это американский гражданин, он тем-то занимался, он раньше в спецслужбах работал, а теперь он занимается тем-то и тем-то». Я сказал: «Ну и хорошо, вы с ним как-то сотрудничаете?» – «Нет, мы его просто пригласили как одного из гостей». Я говорю: «Ну молодцы, слава богу». Всё!

Я с ним даже практически не разговаривал. Я с ним только поздоровался, сел рядом, потом попрощался, встал и ушел. Всё моё знакомство с господином Флинном. Вот если у нас с Флинном был такой контакт, а с Вами целый день, Флинна уволили с работы, а Вас нужно просто арестовать и посадить в тюрьму.

М.Келли: Многие американцы слышат имя «Владимир Путин». Они думают, что он управляет страной, которая погружена в коррупцию, страной, где журналистов, которые критически высказывают свою точку зрения, убивают, страной, где диссиденты могут оказаться в тюрьме, или ещё что-то похуже. Тем, кто так думает, что бы Вы могли сказать?

В.Путин: Я хочу сказать, что Россия развивается по демократическому пути. Это – безусловно, и в этом не должно быть ни у кого никаких сомнений. То, что у нас происходит в ходе какой-то внутриполитической борьбы, ещё каких-то событий, происходит нечто, что характерно и для других стран, ничего в этом не вижу необычного.

У нас собираются митинги оппозиции, у нас люди имеют право высказывать свою точку зрения. Да, если люди в ходе выражения своего собственного мнения нарушают действующее законодательство, действующий закон, то тогда, конечно, правоохранительные органы стараются навести порядок.

Обращаю Ваше внимание на то, о чём я говорил недавно, будучи во Франции, да и в общении с другими своими коллегами из Европы. Наша полиция, слава богу, пока, во всяком случае, не применяет ни дубинки, ни слезоточивый газ, ни другие крайние меры наведения порядка, что мы часто видим в других странах, в том числе и в Соединённых Штатах.

Что касается оппозиции. Давайте вспомним движение Occupy Wall Street, где оно теперь? Правоохранительные органы и специальные службы Соединённых Штатов разобрали его на колёсики и растворили. Я же не задаю Вам вопрос: как у вас с демократией в Соединённых Штатах? Тем более что избирательный закон ещё далёк от совершенства в Соединённых Штатах. Почему вы считаете себя вправе задавать нам такие вопросы, причём постоянно, заниматься морализаторством и учить нас жить?

Мы готовы прислушиваться к нашим партнёрам, мы готовы прислушиваться к оценкам тогда, когда это делается доброжелательно, с целью наладить контакт, создать единую атмосферу, посвятить себя служению единым ценностям, но мы абсолютно не принимаем, когда подобные вещи используются в качестве инструментов политической борьбы. Хочу, чтобы все об этом знали. Вот в этом и есть наш месседж.

М.Келли: Были вопросы в Америке относительно финансов Дональда Трампа, он декларацию обнародовал, есть какое-то секретное досье, как говорят. Он говорит, что это всё фальшивка. Но там говорится, что есть какой-то шантаж со стороны русских, какие-то были коммуникации между Кремлём и штабом Трампа. Всё это вынуждает американцев спрашивать: «А есть у вас какие-то сведения, дискредитирующее Президента Тампа?»

В.Путин: Просто очередная ерунда. Откуда у нас какая-то информация? У нас что, с ним были какие-то особые отношения? Вообще никаких отношений не было. Он приезжал в Москву в своё время. Вы знаете, я с ним не встречался.

Много к нам приезжает американцев. Вот сейчас, по-моему, представители из ста американских компаний приехали в Россию. Вы что думаете, я с каждым представителем американской компании встретился?

Вы, наверное, видели или нет, я зашёл в зал, где сидят наши коллеги. Я считаю их нашими друзьями, они все работают в России, причём многие работают много лет. Они инвесторы, руководители крупнейших американских компаний, они заинтересованы в совместной работе.

И слава богу, мы, конечно, будем приветствовать каждого из них. И каждого из них мы считаем своим другом, и будем помогать им в реализации их планов в России. Будем стараться вести дело к тому, чтобы они работали здесь успешно и прибыльно.

Их что, всех за это надо арестовать потом, что ли? Вы что, с ума посходили? А как же свобода экономики? Как же права человека? Вы что думаете, мы на каждого из них сейчас компрматериал, что ли, собираем? Вы в своём уме все или нет?

М.Келли: Последний вопрос.

Мы в Санкт-Петербурге провели уже около недели. И почти каждый человек, которого мы встречали на улице, говорит, что они уважают Вас, потому что, по их мнению, Вы вернули России её достоинство. Вы вновь сделали Россию уважаемой всеми. Вы руководите этой страной на протяжении 17 лет. Скажите, это как-то на Вас сказалось лично?

В.Путин: Надеюсь, что нет.

Что я чувствую? Я чувствую прямую живую связь с этой землёй, с историей, со страной. Вот Вы сказали, что в Петербурге уже несколько дней. Мы вчера разговаривали с Премьер-министром Индии, он посещал Пискарёвское мемориальное кладбище, где похоронено примерно 400 тысяч ленинградцев, как правило, мирных жителей, которые погибли во время Второй мировой войны в блокаде. Они умерли от голода. И в одной из могил похоронен мой старший брат, которого я никогда не видел, и я никогда не забуду об этом, так же как и то, в каком состоянии была наша страна в начале 90-х годов.

Мы с Вами сегодня дискутировали в ходе нашего разговора, но у нас в разы с этого времени: с 2000 года по сегодняшний день… У нас очень много проблем, и даже порог бедности немного сейчас стал хуже, чем мы планировали. Ситуация будет исправляться, я уверен. Но всё-таки у нас в разы выросла реальная заработная плата населения, в разы выросла пенсия.

Экономика стала совсем другой в целом: изменился объём, почти в два раза выросла экономика по объёмам, и качество её меняется. Не так быстро, как бы нам хотелось, но структура меняется. У нас сегодня совершенно другие Вооружённые Силы по сравнению с тем, что было, скажем, 15 лет тому назад.

И всё это, конечно, включая и нашу великую историю, культуру, всё это, а не только то, что мы видим сегодня, у подавляющего большинства граждан России вызывает гордость за свою страну.

М.Келли: Господин Президент, спасибо большое.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 5 июня 2017 > № 2198815 Владимир Путин


Вьетнам. США > Внешэкономсвязи, политика > ru.nhandan.com.vn, 4 июня 2017 > № 2197164

2 июня в первой половине дня вьетнамская высокопоставленная делегация во главе с Премьер-министром Нгуен Суан Фуком возвратилась в Ханой, успешно завершив официальный визит в США по приглашению Президента Дональда Трампа.

Мы рады представить вам содержание интервью, которое дал СМИ заместитель Министра иностранных дел Ха Ким Нгок, о результатах и значении данного визита.

- Уважаемый господин заместитель министра, не могли бы Вы сказать несколько слов о выдающихся результатах, достигнутых в рамках официального визита в США Премьер-министра СРВ Нгуен Суан Фука?

- С 29 по 31 мая вьетнамская высокопоставленная делегация во главе с Премьер-министром Нгуен Суан Фуком находилась в США с официальным визитом по приглашению Президента страны Дональда Трампа. Данный визит представляет собой первый визит в США Нгуен Суан Фука в качестве главы вьетнамского Правительства, а также первый контакт между высокопоставленными руководителями двух стран с момента, когда две страны избрали своих новых руководителей. Визит был нацелен на содействие эффективному, практическому развитию установленных в 2013 году отношений всестороннего партнерства между СРВ и США по трем направлениям: двустороннему, региональному и международному. Прошедший визит явился продолжением состоявшегося в 2015 году визита в США Генерального секретаря Центрального Комитета Коммунистической Партии Вьетнама Нгуен Фу Чонга.

На фоне того, что США совершенствуют работу своей администрации и изменяют приоритеты внешней и внутренней политики, в частности, приоритеты в торгово-экономической области, можно сказать, что визит Премьер-министра СРВ в США завершился хорошими результатами, достиг намеченных целей по всем направлениям, что выражается следующим образом:

Стороны сделали совместное заявление, в котором согласились способствовать практическому, эффективному и устойчивому развитию отношений всестороннего сотрудничества на благо двух стран, ради мира, сотрудничества и развития в регионе и во всем мире на основе соблюдения Устава ООН, уважения международного права, а также уважения политических институтов, независимости, суверенитета и территориальной целостности друг друга. Президент Дональд Трамп подтвердил свой официальный визит во Вьетнам в связи с участием в Неделе Лидеров АТЭС 2017. В штаб-квартире Фонда «Наследие» Премьер-министр Нгуен Суан Фук сделал получившее высокую оценку выступление, в котором подтвердили, что СРВ и США разделяют интересы, направленные на сохранение мира, стабильности, безопасности, поддержку сотрудничества и процветания в Азиатско-тихоокеанском регионе, Вьетнам придает большое значение и желает в дальнейшем развивать отношения всестороннего партнерства с американской стороной.

Экономическое сотрудничество явилось одним из основных моментом визита. Стороны договорились отдать приоритет эффективному и взаимовыгодному сотрудничеству в области торговли, экономики и инвестиций, сделать сотрудничество в этих областях центром внимания и рассматривать его как стимул развития вьетнамско-американских отношений, в целом, уделяя особое внимание созданию благоприятных условий для инвестиционной и предпринимательской деятельности, сотрудничества между предприятиями двух стран. В ходе визита состоялись две беседы с предпринимателями в Вашингтоне и Нью-Йорке, в которых приняли участие крупные американские инвесторы. Был подписан ряд крупных экономических соглашений, объем которых составил более 10 млрд долларов США, что внесет вклад в создание рабочих мест и рост экономик двух стран.

Стороны договорились активизировать сотрудничество в областях образования и подготовки кадров, здравоохранения, научных исследований, технологий, исследования космоса, инновационного творчества и др.; в области обороны, в частности, согласились продолжить обмен и сотрудничество на основе достигнутых договоренностей.

Также в ходе визита стороны обсудили региональные и международные вопросы, представляющие взаимный интерес; согласились прикладывать совместные усилия для разрешения вызовов в регионе и в мире. Это касается таких вопросов как общая безопасность, морская и авиационная безопасность, охрана окружающей среды, обеспечение безопасности здоровья, противодействие торговле людьми и дикими животными, борьба с распространением оружия массового уничтожения и участие в миротворческой деятельности ООН. Что касается Восточного моря, то руководители двух стран подчеркнули необходимость разрешения споров вокруг Восточного моря мирным путем, посредством юридических и правовых процедур, на основе уважения международного права, Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, Декларации о правилах поведения сторон в Восточном море (DOC), а также высказались за содействие разработке Кодекса о правилах поведения сторон в Восточном море (СОС).

Премьер-министр Нгуен Суан Фук также встретился с некоторыми предпринимателями и представителями интеллигенции вьетнамского происхождения. В ходе этих бесед Премьер-министр выслушал выдвинутые представителями местной вьетнамской диаспоры искренние идеи о социально-экономическом развитии. Он отметил, что потребует от министерств, ведомств серьезного рассмотрения этих идей.

Можно сказать, что данный визит достиг всесторонних успехов в ключевых сферах отношений всестороннего партнерства между СРВ и США.

- Не могли бы Вы сказать, какое значение имеет этот визит для развития двусторонних отношений?

- В конце 2016 года, сложно было представить возможность официального визита в США Премьер-министра Вьетнама, который мог бы состояться в первые шесть месяцев текущего года. Глава вьетнамского правительства стал первым руководителем среди руководителей стран Юго-Восточной Азии, который посетил США и провел переговоры с Президентом США Дональдом Трампом.

По моему мнению, это результат правильного курса 12 съезда КПВ на углубление отношений сотрудничества с большими партнерствами и странами. В последнее время Вьетнам проводит этот курс во всех сферах, активно и динамично устанавливает отношения с новой администрацией и Конгрессом США, показывает администрации и руководителям США значение вьетнамско-американского сотрудничества для каждой страны в целях сохранения мира, стабильности, сотрудничества и развития в регионе. Благодаря этому, новая администрация США придает важное значение сотрудничеству с вьетнамской стороной и желает способствовать его развитию.

Своевременный визит Премьер-министра Нгуен Суан Фука вносит вклад в сохранение плацдарма развития, расширение сотрудничества между СРВ и США в сферах, приносящих взаимные выгоды двум сторонам, укрепление долгосрочных отношений, в особенности, способствует установлению отношений с новой администрацией и Конгрессом США, расширению взаимного понимания позиций друг друга, помогает устранить опасения и повысить доверие между двумя странами.

Стороны договорились поддержать и расширить механизмы сотрудничества и диалоги с тем, чтобы осуществлять конкретную деятельность по сотрудничеству, а также своевременно разрешать разногласия и возникающие проблемы, тем самым устраняя барьеры для развития двусторонних отношений.

Итоги визита содействуют укреплению внешней политики страны, которая направлена на многовекторность и международную диверсификацию, тем самым обеспечивая выгоды для страны в обстановке, когда в регионе и в мире произошли сложные события, повышая роль и позицию Вьетнама на международной арене.

- Премьер-министр Нгуен Суан Фук в рамках визита провел встречу, имеющую важное значение, с Генеральным секретарем ООН Антониу Гутеррешом. Эта встреча совпадает с 40-й годовщиной вступления Вьетнама в ООН. Как Вы оцениваете вышеупомянутую встречу, а также перспективы отношений между Вьетнамом и ООН, в частности, перспективы реализации Повестки дня до 2030 г. в области устойчивого развития.

- Во время пребывания в США, Премьер-министр Нгуен Суан Фук находился в Нью-Йорке, где он провел переговоры с генеральным секретарем ООН Антониу Гутеррешом и вместе с ним участвовал в церемонии, посвящённой 40-летию установления отношений между Вьетнамом и ООН. Это событие, имеющее важное значение, знаменует новый сдвиг в отношениях между Вьетнамом и ООН. Можно сказать, что все мероприятия прошли успешно.

Во-первых, генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш и глава вьетнамского правительства обсудили региональные и международные вопросы, подчеркнули значимость поддержки многовекторности, отметив, что ООН играет центральную роль в этом процессе.

Во-вторых, стороны дали всестороннюю оценку отношениям между Вьетнамом и ООН за последние 40 лет и обсудили направления сотрудничества в предстоящее время. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш приветствовал результаты, достигнутые Вьетнамом за последние 40 лет, и отметил вклад нашей страны в выполнение миссий ООН по всем ее трем основополагающим направлениям: мир и безопасность, сотрудничество в целях развития, права человека. Премьер-министр Вьетнама поблагодарил ООН за ценную поддержку, оказанную Вьетнаму как в годы восстановления страны после войны, так и в процессе развития и международной интеграции сегодня.

В-третьих, мы подтвердили, что Вьетнам придает большое значение отношениям с ООН, подчеркнули роль Вьетнама как ответственного члена в общей деятельности ООН, а также активность страны в работе многих механизмов ООН, таких как Совет безопасности, Экономический и социальный совет, Совет по правам человека. Развивая роль страны в деятельности ООН, Премьер-министр Нгуен Суан Фук сообщил о том, что Вьетнам выдвигает свою кандидатуру на пост непостоянного члена Совет безопасности на период 2020-2021 гг.

По моему мнению, Вьетнам и ООН обладают благоприятными условиями для дальнейшего развития двусторонних отношений. Вьетнам - это миролюбивая, динамичная страна, проводящая внешнюю политику, направленную на независимость, самостоятельность, активную международную интеграцию. Наша страна все более укрепляет свои позиции в регионе и на международной арене. Важность значения активного, динамичного и ответственного участия страны в деятельности ООН для повышения эффективности внешних связей была отмечена на 12-й съезде КПВ. Вьетнам будет прилагать усилия с тем, чтобы вносить существенный вклад в общую деятельность ООН, в частности, в те области, в которых Вьетнам имеет большой опыт: восстановление страны после войны, сокращение бедности, оказание помощи людям из уязвимых групп населения и др.

Вьетнам желает, чтобы ООН оказала ему помощь в осуществлении глобальных соглашений, таких как Повестка дня в области устойчивого развития до 2030 г., Парижское соглашение об изменении климата и др. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш пожелал Вьетнаму успешно выполнить Повестку дня до 2030 г. - один из основных моментов Совместного стратегического плана между Вьетнамом и ООН на период 2017-2021 гг., и подтвердил, что ООН будет мобилизовать ресурсы для поддержки Вьетнама в выполнении Совместного стратегического плана. Вьетнам многократно выражал твердую решимость эффективно осуществить Повестку дня до 2030 г., так же как он уже успешно реализовал Цели развития тысячелетия.

Вьетнам. США > Внешэкономсвязи, политика > ru.nhandan.com.vn, 4 июня 2017 > № 2197164


США. Индия. Сербия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 3 июня 2017 > № 2205104

Война санкций как катализатор сделок. Итоги ПМЭФ-2017

На форуме заключены соглашения на сумму в 2 трлн рублей — в два раза больше, чем годом ранее. По мнению экспертов, на приток западных инвесторов влияет политика президента США, «который не заинтересован в резком усилении давления на Россию»

На Петербургском международном экономическом форуме заключено 386 официальных соглашений на общую сумму 2 трлн рублей.

Об этом сообщил заместитель председателя организационного комитета форума Антон Кобяков. Эта сумма в два раза превышает прошлогодние показатели. Тогда на форуме было заключено 350 сделок на сумму в 1 трлн.

По словам Андрея Кобякова, Петербургский форум в этом году принял более 14 тысяч представителей бизнеса, глав международных организаций, официальных лиц и журналистов, более чем из 143 стран мира. Причем самой многочисленной стала американская делегация. Как сообщил Кобяков в интервью ТАСС, в общей сложности из США приехали 560 человек, 140 компаний. Это самое большое представительство иностранного бизнеса из одной страны. Эксперты уже дают оценки итогам сделок, заключенных в рамках ПМЭФ.На Петербургском международном экономическом форуме заключено 386 официальных соглашений на общую сумму 2 трлн рублей.

Об этом сообщил заместитель председателя организационного комитета форума Антон Кобяков. Эта сумма в два раза превышает прошлогодние показатели. Тогда на форуме было заключено 350 сделок на сумму в 1 трлн.

По словам Андрея Кобякова, Петербургский форум в этом году принял более 14 тысяч представителей бизнеса, глав международных организаций, официальных лиц и журналистов, более чем из 143 стран мира. Причем самой многочисленной стала американская делегация. Как сообщил Кобяков в интервью ТАСС, в общей сложности из США приехали 560 человек, 140 компаний. Это самое большое представительство иностранного бизнеса из одной страны. Эксперты уже дают оценки итогам сделок, заключенных в рамках ПМЭФ.

Василий Колташов

руководитель центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений

«На самом деле, двукратное увеличение объемов сделок на Петербургском экономическом форуме свидетельствует только об одном: об огромном желании властей показать, что ситуация в экономике не только находится под контролем, но и стремительно улучшается. Именно стремительно. В реальности, как это было со сделками, сложно понять. Обычно они заключаются заранее, просто их презентуют на ПМЭФ, иногда это очень громкие крупные сделки, но в данном случае количество не переходит в качество. Наоборот, от нас пытаются скрыть качество. Никакой дискуссии на форуме по экономической ситуации не было. А как можно приехать в отсутствие дискуссии, в отсутствие реальных рецептов? Давайте просто скажем и покажем, что есть огромный поток инвестиций, есть огромный поток деловой активности и есть множество сделок, а значит, все уже и так исправляется, и ждать нечего. Я не думаю, что санкции могут повредить западным инвесторам, которые входят в российскую экономику и заключают контракты, что-то покупают, хотя бы потому, что есть определенные ограничения по санкциям в лице нового американского президента. Он, похоже, не заинтересован в резком усилении давления на Россию, у него другие цели, он прекрасно знает, что там Китай — главная проблема. С другой стороны российское руководство явно старается, чтобы инвесторы к нам приходили, чтобы они могли получать какие-то интересные активы, и в этом смысле санкции подействовали. То, что есть это движение иностранных инвесторов и их желание заключать сделки с российским компаниями — это во многом результат войны санкций. Это не вопреки происходит, а благодаря».

Власти действительно стараются привлекать западные деловые круги. Антон Кобяков рассказал, что пообщался на Форуме со многими американскими бизнесменами. По словам советника президента, они сказали, что «в Америке стало модным говорить с русским акцентом, мальчишки у них во дворах играют в Путина».

Начальник аналитического департамента УК «БК Сбережения» Сергей Суверов считает, что успех нынешнего экономического форума обусловлен не только усилиями властей создать видимость позитивной картины, но и реальными экономическими факторами.

«Есть две причины, почему заключено больше сделок в этом году. Во-первых, есть макроэкономические успехи России, может, они не такие большие, но все-таки весьма уверенные. Это крепкий рубль, выход экономики из рецессии и серьезное снижение инфляции. Второе — нет режима усиления санкций в отношении России, а те соглашения, которые заключены на Петербургском форуме, вписываются в режим фиксации. Конечно, если будет усиление санкций, те соглашения, которые подписаны, могут и не дойти до стадии реализации. Есть также некоторые факторы, которые способствуют успеху форума, в частности, много сделок сырьевых компаний. Российские сырьевые компании имеют одну из самых низких себестоимостей добычи сырья в мире и есть истории успеха у некоторых иностранных партнеров на российском рынке. В частности, доходность инвестиций у партнеров РХПИ — примерно 15% в валюте, что весьма неплохо по нынешним меркам, поэтому, наверное, эта история успеха побуждает инвесторов заключать новые сделки в России».

В этом году также увеличилось количество СМИ, которые посетили форум. Их число составило 3300 человек, что на 600 больше, чем в 2016-м. Пленарное заседание транслировали 83 телеканала, охватывающие всю Европу, США, страны Африки, Индию и Азиатский регион.

Статус страны гостя получили Сербия и Индия, о желании получить такой же статус в будущем году заявил Катар.

Так как в 2018 году Россия примет Чемпионат мира по футболу, форум решено перенести на 24-26 мая.

«На самом деле, двукратное увеличение объемов сделок на Петербургском экономическом форуме свидетельствует только об одном: об огромном желании властей показать, что ситуация в экономике не только находится под контролем, но и стремительно улучшается. Именно стремительно. В реальности, как это было со сделками, сложно понять. Обычно они заключаются заранее, просто их презентуют на ПМЭФ, иногда это очень громкие крупные сделки, но в данном случае количество не переходит в качество. Наоборот, от нас пытаются скрыть качество. Никакой дискуссии на форуме по экономической ситуации не было. А как можно приехать в отсутствие дискуссии, в отсутствие реальных рецептов? Давайте просто скажем и покажем, что есть огромный поток инвестиций, есть огромный поток деловой активности и есть множество сделок, а значит, все уже и так исправляется, и ждать нечего. Я не думаю, что санкции могут повредить западным инвесторам, которые входят в российскую экономику и заключают контракты, что-то покупают, хотя бы потому, что есть определенные ограничения по санкциям в лице нового американского президента. Он, похоже, не заинтересован в резком усилении давления на Россию, у него другие цели, он прекрасно знает, что там Китай — главная проблема. С другой стороны российское руководство явно старается, чтобы инвесторы к нам приходили, чтобы они могли получать какие-то интересные активы, и в этом смысле санкции подействовали. То, что есть это движение иностранных инвесторов и их желание заключать сделки с российским компаниями — это во многом результат войны санкций. Это не вопреки происходит, а благодаря».

Власти действительно стараются привлекать западные деловые круги. Антон Кобяков рассказал, что пообщался на Форуме со многими американскими бизнесменами. По словам советника президента, они сказали, что «в Америке стало модным говорить с русским акцентом, мальчишки у них во дворах играют в Путина».

Начальник аналитического департамента УК «БК Сбережения» Сергей Суверов считает, что успех нынешнего экономического форума обусловлен не только усилиями властей создать видимость позитивной картины, но и реальными экономическими факторами.

«Есть две причины, почему заключено больше сделок в этом году. Во-первых, есть макроэкономические успехи России, может, они не такие большие, но все-таки весьма уверенные. Это крепкий рубль, выход экономики из рецессии и серьезное снижение инфляции. Второе — нет режима усиления санкций в отношении России, а те соглашения, которые заключены на Петербургском форуме, вписываются в режим фиксации. Конечно, если будет усиление санкций, те соглашения, которые подписаны, могут и не дойти до стадии реализации. Есть также некоторые факторы, которые способствуют успеху форума, в частности, много сделок сырьевых компаний. Российские сырьевые компании имеют одну из самых низких себестоимостей добычи сырья в мире и есть истории успеха у некоторых иностранных партнеров на российском рынке. В частности, доходность инвестиций у партнеров РХПИ — примерно 15% в валюте, что весьма неплохо по нынешним меркам, поэтому, наверное, эта история успеха побуждает инвесторов заключать новые сделки в России».

В этом году также увеличилось количество СМИ, которые посетили форум. Их число составило 3300 человек, что на 600 больше, чем в 2016-м. Пленарное заседание транслировали 83 телеканала, охватывающие всю Европу, США, страны Африки, Индию и Азиатский регион.

Статус страны гостя получили Сербия и Индия, о желании получить такой же статус в будущем году заявил Катар.

Так как в 2018 году Россия примет Чемпионат мира по футболу, форум решено перенести на 24-26 мая.

США. Индия. Сербия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 3 июня 2017 > № 2205104


США. Саудовская Аравия. Ливия. Весь мир. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 3 июня 2017 > № 2205087 Павел Сорокин

Павел Сорокин: Падение цен на нефть в среднесрочной перспективе маловероятно, спрос будет расти

В Петербурге заканчивает работу Международный экономический форум. В выездной студии Business FM побывал руководитель аналитического центра министерства энергетики Павел Сорокин. С ним беседовал главный редактор Илья Копелевич:

Естественно, первый вопрос о ценах на нефть и конъюнктуре. Сейчас цены в диапазоне 50-56 долларов, насколько это устойчивый уровень? Как измерить риск снижения до 40 долларов, а то и еще ниже?

Павел Сорокин: Действительно, сейчас цены стабилизировались в диапазоне 50-56 долларов, мы все видели, какие события этому предшествовали: страны ОПЕК и не ОПЕК собрались в декабре, приняли решение добровольно ограничить свою добычу с целью не допустить дальнейшей разбалансировки рынка. Но здесь, чтобы понять, что происходит, нужно чуть-чуть вернуться года на три назад и посмотреть, как развивалась ситуация. Рынок нефтяной цикличен. Соответственно, идет цикл, когда люди инвестируют, когда может не хватать добычи по той причине, что спрос растет, а добыча чуть не успевает, или влияют какие-то другие события, но при этом цена возрастает. Это дает компаниям дополнительные средства для инвестирования. Раньше было так, что время запуска проектов — от принятия инвестиционного решения до поступления нефти на рынок — было пять-восемь лет, поэтому цикл был долгий. Но технологии меняются, технологии развиваются. Например, те же «сланцевики» в США, ставшие во многом причиной нефтяного коллапса, который мы сейчас наблюдаем, последние 20 лет очень сильно отрабатывали технологию. Там высокая конкуренция, доступность финансирования, доступный интеллектуальный ресурс в Техасе и вообще в Штатах. Симбиоз этих факторов привел к достаточно большому прорыву. Плюс пять лет с ценой на нефть около 100 долларов дало все необходимые финансовые ресурсы.

Рынок стал эластичным, как учат в учебниках? То есть при повышении спроса предложение растет немедленно.

Павел Сорокин: Абсолютно. Нефтяной рынок — это одна из идеальных иллюстраций именно к учебникам по экономике, потому что здесь есть все условия рынка: большое количество игроков, некий коммодити, который доступен.

И эластичный, потому что быстро откликается на предложение, быстро следует за спросом.

Павел Сорокин: Особенно теперь.

Значит, все изменилось. Если не пять-восемь лет, то сколько теперь будет длиться цикл, когда вводятся новые мощности при повышении цены?

Павел Сорокин: Это все очень быстро меняется, но опять же возьмем пример с 2014 по 2016 годы. «Сланцевики» отреагировали в «минус», то есть начали снижаться где-то через год с небольшим после того, как цены пошли вниз. После того, как цены частично начали восстанавливаться в 2016 году из-за непредвиденных обстоятельств, таких, как пожар в Канаде, проблемы в Ираке, Ливии, Нигерии, время отклика стало шесть-девять месяцев.

Хорошо, уже почти полгода как цены выше 50 долларов, соответственно, то, что мы видим сейчас, уровни добычи сланцевой нефти — это потолок для этих цен?

Павел Сорокин: Технологии улучшаются. Сланцевые производители постоянно увеличивают эффективность своей добычи, унифицируя эффективность операций. Но тут важно понимать — в последние два года мы наблюдали резкое падение спроса на нефтесервисные услуги из-за снижения активности, поэтому падала и цена. У нас было улучшение технологий, рост, удлинение, например, боковых стволов, удлинение горизонтальной части, более эффективный ГРП, росла эффективность бурения, и падали цены на нефтесервис. Из-за этого цена безубыточности очень сильно упала. Сейчас, если мы посмотрим на статистику, рост эффективности замедлился. Последние два-три месяца цены находятся примерно на одном уровне, а стоимость нефтесервиса стала расти. В этом году на различные услуги в Штатах можно ожидать рост цены от 10 до 30%. Это означает, что точка безубыточности, скорее всего, либо стабилизируется на текущем уровне, либо вырастет. То есть вечно такой рост продолжаться в Штатах вряд ли будет.

Исходя из выше сказанного, я делаю вывод, что нынешняя цена имеет достаточные шансы продержаться стабильно, она при данном уровне спроса суммарного обеспечивает баланс спроса и предложения.

Павел Сорокин: При текущей конъюнктуре, возможно, спрос каждый год будет расти на 1,1 — 1,3 млн баррелей в сутки, это тоже достаточно динамичная величина. И также надо не забывать, что последние три года отрасль очень сильно недосчиталась инвестиций из-за этого падения. Эффект виден не сразу, потому что это крупные проекты, темпы падения на традиционных месторождениях будут ускоряться, и где-то через пять лет тот объем нефти, который нам предстоит индустрии возместить, в том числе и за счет роста спроса, и за счет падения традиционных месторождений, будет достаточно большим.

В общем, падение цен на нефть, скорее, маловероятно, подытоживая то, что вы сейчас квалифицированно, научно описали?

Павел Сорокин: Фундаментально в среднесрочной перспективе — да, краткосрочно, конечно, возможны любые колебания, мы видим, какой нервный рынок.

Хорошо, ведь большую роль еще играет, заключат или нет соглашение в ОПЕК, а еще может вернуться на рынок, и, как я слышал, возвращается на рынок Ливия, которая тоже предоставляет серьезный объем, и пока она не участвовала ни в каких этих сделках. Насколько сильны эти факторы в действительности? Что было бы, если бы не было соглашения ОПЕК?

Павел Сорокин: Если бы не было соглашения ОПЕК, то сейчас на рынке было бы дополнительно как минимум 1,8 млн баррелей в сутки, и рынок был бы в большом профиците. То есть, скорее всего...

Была бы ценовая война с бесконечным движением вниз, вплоть до демпинга...

Павел Сорокин: Я бы, наверное, не стал использовать термин «ценовая война», потому что все бы производили, что могут, а дальше уже рынок регулировал. Рано или поздно неэффективные производители, конечно, отвалились бы.

Мы же видели, как саудиты полтора года назад просто понижали и понижали цены.

Павел Сорокин: Все наращивали в тот момент добычу на самом деле. Они не понижали цену, они просто оставляли свою добычу на рынке, а дальше включается естественный рыночный процесс: если у вас предложение продукта больше, чем спрос на него, то самые дорогие, в тот момент «сланцевики», начинают отваливаться, потому что не могут выдержать конкуренции. И этот процесс мы идеально наблюдали. Опять же все прямо по учебнику. Но они улучшили эффективность по ряду причин и теперь находятся не сверху кривой предложения от себестоимости, а где-то в середине ее. Отваливаться сейчас будут другие, скорее всего, глубоководные новые проекты по нефтяным пескам, вот для них нужна будет более высокая цена. И на тот момент, когда спрос вырастет настолько, что сланцевые месторождения и дешевые источники не смогут его удовлетворять, цена уже будет передвигаться выше.

Еще раз все-таки вернемся к простому вопросу: насколько критично для цен на нефть соглашение ОПЕК и его продление?

Павел Сорокин: Соглашение крайне важно для того, чтобы сбалансировать рынок, потому что дает возможность спросу подтянуться и избежать дестабилизации рынка. А за то время, что оно действует с учетом продления, спрос вырастет на 1,3 и 1,4 млн баррелей в сутки. Это дополнительно будет убирать профицит с рынка.

Так можно предположить, что еще в течение года как минимум оно критично, и в случае его распада могут наступить большие броски по ценам?

Павел Сорокин: Да, безусловно, потому что у рынка тогда исчезнет и уверенность в завтрашнем дне, и неизвестно, кто как себя поведет, кто будет какую политику проводить — это раз. И два — американские производители, если цена упадет, не будут прекращать добывать в тот же момент, план — шесть-девять месяцев.

Возвращение Ливии на рынок способно разрушить конструкцию?

Павел Сорокин: Ситуация в Ливии крайней не стабильна.

Это мы знаем, но все-таки там начинается добыча.

Павел Сорокин: Мы уже несколько раз за последние шесть месяцев видели всплески добычи, потом резкое падение ниже октябрьского уровня, поэтому про Ливию сейчас тяжело говорить, тяжело что-то прогнозировать, там просто ситуация непрогнозируемая.

Спасибо. Руководитель аналитического центра Министерства энергетики России Павел Сорокин.

Павел Сорокин: Спасибо.

США. Саудовская Аравия. Ливия. Весь мир. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 3 июня 2017 > № 2205087 Павел Сорокин


США. Россия > Образование, наука > regnum.ru, 3 июня 2017 > № 2196116

Об «ахиллесовой пяте» американского научно-технического лидерства

Будущее многовариантно. В наиболее вероятном варианте ближайшего будущего, описанном американскими центрами прогнозирования, уже после 2025 года страны с названием Россия нет. Шанс сохраниться появится у нас только в борьбе за реализацию собственного, альтернативного прогноза

Доклад член-корреспондента РАН, руководителя информационно-аналитического центра «Наука» РАН, профессор НИЯУ МИФИ В.В. Иванова и доктор физико-математических наук, профессора, заведующего отделом математического моделирования нелинейных процессов Института прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН Г.Г. Малинецкого  «Научно-политический маневр», Москва, 2017

Введение

«Козыряй!»

Козьма Прутков

Мир в XXI веке вступил в эпоху быстрых кардинальных перемен. Эти перемены несут и новые возможности, и новые угрозы. Современная наука во многом создает эти возможности, позволяет их осознать, помогает парировать возникающие риски и заглядывать в будущее. С этой точки зрения наука такой сверхдержавы, как США, ее развитие и использование военным и политическим руководством страны, американскими элитами во многом определяет, в каком мире мы будем жить, приобретает стратегическое значение и для России, и для остальных стран мира.

В настоящее время США является единственной страной, которая ведет научные исследования и опытно-конструкторские разработки (НИОКР) по всему фронту научно-технических проблем, что является важнейшим глобальным конкурентным преимуществом США. Это же наряду с эффективной системой высшего образования обеспечивает безусловное доминирование США в мире. Научно-техническое лидерство сохранится в руках американских элит, по крайней мере, в ближайшее десятилетие. Вопрос лишь в том, как и в каких целях они будут его использовать.

Исходя из этого, полезно проанализировать задачи, которые предстоит решать в ближайшие годы науке США с учетом геополитического поворота, осуществляемого администрацией Д. Трампа и поддерживающими ее элитами. Обсуждение этих проблем полезно и потому, что национальная инновационная система США, прежде всего система организации образования и науки, взята в России как образец для подражания.

Разумеется, масштаб публикации не позволяет дать достаточно полный и детальный анализ, тем более что свою научно-техническую политику новая американская администрация пока не представила. Однако первые ее шаги и намеченные тенденции позволяют судить о многом.

* * *

Целеполагание, экспертиза, проектирование будущего

«Тот, кто ковыляет по прямой дороге, опередит бегущего, что сбился с пути».Ф. Бэкон

Для ученого, конструктора, инженера познание или создание нового представляет цель его жизни. Для общества и государства наука, образование, технологии — средства для решения своих задач.

Наука может подсказать наиболее эффективные пути достижения поставленных целей. Однако еще большие ее роль в создании картины мира, в выборе целей и выработке новых стратегий. Именно это является основой современной научной политики США. Картина реальности, которую имеют перед собой американские политики, может быть выражена словами известного и популярного американского футуролога, а Тоффлера, который в книге «Война и Антивойна: Что такое война и как с ней бороться. Как выжить на рассвете XXI века» писал:

«Мы мчимся к полностью иной структуре власти, которая создает мир, разделенной не на две, а на три четко определенные, контрастирующие и конкурентные цивилизации. Первую из них символизирует мотыга, вторую — сборочная линия, третью — компьютер.

Термин «цивилизация» звучит несколько претенциозно, особенно для американского уха, но нет другого термина достаточно всеобъемлющего, чтобы он охватывал такие разные вопросы, как технологии, семейная жизнь, религия, культура, политика, экономика, иерархическая структура, руководство, система ценностей, половая мораль и эпистемология…

Измените все эти социальные, технологические и культурные элементы одновременно — и вы получите не переход, а преображение; не просто новое общество, но начало — как минимум — полностью новой цивилизации.

Однако ввести на планете новую цивилизацию и ожидать мира и спокойствия — это верх политической наивности. У каждой цивилизации есть свои экономические (не говоря уже о политических и военных) требования.

В разделенном натрое мире сектор Первой волны поставляет сельскохозяйственные и минеральные ресурсы, сектор Второй волны дает дешевый труд и массовое производство, а быстро расширяющийся сектор Третьей волны восходит к доминированию, основанному на новых способах, которыми создается и используется знание.

Страны Третьей волны продают всему миру информацию и новшества, менеджмент, культуру и поп-культуру, передовые технологии, программное обеспечение, образование, профессиональное обучение, здравоохранение, финансирование и другие услуги. Одной из этих услуг может оказаться военная защита, основанная на монопольном владении передовыми военными технологиями».

Очевидно, что независимо от партийной принадлежности США будут стремиться сохранить доминирующее положение среди стран Третьей волны. Вопрос лишь в степени доминирования и средствах его достижения.

Одно из таких средств — форсированное развитие сектора высоких технологий, обеспечение темпа перемен в технологическом, инновационном, научном пространствах в режиме, недоступном для других стран.

Решение этой задачи требует значительных расходов на НИОКР (см Рис. 1 из статьи Д. Шадиевой «Анализ мировых тенденций финансирования инновационной деятельности»).

 Рис. 1. Динамика изменения валовых внутренних расходов на НИОКР в ведущих странах мира, млн долл. США (по ППС)

Расходы США на эти цели с 2013 года превысили $450 млрд, что превышает аналогичные затраты Германии, Франции, Великобритании и Южной Кореи в несколько раз. В настоящее время вызов в области НИОКР Соединенным Штатам бросает Китай. Если в 2004 году расходы на НИОКР составили $70,1 млрд, то в 2014 году этот показатель превысил $368 млрд — рост за 10 лет в 5,3 раза.

Абсолютные масштабы ассигнований на НИОКР в США в 2015 году достигли $496,8 млрд, что составляет 26,4% всех мировых расходов на науку (Рис. 2).

 
Рис. 2. Мировые центры научно-технического прогресса (доля в мировых расходах на НИОКР)

Чтобы сохранить глобальное технологическое лидерство, администрации Д. Трампа предстоит так же, как и администрации Б. Обамы, вкладывать около полутриллиона долларов ежегодно в развитие науки и технологий.

Отношение государства к науке наглядно иллюстрируется долей науки в структуре ВВП. По данным РАН (Рис. 3), по этому показателю Россия занимает 26-е место (0,8% ВВП), значительно уступая странам — технологическим лидерам, в которых такой показатель превысил 2% ВВП. В этих странах наука и тесно связанный с ней инновационный сектор экономики рассматриваются как важнейшие источники развития, как системообразующие государственные институты.

 
Рис. 3. Доля расходов на гражданские исследования и разработки в структуре ВВП стран-членов ОЭСР

Общая картина, судя по докладу ЮНЕСКО UNESCO Science Report: forwards 2030, такова. С 2007 по 2013 год рост расходов на науку составил 30,7%, обогнав рост глобального валового продукта, составившего 20%. На 21% выросло число исследователей, научных публикаций с 2008 по 2014 год стало больше на 23%. Таким образом, мир надеется на науку и активно ее развивает, и США продолжают лидировать в этом.

В логике классической леонтьевской модели «затраты — выпуск». после анализа вложений в науку естественно посмотреть на результаты этих вложений в разных странах.

Начнем с фундаментальных исследований. Их результатом должен быть новый уровень понимания Природы, Общества, Человека. В контексте международных сопоставлений можно посмотреть статистику Международной организации интеллектуальной собственности за 2012 год (World Intellectual Property Organization — WIPO) по распределению лауреатов Нобелевской премии по странам мира. Лидирующая группа здесь такова: США (317), Великобритания (111), Германия (91), Франция (56), Швеция (30), Япония (23), Швейцария (22), Нидерланды (19), Италия (16), СССР (15), Дания (14), Австрия (13), Израиль (11), Канада (11), Норвегия (10), Бельгия (10), • Китай (8), Польша (7), Россия (7) (Рис. 4).

 
Рис. 4. Число нобелевских лауреатов по странам с 1901 по 2016 годы

Разумеется, эти показатели, включающие премии мира, а также премии по литературе и экономике, достаточно условны. Тем не менее очевидно, что именно США с начала XX века и по сей день устанавливают правила игры в мировом интеллектуальном пространстве и раздают награды в этой области.

В последние годы главным показателем научной деятельности российские чиновники определили число публикаций, упоминаемых в международных базах данных Scopus и Web of Science. Разумеется, это нельзя рассматривать как результат научной деятельностей, а скорее, как характеристику процесса в контексте связей с англоязычными научными журналами. Тем не менее, рейтинг стран мира по общему количеству работ, опубликованных в 2011 году и включенных в соответствующие базы данных (в тысячах), выглядит следующим образом: США (212), Китай (90), Япония (47), Германия (46), Великобритания (46), Франция (32), Канада (29), Италия (27), Южная Корея (26), Италия (23), Индия (22), Австралия (21), Нидерланды (16), Тайвань (15), Россия (14) (Рис. 5).

 
Рис. 5. Общее количество научно-исследовательских статей в 2011 г. (в тыс.), включенных в систему индекса научного цитирования

Эти данные в целом подтверждают известную мудрость Наполеона о том, что Бог на стороне больших батальонов.

Чем больше вложений в науку, тем больше публикуется статей и тем больше вероятность, что среди их авторов окажутся нобелевские лауреаты. Однако отклонение от общей тенденции достаточно точно характеризует научную политику отдельных стран и задачи, которые различные государства ставят перед своими исследователями.

Гораздо более объективной характеристикой, отражающей активность прикладной науки и ее связь с промышленностью, является число регистрируемых патентов.

По данным на 2011 год, опубликованным Организацией интеллектуальной собственности, здесь лидеры таковы (по числу регистрируемых патентов, в тысячах): Китай (526), США (504), Япония (142), Южная Корея (179), Германия (59), Индия (42), Россия (41), Канада (35), Австралия (26), Бразилия (23), Великобритания (22), Франция (17) (Рис. 6).

 
Рис. 6. Рейтинг стран мира по количеству патентов за 2011 год

Подобно тому как промышленность форсированно смещается на Восток и «мастерскими мира» становятся Китай, Япония, Южная Корея, Индия, туда же смещается и патентная активность. Как видим, Китай здесь уже опережает США, стремясь стать лидером не только по объему производства, но и в инновационном секторе экономики. Судя по заявлениям Д. Трампа, США будут в ближайшие годы прилагать большие усилия, чтобы сохранить и упрочить свои лидирующие позиции в мире.

Заметим, что в этой номинации Россия выглядит более выигрышно, чем в остальных. Переход к инновационному пути развития от нынешней «экономики трубы», о котором руководители нашей страны говорили еще с 2000 года, возможен. По-видимому, российская наука должна сыграть принципиальную роль в том, чтобы изменить место страны в мировом технологическом пространстве. Пока оно представляется следующим образом (Табл. 1).

Таблица 1. Страны — глобальные лидеры в девяти технологических областях

Технологические

Рейтинги стран-лидеров

области

1

2

3

4

5

Сельское хозяйство, продовольствие

США

Китай

Индия

Бразилия

Япония

Медицина, биотехнологии

США

Великобритания

Германия

Япония

Китай

Нанотехнологии, новые материалы

США

Япония

Германия

Китай

Великобритания

Энергетика

США

Германия

Япония

Китай

Великобритания

Оборона, безопасность

США

Россия

Китай

Израиль

Великобритания

Электроника, компьютерная память

США

Япония

Китай

Южная Корея

Германия

Программное обеспечение, управление информацией

США

Индия

Китай

Япония

Германия

Автомобилестроение

Япония

США

Германия

Китай

Южная Корея

Авиация, ж/д транспорт

США

Япония

Китай

Германия

Франция

Однако здесь есть о чем задуматься и сотрудникам американской администрации, курирующим науку. Китай в данной таблице представлен в каждой из 9 номинаций, несмотря на то что стратегический курс на форсированное развитие науки и приложение ее результатов был взят руководителями этой страны менее 30 лет назад. И в отличие от США у Китая есть очень большие незадействованные ресурсы в этой области.

Длительное время большую роль в разработке научной политики США играл Совет по науке при президенте США (см. Наука по-американски. Очерки истории. — М.: Новое литературное обозрение, 2014. — С. 624). На этот Совет, в частности, были возложены две главные функции.

Первая — ясное представление о корпусе американских исследователей и ученых, мнения и оценки которых президент должен знать, принимая ключевые решения, касающиеся национальной безопасности, крупных научно-технических проектов и ряда других областей. Вторая — немедленное рассмотрение по существу оценок и предложений всех участников важнейших работ, проводимых в США, минуя бюрократическую лестницу и независимо от степени секретности проекта. В частности, благодаря деятельности этого Совета было принято стратегическое решение о создании в США термоядерного оружия вопреки первоначальному мнению президента о ненужности этого проекта.

В свое время выдающийся американский физик, лауреат Нобелевской премии, Р. Фейнман был включен в государственную комиссию по расследованию причин катастрофы космического «челнока». Ученый сформулировал свое особое мнение (см. Фейнман Р. «Не все ли равно, что думают другие?» — М: ACT, 2014. C. 316.). По его мысли основной причиной катастрофы стало прекращение работы Совета по науке при президенте на определенный срок. И действительно, дальнейшее расследование показало, что до произошедшей аварии исполнителями проекта руководству было направлено три письма, предупреждавших о высокой вероятности аварии и предлагавших конкретные меры, чтобы ее предотвратить. Однако в силу инертности бюрократической машины они не попали к лицам, принимающим решения. В случае работы Совета по науке при президенте в штатном режиме этого бы не произошло. Ученых надо уметь слушать и слышать.

Принципиальный вопрос, который сейчас интересует и американское, и мировое научное сообщество, состоит в том, в какой мере научная политика администрации Д. Трампа сохранит преемственность по отношению к политике Б. Обамы.

В начале своего президентства Б. Обама делал акцент на форсированном развитии научных исследований и образования в США, ставил масштабные задачи.

В частности, на ежегодном собрании американской Национальной академии наук 27 апреля 2009 года Б. Обама говорил:

«За последнюю четверть столетия доля ВВП, расходуемая на финансирование естественных наук из федерального бюджета, упала почти в два раза. Мы неоднократно позволяли отменять налоговые льготы на исследования и эксперименты, столь необходимые для развития бизнеса и его инновационной деятельности.

Наши школы отстают от других развитых стран, а в некоторых случаях и от развивающихся стран. Наших школьников обгоняют в математике и точных науках школьники из Сингапура, Японии, Англии, Нидерландов, Гонконга, Кореи, других стран. По данным еще одного исследования, пятнадцатилетние американцы находятся на 25-м месте по математике и на 21-м месте по точным наукам в сравнении со сверстниками из других стран.

И мы стали свидетелями того, как научные результаты намеренно извращались и как научные исследования политизировались с целью продвижения наперед заданных идеологических установок…

Мы знаем, что наша страна способна на лучшее. Полстолетия назад наша страна приняла решение стать мировым лидером в научно-технических инновациях, инвестировать в образование, исследования, инженерное дело; она поставила цель выйти в космос и увлечь каждого своего гражданина этой исторической миссией. То было время крупнейших инвестиций Америки в исследования и разработки. Но с тех пор идущая на них доля национального дохода стала неуклонно падать. В результате в гонке за великими открытиями нынешнего поколения вперед стали вырываться другие страны.

И для нас пришло время снова стать лидерами… Мы будем выделять более 3% ВВП на исследования и разработки. Мы не просто достигнем, мы превысим уровень космической гонки, вкладывая средства в фундаментальные и прикладные исследования, создавая новые стимулы для частных инвестиций, поддерживая прорывы в энергетике и медицине, улучшая математическое и естественно-научное образование. Это — крупнейшее вложение в научные исследования и инновации в американской истории.

Только подумайте, чего мы сможем достичь благодаря этому: солнечные батареи, дешевые как краска; «зеленые здания», сами производящие всю энергию, которую потребляют; компьютерные программы, занятия с которыми столь же эффективны, как индивидуальные занятия с учителями; протезы, настолько совершенные, что с их помощью можно будет играть на пианино; расширение знаний о себе и мире вокруг нас. Мы можем это сделать».

Следует отдать должное научной политике администрации Обамы — добиться удалось очень многого, и в фундаментальных исследованиях, и в прикладных разработках, и в военных технологиях. Каждая третья научная работа в мире публикуется учеными США и Китая. Среди важнейших достижений прикладной науки следует выделить программу «Геном человека». Стоимость секвенирования (прочтения) генома человека (текста из 3 миллиардов букв) за 10 лет удалось уменьшить в 20 тысяч раз. Исследование, которое находилось на переднем крае науки, превратилось в стандартный анализ. Это кардинально изменило медицину, фармацевтику, правоохранительную сферу, ряд военных технологий. Каждый доллар, вложенный в программу «Геном человека», уже принес прибыль в 140 долларов. И это только начало. Очевидно, администрация Д. Трампа будет опираться на огромный научно-технический задел предыдущих лет.

В США создана и развивается инновационная экономика или экономика знаний. В России все теоретические подходы к переходу на инновационный путь развития были разработаны к началу текущего века, обсуждены на общем собрании РАН научным сообществом и представлены руководству страны.

Дынкин А.А., Иванова Н.И. Инновационная экономика — М.: Наука, 2003.

Иванова Н.И. Национальные инновационные системы — М.: Наука, 2002.

Голиченко О.Г. Национальная инновационная система России: состояние и пути развития. — М.: Наука, 2006.

Иванов В.В. Инновационная парадигма XXI — М.: Наука, (2-е изд.) 2015.

Тем не менее, несмотря на многочисленные решения, принимаемые на самом высоком уровне, интенсивную работу исполнительных органов власти, госкорпораций, институтов развития, задача еще далека от своего решения.

Проблема, на наш взгляд, заключается в том, что при разработке стратегий, доктрин, программ инновационного развития и т. д. обычно упускают два ключевых фактора (подробное изложение нашей позиции дано в книге нашей книге Иванов В.В., Малинецкий Г.Г. «Россия: XXI век. Стратегия прорыва. Технологии. Образование». Наука. — М. 2-е изд. ЛЕНАНД, 2017).

Во-первых, инновации не рождаются по приказу, а являются продуктом личной инициативы. Поэтому необходимо стимулировать индивидуальное научное творчество, обеспечивающее появление большого количества принципиально новых научных результатов, изобретений, рацпредложений, заявок, инициатив. Есть большой советский, американский, японский, израильский опыт, показывающий, как организовать эту работу в разных условиях и социальных системах.

И одно из главных условий — людям должно быть интересно этим заниматься, и они должны видеть результаты своих усилий. И деньги как стимул к работе здесь играют не главную роль: чтобы много зарабатывать, надо действовать иначе и, как правило, в других сферах.

Второе, не менее важное обстоятельство, — механизм отбора лучшего из этого инновационного потока, тоесть экспертиза. В Кремниевой долине из 1000 проектов венчурные фонды поддерживают в среднем 7 проектов. Через мелкое сито научной, технологической, маркетинговой, патентной и иных экспертиз проходят немногие. Но именно это и позволяет снизить риск инвесторов до приемлемого уровня.

Высококачественная экспертиза является важнейшей частью национальной инновационной системы (НИС) США.

Очень важно наличие экспертов высокого уровня во всех сферах жизнедеятельности. Здесь необходимо отметить, что экономия на экспертизе может привести в перспективе к крайне неблагоприятным последствиям. В этом плане российские подходы принципиально отличаются от зарубежных. Так, например, если ориентироваться на зарубежные стандарты, то всего бюджета РАН хватит на проведение экспертиз максимум двух федеральных целевых программ. А в соответствии с госзаданием таких экспертиз должно быть проведено несколько сотен в течение года.

Сильной стороной американской науки является более 200 мозговых центров, в которых проектируется будущее.

Под таким проектированием понимаются мониторинг, исследование, моделирование возможных сценариев развития изучаемых систем, анализ коридора возможностей, целей, которые могут быть поставлены перед управляющими структурами, и малых изменений в сегодняшнем дне, которые могут изменить траектории крупных компаний, отраслей промышленности, цивилизаций и человечества в целом в 20−30-летней перспективе (см. Диксон П. Фабрики мысли. — М.: ACT, 2004).

Лидером в этом направлении является корпорация RAND, в которой работает более пяти тысяч сотрудников — системных аналитиков, инженеров, социологов, военных, экономистов, специалистов в области математического моделирования и компьютерных наук, а также других исследователей и экспертов, являющихся лидерами в своих областях. Эта корпорация дает прогнозы для американского правительства, других государственных структур, крупных компаний.

Очень сильным инструментом воздействия на американское и мировое общественное мнение является публикация результатов, аналитики, прогнозов для массового читателя, зрителя, слушателя. В результате этого ученые не только представляют будущие изменения, но и во многом создают их. Ряд идей и концепций, доктрин сознательно тиражируется, пропагандируется, их делают трендом и «очевидностью». В качестве примера можно привести концепцию Ф. Фукуямы о «конце истории», обезоруживающую оппонентов Америки идеологически, или теорию «столкновения цивилизаций» С. Хантингтона, ориентируя страны и регионы не на диалог, а на силовое противоборство, в котором США имеют большие шансы на успех.

В качестве еще одного наглядного примера этой стороны научных исследований и аналитики можно привести книгу директора частной разведывательно-аналитической организации STRATFOR Д. Фридмана «Следующие 100 лет: прогноз событий XXI века».

Приведем несколько его оценок (уже оказавших значительное влияние на экспертное сообщество).

«США лишь набирают силу. XXI столетие станет веком Америки… Есть много ответов на вопрос, почему экономика США столь сильна, но самый простой их них — военная мощь этой страны… Америка — это юная культура со свойственной ей неуклюжестью, прямотой, порой жестокостью и частыми случаями глубоких противоречий… каждая из этих характеристик пригодна для описания США, но, как и Европа в XVI веке, Соединенные Штаты, несмотря на кажущуюся неумелость своих поступков, будут действовать с предельной эффективностью».

По прогнозу Фридмана бессубъектная и не способная давать ответы на геополитические вызовы Европа утратит свое значение. Китайский рост представляется ему мыльным пузырем, который лопнет в ближайшем времени. Большое геополитическое будущее ждет Японию, Турцию, Польшу, Мексику.

Следует обратить внимание на прогноз Фридмана для России. По его оценке, наша страна восстановит контроль над постсоветским пространством в 2020-е годы:

«К 2015−2020 годам российская военная мощь станет вызовом для любой державы, пытающейся проецировать силу в этот регион. Даже для США… глобальная конфронтация низкой активности развернется к 2015 году и усилится к 2020 году. Ни одна из сторон не рискнет воевать, но обе они будут маневрировать. Внутренние проблемы, особенно на юге, будут отвлекать внимание России от Запада. В конце концов страна развалится и без войны (как уже развалилась в 1917 году, и это произошло снова в 1991 году). А после 2020 года рухнет военная мощь России».

Учитывая, что этот прогноз был опубликован в 2009 году, канва последующих 8 лет (с учетом погрешности в сроках, характерной для таких прогнозов) прочерчена достаточно четко. Но Фридман не одинок в подобных оценках, и, по-видимому, для них есть основания. Поэтому повестка России сегодняшнего дня — дать адекватный ответ на эти вызовы.

Таким образом, в США существует хорошо развитая система экспертизы научно-технических проектов, стратегического прогноза и проектирования будущего. Эти системы эффективно используются американской администрацией, государственными органами и крупными компаниями.

Наш мир становится все более рефлексивным. Это означает, что мы вновь и вновь попадаем в реальность «самосбывающихся прогнозов». Мы оказываемся там, где предполагалось, или там, где боялись очутиться. Действует во все большем масштабе хорошо известный эффект Эдипа. Царь Фив решил узнать судьбу родившегося младенца и поинтересовался ею у дельфийского оракула. Сделанный прогноз ему очень не понравился, поэтому царь начал действовать, чтобы зловещее предсказание не исполнилось, но сами его действия уже оказывались частью трагической череды событий. Прогноз сейчас является большой силой.

Греки верили в рок, судьбу, полную определенность, в волю богов, которую человек изменить не в силах. Мы старше греков. И один из важных выводов нелинейной науки состоит в том, что будущее неединственно. В точках бифуркации мы можем открывать различные двери и входить в один из вариантов будущего. Это можно делать случайно, полагаясь на авось либо управляя по ситуации, или по-наполеоновски, считая, что «война план покажет». Но можно и иначе, понимая, между чем реально делается выбор и какую цену за него придется заплатить. Для этого и нужна наука.

Оружием против одной технологии должна быть другая технология, прогноз — против прогноза, один вариант будущего против другого.

К сожалению, современной и адекватной системы прогнозирования в России нет. Подтверждением этого является тот факт, что за последние 10 лет не сбылся ни один прогноз экономического развития страны, а уж сколько раз экономика достигала дна, и подсчитать трудно.

Главная проблема заключается в том, что государство Добровольно отказалось от диалога с учеными, отдав этот важнейший вид деятельности на откуп группам энтузиастов, как правило, не владеющих современными технологиями прогнозирования, хотя в США, Японии, других развитых странах этим последовательно, систематически, в течение многих лет занимаются группы специалистов, которые совершенствуют методики и алгоритмы. Аналогичный опыт был и в СССР, когда под руководством академика В.А. Котельникова была разработана Комплексная программа научно-технического прогресса, многие положения которой актуальны и до сих пор. Тем не менее, даже закрепив законодательно за Российской академией наук экспертные и прогнозные функции, государство не обеспечивает необходимого финансирования, передав средства в привилегированные вузы и другие аффилированные структуры.

Идея создать в нашей стране современный междисциплинарный центр стратегического прогноза, на разработки которого могли бы опираться руководители страны, неоднократно высказывалась ведущими российскими учеными. К сожалению, этот вопрос не решен до сих пор. Более того, разработка Стратегического прогноза, наличие которого предусмотрено Законом «О стратегическом планировании», выявила многие методические и организационные проблемы, которые не могут быть решены в существующей системе исполнительной власти без привлечения научного сообщества. В сложившейся ситуации наиболее рациональным и эффективным способом решения проблемы является позиционирование Российской академии наук как основной структуры, отвечающей за проведение прогнозных исследований по широкому кругу вопросов.

* * *

Выбор Трампа — схватка между реальностями и наукой

Президент — лишь наконечник копья, а само копье — это та элита, которая за ним стоит. (Из выступления на политическом семинаре)

Первые заявление и действия Д. Трампа ломают картину реальности, которую почти десятилетие создавали американская демократическая администрация, ориентирующиеся на нее элиты, в том числе и российские либерал-реформаторы. Вместе с этой картиной ломается и проект будущего, который создавали и над которой работали элиты, интересы которых отражала демократическая партия США, и регулярно обсуждаемый на: международном экономическом форуме в Давосе.

В экономической теории широко распространен подход технологических укладов (см. Кондратьев Н.Д. «Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения». — М.: Экономика, 2002 и Глазьев С.Ю. «Теория долгосрочного технико-экономического развития». — М.: Владар, 1993).

Не вдаваясь в подробности, отметим; что технологический уклад — это определенный набор технологий, соответствующий уровню развития экономики. Данная теория рассматривает смену технологических укладов в контексте экономических трансформаций. Однако сейчас уже можно утверждать, что классическая модель капитализма близка к исчерпанию своих возможностей, и человечество вступает в новую фазу развития, определяемую как постиндустриальное общество (см. Белл Д. «Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования»). В отличие от предыдущих общественно-экономических формаций в постиндустриальном обществе приоритетом является не экономический рост, не накопление капитала, не технологическое развитие, а повышение качества жизни. Главной задачей науки и технологий становится создание дружелюбного по отношению к человеку технологического пространства, обеспечивающего комфортные условия жизнедеятельности. В соответствии с этим формируется постиндустриальный технологический уклад, основой которого является фундаментальная наука как институт, обеспечивающий получение новых знаний для создания качественно новых технологий, развития образования, сохранения культурного наследия, а также необходимых для принятия стратегических государственных решений. Переход к следующему технологическому укладу во многих странах и на Давосском форуме трактуется как IV промышленная революция.

(Заметим, что в настоящее время нет единого понимания того, какую по счету промышленную революцию переживает человечество. Так, например, согласно Д. Рифкину, сейчас идет III промышленная революция. По-видимому, эта тема нуждается в дальнейшем обсуждении).

Одним из идеологов IV технологической революции и «дивного нового мира» является К. Шваб — основатель и президент Всемирного экономического форума в Давосе. По его мысли, в мировой истории не было ничего похожего по масштабу «как великих возможностей, так и потенциальных опасностей», что обусловлено тремя причинами (см. Шваб К. Четвертая промышленная революция. — М.: Э, 2017).

«Темпы развития. В отличие от предыдущих эта промышленная революция развивается не линейными, а скорее экспоненциальными темпами. Это является порождением многогранного, глубокого взаимозависимого мира, в котором мы живем, а также того факта, что новая технология сама синтезирует все более передовые и эффективные технологии.

Широта и глубина. Она основана на цифровой революции и сочетает разнообразные технологии, обуславливающие возникновение беспрецедентных изменений парадигм в экономике, бизнесе, социуме и каждой отдельной личности. Она изменяет не только то, что и как мы делаем, но и то, кем мы являемся.

Системное взаимодействие. Оно предусматривает целостные внешние и внутренние преобразования всех систем и по всем странам, компаниям, отраслям, обществу в целом».

Эти общие направления можно конкретизировать. Одна из методик работы Давосского форума состоит в том, чтобы опрашивать руководителей и экспертов, а затем подсчитывать процент положительных ответов. Приведем результаты опроса участников Международного экспертного совета Давосского форума по вопросам будущего программного обеспечения и общества. Опрос, в котором участвовало более 800 человек, был проведен в сентябре 2015 года. Участников опроса спросили, ожидают ли они переломных моментов, связанных с IV технологической революцией, до 2025 года, то есть в течение ближайших 10 лет.

В Таблице 2 дана формулировка 20 «поворотных моментов», выделенных организаторами форума, и приведены доли участников, считающих, что они произойдут в ближайшее десятилетие.

Таблица 2. Поворотные моменты IV технологической революции

Поворотный момент

%

10% людей носит одежду, подключенную к сети Интернет 91,2
90% людей имеет возможность неограниченного и бесплатного (поддерживаемого рекламой) хранения данных 91,0
1 триллион датчиков, подключенных к сети Интернет 89,2
Первый робот-фармацевт в США 86,5
10% очков для чтения подключены к сети Интернет 85,5
80% людей с цифровым присутствием в сети Интернет 84,4
Производство первого автомобиля при помощи 3D-печати 84,1
Первое правительство, заменяющее перепись населения источниками больших данных 82,9
Первый, имеющийся в продаже имплантируемый мобильный телефон 81,1
90% населения используют смартфоны 89,7
90% населения имеют регулярный доступ к сети Интернет 78,8
Беспилотные автомобили составляют 10% от общего количества автомобилей на дорогах США 78,2
Первая пересадка печени, созданной с использованием технологии 3D-печати 76,4
30% корпоративных аудиторских проверок проводит искусственный интеллект 75,4
Правительство впервые собирает налоги при помощи цепочки блоков (технологии блокчейн) 73,1
Более 50% домашнего интернет-трафика приходится на долю приложений и устройств 69,9
Превышение количества поездок/путешествий на автомобилях совместного использования над поездками на частных автомобилях 67,2
Первый город с населением более 50 000 без светофоров 63,7
10% всемирного валового внутреннего продукта хранится по технологии цепочки блоков (технологии блокчейн) 57,9
Первый робот с искусственным интеллектом в составе корпоративного совета директоров. 45,2

Другими словами, можно предложить формулу:

IV технологическая революция = глобализация+интернетизация+ роботизация

Символами этой революции по праву можно считать Калифорнию и Кремниевую долину. На такую виртуальную реальность ориентировалась прежняя администрация США. Однако Трамп и его команда решили сделать крутой поворот.

По-видимому, есть для этого много веских аргументов. Обратим внимание на несколько главных. В настоящее время экономисты рассматривают в качестве одного из основных показателей мультифакторную производительность (труда и капитала). И с точки зрения динамики этой производительности итоги новейшей экономической истории неутешительны. Известные российские экономисты Т. Гурова и Ю. Полунин так комментируют их, иллюстрируя свои выводы помещенным ниже рисунком (Рис. 7).

 
Рис. 7. Темпы роста мультифакторной производительности труда в США

«Мировая экономика — вся, а не только наша, находится в кризисе производительности. Как это ни покажется странным, но в последний раз существенное для роста производительности обновление основного капитала происходило полвека назад. Массовое внедрение конвейера в невоенное производство, плюс новые материалы (химия), плюс массовое использование двигателя внутреннего сгорания (и тотальная автомобилизация) — эти три взрывные инновации, получившие широкое распространение после Второй мировой войны, определили такие темпы роста мультифакторной производительности, которые не были повторены ни разу на протяжении пятидесяти лет».

В свое время широко обсуждался «компьютерный парадокс», на который обратил внимание лауреат Нобелевской премии Р. Соллоу, изучавший динамику производительности труда в различных отраслях американской экономики.

Его анализ показал, что широкое внедрение компьютеров не привело к росту производительности труда ни в одной области. кроме производства компьютеров. Но оказывается, ситуация еще хуже — и все остальные технологии V уклада к существенному росту производительности труда и капитала за полвека не привели.

«Судя по всему, США, а с ними и весь остальной мир, оказались в очень коварной ловушке. Глобализация, интернет и Голливуд убедили мир в прелести общества потребления. Примерно шесть миллиардов человек претендуют на уровень жизни среднего класса Европы. Но текущая производительность капитала не дает такой возможности. Ни денег, ни ресурсов, ни людей не хватит для того, чтобы так же сытно жил весь мир. И производительность, и ресурсоемкость должны измениться многократно в соответствии с этим запросом. Иначе мир не удержится в равновесии. И то, что сегодня все острее звучит вопрос об угрожающем неравенстве мира, не случайность. Неравенство было всегда, но глобализация и информатизация сделали его публичным. Вопрос, который стоит все более серьезно, — как мир будет решать проблему неравенства? Есть ли технологические решения или это будет война?»

Итак, перед человечеством: стоит дилемма: или будут разработаны технологии, обеспечивающие снижение неравенства, или дальнейшее нарастание социальных проблем наряду со стремительно набирающим обороты религиозным экстремизмом поставят мир на грань новой войны, в которой не будет победителей.

Судя по всему, Д, Трамп решил взглянуть правде в глаза. «Виртуальная реальность», мир общения, услуг — это вершина, надстройка, а проблемы в базисе, в реальной экономике. Реальное мировоззрение берет верх над виртуальным.

Реализация давосского сценария несёт очень серьезные социальные риски, обусловленные неконтролируемым развитием. информационных технологий. Главным из них становится прозрачность личной жизни человека.

Мир становится «прозрачным». Существующие электронные инструменты позволяют держать под колпаком неограниченное число людей во всем мире (см. Клепов А. Шифраторы и радиоразведка: щит и меч информационного мира. (Записки криптографа). — М.: Центр инновационных технологий, 2015). Различные структуры (не только государственные, но и частные) могут полностью контролировать жизнь и деятельность каждого человека и держать его «на крючке». Пространство свободы исчезает. Психологические, социальные, культурные следствия этой новой ситуации, анализ возникающих угроз и возможных алгоритмов их парирования — серьезный вызов для гуманитарных дисциплин. В самом деле, шесть с лишним веков императивом общественного развития в Европе было стремление к свободе. И вдруг она в одночасье исчезает, и гражданам объясняют, как в оруэлловской антиутопии, что «свобода есть рабство», в данном случае электронное.

* * *

Военные разработки и императивы администрации Д. Трампа

Мнение военных не стоит ни цента, даже по военным вопросам. Д.Д. Эйзенхауэр

С конца XIX века великие державы стремятся решать геополитические и геоэкономические задачи, опираясь на свое превосходство в эффективности вооружений и передовую военную науку. Этим превосходством США обладают, и, конечно, администрация Трампа постарается его сохранить. Вместе с тем американские затраты на оборону, составляющие половину мировых, уже превысили разумные пределы: американская экономика таких военных расходов уже не выдерживает, а политикам все труднее становится объяснять ее необходимость. В таких условиях Д. Трамп постарается военный бюджет сократить, приостановить военные игры, в которых США участвуют за рубежом, и часть своих расходов переложить на союзников.

Судя по заявлениям Д. Трампа и членов его команды, они намерены всерьез разобраться в военном хозяйстве Америки и навести в нем порядок. Это показывает их отношение к «делу F-35». Мировым лидером по продажам вооружений (около $36 млрд/год) является компания Lockheed Martin. Именно она находится в центре скандала, связанного с провалом программы по производству легких истребителей пятого поколения F-35. Этот проект уже обошелся американским налогоплательщикам в $1,5 трлн. Он стал самой дорогой программой создания вооружений в США (многократно превысив стоимость разработки атомной бомбы и лунного проекта «Аполлон»). Истребители должны были быть приняты на вооружение еще в 2005 году, на начало 2016 года должно было быть построено 1013 истребителей. Однако было поставлено только 179 машин и в ходе их эксплуатации выявились многочисленные недоработки, не позволяющие обеспечить достижение заявленных тактико-технических характеристик.

«Это настоящая трагедия и скандал. Всё, что касается сроков выполнении работ по F-35, их стоимости и других показателей, уже давно перешагнуло пределы разумного», — заявил известный политик и заместитель руководителя комитета по вооружениям Сената США Д. Маккейн.

Можио ожидать, что в правление Д. Трампа будет происходить смещение от стремления создать «дорогое, но превосходное», к желанию получить «дешевое, но эффективное».

У США есть большие научные и технологические возможности. Запуск советского спутника в 1957 году стал шоком для американских элит. И чтобы подобных неожиданностей впредь не происходило, был создан департамент перспективных исследований министерства обороны США (DARPA). Его цель — не пропустить «технологических прорывов», которые смогут кардинально изменить баланс сил. Его методы — постановка «странных» задач, проведение открытых конкурсов, в которых могут принять участие. все — от студентов до крупных научных коллективов, генерация, анализ, экспертиза «сумасшедших проектов». Далее с «золотым песком», который «намыли» в ходе этой работы, начинают работать другие структуры. Кроме того, DARPA — прекрасная школа управленческих кадров для госаппарата и высокотехнологичною сектора американской экономики. Конечно, все это будет самым активным образом развиваться и при Д. Трампе.

В СССР и в России структуры подобного рода работали под руководством Академии наук. Однако в ходе реформ их роль была существенно снижена и в настоящее время они не играют заметной роли в части научного обеспечения развития оборонной техники. Попытки же создать аналогичные структуры вне РАН пока не привели к улучшению ситуации.

Судя, но заявлениям Д. Трампа, усилия будут направлены на решение главной задачи — сдерживания главного геополитического. оппонента США — Китая. В частности, это означает модернизацию стратегических ядерных сил и наращивание военно-морских сил в Тихом океане с целью противостоять Китаю в Восточно-Китайском море, где эта страна уже достроила 7 искусственных островов и сооружает на них военные базы.

Это не худший вариант для России. Он дает время для решения наших. собственных задач.

* * *

Америка в мировом научном пространстве. Исходная точка

Предсказывать очень трудно, особенно предсказывать будущее. Нильс Бор

Если бы мы знали, что именно делаем, то это нельзя было бы назвать исследованием, не так ли? Альберт Эйнштейн

Будем надеяться на лучшее — президентство Д. Трампа закончится без мировой войны, американская и мировая экономики не свалится в разрушительный мировой кризис, а подтянув тылы, подготовится к следующему рывку, удастся обойтись без социальных революций, которые очень дорого обходятся обществу, и мы будем находиться на эволюционной ветви развития.

Вновь вернемся к анализу состояния американской науки и попытаемся определить возможный вектор развития.

Вначале несколько общих замечаний. Во времена Ньютона международным языком науки была латынь, в начале XX века в связи со стремительным развитием немецкой промышленности, требовавшей новых технологий и создания их научных основ, им стал немецкий. Взлет американской науки во многом связан с тем, что огромное количество ведущих мировых ученых оказались в США. А. Эйнштейн, вынужденный покинуть нацистскую Германию, предложил сделать атомную бомбу Ф. Рузвельту. А непосредственно оружие создавал интернациональный коллектив под руководством американца Р. Оппенгеймера: итальянец Э. Ферми, венгр Л. Сциллард, немец К. Фукс и т.д. Космической программой США, включая посадку на Луну, руководил немец Вернер фон Браун — создатель немецкой ракеты «V-2». Америка смогла воспользоваться потенциалом этих выдающихся людей.

Наука неоднородна. Фундаментальные исследования приходят в практику обычно через 40−50 лет. Прикладные, показывающие, как в принципе можно применить фундаментальные знания, работают с горизонтом в 15−20 лет. Опытно-конструкторские разработки, дающие конкретные технологии массового производства и доступные изделия, обычно планируются на несколько лет. Впрочем, война все ускоряет и фундаментальные результаты оказываются нужны гораздо быстрее. Без каждой из этих составляющих частей наука полноценно развиваться не может (во многом с этим и связаны проблемы создания и использования собственной науки в развивающихся странах). В настоящее время в американской науке отлично развиты все три ее сегмента, и английский язык стал языком международной науки. Однако абсолютизация этого факта, перевод российской отечественной научной периодики на английский язык несет большой риск утраты научной идентичности.

Очевидны реальные прорывы американских ученых. Благодаря миссиям США к планетам Солнечной системы, телескопу Hubble и другим инструментам такого типа, наши знания о Вселенной за последние десятилетия многократно расширились.

Виртуальный мир стал возможен благодаря открытиям и изобретениям ученых и инженеров США в физике твердого тела и электронике.

Кремниевая долина в Калифорнии, айфоны и айпады — наглядный пример того, как знание становится силой. Наконец, следует отметить впечатляющие успехи американской науки в области биологии и медицины.

Кроме огромного финансирования и возможности привлечения ведущих ученых из-за рубежа здесь стоит обратить внимание на три важных обстоятельства.

Во-первых, это сильная государственная научная политика, конструктивный диалог власти и ученых, умение, сосредоточить усилия ученых на ключевых направлениях. Американские президенты уже несколько десятилетий встречаются с ведущими исследователями, формулируют обычно одну задачу, в решении которой сейчас особенно заинтересована Америка, и создают условия для ее решения и использования полученных результатов.

Во-вторых, акцепт на экспериментальных исследованиях, на том знании, которое может быть использовано. Типичный пример — подготовка физиков. В отечественных университетах до сих пор самые сильные ребята идут в теорию, те, кто послабее, — в эксперимент, а самые слабые в ту практику, где это знание может быть использовано. В США и ориентирующихся на них странах эта «пирамида» поставлена с головы на ноги. Система отстроена так, что способность ученого находить практические воплощения фундаментальных идей ценится очень высоко.

В-третьих, огромное преимущество в Национальной инновационной системе США дает стремление создавать и использовать первоклассные научные инструменты. Это очень наглядно показывают американские космические миссии. Их ориентировали на очень долгий срок службы, а созданное программное обеспечение — на то, чтобы парировать сбои и поломки аппаратуры, выходить из нештатных ситуаций. Единственный космический аппарат, который вышел из Солнечной системы, был запущен в США в 1971 году. Он продолжает работать и передавать получаемую информацию на Землю. Планируется, что он будет делать это до 2022 года, когда перестанет различать Землю на фоне звезд.

Ставка на создание научных приборов и аппаратов с рекордными параметрами себя оправдала. Очевидно, эта традиция сохранится и в бытность Д. Трампа президентом США.

Для больших сложных систем характерен «парадокс Ахиллеса», — несмотря на все усилия защитить их, в таких объектах оказываются «точки уязвимости», «слабые пункты», «окна возможностей», которые могут стать центрами их разрушения.

США имеют около десятка университетов очень высокого уровня. Более того, директора американских школ имеют возможность отбирать лучших, наиболее способных учеников и направлять в эти университеты (что разительно отличается от российской системы ЕГЭ, ориентированной на слаборазвитые страны третьего мира). Но в целом в стране престиж точных наук падает — наиболее талантливая молодежь предпочитает бизнес, юриспруденцию и медицину. Подготовленных, талантливых людей не хватает для американской системы НИОКР, а общий культурный и образовательный уровень населения страны стремительно падает. Во многих высокотехнологичных корпорациях основную часть рабочих мест занимают американцы, в то время как инженерные позиции и ряд руководящих постов — гастарбайтеры. Большие проблемы возникают в авиационной промышленности, атомной энергетике и в других областях, где ведутся закрытые разработки, привлечение к которым мигрантов нежелательно, а собственных кадров остро не хватает (ряд экспертов именно с этим связывает проблемы, возникающие с истребителем F-35).

Одна из причин такого положения дел — «гуманизация образования», в соответствии с которой «нельзя заставлять учиться». Повышение доли афроамериканцев и латиноамериканцев, в культуре которых нет обычая делать домашние задания и готовиться к урокам, привело к сознательному снижению требований и упрощению программ средних школ. И это сделало американскую промышленность и науку очень уязвимыми. (Заметим, что в Южной Корее, напротив, школьные программы усложняются).

Известный американский физик-теоретик М. Каку, многие книги которого были недавно переведены на русский язык, пришел к неутешительному выводу:

«США имеют худшую систему образования из тех, что мне известны. Знания наших выпускников ниже, чем в странах третьего мира. Каким же образом научная элита США еще не потерпела коллапс? Мы производим поколение идиотов — посмотрите наше ТВ и реалити-шоу. И я вам скажу: у Америки есть секретное оружие, которое называется «Виза для иностранных ученых Н-1В».

Дональд Трамп пришел во власть под лозунгом, сформулированным в свое время Ли Якокой: «Сделаем Америку снова великой». Может быть, эти амбиции будут распространены и на научную сферу, и мы достаточно скоро увидим новое поколение систем искусственного интеллекта, алгоритмы кардинального продления жизни или лунную базу. Хочется думать, что именно такие масштабные проекты, продвигающие вперед все человечество, а не узко понимаемые разработки, направленные на силовое доминирование, будут определять будущее американской науки. Вероятно, стратегии, замыслы и цели администрации Д. Трампа станут понятны в течение ближайшего времени

Однако независимо от этого маневр России в научной сфере уже ясен. Петр I создал научно-образовательную триаду: Академия — Университет — Гимназия. Эта система доказала свою высокую эффективность. Многочисленные реформы, проведенные методом проб и ошибок, не позволили создать ничего более эффективного. Поэтому усилия России должны быть направлены на создание современной научно-образовательной среды, восстановление академического сектора науки как глобального национального конкурентного преимущества. 

 Владимир Иванов, Георгий Малинецкий
США. Россия > Образование, наука > regnum.ru, 3 июня 2017 > № 2196116


Япония. США. Весь мир. ЦФО > Экология. СМИ, ИТ. Недвижимость, строительство > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205039

Парки на свалках. Японский опыт пришел в Подмосковье

По словам замглавы Минпромторга Виктора Евтухова, одна такая зона уже есть — бывший полигон «Некрасовка», идет работа над второй — на месте ТБО «Левобережный»

На месте бывших свалок в России появятся парки. Об этом заявил РИА Новости замглавы Минпромторга Виктор Евтухов в кулуарах Петербургского международного экономического форума. По его словам, одна из таких свалок, которую собираются переделать в зону отдыха, уже есть в Московской области — это полигон «Некрасовка». Сейчас идет работа над созданием второй — на месте полигона «Левобережный». За основу взят похожий проект в Токио.

Таких примеров уже десятки в других мегаполисах, рассказал Business FM основатель общественного фонда «Гражданин», эколог Максим Шингаркин.

«Некрасовка — это территория, которую приобрела Москва у Московской области, и на ней был построен микрорайон. В Подмосковье рядом с Балашихой на Леоновском шоссе есть горнолыжный спуск, который тоже расположен на старой московской свалке. Во многих мегаполисах мира существует дефицит земли, а так как еще 30 лет назад размещение коммунальных отходов было по сути созданием крупных свалок, то в сухопутных городах действительно существуют целые терриконы, облагороженные под проведение досуга, а в припортовых городах — целые острова, на которых развиваются города. Эти острова насыпаны из отходов. Но надо понимать, что это не только коммунальные отходы, это отходы строительства, перемешанные с отходами горной промышленности. Тем не менее это все искусственные насыпи, которые содержат внутри себя коммунальные отходы. Если правильно организовать такой полигон после вывода из эксплуатации, то есть провести рекультивацию, очистку фильтрата, то получится достаточно удобная территория, которую, конечно, нельзя считать идеальной, но с точки зрения строительства поверхностных объектов там можно разместить и места отдыха, и промышленные зоны, и стоянки для автомобилей».

В мире есть примеры приведения в порядок свалок и заброшенных промышленных территорий. С 2001 года на месте самого большого в мире городского мусорного полигона Фрешкиллс в Нью-Йорке создают парк. Работы еще не закончены, но на месте бывших мусорных гор сейчас зеленые зоны.

Таких проектов много в азиатских странах, говорит архитектор-градостроитель, урбанист Илья Заливухин.

«В мире особенно последние 15-20 лет ведется большая работа по тому, чтобы превращать бывшие промышленные территории и свалки в парки. Таких примеров сейчас много, например, делается большой парк на Стейтен-Айленд в Нью-Йорке. Работа начата в 2001 году, планируется за 30 лет превратить огромную свалку в парк. Такие же проекты были реализованы в Саппоро, в 2005 году закончен парк, и в китайских городах. В Стейтен-Айленд сейчас делается только первая часть, и, судя по фотографиям, не так много людей посещает этот парк, потому что это просто приведение в порядок территории. Свалки закрывают слоем земли толщиной около десяти метров, и проводятся специальные технические мероприятия, чтобы все это как-то перерабатывалось, фиксировалось под землей».

Один из примеров превращения мусорного полигона в сад — парк Пальметум вблизи города Санта-Крус-де-Тенерифе на Канарских островах. Сейчас это покрытый зеленью холм, а на самом деле — гора мусора высотой в 40 метров, накопленного горожанами в 70-х годах. Инженер-агроном Мануэль Кабальеро создал здесь ботанический сад. Другой пример — Ландшафтный парк «Дуйсбург-Норд» в Германии. Его создали на месте закрытого в 1985 году завода по производству угля и стали.

Япония. США. Весь мир. ЦФО > Экология. СМИ, ИТ. Недвижимость, строительство > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205039


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 июня 2017 > № 2196690 Леонид Радзиховский

Путин теряет надежду на Трампа: Россию ждут бессмысленные времена

Россию ждут шесть лет абсолютно бессмысленной стагнации, заявил «Апострофу» российский журналист и публицист Леонид Радзиховский.

Леонид Радзиховский, Апостроф, Украина

Президент США Дональд Трамп постепенно превращается из надежды России в ее разочарование. Если его победу на выборах в Думе отмечали с шампанским, то уже сейчас президент РФ Владимир Путин в интервью французским СМИ заявил, что Россия ничего и не ожидала от Трампа, а внутриполитическая борьба в Штатах мешает налаживать отношения. Почему настолько изменилось отношение к Трампу, а ни одно из принятых им решений не принесет пользы Москве.

Заявление Путина — это попытка создать алиби Трампу от обвинений в том, что он русский агент. Хотя, Путин, возможно, так и не думает, а по-прежнему связывает некоторые надежды с Трампом. Только зря он это делает.

За все то время, что Трамп находится у власти, он не сделал ничего из того, что нужно России. Агент он России или не агент России, есть там секретная линия связи или нет, подкуплен его зять Романом Абрамовичем или не подкуплен, много в его окружении или мало русских шпионов — я судить не берусь.

По факту Трамп дал добро на разработку сланцевой нефти и снимает экологические ограничения. Это выгодно России? Нет, невыгодно. Трамп наподписывал уйму соглашений о продаже оружия на Ближний Восток. Это невыгодно России — она надеялась сбагрить хоть какое-то оружие в Саудовскую Аравию, но эти надежды ослабли.

Трамп увеличивает военный бюджет США. Это выгодно России? Это для России никак, никак вообще. Но, если иметь в виду российские амбиции, психозы и вечное желание соперничать, то это приглашение к продолжению гонки вооружений. А это было бы смертельно для России, просто смертельно. РФ в этом участвовать не будет, но и то, что она в этом не участвует — психологически неприятно для Путина. Вот, собственно говоря, все действия Трампа.

Все его действия настолько суетливы, бестолковы и непонятно, о чем, что сказать, в пользу или во вред они России, сложно. Это какой-то хаос.

И главное, конечно, что сам факт избрания Трампа и бесконечные разговоры о том, что Россия влезла, влияет, подкупает — дополнительная форма демонизации Путина. Он окончательно законсервировался в роли главного врага, злого волшебника Волан-де-Морта из романов о Гарри Поттере. На Западе Путин в списке плохих, но неприкасаемым его назвать нельзя. С ним встречаются. Это не диктатор Северной Кореи, это не Башар Асад, но он поставлен за черту.

Не думаю, что Путина эта слава тяготит, он любит любую славу. Поскольку позитивной нет, то пусть будет хоть такая. Но, с другой стороны, я не уверен, что это то, к чему он так уж стремится. Поэтому, если Россия сыграла очень важную роль в победе Трампа, во что я не верю, но допустить могу, то это случай пирровой победы — бросили в себя бумеранг.

Если Путин на шесть лет останется президентом, а сейчас это вопрос, по-видимому, решенный, то страну ждут годы экономического спада и ситуаций, ухудшающих отношения с Западом. Соответственно, шесть лет абсолютно бессмысленной стагнации внутри страны, поскольку никаких источников для быстрого движения экономики в России нет и не предвидится. Еще это годы психологического загнивания, поскольку постоянные споры о Сталине, бесконечные 9 мая — признак того, что страна какой-то ерундой занимается, смотрит не вперед, а назад. Какой выход? Никакого.

Леонид Радзиховский — российский журналист и публицист.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 июня 2017 > № 2196690 Леонид Радзиховский


США. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 1 июня 2017 > № 2196748 Джек Мэтлок

Легендарный посол США Джек Мэтлок: война между Россией и США невозможна

На вопросы Neatkarīgā отвечает посол США в Советском Союзе (1987-1991) Джек Мэтлок, который в конце мая посетил Латвию как почетный гость 22-й международной конференции «Балтийский форум».

Юрис Пайдерс (Juris Paiders), Neatkarigas Rita Avize, Латвия

NRA: В Латвии вы широко известная историческая личность. Ваше выступление на Юрмальской конференции в 1986 году было предвестником Атмоды в Балтии. Вы были первым иностранным дипломатом, публично прочитавшим в Латвии заявление о том, что США никогда не признавали инкорпорацию Латвии в состав Советского Союза. При каких обстоятельствах происходила подготовка к Юрмальской конференции?

Джек Мэтлок: После Второй мировой войны Латвия, Эстония и Литва были включены в состав Советского Союза. Это произошло без официального согласия Запада. Это было определено в секретных протоколах, которые дополняли так называемый пакт Молотова-Риббентропа. СССР отрицал существование секретных протоколов, потому что в официальном договоре следующая агрессия не упоминалась. В распоряжении США оказалась микропленка с текстом договора немецкой стороны. Оригинал был уничтожен, а копии договора находились в нескольких архивах Германии, поэтому мы были убеждены, что секретный протокол существовал. США, Великобритания и другие страны Запада не признавали законность инкорпорации Балтии. К территории СССР были присоединены также другие земли — восточная часть Польши, часть Галиции, бывший Закарпатский регион Чехословакии. Эти территориальные изменения основывались на мирных и других договорах с Румынией, Чехословакией или другими странами, которые согласились на территориальные изменения. В случае государств Балтии такого договора не было. По этой причине в США были сохранены дипломатические представительства государств Балтии.

Как дипломат я впервые посетил Балтию в 1962 году. Когда я беседовал с представителями местных народов, они особо подчеркивали, что они не русские, а латыши, литовцы и т.д. Я говорил: я понимаю — вы не русские, в свою очередь, мы (США) не признаем инкорпорацию вас в СССР. Для многих это было большим сюрпризом, и люди не могли в это поверить. Как только у меня появилась возможность выступить на конференции «Чатокуа» в Юрмале, я посчитал, что упомянуть этот вопрос важно, в особенности потому, что была достигнута договоренность о беспрепятственном показе этой встречи по Латвийскому телевидению.

- Президент США был проинформирован о содержании вашего выступления?

— Время, когда планировалась конференции «Чатокуа» в Юрмале, совпало со временем, когда в Москве был задержан американский журналист Николас Данилофф. До этого мы (США) задержали одного советского шпиона, который работал в ООН и у которого не было дипломатического иммунитета. В Советском Союзе незамедлительно был задержан американский корреспондент, который не был шпионом, но ему выдвинули обвинения в шпионаже, чтобы мог состояться обмен. Арест Данилоффа вызвал определенный кризис в отношениях США и СССР. Жена Данилоффа выступила по телевидению, призвала бойкотировать поездки в Советский Союз.

Мое мнение было таким: поездка на Юрмальскую конференцию не ухудшит положение Данилоффа. Мы должны работать, чтобы его освободить, но, отменив наше участие в Юрмальской конференции, которая будет показана по телевидению, мы потеряем возможность высказать нашу позицию и потеряем возможности коммуникации с местными людьми в Балтии. Из насчитывающей 300 человек американской делегации многие заявили об обеспокоенности по поводу поездки, и тогда госсекретарь Джордж Шульц выразил мнение за тех, кто, решил поддержать Данилоффа, отказавшись от поездки: «Если вы не поедете, то не поедет никто». Я в то время был профессиональным дипломатом в МИДе США. Я задал Шульцу по телефону прямой вопрос: «Должны мы ехать или нет?». Так как другие к нему не обращались, то я был единственным, чье поведение в большой мере играло решающую роль в этом вопросе. Ответ Шульца был таким: «Вы человек с опытом. Решайте сами». Вопрос был настолько политически чувствительным, что Шульц не хотел брать на себя ответственность. Тогда я обратился к советнику президента США по национальной безопасности Джону Пойндекстеру и сказал, что нам нужно ехать, потому что это очень важно, но попросил задать вопрос президенту США о его мнении. Через полчаса Пойндекстер вернулся и сказал: «Президент считает, что вы должны ехать. Коммуникация важна».

Уже после того, как мы вернулись, на собрании сотрудников Шульц высказал комплимент в связи с моим решением отправиться на конференцию.

- Рональд Рейган был президентом, начавшим тяжелую конфронтацию с СССР. Но он также начал доверять советским лидерам и начал политику, завершившуюся окончанием холодной войны.

— Он ненавидел коммунизм и критиковал коммунизм. Но он понимал людей, понимал, что нужно поддерживать отношения с советскими лидерами. Рейган свою неприязнь к коммунизму не персонифицировал. Он понимал, что есть общая ответственность за сохранение мира. Он никогда не говорил, что мы не можем говорить с Советским Союзом. Когда он впервые встретился с Горбачевым, то понял, что есть вопросы, по которым Горбачев не уступит. В то же время Рейган понял, что Горбачев не абсолютный диктатор. Перед поездкой на встречу в Женеве (1985 г.) Рейган подготовил заметки, которые прислал нам — советникам. В этих заметках было несколько интересных пунктов: «Горбачев — не диктатор. Он должен согласовывать свои действия с Политбюро. Он не легкий партнер по переговорам, но мы должны выстраивать отношения, чтобы можно было взаимно доверять. Чего бы мы ни достигли, мы не можем называть это нашей победой».

Рейган утвердил подготовленный мною черновик, в котором говорилось, что мы не можем ставить под сомнение легитимность власти СССР. Вместе с этим мы не пытались содействовать смене правительства, и у нас не было таких возможностей. Было также понимание, что мы не должны пытаться достичь военного превосходства, потому что с такой позицией советские лидеры никогда не согласились бы. Мы начали с того, что попытались изменить поведение советских лидеров, чтобы они сосредоточили внимание на своих интересах. Парадоксально, но многое в советской политике не отвечало интересам СССР, это была проблема, и в этом советских лидеров нужно было убедить.

Президент США понял, что если мы будем поднимать вопрос о правах человека публично, то можем получить негативный ответ. Такие вопросы надо решать на уровне личной коммуникации. Когда на вопросы о судьбах конкретных персон поступало согласие, мы никогда не публиковали, что это произошло под влиянием нашего давления.

Рейган был хорошим актером и хорошо чувствовал, какую реакцию вызовут его заявления. К примеру, в публичных дебатах Рейган никогда не допускал, чтобы он и советские лидеры называли друг друга по имени. Никогда! Любой государственный вопрос отделялся от личных отношений. Президенту США было важно знать, из какой среды происходит Горбачев, какие вопросы, кроме контроля за вооружениями, его действительно интересуют и т.д.

Но есть еще одна важная вещь, которую понимал президент Рейган. Он не ставил знак равенства между коммунистической системой и Россией. Он ориентировался в русской культурной истории и понимал значение православной церкви в России. Он понимал, что коммунизм это одно, а Россия совсем другое, что коммунизм на самом деле тяжело угнетал русских. Он никогда не был русофобом.

- Какой была роль США в поисках решения в связи с событиями января 1991 года в странах Балтии?

— Что касается начала насилия, то у нас не было никакого влияния. После вильнюсских событий заместитель министра иностранных дел СССР проинформировал зарубежных послов, в том числе и меня, что это произошло без одобрения Горбачева. Я сразу указал, что в таком случае нужно немедленно наказать всех ответственных за те события. Естественно, этого не произошло. В конце января я должен был доставить Горбачеву письмо президента Джорджа Буша-старшего. Он писал, что в случае продолжения насилия в Балтии, а на тот момент уже произошел инцидент в Риге (события 20 января 1991 года), нам придется приостановить несколько совместных инициатив. В кабинете, когда Горбачев читал русский перевод письма Буша, было только трое — я, Горбачев и советник Горбачева по международным делам Анатолий Черняев. Горбачев спросил у меня: обещанные Бушем шаги уже начаты или только планируются? Я ответил: эти шаги будут предприняты только тогда, если насилие в Балтии продолжится. Горбачев спросил у меня: «Как вы оцениваете происходящее?». Я не ожидал такого вопроса и не был проинструктирован, ка отвечать. Я сказал, что не понимаю многих вещей, которые произошли у вас с ноября (1990 года): поворот Горбачева направо, смена министра внутренних дел СССР Вадима Бакатина, усиление военного вектора, события в Литве и т.д. Я сказал: это не мое дело, но Валентин Павлов как премьер — очень слабый выбор. Горбачев ответил (слова Горбачева господин Мэтлок процитировал по-русски — Ю.П.): «Пожалуйста, поясните вашему президенту. Понимаете, эта страна находится на грани гражданской войны. Я как президент это должен предотвратить. Мои цели не изменились, но я должен маневрировать. Пожалуйста, помогите президенту Бушу это понять. Что касается вашей политики, то президент Буш будет делать то, что важно для Америки, но скажите ему, что я свои обещания буду выполнять!».

Так и было. СССР не заблокировал в ООН вопрос о наказании Ирака (за оккупацию Кувейта). Позже я пояснил Бушу, что Горбачев ограничен в своих действиях, но он поддерживает нас и делает все возможное, чтобы предотвратить насилие.

Как вижу сегодня, в Балтии люди недооценивают то, что на самом деле именно Горбачев их защитил, хотя в то время он не раскрывал это публично. В Балтии добрым словом поминают Бориса Ельцина, потому что он в январе 1991 года опубликовал призыв к русским солдатам не стрелять в балтийцев. Но не цените слишком низко также заслуги Горбачева. У вас неправильное понимание о том, как много он помог Балтии, и что именно Горбачев защитил Балтию. Другое дело, что (тогдашний руководитель КГБ Владимир Крючков вводил Горбачева в заблуждение о Балтии и о характере событий в Балтии.

- Как удалось добиться такого мирного выхода стран Балтии из СССР?

— После принятия деклараций о независимости я встретился с делегациями всех трех стран Балтии. Встречался с каждой из них в отдельности. Делегации мне пояснили, почему балтийские республики хотят большей автономии, что они ставят дальнейшую цель достичь полной независимости. Когда мне был задан вопрос: «как поступят США, если мы провозгласим независимость, признают ли нас США?», мой ответ был: «Нет!».

- Они были в шоке! Почему?

— Прежде всего, была формальная причина. У нас (США) есть доктрина, что мы признаем только те правительства, которые контролируют свою территорию, но на тот момент правительства стран Балтии полностью свою территорию не контролировали.

Но была причина еще важнее. Я сказал: «Если мы вас признаем, а СССР не признает, то они вас уничтожат, а мы при таком исходе не сможем вас защитить. Мы можем политически поддержать вас, но в том случае, если советские войска выступят против вас, мы вас никак не сможем защитить, потому что не хотим рисковать ядерной войной ради вашей свободы». Мы призывали Балтию завоевать независимость мирным путем: «Какие бы провокации против вас ни предпринимались, не отвечайте на них силой!». Когда я сказал, что необходимы референдумы, члены балтийских делегаций мне возразили: «Мы были незаконно инкорпорированы в СССР! Почему мы должны выходить из СССР с соблюдением советских законов?».

Я ответил: «Решение о вашей независимости будут принимать не юристы! Докажите, что большинство ваших жителей хотят независимости. Горбачева информируют, что вы не представляете большинство жителей. Мир должен знать, что большинство ваших жителей хотят независимости. Я не могу давать вам советы, но вы должны добиться, чтобы независимость поддержали, как минимум, две трети населения.

Так и произошло. В Латвии независимость поддержало даже большинство местных русских.

Я убежден, что с учетом того давления, которое оказывалось на Михаила Горбачева, он сделал лучшее из возможного для независимости стран Балтии.

- Если бы вы были советником президента Трампа, каким был бы ваш совет для улучшения отношений с Россией? Как быть с Украиной?

— На мой взгляд, и я в этом полностью убежден, такие события на Украине (включая Крым) вовсе не начались бы, если бы президенту России Путину были даны гарантии, что Украина не будет принята в НАТО.

Во-вторых. Необходимо отделить Донбасс и Крым как два разных вопроса.

Все приграничные конфликты как в бывшей Югославии, так и в СССР были связаны с проблемой, что у новообразованных государств не были ясно сформулированы обязанности перед нацменьшинствами. В республиках Югославии и СССР были автономные административные единицы для нацменьшинств. В Сербии это было Косово. В Грузии были автономии Южная Осетия, Абхазия. Первое, что реализовали некоторые государства, получив независимость (Грузия даже до официального признания независимости), — это ликвидация автономий.

В случае Сербии и Косово мы (США) приняли одну позицию — поддержали косовских албанцев. В случае Грузии мы приняли абсолютно другую позицию, поддержав силы Грузии. К сожалению, ни в международном праве, ни в международной повестке дня не был выдвинут вопрос об обязательствах новых государств перед прежними автономиями. Следует ли их уважать или нет, и можно ли их ликвидировать при помощи силы? В этом вопросе не было последовательной позиции.

В-третьих. Необходимо учитывать, что геополитически Крым очень важен для России, потому что он был базой российского военного флота.

Если оценивать политический расклад на Украине, то без Крыма Украина политически стабильнее. Правительство Украины боролось против любого проявления автономии Крыма. Такой лидер, как Янукович, никогда не был бы избран президентом Украины, если бы за него ни проголосовали в Крыму. На Украине были области, где 90% избирателей поддержали одного кандидата, а в других областях, например, в Донбассе, 90% поддержало совсем другого кандидата. На Украине не было лидера, который мог бы объединить государство.

Есть еще один вопрос: украино-российская граница никогда не проводилась с учетом свободной воли жителей, высказанной на референдумах. Почему нужно было объявлять священными границы, которые провел Сталин и откорректировал Хрущев, когда Крым был отдан Украине, и у местных людей не спросили, хотят ли они этого? Этот вопрос не черно-белый. Вопрос Донбасса — совсем другой. В обоих случаях Россия допустила большие ошибки относительно того, что на самом деле было в ее интересах. По-моему, присоединение Крыма и события в Донбассе не в интересах России. Это было сделано потому, что русские убеждены, что цель Запада отделить Украину от сферы интересов России, что цель Запада ликвидировать базу российского военного флота на Черном море.

Одно из решений могло бы быть таким: отнять козыри у националистических сил России, чтобы не было никаких оснований для аргументов, что Запад или США хотят контролировать Украину в военном смысле. Ситуация трагична. По большому счету в этой ситуации проигрывают Украина и Россия, а не кто-то другой. Таким было бы мое разъяснение ситуации президенту США.

- Каков ваш взгляд на нынешние глобальные вызовы? Справится ли с ними президент Трамп? Против него выдвигают обвинения за связи с Россией.

— Я не сторонник Трампа, но необходимо сказать, что многие из обвинений не имеют реального обоснования и предназначены для внутриполитической борьбы в США. Я не думаю, что Россия каким-то образом повлияла на результаты выборов в США. Российское влияние на выборы стало внутриполитическим вопросом США, потому что демократы еще до сих пор не поняли, почему они проиграли на выборах. Почему люди проголосовали за Трампа? Потому что национальный комитет демократов выдвинул кандидатом в президенты Хиллари Клинтон.

Я не думаю, что Россия делала что-либо, чтобы повлиять на результаты выборов в США. Некоторые из тех, кто распространяет такие заявления, не читали доклад следствия. На первой странице доклада сказано, что не было влияния на выборы в США, и что нет доказательств, что было влияние на механизм выборов. Что там сказано? Россия может быть связана с хакерскими атаками на электронную переписку демократов, которая была опубликована Wikileaks. Это означает, что информация об электронной переписке не была фальсификацией.

Самое лучшее из того, что до сих пор сделал Дональд Трамп, — это то, что он заявил: хорошие отношения с Россией для Америки выгоднее, чем конфликты с Россией. К сожалению, пока идет расследование обвинений, эти обстоятельства создают большие сложности президенту США в улучшении отношений с Россией.

Хочу подчеркнуть, что для меня неприемлемы звучащие сейчас утверждения, что любые беседы с российскими дипломатами сразу означают что-то плохое. Я бывший дипломат, и частью моей работы было разъяснение политики моего государства, в том числе и другим государствам, разъяснение того, что произошло на выборах в моем государстве. По-моему, в основе таких кампаний желание нарисовать картину, что Россия и США реальные враги, но для этого нет никаких оснований.

- Каким было ваше главное послание на «Балтийском форуме» в Риге?

— Сейчас происходит нечто такое, о чем многие говорят, что это напоминает холодную войну. Но есть существенные отличия. Холодная война в свое время была войной против коммунизма. Это был конфликт между коммунизмом и остальным миром. Сейчас это неактуально. Сейчас дискурс с обеих сторон неправильный. С одной стороны, есть впечатление, что США выгоден возврат времен холодной войны. Тогда происходило военное и экономическое соревнование, в результате которого СССР развалился. В свою очередь, в России господствует мнение, что в конце холодной войны она была немного обманута, что Запад оказал большое давление, чтобы СССР развалился. Оба подхода неверны. Переговоры об условиях окончания холодной войны проходили так, чтобы в выигрыше были обе стороны. Все договоры, которые подписал президент Горбачев, отвечали интересам СССР. Холодная война закончилась до распада СССР. СССР развалился, терзаемый внутренними противоречиями, а не из-за внешнего давления. Сейчас господствует неверное предположение о том, что США и Россия естественные враги, но такое предположение основано на неправильной интерпретации истории о том, как закончилась холодная война. Основные принципы, позволившие завершить холодную войну, уже забыты. На одной из первых встреч в 80-е годы прошлого века Рональд Рейган и Михаил Горбачев договорились, что ядерная война недопустима, что она никогда не должна произойти, а это значит, что война между США и СССР невозможна. Такое понимание означало большую ответственность СССР и США, а сегодня это ответственность США и России. Когда идет речь о конфликтах, забывается, что ядерная война недопустима ни при каких обстоятельствах. Это значит, что невозможна война между Россией и США. Обоюдный рост демонстрации военной силы — это просто безответственное поведение.

США. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 1 июня 2017 > № 2196748 Джек Мэтлок


Вьетнам. США > Внешэкономсвязи, политика > ru.nhandan.com.vn, 31 мая 2017 > № 2191574 Нгуен Суан Фук

Доверительные отношения между Вьетнамом и США продолжают мощно развиваться

По случаю официального визита Премьера-министра СРВ Нгуен Суан Фука в США по приглашению Президента США Дональд Трампа газета The Washington Times Daily (номер от 30 мая 2017 года) опубликовала послание Премьера-министра Нгуен Суан Фука. Нянзан Онлайн представляет своим читателям его полный текст.

«За последние два десятилетия я неоднократно приезжал в Соединенные Штаты в деловые, ознакомленные поездки, и каждый раз американские друзья принимали меня с теплым гостеприимством. Во время этого моего визита в США в качестве Премьера-министра Вьетнама я с членами делегации высокого уровня Правительства Вьетнама радостно встречаюсь со старыми и новыми друзьями, которые так же, как и мы, желают содействовать отношениям дружбы и сотрудничества между Вьетнамом и США, чтобы мы могли вместе написать новую главу в истории отношений между нашими двумя народами.

Несмотря на то, что наши страны находятся по разные стороны океана, в течение 22 лет после установления дипломатических отношений Вьетнам и США постепенно становились все ближе друг к другу. Проявив волю и мужество, следуя по пути «оставить прошлое позади, двигаться в будущее», мы преодолели множество трудностей, проблем, чтобы из бывших противников превратиться в друзей, и сейчас мы имеем отношения всестороннего партнерства, основанные на прочном фундаменте.

Экспорт США во Вьетнам за последние десять лет увеличился в пять раз. Во время этой поездки предприятия с обеих сторон подпишут многие торговые контракты на миллиарды долларов США, что создаст десятки тысяч рабочих мест в США, будет содействовать экспорту США во Вьетнам и экспорту Вьетнама в США, внесет свой вклад в улучшении жизни трудящихся в двух странах.

Наши экономики полностью взаимодополняют друг друга. Чем больше укрепляет наше сотрудничество, тем больше растут взаимные выгоды. Вьетнам импортирует из США самолеты (Boeing), электродвигатели, медицинское оборудование высоких технологий, фармацевтические препараты. В 2016 году Вьетнам импортировал из США 1,5 млн тонн кукурузы, сои, пшеницы, 0,5 млн тонн хлопка и др. Мы экспортируем в США морепродукты, мебель, текстильные изделия, обувь и т.д. В середине мая 2017 года самая крупная корпорация по производству молочных продуктов Вьетнама Vinamilk импортировала 2.000 высокорентабельных молочных коров из США, и как ожидается, она купит еще 8.000 коров из США для производства высококачественного молока для вьетнамских детей.

Более 31.000 студентов из Вьетнама учатся в США и станут огромным ресурсом для развития экономики, науки, технологий Вьетнама и для укрепления двусторонних отношений. Университет Fulbright Вьетнам и программа Корпус мира (Peace Corps), которые вскоре будут реализованы во Вьетнаме, создадут вьетнамским студентам доступ к одной из лучших систем образования в мире и дадут возможность изучения английского языка. Они также станут яркими свидетельствами наших растущих двусторонних отношений.

В моей родной провинции Куангнам в ходе работы по сохранению естественной красоты Кыадай, старинного города Хойан, признанного мировым наследием ЮНЕСКО, мы получили восторженную помощь от американских друзей. Благодарим экспертов, специалистов из Гарвардского университета (Массачусетс), университета Портленда (Орегона), университета Аризоны (Аризона) и других учебных, исследовательских центров США за знакомство нас с опытом в ликвидации последствий стихийных бедствий, реагировании на изменения климата и подготовке высококвалифицированных кадров. Раны войны исцеляются в процессе совместной деятельности по ликвидации последствий применения диоксина и обезвреживанию неразорвавшихся боеприпасов. Эта настоящая и искренняя помощь стала первым кирпичом в строительстве здания взаимного доверия и понимания, создавая устойчивую основу для отношений между Вьетнамом и США в следующие десятилетия.

20 лет назад многие американцы знали о Вьетнаме только то, что здесь была война. Теперь американцы знают о Вьетнаме как о независимой стране с независимой внешней политикой, партнере, который высоко оценивает отношения с США, и постоянно стремится укреплять стабильные, долгосрочные, основанные на взаимной выгоде и уважении суверенитета, политических институтов, связи, способствующие поддержанию мира, безопасности, стабильности, сотрудничества, развития в регионе и мире.

Мы желаем развивать доброжелательные отношения с администрацией Президента Дональд Трампа не только на благо Вьетнама и США, но и на общее благо сообщества АСЕАН, ради мира, безопасности, стабильности, сотрудничества и процветания Азиатско-Тихоокеанского региона и мира. В ноябре 2017 года во Вьетнаме пройдет встреча лидеров АТЭС 2017 на тему «Создание новой движущей силы, объединение в стремлении к общему будущему». Мы приветствуем принятие Президентом Дональд Трампом нашего приглашения на эту встречу и надеемся, что США будут вместе с другими членами АТЭС создавать практичную, эффективную повестку дня.

Опираясь на огромный прогресс, достигнутый в течение последних 20 лет, мы имеем возможность для мощного дальнейшего развития отношений между Вьетнамом и США в следующие 20 лет».

Нгуен Суан Фук

Премьер-министр Социалистической Республики Вьетнам

Вьетнам. США > Внешэкономсвязи, политика > ru.nhandan.com.vn, 31 мая 2017 > № 2191574 Нгуен Суан Фук


США. Украина. РФ > Финансы, банки > forbes.ru, 30 мая 2017 > № 2191785 Андрей Костин

Минус $440 млн: глава ВТБ о цене закрытия бизнеса на Украине и травле Трампа в США

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

Андрей Костин рассказал о снижении базовой ставки «до начала лета», аппетитах западных инвесторов и лучшем ответе на санкции США

Война, объявленная американской элитой президенту США Дональду Трампу, полностью парализует его возможности действовать и не позволяет Белому дому начать диалог с Россией. Об этом заявил в интервью, опубликованном во вторник, 30 мая, газете Financial Times президент — председатель правления ВТБ Андрей Костин.

Костин рассказал изданию также об ожиданиях Москвы и президента Владимира Путина от прихода Трампа в Белый дом, об ошибках, которые президент США допускает вследствие своей неопытности, о санкциях против России и о том, что банк думает делать с бизнесом на Украине. Forbes приводит самые главные заявления Костина.

Травля Трампа

«Элита в Вашингтоне или бюрократы в Америке, ведут кампанию против Трампа, и это полностью парализует его способность делать что угодно, даже вести диалог с Россией», — заявил Костин. По его словам, борьба американского истеблишмента с Трампом с использованием «русской карты» «близка к абсолютному безумию». «Я ошеломлен», — подчеркнул Костин, которого издание называет крупнейшим российским банкиром и соратником президента Путина.

Костин считает текущее положение дел «очень печальным» и не только из-за антироссийских санкций. Он заявил, что как человек, у которого есть дети, он больше озабочен безопасностью и стабильностью. И назвал «очень опасным» отсутствие контактов между Москвой и Вашингтоном по основным международным вопросам на фоне, когда две страны, обладающие мощным ядерным потенциалом, вступают в новую гонку вооружений. «Винить в этом следует не нас. Откровенно говоря, вина за это лежит на американских элитах», — отметил глава ВТБ.

Костин рассказал, что у Трампа есть слабые стороны, в том числе отсутствие опыта «в коридорах власти» и «ошибки при работе с прессой». Но подчеркнул, что обвинять Трампа в связях с Россией или с банком ВТБ — это «абсолютная чепуха».

Несбывшиеся ожидания Москвы

По словам Костина, «сумасшедший дом» в Вашингтоне не оставляет никаких шансов на улучшение отношений России и США в обозримом будущем. Это заявление отражает разочарование, которое царит в правящих кругах России, которые с оптимизмом ожидали, что избрание Трампа президентом США приведет к снятию напряженности между двумя странами, вызванной воссоединением Крыма с Россией, пишет газета.

Костин при этом отметил, что Путин, как очень опытный политик, никогда не имел завышенных ожиданий на этот счет. «Насколько я понял из собственных наблюдений и бесед с ним, он всегда знал, что это будет нелегко. Он просто терпелив», — подчеркнул глава ВТБ.

Санкции и ВТБ

В своем интервью Костин выразил обеспокоенность, что в результате «охоты на ведьм» в США западные санкции в отношении России, одной из главных мишеней которых является ВТБ, продлятся на неопределенное время.

ВТБ оказался среди российских банков, находящихся под контролем государства, против которых в 2014 году были введены санкции. Эти санкции, а также падение цен на нефть «практически уничтожили» прибыль ВТБ в 2014 и 2015 годах. Издание отмечает, что в 2016 году прибыль банка восстановилась до 50 млрд рублей ($885 млн), а годом позднее — удвоилась. Это придает Костину уверенность, что ВТБ сможет процветать даже при длительных санкциях, подчеркивает газета.

«Когда вам говорят о санкциях в 2003-й раз, вы просто даете вот такой ответ», — заявил Костин. И с усмешкой показал, по свидетельству Financial Times, поднятый средний палец.

Костин заявил, что «очень благодарен» американским банкам, которые продолжили «работать очень оперативно» с ВТБ, понимая, как решать проблемы в сложившейся ситуации. Но признал, что некоторые партнеры банка на Ближнем Востоке и в Азии расценили наложенные санкции как полный запрет на сотрудничество с ВТБ.

Закрытие бизнеса ВТБ на Украине

«Мы готовы закрыть наш бизнес на Украине, но это, возможно, займет еще один год», — сообщил Костин.

В марте 2017 года президент Украины Петр Порошенко ввел на год новые санкции в отношении пяти банков с российским капиталом, в том числе Сбербанка, ВТБ, Проминвестбанка (принадлежит ВЭБ), VS Bank (принадлежит Сбербанку) и БМ Банка (принадлежит ВТБ). По словам Костина, группа ВТБ уже нашла покупателей для своего украинского актива, но сделка были сорвана Нацбанком Украины и теперь он «готов его списать».

«Там так много неприятностей. Они бросают камни, проводят демонстрации, угрожают людям», — пояснил Костин.

Он уточнил, что банк уже зарезервировал 70% портфеля украинских кредитов. Но может потерять от 25 до 27 млрд рублей в случае реализации сценария, при котором дочерние банки ВТБ на Украине будут закрыты.

Экономика России

По словам Костина, экономические перспективы России улучшаются и появляется возможность для снижения базовой ставки до 9,25% уже до начала лета.

Продажа Россией в прошлом году 10-летних облигаций с доходностью в 4,75% на сумму в $3 млрд, говорит, c точки зрения Костина, что интерес инвесторов к российским бумагам растет. Еще одно свидетельство тому, по мнению Костина, — недавняя продажа ВТБ 50% аэропорта Пулково в Санкт-Петербурге консорциуму фондов из Катара и Китая. «Западные инвесторы смотрят... Думаю, ждут сигнала из Америки», — заявил глава Внешторгбанка.

США. Украина. РФ > Финансы, банки > forbes.ru, 30 мая 2017 > № 2191785 Андрей Костин


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 29 мая 2017 > № 2190564 Олег Дерипаска

«Абсолютная ложь»: Олег Дерипаска утверждает, что не просил иммунитета в США

Редакция Forbes

Бизнесмен заявляет о готовности свидетельствовать, что Россия не вмешивалась в избирательный процесс в США. Он просит прекратить клевету со стороны анонимных представителей правительства США

Бизнесмен Олег Дерипаска F 23 назвал ложью информацию газеты New York Times, которая написала, что он предлагал спецкомитетам по разведке Сената и Палаты представителей Конгресса, которые расследуют приписываемые Москве попытки повлиять на предвыборную кампанию в США, сотрудничество в обмен на иммунитет от судебного преследования. Об этом говорится в заявлении предпринимателя, поступившем в редакцию Forbes.

«Статья, опубликованная в газете New York Times 27 мая под заголовком «Россиянин добивается иммунитета, чтобы помочь в слушаниях Конгресса» («Russian Seeks Immunity to Help Congress Panels»), лишь в некоторых моментах является верной, а по сути своей — ложной и вводящей в заблуждение. Единственной правдой в данной статье является тот факт, что я действительно хочу «помочь» демократически избранным комитетам Конгресса США, действующим от лица американского народа, установить истину», — говорится в заявлении предпринимателя.

Дерипаска отметил, что New York Times излагает историю о том, что он, Дерипаска, якобы имеет сведения о вмешательстве России в американские выборы, однако не готов предоставить их до того, как ему будет гарантирован иммунитет. «Оба этих утверждения не соответствуют действительности и являются абсолютной ложью. У меня действительно есть доказательства, которые — что, безусловно, неприятно для некоторых, — свидетельствуют о прямо противоположном в отношении истории вмешательства России», — отметил Дерипаска.

По его словам, представители комитетов по разведке и в Палате представителей, и в Сенате связывались с его юристом в Вашингтоне, но не наоборот.

«Хочу подчеркнуть, иммунитет никогда не являлся условием предоставления мной соответствующей информации и документов, несмотря на утечки, свидетельствующие об обратном, организованные с целью распространения еще большей дезинформации легковерными американскими СМИ. Прекращение распространения клеветы и прочих атак на меня анонимными представителями правительства США являются условием моего участия и содействия», — пояснил бизнесмен.

Ранее NYT называла предпринимателя членом «близкого окружения» Владимира Путина и писала, ссылаясь на мнения трех анонимных источников в Конгрессе, что Дерипаска готов был отвечать на вопросы комитета по безопасности. Но в качестве условия выставил требование предоставить ему иммунитет от судебного преследования. По информации издания, спецкомитет по разведке Палаты представителей отказал Дерипаске из-за опасений, что это может создать сложности для сотрудников ФБР, которые расследуют связи президента США Дональда Трампа с Россией.

Ранее агентство Associated Press (AP) сообщало, что руководитель предвыборного штаба Трампа Пол Манафорт тайно работал на Олега Дерипаску более 10 лет назад и занимался продвижением интересов российских властей. Дерипаска опроверг эти сведения, выкупив для этого рекламную полосу в The Wall Street Journal.

Затем бизнесмен подал в суд на агентство за публикацию. Текст AP о себе Дерипаска назвал «частью антироссийской кампании американских СМИ». Иск был подан 15 мая, он будет рассматриваться в суде Вашингтона. Интересы бизнесмена представляет известная американская юридическая компания Boies Schiller.

В своей публикации New York Times так же приводила данные об инвестициях Олега Дерипаски в США. Как отмечало издание, ссылаясь на материалы одного из судебных дел, Дерипаска за последние десять лет приобрел ряд активов в Соединенных Штатах, действуя через трасты, зарегистрированные на Британских Виргинских островах. В частности, NYT утверждает, что в 2006 году в интересах Дерипаски за $5,4 млн был приобретен комплекс жилой недвижимости Greenwich Village в Манхэттене (Нью-Йорк). Еще одно здание в Верхнем Ист-Сайде (Нью-Йорк) было приобретено в 2008 году за $42,5 млн. А в 2014 году Дерипаска, как пишет издание, купил 50%-ную долю в газете «В Новом Свете», крупнейшем русскоязычном издании США. Комментариев Олега Дерипаски или его представителей по изложенным сведениям газета New York Times не приводила.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 29 мая 2017 > № 2190564 Олег Дерипаска


США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 29 мая 2017 > № 2190558 Арег Галстян

Последний совет Бжезинского. Кем на самом деле был главный идеолог США

Арег Галстян

американист

Как выходец из Польши определил внешнюю политику Белого дома, зачем он заманил СССР в «афганскую ловушку» и что советовал Дональду Трампу

В субботу, 26 мая, стало известно о смерти Збигнева Бжезинского — бывшего советника по национальной безопасности в администрации президента Джимми Картера. Для одних имя Бжезинского ассоциируется с профессиональной аналитикой высокого уровня, для других оно олицетворяет американский «ястребиный» империализм, для третьих является синонимом русофобии. Политическое и экспертное сообщество солидарно в том, что Бжезинский был одной из ярчайших политических фигур современности. Между тем, вокруг него сформировано большое количество мифов, заблуждений и конспирологических теорий. Кем же был на самом деле Збигнев Бжезинский?

По своим политическим убеждениям молодой американский профессор польского происхождения тяготел к демократам, но, когда речь шла о внешней политике, он поддерживал идеи и концепции республиканцев. Политический путь Бжезинского мог начаться еще в 1969 году, когда к власти в Белом доме пришел республиканец Ричард Никсон. Однако Збигнев уже тогда активно пропагандировал свои «ястребиные» идеи, призывая увеличить число американских военных во Вьетнаме. Подобная позиция не совпадала с предвыборным обещанием Никсона остановить кровопролитную и непопулярную войну. В итоге в команду к республиканцу попал другой аналитик — профессор Генри Киссинджер, и в дальнейшем Бжезинский и Киссинджер будут рассматривать друг друга как идеологических конкурентов.

Надо отметить, что Бжезинскому было свойственно менять свое отношение к тем или иными международным проблемам. Научившись гибкости, он смог подобрать ключи к команде демократа Джимми Картера, который стал главным фаворитом президентской кампании 1976 года. Идеи Бжезинского о необходимости усиления американских позиций на Ближнем Востоке путем принуждения к миру главных конфликтующих сторон пришлись по нраву Уолтеру Мондейлу — кандидату в вице-президенты. На протяжении всей кампании Бжезинский формировал внешнеполитическую повестку Картера. После победы демократа он получил вожделенный политический билет в Белый дом.

Поначалу ему предложили пост госсекретаря, от которого Бжезинский отказался: глава внешнеполитического ведомства всегда ограничен дипломатическими рамками. Бжезинский же хотел занять должность, которая обеспечила бы ему больше свободы для формирования внешнеполитической стратегии. Была и другая, более прагматичная причина его нежелания быть госсекретарем. Дело в том, что кандидат на должность госсекретаря обязан пройти процедуру утверждения в Сенате. Тогдашний глава комитета по международным делам Джон Спаркман — ярый противник Вьетнамской войны — был крайне негативно настроен в отношении Бжезинского. А тот не хотел подвергаться риску быть заблокированным и старательно убеждал вице-президента дать ему пост советника по национальной безопасности (единственная должность в администрации, которая не требует одобрения Конгресса). В итоге Мондейл уговорил Картера совершить рокировку: Сайрус Вэнс был назначен госсекретарем, а Бжезинский получил пост советника по национальной безопасности.

Збигнев Бжезинский сыграл ключевую роль в формировании доктрины нового президента. Главной внешнеполитической ареной, по замыслу Бжезинского, должен был стать Ближний Восток. Он верил, что новые успехи в этом регионе позволят избавиться от вьетнамского синдрома и в очередной раз продемонстрировать миру военно-политическое превосходство Соединенных Штатов. Вместе с госсекретарем Вэнсом Бжезинский разработал подробный план урегулирования израильско-египетского конфликта. Долгие переговоры привели к подписанию предварительных соглашений в Кэмп-Дэвиде в 1978 году и Вашингтонского договора о мире между Израилем и Египтом год спустя. Больше всего Бжезинский гордился тем, что удалось воплотить в жизнь план, оставивший за бортом переговорного процесса Советский Союз — многолетнего союзника Египта.

Однако успех на египетском направлении обернулся провалом на иранском треке. В апреле 1979 года в шахском Иране, который считался союзником и партнером Америки, произошла революция, покончившая со светским режимом. Захват американского посольства в Тегеране нанес серьезный удар по репутации Белого дома, Бжезинского и Вэнса критиковали за полный провал американской внешней политике на Ближнем Востоке. Ситуация усугубилась, когда в июне того же года произошла революция в Никарагуа, в результате которой к власти пришли сандинисты, ориентированные на СССР. Иными словами, талант Бжезинского не помог администрации Картера справиться с чередой внешнеполитических кризисов.

Как бы странно это ни звучало, второй шанс советнику по национальной безопасности дала официальная Москва, принявшая решение ввести войска в Афганистан. Именно на этом направлении Збигнев Бжезинский добился значительных успехов, разработав стратегию объединения антисоветских сил. Вместе с лидерами силовых блоков он участвовал в разработке операции «Циклон», согласно которой ЦРУ должно было вооружать афганских моджахедов. Ведущие военные эксперты считают, что «Циклон» стал одной из самых эффективных секретных операций в истории США. Сам Бжезинский сформулировал так: «Мы не толкали русских вмешиваться, но мы намеренно увеличили вероятность, что они это сделают. Секретная операция была отличной идеей. Ее результатом стало заманивание Советского Союза в афганскую ловушку. В день, когда Советский Союз официально пересек границу, я написал президенту Картеру, что теперь у нас есть шанс дать Советскому Союзу свою Вьетнамскую войну». В американской экспертной среде принято считать, что именно за успехи на афганском направлении Збигнев Бжезинский получил Президентскую медаль Свободы из рук президента Рональда Рейгана.

После распада СССР Бжезинский стал одним из главных идеологов сохранения и укрепления глобальной гегемонии США. Несмотря на определенные разногласия, он разделял концепцию демократического мира, предложенную президентом Бушем-старшим. Бжезинский считал, что «демократии не воюют друг с другом», но считал маловероятным успех неоконсервативной стратегии по продвижению демократии по всем мире. Так, он последовательно выступал против внешней политики администрации Буша-младшего, считая вторжение в Ирак грубой ошибкой.

Аналогичным образом, Бжезинский критиковал внешнюю политику Обамы, считая ее слишком «мягкой» и «опасной» для национальных интересов и безопасности США. В своих интервью он многократно отмечал, что именно из-за нерешительности Обамы Америка утратила свой авторитет на международной арене. Новому президенту Трампу Бжезинский советовал не вступать в конфронтацию с Китаем, которая может обернуться негативными последствиями. В целом в своих последних работах он говорит о необходимости нахождения баланса сил между ведущими державами. Возможно, один из самых влиятельных внешнеполитических оракулов предвидел, что нарастающий глобальный кризис может подвести человечество к пропасти.

США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 29 мая 2017 > № 2190558 Арег Галстян


США. Польша. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 мая 2017 > № 2190457

Бжезинского тревожило то, что Польша отворачивается от ЕС, ведь ей угрожает Путин

Интервью с экономистом и публицистом Анджеем Любовским, автором книги «ЗБиг — человек, который заложил бомбу под Кремль».

Михал Кокот (Michał Kokot), Gazeta Wyborcza, Польша

Gazeta Wyborcza: В Советском Союзе в годы холодной войны Збигнева Бжезинского считали всемогущим человеком и думали, что он стоит за избранием Иоанна Павла II на пост папы римского. Вы пишете об этом в своей книге и рассказываете, что когда Кароль Войтыла впервые встретился с Бжезинским, то в шутку поблагодарил того за помощь. Какой вклад в свержение коммунизма внес советник Джимми Картера на самом деле?

Анджей Любовский (Andrzej Lubowski): Роль, которую он сыграл для демократической оппозиции в Польше и во всем Восточном блоке, переоценить невозможно. Именно он во время холодной войны способствовал появлению политики защиты прав человека. За ней последовала материальная и, что не менее важно, моральная поддержка. Америка активно вступалась за диссидентов. Именно Бжезинский спас от закрытия польское бюро «Радио Свобода», с которым он сотрудничал в молодости. Мы постепенно забываем, чем была для нас эта радиостанция. А она была важнейшим, порой единственным источником достоверной информации и моральной поддержки. Польша всегда оставалась в сердце Бжезинского, его очень тревожило то, что происходило в нашей стране в последние годы.

— Эта поддержка была связана с тем, что он прекрасно понимал замыслы советских руководителей? В 1960-е годы, когда вся Америка восхищалась Леонидом Брежневым, он советовал не оценивать лидера СССР по его заграничным костюмам. Он не сомневался в том, что тот сохранит тоталитарный режим.

— Бжезинский не питал ни малейших иллюзий по поводу сущности этого режима и замыслов советских руководителей. Кремль не случайно навесил на него ярлык своего главного врага. Дело было не в советской мании преследования, Бжезинский начал публиковать критические тексты на тему СССР еще тогда, когда он был советником сенатора Джона Фицджеральда Кеннеди. Он понимал этот режим, четче других видел появляющиеся на его фасаде трещины и был первым человеком в США, который предсказал окончательный крах коммунистической системы. Падение коммунизма было, конечно, многосоставным процессом, но если было бы нужно выбрать одного человека, который его запустил, это был бы именно Бжезинский.

Он лучше всех понимал, какую опасность представляет СССР, и видел в советском империализме самую большую угрозу для Запада и демократии. Он хотел, чтобы противовесом для Москвы стал Китай. Именно Бжезинский, а не Никсон и Киссинджер, побудил Китай развернуться к миру. Большую роль в этом сыграли его личные отношения с Дэн Сяопином. Бжезинского продолжали принимать в Китае с почетным караулом как чрезвычайно важную особу, даже когда он уже не занимал никаких официальных постов.

Хотя Рональд Рейган был республиканцем, он высоко ценил Бжезинского за его верные оценки и трезвое понимание коммунистической угрозы, и даже хотел предложить ему остаться на посту советника по национальной безопасности. Но демократ Бжезинский был против. Он считал, что президенту нужна свежая кровь и новые лица. Кроме того, такая перспектива не нравилась некоторым важнейшим соратникам Рейгана, они считали, что Бжезинский их затмит.

— У него был сложный характер? В США его до сих пор оценивают неоднозначно, многие СМИ упрекают его в высокомерии.

— Бжезинского часто сравнивали с Киссинджером, у которого был отличный пиар: он старался поддерживать хорошие отношения с журналистами, был любимцем прессы. Когда я работал над книгой о Бжезинском и разговаривал с десятками людей в Вашингтоне, я понял, что все его уважают, но далеко не все любят. До того, как на него навесили ярлык антисемита, его прозвали русофобом. Многим это казалось логичным: раз он поляк, то наверняка не любит русских и евреев. Он не заискивал пред прессой и отказывался от разговоров на банальные темы. Он придерживался железной логики и ожидал, что его собеседники будут разбираться в теме, а это может показаться высокомерием.

Завоевать его доверие и уважение, пробиться через эту профессорскую броню, было действительно сложно, но под ней скрывался душевный, ироничный и мудрый человек. Он всегда был готов к диалогу и дискуссиям, хотя это не значит, что у него не было четкого мнения по принципиальным вопросам.

— Он когда-нибудь ошибался?

— Он ошибся с Дмитрием Медведевым, когда тот был президентом России, переоценив его независимость. Некоторое время он питал надежды, что Медведев — человек, не испорченный КГБ, и чья биография отличается от биографии Путина — станет самостоятельным игроком, а у России появятся шансы на более демократическое руководство. Реальность, как мы знаем, оказалась, однако, совершенно другой.

Между тем Бжезинский не питал ни малейших иллюзий насчет того, кто такой Путин, и к чему он стремится. Поэтому его очень тревожила современная политика Польши, в результате которой мы отдалились от костяка стран ЕС. ЗБиг всегда повторял, что Польша должна стать важной частью Евросоюза, а от того, какую позицию нам удастся в нем занять, зависят наши отношения с другими крупными игроками.

— Некоторые упрекали Бжезинского в том, что он выступал категорически против членства Украины в НАТО.

— Ни одна серьезная сила, в том числе сам Киев, не выступали за присоединение этой страны к альянсу, этого не хотела ни Америка, ни Евросоюз. Украина всегда была дорога сердцу профессора. Десять лет назад он говорил, что ключевую роль в формировании идентичности Европы сыграет ее отношение к Турции и Украине. Это было еще при Викторе Януковиче, сейчас такая мысль выглядит пророчеством. Он спросил меня, не напоминает ли мне Украина Польшу в последнюю четверть XVIII века. В те годы магнаты не думали о страданиях страны, не считались с интересами народа, а договаривались с кем угодно, кто был готов заплатить больше.

Бжезинский считал, что Польша и весь ЕС должны протянуть Украине руку помощи, поскольку если они захлопнут перед ней дверь, она попадет в объятия Путина. Он считал, что президент Обама совершил ошибку, решив, что США не станут поставлять украинцам наступательных вооружений, хотя Россия совершила открытый акт агрессии. Бжезинский полагал, что американский президент не обязан сообщать обо всех своих намерениях, но ему не следует говорить о том, чего он не собирается делать. Вопрос поставок оружия Киеву — это не единственный случай, когда ЗБиг критически высказывался об Обаме. Очень неудачной показалась ему формулировка президента по поводу Сирии и применения Асадом химического оружия, когда Обама заявил, что Америка даст жесткий ответ, если сирийский диктатор пересечет «красную черту».

Асад ее пересек, но ничего особенно страшного с ним не произошло. Бжезинского всегда тревожили ситуации, которые могут дискредитировать США и их президента, хотя он с воодушевлением встретил избрание Обамы, а тот хотел сделать ЗБига своим официальным советником. По большинству вопросов, даже самых спорных, их мнения совпадали. Например, оба довольно критически оценивали внешнюю политику Израиля.

— Из-за этого в некоторых кругах Бжезинского долгие годы считали антисемитом.

— Он не получил эту должность в том числе по этой причине, хотя он мог не согласиться на нее сам, ведь ему уже было тогда 80 лет. Бжезинскому хватало смелости в течение 50-ти лет критиковать политику Израиля, из-за этого легко прослыть антисемитом. Но он им никогда не был. Либеральные израильские политики даже говорили, что Израилю стоит иметь больше таких друзей, как Бжезинский. Он считал ошибочной политику расширения еврейских поселений и прекращения диалога с палестинцами. Того же мнения придерживался Обама, у которого складывались, мягко говоря, не самые простые отношения с Биньямином Нетаньяху.

— Бжезинский неоднократно подчеркивал, что при формировании внешней политики нужно учитывать не только собственные интересы, но и ценности. Как он отзывался в этом контексте о Дональде Трампе?

— Очень негативно. Бжезинский несколько раз писал, что Америка, даже совершая ошибки, остается последним оплотом стабильности, и эта роль останется за ней навсегда. Поэтому его тревожило то, что принес с собой Трамп. ЗБиг считал, что в мире хаоса, который полон конфликтов и страхов, Белый дом должен посылать очень четкие сигналы. Сейчас их нет. Лозунг «Сделаем Америку снова великой», как полагал Бжезинский, годится для наклейки на машину, но не для внешней политики.

Он знал методы Путина, осознавал его амбиции и цинизм, а поэтому испытывал особенную тревогу по поводу отношения Трампа к России и Кремлю. В этом плане он не питал никаких иллюзий.

США. Польша. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 мая 2017 > № 2190457


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 мая 2017 > № 2216116 Збигнев Бжезинский

В США скончался Збигнев Бжезинский

Джим Хоугланд (Jim Hoagland), The Washington Post, США

Збигнев Бжезинский (Zbigniew Brzezinski), воинственно настроенный и дальновидный эксперт в области внешней политики, который помог Джимми Картеру стать президентом в 1976 году, а затем провел его через серию международных кризисов, приведших к поражению Картера на выборах четырьмя годами позже, скончался вечером в пятницу, 26 мая. Ему было 89 лет.

«Сегодня вечером мой отец мирно ушел из жизни», — написала в Твиттере его дочь Мика Бжезинская (Mika Brzezinski).

Этот стратег польского происхождения стал объектом для жесткой критики в связи с теми ролями, которые он сыграл в кризисе с захватом американских заложников в Иране, в масштабной, но безрезультатной дипломатической конфронтации с Советским Союзом и в инновационной, но неумело реализованной политике Картера, направленной на защиту прав человека.

Поклонники доктора Бжезинского концентрируют внимание на его достижениях, среди которых можно выделить полную нормализацию отношений с Китаем, расширение роли США на Ближнем Востоке, результатом которого стало заключение мирного договора между Израилем и Египтом, а также умелая политика, которая помогла сохранить и укрепить движение «Солидарность» в Польше.

Доктор Бжезинский, ставший автором более 30 книг, вызвавших горячие споры, постепенно отказался от отстаивания идей военной мощи и необходимости демонстрировать силу и решимость, благодаря которым он приобрел репутацию антисоветского ястреба в период своей работы в качестве советника по вопросам национальной безопасности в администрации Картера.

Доктор Бжезинский, который одно время был решительным сторонником эскалации во Вьетнаме, постепенно стал делать акцент на необходимости поддерживать националистические устремления в развивающихся странах дипломатическими и политическими средствами.

Он выступал против вторжения в Ирак в 2003 году. Необъявленная приграничная война между Россией и Украиной в 2014 году заставила его выступить с предостережением о том, что Западу не стоит принимать Украину в свой военный альянс. По его мнению, это может обернуться гораздо более серьезными и опасными последствиями в отношениях с Москвой.

Однако доктор Бжезинский считал, что в его взгляды были более целостными и последовательными, чем могло показаться. «У меня не было времени для того, чтобы исправлять искажения и бороться с неверным пониманием сложных концепций, — сказал он в ходе своего интервью в 2014 году. — В любом случае, когда я работал в Белом доме, это помогало мне внушать наши идеи и позиции настоящим ястребам в администрации. Я принял на себя массу критики, которая в противном случае обрушилась бы на президента».

Доктор Бжезинский, никогда не отступавший и не уклонявшийся от борьбы любого характера, читал захватывающие лекции в Гарварде, а затем в Колумбийском университете. Как говорится в его увлекательных мемуарах под названием «Власть и принцип» (Power and Principle), опубликованных в 1983 году, им всегда двигало решительное желание подчинить лидеров и события своей воле.

«По всей видимости, он не понимает, как часто его прямота, направленная на других, кажется злобой, и как часто его прямота, направленная на самого себя, кажется бесстыдным эгоизмом», — написал журналист Строуб Тэлботт (Strobe Talbott), который позже стал заместителем госсекретаря США и президентом Брукингского института, в своей рецензии на книгу «Власть и принцип», опубликованной в журнале Time.

Доктор Бжезинский также безуспешно пытался выйти из тени другого ученого европейского происхождения, который стал политиком. В своей статье о его назначении на должность советника по вопросам национальной безопасности издание New York Times отметило, что доктор Бжезинский «блестяще подготовлен для того, чтобы занять свою новую должность в Белом доме, подготовлен в той же мере, что и его предшественник, Генри Киссинджер (Henry A. Kissinger), с которым его всегда будут сравнивать».

Эти два политических деятеля очень любили быть в центре внимания и контролировать политический процесс, в то время как их предшественники предпочитали от этого воздерживаться. Они оба приобрели свою репутацию в Гарварде, где они заявляли, что угроза ограниченного применения ядерного оружия может оказаться более эффективным политическим инструментом, чем господствовавшая тогда доктрина «массированного контрудара».

Всегда готовый дать бой своим бюрократическим и идеологическим оппонентам, доктор Бжезинский делал большие ставки на налаживание теплых личных отношений с теми мировыми лидерами, которых он уважал.

«Величайшими мировыми лидерами, с которыми мне довелось иметь дело, были лидер Китая Дэн Сяопин (Deng Xiaoping) и папа Иоанн Павел II», — сказал он в 2014 году. Он поддерживал связь с тогда еще кардиналом Каролем Войтыла (Karol Wojtyla) с 1976 года и использовал свои связи с этим папой, чтобы способствовать мобилизации европейской оппозиции с целью минимизации риска советского вторжения в Польшу в 1980 году.

Конфликты

Збигнев Казимир Бжезинский родился в Варшаве 28 марта 1928 года. 10 лет спустя его отец Тадеуш Бжезинский, дипломат из аристократической католической семьи, был назначен генеральным консулом Польши в Монреале.

Это временное назначение обернулось длительной вынужденной ссылкой для семьи Бжезинских, поскольку в Польшу вторглись Германия и Советский Союз, ее поделили, а затем присоединили к советской империи. Как вспоминали его родители, Збиг — именно так его называли на протяжении всей его жизни — очень рано увлекся русской культурой и дипломатией.

Получив степень магистра политологии в университете Макджилла в 1950 году, он поступил в Гарвард, где тремя годами позже получил докторскую степень. Одним из его наставников стал Мерл Фейнсод (Merle Fainsod), ведущий специалист по политическим преследованиям в Советском Союзе.

Доктор Бжезинский преподавал в Гарварде до 1959 года, когда он перешел в Колумбийский университет. Очень скоро он стал там штатным профессором и директором Института по вопросам коммунизма (Institute on Communist Affairs).

Однажды один его студент указал ему на то, что он не смог предсказать уход Никиты Хрущева из власти в 1964 году. Бжезинский сразу же резко ответил ему: «Послушайте, сам Хрущев не мог предугадать отставку Хрущева, чего же вы от меня хотите?»

В 1955 году он женился на Эмилии Бенеш (Emilie Benes), скульпторе и внучатой племяннице Эдуарда Бенеша (Eduard Benes), который был президентом Чехословакии. С его супругой у него было трое детей: Мика, Ян и Марк Бжезинские.

Став гражданином США в 1958 году, доктор Бжезинский был активным членом Совета по международным отношениям, Бильдербергского клуба, а позже и Трехсторонней комиссии, группы руководителей американских компаний, научных деятелей и политиков, которые стремились укрепить международные связи с США посредством диалога.

Его книги, статьи в журналах и выступления на телевидении помогли ему занять ведущие позиции во внешнеполитических кругах Демократической партии. В своей книге 1965 года он предложил «мирное взаимодействие» с Советским Союзом — как он позже объяснил, «идея заключалась в том, чтобы сблизиться с ними, чтобы лишить их контроля» — и сделал это словосочетание лейтмотивом после вступления в Совет планирования политики в Госдепартаменте администрации президента Линдона Джонсона.

Авторитет доктора Бжезинского вырос после того, как Джонсон использовал словосочетание «мирное взаимодействие» в своей внешнеполитической речи, а вице-президент Хьюберт Хамфри (Hubert H. Humphrey) сделал его главным советником в своей безуспешной предвыборной кампании в 1968 году.

В 1973 году доктор Бжезинский привлек Картера — тогда еще мало кому известного, но амбициозного губернатора Джорджии — в Трехсторонний совет. Спустя три года работа в этом совете, а также авторитет Бжезинского во внешнеполитических кругах помогли Картеру одержать победу над президентом Джеральдом Фордом, чьим советником был Киссинджер.

Резкость доктора Бжезинского и его стремительно ужесточавшиеся взгляды на советский экспансионизм быстро спровоцировали конфликт между ним и Сайрусом Вэнсом (Cyrus R. Vance), юристом и правительственным чиновником, который был госсекретарем в администрации Картера, и соратниками Вэнса. Скоро пресса Вашингтона начала изображать Картера как нерешительного лидера, который никак не мог выбрать между Вэнсом и доктором Бжезинским. Но доктор Бжезинский настаивал, что, поскольку Вэнс не умел мыслить стратегически, они никогда не вступали в личные перепалки по политическим вопросам.

Вэнс пытался добиться ратификации Договора ОСВ-2, который США подписали с Кремлем, чтобы ограничить ядерный арсенал последнего. Доктор Бжезинский выступал против ратификации, считая, что, если вести дипломатические переговоры с СССР в обычном режиме, это станет поощрением действий Советского Союза в Африке и в других регионах.

Вторжение советских войск в Афганистан в 1979 году заставило Картера принять жесткий подход доктора Бжезинского и среди прочего отказаться от участия США в Олимпийских играх в Москве в 1980 году. Кроме того, Картер не стал торопиться с ратификацией Договора ОСВ-2, хотя на практике обе страны уж выполняли условия этого соглашения.

Что касается Ирана, то доктор Бжезинский призывал шаха Мохаммеда Реза Пехлеви (Mohammad Reza Pahlavi) бросить все силы на подавление Исламской революции. Однако это восстание очень быстро лишило смертельно больного шаха его трона. Вэнс призывал к политической либерализации с целью успокоить мятеж.

Это было одним из множества примеров того, что доктор Бжезинский отходил от заявленной цели, заключавшейся в установлении «приоритета нравственной составляющей во внешней политике», гораздо быстрее, чем Картер или Вэнс, которые, по всей видимости, относились к этому предвыборному обещанию гораздо серьезнее.

Вэнс ушел в отставку в апреле 1980 года, когда Картер поддержал применение военной силы — на чем настаивал доктор Бжезинский — для освобождения 52 американских дипломатов, которых иранские радикалы взяли в заложники в Тегеране. Эта миссия провалилась, когда один из самолетов, задействованных в операции, рухнул, в результате чего погибли восемь американских солдат, а шансы Картера на переизбрание резко снизились. Иранские радикалы освободили заложников в день инаугурации Рональда Рейгана.

Даже то достижение в области внешней политики, которым доктор Бжезинский больше всего гордился — полное восстановление дипломатических отношений с Китаем — вызвало немало споров и разногласий из-за подозрений некоторых чиновников Госдепартамента в том, что доктор Бжезинский намеревался использовать эту инициативу, чтобы навредить СССР.

Хотя он сыграл второстепенную роль в переговорах в Кэмп-Дэвиде, в результате которых был подписал мирный договор между Израилем и Египтом, доктор Бжезинский и его помощники действительно внесли весомый вклад в расширение роли США на Ближнем Востоке, поскольку они разработали так называемую доктрину Картера в ответ на иранский кризис и вторжение советских войск в Афганистан. Картер заявил, что США не позволят посторонней державе доминировать в Персидском заливе и контролировать его нефтяные запасы — тогда он впервые озвучил активную позицию Америки в этом регионе.

Критика политики Израиля, с которой в течение многих лет доктор Бжезинский выступал, навлекла на него обвинения в антисемитизме, которые он отрицал, указывая на тот факт, что его отец оказывал помощь евреям, пытавшимся бежать из оккупированной нацистами Европы в период Второй мировой войны.

После ухода из Белого дома Бжезинский продолжил принимать участие в общественных дискуссиях и стал консультантом и членом совета Центра стратегических и международных исследований. Он был решительным критиком президента Джорджа Буша-младшего. В 2008 году он поддержал избрание Барака Обамы, однако со временем он стал указывать на отсутствие у Обамы «стратегической целеустремленности» и обвинять его в проявлении слабости на переговорах с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху (Benjamin Netanyahu) по вопросу израильских поселений.

В своем интервью, которое он дал в 2013 году политологу Чарльзу Гати (Charles Gati), он рассказал о том, как однажды он встретился с Михаилом Горбачевым. Бывший советский лидер приветствовал доктора Бжезинского — убежденного противника коммунизма — криками: «Збиг! Збиг!» Они обнялись. На следующий день в своем выступлении Горбачев пренебрежительно отозвался о докторе Бжезинском как о неисправимом стороннике холодной войны.

На вопрос, почему он так поступил, Горбачев, по словам доктора Бжезинского, ответил: «Збиг, Збиг, они заплатили нам. Они хотели, чтобы мы спорили». На вопрос Гати о том, действительно ли им «так хорошо заплатили», доктор Бжезинский ответил: «Не очень, но, видимо, он думал, что нам тоже платили».

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 мая 2017 > № 2216116 Збигнев Бжезинский


США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > fingazeta.ru, 28 мая 2017 > № 2190109 Николай Вардуль

Между кризисами

Стоит ли учить уроки мировой экономики?

Николай Вардуль

Впрогнозах мировой экономики, как в доходах россиян, есть большое и нарастающее расслоение. С одной стороны, налицо явная усталость от кризисов и нежелание признавать их или постоянную стагнацию «новой нормальностью». Эту позицию поддерживают прогнозы ведущих мировых финансовых институтов – Всемирного банка и МВФ. Но есть и совсем другие прогнозы, в которых кризисы возвращаются. И довольно скоро.

В том, что экономика не может избавиться от кризисов, никого убеждать не надо. Россиян точно, как и европейцев, и жителей развивающихся стран, снова привыкают к этому и американцы. Вопрос в том, когда и как вернется очередной кризис, что станет его спусковым крючком. И главное – как этому противостоять?

В розовой гамме

По прогнозу Всемирного банка, прирост мирового ВВП в 2017 г. составит 2,7% против 2,3% в 2016 г. В 2018–2019 гг. прогнозируется 2,9% ежегодно.

Эти цифры важны, но не менее важно, что ведущие центробанки постепенно либо отказываются от отрицательных процентных ставок, либо сворачивают программы количественного смягчения. ФРС США ориентируется на три повышения ставки в этом году, предполагая выйти на целевые 3% к 2019 г. Как подчеркивает, например, Нил Маккиннон, глава подразделения по макроэкономической стратегии на глобальных рынках ВТБ Капитал, «на этом фоне уровень ликвидности в мировой экономике уже перестал расти, однако если он и снижается, то недостаточно быстро для того, чтобы начать угрожать восстановлению мировой экономики или спровоцировать обвал на финансовых рынках».

Маккиннон приводит главные итоги полосы мягкой денежной политики на примере США: она привела к уменьшению безработицы в США на 1,25 п.п., ускорению инфляции на 0,5 п.п., способствовала росту котировок акций на 11–15%, снижению эффективного курса доллара почти на 5% и снижению доходности облигаций на 120 б.п. в 2013 г.

Из чего следует главный вывод: программы количественного смягчения себя оправдали, мировая экономика восстанавливается. Риски, как всегда, сохраняются, но не перечеркивающие этот позитив. Пока не перечеркивающие. С тем, что новый кризис мировой экономике не грозит, согласны, например, и аналитики из Wells Fargo: «Если предположить, что геополитическое окружение в целом остается прежним, мы прогнозируем, что небольшой темп роста мировой экономики, который был в последние несколько лет, в целом продолжится».

Грозовые тучи

Прямо противоположный прогноз 3 мая в «Ведомостях» выдвинул Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа компании ФБК Grant Thornton: «Мировой экономике очередного кризиса в перспективе 2–3 лет избежать не удастся».

Аргументы: последние четыре кризиса мировой экономики случались с периодичностью 7–10 лет. С момента последнего мирового кризиса (2009 г.) прошло восемь лет. Сам по себе этот аргумент не слишком убедительный, даже несколько школьный. Но это только запев.

Фундаментальная причина последних кризисов, считает Николаев, – «глобальная перекапитализация рынков». Ее можно измерить. В компании ФБК Grant Thornton рассчитали показатель «капиталоемкость ВВП» – отношение совокупной капитализации рынка акций национальных компаний к объему номинального ВВП. Дальше на примере кризисов 2000–2001 гг. и 2008–2009 гг. выяснилось, что «пороговое значение капиталоемкости мирового ВВП находилось в районе 120%, после его достижения начиналось падение».

По итогам 2016 г. капиталоемкость мировой экономики близка к 100%, а в 2008 г. (вероятно, уже после того, как кризис сдул капиталоемкость, она составляла всего 60%).

Курс понятен.

Что было задано?

Чем два диаметральных по результатам прогноза дополняют друг друга? Пессимистический сосредоточен на включении сигнальных лампочек, предупреждающих о приближении кризиса. Оптимистический – на мерах антикризисной политики. Беда только в том, что, как в «Женитьбе» Гоголя, невозможно взять да приставить «губы Никанора Ивановича к носу Ивана Кузьмича».

У каждого прогноза есть слабые места. Универсальный показатель готовности к кризису привлекателен, но к ак любой единичный показатель может оказаться недостаточным. Например, в свое время представители одного инвестиционного банка выдвинули показатель – $11 000 на душу населения в год как пороговое значение для нефтедобывающих стран, с которого авторитаризм в них воцаряется на века. Красиво, но одного показателя для такого вывода очевидно недостаточно. Тем более что и сам показатель требует постоянной корректировки. То же самое относится и к капиталоемкости ВВП. Его создатели признают, что чем выше развитие экономики, тем выше должен быть кризисный порог, выраженный в капиталоемкости.

Но главная претензия в другом. Как бороться с новыми кризисами? Этот вопрос в прицел не попал, а он как минимум не менее важен, чем средства раннего распознавания кризиса.

В оптимистическом прогнозе вопрос о «лечении» также не стоит. Но сам прогноз исходит из того, что все сделанное средствами количественного смягчения – в принципе правильно. А значит, рецепт еще вполне может пригодиться. Из чего следует, что имевшие ранее место метания многих экономистов, исходивших из того, что если новым финансовым кризисам противопоставлять денежные или кредитные вливания со стороны регуляторов, то череда финансовых пузырей становится едва ли не постоянной, можно отложить в сторону.

Такой ответ на вызовы последних кризисов выглядит несколько облегченным. В нем от психологии (отпустило – ну и хорошо!) даже больше, чем от экономики.

Жизнь продолжается, причем без оглядки на прогнозы. Свое слово еще не договорил Дональд Трамп, отмена Obamacare провалилась, но это еще не значит, что та же участь постигнет все планы нового президента США, в частности по поддержке экономики госинвестициями в инфраструктурные объекты.

Пока похоже на то (и приведенные прогнозы это подтверждают), что ни в мире, ни в России качественных изменений в экономическую политику привнесено не будет, однако это еще не значит, что их не потребуется вносить.

США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > fingazeta.ru, 28 мая 2017 > № 2190109 Николай Вардуль


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 мая 2017 > № 2188165 Збигнев Бжезинский

Он знал и понимал Россию

Радио Свобода, США

На 90-м году жизни в штате Вирджиния скончался Збигнев Бжезинский, один из самых влиятельных и уважаемых ветеранов американской внешней политики.

Збигнев Бжезинский родился в 1928 году в Варшаве в семье польских дипломатов, в 1950-х стал гражданином Соединенных Штатов, где окончил Гарвардский университет и сделал яркую политическую карьеру. Был одним из основателей Трехсторонней комиссии, ее директором в 1973-1976 годах.

В России на Збигнева Бжезинского навесили ярлык «ястреба» и «русофоба», но в США он пользуется репутацией одного из самых проницательных аналитиков. В администрации Картера, в 1977-1981 годах, Бжезинский занимал должность советника президента по национальной безопасности. Он был одним из идеологов борьбы с советской экспансией в Европе, в Афганистане и других странах, активным сторонником укрепления Атлантической солидарности. Именно ему принадлежит заслуга включения в хельсинкский Акт по безопасности и сотрудничеству в Европе «третьей корзины» — обязательства стран социалистического блока уважать права человека. Опираясь на этот документ, выросло и окрепло правозащитное движение в СССР и Восточной Европе. Бжезинский предвидел советское вторжение в Афганистан. Будучи советником уже проигравшего выборы президента, он предпринял энергичные шаги в поддержку польской оппозиции и по предотвращению ввода советских войск в Польшу.

В 1981 году Збигнев Бжезинский получил Президентскую медаль Свободы — одну из высших наград США для гражданских лиц.

Збигнев Бжезинский неоднократно выступал в эфире Радио Свобода. В одном из интервью он сказал такие пророческие слова о войне в Чечне: «Война в Чечне развивает негативные тенденции в российской политике, поскольку она укрепляет позиции неоимпериалистических политиков и союза КГБ, военных и антидемократических сил. Война вредит долгосрочным интересам России, потому что она замедляет процесс демократизации в самой стране и процесс установления более тесных связей России с Западом. Она отрицательно скажется, даже уже сказывается отрицательно на российских интересах, потому что развивает враждебное отношение к России во всем мусульманском мире. Так что это пораженческая политика самоизоляции и формирования враждебного отношения к себе со стороны внешнего мира».

О Путине и путинизме он говорил так:

«Путин — человек сильных эмоций и крайних убеждений. Для Путина Соединенные Штаты — на субъективном уровне — в центре его исторических и международных амбиций и отвращения. Он определяет свои цели в зависимости от баланса сил и будущего Соединенных Штатов и России. Он полагает, что Соединенные Штаты извлекают выгоду из трагического исторического развития, которое привело к развалу Советского Союза. Многие помнят его высказывание, что распад Советского Союза был величайшей трагедией ХХ века. Значение этого высказывания надо до конца оценить и взвесить. Величайшая трагедия ХХ века, в котором произошли — первая мировая война с миллионами погибших, перекроившая карту Европы, вторая мировая война, ставшая самой разрушительной для человечества за всю историю существования этого человечества и приведшая к двум катастрофам — а именно, использованию ядерного оружия против двух городов, в которых находились мирные жители, и к Холокосту. За этим последовали 40 лет истощительной и потенциально чрезвычайно опасной холодной войны, в которой мы все стояли перед угрозой ядерной войны. И начнись она, в течение первых 8 минут были бы уничтожены 85 миллионов человек. И все-таки дезинтеграция Советского Союза, с точки зрения Владимира Путина, затмевает все это».

Ностальгия по старому влияет, по мнению Бжезинского, на оценку Путиным настоящего:

«Путин прекрасно понимает, что сегодняшняя Россия — не Советский Союз и не Российская империя. И он не скрывает, что глубоко сожалеет об этом, и довольно настоятельно показывает, что хотел бы изменить это положение вещей. Конечно, Путин знает, а если не он, то его советники знают точно, что российская экономика деформирована. Причем деформирована настолько, что становится похожей на нигерийскую. Это также экономика, производящая огромное неравенство в распределении богатства. И положение лишь ухудшается, потому что многие из тех, кто может получать это богатство, пользуются возможностью перевезти это богатство на Запад, так что оно не инвестируется в развитие России».

Критически он отзывался и о внешней политике США, говорил об упущенных возможностях.

«После 91-го мы получили всеобщее признание как государство, одержавшее победу в продолжительном, но мирном соревновании — в холодной войне. Нас провозгласили социально-экономической моделью для всего мира. Некоторые говорили о конце истории, о том, что либерально-демократическая модель — окончательная система, и мы — ее воплощение. В таком контексте мы взяли что-то вроде самоотвода от глобальной ответственности. Первое после 91-го года правительство, правительство демократов, сосредоточилось главным образом на вопросах внутренней политики, поспешило воспользоваться возможностью в целях улучшения качества жизни, превращения нашей системы в более социально-ориентированное или равноправное государство. И наше общество стало заботиться фактически только о внутренних проблемах, об исполнении как коллективной, так и индивидуальной мечты. Мы отстранились от глобальной ответственности. Мы не пытались создать новую архитектуру ни в отношениях с посткоммунистической Россией, ни сколько-нибудь последовательно с Китаем после того, как нормализовали отношения с ними в конце 70-х годов. Затем пришла республиканская администрация, снова на два срока. Ее клеймом стало 11 сентября. И я полагаю, ее реакция на теракты была демагогической, чрезмерной, и она еще больше исказила американскую роль в мире. Потому что от позиции относительного равнодушия и пассивного принятия новой эры надежды и мира мы вдруг перешли к роли рыцаря в войне против джихада. Наше общество сбили с толку мобилизационные лозунги. Его движущими силами стали беспокойство и страх, а не реалистическая оценка происходящего на глобальной сцене. И это все больше втягивало нас в трудности, цену и последствия которых мы продолжаем ощущать и, вероятно, будем преодолевать их в течение еще многих лет».

Несмотря на уверенность в разрушительной роли путинизма, Бжезинский оставался оптимистом в отношении будущего России.

«Я полагаю, что, хоть в краткосрочной перспективе контроль Путина над Россией и приводит к контрпродуктивным, хорошо что не к деструктивным, последствиям, в долгосрочной перспективе его влияние не будет столь велико, как кажется сегодня, когда власть сконцентрирована у него в руках и когда его амбиции столь велики. Путинизм в какой-то степени уже даже сегодня анахронизм. Его стиль руководства ассоциируется с прошлым, он не отвечает сегодняшним глобальным задачам, да и специфическим внутрироссийским проблемам. В нем есть комическое притворство, которое не дает воспринимать его полностью серьезно».

Поездки Путина с обнаженным торсом верхом на лошади, плавание стилем баттерфляй, поездка за рулем по Сибири и собственноручная заправка машины на заправочной станции, на которой, как потом выяснила российская пресса, и бензина-то не было, — все это, а также церемония инаугурации в 2011 году, казалось Бжезинскому комичным и наводило на размышления о мрачных исторических аналогиях:

«Я смотрел церемонию инаугурации по телевидению. Эта сцена с двумя рядами двухметровых солдат, одетых в театральную форму… Путин, проходящий между этими рядами, очень маленький, но очень жесткий. Все это заставляет меня вспомнить европейского политического лидера, стиль которого одно время был практически таким же и который также опирался на национализм и историческое величие. О ком я говорю? О Муссолини, конечно, о Муссолини».

Збигнев Бжезинский не сомневался, что, в конечном счете в России возобладает демократия. «Между Россией и остальной Европой существует взаимное признание исторической роли и культурных особенностей. И я предвижу в будущем появление обширного единого сообщества от Ванкувера до Владивостока».

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 мая 2017 > № 2188165 Збигнев Бжезинский


США > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 27 мая 2017 > № 2188059

Полковник Уорк и военный искусственный интеллект

Илья Плеханов, ИноСМИ, Россия

Роберт (Боб) Уорк (Robert Work) — интересная личность. Сегодня он — один из главных в Пентагоне стратегов ведения войны в будущем. Боб Уорк прослужил в Корпусе морской пехоты США 27 лет, командовал артиллерийским батальоном и дослужился до звания полковника. В 2001 году ушел в отставку и стал занимать различные должности в военно-аналитических организациях. С мая 2009 по март 2013 года — заместитель министра военно-морских сил США. С мая 2014 года Уорк занял пост заместителя министра обороны США при президенте Обаме. После вступления в должность нового президента Дональда Трампа, несмотря на смену руководства Пентагона, Уорк остался на своем месте. В марте Трамп сказал, что у него есть новый кандидат на должность замминистра обороны, но прошло уже два месяца, а Уорк все также занимает свою должность.

Почему Боб Уорк так важен для Пентагона? Формально, Уорк по просьбе главы вооруженных сил США генерала Джеймса Мэттиса (James Mattis) должен довести до конца все вопросы, связанные с разработкой нового военного бюджета страны. Неформально, Уорк — это страстный идеолог новых подходов к ведению боевых действий будущего.

Его конек — это внедрение искусственного интеллекта и роботизированных систем в вооруженные силы, разработка стратегии войны в космосе и ведения комбинированного боя (так назовем Multi-Domain Battle — одновременное ведение боевых действий в различных сферах: на суше, море, в воздухе, космосе, киберпространстве и электромагнитном спектре) в условиях «системы ограничения доступа» (A2/AD, Anti-Access, Area Denial). Собственно и разработка масштабной стратегии «Третьего противовеса» (Third Offset Strategy), призванной обеспечить военно-технологическое преимущество США перед Россией и Китаем, — это тоже детище Уорка.

В 2014 году Боб Уорк опубликовал написанную в соавторстве монографию «20YY: подготовка к войне в эпоху роботов», которая стала настольной книгой аналитиков войны будущего.

Но помимо громких и всегда привлекающих внимание прессы публичных выступлений, книг, статей и интервью активность Уорка приносит и реальные плоды.

В апреле на крупнейшей базе Корпуса морской пехоты США Западного побережья Кэмп-Пендлтон прошли первые в истории учения S2ME2 ANTX (Ship To Shore Maneuver Exploration and Experimentation Advanced Naval Technology Exercise), на которых были протестированы около 50 новых военных технологий. В том числе и беспилотные наземные роботизированные платформы, ведущие огонь по противнику, автоматически доставляющие боеприпасы и отвечающие за материальное обеспечение десантирования морпехов.

Уорк много делает для работы экспериментального центра комбинированных космических операций (JICSpOC), который призван координировать работу коммуникационных и военных спутников США в случае войны на земле и в космосе с технологически развитым противником.

А 26 апреля Боб Уорк создал специальное подразделение по ведению «алгоритмических боевых действий» (Project Maven), которое должно взять на себя и ускорить внедрение искусственного интеллекта и машинного обучения в вооруженных силах.

Уже первого мая подразделение должно было отчитаться о планах по работе, а через каждые три месяца уже на практике внедрять те или иные технологии. После внедрения искусственного интеллекта в одной области команда начинает работу в другой. По мнению Уорка, пора переходить от разовых попыток внедрения новейших информационных технологий и превратить это в беспрерывный процесс во всех вооруженных силах.

Для медленной бюрократической машины Пентагона 90 дней — это фантастический темп.

Уорк торопится. По его мнению, тем же самым занимаются вероятные противники — Россия и Китай, и союзный Израиль, действия которого и применение искусственного интеллекта в военных целях может привести к дестабилизации всего региона Ближнего Востока. Сегодня в мире, по оценкам американского онлайн-издания Defense One, существует 284 военные системы, которые в той или иной мере уже включают в себя искусственный интеллект. И нет гарантий, что США в этой новой гонке станет победителем.

Замминистра обороны США говорит буквально следующее: «Хотя мы предпринимаем предварительные шаги для изучения потенциала искусственного интеллекта, больших объемов данных и глубокого обучения, я по-прежнему убежден, что нам нужно сделать гораздо больше и двигаться гораздо быстрее».

Первая задача нового подразделения Пентагона (Project Maven) — это использование искусственного интеллекта для анализа данных и видеоизображений, получаемых в Сирии и Ираке. Сегодня до 95% всех данных, поступающих в аналитические военные центры США c беспилотников, идут именно из этих двух стран. Люди в прямом смысле слова не справляются с обработкой и анализом таких огромных массивов информации. До 80% их рабочего времени занимает просто просмотр кадров.

Искусственный интеллект в теории должен помочь им определять объекты, выявлять ненормальные последовательности действий на земле и т. п. Искусственный интеллект не будет определять цели для уничтожения, но поможет сделать это людям, хотя сегодня и ведутся разработки по созданию систем, которые бы автономно определяли противника, сверяясь с «библиотекой» целей.

В приоритете военных и разработка систем «человек-машина».

Весной этого года прошли две интересных конференции по применению искусственного интеллекта в будущих боевых действиях. Одна из них была посвящена ускорению процессов симбиоза человека и машины в рамках военной стратегии «Третьего противовеса», а на второй Исследовательская лаборатории армии США представила исследование, в котором рассказывается, что в обучающиеся нейронные сети загружают данные об активности мозга человека, когда он определяет цель и решает навести на нее оружие.

Искусственный интеллект пока не может делать такие решения в динамично меняющемся мире боевых действий, хотя и работы по автономному поведению беспилотных автомобилей на дорогах впечатляют. Но в хаотичной военной обстановке цена ошибки еще больше, чем на дороге. В идеале новый подход и изучение сигналов мозга лучших солдат, делающих свою работу в критических ситуациях, позволит в итоге постоянно обучающемуся искусственному интеллекту затем и самому в режиме реального времени определять цели уже без участия человека.

Боб Уорк часто говорит о необходимости уделять внимание новым технологиям на основе искусственного интеллекта: «Армия США знакома с автономными системами ведения боя, которые она применяла в течение последнего десятилетия в Ираке, Афганистане и других странах. Но такие виды вооружения, как управляемые воздушные и наземные аппараты с дистанционным управлением, будут в скором времени заменены преимущественно беспилотными и автономными системами во всех физических сферах действия (в воздухе, море, под водой, на суше и в космосе) и в большинстве военных операций. Еще потребуется некоторое время, чтобы новый способ ведения войны стал более очевидным, в котором беспилотные и автономные системы займут центральное место при ведении боя».

США > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 27 мая 2017 > № 2188059


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter