Всего новостей: 2526812, выбрано 21445 за 0.432 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. Кипр. ДФО > Металлургия, горнодобыча. Внешэкономсвязи, политика > minprom.ua, 4 июня 2018 > № 2638828

Русал может сменить кипрский офшор на русский

В "Русале" обсуждают возможность перерегистрации компании из-за границы в одном из "специальных административных районов" (САР), которые планируется создать на островах Русский и Октябрьский. Об этом пишет газета "Коммерсант".

Крупные российские холдинги "проявляют прямую заинтересованность в перерегистрации" в САР, которые предполагается создать на островах Русский (Приморский край) и Октябрьский (Калининградская область), заявил 1 июня министр экономики Максим Орешкин. По его словам, министерство обсуждает с участниками рынка законопроекты по САР и "отрабатывает детали, которые правительство сможет предложить в качестве поправок ко второму чтению, чтобы крупные холдинги смогли перерегистрироваться из-за рубежа без существенных потерь". Чуть позже со ссылкой на источник в правительстве информагентства сообщили, что "переговоры идут и по "Русалу"".

UC Rusal Plc зарегистрирована на Джерси и является налоговым резидентом Кипра. Основной акционер "Русала" Олег Дерипаска попал под санкции США 6 апреля вместе с рядом своих ключевых активов, включая "Русал" и En+ Group, владеющую в алюминиевой компании 48,13% и контролирующую ее по соглашению акционеров. В черном списке оказался и Виктор Вексельберг, который с партнерами контролирует 26,5% "Русала" (еще 8,75% у трейдера Glencore). "Ренова" Виктора Вексельберга среди потенциальных резидентов САР пока не упоминается. Источник издания, знакомый с бизнесом группы, уверяет, что владение ее активами в РФ уже "структурировано через российские компании". В зарубежных активах В.Вексельберг отказывается от контрольных пакетов, по схожему пути пойдет и О.Дерипаска, он согласился снизить долю в En+ до менее 50% (сейчас 66%).

Работа по созданию "российских офшоров" активизировалась весной. Из законопроектов Минэкономики и презентации к ним следовало, что в САР предлагается создавать или переносить туда головные структуры из других юрисдикций с максимально возможным сохранением всех прав и преимуществ иностранных офшоров, дать право платить налоги только от бизнеса в РФ и не считаться валютными резидентами. Уже в апреле юристы отмечали уязвимые места идеи, но 16 мая премьер Дмитрий Медведев подтвердил, что на островах Русский и Октябрьский создаются "специальные районы с особым правовым статусом и налоговым режимом". М.Орешкин уточнил, что это произойдет до конца года.

Руководитель проектов адвокатского бюро "S&K Вертикаль" Алена Бачинская считает, что перерегистрация может быть связана с попыткой избежать новых санкций: законопроекты о САР допускают непрозрачность данных о собственниках и менеджерах компании, то есть можно формально скрыть связь с ней конкретных персон. Но, подчеркивает юрист, именно это одна из спорных сторон проекта САР, поскольку в итоге все их резиденты могут попасть в черные списки.

Россия. Кипр. ДФО > Металлургия, горнодобыча. Внешэкономсвязи, политика > minprom.ua, 4 июня 2018 > № 2638828


Израиль. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 4 июня 2018 > № 2638697

Итоги Международного туристического бизнес-форума-2018

Министерство туризма Израиля подводит итоги Международного туристического бизнес-форума-2018

Ежегодный туристический бизнес-форум Министерства туризма Израиля прошел 31 мая в Мультимедиа Арт Музее Москвы. В рамках события были презентованы туристические возможности и продукты четырех израильских регионов: Иерусалима, Тель-Авива, Эйлата и Мертвого моря. В общей сложности мероприятие посетили более 200 ведущих представителей туристического бизнеса России и Израиля – туроператоры, турагенты, делегаты от гостиничных ассоциаций и авиакомпаний.

В рамках форума состоялась пресс-конференция, спикерами которой выступили глава департамента Министерства туризма Израиля в РФ и СНГ Ксения Кобякова, а также представители 4-х израильских регионов: менеджер по работе с ключевыми партнерами в РФ туристического офиса Муниципалитета Иерусалима Оксана Старовойтова, генеральный директор Ассоциации отелей Мертвого моря Уди Зихерман, генеральный директор Ассоциации отелей Эйлата Шабтай Шай, директор по маркетингу Ассоциации отелей Тель-Авива Одед Грофман.

«В 2018 году мы отмечаем 70 лет со дня основания государства Израиль, а также еще одну очень важную для нас дату – в этом году Израильскому туристическому офису в РФ исполняется 20 лет» – отметила Ксения Кобякова. – «2017 год стал рекордным по турпотоку в страну, в общей сложности Израиль посетили 3 861 900 гостей со всего мира, что на 26% больше, чем годом ранее. В первом квартале 2018 года, въездной туристический поток составил 1 429 900 человек – на 25% больше, чем в аналогичный период 2017 года».

Относительно российского рынка г-жа Кобякова отметила: В 2017 году Израиль посетили 397 100 россиян, что показывает 40% рост по сравнению с предыдущим годом. В этом году, результаты также продолжают радовать – с января по апрель Израиль принял 116 200 гостей из РФ, что на 6% больше, чем годом ранее.

Министерство туризма Израиля продолжает делать очень многое для того, чтобы туристический поток в страну продолжал расти, а организовывать поездки в Израиль становилось еще удобнее. В том числе, в настоящий момент, из РФ в Израиль доступно 95 рейсов в неделю – рекордное количество, даже по сравнению 2013 годом, самым успешным по показателям турпотока из России, тогда было доступно до 64 прямых рейсов в неделю. При этом в 2017 году, число прямых рейсов достигало 83 в неделю. География полетов также продолжает расширяться, прямые вылеты в Израиль осуществляются из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Ростова-на-Дону, Самары, Сочи, Краснодара, Кавказских Минеральных Вод.

Отельная база Израиля также продолжает увеличиваться. В 2017 году в Израиле функционировало 402 отеля с 53 000 номеров. 14 отелей были открыты за последние два года.

В ходе выступления, глава представительства также поделилась результатами третьего этапа программы субсидирования чартерных рейсов из России в Овду: «В период с 3 сентября 2017 по 27 мая 2018 года было выполнено 175 перелетов, в общей сложности, в аэропорт Овда прибыло 28 250 гостей из РФ, что на 9% больше, чем в аналогичный период прошлого года. На данный момент, мы активно собираем заявки от консолидаторов рейсов на участие в четвертом этапе программы, который будет проходить с 1 сентября 2018 по 31 мая 2019».

В рамках пресс-конференции, самыми последними новостями поделились представители 4-х регионов Израиля.

Менеджер по работе с ключевыми партнерами в РФ Туристического офиса Муниципалитета Иерусалима Оксана Старовойтова подчеркнула: «В настоящий момент мы активно работаем над формированием образа Иерусалима, не только как города с великой историей, но и современной столицы с развитой гастро-культурой, огромным количеством фестивалей. Значительный упор делаем на аудиторию миллениалов – много путешествующих и открытых ко всему новому, для реализации этой цели активно используем продвижение в социальных сетях. Также в настоящее время делаем акцент на продвижение MICE-туризма – ежегодно в Иерусалиме проходит около 300 международных конференций».

В 2017 году количество ночевок туристов в отелях города увеличилось на 34%, средняя продолжительность пребывания увеличилась на 10% – в среднем это 3 ночи. В докризисные годы количество гостей проживавших в отелях категории 4-5 звезд составляло до 80%, в прошлом году вернулся массовый сегмент – туристы, предпочитающие отели среднего класса составляют 35%.

Одед Грофман, директор по маркетингу Ассоциации отелей Тель-Авива отметил, что россияне, в зависимости от сезона, остаются на втором либо третьем месте среди всех туристов, посещающих Тель-Авив. Ассоциация активно работает над тем, чтобы сделать город еще привлекательнее для туристов, например, к 2021 году здесь заработают еще 20 новых гостиниц, отельная база будет увеличена до 17 500 номеров. В скором времени заработает русскоязычный сайт о Тель-Авиве.

По словам Уди Зихермана, директора Ассоциации отелей Мертвого моря, в настоящее время регион представлен 14 отелями на 4 000 номеров. Мертвое море особенно любят россияне —целых 35% от всех ночевок в отелях региона обеспечивают гости из России. В прошлом году российский турпоток вырос на 18%, а за первые 4 месяца 2018 года рост составил 10%. Г-н Зихерман отметил, что в настоящий момент, Россия является самым значимым рынком для ассоциации.

Завершил пресс-конференцию своим выступлением Шабтай Шай, директор Ассоциации отелей Эйлата: «В самом южном городе Израиля проживает около 50 000 человек, при этом, курорт принимает около 2,5 млн туристов в год, примерно 2 млн из них – сами израильтяне, четверть миллиона – иностранные гости. Отельная база Эйлата представлена отелями на 12 000 номеров – 25% от всего номерного фонда Израиля. Количество ночевок в 2017 году составило 24 млн, 7 млн из них – это ночевки в отелях Эйлата».

За последние три года, иностранный турпоток в регион существенно вырос: за период с октября 2017 года по апрель 2018 года, рост иностранных туристов составил 100%. В этот период Эйлат посетили 150 000 туристов из Европы против 74 000 в предыдущий сезон – одна треть туристов, прибывших в аэропорт Овда южного города-курорта – россияне, при этом ими обеспечено 40% от всех ночевок.

После деловой части мероприятия, гостей ждала обширная развлекательная программа: все присутствующие наслаждались блюдами национальной кухни, израильским вином, принимали участие в конкурсах и выигрывали поездки в Израиль и танцевали под зажигательное шоу барабанщиков, исполнивших хиты израильской музыки.

Израиль. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 4 июня 2018 > № 2638697


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 4 июня 2018 > № 2634961 Мэтью Берроуз

«Трамп окружил себя людьми, которые ненавидят Россию»

Экс-аналитик ЦРУ Мэтью Бэрроуз о российско-американских отношениях

Отношения Москвы и Вашингтона вряд ли улучшатся в ближайшее время — у президента США Трампа нет поля для маневра на российском направлении. При этом главной проблемой для США является не Россия, а Китай, считает бывший аналитик ЦРУ, а ныне — директор инициативы стратегического прогнозирования экспертного центра Atlantic Council Мэтью Бэрроуз. О ситуации в российско-американских отношениях он рассказал в интервью «Газете.Ru».

— Одним из главных раздражителей в отношениях России и США остается якобы вмешательство Москвы в американские выборы. Если не будет найдено серьезных доказательств — кроме всех этих троллей — могут ли страны перейти к нормализации отношений?

— Это будет сложно с американской стороны. Есть большая часть истеблишмента, настроенного антироссийски. Это поколение «холодной войны», которое может быть не согласно с теми или иными шагами Путина, но в то же время оно разбирается в проблемах, понимает необходимость диалога.

— В случае встречи Путина и Трампа на саммите в Аргентине, можно ли ожидать каких-то сигналов?

— Проблема в том, что Дональд Трамп окружил себя людьми, которые ненавидят Россию. Джон Болтон [советник по национальной безопасности] — не друг, Майк Помпео [госсекретарь] — не друг, Джеймс Мэттис [глава Пентагона] — исключение, он все же видит Россию как важную державу.

У Трампа нет возможностей для маневра в санкционной политике. Президент не может пойти против конгресса в данной ситуации. Но одна из возможностей для диалога есть — это контроль над вооружением. США не хотят ядерной гонки, не хочет этого и Россия. Но, конечно, люди, которые этого желают, есть.

— Совсем недавно в свет вышла книга экс-посла США Майкла Макфола, где он пишет, что США было гораздо легче решать вопросы, когда у руля России были «слабые» лидеры. Есть также мнение, что достаточно долгое время нынешний российский президент был настроен довольно прозападно, но не увидел шагов навстречу.

— Да, и он еще пишет, что в 1990-е годы США использовали слабость России в своих интересах и не прислушивались к ее интересам. Для американцев всегда было трудно понять, что другие чувствуют. Были такие люди, как президент Ричард Никсон и Джеймс Бейкер (госсекретарь США во времена президентства Джорджа Буша-старшего. — «Газета.Ru»), которые считали, что произойдет «возвращение» России. И что мы недооцениваем наше партнерство и игнорируем российские интересы.

Я возлагаю вину за подобное мышление на весь этот менталитет в стиле «конца истории». Они проиграли, а мы победили. Мне кажется, умнее было бы сохранять связи и не пытаться никого унизить.

То же самое я думаю о санкциях — это попытка повлиять на американское поколение, которое пришло после «холодной войны». Если посмотреть на историю, то проблемы начинаются тогда, когда кто-то пытается унизить своего оппонента.

— Известно, что вы долгие годы занимались Китаем. Сегодня обсуждается тема возможного противостояния Китая и США. Намерения Пекина трудно понять. Не видите ли вы, что сегодня Китай и США вступают в большее противодействие?

— Внимание Вашингтона сегодня достаточно серьезно сосредоточено на Китае — как в экономической, так и в стратегической области и, конечно, опасения, что Китай превзойдет США, есть.

Китай сейчас рассматривается как реальный соперник, и это несет определенные проблемы для России как для партнера Пекина. В Вашингтоне есть те, кто считает, что мы должны действовать по отношению к Китаю так же, как с СССР во времена «холодной войны».

В Вашингтоне есть мыслители, которые считают, что слишком тесное сближение с КНР ударит по России, так как Китай будет видеть в ней «младшего партнера». Я же вижу в сближении России и Китая определенный элемент «брака по расчету». К тому же, и Россия и Китай — крупные соседи.

— Есть ли какие-то ожидания в отношении саммита США - КНДР?

— Они, конечно, поговорят о том, как снизить напряженность в ядерной сфере, однако

я сомневаюсь, что Трамп может решить этот вопрос быстро. К тому же после промежуточных выборов он может оказаться более ограничен в своих возможностях. Трамп, конечно, использует эту встречу, чтобы улучшить свой имидж. Но что касается КНДР, им надо выходить из кризиса, в котором они находится.

— Многие считают, что Трамп сделал ошибку, отказавшись от «иранской сделки», и это привело к конфликтной ситуации. «Сдадутся» ли европейцы США в этом вопросе?

— Думаю, реакция внутри этих стран будет очень негативной, если они не ответят. Другое дело, что ответ их должен быть взвешенным, так как они хотят послать сигнал США, а не начать торговую войну. Однако будет сложно, так как Трамп жестко отреагирует на любой ответ.

— Какова цель США в Иране? Изменение режима с помощью недовольной молодежи? При этом получается, что реформаторы сегодня проиграли.

— Не думаю, что они мыслили такими категориями. Возможно, они действительно думали, что есть какой-то потенциал для изменения режима. Я думаю,

для Трампа это больше эмоциональное — он хочет полностью ликвидировать наследие Обамы.

Не думаю, что это здесь был какой-то стратегический расчет.

— Многие эксперты не понимают, как будет действовать Трамп, и это создает проблемы.

— То, что у него на уме, понять легко — он ежедневно пишет «твиты» (смеется. — «Газета.Ru»), однако есть мало понимания, какими будут следующие шаги. Трудно понять, что из написанного им будет воплощено.

— Во время одной из дискуссий, в которых вы участвовали, говорилось о будущем технологий. Сегодня мы все больше говорим о цифровизации, машинах без водителей, роботах, которые будут заменять людей. Не столкнемся ли мы с протестами против технологий. Не появятся ли новые «луддиты» — разрушители современных станков?

— Я не думаю, что мы увидим разрушителей машин в прямом смысле слова, однако государство должно будет озаботиться тем, чтобы помогать людям получать образование и приобретать новые навыки, чтобы они не чувствовали себя беспомощными.

Это будет сложно, так как в США заметно, что уровень преподавания идет вниз. Речь идет не о пригородах Вашингтона — там-то все отлично. Я говорю, например, об Оклахоме — там средств хватает, чтобы школы работали четыре дня в неделю.

И, конечно, есть большая озабоченность тем, как мы будем готовить следующее поколение. Так как одна вещь, связанная с технологиями, которую мы наблюдаем в этой революции, — она создает неравенство.

Она поощряет тех, у кого есть необходимые навыки, а также того, у кого есть капитал для инвестиций.

— Но сейчас во многих странах мира в США и в России есть люди, которых по-прежнему ценят за «золотые руки». Это и механики, и даже хорошие сантехники. Как быть с ними?

— Многие из них останутся востребованными: те механики и даже сварщики, которые получают большие деньги за свой труд, и те же сантехники, — останутся. Их нельзя будет легко убрать с рынка труда, хотя, конечно, они должны будут усовершенствовать свои навыки.

— Если говорить о роботах и тому подобных технологиях, которые используются в вооруженных силах. Означает ли это, что следующие войны будут более гуманные — роботы против роботов?

— Я не думаю, что это будет так, ведь война сама по себе — это негуманная вещь. Если, например, у вас отключается электрическая сеть из-за кибератаки, это может быть очень болезненно. И даже если у больницы есть свои генераторы, это может затронуть их.

— Есть ли у вас ощущение что наращивание кибертехнологий может привести к тому, что именно кибервойны станут войнами будущего?

— Страны создают кибервозможности, однако они — часть их оружейного спектра «гибридной войны». Например, если кто-то ударит по вашей электросети, вы можете ответить как угодно.

— Сегодня много говорят о ситуации в области ядерного оружия и о договорах, которые сдерживают его применение. Могут ли такие правила применяться и к кибероружию?

— К сожалению, кибероружие — это оружие соблазна. Оно не уносит жизни большого количества людей.

Оно может послать сигнал и одновременно не стать спусковым крючком для большой войны. И мы еще не пришли к состоянию, которое спровоцировало бы большую кибервойну.

Если посмотреть, например, на соглашения о применении химического оружия, большинство из них подписано уже после того, как нечто плохое произошло, и обе стороны понимают, что нужно наложить ограничения. Мы еще к этой точки не пришли. Думаю, потому, что это специфическое оружие.

Когда вы его использовали, его можно быстро «убрать со стола». Если вы, например, разрабатываете какой-то вирус, то когда его однажды использовали, все знают, как потом от него защититься. В кибероружии видят хороший инструмент, и вряд ли кто-то от него откажется.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 4 июня 2018 > № 2634961 Мэтью Берроуз


Австрия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2634070 Владимир Путин

Интервью австрийскому телеканалу ORF.

В преддверии визита в Австрию Президент России ответил на вопросы ведущего австрийской телерадиокомпании ORF Армина Вольфа.

А.Вольф: Уважаемый господин Президент!

Ваш первый зарубежный визит ведёт Вас в Австрию. Это своего рода поощрение за благожелательную политику в отношении России со стороны австрийского правительства, которое выступает против новых санкций ЕС и не выслало российских дипломатов из–за «дела Скрипаля»?

В.Путин: Мне кажется, что такое уважаемое европейское государство, как Австрия, не нуждается ни в чьих поощрениях. У нас с Австрией давние, очень хорошие, глубокие отношения. Австрия – наш традиционный и надежный партнёр в Европе. Несмотря на все сложности предыдущих лет, с Австрией у нас никогда не прерывался диалог ни в сфере политики, ни в сфере безопасности, ни в области экономики. За прошлый год товарооборот с Австрией вырос на сорок с половиной процентов. Мы уважаем позицию Австрии и её нейтральный статус. Как вы знаете, Россия является одним из гарантов этого статуса и принимала участие в подготовке государственного договора.

Мы сотрудничаем в самых различных областях с Австрийской Республикой: в экономике, я уже сказал, в сфере политики, безопасности, в экономике в самых различных областях. Это не только энергетика, хотя я об этом сейчас скажу ещё, это авиастроение, авиационная безопасность, гидроэнергетика. В Россию всё больше и больше инвестируется австрийских капиталов. Мы расцениваем это как доверие к той экономической политике, которую проводит Правительство Российской Федерации.

У нас осуществляются крупные проекты. Благодаря нашему сотрудничеству Баумгартен, а значит, и Австрия, стал самым крупным в Европе газовым хабом. У нас много общих и совпадающих интересов, поэтому мы с удовольствием приняли здесь господина Федерального канцлера Курца в феврале этого года. Именно исходя из этих соображений готовится и, я надеюсь, будет осуществлён в ближайшее время мой визит в Австрию.

А.Вольф: Частично российское правительство поддерживает хорошие отношения с некоторыми членами австрийского правительства. В 2016 году «Единая Россия» заключила соглашение о партнёрстве со Свободной партией Австрии. Почему именно с ней?

В.Путин: Вы сейчас сказали про то, что российское правительство поддерживает хорошие отношения с Австрией, и продолжили этот анализ по чисто партийной линии.

Я был одним из создателей партии «Единая Россия», но сейчас, поскольку являюсь главой Российского государства, в партии не состою.

Действительно, Правительство России очень предметно и достаточно глубоко работает со своими коллегами в Австрии без всяких политических предпочтений.

У нас в известной степени в отношении политики на австрийском направлении существует общенациональный консенсус, нет таких политических сил, которые бы выступали против развития отношений с Австрией, но на политическом уровне, на партийном могут существовать какие–то предпочтения. И то, что «Единая Россия» наладила отношения именно с той партией, которую Вы сейчас упомянули, – это чисто партийные контакты. Я уверен, что «Единая Россия» с удовольствием будет развивать контакты и с другими политическими силами.

А.Вольф: Вы возглавляли долгое время эту партию, сейчас её возглавляет Медведев. Многие наблюдатели полагают, что российское руководство через партию «Единая Россия» хотело бы поддерживать связи с националистическими партиями, поскольку они хотят разделить Европейский союз. Откуда берутся эти тесные связи между российским руководством и критически настроенными к Европейскому союзу партиями?

В.Путин: Вам лучше спросить об этом, конечно, Председателя Правительства России господина Медведева, он является лидером партии. Но я могу с большой долей уверенности предположить следующее. У нас нет никаких целей что–либо и кого–либо разделять в Евросоюзе. Мы, наоборот, заинтересованы в том, чтобы Евросоюз был единым и процветающим, потому что Евросоюз – наш крупнейший торгово-экономический партнёр. И чем больше проблем внутри Евросоюза, тем больше рисков и неопределённостей для нас самих. Уже о многом говорит то, что у нас торговый оборот со странами Евросоюза сейчас почти 250 миллиардов. Он упал в два раза, был 400 с лишним миллиардов. Так нам зачем дальнейшее падение? Нам зачем раскачивать Евросоюз, чтобы нести какие–то дополнительные убытки, издержки либо недополучать возможную выгоду от сотрудничества с Евросоюзом? Наоборот, нужно наращивать взаимодействие с Евросоюзом.

А если мы и на политическом уровне с кем–то работаем или с кем–то работаем интенсивнее, чем с другими, то исходим только из простых прагматических соображений. Мы стараемся сотрудничать с теми, кто сам публично заявляет о готовности и желании сотрудничать с нами. Только в этом ищите причину каких–то контактов на политическом и партийном уровне наших политических партий, формирований, каких–то движений и европейских, а не в желании что–то раскачать или чему–то помешать в самом Евросоюзе. У нас нет таких целей, не было и никогда не будет.

40 процентов наших золотовалютных резервов хранятся в евро. Нам зачем раскачивать это всё, в том числе и единую европейскую валюту как производную от раскачки самого Евросоюза? Я хочу, чтобы и в Австрии, и в других странах Евросоюза выбросили эту мысль из головы.

А.Вольф: Несмотря на это, западные правительства, Европа, и прежде всего США, обвиняют Россию в том, что она вмешивается во внутреннюю политику других государств силами хакеров. Во всех интервью Вы говорите, что это не так, однако нет сомнений в том, что в Санкт-Петербурге на протяжении многих лет есть так называемая Internet Research Agency, которая пытается в Фейсбуке повлиять на публичные дебаты. Эти так называемые фабрики троллей принадлежат Евгению Пригожину, которого Вы очень хорошо знаете, его называют поваром Путина, поскольку он обслуживает всех Ваших гостей. Неужели хорошо, что тот, кто поддерживает такие тесные отношения с российским руководством, занимается фабриками троллей?

В.Путин: Вы сказали «Россия», а потом начали говорить о хакерах, так? Когда Вы сказали «Россия», Вы имели в виду Российское государство либо отдельных российских граждан, хакеров, каких–то юридических лиц?

А.Вольф: Я имел в виду господина Пригожина.

В.Путин: Я сейчас про Пригожина скажу.

Я прошу Вас делать разницу между Правительством Российской Федерации, Российским государством, российскими гражданами или какими–то юридическими лицами, может быть.

Вы сейчас сказали о том, что господина Пригожина называют поваром Путина. Он действительно занимается ресторанным бизнесом, это его экономическая база, он ресторатор в Петербурге.

Но теперь я хочу у Вас спросить: Вы действительно думаете, что человек, который занимается ресторанным бизнесом, имея даже какие–то хакерские возможности, имея какую–то частную фирму в этой сфере – я даже не знаю, чем он занимается, – с этих позиций может повлиять на выборы в Соединённых Штатах или в какой–то европейской стране? Как же низко пало всё, что происходит в информационной и политической сфере в странах объединённого Запада, если ресторатор из России может повлиять на выборы в какой–то из европейских стран либо в Соединённых Штатах! Это не смешно?

А.Вольф: Господин Президент, наверное, это хорошо или плохо, но это неправда. Господин Пригожин занимается не только ресторанами, у него много фирм, которые заключили договоры с Министерством обороны и получают много госзаказов, миллионы долларов он тратит на фабрику троллей, чтобы они производили эти посты. Зачем это нужно ресторатору?

В.Путин: Спросите у него. Российское государство не имеет к этому никакого отношения.

А.Вольф: Но Вы же его сами хорошо знаете.

В.Путин: Ну и что? Я много людей знаю и в Петербурге, и в Москве. Вы их спросите.

В Соединённых Штатах есть такой фигурант – господин Сорос, который вмешивается во все дела во всём мире. И мне очень часто наши американские друзья говорят: Америка не имеет к этому отношения как государство. Вот сейчас пошли слухи, что господин Сорос хочет раскачать евро, европейскую валюту. Это уже обсуждается в экспертных кругах. Спросите Госдеп: зачем он это делает? Госдеп Вам ответит, что он не имеет к этому никакого отношения, это личное дело господина Сороса. А у нас это личное дело господина Пригожина. Вот, пожалуйста, ответ Вам. Вас устраивает такой ответ?

А.Вольф: Пригожина сейчас обвиняют в США вместе с 12 другими российскими гражданами по делу о вмешательстве в выборы. Вы и Дональд Трамп очень мило говорите друг с другом, однако Трамп уже на протяжении полутора лет является Президентом, и пока ещё не было двустороннего саммита между вами, несмотря на то что Вы с Бушем и Обамой встречались в первые шесть месяцев после избрания. Почему так много времени требуется на это?

В.Путин: Это нужно спросить у наших коллег из Соединённых Штатов. На мой взгляд, это результат продолжающейся острой внутриполитической борьбы в самих Соединённых Штатах. Действительно, мы с Президентом Трампом встречались, во–первых, неоднократно на различных международных площадках, во–вторых, мы регулярно разговариваем по телефону. Вместе и достаточно неплохо работают наши внешнеполитические ведомства и специальные службы по тем направлениям, которые представляют взаимный интерес, прежде всего по борьбе с международным терроризмом. Работа продолжается.

А что касается личных встреч, то, на мой взгляд, они, эти возможные встречи, в значительной степени зависят от внутриполитических раскладов самих Соединённых Штатов. Сейчас уже предвыборная кампания в Конгресс начинается, потом не за горами президентские выборы, продолжаются нападки на Президента Соединённых Штатов по разным направлениям. Мне думается, что прежде всего в этом дело.

В одном из последних телефонных разговоров Дональд сказал, что он обеспокоен новой возможной гонкой вооружений. Я с ним полностью согласен. Но для того, чтобы предотвратить эту возможную гонку вооружений – а мы не являемся инициаторами такого развития событий, как вы знаете, не мы выходили из Договора по противоракетной обороне, мы только отвечали на угрозы, которые в этой связи для нас возникают, но я согласен с Президентом США, – мы должны об этом задуматься, должны что–то с этим сделать, дать соответствующее поручение министерствам иностранных дел, нашему МИДу и Госдепу США. Экспертам нужно начать работать предметно, но надеюсь, что когда–то эта работа в интересах США и России, в интересах всего мира на самом деле, потому что мы крупнейшие ядерные державы, начнётся, в том числе и между нами непосредственно, лично.

А.Вольф: Многие обеспокоены ситуацией в Северной Корее. Министр иностранных дел Сергей Лавров недавно вернулся оттуда. Как Вы считаете, может ли произойти атомная война между США и Северной Кореей?

В.Путин: Даже думать на эту тему не очень хочется, и предположение это страшное. Если уж кто в этом не заинтересован, то это Россия, потому что Северная Корея – наш сосед. Кстати говоря, один из ядерных полигонов, как раз тот, который, по–моему, сейчас уничтожается Северной Кореей, находится всего, дай бог памяти, в 190 километрах от границ Российской Федерации. Для нас это имеет абсолютно предметное значение и очень существенное значение. Поэтому мы будем делать всё, для того чтобы на Корейском полуострове произошла разрядка. В этой связи, конечно, мы большие надежды возлагаем на личную встречу Президента Трампа и лидера Северной Кореи Ким Чен Ына, потому что слишком уж далеко зашли взаимные претензии.

Мне представляется, что эта дорога – дорога к денуклеаризации Северной Кореи – должна быть всё–таки дорогой с двусторонним движением. Если лидер Северной Кореи всё–таки подтверждает свои намерения практическими делами, например, отказывается от новых испытаний баллистических ракет, от новых ядерных испытаний, то и другая сторона должна какие–то делать встречные осязаемые, понятные шаги. В этой связи я считаю контрпродуктивным продолжение военной активности, военных манёвров и всего, что с этим связано. Очень рассчитываю на то, что ситуация будет развиваться в позитивном ключе.

Мы со своей стороны готовы приложить для этого все усилия. Мы всегда находились в контакте с руководством Северной Кореи, мы предлагаем ряд совместных трёхсторонних проектов в сфере экономики. Это инфраструктурные проекты, железная дорога из России в Северную, а затем Южную Корею, это тот же самый трубопроводный транспорт, работа в сфере энергетики, в трёхстороннем и, может быть, в четырёхстороннем формате – вместе с Китаем.

Кстати, Китай очень многое сделал, для того чтобы ситуация была направлена в сторону разрядки и денуклеаризации. Если мы все вместе объединим усилия, в том числе в рамках российско-китайской «дорожной карты», которую мы совместно предложили по решению северокорейской ядерной проблемы, то, мне думается, мы добьёмся нужных нам результатов.

А.Вольф: Одной из самых сложных тем в контексте с Россией является Украина. В 2014 году был сбит рейс MH17 на Украине, 290 человек погибли. Международная следственная комиссия заявила несколько дней назад, что этот самолёт был сбит ракетной системой российской армии, что это был конвой из России, который прибыл к украинским повстанцам на востоке Украины. Есть видео, есть телефонные разговоры и десятки свидетелей. Вы уже год говорите, что это не соответствует правде, но практически никто не верит этим словам.

Разве Вы тем самым не ставите на кон достоверность российских заявлений? Может быть, стоит после многих лет действительно признать, что повстанцы на востоке Украины использовали российское вооружение, для того чтобы совершить это ужасное преступление?

В.Путин: Хочу отметить, что обе конфликтующие стороны: и украинская армия, и даже украинские националистические батальоны, которые никому не подчиняются, кроме своих лидеров, и донбасская милиция, вооружённые формирования Донбасса – они все используют оружие советского и российского производства. Все. И у одной, и у второй стороны стоят на вооружении в том числе всякие различные комплексы: и стрелковое оружие, и авиация, и комплексы борьбы с авиацией. Всё это российского производства.

А.Вольф: Но сейчас уже знают, какая именно ракета – ракета комплекса «Бук». Это была бригада российской армии в Курске. Это уже доподлинно известно, тем не менее Вы это отрицаете. Но разве не стоит признать, что эта ракета действительно российского происхождения? Не стоит ли официально признать, что Россия поддерживала вооружением повстанцев на востоке Украины?

В.Путин: Если Вы наберётесь терпения и дослушаете меня, то Вы узнаете мою точку зрения по этому вопросу, хорошо?

Так вот я уже сказал, что с обеих сторон используется оружие российского производства, и на вооружении российской армии стоят точно такие же системы, о которых говорят эксперты, точно такие же, произведённые наверняка в бывшем Советском Союзе либо в России. Это во–первых.

Во-вторых, российских экспертов не допускают к расследованию, наши аргументы в расчёт не принимаются, нас никто в этой комиссии слушать не хочет. Наоборот, украинская сторона, которая является заинтересованной в результатах этого расследования, допущена к этому расследованию. А она несёт как минимум ответственность за то, что в нарушение международных правил ИКАО не запретила пролёт гражданских воздушных судов в зоне конфликта. Мы до сих пор не можем получить ответа на некоторые вопросы, связанные с деятельностью боевой авиации Украины в этом регионе, в этом месте и в это время. Трагедия, о которой мы говорим, ужасная, и бесконечно жаль людей, которые погибли, и семьи погибших, но это расследование должно быть объективным и всесторонним.

Сейчас, секундочку, не торопитесь. Дайте мне сказать, иначе у нас будет не интервью, а монолог только с одной стороны – Вашей.

А.Вольф: Разрешите тем не менее коротко сказать: да, мы уже знаем, откуда взялась эта ракета. Но какой интерес у Голландии, у Австралии или Малайзии в том, чтобы свалить вину на Россию, если это была не российская ракета, которая принадлежала российским Вооружённым Силам?

В.Путин: Нет, мы так не думаем, у нас другая точка зрения. Вы сейчас перечислили страны, которые якобы считают, что это российская ракета и что Россия причастна к этой ужасной трагедии. Должен Вас разочаровать и огорчить. Совсем недавно официальные лица Малайзии заявили, что они не видят причастности России к этому ужасному трагическому событию, что у них нет доказательств того, что Россия к этому причастна. Разве Вы об этом не знаете? Разве Вы не видели заявления малазийских официальных лиц?

Поэтому что мы думаем по этому вопросу? Если мы хотим действительно разобраться в этом ужасном событии и выявить все факторы, которые бы позволили нам сделать окончательный вывод, то нужно принимать во внимание все аргументы, в том числе и российские. И было бы в высшей степени справедливо, если бы российские эксперты были допущены к расследованию.

А.Вольф: Сейчас международная следственная комиссия утверждает, что они действительно учли все аргументы. Многие люди не верят в российские аргументы, поскольку много лет назад в Крыму Вы говорили, что знаменитые «зелёные человечки», бойцы в зелёной униформе без опознавательных знаков, – это всё были местные силы самообороны. И через некоторое время вдруг выяснилось, что это действительно были российские солдаты. После этого Вы много раз признавали, что это были представители российской армии, хотя до того Вы отрицали. Почему Вам верить в этот раз?

В.Путин: Вы упомянули про Крым. Знаете ли Вы, что в середине 2000–х годов как раз в районе Крыма над Чёрным морем был сбит российский гражданский самолёт? Это сделала украинская армия в ходе учений. И первая реакция украинских официальных лиц заключалась в том, что Украина к этому не имеет никакого отношения. Был сбит гражданский самолёт, который летел рейсом из Израиля в Россию. Все погибли, естественно. Украина напрочь отрицала свою причастность к этому ужасному инциденту, но потом вынуждена была с этим согласиться. И почему мы должны сейчас верить украинским официальным лицам? Примите, пожалуйста, ответную шайбу на Ваш вопрос по Крыму.

А.Вольф: Я говорю не об украинских официальных лицах, я говорю о Вас. Вы же в 2014 году множество раз говорили, что использовали Вооружённые Силы в Крыму, для того чтобы заблокировать вмешательство Украины. Позже Вы действительно признавали, что в Крыму была российская армия, а до этого Вы это отрицали.

В.Путин: Там всегда находилась российская армия. Я хочу, понимаете, чтобы Вы некоторые вещи не повторяли механически, а реально вникли в то, что там происходило. В Крыму всегда находилась российская армия. Там был наш воинский контингент.

Секунду, дайте мне сказать. Вы хотите всё время задавать вопросы или хотите слышать мои ответы?

И первое, что мы делали, когда начались события на Украине… А что за события такие? Я сейчас скажу – а Вы скажете, да или нет. Это вооружённый антиконституционный переворот и захват власти. Да или нет? Вы можете мне сказать?

А.Вольф: Я не эксперт по украинской Конституции.

В.Путин: А здесь не нужно быть специалистом по Украине, нужно быть просто специалистом по праву, по конституционному праву любой страны.

А.Вольф: Но я не хотел бы беседовать об украинской политике, скорее о российской политике. Давайте я сформулирую по–другому. Что должно произойти, чтобы Россия вернула Крым Украине?

В.Путин: Нет таких условий и быть не может.

Я Вам сейчас скажу почему. Вы меня перебили в очередной раз, а между прочим, если бы Вы мне дали договорить, Вы бы поняли, что имеется в виду. Я всё–таки сделаю это.

Когда на Украине произошёл антиконституционный вооружённый переворот, захват власти с помощью силы, наша армия находилась в Крыму на законных основаниях, по договору там находилась наша военная база. Первое, что мы сделали, – мы увеличили свой контингент для охраны наших Вооружённых Сил там, наших военных объектов, на которые, мы видели, уже готовятся различные покушения и посягательства. Вот с чего всё началось. Я уверенно Вам говорил, что кроме этого там никого не было, но там были наши Вооружённые Силы по договору.

Дайте мне сказать, в конце концов. (Говорит по-немецки.) Seien Sie so nett, lassen Sie mich etwas sagen. [Будьте добры, позвольте мне сказать.]

А.Вольф: Мне настолько не хочется Вас перебивать, но речь же идёт не о российском Черноморском флоте. Конечно же, он там был. Речь идёт о бойцах в униформе без опознавательных знаков. Вы сказали, что это крымчане, но это были не крымчане, это были российские военнослужащие.

В.Путин: Я сейчас скажу об этом, наберитесь терпения. У нас достаточно времени.

Наши военнослужащие всегда там находились. Я так и говорил: там наши военнослужащие были, они ни в чём не принимали участия. Но когда спираль антиконституционных действий на Украине начала закручиваться, когда люди в Крыму почувствовали себя в опасности, когда к ним уже поездами начали направлять националистов, начали блокировать автобусы и автомобильный транспорт, у людей возникло желание защититься. И первое, что пришло в голову, восстановить свои права, которые были получены в рамках самой Украины, когда Крым получил автономию. С этого на самом деле всё началось, начался процесс в самом парламенте по определению своей независимости от Украины.

Послушайте, это разве запрещено Уставом Организации Объединённых Наций? Нет. Там прямо прописано право наций на самоопределение.

В этот момент наши Вооружённые Силы, которые не превысили даже численного контингента, положенного по договору о нашей базе, что сделали? Они обеспечили проведение независимых свободных выборов – волеизъявления людей, проживавших в Крыму. Кстати говоря, решение о проведении этого референдума было принято крымским парламентом, который был избран в полном соответствии с Конституцией и законами Украины до всяких событий подобного рода. Поэтому ничего противозаконного…

Секундочку.

А.Вольф: Насколько я знаю, парламент не имел права принимать это решение. Но давайте продолжим нашу беседу. Аннексия Крыма – это был первый раз, когда страна в Европе аннексировала часть другой страны против её воли. Это действительно воспринималось в качестве угрозы для соседних государств, начиная от Польши, заканчивая Балтийскими государствами, потому что предполагалось, что меньшинства в этих странах тоже могут получить защиту от российских войск.

В.Путин: Вы знаете, если Вам не нравятся мои ответы, то Вы тогда не задавайте вопросов. Но если Вы хотите получить моё мнение по тем вопросам, которые я задаю, то Вам нужно всё–таки набраться терпения. Я должен договорить.

Итак, Крым получил независимость не в результате вторжения российских войск, а в результате волеизъявления крымчан на открытом референдуме.

Если Вы говорите об аннексии, то разве проведение референдума народом, который проживает на этой территории, можно назвать аннексией? Тогда аннексией надо назвать и самоопределение Косово. Почему же Вы не называете аннексией самоопределение Косово после вторжения туда войск НАТО? Вы же так не говорите. Вы говорите о праве косоваров на самоопределение. Косовары это сделали только решением парламента, а крымчане сделали это на референдуме, на который пришло свыше 90 процентов людей, проживающих в Крыму, и проголосовали за независимость, а затем за присоединение к России, примерно столько же – около 90 процентов. Разве это не демократия? А что это тогда? И что тогда демократия?

А.Вольф: Господин Президент, референдум был всё–таки антиконституционным.

В.Путин: Почему?

А.Вольф: Это не соответствовало украинскому законодательству, украинской Конституции. Это был не свободный референдум, так говорят западные наблюдатели.

И то, что Вы говорите о Косово: Вы сами называли заявление о независимости Косово аморальным и нелегальным, до сих пор его не признали. Как так может быть?

В.Путин: Очень может быть, и я Вам сейчас скажу почему. Потому что в ходе политических процессов и военных событий в бывшей Югославии в отношении Косово было принято решение – кстати говоря, я Вам могу цитаты дать – Суда ООН, в котором прямо прописано – прочитайте и зачитайте это для своих зрителей и слушателей: «Согласие центральных властей страны при определении вопросов суверенитета необязательно». Так Суд ООН прокомментировал события в Косово, а теперь Вы говорите…

А.Вольф: Были очень чёткие предпосылки, которые в Крыму не были выполнены. Так говорят все международные наблюдатели.

В.Путин: Какие?

А.Вольф: Нет никого, кто признал бы это голосование, нет никого, кто признал бы аннексию.

В.Путин: Ваши аргументы выглядят совершенно неубедительно, потому что никто не должен признавать волеизъявление граждан, проживающих на той или другой территории. Это полностью соответствует тому, что прописано в решении Суда ООН, и здесь не может быть никакого двойного толкования, а вот двойное толкование у тех, кто пытается это делать.

А.Вольф: Можно я поймаю Вас на слове?

В.Путин: Попробуйте.

А.Вольф: Если это так, тогда получается, что люди в Чечне, в Дагестане и Ингушетии тоже могли бы организовать референдум и отделиться от России? Или организовать исламский халифат у себя на территории?

В.Путин: Да, радикальные элементы «Аль–Каиды» и хотели в принципе оторвать эту территорию от Российской Федерации и образовать халифат от Чёрного до Каспийского моря. Не думаю, что Австрия и Европа этому возрадовались бы, ничего хорошего из этого не получилось бы. Но сам чеченский народ на выборах пришёл к совершенно другому выводу, и в ходе дискуссии после всяких кровавых событий всё–таки чеченский народ подписал договор с Российской Федерацией. Российская Федерация пошла на очень сложное для себя решение о придании Чечне и многим другим субъектам Российской Федерации такого статуса, который определяет большой уровень их самостоятельности в рамках Российской Федерации. И это было в конечном итоге решение самого чеченского народа, мы этому очень рады и придерживаемся этих договорённостей.

То же самое, кстати говоря, можно было бы сделать и на Украине применительно к Донбассу. Почему этого не сделано до сих пор? И тогда не нужно было бы ограничивать применение языков иностранных меньшинств на Украине, имея в виду не только русского, но и румынского, и венгерского, и польского. Об этом как–то мало говорят в Европе, а ведь это реалии сегодняшнего дня.

А.Вольф: Последний вопрос по Украине. Как Вы думаете, украинская проблема решилась бы, если Украина объявила бы себя, как Швеция или как Австрия, нейтральной страной и не вступала бы в НАТО?

В.Путин: Это одна из проблем, но не единственная. Я уже говорил об ограничениях в сфере использования родных языков для национальных меньшинств. Принят же закон о языке на Украине, который критиковался, в том числе и в Европе, но он действует. И в значительной степени это осложняет ситуацию на Украине. А ведь я напомню, это, знаете, такие вещи, о которых мало кто знает, но идеологи украинской независимости, украинские националисты ещё в XIX веке говорили о необходимости формирования самостоятельного, независимого от России украинского государства. Но многие из них говорили о необходимости сохранения очень хороших отношений с Россией, говорили о необходимости формирования независимого украинского государства на федеративных принципах и так далее. Уже тогда. А сегодня, на мой взгляд, это один из вопросов, который является наиболее острым внутри самой Украины. Но это делается, конечно, самой Украиной.

Что касается нейтрального статуса, то это вопросы, которые должен определить сам украинский народ и украинское руководство. Для нас, для России, это важно с той точки зрения, чтобы на территории Украины не появились какие–нибудь военные объекты, которые угрожали бы нашей безопасности. Например, новые комплексы противоракетной обороны, которые бы старались купировать наш ядерный потенциал. Да, для нас это важно, я не скрываю. Но в конечном итоге это выбор самого украинского народа и легитимно избранных органов власти.

А.Вольф: Я хотел бы ещё задать Вам вопрос по Сирии, прежде чем мы перейдём к России. Вы говорите, что все заявляют об использовании химического оружия, но всё это было придумано, поскольку у Асада и его армии нет химического оружия. Сейчас было доказано, что некоторые атаки были действительно проведены террористами, но другие, многие из них, действительно войсками Асада. Тем не менее Россия препятствует продлению работы этой комиссии. Почему вы это делаете? Почему вы защищаете режим, который использует химическое оружие против своего народа?

В.Путин: Вы сейчас сказали, что всеми доказано, что Асад применял химическое оружие. Но не всеми. Как раз наши специалисты говорят о другом. Например, тот случай, который послужил поводом для нанесения ударов по сирийской территории после якобы применявшегося оружия в городе Дума.

Смотрите: сирийские войска освободили эту территорию. Мы тут же предложили нашим партнёрам, чтобы туда выехала комиссия ОЗХО, это ооновское подразделение, Организация по запрещению химического оружия. Они выехали в регион, уже были в соседней стране, по–моему, в Ливане. И вместо того, чтобы дождаться одного-двух дней и дать ей возможность поработать на месте, был нанесён ракетный удар по территории Сирии.

Скажите, пожалуйста: это что, лучший способ решения вопроса об объективности того, что там происходило? Думаю, что нет. На мой взгляд, это стремление создать условия, невозможные к полноценному расследованию. Вот что это такое.

После этого мы нашли там людей, которые участвовали, как они сами признались, в инсценировке применения химического оружия. Если Вы этого не видели, было бы очень полезно для объективности, чтобы Ваши зрители могли бы иметь своё собственное мнение по этому вопросу.

Мы нашли детей, их родителей, которых поливали водой и которые говорили, что не понимали, что происходит. Мы их привезли в Гаагу, чтобы показать. Никто их не хочет слушать. А после этого Вы мне говорите: все признают применение химического оружия. Не все. Мы считаем, что это фейковые новости, которые использовались как предлог для нанесения ударов, а нанесение ударов нарушает международное право. Это агрессия в отношении суверенного государства. Кто разрешил наносить удар по территории суверенного государства? Совет Безопасности ООН? Нет. Значит, что это такое? Агрессия.

А.Вольф: Господин Президент, мы не должны говорить о Думе, потому что там не завершено ещё расследование, тем не менее международная комиссия доказала, что до этого достаточно часто проводились химические атаки сирийским режимом. И после этого вы завернули эту комиссию в ООН.

В.Путин: Потому что ей не дают работать. Перед тем как ей нужно было начать работать в Думе, наносят ракетно-бомбовые удары. Это что такое? Это первое.

Второе: вообще, это должно расследоваться объективно, и тогда мы всё признаем.

Вы сейчас сказали о том, что было зафиксировано применение химических веществ, химического оружия со стороны боевиков. Кто их наказал? Скажите мне.

А.Вольф: Та же самая комиссия…

В.Путин: Нет, я спрашиваю, кто их наказал? Они понесли какое–то наказание? По ним коалиция тут же нанесла какие–то удары? Я что–то такого не видел.

А.Вольф: Господин Президент, мне уже подают сигналы, что у нас мало времени. Я хотел бы поговорить с Вами о России, потому что времени очень мало.

В.Путин: Пожалуйста.

А.Вольф: В 2012 году во время предвыборной борьбы Вы обещали, что до 2020 года Вы значительно улучшите уровень жизни в России. Тем не менее в последующие годы экономический рост остаётся довольно слабым – меньше чем два процента, зарплаты в последние два года сокращались, и количество людей, проживающих за чертой бедности, увеличилось по сравнению с 2012 годом. Вы действительно ищете внешнеполитические вызовы, чтобы оправдать тем самым внутренние проблемы?

В.Путин: Я хочу, чтобы успокоились все, кто так думает. Начиная с 2012 года Россия прошла через ряд очень сложных вызовов в экономике. И связано это не только с так называемыми санкциями и ограничениями. Это связано прежде всего с серьёзным падением цен на наши традиционные экспортные товары – в два раза. В этой связи это повлияло на доходы бюджета, а значит, в конечном итоге на доходы граждан. Но мы сделали главное, и сейчас только на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме наши коллеги, в том числе и руководство МВФ, это отметили, – мы сделали главное: мы сохранили и укрепили макроэкономическую стабильность в стране.

Да, действительно уровень заработных плат чуть–чуть просел, чуть–чуть просели доходы населения, но если посмотреть на начало нашего пути, то к сегодняшнему моменту с 2000 года у нас в два раза сократилось количество людей, проживающих за чертой бедности. В два раза. С 2012 по 2016–2017 годы эта цифра немножко изменилась в неблагоприятную для нас сторону, но в настоящее время всё опять выравнивается.

У нас инфляция была 12,5 процента, почти 13 процентов, сейчас минимальная за всю новейшую истории России инфляция – 2,5 процента. Растут золотовалютные резервы, у нас обозначился после падения действительно вот этого, о котором я уже сказал, устойчивый рост экономики. Да, он пока скромный – 1,5 процента, но инвестиции в основной капитал – 4,4 процента, что говорит о том, что дальнейший рост гарантирован. В два раза почти увеличились иностранные прямые инвестиции, растут, как я уже сказал, и золотовалютные запасы Центрального банка, и резервы Правительства. У нас созданы очень хорошие условия для следующих шагов по развитию экономики, и мы обязательно это сделаем.

А.Вольф: Вы уже в течение 18 лет Президент или Премьер-министр. Некоторые говорят, что Вы превратили страну, которая была на пути к демократии, в авторитарную систему, что Вы якобы здесь царь. Верно ли это?

В.Путин: Нет, неверно. Это, конечно, неверно и не соответствует абсолютно никакой действительности, потому что у нас демократическое государство, и мы все живём в рамках действующей Конституции. В нашей Конституции прописано – по–моему, так же как в Конституции Австрии: два срока подряд, не больше, Президент может избираться. Поэтому после двух легитимных сроков моего президентства я оставил этот пост, не стал менять Конституцию и перешёл на другую позицию, работал Председателем Правительства Российской Федерации. После этого, как известно, в 2012 году вернулся, прошёл через выборы, выборы выиграл. У нас сегодня один срок Президента, по–моему, так же как у вас, – шесть лет.

На последние выборы пришло почти 70 процентов избирателей. Это почти половина всех граждан Российской Федерации. По сути, не было ни одного серьёзного замечания у международных наблюдателей по поводу организации выборов и по поводу их результатов, поэтому здесь нет никаких сомнений: демократия в России утвердилась. Мы заинтересованы именно в демократическом пути развития нашей страны, так оно и будет.

Я уже не говорю про различного рода другие выборы: муниципальные, региональные. Они у нас сотнями проходят по стране с неизменным успехом для тех политических сил, которые завоёвывают доверие граждан.

А.Вольф: Тем не менее получилось так, что самый известный оппозиционер в России не смог выдвинуть своей кандидатуры, это блогер Алексей Навальный. Вы ещё ни разу не называли открыто его имя, Алексея Навального. Почему?

В.Путин: У нас ведь много бунтарей, так же как и у вас, так же как и в Соединённых Штатах.

Я уже в разговоре с Вашей коллегой упоминал: было такое движение в США – Occupy Wall Street. Где они теперь? Их нет.

У вас разве мало – и в Европе в целом, и в Австрии – людей, которые выступают с каких–то крайних позиций, проповедуют какие–то крайние точки зрения, пытаются манипулировать сложностями и проблемами в обществе? В частности, вопросами, связанными с коррупцией.

На Украине, например, о которой мы с Вами говорили, один из лозунгов оппозиции при приходе к власти был борьба с коррупцией. Что там сейчас происходит с коррупцией? Что в Европе говорят про коррупцию на Украине? Все ругают руководство Украины за то, что они мало делают в этой сфере. Почему Вы считаете, что мы…

Секундочку…

А.Вольф: Почему Вы не называли его имя публично?

В.Путин: Вы мне не даёте фразу закончить, ведёте себя так нетерпеливо.

Мы не хотим, чтобы нам подсунули ещё одного, второго, третьего или пятого Саакашвили, бывшего Президента Грузии. Мы не хотим, чтобы у нас на нашей политической сцене появились Саакашвили во втором, третьем, четвёртом издании. Вам нравятся такие фигуранты, якобы политические деятели?

Нам, России, нужны люди с позитивной повесткой дня, которые знают, а не просто обозначают проблемы, которых у нас достаточно, так же как и у вас, в Австрии, так же, как и в любой другой стране. Можно выхватить эту проблему и начать её раскручивать или позиционировать себя на предполагаемых решениях этого вопроса. Но если нет ни одного позитивного начала и предложений, как решать ту или другую проблему, как решать тот или другой вопрос, тогда люди на это не очень и реагируют.

Поверьте мне, избиратель в России уже достаточно зрелый, он смотрит не только на привлекательные лозунги, но и на предлагаемые способы решения проблем. А если ничего не предлагается, то тогда эти люди неинтересны. И вопрос в чём? Если человек пользует…

А.Вольф: Но избиратели даже не могли посмотреть на этого кандидата, потому что он не мог выдвинуть кандидатуру.

В.Путин: Избиратели могут посмотреть на любого человека, потому что интернет у нас свободен. Никто его не закрывал. Средства массовой информации свободны. Люди всегда могут выходить и заявлять о себе, что и делают различные фигуранты различных политических движений и направлений. Если человек приобретает какой–то вес у избирателя, тогда он становится фигурой, с которой должна общаться, договариваться либо вести диалог государственная власть. А если у той и другой политической силы уровень доверия измеряется 1, 2, 3 процентами либо сотыми долями процентов, то о чём мы тогда говорим? Тогда, пожалуйста, вот вам Саакашвили. Зачем нам такие клоуны?

А.Вольф: Понятно.

На выборах в Москве в 2013 году Навальный получил 27 процентов…

В.Путин: Как Вы думаете, сколько проголосовало за вашего покорного слугу в Москве на последних выборах? Не за мэра Москвы, а за Президента в Москве сколько проголосовало? Посмотрите.

А.Вольф: Наверное, больше чем 27 процентов. Просто Навальный не мог выдвигать свою кандидатуру.

В.Путин: Да, гораздо больше, за что я очень благодарен москвичам. Потому что в Москве очень зрелый избиратель, очень зрелый. И мы же сейчас говорим не о выборах мэра, мы говорим о выборах Президента.

А.Вольф: В конце этого президентского срока Вам будет больше 70 лет.

В.Путин: Надеюсь. (Смех.)

А.Вольф: И Вы будете больше чем в течение 20 лет у власти. Соответственно, Вы не сможете в соответствии с Конституцией выдвинуть свою кандидатуру. После окончания президентского срока Вы уйдёте из политики или всё–таки Вы продолжите быть во власти и станете премьер-министром?

В.Путин: А как бы Вам хотелось?

А.Вольф: Это не имеет никакого значения. Мне интересно, что Вы хотите.

В.Путин: Мой президентский срок только что начался, я только в начале пути, давайте не будем забегать вперёд. Я никогда не нарушал Конституции своей страны и не собираюсь этого делать. Многое будет зависеть от того, как мы будем работать – когда я говорю «мы», имею в виду себя и свою команду, – каких результатов мы добьёмся. Но Вы правы, действительно, я уже занимаюсь административной, государственной работой достаточно долго, я для себя сам должен буду решить, что я буду делать, после того как у меня закончится мой текущий президентский срок.

А.Вольф: Люди спекулируют о некоем референдуме, который будет проведён, для того чтобы Вас, как Си Цзиньпина в Китае, сделать пожизненным Президентом. Возможно ли такое в России?

В.Путин: Я не комментирую спекуляции. Думаю, что это было бы несерьёзно с уровня Президента Российской Федерации.

А.Вольф: Тогда у меня последний вопрос, может быть, немножко необычный. Есть очень много Ваших фотографий в полуголом виде, что для главы государства действительно довольно необычно. Эти фотографии делаются не папарацци или туристами, а публикуются самим Кремлём. Что это за фотографии?

В.Путин: Вы сказали «в полуголом». Слава богу, не «в голом». Если я отдыхаю, то не считаю необходимым прятаться за кустами и ничего в этом плохого не вижу.

А.Вольф: Господин Президент, известно, что Вы великолепно говорите по–немецки, Вы уже кое–что сказали. Может быть, Вы в завершение нашего разговора и перед визитом в Австрию что–то скажете по–немецки нашим слушателям?

В.Путин: Большое спасибо за внимание.

(Говорит по-немецки.) Vielen Dank für Ihre Aufmerksamkeit. [Большое спасибо за внимание.]

Австрия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2634070 Владимир Путин


Россия. Грузия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 4 июня 2018 > № 2633796 Нино Бурджанадзе

Нино Бурджанадзе: В грузино-российских отношениях не все еще потеряно

На вопросы ИА REGNUM отвечает-экс-спикер парламента Грузии, лидер партии «Демократическое движение»

ИА REGNUM Госпожа Бурджанадзе, позвольте вас приветствовать в Москве на Международном форуме по развитию парламентаризма. Какое значение для вас имеет участие в этом мероприятии?

Отвечу вам так. Как человек, который возглавлял грузинский парламент, хорошо знаю и понимаю, насколько важен личный контакт. Мы, политики, тоже люди. Поэтому с точки зрения нашей работы установление и даже восстановление личных контактов, в частности с российскими коллегами, приобретает ключевое значение. Потому что такого рода форумы позволяют не только переговорить в неформальном ключе, но и договориться на перспективу о принятии тех или иных решений.

ИА REGNUM Что может парламентская дипломатия?

Следует сказать, что в отличие от исполнительной власти — правительства или президентской администрации — представительные органы власти имеют больше гибкости, а, соответственно, и возможностей для осуществления маневренной политики. Если хотите, это очень серьезное и экспериментальное поле для озвучивания идей и выработки механизмов нестандартных решений.

ИА REGNUM Как вы оцениваете нынешнее состояние грузино-российских отношений? Кто виноват, что они не выходят из фазы кризиса?

В разные годы я оценивала эту ситуацию по-разному. Бывали времена, когда я во всем или в основном обвиняла Россию. Но сегодня я могу сказать, что большая часть ответственности лежит на грузинской власти. Во-первых, они оказались не в состоянии наладить или восстановить отношения с братскими абхазским и югоосетинским народами. Во-вторых, главная ставка грузинских властей на внешнюю силу — я имею в виду прежде всего Запад — не оправдывает себя. В-третьих, что касается Москвы, то здесь грузинские власти побоялись пойти на прорывные решения, сломать стену, которая была в прошлом установлена. Слава Богу, конечно, что мы сейчас не воюем. Но отношения между Грузией и Россией могут быть куда более лучшими. Я в это искренне верю и надеюсь на это.

В Москве 4−5 июня под председательством председателя Государственной думы России Вячеслава Володина проходит Международный форум по развитию парламентаризма. Участие в мероприятии принимают более 400 парламентариев из 96 стран мира.

Станислав Тарасов, Станислав Стремидловский

Россия. Грузия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 4 июня 2018 > № 2633796 Нино Бурджанадзе


Россия. УФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 4 июня 2018 > № 2633526 Андрей Перцев

Борьба за миллионники. Почему Кремль начал наступление на Екатеринбург и Новосибирск

Андрей Перцев

Региональная унификация рекордно высоких результатов на президентских выборах закрыла кремлевским чиновникам глаза на разнообразие территорий, их элит и предпочтений избирателей. Мастера баланса и публичной политики в регионах такой схеме кажутся ненужными. Но устранение старых региональных баронов чревато рисками – подхватить знамя публичной фронды и местного патриотизма могут новые политики, еще менее удобные для Москвы

В этом году внутриполитическому блоку Кремля нужно провести выборы в двух городах-миллионниках – Новосибирске и Екатеринбурге (третий и четвертый города России по численности населения). Новосибирск (почти 1,6 млн человек) и область (2,7 млн) будут выбирать губернатора; Екатеринбург (1,45 млн) – новый состав городской думы.

В обоих регионах местные влиятельные группы и избиратели успешно боролись с навязанными центром и партией власти кандидатами. В Новосибирске на выборах мэра 2014 года победил Анатолий Локоть, в Екатеринбурге в 2013 году градоначальником стал Евгений Ройзман. В других муниципалитетах Новосибирской области победы оппозиционеров на выборах глав тоже случались довольно часто. Оба миллионника можно назвать территорией публичной политики, которой в России почти не осталось. В этих заповедниках по-прежнему водятся закаленные в политических баталиях зубры-тяжеловесы.

До сих пор местным элитам удавалось найти компромисс с Москвой: они успешно меняли нужные центру показатели федеральных выборов на возможность играть решающую роль в формировании региональной власти. Но больше Москву такой размен не устраивает, центр решил покорить последние островки региональной самостоятельности, встроить их в общую единообразную систему.

Губернатор, который не остался бывшим

Противостояние Кремля и местных в Новосибирске выглядит ярче и нагляднее – оно идет в открытом режиме. Осенью врио губернатора региона был назначен варяг, мэр Вологды Андрей Травников. Этот чиновник не имел публичного политического опыта и никогда не участвовал в выборах. У местных президентский назначенец энтузиазма не вызвал, скорее наоборот – вызвал подозрение. Во многих регионах чужаков воспринимают с прохладцей, но покорно смиряются с волей Кремля. В Новосибирске есть опыт сопротивления: помимо уже упомянутой победы Анатолия Локотя на выборах мэра, можно найти и другие примеры – избрание спикером заксобрания единоросса Андрея Шимкива вопреки тому, что руководство партии власти рекомендовало своим депутатам поддержать другую кандидатуру.

Новый новосибирский губернатор Андрей Травников – чужак. Влиятельный региональный политик, экс-губернатор Виктор Толоконский назначение варяга прямо осудил и назвал его «не лучшим кадровым решением» президента. После этого он публично поддержал выдвижение Анатолия Локотя в губернаторы. Ситуация неординарная и удивительная.

Толоконский не просто бывший новосибирский губернатор, его можно считать одним из авторов победы коммуниста Локотя на выборах мэра Новосибирска, и этот тандем явно способен повторить успех. Как правило, главным препятствием для оппозиционных кандидатов в губернаторы служит муниципальный фильтр, и экс-глава региона, который хорошо знает всех районных чиновников и депутатов, поможет коммунисту собрать нужное количество подписей.

Кроме того, Виктор Толоконский изнутри знает особенности работы административного ресурса на местах, а значит, умеет и бороться с ним. Сам Анатолий Локоть, прошедший множество депутатских выборов и мэрскую кампанию, также имеет огромный политический опыт. А вот приехавший из Вологды Андрей Травников им не обладает.

В 2015 году подобная ситуация сложилась в Иркутской области, где на губернаторских выборах неожиданно победил коммунист Сергей Левченко. При этом положение дел в Иркутске было более благоприятным для центра: его кандидатом был местный политик Сергей Ерощенко, а Левченко поддерживал не бывший губернатор, а только несколько влиятельных депутатов заксобрания.

Они сумели выманить кандидата от власти на борьбу в публичном политическом поле, навыки которой власть почти забыла. Выманили и выиграли. Сейчас то же самое делают Анатолий Локоть и Виктор Толоконский. Центр на публичную борьбу вышел. Толоконского и Локотя разоблачают в прокремлевских СМИ, мэра и экс-губернатора осуждают московские блогеры-ветераны, которые раньше Новосибирском никогда не интересовались.

Человек из Екатеринбурга

Ситуация в Екатеринбурге отчасти похожа на новосибирскую. Депутатское собрание города контролирует группа вице-губернатора региона Владимира Тунгусова, который не собирается это влияние терять. Опытный политтехнолог Тунгусов, долгое время работавший замглавы администрации Екатеринбурга, умел проводить своих кандидатов как от партии власти, так и от других партий, договариваясь с оппозицией. Умел играть на публичном политическом поле по правилам публичной политики из вполне прагматичных соображений. В протестном городе по-другому играть не получилось бы. Победе Евгения Ройзмана на выборах мэра Владимир Тунгусов не помогал, но и не мешал – для него было важнее, чтобы статусный пост не занял официальный выдвиженец «Единой России».

Отношения серого кардинала столицы Урала и центра можно было назвать равноправными. Владимир Тунгусов обеспечивал Москве достаточно хорошие по стандартам протестного города результаты федеральной «Единой России» и Владимира Путина, взамен получал возможность самостоятельно формировать лояльный пул городской думы.

Такая схема была нередкой для отношений центра с местными элитами начала и середины нулевых годов, но постепенно вольницу на местном уровне стали искоренять. Екатеринбург оставался одним из последних бастионов: сносные результаты федеральных выборов в полуторамиллионном городе были важны для Москвы.

Сейчас Тунгусова атакует тот же пул прокремлевских СМИ и блогеров, который критиковал Толоконского и Локотя. Екатеринбургского серого кардинала обвиняют в том, что он хочет провести своих людей в гордуму (большая неожиданность) и нарушает правила праймериз «Единой России». То, что было позволено Тунгусову еще несколько лет назад, теперь запрещено. Центру нужна гордума, ориентированная хотя бы на отделение единороссов, а не на одного сильного регионального политика.

Региональные машины

Раньше Виктору Толоконскому и Владимиру Тунгусову позволялась определенная политическая самостоятельность. После избрания мэром Анатолия Локотя Толоконский потерял пост полпреда президента, который тогда занимал, но получил взамен должность красноярского губернатора. Тунгусов вообще считался системным политиком.

Еще несколько лет назад частичная автономия Екатеринбурга и Новосибирской области была приемлемой ценой для вертикали. Сейчас несистемным на общем фоне стал не только иногда критикующий Кремль Виктор Толоконский, но и не позволявший себе публичной фронды Владимир Тунгусов. Центр приводит ситуацию к общему знаменателю, а прежним самостоятельным политикам разъясняют новые правила игры.

Почему отношения центра и местных баронов изменились? Судя по всему, после президентских выборов с явкой 65% и результатом Владимира Путина 76% в администрации президента поверили, что кампании можно выстраивать механически – для получения высокого результата достаточно административно-производственной мобилизации и ограниченной конкуренции. Региональные мастера баланса и публичной политики в такой схеме не нужны.

Однако в действительности нужные показатели на президентских выборах в проблемных регионах обеспечивали как раз опытные местные политические менеджеры со своими командами. Они знали, где можно надавить посильнее, где лучше не пережимать, какому предпринимателю что пообещать за хорошую мобилизацию работников, у какого местного депутата есть хорошо мобилизованные сетки сторонников, которые дадут нужную явку. Региональная унификация результатов на президентских выборах закрыла кремлевским чиновникам глаза на разнообразие территорий, их элит и предпочтений избирателей.

Пока борьба идет в публичном поле, региональные оппоненты вертикали выигрывают. В Екатеринбурге не читают московских блогеров, а рядовые избиратели толком не знают, кто такой Тунгусов – не зря же он серый кардинал. Линия «Локоть – человек Толоконского», которую разыгрывает официальная пропаганда в Новосибирске, тоже скорее плюс в глазах местных: сибиряки сплотились против чужака. Ни мэр, ни бывший губернатор хороших отношений и так не скрывают. Но если давление перейдет в силовую плоскость (а намеки на уголовные дела уже появились), региональные политики, конечно, сдадутся.

Однако победа вертикали в этом случае будет выглядеть сомнительной. В 2015 году центр уничтожил политическую автономию руководства Коми, результаты «Единой России» в регионе сразу провалились. Силовое устранение старых региональных баронов не означает, что вместе с ними там исчезнет и публичная политика, так что итоги сентябрьских выборов в Новосибирске и Екатеринбурге могут сильно удивить. Миллионники не сдавались центру в 2013 и 2014 годах, не сдадутся легко и сейчас – наоборот, подхватить знамя публичной фронды и местного патриотизма могут новые региональные политики, еще менее удобные для Москвы.

Россия. УФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 4 июня 2018 > № 2633526 Андрей Перцев


Россия. Украина > СМИ, ИТ. Армия, полиция > carnegie.ru, 4 июня 2018 > № 2633507 Алексей Ковалев

Самоподрыв доверия. Как мировые СМИ отреагировали на фальшивую смерть Бабченко

Алексей Ковалев

Сначала известие об убийстве, а потом, на следующий день, новость о чудесном воскрешении российского журналиста Аркадия Бабченко, жившего в эмиграции в Киеве, вызвали мгновенную негативную реакцию именно у тех, чьей симпатии так долго добивалась Украина. Почти все мировые наблюдатели едины во мнении, что бороться с Россией ее же средствами лжи и манипуляции недопустимо. Доверие к Украине безнадежно подорвано, особенно у ее соседей

За прошлую неделю Аркадий Бабченко прославился в мировых новостях дважды: во вторник, 29 мая – как очередная жертва путинского режима, а на следующий день, в среду – как воскресший символ новой реальности, в которой верить нельзя никому, даже тем, за кого ты по каким-то внешним или внутренним причинам болеешь. Реакция мировой прессы на «операцию Бабченко», за крайне редким исключением, была мгновенной и единогласной. С резким осуждением и вопросами к Службе безопасности Украины (СБУ) выступили крупные международные организации типа Комитета защиты журналистов (CPJ) и политики.

«Операция Бабченко», кажется, мгновенно исчерпала беспроцентный кредит доверия, выданный западным миром Украине в 2014 году. До этого в газетных колонках, докладах экспертных центров и речах политиков Украина описывалась исключительно в торжественных и хвалебных терминах, а Россия представала таким манихейским злом, от которого может исходить только «кремлевская дезинформация» и моральный релятивизм в оправдание своих преступлений. На борьбе с этой дезинформацией была построена не одна карьера и освоен не один бюджет, как вдруг при помощи российского же гражданина Бабченко выяснилось, что «ложь во спасение» не чужда и условному «добру», то есть Украине.

И те же самые издания, и даже те же самые авторы, которые три-четыре года назад описывали войну на востоке Украины как цивилизационный конфликт, в котором все порядочные люди и страны должны занять одну сторону (а противоположную, казалось, могут занимать только законченные маргиналы, подыгрывающие всеобщему врагу исключительно из корысти или детского бунтарства), сегодня приходят практически к полному консенсусу: нет, врать нам нельзя, даже если ты условно «наш».

Самый яркий пример такого разворота – колонка в Washington Post Энн Эпплбаум, пулитцеровского лауреата за книгу о ГУЛАГе и одного из самых громких голосов ястребиного крыла публицистов, пишущих о России. Она этот тезис формулирует прямо, хотя и буквально записывает Украину в «западные демократии», которые, согласно Эпплбаум, «до недавнего времени избегали публичного троллинга и откровенных издевательств, к которым регулярно прибегает российская сторона». А «западные журналисты потоку дезинформации противопоставили усиленную приверженность фактам» – более чем сомнительное утверждение, если вспомнить, каким конспирологическим паникерством в американских медиа сопровождалось освещение российского вмешательства во внутреннюю политику США.

Эпплбаум приводит аргумент, который во всех последующих публикациях сводится к тезису: это плохая спецоперация, потому что она играет на руку Путину. То есть полярность не поменялась, Россия все еще экзистенциальный враг, но бороться с ней ее же средствами аморально. При этом она отмечает, что подобные трюки оттолкнут от Украины не только западных лидеров и дипломатов, которых тоже выставили дураками с их соболезнованиями (одним из первых, например, выступил британский министр иностранных дел Борис Джонсон), но и уничтожит и без того «микроскопический уровень доверия» украинского общества к украинским же властям и СМИ.

Этот аргумент переворачивает буквально с ног на голову другой колумнист в той же Washington Post Максим Эристави, один из создателей международного вещания «Громадского ТВ» и научный сотрудник Атлантического совета: мол, это украинцы теряют веру в Запад, а не наоборот. Эристави упрекает западных журналистов в привилегированном снобизме: в Восточной Европе постоянно убивают ваших коллег, а раз хоть одного удалось спасти, цель оправдывает средства.

Однако с такой точкой зрения Эристави на Западе остался в убедительном меньшинстве. Московский корреспондент Christian Science Monitor Фред Уир в своем репортаже о давлении на украинские СМИ со стороны властей страны намекает, что Украину нужно мерить той же мерой, что и Россию, то есть называть цензуру цензурой, даже если она проводится якобы в благих целях «противодействия российской дезинформации». Мэри Дежевски из Independent пишет, что друзьям и союзникам Украины будет простительно пересмотреть заявления украинской стороны о природе конфликта с Россией или как минимум относиться к ним с большим скепсисом в будущем. А у России, говорит Дежевски, появился дополнительный аргумент в пользу того, что Украина – отсталая, провинциальная страна, которой не место в высшей лиге.

Вопрос институционального доверия публики к журналистам и журналистов к властям, которое было подорвано фокусом с воскрешением Аркадия Бабченко, поднимается в любом материале на эту тему. Ведь перед нами идеальное этическое упражнение. Можно ли не просто соврать во имя какого-то блага или посрамления врага, а еще и демонстративно манипулировать искренними чувствами всех, включая своих союзников? И ответ почти везде одинаков: нет, нельзя. Юлия Иоффе в New York Times пишет, что все идеалы, за которые независимые российские журналисты подвергались преследованиям со стороны государства, Бабченко буквально испепелил своим киношным сговором с украинскими спецслужбами. И кто им теперь после этого будет верить?

Интересно, что в интервью Брайану Стелтеру на CNN Иоффе применила к СБУ определение «наследница КГБ» (successor to the KGB) – формула, ранее настолько избыточная, манипулятивная и заезженная в материалах о России применительно к ФСБ, что среди читателей сайта ИноСМИ она стала мемом еще десять лет назад. Теперь дословно та же формулировка будет встречаться в материалах про СБУ, и это автоматически означает, что доверие к украинским спецслужбам теперь такое же, как к российским. «С такими друзьями Украине враги не нужны», – констатирует в своей передовице The Economist, в которой заодно подвергает критике возможное увольнение министра финансов Александра Данилюка и торможение реформ украинскими силовиками. В Guardian в прошлом году вышла колонка самого Аркадия Бабченко с рассказом о том, как ему пришлось покинуть Россию; в прошлую среду она обрела вторую жизнь и стала хитом, а твит бывшего московского корреспондента газеты Шона Уокера со ссылкой на нее и комментарием «Нет слов» набрал две с половиной тысячи ретвитов. После чего Уокер извинился перед читателями, сказав, что в следующий раз будет осмотрительнее и не станет на слово верить украинским властям. После этого в той же Guardian вышло аж четыре критических материала про фейковую смерть Бабченко, примерно с теми же аргументами, что и везде (это играет на руку Кремлю и подрывает доверие к Украине), а известный исследователь фейковых новостей и пропаганды Питер Померанцев уходит в философские рассуждения о природе истины в современном мире вообще и предупреждает об опасности крайнего информационного нигилизма, когда в целях самосохранения читатель перестает верить вообще во что бы то ни было. Спасение Померанцев видит в поддержке тех, кто остается верен истине, несмотря ни на что, – в пример он приводит журналистов, которые немедленно после новости об убийстве Бабченко побежали снимать записи с камер наружного наблюдения у его дома в Киеве и опрашивать возможных свидетелей, потому что интуитивно знали, что властям доверять нельзя.

Точка зрения, что Украина с историей о фейковой смерти Бабченко, как говорится, выстрелила себе в ногу, мгновенно стала мейнстримом не только в американских и британских медиа, но и среди ближайших соседей Украины. Польская Rzeczpospolita пишет, что в странах Запада полно влиятельных политиков, мечтающих поскорее вернуться к нормальным отношениям с Россией, чему Украина всячески способствует своим непредсказуемым поведением. А доверие к Украине, говорит обозреватель Ежи Хащиньский, от которого зависит и безопасность Польши, сейчас целиком держится на том, удастся ли доказать, что смерть и воскрешение Бабченко были единственным возможным сценарием. Чешский журнал Reflex напоминает, что «верить украинцам – большая ошибка», ведь они тоже ведут непримиримую войну с Москвой, и любая их информация может быть очередной игрой спецслужб.

Чем бы ни руководствовалась Служба безопасности Украины и какими бы убедительными ни были ее последующие доказательства «руки Кремля», одно не вызывает никаких сомнений. Спецоперация с фальшивым убийством Аркадия Бабченко и его чудесным воскрешением обернулась провалом международного масштаба, который будут вспоминать еще долго, и вполне возможно, что не одно будущее поколение журналистов и политиков будут изучать фейковые новости и журналистскую этику на примере именно этого украинского кейса.

Россия. Украина > СМИ, ИТ. Армия, полиция > carnegie.ru, 4 июня 2018 > № 2633507 Алексей Ковалев


Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 июня 2018 > № 2631345 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на заседании министров иностранных дел стран БРИКС, Претория, 4 июня 2018 г.

Уважаемая госпожа Председатель,

Коллеги, друзья,

Я рад нашей новой встрече на гостеприимной южноафриканской земле. Прежде всего, адресую слова признательности Министру иностранных дел ЮАР Л.Сисулу за гостеприимство и прекрасную организацию нашей работы.

Глубоко символично, как Вы только что сказали, что Председательство Южно-Африканской Республики в «пятёрке» приходится на год 100-летней годовщины со дня рождения Нельсона Манделы. Великий сын южноафриканского народа посвятил всю свою жизнь борьбе с апартеидом и по праву стал главной фигурой процесса национального примирения в вашей стране. Он был большим другом Советского Союза и Российской Федерации.

Заветы и принципы мудрого Мадибы – равенство, честность и справедливость – близки людям не только в Африке, но и на всех континентах. Именно эти принципы и ценности сегодня отстаивает БРИКС при решении задач формирования равноправной и справедливой системы международных отношений.

Уникальность нашего объединения – в способности выстраивать подлинно партнёрские отношения между различными частями света и континентами. БРИКС – один из немногих международных институтов, нацеленных на укрепление стабильности, доверия и предсказуемости на глобальном уровне. Мы продвигаем позитивную повестку дня в мировых делах, придерживаемся культуры поиска компромиссных решений на основе деидеологизированных подходов, многосторонности и коллективной работы. Мы готовы совместно реагировать на общие для всего человечества угрозы – будь то терроризм, распространение наркотиков, изменение климата или новые вызовы в области кибербезопасности.

«Пятёрка» твердо отстаивает базовые принципы Устава ООН, прежде всего, суверенное равенство государств и невмешательство в их внутренние дела. Привержены принципам неделимости безопасности во всех ее измерениях, коллективным методам урегулирования кризисных ситуаций политическими и дипломатическими средствами, многосторонности, неприятию военных интервенций, односторонних мер принуждения, протекционизма и недобросовестной конкуренции. Мы едины или близки в оценках ключевых глобальных проблем, солидарны в необходимости противодействовать попыткам пересмотреть итоги Второй мировой войны, героизировать нацистов, уравнивать победителей и военных преступников.

Отрадно, что наши полноформатные заседания становятся такой же ежегодной традицией, как и сентябрьские встречи «на полях» Генеральной Ассамблеи ООН. Сегодня у нас есть возможность перед саммитом БРИКС 25-27 июля в Йоханнесбурге сверить наши подходы, подготовить документы, которые будут выноситься на рассмотрение глав государств. И вкладом в результаты саммита в Йоханнесбурге должно стать наше сегодняшнее совместное заявления для СМИ.

Мы, конечно, проведём обзор развития стратегического партнёрства в рамках БРИКС во всех ключевых сферах – политической, экономической и гуманитарной. Хотел бы поприветствовать инициативы Председательства ЮАР по рассмотрению таких актуальнейших тем, как использование достижений Четвёртой промышленной революции, борьба с терроризмом, совместная разработка вакцин, координация подходов по подготовке и проведению миротворческих операций.

Рассчитываем на то, что одобренное в прошлом году лидерами наших стран российское предложение о подготовке пятистороннего соглашения в области международной информационной безопасности будет поддержано на нашем сегодняшнем заседании и за тем, на саммите в Йоханнесбурге.

Напоминаю также, что мы заинтересованы в продвижении инициатив о создании Платформы энергетических исследований и Женского делового альянса БРИКС. На последующих этапах можно будет подумать и об учреждении Женского дипломатического альянса, учитывая нашу коллективную работу.

Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 июня 2018 > № 2631345 Сергей Лавров


Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 июня 2018 > № 2631343 Сергей Лавров

Выступление и ответ на вопрос СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции министров иностранных дел стран БРИКС по итогам заседания, Претория, 4 июня 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Прежде всего я хотел бы поблагодарить наших южноафриканских друзей за гостеприимство и прекрасную организацию нашей работы. Отрадно, что такие совещания министров иностранных дел БРИКС, наряду с нашими ежегодными встречами «на полях» сессий Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, стали доброй традицией и проводятся теперь ежегодно. Высокая динамика событий на международной арене требует регулярной «сверки часов» между партнёрами по нашему объединению.

Обсудили широкий круг актуальных проблем поддержания международного мира и стабильности, мировой экономики и торговли. Согласились с тем, что постоянного внимания требуют общие задачи по укреплению стратегического партнёрства наших пяти стран. Предметный, обстоятельный разговор подтвердил совпадение либо близость позиций «пятёрки» по всем этим вопросам. Это отражено в коммюнике по итогам министерской встречи, которое распространяется для СМИ.

Нацелены на дальнейшее укрепление БРИКС в качестве важного фактора формирующегося нового полицентричного, более справедливого и демократического миропорядка, который играет конструктивную роль в продвижении стабильности и безопасности в нашем неспокойном мире.

Говорили о том, как продолжить наше сотрудничество в рамках ООН, «Группы двадцати», ВТО и в других международных организациях.

Подтвердили приверженность принципам неделимости безопасности, коллективным методам урегулирования споров политическими и дипломатическими средствами, с опорой на международное право и центральную роль ООН. У нас единая позиция о неприятии односторонних подходов, попыток ревизовать международно-правовые договоренности и решения СБ ООН по целому ряду проблем, которые касаются интересов всех стран мира.

Особое внимание уделили задачам урегулирования острых международных конфликтов, активизации совместной работы в пятистороннем формате по противодействию глобальным угрозам, прежде всего, международного терроризма. В этом контексте мы приветствовали результаты состоявшегося в апреле в г.Уайт-Ривер третьего заседания Рабочей группы по противодействию терроризму (РГАТ) стран БРИКС, на котором был принят подготовленный российской стороной Регламент деятельности этого важного пятистороннего механизма.

Также мы обменялись мнениями по вопросам взаимодействия в сфере кибербезопасности. Согласились с необходимостью укрепления международно-правовой базы сотрудничества в этой сфере, в том числе путем разработки соответствующего пятистороннего соглашения.

Приветствовали инициативы Председательства ЮАР, который готовится к саммиту в Йоханнесбурге в конце июля этого года. Среди инициатив – использование Четвёртой промышленной революции в интересах наших стран, создание центров разработки вакцин, развитие сотрудничества в сфере миротворчества по линии ООН, продвижение туризма между нашими странами и целый ряд других предложений, которые нацелены на укрепление нашего практического взаимодействия.

Был полезным разговор по экономическим вопросам, в частности, мы рассмотрели ход выполнения Стратегии экономического партнёрства БРИКС. Обсудили также перспективы учреждения Платформы энергетических исследований и создание Делового женского альянса БРИКС.

Еще раз выражаю признательность нашим хозяевам за их гостеприимство.

Вопрос: Обсуждали ли Вы вчера с Министром иностранных дел Китая Ван И итоги Вашего визита в КНДР? Учитывая растущую важности БРИКС в международных делах, получила ли эта тема развитие сегодня на пленарном заседании БРИКС?

С.В.Лавров: Мы вчера встречались с Министром иностранных дел КНР, моим коллегой и другом Ван И. Обсуждали весь спектр наших отношений в контексте подготовки к визиту Президента России В.В.Путина в КНР 8 июня этого года, накануне саммита ШОС.

Среди международных вопросов, обсуждали ситуацию на Корейском полуострове, контакты между Севером и Югом Корейского полуострова и между Пхеньяном и Вашингтоном. Мы вместе с Китаем приветствуем любые действия и шаги, которые позволяют преодолевать недоверие, конфронтационные тенденции, выстраивать условия для нормализации отношений и для движения к полной денуклеаризации всего Корейского полуострова. На завершающем этапе этого процесса (надеюсь, этот процесс не сорвётся, хотя шансы не стопроцентные) придётся договариваться об общих принципах и гарантиях мира, стабильности и безопасности северо-восточной Азии в целом.

То, что сейчас происходит в отношениях между двумя Кореями, КНДР и США, укладывается в ту логику, которая была предложена в совместной российско-китайской «дорожной карте», которую мы с Министром иностранных дел Китая Ван И подписали в июле прошлого года, и которая предполагает трёхступенчатое движение: отказ от конфронтации и конфронтационной риторики, нормализация отношений между всеми основными антогонистами и коллективное многостороннее оформление гарантий мира и стабильности в северо-восточной Азии.

На нашем сегодняшнем заседании мы также рассматривали данные процессы. Наша общая позиция в поддержку этих тенденций отражена в итоговом коммюнике, которое распространено.

***

Все могут приехать к нам на Чемпионат мира без предварительных предупреждений. Мы приглашаем всех глав государств и правительств. Ожидаем большого количества гостей. Хотим также пожелать успеха всем, кто принимает участие в Чемпионате мира по футболу.

Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 июня 2018 > № 2631343 Сергей Лавров


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630580 Михаил Успенский

Тяжкое бремя: россияне будут платить больше налогов

Михаил Успенский

Эксперт по налогам и правовому сопровождению блокчейн-проектов

В правительстве много говорят об изменении налоговой нагрузки, но ясности разговоры не прибавляют. Понятно одно: налоговый климат в России в ближайшие шесть лет будет ухудшаться

Правительству нужно найти дополнительные 8 трлн рублей для финансирования «майского указа» президента. Варианты пополнения казны озвучиваются разные: это и повышение пенсионного возраста, и размещение государственных облигаций, и изменение бюджетного правила для того, чтобы доходы от экспорта углеводородов чуть больше перечислялись в бюджет вместо Фонда национального благосостояния.

Но этих источников финансирования недостаточно, и оставшуюся сумму власти намерены собрать за счет налоговых «маневров». По этой причине на Петербургском международном экономическом форуме участники пристально вслушивались в каждое слово первого вице-премьера, министра финансов Антона Силуанова, пытаясь предугадать планы правительства.

Главная новость: налоговую систему ждет донастройка, а затем временный период затишья. «Мы говорим о том, что сейчас в правительстве дошлифовываются наши предложения по налогам. Будут изменения, которые зафиксируем на предстоящие шесть лет», — цитирует вице-премьера РБК.

Однако несмотря на то, что нас ждет лишь «настройка» налоговой системы, эксперты предрекают стране серьезные социальные потрясения и обнищание граждан в результате предложенных инициатив. Обобщив доклад министра финансов, его ответы на вопросы журналистов и фрагменты кулуарных бесед, уже сейчас можно представить себе контуры предстоящей «дошлифовки» и ее последствия.

Нефтегазовый маневр

Одной из выбранных мер уже называют завершение налогового маневра в нефтянке. Маневр, начатый в 2015 году, заключается в снижении экспортных пошлин в обмен на увеличение ставки налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Эту реформу планировали завершить к 2017 году, но против яростно выступили Минэнерго и нефтяники. По их мнению, полная отмена пошлин приведет к резкому падению маржи переработки и больно ударит по нефтеперерабатывающему сектору в целом.

В начале апреля Ассоциация нефтепереработчиков и нефтехимиков, объединяющая более двух сотен нефтеперерабатывающих заводов, направила письмо на имя Дмитрия Медведева с просьбой отложить маневр до 2023 года. «Несвоевременным» назвали маневр и в Торгово-промышленной палате, да и сами чиновники Минфина не считают его панацеей.

Тем не менее министр финансов на ПМЭФ подтвердил планы властей завершить маневр и уж даже озвучил первые шаги. «Мы уже приняли решение о снижении акцизов с 1 июля 2018 года», — заявил Силуанов на деловом завтраке Сбербанка.

Что касается рядовых автомобилистов, то, несмотря на ослабление фискальной нагрузки на нефтегазовые компании, у них нет причин для радости: снижение акцизов не приведет к снижению цен на бензин — максимум, лишь немного притормозит их рост.

Налог на добавленную стоимость

Повышение НДС видится многим как самый простой способ пополнить казну. Тем более что в администрировании этого налога достигнуты по-настоящему впечатляющие высоты: доля махинаций с НДС упала ниже 1% в масштабах страны.

Наиболее вероятным сценарием «настройки» эксперты называют повышение ставки НДС с 18% до 20% при одновременном отказе от льготной 10%-ной ставки для некоторых продуктов питания и лекарств. По подсчетам АКРА, повышение ставки НДС всего на 2% поможет правительству собрать примерно треть от искомых 8 трлн рублей. Однако большинство экспертов единодушны: повышение НДС прежде всего скажется на конечном потребителе, то есть, говоря простыми словами, реформы будут профинансированы из кармана рядовых граждан.

Рост цен, снижение покупательной способности, кризис в розничной торговле, расцвет теневой экономики, всплеск конвертных зарплат и скрытая безработица — вот далеко не полный перечень проблем, которые могут возникнуть на фоне усиления налоговой нагрузки на граждан и бизнес. Подобные опасения озвучивали представители Госдумы, Совета Федерации, «Деловой России», Института актуальной экономики и аналитического агентства ФИНАМ.

Но есть и хорошие новости: поднимать налог еще выше правительство не планирует даже в составе «маневра 22/22» (повышение НДС до 22% при одновременном снижении страховых взносов примерно с 30% до 22%). «Мы долго дискутировали, какой формат лучше: 90/60/90 или 22/22, решили, что 90/60/90 лучше», — отшутился на эту тему министр финансов.

О том, что эти изменения должны идти в паре и что без снижения страховых взносов повышение НДС — это сплошной обман, говорили и в РСПП. И несмотря на резкость высказывания, с ним крайне сложно поспорить. Страховые взносы — головная боль для всех работодателей страны. Высокие ставки подталкивают предпринимателей к использованию «обналички» для выплаты конвертных зарплат, что в последнее время оборачивается еще большими проблемами, вплоть до реальных тюремных сроков. Давление на бизнес в этом сегменте будет только усиливаться, учитывая, что администрированием страховых взносов теперь занимается ФНС России, бойцовские качества сотрудников которой на порядок выше их предшественников из волокитного Пенсионного фонда РФ.

Другие грани шлифования

Еще один из озвученных Силуановым вариантов «налоговой дошлифовки» — забрать у Москвы часть доходов от налогов, которые платят нефтегазовые гиганты и другие крупные корпорации, и отдать их регионам. Но против такой инициативы практически молниеносно выступил мэр столицы Сергей Собянин. Градоначальник считает, что призывы «отбирать и делить» не идут на пользу нашей стране, так что идея вряд ли станет реальностью.

Тем не менее наметилась определенность как минимум по двум «вечным темам»: Силуанов опроверг возможность введения налога с продаж, равно как и повышение подоходного налога. И если обсуждение налога с продаж уже давно переросло в моветон, то с подоходным налогом ситуация противоречива. Например, советник президента Сергей Глазьев горячо поддерживает введение прогрессивной шкалы НДФЛ с верхней планкой в 30–40%, что позволит принести в бюджет несколько триллионов рублей. Однако вряд ли правительство решится на такой неоднозначный в социальном плане поступок.

Налог на велосипедистов

По подсчетам аналитиков ФИНАМ, для реализации «майского указа» президента правительству на самом деле потребуется примерно в 2–2,5 раза больше заявленных 8 трлн рублей: от 16 трлн рублей при оптимистичном варианте развития событий и до 20 трлн рублей и более при негативном. На этом фоне не так уж и эпатажно воспринимается недавнее предложение депутата Виталия Милонова ввести дорожный налог для велосипедистов.

Безусловно, озвученные инициативы не являются окончательными, на что неоднократно указывал и сам министр финансов. Правительству еще предстоят жаркие дебаты на пути к взвешенному решению. Между тем налоговый климат в России в ближайшие шесть лет сохранит свою явную тенденцию к похолоданию: ожидается усиление профискального подхода в судах и шквал проигранных налогоплательщиками дел. Нужно констатировать, что налоговая зима уже близко.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630580 Михаил Успенский


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630578 Владимир Воронин

Скорость решает все. Власти вынуждают застройщиков быстро строить

Владимир Воронин

президент ФСК «Лидер»

Сейчас на российском строительном рынке накопилась критическая масса изменений, которые существенно поменяют рынок недвижимости. В первую очередь это скажется на темпах возведения новых зданий

Сейчас в разных отраслях происходят системные изменения, которые диктуют новые правила игры. Меняют рынок технологии и новые игроки с другими компетенциями и подходами: Uber изменил рынок такси, Airbnb — рынок аренды жилья, Zillow Group грозится изменить систему покупки жилой недвижимости и т. д. Происходят изменения и вслед за требованиями среды, изменениями регуляторов: размышления о будущем планеты повлияли на введение новых стандартов экологичности топлива и передвижения.

Строительство всегда было очень консервативной отраслью, преобразования в которой происходили постепенно, небольшими шагами, растянутыми на несколько лет. Но сейчас на российском строительном рынке накопилась критическая масса изменений. С 2018 года начинаются перемены, которые поменяют рынок недвижимости до неузнаваемости.

Что сделали власти

Ключевой причиной перемен станут изменения в законодательстве, в теории призванные снизить уровень риска для дольщиков. Первые изменения мы увидим в конце года. Поправки в закон о долевом строительстве, которые существенно ужесточают требования к девелоперу, должны вступить в силу 1 июля, но скорее всего введение изменений отложат на полгода.

Главные — требуемый опыт работы в качестве застройщика, техподрядчика или генподрядчика от трех лет, а также обязательство иметь на счете не менее 10% от проектной стоимости строительства. Фактически эти поправки повышают порог входа на рынок. А значит, новым игрокам пробиться будет сложнее, а действующим необходимо будет подтвердить свою состоятельность.

Но это только начало изменения правил. Результатом реализации плана, разработанного Минстроем совместно с Минфином, Центробанком и АИЖК, должен стать полный отказ от договоров долевого участия (ДДУ) и появление в цепочке «девелопер — покупатель» третьей стороны — банка.

Власти пока еще не предлагают отказаться от продажи жилья на этапе строительства, но хотят сделать так, чтобы застройщики не получали деньги за квартиры в недостроенных домах. Средства покупателя будут у банка, а застройщик получит к ним доступ только после того, как завершит строительство; если этого не произойдет, банк должен вернуть покупателю деньги.

Чтобы соответствовать быстро меняющемуся рынку, девелоперам нужно поставить в приоритет три качества, которые раньше не были основными конкурентными преимуществами: скорость, стандарты жилья и рост объемов ввода.

Новая скорость

Раньше скорость строительства зависела от темпов продаж: падает спрос — можно и помедленнее возводить. Теперь деньги остаются у банка, появление третьего звена в цепочке кроме дополнительных гарантий увеличивает стоимость проекта. Создается ситуация, в которой при наличии свободных средств девелоперу гораздо выгоднее построить объект на свои и продавать уже готовое жилье, существенно экономя на издержках.

И тут конкурентным преимуществом становится скорость строительства: быстрее построишь, быстрее продашь, получишь возврат на инвестиции. Вот почему внимание стоит обратить на технологии, позволяющие строить дома в более короткие сроки.

Вывод может показаться неожиданным: изменение законов подстегнет развитие индустриального домостроения, отрасли, в которой в последние годы незаметно для всех происходила своя большая революция.

За счет постоянной модернизации индустриального домостроения, использования современных материалов и технологий такие дома сейчас можно возводить за три-четыре месяца (в монолите — полтора-два года) и дешевле монолита на 10-12%. По показателям гидро-, звуко- и теплоизоляции современные индустриальные дома уже сравнялись с монолитными, а также появились гибкие технологии, которые позволяют добиться большего разнообразия в фасадах и планировках.

Повальная стандартизация

Переименование «экономкласса» в «стандарт-класс» повлекло за собой необходимость разработки единых параметров для нового сегмента жилой недвижимости. Монолитное домостроение давно нуждается в такой стандартизации, так как нередко параметры квартиры определяются девелопером проекта исходя из собственных представлений о том, каким должно быть стандартное жилье.

В то же время в индустриальном строительстве до сих пор покупатели, заходя в новостройку, могут сказать «Здесь все по ГОСТу», подразумевая отработанное годами качество и заводскую точность. Такой дом, как конструктор, где все детали идеально подходят друг к другу. Продвинутые застройщики сдают дома с полностью готовыми инженерными системами в квартире — даже проводка для этих квартир нарезается на заводе.

Мелкие застройщики отомрут

Регуляторы ориентируют девелоперов на увеличение объемов строительства и ввода. Согласно новой стратегии развития жилищного строительства России, целевой объем к 2024 году должен достичь 120 млн кв. м жилья (то есть 0,82 кв. м на человека). Сейчас в Москве, по расчетам ЦИАН, вводится 0,27 кв. м на жителя. В ближайшее время ввод жилья в столице может увеличиться на 1 млн кв. м в год (в частности, за счет программы реновации): объемы ввода увеличатся до 0,32 кв. м на человека.

Это увеличение должно произойти на фоне эволюционного сокращения количества девелоперов. В такой ситуации критически важным станет вопрос о строительстве больших объемов жилья. А такие объемы могут выдавать только заводские технологии.

К новым реалиям нельзя приспособиться только перестройкой регуляторных и финансовых механизмов: реальные активы и производственные мощности должны быть перестроены под новые требования рынка.

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630578 Владимир Воронин


Россия > Рыба. Экология > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630566 Александр Моисеев

Бизнес против экологии. Чем опасна искусственно выращенная рыба

Александр Моисеев

координатор программы по устойчивому морскому рыболовству Всемирного фонда дикой природы (WWF) России

Значительная часть рыбы, которую едят люди, выращена в искусственных условиях. Механизм называет аквакультурой. Бизнес активно вкладывается в развитие этого сегмента, но развитие такого способа ставит под удар выживаемость целых видов

Аквакультура стала ответом человечества на уменьшение рыбных запасов. Так называют разведение и выращивание водных организмов, также известных как гидробионты, в водоемах и на морских платнтациях. По сути, аквакультура помогла человечеству заменить вылов рыбы, моллюсков, ракообразных и водорослей на разведение этих организмов в искусственных условиях.

Но аквакультуру нельзя назвать панацеей в борьбе с мировым голодом. Более того, аквакультура может вредить водным экосистемам через загрязнение, распространение паразитов и заболеваний, вытеснение исконных обитателей и генетическое «загрязнение».

Как устроено выращивание рыб

Товарная аквакультура сегодня является самым быстроразвивающимся сектором продовольственной отрасли в мире. Примерно половина всей рыбопродукции, которую люди потребляют в пищу, производится из выращенной рыбы. Нет сомнений: доля такой продукции на международном рынке будет только расти.

Россия серьезно отстала от зарубежных стран в развитии аквакультуры — закон обсуждался не менее десяти лет, прежде чем был принят в 2014 году. После этого началась разработка нормативно-правовой базы, которая длится до сих пор.

Но аквакультура существует не в вакууме, и радужные перспективы продовольственной безопасности несколько омрачаются сообщениями об эксцессах на предприятиях аквакультуры, а также критикой ученых-экологов.

К примеру, в 2015 году в Мурманской области местные жители стали обнаруживать свалки мертвой семги, которую в регионе выращивают методом садковой аквакультуры. Выяснилось, что гибель рыб спровоцировала вспышка миксобактериоза.

Для интенсивного выращивания гидробионтов в сельском хозяйстве и аквакультуре используются различные химические вещества: антибиотики, пестициды и альгициды для борьбы с возбудителями заболеваний рыб, паразитами и сорными водорослями. В 2013 году для подавления вспышек лососевой вши норвежским фермерам пришлось высыпать в свои «чистые фьорды» пять тонн пестицидов — и это лишь по задокументированным данным.

В чем состоит опасность

Существует несколько типов аквакультурных предприятий. Одни из них выращивают рыбу в море в садках, то есть в «клетках», до того момента, пока рыба не достигнет товарного размера. При таком способе нередки случаи бегства «одомашненных» особей. Они заполняют ареалы обитания диких популяций рыб своего вида.

Результатом становится вытеснение и иногда полная гибель целых групп рыб диких популяций, которые неспособны противостоять болезням, которые переносят их аквакультурные собратья. В то же время рыбы, появляющиеся в неволе на протяжении нескольких поколений, приобретают генетические изменения, снижающие их способность выживать в естественной среде. При скрещивании эти мутации передаются новым поколениям диких рыб, негативно влияя на генофонд.

Другой тип аквакультуры (так называемой пастбищной) представлен рыборазводными заводами, на которых из икры выращивают мальков анадромных рыб, например, лососевых и осетровых видов. Подрощенную молодь выпускают в реку, откуда она мигрирует в моря или океан для нагула. Через несколько лет уже взрослые особи, ведомые инстинктом, возвращаются в реки для размножения, где у них забирают икру. Затем цикл повторяется.

Такой тип аквакультуры в подавляющем большинстве случаев является не эффективным ни биологически, ни экономически и в основном имеет целью сохранить уничтожаемые браконьерским прессом дикие популяции. Эти заводы требуют квоты на вылов производителей для закладки икры и постоянных государственных дотаций на свою работу. Выпущенная молодь, обитая некоторое время в реке, создает конкуренцию потомству диких популяций, что снижает их численность, вытесняет из родных экосистем.

Известны случаи, когда эти предприятия под видом изъятия так называемого пастбищного стада рыб (то есть выросшего из ранее выпущенных ими мальков) вели промысел диких популяций. Ограничить и проследить такие правонарушения очень сложно, а приводят они в основном к замещению природных популяций аквакультурными и снижению биоразнообразия рыб. В конечном итоге это ставит под угрозу выживаемость целых видов.

Третий тип аквакультурных предприятий можно считать разновидностью первого с установками замкнутого водообеспечения. Они предусматривают повторное использование воды. Такие заводы изолированы от естественной среды и могут считаться наиболее экологически безопасными: здесь нет риска, что рыбы сбегут в дикую природу.

Следует также понимать, что производство одного килограмма аквакультурной рыбы потребляет количество корма, в состав которого может входить от 800 г до 2 кг дикой рыбы.

Что можно сделать

Главное, на что необходимо делать упор при развитии рыбоводческой отрасли, — это соблюдение экологических требований. Аквакультурные хозяйства должны соответствовать международным параметрам экологической безопасности и проходить сертификацию, например, по стандартам Попечительского совета по аквакультуре (ASC).

В то же время политика государства должна быть направлена на сохранение и устойчивое использование естественных запасов рыбы. Остановить развитие аквакультуры невозможно, но ее негативное воздействие на окружающую среду должно быть сведено к минимуму.

И разумеется, стратегия развития аквакультуры в России должна быть пересмотрена с учетом всех ее негативных аспектов. Необходимо принять все возможные меры по снижению негативного воздействия уже существующих аквакультурных хозяйств.

Россия > Рыба. Экология > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630566 Александр Моисеев


Россия. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 4 июня 2018 > № 2630521 Дейв Маджумдар

В случае начала войны Россия уничтожит американские А-10, но их место могут занять F-35В

Дейв Маджумдар (Dave Majumdar), The National Interest, США

ВВС США недавно опубликовали тактико-техническое задание в рамках программы ATTACK по модернизации почтенного самолета непосредственной авиационной поддержки А-10, которая предусматривает создание для него новых крыльев.

Когда ВВС выберут разработчика, он получит подряд и твердый заказ на пять лет, а в качестве возможного варианта — еще два года производства. Военно-воздушные силы намерены подписать контракт на неопределенное количество. Максимально может быть заказано 112 комплектов крыльев. Первые комплекты победитель конкурса должен будет поставить только в 2029 году.

Их будет достаточно для того, чтобы переоборудовать все А-10 с «тонким крылом», но времени и объема заказа хватит для того, чтобы А-10 летали в составе шести крупных эскадрилий еще и в 2040-е годы. Это значит, что из 280 штурмовиков А-10, состоящих в данный момент на вооружении, около 80 со временем будут списаны. Но ВВС сохраняют «Бородавочник» в своем составе только из-за давления со стороны американского конгресса, который отказывается снимать его с вооружения. Вместо него под пресс, скорее всего, пойдет F-15С «Игл» компании «Боинг».

Оставив А-10 в своем составе, ВВС сохранят обретенные с большим трудом навыки и опыт непосредственной авиационной поддержки. Однако А-10 способен выжить только при низком или среднем уровне угроз, и поэтому наиболее ценен он при проведении противопартизанских и противоповстанческих действий. Такие войны будут идти еще много лет, поскольку при нынешней политике Соединенные Штаты останутся в Афганистане как минимум на одно поколение. А-10 станет важным дополнением для самолета, создаваемого в рамках программы OA-X (программа по созданию легкого штурмовика — прим. перев.), но лишь в том случае, если начнутся закупки новой машины.

Тем не менее, А-10 не очень подходит для ведения современного боя против равного по силам противника, такого как Россия или Китай. В случае военной конфронтации с Кремлем на европейском театре А-10 даже близко не сможет подобраться к российской мотострелковой бригаде, которая является самой распространенной механизированной частью в составе сухопутных войск. Все дело в том, что у нее имеются мощные силы и средства ПВО. По сути дела, такие мотострелковые бригады создают мобильные зоны воспрещения доступа.

В российской мотострелковой бригаде примерно 4 500 человек личного состава. Каждая бригада состоит из трех мотострелковых батальонов численностью 510 человек и имеет 43 бронетранспортера МТ-ЛБВ, боевых машин пехоты БМП-2 или БМП-3, а также восемь 120-мм буксируемых минометов 2С12. В ее составе также имеется танковый батальон из 41 танка и два дивизиона самоходной артиллерии, каждый из которых включает 18 самоходных орудий типа 2С19 «Мста-С». Бригада также имеет серьезные средства ПВО в виде дивизиона «Тор-М2», «Бук-М2» или «Бук-М3», и еще один дивизион объектовой ПВО, оснащенный зенитным ракетно-пушечным комплексом «Тунгуска-М1». Еще там есть подразделения поддержки и обеспечения, обладающие мощными средствами радиоэлектронной борьбы, имеющие реактивные системы залпового огня БМ-21, а также еще один дивизион буксируемой артиллерии. По сути дела, каждая МСБ является самодостаточной боевой группой, способной действовать самостоятельно без авиационной поддержки.

При столкновении с российской мотострелковой или танковой бригадой главную угрозу для обычных самолетов (без характеристик малозаметности) будут представлять мобильные зенитно-ракетные комплексы «Бук-М2» и «Бук-М3». Новый «Бук-М3», имеющий дальность стрельбы более 70 километров, может поражать цели на высоте от 15 до 35 тысяч метров. Более того, русские утверждают, что у этого ЗРК вероятность поражения цели составляет свыше 0,95. Конечно, «Бук-М3» вступит в бой лишь тогда, когда самолеты противника преодолеют ПВО района, которую обеспечивают комплексы С-300В4, имеющие дальность поражения 400 км и прикрывающие эти подразделения с расстояния. Освещающий военные вопросы редактор российской газеты «Известия» Алексей Рамм говорит, что «Бук-М3» (и предположительно С-300В4) способны вести борьбу даже с самолетами-невидимками, такими как F-22 и F-35. Однако к таким утверждениям надо относиться с изрядной долей скептицизма.

Но факт остается фактом: если обычные самолеты типа А-10 приблизятся к российской мотострелковой бригаде сухопутных войск, они наверняка понесут очень большие потери. Более того, поскольку у России появились высокоточные ударные средства большой дальности, такие как крылатые ракеты морского базирования «Калибр» и крылатые ракеты воздушного базирования Х-101, Кремль сможет вести стрельбу по тем базам, с которых будут взлетать самолеты А-10. Таким образом, использовать обычные военные аэродромы НАТО во время полномасштабного конфликта будет невозможно.

Возможным решением проблемы может стать вариант единого ударного истребителя F-35В укороченного взлета и вертикальной посадки, который в настоящее время состоит на вооружении корпуса морской пехоты. ВВС США могут вернуться к идее закупки нескольких крыльев F-35В, приспособленных под особые задачи, и они в этом случае заменят некоторые эскадрильи А-10, обеспечивая непосредственную авиационную поддержку в боях на европейском театре. F-35В укороченного взлета и вертикальной посадки может взлетать с частично разрушенных ВПП (взлетно-посадочная полоса) и даже с автомагистралей, превращенных в летные полосы, что НАТО намеревалась делать на завершающем этапе холодной войны в середине 1980-х годов. Далее, F-35В может преодолевать мобильные зоны воспрещения доступа, создаваемые комплексами «Бук-М3» (и С-300В4), что не под силу А-10.

Базируясь на небольшом расстоянии от линии фронта на рассредоточенных импровизированных базах (как во время операций морской пехоты), F-35B смогут быстро совершать боевые вылеты со 100-килограммовыми малогабаритными корректируемыми бомбами, нанося удары по наступающим механизированным колоннам русских. За один вылет четыре F-35B с восемью бомбами каждый (по расчетам, такое будет возможно к 2022 году) смогут уничтожить 32 бронированных цели противника. Один из главных целевых показателей для F-35B — это способность совершать четыре боевых вылета в день. Таким образом, если исходить из того, что F-35B сумеет преодолеть российскую ПВО, четыре самолета за четыре вылета в день смогут нанести сокрушительный удар по российской танковой бригаде. Если же количество самолетов увеличить до восьми, то эффект усилится кратно. Таким образом, с учетом российской угрозы ВВС США должны задуматься о том, чтобы разместить на европейском театре несколько крыльев F-35B.

Россия. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 4 июня 2018 > № 2630521 Дейв Маджумдар


Россия. ЦФО > Образование, наука > минобрнауки.рф, 4 июня 2018 > № 2630515

На базе МФТИ появится центр дополнительного образования детей

4 июня в г. Долгопрудный Московской области Фонд новых форм развития образования и Московский физико-технический институт (МФТИ) подписали соглашение о сотрудничестве в направлении развития совместных образовательных проектов в области геномной инженерии, computer science и образовательных программ по физике.

Предпосылкой послужило плодотворное сотрудничество фонда с лабораторией геномной инженерии МФТИ. В рамках него лаборатория подготовила образовательные программы и провела ряд интенсивов для преподавателей и детей сети технопарков «Кванториум». В ходе занятий школьники погрузились в науку и вместе с наставниками получили практические навыки в области геномной инженерии. Соглашение о сотрудничестве позволит расширить эту практику.

- Мы договорились о расширении направлений нашего взаимодействия: это и внедрение в сеть детских технопарков «Кванториум» экспериментальной физики, и сотрудничество по открытию на базе вуза Центра дополнительного образования детей, и взаимодействие в сфере информационных технологий. Всё это позволит охватить большее количество детей качественным образованием, а также даст новые возможности для выявления и проявления их талантов, - прокомментировала М.Н. Ракова, генеральный директор Фонда новых форм развития образования.

Справочно

Детские технопарки «Кванториум» создаются во всех регионах страны в соответствии с поручением Президента России от 27 мая 2015 года, а также в рамках приоритетного проекта «Доступное дополнительное образование для детей», реализуемого Минобрнауки России. Фонд новых форм развития образования определён проектным офисом приоритетного проекта Правительства России в сфере образования и науки «Доступное дополнительное образование для детей».

Детские технопарки «Кванториум» – это площадки, оснащённые высокотехнологичным оборудованием, нацеленные на подготовку новых высококвалифицированных инженерных кадров, разработку, тестирование и внедрение инновационных технологий и идей. «Кванториумы» учат детей работать в команде и призваны готовить молодые кадры по актуальным направлениям - от робототехники и проектирования малых спутников Земли до изучения практических принципов работы лазерных технологий и моделирования беспилотных объектов.

На 1 января 2018 в России открыт 51 «Кванториум» в 37 регионах. Общий охват детей составил 400 тысяч, при этом 45 тысяч детей обучаются в «Кванториумах» на постоянной основе.

Россия. ЦФО > Образование, наука > минобрнауки.рф, 4 июня 2018 > № 2630515


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630499 Александр Аузан

Мир стариков. Долголетие может стать вызовом для развитых и развивающихся стран

Александр Аузан

Декан экономического факультета МГУ

Самое важное изменение, которое мы наблюдаем в мире, — это увеличение продолжительности жизни. Тот, кто найдет новую немаргинальную занятость для 80–90-летних, прежде всего женщин, тот выиграет

Еще недавно мы считали, что поколение, рожденное в 1950-е годы, мое поколение, которое контролирует экономику и политику страны, приближается к рубежу, когда нужно задуматься о наследниках.

Длительное время дискуссия касалась вопросов зрелости институтов и специфики самого владения, которое в России является прежде всего совокупностью персональных связей и неформальных договоренностей, а их, как известно, затруднительно передать по наследству. Однако помимо отечественной существовала еще и мировая постановка проблемы, исчерпывающе сформулированная Уорреном Баффетом: представьте себе, как выступит на Олимпиаде сборная, собранная из детей победителей предыдущих Олимпиад. К тому же далеко не все дети предпринимателей хотят продолжать дело своих родителей.

Но сегодня впору говорить о совершенно новом повороте в этих дискуссиях. Первое и самое важное изменение, которое мы наблюдаем в мире, — это увеличение продолжительности жизни. Сдвиг такого масштаба, по всей видимости, человечество не переживало давно. И уже сейчас очевидно, что он станет колоссальной общественной проблемой. Во-первых, рост продолжительности жизни сносит все существующие страховые и пенсионные схемы. Они никак не укладываются в ситуацию, когда люди живут до 100–120 лет. Но изменения не только в этом. Нынешние 60–70-летние скоро обнаружат, что то, что они принимали за старость, всего лишь кризис среднего возраста. В течение XX века кризис среднего возраста уже переместился с 40 на 60 лет. И он, очевидно, будет смещаться дальше. В результате сегодня передача по наследству уже не является актуальной темой. Можно еще спокойно лет 30–40 управлять собственным бизнесом, заложить какой-то новый градиент в развитие.

С другой стороны, еще неизвестно, какова будет сама ценность владения. Взять хотя бы набирающий популярность шеринг. Как знать, не перестанут ли люди в скором времени стремиться к тому, чтобы иметь свой дом, квартиру, машину. Человеку не надо будет омертвлять большие деньги, в разы увеличится жизненный цикл любого продукта, товара, имущественного комплекса. Таким образом, поменяется сама ценность владения. Она уйдет с материальных объектов куда-то еще.

Я, конечно, не утверждаю, что все радикально поменяется. Вообще проблема предвидения будущего состоит в следующем. Мы видим какие-то линии нового, но не знаем, являются они маргинальными или магистральными, мы не знаем, являются они прямыми или волнообразными, поэтому, по существу, всегда надо иметь несколько сценариев. К тому же надо учитывать, что обычно прогресс идет медленнее, чем ожидают.

Так, Чарльз Бэббидж предсказал автоматизацию и вытеснение человека из производства в первой половине XIX века. За два века мы, по-моему, проходили три–четыре точки, когда уверенно говорили о скорой автоматизации, массовой безработице и бунте голодных людей против машин. Всякий раз этого не происходило. Люди просто меняли занятость, начинали обслуживать машины, а рост сферы сервиса потребовал гораздо больше людей, чем было прежде востребовано на производстве.

Та же глобализация тоже процесс не линейный, а возвратно-поступательный, и мы сейчас живем в период отлива глобализации. Итак, мы вполне можем зафиксировать появление нового градиента развития — шеринга. Он может понизить ценность владения, но этому противостоит не только биология и действующие институты. Могут быть границы и культурные.

Напомню знаменитый вопрос, который Николай Михайловский задал Карлу Марксу от лица «Отечественных записок»: почему капитализм не возник в античном Риме? Ведь там был и люмпен-пролетариат, и торгово-ростовщический капитал, были даже машины. Ему ответил Энгельс: капитализм не возник в античности потому, что господствовало представление, дескать, свободный человек свободен для того, чтобы не работать. Это и было культурной границей возникновения новых порядков. Натыкаться можно на биологическую, экономическую границу, а можно и на культурную, на какие-то еще границы. И процессы гасятся.

Могу назвать еще один процесс, который может оказаться маргинальным, а может и нет. Когда мы говорим про цифровую экономику, то прежде всего подразумеваем новые технологии, мало задумываясь о том, что меняется собственно в экономике. Если действительно реальна массовая кастомизация, если издержки производства индивидуализированного продукта будут сопоставимы с издержками производства массового продукта, это значительно изменит схему владения. Почему в Кремниевой долине стартап обычно продается большой компании? Потому что это экономия на масштабе, который под силу только большой компании. Теперь представьте, что в каких-то сферах жизни экономия на масштабе перестанет работать. Зачем тогда концентрация капитала и производства, если можно действовать небольшими группами с теми же издержками?

Экономисты пытаются рассуждать в логике продления действующих институтов. Грубо говоря, при росте продолжительности жизни давайте увеличим возраст выхода на пенсию. Перестала работать солидарная пенсионная система? Давайте делать накопительную. А почему бы не поставить вопрос иначе? Если активная жизнь человека продлится, скажем, на 20 лет или даже больше, то, может, не нужно считать это пассивом, который ложится на страховые и пенсионные системы? Может быть, это вызов.

Тот, кто найдет новую немаргинальную занятость для 80–90-летних, прежде всего женщин, тот выиграет. Как это уже однажды произошло в Древнем Риме. Когда человечество перешло от двухпоколенной к трехпоколенной семье, было непонятно, что делать со стариками. Новую идею подсказал Платон, писавший о государстве мудрецов. Да, старики немощные, дряблые, беззубые, но у них есть опыт, есть мудрость. То, что придумали греки, реализовал Рим со своим сенатом, когда 50-летние командовали 20-летними. Да, они не могли поднять тяжелое вооружение, но они могли указать, куда направить легионы. Рим расширился, потому что нашел формулу использования нового ранее не востребованного потенциала. Поэтому и нам стоит порассуждать о том, какие свойства старшего поколения уникальны, более не воспроизводятся, приходят только с возрастом.

Когда-то Юлий Цезарь считался великим, потому что мог делать три дела одновременно. Сегодня этим отличается среднестатистический молодой человек. Помню разговор с одним из студентов. Я сказал ему: «Вы можете делать три дела одновременно: гуглить, общаться в соцсетях и слушать мою лекцию». На это он мне ответил: «Да, но делаем мы это, как утка. Утка и плавает, и ходит, и летает, но все это делает плохо». Утрачивается глубина, системность, понимание каузальных связей.

Старшие поколения, быть может, менее приспособлены к параллельному решению множества задач, но пока что обладают глубиной. Не исключено, что именно здесь следует искать источник экономической продуктивности старших поколений. В конце концов у них и память по-другому устроена. Они оперируют в своей голове другими массивами информации, чем человек, который все это привык передоверять гаджетам.

Это должно стать предметом большого исследовательского проекта. Например, чем оказались прекрасны английские старушки? Соединенное королевство переполняется людьми, для которых английский не родной язык. Кто может передать им настоящее чувство, понимание и красоту классического английского языка? Вот эти старушки, причем, разумеется, не в классах. Почему бы студентам не пожить в реальных английских семьях, получая от старшего поколения вместе с английским языком еще и высокий уровень культуры?

В странах более успешных возрастной сдвиг будет общим. А в бедных длинный взрывной прирост срока жизни элит будет контрастировать со сравнительно краткосрочной жизнью масс. И тут встанут две проблемы. Во-первых, что делать с ротацией? Если наследники элит не смогут подняться наверх, им ничего не останется, кроме как расширять направления деятельности. Это приведет к росту агрессивности элит. Так, в свое время майорат привел к Крестовым походам. Вторая проблема — конфликт между широкими массами и элитами. К обычным напряжениям добавится и культурный диссонанс. Это будут люди из разных эпох, у которых не будут совпадать взгляды и ценности.

К чему это приведет? Я люблю повторять слова Людмилы Алексеевой о том, что все рано или поздно устроится более-менее плохо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630499 Александр Аузан


Россия > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 4 июня 2018 > № 2629629 Юрий Алексеев

Программа инвестквот должна сохранять смысл и рациональность.

Стартовала реализация программы по распределению инвестиционных квот. В рамках первой волны состоялось рассмотрение заявок, отбор проектов и первый аукцион на понижение. В мае было подписано уже 33 договора о закреплении и предоставлении доли инвестквоты. Механизм запущен, но вопросы по-прежнему остаются: как защищать интересы инвесторов, что будет с нераспределенными квотами, чем еще предлагается дополнить законодательство в этой сфере? О проблемных аспектах кампании по инвестквотам Fishnews рассказал председатель Совета Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота Юрий Алексеев.

– Как вы оцениваете результаты работы, проделанной Росрыболовством к настоящему моменту по распределению квот на инвестиционные цели, и качество самих инвестпроектов, прошедших отбор?

– Результаты, на мой взгляд, весьма положительные. Проведены прозрачные процедуры отбора проектов и заключены договоры о закреплении и предоставлении инвестквот для строительства крупнотоннажных траулеров-процессоров для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна. Завершены аукционы на понижение по предоставлению инвестквот для строительства береговых перерабатывающих предприятий на Дальнем Востоке и строительства судов для Северного бассейна. Думаю, заминка с распределением инвестквот для береговых заводов на Севере тоже не будет длительной и инвесторы смогут приступить к реализации проектов.

Радует, что отбор прошли проекты судов для обоих бассейнов, предусматривающие реализацию самых высоких требований к безопасности мореплавания, эффективности рыбоперерабатывающих комплексов, использованию современных технологий производства продукции высокой степени переработки, полной утилизации уловов.

– Нужно ли, на ваш взгляд, объявлять в 2018 году прием заявок на нераспределенный объем инвестквот на вылов минтая и сельди на Дальнем Востоке? В рыбацком сообществе имела место дискуссия на эту тему.

– Полагаю, процесс распределения инвестквот целесообразно завершить в текущем году, чтобы дать возможность инвесторам заниматься практической работой по строительству судов.

Но в контексте темы распределения оставшихся объемов я хотел бы акцентировать внимание на другом, более существенном вопросе.

В настоящее время проходит рассмотрение и согласование проект изменений в постановление Правительства РФ от 25 мая 2017 г. № 633 в части перечня судов – объектов инвестиций, которым может быть предоставлена инвестквота на вылов минтая и сельди тихоокеанской одним пакетом, включающим в себя квоту в основных промысловых районах Охотского и Берингова морей, а также в районе Курильских островов. В проект документа включено среднетоннажное рыбопромысловое судно длиной от 55 до 70 метров (объект инвестиций типа «У»). Это судно валовой вместимостью более 1000 регистровых тонн, имеющее комплекс оборудования для осуществления кошелькового лова и оборудование по охлаждению уловов производительностью не менее 50 тонн продукции в сутки.

В пояснительной записке к проекту постановления говорится, что введение нового типа судна позволит загрузить и стимулировать эксплуатацию плавбаз/плавзаводов, так как указанные типы судов могут осваивать различные виды водных биоресурсов, а также обеспечит загрузку рыбоперерабатывающих заводов, расположенных на территории Дальневосточного федерального округа.

Однако при ближайшем рассмотрении приведенное обоснование не выдерживает никакой критики.

– В чем вы видите основные проблемы готовящегося документа?

– Во-первых, плавбаз и плавзаводов в стране практически не осталось, и планов их строительства у рыбаков нет.

Во-вторых, перечень оборудования предлагаемого судна однозначно указывает на то, что оно предназначается для прибрежного лова и доставки улова на берег. Но если посмотреть на перечень районов лова, в которых планируется предоставить инвестквоту, то обнаружите, что до большинства из них нужно идти сутками, чтобы в итоге поймать немного рыбы, и еще несколько суток понадобится на доставку улов на берег. Такая рыба будет буквально золотой.

В итоге картина будет такова: лица, заявившиеся на инвестквоту для такого «супер-судна», которое, кстати, стоит в пять раз дешевле траулера-процессора длиной более 100 метров, получат серьезную квоту, в том числе в удаленных районах промысла. Однако осваивать эту квоту они будут имеющимися в распоряжении старенькими, но пока еще живыми траулерами-морозильщиками. А вновь построенные суда будут использоваться для прибрежного рыболовства в прилегающих к берегу районах и получат в этих районах еще дополнительно 20% квоты, полагающейся по закону для стимулирования прибрежного рыболовства. Кроме того, они смогут претендовать на 20-процентную прибавку к инвестквоте за постройку судов на дальневосточной верфи.

Многие, конечно же, будут счастливы такому решению, но вряд ли его можно признать рациональным. Ведь изначально при формировании требований к судам, строительство которых поддерживается инвестквотами, во главу угла ставилось наличие высокопроизводительного рыбоперерабатывающего оборудования на борту, которое позволяет производить филе и фарш из минтая и сельди тихоокеанской, муку рыбную и/или жир рыбий либо иные продукты из отходов производства, осуществлять заморозку. Стоит напомнить, что такие требования вытекали из «духа и буквы» заседания президиума Госсовета, которое провел президент 19 октября 2015 года. Была поставлена задача уйти от сырьевой ориентации отрасли и производить продукцию высшего качества, востребованную в стране и за рубежом. И роль государства – стимулировать создание флота, способного производить такую продукцию, максимально повышать эффективность использования имеющейся ресурсной базы.

– На ваш взгляд, насколько сегодня защищены интересы инвестора условиями договоров, которые заключаются с судостроителями? Ранее Вы уже поднимали этот вопрос, но на сегодняшний день какого-то единого защитного механизма по-прежнему нет. Насколько высоки риски от такого пробела и решается ли сейчас этот вопрос?

– Часть рисков неисполнения своих обязательств верфью, безусловно, нашли свое отражение в судостроительных контрактах. Полагаю, квалифицированный инвестор предусмотрел соответствующие штрафы и компенсации в случае, если причина неисполнения кроется в действиях верфи. Но могут возникнуть обстоятельства, когда судостроители не смогут выполнить взятые на себя обязательства по независящим от них причинам, например, ввиду отказа в поставке им импортного оборудования и комплектующих по причине иностранных санкций. По своей сути такие обстоятельства относятся к форс-мажорным, но юридически таковыми не значатся и в договорах о закреплении и предоставлении инвестквот не прописаны. Т.е. вся ответственность в этом случае полностью лежит на инвесторе. Санкции же за нарушение графиков реализации инвестпроекта весьма серьезные. Например, в случае строительства траулера типа «А» выплата гарантийной суммы в адрес Росрыболовства равна 1 млрд. рублей.

Этот вопрос уже озвучивался, но пока реакции государства не последовало. Поверьте, вопрос не праздный, значительный объем машин и механизмов имеет иностранное происхождение и в России не производится. Как пример – главные двигатели, рыбоперерабатывающую фабрику придется закупать за рубежом.

Кстати, не так давно возник еще один риск. Согласно решениям правительства, обязанность контроля за ходом реализации инвестпроекта возложена на Минпромторг. Так вот, при формировании приказа этого ведомства, регулирующего порядок контроля, в проект включены, например, требования к комплектованию судна оборудованием для хранения и переработки рыбы и морепродуктов, в том числе рыбоперерабатывающими машинами различного назначения, рыбомучными установками, морозильными аппаратами, оборудованием для производства рыбного фарша, произведенным на территории Российской Федерации. Не производится у нас в стране качественного оборудования указанного назначения! Понятно, что Минпромторгу хочется максимально поддержать отечественного производителя. Но если идти по этому пути, цель использования инвестквот: добиться создания высокоэффективных судов, производящих продукцию мирового уровня, и уйти от сырьевой ориентации отрасли – достигнута не будет.

Именно поэтому в соответствующее постановлением правительства было изначально включено положение о том, что «стоимость товаров, работ или услуг, приобретенных (оказанных) на территории Российской Федерации в ходе строительства и ввода в эксплуатацию объекта инвестиций, должна составлять не менее общей 30-процентной стоимости строительства объекта инвестиций; на территории Российской Федерации должны быть осуществлены в совокупности следующие технологические операции: формирование корпуса судна на верфи; изготовление материала для корпуса судна; разработка конструкторской и технологической документации в объеме, необходимом для строительства судна». И ничего более. В этой связи инвесторы – заказчики судов просят – не нужно никаких бюрократических новаций! Основная цель инвестквот – поддержка развития основных производственных фондов рыбохозяйственного комплекса и создание возможности для выпуска продукции высокой добавленной стоимости. Этот ресурс ограничен и недостаточен для того, чтобы за счет него поднимать и смежные с судостроением отрасли промышленности.

Светлана ВАСИЛЬЕВА, Fishnews

Россия > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 4 июня 2018 > № 2629629 Юрий Алексеев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2629626 Алексей Кудрин

Встреча с председателем Счётной палаты Алексеем Кудриным.

Президент провёл встречу с новым председателем Счётной палаты Российской Федерации Алексеем Кудриным.

А.Кудрин возглавил Счётную палату 22 мая.

* * *

В.Путин: Алексей Леонидович, приступили?

А.Кудрин: Да, я приступил к своим обязанностям неделю назад, и уже первая неделя была очень насыщенной.

Завершается цикл работ, проверок во всех министерствах и ведомствах по отчету за прошлый год. Могу сказать, что почти в каждом министерстве или ведомстве хоть небольшие, но есть недочеты в исполнении государственных программ, неисполнение определенных показателей, финансовые нарушения – где-то меньше, где-то больше. Почти все министры и руководители ведомств получат представления.

По результатам прошлого года десять материалов уже направлены в прокуратуру. В целом за прошлый год в результате работы Счетной палаты 136 материалов направлены в правоохранительные органы, из них 86 – в прокуратуру. Открыто 35 уголовных дел. Это по результатам работы в прошлом году. То есть очень много материалов, которые требуют исправления ситуации.

Но сейчас я хочу сделать акцент на то, чтобы перевести проверки в большей степени на оценку результатов эффективности для достижения конечного результата стратегических целей Вашего указа в мае этого года и государственных программ, которые будут сопровождать выполнение этих стратегических целей. Точно описать результат, как эти ресурсы влияют на их достижение, и как шаг за шагом достигается этот результат, это станет ключевым направлением работы Счетной палаты, не снижая той работы, которая связана с анализом чисто финансовых показателей, целевого использования ресурсов, и, конечно, как я сказал, эффективности использования финансовых средств.

В.Путин: Алексей Леонидович, но если Вы, используя свой опыт и свои знания, безусловно, очень обширные, и свое отношение к делу, которое я очень хорошо знаю, мне это все хорошо известно, предвидите такое новое качество работы Счетной палаты, это было бы очень хорошо. Это очень бы помогло в достижении конечного результата, ради которого мы все работаем.

Собственно говоря, формальная работа важна на предмет целевого использования, нецелевого использования, эффективности в целом, но оценка с точки зрения получения конечного результата – это самое главное. И если бы Вам удалось выстроить работу Счетной палаты именно таким образом, то это было бы очень хорошо. Регулярный отчет перед депутатами Государственной Думы, чтобы они имели возможность посмотреть на то, как расходуются государственные средства, заложенные ими в бюджет, в Закон о бюджете, ну и соответствующим образом могли бы ориентировать уже Правительство Российской Федерации, мне своевременно об этом доложить. Я думаю, что это очень помогло бы делу.

А.Кудрин: Да, мы так и собираемся делать. В ходе обсуждений при утверждении на должность эти основные подходы были обсуждены со всеми фракциями, на заседании Государственной Думы. Сейчас мы их обсудили на коллегии Счетной палаты. В целом они поддержаны и поэтому акцент на достижение результата мы будем проводить.

Это потребует некоторого уточнения методов контроля, стандартов контроля, чтобы и сами инспектора, и министерства понимали те требования, которые предъявляются, что за результаты будет более ответственный спрос, чем за только чисто исполнение процесса, связанного с финансированием.

Также мы говорили о необходимости дополнительной открытости работы министерств и ведомств. Потому что чтобы оценивать результат, нужно больше данных сделать открытыми, которые обсуждаются и могут анализироваться.

Соответственно, и работа по борьбе с коррупцией тоже остается в приоритетах Счетной палаты.

В.Путин: Очень хорошо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2629626 Алексей Кудрин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Медицина > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2629625 Анна Кузнецова

Встреча с Уполномоченным по правам ребёнка Анной Кузнецовой.

А.Кузнецова представила Президенту ежегодный отчёт о деятельности уполномоченных по правам ребёнка.

В.Путин: Это ежегодный доклад, да? Слушаю Вас.

А.Кузнецова: Да. Добрый день, Владимир Владимирович!

Рада возможности рассказать об основных достижениях, ну и, конечно, о тех проблемах, которые сегодня имеем как институт уполномоченных в сфере детства.

Но сначала хотелось бы поздравить с прошедшим праздником, Днем защиты детей, и передать такое «Письмо солдату». Это детские работы, адресованные солдатам сегодняшним, прошлым и даже будущим. Они направлены в воинские части, и в этом году при поддержке Минобороны даже в Сирию.

В.Путин: Очень хорошо. Спасибо большое.

А.Кузнецова: Владимир Владимирович, не так давно прошел съезд уполномоченных по правам ребенка. И мы в рамках этого съезда впервые реализовали проект «Вектор детства – 2018». Этот проект направлен на отбор лучших практик, посвященных детству.

Впервые мы провели этот конкурс, выбрали 10 лучших проектов, которые направлены на защиту многодетных семей, приемных семей, детей с особенностями развития. Совершенно разные направления, в том числе, и наставничество. Из различных субъектов пришли проекты, более 1000 их было подано нам, и выделили лучшие. Победила Тюмень, «система помощи в режиме «одного окна».

И конечно, хотела бы передать Вам доклад о деятельности уполномоченных по правам ребенка в этом году. В нем отражены основные проблемы, основные вопросы, которые мы встречаем.

Что хотелось бы отметить. В целом, казалось бы, тенденции не изменились, то есть лидируют по количеству обращений имущественные запросы. В том же порядке и вопросы, касающиеся семейных отношений, детско-родительских отношений. Но что настораживает, что на 83 процента выросло число обращений, связанных с системой образования. Возможно, это связано, в том числе, и с повышенным запросом к этой системе.

Хотела бы сказать, что, безусловно, согласна с тем, что важно дать ребенку не только образование, но и возможность развиваться, и воспитать его как личность в том числе, а не только дать конкретный объем знаний. И, может быть, добавила бы, что воспитать еще и будущих родителей. В этой части мы активно работаем с Министерством образования, Министерством просвещения сейчас.

В.Путин: Что людей в основном беспокоит в сфере образования?

А.Кузнецова: Запросы различного характера: с одной стороны, есть вопросы по качеству образования, образования детей с особенностями развития в той или иной степени, где-то доступность, где-то качество, ну и, конечно, тема воспитания.

Мы проработали этот вопрос с ведомствами, и на нашем съезде уполномоченных Рособрнадзор предложил создание специальной группы, чтобы можно было оценить, в том числе, качество воспитательного компонента в школе. Потому что измерять объем и глубину знаний уже достаточно научились, и это измеряется, достаточно внимательно и подробно изучается. Но вот вопрос воспитания требует особого и внимательного изучения.

Владимир Владимирович, в этой части мы подготовили целый план мероприятий, который посвящен безопасности, и тема воспитания включена в этот план. Это информационная и образовательная безопасность детей.

В.Путин: Вам нужна моя поддержка, или вы договорились уже с Министерством?

А.Кузнецова: Мы работаем сегодня в системе образования. Часть вопросов уже проработана, часть, конечно, нуждается в дальнейшем согласовании.

В.Путин: План мероприятий, о котором Вы сказали и который должен действовать, это ведь проект, вы должны его еще утвердить?

А.Кузнецова: Часть предложений проработана с ведомствами, часть, конечно, требует дальнейшей проработки.

Уважаемый Владимир Владимирович! Мне бы хотелось поблагодарить Вас за майские указы, которые вышли. Мы с особенным энтузиазмом восприняли, так как большая часть посвящена будущему, а, значит, посвящена нашим детям. В этой части хочется отметить, что сегодня существуют различные критерии оценки деятельности глав субъектов Российской Федерации. И в первый год «Десятилетия детства» в соответствии с указом, который Вы подписали, нам бы хотелось, чтобы показателей, которыми измеряют качество детской политики, было больше.

В связи с этим мы подготовили предложения, по которым просим рассмотреть возможность введения в критерий эффективности деятельности глав субъектов Российской Федерации детского компонента, чтобы все-таки эта тема была одной из приоритетных сегодня наравне с формированием экономической привлекательности, инвестиционной привлекательности субъектов и так далее.

Если в этой части мы найдем поддержку, я думаю, что тема детства станет не только важной для всех нас как для родителей, но и, безусловно, еще большую роль будет играть в региональной политике.

В.Путин: Давайте я Администрации и Правительству поручу это проработать, как следует, с тем чтобы это было реализуемо.

А.Кузнецова: Благодарю, Владимир Владимирович.

Хотелось бы еще отметить один важный вопрос, который на самом деле достаточно больной, он известен практически всем – это жилье для детей-сирот. Но я не могу его не поднять, потому что в последнее время очередь на жилье детей из числа детей-сирот все растет.

В.Путин: Увеличивается.

А.Кузнецова: Порождаются, к сожалению, не совсем хорошие практики в субъектах, когда на почве учреждения двух уже очередей (одна – естественная очередь, вторая – по судебным решениям) получаются некорректные проекты, которые, в том числе, унижают наших детей, выпускников – детей-сирот. Конечно, мы активно пресекаем эти практики, но система нуждается в серьезном и внимательном изучении.

Мы предлагаем, Владимир Владимирович, переместить зону ответственности за [жилищные] программы для детей-сирот из системы образования в профильное ведомство, например, Минстрой. Потому что, к сожалению, сейчас нет программ, есть лишь финансирование и контроль за расходованием средств.

Ряд субъектов даже этой возможностью не пользуются, а возвращают направленные для них средства, за что получают соответствующие санкции, но, к сожалению, дети так и не получают квартиры. Поэтому разработка специальных программ совместно с Минстроем может стать тем ресурсом, наравне с теми программами, которые уже ими разработаны, может стать новым ресурсом и дать новую жизнь и новый вздох для этой программы.

Здесь озвучены наши предложения, Владимир Владимирович, по решению, конечно, важной работы с курирующими ведомствами, но первое понимание у нас совершенно едино с Министерством просвещения по этому вопросу.

Владимир Владимирович, и еще один из вопросов, который я не могу не затронуть, касается детей с особенностями развития. Дети с орфанными заболеваниями. Их больше 8 тысяч в Российской Федерации. К сожалению, проблема обеспечения детей необходимыми лекарствами сегодня достаточно острая. Только 30 субъектов Российской Федерации на 100 процентов закрыли запрос на лекарственные препараты детей с орфанными заболеваниями, с редкими заболеваниями. Дефицит сегодня составляет более 8 миллиардов рублей.

Уважаемый Владимир Владимирович! Мы внимательно изучали многие вопросы, связанные с этим. Буквально точечно, когда эти вопросы приходили к нам в аппарат изучали причину неудовлетворения этого важного запроса, ведь порой от лекарства напрямую зависит жизнь и здоровье ребенка и все чаще – жизнь, когда речь об орфанных заболеваниях.

Мы проработали этот вопрос с соответствующими ведомствами и выработали предложения о необходимости централизации закупочных процедур, так как разница между розничной продажей, которой сейчас пользуются субъекты Российской Федерации, и оптовой закупкой достаточно велика. Приведу простой пример, из последних обращений. Цена на препарат по закупочной стоимости составляла более 30 миллионов рублей, а препарат, купленный вне закупок, стоил 6 миллионов. Такой разбег цен заставляет говорить о необходимости внимания к ценообразованию. Это позволит сэкономить достаточные средства, если будут централизованные закупки, в том числе.

Поэтому, Владимир Владимирович, мы обращаемся с соответствующим предложением. Это позволит не только сэкономить средства, это позволит и приобрести нам для гораздо большего числа детей лекарственные препараты.

В.Путин: Неоднократно уже к этому вопросу возвращались, и до сих пор там нет нужного порядка. Обязательно вернемся к этому.

А.Кузнецова: Конечно, очень важно, чтобы была создана, возможно, группа, которая бы проработала и ресурс для российского производства многих препаратов.

Например, и я с большой радостью об этом говорю, не так давно вернулась из Владимирской области, где посмотрела с удивлением на то, что большое число обращений в аппарат Уполномоченного способствовало развитию в России нового производства в части производства Т-спота, нового альтернативного вида туберкулинодиагностики, который доступен всем: и детям с ВИЧ-инфекцией, и со сниженным иммунитетом, и даже беременным. Поэтому в таком формате, конечно, я вижу потенциал, что этот вопрос тоже может быть решен.

В.Путин: Конечно, это одно из основных направлений развития и решения этого вопроса. Нужно только, чтобы они по качеству не уступали, а, возможно, превосходили зарубежные аналоги и чтобы были доступны в цене. Безусловно, по этому пути мы стараемся идти.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Медицина > kremlin.ru, 4 июня 2018 > № 2629625 Анна Кузнецова


Россия. Руанда > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 3 июня 2018 > № 2631349 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел, сотрудничества и Восточноафриканского сообщества Республики Руанда Л.Мушикивабо, Кигали, 3 июня 2018 года

Уважаемая г-жа Министр,

Дорогая Луиз,

Мы очень признательны за радушный прием и прекрасную организацию нашей работы.

Состоявшаяся сегодня утром встреча с Президентом Республики Руанда П.Кагаме и наши с Вами переговоры подтвердили наличие очень хороших перспектив во всех сферах двусторонних отношений.

Руанда – добрый партнер Российской Федерации. В октябре мы будем отмечать 55-летие установления дипломатических отношений между нашими странами. Придаем большое значение этому памятному событию.

У нас наметились очень неплохие темпы развития торгово-экономических связей, объем которых остается пока на незначительном уровне, но перспективны весьма интересные. У нас обоюдная заинтересованность в развитии сотрудничества в геологоразведке, горнодобыче, сельскохозяйственной сфере, медицине, а также в гуманитарной области, включая подготовку кадров. По целому ряду направлений уже реализуются конкретные проекты, в ряде других предстоит перевести принципиальные договоренности на язык практических действий, в частности, имею в виду сферу сотрудничества по мирному использованию атомной энергии. По целому ряду областей, которые связаны с геологоразведкой, горнодобычей, реализацией инфраструктурных проектов, есть понимание возможности вовлечь в это сотрудничество другие страны Восточноафриканского сообщества. Министр иностранных дел, сотрудничества и Восточноафриканского сообщества Республики Руанда Л.Мушикивабо проявила к этому интерес.

Удовлетворены тем, как развивается наше военно-техническое сотрудничество, которое также имеет хорошую историю и перспективы.

Договорились о продолжении тесного сотрудничества, которым мы довольны, в рамках ООН, а также о наших дальнейших шагах по содействию в урегулировании целого ряда конфликтных ситуаций на Африканском континенте.

Российская Федерация рассматривает Африку в качестве важной опоры полицентричной системы мироустройства, которая формируется взамен биполярному и однополярному миру. Считаем главной задачей дискуссий, которые сейчас ведутся о реформе СБ ООН, обеспечение более адекватной представленности развивающихся регионов мира – Азии, Африки и Латинской Америки.

Говоря об африканских проблемах, хотел бы отметить, что в этом году Руанда является Председателем Африканского союза и в этом качестве заинтересована в продвижении принципиально новых подходов, которые будут опираться на необходимость самих африканцев вырабатывать договоренности об урегулировании кризисов на инклюзивной основе без каких-либо рецидивов этнических или конфессиональных распрей.

Считаем, что Руанда с ее печальным опытом преодоления последствий национальной трагедии, которая разразилась четверть века назад и которая сумела за эти годы преодолеть ее последствия, обеспечить национальное согласие и устойчивое развитие с участием всех народностей и этносов, населяющих страну, может внести существенный вклад в продвижение этих принципов на континентальном уровне.

Сегодня мы выразили высокую оценку участия Руанды в миротворческих операциях ООН. Шесть с половиной тысяч граждан этой страны задействованы в миротворческих структурах. Это пятое место среди всех стран мира. По общему признанию и отзывам, руандийские миротворцы одни из самых эффективных и дисциплинированных.

Договорились, конечно, продолжать наше сотрудничество по линии правоохранительных органов и спецслужб, прежде всего, в деле борьбы с терроризмом, который, к сожалению, пустил свои корни и на Африканском континенте.

В целом я считаю, что переговоры были очень полезными. Подтвердили нашу готовность к всемерному наращиванию сотрудничества на основе обоюдного уважения и учета интересов друг друга.

Вопрос: Какие основные линии сотрудничества с Африканским союзом видит Россия?

С.В.Лавров: Мы с Африканским союзом имеем давние связи и регулярно общаемся с представителями его руководства. В декабре прошлого года я посетил штаб-квартиру в Аддис-Абебе. Мы обсуждали наше взаимодействие, начиная от политического диалога до потенциальных экономических проектов.

Несколько сотен африканцев обучаются у нас в контексте взаимодействия с Африканским союзом по специальностям в правоохранительной сфере, и около сотни из них обучаются миротворческим навыкам, что является прямым вкладом в укрепление механизма мира и безопасности, который был создан Африканским союзом.

Мы также предложили нашим коллегам из Африканского союза направлять сотрудников, которые работают в штаб-квартире в Аддис-Абебе, на дипломатические курсы нашей Дипломатический академии МИД России в Москве.

Мы условились подготовить политический рамочный документ, который будет концептуально закладывать основы для нашего сотрудничества на ближайшие годы и параллельно разработать несколько практических проектов, которые могут быть осуществлены уже в ближайшее время. Сейчас готовится встреча экспертов из России и Африканского союза.

Мы предложили Африканскому союзу присоединиться к Международному банку данных иностранных боевиков-террористов, созданному несколько лет назад ФСБ России. В нём участвуют уже около 50 стран и организаций. Присоединение Африканского союза было бы полезным с точки зрения отслеживания трансграничного перемещения этих террористов.

В контексте сотрудничества в сфере безопасности также наше Министерство внутренних дел налаживает связи с Африкпол.

Мы сегодня обсуждали инициативу, которую прорабатывает Российская Федерация - подготовить, может быть в следующем году, крупный бизнес-форум между Африканским союзом, его членами и Россией, включая участие предпринимателей и политиков.

Вопрос: Как Вы оцениваете перспективы развития военно-технического сотрудничества между Россией и Руандой? Есть ли какие-то конкретные планы?

С.В.Лавров: У нас действительно неплохое сотрудничество в военно-технической сфере. На вооружении руандийских сил безопасности, армии, правоохранительных органов есть наши вертолеты и автомобили Урал. Имеется ряд поставок стрелкового оружия. Сейчас обсуждаются поставки системы противовоздушной обороны.

В прошлом году была сформирована Межправительственная комиссия по военно-техническому сотрудничеству. Она осенью 2017 г. провела первое заседание в Кигали. Там были намечены конкретные шаги по развитию взаимодействия в этой сфере. Второе заседание планируется на осень этого года в Москве.

Вопрос: Как Вы оцениваете идею африканских стран сделать так, чтобы в СБ ООН одно место было закреплено за африканскими странами?

С.В.Лавров: Могу только повторить то, что я уже сказал во вступительном слове. Мы за то, чтобы любая реформа СБ ООН была нацелена, прежде всего, на исправление несправедливости в отношении представленности развивающихся стран. Любая реформа в качестве приоритетной задачи должна рассматривать повышение уровня представленности развивающихся стран Азии, Африки, Латинской Америки.

Россия. Руанда > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 3 июня 2018 > № 2631349 Сергей Лавров


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 июня 2018 > № 2629393 Виталий Портников

У Путина три варианта на Донбассе, а по Крыму есть лишь один выход — Виталий Портников

Марина Евтушок, Апостроф, Украина

Украинский журналист и публицист Виталий Портников в интервью «Апострофу» рассказал о единственной возможности вернуть Крым, а том, какие три варианта есть у Кремля для Донбасса и сколько нужно времени, чтобы украинское общество стало по-настоящему европейским.

— Какова природа эскалации на Донбассе сейчас?

— Я думаю, что речь идет о более сильной позиции. Мол, если речь идет о возобновлении «нормандского формата», то это не то, что мы должны идти на какие-то уступки и миротворцев, а попросите нас, чтобы мы хотя бы не стреляли.

— Во время визита в Киев президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер заявил, что нужно активизировать «нормандский формат». Как это сделать?

— Думаю, что никак, потому что я не вижу у Путина желания что-то конструктивно делать в рамках «нормандского формата». И, опять-таки, он повышает ставки. Я не думаю, что после этого повышения ставок будет ввод таких миротворцев, которых хотели бы Украина и Запад.

— Хочу вернуться к дискуссии вокруг крымского моста и сценариев того, можно ли после этого возвращать и реинтегрировать Крым, особенно после заявления Мустафы Джемилева о том, что на полуостров массово переселяют россиян. Будет ли готова Украина к этому?

— Нужно решать проблемы по мере поступления. Во-первых, пока что никто не ведет с нами консультаций по реинтеграции Крыма. Я знаю, что у нас есть люди, которые считают, что украинские войска просто перейдут через Перекоп, но так не будет. Реинтеграция Крыма, как и реинтеграция Донбасса — это очень сложный политический процесс, который может растянуться на годы, если не на десятилетия.

С реинтеграцией Крыма вообще очень сложно. Я всегда говорил, что это самая большая ловушка, которая сейчас существует не только в наших отношениях с Россией, но и в международном праве. Впервые после Второй мировой войны одна страна аннексировала часть другой страны без ее согласия. И вопрос даже не в том, высказывалось население или нет. Бывают сепаратистские тенденции. Если бы население Крыма, даже при поддержке России, высказалось за свою независимость и там было бы создано государство типа Абхазии или Южной Осетии, можно было бы себе представить, как в каких-то перспективах эта проблема решается. Было бы несколько путей: или реинтеграция территории, или какая-то совместная конференция, которая дает возможность этому государству стать действительно независимым. Это трудно себе представить, но, так или иначе, есть примеры, когда так проблемы решались. А когда произошла аннексия, я даже не знаю, какие есть пути решения в международном праве. Их просто не существует.

Я всегда привожу пример Восточного Тимора, который был аннексирован Индонезией. Но там была очень сложная ситуация, потому что Тимор был колонией Португалии, которой она собиралась предоставить независимость. И он стал частью Индонезии, потому что она просто ввела туда войска. Но большинство населения Тимора было против этого. И в принципе Индонезия не возвращала территорию Португалии, а согласилась на независимость этой территории.

— И сейчас существует такое государство.

— Да. Была, скажем, другая история, когда Португалия свою отдельную колонию Кабинду признала неотъемлемой частью республики Ангола. Хотя Кабинда не имеет никаких общих границ с Анголой и даже была членом Организации африканского единства. Однако признали, что это — неотъемлемая часть Анголы, предоставили возможность ангольским вооруженным силам бороться там с «сепаратистами». Хотя если бы Кабинда стала независимым государством, никто бы даже не заметил, что это Ангола, потому что это невозможно заметить — эта территория со всех сторон окружена территориями других государств. Для того, чтобы иметь территориальную целостность и доступ к собственной территории, Анголе нужно еще, простите, политически контролировать Республику Конго. Как только отношения между Анголой и Республикой Конго ухудшаются, Ангола сразу теряет доступ к Кабинде, где находятся нефтяные месторождения. Это история, о которой мы мало знаем, но очень хороший показатель всей ситуации. А у нас что-то совершенно другое.

— Если с Крымом все сложно, то как насчет Донбасса?

— В случае с Донбассом не такая сложная ситуация, потому что Россия признает территориальную целостность Украины, включая Донбасс, и считает, что это просто вопрос политических договоренностей. Даже в случае с Абхазией и Южной Осетией не такая сложная ситуация, потому что Россия признает исключительно независимость этих образований. Если эти образования завтра решат создать с Грузией общее государство, условно говоря, Россия не может выступать против этого, потому что это их суверенное право. Право каждого государства — объединиться с другим: они могут захотеть объединиться с Россией, а могут — с Грузией, и тогда восстановится ее территориальная целостность. А вот как решить вопрос Крыма? Что нужно сделать? Нужно, чтобы Российская Федерация признала, что ее действия по «присоединению» Крыма противоречат ее собственной Конституции.

— Надо признать свои ошибки…

— Не просто ошибки. Надо, чтобы Конституционный суд России признал эту ситуацию недействительной. Это примерно то же самое, как в свое время государственный совет СССР признал оккупацию Латвии, Литвы и Эстонии Советским Союзом и признал их независимость с 1940 года. То есть весь правовой статус, который длился с 1940 по 1991 год, был объявлен недействительным. Это дало, кстати, старт не только возможности принятия Конституции 1940 года и предоставления гражданства только лицам, которые его имели до начала оккупации и их потомкам, но и запустило реституционные процессы. Фактически все вопросы собственности, которые решались во время оккупации, оказались недействительными.

Вот мы себе можем представить, что Российская Федерация другая.

— Трудно.

— Трудно, да. И вот она признает все свои действия, начиная с 2014 года, со дня «присоединения» Крыма, недействительными.

— Это произойдет точно не в этот срок Владимира Путина.

— Но другого выхода не существует. Все разговоры российских оппозиционеров о том, что Крым — не бутерброд, что надо провести там новый референдум — это не то. Я рассказываю вам реальный правовой выход: Конституционный суд РФ по ходатайству президента РФ, Государственной думы РФ рассматривает вопрос о том, не были ли нарушены законы РФ, и выносит соответствующий вердикт. И с этого дня все эти решения выглядят недействительными.

Но еще одна огромная проблема — население. Например, в Тиморе большинство людей хотели независимости, как и в Латвии, Литве и Эстонии. В Кабинде большинство тоже хотели независимости от Анголы, это уже привело к кризису, и огромное количество людей покинули эту территорию и до сих пор живут как беженцы в других странах. В Крыму огромная часть людей настроена пророссийски, и количество таких людей будет расти, ведь будут действовать образование и пропаганда, на которых вырастет целое поколение. Единственное, на что можно рассчитывать, — это позиция крымских татар, которые являются меньшинством населения. Если бы их было, скажем, 60% или хотя бы 40-50%, ситуация была бы другой.

А в принципе, [в случае такого решения суда] все российские решения объявляются недействительными, но Украина на следующий день получает территорию, где большинство населения не считает себя гражданами Украины, которые не являются этническими украинцами, которые не близки Украине политически. Это будет очень тяжелый момент, потому что такого не было.

Сравнить это можно вот с чем. Когда Республика Косово провозгласила свою независимость, вдруг оказалось, что там есть 10% косовских сербов, которые не считают ее республикой и хотят жить по законам Сербии. Это серьезная кризисная ситуация для Республики Косово, ведь вроде бы она добилась независимости, но что делать с этим населением — непонятно. А в Крыму такого населения, условных косовских сербов, крымских русских, на момент этой реинтеграции может быть 70%.

Надо понимать, что все это будет происходить в условиях демократии: демократическая Россия (другая Россия на это не пойдет), демократическая Украина и демократический ЕС. И все у нас будут спрашивать: и что? Мы будем говорить, что хотим создать возможности для национально-государственного развития крымскотатарского народа. Нас поприветствуют и спросят, а что же делать с этими людьми, которые считают себя гражданами России и которые хотят быть с Россией? Сейчас предлагается целый ряд законов о прощении этих людей, о деоккупации. Это обсуждается, но, опять же, эти законы могут быть актуальны сегодня, но если эта реинтеграция произойдет через 10-15 лет?..

Конечно, я понимаю, что те, кто нас смотрит или читает, скажут, что можно просто их выгнать — и все.

— Нельзя.

— В том-то и дело. Во-первых, это 21 век, а, во-вторых, мы видели эту ситуацию в Хорватии, когда хорватские сербы действительно уезжали, во время военных операций они покидали эти территории, но имущественные права у них оставались. В наше время невозможно отменить имущественные права. Даже если представить, что все они после 2014 года будут отменены, имущественные права большинства людей до 2014 года останутся. Так или иначе, этот полуостров останется в их руках. И это целая история. О ней надо думать уже сегодня, потому что нам кажется, что все очень просто, но Россия каждым годом своей оккупации Крыма создает нам новые и новые сложности на будущее. Это правда.

— В вопросе оккупации Донбасса: можно сказать, что этот срок Владимира Путина пройдет под знаком попыток каким-то образом «подарить» нам оккупированные территории, скажем так, перевязать георгиевской ленточкой и положить посреди дороги?

— Нет. Я думаю, что Путину гораздо выгоднее держать Донбасс таким, какой он есть. Зачем его нам отдавать?

— Хотя бы потому, что это очень сложно экономически.

— Это правда, но отдать территорию — значит показать своим избирателям, что он предает «русских людей», которые хотят быть с Россией. Я думаю, что если бы Осетию или Абхазию присоединить к Грузии, то для последней это тоже было бы экономически сложно, но он не присоединил. Выбор здесь заключается не в том, отдать или не отдать, а в том, стрелять или не стрелять на Донбассе, только такой. Или эскалация, как сейчас, или вялотекущий военный конфликт, или чтобы была тишина. Это выбор, скажем так, между Донбассом, Карабахом и Приднестровьем. Вот Донбасс — это сегодняшний вариант, это постоянная серьезная война на линии соприкосновения. Карабах — это то, что происходит между Арменией и Азербайджаном последние 23 года. Это постоянные военные конфликты на линии соприкосновения — гибель солдат, проблемы у мирного населения. Это не заканчивается, то есть это постоянная нестабильность и невозможность выйти из этой ситуации. Третий вариант — это Приднестровье. То есть это, с одной стороны, независимая от Молдовы территория, которую контролирует Москва, а с другой — она имплементирована в молдавское экономическое пространство и даже в определенной степени в политическое. Это своеобразный симбиоз, но при этом никто не отдает Молдове Приднестровье. Вот между этими тремя вариантами Путин и будет колебаться. Мы видим, что сейчас он выбрал Донбасс.

— А что было бы самым выгодным вариантом для Украины, учитывая состояние институтов, политическую турбулентность и экономическую ситуацию?

— Если сказать правду, то, думаю, самый выгодный вариант — Карабах. Но это смерти людей, постоянные трагедии для населения, разрушения время от времени. То есть это не нормальная жизнь. Но это позволяет держать государство в тонусе и напоминать, кто его враг.

А самый опасный вариант — Приднестровье, потому что эта проблема не решается, но успокаивается. Все говорят, что нужен мир, не стреляют, люди ездят, провели местные выборы, как-то живут. И, конечно, вариант Приднестровья — это дорога к триумфу пророссийских сил в самой Украине. Даже если люди, которые живут на Донбассе, не будут принимать участия в парламентских и президентских выборах. А почему вы удивляетесь, кто президент республики Молдова? Игорь Додон, пророссийский кандидат. Его же не выбирали только жители Приднестровья. Они тоже добавились, конечно, но у нас тоже могут добавляться люди с Донбасса, потому что в такой ситуации мы можем специально открывать избирательные участки где-то на свободной территории, чтобы они приезжали голосовать, это же наши граждане. Здесь могут быть разные варианты. А могут избрать такого Додона в Украине и без них.

То есть для Путина наиболее выгодным вариантом является Приднестровье, но он выберет или Донбасс, или Карабах. Он не будет выбирать симбиоз, потому что он посчитает, что ему лучше дестабилизировать Украину.

— Замечаете ли вы, что все чаще в Украине повторяется тезис о том, что враг не в Кремле, а в Киеве?

— Это еще с 2014 года продолжается. Нас все время убеждали, что во всем виновата Украина. Если бы мы не скакали на Майдане, сказал мне недавно один уважаемый украинский историк, то Россия на нас бы не напала. Вы не знаете этого тезиса?

— Меня удивляет то, насколько люди легче его воспринимают.

— А это стокгольмский синдром. Так гораздо легче. Если они ничего не могут сделать с Путиным, то, возможно, они могут что-то сделать с собственной властью. Они же бессильны относительно реальной проблемы. Это как тяжелобольной человек. Допустим, человек ничего не может поделать с болезнью, тогда он срывается на врачах или на домашних. Если те ему говорят, что надо пить лекарство, он считает, что эти люди хотят лишь свести его в могилу. Это абсолютно нормальный синдром.

А еще представьте себе, если эти врачи одновременно крадут у вас серебряные ложечки. Это же тоже происходит, правда? То есть они вам дают лекарство, болезнь серьезная, но вы видите, что врач приходил, а ложечки пропали. Вам трудно доверять врачу в этой ситуации. Он говорит вам: «Ну что эти ложечки? Они мне тоже нужны, потому что я тоже пью чай, но я вас в конце концов вылечу, вы выздоровеете и купите себе новые». «Но это мои были ложечки, отдай!» Фактически такая у нас дискуссия. Если бы наши врачи не воровали ложечки у наших больных, то больные, возможно, были бы более адекватны в отношении врачей. Нельзя сказать, что только больной виноват, потому что у нас совершенно особые бригады скорой помощи, я бы сказал, своеобразные.

— Приближается предвыборная кампания, каких тенденций вы ожидаете в обществе и в политической жизни?

— Негативных, потому что совершенно очевидно, что в условиях такого дезорганизованного и анархического общества, как наше, популистские тенденции будут только расти. Каждый пообещает создать здесь счастливые времена, быстрое решение всех проблем — войны, кризиса. Такие кампании, как, например, у Арсения Яценюка, когда он ничего не обещал людям, кроме болезненных изменений, уже вряд ли кто-то сможет себе позволить. Люди не проголосуют за правительство камикадзе и просто за изменения без быстрого улучшения жизни. А быстрого улучшения не будет, поэтому такая ситуация. Тогда был особый момент — момент восстания, можно было говорить людям правду. Сейчас это слишком горькая пилюля, чтобы можно было согласиться ее проглотить.

— Во всей непростой ситуации вы оптимист или пессимист?

— Я оптимист со стратегической точки зрения, потому что я понимаю временной промежуток. Недавно я разговаривал с академиком Эллой Либановой, одним из лучших украинских демографов, и спросил, сколько времени нужно для изменения ментальности. Я всегда говорю, что нужно 25 лет для изменений. Она уверяет, что экономические изменения могут произойти даже быстрее. Будем считать, чтобы построить эффективное государство, которое лучше будет чувствовать себя экономически, нужно от 10 до 20 лет. Для изменения ментальности, по ее мнению, нужно до 100 лет. То есть должны уйти из жизни поколение с советской моралью и воспитанные им поколения.

Жить в новых экономических и моральных условиях, которые еще только создаются, смогут дети людей, которые сейчас приходят в жизнь в новых экономических условиях (то есть дети тех, кому сейчас 23-30 лет). Они могут учиться в новой школе, смотреть другое телевидение, читать другие сайты, иначе путешествовать по миру, чем их родители, и это их очень изменит. И это для меня абсолютно очевидно.

Недавно я сидел в аэропорту Варшавы, и напротив меня сидела пожилая еврейская пара из Нью-Джерси, которая эмигрировала из Латвии примерно тогда, когда я родился, а рядом со мной сидел украинец, который давно живет в Чикаго. Мы разговаривали, и у нас не было разногласий в оценке ситуации в мире. Мы были единомышленниками, потому что мы реалисты. У них могут быть различные национальные или культурные интересы, но общий ценностный ряд совпадает с моим. Мне с ними намного легче, чем со здешними ровесниками и порой молодыми людьми, с которыми у меня 20-30 лет разницы в возрасте. Я понимаю, что люди, с которыми я смогу свободно разговаривать на основе общего ценностного ряда, только подрастают и сейчас ходят в школу. Когда мне будет 70 лет, это будут мои современники, которых я ждал всю жизнь. Для меня это нормально, потому что так эта ментальность станет цивилизованной.

Конечно, я оптимист! Потому что я собираюсь увидеть этих людей, «здравствуй, племя младое, незнакомое». Я уверен, что они будут похожими на меня, а не на своих родителей, дедушек и так далее. Я уверен, что люди, которые придут в Украину и будут в будущем, будут портниковыми, и их будут миллионы, миллионы одних только портниковых. И поэтому я оптимист! Не потому, что я такой выдающийся, наоборот — потому, что я такой стандартный. Я обычный человек, который воспитывал себя и которого воспитывали в мире человеческих и западных ценностей. Я не являюсь исключением, можно сказать, что я обычный западный обыватель, но не украинский. И поэтому я оптимист, потому что знаю, что буду жить в стране западных обывателей — толерантных, умных, тех, которые осознают свои обязанности перед государством Украина.

Но повторяю: для того, чтобы добиться экономических успехов в этой стране, действительно нужно 20-25 лет. Чтобы все изменилось ментально, нужно почти столетие. Столетия я не увижу, буду считать только, что оно приблизится, ведь в определенной степени это будет результатом тех экономических изменений, которые произойдут в государстве. И это экономическое основание подготовит в свою очередь моральные изменения.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 июня 2018 > № 2629393 Виталий Портников


Украина. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 2 июня 2018 > № 2629361 Виталий Портников

Виталий Портников: «Газпром» уничтожает сам себя

Путину и «Газпрому» нужно спешить, пока количество предателей и «полезных идиотов» в Украине еще достаточно, чтобы обеспечить управление оккупированной территорией

Виталий Портников, Еспресо, Украина

Арест активов «Газпрома» в Европе — пожалуй, самый [явный] результат судебной тяжбы российского газового монополиста и украинской компании «Нафтогаз». А то, что арест этот начался с акций «Газпрома» в проектах «Северный поток — 1» и «Северный поток — 2», может серьезно затормозить строительство новых трубопроводов.

Так что это одновременно удар и по Москве, и по позициям европейских лоббистов ее интересов. Под сомнение оказались поставлены десятилетия лоббистских усилий, миллиарды долларов, которые были потрачены на доказательство важности проектов и коррумпирование их сторонников. И все это сделал вовсе не «Нафтогаз». Все это сделал сам «Газпром».

Потому что арест активов «Газпрома» — вовсе не прямое следствие решения арбитража. Согласно этому решению «Газпром» обязан рассчитаться с «Нафтогазом». Но российский газовый монополист рассчитываться не хочет. Как известно, настоящие пацаны из питерских подворотен своих долгов никогда не отдают. Да и Путин за такое самоуправство по голове не погладит.

Так что «газпромовцам» приходится изыскивать возможности опротестовать решение арбитража. Проще говоря — тянуть время. Но обращение в апелляционный суд не отменяет решения арбитража. Этого в «Газпроме» могли просто не учесть. Как и не учесть и того, что пока апелляция будет рассматривать иск россиян, их активы будут заморожены, а строительство трубопроводов — остановлено.

Почему в «Газпроме» не могли понять такой простой вещи? А потому, что в России предпочитают жить в своей собственной реальности. Эта реальность подразумевает, что обращение в суд заканчивается победой того, кто прав. А прав, вне всякого сомнения и всегда, российский заявитель — кто же еще? Потому что судопроизводство на Западе — честное. А «Газпром» — честен всегда. Ведь он — национальное достояние.

Кому-то такой ход мыслей может показаться шизофренией. Ну а разве все остальные действия Кремля — не шизофрения? Война в Грузии, аннексия Крыма, война на Донбассе, убийства, отравления — вот это все? Имеет логическое объяснение? Политически мотивировано? Помогает росту рейтинга с 78 процентов до 89? Разве не понятно, что мы имеем дело с шизофрениками? И то, что мы до сих пор пытаемся объяснить действия безумцев с точки зрения логики и поведения психически нормального человека — это не их проблема, а наша.

Стоит Путину уйти из Донбасса — и он опять оживит пророссийскую, коллаборационистскую Украину. Она только ждёт мира, чтобы вцепиться в горло Украине настоящей, чтобы закричать во все горло «какая разница»?

Но Путин будет стоять на Донбассе насмерть.

Стоит «Газпрому» оплатить счета — и он сможет продолжить строительство «Северного потока — 2». Сможет облегчить давление на Украину и создать возможности для военного наступления. Собственно, ради этого и строятся все эти трубопроводы — чтобы там ни рассказывали россияне и их лоббисты на Западе. Но «Газпром» не хочет платить.

И так во всем.

А время идёт. Это время работает на нас. Каждый день в нашей стране становится меньше советских людей — таков неумолимый закон жизни и смерти. Меняются школьные программы, язык медиа и бытового общения, меняются миграционные потоки.

Коллаборационистская Украина — Малороссия, Новороссия — просто умирает. Тает. Пройдёт ещё несколько лет — и некому будет побеждать на выборах. И Украину незачем будет оккупировать — как незачем оккупировать Польшу или Финляндию.

А потом умрет и сам Путин. Это тоже такой закон жизни и смерти. Ты умираешь, даже если ты президент России. А преемник Путина начнёт борьбу с его культом личности и последствиями. В России ничего другого просто не умеют, кроме как бороться с последствиями правления умерших вождей. Это красиво и — главное — не опасно.

Поэтому этот преемник откажется от Крыма, уйдёт из Донбасса и поедет в Белый дом просить прощения. А «Газпром» разделит на разные компании — потому что так посоветуют в ЕС.

Путину и «Газпрому» нужно спешить. С Украиной нужно расправиться как можно скорее. Пока количество предателей и «полезных идиотов» в этой стране еще достаточно для того, чтобы обеспечить управление оккупированной территорией.

Нам повезло, что они — шизофреники.

Украина. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 2 июня 2018 > № 2629361 Виталий Портников


Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 1 июня 2018 > № 2638698

Экспертный Совет Рейтинга возглавил Александр Сирченко

Председателем Экспертного совета Национального Рейтинга развития событийного туризма России, вновь стал Александр Александрович Сирченко - Заместитель генерального директора международного туроператора TUI Россия и СНГ, эксперт с многолетним опытом работы в туриндустрии, профессионал, уважаемый сообществом!

Председатель Попечительского Совета Рейтинга, Президент Национальной ассоциации специалистов событийного туризма (НАСТ) Олег Алексеев считает, что работа Александра Сирченко в бизнес-структурах и в государственном секторе поможет ему в разносторонней оценке Регионов - участников Рейтинга и станет отличной практикой реализации экспертных компетенций в рамках проекта «Гостеприимная Россия».

По мнению Президента Рейтинга, вице-президента НАСТ Игоря Каверзина, особую ценность имеет знание Александром Александровичем ситуации в субъектах РФ.

Сам Александр Сирченко уверен, что Национальный рейтинг развития событийного туризма России является наиболее взвешенным инструментом оценки событийного потенциала территорий: от городов до областей, краев и республик.

О Рейтинге:

В 2017 году Рейтинг охватил 83 субъекта РФ (за исключением Москвы и Санкт-Петербурга). Награждение победителей Национального рейтинга развития событийного туризма состоялось в рамках выставки Отдых-2017 – одного из ведущих профильных событий в сфере туриндустрии России. Оценка складывалась на основании анкет, присланных профильными органами власти, отвечающими за развитие туризма и гостеприимства на территории (вес в общем рейтинге – 92%) и экспертной оценки (вес в рейтинге – 8%). Экспертный совет был представлен ведущими специалистами в сфере туризма – топ-менеджерами крупнейших туроператоров России, представителями науки и образования, руководителями ассоциаций и объединений в туриндустрии, руководителями профильных СМИ.

Подробную информацию об итогах можно узнать на сайте рейтинга (EventRating.2R.ru). Все критерии и их весовые коэффициенты подробно описаны в Положении о Национальном рейтинге и Приложении к нему.

О Национальной ассоциации специалистов событийного туризма (НАСТ):

Национальная ассоциация специалистов событийного туризма (НАСТ) – общественно-профессиональная ассоциация, основанная в 2015 году и ставящая своей целью развитие событийного туризма на территории Российской Федерации. В 2017 году Ассоциацией инициирован масштабный проект «Гостеприимная Россия», целью которого является не только продвижение страны и ее регионов как туристического направления для внутреннего и въездного туризма, но и формирование позитивного образа и создание условий для межрегионального сотрудничества. Задача проекта – вовлечение в процесс местных и федеральных органов власти, представителей бизнеса и местного населения. На сегодняшний день в активе НАСТ событийные, консалтинговые и информационные проекты, направленные на повышение уровня событийного туризма, как в отдельных регионах, так и в России в целом. Учредители и члены ассоциации НАСТ являются организаторами и партнерами многих знаковых мероприятия, проходящих на территории России.

Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 1 июня 2018 > № 2638698


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > bfm.ru, 1 июня 2018 > № 2636388 Роман Петруца

Роман Петруца: в России много институтов развития — просто многие о них не знают

Директор Фонда развития промышленности побеседовал с главным редактором Business FM Ильей Копелевичем в кулуарах Петербургского экономического форума

Есть ли у невысокотехнологичных предприятий шанс получить финансирование Фонда развития промышленности и каким проектам приходится отказывать? На эти и другие вопросы ответил директор фонда Роман Петруца в интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу в кулуарах Петербургского международного экономического форума, который прошел 24-26 мая.

Фонд функционирует в рамках министерства промышленности и торговли, является одним из самых серьезных инструментов поддержки промышленных проектов. По крайней мере, такие оценки я слышал в РСПП от предпринимателей и так далее. Это краткая преамбула. Самое главное, что делает фонд, — он дает гораздо более дешевые кредиты, чем они существуют на рынке. Естественно, дает не всем. Поэтому хотелось бы узнать — кому?

Роман Петруца: Промышленным предприятиям, кому еще?

Их много.

Роман Петруца: В нашем портфеле совершенно разные производства: есть и индивидуальные предприниматели, есть и крупные проекты. Но по нашей статистике, средний чек 250 проектов, профинансированных на сегодняшний день, чуть больше 200 млн рублей, сумма займов фонда. Бюджет проекта — менее полумиллиарда. Некоторое время назад, на рубеже 200-го проекта, мы сделали для самих себя некий анализ — посмотрели профиль клиента и получили очень важный статистический показатель, совершенно простой: 60% наших заемщиков входили в официальный реестр Федеральной налоговой службы субъектов малого и среднего предпринимательства.

Какие самые главные критерии? Кому вы должны давать деньги, кому должны помогать?

Роман Петруца: Наш профиль клиента — это уже стоящее на ногах предприятие, уже что-то производящее, имеющее достаточно стабильную выручку. Есть исключения, когда это создаваемый бизнес уже крупным предприятиям, решившим создать какую-то отдельную SPV (компания специального назначения — Business FM), и под поручительство этого крупного бизнеса дается заем. Но это устойчивый проект, это команда, которая понимает, что она собирается делать. И очень важный момент — что есть рынок сбыта того продукта, который собираются производить.

Опять же от коллег в РСПП я слышал, что они высоко оценивают сам механизм, что он очень нужный, но все равно никогда не закончатся дискуссии о том, кому в действительности нужно помогать более дешевым кредитом. Можно помогать тем, кто занимается импортозамещением, можно помогать тем, кто занимается цифровой революцией. А есть предложение помогать тем, у кого бизнес растет, неважно, в какой сфере они находятся — в наукоемкой, в простой, но если на рынке доказано, что они растут, и главным критерием сделать темпы роста — они растут и готовы брать деньги, чтобы развиваться еще больше — вот им и давать.

Роман Петруца: Это наш клиент совершенно точно.

Я перечислил опции, как может быть, а как в действительности?

Роман Петруца: В нашем мандате это финансирование проектов в целях импортозамещения или внедрения наилучших доступных технологий. Мы сейчас расширяем его на проекты в целях продвижения на экспорт, повышения производительности труда и цифровизации.

То есть все-таки в мандате заложены определенные направления, надо вписаться в них.

Роман Петруца: Да, безусловно.

А если я не импортозамещение — импортозамещением можно все что угодно назвать — и не цифровизация. Может, я просто лучше всех, очень эффективно делаю дверные ручки. Я научился делать такие дверные ручки, которые востребованы рынком, и мой бизнес может расти. Не пройдет?

Роман Петруца: Ничего сверхтехнологичного в производстве ручек нет.

Это как посмотреть.

Роман Петруца: Тут вопрос конкуренции. Если на российском рынке большая часть такой продукции — дверные ручки — импортируется...

Под дверной ручкой я, конечно, имею в виду нечто, что может быть интересно и идет на рынке, но не вписывается в указанное прокрустово ложе.

Роман Петруца: Я просто приведу очень простой пример, на языке для домохозяек, что в том числе можно считать импортозамещением. Один из наших проектов — кстати, здесь недалеко, мы сейчас в Петербурге находимся, в Ленобласти — это деревообрабатывающее производство, но глубокой переработки. До недавнего времени IKEA привозила сотнями тысяч простую мебель из Польши и Китая. Сейчас эта мебель производится в Ленинградской области, созданы рабочие места, платятся налоги. Я уверен, что стулья и табуретки не входят в планы импортозамещения Минпромторга, но кто поспорит, что импортозамещение в данном случае состоялось? Это наш клиент.

Подошло.

Роман Петруца: Подошло, совершенно точно. Мы профинансировали этот проект, но это простая вещь, как и дверная ручка, как вы привели. Но в то же время в нашем портфеле есть очень высокотехнологичный проект — это компания «Хевел», солнечные панели. Опять же в Петербурге, в центре города, есть производство ЦНИИ «Электроприбор» — роторные системы для нефтегазодобычи, роторные управляемые системы. Мы финансируем проекты из 20 промышленных ОКВЭДов (Общероссийский классификатор видов экономической деятельности) Минпромторга, большая часть их из сферы машиностроения, несколько десятков проектов — это фарма, кстати, наверное, самый успешный проект на сегодняшний день в нашем портфеле.

По-моему, три или четыре года, как механизм запущен. Сколько ему лет?

Роман Петруца: Три года, как фонд профинансировал первый проект.

Результаты по этим компаниям однозначно положительные или...?

Роман Петруца: 250 проектов на сегодняшний день профинансированы. 50 из них уже запустили те производства, которые они нам приносили в качестве проекта, они перерезали красную ленточку. Есть и с нуля созданные заводы за три года, есть и проекты, где мы давали деньги на завершающую стадию производства, закупку последней линии. Вот результат.

Цель фонда — через некоторое время обеспечить возврат денег? Хотя полноценного возврата быть не может, потому что вы фактически субсидируете процентную ставку и не можете обеспечить полный возврат.

Роман Петруца: Я вас сейчас сильно удивлю. В том соглашении, которое у нас подписано с министерством промышленной торговли, есть целевые показатели. За счет займов фонда должны создаваться рабочие места, вкладываться инвестиции, платиться налоги в бюджет РФ. И есть еще один «замечательный» показатель — обеспечить возвратность выданных займов, там стоит 100%.

100% — это...?

Роман Петруца: Должны все вернуться и выдаться вновь другим проектам. И на сегодняшний день они возвращаются.

100% — это, как говорится, без процентов. Это основной...

Роман Петруца: Модель фонда предполагает, что первые три года заемщик не платит основной долг, а только ежеквартальный процент. Это еще одно преимущество, которое мы имеем относительно банковской системы. Редко какой банк откажется от платежей по основному долгу. Мы даем этот льготный период, даем заемщику нормально построить производство, даем вздохнуть, начать выпускать серийно ту продукцию, которую он заявлял, и с выручки от этой продукции уже платить нам основной долг. В этом году начинаются первые существенные возвраты основного долга. Вместе с процентами в этом году ожидаем 5 млрд рублей, а в 2019-м — более 15 млрд рублей.

Это как-то будет приводить к тому, что сама программа будет расширяться, что все больше и больше ресурсов будет для того, чтобы охватить большее количество предприятий?

Роман Петруца: Здесь очень важный момент — это количество проектов. Мы сейчас видим достаточно устойчивый спрос на продукт фонда, и он продолжается. Еженедельно мы получаем восемь-десять заявок на 1,5-2 млрд рублей от новых предприятий. Конверсия их в работу в дальнейшем — примерно 30-40%. Она зависит от того, насколько проект готов со стороны заявителя: есть ли у них бизнес-план, есть ли у них техническое задание, есть ли у них финансовая модель. Когда ты ввязываешься в пятилетний проект — а в проектном финансировании речь идет о серьезных инвестициях — понятно, что все эти документы должны быть проработаны. К сожалению, далеко не все заявители имеют в момент подачи заявки в фонд эти документы и уходят их готовить. Но 30-40% поступают к нам в работу. Раз в две недели экспертный совет рассматривает в среднем десять проектов, и 75% из них, по статистике за три года, получают одобрение.

Когда процентная ставка снизится? Ведь пока что механизм именно в том, что ставка льготная. Вроде инфляция низкая, политика ЦБ меняется. Тогда ваш фонд как инструмент развития будет уже не нужен?

Роман Петруца: Я думаю, к большому сожалению, если немножко абстрагироваться от того, что я директор этого фонда, было бы здорово, чтобы российская экономика позволяла привлекать инвестиционные деньги по низким ставкам. Да, сейчас есть тенденция к снижению этих ставок, но по-прежнему только для крупных предприятий кредитные ресурсы доступны под 6-8% годовых. Но, говоря про наши ставки, да, наша базовая программа предполагает финансирование под 5% годовых. Но у фонда шесть программ, и по половине из них у нас уже 1% годовых: по программе «Лизинг» — на все пять лет, по программам «Комплектующие» и «Конверсия» — 1% годовых на первые три года, на четвертый-пятый — 5% годовых. И даже по нашей базовой программе «Проекты развития» мы снизили ставку для тех проектов, которые нам приносят в качестве обеспечения банковскую гарантию, с 5% до 3% годовых. Мы готовы поделиться этими 2% с заемщиком, чтобы он отнес их в банк и предоставил нам высоколиквидное обеспечение. Это сильно упрощает процедуру экспертизы проекта, сильно облегчает принятие решения по этому проекту, потому что фонд, как я уже сказал, должен обеспечить 100-процентную возвратность всех выданных займов. Банк с гарантией — это идеальное обеспечение в нашем случае.

Какой проект вы назвали бы самым интересным, самым ярким, самым важным из тех, что были?

Роман Петруца: Я не буду такой проект называть. Знаете, 250 проектов уже на сегодняшний день профинансировано, одобрено больше 300 проектов, а число рассмотренных на экспертном совете приближается уже к цифре 500.

Спрошу про другое. Есть то предприятие, которому вы не смогли дать кредит по тем или иным причинам, но вы жалеете об этом?

Роман Петруца: Безусловно, есть. Это предприятия не нашего мандата. В России достаточное количество институтов развития — просто многие о них не знают, а их десятки. И я сейчас жалею о проектах из разряда венчурного финансирования, когда ребята приходят с горящими глазами, с уникальной идеей, с каким-то продвижением, с серьезным скачком в развитии инноваций, но они пока собой ничего не представляют. У них есть идея — и никаких основных средств, порой даже нет софинансирования на своей стороне. Это не наш мандат. Есть венчурные институты, есть венчурные фонды — мы им рекомендуем обратиться туда. Кстати, это очень важная часть, Фонд развития промышленности консультирует промышленные предприятия через консультационный центр по мерам поддержки не только фонда, а министерства промышленности и торговли, а их десятки. По мерам поддержки на достаточно верхнем уровне, но мы направляем в другие институты развития. Еще раз повторю, для венчурных проектов есть свои институты развития.

Спасибо.

Илья Копелевич

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > bfm.ru, 1 июня 2018 > № 2636388 Роман Петруца


Россия. ЮФО > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 1 июня 2018 > № 2629896 Корней Биждов

Корней Биждов: «Нестабильность субсидирования тормозит агрострахование»

Президент Национального союза агростраховщиков Корней Биждов в интервью РБК Краснодар о последствиях введения единой субсидии, развитии индексного страхования на Кубани и спорах с Минсельхозом по защите сельхозпроизводителей

— Какие значимые перемены произошли, на ваш взгляд, в сфере агрострахования за последний год?

— К сожалению, кардинальных прорывов в отрасли не произошло. Особенно это касается сферы субсидирования агрострахования с господдержкой. Связано это с двумя ключевыми факторами прошедшего года. Первый фактор — это введение консолидированной субсидии. Если раньше субсидии на страхование сельхозотрасли прописывали отдельной строкой, и регионы, как правило, не имели права направлять их на другие виды господдержки, то сейчас регионы получили полное право субсидировать те виды производственной деятельности, которые они сами считают приоритетными.

Для региональных властей (в т.ч. для Краснодарского края) это хорошо: в соответствии с целевыми показателями появляется возможность маневрировать в вопросах финансирования, исходя из интересов субъекта федерации. Однако в то же время при таком раскладе страхование уходит на второй план, и о возможных ЧС природного характера и их влиянии на будущий урожай мало кто задумывается.

Второй фактор — это принятие нормативной базы по определению страховой стоимости. Это подзаконный акт, который выходит ежегодно и принимается он, как правило, не позже марта. В 2017 году был принят только в декабре. Это прямая недоработка федерального Минсельхоза: она тормозила даже те регионы, которые запланировали субсидирование агрострахования.

— В этом году удалось достичь какого-то прогресса в этом вопросе?

— Прорыва, как я уже говорил нет, но позитивные перемены заключаются уже в том, что в большинстве заинтересованных структур — Банк России, органы федеральной исполнительной власти, Госдума РФ, Совет Федерации, союзы аграриев — понимают ошибочность включения поддержки агрострахования в единую субсидию.

НСА выступил инициатором законодательных изменений в ФЗ-260 «О господдержке в сфере сельхозстрахования», предложив поправки, которые бы предоставили возможность выбора страховых программ и страховых продуктов как регионам, так и аграриям. На сегодняшний день закон этого не позволяет, так как в нем слишком жестко прописаны условия страхования с господдержкой. Мы согласовали основные изменения с Минсельхозом, Минфином и Банком России. Надеялись, что их примут уже этой весной, однако, скорее всего, их рассмотрят во время осенней сессии Госдумы.

Отмечу, что администрация Краснодарского края тоже понимает эту проблему. В апреле в Краснодаре состоялось совещание, на котором рассматривались вопросы страхового рынка Кубани. Речь шла и об агроростраховании, что закономерно: Краснодарский край — один из крупнейших сельскохозяйственных регионов России, инвестирующий в АПК миллиарды рублей.

В резолюции, принятой по итогам совещания, администрация Краснодарского края рекомендовала региональному министерству сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности рассмотреть возможность выделения господдержки сельхозстрахования из «единой» субсидии в отдельное направление. Или в качестве переходной меры придать этим расходам защищенный статус в рамках «единой» субсидии.

В целом, на наш взгляд, защита рисков сельхозпроизводителей — это даже не региональная задача, а федеральная. Это единственный вид субсидий, которому посвящен отдельный федеральный закон. Все остальные регулируются подзаконными актами. Мы неоднократно направляли свои предложения в Минсельхоз. В частности, мы предлагали изъять из единой субсидии поддержку агрострахования, либо придать этому направлению в рамках субсидии защищенный статус.

— Как повлияло на показатели 2017 года введение единой субсидии?

— Лучше всего об этом скажут цифры. Если в 2016 году объемы агрострахования с господдержкой составляли 8,5 млрд рублей, без господдержки — 1,2 млрд рублей, а в сумме — 9,7 млрд рублей, то в 2017 году — это только 3,9 млрд рублей. Из этой суммы страхование с господдержкой —2,4 млрд рублей.

В Краснодарском крае объем рынка агрострахования сократился на 81%. Если в 2016 году это было 1,6 млрд рублей, то в прошлом году — только 299,3 млн рублей, причем 287,9 млн рублей из этой суммы составила доля добровольного страхования агрорисков. На страхование с господдержкой пришлось всего 11,4 млн рублей.

НСА предупреждал, что такой подход с введением единой субсидии неизменно обрушит сферу агрострахования, потому что произошло еще и сокращения объема субсидий. Но это не главное. Главная сложность заключается в том, что этот вид поддержки поставили наряду с теми видами, которые напрямую относятся к производственной деятельности.

Допустим, органы АПК Кубани вынуждены выбирать между страхованием и, например, субсидированием племенного животноводства. Что они выберут? Очевидно, что второе. Потому что еще система штрафов существенно влияет на это решение, так как невыполнение показателей по производственной деятельности накладывает определенные взыскания на регион.

Вот эта картина четко показывает, к каким последствиям привела единая субсидия

— Можно ли сказать, что федеральные власти вас не слышат?

— Я так не скажу: проблемы сельхозстрахования реально находятся в центре внимания правительства России и Центрального Банка, который недавно выпустил консультативный доклад по анализу ситуации в сельхозстраховании. Серьезную исследовательскую работу в этом направлении провели Минфин и Минсельхоз. В конце марта в Минсельхозе РФ прошло специальное совещание по вопросам развития агрострахования с участием региональных органов власти, занимающихся вопросами агропромышленного комплекса, и страхового сообщества. Такое мероприятие прошло впервые за последний год.

Кроме того, вопрос агрострахования был первым на Совете Законодателей в Санкт-Петербурге, состоявшемся в конце апреля. Поэтому я не был бы таким категоричным.

— Вы активно популяризируете необходимость страхования среди сельхозпроизводителей. Стали ли больше аграрии интересоваться этим вопросом?

— Во-первых, мы обязаны это делать. Одно из функциональных назначений нашего союза — это информирование, разъяснительная работа с аграриями. Во-вторых, точно так же поступают агростраховые союзы во всем мире.

Замечу, что не только агрострахование — вообще никакой вид страхования не вызывает нигде в мире ажиотажного спроса.

Поэтому очень важна работа НСА в этом направлении, а также разъяснения аграриям — особенно в части порядка заключения договора, оформления документов, получения страховых выплат. Такая системная работа позволяет добиться прямого контакта с фермерами и знать их реальные потребности.

Мы точно понимаем, что у большинства крупных аграрных холдингов агрострахование является обязательным элементом их бизнеса. К примеру, в конце марта агрохолдинг «Кубань» получил 145 млн рублей в качестве страховых выплат за потерю части урожая.

— Насколько показательным или прецедентным можно назвать этот пример?

— Обычно такие новости сначала делают много шума среди аграриев, но затем они о них быстро забывают. К сожалению, подобные новости не часто находят освещение в СМИ, хотя прецедентов возникает немало. К примеру, в Липецкой области были крупные выплаты из-за вспышки африканской чумы свиней — там речь шла о единовременной выплате в 200 млн рублей. Были крупные выплаты сельхозпроизводителям после масштабного наводнения на Дальнем Востоке в 2013 году.

Когда страдают крупные хозяйства, особенно, когда речь идет о таких рисках, как АЧС — это, как ни странно, положительно влияет на отрасль агрострахования. Например, Союз свиноводов стал одним из наших союзников в продвижении вопроса о выведении агрострахования из единой субсидии. Такого же мнения придерживаются в Белгородской области.

Ситуации, аналогичные «Кубани», случаются довольно часто. Конечно, крупные выплаты мы всегда стараемся освещать. И это тоже один из способов убедить аграриев, что они реально защищены.

— Какие направления сейчас страхуются чаще всего?

— Падение в сфере агрострахования в прошлом году произошло только в растениеводстве, страхование животных осталось и даже немного приросло. Это произошло потому, что страхование сельхозживотных легче обслуживать — в части заключения договоров и затрат на оформление выплаты. Кроме того, резкий спрос на страхование начался после вспышек АЧС: у нас были регионы, в которых поголовье застрахованных сельхозживотных достигало 90% — например, Брянская и Тамбовская области.

Почему? Потому что там крупные аграрные холдинги, связанные, прежде всего, с выращиванием скота. И они, естественно, страхуют свои финансовые риски, так как без страховой защиты они не могут обслуживать свои кредиты. Но главное, что они сами понимают, что без надежной страховой защиты развивать инвестпроекты нельзя.

Несмотря на то, что 2017 году наиболее востребованным оказалось страхование животных, уверен, что растениеводство тоже не должно выпадать из поля страхового покрытия. В прошлом году был рекордный урожай, и все же в 32 регионах объявили локальные чрезвычайные ситуации из-за погодных условий, в связи с чем многие хозяйства оказались на грани разорения.

— Кубань станет пилотным регионом для внедрения индексного страхования АПК. Расскажите подробнее об этом проекте.

— Изменения в ФЗ-260, инициированные Национальным союзом агростраховщиков, как раз направлены на то, чтобы внедрить максимальное разнообразие страховых программ для аграриев. И одно из этих направлений — так называемое индексное страхование. Чем оно привлекательно для аграриев? Это минимальный подготовительный период для заключения договора и минимальные сроки возмещения страховых выплат.

Но там есть одна особенность. Методология этого вида страхования построена таким образом, что от сельхозпроизводителя требуются серьезные статистические данные. Причем, в этом случае обойтись статистикой за три года нельзя — должна быть история урожайности, если это индекс урожайности, а также история изменения климатических условий, если это индекс погоды.

В этом смысле Краснодарский край — очень благоприятный регион, поэтому его и выбрали для апробации этой программы. На Кубани развита система дистанционного зондирования, хорошо постановлена система прогнозирования, поэтому мы обязательно будем тестировать здесь индексное страхование.

Полагаю, что вторая половина 2019 год — это срок для того, чтобы запустить эту программу как пилотный проект.

— Какие прогнозы на 2018 год?

— В 2012- 2016 годах в Краснодарском крае было заключено более 3500 договоров по сельхозстрахованию. Страховые выплаты аграриям составили почти 3 млрд рублей. В 2017 году премии были всего лишь 287 млн рублей, при этом выплаты составили 236 млн рублей. 52% — выплаты по атмосферной засухе, 21% — выплаты в связи с заморозками.

На основании данных НСА и Центра «Антистихия» мы провели ранжирование регионов, и Краснодарский край в этом году попал во вторую группу риска по ЧС для АПК. Этот рейтинг составляется, исходя из трех основных факторов риска, — наличие ЧС в прошлом году, вероятность ЧС в текущем году и размер страховых выплат. Потом мы отправляем эти прогнозы в региональные минсельхозы.

В Краснодарском крае присутствуют два фактора из трех. В Ростовской области и на Ставрополье — три из трех, поэтому они попали в первую группу. По данным на февраль, наиболее проблемные зоны в Краснодарском крае — это Тимашевский, Выселковский и Тихорецкий районы — здесь состояние озимых вызывало серьезную озабоченность, но это не означает, что будет катастрофа — в течение вегетационного периода ситуация может измениться.

В целом, каких-то серьезных чрезвычайных ситуаций пока не прогнозируется, но я напомню, что локальные чрезвычайные ситуации в 2017 году объявлялись в 32 регионах. Например, сильный град, который не затронул территорию всего региона, но одновременно стал катастрофическим для конкретного сельхозпроизводителя, как это было на Ставрополье.

Россия. ЮФО > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 1 июня 2018 > № 2629896 Корней Биждов


Украина. Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inopressa.ru, 1 июня 2018 > № 2627157 Леонид Бершидский

Инсценированное убийство подрывает доверие к Украине

Леонид Бершидский | Bloomberg

Новость о том, что смерть Аркадия Бабченко была сфабрикована, поднимает вопрос: что позволительно, а что нет в современной гибридной войне? - пишет колумнист Bloomberg Леонид Бершидский.

СБУ объявила, что уловка была призвана предотвратить убийство писателя-диссидента. Потенциальный киллер, нанятый российской разведкой украинец, по-видимому, сотрудничал с СБУ и позволил снять на видео передачу аванса. Совершить убийство он не пытался, передает Бершидский.

Бабченко рассказал журналисту в чате в Facebook Messenger: "Это было на сто процентов реалистично, так чтобы организатор ничего не заподозрил, не ушел в тень и не нанял потом нового киллера - на этот раз кого-то, кто неизвестен властям. Тогда бы меня точно замочили".

Эта версия не совсем логична, считает автор статьи. Он пишет: "Во-первых, если украинская контрразведка уже следила за организатором, нанявшим киллера, то непонятно, какие доказательства она должна была получить, инсценируя убийство. Почему украинским властям нужно было лгать СМИ? Не могли они арестовать подозреваемого и без сложного плана?"

Бабченко дал такое объяснение: "Они хотели, чтобы преступление было совершено и доказательства были стопроцентные. И хотели шума, конечно. Это им на руку, как я понимаю".

"Версия о "совершенном преступлении" не выдерживает критики, потому что на самом деле никакого преступления не было. Версия о "шуме" более убедительна, но выдает некоторую наивность со стороны СБУ", - комментирует Бершидский.

Западные журналисты не обрадовались тому, что их разыграли, отмечается в статье. Шон Уолкер из The Guardian написал в Twitter: "В будущем буду осторожнее. Я уже научился не доверять информации украинских властей о войне в Донбассе, но полагал, что что-то вроде такого официального подтверждения - это надежно".

Проправительственные украинские комментаторы сделали вид, что не понимают последствий. По их логике, страна, подвергающаяся "гибридной атаке", вправе отвечать тем же, говорится в статье. Однако в результате жертва нападения оказывается на том же нравственном уровне, что и нападающий, подчеркивает Бершидский.

Зрелищное возвращение Бабченко с того света подорвет веру мировых СМИ в любые предоставленные Украиной доказательства того, что убийство заказали российские силы, считает журналист. На вопрос, думал ли Бабченко о вопросе доверия и понимал ли, как режим Путина может использовать историю с его "воскрешением", тот ответил: "Я не спрашивал СБУ, что и почему они хотят сделать. И мне *** [наплевать], как этим можно воспользоваться. Я хотел жить, и я жив. Для меня этого достаточно".

Участие в операции СБУ не подрывает репутацию Бабченко, полагает Бершидский. "Но украинское правительство и его дилетантские правоохранительные органы оказали себе медвежью услугу в большей степени, чем они осознают. Этот инцидент - еще один шаг к изменению образа Украины в глазах мировой общественности от идеалистической проевропейской демократии к типичному постсоветскому бардаку", - полагает журналист.

Украина. Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inopressa.ru, 1 июня 2018 > № 2627157 Леонид Бершидский


Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь > amurmedia.ru, 31 мая 2018 > № 2646921 Андрей Хапочкин

Андрей Хапочкин: наша задача - выйти на среднеросийский уровень газификации

Председатель Сахалинской областной думы принял участие в совещании, посвященном газификации острова

В совещании приняли участие заместитель председателя правления ПАО "Газпром" Валерий Голубев, губернатор Сахалинской области Олега Кожемяко, представители бизнес-сообщества. На мероприятии был рассмотрен план-график выполнения работ по газификации региона на 2018 год, а также перечислены объекты, которые будут построены и введены в строй до 2021 года, сообщает ИА SakhalinMedia со ссылкой на пресс-службу облдумы.

Спикер Сахалинской областной думы Андрей Хапочкин в своем выступлении на совещании отметил, что уровень газификации в Сахалинской области остается крайне низким значительно уступая среднероссийским показателям, особо заострив внимание участников на проблемы по газификации Тымовского и Смирныховском районов, южной части областного центра.

Напомним, вопросы газификация островного региона всегда занимали важное место в повестке островного парламента, Сахалинская областная провела общественные слушания по этому вопросу, направила обращения к председателю Правления ПАО "Газпром" Алексею Миллеру и Министру РФ по развитию Дальнего Востока Александра Галушко.

— Шаги по реализации программы в рамках заключенного соглашения между Сахалинской областью и ПАО "Газпром" позволят улучшит экологическую обстановку в городах и селах Сахалина, а также придадут ускорение развитию островного региона в целом. — уверен Андрей Хапочкин. — Наша задача — в ближайшее время выйти на среднероссийский уровень газификации.

В 2018-2020 годах ПАО "Газпром" должен вложить в газификацию региона примерно 4,5 млрд. рублей, а Сахалинская область около 10 млрд рублей. За три года на острове планируется газифицировать порядка 10 тысяч домовладений и построить восемь газораспределительных станций, которые будут подавать газ в населенные пункты с магистрального газопровода проекта "Сахалин-2", который идет с севера на юг острова.

К 2021 году уровень газификации Сахалинской области в рамках запланированных работ должен приблизиться к отметке в 60%, что уже совсем ненамного отличается от среднероссийских показателей.

Напомним, что при формировании регионального бюджета на 2017-2018 годы правительством Сахалинской области были поддержаны многие инициативы фракции "Единая Россия", в том числе и по увеличению на 180 миллионов программы газификации Сахалинской области. Кроме того, как пояснил Андрей Хапочкин, сейчас региональный парламент инициирует поправки на 2018 который, которые позволят островным нефтяникам провести дополнительное бурение Анивского газового месторождения и обеспечить голубым топливом южные микрорайоны островной столицы.

Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь > amurmedia.ru, 31 мая 2018 > № 2646921 Андрей Хапочкин


Россия > СМИ, ИТ > trud.ru, 31 мая 2018 > № 2643032 Сергей Лукьяненко

Сергей Лукьяненко: У жизни черновика нет. Надо сразу жить набело

В российский прокат вышел фильм «Черновик» по роману писателя-фантаста Сергея Лукьяненко. Хороший повод для разговора

Тем более, на стене его кабинета висит почетная грамота «Героя Труда», выданная нашей газетой еще в 2007 году, когда по стране с успехом прошли фильмы по «Дозорам» Сергея Лукьяненко. И вот новая лента...

— Фильм «Черновик», знаю, вы уже посмотрели. И каковы впечатления? Помню, вы упрекали экранизации «Дозоров» за слишком далекий отход от книги...

— Те фильмы по «Дозорам» действительно далеко ушли от литературного сюжета, но никого упрекать в том я не мог, поскольку сам принимал участие в работе над сценарием. В этом же случае все наоборот — я к сценарию не прикасался, но фильм вышел очень близким к книге. Конечно, что-то изменено в соответствии с режиссерским видением сюжета, с требованиями зрелищности, но основная линия и персонажи остались в неприкосновенности.

— Среди того, что добавлено режиссером Сергеем Мокрицким, — любовная линия?

— Да, она в фильме значительно усилена. Но это и понятно. Фантастическая литература посвящена прежде приключениям духа и тела, а не приключениям сердца (за исключением особых любовно-фантастических книг, которые пишут девушки для девушек). А на экране романтическая сюжетная линия просто необходима. Есть и другие изменения. Например, во всех мирах в фильме фигурирует Москва. Она выглядит совершенно по-разному — где-то Кремль предстает разрушенным и заросшим лианами, где-то обретает «восточный акцент». В книге же миры, в которые попадает мой герой, различались более кардинально, в некоторых присутствовала только дикая природа без намека на цивилизацию.

— Помнится, кому-то в «Дозорах» не хватило зрелищных эффектов. Как с этим в «Черновике»?

— Ну, компьютерная графика за эти годы ушла далеко вперед. Между прочим, во время съемок «Дозоров» нас с Тимуром Бекмамбетовым во многих случаях выручала русско-казахская смекалка (мы оба выходцы из Казахстана). Например, сцена аварии с троллейбусом снималась по-честному, без спецэффектов. Мы одели деревянный манекен, в который на огромной скорости въехала списанная из троллейбусного парка машина. Сейчас эту сцену было бы проще нарисовать на компьютере, а в ту пору дешевле было разбить троллейбус.

— Как вам актерские работы в «Черновике»?

— Почти все совпадает или близко к тому, как я себе это представлял. Никита Волков, сыгравший главного героя, очень талантлив и молод. Думаю, он запомнится многим зрителям и будет очень востребован в кино. Евгений Ткачук (вторая главная роль. — «Труд») также очень органичен. Замечательны и работы актеров старшего поколения.

— Но вы сами на этот раз не участвовали в работе над картиной?

— Я был занят в другом кинопроекте. Только высказал съемочной группе самые общие соображения. Что-то из моих советов, наверное, было воспринято, что-то нет. Но зато я сыграл в небольшом эпизоде.

— Это где вы помогаете людям выходить из метро? Почему же не сыграли писателя-фантаста Мельникова? Тут вам, казалось бы, и карты в руки.

— Просто в фильме эпизода с писателем-фантастом нет. В книге было такое шутливое камео, а тратить на эту сцену экранное время было бы нерационально. Писатель всегда стремится рассказать историю как можно объемнее, а сценарист вынужден отсекать все, без чего можно обойтись.

— Ваш герой в книге с иронией проходится по полю литературной фантастики. Вы столь же иронично относитесь к коллегам по цеху?

— И не только к коллегам — к себе тоже. Вообще, самоирония — палочка-выручалочка. Помните слова барона Мюнхгаузена из пьесы Горина: все глупости на земле делаются с серьезным выражением лица...

— Знаю, что права на экранизацию «Черновика» были куплены чуть ли не 10 лет назад, почему же кино появилось только сейчас?

— Подобное происходит не впервые. Начиная с «Дозоров», ко мне довольно часто обращались режиссеры и продюсеры, обещали чудесные фильмы с огромным бюджетом. Покупались права на экранизацию, проходило года два-три, ничего не снималось, права возвращались. Это, конечно, доставляло определенное финансовое удовлетворение, но никакого морального.

История с «Черновиком» началась по той же схеме. Права на книгу купили, я даже принял участие в работе над сценарием, но опять результат — ноль. Тогда, правда, планировался небольшой телесериал. Через некоторое время после того как права освободились, ко мне почти одновременно пришли представители двух кинокомпаний, за каждой из которых стояли громкие фильмы и известные имена. Я не знал, кого мне выбрать, и позвонил Константину Эрнсту за советом. Константин Львович сказал: «Мокрицкой (продюсер «Черновика». — «Труд») смело отдавай, она все снимет». Я послушался и, похоже, не прогадал.

— Так будет ли сериал по этому фильму?

— Четыре серии снимались одновременно с фильмом. Но будут значительно от него отличаться. Поскольку многие сцены снимались отдельно, следующим дублем, в расширенной и углубленной версии. Это, кстати, не совсем обычный подход, чаще фильм и сериал нарезаются из одного и того же материала. Правда, с «Дозорами» была обратная история. Начинали мы их делать как телесериал, но, отсняв несколько сцен, поняли, что получается слишком хорошо, чтобы ограничиваться только телеэкраном. В результате столкнулись с чудовищной избыточностью: шесть часов готового материала пришлось урезать до полутора. Это была тяжелейшая работа. Так что сериал по «Черновику» тоже планируется, но, когда он будет сделан, не знаю.

— В интернете я видел довольно много критики. Наиболее распространенный упрек — фильм сравнивают с лоскутным одеялом: слишком много героев и сюжетных мотивов.

— Известно выражение: критик — это человек, который объясняет, как сделал бы чью-то работу, если бы мог ее делать... А что касается нагромождения сюжетных линий, то мне вспоминается фильм «Мстители: война бесконечности». Там супергерои в количестве 25 человек воюют с одним-единственным злодеем. Вот это действительно лоскутное одеяло. Я более-менее знаю киновселенную Marvel, но и мне приходилось постоянно напрягаться, вспоминая, а кто этот человек и почему он так злобно смотрит на другого. Такой фильм — праздник для фанатов, но для всех остальных остается загадкой.

В «Черновике», по сравнению с «Мстителями», героев совсем немного, всего пять главных персонажей и примерно столько же активно действующих на втором плане.

— Есть ли в ваших персонажах, прежде всего — Антоне Городецком, что-то от вас самого?

— Конечно. Когда пишешь книгу от первого лица, невольно ставишь себя на место героя. Придумываешь некий характер и представляешь, как бы ты поступил в предлагаемых обстоятельствах. Тут есть что-то от актерства. Например, представляю себе — вот я был таким скромным программистом, который внезапно стал обладателем магических способностей и оказался в организации «Ночной дозор». Как бы я себя вел, что бы чувствовал, о чем бы думал. Извините за классическую цитату, но еще Флобер когда-то сказал: «Мадам Бовари — это я».

— Не разбалансирует личность такое метание между персонажами?

— Надо уметь переключаться. Вот представьте себе актера, который сегодня играет знойного красавца, а завтра сухого ученого. У писателя, по сути, то же самое. Сегодня ты влезаешь в шкуру хорошего человека, потом — плохого, а завтра и вовсе в женское платье. А вообще у жизни черновика нет. Надо сразу жить набело.

— Тут надо вспомнить, что вы по образованию и первой профессии врач-психиатр. Используете ли эти знания и опыт в писательстве?

— Не особенно. Основная масса моих персонажей — люди психически здоровые, так что тут мои профессиональные знания бесполезны.

— Какую цель вы перед собой ставите, когда садитесь за новый роман?

— Тут, конечно, можно было бы сказать нечто пафосное. Но если за 2 тысячи лет Библия не смогла изменить мир, то не слишком ли смело надеяться, что с этой задачей справится фантастический роман? Однако я очень хотел бы верить, что мои книги как минимум помогают людям жить, дают им надежду или хотя бы развлечение. Я неоднократно получал письма от читателей, которые делились со мной ощущениями и говорили, что моя книга внушила им бодрость и помогла преодолеть житейские препятствия. Думаю, это уже немало: помочь кому-то жить.

— Итак, о душевнобольных вы не пишете. А какой диагноз поставили бы нашему миру в целом? Не посещает ли иногда чувство, что он сошел с ума?

-Да, порой картина жизни человечества напоминает маниакально-депрессивный психоз. Часть мира непоколебимо уверена в своем величии, могуществе и непогрешимости, а часть, наоборот, пребывает в тоске и полнейшей депрессии.

— Что будет с цивилизацией дальше?

— Пророчества — дело неблагодарное. Но у меня есть ощущение, что мир подошел к точке, после которой для его дальнейшего развития неизбежен крупный конфликт, сравнимый с мировыми войнами. Цивилизованные страны будто бы забыли, каково это — воевать. Мир словно расслабился и поверил в то, что история масштабных войн окончена, теперь все будет происходить по сегодняшним лекалам. Нет, не будет. Уже распад СССР означал серьезное изменение в мироустройстве. А сейчас и эта система, сложившаяся за последние четверть века, распадается, крупные мировые игроки выжидают, что же произойдет, надеясь в этой мутной воде наловить себе рыбки на следующие годы.

Я смотрю на будущее пессимистично. Конечно, очень бы хотелось, чтобы в грядущих столкновениях Россия участвовала в минимальной мере. В идеале — вообще бы не участвовала, а повела себя так, как некогда США, — вовремя собрав дивиденды. Но ведь мы, по-моему, так не умеем?

А если говорить о прогнозах в научно-техническом плане, то у меня ощущение, что начинается новый этап движения в космос — к освоению Луны, Марса: Оно, может быть, связано даже не с материальными потребностями человечества, а с пониманием того, что такой новый вид экспансии позволит перевести конкуренцию из военной плоскости в соревнование космической техники. И оно, встряхнув цивилизацию, в то же время убережет ее от крупной войны, направит историю в более мирное русло. Отсутствие глобальных сверхцелей приводит к загниванию цивилизации, а оно, как правило, кончается военным пожаром.

Думаю, нас ждут очень серьезные открытия в биологии, биотехнологии, генетике, которые позволят сильно изменить человеческую природу, продвинуться в лечении болезней, росте продолжительности жизни. Мы уже активно идем в этом направлении, в каком-то смысле наука даже опережает фантастику. Например, лет 25-30 назад подобие интернета и мобильных телефонов у фантастов уже присутствовало, а вот о более сложных переносных устройствах — смартфонах, планшетах и прочих — никто даже не мечтал.

— Какие события последнего времени произвели наибольшее впечатление?

— На первое место поставлю присоединение Крыма. Я не ожидал такого. Не верил, что это возможно. Воссоединение воспринял очень позитивно, как реальный шаг навстречу людям. В Крыму я бывал неоднократно, в том числе незадолго до событий 2014 года, и настроения крымчан знаю прекрасно. Я видел, что они чувствуют себя отданными на Украину незаконно, быть там не хотят и уже почти потеряли надежду вернуться в Россию. Когда народ в Крыму все-таки поднялся и наша власть внезапно пошла ему навстречу, это меня очень приятно удивило.

А вообще-то меня тревожит ощущение, что в стране начинается застой. Цены на нефть вроде бы к нам благосклонны, но именно из-за этого, боюсь, у многих наших руководителей создается убеждение, что можно расслабиться и жить дальше в свое удовольствие. Зачем развивать промышленность, образование, науку, если все, что нужно, можно купить за нефтяные деньги...

— Читают ли ваши дети книги, которые вы пишете, смотрят ли ваши фильмы?

— Надя, которой всего пять лет, пока моих книг не читает, хотя читать умеет. Старший сын Артемий, которому уже 14, прочитал многое. Даниил, которому 10, пока освоил самые простые вещи. На «Черновик» мы сходили всей семьей, потом я услышал от детей массу вопросов, пришлось больше часа объяснять, что к чему.

— Как вы воспитываете детей?

— Воспитывает по большей части жена, а я стараюсь воздействовать примером, объяснять базовые вещи. В целом, мне кажется, они достаточно воспитанные дети.

— Какая атмосфера царит у вас дома?

— Безумная. Ну представьте себе: трое детей, а еще орет попугай, который свободно летает по всей квартире. Раньше еще бегали и постоянно лаяли две собаки... Остается только запереться в кабинете и писать. Хорошо, что есть где спрятаться.

— Как-то вы говорили, что любите готовить.

— Это так. Люблю готовить мясо во всех видах. Особенно на огне и в компании: шашлыки, стейки и прочее. Но могу и сварить суп, нажарить блины, сделать венгерский гуляш.

— То, что вы росли в Казахстане, повлияло на ваш менталитет?

— Разумеется. Во-первых, я с детства привык к тому, что рядом сосуществуют большие группы людей разных национальностей, культур, вероисповеданий. Для коренных москвичей было определенным шоком, когда в городе появилось много дворников-киргизов и водителей-таджиков, а для меня такое естественно и понятно. Ну и, конечно, Казахстан повлиял и на отношение к жизни в целом. Оно у меня более азиатское, можно сказать — фаталистическое. Что-то в жизни мы поменять, конечно, в состоянии, но в целом от судьбы не уйдешь.

Александр Славуцкий

Россия > СМИ, ИТ > trud.ru, 31 мая 2018 > № 2643032 Сергей Лукьяненко


Россия > Нефть, газ, уголь > metalinfo.ru, 31 мая 2018 > № 2640107 Марс Хасанов

Газпром нефть – лидер технологий нефтедобычи в России

Компания Газпром нефть является одним из лидеров в нефтегазовой отрасли России по технологическому развитию. В интервью журналу «НефтеКомпас», директор по технологиям «Газпром нефти», руководитель ее научно-технического центра (НТЦ) Марс Хасанов рассказал, почему компания сегодня уделяет такое внимание развитию технологий и цифровизации.

— «Газпром нефть» в последние годы уделяет огромное внимание развитию технологий, в том числе цифровых. В этом отношении компания является одним из лидеров в нефтегазовой отрасли России. Почему сегодня развитие технологий является важным направлением развития компании?

— Развитие технологий сегодня является главной задачей в нефтяной отрасли в целом: заканчиваются так называемые легкоизвлекаемые запасы углеводородов, мы переходим к работе с совершенно новыми запасами, в новые регионы, где просто необходимы другие подходы. Говоря о технологиях, я имею в виду расширенное понятие этого термина. Это не только новое оборудование, новые материалы, это и новая организация труда, новые методы подготовки и принятия решений, обработки и хранения информации. Наша задача — добиться радикальной эффективности. Обычно, говоря про эффективность, имеют в виду 10%-15%. Однако для освоения трудноизвлекаемых запасов, доля которых растет с каждым днем, требуется увеличение на 60% и более, то есть радикальные изменения.

— Какими параметрами можно измерить эффективность?

— Если мы говорим о добыче нефти, то это ее удельная стоимость. Эффективность скважины определяется ее себестоимостью и объемом нефти, который можно добыть с её помощью. Сегодня нам приходится использовать более высокотехнологичные, более сложные и, как следствие, более дорогие скважины. Следовательно, нужно добиться, чтобы рост продуктивности скважины был больше, чем рост стоимости. Только так мы сможем повысить эффективность на 50%-100%.

— Какая роль отводится научно-техническому центру (НТЦ) под вашим руководством?

— НТЦ занимается созданием технологий, их испытанием и внедрением. Мы осуществляем процесс технологического менеджмента. То есть совместно с производственными подразделениями НТЦ формирует технологическую стратегию, отвечает за ее администрирование и актуализацию. Далее мы организуем эффективную реализацию этой стратегии.

— Что представляет из себя технологическая стратегия «Газпром нефти»?

— Технологическая стратегия — это инструмент для освоения новых классов ресурсов и повышения эффективности работы. В существующем виде она была утверждена в 2014 году и включает 9 направлений технологического развития, которые принесут нам максимальный эффект с учетом того портфеля проектов, которым располагает компания.

Стратегия формируется с двух сторон: в первую очередь мы идем от потребностей наших производственных активов. Например, мы четко знаем, сколько трудноизвлекаемых запасов, которые сейчас нерентабельно разрабатывать, находятся в копилке «Газпром нефти». Ставится задача — подобрать технологические ключи для того, чтобы сделать эксплуатацию таких месторождений рентабельной.

С другой стороны, мы изучаем новые возможности, смотрим как развивается наука, какие новые продукты и решения появляются, какие новые информационные технологии может предложить окружающая инновационная среда. И мы ищем возможности использовать эти инновации, в том числе, появляющиеся в других отраслях, чтобы повысить эффективность.

— О каких 9 направлениях стратегии идет речь?

— В числе 9 направлений Техстратегии — разработка нетрадиционных ресурсов, так называемой сланцевой нефти, аналогом которой в России считается баженовская свита. Мы работаем над созданием подходов, технологий для освоения одного из самых масштабных ресурсов: прирост запасов из нетрадиционных источников бажена может достигать 760 млн тонн нефти.

Далее, так как около 70% капитальных затрат у нас приходится на бурение скважин, одно из основных направлений технологической стратегии — это новые технологии бурения и заканчивания скважин. Задача — максимально сократить их удельную стоимость без потери качества. Безусловно, работа с новыми категориями запасов приводит к тому, что цена и сложность скважин растут. Но это должно происходить управляемым способом, и не в десятки раз. При этом мы стремимся подобрать технологии, позволяющие скважине с высокой стоимостью добывать в несколько раз больше нефти, чем традиционной. То есть скважина становится вдвое дороже, а нефти мы получаем — втрое больше. По нашим оценкам, в перспективе 2025 года эффект от этого технологического направления может достигать 100 млрд руб. Это объем потенциального снижения затрат.

Еще одно направление — методы повышения нефтеотдачи пластов (МУН), которые могут дать дополнительную добычу в более чем 60 млн тон н.э. А технологии геологоразведки — прирастить ресурсную базу компании на 100 млн т.н.э. Это тоже в перспективе 2025 года.

Безусловно, одним из важнейших направлений является цифровизация. Наша компания занималась этой работой еще в 2012 году, когда даже сам термин «цифровизация» практически не использовался. Мы назвали это направление «Электронная разработка активов». Почему оно важно? Дело в том, что нефтяная компания сама по себе не бурит, не строит скважин — это делают наши подрядчики. Основная задача нефтяников — готовить максимально эффективные инвестиционные решения. Этот процесс подразумевает работу с огромным объемом данных, моделирование, скрупулезный анализ информации. И если оборудование и материалы могут создавать сервисные компании, то алгоритмы принятия решений необходимо вырабатывать нам самим — это база для развития нашего бизнеса. Безусловно, цифровые решения, которые мы создаем на основе этих алгоритмов, позволяют оценивать наших проекты и определять, как сделать их оптимально эффективными.

— Какой эффект должна принести реализация техстратегии?

— Общий ожидаемый эффект от Техстратегии в перспективе 2025 года — вовлечение в разработку более 100 млн. тонн дополнительных запасов, более 100 млрд. руб. экономии затрат.

— Как происходит реализация техстратегии?

— Как я уже сказал, техстратегия разделена на девять направлений. В каждое входят различные проекты. За последние три года запустили более 120 проектов, которые сейчас находятся в работе. У каждого есть управляющий комитет, проектная команда, руководитель проекта. По завершении проекта мы определяем его эффективность, и, в случае успешности, передаем в широкомасштабное внедрение. При этом в первый год продолжаем наблюдать за процессом тиражирования.

— Как происходит процесс отбора технологий?

— Покажем это на примере. Предположим, что нам предлагается новая технология закачки разрывающей жидкости для разработки подгазовых залежей, чтобы при добыче нефти мы не затрагивали газовые пласты. Первый этап — оценка предлагаемой технологии, моделирование процессов, происходящих при гидроразрыве пласта по предлагаемой технологии. Сегодня мы являемся центром экспертизы, которая позволяет выполнять собственную оценку — согласны ли мы с теми результатами, которые нам обещают. Мы уже давно ушли от экспериментальных проверок «в поле» на первом этапе. Около 30% состава нашего научно-технического центра — это физики и математики с фундаментальным академическим образованием. По первой специальности они не были связаны с нефтегазовой отраслью, но теперь используют свои знания для решения задач нашего бизнеса. Они принимают большое участие в анализе технологий, проводят необходимые расчеты. Поняв, по результатам лабораторных и математических экспериментов, что технология может быть полезной, мы определяем, какой прирост добычи она позволит получить, и сколько нам это будет стоить. У нас очень хорошо развит так называемый костинжиниринг, то есть мы можем заранее просчитать стоимость различных объектов и процессов. После этого мы сможем понять, станет ли новая технология рентабельной.

— Что происходит дальше?

— Дальше мы подходим к этапу выбора. Нам предстоит сделать дизайн эксперимента. После этого мы выходим на реальные месторождения, проводим две-три операции с использованием инновации. Если прогнозы оправдываются или превосходят наши ожидания — начинается широкомасштабное внедрение.

— Вернемся к вопросу цифровизации. В каких сегментах она необходима сегодня?

— Я буду говорить о блоке, связанном с освоением месторождений. Жизненный цикл актива состоит из этапов разведки, разработки, добычи. И везде необходима цифровизация, потому что моделирование, проектирование и реализация проектов в нефтяной отрасли сопряжены с обработкой огромного объема информации. С другой стороны, этой информации постоянно не хватает, потому что большинство данных — косвенные. Мы можем завешать датчиками всю бурильную установку, измерить все, что можно измерить, но так до конца и не понять свойства пласта. Поскольку большая часть данных — это, по сути, косвенные признаки, которые необходимо дополнительно интерпретировать. Но чем больше объем косвенной информации, тем выше уверенность, что вы правильно определяете свойства пласта. Только с помощью машинного обучения и анализа взаимосвязей между косвенными данными и свойствами пласта мы можем более ли менее точно определить его прямые характеристики.

— На всех этапах?

— Безусловно. Начнем с этапа разведки. Как я сказал, свойства пласта мы можем определить только по косвенным показателям. Мы проводим сейсмику, но результаты обработки её данных могут дать только приближенное представление о структуре пласта. И в этом случае нам очень помогает априорная информация. Ее мы получаем используя бассейновое моделирование. То есть создаем модели огромных нефтегазовых бассейнов, расположенных на гигантских территориях. Смоделировав такой бассейн мы понимаем, из каких пластов может состоять конкретное месторождение. А понимая, что это за пласт, мы можем более уверенно интерпретировать сейсмические данные. Более того, используя эту информацию, мы можем существенно повысить эффективность дизайна сейсморазведочные работ (например, правильно расставить сейсмодатчики, уйдя от из равномерной расстановки). Это называется полноволновое моделирование и оно позволяет нам правильно выбрать технологию сейсмики, расстановки, дизайна сейсмических исследований, обработки сейсмических данных и их интерпретации. Это только один пример. На самом деле, все задачи разведки связаны с интерпретацией косвенных данных, привлечением аналогов и непрерывным обучением.

— Дальше идет этап разработки месторождения.

— Разработка любого месторождения начинается с концепта. Как это часть происходит в отрасли? Обычно говорят так: у нас такой-то пласт, мы на нем расположим столько-то скважин. В итоге определяется профиль добычи, под который строится инфраструктура. Но на самом деле прогноз добычи нельзя делать только исходя из оценки продуктивности пласта. Необходим интегрированный взгляд на всю систему «пласт- скважины- кусты- обустройство» в целом. Нужно оценить не только продуктивность скважин, но и их стоимость, а также стоимость объектов обустройства и инфраструктуры, которую нужно построить, чтобы обеспечить тот или иной уровень добычи нефти и газа. Таким образом, мы осуществляем системный инжиниринг. Мы принимаем решения исходя из экономики, и должны рассматривать разные варианты профиля добычи при разных вариантах обустройства. И на каждом этапе оценивать, как изменение того или иного параметра повлияет на систему в целом. К примеру — получены результаты бурения первых скважин — их сразу надо учесть и скорректировать оценки. Причем уже на этапе концепта нам необходимо знать стоимость проекта. К сожалению, эта задача не решена была в России, потому что у нас считается, что стоимость можно определить только после подготовки сметной документации.

— А вы что делаете?

— У нас работает костинжиниринг. Мы создаем стоимостные модели, программный продукт, который позволяет осуществить моделирование системы в целом и рассчитать NPV проекта при самых разных сценарных условиях и значениях параметров пласта и флюидов. Это требует огромного количества расчетов, перебор миллионов вариантов, такую работу полноценно может выполнить только машина с использованием когнитивных технологий.

Системный инжиниринг, когда мы все месторождение видим как общую систему, тоже связан с большим объемом вычислений и неотделим от цифровых технологий. И системный инжиниринг позволяет нам получить максимальный эффект от проекта: ведь именно на начальном этапе, когда еще ничего не построено, можно менять параметры так, чтобы добиться оптимума. Именно поэтому так важны программы, которые позволяют нам работать с данными на начальных этапах проекта, определяя максимально эффективные решения. Когда месторождения уже запущено, ценность IT —продуктов существенно сокращается, ведь возможностей для изменений гораздо меньше.

После того, как мы сделали концепт, мы его передаем проектно-сметным институтам, они подготовят проектно-сметную документацию, предлагают технические решения. При этом мы должны обеспечить принятие самых правильных проектных решений. Для этого мы создаем так называемые типовые технические решения. И вот мы все эти базы типовых решений храним у себя и передаем проектным институтам. В будущем, все это также смогут делать машины.

— Вот проект готов. Началась добыча. Что дальше?

— Дальше мы решаем несколько задач: безопасность и целостность оборудования, уменьшение операционных затрат и увеличение нефтеотдачи. Человек не может уследить за всеми процессами и оперативно изменить что-то в процессе добычи. Это делают машины. Опять цифровые технологии.

— Если сравнивать «Газпром нефть» с лидерами нефтяной отрасли, есть ли вам чем похвастаться?

— Во-первых, я бы отметил наши успехи в разработке низкопроницаемых пластов. Сегодня мы разрабатываем месторождение нефти, причем в режиме заводнения, где пласты имеют проницаемость около 1 миллидарси. Это уникальный опыт. На Западе практически этого нет. Второе, в чем, я считаю, мы опережаем российские компании и находимся на передовом фронте, по сравнению с Западом, это костинжиниринг и системный инжиниринг. Третье, это, конечно, цифровизация. Причем, я считаю, мы отличаемся от других компаний фокусом цифровизации. Практически все нефтяные компании, когда говорят про цифровизацию, имеют в виду цифровое месторождение. Но в это понятие вкладывается цифровизация уже разрабатываемого месторождения. Все деньги в цифровизацию вкладываются на этапе уже добычи. Но где создается ценность? Как я уже говорил, основная ценность создается на этапе концепта. На этом этапе можно достичь радикальной эффективности 50%-100%. Когда ты уже живешь в этапе реализации, тут эффективность можно поправить на 10%-15%. Практически никто в мире из мейджеров не вкладывает основные деньги в цифровизацию на этапе концепта. Наше конкурентное преимущество состоит именно в этом.

— Необходимы ли вам партнерства с другими компаниями в России и в мире?

— Безусловно. Мы сотрудничаем со всеми ведущими университетами России. Стараемся не терять связь с университетами Запада, хотя в последнее время эти связи ослабевают. Мы сотрудничаем со всеми нефтяными компаниями в России и за рубежом, с которыми у нас есть общие проекты. У нас очень большое количество контактов с сервисными компаниями.

— В прошлом году НТЦ посетила делегация Саудовской Аравии. Как развивается ваше сотрудничество?

— Мы обмениваемся опытом, думаем над запуском технологических проектов в России и Саудовской Аравии. Когда цена нефти упала до минимальных значений, все задумались о радикальной эффективности.

Недавно встретились наши специалисты и провели трехдневную техническую сессию по четырем направлениям: буровые практики, проектирование скважин и технология бурения, разработка коллекторов с низкой проницаемостью, разработка проекта многостадийного ГРП. Вот над этими направлениями мы можем совместно работать.

— Есть какие-то направления, которыми особенно интересуются саудиты?

— Например, их заинтересовали методы концептуального проектирования, методология оценки ценности информации. Геомеханика — тоже очень важное направление. Мы первые в стране создали центр по геомеханике. Эти технологии они могут получить только от сервисных компаний, а мы можем предложить наши наработки.

Россия > Нефть, газ, уголь > metalinfo.ru, 31 мая 2018 > № 2640107 Марс Хасанов


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 31 мая 2018 > № 2637692 Леонид Горнин

Интервью Первого заместителя Министра финансов Леонида Горнина журналу "Финансы"

Об итогах 2017 года и перспективах развития межбюджетных отношений

Горнин Леонид Владимирович

Первый заместитель Министра

По просьбе редакции итоги 2017 года и перспективы развития межбюджетных отношений прокомментировал заместитель Министра финансов Российской Федерации Л.В. Горнин.

- Как сейчас складывается ситуация в сфере межбюджетных отношений? Каковы главные результаты 2017 года?

- Вопросы повышения эффективности межбюджетных отношений и обеспечения устойчивого регионального развития остаются одними из приоритетных направлений деятельности Правительства РФ и включают комплекс мер по совершенствованию межбюджетных отношений на федеральном, региональном и муниципальном уровнях.

В 2017 г. проведена большая работа по обеспечению сбалансированности региональных бюджетов.

Например, в рамках снижения долговой нагрузки на бюджеты была проведена реструктуризация задолженности для 73 регионов. Бюджетный эффект в виде снижения объема необходимых к возврату бюджетных кредитов субъектов РФ в 2018–2019 гг. составит 417,6 млрд рублей.

Нельзя не отметить, что по итогам 2017 г. впервые сократился номинальный объем государственного долга субъектов РФ на 1,6% и составил на 1 января 2018 г. 2315,4 млрд руб., или 30,5% объема налоговых и неналоговых поступлений. В том числе объем государственного долга субъектов РФ по рыночным заимствованиям за 2017 г. сократился на 50,5 млрд руб., или на 4,0%, и составил на 1 января 2018 г. 1215,5 млрд рублей.

Кроме того, был сделан большой шаг по повышению прозрачности и предсказуемости формирования бюджетов субъектов РФ: до начала финансового года впервые было распределено 100% межбюджетных субсидий, что позволит минимизировать риски неопределенности и расширить горизонты планирования. Напомню, что еще совсем недавно в – 2016 г. – законом о бюджете распределялось только 36% таких субсидий.

В 2017 г. также проводилась инвентаризация федеральных законов и иных нормативых правовых актов РФ, устанавливающих требования к осуществлению собственных полномочий субъектов РФ и муниципальных образований

в отраслях экономики и социальной сферы, в результате которой была начата работа по отмене неэффективных нормативных правовых актов.

- Какие, с Вашей точки зрения, необходимы решения для стимулирования субъектов к наращиванию доходной базы?

- В межбюджетных отношениях мы предусмотрели помимо методики распределения дотаций на выравнивание элементы стимулирующего характера.

К таким элементам относится предоставление грантов высших показателей по росту экономического и налогового потенциала, что уже закреплено в бюджете на трехлетний период. Безусловно, это реальный инструмент, который будет стимулировать регионы к достижению более высоких темпов экономического роста.

Не могу не упомянуть о тех решениях, которые были приняты в последние месяцы уходящего 2017 г. За счет прироста налога на прибыль был создан резерв в 37 млрд руб., предназначенный для того, чтобы простимулировать те субъекты РФ, которые показали наилучшие результаты по приросту налога на прибыль. Уверен, что это будет положительно сказываться на инвестиционных процессах на региональном уровне.

- Какие задачи, по Вашему мнению, стоят перед финансовыми органами всех уровней?

- Одна из основных задач, стоящих перед регионами на 2018 г., – принять исчерпывающие меры для того, чтобы выполнить все соглашения по реструктуризации. В фокус внимания данного маневра по реструктуризации попал ряд показателей, связанных в том числе с государственным долгом, дефицитом бюджета, разработкой программ по повышению эффективности бюджетных расходов, осуществлению непростых, но нужных мероприятий по определению и отмене неэффективных налоговых льгот в субъектах РФ. Все эти документы должны быть разработаны в этом году.

Напомню, что Президент Российской Федерации в своем обращении к Федеральному Собранию РФ подчеркнул, что финансовая дисциплина, финансовая ответственность высших должностных лиц субъектов РФ должна быть поднята на более высокий уровень. Это, безусловно, относится и к исполнению тех обязательств, которые зафиксированы в соответствующих соглашениях. Поэтому наряду с основными задачами Минфином России будет на регулярной основе осуществляться мониторинг исполнения обязательств, которые зафиксированы в соглашениях по предоставлению дотаций и по реструктуризации кредитов.

В ближайшие месяцы станут видны контуры налоговых реформ. Мы будем, безусловно, внимательно изучать, как изменения налогового законодательства начнут воздействовать на сбалансированность региональных и муниципальных бюджетов. В прессе уже обсуждаются некоторые подходы, и видно, что определенные положения влияют на регулировку межбюджетных отношений между муниципальным и региональным уровнями. Все эти операции мы будем обсуждать с субъектами РФ.

Еще одной важной задачей, поставленной Правительством РФ, является обсуждение проблемы расходных полномочий. Мы открыты к обсуждению вопросов, связанных с изменением расходных полномочий между федеральной властью и регионами, которые позволят повысить эффективность их администрирования. У нас есть все возможности, чтобы уже в 2019 г. воплотить в жизнь соответствующие предложения.

Разработка программы по отмене неэффективных налоговых льгот – еще одна задача. Минфин также активно работает в этом направлении. В текущем году мы должны окончательно определиться с методикой оценки эффективности налоговых льгот. В случае их неэффективности придется отказаться от данного инструмента, перейти к прямому субсидированию соответствующих налогоплательщиков, стимулируя их к экономическому развитию, или по тем льготам, где есть возможность, уточнить перечень определенных категорий налогоплательщиков и повысить их ответственность перед бюджетной и налоговой системами. Мы должны реализовать это уже в этом году.

В среднесрочной перспективе деятельность по разработке и реализации мер, направленных на стабилизацию финансового состояния регионов и стимулирования их экономического и социального развития, также будет одним из

приоритетов для Минфина России. Но эффективной эта работа может быть только при условии активного взаимодействия с региональными властями.

Оригинал публикации: Журнал "Финансы", Замминистра финансов РФ Л.В. Горнин: О некоторых мерах по стабилизации финансового положения регионов

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 31 мая 2018 > № 2637692 Леонид Горнин


Израиль. Россия > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 31 мая 2018 > № 2636381 Михаил Бергер

«Большой потенциал». Посол Израиля — о перспективах торговых отношений с Россией

Гарри Корен побеседовал с гендиректором «Румедиа» Михаилом Бергером в кулуарах Петербургского экономического форума

Какие отрасли экономического сотрудничества особенно интересны Израилю и как санкции и политика отразились на торговых взаимоотношениях с Россией? На эти и другие вопросы в интервью гендиректору «Румедиа» Михаилу Бергеру ответил посол Израиля в РФ Гарри Корен на Петербургском международном экономическом форуме.

Одна из главных тем, которая интересует российский бизнес, как санкции повлияли на взаимоотношения, экономические взаимоотношения, трафик, планы. Что в этой связи вы наблюдаете?

Гарри Корен: У нас есть довольно серьезный прирост. В прошлом году наша торговля выросла на 17%. Только первый квартал — на 24%. Есть определенные отрасли, которые сегодня преобладают. Это экспорт сельхозпродукции в Россию. Вообще на Межправительственной комиссии между нашими странами намечены различные интересные перспективные области сотрудничества в этом плане. К примеру, Израиль заинтересован покупать в России кошерную говядину.

В России производится кошерная говядина под наблюдением.

Гарри Корен: Конечно, надо будет пройти все процессы ветеринарной сертификации. Потом, я думаю, не будет проблемы найти качественного производителя. И самый легкий барьер будет найти кошерный сертификат. Я в этих делах уже меньше разбираюсь, честно сказать, несмотря на то что я еврей, израильтянин, но это не курьез. Это может быть довольно интересная составная российского экспорта. Также мы говорим об экспорте, может быть, свежих яиц из России в Израиль. И параллельно есть большой интерес израильской молочной продукции. Мы очень рассчитываем на торговлю и в других областях. Это инновационные поля: сотрудничество может быть в области информационных технологий, но может быть и в области медицины, здравоохранения, так называемый biomed, biotech. Я думаю, эта составная, не обижая наших и российских фермеров, может быть более интересна для нашего экономического сотрудничества.

Господин посол, вы сказали, что товарооборот вырос довольно значительно, проценты значительные. Но абсолютные цифры, как мне кажется, не очень велики, и доля товарооборота в экспорте Израиля и России не так впечатляет.

Гарри Корен: Нет, сравнивая российскую торговлю с определенными странами мира, все-таки те 3 млрд долларов товарооборота, к которым, как мы надеемся, в этом году мы вернемся — а это было до экономического спада — это довольно существенная сумма и для нас, и, оказывается, даже для России. Потенциал, несомненно, больше. Я не знаю, можно ли провести какое-то умозаключение, почему нет каких-то больших и более серьезных прорывов. Может быть, что-то качественно изменится. К примеру, на российско-израильском бизнес-диалоге услышали от представителей «Сколково», включая Аркадия Дворковича, о том, что на полях «Сколково» будет открываться медицинский диагностический центр раковых заболеваний. Экспертизу будут проводить израильские врачи из знаменитой больницы, иерусалимского госпиталя «Хадасса». Казалось бы, не совсем экономическое направление. Экономическое, но, может быть, не торговое направление. Но из нашего опыта, даже вокруг таких мероприятий на полях того или иного кластера, который существует, к примеру, в «Сколково», может создаться довольно интересная экономическая деятельность.

Медицинские услуги, кстати, являются большой статьей экспорта Израиля. По крайней мере, это направление очень популярно у россиян. И авторитет израильской медицины достаточно высок не только в России, но и во всем мире. Какой-то организованный характер или какая-то поддержка государства в этом направлении — есть какие-то планы?

Гарри Корен: Я могу тут говорить за свое государство. Мы сегодня будем общаться с израильской делегацией. Вчера ее возглавлял министр охраны окружающей среды господин Зеэв Элькин, который пообщался с вице-премьером Максимом Акимовым, назначенным сейчас сопредседателем Межправкомиссии с Израилем, и медицинская тема опять-таки обсуждалась. И сегодня мы с делегацией нашего Минздрава планируем встретиться с Вероникой Скворцовой, министром здравоохранения. Это, во-первых, подчеркивает поддержку государств — и нашего Минздрава, и российского Минздрава — этого направления. Я не являюсь врачом, но я общаюсь с людьми и с российской стороны, и с израильской стороны, и я чувствую, что, во-первых, люди имеют общий язык — не только потому что некоторые израильтяне говорят по-русски, но и потому что есть высокая оценка профессионализма с обеих сторон. Уже не надо говорить только о таком немаловажном деле, как медицинский туризм в Израиль: может быть более серьезное сотрудничество, клинические исследования. Вчера был подписан протокол сотрудничества и израильской стороной, и российской стороной. Это стартап, который имеет корни в Израиле и работает в России, технологии блокчейна, и все это должно помочь медицинским системам России работать успешнее. Десятки таких успешных случаев, и, как мне вчера сказал глава одного из департаментов иерусалимской «Хадассы», он приезжает сюда очень часто в последнее время, потому что есть большой потенциал сотрудничества.

У России с Израилем были, по крайней мере, планы взаимодействия или совместных разработок в области беспилотников, связанные с обороной, с военными проектами. Как дела обстоят сегодня?

Гарри Корен: Предпочел бы говорить о другого рода беспилотниках, потому что обычно мы не освещаем все, что связано с оборонной деятельностью. Вчера министр Элькин заметил, что Израиль никогда не производил автомобили. У нас нет промышленности в этом плане. Она существует в России, она довольно сильная. Но за последние пару лет Израиль вырисовывается одним из мировых центров в этой области, не производя даже одного автомобиля. Вопрос — почему. И тут мы возвращаемся к теме беспилотников, но другого характера — все, что связано с автомобилями и автономным транспортом, грузовиками, автобусами и так далее. В Израиле был очень большой прорыв в этом плане. Как заметил премьер Нетаньяху на встрече с президентом Путиным, у нас в Израиле около 400 компаний, стартапов, которые занимаются этим бизнесом, automotive industry. Почему? В конце концов, самая главная стоимость автомобиля сегодня — это не сама механическая платформа, а все, что связано с компьютеризацией будущих видов транспорта, особенно в плане автономного движения. Компания Mobileye — не делаем лишней рекламы, они в этом особенно не нуждаются — в прошлом году была приобретена знаменитым Intel за нескромную сумму — если не ошибаюсь, около 16 млрд долларов. И Mobileye сегодня, может быть, в первой тройке таких компаний в мире. Вообще город Иерусалим становится одной из столиц мировых в этом плане. Mobileye очень заинтересован сотрудничать с российским бизнесом, индустрией производства автомобилей. Они уже находятся в контакте с российскими компаниями. Мы говорили, какой прорыв может быть. Такого рода прорывы могут коренным образом тоже изменить состав и характер нашей торговли, наших торгово-экономических связей.

Так или иначе, мы не обойдемся все-таки без политики. Даже в эфире нашей радиостанции все-таки есть определенная коллизия в том, что Россия поставляет оружие Сирии, например, и имеет тесные контакты с израильской армией, с командованием. Есть прямая линия, которая помогает избежать инцидентов на этой территории, где работает и российская техника, и так далее. Как в этой сложной конфигурации находится баланс интересов, взаимодействия?

Гарри Корен: Ситуация на Ближнем Востоке, конечно, довольно сложная и для нас, и для России. Я не ответственный за российские интересы, за израильские и за возможную максимальную синхронизацию израильских и российских интересов — это производится, прежде всего, на уровне глав государств. Как я раньше отметил, визит премьера Нетаньяху довольно частый. Только за полтора года моей работы в Москве — четвертый визит. Последний был 9 мая. Очень трогательный, эмоциональный визит, связанный с Днем Победы, с участием в Параде, возложением венков и маршем «Бессмертный полк». Во-первых, это дает очень конкретную индикацию большого уважения в Израиле к России, и мы чувствуем такую же долю уважения и прислушивания к израильским интересам, к вызовам, которые стоят перед Израилем — конечно, вникать в детали тут не надо, но в большой степени все вещи обсуждаются в положительном ключе. Так что я могу только сказать, что мы очень довольны содержанием, динамикой и атмосферой наших встреч — прежде всего, встреч нашего руководства, но также и профессиональных экспертов из различных ведомств — это, прежде всего, мои коллеги из израильского МИД — с россиянами. Мы очень благодарны Михаилу Леонидовичу Богданову, замминистра иностранных дел, который принял тесное участие в работе форума и был на наших встречах в Санкт-Петербурге, и его коллегам, и, конечно, довольны работой специального канала, который существует между оборонными ведомствами.

Спасибо.

Израиль. Россия > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 31 мая 2018 > № 2636381 Михаил Бергер


Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 31 мая 2018 > № 2633634 Алексей Бородавкин

Посол: Казахстан и Россия не должны позволять подтачивать наши отношения

Жания Уранкаева

Новый посол России в Казахстане Алексей Бородавкин был назначен на этот пост в феврале текущего года. До назначения в Астану он занимал высокие должности в МИД России и международных организациях. Алексей Бородавкин дал первое эксклюзивное интервью корреспонденту Sputnik Казахстан

- Алексей Николаевич, послом в Казахстане Вы были назначены в феврале текущего года, и это Ваш первый опыт работы в СНГ. Какие принципиальные отличия от предыдущих мест видите здесь?

– За годы работы в министерстве иностранных дел я занимался как многосторонней, включая региональную, так и двусторонней дипломатией, курировал различные аспекты деятельности СНГ, вел вопросы Закавказья.

В качестве посла в Словакии, а затем постпреда России при ОБСЕ работал с европейской повесткой. Будучи заместителем министра иностранных дел занимался азиатским и тихо-океанским направлениями российской внешней политики. Перед назначением в Астану трудился на посту постпреда России при отделении ООН и других международных организациях в Женеве, одновременно являясь постпредом при Конференции по разоружению и главой российской делегации в Совете ООН по правам человека. Почти на всех участках работы так или иначе присутствовала тематика СНГ, так что с ней я неплохо знаком.

– Ранее были в Казахстане?

– Да, бывал. Несколько раз приезжал в Астану и Алматы на международные мероприятия, но ненадолго. Ведь у дипломатов командировки короткие: участие в переговорах или конференции, проведение двусторонних консультаций и встреч, "отписаться" в посольстве и домой.

– Расскажите о своем выборе профессии. Почему решили стать дипломатом и выбрали в качестве второго языка столь оригинальный китайский?

– Я учился в московской школе с углубленным изучением английского языка. Многие выпускники этой школы поступали в МГИМО, и в какой-то степени это повлияло на мой выбор. Мне с моим складом характера импонировала профессия дипломата. Но в роду у нас дипломатов не было, я – первый. А что касается языка, то в то время, когда я поступил в МГИМО, его никто не выбирал. Распределение проводило руководство института. Тем, кто заканчивал лингвистические школы, давали языки посложнее.

– Планируете ли изучать казахский язык?

– Пока нет. Но если будет больше свободного времени, то может быть решусь на такой "подвиг" – язык-то ведь непростой.

– Один из Ваших коллег, посол Ливана, назвал Астану скучной, а людей неулыбчивыми. За полтора месяца своего пребывания как бы Вы охарактеризовали нашу столицу? Как Вам здешний климат?

– Я Астану пока, к сожалению, во многом воспринимаю из окна автомобиля. Хотя за то непродолжительное время, что я здесь нахожусь, успел трижды посетить Библиотеку Первого Президента Республики Казахстан. Был в театре "Астана Опера" на премьере "Біржан – Сара", на фестивале балета в "Астана Балет". Также посмотрел спектакли "Смешанные чувства" и "Евгений Онегин" в Государственном академическом русском театре драмы им. М.Горького. Побывал в нескольких астанинских ресторанах с превосходной кухней и запоминающимися интерьерами.

От самого города у меня, в отличие от ливанского посла, впечатления вполне позитивные. Мне нравится архитектура, люди, с которыми я общаюсь, всегда открытые и благожелательные. А к суровому климату русским, как и казахам, не привыкать.

– Алексей Николаевич, насколько осложнилась жизнь дипломатов в связи с непростой международной обстановкой и отношением к России в связи с введением санкций рядом стран?

– Я в дипломатии уже немало лет. И могу с уверенностью сказать, что были времена не менее напряженные.

В этих обстоятельствах важно, чтобы политические деятели, стоящие у "руля", понимали, где находится "край". Российское руководство всегда подчеркивает готовность вернуться к нормальным межгосударственным отношениям с западными партнерами. Мы приглашаем их к диалогу на основе взаимной заинтересованности, уважения и соблюдения общепризнанных норм и принципов международного права.

А что касается санкций, то, как сказал президент России В.В.Путин, выступая на XXII Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ), "это бессмысленно, но вредно". Совместно с партнерами по ЕАЭС, в том числе Казахстаном, нам нужно научиться минимизировать их негативное влияние. Ну и еще вот что: состав участников ПМЭФ-2018 наглядно продемонстрировал, что об "изоляции" России, о которой так любят порассуждать в некоторых западных столицах, нет и речи. Президентский и премьерский уровень официальных участников Форума, представленность 400 крупнейших международных корпораций и в целом прибытие порядка 17 тысяч гостей из 143 стран камня на камне не оставляют на этих недобросовестных домыслах и фальшивках.

– Знакомы ли Вы с послом Казахстана в России Имангали Тасмагамбетовым? Есть ли у вас совместные проекты, которые планируете осуществить?

– Да, мы знакомы с Имангали Нургалиевичем. В Москве он любезно пригласил меня в посольство, и у нас состоялся очень дружеский разговор. Установили хороший контакт и будем его поддерживать. Это входит и в мои, и в его планы. Каких-то двусторонних специальных проектов у нас пока нет. Но есть огромная российско-казахстанская повестка, над реализацией которой мы совместно работаем под руководством наших президентов.

– Назовите ТОП-5 отраслей, кроме экономики, в которых Казахстану и России необходимо усилить сотрудничество?

– Обстановка в мире сейчас напряженная. Мы все это видим. Не уменьшается угроза международного терроризма. Очаг находится недалеко – в Афганистане. Его проекцию и влияние нам пока удается предотвращать и пресекать. Но опасность сбрасывать со счетов нельзя. Поэтому я бы особо выделил наш российско-казахстанский военно-политический союз, как в двустороннем формате, так и в рамках ОДКБ.

Другое очень важное направление – гуманитарное сотрудничество между нашими странами. Здесь нет предела для развития и совершенствования. Я бы хотел, чтобы интенсивный, активный приток деятелей культуры и искусства, который сейчас существует, был не только из России в Казахстан, но и из Казахстана в Россию. Уверен, что у наших стран отличные перспективы для таких обменов в обоих направлениях.

Весьма важно сотрудничество в сфере образования. Нужно ввести в практику регулярные студенческие обмены. Российские учащиеся могли бы по нескольку семестров постигать знания в казахстанских вузах, а казахстанские студенты по обмену – в России.

Еще одно направление, на котором у наших стран огромный потенциал развития – это туризм. Российским гражданам просто необходимо попробовать алматинские яблоки, побывать на Медео, в Боровом и на горе Белухе, а казахстанцам пройтись по московским переулкам, застать "белые ночи" и развод мостов в Санкт-Петербурге, позагорать в Крыму и на Кавказе, попить целебную минеральную воду в Ессентуках и Кисловодске.

Ведь в России и Казахстане можно увидеть живописнейшие места, которых нет больше нигде в мире. Было бы здорово, если бы приграничные области усилили сотрудничество в сфере туризма. Кстати, этой теме будет посвящен XV Форум межрегионального сотрудничества России и Казахстана с участием глав государств, который пройдет 9 ноября текущего года в Петропавловске.

– Алексей Николаевич, отслеживаете ли Вы настроения людей в социальных сетях? Как, на Ваш взгляд, необходимо реагировать на критику георгиевской ленты, "Бессмертного полка" и в целом продвижения "русского мира" в Казахстане?

– Начнем с того, что и Россия, и Казахстан – страны демократичные. У нас существует плюрализм мнений, и то, что люди высказывают свою точку зрения – это их право.

Не так давно состоялась 26-я сессия Ассамблеи народа Казахстана. Глава государства Н.А.Назарбаев очень точно сказал, что в многонациональных государствах нужно хорошо чувствовать грань между национальным единством и национализмом. Президент жестко заявил, что по отношению к тем, кто пытается посеять раскол в казахстанском обществе, поблажек не будет. Такая дестабилизирующая деятельность будет пресекаться в соответствии с законодательством Республики Казахстан. И это, безусловно, правильно, мудро.

Что касается отношений между казахстанским и российским народами, то мы должны дорожить и гордиться нашим единством и братством и не позволять кому-либо подтачивать их.

– Отдельного внимания заслуживает вопрос русского языка. Ежегодно в Казахстане уменьшается доля учеников, обучающихся на русском языке, и это вполне естественный процесс. Однако некоторые члены общества болезненно восприняли переход казахского языка на латиницу. Как считаете, почему?

– Русский язык играет важную роль в провозглашенной казахстанским руководством политике трехъязычия. Причем наши казахстанские коллеги особенно в последнее время обращаются к России с предложениями активизировать участие в образовательном процессе на школьном уровне в плане обучения русскому языку. Это перспективная тема сотрудничества между нашими странами.

В основе русской культуры и русского языка – гуманизм. Произведения А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтова, Л.Н.Толстого, Ф.М.Достоевского, М.Горького, М.А.Шолохова – перечислять можно очень долго – воспитывают у молодежи лучшие качества, создают интеллектуальный иммунитет у молодого поколения против попыток насаждения идеологии экстремизма и насилия. Причем это в равной степени относится как к казахстанской молодежи, так и к российской.

– Алексей Николаевич, будучи отцом троих сыновей Вы имеете огромный опыт в вопросах воспитания. Поделитесь секретом хорошего семьянина.

– Моя супруга Елена вместе со мной приехала в Астану. За годы нашего брака мы надолго никогда не расставались. У меня – три сына, и они уже взрослые люди. Все женаты, двое старших имеют детей. Я рад, что они нашли себя в жизни, их профессии им нравятся. В плане совета по воспитанию, думаю, что нужно быть строгим, но понимающим другом. Если мама всегда ласковая, нежная и прощающая, то отец должен своими поступками показывать пример, особенно, когда воспитываешь сыновей.

– Расскажите о своих увлечениях, какую слушаете музыку? Знакомы ли с творчеством рэперов Скриптонита и Jah Khalib?

– Я слушаю классическую музыку, иногда ретро и джаз. Что касается рэпа, то, на мой взгляд, это не вполне музыка. Ничего не имею против рэпа, но это просто другой вид творчества.

– Назовите свою любимую книгу. Что, на Ваш взгляд, должен прочитать каждый человек?

– Какой-то настольной книги, которую я постоянно перечитываю, у меня нет. Но, конечно, есть любимые произведения: "Степь" Антона Чехова, "Жизнь Арсеньева" Ивана Бунина, "Красное колесо" Александра Солженицына, "Жизнь Клима Самгина" Максима Горького, из поэзии – Александр Кушнер, из современных российских писателей – Алексей Иванов. Сейчас нахожусь в процессе знакомства с казахстанскими авторами, мне рекомендовали "Путь Абая" Мухтара Ауэзова.

Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 31 мая 2018 > № 2633634 Алексей Бородавкин


Казахстан. Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 31 мая 2018 > № 2632148 Мушег Саакян

Такси в Казахстане становится цифровым

Страхование пассажиров, биометрический контроль состояния водителя и расширение географии услуг – ближайшее будущее «Яндекс.Такси»

Год назад стало известно о слиянии двух крупнейших сервисов онлайн-заказа такси — Uber и «Яндекс.Такси». По версии российского издания Forbes, это событие стало «сделкой 2017 года». Получившаяся в итоге объединенная платформа повлияла на рынок такси в России, Армении, Беларуси, Казахстане и еще нескольких странах СНГ. В январе этого года суммарная стоимость поездок через сервисы объединенной компании составила 206 млн долларов.

Сегодня «Яндекс.Такси» считает рынок Казахстана вторым по важности после российского. Что это значит для клиентов, какие перемены сервиса нас ожидают — об этом «Капитал.kz» рассказал Мушег Саакян, директор по международному развитию «Яндекс.Такси».

— Какие преимущества получил сервис, объединивший платформы «Яндекс.Такси» и Uber?

— От «Яндекса» — лучшие на наших рынках технологии: картография, навигация, поисковая система, распознавание речи, компьютерное зрение, машинное обучение, умение работать с большими данными. От Uber — глобальную экспертизу на рынке онлайн-заказа услуг перевозки. Наконец, и мы, и Uber — одни из буквально нескольких компаний в мире, которые разрабатывают полноценные беспилотные технологии. Так что мы решили объединить усилия, чтобы вместе создать действительно устойчивый бизнес. Из конкурентов мы превратились в партнеров, которые принесут на рынок Казахстана лучшее, что есть в обоих сервисах, помогут развивать транспортную инфраструктуру городов и регионов страны. «Яндекс.Такси» работает уже в 20 городах Казахстана, Uber пока в трех.

— Насколько сложной технически была интеграция двух систем?

— Объединение технологических платформ «Яндекс.Такси» и Uber заняло больше трех месяцев, сейчас мы завершаем этот процесс. Города Казахстана в числе первых перешли на объединенную платформу на базе «Яндекс.Таксометра» — на прошлой неделе мы переключили на нее Алматы, Астану и Шымкент. Все прошло хорошо, нареканий нет, довольны все. К пользователям обоих сервисов теперь еще быстрее приезжают машины — потому что база водителей теперь общая, приложениям проще найти машину близко к пользователю. Водители тоже получают еще больше заказов, чем раньше, и меньше простаивают за рабочую смену, это хорошо отражается на их заработке.

Но общими стали не только платформа для приема заказов, карты и навигация. Мы распространили на водителей, подключенных к Uber, наш подход к безопасности и управлению качеством сервиса — взять хотя бы тот же дистанционный контроль качества. Все водители, которые ранее работали напрямую с Uber, теперь подключены через таксопарки, следовательно, появилось больше контроля. Более того, переход на новую платформу поможет исключить ситуации, когда водитель за плохую работу или некорректное поведение был заблокирован в одном из сервисов, но продолжал приезжать к пользователям другого. Мы считаем, что объединение позволит повысить надежность и безопасность сервиса в целом.

— Как это отразилось на финансовых показателях?

— Данные по доле прибыли мы не раскрываем. В целом по странам ситуация разная. В Казахстане число заказов, сделанных через «Яндекс.Такси», всегда было намного большим. Суммарно в январе этого года через сервисы объединенной компании было сделано 62 млн поездок, и с тех пор их число выросло еще сильнее.

— Какие перспективы это объединение открыло для рынка Казахстана?

— Казахстан — самый большой рынок объединенной компании за пределами России, и мы планируем и дальше его расширять. Будем внедрять собственное бесплатное страхование пассажиров и водителей, как сделали это в России. Законодательство РК не требует этого от нас, но мы хотим, чтобы пользователи и водители обоих сервисов чувствовали себя защищенными. Водитель и все пассажиры автомобиля (в количестве, разрешенном для перевозки в этом автомобиле) будут автоматически застрахованы на все время поездки. Это никак не повлияет на тарифы и на заработок водителя — они останутся прежними. Сейчас мы выбираем партнеров среди крупных страховых компаний Казахстана, с которыми запустим эту программу. Также планируем выходить в небольшие города и наращивать обороты в городах, где мы уже есть. Такси уже давно перестало быть элитным видом транспорта для мегаполисов, оно нужно везде. Наконец, будем развивать программы поддержки парков по закупке новых машин. Мы уже начали это делать в Алматы и Астане — это тоже повысит безопасность перевозок, ведь не секрет, что менять подвижной состав очень дорого, не всем таксопаркам это по плечу.

— Существование таких технологических проектов, как «Яндекс.Такси», часто противоречит законодательным нормам, сформированным еще в «доцифровое» время. Как это отражается на работе вашей системы?

— В любой стране мира темпы обновления законодательства значительно отстают от темпов развития технологий. Мы сталкиваемся с этим во всех странах нашей работы и совместно с регулирующими органами обсуждаем такие правила и нормы, которые будут содействовать развитию и рынка такси, и деятельности онлайн-сервисов заказа такси. В конечном итоге важно, чтобы и водители, и пассажиры были в безопасности, первые при этом получали от взаимодействия с платформами стабильный заработок, а вторые — качественные и безопасные услуги. В Казахстане мы видим очень активную работу органов власти и бизнеса, связанную с цифровизацией экономики, — наши партнеры уделяют много внимания анализу мировой практики, общаются с представителями ИТ-сообщества. Это позволяет надеяться, что шаги в сфере нормотворчества будут выверенными и конструктивными.

— Клиентам важно, чтобы машина была комфортной, а водитель — адекватным, не утомленным круглосуточной погоней за заработками. Как справляетесь с этими задачами?

— Постоянно совершенствуемся в этом направлении. Визуальный контроль качества автомобиля у нас уже есть — это и дистанционный фотоконтроль с помощью компьютерного зрения и асессоров, и контроль на стороне парков, и «тайные покупатели», и работа с жалобами пользователей. А контролировать нагрузку водителя можно по времени, которое он провел в системе приема заказов без перерыва. Но этого, конечно, мало. Кто-то отключится и поспит, но всего час-два, кто-то отработает 12 часов на заказах таксопарка и затем подключится к нам. Поэтому мы начали разрабатывать собственную биометрическую систему, которая сможет следить за глазами, выражением лица водителя, отслеживать другие параметры его состояния и поведения. И если система считает, что он устал или находится «не в том» эмоциональном состоянии, она будет советовать ему отдохнуть, а далее просто лишит его возможности принимать новые заказы. Мы уже тестируем ее в нескольких машинах, а до конца года планируем внедрить массово во всех странах.

— Рынок такси в Казахстане не отрегулирован. Власти поощряют неофициальный извоз, мотивируя это важностью расширения денежного оборота. Вне закона оказываются право пассажира на получение качественной услуги и возможности для развития официальных таксопарков. Тарифы на поездки балансируют на границе нормы самоокупаемости. Планирует ли «Яндекс.Такси» лоббировать наведение порядка в этой сфере?

— Безусловно, важно, чтобы в стране было хорошо проработано регулирование сферы таксомоторных перевозок с учетом современных реалий и помогало развивать рынок. Законы не должны загонять водителей и таксопарки в «серые» схемы — напротив, они должны способствовать «обелению» рынка, повышать его прозрачность. Государство и бизнес должны вместе определять правила игры, вести диалог. Только тогда будут созданы условия для появления действительно цивилизованного рынка. И технологические платформы готовы участвовать в этом диалоге. У нас накопился большой опыт по этой части.

Москве понадобилось пять-шесть лет, чтобы городские власти и онлайн-сервисы заказа такси в тесном сотрудничестве друг с другом смогли навести порядок на рынке таксоизвоза, и наши усилия дали результат. В этом году «Яндекс.Такси» впервые заработало в странах Евросоюза — Латвии, Эстонии, — и могу сказать, что выходить в страну с понятным и прозрачным регулированием, где законы четко отделяют информационный сервис от перевозчиков, где продуманы все моменты их деятельности, легко и приятно. Да, много правил, но они понятны и логичны. Нужно просто им следовать.

В Казахстане мы находимся в тесном контакте со всеми государственными органами, ответственными за развитие рынка перевозок: у нас налажен диалог, мы обмениваемся мнениями по различным вопросам. Одновременно мы в одностороннем порядке принимаем на себя обязательства, которые не зафиксированы законодательно. Пока что никто не заставляет нас разрабатывать те же системы контроля усталости водителей, вводить страхование, проводить фотоконтроль машин. Но мы понимаем, что тем самым повышаем стандарты рынка. Да, не все местные игроки способны позволить себе то, что могут крупные международные платформы — но мы можем и видим в этом свою ответственность, пусть и добровольную.

— Акимат Астаны проводит эксперимент, в рамках которого отказался от собственного автопарка, доверив оказание транспортных услуг для чиновников столичным таксопаркам. Общеизвестно сотрудничество городских властей Москвы с таксопарками города. Какие перспективы, исходя из этого опыта, возможны в Казахстане?

— Подобные эксперименты, когда госорганы вместо своих автопарков пользуются услугами такси, проводятся и в России, в ряде городов — с участием «Яндекс.Такси». Во всем мире идет постепенный отказ от личных автомобилей, и очень хорошо, когда власть становится примером для остальных. Мы вот-вот запустим в Казахстане корпоративную услугу «Яндекс.Такси» и с удовольствием подключимся к проекту акимата, если такое желание возникнет.

— Мы видим серьезное изменение всей парадигмы развития общественного транспорта. Каким вы видите будущее на рынке автомобилей в целом?

— Во всем мире модель потребления транспортных средств меняется от личной к совместной. В больших городах с пробками, ограниченным местом для парковки, с частой потребностью бросить машину в одном месте, а забрать в другом или не забирать вообще, собственный автомобиль становится, скорее, головной болью. Добавьте к этому проблемы экологии. В то же время, благодаря технологическим платформам вроде нашей, такси из услуги для избранных превратилось в еще один вид дешевого и безопасного общественного транспорта. Появились тарифы и сервисы для совместных поездок, появился каршеринг. Уже тестируются беспилотные автомобили, которые уберут зависимость пассажира от опыта и состояния водителя. Своя машина становится, в общем-то, и не нужна. Так что будущее — определенно за совместным потреблением и отказом от личных автомобилей.

Казахстан. Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 31 мая 2018 > № 2632148 Мушег Саакян


Польша. Россия > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 31 мая 2018 > № 2627173 Славомир Дембский

Славомир Дембский: Меня не пустили в Россию и посадили в камеру

Марчин Маковский (Marcin Makowski), Wirtualna Polska, Польша

Интервью с главой Польского института международных дел Славомиром Дембским (Sławomir Dębski)

Wirtualna Polska: Во вторник 29 мая Вас не впустили на территорию Российской Федерации, кроме того, Вы получили трехлетний запрет на въезд в эту страну. Начнем, однако, с начала. С какой целью Вы летели в Москву?

Славомир Дембский: Я летел туда по приглашению Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук, которая каждый год проводит конференцию на тему внешней политики России. Ее называют «Примаковскими чтениями» в честь Евгения Примакова, который был руководителем ИМЭМО, а также премьер-министром и главой МИД. Официальное «бумажное» приглашение Польский институт международных дел получил 24 мая, но электронное приглашение на конференцию я получил уже в апреле. В январе по запросу проректора Московского государственного института международных отношений (который связан с российским министерством иностранных дел) я получил визу на пять лет.

— Значит, дальнейшего развития событий ничто не предвещало?

— Нет. Все делалось в рамках существующих процедур. Более того, у меня были не только научные планы: я собирался поехать в Россию на чемпионат мира по футболу. Я купил билеты, получил паспорт болельщика, который в соответствии с соглашением между страной-хозяйкой турнира и ФИФА заменяет во время мероприятия паспорт и визу. Я до сих пор не знаю, действуют ли мои билеты, раз меня признали персоной нон грата.

— Перейдем к Вашему задержанию. Как все происходило?

— Я прилетел в московский аэропорт «Домодедово» из Франкфурта. В Германии я участвовал в другой конференции. Потом сотрудник пограничной службы кому-то позвонил, пришел другой человек в форме, забрал мой паспорт и попросил, чтобы я отправился с ним в офис. Спустя примерно час я получил документ, в котором сообщалось, что на основании пункта 1 статьи 27 о процедуре пересечения границы РФ во въезде мне отказывают, поскольку это необходимо для «обеспечения безопасности страны».

— Вы подписали этот документ?

— Я отказался соглашаться с содержанием документа и его подписывать. Разумеется, проведению процедуры это не помешало: мой отказ засвидетельствовали своими подписями трое сотрудников пограничной службы. Потом меня отвели в место, где я должен был ожидать депортации. Я прилетел последним самолетом, так что вернуться во Франкфурт можно было только в шесть часов утра, значит, мне предстояло провести ночь в аэропорту.

— В это время Вами кто-то занимался, вам предложили что-то попить, съесть?

— Кроме польских консульских служб, которым я сразу же сообщил об инциденте, и российских пограничников, выполнявших свою работу, нет. Оказалось, что место, где мне предложили ждать вылета своего самолета, было запирающейся на ключ камерой. Официально границу я не пересекал, поэтому я отказался входить в это помещение и выразил протест против незаконного ограничения моей свободы на территории, находящейся вне государственной юрисдикции РФ, — в зоне аэропорта, которая располагается перед пограничным пунктом.

Один из офицеров заявил, что если я буду оказывать сопротивление, меня введут в эту камеру силой. Эти господа говорили, что я не нахожусь под арестом, но не могли сообщить, на основании какого закона они собираются меня туда поместить. Мне ответили только: «У нас так заведено, Вы должны подчиниться».

— Традиционное российское гостеприимство?

— В связи с тем, что я отказался заходить в закрывающуюся на ключ комнату, офицер вызвал трех вооруженных бойцов из спецподразделения пограничных войск. Мне угрожали физической силой, поэтому я вошел в этот «зал ожидания», сообщив польским консулам в Москве, что российская сторона ограничивает мою свободу.

— То есть польский МИД был в курсе того, что происходило в аэропорту?

— Да. Дежурный консул знал о ситуации с того момента, как у меня начались проблемы с визой. Спустя полчаса благодаря вмешательству наших дипломатических служб я вышел из камеры, где кроме меня находились граждане других государств, которым отказали в пересечении границы. Я до сих пор не знаю, на каких основаниях она функционирует, и на каких основаниях мне угрожали применением силы. Потом я попал в транзитную зону. Такого места нет ни в одном аэропорту цивилизованных стран Европы и мира: это коридор между беспошлинной зоной и сектором, где пассажиры проходят проверку безопасности.

— Почему, как Вы думаете, Вам отказали во въезде?

— У меня нет оснований опровергать заявления российских дипломатических служб. Я стал жертвой российских ответных мер: ранее на территорию ЕС не впустили двух российских граждан (политологов Олега Бондаренко и Алексея Мартынова, — прим. ред.). В Россию ездит сейчас не так много польских экспертов, кого-то нужно было выбрать, и тут подвернулся я. Проблема в том, что трехлетний запрет на въезд — это неадекватная и непропорциональная мера в контексте тех шагов, которые были приняты в отношении российской стороны. Я являюсь должностным лицом — занимаю пост директора Польского института международных дел и вхожу в состав Совета Центра польско-российского диалога и согласия. В связи с этим реакция российской стороны выглядит неадекватной и непропорциональной.

При этом, я хочу отметить, что многие мои знакомые из России и российские эксперты по международной политике выражают свое возмущение этим решением. Так что следует подчеркнуть: по крайней мере часть российского академического сообщества повела себя очень достойно.

Польша. Россия > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 31 мая 2018 > № 2627173 Славомир Дембский


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 31 мая 2018 > № 2627135 Стивен Коэн

Обесценивание американской политической риторики о России

Действительно ли Путин стал «изгоем», а Россию «изолировали от международного сообщества»?

Стивен Коэн (Stephen Frand Cohen), The Nation, США

Заслуженный профессор Принстонского и Нью-Йоркского университетов Стивен Коэн, занимающийся российскими исследованиями, месте с Джоном Бэтчелором продолжает свои еженедельные (как правило) обсуждения новой американо-российской холодной войны (предыдущие материалы выходящей уже пятый год серии можно найти на сайте TheNation.com).

Коэн отмечает, что опрометчивые и безосновательные штампы о России во время новой холодной войны получили широкое распространение в политико-медийном истэблишменте США. Их стало еще больше два года тому назад, когда начали циркулировать голословные утверждения на тему «Рашагейта». Худший из этих штампов, по сути дела, являющийся подстрекательством к войне, гласит, что «Россия совершила нападение на Америку во время президентских выборов 2016 года». Но есть и другие, в равной степени безосновательные и пагубные для вашингтонской политики утверждения. Среди них недавние заявления изданий «Экономист» и «Нью-Йорк Таймс», которые утверждают, что российский президент Владимир Путин стал «изгоем», а его страна «изолирована от международного сообщества». «Нью-Йорк Таймс» даже настаивает (со ссылкой на руководителя британской разведки), что Россия становится «все более изолированным изгоем».

Эти утверждения настолько далеки от геополитической реальности, что их можно назвать синдромом умопомешательства на почве Путина-России. Здесь достаточно вспомнить состоявшийся на прошлой неделе Петербургский международный экономический форум, который проводится ежегодно и задуман Кремлем как некий российский Давос. Как отмечает большинство средств массовой информации, включая иностранные, на этом форуме присутствовало наибольшее количество участников с 2014 года (когда Запад начал вводить экономические санкции против России), и он стал самым успешным с того времени. В его работе приняли участие лидеры Франции, Японии, Китая, Индии, Саудовской Аравии и многих других, менее значимых государств, а также бесчисленное множество руководителей транснациональных корпораций, директор Международного валютного фонда и президент компании «Боинг», который заявил, что Россия — это «место для долгосрочного партнерства». Судя по сообщениям прессы, телевизионным репортажам и стенограммам заседаний, практически все они жаждали тесных контактов с «изгоем» Путиным. Более того, накануне форума в Сочи на встречу с Путиным прибыли канцлер Германии Ангела Меркель и индийский премьер-министр Нарендра Моди. И все это происходит на фоне новых финансовых и дипломатических санкций, которые градом сыплются на Россию со стороны Лондона и Вашингтона, и которые весьма небрежно реализуют их европейские «союзники» (если вообще реализуют).

На самом деле, изолировать Россию невозможно, потому что это самая большая страна на нашей планете и самая богатая полезными ископаемыми. Без России нет и не может быть никакой «глобальной политики» и «мирового порядка». Ее нефтегазовые ресурсы, идущие на запад и на восток по обширной сети трубопроводов (их очень много, как действующих, так и строящихся), превращают такие усилия в колоссальное геополитическое безумие. Это безумие совершенно очевидно еще и из-за того, что Москва обладает значительным политическим и дипломатическим влиянием на важнейшие регионы нашей планеты, начиная с Европы, Китая и Афганистана, и кончая Ближним Востоком. (Задумайтесь, например, о той важнейшей роли, которую она может сыграть в урегулировании кризисов, связанных с Ираном и Северной Кореей.) Все это происходит в основном не из-за модернизированного ядерного и обычного оружия Москвы, а по причине ее внешнеполитической философии, проводимой в жизнь при Путине. Вот ее простое, но отточенное определение: действуя в соответствии с принципами национального суверенитета, мы готовы к хорошим отношениям с любым государством, которое стремится к хорошим отношениям с нами. А теперь сравните его с многолетними внешнеполитическими догматами Вашингтона, где много идеологии, милитаризма, а зачастую и стремления к гегемонии.

В результате у постсоветской России, в отличие от Советского Союза, мало нерасположенных союзников, полусоюзников и партнеров в международных делах. Крупными и важными ее союзниками являются Китай и Иран. Среди половинчатых союзников и эпизодических партнеров Индия и, конечно, другие страны БРИКС; Саудовская Аравия, с которой Россия сотрудничает в целях увеличения нефтяных цен на мировом рынке; а также Израиль, чей премьер-министр Биньямин Нетаньяху стал 9 мая почетным гостем в Москве на праздновании самого святого для России Дня Победы. Европейские союзники Америки по НАТО как будто едины в своем стремлении изолировать Россию, но это не относится к руководителям Венгрии, Чехии и к президенту Франции. Надо сказать, что Эммануэль Макрон в сопровождении своей супруги после эмоционального общения с президентом Трампом в Вашингтоне почти столь же радушно пообщался с Путиным в Санкт-Петербурге, а также подписал важное энергетическое соглашение с Россией и выразил надежду на то, что Франция станет «самым крупным в России инвестором». Очередной экзамен на преданность Европы США (и их верному партнеру Британии) состоится в июле, когда ЕС будет принимать решение о продлении или об отмене санкций против России. Их можно отменить простым голосованием «против». Пока Вашингтону удается уговаривать (или принуждать) Европу к санкциям. Но удастся ли ему заставить новое правительство Италии, которое формируется в настоящее время, а также другие страны, взбунтовавшиеся против продлившего антииранские санкции Трампа? Ведь в Европе немало компаний, поддерживающих очень выгодные деловые отношения с Тегераном. Одно официальное российское новостное агентство выразило надежду на то, что против США сформируется «антисанкционная коалиция». Если это так, то кто окажется в изоляции?

Откуда появилось это глупое представление об «изоляции России»? По крайней мере, это точно нельзя приписать президенту Трампу, так как оно является детищем Обамы. В апреле 2014 года он, как сообщала «Нью-Йорк Таймс», известил мир о том, что теперь его политика будет сосредоточена на «изоляции России посредством разрыва ее экономических и политических связей с внешним миром… и на превращении ее в страну-изгоя». Это была крайняя глупость, а не «обновленная версия стратегии сдерживания из времен холодной войны», как думал корреспондент «Нью-Йорк Таймс». Сдерживание было нацелено не на изоляцию Советского Союза. Его цель заключалась в том, чтобы не дать Москве распространять свое военное и политическое влияние за пределы ее союзнического блока.

Вашингтон вместе со своими союзниками определенно пытается изолировать «путинскую Россию». Отсюда и появился этот многоуровневый каскад гневных, бессмысленных, большей частью неэффективных и даже контрпродуктивных санкций. Случайно или намеренно, но накануне появления Путина и России «на мировой сцене» начались политические кампании с целью принизить их центральную роль в международных делах. Так, перед сочинской Олимпиадой 2014 года средства массовой информации начали запугивать гостей этого праздника спорта сообщениями о террористических и гомофобских атаках, которые обязательно произойдут на Олимпийских играх, а также о страшных несчастных случаях на спортивных объектах, которые неизбежны из-за коррупции при строительстве. (Ничего подобного не произошло.) Теперь же, когда приближается чемпионат мира по футболу, в США вполне предсказуемо появилась новая серия сообщений в СМИ о том, что с Россией надо обращаться как с государством-изгоем. Это история о покушении на убийство Сергея Скрипаля в Британии, официальная версия которой почти полностью развалилась, но лишь после того, как возникли серьезные дипломатические последствия. Это воскрешенные сообщения о том, будто Россия сбила малайзийский авиалайнер в небе над Украиной в 2014 году, хотя новых реальных доказательств так и не появилось. Это возрожденные злобные утверждения о «фашизме» Путина и России, причем СМИ ни слова не говорят об эпидемии антисемитизма и о вооруженных неонацистах на Украине, которая пользуется поддержкой США. Это известная статья в «Нью-Йорк Таймс», в которой прозвучало предупреждение о том, что «людям ЛГБТ» на чемпионате мира по футболу угрожает серьезная опасность.

Споры о том, в какой степени Россия изолирована (или не изолирована) на мировой арене, могут показаться пустяком, если оценивать те надвигающиеся угрозы, которые порождает новая холодная война. Но даже если оставить в стороне самонадеянное и дезориентирующее представление о том, будто Вашингтон и Лондон это «мировое сообщество», данные споры свидетельствуют об общей деградации американского мышления и риторики на тему геополитики и внешней политики США в ведущих средствах массовой информации и в политических кругах. (Конечно, за пределами медийного мейнстрима есть множество исключений, особенно в научных публикациях.) Генри Киссинджер как-то сказал: «Демонизация Владимира Путина — это не политика. Это оправдание отсутствия таковой». Штамп об «изолированном изгое» является составной частью такой демонизации. Но Киссинджер не совсем прав: в путинскую эпоху у Вашингтона все-таки есть политика в отношении России. Но это политика невежественная, неразумная и провальная.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 31 мая 2018 > № 2627135 Стивен Коэн


Россия > Агропром > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627074 Константин Бабкин

Страна уставших тракторов. Почему в России сельхозтехника работает на износ

Константин Бабкин

президент Ассоциации «Росспецмаш», совладелец Ростсельмаш

Производство сельскохозяйственной техники в России растет на протяжении пяти лет. Тем не менее на полях по-прежнему много устаревших машин, а политика государства по отношению к производителям остается непредсказуемой. Этим пользуются зарубежные поставщики, которые нашли эффективные методы вытеснения российских игроков с рынка

Совокупная стоимость выпускаемой отечественной сельхозтехники с 2013 по 2017 год увеличилась в три раза: с 35,5 млрд до 107,2 млрд рублей. Доля российских производителей на внутреннем рынке за этот же период выросла с 24% до 56%.

Это заметный и очень серьезный рост, причинами положительной динамики стали господдержка, а также улучшение качества машин и выпуск новых модельных линеек. Правда, ситуация с российской сельхозтехникой могла быть намного лучше. Нехватка реальных действий от федерального правительства в сочетании с очень дорогими кредитами привела к тому, что значительная часть сельхозтехники эксплуатируется больше и дольше, чем положено. Несмотря на все недавние успехи, Россия остается страной уставших тракторов с безнадежно устаревшими машинами на полях.

Как и почему выросли российские игроки

Увеличить объемы производства сельхозтехники в несколько раз удалось во многом благодаря постановлению правительства № 1432. Механизм начал действовать пять лет назад и был детально проработан: программа позволяет приобрести продукцию предприятий на 15-20% дешевле по сравнению с заводским ценником. Государство полностью компенсирует скидки производителям.

Программа очень быстро стала популярной у аграриев и производителей. Объемы приобретаемой техники по постановлению выросли в прошлом году по сравнению с 2013 годом в 34 раза — с 766 до 26 366 единиц. Число участников программы за эти пять лет увеличилось с 28 до 75 компаний.

Важно, что рассчитывать на такую поддержку могут только российские игроки. Дилеры и другие представители зарубежных производителей этой возможности лишены, так как в России они осуществляют так называемую «сборку», которая по сути является скрытым импортом и обычной предпродажной подготовкой иностранных машин.

В 2017 году на реализацию постановления № 1432 правительство направило 15,7 млрд рублей. На каждый выделенный рубль субсидии в бюджеты всех уровней вернулось 1,48 рубля налогов. Машиностроителям удалось добиться продления программы: на ее финансирование в текущем году предусмотрено 10 млрд рублей. Если бы этого не случилось, то заводы могли попасть в непростую ситуацию.

Со второй половины 2017 года начали резко падать цены на зерно. Причину нужно связывать не с рекордным урожаем, а с острой нехваткой мощностей для хранения и переработки продукции. Также своевременно на государственном уровне не были решены вопросы доставки зерна в порты. Нужно было заранее оценить, достаточно ли в регионах вагонов для того, чтобы в оптимальные сроки организовать транспортировку продукции. Этого не произошло, и аграриям пришлось продавать зерно за бесценок. Как следствие снизился платежеспособный спрос.

Ситуацию усугубил тот факт, что в начале этого года представители аграрного бизнеса из многих регионов не могли получить льготные кредиты на приобретение техники по линии Минсельхоза России. В банках у них часто просто не принимали документы или принимали, но деньги заемщику не поступали.

В результате в первом квартале 2018 года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в отрасли наблюдается разнонаправленная динамика роста. Так, производство зерноуборочных комбайнов упало на 19%, до 1150 единиц, плугов — на 11%, до 636 единиц, борон — на 24%, до 966 единиц. При этом выпуск кормоуборочных комбайнов увеличился на 46%, до 194 единиц, полноприводных сельскохозяйственных тракторов — на 0,5%, до 638 единиц, самоходных опрыскивателей-разбрасывателей — в 2,1 раза, до 126 единиц, машин для внесения минеральных удобрений — на 19%, до 247 единиц, косилок — на 37%, до 689 единиц, пресс-подборщиков — на 7,5%, до 444 единиц.

Согласно стратегии развития сельхозмашиностроения в России до 2030 года, рост производства отечественной сельхозтехники по итогам 2018 года должен составить 15%. Заводам и государству необходимо приложить все усилия, чтобы обеспечить этот показатель.

Сейчас у производителей сельхозтехники и их клиентов большая надежда на механизм льготного кредитования, который в этом году запустил Минпромторг России. По этой программе уже активно работают Сбербанк и ВТБ. Кредиты по ставкам не выше 5% можно будет получить на приобретение сельскохозяйственной, строительно-дорожной, коммунальной техники и пищевого оборудования. На эти цели в 2018 году выделено 2 млрд рублей.

О неравных условиях конкуренции

Конечно, если сравнивать сегодняшнюю ситуацию в сельхозмашиностроении с той, что была еще совсем недавно, то государство повернулось лицом к производителям. Но на деле политика по отношению к машиностроителям остается непредсказуемой — заводы каждый год гадают, каким будет размер поддержки, и вынуждены постоянно бороться за продление финансирования постановления № 1432. Постоянно растут стоимость сырья и тарифы на энергоресурсы, ужесточается налоговая политика, кредиты остаются запредельно дорогими. Эти и другие нерешенные проблемы приводят к созданию неравных условий конкуренции между российскими и зарубежными компаниями.

Ключевая ставка Центрального банка России составляет 7,25%. В США она не превышает 1,75%, в Канаде — 1,25%, в Еврозоне — 0%, в Японии она составляет минус 0,1%, в Швеции и вовсе минус 0,5%.

Преимуществ у зарубежных производителей перед российскими много. Приведу для сравнения Канаду, где у компании «Ростсельмаш» расположено свое производство. Там ставка налога на прибыль составляет 35%, но с учетом различных вычетов и льгот она фактически снижается до 16,7%, что на 3,3% меньше, чем в России. Цены на электроснабжение в Канаде в 1,5-2 раза ниже российских. И эта разница еще увеличится, так как тариф на электрическую мощность в России только в 2017 году вырос на 40% по сравнению с 2016-м. Дешевле в 1,5-2 раза в Канаде и грузоперевозки. Такие льготные условия характерны для многих стран, где производят сельхозтехнику. Но но не для России.

Не стоит забывать, что зарубежные компании получают поддержку и в нашей стране. Более 50 российских регионов тратят бюджетные средства на закупки иностранной техники. Субсидии на приобретение сельхозмашин в этих субъектах составляют порядка 8 млрд рублей в год. Такая же ситуация с льготными кредитами Минсельхоза России. Отечественные заводы из-за подобного распределения государственных средств теряют от 15% до 19% прибыли.

Всесторонняя и системная поддержка позволяет иностранным компаниям предоставлять своим клиентам на территории России льготные условия, для чего они привлекают собственные финансовые структуры. Существуют такие программы, по которым закупки зарубежной техники частично финансируются производителем и его лизинговой компанией; ставка при этом начинается от 1%. Нередко аграриям и вовсе предоставляется беспроцентная рассрочка.

На самом деле техники не хватает

Если говорить о модернизации отечественного АПК в целом, то ситуация пока непростая. Важно не останавливаться на достижении рекордных урожаев. По данным Минсельхоза России, количество тракторов и зерноуборочных комбайнов, работающих в полях, сократилось втрое по сравнению с 1990 годом. Площадь пашни стала меньше за 17 лет примерно на 12%. Таким образом, нагрузка на единицу техники выросла почти в три раза. К примеру, сейчас в среднем один зерноуборочный комбайн обрабатывает 800–900 га в сезон, тогда как по нормативам должен обрабатывать 300–350 га.

В России на 1000 га пашни приходится в среднем два трактора, в Германии — больше 60 тракторов, в США — 25, в Белоруссии — 9 тракторов. Две трети этих машин, как и комбайнов, что задействованы на наших полях, уже отработали более десяти лет. Получается, многие фермеры трудятся на технике, которую при такой нагрузке уже давно пора утилизировать. Итог: ежегодно они теряют 10-15% урожая.

Нормативный срок для большинства видов техники — 10 лет. Для тракторов он измеряется в моточасах (время работы двигателя) и составляет 8000 моточасов. В России эти сроки редко соблюдаются: техника либо быстрее выходит из оборота, либо ее всеми силами пытаются реанимировать, хотя состояние уже ненадлежащее.

Если говорить про отдельные сегменты потребителей, то в федеральных и региональных агрохолдингах после четырех-шести лет машина, как правило, вырабатывает весь ресурс. Там она должна в короткие сроки приносить прибыль, поэтому машину перегружают, выжимая максимум. В случае с рачительным фермером техника может проработать и 15 лет, но это скорее исключение из правил. В обоих случаях не важно, отечественная машина или зарубежная. Ведущие производители заботятся о качестве и постоянно улучшают продукт. Поэтому долговечность у российской и иностранной техники одинаковая: она зависит от нагрузки, соблюдения регламентов и нормативов по сервисному обслуживанию и эксплуатации.

Что касается рынка бывшей в употреблении иностранной техники, то он есть, но не так велик. Машины поступают в Россию в разном состоянии. В частности, в Европе нагрузка на тот же трактор или комбайн значительно ниже. Даже после использования они могут прослужить еще довольно долго при нормальной интенсивности работы. Попади эти машины в агрохолдинг, срок их службы существенно сократится.

Нередко в Россию поставляют сельскохозяйственный хлам. В сегменте полуприцепов массой свыше 10 тонн, к примеру, более 60% приходится на технику, которая полностью отслужила свой срок. Поэтому такой товар выгоднее продать за копейки, чем оплачивать утилизацию в европейских странах. В Россию также поставляют бывшие в употреблении тракторы, комбайны и другую технику в основном из стран Европейского союза, США, Канады и Китая.

Согласно данным Минсельхоза России, для полноценного обновления машинно-тракторного парка по основным видам техники потребуется более 1,6 трлн рублей. В следующие десять лет нужно приобретать ежегодно по 56 000 тракторов и по 16 000 зерноуборочных комбайнов. Объемы существенно превышают сегодняшние поставки.

Российские заводы готовы справиться с этой задачей. Однако уровень поддержки должен быть увеличен.

Для наглядности: на поддержку АПК в России в пересчете на евро в 2018 году выделяется около €3 млрд, а Евросоюз направляет на эти цели порядка €300 млрд. Поэтому не стоит удивляться, что наши фермеры гораздо беднее, чем европейские. Как следствие, выбывает сельхозмашин больше, чем поступает в хозяйства.

Исправить сложившуюся ситуацию можно с помощью значительного снижения ключевой ставки ЦБ, запрета на приобретение иностранной сельхозтехники в регионах за счет бюджетных средств, введения 50%-ной инвестиционной льготы по налогу на прибыль для стимулирования инвестиций в российское производство, ограничения роста цен на энергоресурсы и металл.

Часть этих мер приняты и успешно реализуются. Но важно решать проблему комплексно, только тогда мы сможем выровнять условия конкуренции между российскими и западными производителями сельхозтехники, заполнить полки в магазинах качественной отечественной продукцией и прекратить пахать землю на устаревших машинах.

Россия > Агропром > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627074 Константин Бабкин


Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627073 Тина Канделаки

Самые умные. Готово ли новое поколение к вызовам цифрового будущего

Тина Канделаки

Генеральный продюсер федерального спортивного телеканала «Матч ТВ»

Продюсер и общественный деятель Тина Канделаки за два месяца посетила 15 российских вузов и поговорила с более чем 7500 студентами. Она рассказала Forbes, как обстоят дела в российской высшей школе и что нам ждать от «нового и свободного» поколения, выросшего в «сытые» путинские годы

Прошло время, когда о профессии космонавта и летчика мечтал каждый школьник. Позади годы повального стремления стать юристами и экономистами. На рынке труда происходят заметные перемены: переход в цифровое общество уже стартовал. Переходные процессы в экономике определяют спрос на специалистов и популярность профессий. Впереди экономика умных городов, где многие процессы будут автоматизированы. Огромное количество людей встанут перед вопросом своей профнепригодности, точнее профневостребованности. Профессиональной элитой станут те, кто будет обслуживать автоматику и искусственный интеллект.

Немногим вузам удалось подхватить эту волну: в МФТИ создали бизнес-инкубаторы, в «Вышке» открыли телевизионные студии, а остальные делают лишь первые шаги в этом направлении. Современный студент вынужден вести мониторинг востребованности своей профессии от момента выбора вуза и до получения диплома. Иначе он просто останется не у дел в будущем. Понимает ли важность происходящего современная молодежь? Увы, нет.

Знак доверия

«Поколенческие» изменения мы привыкли называть проблемой «отцов и детей», но для современного поколения она уже не актуальна. Технологии изменили привычный ландшафт взаимодействия. Интернет уравнял новое поколение во вкусах, мейнстриме и актуальности. Фейса слушают все. Их кумиры — блогеры, вне зависимости от региона и университета. Они не смотрят телевизор, новости узнают через соцсети и от друзей. «Мои друзья говорят» — это знак доверия. Искренне не понимают, зачем надо блокировать мессенджеры и одинаково, что в Ярославле, что в Москве, удивляются, что человек в 40+ смотрит «Черное зеркало» и слушает Кендрика Ламара.

Я стараюсь как можно чаще встречаться со студентами. За два месяца мне удалось посетить 15 вузов: Ярославль, Рязань, Казань, Калининград, Москва, Калуга. Мне писали в соцсетях, и я приезжала. МГУ, МГИК, РГГУ, Сеченовский университет, МФТИ, РЭУ им Плеханова, НИУ ВШЭ, МГИМО, РУДН и другие — везде меня встречали абсолютные пассионарии. Мы оживленно говорили о важности цифровизации, популяризации спорта и здорового образа жизни. А вот политическое противостояние их не интересует совсем. Это поколение аполитично. Специалисты, которым предстоит жить в эпоху четвертой промышленной революции, не интересуются политикой. Как такое возможно?

А еще они не говорят о мотивации: как замотивировать себя сегодня, чтобы стать успешным профессионалом завтра. Все учат предметы и сдают сессии — двигаются по инерции. Но при этом все хотят построить успешную карьеру. Многие студенты не всегда правильно могут оценить перспективы своего трудоустройства. Они уверены, что достаточно выбрать популярную профессию, и успех гарантирован.

Потерянное поколение

При всех современных ресурсах — будь то интернет или бизнес-инкубаторы, у студентов нет понимания, куда идти и как применить свою кипучую энергию. Они не знают, на кого равняться, у них нет веры, что идея может воплотиться во что-то реальное, и нет понимания, где взять на все это деньги. Такое ощущение, что они ждут, как кто-то придет и объяснит последовательность действий, пристроит на работу, поставит конкретную задачу. О какой успешной карьере в таком случае может идти речь?

Все просто, как в песне «Градусов» «А ты? А ты? Кто ты?». Критическая степень мышления сегодняшнего студенчества превосходит наше поколение в разы, потому что они живут в открытом информационном обществе, где все меньше доверяют государственным СМИ и полностью формируют сами себе картину дня. Но именно из-за обилия информации, доступ к которой получили, они и не могут пока понять, что делать.

Чернышевский верил в победу алюминия, который он называл «металлом будущего». А сегодня никто не говорит, что и кто именно станет будущим для нашей страны. Никто не объясняет «как?» языком, понятным для молодых индивидуалистов, которые только через индивидуальное понимание успеха захотят коллективной победы нашей страны в гонке за лидерство в умном мире, где роботы будут обучать наших детей читать и писать и будет колонизирован Марс. Здесь духовные скрепы уже не работают, а новые никто не предложил.

Поможет ли исправить сложившуюся ситуацию возрождение «государственного заказа на профессии»? Как во времена СССР, когда объем и качество требующихся экономике специалистов доводились до сведения учебных заведений. К такому варианту я отношусь скептически. Основная причина — обилие частных вузов, которые самостоятельно решают, по каким направлениям вести подготовку специалистов. Не менее важный вопрос: чем привлечь будущих специалистов, например, инженеров, учителей, когда заведомо известно о низком финансовом обеспечении отраслей, в которых им придется работать?

В решении этой проблемы нет нужды изобретать велосипед. В ЕС уже более 15 лет действуют программы помощи молодежи. Все те негативные моменты, с которыми я столкнулась во время своей одиссеи по российским вузам, в той или иной степени известны и европейским странам. Современная интегрированная программа ЕС по работе с молодежью Erasmus+ действует с 2014 года и рассчитана до 2020 года. Ее бюджетное финансирование в размере примерно €16 млрд, возможно и скорее всего, недостижимый для нас сегодня уровень. Но главное, что в Европе уже много лет назад на государственном уровне озаботились возможностями студентов по устройству на работу и планомерно оказывают им в этом помощь. К тому же программа рассчитана на сотрудничество в области образования со странами вне ЕС.

Самый умный

Бесспорную пользу может принести личное участие в просвещении студенчества силами фигурантов российского списка Forbes. Нужно использовать опыт проведения мастер-классов с известными специалистами и профессионалами, нужна программа по встречам с успешными выпускниками вузов и меценатами, которые вкладывают в образование. Тот же Билл Гейтс, как поп-звезда, гастролирует по институтам и университетам вовсе не ради удовлетворения собственных амбиций.

Общение в рамках мастер-классов с лидерами бизнеса, личный пример успешно самореализовавшихся профессионалов своего дела, понимающих процессы, происходящие в экономике, укажет молодежи правильный ориентир в процессе получения образования. Топ-спикеры могут и должны потеснить героев рэп-культуры в умах студентов. Все мы заинтересованы в том, чтобы через 10-15 лет, когда миллениалы массово станут основным работающим поколением, могли обеспечить процветание экономики страны и наши с вами, к слову сказать, пенсии.

У нас по-прежнему не всем понятно, стоит ли стремиться стать лучшим в своей сфере деятельности, а слово «умный» все еще носит негативную коннотацию. Это именно мы говорим нашим детям при малейшем неподчинении: «Ты что, здесь самый умный?» Возможно, поэтому они вместо того, чтобы озаботиться поиском способов преуспеть в выбранном ремесле, занимаются другим. Пытаются понять, а надо ли быть «самым умным», если тебя потом обязательно попытаются заблокировать.

Кому нужны наши дети, если не нам самим? Перефразируя известное крылатое выражение, скажу: «Народ, который не хочет заниматься своими студентами, будет кормить чужую армию».

Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627073 Тина Канделаки


Россия > Образование, наука > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627010 Сергей Мясоедов

Человек нового поколения: чему надо учить современных студентов

Сергей Мясоедов

проректор, директор Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС

Мы должны чаще вспоминать, что университеты, профессора и исследователи существуют для студентов, а не наоборот

Классическая система университетского образования становится неактуальной. Студентам поколения Z все меньше хочется сидеть в аудитории и заниматься «наукой ради науки». Им интереснее накапливать практический опыт и по возможности не только в стенах alma mater. Современные технологии это позволяют. Но готовы ли сами университеты к таким переменам?

Сегодня, когда знания почти на 100 процентов обновляются каждые 5-6 лет, а в дальнейшем будут обновляться еще быстрее, традиционная вузовская парадигма профессионального образования, сложившаяся в XIX-XX веках, себя исчерпала. О том, что университетская система во всем мире не соответствует потребностям рынка и не удовлетворяет сегодняшних студентов, сейчас не говорит только ленивый.

На одной из последних конференций AACSB International (ассоциация университетских школ бизнеса) громом среди ясного неба прозвучало заявление о том, что некий университетский стартап под красивым названием «Университет Минерва», созданный в 2011 году, существующий исключительно в дистантной форме и преподающий все что угодно, если это востребовано на рынке, за последние пять лет «отъел» у американской университетской системы высшего образования почти 20% поступающих студентов.

А в 2016 году «Университет Минерва» пошел в атаку на Лигу плюща: Гарвард, Принстон, Йель и т. д. Вывел на рынок дистантные бакалаврские программы, где за четыре года обучения студенты обязаны объехать семь городов мира и поработать там над прикладными проектами. В этих программах нет теории, но много практики. Конкурс при поступлении на программу сразу достиг почти 60 человек на место. И это показательно.

Обычно у нас говорят, что новые вузы, тренинговые и консалтинговые компании, дающие практические знания и работающие как онлайн, так и офлайн, — это дешевое, низкокачественное обучение.

Но надо признать тот факт, что на смену поколениям X и Y приходит поколение Z. Мы можем сколько угодно сетовать и сокрушаться, но это поколение не любит бумажной книги, не склонно читать сложные тексты объемом больше 5-6 страниц. Оно мыслит дискретными образами из комиксов, крайне прагматично, склонно к гедонизму и стремится к интересной жизни. И мы должны чаще вспоминать, что университеты, профессора и исследователи существуют для студентов, а не наоборот.

И это новое поколение студентов хочет, чтобы знания, полученные ими в университете, помогали им лучше адаптироваться к изменяющимся требованиям рынка труда.

Что же нужно, чтобы эта волна новых требований и технологий, которая вот-вот придет в Россию и обрушится на наше образование, не стала для нас, как это уже бывало не раз, полной неожиданностью?

Традиционная модель университета слишком привыкла к неторопливой трансляции старых знаний, накопленных предшественниками; к занятию наукой во имя науки, вне связи с требованиями практики. Теперь же главной задачей вузов становится не дать глубокие знания, а научить студентов брать их самостоятельно. Научить студентов учиться.

Ускоряющиеся темпы технологических и экономических изменений должны будут породить ускоренные форматы обучения, при которых трансляция старых знаний почти полностью переместится из аудиторий в интернет; что пропорция между аудиторными и внеаудиторными занятиями радикально изменится в пользу последних, где студенты в рамках командных проектов станут работать над проблемами, актуальными для их будущих работодателей.

Недавнее исследование, проведенное AACSB вместе с консалтинговой компанией Deloitte, говорит о растущем разрыве в знаниях и навыках между выпускниками большинства вузов мира и потребностями крупнейших современных компаний. Оказывается, выпускникам современных вузов не хватает таких навыков, как способность к критическому мышлению, умение формулировать проблемы и решать их самостоятельно, а не по подсказке. Бизнес ожидает от молодых сотрудников уверенного владения новыми технологиями, умения работать в команде, быстро адаптироваться к переменам, обладать способностью работать в кризисных ситуациях. Ну и, конечно же, иметь хорошие профессиональные знания и навыки.

Характерно, что похожий список я видел 15 лет назад в интереснейшем исследовании, проведенном компанией «Норильский никель». В исследовании утверждалось, что вузовская система страны в целом обеспечивает весьма высокий профессиональный уровень выпускников. И основные сложности в их адаптации к практической работе связаны отнюдь не с отсутствием узкопрофессиональных знаний, а с неумением работать с людьми, брать на себя ответственность, самостоятельно и критически мыслить, принимать решения, наконец использовать полученные профессиональные знания на практике в нелинейных ситуациях.

Как следствие, полагаю, университеты должны перейти на более практически ориентированное обучение и шире использовать возможности технологий. А при формировании своих программ обучения активнее взаимодействовать с крупными корпорациями — потенциальными работодателями.

Хорошее высшее образование может опираться как на глубокое знание в области математики, так и на знание гуманитарных дисциплин без математики вообще. Важнее другое: приобретая навыки учиться, критически мыслить, участвовать в командной проектной работе, студенты обеспечивают себе возможность успешно реализоваться в самых разных областях.

Известно, что самые успешные карьеры в мире обычно делались «по зигзагу»: люди меняли места работы, нередко и профессии в среднем каждые 7-9 лет. Хорошее высшее образование дает знания и навыки для обучения в течение всей жизни, дает драйв и стремление искать свое новое, активное место в изменяющемся мире, найти его и состояться как яркая личность, чей талант и знания всегда востребованы обществом.

Россия > Образование, наука > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2627010 Сергей Мясоедов


Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2626983 Дмитрий Водчиц

Банкротство не поможет. Как спасти бизнес от претензий налоговой

Дмитрий Водчиц

руководитель налоговой практики компании КСК групп

В современной России каждый собственник бизнеса живет под постоянным прицелом налоговой. ФНС может доначислить сборы через много лет, и эти доначисления способны убить компанию. Последним средством защитить свой бизнес остался развод по суду

Защита личных активов беспокоит каждого предпринимателя. В то же время риски за последние два года выросли существенно. Это постоянный рост сумм налоговых доначислений, взыскание задолженности по налогам с аффилированных лиц, привлечение к субсидиарной ответственности фактических бенефициаров и возможность привлечения к субсидиарной ответственности за рамками банкротства.

Налоговая поощряет сотрудничество с правоохранительными органами в рамках проверок, что расширяет их инструментарий доказывания и поиска бенефициаров. В этих условиях бизнесмены пытаются снизить риски потери активов, но допускают применение инструментов защиты активов «по старинке», как раньше. Это больше не работает.

Что не так с прежними схемами

Еще три–пять лет назад достаточно было просто «отписать» актив детям. Самыми распространенными способами были сделки по продаже активов по заниженной цене или дарение, брачные контракты и соглашения о разделе имущества с супругом даже без развода. И это действительно существенно затрудняло взыскание со стороны кредиторов.

В июне 2015 года были приняты нормы о банкротстве физических лиц, и теперь все указанные инструменты не спасают должника. При банкротстве кредиторы без существенных проблем оспаривают сделки по выводу активов.

Например, оспариваются брачные контракты и соглашения о разделе имущества, заключенные без видимых на то причин после долгих лет брака. Часто подобные документы подписываются после возникновения финансовых проблем. Как правило, имущество делится неравноценно. Если один из супругов получил по соглашению больше другого, то такое соглашение скорее всего будет оспорено.

Аналогичная судьба ждет сделки по дарению или продаже по заниженной стоимости. Если должник перед банкротством продал по заниженной цене или подарил без реальной экономической цели активы, то его действия признаются недобросовестными, и сделка может быть оспорена.

Усугубляет ситуацию сохранение контроля над активом, то есть фактическое пользование объектом. Если помните, бизнесмен Пугачев по этому признаку был признан Высоким судом Лондона бенефициаром актива. В России подобная практика тоже имеется.

Новые крайности

Существуют ситуации, когда должники в преддверии банкротства продают активы по рыночной цене. Кредиторы оспаривают и такие сделки. Сбербанк по делу Мокрушина смог доказать, что, несмотря на рыночность цены по договору, сделка по продаже актива является притворной. Почему? Потому что у покупателя не было возможности оплатить актив. Просто покупатель не имел источника дохода на сумму сделки.

Вот оно: подтверждение источника в действии. Нет источника средств у покупателя — сделка может быть признана кредиторами притворной. Свидетельствуют о притворности также рассрочки платежа, отсутствие залогов со стороны займодавцев, продажа незадолго до банкротства и, конечно же, аффилированность продавца и покупателя.

В практике существуют и другие крайности. Один предприниматель перед банкротством продал по рыночной стоимости восемь коттеджей на $12 млн своему доверенному лицу. Кредиторы не смогли оспорить сделки. После завершения банкротства предприниматель решил вернуть свои коттеджи, но доверенное лицо «забыло» о договоренности и считало коттеджи своими. Такие истории не редкость.

В юридической практике существует термин «подушка безопасности». Это комплект документов, позволяющий сохранять контроль над активом при передаче его управляющему или доверенному лицу. Нет смысла погружаться в наполнение такой «подушки», это большой комплект документов. Залоги — лишь часть из них.

На настоящий момент закон о банкротстве дал богатый инструментарий кредиторам и существенно повысил степень защиты их прав. Но в практике существуют конструкции, которые кредиторы не могут признать притворными.

Бизнесменов спасет развод

Если соглашение о разделе имущества заключено у нотариуса, то такое соглашение при наличии указанных выше признаков кредиторы могут оспорить. Но нет примеров успешного оспаривания, если развод между супругами и раздел имущества утвердил суд. Существует несколько дел, когда финансовые управляющие оспаривали решения судов. Безуспешно.

Существуют догадки, что ряд известных предпринимателей уже использовали разводы для защиты своих активов. Действительно, чтобы забрать имущество у бывшей супруги, нужно признать решение суда о разводе и основания раздела имущества незаконными. При этом, как мы видим из существующих решений, суды по таким делам вообще не учитывают банкротные основания. Таким образом, единственный способ передачи активов должником, что не удается до сих пор оспорить кредиторами, — это развод и раздел имущества между супругами по суду.

Хочется сразу же предостеречь активных и предприимчивых людей от ошибок. Эта статья не является призывом или руководством к действию. В практике защиты активов супруги представляют высшую степень риска сами по себе. Поэтому всегда нужно помнить о последствиях фиктивного развода и риске предъявления уже реального иска со стороны супруга.

Очень часто (все зависит от величины активов) для защиты используют гибридные конструкции из доверенных лиц, трастов и «подушек безопасности». До сих пор российские кредиторы испытывают сложности при розыске имущества за границей или вскрытии трастов — пусть даже на бумаге автообмен информацией между странами уже стартовал.

Пока есть пример Пугачева, но этот пример выявил кучу ошибок самого бизнесмена при оформлении имущества в траст. Например, он сохранил пользование активами и юридический контроль над ними. Это признак фактического бенефициарного владения. При передаче имущества в траст необходимо внимательно и четко оформлять трастовую декларацию и выбирать протектора.

В качестве итога хотелось бы отметить, что в текущих реалиях какого-то простого и безопасного инструмента защиты активов не существует. Это всегда набор мер и инструментов, начиная от источника происхождения активов и заканчивая «подушкой безопасности». И вот тут возникает главная дилемма: не что делать, а как делать. Многие считают, что если они знают, что делать, то дело уже сделано. Но это не так. На практике существует много нюансов, для описания которых потребуется целая книга. Упаковывайте свои активы заранее, грамотно и не скупитесь на правовую безопасность.

Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 31 мая 2018 > № 2626983 Дмитрий Водчиц


Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 31 мая 2018 > № 2626812 Андрей Костин

«Правда сильнее доллара»

Интервью главы ВТБ Андрея Костина телеканалу CNBC

Чем обернутся введенные против него санкции для банка, как Москва относится к «грязным деньгам» российских бизнесменов, осевших в Лондоне, и почему России не стоит принимать меры «зуб за зуб», в интервью CNBC рассказал глава банка ВТБ Андрей Костин.

О личных санкциях в отношении себя

Сейчас никаких особых проблем я не вижу. Некоторые говорят, что в список я попал, потому что раздавал слишком много интервью ведущим американским телеканалам, таким как ваш. Конечно, это несправедливо. К примеру, в списке меня называют высокопоставленным государственным должностным лицом, каковым я, конечно же, не являюсь. Я председатель правления одного из ведущих коммерческих банков, акции которого торгуются на международных биржах. Разумеется, не имею отношения к упоминаемым «злонамеренным действиям», которые касаются Украины, хакерских атак, Сирии или подрыва американской демократии. Всё мировое банковское сообщество знает меня как банкира и, полагаю, относится ко мне с уважением. Я работаю в этой должности более 20 лет.

Но что произошло, то произошло. С момента введения санкций прошло чуть больше месяца, и это, наверное, недостаточно долгий срок, чтобы судить о том, какие последствия они будут иметь. Возможно, это обернётся ограничениями для американских банкиров или их представителей, желающих вести бизнес со мной. Что касается остальных, то я думаю, что это будут обычные деловые отношения.

О бизнесе ВТБ с санкционными компаниями

Наш бизнес с компаниями, которые недавно попали под санкции, составляет менее 2% наших активов. Конечно, это окажет определённое воздействие, но посмотрим, как вообще будут обстоять дела с санкциями, потому что ведутся дискуссии о том, что с некоторых компаний, включая «РУСАЛ», их могут снять. Поживём — увидим. Но на данный момент большой проблемы для нас это не представляет.

О заявлении Комитета британской Палаты общин по международным делам о том, что в экономике Великобритании циркулируют «грязные российские деньги».

В определённой степени я бы согласился с комитетом, но мне кажется, он выбрал не те объекты для критики. Были упомянуты компании, которые, к примеру, выходят на Лондонскую фондовую биржу и привлекают финансирование путем первичного размещения акций (IPO) или выпуска еврооблигаций. Это, пожалуй, самые чистые деньги, какие можно себе представить, ведь по ним проводится тщательная проверка с указанием всей необходимой информации - это международно-признанная процедура.

Да, «грязные деньги» в Лондоне есть, и должен сказать, некоторые люди, покинув Россию с «грязными деньгами», сейчас наслаждаются жизнью в Лондоне. В этом плане, наверное, необходимо расширять сотрудничество между Лондоном и Москвой с целью выявления этих денег. В России, например, никогда не было офшорных зон. Деньги уходили на Запад, и это было проблемой для российской экономики. Если британское правительство хочет пресекать такую практику, это можно лишь приветствовать. Но речь, конечно, идёт не о той области, о которой говорил комитет.

Об отношении на Западе к российским предпринимателям

Российские предприниматели всегда были своего рода связующим звеном между Россией и Западом, например, я считаю, они сделали много хорошего, как Абрамович, который приобрёл «Челси» и вывел команду на новый уровень. В Англии так много фанатов «Челси». А что будет, если завтра Абрамович скажет: «Визу мне не дают, так что «Челси» я закрываю», — что тогда будет? Британцы были бы очень разочарованы.

Если же Запад начнёт специально чинить препятствия российскому бизнесу, это решение негативно отразится на обеих сторонах. Таково моё личное мнение.

Ситуация такая, какая она есть. Нужно больше фокусироваться на России, как это сделали, к примеру, мы в ВТБ. Когда международная атмосфера стала неблагоприятной, мы начали активнее работать на внутреннем рынке. И, наверное, поэтому наши результаты стали лучше.

Об Олеге Дерипаске

Насколько я понимаю, господину Дерипаске в интересах компании нужно перестать быть основным акционером. Казначейство США заявило, что санкции не направлены против самой компании. Так что будем надеяться, что этот вопрос удастся решить, и «РУСАЛ», всемирно известная международная компания со значительной долей на рынке алюминия, продолжит свою работу. От этого выиграют все. Вы видели, как подорожал алюминий в сложившейся ситуации, а это плохо для потребителя.

Безусловно, мы не выдаём ему новые кредиты и не проводим каких-либо операций с «РУСАЛом» и другими его компаниями. Нам следует дождаться решения Управления Минфина США по контролю за иностранными активами. При этом мы очень надеемся, что проблема будет решена. Наш банк является крупным кредитором его компаний, и мы должны найти способ вернуть наши деньги.

О Трампе и США

Трамп сейчас подвергается большому давлению. Каждый день выясняются какие-то новые обстоятельства, и возникают новые проблемы. Спецпрокурор Роберт Мюллер обещал завершить так называемое «расследование по России» к первому сентября. Если оно действительно закончится к этому сроку, то, возможно, у Трампа возрастёт уверенность в собственных силах, и он сможет вести более конструктивную политику в отношении России. А возможно, и нет. Неизвестно. Мы не знаем, о чем он думает. Я с вами согласен: и Трамп, и посол США в Москве заявляли, что Трамп заинтересован в налаживании более конструктивных отношений с Россией. С другой стороны, в них нарастает напряжённость, и это касается не только экономических санкций, но и вопросов разоружения и других сфер.

Об угрозах миру

Сильнее экономических санкций меня тревожит то, что впервые, наверное, со времён Карибского кризиса люди - по крайней мере, в России, а возможно, и в Америке - начали сильнее ощущать угрозу Третьей мировой войны. По итогам соцопроса, недавно проведённого в России, 55% россиян считают, эта угроза реальна, причём из-за агрессивной политики США. Подобных настроений не было на протяжении нескольких десятилетий. Вопрос очень серьёзный, в чём-то это отражает нынешнее состояние международных отношений. В мире стало гораздо опаснее, и это вызывает большие опасения.

С другой стороны, санкции, может, и ослабили российскую экономику, но определённо укрепили единство и дух россиян — и, к сожалению, способствовали всплеску антиамериканских настроений в российском обществе. Россияне твёрдо убеждены: «Правда на нашей стороне. А правда сильнее доллара».

О правительстве и министрах

Они, на самом деле, продуктивно работают, если посмотреть на таких людей, как министр экономики, министр финансов. Это либерально мыслящие люди. На мой взгляд, за последние годы правительство проделало весьма хорошую работу.

О будущем санкций

Давайте подождём и посмотрим, что будет с санкциями. Я считаю, мы должны остановить санкции, мы должны повернуть этот процесс вспять. Вот почему у меня нет никакого желания мстить. Если быть откровенным, я советую своему правительству не принимать мер по принципу «зуб за зуб». Потому что я считаю, в какой-то момент мы должны остановиться, «зуб за зуб» — это нехорошо. Конечно, я не вижу сейчас развитие ситуации в таком благоприятном ключе, но я верю, что однажды американская элита, американский истеблишмент поймёт, что Россия совсем не враг Америке. И только путём сотрудничества мы можем сделать мир лучше для наших народов. Так что я надеюсь на это.

Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 31 мая 2018 > № 2626812 Андрей Костин


Россия. США > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 31 мая 2018 > № 2626810 Анатолий Аксаков

«Офшоры перестали быть тихой гаванью»

Аксаков: Госдеп хочет вытеснить Россию из Европы

Наталия Еремина

Что будет с офшорами через несколько лет, действительно ли США хотят бороться с отмыванием капитала, а также по какому пути должна идти пенсионная реформа, в интервью «Газете.Ru» рассказал глава финансового комитета Госдумы Анатолий Аксаков.

— По подсчетам экспертов, за счет возврата капитала, в частности, из офшоров российская экономика может вырасти на 1%. На ваш взгляд, ощущается ли уже возврат денег в Россию?

— Судить о том, что возврат капитала действительно идет, я могу лишь по косвенным признакам: в частности, приток капитала больше, чем обычно, а отток капитала меньше, чем обычно. Глава Сбербанка Герман Греф, который как раз на «финансовом хозяйстве сидит», сказал о том, что формирование вкладов из-за рубежа в его банке достаточно существенно увеличилось. Это признак того, что «некие лица начинают возвращать свои капиталы». В будущем мы почувствуем более существенный рост возврата капитала.

Закон об амнистии капитала начал действовать с 1 марта. Кроме того, действия наших зарубежных партнеров из других стран способствуют такому возврату, потому что начинают создавать проблемы российскому бизнесу. Также постоянно звучат заявления о возможной конфискации имущества и капиталов и о блокировке счетов. Конечно, это не радует тех, кто там держит имущество либо счета. И, очевидно, они ищут такие тихие гавани, где разместить средства, а лучшая гавань — это родина. Поэтому я рассчитываю на то, что довольно существенный возврат капиталов произойдет.

— Вы действительно считаете, что лучшая гавань — это родина? Во многих странах, в последнее время в Латвии и в Англии, серьезно ужесточили меры по раскрытию бенефициаров. Но не переориентируются ли россияне на другие офшоры?

— Сейчас уже многие страны, которые назывались офшорами, подписали соглашение с другими странами, в том числе и с Россией, о взаимной передаче информации о нерезидентах, которые имеют соответствующие счета в этих странах. В частности, Кипр, Лихтенштейн, Люксембург уже согласись раскрыться. Кстати, с Великобританией было подписано соглашение о том, что мы должны взаимно передавать соответствующую информацию. Поэтому говорить о том, что офшоры до сих пор остаются такой тихой гаванью, уже не приходится. И этот процесс будет продолжаться.

Я допускаю, что офшоры как анонимная сфера работы бизнесменов исчезнут.

Они просто будут предоставлять льготы налоговые и так далее. Но анонимность будет уходить. Поэтому все равно смысл теряется в них размещать средства. Одновременно и нам надо создавать реальные налоговые льготы, такие финансовые, экономические и юридические условия, которые бы создавали комфортные условия для работы в России.

— Какие это могут быть условия?

— Прежде всего, это стабильность правового режима: и налогового, и инвестиционного, и имущественного, и поменьше действий со стороны проверяющих, в том числе силовиков, которые пугают бизнес и выталкивают его из нашей страны.

— А если говорить о раскрытии юрисдикций, которые предоставляют нам информацию, то будет ли их количество в ближайшее время увеличиваться? За счет каких стран?

— В целом, уже больше чем 70 стран подписали с нами соглашения. Соответственно, ведущие страны практически все подписали эти меры. Соответственно, вопросы, связанные с офшорами в этих юрисдикциях, тоже уйдут в небытие. Такой процесс постоянно идет.

И я вижу только проблемы с Соединенными Штатами. Мы с ними фактически уже договорились о таком обмене. Но в последний момент американцы из-за своей санкционной политики отказались подписывать документ, они вообще не присоединились к многостороннему соглашению об обмене информацией.

Хотя сами везде шумят, кричат, призывают, что надо бороться с отмыванием капиталов, полученных преступным путем. Однако реальными действиями, к сожалению, не способствуют этому.

— Как вы считаете, в нынешних условиях с США вообще не удастся договориться?

— Действия американского истеблишмента не способствуют работе российского бизнеса на территории США. Скажем, принятие санкционных решений, в том числе и против такого крупного бизнеса, как у Виктора Вексельберга и Олега Дерипаски, дают сигнал к тому, что лучше российскому бизнесу не работать в США. Тем самым они фактически выталкивают наш бизнес из своей страны. И мы даже нуждаться в такой информации особенно и не будем.

— На прошедшем Петербурге форуме присутствовали американский посол и много представителей американского бизнеса. Сможет бизнес выстроить диалог? Какое у вас сложилось впечатление?

— Насколько я знаю, посол США Джон Хантсман ориентирован на конструктивное налаживание отношений между Россией и США. Я получал сигнал о том, что он хотел бы способствовать взаимоотношениям российского и американского бизнеса. Он человек популярный в Америке, известный, был кандидатом в президенты, конгрессменом, и, соответственно, к нему прислушиваются. Но не все в его власти.

Госдеп, к сожалению, пока действует по принципу чем хуже — тем лучше.

На мой взгляд, это как раз, в том числе, результат этой риторики антироссийской, которая после выборов раскрутилась.

Американский Госдеп хочет вытеснить Россию из Европы и создать ей экономические проблемы. Это стратегия продвижения американских экономических интересов, продажа энергоресурсов Европе, создание зон реализации американских товаров. Тем самым они считают, что решают свои экономические задачи.

Санкционная политика является не орудием политической борьбы уже, а орудием продвижения своих экономических интересов. И это больше всего беспокоит.

Потому что в долгосрочном плане, это, конечно, вредит самой Америке.

Если посмотреть, что происходит в нашей экономике в последнее время, то можно говорить и о пользе таких решений. Мы видим, что быстро начало развиваться импортозамещение, сельское хозяйство превращается в экспортера и мясной, и растениеводческой продукции. У нас появляются машиностроительные предприятия, которые были разрушены или полуразрушены в 90-е и 2000-е годы. То есть развивается и машиностроение, и производство оборудования и станков.

Цифровизация экономики — это тоже ответ на санкции. Потому что цифровизация помогает преодолеть все эти ограничения. Кстати, по Telegram мы видим, что очень трудно противостоять современным технологиям административными мерами. И очевидно, что, благодаря цифровым технологиям, которые быстро будут у нас развиваться в ближайшее время, мы сможем выйти на очень высокий качественный уровень экономики и при этом преодолеть все санкционные решения.

— Если вернуться к теме возврата капиталов на родину, то ряд российских инвесторов в ICO предпочитают размещаться не в России, потому что, по их словам, у нас не очень «положительное отношение» к ICO. Не получается ли, что мы сами выдавливает капитал из России?

— Я бы не сказал, что у нас отрицательное отношение к ICO. У нас либо никакое отношение, либо хорошее на самом деле. А плохое — оно у чиновников и просто связано с тем, что на ICO многие обжигаются, поскольку идет обман инвесторов. Ну, и самая главная причина такого восприятия — у нас нет законодательства. В июле я надеюсь, что мы примем законы о цифровых активах. Они начнут действовать, соответственно, со второй половины текущего года. Ну, и тема ICO сразу станет у нас одной из самых интересных.

Я просто ожидаю взрывного роста привлечения инвестиций через процедуру ICO в стартаповские проекты, проекты малого и среднего бизнеса. Причем в том же Крыму.

Крым, кстати, может благодаря ICO показать успешный опыт преодоления санкционных решений. Поскольку при ICO используются криптотехнологии, то многие анонимы смогут инвестировать в проекты, размещаемые через ICO на крымской инвестиционной платформе.

— Хотелось бы спросить вас как главу финансового комитета, каких судьбоносных законопроектов мы можем дождаться от комитета в этом году?

— Мы недавно приняли в первом чтении законопроект, который предусматривает снижение требований и количества проверок, проводимых в отношении бизнеса. То есть административные барьеры должны будут существенно снизиться. Одновременно идет работа по верификации, то есть по определению тех требований, которые зачастую являются излишними. Сократив количество требований, количество проверяющих, установив рискориентированный надзор, мы сможем смягчить административное бремя. А это будет такой стимул для того, чтобы бизнес активно работал, в том числе иностранный, в России.

Также мы запускаем реализацию идеи индивидуального пенсионного капитала (ИПК). Пенсионные накопления — источник для решения социальных проблем человека, когда он выходит на пенсию. У нас, к сожалению, эта тема плохо работает.

— Разговор об ИПК очень давно откладывается…

— Он откладывался в том числе из-за выборов, потому что мы боялись разворачивания спекуляций на эту тему перед выборами. И вместо конструктивного разговора могла произойти политизация этого спора. Сейчас мы уже фактически запустили дискуссию. 14-го июня будут большие парламентские слушания, посвященные этой теме. Я рассчитываю, что

до конца года мы примем закон, который введет индивидуальный пенсионный капитал (ИПК). И в результате у людей появится, с одной стороны, источник для решения проблем, когда они выйдут на пенсию, почувствуют себя социально благополучно, а с другой стороны, экономика получит длинный инвестиционный ресурс для реализации проектов.

— Если уж мы затронули тему ИПК, не могу не спросить, как вы относитесь к идее о повышении пенсионного возраста россиян?

— Я во фракции «Справедливая Россия». У нас достаточно жесткая позиция, касающаяся повышения пенсионного возраста. Я думаю, что эта тема приводит к очень серьезной дискуссии и непониманию, решит ли это проблему. Проблемы пенсионера могут быть решены не с помощью повышения возраста, а с помощью повышения производительности труда и роста доходов бюджета. Если не решим ключевые задачи, то до 100 лет что ли будем пенсионный возраст повышать?

Россия. США > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 31 мая 2018 > № 2626810 Анатолий Аксаков


Таджикистан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2018 > № 2625935 Дмитрий Медведев, Кохир Расулзода

Пресс-конференция Дмитрия Медведева и Кохира Расулзода

Из стенограммы:

К.Расулзода: Уважаемые представители средств массовой информации, дамы и господа!

Мы высоко оцениваем результаты официального визита Председателя Правительства Российской Федерации Дмитрия Анатольевича Медведева в Республику Таджикистан. В ходе переговоров, которые прошли в атмосфере дружбы и полного взаимопонимания, мы детально обсудили актуальные вопросы повестки дня наших двусторонних отношений, сверили позиции сторон по перспективам их дальнейшего развития.

Основу переговоров составляли вопросы экономического взаимодействия и его комплексного развития. В этом направлении мы условились наращивать совместные усилия по дальнейшему расширению экономической составляющей взаимоотношений, в том числе в рамках межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. В контексте рассмотрения ключевых направлений торгово-экономического сотрудничества двух стран была выражена взаимная заинтересованность в более полном использовании существующих возможностей для увеличения объёмов и оптимизации структуры товарооборота, совместной реализации конкретных экономически выгодных проектов. Было отмечено, что на сегодняшний день в Таджикистане зарегистрировано более 300 совместных предприятий с участием российских партнёров, которые осуществляют свою деятельность в таких важных отраслях, как гидроэнергетика, горнорудная промышленность, производство строительных материалов, сельское хозяйство, строительство, связь, лёгкая промышленность, финансовые услуги и, конечно, сфера торговли. Было заявлено, что стороны рассматривают сотрудничество в этих областях как одно из ключевых направлений взаимодействия своих государств.

Были также обсуждены вопросы, связанные с пребыванием таджикских трудовых мигрантов на территории Российской Федерации. Нами были намечены дальнейшие действия по рассмотрению и изучению вопросов, связанных с увеличением срока регистрации граждан Республики Таджикистан в Российской Федерации, упрощением требований и сроков для получения патента на осуществление трудовой деятельности. Была обсуждена тематика правового статуса членов семей трудовых мигрантов и студентов, обучающихся в вузах России.

Важное место в переговорах занимали вопросы углубления культурно-гуманитарного сотрудничества. Мы высказались за дальнейшее расширение отношений наших стран в областях науки и образования, культуры, информации и искусства. Стороны отметили важность проведения запланированных в 2018 году Дней культуры Таджикистана в Российской Федерации и Дней города Душанбе в Санкт-Петербурге.

По итогам переговоров было подписано три межведомственных документа, направленных на расширение двустороннего взаимодействия в области образования, антимонопольного регулирования, земельных ресурсов и кадастра. Мы пришли к мнению о необходимости наращивания нашего взаимодействия по этим и другим направлениям взаимовыгодного сотрудничества.

В заключение хотел бы подчеркнуть своё глубокое удовлетворение состоявшимися переговорами. Убеждён, что официальный визит Председателя Правительства дружественной России откроет новую страницу богатой истории отношений между двумя государствами.

Д.Медведев: Уважаемые представители средств массовой информации, только что завершились наши переговоры с Премьер-министром Таджикистана господином Кохиром Расулзода. Они прошли в доверительном, конструктивном ключе. И в очередной раз подтвердили, что наши страны связывают крепкие стратегические отношения. Мы подробно обсудили состояние и перспективы двусторонних отношений по всем ключевым вопросам, только что господин Премьер-министр об этом сказал. Это и гидроэнергетика, и сельское хозяйство, и миграция, и культура, и образование. Подписаны три соглашения, которые открывают новые перспективы сотрудничества в образовании, антимонопольной политике, геодезии.

Мы в целом отметили, что торгово-экономические отношения между нашими странами развиваются. В товарообороте доля нашей страны составляет практически четверть. Объём двусторонней торговли в прошлом году, может быть, рос не так, как мы хотели, о чём только что говорили с Президентом страны, но по итогам I квартала этого года отмечено его более зримое увеличение – почти на 20%. И эту тенденцию нужно обязательно закрепить. Я имею в виду такие области, как сельское хозяйство, торговля, поставки техники. Мы договорились о дальнейших шагах, которые могли бы поддержать развитие экспорта, активизировать работу по текущим проектам. Наш крупнейший проект на сегодня – это Сангтудинская ГЭС-1. Я хорошо помню, как мы почти 10 лет назад вместе с уважаемым Эмомали Шариповичем открывали эту станцию. Знаем, как для Таджикистана важен этот проект. Не менее важен он и для России, в него вложены знания наших специалистов, наши технологии, наши инвестиции. Поэтому в общих интересах обеспечить максимальную отдачу от его работы. В ходе переговоров мы на эту тему обменялись предложениями.

Расширяется культурно-гуманитарное сотрудничество. Российское высшее образование неизменно востребовано в Таджикистане. На текущий учебный год для республики выделено 618 государственных стипендий.

В местных школах применяются российские образовательные программы, стандарты. Соглашения, которые были подписаны, открывают новые перспективы. Мы продолжим направлять в ведущие школы республики преподавателей из нашей страны. С 1 сентября этого года здесь будет работать уже более 50 учителей по различным предметам. Эта инициатива была несколько лет назад предложена и сейчас получила массу положительных откликов.

Нынешний год насыщен и культурными событиями. Сейчас проходит Год культуры в СНГ. Запланированы показы на театральной сцене, неделя российского кино, музейные гастроли, а осенью в Москве и Санкт-Петербурге пройдут Дни культуры Таджикистана.

В заключение хочу ещё раз поблагодарить Президента страны Эмомали Шариповича Рахмона и моего коллегу Премьер-министра господина Расулзода за рабочую атмосферу и те результаты, которые мы вместе рассматриваем как весьма успешные.

Таджикистан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2018 > № 2625935 Дмитрий Медведев, Кохир Расулзода


Россия. СЗФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 31 мая 2018 > № 2625930 Андрей Никитин

Рабочая встреча с губернатором Новгородской области Андреем Никитиным.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Новгородской области Андреем Никитиным. Обсуждалась социально-экономическая ситуация в регионе.

В.Путин: Андрей Сергеевич, вопрос традиционный – о ситуации в Новгородской области.

А.Никитин: Хотел доложить о некоторых результатах, Владимир Владимирович. Самое первое – то, на что Вы обращали внимание, дороги. На момент начала работы у нас нормальных дорог было 26 процентов. Благодаря Вашей поддержке на конец года было 35 процентов. Мы рассчитываем, что будет 42 процента по итогам этого года.

В.Путин: У Вас написано в 2019 году 42 процента.

А.Никитин: Это на 1 января 2019 года, то есть в 2019 году будет 42 процента в любом случае.

Конечно, значимый вопрос – это смертность. Сегодня у нас достаточно высокий показатель по смертности на дорогах. Он не соответствует майскому указу, поэтому для нас это будет, наверное, основной задачей на ближайшие несколько лет.

В.Путин: Снижение небольшое есть?

А.Никитин: Есть, но нам надо серьезно заниматься трассой М10 и региональными дорогами, потому что это все ограждения, скоростной режим.

По экономике мы растем. У нас 105 процентов роста промышленного производства. Мы растем по частным инвестициям, где-то на 7 миллиардов в этом году.

Что приятно, у нас растет экспорт. Мы достаточно неплохо поработали с Российским экспортным центром. У нас порядка 40 новых предприятий задумалось и вышло на экспортные рынки, это средний бизнес. Конечно, для нас это крайне интересно. Мы находимся рядом с портами, дорогами. Все это создает правильную экономическую задачу.

В.Путин: Какие в основном продукты? Что экспортируется?

А.Никитин: Например, из такого простого – у нас находится единственный в стране завод ИКЕА. Магазина ИКЕА у нас нет, поскольку слишком маленький регион, а завод производит продукцию для Москвы, Санкт-Петербурга и Бразилии.

Двери начали экспортировать, у нас есть прекрасный завод по дверям. Продукты питания пошли на экспорт. Мы с японцами договариваемся, находимся в финале сертификации нашей сельхозпродукции. Вытяжки из облепихи, масла растительные выводим на японский рынок. Работа идет достаточно активная.

В прошлом году нас поддержало Правительство, мы открыли особую зону, и сегодня там уже практически вся она заполнена потенциальными инвесторами.

По особой зоне, которую мы хотим рядом с Новгородом создать, на Госсовете по промышленной политике мы это обсуждали, с Минэком находимся в работе, всю площадку, уже понимаем, кем будем заполнять. Это добавит, я думаю, где-то 40–50 миллиардов инвестиций суммарно в ближайшие несколько лет, то есть сопоставимо с текущим годовым объемом.

И конечно, мы понимаем, что на внешних инвесторов ориентироваться не всегда правильно, поэтому мы перестроили свое законодательство по поддержке инвесторов так, чтобы стимулировать существующие предприятия и модернизировать производство.

В.Путин: Нам в принципе какая разница, это иностранный инвестор или наш отечественный? Если инвестируют, надо создать благоприятные условия для всех.

А.Никитин: Но мы выросли в рейтинге АСИ, были 53-е, стали 29-е. Конечно, еще не призовое место, но уже где-то ближе к хорошему. Мне важно, чтобы у нас производительность росла, поэтому в принципе с этого года, благодаря тем изменениям, которые мы сделали, у нас почти все существующие предприятия запустили программу модернизации. И это позволит нам достаточно серьезно добавить с точки зрения качества и с точки зрения экспортного потенциала.

И конечно, у нас есть две инновации: мы отдаем в районы налоги с малого бизнеса, чтобы главы районов понимали, что малый бизнес нужно защищать. Договорились, что если предприятия, которые в районе расположены, свой головной офис возвращают из Москвы, из Петербурга в район, то 80 процентов дополнительных налогов, которые я получаю в регион, я отдаю в район. Несколько предприятий этим уже воспользовались. Это очень здорово, потому что у них там люди работают, и эти деньги идут на садики, на дома культуры, где-то на дороги. И предприятие понимает, собственник, что не просто куда-то налоги платит, он их платит на улучшение жизни своих же сотрудников. И жители района тоже понимают, что экономическое развитие не абстрактными какими-то цифрами исчисляется, а понятными для них рабочими местами.

Хотел Вас поблагодарить за поддержку в прошлом году.

В.Путин: Из Резервного фонда?

А.Никитин: Да. Практически все районы области получили эту поддержку, понемножку. Мы где-то отремонтировали школы, спортивные залы, где-то отремонтировали садики, где-то больницы, где-то дома престарелых. Где-то люди не видели ремонта много лет. Это очень важная была история. Спасибо Вам огромное. Для ряда районов это был очень серьезный скачок вперед с точки зрения качества жизни.

В.Путин: Если люди увидели, то это как раз является нашей целью.

А.Никитин: Считаем очень важными вопросы молодежи, вопросы воспитания молодежи. Здесь несколько направлений.

Во-первых, конечно, это современное образование, кванториум. У нас он открыт. Мы понимаем, что это дело довольно дорогое, не всегда в районах это получается сделать. Но на базе кванториума мы создаем выездные миникванториумы в школах, возрождаем кружки инженерной направленности, которые были в советское время. Рассчитываем, что где-то 20 процентов детей возраста 8–14 у нас попадут в эти кружки, все, кто захочет.

Из ярких, интересных вещей – Морской центр капитана Варухина. Вы его удостоили звания Почетный наставник, был подписан указ. Это единственный детский морской клуб с кораблями, который сохранился в стране.

И вот совместно с АСИ, совместно с [директором направления «Молодые профессионалы»] Дмитрием Песковым мы там делаем кружковый центр национальной технологической инициативы по беспилотным морским судам. То есть центр, который существует 60 лет, попал в самую современную перспективную историю.

По физкультуре и спорту. Моей задачей в прошлом году было ввести в эксплуатацию все, что строилось десятилетиями. Мы это сделали. У меня один только ФОК осталось достроить (он недели через две будет достроен) из тех, которые были долгостроями.

Дальше моя задача – это, конечно, вовлечение людей в спорт, это открытые площадки. Мы сделали проект «Будь в спорте». У нас в районах, на площадях проводятся зарядки, известные новгородские люди проводят какие-то тренировки. Рассчитываем, что мы эти показатели по спорту перевыполним.

В.Путин: Охват населения какой планируете обеспечить? Тех, кто занимается физической культурой и спортом?

А.Никитин: Мы хотим, чтобы около 60 процентов было. Плюс у нас еще пенсионеры очень активные, они активное долголетие развивают. Это скандинавская ходьба, доступ в плавательные бассейны. Мы, в общем-то, стараемся никому не отказывать, стараемся максимально активный спорт развивать.

В.Путин: 60 процентов – это хорошие показатели. К какому году?

А.Никитин: Я думаю, что где-то к 2021-му, к 2022-му мы можем на это выйти. Даже немножко пораньше выполнить те показатели, которые в указе заложены.

В.Путин: Хорошо.

А.Никитин: Занимаемся городской средой, в принципе, как и вся страна. У нас есть одна из важных проблем, что в городе нет современных набережных. Коллеги из «Стрелки» нам такую набережную спроектировали, Правительство обещало поддержать. И я думаю, что мы начнем ее строить в одном из значимых мест, там, где у нас театр находится, Кремль.

Россия. СЗФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 31 мая 2018 > № 2625930 Андрей Никитин


Россия. Весь мир. СЗФО > Таможня. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > customs.ru, 31 мая 2018 > № 2625928 Владимир Булавин

Интервью руководителя ФТС России Владимира Булавина «Основная задача в работе с tax free - создание конкурентной продукции».

Глава Федеральной таможенной службы РФ на полях ПМЭФ-2018 рассказал ТАСС о том, сколько поддельных сувениров с символикой ЧМ-2018 удалось задержать с начала года и что нужно сделать, чтобы система tax free приносила доходы в бюджет

- Владимир Иванович, с чем Федеральная таможенная служба приехала на ПМЭФ-2018? Какие вопросы повестки форума были наиболее актуальны для таможни?

- Мы приехали на Питерский международный экономический форум в первую очередь для того, чтобы пообщаться и послушать мнения участников внешней экономической деятельности, крупных иностранных инвесторов о работе таможни в целом и по отдельным направлениям. Также на форуме мы транслировали бизнесу свое мнение о состоянии дел в таможенной сфере, о перспективах развития нашего с ним диалога.

Контракты на форуме мы не заключали, но была проведена контрактная подготовка - мы ознакомились с достижениями отдельных иностранных компаний в области цифровых технологий, создания информационных систем. Мы рассматриваем возможность получить в будущем доступ к этим информационным ресурсам. В частности, очень актуальным вопросом является вопрос определения таможенной стоимости. Мы целенаправленно изучаем наработки по этому вопросу в разных странах мира.

В рамках ПМЭФ-2018 мы провели встречу с одним из крупнейших международных агентств финансовой информации "Рейтер". Не исключаю возможности в дальнейшем выйти с ними на контракт, чтобы использовать их информационные возможности в российском таможенном деле.

- В каких сессиях форума вы приняли участие? Какие вопросы удалось осветить, узнать мнение участников ВЭД?

- На одной из площадок форума мы обсудили международную координацию противодействия незаконному обороту промышленной продукции. Вопрос для нашей страны крайне актуален. Мы все в повседневной жизни, к сожалению, еще наблюдаем на прилавках наших магазинов, торговых сетей достаточно много контрафактных изделий.

Естественно, возникает вопрос, как с этим явлением бороться. Мы считаем, что в первую очередь необходимо межведомственное взаимодействие Федеральной таможенной службы со всеми надзирающими контрольными органами, с правоохранительными ведомствами, со спецслужбами. Также важна координация с нашими зарубежными коллегами. Если говорить о внутреннем взаимодействии, то сейчас ФТС России активно взаимодействует со многими федеральными ведомствами с использованием цифровых технологий. Мы имеем доступ к информационным ресурсам 32 ведомств и ежегодно формируем 20 млн запросов к их информационным ресурсам. Это запросы по различным разрешительным документам, сертификатам соответствия, сертификатам качества и так далее.

Нужно отметить, что наши информационные системы достаточно развиты, ежедневно в них формируется несколько десятков миллионов различного рода сообщений. По большому счету, когда говорят о возможности обработки больших данных (big data), нас эта тематика тоже напрямую касается.

- Какие технологии сегодня использует таможня для работы по выявлению контрафактной продукции?

- В работе по противодействию контрафактной продукции мы вышли на новый уровень. Создали электронный реестр объектов интеллектуальной собственности, в котором сейчас почти 5000 различных товарных знаков, подлежащих защите. Если срабатывает система рисков, мы устанавливаем контакт с правообладателями прямо из информационной системы - из личного кабинета участника внешней экономической деятельности - и принимаем совместное решение, является ли эта партия контрафактной или нет.

- Насколько быстро проходит такое взаимодействие - от обращения к правообладателю до принятия решения по конкретной партии?

- Все зависит от того, как быстро правообладатель откликается на наш запрос. До выяснения всех обстоятельств товар остается на таможне, так как имеются признаки контрафакта. У нас срабатывает соответствующий профиль риска, и таможенник не имеет права выпустить партию до тех пор, пока не внесет ясность - является ли эта партия контрафактной или нет.

В 2017 году мы выявили 10 млн единиц таких товаров с признаками контрафакта. В 2018 году эта цифра уже около 6 млн. Тенденция к увеличению, вероятно, пошла из-за того, что мы стали напрямую работать с правообладателями и подтянули их к этой проблеме. Правда, некоторые из них очень спокойно относятся к возможным фактам контрафакта, не откликаются на наш запрос. Но это единичные случаи.

- Сколько контрафактных товаров, выпущенных к чемпионату мира по футболу - 2018, удалось обнаружить в прошлом году?

- Мы выявили 250 тыс. товаров с признаками контрафакта, которые относятся к категории товаров для чемпионата мира по футболу, с товарными знаками FIFA. И эта работа продолжается. В этом году тоже есть подобные выявления на уровне 280 тыс. В большинстве случаев это сувенирная продукция - футболки, бейсболки - с логотипами FIFA, произведенная в Китае.

- Каким образом, через какие каналы вы доносите свою позицию по вопросам контрафакта до бизнеса? Как взаимодействуете с производителями, с торговыми сетями?

- Мы поддерживаем и развиваем наш диалог с бизнесом и в рамках Общественного совета, и в рамках Экспертно-консультативного совета при ФТС России. Таким образом мы видим полную картину, которая складывается на нашем рынке. Исходя из этого, таможня выделяет самые актуальные в сфере борьбы с контрафактом направления. Сейчас нас интересуют такие группы товаров, как брендовая одежда, ювелирные изделия и изделия из табака.

- По каким каналам поступает основная часть контрафакта в сфере брендовой продукции?

- Речь идет не только о контрафакте, но и о незаконном обороте товаров. И это понятие более широкое, чем контрафакт. Но для нас единая задача в этой сфере - борьба с недостоверным декларированием. Например, какое-то время назад таможенными и правоохранительными органами были выявлены каналы ввоза текстильной продукции, задекларированной на таможне в качестве ниток для занижения пошлины. Если говорить про географию, то брендовая одежда - это прежде всего европейское направление, ювелирные изделия - Турция, Азербайджан, Испания. Проблемы с табачными изделиями приходят к нам в основном из Белоруссии.

Но в целом подчеркну, что вся система таможенных органов выстроена в направлении противодействия незаконному обороту промышленной продукции - таможенное оформление, правоохранительный блок, система управления рисками, система категорирования и т.д. Например, в прошлом году мы в Прибалтике одномоментно выявили партии незадекларированных товаров общим весом 4,5 тыс. тонн, в этом году - 3 тыс. тонн на Дальнем Востоке. В перспективе развитие цифровой среды, в том числе в таможенной сфере, должно привести к тому, что каждое появление в торговых сетях товара, не прошедшего маркировку и выпадающего из системы прослеживания, будет оставлять цифровой след. И им будут заниматься соответствующие контролирующие, надзирающие органы, в том числе и ФТС.

- Каким образом выстраивается в вопросах контрафактной продукции взаимодействие с таможенными органами других стран?

- В настоящее время Федеральная таможенная служба поддерживает контакты различного уровня взаимодействия почти с 70 таможенными администрациями. Это включает и информационный обмен, и проведение различного рода экспериментов. Например, таких, как взаимное признание результатов таможенного контроля, обмен снимками инспекционно-досмотровых комплексов (ИДК).

Мы с нашими китайскими коллегами заключили соглашение о взаимной настройке системы управления рисками. В ФТС России достаточно успешно внедрен риск-ориентированный подход. Однако однозначно сказать, что мы существенным образом продвинулись в нашем международном сотрудничестве по направлению противодействия незаконному обороту промышленной продукции, я пока не могу.

По вполне понятным причинам у нас возникли сложности в общении с нашими коллегами из стран Евросоюза, как с учетом санкций, введенных против России, так и наших ответных санкций. В частности, в Евросоюзе есть директива, запрещающая передавать государственным органам РФ какую-либо информацию с той стороны. А любое взаимодействие, конечно же, начинается с информационного обмена.

- Насколько это затрудняет работу российской таможни по международному направлению?

- Европейские коллеги охотно предоставляют нам информацию в отношении российских декларантов, физических лиц, но менее охотно - в отношении своих резидентов. Наше взаимодействие с иностранными партнерами отлаживалось на протяжении нескольких лет и сейчас работает достаточно устойчиво.

- Сохраняет ли сегодня актуальность вопрос с ввозом в Россию подсанкционной продукции, например, из Европы?

- Проблема заключается в том, что у нас фактически нет границ с Белоруссией и Казахстаном. И когда бизнес использует возможности выпуска товарных партий в Казахстане и Белоруссии, у нас возникают проблемы, как пресечь поступление подсанкционной продукции через эти каналы на рынок РФ. Мы создали таможенные мобильные группы, оснастили и укомплектовали - была проведена большая работа. Группы действуют на российско-белорусском (10 мобильных групп), российско-казахстанском (21 мобильная группа), российско-грузинском (4 мобильные группы) участках границы.

Ситуация на российско-казахстанском направлении осложняется тем, что там действует так называемое товароизъятие. Казахстан присоединялся к ВТО на особых условиях и взял на себя обязательства ввозить отдельные группы товаров (около 3 тыс. наименований) по ставкам ниже, чем в Евразийском экономическом союзе, но с обязательством использовать эти товары только у себя на территории. Понятно, что для бизнеса это большой соблазн, и этот товаропоток идет к нам. Таким образом, мы вынуждены также заниматься проблемой товароизъятия.

По результатам работы за 2017 год мобильные группы изъяли из оборота по разным основаниям около 41 тыс. тонн продукции. Порядка 8 тыс. тонн из общего объема было уничтожено, а около 32 тыс. возвращено на сопредельные территории, остальная часть - задержана. Кроме этого, мы начали работать на крупных торговых площадках и на трассах федерального значения. Изначально предполагали, что удастся сдержать этот поток на границе, но правонарушители перешли практически на партизанские методы работы. Например, прорубают по лесам специальные дороги. ФТС вынуждена использовать возможности беспилотной авиации Росгвардии для того, чтобы отслеживать развитие ситуации с воздуха.

- Сколько беспилотников Росгвардии сегодня работает с этими целями для ФТС?

- Они работают не на постоянной основе, но мы проводим отдельные акции. Во время проведения операций, бывает, происходит утечка информации. В результате в Белоруссии выстраиваются очереди из автопоездов по несколько сот штук.

- Успешно ли прошел запуск в пилотном режиме системы tax free?

- Пока система запущена в шести городах, к чемпионату мира по футболу это будет уже 11 городов. Первый этап работы tax free проходит в ручном режиме. Должностное лицо таможни ставит оттиск своей номерной печати на специальном чеке tax free, который потом уходит оператору для выдачи и возврата НДС и для того, чтобы налоговая инспекция могла сориентировать с продажей.

В дальнейшем мы планируем наладить электронный информационный обмен между ФТС, уполномоченным оператором tax free и ФНС. Это произойдет к концу 2018 года. Говорить о первых результатах и объемах возмещения пока рано. По нашим оценкам, через систему будет проходить прежде всего сувенирная продукция и продукция наших народных художественных промыслов. Основная задача, как мне видится, не оформить tax free, а создать конкурентоспособную продукцию, которую бы покупали у нас, а не за рубежом.

- Сейчас активно обсуждается тема расширения товарных групп, подлежащих обязательной цифровой маркировке. На ваш взгляд, какие товары должны войти в этот перечень?

- Важно разделить систему маркировки и систему прослеживания. Федеральная таможенная служба совместно с ФНС России к концу года планирует завершить работу по созданию системы прослеживаемости товаров - от таможенного выпуска до контрольно-кассовых аппаратов. Это необходимо для того, чтобы проследить всю цепочку и сравнить, что мы выпустили и что было продано и в каком количестве. Эта система в режиме эксперимента будет запущена уже к концу этого года. Действительно, есть порядка десяти товаров, по которым будет проводиться этот пилотный проект. Сейчас номенклатура этих товаров согласовывается, чтобы включить их в эксперимент.

Что касается маркировки, то мы успешно провели эксперимент по маркировке изделий из меха и кожи. У нас произошло обеление рынка, увеличение таможенных платежей почти в два раза. Сейчас идет эксперимент по маркировке лекарственных изделий, табачных изделий. И с июня будет запущен эксперимент по маркировке ювелирных изделий. На наш взгляд, основная проблема, которая может возникнуть, - это множество различных систем маркировок. Их должно быть немного, в идеале - одна, для того чтобы потом самим не запутаться.

Россия. Весь мир. СЗФО > Таможня. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > customs.ru, 31 мая 2018 > № 2625928 Владимир Булавин


Россия > Недвижимость, строительство > bfm.ru, 30 мая 2018 > № 2636411 Павел Брызгалов

Павел Брызгалов: «Со стандартами надо работать творчески»

На Третьем Международном форуме «Среда для жизни» в Калининграде разговоры, в основном, шли о настоящем и будущем жилищного строительства в России — неслучайно форум так и назывался: «Все о жилье»

Разговоры эти очень даже своевременны — отрасль переживает кардинальную смену всего, от руководства до законодательства. Поэтому присутствующие с особым вниманием прислушивались к каждому заявлению главы ДОМ.РФ Александра Плутника и заместителя главы Минстроя Никиты Стасишина, к каждой статистической выкладке исполнительного директора московского Фонда «Институт развития города» Татьяны Полиди, к каждому рассказу коллег о новых девелоперских и градостроительных подходах, к каждому предложению иностранных гостей форума (а среди них были знаменитые американцы Джеффри Морган — старший консультант по развитию в MBL Housing and Development Inc. и Эллиот Эйзенберг — доктор экономических наук, эксперт по жилью и рынку недвижимости, а также соавтор плана Большого Парижа, основатель архбюро MVRDV, звездный Вини Маас).

Однако и те, кто не примерял на себя роль спикера, готовы поделиться своим мнением по поводу высказанных в Калининграде идей и своим видением дальнейшего развития событий на жилищном рынке. Некоторые из вопросов, которые активно обсуждались на форуме, BFM.ru задал директору по стратегическому развитию финансово-строительной корпорации «Лидер» Павлу Брызгалову.

По определению игроков рынка, сегодня общая логика девелоперского бизнеса «Хочешь более высокое качество — плати больше денег». А модель, к которой надо стремиться девелоперам, и которую приветствует современный потребитель — «Качество вверх, а себестоимость вниз». Но что мы должны подразумевать под словом «качество»?

Павел Брызгалов: Сама постановка проблемы мне кажется древней как мир: все всегда хотят побольше, и в идеале — бесплатно. Если говорить о себестоимости, то за нее отвечает девелопер; потребителю же себестоимость неизвестна, он видит некую добавленную стоимость, которую ему предлагают и которую он, понятное дело, хотел бы уменьшить, чтобы купить подешевле. Поэтому трудно назвать все это новым трендом, скорее — вечным. Другое дело, что еще совсем недавно люди стремились взять побольше «голой» площади, и за одни и те же деньги квартира в 40 кв. м по определению считалась лучшим приобретением, чем квартира в 30 «квадратов». А сейчас, как показывает практика нашей компании, да и большинства наших коллег, покупатели начали ценить не один только метраж. Многие уже понимают: лучше взять поменьше, да получше — либо в более приятном месте, либо в проекте с более развитой инфраструктурой, либо квартиру с хорошей отделкой. Словом, потратить деньги не на пространство, а именно на качество жизни. И тут задача девелопера — создав во многих отношениях привлекательный, конкурентоспособный жилой комплекс, разработать такие финансовые программы, которые удовлетворили бы покупателя с точки зрения соотношения цена/качество — причем, я говорю как о «программах массового спроса», так и об узких, сугубо индивидуальных решениях. Например, именно так мы подходим к ценообразованию во флагманских проектах нашей компании — UP-кварталах, покупая квартиры в которых клиенты получают качество и сервис на уровне бизнес-класса. При этом, например, в UP-квартале «Сколковский» у покупателей будет возможность отводить детей в муниципальную школу, которая располагается на территории комплекса. Поэтому — да, модель, о которой Вы спрашивали, вполне действенна, если под себестоимостью понимать не цену строительства как такового, а ценность всех составляющих проекта в целом.

Еще один вопрос, активно обсуждавшийся в Калининграде — разработка новых, современных нормативов для стандартного жилья. А насколько это нужно девелоперскому сообществу? Насколько ему помогает?

Павел Брызгалов: Безусловно, это вносит определенный порядок: появляются стандарты, которые являются либо обязательными, либо рекомендованными. И если ты хочешь быть, что называется, в рынке, ты должен их придерживаться. К тому же, судя по заявлениям Минстроя, как только будут утверждены новые нормативы стандартного жилья, девелоперы, которые станут строить в соответствии с этими стандартами, будут получать субсидии на создание социальной инфраструктуры — а это тоже мощный стимул и мощный аргумент «за». И вообще стандарт упрощает для девелопера поиск той «отметки min», ниже которой он не может опускаться, чтобы соответствовать хотя бы современным государственным требованиям (хотя, на самом деле, гостребования у нас в стране достаточно высокие, не говоря уж о требованиях покупателя). А дальше все зависит от твоей бизнес-модели: работаешь, что называется, в сегменте low-cost — можно брать за основу качественный, продуманный, но минимум; хочешь быть лучше — четко понимаешь, чем и как твой проект может выгодно отличаться от стандартного варианта. С этой точки зрения стандарты — они всегда на пользу.

Конечно, на форуме много говорили о стоящей перед стройкомплексом задаче в обозримом будущем выйти на ежегодное строительство 12 млн кв. м жилья — то есть, вырасти в 1,5 раза, что возможно только на базе индустриального домостроения. С другой стороны, мы все настойчивее требуем от девелоперов индивидуальных, неповторимых, эксклюзивных в части архитектурных и планировочных решений проектов, которые создавали бы настоящий «городской коллаж» и при этом учитывали бы все разнообразие потребительских запросов. Как Вы думаете, возможно ли совместить выполнение этих двух задач?

Павел Брызгалов: Начнем с того, что выполнение первой задачи сильно «размазано» по всей огромной территории нашей страны. Если говорить об эпицентрах девелоперской активности — все понимают, какие это точки на карте. Но в них из предполагаемых 120 млн кв. м будет строиться… ну сколько — 20, 30 процентов? А все остальное — это более мелкие города, во многих из которых индустриальное строительство отсутствует в принципе, как класс. В таких местах никакого конфликта между наращиванием объемов и сохранением индивидуальности архитектурно-планировочных решений нет и не будет… Там скорее встанет проблема ограниченности ресурсной базы и архитектурной мысли — ведь не каждая компания и даже не каждый город может позволить себе «выписать» московского, питерского или иностранного архитектора. Скорее всего, работать будут местные команды, и хорошо, если анонсированная недавно образовательная программа АРХИТЕКТОРЫ.РФ сможет им помочь. Впрочем, то, что мы видим сегодня на конкурсах и архитектурных форумах, очень радует: региональные бюро подчас представляют просто классные работы, и столичным девелоперам есть что у них подсмотреть и чему поучиться.

А вот если говорить про крупные центры, про города-миллионники, то тут проблема «объем-неповторимость» уже сейчас стоит в полный рост. Мощностей для индустриального строительства здесь довольно много, вопрос активной модернизации заводов и ДСК, на самом деле, остается открытым — многие в процессе, а то и в самом начале пути. Поэтому то индустриальное жилье, даже от передовых девелоперов, которое мы видим сегодня — оно все достаточно однообразно с точки зрения объемно-планировочных решений. По сути, индивидуальность часто сводится к цветовым решениям фасадов, что кардинально задачу не решает. И проблема усугубляется тем, о чем мы уже говорили — стандартизацией городского пространства, унификацией требований к городской среде. Получается, что требования, вроде бы, сами по себе хороши и правильны, но вопрос — насколько формально они будут выполняться. У меня есть серьезные опасения, что в итоге мы будем снова и снова повторять историю, описанную в «Иронии судьбы», только речь уже будет идти не о доме-подъезде-квартире, а еще и о том, насколько одинаково выглядит улица, бульвар или площадь. Необходимо, чтобы все как можно быстрее поняли: со стандартами надо работать творчески. Нельзя слепо штамповать проекты, следуя указаниям сверху — матрицу нужно менять.

Дельный совет. Раз уж упомянули тему создания комфортной среды — что это определение значит конкретно для ФСК «Лидер»?

Павел Брызгалов: Я бы сказал, что для нашей компании это философский вопрос, который лежит в основе идеологии и нашего основного продукта — UP-кварталов и других проектов, которые мы строим в столичном регионе, в Петербурге и других регионах. Если говорить конкретно про UP-кварталы, этот формат появился в Подмосковье, на прилегающих ко МКАД территориях. UP-кварталы расположены очень близко к городской инфраструктуре (например, «Новое Тушино» находится менее, чем в 1 км от Москвы), но отчасти все-таки в «чистом поле»; поэтому там комфортная среда создается на базе подхода «город в городе» — когда внутри жилого комплекса есть все ежедневно необходимое. А если тебе нужно чуть-чуть больше, без труда можно добраться до любого места в Москве — доехать, а то и дойти пешком. Но, повторю, в рамках комплексной застройки все ежедневно необходимое у людей есть, что гарантирует очень высокий уровень комфорта проживания.

Что же касается наших столичных проектов, то в них мы опираемся на уже существующую в ближайшем окружении инфраструктуру; наша основная цель — добавить то, чего не хватает. Допустим, если проект расположен рядом с крупным культурным центром, то внутри мы будем делать упор, например, на ЗОЖ и спортивные составляющие: фитнес-клуб, SPA-центр, спортивные площадки и так далее — то, чего в шаговой доступности мало или вообще нет. Мы всегда пытаемся мягко интегрироваться в городскую среду и немножечко ее улучшить. Судя по отзывам покупателей — получается.

Интеграция — вообще «наше» понятие. Скажем, в благоустройстве мы всегда стремимся интегрировать наши решения, чтобы они существовали не сами по себе, а подчеркивали генеральную идею, главную архитектурную мысль комплекса. Тем более что последние наши проекты, например, UP-кварталы «Римский» и «Скандинавский», выходят в формате авторской архитектуры, индивидуальных решений. Так что создание комфортной среды переходит для нас в разряд художественного творчества.

Сейчас много говорится о том, что нужно как можно активнее вовлекать население в организацию городской среды, в принятие градостроительных решений и так далее. На калининградском форуме, когда зашел разговор об участии в этой работе жителей, прозвучала формулировка: «Из их окон виднее, что нужно городу». Вы согласны? И как ФСК «Лидер» изучает мнение состоявшихся и потенциальных покупателей?

Павел Брызгалов: Когда мы думали, как формировать и развивать наш продукт, долго решали — от чего же оттолкнуться? Понятно, что идеально было бы оттолкнуться от мнения потребителя, но как это правильно сделать? Мы изучили зарубежные практики — там описывались различные способы, вплоть до формирования мобильных комьюнити-центров, в которых на примере макетов и проектных материалов обсуждались конкретные решения, вплоть до дизайна какой-нибудь скамейки в парке. Но все подобные примеры — работа муниципалитетов, нам как коммерческой организации, сложно повторить этот опыт в полном объеме. (Хотя, посетив один из форумов, посвященный вопросам благоустройства, я понял, что в целом в России сегодня используется именно такой подход.) Но мы движемся примерно в том же направлении: проводим глубинные исследования, мини-интервью, на их основе приступаем к экспериментам той или иной направленности и внедряем какие-то новые решения, потом изучаем мнение потребителей — понравилось ли им решение, удобно ли оно, востребовано ли. Бывает так, что сама по себе идея неплоха, но не очень впечатлила реализация — тогда, используя обратную связь, мы делаем перенастройку продукта, а потом снова его тестируем… В частности, именно так в наших проектах появилась тема «Квартира с отделкой и мебелью»: покупатели подсказали и поначалу мы внедрили эту опцию в нашем московском ЖК «Поколение», а потом распространили на другие наши проекты.

И теперь, насколько я знаю, процент покупателей, которые хотят только отделку, и процент тех, кто претендует на отделку плюс мебель, сравнялся…

Павел Брызгалов: Да! Причем произошло это довольно быстро, буквально за несколько месяцев. Так что сейчас мы глубоко погрузились в работу с этим продуктом — отбираем новых поставщиков, разрабатываем новые варианты расстановки мебели, потому что все мебельные комплекты уже привязываются к конкретным планировкам в наших домах. Так что видите — все вроде и стандартизировано, и в то же время индивидуально. И никакого противоречия!

Валерия Мозганова

Россия > Недвижимость, строительство > bfm.ru, 30 мая 2018 > № 2636411 Павел Брызгалов


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 мая 2018 > № 2631341 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на Международном научно-экспертном форуме «Примаковские чтения», Москва, 30 мая 2018 года

Уважаемый Александр Александрович,

Коллеги, друзья,

Дамы и господа,

Я признателен за новую возможность выступить на Международном форуме имени выдающегося российского государственного, научного и общественного деятеля академика Е.М.Примакова. Для меня это, по-настоящему, большая честь. Считаю Евгения Максимовича, с которым работал во второй половине 1990-х гг. в Министерстве иностранных дел, своим старшим товарищем и учителем, как, наверное, и большинство тех, кто с ним когда-либо общался.

Проведение нынешней представительной конференции под эгидой одного из ведущих российских академических институтов – ИМЭМО, тоже носящего имя Е.М.Примакова, – стало доброй традицией. «Примаковские чтения» зарекомендовали себя как площадка серьезного диалога авторитетных специалистов о наиболее актуальных проблемах международной политики и мировой экономики.

Сегодня нет недостатка в броских формулировках, с помощью которых политики, эксперты, ученые стремятся определить существо момента в международных отношениях. Говорят о кризисе «либерального мирового порядка» и наступлении «постзападной» эпохи, о «горячем мире» и о «новой холодной войне». Это обилие формул само по себе свидетельствует об отсутствии, наверное, пока единого понимания происходящего. А также – о весьма динамичном и противоречивом состоянии системы международных отношений, которое трудно охарактеризовать, по крайней мере, на данном этапе, одной звонкой фразой. Возможно, лучше других с этой задачей справились авторы сквозной темы нынешних «Примаковских чтений» «Риски нестабильного миропорядка», не по-академически дерзко объединившие в ней одновременно и «нестабильность», и «порядок».

Очевидно, что мировая система проходит испытание на прочность. Сталкиваются разнонаправленные тенденции. Прежде всего, это глобализация, о которой мы уже долгое время говорим. Она способствовала новому витку экономического и технологического развития, усилила взаимосвязанность, потребность в совместных подходах, чтобы сообща справляться с вызовами времени. Другой объективной характеристикой современного мира является укрепление в нем полицентричных начал, цивилизационного многообразия, в основе которого – национальная, культурная идентичность и суверенитет. Два этих процесса сегодня принимают форму нездоровой конкуренции, соперничества прежних и сложившихся новых центров экономического развития и связанного с ним политического влияния. При этом линии размежевания проходят не только между странами, но и внутри государств, претендующих на образ самых успешных. В угоду ложной политкорректности подавляются права граждан на собственную историческую идентичность. Демократии превращаются в заложников меньшинств, отрицающих интересы большинства. Технологическая революция переиначивает традиционные уклады обществ. Прежняя капиталистическая модель постоянного повышения благополучия сегодня не оправдывает своих обещаний.

На фоне обострения этих противоречий сужается пространство конструктивного международного сотрудничества. Входят в привычку односторонние действия, разрушающие общепризнанные правила и девальвирующие коллективные договоренности. Как сказал Президент России В.В.Путин, выступая на ПМЭФ-2018, «правилом становится игра без правил». Инструментализируется силовой потенциал в его различных ипостасях, в том числе в экономическом и информационном измерении. Видим уже даже не угрозы применения силы (кстати, запрещенные Уставом ООН), а прямое, ничем не оправданное и необоснованное ее использование – для достижения сиюминутных, конъюнктурных интересов под откровенно выдуманными, смехотворными предлогами. Продолжаются практика вмешательства извне в дела независимых государств, призывы к смене законных правительств и попытки повлиять различными методами на внутренние процессы других государств. Наработанные столетиями традиции межгосударственного взаимодействия, культура дипломатического диалога, поиска компромиссов, подменяются стремлением любой ценой ущемить оппонента, доказать свое превосходство, используя методы беспардонного давления «на своих и на чужих».

Когда подорвано доверие, отброшены устоявшиеся нормы и правила – возрастают риски неконтролируемой эскалации. А современные технологии снижают психологический порог применения оружия массового поражения. Война представляется компьютерной игрой, видеокартинкой на экране монитора. Рождается иллюзия, что силовой сценарий можно удержать в рамках локального «кинетического действия». И вот уже принимаются стратегии кардинального повышения роли ядерного оружия, совершенствуются ядерно-оружейные комплексы, строятся планы на космическое и киберпространство. Все это может иметь фатальные последствия для всей планеты. Вспоминаются апокалиптические прогнозы 1980-х гг. прошлого века о «ядерной зиме». Она, по счастью, не наступила. Хотя наступила «арабская весна», которая через череду трагических событий тоже обострила проблему ОМУ. Имею в виду выход США из СВПД по ИЯП в расчете на организацию тотальной конфронтации с Тегераном, да и множество инсценированных ситуаций с якобы применением химоружия Правительством Сирии в русле линии Запада на смену режима в Дамаске.

Прискорбно, что подобные откровенные спекуляции на тему ООН ради достижения узкокорыстных геополитических целей лишь искусственно обостряют и без того критическую ситуацию в сфере распространения ОМУ и обеспечения стратегической стабильности.

Едва ли сегодня нужно всерьез меряться размерами красных кнопок, вновь тестировать пределы решимости друг друга, приближая мир к опасной черте.

Очевидно, что крупные державы, обладающие арсеналами ядерного оружия и средств его доставки, несут особую ответственность за поддержание глобальной стратегической стабильности. Именно поэтому Президент России В.В.Путин в Послании Федеральному Собранию еще раз призвал партнеров сесть за стол переговоров и вместе подумать над обновленной, перспективной системой международной безопасности и устойчивого развития цивилизации.

Мы готовы к честной взаимоуважительной работе со всеми, кто искренне верит не просто в баланс сил, а в согласованную многостороннюю политику на основе общности интересов, международного права, совместное мирное будущее, развитие и процветание всего человечества. Именно такие подходы позволят наиболее полно реализовать, не отступаясь от их сути, суверенные приоритеты всех участвующих в подобном взаимодействии стран и народов.

Попытки искусственно исключить, волюнтаристски обойти или выдавить кого-либо на периферию процесса, решить все вопросы в узкой группе государств – заведомо непродуктивны, а в долгосрочном плане –ущербны для самих инициаторов. История мировой политики знает тому немало примеров. Один из наиболее поучительных связан с войной 1853-1856 гг., ознаменовавшей, как известно, окончательный распад т.н. «Венской системы» в Европе. Российская Империя тогда уступила в Крымской кампании и была оттеснена, как казалось победителям, на обочину европейской политики. Эти негативные для нашей страны последствия спустя не столь продолжительное время были преодолены, большая заслуга в чем принадлежала канцлеру А.М.Горчакову. А вот европейское равновесие без России оказалось серьезно нарушено, что во многом положило начало деструктивным тенденциям на континенте, приведшим к Первой мировой войне.

Вглядываясь в прошлое, мы не должны упускать из виду будущее. Присутствующие в этом зале специалисты в сфере стратегического прогнозирования согласятся, что при всех технологических достижениях, при всем совершенствовании аналитических методик мы все же пока не получили в свое распоряжение того «хрустального шара», который позволял бы в точности увидеть ожидающее нас впереди. И если честно, это даже хорошо. Будущее делается сейчас. Мы сами формируем его своими ожиданиями, своими планами, задумками, и, главное, своими ежедневными делами, направленными на их реализацию.

У нас нет других рецептов того, как добиваться долгосрочного, устойчивого урегулирования наиболее острых современных международных кризисов, кроме кропотливой работы на основе многосторонних подходов и международного права, вовлечения всех заинтересованных участников и, прежде всего, собственно сторон того или иного конфликта. Идет ли речь о ядерной проблеме Корейского полуострова или СВПД, внутреннем конфликте на Украине или войне с терроризмом в Сирии – вновь и вновь убеждаемся, что ультиматумы и силовое давление, навязанное извне, в том числе через принуждение неприемлемы и обречены на неуспех. Как обречены и попытки взвинчивать ставки – в стиле вестернов и сериалов про звездные войны. Возможно, подобные методы ведения дел эффективны в бизнесе, но в современных международных отношениях «эскалация ради деэскалации» порождает серьезнейшие риски.

Искать компромиссы и взаимоприемлемые развязки, формировать совместное понимание, взращивать ростки доверия – очень непросто, особенно там, где земля разворочена снарядами и обильно полита человеческой кровью. Позитивный результат отнюдь не гарантирован. Но иного пути нет, если мы действительно хотим добиться прочного урегулирования конфликтов и справедливого демократического мироустройства.

Чтобы уверенно стоять на ногах в сегодняшнем сложном и противоречивом, динамично меняющемся мире, нужно быть не только крепким и сильным, но и открытым для сотрудничества с другими, для всего нового, что позволит успешно справляться с вызовами современности. В одиночку даже самые передовые страны этого сделать не смогут. Приоритетом внешней политики России, наряду с обеспечением национального суверенитета, безопасности и развития, выступает содействие устойчивому поступательному прогрессу страны в интересах повышения уровня жизни граждан. Эту задачу мы решаем на путях выстраивания прагматичного взаимовыгодного сотрудничества, экономической и хозяйственной интеграции с нашими союзниками и партнерами через сопряжение крупных, ииновационных проектов, создание широких пространств взаимодействия, современной инфраструктуры, цифровых коммуникаций и транспортных коридоров.

В основе такой совместной работы лежит сходное видение международных процессов, принципов межгосударственного общения и организации мирового сообщества – на прочной правовой основе, в интересах всех его членов при соблюдении их суверенитета и коренных национальных интересов. Эти подходы разделяют наши евразийские союзники, члены ОДКБ, ЕАЭС, СНГ, участники таких новых форматов, как ШОС и БРИКС.

Особым примером может служить всеобъемлющее стратегическое партнерство России с КНР, а также стратегическое российско-индийское партнерство, сотрудничество с государствами АСЕАН. В последнее время заметно активизировались и связи с Японией, Южной Кореей. Все это вписывается в любимое политологами понятие «разворот России на Восток», хотя речь идет о естественном для нашей страны, с ее огромными просторами и уникальным геополитическим положением, включении в развитие одного из самых динамичных регионов мира.

Именно Е.М.Примакову принадлежит авторство концепции многополярности, зародыш которой он видел в выстраивании треугольника РИК, который позволил бы создать не конфронтационный, а объективный балансир западному доминированию. И сегодня, когда РИК дал старт объединению БРИКС, когда в «двадцатке» «БРИКС плюс» уравновешивает «семерку» и стимулирует выработку общеприемлемых подходов к мировой экономике, финансам, а в перспективе – и к мировой политике, это величайшее наследие примаковской мысли раскрывается в полной мере.

Россия остается открытой для взаимовыгодного сотрудничества со всеми, в том числе с европейскими, американскими партнерами. Об этом на днях шла речь на Петербургском международном экономическом форуме. Как показывает жизнь, у нас много общих интересов как в хозяйственной сфере, так и в области мировой политики. Главное – договариваться по-честному, взаимоуважительно и равноправно.

Спасибо за внимание. Готов ответить на ваши вопросы.

Вопрос: Одна из панелей на «Примаковских чтениях» называлась «Новая биполярность: миф или реальность». Три года назад в нашем прогнозе будущего миропорядка, сделанном совместно с Атлантическим советом, биполярность была одним из возможных сценариев, что, как мы оценили, не является лучшее перспективой. Прошедшее с тех пор время, последние события, особенно включение России, КНР и Ирана в санкционные списки, на мой взгляд, закладывает камни в основу новой биполярности, в рамках которой с одной стороны будут, скажем, Россия, КНР и Иран, а с другой – США и их союзники по НАТО. Как Вы относитесь к этому сценарию?

С.В.Лавров: Не думаю, что он оптимальный для всего человечества, да и для самих участников этих раскладов. Я завершил своё вступительное слово отсылкой к опыту «двадцатки», которая была создана давно, но в 2010 г. стала собираться на саммиты. До этого она работала на министерском и экспертном уровнях. Все участники этого процесса согласились с тем, что в рамках «Группы двадцати» надо решать принципиальные вопросы, договариваться о компромиссах, прежде всего по мировым экономическим и финансовым проблемам. Было понимание, что затем эти компромиссы уже будут переводиться на международно-правовой язык в рамках группы Всемирного банка, МВФ. Конечно, у них не всегда получается договариваться, однако это гораздо лучше, чем отсутствие такого механизма, поскольку в нём собраны те самые протагонисты, о которых Вы сказали. Да, там нет Ирана, но понятно, что члены БРИКС, в частности, Россия, Китай, Индия, отражают интересы тех стран, возможности которых пока ещё несильно отражены в мировых структурах.

Постепенно в «двадцатке» стали появляться внешнеполитические темы. В этом году, когда «Группа двадцати» собиралась в Аргентине, происходило то же самое. Думаю, что процессы «политизации» повестки дня «двадцатки» при сохранении, конечно же, приоритетности финансово-экономической тематики будут развиваться всё активнее. Такая политизация (в хорошем смысле) «Группы двадцати» во многом будет компенсировать ожидания тех, кто хотел бы напрямую участвовать в принятии решений в СБ ООН, но пока такой возможности лишён. Это сложная проблема, но если коротко, то вижу выход из многих проблем через согласие, о том, что в «двадцатке» можно искать компромиссы без лишнего шума, дискуссий в залах СБ ООН и ГА ООН, а потом выработанные договорённости без потери лица кого бы то ни было оформлялись бы с участием всех остальных членов мирового сообщества. Это не должно восприниматься как неуважение к тем, кто не входит в «двадцатку». Я убежден, что подавляющее большинство из этих стран с колоссальным облегчением вздохнёт, узнав о том, что в «двадцатке» достигнуты те или иные договорённости.

Вопрос: Один европейский наблюдатель по вопросам внешней политики сравнил Президента США Д.Трампа с обезьяной, которая катится на велосипеде. Он пояснил: не надо спрашивать обезьяну, куда она едет. Она просто одета в человеческую одежду, крутит педали и куда-то едет. При всей неполиткорректности этого образа, не кажется ли Вам, что манера нынешнего Президента США, его нелинейность, волюнтаризм (Вы уже привели в пример его личное решение по поводу разрыва иранской сделки) сделали мир ещё более волатильным, нестабильным, что это создает дополнительные проблемы в том числе и нашему государству?

С.В.Лавров: Нас называют медведем, тоже говорят, что медведи катаются на велосипедах и даже мотоциклах. Если говорить о сути вопроса, отклоняясь, конечно, от образов, то упомяну уже приведённую цитату Президента России В.В.Путина, который сказал, что правилом становится игра без правил. Это не может, конечно, обнадёживать, но мы имеем дело с лидером, которого избрал народ крупнейшей мировой державы. При всей непредсказуемости, порой зигзагообразности линии, которую продвигает Вашингтон, с ним надо работать, и мы к этому открыты. По целому ряду направлений, не слишком большому, но тем не менее контакты поддерживаются. Мы – за то, чтобы они расширялись.

Безусловно, мы должны учитывать, что на внешнюю политику Вашингтона влияет огромное количество факторов, актёров (почему-то их называют «акторами»), причём далеко не всегда в одном направлении, но очень часто в прямо противоположном. Колоссальная доля внешнеполитических решений в Вашингтоне принимается с оглядкой на внутриполитическую ситуацию, и чем ближе промежуточные выборы, тем больше это будет проявляться. Наверное, лучше было бы иметь более предсказуемые виды на американскую внешнюю политику, но реальность есть реальность.

Вопрос: На фоне разногласий Европейского союза и США по трём ключевым проблемам – иранской ядерной сделке, Сектору Газа и торговой войне между этими полюсами мира – как Вы думаете, есть ли сейчас тренд в сторону сближения России и ЕС, особенно учитывая, что недавно в России побывали лидеры ЕС – Президент Франции Э.Макрон и Канцлер Германии А.Меркель?

С.В.Лавров: Я бы говорил не о сближении, а о нормализации отношений. Все, наверное, убеждались много раз в жизни, быту, международных делах, что, когда ты решаешь сделать ставку на кого-то одного, а от всех остальных либо отвернуться либо ими пренебрегать, либо наказывать их за нечто, что тебе самому не нравится, тогда ты сокращаешь своё пространство для устойчивого продвижения интересов, для манёвра.

Я почувствовал на Петербургском форуме, как и многие обозреватели (читал в наших СМИ оценки зарубежных гостей), осознание необходимости не обижаться друг на друга, но стараться понять мотивы действий каждого участника мирового общения. Надо решать вопросы в прямом диалоге, а не заявлять о том, что они – за сотрудничество с Россией, как только Россия выполнит все их требования: выполнит Минские договорённости, освободит Крым, заставит Президента Сирии Б.Асада пойти на политическое урегулирование и т.п. На каком-то этапе добавлялось и требование, чтобы Председатель Госсовета КНДР Ким Чен Ын вёл себя «правильно». Много других сюжетов прямо публично использовались для того, чтобы потребовать от нас преодоления всех этих проблем.

Так, конечно не получится. Думаю, что умные люди это понимают. Они осознают, что, если есть вопросы, то надо садиться и разговаривать, а не заявлять, что мы виноваты, потому что «хайли-лайкли». При этом Великобритания, которая выходит из Евросоюза, чудесным образом сумела убедить почти весь ЕС выслать российских дипломатов на основании только «большой вероятности», как они сами говорят, а на самом деле – на основании отсутствия каких-либо фактов (напомню, что расследование до сих пор не завершено). По такой же модели начинают действовать и наши голландские коллеги, объявляя на пресс-конференции, что у них тоже «хайли-лайкли», что всё это сделала Россия, и требуя от нас только одного – чтобы мы сказали, что это наша воинская часть, система «Бук» и больше ничего. При этом все наши вклады в это расследование, которое опять-таки далеко не завершено, отвергаются. Они объявили то, о чем говорили еще в 2014 г., но решили сделать это публично, думаю, в контексте их собственных размышлений о предстоящих в России крупных международных мероприятиях – есть такое желание подпортить настроение. Однако это попытки с негодными средствами.

Объявив, что это лишь промежуточный вывод, Австралия и Нидерланды тут же написали нам ноту с требованием начать с нами переговоры о размере компенсации семьям погибших. Как это можно воспринимать? С такими подходами хотят нормально общаться? Думаю, что манерам тоже нужно учиться. Я упоминал об утере многими культуры дипломатии, и это печально, это заразительная вещь: голословные обвинения по Скрипалям (потом, дескать, будем расследовать), малайзийский «Боинг» (мы знаем, что это сделала Россия, но будем расследовать, а потом всё расскажем), использование химических веществ под Дамаском в городе Дума (это, мол, сделал Б.Асад, расследование надо проводить, но пока оно ещё не началось, мы его немножко разбомбим), очередная трагедия вчера в Киеве, где журналист А.Бабченко был застрелен в подъезде собственного дома. Премьер-министр Украины уже заявляет о том, что это сделали российские спецслужбы, хотя расследование ещё не начиналось.

Эта мода, которую задают авторы такого рода ведения международных дел, очень печальна, но, как видите, многие её подхватывают, особенно те, кто, как наши украинские соседи, пользуются полной безнаказанностью со стороны своих западных кураторов и абсолютно игнорируют их советы о том, как наводить порядок у себя дома, потому что знают, что Украина нужна западным кураторам для того, чтобы продвигать русофобские взгляды и всячески создавать неудобные для нашей страны ситуации. Кто знает историю, должны понимать, что всё это бесполезно и бессмысленно.

Вопрос (перевод с английского): Вы справедливо говорили, что Крымская война была тем моментом, когда Россию вытолкнули из Европы. Это имело серьёзные последствия в реорганизации континента и было одним из факторов, который привёл сначала ко Франко-прусской войне, а затем к Первой мировой войне. Многие во Франции не хотят отталкивать Россию от Европы. Президент Франции Э.Макрон на днях в Санкт-Петербурге как раз говорил об обратном, о том, что Россия неизбежно является частью Европы. У нас есть проблема – это Украина. Нам нужно выйти из этого рамочного мышления и не продлевать автоматически санкции каждые полгода. Для этого необходимо обеспечить отвод войск и делать политические шаги для стабилизации ситуации в Донбассе, возвращения суверенитета Украине и начала нормальных отношений с Россией. Этого хочу я и многие люди во Франции. На какие шаги готова пойти Россия в этом направлении?

С.В.Лавров: Боюсь ошибиться, но я услышал, что Вы сформулировали вопрос в той логике, которая уже не раз обрисовывалась нашими европейскими коллегами. А именно, что они очень хотят нормализовать отношения с Россией, но надо урегулировать украинский кризис, потому что санкции были введены исключительно против России в связи с украинским кризисом и они, как Вы правильно сказали, продлеваются каждые шесть месяцев. Наши партнёры из ЕС говорят, что считают лишним продлевать санкции, но ссылаются на принцип консенсуса. Я никогда не инициирую разговор о санкциях, но если говорить о консенсусе, то это означает, что если кто-то один посчитает что-то неправильным, то консенсуса нет. Поэтому насчёт того, что все вынуждены автоматически продлевать санкции, понимая их тупиковость – это отдельная тема.

Тем не менее, санкции были введены против России. Они никогда не вводились в отношении других участников «нормандского» процесса и тем более в отношении украинской стороны. Мы ведём речь о документе, который безальтернативно признаётся всеми «дорожной картой» по урегулированию кризиса в Донбассе, я имею ввиду минский «Комплекс мер», который в феврале 2015 г. в течение семнадцатичасового переговорного марафона лично писали главы государств России, Украины, Франции и Канцлер Германии. В нём всё сказано. С тех пор мы многократно объявляли перемирия, которые нарушались, многократно начинали разведение сил и средств, которые потом опять возвращались на место. Если читать отчёты Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ, то этим грешат обе стороны конфликта – украинское правительство с его войсками и специальными силами и ополченцы самопровозглашённых ДНР и ЛНР. Если читать доклады Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ (а мы их читаем), то теперь там можно увидеть много очень важного, что раньше не присутствовало. Напомню, что ОБСЕ должна работать на территории всей Украины, о чём мы периодически говорим, и она стала включать в свои доклады информацию о том, как на Украине попустительствуют неонацистам, радикалам и прочие нелицеприятные факты, в том числе связанные с попыткой изъятия церковной собственности и т. д.

Мы уже в течение нескольких лет обращаем внимание ОБСЕ на то, что хотели бы видеть в докладах не просто фразу о том, что в результате перестрелок погибло и ранено столько-то мирных жителей, разрушены школы, больницы и детские сады. Мы хотели бы видеть географическую привязку – на какой стороне больше поражение гражданских объектов. Недавно разговаривали с нашими французским коллегами, когда на переговорах был Президент Франции Э.Макрон, и положили на стол справку, которую ОБСЕ рассылает всем своим членам. В ней указано, что с января по середину мая со стороны украинских правительственных сил было в пять или шесть раз больше обстрелов гражданских объектов в Донбассе (по количеству поражённых гражданских объектов). В результате обстрелов украинскими вооружёнными силами территории Донбасса на стороне ополчения за этот период убито пять гражданских лиц. На украинской стороне в результате обстрелов не погиб ни один гражданский житель и лишь один ранен, а на стороне ополченцев – в несколько раз больше. Мы «заставили» миссию ОБСЕ, начиная с сентября прошлого года, включать такие факты в свои доклады. Это удалось сделать с огромным трудом. Надо отдать должное руководству ОБСЕ – на них оказывалось колоссальное давление украинцами и их западными друзьями, чтобы такую географическую разбивку не давать. Но сейчас она присутствует.

Эта тема бесконечная. Вот ещё два примера о том, как выполняются Минские договорённости и те компромиссные договорённости, принимаемые лидерами четырёх стран «нормандского формата» для начала практического движения к реализации минского «Комплекса мер». В октябре 2016 г. в Берлине главы государств договариваются о начале разведения сил и средств, тяжёлой техники и подразделений вооружённых сил. Лидеры сами смотрели в карту и определяли три деревни для того, чтобы сделать их пилотными районами, где в течение двух недель должно состояться разведение тяжёлой техники, сил и средств в целом. Я помню наизусть эти три района: Петровское, Золотое и Станица Луганская. В Петровском и Золотом разведение состоялось очень быстро. В Станице Луганской представители Киева почему-то стали заявлять, что разведение может состояться только если будет «тишина» в течение семи дней (ни единого нарушения договорённости о прекращении огня). С тех пор миссия ОБСЕ, в том числе на заседаниях Контактной группы и телефонных конференциях экспертов «нормандского формата» более 20 раз официально констатировала, что они зафиксировали периоды продолжительностью в неделю и более, когда не было ни одного нарушения режима прекращения огня. Каждый раз в ответ на это украинские представители говорили, что это «ваша статистика», а они насчитали несколько выстрелов. Я не утрирую, так оно и есть. Поэтому разведение сил в Станице Луганской до сих пор не состоялось.

В связи с недавним принятием закона «о реинтеграции Донбасса», который трактуется официальными лицами Украины непосредственно как военный инструмент решения проблемы Донбасса, они просто перечеркнули Минские договорённости и за эти последние месяцы в тех самых двух пунктах, где год с лишним назад разведение состоялось быстро, снова заняли свои позиции.

Когда мы разговариваем с германскими и французскими коллегами, они всё прекрасно понимают и видят. Но единожды сказав, что на Украине произошёл не государственный переворот, а победила демократия, и сейчас Украиной управляют светочи демократии, трудно потом «съесть свою шляпу».

Поэтому деэскалировать ситуацию необходимо. Нам говорят о желании нормализовать положение, но требуют помощи, чтобы «слезть с забора», на который сами забрались и не знают, как оттуда спрыгнуть. И всё равно мы готовы на компромисс несмотря ни на что.

Второй пример. В октябре 2015 г. в Париже Президент России В.В.Путин, Президент Франции Ф.Олланд, Канцлер Германии А.Меркель и Президент Украины П.А.Порошенко обсуждали, как синхронизировать действия по военной деэскалации в сфере безопасности в Донбассе и действия по политическим реформам, которые Президент Украины П.А.Порошенко обязался провести, подписав Минские договорённости, включая амнистию, особый статус Донбасса, закрепление этого статуса в Конституции и проведение выборов. Тогда на наш вопрос, почему нельзя принять закон о статусе Донбасса, который уже готов, П.А.Порошенко сказал, что сначала надо провести выборы, а потом он подпишет этот закон. На вопрос о причинах, он ответил, что не может предоставлять особый, льготный статус Донбассу, не зная, кого они там выберут. Это нормально с точки зрения демократии? Любой избиратель хочет знать, каким объёмом полномочий будет обладать тот кандидат на какую-то должность, за которого будут отданы голоса.

Министр иностранных дел ФРГ Ф.-В.Штайнмайер предложил пойти на компромисс: закон об особом статусе вступит в силу на временной основе в день голосования, когда закроют избирательные участки, а на постоянной основе – когда ОБСЕ издаст окончательный доклад по итогам выборов (обычно выходит через пару месяцев). Все согласились. Когда через год после Парижа в 2016 г. встречались в Берлине, Президент России В.В.Путин поинтересовался, почему за этот период все попытки в рамках Контактной группы и «нормандского формата» положить эту «формулу Ф.-В.Штайнмайера» на бумагу блокировались украинскими властями. Президент Украины П.А.Порошенко ответил, что не знает, какой будет доклад ОБСЕ. Вдруг он будет гласить, что выборы были нечестными и несправедливыми. На что Президент России В.В.Путин сказал, что мы автоматически исходили из того, что для вступления закона в силу доклад должен констатировать честность и справедливость выборов. Предложил так и записать, расширить «формулу Ф.-В.Штайнмайера». Согласились, что на временной основе закон вступит в силу в день голосования, на постоянной – в день выхода доклада ОБСЕ, если он будет констатировать, что выборы были честными, свободными и справедливыми. Прошло полтора года. По-прежнему все наши усилия положить эту формулу на бумагу просто отвергаются Киевом.

Сейчас наши германские и французские коллеги предлагают провести министерскую встречу «нормандского формата». Эта встреча будет иметь смысл исключительно в том случае, если эти два провала, которые я упомянул (разведение сил и средств в Станице Луганской и фиксация на бумаге «формулы Ф.-В.Штайнмайера», будут восполнены и «нормандская четвёрка» примет соответствующее заявление. Без такого заявления по этим двум темам, ставшим позором для нашей работы в «нормандском формате», собираться бессмысленно.

Нам известно, что наши запанные коллеги, французы, немцы и ряд других европейцев, в закрытой работе с Киевом на всё это обращают внимание и побуждают к соответствующим действиям. Но публично считается неполиткорректным критиковать тех, кто «несёт свободу украинскому народу». Никакой реакции на закон «о реинтеграции Донбасса», который, подчеркну ещё раз, прямо квалифицируется украинскими руководителями, как военный способ решения этой проблемы. Нет реакции на закон «Об образовании», который дискриминирует все языки национальных меньшинств. Нет реакции на то, что был отменён закон «Об основах государственной языковой политики», который обеспечивал права национальным меньшинствам в регионах Украины жить и трудиться на своём языке.

Пока такая «страусиная» позиция сохраняется, очень трудно, даже при нашей доброй воле (я рассказал о нескольких случаях, когда мы шли на уступки, показывая готовность гибко подходить к имплементации Минских договорённостей), добиться положительных результатов.

Вопрос: Вы нарисовали достаточно тревожную картину конфронтации в российско-американских отношениях и подхода к некоторым «красным линиям». На основании Ваших контактов с американцами в последнее время, также ваших коллег из других министерств, ведомств, которые сейчас задействованы в этом диалоге, какова динамика последнего времени, последних месяцев, недель? Эта конфронтационность растет, снижается либо мы топчемся на месте?

С.В.Лавров: К сожалению, конфронтационность стала нормой. Наверное, это самый короткий ответ. Это не от нас зависит. Мы не хотим продолжать эту конфронтационность в отношениях ни с США, ни с кем бы то ни было еще. Периодически мы слышим сигналы из Вашингтона, в том числе от Президента США Д.Трампа, о необходимости нормализовать отношения. Мы к этому готовы, но ждём конкретных предложений. Мы готовы к возобновлению контактов по всем направлениям, потому что, когда несколько месяцев назад достигается договоренность возобновить, наконец, профессиональный разговор по кибербезопасности и когда наша делегация прилетает к месту встречи, а там никого из американцев нет. Кстати, совсем недавно, когда у меня была встреча с Министром иностранных дел ФРГ Х.Маасом, я у него также поинтересовался, почему немцы отменили в последний момент планировавшуюся встречу межведомственных российско-германских групп экспертов по кибербезопасности. Ответ был поразительный. Министр иностранных дел ФРГ Х.Маас сказал мне, что мы не могли встречаться, потому что за три дня до назначенной встречи была хакерская атака группировки под названием «Снэйк» на ресурсы министерств обороны и иностранных дел ФРГ. Я впервые слышал об этой группировке, атаке и что нас в ней обвиняют. Вот эта та же самая логика – «хайли лайкли». И раз «хайли лайкли», покайтесь, а потом мы будем с вами обсуждать, как сотрудничать в той самой сфере, где нам не нравится, как вы себя ведете. Поэтому будем ждать. У нас терпения много. Тем временем, конечно, если гражданское общество, политологи и экспертное общество будут встречаться, к чему интерес и у американских политологов присутствует, мне кажется, это будет полезно.

Вопрос: На ПМЭФ-2018 Президент Российской Федерации В.В.Путин сказал, что по поводу европейской безопасности можно обращаться к России. В зале раздался смех. Это была шутка или это было сказано серьезно?

В развитие этой темы и Вашего сегодняшнего выступления, которое мне показалось довольно тревожным (по поводу предупреждения насчет возможности конфликта), видите ли Вы возможность реальной большой войны в Европе? Если да, то кто, с кем и когда, по-вашему мнению, может это начать?

С.В.Лавров: Не надо продолжать. Ответ на первую часть последнего вопроса – упаси Бог. Это не шутки, когда мы говорим о безопасности, которую нужно обеспечивать совместно. Это ведь не наша придумка. Это неоднократно принимавшаяся на высшем уровне политическая декларация, в том числе в рамках ОБСЕ, то есть с участием США. Декларация гласила, что безопасность неделима и никто не должен укреплять свою безопасность за счет безопасности других. Под этим подписались еще в 1990 г. в Париже все главы государств и правительств ОБСЕ. И потом это обязательство неоднократно подтверждалось. Но когда лет 10 назад мы предложили кодифицировать это политическое обязательство и сделать его юридически обязывающим, заключив соответствующий договор, нам сказали категорическое «нет». Это было аргументировано тем, что юридические гарантии безопасности могут иметь только члены НАТО. Вот философия и менталитет тех самых разделительных линий, раскола Европы, продвижения НАТО на Восток, вопреки дававшимся многократным обещаниям еще Советскому Союзу. Вот такая ситуация. Поэтому мы не шутим и хотим совместно обеспечить безопасность. Если у кого-то есть еще память, то надо возвращаться к обещаниям.

Вопрос: Есть ли угроза войны в Европе?

С.В.Лавров: Я уже сказал, упаси Бог.

Вопрос: А слова насчет того, что «Россия поможет европейцам укрепить безопасность»?

С.В.Лавров: Я только что об этом сказал. Безопасность можно укреплять только сообща. Потому что, когда сейчас Евросоюз рассчитывает избавиться от зависимости и капризов Вашингтона в сфере безопасности, и начинает формировать свой подход к обороне, опираясь на себя и даже устраивая обсуждение таких проектов, как «военный Шенген». Имею в виду, что по всему Евросоюзу нужно сделать удобной транспортную логистику для передвижения сил и средств на всякий случай, не приведи Бог. К этому начинанию мгновенно подключилось НАТО. Я вас уверяю, что они никуда от Североатлантического альянса не денутся. Это опять будет блоковое мышление и блоковый подход к обеспечению безопасности. Приглашения будут следовать из Польши и других стран. Например: вот вам 2 млрд. долл. США, постройте нам свою базу и обнажите штыки в сторону агрессора – России. Это, конечно, печальная психология.

Вопрос (перевод с английского): Как Вы оцениваете ситуацию вокруг Ирана, в частности, учитывая особенные отношения России с Израилем и Саудовской Аравией? Какова Ваша позиция в отношении развития конфронтации между Израилем и Ираном в Сирии?

С.В.Лавров: Мы действительно имеем хорошие отношения со всеми перечисленными Вами странами. Ни с одной из них, как и с любой другой страной, у нас нет стопроцентного совпадения позиций по всем вопросам. Но это наш принцип – разговаривать со всеми без исключения, особенно тогда, когда есть противоречия в оценках. Мы не согласны с оценками, которые опираются на тезис о том, что Иран – корень всех проблем в регионе – в Сирии, Палестине, Ливане, Ираке, упоминается также ряд других стран. И на абсолютную пагубность и большую опасность раскола в исламе, потому что отношения между большинством монархий Персидского залива и Ираном приобрели межрелигиозный разрез, когда сунниты и шииты выступают как смертельные враги, что очень прискорбно.

Мы неоднократно призывали Организацию исламского сотрудничества (ОИС) и Лигу арабских государств (ЛАГ) обратить на это внимание и вернуться к тем инициативам, которые еще достаточно давно Король Иордании Абдалла II выдвигал в контексте объединения всех мусульман. Это по-прежнему очень актуальная работа. Точно так же мы с нашими израильскими партнерами, рассматривая региональную ситуацию, излагаем свой подход, который говорит о необходимости как и в любом другом конфликте вовлекать все стороны в переговоры, а не пытаться их изолировать.

Сейчас, к сожалению, в том числе и США, берут курс на изолирование Ирана, в расчете, что можно будет «удушить» его и заставить опять каким-то образом менять свою политику. Одно из условий – Иран должен изменить свое поведение в регионе. Это то же самое, как нас просят изменить свое поведение везде, прежде чем с нами будут нормально разговаривать. Надо садиться за стол переговоров. Мы предложили им много лет назад созвать конференцию, похожую по своей задумке на ОБСЕ, для региона Персидского залива, где участвовали бы арабские страны залива, Иран, ЛАГ, ОИС, пять постоянных членов СБ ООН, Евросоюз. Эта идея по-прежнему актуальна. Сейчас к ней многие начинают возвращаться, но пока накал конфронтации настолько велик, что очень трудно рассчитывать на изменения в будущем.

Что касается противостояния в Сирии между Израилем и Ираном, у нас есть договоренности по юго-западной зоне деэскалации. Эти договоренности были достигнуты между Россией, США и Иорданией. О них прекрасно знал Израиль по мере их подготовки. Они предполагают, что эта зона деэскалации должна консолидировать стабильность и из этого района должны быть выведены все несирийские силы. Я думаю, что это должно произойти как можно скорее. Сейчас мы этим занимаемся с нашими иорданскими и американскими коллегами.

Вопрос (перевод с английского): Вы сейчас собираетесь в Пхеньян в преддверии исторического саммита, который состоится через две недели в Сингапуре. Какова цель Вашего визита? Какова роль России в денуклеаризации Корейского полуострова?

С.В.Лавров: Насчёт визита: я был приглашен и принял это приглашение. Цель этого визита, как и любого другого, заключается в том, чтобы рассмотреть двусторонние отношения с нашими партнёрами и обсудить ситуацию в соответствующем регионе мира.

Россия являются участником шестисторонних переговоров – механизма, который никто не отменял. В рамках логики, которую этот механизм выработал, мы поддерживаем происходящие сейчас перемены в отношениях между двумя Кореями, между Пхеньяном и Вашингтоном. Очень рассчитываем, что эти переговоры, которые были анонсированы и сейчас вновь подтверждены как назначенные, не выльются в ультиматум, потому что стоящую сейчас задачу по денуклеаризации всего Корейского полуострова невозможно решить одним махом. Это будет требовать поэтапности, последовательности и терпения.

Чуть менее года назад Россия и Китай сформулировали свою «дорожную карту» движения к миру и стабильности, денуклеаризации на Корейском полуострове, которая предполагала сначала отказ от воинственной риторики и провоцирующих действий с обеих сторон, затем контакты между непосредственными протагонистами, которые будут способствовать преодолению прежних противоречий и завязыванию диалога. Но на финальном этапе этого процесса, как и предлагается в российско-китайской «дорожной карте», неизбежным будет проведение многосторонних переговоров с участием всех шести государств, которые давно присутствуют в этом процессе, потому что денуклеаризация Корейского полуострова должна сопровождаться механизмами обеспечения на гарантированной основе мира и стабильности во всей Северо-Восточной Азии.

Меня пригласили, я с удовольствием принял приглашение. Для меня будет очень полезно понять отношение наших северокорейских соседей ко всем этим вопросам.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 мая 2018 > № 2631341 Сергей Лавров


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 30 мая 2018 > № 2629863 Олег Салагай

Заместитель Министра Олег Салагай в интервью ТАСС — о том, почему меры, направленные против распространения курения, должны только усиливаться

Замминистра здравоохранения, один из победителей конкурса "Лидеры России" Олег Салагай рассказал ТАСС о том, почему меры, направленные против распространения курения, должны только усиливаться, можно ли считать электронные сигареты менее вредными и нужно ли поднимать в РФ возраст, с которого человек может купить сигареты.

— Глобальная ответственность молодежи обсуждалась на форуме. Как вы считаете, из чего она складывается?

— С одной стороны, хорошая новость в том, что глобализация — это новые знания и новые возможности, которые не имеют границ. С другой стороны, это, конечно, и новые риски, которые всем сообща нужно преодолевать. Скажем, если вы возьмете учебники по инфекционным болезням где-нибудь 80-х годов, вы увидите, что тропические лихорадки занимают достаточно малое место, относясь к числу болезней, которые характерны для определенных районов мира, и, стало быть, болезней, с которыми отечественные инфекционисты в принципе не сталкиваются в обычной жизни. Но некоторое время назад мир был напуган тяжелой вспышкой лихорадки Эбола в Западной Африке и случаями ее завоза в Европу и США. Стало понятным, что за несколько часов крайне тяжелое заболевание может беспрепятственно преодолеть границы государств на разных континентах. Все это совершенно по-новому формирует наше понимание не только глобальных угроз, но и глобальной ответственности.

Кстати, не могу не вспомнить, что именно наша страна первой зарегистрировала инновационную вакцину против лихорадки Эбола: этот проект был под личным контролем министра здравоохранения Вероники Игоревны Скворцовой.

Возвращаясь к теме: глобальная ответственность сегодня — это не какая-то опция, которую ты можешь выбрать или нет, оставаясь дальше безучастным. Это неизбежность.

Но чтобы нести эту ответственность, недостаточно просто взять в руки оружие или орудие: нужны знания и мотивация.

— А как их определить?

— Это самый сложный вопрос. Несмотря на то что информация глобализована и поисковые системы в сети лучше нас знают, что мы хотим смотреть или покупать, определить, насколько мы соответствуем выполнению той или иной задачи, все так же сложно, как и прежде. Именно поэтому системные решения в этой области сегодня исключительно востребованы. Говорю как человек, регулярно принимающий на работу сотрудников. Лучшим на сегодня примером такого системного решения является, на мой взгляд, конкурс "Лидеры России".

— Чем этот конкурс хорош?

— В нем оцениваются и знания, и навыки, и умение взаимодействовать с людьми. Но главное, как представляется, в том, что он — первый в новейшей истории нашей страны пример успешного социального лифта. Вы, уверен, слышали, что целый ряд победителей конкурса получили серьезные новые назначения. Иными словами, это успешная попытка вернуть систему отбора квалифицированных и мотивированных кадров, которая у нас в стране была фактически разрушена в 90-е годы. При этом не просто вернуть систему карточек из райкома партии, а взять лучшее, что было, и соединить это с современным зарубежным опытом. В этом смысле создание такого рода платформ действительно делает Россию страной возможностей.

— В чем суть конкурса "Лидеры России"?

— Это способ как раз объединить, с одной стороны, современные инструменты оценки людей, с другой стороны, сформировать социальный лифт. Главное в этом конкурсе — дать шанс молодым специалистам из любого уголка страны проявить себя. Олимпийские игры управленцев, иными словами. Особенно важно, что в ходе конкурса вы не просто соревнуетесь, вам дают оценки ваших навыков и знаний, а также конкретные предложения по их улучшению.

— Для вас лично было сложно победить?

— Не просто победить сложно — участвовать было сложно. Во-первых, ребята, участники были действительно сильные: не только в финале, но и в полуфинале. Во-вторых, сами задания конкурса часто были ориентированы на решение бизнес-кейсов, деловые игры. Если ты в эти корпоративные игры до этого не играл, то нужно приложить определенные усилия, чтобы сначала свыкнуться с контекстом, а затем уже начать как-то пытаться по этим правилам играть. Это как если ты всю жизнь занимался шахматами, а тебе предлагают поиграть в футбол. Но это очень развивает, ломает шаблоны.

— Может появиться что-то подобное для поиска эффективных управленцев в здравоохранении?

— Надеюсь, что появится. Это было бы очень важно. Именно поэтому когда была встреча "Лидеров" с президентом, мы предлагали, в частности, сделать отраслевые направления в конкурсе, например, такой же проект, как "Лидеры России", но только по здравоохранению. Это дало бы шанс молодым медикам из регионов показать себя. Надо сказать, что в принципе эта идея была поддержана. Для организации здравоохранения это очень важно. У нас в отрасли очень много достойных людей.

— Конкретные учреждения обращают на себя внимание.

— Действительно, мы часто слышим про конкретный институт, больницу — как хорошо в ней отлажена работа. Причина этого в основном в том, что там есть лидер — человек, который просто тянет это вперед за собой. Такие лидеры были в Советском Союзе, сейчас институты носят их имена — Александр Бакулев, Михаил Чумаков, Святослав Федоров, Аветик Бурназян и многие другие. К вопросу о лидерстве: Аветик Бурназян, например, наш выдающийся специалист по радиационной медицине, на танке въехал в зону поражения сразу после испытания атомной бомбы, чтобы лично провести все замеры. У побед в медицине есть конкретные фамилии, мы их чтим и ими очень гордимся.

— Я правильно понимаю, что эти самые отраслевые конкурсы помогут находить эффективных управленцев в региональном здравоохранении и тем самым помогут найти управленческие кадры для отрасли?

— Совершенно верно. Причем найти совершенно беспристрастно и справедливо. Это лидерство, основанное на меритократии, а не на диктатуре конкретного руководителя. Ведь и отрицательные примеры руководителей нам тоже известны, к сожалению.

— А как готовить управленцев в здравоохранении?

— Подготовка управленческих кадров здравоохранения — это сложная задача по нескольким причинам. Во-первых (не в порядке важности, а просто в порядке перечисления), организацию здравоохранения студенты-медики начинают изучать на третьем курсе, то есть когда эта дисциплина им слабо понятна, малоинтересна и не особенно нужна. Во-вторых, сам курс организации здравоохранения построен таким образом, что он в большей степени вам рассказывает о вещах, которые не очень совпадают с вашим представлением о том, что такое медицина: территориальное планирование, законодательство и т.п. Поэтому если посмотреть на численность студентов в научных кружках в медвузе, как правило, оргздрав будет менее посещаемым, чем, например, хирургия, с которой связана основная медицинская романтика. Хотя это исключительно важная дисциплина, и по ней у нас немало действительно талантливых преподавателей.

— То есть на старшие курсы необходимо переносить? А с какого момента вообще должна начинаться подготовка специалистов по организации здравоохранения?

— Подготовка специалистов по организации здравоохранения, как и любого специалиста здравоохранения, должна начинаться с первого курса. Но проблема скорее в том, чтобы найти правильные модальности преподавания этой дисциплины студентам и заложить им мысль, что хирург за свою профессиональную жизнь может спасти, скажем, 10 тыс. человек, условно конечно, а организатор здравоохранения или специалист в области общественного здоровья может спасти 10 тыс. человек одним решением, так как воздействует на отрасль в целом или на население на популяционном уровне.

— Вы упомянули общественное здоровье…

— Да, это особая дисциплина, которая тесно связана с организацией здравоохранения, но не растворена в ней. В США и других англоязычных странах она называется Public Health. Это дисциплина, которая занимается поиском эффективных решений на популяционном, общинном уровне по защите населения от наиболее значимых рисков. Специалисты в области общественного здоровья занимаются контролем над табаком, здоровой архитектурой, поиском решений по снижению потребления алкоголя, даже снижением насилия и травматизма. Это очень нетривиальные задачи. Причем решают их далеко не только врачи, но и экономисты, юристы, инженеры, рекламисты, социологи.

— Поэтому в антитабачной стратегии большое внимание уделено тому, чтобы сделать курение социально неприемлемым?

— Совершенно верно. Курение в общественных местах, романтизация курения в кино — все это делает курение вариантом социальной нормы, укореняет это негативное явление. То же самое, кстати, касается электронных сигарет — они ресоциализируют курение.

— Иногда появляется информация, что они менее вредны.

— Спор о том, менее они вредны или более, по-моему, неуместен в принципе. Ведь мы одинаково регулируем сигары и сигареты, тонкие сигареты и толстые, длинные и короткие. Хотя потенциально однократная доза вредных веществ в них может быть различной. С одной стороны, сам курильщик может получить меньше вредных продуктов через электронную сигарету, но с другой стороны, они втягивают в зависимость новых потребителей, среди которых внушительное число тех, кто никогда не курил. Особенно это касается молодежи, так как они нередко высокотехнологичны на вид. Для тех, кто курит, это может быть дополнительным демотиватором в плане полного отказа. Как взвесить здесь преимущества и потери? Поэтому ВОЗ говорит о том, что все табачные изделия должны регулироваться сходным образом.

— Вы упомянули в качестве одной из эффективных мер запрет на курение в общественных местах. Это то, что уже реализуется. Что еще заложено в планы министерства?

— В планах — продолжение действий по двум основным векторам: неценовые и ценовые меры по сокращению потребления табака. Но нельзя забывать также, что сегодня наша страна — один из признанных мировых лидеров в плане антитабачных мер. Большинство базовых мер мы с успехом внедрили. Поэтому следующий пакет мер — это уже продвинутые меры, те, которые не всегда имеют широкое распространение, но имеют серьезную научную доказательную базу. Проблема в том, что как только вы начинаете ослаблять антитабачные активности, если не делаете дальнейших шагов, распространенность курения может вновь начать возрастать: в некоторых странах такой феномен имеет место. Если говорить о конкретных примерах, то не так давно в прессе обсуждалась инициатива по запрету курения в автомобиле, когда там находится ребенок.

— То есть это вопрос какой-то пониженной ответственности за ребенка?

— Конечно. Опять же, машина — личный транспорт, но курение в присутствии другого требует его защиты, особенно если речь идет о том, кто сам не может за себя постоять.

— А как будет проверяться исполнение?

— Ровно так же, как проверяется наличие автокресла для ребенка или застегнутого ремня безопасности. Значит ли это, что каждая машина будет досмотрена? Нет, конечно. Но ведь на этом основании нам с вами не придет в голову предложить отменить требование по наличию детского кресла? Это базовая норма, которая обязательно должна быть зафиксирована: так поступать нельзя, это общественно порицаемое действие, даже если в данном случае тебе удалось избежать наказания.

— Значит, дальше в антитабачной стратегии меры будут по нарастающей усиливаться?

— Следующий пакет мер уже обозначен, он уже размещен для общественного обсуждения. Это дополнительные ограничения, связанные с продажей сигарет, в частности, например, по площади торгового зала. Потому что мы знаем из научных исследований, что чем ближе табак и алкоголь к человеку, тем больше вероятность того, что он его будет потреблять. Безусловно, наши коллеги из экономического блока должны помочь этим объектам малого предпринимательства найти правильные формы хозяйствования, для того чтобы заменить продажу этой рисковой продукции какой-то альтернативной.

Еще один момент — повышение налогов. У нас цена на табак все-таки существенно ниже, чем в среднем по странам Европейского региона ВОЗ, хотя мы сделали очень серьезный рывок вперед. Но мы все еще можем себе позволить определенную динамику. Конечно, должны учитываться социально-экономические факторы при выработке самих ставок, но при этом мы должны четко понимать, зачем мы облагаем табак налогами — чтобы снизить потребление, а не наоборот. Акциз — очень демократичный налог. И если вы не курите, вы его не платите.

— Если говорить о возрасте курения. У нас момент, когда ты можешь покупать табачную продукцию и алкоголь, привязан к совершеннолетию — к 18 годам. Нужно ли его повышать?

— Эти споры ведутся очень давно. Главный аргумент защитников повышения возраста продаж достаточно серьезен: мы знаем доподлинно, что если человек не начал курить в юности, то вероятность того, что он закурит в будущем, существенно снижается. Но есть и определенные риски, которые требуют оценки.

— А что с вопросом дееспособности в юридическом смысле?

— Действительно, в полной мере человек приобретает дееспособность с 18 лет, но законодательство Российской Федерации не связывает все в нашей жизни с этим возрастом: например, президентом человек может быть избран лишь после тридцати пяти, покупать оружие может с 21 года. Есть законодательные случаи установления верхних ограничений по возрасту (например, на занятие определенных должностей), чего в принципе нет в Конституции. Поэтому соответствующие юридические конструкции существуют в российском праве.

— Проект Минздрава по формированию у граждан здорового образа жизни в РФ стал приоритетным. Как Минздрав планирует научить человека ответственно относиться к своему здоровью?

— Главное — это создать среду, в которой человек формирует определенные привычки, формы поведения. Если вы создаете бездымную среду, то вероятность того, что человек начнет курить, существенно меньше. Если человек приходит на работу и понимает, что даже в мелочах его подталкивают к физической активности, он будет больше ходить. В столовой предлагается потреблять меньше простых углеводов, больше овощей и фруктов. Все это должно дополняться таргетированной социальной рекламой, активностью гражданского общества.

— А когда люди начинают защищать свое право на курение?

— Все люди равны в правах: и курящие, и некурящие. Какого-то отдельного права курить нет — есть право на личную жизнь. Но оно заканчивается там, где начинается жизнь общественная. Именно поэтому российский антитабачный закон регулирует только те случаи, когда курение одного человека ставит в опасность других людей. Нельзя также забывать, что в отстаивании "права" курить есть элемент так называемой анозогнозии, свойственной всем зависимостям, — отрицание самого факта зависимости — так наш мозг защищается от травмирующей мысли о несвободе.

— Поэтому Минздрав выступает против возвращения курилок в аэропорты?

— Именно поэтому. В аэропорте человек проводит очень мало времени. Не бывает многодневных перелетов. Чем дольше человек не курит, тем больше преимуществ для его здоровья. Разве плохо, что кто-то станет на пару пачек сигарет здоровее? Тем более что других негативных последствий, кроме возможных неудобств, просто нет. Государственные меры должны быть последовательны в этом вопросе. И Минздрав России в этом вопросе абсолютно последователен.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 30 мая 2018 > № 2629863 Олег Салагай


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628989 Александр Проханов

Мэром Москвы станет дерево

разве вы не знаете, что на Западе уже заключают тайные браки между мужчинами и козами, женщинами и ослами?

Новость за новостью, букет новостей, клумбы новостей, и нет ни одной чудесной, нет чуда. Страна не взмывает к звёздам, а летит на бреющем, вот-вот столкнётся с горой. Петербургский экономический форум, на который приехал Макрон, его здесь называют "микрон". Роскошные вечеринки для "правильных" людей, на которые людям попроще нет доступа видимо, потому что там едят человечину. В канун футбольного чемпионата цены в Саранске на отели и квартиры достигли заоблачных высот. Никто не едет в Саранск. Ноупасаранск!

Горловку украинцы гвоздят из всех калибров. А ведь хватило бы одного крылатого "калибра", чтобы враг успокоился. Голландцы на сбитом "Боинге" обнаружили отпечатки русских пальцев. На Кубани, в краю казачества и бескрайних полей пшеницы, молодой изверг вырезал у женщины матку. Показали дочь Скрипаля. Хорошенькая, без противогаза, хочет домой, в Россию. Миллиардер Абрамович не хочет в Россию. Он хочет в Израиль, туда же, похоже, собрались Авен и Фридман. Александр Невзоров в Лондоне купил на развале красные штаны с кружавчиками те самые, в которых Нельсон выиграл Трафальгарскую битву.

Но среди этих обыденных, как выцветшая реклама, новостей, есть одна, заполонившая все информационные ленты. Антон Красовский, талант, обольстительный красавец, изумительный гей, не первый год пребывающий в поисках мужа, сподвижник Ксении Собчак, помогавший ей на президентских выборах надевать вечерние платья, Антон Красовский решил баллотироваться в мэры Москвы. Это громадная угроза Собянину. Один за другим в Европе геи становятся мэрами. Как старомоден на этом фоне Собянин! Сколь велики перспективы у Антона Красовского! Гей сразится с не геем. Это будет турнир, который может закончиться свадьбой. За Красовским — огромное воинство геев. Прославленные режиссёры, сладкозвучные певцы, изысканные телеведущие, обольстительные, с женскими бёдрами, писатели, пышногрудые, с сиреневыми сосками, политологи, правозащитники, рыскающие по Кавказу в поисках обиженных геев, театралы, издатели крупных газет, дипломаты, находящие общий язык с геями-супостатами, астрономы, считающие геев пришельцами из других миров. Там, где Красовский, — там музыка, театральное действие, там "Эхо Москвы", там Венедиктов, там Элтон Джон… Вся предвыборная кампания Красовского будет непрерывным гей-парадом, будет пестро от радуг. Москва златоглавая, неси ключи от мэрии Антону Красовскому.

А что у Собянина? Члены профсоюзов? Колонны с надувными шариками? Ипотеки, дискотеки, спальные районы, сонные советники, косноязычные агитаторы? Как обеспечить Собянину достойную предвыборную кампанию, не сделав его при этом геем? Как переплюнуть Красовского? Оседлав Ксению Собчак, пришпоривая её пятками, Антон Красовсикй помчится навстречу Собянину со своим отточенным, тоскующим по любви копьём. Как увернуться Собянину от разящего удара копья? За Красовским — весь цивилизованный мир: Европа, Уолл-стрит, Оскар Уайльд, морская пехота США, Гаагский трибунал, "писающий мальчик" в Брюсселе. А за Собяниным — только Россия: усталая, скучная, приверженная унылым семейным ценностям, отвергающая восторги однополой любви. Может, Собянину выпустить против Красовского крепышей-десантников? А что, если парни в тельняшках дивизиями станут переходить на сторону Красовского? Может, бросить на Красовского танки "Армата" с их длинными возбуждёнными пушками? Но "Армата" хоть и танк, но женского рода, и не станет стрелять в девицу Красовского. Можно направить на Красовского всю мощь цифровых технологий, отцифровать его так, чтобы он, наконец, успокоился.

Всё тщетно. Антон Красвовский станет мэром Москвы и сделает своим духовником Всеволода Чаплина, который постоянно его исповедует. В Москве расцветут искусства, начнётся религиозный подъём. Огромному коню, на котором напротив мэрии восседает Юрий Долгорукий, приварят, наконец, могучие семенники.

Не бойтесь геев. Они любезны, милы, остроумны. Они почти как мы, только знают и умеют больше, чем каждый из нас, — они из других миров. Но и они, геи — это уходящее прошлое. Разве вы не знаете, что на Западе, в Антверпене и Амстердаме, уже существуют закрытые общества, где заключаются тайные браки между мужчинами и козами, между женщинами и ослами? Если, проходя по улицам Амстердама, вы услышите, что где-то истошно блеет коза или свирепо ревёт ишак, знайте — там проходит свадьба. И разве не так появлялись на свет кентавры —мужчины с лошадиными крупами? Разве не так появилась птица сирин — вещая женщина с куриным хвостом?

Когда-то в древности женщины приручали домашних животных. Они выходили ночью к опушкам лесов, манили к себе быков и оленей, волков и журавлей.

Но человечество двинулось ещё дальше. В Канаде среди лесников, живущих одинокой лесной жизнью, появились такие, что выбирают себе в жёны деревья. В канадских лесах много деревьев с дуплами, и если в дуплах не водятся пчёлы, деревья становятся предметами ухаживаний канадских лесников. И чего удивляться, что у этих лесников самые интимные места — в занозах?

Настанет день, когда в мэры Москвы будет баллотироваться не Антон Красовский, не кентавр, похожий на Шувалова, не птица сирин, напоминающая Дворковича, а дерево, одно из тех прекрасных деревьев, что посажены мэром Собяниным вдоль всей Тверской, скорее всего, то из них, что находится по соседству с мэрией.

Если действительно мэром Москвы станет когда-нибудь дерево, представляете, как продвинется озеленение дворов и сбережение парков? Дерево после трудового дня, проведённого в мэрии, будет ездить в ботанические сады и там в закрытых оранжереях, среди "правильных" деревьев станет проводить вечеринки.

Александр Проханов

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628989 Александр Проханов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628987 Валентин Катасонов

НАСОС

«Очкастые козлы» доят комаров. Либералы у власти спорят о мелочах, но согласны в главном

Насос - машина, механизм разных типов, служащий для накачивания куда-нибудь или выкачивания откуда-нибудь жидкостей или газов. У животных — болезненная опухоль на нёбе. «Лошадям и скотине… расчищал копыта, насосы спускал». Л. Толстой.

Д. Н. Ушаков. Толковый словарь русского языка.

24 мая на ПМЭФ был разыгран ремейк пьесы по роману Тургенева «Отцы и дети». Между 57-летним Кудриным и 35-летним Орешкиным вспыхнул спор. Он частично вылился в публичное пространство, потому что на панельной сессии председатель Счётной палаты твердил о недопустимости повышения налогов, предлагал взамен скорректировать бюджетное правило. То есть повысить цену отсечения по бюджетному правилу от нефтяных доходов с нынешних 40$ до 45$, мотивируя это тем, что нефть стоит уже почти 80$. Орешкин же в категорической форме говорил, что «нет-нет-нет, только повышение налогов». Напомним, что весь этот спор шёл по поводу того, где взять 8 триллионов рублей на исполнение очередных майских указов президента. Но далее более интересная часть развернулась в коридорах. О ней сообщают наблюдатели, но, к сожалению, нет видеозаписи, поэтому, может быть, это просто фантазия — но фантазия очень интересная. В кулуарах Кудрин пытался урезонить Орешкина в том смысле, что бюджетное правило — это только правило, а не догма, на что Орешкин вспылил и ответил, что он разбирается в процессе не хуже Кудрина и тот не должен вмешиваться в дела правительства. Кудрин сказал, что вы ещё очень молоды, и побрёл прочь. Но Орешкин выкрикнул ему в спину: «Козел очкастый!»

То, что это может быть правдой, подчёркивается тем, что буквально на следующий день кто-то (мы можем только догадываться — кто?) заставил Кудрина и Орешкина пожимать друг другу руки и дежурно улыбаться перед камерой.

Главный же вопрос совершенно серьёзен: что ждёт телегу российскую экономику с такими представителями отряда приматов (или копытных?), которых направили выволакивать её из хляби?

Экспертные оценки

Валентин Катасонов

Правда ли, что Орешкин выкрикнул в спину Кудрина: «Козел очкастый»? Подобные «высокие отношения» возможны. А что же, вы думаете, они в кулуарах выражаются как на дипломатическом приёме? Нет, конечно, у них там иногда лексика и ненормативной бывает.

По поводу сути спора министра и главы Счётной палаты. У меня сложилось впечатление, что кто-то дирижирует всем этим спектаклем под названием «Петербургский международный экономический форум». И делается всё возможное и невозможное, чтобы привлечь внимание аудитории к закулисным, а иногда и не закулисным разборкам. Но это всё копеечный спор, по большому счёту. Никаких серьёзных обсуждений ни на самом форуме, ни по поводу форума в интернет-пространстве я не нашёл. Мне кажется, что специально создаются такие коллизии, такие театральные сцены, чтобы начали обсуждать: а какой должна быть цена отсечения — 40 или 45 долларов за баррель? Это напоминает фарисеев, обсуждающих вопрос: как отцеживать комара? А мне всё-таки хотелось бы поговорить не о комарах, а о верблюдах. К сожалению, про верблюдов ничего на форуме сказано не было. Орешкин, Кудрин, Силуанов, да и вообще все чиновники обходят ключевые вопросы. И крайне редко — и то не в центральных СМИ — эти вопросы обсуждаются. С момента формирования правительства прошло достаточно много времени, уже достаточно много признаков того, что правительство будет продолжать прежний либеральный курс. Этот курс будет по-прежнему приводить к эрозии остатков нашей экономики. Соответственно, всё-таки для нас, граждан России, главным является не вопрос, какой должна быть точка отсечения — 40 или 45$ за баррель, — а вопрос: нам вообще нужны эти валютные резервы? А если они нам нужны, то для чего они нам нужны? Если они для чего-то нужны, то как их правильно использовать и кто будет стоять у руля механизма формирования и использования этих валютных резервов? Все эти концептуальные стратегические вопросы просто не обсуждаются, они табуированы.

Известный американский экономист Пол Робертс прокомментировал ПМЭФ. Напомню нашим читателям, что Пол Робертс был в своё время высокопоставленным чиновником, заместителем министра финансов в администрации Рейгана, и считают, что он был одним из отцов-основателей «рейганомики». Так вот, он написал небольшую статью, в которой говорит: «Если бы меня пригласили на Санкт-Петербургский экономический форум, то я бы сказал следующее…». По поводу того, что неолибералы фактически завладели вот площадкой Санкт-Петербургского экономического форума, у него несколько абзацев. Он говорит, что эти неолибералы воспроизводятся ещё со времён Ельцина. Создалась такая ложная картина, такая иллюзия, что, мол, Америка протягивает России руку помощи. Цитирую: «На самом деле, рука помощи была рукой грабителя. Эта рука путем приватизации ограбила российские ресурсы и передала их под контроль олигархов, дружественно настроенных по отношению к Америке». То есть он просто раскрывает некоторые особенности тех людей, которые имели отношение, в том числе, к приватизации 90-х годов. В частности, Кудрин уже не был мальчиком в коротких штанишках в то время, как и некоторые другие чиновники, которые до сих пор остаются в правительстве. Ещё: «Мозги российских экономистов промыли таким образом, что они стали мыслить в направлении, выгодном для западного империализма». Удивительно! Заместитель министра финансов администрации Рейгана использует такую лексику — «западный империализм». Но надо сказать, что Пол Робертс понимает, что эта империалистическая политика США губительна для самой Америки.

Как-нибудь в следующий раз более подробно поговорю о Поле Робертсе, но сейчас хочу сказать, что на площадку Петербургского международного экономического форума людей с альтернативными взглядами просто не пригласили. Хотя меня на прошлый Санкт-Петербургский экономический форум приглашали, на этот не пригласили, потому что там уже сложилась сплочённая команда экономических либералов. Пола Робертса тоже не пригласили, как и многих других западных экономистов и политических деятелей, которые имеют альтернативную точку зрения и которые, кстати говоря, очень симпатизируют России и очень надеются, что Россия спасёт весь мир. Но я, конечно, могу сейчас сказать, какие вопросы надо было обсуждать на ПМЭФ.

Надо было бы обсуждать, скажем, вопрос, который на протяжении нескольких лет Путин поднимал, но сегодня он почему-то начал его обходить — о деоффшоризации российской экономики. Практически ни одного слова по поводу деоффшоризации не было сказано в речи нашего президента на ПМЭФ-2018. Вы сами понимаете, пока большая часть крупных и крупнейших предприятий Российской Федерации находится в оффшорных юрисдикциях, то практически управление российской экономикой идёт извне. Поэтому обсуждать какие-то вопросы «совершенствования управления российской экономикой» на площадке Петербургского экономического форума бесполезно, пока не будет проведена деоффшоризация. Но, к сожалению, этот вопрос обойдён. А для того, чтобы ни у кого этот вопрос вообще в памяти не всплыл, нам как раз предлагают обсуждать, какой должна быть точка отсечения — 40 или 45%. А для того, чтобы ещё больше отвлечь, «Утекают» такие выражения из кулуаров — «Козёл очкастый». И люди начинают улыбаться и забывают о том, что есть серьёзные вопросы.

Дальше. Контроль над трансграничным движением капитала. Одним из ключевых вопросов всех Санкт-Петербургских экономических форумов всегда был вопрос инвестиций. Это просто как мантры. И за 27 лет существования Российской Федерации мы потеряли несколько триллионов долларов в результате либерализации трансграничного движения капитала. Если мы хотим остановить деградацию российской экономики, президенту Российской Федерации необходимо немедленно принять указ о введении контроля над трансграничным движением капитала. К сожалению, этого не делается.

Следующее. Это приведение в порядок Центрального банка, что стало уже притчей во языцех. Прежде всего необходимо, чтобы ЦБ стал органом государственной власти, а таковым он до сих пор не является. Это некое экстерриториальное образование, которое управляет практически всей экономикой, особенно с 2013-го года, когда Центральный банк незаконно получил статус финансового мегарегулятора. На самом-то деле, это даже не вопрос реформы — это вопрос соблюдения российского законодательства и Конституции Российской Федерации. Потому что статья 75 определяет основные функции ЦБ — это эмиссия российского рубля и обеспечение его стабильности.

Дальше. Разворот Центрального банка в сторону России. На сегодняшний день ЦБ, накапливая валютные резервы, обслуживает интересы нашего геополитического противника.

Ещё. Комплекс вопросов, связанных с нашей банковской системой. Я не буду сейчас погружать наших слушателей и читателей в тему отзыва лицензий и санаций российских банков нашим финансовым мегарегулятором. Ведь фактически Центральный банк возлагает бремя санации на нас с вами, как на налогоплательщиков. Ведь ЦБ в этом году получил громадный убыток — второй раз в истории своего существования. Первый раз это было в 1998 году, но там убытки были небольшие, а в этом году — под 450 миллиардов. А кто будет покрывать убытки Центрального банка? Нам не говорят. Видимо, из бюджета? Значит, за счёт наших налогов. Сегодня становится понятно, что сеть коммерческих банков (а их изначально насчитывалось 2,5 тысячи, сейчас уже осталось почти 0,5 тысячи), всё равно продолжает высасывать все соки российской экономики. Банки перебрасывают деньги за пределы российской экономики. Это насос, который лишает крови российскую экономику. И плюс к этому хотел бы напомнить нашим читателям, что большая часть денежной массы создаётся не Центральным банком, а коммерческими банками, а это тоже категорически противоречит ст. 75 Конституции Российской Федерации.

Дальше. Для того, чтобы проводить реформу денежно-кредитной системы, нам не надо изобретать паровоз, нам надо посмотреть, как проводилась денежно-кредитная реформа в конце 20-х — начале 30-х годов прошлого века. В конце тогдашней реформы осталось всего несколько специализированных банков. И каждый из этих специализированных банков имел широкую филиальную сеть. Вот какая нам нужна система, но это просто не обсуждается. Обсуждается только тема — 40 или 45 долларов? Я же не могу комментировать такое, это уже вопрос не для экономиста, а для какого-нибудь социолога или психолога: почему они занимаются таким манипулированием сознания?

Ещё из основных пунктов этой программы, без реализации которой мы будем по-прежнему деградировать. Это установление государственной монополии внешней торговли и установление государственной валютной монополии.

Переход на долгосрочное планирование экономики.

Конечно, национализация стратегически значимых предприятий. Сегодня в условиях экономических санкций это особенно стало понятно. Когда Дерипаску зацепили, стало понятно, что «Русал» надо национализировать. Уже наши экономические противники создают нам такие условия, что только слепому не видно, что предприятия надо национализировать, никакие другие способы спасения не годятся.

Я перечислил, наверное, только 1/10 часть из того, что надо делать.

Добавлю словами Константина Бабкина, который, оценивая итоги ПМЭФ, сказал, что слово «производство» не прозвучало вообще ни разу, никак, нигде.

На днях вероятный автор уже бессмертной, прославившейся фразы «Козёл очкастый» — господин Орешкин — сообщил вещь не менее сенсационную. И тоже на Петербургском международном экономическом форуме. Он сказал следующее: «Если бы мы, — то есть правительство и Центробанк, — не сделали так, как сделали, то сейчас курс доллара вернулся бы на уровень 50 рублей и ниже. Однако это подкосило бы конкурентоспособность российских экспортёров топлива». Министр экономического развития добавил: «Политика Центробанка позволяет избежать помех для экспорта в условиях растущих цен на нефть». Практически министр признался в том, что он вредитель?

Тут затронута такая тема, что напрашивается ответ: наше правительство — это вообще организованная преступная группировка. Что происходит? Искусственное занижение курса рубля стимулирует экспорт углеводородов. Кстати, президент на днях сказал, что он согласен снять экспортную пошлину на вывоз углеводородов. Соответственно, это процесс ещё более активизируется и у нас внутри будет дефицит нефтепродуктов, конкретно бензина, со всеми отсюда вытекающими. Соответственно, возврат валютной выручки у нас и раньше был достаточно символическим, теперь деньги просто будут оставаться за рубежом. И чем ниже будет курс рубля, тем больше можно будет выбрасывать нефти и валюты за пределы Российской Федерации. А ещё снятие экспортной пошлины на вывоз нефть и нефтепродуктов — это дополнительный стимул для того, чтобы нас грабить.

Для тех, кто не очень понимает, а каким образом заниженный курс рубля способствует вывозу сырья и других товаров, я объясняю. Всё очень просто — за счёт того, что происходит перераспределение общественного продукта в пользу экспортёров. То есть мы воленс-неволенс субсидируем экспортные отрасли. А все плоды этого субсидирования оседают в оффшорах, оседают на счетах в зарубежных банках. Так что это механизм ограбления, отработанный годами, совершенствующийся с каждым днём. Поэтому я без преувеличения говорю, что часть министров составляют ОПГ.

И последнее. Частая оценка в СМИ того, что произошло на ПМЭФ, такова: «Что бы там ни было, либералы они, не либералы, но они заключили контрактов на реально большую сумму». И говорят об инвестициях в российскую экономику на почти 3 триллиона рублей. Что значит «инвестиция»? Браудер — инвестор? Разве так называемая «инвестиция в нашу экономику» не переводится как «грабительская приватизация в интересах западных хозяев»? Разве есть тут чем гордиться — или, наоборот, нужно ужасаться тем цифрам, которые озвучены?

Мы с вами не раз говорили про новояз Оруэлла. Это как раз пример оруэлловского новояза, когда используются какие-то термины с совершенно другими смыслами. Когда-то говорили «инвестиции» как синоним «капитальных вложений» в создание основных фондов. Даже в Советском Союзе был такой термин, как «капиталовложение». Но капиталовложение — это либо модернизация существующих предприятий, либо расширение существующих предприятий, либо строительство с нуля нового предприятия. Вот что такое действительно инвестиции как синоним капитальных вложений.

Сегодня инвестиции — либо это покупка какого-то финансового инструмента, который приносит баснословную прибыль (скажем, каких-нибудь казначейских бумаг, которые дают такой процент, какой не дает казначейская бумага США или Японии, мы очень щедро в этом смысле оплачиваем услуги спекулянтов-инвесторов), либо это просто покупка каких-то активов через акции. Покупка кусочка России, как принято говорить. Так что это распродажа Родины.

И плюс к этому хочу сказать, что так называемые инвестиции начинают работать как насос. Они дают право нерезиденту, то есть иностранцу, получать доходы и выводить их за пределы страны. Объём инвестиционных доходов, которые каждый год выкачиваются из страны, измеряется десятками миллиардов долларов. В данном случае я не ссылаюсь на какие-то там таинственные источники — зайдите на сайт Центрального банка, зайдите на страницу «Статистика», там есть платёжный баланс, и по платёжному балансу вы увидите всю картинку. К сожалению, журналисты, да и профессиональные экономисты, сегодня крайне редко заглядывают в статистику. Как бы там не врал ЦБ, но статистика показывает, что инвестициии — это насос, который работает в одну сторону. Я каждый год подсчитываю, сколько выкачивается из нашей страны денег. Прежде всего, это чистое отрицательное сальдо движения частного капитала Отток капитала превышает приток на десятки миллиардов долларов. Дальше — это сальдо инвестиционных доходов, то есть инвестиционные доходы, которые уходят из страны. Они на порядок превышают инвестиционные доходы, которые приходят в Россию. Ну и прирост валютных резервов — это ведь тоже инвестиции. Но это не частные инвестиции, а инвестиции, которые осуществляют наши денежные власти — Министерство финансов и Центральный банк. И в совокупности в среднем получается каждый год около 100 миллиардов долларов потерь для России. В расчёте на 10 лет получается около триллиона долларов.

А мантры насчёт «привлечения иностранных инвестиций» звучат уже больше четверти века. Но это лишь некий отвлекающий сигнал, маскирующий фактор, который на самом деле прикрывает преступную деятельность по ограблению России.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628987 Валентин Катасонов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628986 Олег Щукин

Без грабежа

отменят ли в России обязательную накопительную пенсионную систему

Олег Щукин

Медиавойна против России не прекращается ни на минуту, но пока новых целей не создано и свежих методичек не получено, сторонники вечнозелёного, как доллары, тезиса "Путин слил" пытаются использовать уже отработанные темы по второму и даже третьему кругу, привязывая к ним любые информационные поводы. Получается, честно говоря, не очень: что по малайзийскому "Боингу", что по "делу Скрипалей", что по санкциям со стороны "коллективного Запада"…

В подобной ситуации просто неизбежно возникновение таких "креативов", по отношению к которым получившее ныне всемирную известность словечко "фейк" можно считать незаслуженным комплиментом. В качестве примера можно привести такую "весточку-ласточку" с Петербургского международного экономического форума: мол, выступая там, министр финансов РФ, а по совместительству — первый вице-премьер нового медведевского правительства Антон Силуанов — объявил натуральную войну всем гражданам России, заявив буквально следующее: "Возврата в России к обязательной накопительной пенсионной системе не будет, нужно развивать добровольную".

Эти слова "оппозиционные" медиаисточники (как либерального, так и патриотического "камуфляжа") интерпретировали следующим образом: мол, за что вы, "быдло-ватники", боролись, то есть голосовали, — на то и напоролись; теперь избранная вами власть совсем "берега потеряла" и намерена отказаться от своих обязательств по пенсионным выплатам гражданам Российской Федерации, промотав их деньги, а теперь обрекая копить на старость из собственных, и без того мизерных, доходов. Дескать, сначала мы съели ваше, а теперь давайте каждый будет есть своё. Да ещё, негодяи такие, и пенсионный возраст собрались повысить, чтобы уж извести своих рабов под корень (далее фоном — немые рыдания "неполживых" авторов над загубленными жизнями нищих пенсионерок)…

Вывод напрашивается простой: все — на майдан, в борьбе обретёшь ты право своё! На обеспеченную старость — в том числе.

Ничуть не идеализируя нынешний состав правительства, должен заметить, что подавляющее большинство его фигурантов на виду уже не первый десяток лет, и, как говорилось в известном романе Михаила Булгакова "Мастер и Маргарита" относительно одного персонажа, "все знали, что человек этот — не подарочек, но то, что рассказывал администратор, даже и для него было чересчур".

Реальная позиция правительства по пенсионной проблеме, выраженная за последнее время не только Антоном Силуановым, но и рядом других министров, а также главой ЦБ Эльвирой Набиуллиной, ничего общего с приведённой выше интерпретацией не имеет.

Сегодня отчисления работодателей в Пенсионный фонд России (ПФР), согласно действующей с 2013 года законодательной норме, составляют 22% от фонда оплаты труда. Эти отчисления делятся на две части по формуле "шесть-шестнадцать", то есть 16% автоматически идут в ПФР, а куда вложить ещё 6%: в низкодоходный государственный ПФР или в сулящие "златые горы", но в любой момент готовые "сдуться" негосударственные пенсионные фонды, частные и корпоративные, — работники имели право решать самостоятельно. В 2014 году это их право было временно отменено правительством, то есть все 22% пошли в ПФР, но с обещанием повышенных, сравнительно с остальными 16%, процентных выплат по этим 6%. Причиной тому стало ухудшение финансовой конъюнктуры российского рынка, санкции и дефицитный бюджет вкупе, опять же, с ненадёжностью негосударственных ПИФов (паевых инвестиционных фондов), потери от которых ежегодно исчислялись десятками миллиардов рублей, — вследствие как банкротств этих структур, так и перебежек вкладчиков из одних ПИФов в другие. Данная практика, которая и была названа "заморозкой пенсионных отчислений", с тех пор ежегодно продлевалась специальным решением правительства.

Теперь в правительстве намерены вообще отказаться от формулы "шесть-шестнадцать" и все пенсионные отчисления работодателей, то есть все 22% от фонда оплаты труда, "железно" отправлять в ПФР — с прекращением начисления повышенных процентов на их "накопительную" 6%-ную часть, тем более, что ключевая ставка ЦБ с декабря 2014 года снизилась более чем в два раза: с 17% до 7,25% годовых. Самое главное — при этом ни о каком отказе правительства от выплаты пенсий и конфискации пенсионных взносов речь вообще не идёт. Насколько справедливо само законодательство — можно спорить (лично я считаю заложенный в него даже по действующей модели, когда мужчины выходят на пенсию в 60, а женщины — в 55 лет, запас "финансовой прочности" до 88,6 лет средней продолжительности жизни, мягко говоря, избыточным), но "закон есть закон", и это уже совсем иной вопрос.

Да, в правительстве хотят стимулировать увеличение нормы накопления пенсионных взносов работающими гражданами. И это понятно: даже если только половина из 71 млн. человек, работающих в РФ по найму, ежемесячно будет дополнительно вносить на свои индивидуальные пенсионные счета всего одну тысячу "пенсионных рублей" — в сумме это даст правительству 35 млрд. рублей в месяц или, соответственно, 420 млрд. рублей в год — почти 2,7% доходной статьи федерального бюджета России 2018 года. А скорее всего — намного больше, если учесть неизбежное подключение к данной программе и "теневого сектора" отечественной экономики, оценки доли которого в отечественной экономике колеблются в диапазоне от 16% (Росстат) до 33,7% (МВФ) ВВП. Причём это будут "дешёвые" и "длинные" деньги, которые нужны для реализации поставленных президентом РФ Владимиром Путиным задач на период 2018—2024 гг. Проблема здесь только в доверии граждан к действующей власти: "заморозку" денег населения Сбербанком в 1990—1992 гг. и дефолт 1998 г. никто, само собой, не забыл и забыть не сможет. Но, в любом случае, эта линия правительства не имеет ничего общего с той апокалиптической картиной попрания прав и откровенного грабёжа наших сограждан, которую так щедро рисовали в российском коммуникативном пространстве "народные доброжелатели".

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628986 Олег Щукин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628985

Владыка святый

Тихон, митрополит Псковский и Порховский

Владимир Семенко

Он выламывается из любых рамок, страшно не терпит должностных и прочих ограничений, из которых, собственно, по большей части и состоит «практическая» церковная жизнь. Видно, как в глубине души они просто бесят его. И не из-за гордыни вовсе, как многих из нас. Просто потому, что мешают работать. Можно ли это назвать несистемностью? В каком-то смысле, наверно, да. Как говаривал один серьезный сотрудник ЖМП (Журнала Московской Патриархии), существовавшего в рамках Издательского отдела (где мы и познакомились с ним в начале 1990-х), «в нашем Отделе есть два отдела – само ведомство и Гоша».

Сказать, что инок Георгий (как он именовался до пострига) - личность незаурядная – значит, ничего не сказать. То есть оно, конечно, верно. Но никак нельзя, говоря о нем, ограничиться столь штампованной фразой. Ибо никакого колорита этой самой личности она не передает. То есть вот совсем-совсем! С ним надо соприкасаться, за версту ощущая его энергию, буквально бьющую через край.

В то время, на излёте СССР, мы, группа молодёжи, придя в редакцию (некоторые и не без полуподпольного церковно-диссидентского опыта), стремились как-то оживить работу еще "советских церковников" (как между собой их ласково называли). Протолкнуть пару статей, своей претензией на свободное высказывание так пугавших тогда еще вполне прочно сидевших в своих креслах «богословов в штатском», как-то постепенно поменять лицо официозного журнала – на большее мы и не рассчитывали. Все наши потуги «штатскими» успешно разрушались. Один из них как-то спросил меня, сумрачно глядя: «Это вы там… пишете?» И, по-простому так, по-партийному перейдя на «ты», вдруг: «Ты на кого работаешь?» «На Русскую Православную Церковь», - имея уже немалый опыт общения с разнообразными властями, не задумываясь, ответил я. «Вот и выполняй мои указания». Если бы этот богослов не изрёк ничего больше, следовало бы навсегда запомнить его как незаурядный в своем роде кадр.

В отличие от нас, наивных интеллигентов, Георгий не заморачивался такой утопией, как борьба с системой. Он просто создавал свою, естественно, не без поддержки сверху. И «штатские» в глубине души понимали: этот им не по зубам, такой орешек так просто не разгрызть. Вот именно такая «несистемность» - и есть его «фирменная» черта. Сторонники теории заговора, которых, увы, немало, склонны объяснять такое качество наличием покровителей везде, где можно и где нельзя – от КГБ и олигархов до прямо уже "воров в законе". Самое интересное, что сами конспирологи, особенно либерального разлива, весьма часто не гнушаются «пилить» средства, получаемые через всякие грантоедские, связанные с Западом, фонды. (В чём нынешний владыка не был замечен никогда).

За что бы он ни брался – во всем вскоре случался у него небывалый прорыв. Поначалу, уже после пострига, став насельником Донского монастыря, он прославился в церковной среде, буквально ворвавшись на книжный рынок и быстро став лидером того сегмента его, который относится к православной тематике, чутко уловив веяние времени, своим неподражаемым чутьем прозрев не просто совершенно особую тогда востребованность православной книги, но и тот неповторимый момент, когда система уже все разрешила, но не все ещё это поняли. Когда он вскоре стал наместником возрождаемого Сретенского монастыря, то церковный книжный рынок был быстро поделен на две части: «его» издательство – и все остальные. В оказавшиеся недолгими времена начавшегося книжного бума многие стремились зарабатывать за счет издания книг; но получалось далеко не у всех. У него – лучше, чем у прочих. И когда за счет заработанных немалых сумм монастырь стал возрождаться буквально на глазах, в мутноватой среде сотрапезников в рясах и их мирянской «обслуги» поползли характерные слухи насчет «патриархийной мафии». Если бы хоть кто-то из распространителей этих слухов попробовал поработать с такой же отдачей и напряжением, как он, думается мне, что желание посплетничать быстро бы поубавилось.

Как профессиональный и многолетний работник книгоиздательской сферы, могу со знанием дела сказать: если бы все работали здесь так, как он, мы бы давно достигли несоизмеримо большего на ниве миссии через книгу. И до сих пор, когда книжный бум, увы, давно позади, когда «Клондайк кончился», издательство Сретенского монастыря (которое он, несмотря на занятость, успевает лично курировать и определять издательские планы) остается эталонным: на него равняются все, и каждый почитает за честь с ним сотрудничать.

Но, разумеется, не только издательство стало делом его жизни. Возродить монастырь, построить для него загородный скит, создать образцовую семинарию, спасти гибнущий колхоз, превратив его в современное передовое предприятие – во всем он первый, во всем его энергия, адекватность и трудолюбие, вкупе с недюжинным организаторским талантом довольно быстро и с отличным качеством обеспечивают успех, решают исход очередного трудного дела, что на церковном языке зовется послушанием, в его (а значит, церковную) пользу. Это как раз тот случай, когда даже злобные ненавистники, сочиняющие о нем небылицы, не решаются вынуть из рукава известную краплёную карту: «дворец себе построил» и проч. Да и беснуются-то они так потому, что понимают: всё, что он делает – реально существует для Церкви. А такого либеральная страта стерпеть никак не может!

До его назначения в Сретенский монастырь, в условиях порядочной неразберихи 90-х, то, что от монастыря оставалось, было седалищем квазицерковной группировки известного модерниста, неообновленца, ныне заштатного клирика Московской епархии Георгия Кочеткова. Кочетковская эпопея – отдельная песня, что по ряду причин, о которых не теперь, до сих пор не допета. Когда до священноначалия стало доходить, что столь древняя и почитаемая святыня оккупирована людьми, довольно далеко отстоящими от Православия, но при этом действующими, ловко маскируясь, в рамках канонической Церкви, дело зашло уже довольно далеко. Издать указ о возобновлении монастыря было нетрудно. Куда как сложнее было этот указ исполнить, выселив оттуда новоявленных «реформаторов». На прорыв был брошен самый дееспособный, кто раньше не раз уже проявлял себя. А дело было весьма деликатное. Ибо кочетковские «братчики» - люди со связями, в том числе и на Западе, и вопрос мнимого «преследования передовой общины» обсуждался порой на таком высоком международном уровне, о котором молодой иеромонах, лишь вчера возведенный в сан игумена, и помыслить не мог! «Крови» было пролито немало, или, как писали в советских учебниках, имели место «жестокие классовые битвы». Православная общественность, тогда еще достаточно бойкая, оказала отцу Тихону посильную помощь, и вскоре началось возрождение монастыря.

Сретенский сразу стал консервативным центром, скрепляющим порой разрозненные силы людей православной Традиции, при прочной поддержке Патриарха Алексия и людей из его ближайшего окружения.

Но монастырь в современном мегаполисе, каковым является Москва – непростое дело. Особенно если иметь в виду главную цель монашества, то есть молитвенное делание. Поэтому в «один прекрасный момент» естественным образом встал вопрос о том, что нужен загородный скит, где монахи могли бы спокойно, вдали от городской суеты предаваться своим молитвенным трудам. Он и начал возводиться в Рязанской области.

Однако каждый, кто когда-либо отъезжал от Москвы не в ближнее Подмосковье, а хотя бы несколько подальше сакраментального 101-го километра, знает, что нынешний «загород» в Центральной России (впрочем, не только в центральной) являет собой зрелище порой не из приглядных. И здесь, как и везде, оказалась настоятельно востребованной его неисчерпаемая энергия, его недюжинный талант и подкрепленное молитвой трудолюбие. Придя в совершенно развалившийся, депрессивный колхоз, где местные жили «от получки до опохмела», он за несколько лет буквально завалил окрестности, да и саму Москву высококачественной продукцией, которую здесь в таком количестве и на таком уровне давно не производили – овощами, «молочкой» и т.п.

Помнится, как-то он горячо делился со мной за чаем: «Вот, представь. Сельское хозяйство монастырю нужно? Само собой! И вот, скажем, теплица. Тянется километра на полтора. Я могу взять одного китайца и платить ему, скажем, 15 000. Или десять наших. И платить им по 18 000. Результат будет примерно один и тот же». «Что, много употребляют?» - поинтересовался я. «Да какое там! Они, может, и хотели бы, да у нас за это сразу выгоняют». «Так в чем же дело?» «А просто – у наших утерян навык крестьянского труда. Китаец встал и пошел, как трактор, с получасовым перерывом на обед. А нашим надо отдохнуть, покурить, за трапезой посидеть. Иначе не могут. А начни их подгонять – опять ведь сорвутся! И что прикажешь делать? Всех выгнать и китайцев набрать?»

Этот бесхитростный рассказ председателя передового колхоза в Рязанской области, настоящего монаха и близкого друга ведущих писателей-«деревенщиков», лучше любой статистики и аналитических работ иллюстрирует тот факт, что возрождение крестьянства дается ныне поистине кровавым трудовым потом. И без тихой, сокровенной молитвы сретенских монахов, насельников скита, было бы совсем невозможным. «Трудна работа Господня». Или, в другом, простонародном варианте: «Терпение и труд все перетрут». А то, что управлять этим процессом в данном конкретном месте приходится выпускнику сценарного факультета ВГИКа, которого отец Иоанн Крестьянкин благословил на монашество – так на то он и есть Промысел. На все воля Божия.

По мере того, как слух о новом передовом колхозе распространялся все шире «по всей Руси Великой», далекие от реальной, то есть трудовой жизни околоцерковные тусовщики начинали все больше неуклюже шутить на тему о том, что «Тихон теперь коровам хвосты вяжет». И вновь были посрамлены. Поскольку перед будущим митрополитом открылась новая стезя – развивать и укреплять церковное образование. Для подготовки тех самых кадров, которые, по слову известного политического лидера, «решают все». И здесь он преуспел, как и во всем, ибо Сретенская семинария за короткий срок стала одной из образцовых, всерьез соперничая с флагманом нашего конфессионального образования – Свято-Тихоновским университетом.

Еще одним блестящим деянием нашего владыки стало весьма символичное возведение на Большой Лубянке, на территории Сретенского монастыря великолепного Собора во имя Святых Новомучеников и Исповедников Российских, по праву считающегося ныне одним из шедевров современной нашей церковной архитектуры. И всем глубокомысленным критикам можно посоветовать лишь одно: пусто кто-нибудь возьмёт и сделает лучше.

Но плох был бы владыка Тихон, не был бы самим собой, если бы, в уже весьма зрелом возрасте, достигнув немалых успехов в собственно церковном служении, не вспомнил, что происходит он из среды той самой творческой интеллигенции, у которой с Церковью весьма часто непросто складываются отношения, и не занялся бы творчеством. И здесь, в своем обычном стиле, быстро показал, как надо работать. Сегодня, когда весьма многие только и делают, что рассуждают о миссии, он вдруг взял, да и сделал, бесспорно, лучший миссионерский проект за всю новейшую, постсоветскую историю нашей Церкви. Его книгу «Несвятые святые» - простую и вместе с тем по-хорошему возвышенную апологию его монашеской alma mater, не прочёл, наверно, только самый ленивый читатель, кого и читателем-то назвать язык не повернётся. Мой более чем далекий от Церкви родственник, глубокий пенсионер, давно уже бóльшую часть времени философически проводящий в своем деревенском коттедже, как-то вдруг подарил за трапезой: «А интересно пишет твой друг Шевкунов про этих… как их… ну, подвижников». А фильм «Византия. Гибель империи» как-то сразу и неожиданно был воспринят как серьезный фактор политической жизни.

На этом деянии владыки стоит, наверно, остановиться чуть подробнее. Сам он, вопреки тому, что о нем упорно распространяют, в общем, чужд «политики», всех этих пустопорожних разговоров о высоком, о том, как «Россию спасать», как нам двигать глобальные мировые процессы (к чему как раз очень склонна наша диванная патриотическая тусовка). Но тема Византии его всерьез волнует. Можно сказать, что он как-то по-особому неравнодушно буквально зациклен на византийских темах. Это касается и истории, и искусства, и всего остального. Думается мне, это оттого, что не может здравомыслящий православный человек не видеть всей актуальности византийской темы именно для нашей сегодняшней российской жизни. Великая империя, существовавшая, считай, тысячу лет, изначально была альтернативой Западу, строила свою, параллельную христианскую цивилизацию. Ее падению как государства предшествовало падение моральное, духовное, когда при последних Палеологах она, в лице своих церковных и светских элит, по сути, предала свою основу – святое Православие, предала свою веру, приняв унию с Римом. Этому сопутствовало и то разложение «элит», которое сегодня бездумно-привычно мы именуем «коррупцией». Об этом и снят фильм, который по привычке поторопились объявить «заказом Кремля». Да не заказ это, а живая боль о всех нас, о том, что нас ждет, если не усвоим уроки нашей предшественницы, Второго Рима, великой православной империи! Византия – это для нас не далекая история. Это, в общем-то, прямо про наше сегодня!

Прямым, на сей раз позитивным, продолжением историко-документального фильма про Византию стал последний просветительский проект владыки Тихона, о котором нельзя не упомянуть, – серия интерактивных выставок «Россия: моя история», слава Богу, поддержанный светской и церковной властью. И это элементарное и такое естественное, абсолютно не ангажированное стремление к восстановлению исторической памяти, к просвещению молодежи в отношении хрестоматийных сведений о нашей собственной истории – вызвало в либеральных кругах (впрочем, не только в них) такой всплеск ярости, что пришлось в очередной раз убедиться: как бы не кривились знатоки и прочие заинтересованные лица, попадание снова в десятку. К проекту предъявлялись претензии с самых разных сторон. Люди с неосоветским сознанием возмущались, что в разделе «после 1917-го года» слишком много негатива. «Зачем говорить о мучениках, о репрессиях?!» – сетовали они. Другие же, напротив, остались недовольны слишком сильным, на их взгляд, «выпячиванием» достижений советского периода. Были и те, кто остался до крайности недовольным «педалированием монархической темы». (Интересно, как можно рассказывать об истории России, на протяжении многих столетий создававшейся Церковью и Царями, не упоминая о ведущей роли самодержавия, православной монархии?) И мало кто (сейчас не о массовом посетителе речь) был согласен на представленное на выставках адекватное постижение реальной истории – со всеми ее ужасами, подвигами и свершениями, со всеми героями, предателями и святыми. Это лишний раз убеждает: духовная трезвость, эта столь типическая черта истинного Православия – весьма редкая добродетель для наших современников, чье сознание серьезно травмировано историческими катаклизмами последних десятилетий.

Много еще можно рассказывать о владыке Тихоне, и не только на материале личного общения, но никак нельзя обойти вниманием весьма важный вопрос. Пожалуй, ни о ком из наших церковных иерархов не распространяется столько мифов и небылиц, причем как в собственно церковной, так и во «внешней» среде – от «духовника Президента» и воинствующего антисемита до «главы всей патриархийной мафии, у которого башкирская группировка на коротком поводке». Всякие пошлости вроде «митрополита всея Лубянки» и «ставленника КГБ» и повторять не хочется. В чем же здесь дело? Почему человеку, который больше жизни любит монашество и монастырь, как непонятный внешним жизненный феномен, сделавшему всё, чтобы избежать мешающих делать реальное дело высоких назначений, упорно приписывается интриганство, моральная нечистоплотность, некие «подкрепленные Кремлем» претензии на власть? Должна же быть какая-то разгадка, причем довольно простая?

Думается, что в нашем простом и правдивом рассказе нам отчасти удалось как-то ее наметить. Новопоставленный митрополит – человек дела, и как таковой он как раз более чем далек от сферы, так сказать, «чистой» политики, понятой как пронырливое, грязное и себялюбивое политиканство. Но он не просто человек дела. Он ещё просто хороший монах. В чем, собственно, сколь бы странным это кому-то ни казалось, и заключается простое и понятное объяснение его постоянных успехов и незаурядных деловых качеств. А это по нынешним временам немалая редкость.

Это именно то, что недоступно тем, кто никогда не соприкасался с монастырем, с реальностью монашеской жизни, где феномен Православия только и постигается во всей полноте. Я, как паломник, прожил в монастыре очень недолго, всего несколько недель. Но если я имею какие-то жалкие крупицы подлинной веры и опытного постижения феномена Церкви, то это именно благодаря этим благословенным дням. И потому всей душой я понимаю владыку, который, в отличие от нас, погруженных в мирскую суету, является человеком монастыря в собственном смысле: чем бы он ни занимался, какое бы дело ни делал, всегда ощущает себя в этой сокровенной духовной реальности, а ее – в себе, что удесятеряет силы, делает возможным любые свершения:

«Этот мир, полный радости и света, жил по своим, совершенно особым законам. Здесь помощь Божия являлась именно тогда, когда это становилось действительно необходимым. Богатство было смешно, а смирение – прекрасно. Здесь великие праведники искренне признавали себя ниже и хуже всякого человека. Здесь самыми почитаемыми были те, кто убегал от человеческой славы. А самыми могущественными – кто от всего сердца осознал свое человеческое бессилие. Здесь сила таилась в немощных старцах, и иногда быть старым и больным было лучше, чем молодым и здоровым. Здесь юные без сожаления оставляли обычные для их сверстников удовольствия, чтобы только не покидать этот мир, без которого они уже не могли жить. Здесь смерть каждого становилась уроком для всех, а конец земной жизни – только началом» («Несвятые святые»).

Кто-то понимает успех по-мирски и думает, что его исток – чисто человеческое умение и интрига. А для человека Церкви исток подлинного «успеха», то есть преуспеяния перед Лицом Божиим – смирение и послушание, предание своей воли духовному отцу, по вере, что через него, умудренного искусством духовной жизни, пребывания в Боге и с Богом – Сам Господь преподает Свою неизреченную волю. О каком успехе в каких мирских делах думал инок Георгий, когда, всей душой желая стать монахом, терпел до пострига, беспрекословно слушаясь своего духовного наставника – отца Иоанна (Крестьянкина), говорившего, что «еще не время»? И сегодня, когда традиция поставления на архиерейскую должность людей, совсем не знающих монашеской жизни, не прошедших монастырь, необходимый круг послушаний, у нас, к сожалению, доминирует, продвижение в митрополиты ученика Псково-Печерских старцев следует признать весьма мудрым решением!

В нашей сегодняшней Церкви достаточно ну, о-очень благочестивых людей, в глубине души почитающих любое практическое дело недостойной их, таких высоких молитвенников, скверной. Польза от этих молитвенников, вместо реального духовного подвига ищущих везде всякие страшные заговоры, весьма сомнительна. Есть и прожженные, сугубо «деловые» отцы и, конечно, миряне, совсем далекие от какого-либо духовного настроя, подлинно молитвенного духа. Есть, конечно, и настоящие подвижники, для которых высокая, углубленная молитва – их сугубое призвание. Есть незаурядные администраторы. Но, по мере отрыва весьма многих от подлинной духовной традиции, по мере недопустимого обмiрщения церковных институтов, все меньше людей гармоничных, в которых то, что, апеллируя к известному эпизоду в Евангелии, называют служением Марфы и Марии, находилось бы в состоянии разумного равновесия, причем одно подкрепляло бы другое. Владыка Тихон – один из таких людей. Враги Церкви порой лучше нас понимают все значение этого редкостного типа, понимают, что если он начнет доминировать в Церкви, это может стать основой ее подлинного возрождения, а за ней – и всей не раз уже заочно похороненной ими России. А это для них совершенно страшное дело.

Его недавнее назначение на Псковскую митрополию вновь, в привычном уже для нас ключе, породило море всевозможных слухов и предположений. Одни поторопились объявить, что «вопрос о преемнике ныне действующего Патриарха практически решен». Другие, напротив, восприняли кадровое решение Синода как почетную ссылку для владыки. Думается, однако, что и те и другие неправы, ибо совершенно не церковно воспринимают ситуацию в привычных для себя терминах политиканства, низкопробной политической интриги. А церковная жизнь (вот неожиданность!) к ней вовсе не сводится. Скажу еще проще (для особо одаренных): это не интрига, это – жизнь. Вы думаете, что в Церкви всеми руководит борьба за власть? Чаще всего все гораздо прозаичнее. Его снова кинули в «узкое место», кинули на прорыв, в довольно-таки депрессивную митрополию. Почти как тот колхоз. Быть может, в надежде, что все будет, как всегда. И откуда-то странно-волшебным образом вдруг, в условиях очередного кризиса, возьмутся люди, деньги, техника и подвижники. И, на фоне бегающих по поверхности истории интриганов, Человек Дела вновь проявит себя. Оправдаются ли эти надежды, теперь зависит от него и от Бога. Ну и от нас, от нашей молитвы, конечно. Ибо каждый человек Церкви знает: Бог откликается на наш зов не после, а в тот самый момент, когда мы с чистой душой и открытым сердцем взываем к Нему за помощью. И тогда наши силы умножаются многократно, чтобы сделать Его, Божье дело. И вновь более чем уместно вспоминаются очень точные слова из самой популярной православной книги, написанной нашим современником:

«В часы, когда тягучее уныние подкрадывается и хочет заполнить душу, когда то же происходит с близкими мне людьми, я вспоминаю события, связанные с чудным Промыслом Божиим. Один подвижник как-то сказал, что всякий православный христианин может поведать свое Евангелие, свою радостную Весть о встрече с Богом. Конечно, никто не сравнивает такие свидетельства с книгами апостолов, своими глазами видевших Сына Божия, жившего на Земле. И все же мы, хоть и немощные, грешные, но Его ученики, и нет на свете ничего более прекрасного, чем созерцание поразительных действий Промысла Спасителя о нашем мире» («Несвятые святые»).

Благословите, владыко святый[1]! В добрый путь!

***

[1] Общепринятая в церковной среде форма обращения к архиерею. С самочинной канонизацией при жизни не имеет ничего общего – прим. авт.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628985


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter