Всего новостей: 2187265, выбрано 1581 за 0.110 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Китай. КНДР > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 августа 2017 > № 2276297

Китай заставил торговцев железной рудой прекратить поставки из Северной Кореи

Как сообщает агентство Reuters, Китай оказал давление на торговцев железной рудой и заставил прекратить покупки этого вида сырья из Северной Кореи еще до того, как в этом месяце Совет Безопасности ООН проголосует за запрет на торговлю в качестве наказания за ракетные испытания Пхеньяна.

Совет Безопасности ООН единогласно принял 6 августа резолюцию, запрещающую экспорт из Северной Кореи угля, железа, железной руды, свинца, свинцовой руды и морепродуктов, чтобы снизить $3 млрд. экспортных поступлений Пхеньяна. Резолюция вступит в силу в сенртябре,но по сообщениям торговцев из Китая, правительство прекратило выдавать разрешения на ввоз железной руды несколько недель назад

Пресечение экспорта северокорейской железной руды вряд ли вызовет большие изменения на мировом рынке,но для самой КНДР это сократит доступ к наличным деньгам.

В понедельник,14 августа, Пекин опубликовал официальный запрет на импорт руды из КНДР,начиная со вторника,т.е. когда он перешел к осуществлению санкций.

Министерство торговли Китая отказалось комментировать блокировку поставок до голосования по санкциям.

Китай. КНДР > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 августа 2017 > № 2276297


Китай. Евросоюз > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 августа 2017 > № 2276296

ЕС вводит временные пошлины на импорт нержавейки из Китая

Европейская Комиссия объявила, что вводит временные импортные пошлины до 28.5% на импорт продуктов из нержавеющей стали из Китая,обвиняя поставщиков в незаконном субсидировании. Пошлинами будут затронуты такие предприятия, как HBIS Group Co., Ltd, Shougang Group Co., Ltd and Jiangsu Shagang Group Co., Ltd и др.

В июне ЕС ввел штрафные пошлины на импорт г/к стали из Китая в размере 35,9%. Кроме того, ЕС также увеличил антидемпинговые пошлины на 10% и 6% на импорт арматурных изделий и х/к стали из Китай.

На китайский стальной импорт ЕС были наложены более 40 штрафных санкций.

Некоторые китайские официальные лица объяснили, что ЕС использует избыточные стальные мощности КНР в качестве предлога для утверждения, что китайские стальные продукты наносят ущерб стальной промышленности ЕС.

Китай. Евросоюз > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 августа 2017 > № 2276296


Казахстан. Китай > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 16 августа 2017 > № 2275293

Казахстанские производители повезут свои товары на Хайнань

Расширение двусторонних экономических отношений Казахстана и Китая продолжается

Меморандумы о торговом сотрудничестве подписали Хайнаньское отделение Китайского комитета содействия развитию международной торговли и внешняя торговая палата РК, предприниматели Казахстана и провинции Хайнань на конференции в честь празднования дня провинции Хайнань на ЭКСПО-2017. Об этом пишет «Спутник Казахстана».

Переговоры о сотрудничестве ведут производители напитков, сельскохозяйственной, ювелирной и металлургической продукции.

«Председатель Китайской Народной Республики Си Цзиньпин и Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев установили важнейший консенсус по укреплению взаимодействия и укреплению сотрудничества во многих сферах деятельности наших стран: энергетической, торгово-экономической, культурно-гуманитарной», — сказал председатель китайского комитета содействия развитию международной торговли Ван Цзиньчжэнь.

Говоря о туризме, временная поверенная в делах посольства Китайской Народной Республики в Казахстане Лю Цзянпин отметила большой туристический потенциал взаимодействия двух стран.

«Недавно мы успешно провели день города Санья в Алматы. На данный момент мы уже открыли прямые рейсы из Алматы в Санью. Мы очень ждем казахстанских туристов. Кызылординская область Казахстана имеет особые взаимоотношения с провинцией Хайнань. Также мы собираемся создать братские взаимоотношения с городом Актау», — сказала Лю Цзянпин.

Провинция Хайнань является самым южным регионом Китая, представляет собой архипелаг из одного большого и нескольких маленьких островов. Курорты острова стали одним из популярных направлений для казахстанских туристов. В этом году 22 тысячи казахстанцев выбрали китайские пляжи для отдыха.

Казахстан. Китай > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 16 августа 2017 > № 2275293


Китай. СФО > Транспорт. Агропром > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275228

Для грузов в Китай установят конкретные сроки доставки

Для перевозок продовольствия в КНР будет установлен норматив скорости движения от 550 км в сутки

Минтранс России подготовил проект приказа о внесении изменений в Правила исчисления сроков доставки грузов и порожних грузовых вагонов железнодорожным транспортом. Для перевозок продовольствия в Китайскую Народную Республику (КНР) будет установлен норматив движения от 550 км в сутки.

Проект ведомственного акта размещён на правительственном сайте раскрытия правовой информации.

Как говорится в пояснительной записке к документу, для совершенствования логистического сопровождения экспортных поставок продукции в КНР «предлагается организовать перевозку товаров по приоритетной номенклатуре грузов по срокам, сопоставимым со сроками, применяемыми на железнодорожном транспорте в технологии «Грузовой экспресс».

Предлагается для приоритетных грузов, следующих в прямом международном сообщении в КНР до расположенных в пределах приграничной территории железнодорожных станций Забайкальск и Гродеково, срок доставки исчислять из расчёта от 550 км в сутки независимо от расстояния перевозки. Это положение будет применяться, если грузоотправителем в договоре не предложен другой срок.

К приоритетной номенклатуре отнесена широкая линейка товаров: зерновые, продукты перемола, кондитерские, табачные, молочные изделия, а также рыба, мясо, молоко.

Совершенствованием логистического сопровождения экспортных поставок продукции в КНР правительство озаботилось в марте 2017 года. Соответствующее поручение подписал первый заместитель Председателя Правительства РФ Игорь Шувалов.

«Наше ведомство в данном случае отвечает за организацию удобной, быстрой и как можно более дешёвой логистики для экспортёров. Поэтому мы сейчас намерены собрать предложения от участников рынка, как её лучше выстроить, и взяли для примера «Грузовой экспресс», – говорит заместитель руководителя Департамента государственной политики в области железнодорожного транспорта Минтранса Андрей Емельянов.

Напомним, услуга «Грузовой экспресс» была предложена ОАО «РЖД» грузоотправителям в 2015 году. Как пояснили «Гудку» в Центре фирменного транспортного обслуживания (ЦФТО ОАО «РЖД»), технология заключается в том, что к определённому времени на опорной сортировочной станции РЖД со всех близлежащих станций собираются небольшие партии вагонов, которые затем формируются в состав. По выделенной «нитке» графика он следует без сортировок по расписанию до конечной станции, где расформировывается, а затем вагоны отправляются конкретным грузоотправителям. При этом скорость перевозки в два-три раза выше, чем в обычном составе, за счёт сокращения этапов сортировки. Другое преимущество – договорные сроки доставки. Расписание устанавливают РЖД и платят штраф, если оно не соблюдается.

Минтранс предлагает уже официально (а не на договорных условиях) установить норматив в 550 км в сутки по срокам доставки грузов до китайской границы и предусмотреть ответственность перевозчика за просрочку. В этом случае по направлению к китайским погранпереходам РЖД придётся массово применять технологию «Грузовой экспресс» при перевозках продовольствия.

Операторы поддерживают идею увеличения скорости доставки грузов, но отмечают, что делать это нужно технически обоснованно, учитывая возможности инфраструктуры сети железных дорог.

На практике скорость движения железнодорожных составов почти одинакова для угля, рыбы, зерна и для порожних вагонов, замечает генеральный директор АО «РЖД Логистика» Вячеслав Валентик. Исключения составляют маршрутные и контейнерные поезда, так как они не переформировываются в пути следования и идут со средней скоростью 550 и 1100 км в сутки соответственно.

Однако если груз едет в виде повагонной или групповой отправки, то он проходит через многочисленные технологические операции на станциях по ходу следования.

«Такой вагон по существующей технологии организации перевозок проводит в движении меньше половины времени, остальное – это простой на сортировочных, технических и грузовых станциях. В общем объёме железнодорожных отправок из России в Китай повагонные и групповые отправки занимают около 20%», – пояснил Вячеслав Валентик.

Таким образом, простое внесение изменений в Правила исчисления сроков доставки грузов без учёта технологических особенностей работы РЖД чисто физически не гарантирует автоматического увеличения скорости доставки всех без исключения грузов. Поэтому, по словам представителя «РЖД Логистики», пока невозможно дать однозначную оценку инициативы Минтранса. Очевидно, что этот вопрос требует дальнейшего рассмотрения и проработки с учётом интересов всех участников перевозочного процесса.

Кроме того, в Центральной дирекции управления движением РЖД «Гудку» пояснили, что сроки доставки грузовых отправок, следующих в прямом международном сообщении в КНР, регулируются Соглашением о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС), а не Правилами исчисления сроков доставки, которые и предлагает скорректировать Минтранс.

В частности, СМГС определяет сроки доставки груза из расчёта 1 сутки на каждые 200 км пробега, а также размер возмещения за превышение срока доставки. Неустойка определяется исходя из провозной платы перевозчика, который допустил превышение срока, и величины, то есть длительности задержки в сутках. В зависимости от этого неустойка может составить от 6% до 30% провозной платы. Поэтому Минтрансу при выполнении поручения Игоря Шувалова придётся решить ещё и эту законодательную коллизию. Пока министерство продолжает собирать предложения к законопроекту.

Елена Кудрявцева, Сергей Плетнев

Китай. СФО > Транспорт. Агропром > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275228


Китай > Транспорт > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275173

В Шанхае успешно завершились испытания поезда нового поколения на магнитно-левитационной линии (Maglev), - сообщает агентство «Синьхуа». Уже в этом году поезда планируется вывести модель в серийное производство. Отмечается, что во время тестового пробега в Шанхае поезд разогнался до скорости 120 км/ч.

Данная технология позволяет практически полностью подавить шум от движения состава, а также преодолевать подъемы без потери скорости движения. При этом, затраты на строительство и обслуживание таких линий немного выше стандартных, но заметно ниже средств, необходимых для постройки метрополитена.

В поездах Maglev поддерживается максимальный комфорт из-за повышенной шумоизоляции и амортизации. Также двигатель работает более экономично, так как в условиях магнетизма возможно при минимальных затратах преодолевать внушительные возвышения.

Магнитная подушка при движении поезда позволяет ему разгоняться до невероятных скоростей из-за меньшей силы трения. Пока скорость поезда ограничена безопасными 120 км/ч, но эксперты уверены, что при совершенствовании технологии её можно значительно увеличить.

Массовое производство поездов нового поколения планируется запустить в течение года, а уже к 2020 году планируется построить сразу пять линий для движения составов на магнитной подушке в Китае. Соответствующие проекты рассматриваются в 10 городах страны.

Бэлла Ломанова

Китай > Транспорт > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275173


Китай > Транспорт > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275170

Под участком Бадалин Великой Китайской стены в окрестностях Пекина развернулось строительство подземной станции новой высокоскоростной железнодорожной магистрали (ВСМ) Пекин – Чжанцзякоу. Об этом сообщает «Синьхуа».

Длина новой станции составит 470 м, площадь подземных строений – 36 тыс. кв м. Рельсовое полотно будет располагаться на глубине 102 м от поверхности земли. Ранее агентство «Синьхуа» сообщало, что у станции будет «роскошная отделка».

ВСМ между Пекином и городом Чжанцзякоу на севере КНР строится к Зимним Олимпийским играм. 24-я по счету Зимняя Олимпиада пройдет с 4 по 20 февраля 2022 года в Пекине, Яньцине и Чжанцзякоу.

Ранее сообщалось, что под Великой Китайской стеной строится тоннель протяженностью 12 км. По информации газеты «Жэньминь жибао», проект установит новый мировой рекорд глубины залегания (до 432 метров) и станет самым длинным железнодорожным тоннелем в Азии.

Поезда смогут развивать скорость до 350 км/ч на этом участке. Строительство тоннеля позволит сократить время в пути между Пекином и Чжанцзякоу с более чем трех часов до часа.

Ирина Таранец

Китай > Транспорт > gudok.ru, 15 августа 2017 > № 2275170


США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Образование, наука > dknews.kz, 15 августа 2017 > № 2275156

Президент США Дональд Трамп в понедельник подписал указ о начале расследования торговой политики Китая, что может привести к введению или повышению пошлин на некоторые виды импортируемых товаров.

Расследование предполагаемых краж Китаем интеллектуальной собственности и других способов ведения торговой деятельности основано на 301-й статье Закона о торговле США. Статья позволяет вводить односторонние экономические санкции, в частности увеличивать пошлины.

Трамп подписал этот указ на фоне растущей обеспокоенности даже в Европе и Японии в связи с предполагаемыми нарушениями Китаем прав на интеллектуальную собственность, патентов и требованиями китайских властей о передаче технологий в обмен на разрешение вести бизнес в стране.

США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Образование, наука > dknews.kz, 15 августа 2017 > № 2275156


Китай. Монголия. СФО > Транспорт. Миграция, виза, туризм > gudok.ru, 14 августа 2017 > № 2275223

Туристический союз «Великий чайный путь» объединяющий туроператоров России, Китая и Монголии, планирует развивать «золотые» туристические маршруты вдоль Великого чайного пути, сообщает агентство Синьхуа. Для популяризации туризма на востоке Евразии предлагается создать международный бренд, посвященный этому транспортному коридору с почти 300-летней историей.

Союз, основанный в 2016 году в автономном районе Внутренняя Монголия, планирует расширить транспортно-коммуникационные возможности и использование туристических ресурсов вдоль Великого чайного пути, прилагает совместные усилия для повышения качества услуг и создания безопасной, комфортной и здоровой среды для трансграничных туристов.

За год работы туристический союз открыл международные чартерные туристические рейсы и железнодорожные маршруты, содействует в строительстве трансграничной зоны туристического сотрудничества.

По словам чиновника Комиссии по развитию туризма Внутренней Монголии Чжэн Цзянина, туристические ведомства трех стран организовали ряд мероприятий по презентации туристических ресурсов вдоль Великого чайного пути. «Путешествие включает туристические продукты «Красивый Китай - Великий чайный путь-2017», «Голубое путешествие по Монгольскому плато» и другие», - добавил Чжэн Цзянин.

Как ранее сообщал Gudok.ru, туристический союз «Великого чайного пути» был основан 22 июля 2016 года в автономном районе Внутренняя Монголия. Его членами-учредителями стали туристические ведомства ряда китайских провинций, а также столицы Монголии Улан-Батора и некоторых российских районов, включая Забайкальский край, Республику Бурятия и Иркутскую область.

Великий чайный путь протяженностью более 13 тыс км появился в XVII веке. Он брал свое начало у гор Уишань в китайской провинции Фуцзянь и проходил через территории Китая, Монголии и России. Великий чайный путь был важным торговым коридором в Евразии, играл существенную роль в развитии дружественных связей и торгово-экономического сотрудничества Китая с находящимися вдоль этого пути странами и регионами.

Бэлла Ломанова

Китай. Монголия. СФО > Транспорт. Миграция, виза, туризм > gudok.ru, 14 августа 2017 > № 2275223


Казахстан. Турция. Китай > Легпром > kapital.kz, 14 августа 2017 > № 2275196

За полгода в Казахстан завезено одежды на $144,3 млн

Почти 79% импорта продается в Алматы

Казахстанцы начинают одевать отечественное: в 10 регионах местное производство одежды в разы превосходит импорт. Однако средний показатель по стране все еще уступает импорту в три раза. В Алматы объем импорта одежды в 18 раз превышает собственное производство, пишет Finprom.kz.

С января по июль текущего года в страну было завезено одежды на 144,3 млн долларов, что на 0,7% меньше аналогичного периода прошлого года. Из этого объема 78,5% (или 113,3 млн долларов) ушло в Алматы.

Импорт обуви увеличился в два раза и составил 108 млн долларов. Импорт женской одежды в стоимостном выражении на 26% превышает импорт мужской.

По итогам первого полугодия почти 80% всей импортной одежды было завезено из Турции, Китая, Бангладеш, Италии и Узбекистана.

Импорт турецкой одежды сократился на 28% и составил 37,2 млн долларов. Импорт одежды из Китая составил 33 млн долларов, увеличившись на 9%.

Импорт одежды из Бангладеша вырос на 45% и составил 22 млн долларов. Ввоз итальянской одежды вырос на 23%, до 10,8 млн долларов. Импорт одежды из Узбекистана сократился на 13%.

Женская одежда большей частью импортируется из Турции и Китая, тогда как мужская — из Бангладеш. Более 40% импорта детской одежды идет из Бангладеш, 10% - из Китая, 1 — из Италии.

Около 35% импортных пальто, курток и плащей привозится из Китая, 17% - из Бангладеш и 15% - из Италии. 30% импортных костюмов приходит из Турции, 16% - из Бангладеш, 11% - из Китая и 9% - из Италии. 30% импортных рубашек завозится из Турции, 28% - Бангладеш, 9% и 6% - производства Китая и Италии соответственно. Почти 50% маек и футболок завозится из Китая и 14% из Турции.

Отметим, что из Китая также идет 93% всех импортных перчаток и рукавиц, 84% платков и 73% носков.

Рынок импортной одежды в Казахстане превосходит собственное производство почти в 3 раза. Если за полгода было произведено одежды на сумму 16 млрд тенге, то импортировано было на 45,5 млрд тенге, из которых 35,7 млрд тенге приходится на Алматы.

Отметим, что в Алматы рынок импортной одежды превосходит собственное производство почти в 18 раз. На один квадратный метр торговой площади Алматы приходится 2,4 тысячи тенге одежды местного производства и 43 тысячи тенге импортной одежды. Для сравнения среднереспубликанский показатель составляет 2,3 тысячи тенге и 6,4 тысячи тенге соответственно. Цены на одежду в Алматы выше средних по республике на 36%.

Также объем импорта одежды преобладает над местным производством в Атырауской области в 5 раз, в Астане — в 2,5 раза, в Жамбылской области почти в 2 раза и в Южно-Казахстанской области на 36%, в Алматинской области на 4%.

Тем временем в 10 регионах РК наблюдается обратная ситуация — местное производство в разы превосходит импорт. В Северо-Казахстанской области объем собственного производства выше импорта более чем в 1000 раз. За полгода объем производства одежды в Северо-Казахстанской области составил 1 млрд тенге, в то время как импорт иностранной одежды составил лишь 971 тысячу тенге. На 1 квадратный метр торговой площади Северо-Казахстанской области приходится 5,3 тысячи тенге одежды местного производства и лишь 4,8 тенге импортной.

Также в Павлодарской области местное производство превосходит импорт более чем в 200 раз, в Кызылординской области почти в 80 раз, в Западно-Казахстанской области почти в 50 раз, в Акмолинской области почтив 30 раз и в Мангистауской в 20 раз.

Казахстан. Турция. Китай > Легпром > kapital.kz, 14 августа 2017 > № 2275196


КНДР. США. Китай. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 августа 2017 > № 2275132 Андрей Ланьков

Как изменится мир, когда Северная Корея станет ядерной державой

Андрей Ланьков

Новая фаза кризиса вокруг Северной Кореи, скорее всего, не настолько драматична, как настаивают многие СМИ, и не представляет непосредственной угрозы для корейцев и их соседей. Однако в долгосрочной перспективе северокорейская проблема стала еще более сложной и потенциально еще более взрывоопасной

Четвертого июля 2017 года, то есть в День независимости США, северокорейские ракетчики «преподнесли американцам подарок» – именно так, «подарком» назвал случившееся не кто иной, как лично Высший руководитель КНДР маршал Ким Чен Ын. В этот день в КНДР был проведен успешный испытательный запуск новой ракеты «Хвасон-14», которая, как заявили северокорейские СМИ, является межконтинентальной ракетой, способной поразить территорию Соединенных Штатов, – первой ракетой такого рода, разработанной в КНДР.

Анализ данных радиолокаторов показал, что испытанная 4 июля ракета имела потенциальную дальность порядка шести-семи тысяч километров, то есть она в состоянии поразить Аляску и некоторые заморские территории США. После первого испытания, впрочем, зазвучали сомнения по поводу того, действительно ли на этот раз была испытана МБР.

Чтобы рассеять сомнения, северокорейцы 28 июля повторили испытания. Показательно, что второй запуск проводили ночью и в не самых благоприятных погодных условиях. Скорее всего, это было сделано специально для того, чтобы продемонстрировать: северокорейские ракеты пригодны не только к испытаниям, но и к запускам в условиях, максимально приближенных к боевым. Вдобавок во время второго запуска стало ясно, что дальность ракеты «Хвасон-14» (как, впрочем, давно уже предсказывали некоторые специалисты) в действительности существенно больше, чем казалось из результатов испытаний 4 июля. Похоже, что новая северокорейская ракета имеет дальность порядка 10 тысяч километров и способна поразить Нью-Йорк, Чикаго и Сан-Франциско.

Ничего неожиданного в произошедшем нет: северокорейские власти самым официальным образом сообщили, что межконтинентальная ракета будет ими испытана в самое ближайшее время. Это сообщение содержалось в новогоднем выступлении Ким Чен Ына. Дональд Трамп, тогда еще не вступивший в должность, отреагировал немедленно – буквально на следующий день он написал твит, в котором заверил, что, хотя северокорейцы сообщают о запуске ракеты, «этого не произойдет» («it won't happen»).

Такое категорическое замечание вызвало тогда немало споров. Многие восприняли твит как предупреждение, что все попытки запуска будут пресечены военными средствами. Другие предполагали, что в распоряжении почти президента имеются секретные данные разведки, которые показывают, что Северная Корея блефует. Но на практике выяснилось, что Дональд Трамп просто сказал то, что ему в тот момент хотелось сказать, а вот Высший руководитель Ким Чен Ын сказал как раз то, что имеет место на самом деле.

После июльских испытаний по-прежнему нет уверенности в том, что северокорейские инженеры успешно решили непростой вопрос с защитой боеголовки на заключительном этапе полета, при вхождении в плотные слои атмосферы. Но в любом случае вопрос этот технически разрешим, и приходится признать, что Северная Корея то ли уже стала, то ли вот-вот станет третьей страной мира, способной нанести ядерный удар по любому объекту на территории Соединенных Штатов Америки.

Военный откат

Вот уже много лет и в официальных, и в неофициальных разговорах многие американские эксперты и официальные лица заявляли, что Америка «никогда не потерпит» создания Северной Кореей межконтинентальной баллистической ракеты, способной нанести удар по континентальным США. Автору этих строк, как и многим моим коллегам, приходилось не раз видеть неожиданно посуровевшие лица американских аналитиков, которые объясняли, что, дескать, Соединенные Штаты не допустят такого поворота событий и ответом на подобную северокорейскую дерзость станет ошеломляющий и обезоруживающий удар. Особенно часто такие разговоры звучали в начале этого года, когда администрация Трампа только приступила к своим обязанностям.

Скорее всего, люди, близкие к Трампу, тогда не лукавили – они искренне считали, что северокорейскую ядерную проблему еще не поздно решить одним мощным ударом. Однако уже к марту-апрелю ситуация изменилась. В публичных выступлениях американские военные стали очень часто говорить о возможности военного решения, но за закрытыми и полузакрытыми дверями зазвучали совершенно другие интонации.

С некоторым опозданием люди в окружении Трампа открыли для себя то, что специалисты знали всегда: попытка нанести военный удар по северокорейским политическим и военным объектам с большой долей вероятности спровоцирует ответный удар по сеульскому мегаполису, который располагается на самой границе и целиком простреливается северокорейской тяжелой артиллерией. Такой удар, в свою очередь, спровоцирует южнокорейский контрудар, за которым последует вторая корейская война, от которой США не смогут остаться в стороне.

При этом конфликт на Корейском полуострове не будет похож на обычный конфликт на Ближнем Востоке, где все решает небольшая авиационная группировка и, если совсем уж надо, несколько подразделений спецназа. К таким молниеносным и почти бескровным войнам и Америка, и отчасти Россия уже привыкли. Но в случае с Кореей конфликт, скорее всего, превратится в полноценную наземную войну, во многом похожую на войну во Вьетнаме, которая и поныне остается кошмаром для американского военного и политического руководства.

Вдобавок теоретически в такой войне на стороне КНДР должен принять участие Китай, который остается союзником Северной Кореи. Недавно китайское правительство выразило свою позицию, которая сводится к тому, что Китай не будет поддерживать КНДР, если Пхеньян сам начнет военные действия, но окажет КНДР поддержку, если та станет жертвой первого удара со стороны США.

Все это делает военное решение крайне непривлекательным, и, судя по всему, где-то в начале весны это обстоятельство уяснил и президент Трамп, и его ближайшие советники. В последнюю неделю Трамп выступил с целым рядом беспрецедентно грозных заявлений, пообещав северокорейскому руководству, что ответом на возможные провокации станет «пламя и ярость», – таким выспренним языком до сего времени обычно пользовалась исключительно северокорейская пропаганда. Он также пообещал, что КНДР ждут «немалые неприятности», если она и далее будет вести себя неправильно.

Как и следовало ожидать, Высший руководитель и его дипломаты за словом в карман не полезли: лично Ким Чен Ын пообещал, что американцев вслед за подарком ко Дню независимости, к которому было приурочено испытание первой северокорейской межконтинентальной ракеты, ждет немалое количество новых подарков.

Следует ли внешнему миру начинать беспокоиться по поводу возможной войны в Корее? Если учитывать личные особенности нынешнего обитателя Белого дома, то некоторые основания для беспокойства есть, но, скажем прямо, не слишком большие.

Позиция Китая

О неприемлемости военного решения я уже говорил, но дело в том, что в распоряжении США и их союзников вообще нет никаких инструментов, применение которых могло бы всерьез повлиять на ситуацию. Не исключено, что это обстоятельство у многих в России вызовет злорадство. Но радоваться тут нечему, потому что новая ситуация весьма неблагоприятно скажется в том числе и на России.

Понятно, что, помимо обмена угрозами и принятия воинственных поз, США придется предпринять какие-то меры, и первые контуры этих мер уже очевидны. Речь идет о санкциях и о попытках надавить на Китай, чтобы заставить его наконец покончить с северокорейским вопросом.

Северокорейская пропаганда испокон века рассказывала об экономической блокаде, в которой, дескать, находится КНДР, но в действительности первые международные санкции против Северной Кореи были введены только в 2006 году – до этого ограничивалась только торговля с США, которой Северная Корея и без всяких ограничений не занималась бы по причинам экономическим и географическим.

Любопытным образом введение санкций, которое последовало за первыми ядерными испытаниями, совпало с началом выхода северокорейской экономики из жесточайшего кризиса 1995–2000 годов. Примерно в это время, в 2002–2003 годах, был преодолен голод, свирепствовавший в 1990-е годы, и возобновился экономический рост. Показательно, что санкции никакого влияния на этот рост не оказали.

Еще более парадоксальным может показаться то, что экономический рост в Северной Корее стал существенно ускоряться в 2012–2013 годах, то есть как раз тогда, когда санкции были реально ужесточены. Связано это в первую очередь с тем, что новый руководитель страны Ким Чен Ын стало активно, хотя и осторожно осуществлять в стране рыночные реформы китайского образца, заканчивая таким образом демонтаж того немногого, что к тому времени осталось в Северной Корее от советской социалистической модели. Тем не менее факт остается фактом: начало того экономического мини-бума, который сейчас испытывает Северная Корея, совпало с резким ужесточением санкций против этой страны.

Основное внимание в своих усилиях сейчас США уделяют Китаю, что и понятно: Китай контролирует около 90% всей внешней торговли Северной Кореи. Понятно, что Китай в принципе в состоянии спровоцировать в КНДР жесточайший экономический кризис. Для этого достаточно полностью прекратить торговлю или хотя бы приостановить поставки в Северную Корею нефти и жидкого топлива по сниженным ценам. Именно этого и добивается от Китая администрация Трампа. Однако все эти усилия обречены на провал, о чем предупреждали многие специалисты, в том числе и американские.

С одной стороны, Китай крайне недоволен северокорейской ядерной программой, которая ставит под угрозу привилегированный статус самой КНР, одной из «официально признанных» ядерных держав. Кроме этого, северокорейские ядерные амбиции создают основания для сохранения или даже увеличения американского военного присутствия около китайских границ.

С другой стороны, Китай совершенно не хочет столкнуться с жесточайшим северокорейским экономическим кризисом и его политическими последствиями. Понятно, что если санкции и смогут привести к успеху, то только путем полного обрушения северокорейской экономики и возможных вспышек народных волнений в КНДР. Подобный сценарий Китаю совершенно не улыбается.

Китай сейчас сталкивается с типичным для подобных ситуаций выбором между двух зол. С одной стороны, злом для Китая является Северная Корея, развивающая ядерную программу, а с другой – Северная Корея, находящаяся в состоянии хаоса. Из этих двух зол Китай резонно выбирает меньшее – и это, как нетрудно догадаться, именно ядерная Северная Корея.

Таким образом, тщетны расчеты на то, что Китай удастся сделать полноценным участником санкционного режима. Столь же тщетны и надежды на то, что прямые санкции окажут серьезное влияние на поведение руководства самой Северной Кореи. Даже если в стране в результате санкций начнется экономический кризис (такой поворот событий сейчас кажется маловероятным), проблемы простого народа не заставят северокорейскую элиту отказаться от ядерного оружия, которое они считают оружием сохранения как собственной власти, так и собственной жизни.

Ближайшие перспективы

Все эти обстоятельства хорошо понимают специалисты в Соединенных Штатах, в том числе и те из них, кто находится на госслужбе. Однако очевидно, что санкции будут приняты, а давление на Китай продолжено. Причина тут проста: столкнувшись с явной и реальной угрозой извне, и американское политическое руководство, и в особенности Конгресс должны принять какие-то меры, которые убедят американских избирателей в том, что власти предержащие не дремлют и делают все, что только возможно.

Санкции, несмотря на свою неэффективность, выглядят жесткой мерой, которая может быть понятна массам, включая и продавщицу из Миннесоты, и водителя грузовика из Небраски. Таким образом, активная поддержка санкций может помочь какому-нибудь сенатору от штата Небраска выиграть следующие выборы.

В целом же ситуация безвыходная. Северная Корея ни при каких обстоятельствах не откажется от ядерного оружия. В Пхеньяне хорошо помнят, что случилось с Саддамом Хусейном и Муаммаром Каддафи. Последний пример особенно важен для КНДР, потому что ливийский лидер был единственным руководителем, который добровольно отказался от программы создания ядерного оружия, поверив в обещанную в обмен экономическую помощь. Как известно, эта доверчивость стоила Каддафи жизни, и понятно, что этот урок в Пхеньяне усвоен самым лучшим образом.

Впрочем, и без печального примера Каддафи и Саддама в Пхеньяне хорошо знают: доверять Вашингтону, равно как и другим ведущим державам (включая и Китай, и Россию), ни в коем случае не следует. Неслучайно, в частных разговорах северокорейцы упоминают не только печальную судьбу полковника Каддафи, но и историю с Будапештским протоколом 1994 года, который гарантировал сохранение тогдашних границ Украины в обмен на согласие сдать оставшееся от Советского Союза ядерное оружие.

Итак, что же изменилось в мире после запуска МБР? С одной стороны, существует определенная, хотя и не очень большая вероятность, что США все-такие пойдут на какие-то военные операции и попытаются превентивно парализовать северокорейскую ядерную программу, нанеся удары по важнейшим промышленным и военным объектам на территории КНДР.

Вероятность такого поворота событий, который еще весной казался вполне возможным, резко снизилась, но все-таки не является нулевой – во многом благодаря личным особенностям президента Дональда Трампа, который, как известно, человек эмоциональный и порой не слишком разбирается в хитросплетениях мировой политики. Однако, скорее всего, нас ждет сохранение статус-кво.

Долгосрочные проблемы

Другое дело – долгосрочная перспектива. Тут ядерная программа Северной Кореи заставит мир столкнуться с рядом достаточно неприятных проблем.

Первая – это вновь ставшая актуальной проблема ядерного распространения в Восточной Азии. После того как Северная Корея испытала МБР, способную нанести удар по США, у многих политиков и экспертов в Южной Корее появились сомнения, может ли в создавшейся ситуации Южная Корея и дальше рассчитывать на американский «ядерный зонтик».

Южная Корея, несмотря на соседство с Кореей Северной, десятилетиями достаточно спокойно относилась к вопросам своей безопасности, подразумевая, что в крайнем случае на выручку всегда придут Соединенные Штаты. Но в новой ситуации возникает вопрос, готовы ли будут США вмешаться в межкорейский конфликт, если возможной ценой такого вмешательства станет, скажем, превращение прекрасного города Сан-Франциско в радиоактивные руины.

В Южной Корее немало людей опасается того, что Ким Чен Ын, создав достаточно большой ядерный потенциал, может попытаться завершить то дело, которое не удалось его деду Ким Ир Сену в 1950 году, то есть объединить страну военной силой. Наличие ядерного потенциала дает ему надежду на то, что в подобный конфликт американцы не вмешаются. Хотя вероятность такого поворота событий невелика, в южнокорейских политических кругах возникла ощутимая нервозность, и в последнее время в Сеуле всерьез заговорили о создании собственного ядерного оружия.

Удастся ли это начинание – вопрос спорный. В отличие от Северной Кореи Южная Корея – это демократия, население которой весьма чувствительно к возможным экономическим проблемам. Попытка создать собственное ядерное оружие в Южной Корее неизбежно приведет к экономическим санкциям со стороны международного сообщества.

Даже если эти санкции будут существенно слабее тех, с которыми приходится иметь дело Северной Корее, для Южной Кореи, которая крайне зависима от международной торговли, они будут весьма болезненны. Можно предположить, что в таком случае южнокорейские избиратели решат отделаться от правительства, политика которого принесла им житейские трудности, даже если эта политика оправданна с точки зрения интересов национальной безопасности.

Тем не менее от вероятности превращения Южной Кореи в ядерную державу больше отмахиваться нельзя. Такой поворот событий почти наверняка вызовет разработку ядерного оружия в целом ряде государств в регионе, включая Японию, Тайвань, а возможно, и некоторые страны в Юго-Восточной Азии, особенно Вьетнам, который с немалым подозрением относится к своему гигантскому соседу и с удовольствием бы обзавелся средствами адекватной защиты на случай возможных проблем с Китаем.

Северокорейская ядерная программа чревата и другими проблемами. Рост количества ядерных зарядов и их носителей существенно увеличивает и вероятность инцидентов. Не стоит сбрасывать со счетов и то, что Северная Корея – это абсолютная монархия, где власть высшего руководителя непререкаема. Пока Ким Чен Ын показал себя человеком вполне рациональным и здравомыслящим, хотя в то же время вспыльчивым и даже капризным. Однако с годами характер человека имеет свойства портиться, а власть, в первую очередь власть абсолютная, человека развращает. В этой ситуации есть основания беспокоиться, что ядерную войну с непредсказуемыми для всего мира последствиями, по крайней мере теоретически, может начать один человек только по своему разумению.

Наконец, нельзя исключать того, что северокорейское руководство рано или поздно столкнется с внутриполитическим кризисом или, говоря прямо, революцией. Хотя Ким Чен Ын сейчас весьма популярен в народе (в основном благодаря своей экономической политике, ощутимо улучшившей условия жизни большинства населения), народное сердце – штука переменчивая. Николая Чаушеску, чья печальная кончина памятна многим, в начале своего правления был едва ли не самым популярным лидером в Восточной Европе.

Если в Северной Корее начнутся волнения, нельзя исключать того, что северокорейское правительство и лично Ким Чен Ын, не видя для себя никаких шансов на спасение, решат, что пришла пора «погибать с музыкой», и пойдут на применение ядерного оружия против США, а возможно, и других соседних стран, которых они будут считать виновниками своей печальной судьбы.

С точки зрения руководства России, которую многие из описанных проблем тоже касаются, главным негативным последствием может стать увеличение американского военного присутствия в Восточной Азии. До недавнего времени Южная Корея стремилась маневрировать между США и Китаем. Такая политика была бы идеальной и с точки зрения нового президента Мун Чжэ Ина, который, собственно, это и обещал во время избирательной кампании.

Однако в нынешней непростой ситуации Мун Чжэ Ину совсем не до маневров между великими державами. В настоящее время гарантией безопасности страны являются Соединенные Штаты, так что можно быть уверенным, что новая сеульская администрация, несмотря на сдержанное отношение к американским ценностям и глубокий национализм, сделает все возможное для усиления американо-южнокорейского союза.

Возможные решения

Есть ли у «северокорейской проблемы» решение? Здесь многое зависит от того, что понимать под решением. Если подразумевается отказ Северной Кореи от ядерного оружия, то решения у проблемы нет вообще.

Однако возможны и менее радикальные подходы, одним из которых является замораживание ракетной и ядерной программ. В рамках такого соглашения Северная Корея, сохраняя в своем распоряжении уже созданный ядерный потенциал, отказывается от новых испытаний ядерного оружия и новых запусков МБР в обмен на разнообразные экономические льготы, щедрую финансовую и материальную помощь, равно как и на военно-политические уступки.

В принципе одна из возможных уступок уже названа – прекращение совместных американо-южнокорейских военных учений. Правда, скорее всего, конкретно эта уступка малореальна, потому что с точки зрения Вашингтона и Сеула она будет выглядеть как дополнительное разоружение перед лицом вероятного противника, ныне обладающего уже и ядерным оружием. Однако компромисс и в этой, и в других областях возможен.

Впрочем, особой надежды на успех переговоров по замораживанию ядерного оружия тоже нет, ведь к нему не стремятся не только американские конгрессмены, но и Северная Корея. Действительно непонятно, готовы ли к переговорам сами северокорейцы. Как уже говорилось, экономическая ситуация в Северной Корее сейчас лучше, чем когда-либо за последние 30 лет. Экономика, движимая в основном отпущенными на свободу силами рынка, растет быстрыми темпами. Даже пессимисты говорят о росте ВВП на 3,9% в прошлом году. В этих условиях Северная Корея не испытывает былой нужды в американской или южнокорейской материальной и финансовой помощи.

В Вашингтоне желания пойти на уступки тоже не наблюдается. Попытка заключить соглашение о замораживании будет воспринята в Конгрессе как «выплата выкупа удачливому шантажисту» и поощрение Северной Кореи за то, что та бесцеремонным образом нарушила международный режим нераспространения еще в 1980–1990-х годах. Подобное соглашение будет воспринято как признак слабости, а ни нынешний президент, ни его преемники не в состоянии совершать поступки, которые позволят оппозиции (не важно, республиканской или демократической) представить их слабаками.

Таким образом, северокорейский ядерный кризис вступил в новую фазу. Она, скорее всего, не настолько драматична, как настаивают многие СМИ, и не представляет непосредственной угрозы для корейцев и их соседей. Однако в долгосрочной перспективе северокорейская проблема стала еще более сложной и потенциально еще более взрывоопасной.

КНДР. США. Китай. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 августа 2017 > № 2275132 Андрей Ланьков


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 августа 2017 > № 2272764 Изабель Мандро

Китай и Россия: много слов, мало дела

Несмотря на все заявления о дружбе Си Цзиньпина и Владимира Путина, особых достижений по общим проектам не видно.

Изабель Мандро (Isabelle Mandraud), Le Monde, Франция

Отношения России и Китая безоблачны, как никогда, и лидеры двух стран не упускают возможности продемонстрировать это. Приняв Си Цзиньпина в Москве 4 июля незадолго до саммита G20 в Гамбурге, Владимир Путин вручил ему орден Андрея Первозванного, который является высочайшей российской наградой и, кстати говоря, гарантирует владельцу небольшую пенсию в 34 412 рублей ежемесячно. В прошлом ее удостаивались лидеры двух дружественных государств, Казахстана и Азербайджана: Нурсултан Назарбаев и Гейдар Алиев.

Пекин не остался в долгу, и несколько дней спустя в Sina Weibo (китайский аналог Twitter) была запрещена любая критика Владимира Путина: российский лидер стал первым иностранным руководителем, которого удостоили такой защиты. «Сейчас, наверное, лучший период истории партнерства и стратегического сотрудничества Китая и России, — отметил Си Цзиньпин в Москве. — Наши страны работают в духе равенства, доверия и взаимной поддержки (…) над объединением шелковых путей и Евразийского союза».

Очень важный для китайского лидера проект создания новых торговых маршрутов между Азией и Европой по примеру старинного шелкового пути охватывает десятки стран и разжигает аппетиты с учетом обещанных инвестиций в триллион долларов.

«Ледяной шелковый путь»

Так, 14 мая Владимир Путин оказался в первом ряду 28 лидеров, которых пригласили 14 мая в Пекин на саммит по проекту «Один пояс — один путь». «Многие прежние модели и факторы экономического развития практически исчерпаны, во многих странах кризис переживает и концепция социального государства, сложившаяся в XX веке, — заявил он с трибуны. — Сегодня она не только не способна обеспечить устойчивый рост благосостояния, но порой и удерживать его на прежнем уровне. (…) Протекционизм становится нормой, а его скрытыми формами являются односторонние нелегитимные ограничения, в том числе, на поставку и распространение технологий».

В 2014 году на фоне европейских и американских санкций, которые были введены в ответ на аннексию Крыма и вооруженный конфликт на востоке Украины, Владимир Путин повернулся в сторону китайских соседей в надежде не только выйти из изоляции, но и найти альтернативу для западных рынков. Пришедший к власти в конце 2012 года Си Цзиньпин в свою очередь тоже столкнулся с американской критикой и сделал Россию целью своего первого государственного визита. С тех пор лидеры провели 22 двухсторонние встречи в разных форматах.

«Публичные демонстрации важны для китайской и российской внешней политики, где символике отводится очень большая роль, однако на практике переговоры могут затянуться надолго и не дать конкретных результатов», — подчеркивает эксперт по Азии из московского Центра Карнеги Александр Габуев. В России проект века китайских друзей вызывает в равной степени интерес и тревогу. На бумаге, новые шелковые пути Пекина нацелены прежде всего на страны Средней Азии. Главный наземный маршрут, который должен связать три китайских региона с Европой, проходит через Киргизстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан, Иран и Турцию.

Еще один путь идет через Казахстан и Каспийское море. Третий подключает Россию, но лишь на небольшом участке. Намеченный еще давно проект скоростного железнодорожного сообщения между Москвой и Пекином (столицы разделяет расстояние в 7 000 километров) пока что не сильно продвинулся вперед. Первый отрезок Москва-Казань (800 км), по поводу которого до сих пор идет экспертиза, увидит свет не раньше декабря 2021 года…

Остается Северный морской путь, который идет через Арктику, куда Россия вкладывает все больше средств. Он позволяет срезать маршрут на 3 000 км и, следовательно, уменьшить время транспортировки грузов из Шанхая в Роттердам по сравнению с маршрутом через Суэцкий канал. Этот «Ледяной шелковый путь», как его называют китайские власти, вызывает немалый интерес у Пекина. «Настроены на совместное развитие и освоение морских коридоров, прежде всего Северного морского пути, в интересах прокладки Ледяного шелкового пути», — заявил Си Цзиньпин 3 июля «Российской газете».

Красивые слова

В плане инвестиций в рамках «Один пояс — один путь» проекты тоже пробуксовывают. Большие планы в сфере двусторонней торговли (100 миллиардов долларов к 2015 году) так и не были достигнуты (66 миллиардов в 2016 году), а экономическое сотрудничество двух стран по большей части остается ограниченным энергетикой. Потребовалось более десяти лет жестких переговорах о ценах на газ, чтобы, наконец, подписать договор по колоссальному проекту газопровода «Сила Сибири» (4 000 км). Первые поставки российского газа в Китай, который пока что закупается главный образом в Туркменистане, должны начаться в декабре 2019 года, пообещал глава Газпрома Алексей Миллер.

«Инвестиции тормозятся из-за плохой репутации России среди китайских частных инвесторов, нехваткой информации, отсутствием структурных реформ и защиты собственности, постоянным изменением правил игры, падением цен на нефть и санкциями», — объясняет Александр Габуев. Другим препятствием становятся таможенные тарифы (между Китаем и Казахстаном они были снижены). По словам Габуева, «в перспективе возможно подписание соглашения о свободной торговле, но на этот процесс уйдут годы». Несмотря на все красивые слова, отношения Китая и России все еще портит недоверие в связи с наследием прошлого.

Кроме того, большие проекты не исключают риск напряженности. Китайские шелковые пути могут серьезно усилить влияние Пекина в регионе, который Москва считает своей стратегической зоной. Объявленный в 2010 году и торжественно запущенный в мае 2014 года Евразийский экономический союз (Россия, Казахстан и Белоруссия, к которым впоследствии подключились Армения и Киргизстан), задумывался Владимиром Путиным как широкое экономическое, торговое и политическое пространство.

«Усиление китайского влияния — неизбежный процесс, с которым Россия не может ничего сделать, — уверен Александр Габуев. — Как бы то ни было, у двух стран нет никаких территориальных конфликтов. Решение пограничного вопроса в 2004 году стало одним из главных достижений внешней политики Путина за последние 17 лет».

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 августа 2017 > № 2272764 Изабель Мандро


Россия. Китай. Монголия > Образование, наука > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272193

Завершилась российско-китайская экспедиция по исследованию экономического коридора Китай – Монголия – Россия

В рамках Соглашения о научном сотрудничестве между Байкальским институтом природопользования СО РАН и Институтом географии и природных ресурсов Академии наук Китая была проведена совместная российско-китайская экспедиция в рамках проекта по исследованию перспектив реализации программы экономического коридора Китай – Монголия – Россия.

В экспедиции участвовали специалисты БИП СО РАН, Института географии и природных ресурсов, Северо-Восточного института географии и агроэкологии, Центра международного научного обмена Китайской Академии наук, Пекинского педагогического университета, Университета финансов и экономики Ланьчжоу, а также Института географии им. В.Б. Сочавы СО РАН.

В процессе экспедиции были обсуждены перспективные проекты совместных научных исследований по региональной экономике, основные формы научного сотрудничества (обмен статистической и научной информацией, совместные публикации в российских, китайских и международных изданиях, стажировка научной молодежи по обмену, совместные научные проекты).

Члены экспедиции приняли участие в Международном форуме «Байкал как участок Всемирного природного наследия: 20 лет спустя» и в XII Международной научной конференции «Окружающая среда и устойчивое развитие Монгольского плато и сопредельных территорий».

Также для участников экспедиции были организованы встречи с руководителями Комитета по туризму Министерства экономики Республики Бурятия, Комитета экономического развития и туризма Администрации г.Улан-Удэ и ФГБНУ Бурятский научно-исследовательский институт сельского хозяйства. В ходе встреч обсуждались проблемы развития туризма в Республики Бурятия, социально-экономического развития г.Улан-Удэ, перспективы сотрудничества с КНР, в том числе в сфере инфраструктурного обеспечения международных транспортных и туристических потоков.

Россия. Китай. Монголия > Образование, наука > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272193


Китай. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 августа 2017 > № 2271761 Игорь Денисов

Почему китайцам запретили обсуждать Путина в соцсетях

Игорь Денисов

История с временным запретом комментировать в китайских соцсетях публикации, где упоминается Путин, интересна с двух точек зрения. Прежде всего, она дает представление о том, что и каким образом контролируется сегодня в китайском интернете. Однако главное – этот сюжет раскрывает важные особенности функционирования китайской политической системы, которая при Си Цзиньпине приобретает новые черты

Механизм и логика китайского контроля над интернетом не так просты, как может показаться на первый взгляд. Список «стоп-слов» и запретных тем постоянно меняется. Варьируются и рекомендации властей, касающиеся контента, – от полного табу на ту или иную тематику до пожеланий «не выпячивать» острые вопросы или на время ограничить их обсуждение в сети.

Цензурные ограничения могут быть постоянными, а могут вводиться временно – в связи с важными мировыми и внутренними событиями либо памятными датами (так, ежегодный пик внимания контролеров интернета приходится на 4 июня, годовщину событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году). Наибольшую строгость интернет-цензура проявляет во время партийных съездов или ежегодных сессий Всекитайского собрания народных представителей.

Во время встречи G20 в Гамбурге в китайском интернете неожиданно появилась новая зона особого контроля – при попытке прокомментировать практически любой популярный пост в социальной сети «Вэйбо», где упоминался Владимир Путин, пользователь сталкивался с блокировкой. На экране появлялась надпись: «Этот пост запрещено комментировать». Кроме того, очень часто отключалась функция репоста – такими публикациями невозможно было поделиться в ленте со своими друзьями.

Китайский образ Путина

Сначала на эту странность обратили внимание пользователи «Вэйбо». Опытным путем им удалось выяснить, что запрет на комментарии касается не всех постов с упоминанием российского президента, а только тех, которые могут широко разойтись по сети. При этом главным было как раз не содержание (оно могло быть совершенно нейтральным и безобидным), а популярность самого публикатора: если у него достаточное количество друзей (более тысячи), то все перепечатки и комментарии к заметкам о Путине на всякий случай блокировались.

Десятого июля об этом написала на своем английском сайте Financial Times, одиннадцатого июля аналогичная статья появилась на китайскоязычном сайте FT. Вывод газеты: действия цензуры стали следствием золотого периода, который переживают сейчас китайско-российские отношения. Как заявил в интервью FT китайский журналист Цай Шэнкунь, Путин стал первым зарубежным лидером, который получил привилегию быть защищенным от критики в китайском интернете. Обычно такая защита распространяется лишь на высших руководителей КНР.

Однако эта версия была опровергнута очень быстро: уже ко времени публикации статьи запрет на комментирование любых записей, связанных с Путиным, был снят так же неожиданно, как введен. Можно обратить внимание и на то, что запрещались не сами публикации, а их дальнейшее распространение. Кроме того, не очень понятно, какую критику в адрес президента России могли ожидать контролеры китайского интернета.

Путин для китайской аудитории герой безусловно положительный, в соцсетях есть несколько пабликов китайских фанатов президента РФ, которые наперебой публикуют его высказывания, – особенно привлекает жесткая внешнеполитическая риторика, популярны и фотографии. При этом в комментариях нередко звучат слова восхищения физической формой президента и его близостью к народу. Стоит привести список наиболее популярных путинских тегов (или тем – в терминологии «Вэйбо»): «Я и идеальный мужчина Путин», «Крутой парень Путин», «Великий государь Путин».

Образ Путина столь авторитетен, что китайские интернет-полемисты нередко приписывают ему нужные для себя высказывания. Так, в разгар территориальных споров Китая с Японией по поводу островов Дяоюйдао в сети появилась придуманная путинская цитата: «У России нет лишней земли, в территориальных спорах не может быть переговоров, а только война!». Сейчас эта и другие псевдоцитаты, приписываемые Путину, вновь в ходу в связи с обострением обстановки на стыке границ Китая, Индии и Бутана.

Так или иначе, сразу же после окончания июльского саммита G20 любые новые записи, где содержалось слово «Путин», можно было свободно комментировать и широко распространять. Следовательно, если в запрете и была какая-то логика, то она связана не с китайско-российскими отношениями и даже не с личностью самого президента России, а с тем, что происходило в Гамбурге.

В пользу этой версии говорит то, что достаточно критические статьи по поводу отношений с Россией никак не цензурировались ни до, ни во время, ни после «особого периода» 7–8 июля. Если догадки Financial Times по поводу блокировки комментариев очень быстро были вычищены цензурой (об этом говорят данные Центра изучения журналистики и массмедиа Гонконгского университета, который занимается мониторингом китайского интернета), то, например, статья на китайском сайте FT о современной внешней политике КНР известного китайского политолога Дэн Юйвэня спокойно присутствует в соцсетях, в блогах и на некоторых информационных порталах в самом Китае. Хотя в ней содержится не просто мягкая критика действий Пекина на российском направлении, а призыв к полному отказу от близких отношений с Москвой.

Разрешенная критика

Есть смысл подробнее остановиться на этой публикации, чтобы понять уровень допустимого при обсуждении как вопросов внешней политики в целом, так и более узкой темы – отношений Китая с Россией. Дэн Юйвэня можно отнести к праволиберальному спектру китайской политической мысли, но его никак нельзя назвать диссидентом или несистемным интеллектуалом. Относительно недавно ученый занимал официальный пост в Центральной партийной школе КПК (до 2013 года Дэн был заместителем главного редактора печатного органа ЦПШ – газеты «Сюэси шибао»).

Любопытно, что, работая в цитадели подготовки партийных кадров, Дэн Юйвэнь не был коммунистом, он член одной из «демократических партий» – Революционного комитета Гоминьдана и даже входит в одну из комиссий Центрального комитета РКГ. Дэн Юйвэнь также числится старшим научным сотрудником одного из китайских мозговых трестов – Института Чахар; The Charhar Institute), сотрудничает с ведущими китайскими и зарубежными СМИ.

В статье для китайского сайта Financial Times Дэн Юйвэнь пишет о необходимости реформирования китайской внешней политики, и в этом плане он мало отличается от других китайских специалистов по международным отношениям, которые не перестают обсуждать, каким образом растущий Китай должен проявлять себя в ближайшей периферии и в глобальном масштабе. Вся разница в выстраивании приоритетов и в радикальности предложений. Дэн Юйвэнь в начале своей статьи пишет о том, что он выступает за системные изменения как дипломатического мышления, так и дипломатической практики. Пока, по словам эксперта, китайская дипломатия в ее нынешнем виде приводит лишь к тому, что в мире Китай «боятся, но не уважают».

Предложения Дэн Юйвэня по поводу России просты и как раз очень радикальны – Китаю необходимо отказаться от «отношений квазисоюза» и избегать излишней близости с Россией. Автор замечает, что в новую и новейшую историю два государства оказали особенно сильное влияние на Китай – это США и Россия, однако американское влияние было «активным и позитивным», а российское – «пассивным и негативным». Дэн Юйвэнь, не исключая общности интересов Москвы и Пекина на тактической основе, предостерегает от того, чтобы сближение с Россией приобрело характер стратегии, а создаваемый союз или квазисоюз были направлены на противостояние США.

Дэн Юйвэнь приводит целый перечень претензий к России. Во-первых, по его оценкам, в двусторонних отношениях Москва по-прежнему пытается играть ведущую роль. Во-вторых, Россия изо всех сил стремится сдерживать КНР, что проявляется, например, в Шанхайской организации сотрудничества. Россия настойчиво втягивала в ШОС Индию, чей интерес к организации был небольшим. Эти усилия Россия предпринимала именно с целью сдерживания КНР.

Однако главную опасность для Китая Дэн Юйвэнь видит в нынешних конфликтных отношениях России с Западом. Противоречия России с США и Евросоюзом сильнее, чем противоречия Китая с этими мировыми игроками, и в такой ситуации китайско-российский союз может легко превратить Китай в пешку в российской конфронтации с Западом. Общие интересы Китая и России не идут ни в какое сравнение с общими интересами Китая и США, поэтому с точки зрения стратегических интересов Китая заключение квазисоюза с Россией имеет больше минусов, чем плюсов, полагает Дэн Юйвэнь.

У Дэн Юйвэня есть единомышленники, хотя его взгляды, безусловно, не относятся к мейнстриму, тем более их нельзя отождествлять с официальной позицией.

Между тем некоторые тревожные нотки по поводу опасности втягивания Пекина в противостояние России и Запада в последнее время звучат все чаще, причем из уст более авторитетных и статусных экспертов. Часть экспертов считает, что Россия все больше маргинализируется в мировой экономике и такой партнер вряд ли интересен для Китая. Другие обращают внимание на двойственность положения стратегического партнера – признавая сохранение роли Москвы в международных делах, эксперты обращают внимание на риски, связанные, как они пишут, с «ослаблением России». Для нашей темы важно другое – что такие мнения властями не подавлялись раньше и сейчас они не являются заботой идеологических цензоров.

Всегда на первом плане

Ссылку на статью Дэн Юйвэня Financial Times давала в своем аккаунте в «Вэйбо» трижды – сначала в три часа ночи в понедельник 3 июля, в тот же день в 17:25 (прайм-тайм – когда китайцы пролистывают свои гаджеты, готовясь к ужину) и потом повтором в субботу 8 июля в 20:00 (как лучший материал недели). Ни одна из этих публикаций не была заблокирована, функции репоста и комментирования также не отключались. Вряд ли это произошло из-за невнимательности администрации «Вэйбо» и цензурных органов. Ведь распространял статью не просто зарубежный аккаунт, но и очень авторитетный – у Financial Times в «Вэйбо» 1,5 млн подписчиков. А при блокировке комментариев к постам про Путина 7–8 июля контрольная планка была куда ниже – всего тысяча подписчиков.

Опрос китайских экспертов показал, что ясности по поводу действий цензуры во время саммита «двадцатки» у них нет. Один из авторитетных международников сказал мне, что не стоит даже задумываться над логикой действий китайской бюрократической машины: «Сегодня им показалось, что есть какая-то опасность нежелательного контента, связанного с Путиным, потом увидели, что ничего не происходит, и отказались от запрета на комментарии и репосты».

Некоторые эксперты согласились с тем, что блокировка нежелательных комментариев свидетельствует о высоком уровне китайско-российского взаимодействия и особом характере партнерства двух стран, показывает желание Пекина не навредить двусторонним отношениям. Правда, они не могли объяснить, почему вспышка интереса цензуры к публикациям о Путине была столь кратковременной и точно совпала с саммитом «двадцатки».

Ранее несколько источников, осведомленных о практике контроля над интернетом, рассказывали, что китайские интернет-СМИ получили указание блокировать личные нападки на российского президента. Что стоит за этим указанием и было ли оно, сказать трудно, но директива вряд ли объясняет описанную ситуацию. Два дня в июле блокировались не нападки, а просто сама информация о персоне, вернее, ее широкое присутствие в сети.

Кажется, это и подводит нас к разгадке. Просмотр номеров главной партийной газеты «Жэньминь жибао» показал, что за все время гамбургского саммита Путин упоминался в издании только один раз – в сообщении о неформальной встрече группы БРИКС, которая прошла на полях «двадцатки» под председательством Си Цзиньпина.

На страницах «Жэньминь жибао» полностью отсутствовала одна тема, которая в начале июля была в центре внимания российской и мировой прессы. Речь идет о первой встрече Владимира Путина и Дональда Трампа. Китайская «газета номер один» полностью проигнорировала ее – в дни работы G20 не было ни малейшего упоминания о переговорах президентов России и США. Не было даже краткой информационной заметки, чего уж говорить про развернутые комментарии.

Похоже, именно на то, чтобы увести из центра внимания аудитории тему российско-американских переговоров, и были направлены нелогичные на первый взгляд действия китайских цензоров. Можно предположить, почему это делалось. В год партийного съезда при комментировании любых внутренних и международных событий в фокусе внимания должен быть Си Цзиньпин, который по концентрации власти превзошел двух своих предшественников – Ху Цзиньтао и Цзян Цзэминя.

Об особенностях китайских репортажей о работе Форума международного сотрудничества «Один пояс – один путь» мы уже писали. Планируя тактику медиареагирования для «двадцатки», китайские органы пропаганды справедливо предположили, какая тема будет носить наиболее яркий и сенсационный характер, и сделали все возможное, чтобы переговоры Путина и Трампа ни в коем случае не затмили участие председателя КНР в заседаниях G20.

Чувствительность ко всему, что связано с «ядром» китайской политической машины – Си Цзиньпином, – возросла многократно. В Китае не поняли, почему российские СМИ стали смаковать минутное опоздание китайской делегации на переговоры Путина и Си Цзиньпина в Астане на полях саммита ШОС. Тогда в зале для переговоров некоторое время Китай был представлен лишь самим Си Цзиньпином и главой его секретариата Дин Сюэсяном. Шуточное обращение Путина к Си Цзиньпину – «Один боец!» – напугало китайских цензоров. Было сделано все, чтобы остановить распространение ролика в китайской сети, убирались и все текстовые пересказы этого эпизода, а также появившиеся интернет-мемы и популярные комментарии: «изолирован», «как одиноко», «один ведет бой». Лидер, в важный момент оставленный соратниками, не лучшая картинка для образа Си Цзиньпина как сильного руководителя.

На сайте китайского Центрального телевидения по итогам визитов Си Цзиньпина в Россию и Германию появился любопытный документ, в котором методично перечисляется, как внимательно телевизионщики сообщали о важных встречах и заявлениях председателя. Это больше похоже на официальный отчет, который, видимо, и раньше посылался в вышестоящие инстанции, но теперь такое время, что о лояльности лидеру требуется заявлять открыто и громко.

Китай. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 августа 2017 > № 2271761 Игорь Денисов


Китай. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 августа 2017 > № 2271055 Игорь Денисов

Почему китайцам запретили обсуждать Путина в соцсетях

Игорь Денисов, Carnegie Moscow Center, Россия

Механизм и логика китайского контроля над интернетом не так просты, как может показаться на первый взгляд. Список «стоп-слов» и запретных тем постоянно меняется. Варьируются и рекомендации властей, касающиеся контента, — от полного табу на ту или иную тематику до пожеланий «не выпячивать» острые вопросы или на время ограничить их обсуждение в сети.

Цензурные ограничения могут быть постоянными, а могут вводиться временно — в связи с важными мировыми и внутренними событиями либо памятными датами (так, ежегодный пик внимания контролеров интернета приходится на 4 июня, годовщину событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году). Наибольшую строгость интернет-цензура проявляет во время партийных съездов или ежегодных сессий Всекитайского собрания народных представителей.

Во время встречи G20 в Гамбурге в китайском интернете неожиданно появилась новая зона особого контроля — при попытке прокомментировать практически любой популярный пост в социальной сети «Вэйбо» (新浪微博), где упоминался Владимир Путин, пользователь сталкивался с блокировкой. На экране появлялась надпись: «Этот пост запрещено комментировать» (此条微博禁止评论). Кроме того, очень часто отключалась функция репоста — такими публикациями невозможно было поделиться в ленте со своими друзьями.

Китайский образ Путина

Сначала на эту странность обратили внимание пользователи «Вэйбо». Опытным путем им удалось выяснить, что запрет на комментарии касается не всех постов с упоминанием российского президента, а только тех, которые могут широко разойтись по сети. При этом главным было как раз не содержание (оно могло быть совершенно нейтральным и безобидным), а популярность самого публикатора: если у него достаточное количество друзей (более тысячи), то все перепечатки и комментарии к заметкам о Путине на всякий случай блокировались.

Десятого июля об этом написала на своем английском сайте Financial Times, одиннадцатого июля аналогичная статья появилась на китайскоязычном сайте FT. Вывод газеты: действия цензуры стали следствием золотого периода, который переживают сейчас китайско-российские отношения. Как заявил в интервью FT китайский журналист Цай Шэнкунь (蔡慎坤), Путин стал первым зарубежным лидером, который получил привилегию быть защищенным от критики в китайском интернете. Обычно такая защита распространяется лишь на высших руководителей КНР.

Однако эта версия была опровергнута очень быстро: уже ко времени публикации статьи запрет на комментирование любых записей, связанных с Путиным, был снят так же неожиданно, как введен. Можно обратить внимание и на то, что запрещались не сами публикации, а их дальнейшее распространение. Кроме того, не очень понятно, какую критику в адрес президента России могли ожидать контролеры китайского интернета.

Путин для китайской аудитории герой безусловно положительный, в соцсетях есть несколько пабликов китайских фанатов президента РФ, которые наперебой публикуют его высказывания, — особенно привлекает жесткая внешнеполитическая риторика, популярны и фотографии. При этом в комментариях нередко звучат слова восхищения физической формой президента и его близостью к народу. Стоит привести список наиболее популярных путинских тегов (или тем (话题) — в терминологии «Вэйбо»): «Я и идеальный мужчина Путин» (#我和男神普京#), «Крутой парень Путин» (#硬汉普京#), «Великий государь Путин» (#普京大帝#).

Образ Путина столь авторитетен, что китайские интернет-полемисты нередко приписывают ему нужные для себя высказывания. Так, в разгар территориальных споров Китая с Японией по поводу островов Дяоюйдао в сети появилась придуманная путинская цитата: «У России нет лишней земли, в территориальных спорах не может быть переговоров, а только война!» (俄罗斯没有一寸土地是多余的!领土争端没有谈判?只有战争?). Сейчас эта и другие псевдоцитаты, приписываемые Путину, вновь в ходу в связи с обострением обстановки на стыке границ Китая, Индии и Бутана.

Так или иначе, сразу же после окончания июльского саммита G20 любые новые записи, где содержалось слово «Путин», можно было свободно комментировать и широко распространять. Следовательно, если в запрете и была какая-то логика, то она связана не с китайско-российскими отношениями и даже не с личностью самого президента России, а с тем, что происходило в Гамбурге.

В пользу этой версии говорит то, что достаточно критические статьи по поводу отношений с Россией никак не цензурировались ни до, ни во время, ни после «особого периода» 7-8 июля. Если догадки Financial Times по поводу блокировки комментариев очень быстро были вычищены цензурой (об этом говорят данные Центра изучения журналистики и массмедиа Гонконгского университета, который занимается мониторингом китайского интернета), то, например, статья на китайском сайте FT о современной внешней политике КНР известного китайского политолога Дэн Юйвэня (邓聿文) спокойно присутствует в соцсетях, в блогах и на некоторых информационных порталах в самом Китае. Хотя в ней содержится не просто мягкая критика действий Пекина на российском направлении, а призыв к полному отказу от близких отношений с Москвой.

Разрешенная критика

Есть смысл подробнее остановиться на этой публикации, чтобы понять уровень допустимого при обсуждении как вопросов внешней политики в целом, так и более узкой темы — отношений Китая с Россией. Дэн Юйвэня можно отнести к праволиберальному спектру китайской политической мысли, но его никак нельзя назвать диссидентом или несистемным интеллектуалом. Относительно недавно ученый занимал официальный пост в Центральной партийной школе КПК (до 2013 года Дэн был заместителем главного редактора печатного органа ЦПШ — газеты «Сюэси шибао», 学习时报).

Любопытно, что, работая в цитадели подготовки партийных кадров, Дэн Юйвэнь не был коммунистом, он член одной из «демократических партий» — Революционного комитета Гоминьдана и даже входит в одну из комиссий Центрального комитета РКГ. Дэн Юйвэнь также числится старшим научным сотрудником одного из китайских мозговых трестов — Института Чахар (察哈尔学会; The Charhar Institute), сотрудничает с ведущими китайскими и зарубежными СМИ.

В статье для китайского сайта Financial Times Дэн Юйвэнь пишет о необходимости реформирования китайской внешней политики, и в этом плане он мало отличается от других китайских специалистов по международным отношениям, которые не перестают обсуждать, каким образом растущий Китай должен проявлять себя в ближайшей периферии и в глобальном масштабе. Вся разница в выстраивании приоритетов и в радикальности предложений. Дэн Юйвэнь в начале своей статьи пишет о том, что он выступает за системные изменения как дипломатического мышления, так и дипломатической практики. Пока, по словам эксперта, китайская дипломатия в ее нынешнем виде приводит лишь к тому, что в мире Китай «боятся, но не уважают» (畏而不敬).

Предложения Дэн Юйвэня по поводу России просты и как раз очень радикальны — Китаю необходимо отказаться от «отношений квазисоюза» (准同盟关系) и избегать излишней близости с Россией. Автор замечает, что в новую и новейшую историю два государства оказали особенно сильное влияние на Китай — это США и Россия, однако американское влияние было «активным и позитивным», а российское — «пассивным и негативным». Дэн Юйвэнь, не исключая общности интересов Москвы и Пекина на тактической основе, предостерегает от того, чтобы сближение с Россией приобрело характер стратегии, а создаваемый союз или квазисоюз были направлены на противостояние США.

Дэн Юйвэнь приводит целый перечень претензий к России. Во-первых, по его оценкам, в двусторонних отношениях Москва по-прежнему пытается играть ведущую роль. Во-вторых, Россия изо всех сил стремится сдерживать КНР, что проявляется, например, в Шанхайской организации сотрудничества. Россия настойчиво втягивала в ШОС Индию, чей интерес к организации был небольшим. Эти усилия Россия предпринимала именно с целью сдерживания КНР.

Однако главную опасность для Китая Дэн Юйвэнь видит в нынешних конфликтных отношениях России с Западом. Противоречия России с США и Евросоюзом сильнее, чем противоречия Китая с этими мировыми игроками, и в такой ситуации китайско-российский союз может легко превратить Китай в пешку в российской конфронтации с Западом. Общие интересы Китая и России не идут ни в какое сравнение с общими интересами Китая и США, поэтому с точки зрения стратегических интересов Китая заключение квазисоюза с Россией имеет больше минусов, чем плюсов, полагает Дэн Юйвэнь.

У Дэн Юйвэня есть единомышленники, хотя его взгляды, безусловно, не относятся к мейнстриму, тем более их нельзя отождествлять с официальной позицией.

Между тем некоторые тревожные нотки по поводу опасности втягивания Пекина в противостояние России и Запада в последнее время звучат все чаще, причем из уст более авторитетных и статусных экспертов. Часть экспертов считает, что Россия все больше маргинализируется в мировой экономике и такой партнер вряд ли интересен для Китая. Другие обращают внимание на двойственность положения стратегического партнера — признавая сохранение роли Москвы в международных делах, эксперты обращают внимание на риски, связанные, как они пишут, с «ослаблением России». Для нашей темы важно другое — что такие мнения властями не подавлялись раньше и сейчас они не являются заботой идеологических цензоров.

Всегда на первом плане

Ссылку на статью Дэн Юйвэня Financial Times давала в своем аккаунте в «Вэйбо» трижды — сначала в три часа ночи в понедельник 3 июля, в тот же день в 17:25 (прайм-тайм — когда китайцы пролистывают свои гаджеты, готовясь к ужину) и потом повтором в субботу 8 июля в 20:00 (как лучший материал недели). Ни одна из этих публикаций не была заблокирована, функции репоста и комментирования также не отключались. Вряд ли это произошло из-за невнимательности администрации «Вэйбо» и цензурных органов. Ведь распространял статью не просто зарубежный аккаунт, но и очень авторитетный — у Financial Times в «Вэйбо» 1,5 млн подписчиков. А при блокировке комментариев к постам про Путина 7-8 июля контрольная планка была куда ниже — всего тысяча подписчиков.

Опрос китайских экспертов показал, что ясности по поводу действий цензуры во время саммита «двадцатки» у них нет. Один из авторитетных международников сказал мне, что не стоит даже задумываться над логикой действий китайской бюрократической машины: «Сегодня им показалось, что есть какая-то опасность нежелательного контента, связанного с Путиным, потом увидели, что ничего не происходит, и отказались от запрета на комментарии и репосты».

Некоторые эксперты согласились с тем, что блокировка нежелательных комментариев свидетельствует о высоком уровне китайско-российского взаимодействия и особом характере партнерства двух стран, показывает желание Пекина не навредить двусторонним отношениям. Правда, они не могли объяснить, почему вспышка интереса цензуры к публикациям о Путине была столь кратковременной и точно совпала с саммитом «двадцатки».

Ранее несколько источников, осведомленных о практике контроля над интернетом, рассказывали, что китайские интернет-СМИ получили указание блокировать личные нападки на российского президента. Что стоит за этим указанием и было ли оно, сказать трудно, но директива вряд ли объясняет описанную ситуацию. Два дня в июле блокировались не нападки, а просто сама информация о персоне, вернее, ее широкое присутствие в сети.

Кажется, это и подводит нас к разгадке. Просмотр номеров главной партийной газеты «Жэньминь жибао» показал, что за все время гамбургского саммита Путин упоминался в издании только один раз — в сообщении о неформальной встрече группы БРИКС, которая прошла на полях «двадцатки» под председательством Си Цзиньпина.

На страницах «Жэньминь жибао» полностью отсутствовала одна тема, которая в начале июля была в центре внимания российской и мировой прессы. Речь идет о первой встрече Владимира Путина и Дональда Трампа. Китайская «газета номер один» полностью проигнорировала ее — в дни работы G20 не было ни малейшего упоминания о переговорах президентов России и США. Не было даже краткой информационной заметки, чего уж говорить про развернутые комментарии.

Похоже, именно на то, чтобы увести из центра внимания аудитории тему российско-американских переговоров, и были направлены нелогичные на первый взгляд действия китайских цензоров. Можно предположить, почему это делалось. В год партийного съезда при комментировании любых внутренних и международных событий в фокусе внимания должен быть Си Цзиньпин, который по концентрации власти превзошел двух своих предшественников — Ху Цзиньтао и Цзян Цзэминя.

Об особенностях китайских репортажей о работе Форума международного сотрудничества «Один пояс — один путь» мы уже писали. Планируя тактику медиареагирования для «двадцатки», китайские органы пропаганды справедливо предположили, какая тема будет носить наиболее яркий и сенсационный характер, и сделали все возможное, чтобы переговоры Путина и Трампа ни в коем случае не затмили участие председателя КНР в заседаниях G20.

Чувствительность ко всему, что связано с «ядром» китайской политической машины — Си Цзиньпином, — возросла многократно. В Китае не поняли, почему российские СМИ стали смаковать минутное опоздание китайской делегации на переговоры Путина и Си Цзиньпина в Астане на полях саммита ШОС. Тогда в зале для переговоров некоторое время Китай был представлен лишь самим Си Цзиньпином и главой его секретариата Дин Сюэсяном (丁薛祥). Шуточное обращение Путина к Си Цзиньпину — «Один боец!» — напугало китайских цензоров. Было сделано все, чтобы остановить распространение ролика в китайской сети, убирались и все текстовые пересказы этого эпизода, а также появившиеся интернет-мемы и популярные комментарии: «изолирован», «как одиноко», «один ведет бой» (被孤立, 好孤独, 一人作战). Лидер, в важный момент оставленный соратниками, не лучшая картинка для образа Си Цзиньпина как сильного руководителя.

На сайте китайского Центрального телевидения по итогам визитов Си Цзиньпина в Россию и Германию появился любопытный документ, в котором методично перечисляется, как внимательно телевизионщики сообщали о важных встречах и заявлениях председателя. Это больше похоже на официальный отчет, который, видимо, и раньше посылался в вышестоящие инстанции, но теперь такое время, что о лояльности лидеру требуется заявлять открыто и громко.

Китай. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 августа 2017 > № 2271055 Игорь Денисов


Узбекистан. СНГ. Китай. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 9 августа 2017 > № 2271932 Бахтиер Эргашев

Узбекистан не вступит в ЕАЭС, но может рассмотреть зону свободной торговли – эксперт

После прихода к власти в Узбекистане Шавката Мирзиёева в 2016 г. эксперты о трансформации внешнеполитического курса страны. Высказываются и предположения о расширении сотрудничества Узбекистана с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) и более того – вступлении республики в его состав. «Евразия.Эксперт» поговорил с заместителем директора по геокультуре и геоэкономике Средней и Центральной Азии Центра традиционных культур (Узбекистан) Бахтиёром Эргашевым. Действительно ли Узбекистан присматривается к ЕАЭС? Какие приоритеты на самом деле диктуют внешнюю политику Ташкента?

- Бахтиер Исмаилович, бывший президент Узбекистана Ислам Каримов стремился сохранять внеблоковый статус страны в годы своего президентства. На Ваш взгляд, Шавкат Мирзиёев намерен продолжать эту политику или готов рассмотреть более тесное сотрудничество с Евразийским экономическим союзом?

- Внешняя политика Узбекистана в период после обретения государственной независимости основывалась на двух базовых принципах. Первый принцип – это сбалансированная равноудаленность от мировых центров сил. Второй – отказ от участия в многосторонних интеграционных объединениях и упор на двусторонние связи (военно-технические, экономические и другие).

Эти принципы закреплены в Концепции внешней политики, утвержденной парламентом страны в 2012 г. В Концепции закреплены положения о том, что Узбекистан имеет внеблоковый статус, не будет входить в военно-политические блоки, не будет размещать на своей территории иностранные военные базы, а узбекские военнослужащие не будут участвовать в военных операциях за рубежом.

Участившиеся после кончины первого президента Узбекистана Ислама Каримова в сентябре 2016 г. и прихода к власти президента Шавката Мирзиёева домыслы различных экспертов и СМИ о том, что с приходом нового президента возможна смена приоритетов и принципов внешней политики Узбекистана, были пресечены четким и однозначным заявлением министра иностранных дел Абдулазиза Камилова о том, что «Узбекистан не будет вступать в ОДКБ и Евразийское экономическое сообщество» в июле этого года.

- Теоретически какой положительный эффект для экономики Узбекистана могло бы дать вступление в ЕАЭС?

- Несомненно, в силу наличия серьезных торгово-экономических связей Узбекистана со странами ЕАЭС, вступление (гипотетическое) создаст определенные возможности для страны, в частности, возможности свободного перетока рабочей силы в рамках ЕАЭС. Это довольно значимо для Узбекистана, который является страной-источником трудовой миграции, в то время как Россия и Казахстан являются двумя основными странами-реципиентами рабочей силы из Узбекистана.

Важным преимуществом может стать выравнивание для узбекских производителей условий поставок продукции в рамках экономического пространства, что повысит конкурентоспособность узбекской продукции на территории стран ЕАЭС. Есть еще ряд преимуществ, которые могут получить узбекские граждане и бизнес в рамках ЕАЭС, где предусматривается формирование единого рынка труда, капиталов.

- Какие экономические риски несет в себе вступления в ЕАЭС?

- Риски связаны, прежде всего, с тем, что Узбекистан, реализуя собственную модель экономических реформ, ориентируется на реализацию политики стимулирования собственного производства, обеспечивая жесткий протекционистский таможенно-тарифный режим. Защита внутреннего рынка и отечественного производителя – это приоритет.

Модели экономического развития России и Казахстана в корне отличаются от узбекской. Россия и Казахстан являются членами ВТО [Всемирная торговая организация – прим. «ЕЭ»], а Узбекистан даже в долгосрочной перспективе не ставит целью вхождение в ВТО.

В этих условиях нужны сильные экономические резоны, которые стимулировали бы Узбекистан на вхождение в ЕАЭС, на кардинальную смену модели экономического развития.

Кроме того, необходим учет и политических нюансов. Узбекистан не готов к вступлению в интеграционные объединения, которые предполагают передачу на наднациональный уровень части своих суверенных полномочий (в частности, касающихся полномочий по регулированию таможенно-тарифных вопросов).

Поэтому в силу экономических и политических причин, вхождение Узбекистана в ЕАЭС в среднесрочной перспективе даже не обсуждается.

При этом стоит отметить, что осторожное отношение к интеграционным инициативам распространяется и на другие форматы, предлагаемые внешними игроками. Узбекистан, например, не согласен на участие в создании зоны свободной торговли Шанхайской организации сотрудничества, которая является китайским проектом и направлена на обеспечение экономического доминирования Китая в зоне ШОС. Узбекистан на сегодня – единственная страна-член ШОС, которая ясно и недвусмысленно выступила против этого проекта. Остальные страны-члены ШОС не хотят портить отношения с КНР и сохраняют нейтрально-выжидательную позицию, ждут, чем закончится спор между Китаем и Узбекистаном.

Узбекистан подписал Договор о присоединении к зоне свободной торговли СНГ. При этом все члены ЕАЭС являются одновременно членами СНГ. На сегодняшний день система взаимных преференций, о которых договорились при присоединении Узбекистана к зоне свободной торговли СНГ, вполне устраивает Узбекистан.

- Основными партнерами Узбекистана, входящими в ЕАЭС, являются Россия и Казахстан. Как могут измениться торгово-экономические отношения Узбекистана с этими странами в результате вступления в ЕАЭС, и есть ли потенциал для расширения сотрудничества?

- Результаты государственных визитов президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Казахстан в марте 2017 г. и в Россию в апреле 2017 г., подписанные торгово-экономические, инвестиционные соглашения стали новым этапом в развитии двухсторонних отношений. Они показали, что потенциал двухсторонних отношений огромный, и он должен быть реализован. Здесь нужно отметить несколько важных аспектов.

Во-первых, Россия до 2015 г. была крупнейшим внешнеторговым партнером Узбекистана (с 2015 г. на первом месте – Китай). Во-вторых, между Узбекистаном и Россией заключен договор о союзнических отношениях, и Россия и Узбекистан – это военно-политические союзники. Уже это показывает, что у Узбекистана с Россией серьезный фундамент для долгосрочного стратегического сотрудничества.

Россия для Узбекистана может стать серьезным партнером в реализации стратегии экономической модернизации. В ходе визита президента Узбекистана в Москву в апреле 2017 г. было подписано соглашений на сумму свыше $15 млрд. Из них около $11 млрд – это инвестиционные соглашения, когда российские инвестиции будут вложены в проекты в Узбекистане. Это серьезная сумма.

Помимо этого, в Узбекистане реализуется амбициозная программа технологического перевооружения и модернизации предприятий более чем на $30 млрд. Это хорошая возможность для российских производителей самого разного оборудования, так как падение рубля в 2015 г. сделало экспорт российских технологий и оборудования конкурентоспособным по цене с китайским экспортом оборудования и технологий.

Этот фактор может сработать в рамках политики активизации экономических связей между Узбекистаном и Россией. Это выгодно обеим сторонам: Узбекистану нужно снижать зависимость от сложившегося перекоса в сторону Китая на поставку оборудования и технологий, а России – наращивать несырьевой экспорт.

Постепенно увеличивается экспорт узбекской продукции на рынки России, при этом в физических объемах он превышает узбекский экспорт в Китай. Поэтому экономическое сотрудничество между двумя странами имеет серьезный потенциал для дальнейшего роста.

Еще один момент – Россия остается серьезным и наиболее значимым партнером Узбекистана в решении военно-технических вопросов. Узбекская армия почти полностью оснащена советским или российским оружием. Накануне визита в Москву в апреле президент Шавкат Мирзиёев подписал закон о ратификации договора о военно-техническом сотрудничестве между Узбекистаном и Россией. Поэтому это направление было и остается серьезным аспектом взаимоотношений двух стран.

Важнейшей задачей на перспективу является необходимость диверсификации сложившейся за десятилетия структуры взаимной торговли.

Как сложилась много лет назад ситуация «текстиль и фрукты в обмен на лес и черный метал», так во многом она сохраняется и сегодня. Такая структура внешнеторгового оборота между нашими странами не может устроить ни Узбекистан, ни Россию. Но в целом можно сказать, что в отношениях между двумя странами нет непримиримых противоречий и конфликтных вопросов, которые бы мешали развитию стратегического сотрудничества двух стран в средней и долгосрочной перспективе.

- Какова ситуация в сотрудничестве Узбекистана с Казахстаном?

- Казахстан и Узбекистан являются крупнейшими торговыми партнерами в Центральной Азии. В 2015 г. взаимный товарооборот между Казахстаном и Узбекистаном составил около $2 млрд, однако в ближайшем будущем страны намерены довести этот показатель до $5 млрд. Казахстан стабильно занимает третье место в списке основных внешнеторговых партнеров Узбекистана после Китая и России.

Но если рассмотреть структуру этого товарооборота, то опять получается не очень радужная картина. Уже многие годы основными статьями экспорта Узбекистана в Казахстан остаются природный газ, хлопковое волокно, удобрения, плодоовощная продукция. А из Казахстана экспортируются в основном зерно и мука, а также черные и цветные металлы. Важнейшей задачей на среднесрочную перспективу здесь так же, как и во внешней торговле Узбекистана и России, является диверсификация структуры внешней торговли между двумя странами.

Ключевым пунктом сегодня являются вопросы совершенствования торгово-экономической и инвестиционной политики между Узбекистаном и Казахстаном, которые должны включать в себя поиск новых форматов более глубоких экономических связей, в частности через создание условий для формирования новых несырьевых производств, цепочек добавленной стоимости в том же автопроме.

Существует понимание необходимости выработки новых подходов. Подписанное в сентябре 2016 г. соглашение об основных направлениях торгово-экономического сотрудничества между Узбекистаном и Казахстаном ориентировано на создание совместных торговых домов для реализации продукции нефтехимической, машиностроительной, электротехнической, фармацевтической отраслей. Серьезный потенциал имеет создание совместных предприятий по переработке и экспорту в третьи страны плодоовощной продукции.

На сегодняшний день уже реализованы проекты по наладке совместного производства легковых автомобилей, автобусов и грузовой автотехники между казахстанскими и узбекистанскими предприятиями «GM Uzbekistan», «СамАвто» и «Азия-Авто».

При этом понятно, что создание совместных автомобильных производств в Казахстане – это попытка узбекских автопроизводителей обойти ограничения на экспорт узбекских легковых автомобилей в рамках ЕАЭС, которые связаны с уровнем локализации производства легковых автомобилей. В результате этих ограничений в прошлом году произошел обвал экспортных поставок наших легковых автомобилей в Россию и Казахстан. Новые совместные предприятия в Казахстане должны позволить «GM Uzbekistan» в более льготном режиме производить и продавать свои автомобили на пространстве ЕАЭС.

- Насколько региональные противоречия в отношениях с соседями-членами ЕАЭС способны затруднить развитие сотрудничества Узбекистана с ЕАЭС?

- Из стран-соседей Узбекистана по Центральной Азии только Казахстан и Кыргызстан являются членами ЕАЭС. С Казахстаном у Узбекистана нет принципиальных разногласий ни в политическом, ни в экономическом аспектах. Экономики двух стран взаимодополняемы, почти ни в одной отрасли мы не являемся конкурентами на мировом рынке. Определенные неурегулированные вопросы есть с Кыргызстаном, в частности, по делимитизации границ. Но на сегодняшний день наблюдается позитивная динамика в решении этого вопроса. Поэтому не стоит говорить, что есть неурегулированные вопросы во взаимоотношениях с соседями-странами Центральной Азии.

- Какой формат взаимодействия Узбекистана и ЕАЭС может быть более подходящим?

- Вопрос острожного отношения Узбекистана к процессам интеграции на постсоветском пространстве и в частности к ЕАЭС – это вопросы разницы реализуемых экономических политик и моделей развития. И это носит принципиальный характер.

При этом в порядке теоретической дискуссии может быть рассмотрено формирование каких-то форм привилегированного партнерства между ЕАЭС и Узбекистаном.

В условиях, когда Узбекистан не готов к полноправному членству в ЕАЭС, например, можно обсуждать вариант создания зоны свободной торговли между ЕАЭС и Узбекистаном, так как и страны ЕАЭС, и Узбекистан заинтересованы в развитии и углублении торгово-экономических связей друг с другом.

Это может быть интересно и перспективно. Такой формат обсуждений может быть инициирован на фоне того, что на сегодня ЕАЭС ведет переговоры о создании зоны свободной торговли с целым рядом стран, и особенно с учетом того, что в 2019 г. истекает срок преференциальных условий для Узбекистана по отдельным видам товаров в рамках зоны свободной торговли СНГ.

- Вы отметили, что Китай сегодня – крупнейший внешнеторговый партнер Узбекистана. Какова структура этого сотрудничества, и какие есть опасения в отношении него?

- Начиная с 2015 г., Китай стал самым крупным внешнеторговым партнером Узбекистана. Китайские компании активно развивают сотрудничество с узбекским бизнесом, участвуют в реализации крупных проектов, являются крупными поставщиками технологий и оборудования в рамках реализации Узбекистаном стратегии модернизации экономики. Китайские компании участвовали в строительстве Кунградского содового завода, Дехканабадского завода калийных удобрений, модернизации Ангренского угольного разреза. В Узбекистане уже несколько лет действует парк высоких технологий (Свободная экономическая зона «Джизак»), где для китайских компаний созданы льготные условия для развития производств в области микроэлектроники, создания современных средств связи и ряда других.

В ходе визита президента Узбекистана в Китай в мае 2017 г. были подписаны договоры на поставку продукции и инвестиционных соглашений на более чем $22 млрд. Это, несомненно, станет новым толчком для развития узбекско-китайских отношений.

Что касается того, не станет ли экономика Узбекистана зависимой от Китая, его инвестиций и технологий, то такая перспектива существует. Реальность этого сценария подтверждает опыт некоторых соседей Узбекистана по региону.

Но выстраивание определенного баланса в экономическом, инвестиционном и технологическом сотрудничестве с сильными в экономическом отношении державами – это жизненная потребность для любой развивающейся страны. И хотелось бы отметить, что Узбекистан доказал за последние 25 лет, что он умеет (и имеет для этого возможности) диверсифицировать сотрудничество с пулом своих основных внешнеторговых партнеров и не впадать в зависимость от одного из партнеров.

Беседовала Юлия Рулева

Источник – Евразия Эксперт

Узбекистан. СНГ. Китай. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 9 августа 2017 > № 2271932 Бахтиер Эргашев


Казахстан. Китай > Агропром > kapital.kz, 9 августа 2017 > № 2268745

Бизнесмены Казахстана и Китая создадут сельскохозяйственный парк

У РК и провинции Хэнань огромные перспективы сотрудничества в агропромышленном комплексе, считают в Минсельхозе

Меморандумы на несколько десятков миллионов долларов подписали казахстанские и китайские компании в рамках бизнес-форума «Торгово-экономическое сотрудничество Казахстана и провинции Хэнань». В основном они касаются глубокой переработки продукции сельского хозяйства и трансферта технологий в агропромышленный комплекс нашей страны. ТОО «Жаннур-Астана Групп» и партнерами из провинции Хэнань подписано соглашение на сумму 20 млн долларов по созданию сельскохозяйственного парка. Об этом сообщает корреспондент центра деловой информации Kapital.kz

«Благодаря тесной дружбе глав наших государств мы успешно реализуем совместными усилиями государственную программу «Нурлы жол» и проект «Один пояс, один путь». При этом мы рассматриваем вопрос реализации политики Нового шелкового пути в нескольких аспектах — это и «Зеленый Шелковый путь» и «Водный Шелковый путь» (идущий морским путем). Наконец сегодня была озвучена инициатива по реализации «Воздушного Шелкового пути», — заявила на форуме вице-министр сельского хозяйства РК Гульмира Исаева.

Как отметила Гульмира Исаева, ранее «Жаннур-Астана Групп» уже подписала с китайской компанией «Семеноводческая компания «Тиньян Иньхай» из провинции Хэнань меморандум о сотрудничестве, что позволит создать на территории РК полный цикл обработки зерновых культур, включая трансферт технологий в области семеноводства.

При этом заместитель министра обратила внимание на то, что у Казахстана с Китаем, особенно с провинцией Хэнань, огромные перспективы сотрудничества именно в сфере сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.

«Да, провинция Хэнань — это родина Шаолинь. Но мало кто знает, что Хэнань — это лидер КНР по производству зерновых, масличных культур и кукурузы. И поэтому нам интересно развивать сотрудничество Хэнань именно с точки зрения опыта в сфере аграрного сектора, в области развития переработки сельскохозяйственной продукции. Наша Акмолинская, Актюбинская и Костанайская области — это тоже лидеры Казахстана в сегменте сельского хозяйства. Поэтому основная задача на сегодня — это развивать как раз региональное сотрудничество», — заверила Гульмира Исаева.

По ее словам, в рамках бизнес-форума был подписан меморандум о сотрудничестве между крупной агрокомпанией из Хэнань и Национальным научным образовательным центром в сфере аграрной науки и исследований Минсельхоза.

«Для нас это очень важно, потому что современное сельское хозяйство, современное перерабатывающее производство не могут быть успешными без науки и без инноваций. Поэтому мы надеемся, что этот меморандум, который подписан сегодня, создаст основу для нашего бизнеса — внедрять инновационные технологии и таким образом повышать эффективность сельскохозяйственного производства», — констатировала вице-министр МСХ.

Также, по словам Исаевой, подписаны меморандумы по созданию совместных предприятий в области переработки в АПК и животноводстве. Так, между китайскими и казахстанскими партнерами подписано соглашение на сумму около 30 млн долларов. Основная задача этого проекта — создать непрерывную промышленную цепочку по внедрению индустриальных подходов в производстве и переработке сельскохозяйственной продукции.

«Глубокая переработка зерна для нас очень важна, потому что главой государства поставлена конкретная задача — Казахстан должен развивать экспорт сельскохозяйственной продукции. Но при этом основной акцент мы должны делать на развитии переработки и стараться экспортировать продукцию с высокой добавленной стоимостью. И поэтому такие проекты, как создание завода по глубокой переработке зерна, для нас очень интересен с точки зрения трансферта новых технологий и создания основ для производства в Казахстане стандартизированной и качественной сельскохозяйственной продукции, которая соответствует требованиям страны-импортера», — пояснила Исаева.

Казахстан. Китай > Агропром > kapital.kz, 9 августа 2017 > № 2268745


Китай. Япония. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267878

В японской "Белой книге" по обороне 2017 года вновь раздувается так называемая "китайская угроза"

Японское правительство во вторник на заседании приняло "Белую книгу" по обороне 2017 года, в которой в очередной раз под предлогом проблемы морской безопасности поднимается вопрос так называемой "китайской угрозы", а также преувеличивается ситуация с безопасностью Японии -- все это в целях продолжения расширения оборонной политики Синдзо Абэ.

По сравнению с версией 2016 года "Белая книга" этого года стала больше, в ней дается абсурдная оценка регулярной военной деятельности и необходимому строительству гособороны Китая, а также под предлогом проблемы морской безопасности вновь раздувается "китайская угроза". В книге дано искаженное описание такой деятельности Китая, как плановые военно-морские тренировки, патрулирование в акватории островов Дяоюйдао, строительство оборонной инфраструктуры на островах Наньша и т.д, а также утверждается, что деятельность китайского морского флота демонстрирует "тенденцию к экспансии". По заявлению японской стороны, деятельность Китая угрожает безопасности как региона, так и международного сообщества, что вызвало глубокую озабоченность Японии.

Кроме преувеличения ситуации с обеспечением безопасности в "Белой книге" подробно описывается основная оборонная политика Японии, в том числе национальная стратегия по обеспечению безопасности, оборонная программа и т.д. В ней обобщаются новые направления оборонной экспансии администрации Синдзо Абэ, включая результаты в оборонном строительстве, увеличение расходов на оборону в течение пяти лет, подписание соглашений об оборонной технике и техническом сотрудничестве со многими странами.

Новому закону об обеспечении безопасности посвящена отдельная глава. В "Белой книге" конкретно излагаются новые задачи сил самообороны после вступления нового закона в силу, в том числе отмена запрета на "спасательную" деятельность японских миротворцев в Южном Судане.

В соответствии с "Белой книгой" японско-американский альянс служит фундаментом обеспечения безопасности Японии, и на фоне ухудшения ситуации с безопасностью Японии укрепление японско-американского альянса становится все важнее.

Китай. Япония. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267878


Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267873

Китай готов поддерживать бурно развивающуюся индустрию каршеринга и стандартизировать ее развитие. Об этом отмечается в руководящем документе, совместно опубликованном во вторник Министерством транспорта и Министерством жилья, городского и сельского строительства КНР.

В отличие от традиционных услуг проката автомобилей каршеринг применяет такие новые технологии, как глобальное позиционирование и мобильный интернет. Он поможет улучшить пользовательский опыт и предложить альтернативу для передвижения в пределах города, облегчив тем самым растущий спрос на частные автомобили и парковочные места, говорится в документе.

Согласно документу, компании каршеринга должны совершенствовать услуги путем тщательной проверки личности пользователей и оптимизации поставок автомобилей с помощью анализа больших данных.

Им предстоит также обеспечить безопасность автомобилей и защиту личной информации и депозитов пользователей.

Компании поощряются к использованию кредитной модели для оценки надежности пользователей вместо требования внесения гарантийного депозита.

В плане парковки, на общественных парковочных площадках в торговых центрах и крупных жилых районах должны быть отведены специальные места для автомашин совместного использования.

Власти также поощряют компании использовать для каршеринга автомобили на новых источниках энергии и обещают предоставить поддержку в установке зарядных станций.

Документ был издан вслед за публикацией на прошлой неделе подобных положений, касающихся услуг велошеринга, наделенных на развитие этой отрасли.

В последнее время в Китае динамично развивается шеринг-экономика. По данным, опубликованным в марте в докладе Государственного информационного центра, торговый оборот рынка шеринг-экономики страны в 2016 году удвоился по сравнению с предыдущим годом и составил 3,45 трлн юаней /около 514 млрд долл США/. В ближайшие годы шеринг-экономика в Китае ежегодно будет расти в среднем на 40 процентов, к 2020 году она составит более 10 процентов ВВП Китая.

Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267873


Китай. СЗФО. ЦФО > Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267871

В начале этой недели в Университете ППУ-МГУ в городе Шэньчжэнь южнокитайской провинции Гуандун прозвенел первый звонок. Китайско-российский совместный вуз принял первых студентов, сообщили китайские СМИ.

Университет в этом году зачислил на бакалавриат всего 135 абитуриентов: 115 китайцев и 20 иностранцев. В частности китайские студенты приехали из Пекина и семи провинций страны, включая Гуандун, Аньхой, Фуцзянь и др., сообщил ректор университета Чжао Пин.

Занятия в Университете ППУ-МГУ будут вестись, главным образом, на русском языке, поэтому регистрация в нем началась раньше, чем в других китайских вузах. В этом месяце студенты проходят интенсивный курс русского языка, пояснил он.

Университет ППУ-МГУ, как первый китайско-российский совместный вуз, создан Пекинским политехническим университетом /ППУ/, МГУ имени М. В. Ломоносова и администрацией Шэньчжэня.

20 мая 2014 года в Пекине в присутствии лидеров двух стран был подписан Меморандум о взаимопонимании между Министерством образования Китая и Министерством образования и науки России о сотрудничестве по проекту создания китайско-российского университета. Затем 11 августа того же года представители администрации Шэньчжэня, ППУ и МГУ заключили соглашение о создании университета.

6 мая 2016 года вице-премьер Госсовета КНР Лю Яньдун и председатель Госдумы РФ Сергей Нарышкин присутствовали на церемонии закладки камня в основание совместного университета ППУ-МГУ в Шэньчжэне.

Ключевая задача китайско-российского проекта заключается в подготовке на основе востребованных и современных образовательных программ МГУ "трилингвов" - специалистов, владеющих китайским, русским и английским языками, которые смогут внести достойный вклад в развитие китайско-российского взаимодействия и сопряжение строительства Экономического пояса Шелкового пути /ЭПШП/ и Евразийского экономического союза /ЕАЭС/.

Университет готов к началу учебного года. По словам Чжао Пина, лаборатории оснащены, в вуз приезжают преподаватели и доставляется учебное оборудование. В настоящее время университет предлагает обучение по четырем специальностям: "Русский язык и литература", "Математика и прикладная математика", "Материаловедение и инженерия", "Экономика и международная торговля". Выпускникам вручат диплом как Университета ППУ-МГУ, так и МГУ.

В университете советуют студентам с нулевым знанием русского языка не беспокоиться о проблемах, вызванных языковым барьером. В прошлом году рабочая группа, возглавляемая руководством МГУ, специально подготовила план обучения для студентов Университета ППУ-МГУ в Шэньчжэне. При помощи опытного преподавательского состава студенты смогут посещать занятия без особых затруднений после годовой подготовки.

Как стало известно на состоявшемся в июне текущего года в Харбине 4-м Китайско-российском ЭКСПО, две страны планируют создать еще одно совместное высшее учебное заведение.

Сообщается, что Харбинский политехнический университет /ХПУ/ и Санкт-Петербургский государственный университет /СПбГУ/ проводят консультации по конкретным вопросам сотрудничества в области создания вуза.

Китай. СЗФО. ЦФО > Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267871


Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267870

В фокусе внимания Китая: Китайский интернет-гигант "Алибаба" стремится занять ведущую позицию в сфере розничной торговли страны

После того как основатель и председатель китайского интернет-гиганта "Алибаба" Ма Юнь /Джек Ма/ предложил концепцию "новых форматов розничной торговли", отечественные потребители пытались представить, как она могла бы реализоваться. Компания, решившая двигаться в этом направлении, постепенно осуществляет новую модель розничной торговли на практике.

В качестве передового примера новой модели розничной торговли в 2015 году в Шанхае был открыт супермаркет без кассиров Hema Fresh Store. В Пекине первый флагманский супермаркет появился в июне в районе Чаоян, второй начал свою работу в июле в районе Хайдянь.

Посетители Hema Fresh Store могут оформлять заказы как в интернете, так и в магазинах. Оплата возможна только через систему Alipay, а регистрация - через аккаунты Taobao. Таким образом, система "знает" о покупателях все, что знают о них другие ресурсы "Алибаба". При этом через мобильное приложение супермаркеты рекомендуют своим посетителям дополнительные покупки точно так же, как это происходит с интернет-покупателями.

Каждый товар на полке имеет штрих-код. Его можно отсканировать при помощи смартфона, и на дисплее отобразится информация о продукте, аналогичная той, которая размещена на сайте Hema. Цены на товары на складе, онлайн-витринах и офлайн-витринах синхронизируются системой в режиме реального времени. Это позволяет снизить затраты на рабочую силу и уменьшить процент ошибок при заполнении ценников.

В перспективе такую систему работы "электронных витрин" планируется дополнить навигацией по супермаркетам /магазин площадью 4500 кв. м/, которая позволит сотрудникам выбирать оптимальный маршрут к нужным товарам.

В торговых точках также есть рестораны, в которых могут приготовить блюда из продуктов, купленных в супермаркете. В Hema предлагаются различные варианты, в том числе мясные продукты, фрукты и овощи, молочная продукция, морепродукты, "хого" /китайский самовар/, гриль и напитки.

Предполагается, что все заказы в радиусе 3 км от супермаркета будут доставляться покупателю в течение 30 минут. На сбор одного заказа работники супермаркета тратят не более десяти минут.

"Я часто заказываю свежие продукты, включая овощи, мясо и фрукты, на онлайновой платформе Hema. Их доставляют в течение часа. Это очень удобно, и качество гарантировано, - рассказал житель Пекина по фамилии Чжан. - Офлайновый магазин тоже меня впечатлил. Купленные морепродукты могут быть приготовлены и поданы на месте, однако это занимает некоторое время".

К настоящее времени в Пекине, Шанхае и Нинбо /провинция Чжэцзян, Восточный Китай/ действует 13 таких магазинов. В компании считают, что модель, по которой работают Hema Fresh Store, должна в будущем стать стандартом омниканальной торговли благодаря разработкам в области синхронизации цен, управления остатками и другим смежным решениям.

Новые форматы розничной торговли в Китае динамично развиваются, все больше отечественных компаний активизируют усилия по развитию online-to-offline коммерции /O2O/.

Новая движущая сила

В последние годы "Алибаба" использовала свою покупательную способность и опыт в области логистики для продвижения сотрудничества между онлайновой торговлей и офлайновым шопингом.

В январе "Алибаба" купила крупнейшего китайского оператора торговых центров Intime Retail за 2,6 млрд долларов. В феврале компания объявила о начале стратегического сотрудничества с корпорацией "Байлянь" в области развития "новых форматов розничной торговли". В мае "Алибаба" приобрела 201 млн акций компании Yiguo.com, став держателем 18 проц. акций супермаркетов "Ляньхуа".

Чистая электронная коммерция превратится в традиционную модель бизнеса и будет заменена концепцией "новых форматов розничной торговли", интегрирующей онлайн, офлайн, логистику и данные в единую стоимостную цепочку. Об этом Ма Юнь заявил на конференции в Ханчжоу в октябре прошлого года.

По мере неизбежного вступления электронной коммерции в новый этап развития "новые форматы розничной торговли" становятся формирующейся движущей силой в трансформации отечественной отрасли розничной торговли. Эпоха чистой онлайновой розничной торговли закончилась, убежден Чжао Нань, замдиректора института Ebrun.

Одной из главных целей "новых форматов розничной торговли" является углубление понимания и анализ предпочтений потребителей. Предприятия, рассматривающие электронную коммерцию как основной канал для продажи избыточных акций и конечной продукции выбудут из игры, добавил Чжао Нань.

Огромная революция

Не только "Алибаба" стремится ухватить новую тенденцию розничной торговли, другие отечественные электронные торговые площадки также пытаются идти в ногу со временем.

JD Daojia /JDDJ/ - онлайн-компания прямых продаж, принадлежащая второй по величине китайской компании в сфере электронной торговли JD.com - в апреле опубликовала "стратегию розничной торговли", чтобы помочь традиционной розничной торговле улучшить слабые звенья и укрепить онлайновые преобразования.

По словам генерального директора JDDJ Куай Цзяци, интернет приведет китайский розничный рынок свежих продуктов к огромной революции.

"Продавцы теперь имеют возможность построить свою собственную онлайн-территорию благодаря платформе JDDJ, позволяющей традиционной розничной торговле преодолеть временные и пространственные ограничения", -- сказал Куай.

JDDJ считает, что традиционные ритейлеры не могут в полной мере удовлетворить потребности современных потребителей.

Доставка на дом становится важной бизнес-моделью, поскольку она может удовлетворить растущий спрос потребителей в современном обществе, полагает Цао Лэй, директор Китайского научно-исследовательского центра электронного бизнеса, расположенного в городе Ханчжоу.

По мнению экспертов, по мере дальнейшего содействия правительства преобразованию сектора розничной торговли, революция в этой сфере будет действительно достигнута только с осуществлением интеграции онлайновых и офлайновых каналов.

Эксперты отмечают, что несмотря на большой потенциал роста, новая модель розничной торговли все еще сталкивается со множеством трудностей и неопределенностей.

Лу Чжэньван, основатель шанхайской коммерческой консалтинговой компании "Ваньцин" считает, что "Алибаба" находится в середине эксперимента. Если Hema сможет найти баланс между стоимостью обслуживания и удовлетворенностью потребителей, эксперимент может удаться.

Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267870


Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869

Пятая Китайская международная торговая ярмарка на пограничных контрольно-пропускных пунктах /КПП/ открылась во вторник в городе Суйфэньхэ провинции Хэйлунцзян /Северо-Восточный Китай/.

Лейтмотивом ярмарки, организованной Китайским международным коммерческим обществом /КМКО/, стало "Укрепление сотрудничества между КПП, содействие развитию торговли". Общая площадь нынешней ярмарки составляет 35 тыс. кв. м, в ней принимает участие более 500 предприятий из десяти стран, включая Россию и Республику Корея, и 14 провинций Китая.

Как сообщил начальник Отдела выставочного бизнеса КМКО Го Инхуэй, в рамках нынешней ярмарки запланирован ряд мероприятий, включая китайско-российские форумы по вопросам кредитного развития и устойчивого развития лесного хозяйства, презентацию сотрудничества в рамках экономического коридора Китай-Монголия-Россия и российского международного транспортного коридора "Приморье-1" и др.

Суйфэньхэ, расположенный в юго-восточной части провинции Хэйлунцзян, является крупнейшим в провинции Хэйлунцзян пограничным переходом, имеющим столетнюю историю. 80 процентов грузовых перевозок между Хэйлунцзяном и Россией осуществляются через суйфэньхэский КПП.

Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869


Китай. Россия. Египет. Азия > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267867

На днях в Корле СУАР Китая была проведена церемония открытия Международных армейских игр-2017. В тот день церемонии открытия соревнований на территории Китая в этих рамках отдельно были проведены в г. Корле СУАР, г. Чанчунь провинции Цзилинь и г. Гуаншуй провинции Хубэй. По информации, в рамках игр на тренировочной базе в Корле сухопутные войска организовали 14 соревнований по четырем видам направлениям: экипаж боевой машины пехоты «Суворовский натиск», зенитная ракета «Ясное небо», биологическая и химическая разведка «Безопасная обстановка» и ремонт оружия «Мастер-оружейник». В мероприятиях приняли участие 477 участников 23 отрядов из 10 стран, таких, как Китай, Египет, Россия и др. Китай. Россия. Египет. Азия > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267867


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267865

В первые семь месяцев этого года объем торговли товарами между Китаем и Россией составил 46,822 млрд долл. США, увеличившись на 25,5 проц. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Об этом во вторник сообщили в Главном таможенном управлении Китая.

Согласно данным, опубликованным на официальном сайте ведомства, в январе-июле экспорт китайских товаров в Россию вырос на 21,8 проц. до 23,394 млрд долл, а импорт российских товаров в Китай составил 23,427 млрд. долл. с приростом на 29,5 проц.

В прошлом месяце двусторонний товарооборот составил 7,017 млрд. долл. В частности экспорт - 3,960 млрд долл., а импорт 3,056 млрд долл.

Согласно статистике китайской таможни, по итогам 2016 года объем китайско-российской торговли товарами вырос на 2,2 проц. по сравнению с предыдущим годом и достиг 69,53 млрд долл.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267865


Китай > СМИ, ИТ. Экология. Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267864

Первая в Китае база с имитацией условий Марса будет создана в районе Дачайдань Хайси-Монгольско-Тибетского автономного округа провинции Цинхай /Северо-Западный Китай/, сообщили местные власти.

Хайси-Монгольско-Тибетский автономный округ расположен на западе провинции Цинхай. Большинство его районов находятся на территории Цайдамской впадины.

Ландшафт, природный пейзаж и климатические условия в районе Хунъя /красные скалы/ Дачайданя крайне схожи с теми, что существуют на поверхности Марса, сообщил замсекретаря комитета КПК автономного округа Ван Цзинчжай. "Хорошие географические условия служат основой для строительства там базы, имитирующей Марс, и сильной поддержкой для данной программы", - сказал он.

В ноябре прошлого года администрация автономного округа и Академия наук Китая подписали соглашение о сотрудничестве в строительстве Китайской базы с имитацией условий Марса, начав углубленное обсуждение ряда компетентных вопросов.

В конце июля текущего года в городе Дэлинха, административном центре автономного округа, состоялась дискуссия и церемония подписания соглашения по комплексной программе строительства данного объекта.

Сообщается, что база станет центром распространения знаний о Марсе, научных исследований, а также туризма и развлечений. Местные власти стремятся к созданию международного туристического бренда, посвященного марсианской теме.

Китай > СМИ, ИТ. Экология. Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267864


Китай. Казахстан > Электроэнергетика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267861

Китай стремится к тому, чтобы его сотрудничество с Казахстаном охватило всю производственную цепочку ядерной энергетики - от добычи урана до использования в Казахстане технологий реактора китайской разработки "Хуалун-1". Об этом пишет местная пресса.

Казахстан - один из основных поставщиков урана, доля которого на мировом рынке составляет примерно 39 процентов. Ядерная энергетика считается одним из ярких примеров плодотворного сотрудничества между Китаем и Казахстаном.

Китайская генеральная корпорация атомной энергетики /China General Nuclear Power Group, CGN/ начала осваивать казахстанский рынок в 2006 году. Отечественный ядерно-энергетический гигант с казахстанской национальной атомной компанией "Казатомпром" занимается как торговлей природным ураном и добычей урана, так и производством тепловыделяющей сборки /ТВС/.

"По состоянию на конец мая этого года "Казатомпром" поставил корпорации CGN около 20 тыс. тонн природного урана", - сообщил Ли Чэнъань, замгендиректора китайско-казахстанской компании "Семизбай-U".

Компания "Семизбай-U" была создана в 2006 году для реализации проектов разработки урановых месторождений Ирколь и Семизбай, которые находятся, соответственно, на юге и севере Казахстана. На сегодняшний день 49 процентов акций компании принадлежат китайской стороне.

В декабре 2015 года CGN и "Казатомпром" объявили о решении реализовать проект завода по производству ТВС в Казахстане. Строительство совместного предприятия официально началось в конце прошлого года, подготовка к началу производства идет по плану.

По словам председателя правления корпорации CGN Хэ Юя, этот проект станет показательным в двустороннем сотрудничестве в сфере освоения экологически чистых источников энергии. Его реализация позволит повысить уровень топливной отрасли Казахстана.

Согласно данным, предприятие будет способно выпускать 200 т ТВС в год, и его продукция будет поставляться в Китай для использования на атомных электростанциях.

При этом Казахстан и другие страны проявили большой интерес к полностью разработанным китайскими специалистами технологиям реактора третьего поколения "Хуалун-1".

Реактор "Хуалун-1" был совместно спроектирован CGN и Китайской национальной ядерной корпорацией /CNNC/ и прошел проверку национальной экспертной группы в августе 2014 года. Технологии "Хуалун-1", по словам экспертов, позволили Китаю встать вровень со странами, обладающими передовыми ядерными технологиями.

25 мая этого года в провинции Фуцзянь на востоке Китая были завершены работы по монтажу купола реактора "Хуалун-1" на пятом энергоблоке АЭС "Фуцин", что ознаменовало переход проекта в фазу монтажа оборудования.

Сообщается, что Казахстан готовится к реализации проекта строительства первой в стране АЭС, и Китай сделал много для продвижения использования технологий "Хуалун-1" в Казахстане.

В конце 2014 года CGN и "Казатомпром" заключили соглашение о расширении и углублении взаимовыгодного сотрудничества в атомной энергетике. Кроме того, китайские предприятия провели в Астане презентацию технологий, а в китайском городе Шэньчжэнь состоялась встреча официальных лиц и специалистов-ядерщиков из двух стран.

Китай. Казахстан > Электроэнергетика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267861


Китай. Россия > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267859 Виктор Цзо

Русский музыкант китайского происхождения Цзо Чжэньгуань, который славится как «самый авторитетный русский специалист, разбирающийся в китайской музыке», 6 числа приехал в провинцию Хэйлунцзян. На этот раз он прибыл по приглашению организаторов недели китайско-русского творческого обмена в Харбине, чтобы принять участие в презентации своей новой книги «Русский музыкант в Китае».

«Каждый раз, приезжая в Китай, я испытываю невероятную благодарность», - Цзо Чжэньгуань рассказал журналисту агентства Чжунсинь, что постоянно тоскует по Китаю.

Цзо Чжэньгуань, русский композитор китайского происхождения, в России широко известен под именем Виктор Цзо. Его называют «самым авторитетным русским специалистом, разбирающимся в китайской музыке», и, в то же время, «одним из самых выдающихся китайцев в России».

В 16 лет Цзо Чжэньгуань вместе с матерью переехал жить в СССР, в 1978 году он закончил класс композиции в Российской академии музыки имени Гнесиных, его произведения в области симфонической и камерной музыки много раз получали награды на международных музыкальных конкурсах. В 1992 году Цзо Чжэньгуань основал Русский филармонический оркестр, и получил от российского правительства награды «заслуженный артист России», «орден дружбы» и другие звания.

Цзо Чжэньгуань добился в мировой сфере музыки блестящих творческих успехов, но он всегда подчеркивал, что «в моей музыке живет китайская душа».

«Несмотря на то, что большую часть своей жизни я провел в России, вырос я все-таки в Китае, и напевать под нос привык китайские песни. В Китае мои корни». Цзо Чжэньгуань говорит, что в музыке его сочинения наибольшую часть занимают китайские элементы.

Обучающийся в Китае русский студент Евич сказал журналисту Агентства «Чжунсинь»: «Мне и моим родным очень нравится произведение Цзо Чжэньгуаня «Течет река», оно полно восточной поэтичности и крайне очаровательно».

По мнению Цзо Чжэньгуаня, музыка – это орудие, с помощью которого лучше всего удается укрепить общение и взаимопонимание между людьми. Каждый год он приезжает с оркестром лучших русских музыкантов на гастроли в Китай, и рассказывает китайским зрителям о русской музыке и музыкантах».

В этот раз Цзо Чжэньгуань привез с собой книгу «Русские музыканты в Китае», в которой с помощью множества ценных исторических материалов рассказал о том, как в начале 20 века русские музыканты вели свою деятельность в Харбине, Шанхае, Тяньцзине, Пекине и других городах.

«Я надеюсь, что эта книга, как и моя музыка, сможет принести позитивное влияние для культурного обмена между Китаем и Россией», - сказал Цзо Чжэньгуань журналисту.

Благодаря содействию Цзо Чжэньгуаня и других музыкантов, Харбин превращается в основную платформу для китайско-русского культурного обмена. За минувший год в Харбине состоялось всего 200 творческих концертов мирового уровня.

«Я с помощью музыки интерпретирую слияние западной и китайской культуры. Все мои чувства к Китаю заключены в музыке!» - так Цзо Чжэньгуань описывает несколько десятков лет своей творческой карьеры.

Китай. Россия > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267859 Виктор Цзо


Китай. Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Транспорт > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267775

По итогам января-июня 2017 г., объем торговли через контрольно-пропускной пункт (КПП) Алашанькоу на китайско-казахстанской границе составил 35,54 млрд юаней ($5,3 млрд). Это на 52,8% больше, чем за аналогичный период 2016 г., сообщила таможенная служба.

За шесть месяцев текущего года грузооборот через этот КПП на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР достиг 8,51 млн т. Он вырос на 13,1% в годовом сопоставлении.

В частности, за первую половину 2017 г. через Алашанькоу из Китая в Европу прошел 821 товарный поезд. Это на 49,5% больше, чем за аналогичный период прошлого года. Объем перевезенных этими поездами грузов достиг 287 400 т с приростом на 14%.

Ранее сообщалось, что по итогам января-мая 2017 г., внешнеторговый оборот Китая составил 10,76 трлн юаней ($1,58 трлн). Это на 19,8% больше, чем за январь-май 2016 г. За пять месяцев текущего года экспорт страны достиг 5,88 трлн юаней с приростом на 14,8% в годовом сопоставлении, а импорт составил 4,88 трлн юаней, подскочив на 26,5%.

Страны Европейского Союза остаются на первом месте среди крупных торговых партнеров Поднебесной. Торговый оборот с ЕС достиг 1,6 трлн юаней. Он вырос на 16,1% относительно аналогичного показателя прошлого года. На долю Европы пришлось 14,8% от общего объема внешней торговли КНР.

Китай. Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Транспорт > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267775


Китай > Финансы, банки > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267774

На протяжении шести месяцев подряд растет объем валютных резервов Китая, сообщил Народный банк КНР. К концу июля 2017 г. данный показатель превысил $3,08 трлн. Это на $23,93 млрд больше, чем в конце июня текущего года.

Ранее сообщалось, что к концу мая 2017 г. валютные резервы Поднебесной превысили $3,05 трлн. Они выросли на $24 млрд относительно уровня апреля текущего года.

Примечательно, что в ноябре 2016 г. объем валютных резервов КНР составил $3,05 трлн, а в октябре прошлого года – $3,121 трлн. За ноябрь 2016 г. валютные резервы Поднебесной уменьшились на 2,3% и достигли минимального значения за период с 2011 г.

Золотые запасы страны в ноябре прошлого года сократились на 7,37% и составили в финансовом выражении $69,785 млрд.

Напомним, что к концу сентября 2016 г. валютные резервы Китая сократились до $3,166 трлн. Это на $19 млрд меньше, чем в конце августа прошлого года.

За август 2016 г. объем валютных резервов КНР превысил $3,18 трлн. Это на $15,89 млрд меньше, чем в конце июля прошлого года. Падение показателя вызвано главным образом изменениями в курсе валют.

Китай > Финансы, банки > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267774


Китай. Белоруссия. Евросоюз. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 5 августа 2017 > № 2265545 Ли Синь

Китай – «палочка-выручалочка» для Евразийского союза? Мнение китайского аналитика

Китай как локомотив мировой экономики обращает на себя взгляды многих стран Евразии: в условиях санкций на Восток обратился взор России; китайские инвестиции помогают Армении и Таджикистану, а отношения КНР и Беларуси носят все более политически близкий характер, хотя на уровне инвестиций и торговли эффект пока не так заметен. Выльется ли сотрудничество между Китаем и странами-партнерами в нечто большее, чем взаимное развитие торговли? Ждать ли сопряжения ЕАЭС с Экономическим поясом Шелкового пути и каковы планы Евросоюза на Центральную Азию? На эти и другие вопросы в интервью «Евразия.Эксперт» отвечает профессор Ли Синь, директор Центра изучения стран Центральной Азии и России Шанхайской академии международных исследований, подчиняющейся МИД КНР.

- Господин Синь, недавно Россию посетил председатель КНР Си Цзиньпин. На Ваш взгляд, происходит ли сегодня реальный поворот России в Азию?

- Недавний официальный визит главы КНР Си Цзиньпина в Россию еще раз свидетельствует о достижении самого высокого в истории уровня отношений между двумя странами. Он дает импульс дальнейшему развитию взаимодействия между Китаем и Россией не только в политической области и на международной арене, но и в торгово-экономической сфере.

Многие считают, что в двусторонних отношениях политический аспект во взаимодействии опережает экономический. Это действительно так. Согласно теории марксизма, без экономической базы политическое сотрудничество не будет стабильным и устойчивым. Поэтому руководители двух стран уделяют большое внимание разрешению этой проблемы, особенно в контексте санкций Запада в отношении России. Китай и Россия в последние годы заключили множество соглашений по совместным крупным проектам.

В России есть немало экспертов, которые считают, что поворот России на Восток, на Китай, в условиях санкций не принес ожидаемого результата: китайцы не увеличили объем инвестиций, уровень торговли снизился. На самом же деле это не так.

В 2014 г. Китай принял участие в проекте «Ямал СПГ» стоимостью $20 млрд. При заключении же сделки по природному газу китайская сторона сразу заплатила российской стороне аванс в размере $25 млрд. А в 2016 г. Фонд Шелкового пути участвовал в проекте «Ямал СПГ» стоимостью $990 млн. В мае 2015 г. в ходе официального визита председателя КНР Си Цзиньпина в Россию две стороны подписали 32 документа о сотрудничестве стоимостью $25 млрд. А в июле 2017 г. – 18 документов стоимостью свыше $10 млрд.

Что же касается снижения объемов двустороннего товарооборота, то можно сказать, что такой факт имеет место. Но при этом стоит подчеркнуть, что это просто стоимостное выражение. Всем известно, что в последние два года сильное падение цен на нефть, газ и природное сырье вызвало резкую девальвацию российской валюты на фоне западных санкций. Все это привело к снижению внешнего товарооборота России в стоимостном выражении. Однако физический объем торговли между Китаем и Россией не снизился, а наоборот, намного вырос.

- Китай и Беларусь разделяют тысячи километров, но, несмотря на географическую удаленность, Минск и Пекин нашли общие интересы, и сегодня китайско-белорусские развивают. Чем вы можете это объяснить? Почему Китай так заинтересован в сотрудничестве с Беларусью?

- Ясно то, что Китай и весь Азиатско-Тихоокеанский регион стали локомотивом развития мировой экономики, и многие страны, включая и Беларусь, желают перенять у Китая опыт экономического развития. Далее, экономика многих развивающихся стран пострадала от мирового экономического кризиса и показала тенденцию к замедлению экономического роста. А китайская инициатива «Один пояс - один путь» приглашает все заинтересованные страны и регионы, включая и Беларусь, к интенсивному экономическому сотрудничеству во благо развития и процветания стран.

При этом Китай не претендует ни на ведущую роль в регионе, ни на зону влияния, ни на вмешательство во внутренние дела других стран.

Руководство Республики Беларусь уделяет большое внимание участию в китайском проекте «Экономический пояс Шелкового пути». Успешное совместное создание китайско-белорусского индустриального парка в качестве важнейшего звена Экономического пояса Шелкового пути свидетельствует о тесной связи между Китаем и Беларусью.

- Беларусь и Китай изучают возможность взаимного введения безвизового режима на срок до 30 дней. С чем связана подобная инициатива и насколько реалистична отмена виз между Беларусью и Китаем?

- Об отмене визы между Китаем и Беларусью можно сказать, что, если данная инициатива будет принята, это послужит сильным импульсом к развитию двусторонних отношений. В последние годы Китай и Россия упростили визовый режим. Между Китаем и странами бывшего Советского Союза – Грузией, Арменией, Туркменистаном и Азербайджаном – был введен безвизовый режим. Надо отметить, что сложный визовый режим Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана в отношении китайских граждан очень сильно препятствует развитию как культурного, так и экономического сотрудничества между Китаем и этими странами.

- В ходе переговоров с председателем КНР Си Цзиньпином президент Беларуси Александр Лукашенко заявил о создании совместной рабочей группы по борьбе с цветными революциями, международным терроризмом и религиозным экстремизмом. Чем это вызвано и какого эффекта можно ожидать?

- В области борьбы с цветными революциями, международным терроризмом и религиозным экстремизмом Китай сегодня тесно сотрудничает как с Россией и странами Центральной Азии, так и с другими государствами.

Всем известно, какую цену пришлось заплатить Украине, Египту, Алжиру, Сирии и другим странам за цветные революции. В итоге все это вызвало подъем терроризма и экстремизма, что унесло много жизней мирных людей во всем мире, породило проблему беженцев.

В последние годы от терроризма и экстремизма страдает и Китай. Уже в 2001 г. в рамках ШОС подписано соглашение о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом. Сотрудничество в этой области было так успешно, что за эти годы в регионе не было случаев масштабных беспорядков, что, в свою очередь, препятствовало и проникновению ИГИЛ (запрещенная террористическая организация - ЕЭ) в регион.

- Недавно Китай запустил в Беларусь первый товарный поезд по новой железной дороге, которая должна стать одним из важных транспортных коридоров между КНР и Европой. Каковы перспективы развития железнодорожных транспортных перевозок в рамках стратегии «Один пояс - один путь»? Насколько это рентабельно?

- Как я отметил выше, Беларусь – это важнейшее звено и жемчужина экономического пояса Шелкового пути. Через территорию Беларуси каждый месяц проезжают десятки товарных поездов из Китая в Европу. Транспортный коридор Китай – Казахстан – Россия – Беларусь – Европа, или Транссиб – это одна из важнейших ветвей инициативы «Один пояс, один путь». Так что не только Беларусь, но и Россия, и Казахстан также являются важнейшими звеньями в этой программе.

Железнодорожные перевозки по данному коридору из Китая в Европу только начали работать. Но из-за особенностей инфраструктуры на границах и пропускных пунктах вагоны из Европы возвращаются пустыми, в связи с чем ожидаются определенные убытки.

Однако по мере улучшения инфраструктуры, упрощения процедур торговли и транспорта, а также загрузки вагонов, в будущем рентабельность железнодорожных транспортных перевозок будет сравнима с этим показателем для южных морских перевозок.

- Такие страны Центральной Азии как Казахстан и Кыргызстан участвуют в китайском проекте «Экономического пояса Шелкового пути» и являются членами Евразийского экономического союза одновременно. Каковы перспективы сопряжения данных инициатив? Готов ли Китай к взаимодействию с ЕАЭС в целом, а не с отдельными странами?

- В мае 2015 г. главы Китая и России подписали Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути, и потом его подтвердила Евразийская экономическая комиссия. К этому моменту на данную тему были проведены 3 раунда переговоров между Китаем и Евразийской экономической комиссией. Члены-страны ЕАЭС активно участвуют в этих переговорах. К тому же при сотрудничестве между КНР и РФ активно развивается и сотрудничество между регионами Дальнего Востока РФ и Северо-Востока Китая, между российскими регионами Приволжского федерального округа и китайскими провинциями верхнего и среднего течения реки Янцзы.

- В июне 2017 г. Евросоюз заявил, что до конца 2019 г. представит новую стратегию по Центральной Азии. Как меняется политика Брюсселя в отношении региона и какие последствия это несет для стран Центральной Азии?

- Всем известно, что в мае 2009 г. Евросоюз принял программу «Восточное партнерство», включившую в себя страны бывшего Советского Союза – Украину, Молдову, Грузию, Азербайджан, Армению и Беларусь. А Россия считает, что с помощью данной программы эти страны уходят в Евросоюз, и дальше – в НАТО. При таком повороте событий исчезнет и буфер между Россией и НАТО, что стало бы угрозой государственной безопасности РФ.

И в 2010 г. Россия решила защитить свою традиционную зону влияния созданием Евразийского экономического союза (имеется в виду запуск единого таможенного пространства, послуживший основой для развития ЕАЭС в дальнейшем - прим. ЕЭ). Так началась борьба между Западом и Россией за страны бывшего Советского Союза. Эта борьба закончилась тем, что Азербайджан не вступил ни в какие интеграционные объединения, Армения и Беларусь более тесно сотрудничают с Россией, а Украина и Грузия стали жертвой этой борьбы.

Что касается новой стратегии Евросоюза по Центральной Азии, пока никакой информации об этом нет, но ясно одно:

Запад не смирился с провалом программы «Восточное партнерство» и пытается еще раз перетянуть на свою сторону страны Центральной Азии.

Для центральноазиатских стран новая стратегия – это дополнительная возможность проведения внешней политики балансирования. Но для России это серьезная стратегическая угроза государственной безопасности. Я очень надеюсь, что украинский майдан не повторится в Центральной Азии, ведь это даст свободу процветанию терроризма, хаоса. И это прямая угроза безопасности западных провинций Китая.

- В последнее время активно обсуждается рост активности ИГИЛ («Исламского государства») в Афганистане. Какие вызовы это создает для стран Центральной Азии, что делается для купирования рисков?

- Рост активности ИГИЛ в Афганистане серьезно угрожает безопасности и стабильности в Центральной Азии, особенно учитывая тот факт, что в операциях ИГИЛ участвует немало уроженцев центральноазиатских стран. И когда они вернутся на родину, возможно, они принесут в этот регион беспорядки. Поэтому все затронутые страны должны сотрудничать друг с другом в борьбе с терроризмом.

Беседовал Сеймур Мамедов

Источник – Евразия Эксперт

Китай. Белоруссия. Евросоюз. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 5 августа 2017 > № 2265545 Ли Синь


Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 августа 2017 > № 2262822

Мнение аналитика ЦРУ: Пекин представляет собой более серьезную угрозу, чем Россия

В ходе непривычно откровенного разговора сотрудник ЦРУ Майкл Коллинз (Michael Collins) сказал о том, что растущая уверенность и решительность Китая вызывают озабоченность, а подпитываются они отсутствием противодействия китайской гегемонии в течение последних нескольких лет.

Билл Гертц (Bill Gertz), Asia Times, Гонконг

Старший аналитик ЦРУ предоставил редкую возможность познакомиться с американским разведывательным анализом политики Китая. Майкл Коллинз (Michael Collins), заместитель помощника директора Восточноазиатского центра ЦРУ (East Asia mission center), считает, что сегодня больше внимания должно быть уделено Китаю, а нынешние опасения в обществе относительно России отвлекают Америку от той угрозы, которую представляет собой Китай.

«Сегодня много разговоров о России как о сопернике, как о стране, которая рассматривает либеральный международный порядок как нечто, к чему необязательно присоединяться. Эта страна активным образом пытается подорвать влияние Соединенных Штатов в различных местах по всему миру, и она обладает возможностями делать это», — сказал Коллинз, выступая на форуме по безопасности в городе Аспене, штат Колорадо.

«На мой взгляд, к Китаю все эти три положения тоже относятся, и он набирает все больше сил для того, чтобы сделать значительно больше по этим направлениям».

По словам Коллинза, Россия создает проблемы для Соединенных Штатов на международной арене. Кроме того, Москву вполне устраивает напряженность в американо-китайских отношениях.

«России весьма помогает то, что Китай является проблемой для Соединенных Штатов, — отметил он. — И даже когда мы просто думаем о российской проблеме для Соединенных Штатов, я считаю, что сегодня очень удобно и полезно для русских знать о том, что у китайцев — тоже конфликтные отношения с Соединенными Штатами, и что они в некотором роде могут поддерживать друг друга».

С точки зрения ЦРУ, Китай подрывает возглавляемый Соединенными Штатами мировой порядок, обеспечивающий мир и стабильность в Азии в течение последних 40 лет. Пекин пытается узурпировать находящуюся в руках американцев власть и оказывать влияние в этом регионе.

Соперничество между Китаем и Соединенными Штатами не ограничивается Азией, и оно заметно во всем мире, — отметил Коллинз, указав на недавно открытую крупную военную базу в стратегически важном районе Африканского рога, в Джибути. Китайская база расположена вблизи американской военной базы в том же регионе.

Одной из проблем является антидемократическая система Китая.

«У них — другие представления об управлении государством и о том, что это означает, и, кроме того, они все больше прибегают к принуждению, к напористой тактике для достижения своих целей — мы не одобряем такого рода вещи, и другие страны в этом регионе тоже их не одобряют, — сказал Коллинз. — Для понимания ситуации с Северной Кореей, торговлей в Южно-Китайском море и подходом Китая к этим вопросам мы должны помнить об этом».

В отличие от ученого из Гарвардского университета Грэма Алисона (Graham Alison), Коллинз не считает, что война между Соединенными Штатами и Китаем является предопределенной. Китай, по его словам, не пытается конфликтовать с Соединенными Штатами или с другими нациями и стремится поддерживать стабильные связи с Вашингтоном.

Еще одной проблемой для Пекина является, по мнению Коллинза, «внутренняя политическая уязвимость и стабильность».

«Поэтому китайцы должны надежно это контролировать, и для этого им нужна стабильность, а также тесные и стабильные отношения с Соединенными Штатами», — сказал он.

Что касается вопроса о Южно-Китайском море, то, по определению Коллинза, Китай от «надежд в области территориальных претензий» переходит к политике, которая все больше ориентирована на оказание давления. Надежды Китая включают в себя контроль морских путей по нескольким причинам — военным, экономическим, политическим, а также с точки зрения оказания общего влияния.

«Одно дело, когда подобные вещи остаются в области мечтаний, и другое, когда они думают, что этого, на самом деле, можно добиться, — отметил Коллинз. — И мы все больше убеждаемся в том, что, по мнению китайцев, они продвигается вперед в Южно-Китайском море, и то же самое можно сказать о других направлениях — это становится для них все более достижимым».

Растущая решительность Китая вызывает беспокойство в ЦРУ, и Коллинз полагает, что оно подпитывается в последние годы бездействием в отношении китайской гегемонии.

«К сожалению, китайцы, на мой взгляд, в последние несколько лет поняли, что они способны использовать принудительный подход в своем продвижении в Южно-Китайском море, а также в других местах — я могу применить ту же самую модель к другим вопросам — будь то экономическая сфера или политическая вокруг этого региона — и им удалось сделать это, не получив сколько-нибудь сильной ответной реакции», — отметил он. Недавнее решение Постоянной палаты арбитражного суда ООН против претензий Китая на 90% Южно-китайского моря было с пренебрежением встречено Пекином.

«На наш взгляд, они сделали из этого вывод о том, что они могут пренебрегать международным правом, и им за это ничего не будет», — подчеркнул Коллинз.

Этот аналитик предупредил о том, что растущая наглость Китая не предвещает ничего хорошего Соединенным Штатам и другим странам этого региона. «Китайцы продолжают думать, что им все сойдет с рук, и все больше используют принудительный, более напористый подход в своих действиях, — отметил он. — Нас беспокоит то, что они продолжают расширять свои возможности».

Что касается ситуации внутри страны, то Коллинз также предупреждает о том, что китайские лидеры продвигают нарратив о необходимости установления контроля над спорной акваторией как «о том, чего китайцы должны добиться». В прошлом китайские коммунистические лидеры ограничивали свою концепцию основных национальных интересов защитой правления Коммунистической партии и восстановления контроля над Тайванем. Сегодня они расширили определение основных интересов и включили в него Южно-Китайское море. «Делая это, они порождают определенные ожидания внутри страны, и меня беспокоит то, что они собираются их оправдать и будут добиваться своего на этом сложном пути», — сказал он.

Отвечая на вопрос, не играют ли Соединенные Штаты и Китай в игру «кто первым струсит» — обе стороны пытаются выяснить, где пролегают красные линии друг друга, — Коллинз сказал, что эта игра в большей степени ведется на китайской стороне.

«Китайцы изучают то, что я называю дидактической внешней политикой, речь идет о дидактическом подходе к тому, что им может сойти с рук, — сказал Коллинз. — Я надеюсь на то, что китайцы начнут осознавать, что их поведение — не только с нашей точки зрения, но и с точки зрения Восточной Азии, — по сути дела создает больше негативных последствий, чисто негативный результат для их интересов в области безопасности и стабильности в целом, чем что-то позитивное, что они могут от этого получить.

По словам Коллинза, новая администрация президента Трампа находится в критическом периоде в том, что касается формирования Китаем восприятия Соединенных Штатов.

Пекин ожидает некоторую степень напряженности в своих отношениях с Соединенными Штатами, однако он не уверен в том, в какой момент эта напряженность может перерасти в конфронтацию.

«Я думаю, что китайцы пытаются понять новую администрацию, они пытаются понять, где находятся те области, в которых эта администрация, возможно, хочет допустить больше напряженности, а в каких, возможно, она этого делать не намерена», — подчеркнул он.

Есть одна область, в которой администрация Трампа оказывает сильное давление на Китай — это ситуация с Северной Корей. По мнению ЦРУ, Пекин обеспечивает 90% торговли с этим государством-изгоем, и поэтому он мог бы делать значительно больше. По мнению Коллинза, Пекин поддерживает предложение о денуклеаризации Северной Кореи, однако он принял значительно более растянутый по времени график реализации этой идеи, что не нравится Соединенным Штатам.

Что касается китайского руководства, то, по мнению Коллинза, верховный лидер Си Цзиньпин укрепит свои позиции после предстоящего съезда Коммунистической партии. «Создается впечатление, что он намерен получить больше власти после этого партийного съезда», — сказал он. Китай хочет, чтобы Северная Корея была стратегической буферной зоной, благодаря которой можно будет поставить в сложное положение Соединенные Штаты и их союзников. ЦРУ считает, что Си будет пытаться продлить срок своего правления за пределами установленного лимита в два пятилетних срока, и это очень похоже на то, что делал покойный Дэн Сяопин, который правил за кулисами в 1980-е годы. «Независимо от занимаемой им позиции, он, вероятно, будет оставаться довольно влиятельным человеком, с учетом созданной им системы личной лояльности», — отметил он.

Коллинз также поставил под сомнение одну из фундаментальный заповедей американской внешней политики, суть которой состоит в том, что торговля и контакты с Китаем породят демократические политические реформы.

«На мой взгляд, сегодня существует излишний оптимизм по поводу того, что контакты с Китаем приведут к политическим реформам — к тем реформам, которых мы, возможно, ожидали увидеть от китайцев в настоящий момент в результате расширения контактов. Но ничего такого мы не увидели».

Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 августа 2017 > № 2262822


Китай. Филиппины. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261167

Азиатское притяжение: почему восточные рынки большие, но непростые

Петр Татищев

партнер консалтинговой компаний eCamb

Какие направления бизнеса интересны у восточных соседей

Развитые страны все еще опережают развивающиеся практически по всем рыночным показателям. Но инвесторы все чаще и чаще обращают внимание на растущие бурными темпами азиатские рынки. Представьте себе: у вас под боком огромный рынок сбыта объемом $6,6 трлн, но вы не знаете, как на него выйти. Как попасть в этот поток? Как поймать наиболее актуальные тренды самого перспективного региона? На чем растет рынок Азиатско-Тихоокеанского региона и в чем заключается особая специфика локальных трендов? Сфокусируемся на ключевых направлениях, которые интересны российским инвесторам и могут принести им хорошую прибыль.

С Запада на Восток

Достаточно посмотреть на карту мира, чтобы понять, в чем притягательность АТР. Во-первых, здесь проживает более половины населения земного шара: 4,5 млрд человек – это 60% от общего числа людей в мире. Во-вторых, демография региона выглядит очень привлекательно: средний возраст потребителя – 30 лет. В то время как Европа стремительно стареет, азиатские рынки отличаются молодостью и высокой мобильностью своих покупателей.

Благодаря относительной отдаленности от перегруженных западных рынков, у наших предпринимателей возникает ощущение, что на рынках АТР больше свободы. они воспринимаются, как слабоконкурентная и менее продвинутая среда. И хотя западные рынки нам пока понятнее, на них практически не осталось места для российских стартапов. В это время про Китай, например, говорят все чаще и чаще, в том числе и на правительственном уровне. Это ли не знак того, что пора идти на восток? Тем более что промышленники, в частности, угольные компании, уже успешно осваивают пространство АТР.

В 2014 году экспорт угля в азиатские страны вырос вдвое. При условии стагнации этого же сектора на внутреннем рынке из-за дешевого газа и неспособности противостоять поставкам из США на европейском рынке. Наши инвесторы поначалу проявляли к Азии нулевой интерес, в прямом смысле этого слова. По данным российского Центрального банка и Евразийского банка развития, российские инвестиции в Китае на тот момент в принципе не существовали.

Долгое время российские инвесторы обращали внимание на ограниченный набор секторов: нефтегазовый, металлургический и телекоммуникационный. Во всем, что касалось технологического сектора, мы значительно отставали, но со временем ситуация стала меняться.

Трендсеттеры онлайн-торговли

Такие китайские гиганты электронной коммерции, как Alibaba и JD.com сегодня известны даже российским школьникам. Они давно уже не просто крупнейшие китайские ритейлеры, а трендсеттеры мировой онлайн-торговли. По данным Goldman Sachs, в 2016 году объем продаж на рынке электронной коммерции в Китае составил $750 млрд, а услугами онлайн площадок воспользовались 450 млн человек. К 2020 году аналитики прогнозируют рост продаж до $1,7 трлн. Все это во многом возможно благодаря распространению интернета в сельских районах, в которых проживает до 200 млн потенциальных покупателей.

Страны Юго-Восточной Азии несколько отстают от Китая, что позволяет крупным китайским компаниям использовать свой опыт для захвата новых рынков и применять уже отработанные решения и подходы.

В 2016 году Alibaba купил за $1 млрд онлайн-ритейлера Lazada Group, через которого планирует строить экспансию в Индонезии, Малайзии, на Филиппинах и в Таиланде. Эксперты сходятся в оценке, что текущий уровень развития eCommmerce рынка в Юго-Восточной Азии сравним с китайским рынком 5-6 лет назад и ожидают от него сверхбыстрого роста. Пока же он относительно невелик. По оценкам Google и Temasek Holdings, сейчас он не превышает $5-10 млрд, но в ближайшие несколько лет рынок может вырасти до $80-90 млрд. Это обусловлено несколькими факторами, которые влияют как на рост, так и на те технологии, которые могут потенциально его обеспечить:

Относительно низкий уровень развития оффлайн инфраструктуры. Если в крупных городах, таких как Куала-Лумпур, Джакарта и Манила, торговые центры присутствуют в большом количестве и пользуются популярностью, то в небольших городах и в деревнях все гораздо хуже. Электронная коммерция может эту проблему решить.

Отсутствие платежной инфраструктуры. Пластиковые карты не очень широко распространены, и основным способом оплаты сейчас является cash-on-delivery, что очень похоже на Россию и Китай несколько лет назад. Но рост рынка eCommerce в Китае совпал с развитием платежной системы Alipay. С выходом Alibaba в страны ЮВА можно ожидать ускоренного развития платежных сервисов. А это значит, что есть свободная для инвесторов ниша.

В странах АТР достаточно высокие налоги на импорт. Это стимулирует развитие сильных локальных игроков в каждой из стран.

Из интересных крупных проектов можно выделить Tokopedia (индонезийский С2С-маркетплейс, который привлек инвестиции в объеме четверти миллиарда долларов), Matahari Mall (еще один индонезийский маркетплейс с впечатляющими инвестициями), индийский гигант Flipkart ($4,5 млрд привлеченных инвестиций).

Медиа-сервисы

Если говорить о венчурной индустрии, то она тоже очень впечатляет. По данным KPMG, китайские инвесторы только за 2016 год вложили в технологические проекты больше $30 млрд. Это почти четверть мирового объема венчурных инвестиций, объем которых равен $129 млрд. При этом на фоне общемирового тренда на снижение инвестиций (-9%) в Китае они продолжили расти (+19% в 2016 году). Относительно низкое проникновение интернета в Азии, по сравнению с Европой и Северной Америкой, гарантирует дальнейший активный рост потребления. Ключевые рынки и тренды можно с уверенностью обозначить уже сейчас.

С 2014 года Китай бьет рекорды по объемам венчурного инвестирования. По данным Dow Jones, за год инвесторы вложили в китайские компании $15,5 млрд. Это в два раза больше предыдущего рекордного показателя в $7,3 млрд, достигнутого в 2011 году. С чем связан такой резкий скачок? Все благодаря тому, что значительная часть китайских пользователей получила первый доступ к интернету с помощью смартфонов, и страна пережила бум в использовании мобильных устройств.

Но если на развитых западных рынках доступ в интернет с мобильных устройств до сих пор зачастую воспринимается как дополнение к компьютеру, то в Азии мобильные устройства – это главные, и, в большинстве случаев, единственные инструменты для выхода в сеть. В Таиланде 90% пользователей используют смартфоны для выхода в интернет, аналогичная ситуация и в некоторых других странах региона.

Уже сейчас по выручке китайский AppStore уступает только американскому, а по количеству загрузок приложений китайские пользователи уже первые в мире. И это без учета других стран региона. Одними из самых ярких проектов можно назвать целый ряд UBER-подобных сервисов. В первую очередь китайская мобильная транспортная платформа Didi Chuxing, которую в 2016 году купил китайский бизнес UBER, индийское такси Olacabs и индонезийский транспортно-логистический сервис Go-jek. Телевидение и медиа тоже стремительно переходят на мобильные каналы. Достаточно успешный сервис-агрегатор новостей Baca (Индонезия) и малазийский аналог Netflix – iFlix. В свете всего вышесказанного, венчурные инвестиции на данном этапе – перспективное вложение, которое в ближайшее время может не только окупиться, но и буквально озолотить инвестора.

Платежные сервисы

Банковские и финансовые сервисы во многом связаны с мобильными устройствами. Поэтому в настоящий момент Азия является самым активно развивающимся рынком для финтехпроектов. В 2016 году азиатский регион стал самым активным по инвестициям в этот сектор – $11,2 млрд. Это практически в два раза больше предыдущего показателя. Кроме того, Азиатского-Тихоокеанский регион впервые затмил Северную Америку: $9,2 млрд и $2,4 млрд долларов в Европе. Конечно, большую часть этих инвестиций вложили в две сделки – в платежные подразделения Alibaba Alipay и JD.com: $4,5 млрд и $1 млрд соответственно, но общий тренд по росту финтеха в Азии очень активен. Поскольку существующие игроки (банки) на этих рынках не имеют такого влияния, как на западе, у новых проектов есть все шансы стать лидерами.

Даже если не говорить о блокчейне и криптовалютах, ситуацию с которыми во всем мире сейчас довольно сложно прогнозировать, есть целый ряд более традиционных проектов, которые заслуживают внимания. Это система оценки кредитоспособности (кредитных рисков), основанная на численных статистических методах для физических лиц из Филиппин – Lenddo, еще один пример синергии мобильных и банковских сервисов – система мобильных платежей Cloudwell (Бангладеш), а также система платежей для Таиланда – Omise. И это только несколько примеров финансовых сервисов в регионе.

Трудности перевода

Было бы неправильно подходить ко всему АТР, как к однородному рынку, как это можно сделать с США, например. Азиатский рынок представляет собой совокупность нескольких рынков, отличающихся не только языком и культурой, но и степенью развития интернета. Многие сервисы успешно переносятся и масштабируются с одного рынка региона (в первую очередь, китайского) на другие. Но необходимо всегда учитывать особенности местной культуры и менталитета, тщательно планируя свой выход в Азию.

Лучше всего делать это с учетом опыта и ошибок прошлых проектов, уже знакомых со спецификой стран Азии. Без инвестиционных рисков их можно получить в процессе обучения, воспользовавшись опытом практиков. Продвигают российские стартапы и в Дальневосточном федеральном университете и фонде «Сколково», в последнем вывозят целые команды молодых предпринимателей на встречи с представителями китайских технопарков, где они получают консультации по местному рынку.

С тех пор, как страны АТР стали набирать популярность и стремительно развиваться, несколько российских предпринимателей создали там локальные бизнесы. Можно обратиться к их опыту и учесть те ошибки, которые они совершили на своем пути. В любом случае нужно понимать, что азиатские рынки весьма восприимчивы к инновациям, но при этом у них крайне низкий научный потенциал. Этим нужно пользоваться уже сейчас, тогда у технологических компаний из России будет больше шансов на успех.

Китай. Филиппины. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261167


США. Китай. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261159

Apple в Китае показал модель Рунета будущего

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Apple пошла на сделку с властями Китая, убрав возможность загружать VPN-приложения на территории страны. Ждет ли Россию такая же ситуация?

Apple сделала недоступными в Китае приложения из своего магазина, которые используют VPN-сервисы (Virtual Private Network, виртуальные частные сети) и дают пользователям возможность обходить блокировки запрещенных сайтов и выходить за пределы «Великого китайского файрвола», сообщила The Wall Street Journal. Новая версия магазина App Store, которая исполняет последние правила китайских властей, заработала 30 июля. Теперь вся информация App Store хранится на серверах на территории Китая, подконтрольных местному регулятору интернета.

Исчезновение приложений из App Store первым заметил представленный в китайском магазине Apple VPN-сервис ExpressVPN. В сообщении компании в Twitter указывалось, что Apple удалила все подобные сервисы, включая приложение ExpressVPN.

В Apple объяснили провайдеру, что компания пошла на такие меры в связи с тем, что в приложении компании содержится контент, запрещенный в Китае. На просьбу издания прокомментировать свои действия корпорация не отреагировала. Официальный представитель корпорации в КНР Кэролин Ву сообщила агентству Bloomberg, что компании «было предписано удалить из доступа некоторые VPN-приложения, не соответствующие новому законодательству».

До этого министерство промышленности и информационных технологий Китая поставило задачу «очистить» рынок онлайн-услуг, среди прочего полностью запретив сервисы VPN, позволяющие заходить на запрещенные ресурсы через иностранные серверы, тем самым обходя блокировки. ведомство потребовало у разработчиков, предоставляющих пользователям возможность использования VPN, получения государственной лицензии. Руководство Китая потребовало от государственных интернет-провайдеров заблокировать возможность использования различных VPN-соединений с 1 февраля 2018 года.

Возможен ли такой сценарий в России?

Для России китайский случай с Apple актуален в связи с принятием Госдумой 21 июля в третьем чтении закона, запрещающего использование средств обхода интернет-блокировок — анонимайзеров и тех самых сервисов VPN. Согласно документу, обязанность выявлять такие сервисы возложена на ФСБ и МВД. Если эти сервисы не предотвратят доступ к запрещенной в России информации в течение месяца, они также будут заблокированы. Роскомнадзор сформирует специальный список запрещенных ресуров и даст к нему доступ владельцам анонимайзеров и VPN-сетей, чтобы те сами могли следить, не позволяют ли они россиянам смотреть что-то запретное. Президент России Владимир Путин подписал закон 30 июля. Почти все нормы вступят в силу с 1 ноября 2017 года, несколько статей начнут действовать с момента публикации.

Пресс-секретарь Роскомнадзора Вадим Ампелонский в беседе с Forbes отметил, что его ведомство намерено внимательно изучить закон о VPN, принятый в России, проконсультироваться с отраслью и выработать детали правоприменения. «Есть уже сложившаяся практика взаимодействия с многими анонимайзерами и VPN-сервисами. Действительно, ряд таких сервисов побывали в реестре по решениям судов», — отметил он. Осенью Роскомнадзор предложил норвежской Opera Software, разработчику браузера Opera, заключить соглашение о фильтрации запрещенных в России сайтов. В мае ведомство внесло Opera Software в реестр организаторов распространения информации, после чего компания, согласно правилам, должна хранить данные о пользователях на территории России.

Практика

Хотя закон о средствах обхода интернет-блокировок не вступил в силу, но можно предположить порядок действий Роскомнадзора с запрещенными ресурсами, так как в России уже действуют правила, по которым прекращается доступ к сайтами и сервисам, содержащим противоправную информацию. Сайты вносятся в «черный список», доступ к которому имеют операторы, которые блокируют доступ по указанным в списке веб-адресам. На случай, если противоправный контент доступен в программах для смартфонов, Роскомнадзор договорился с Google и Apple о досудебной блокировке приложений по жалобам правообладателей. Две американские компании контролируют операционные системы для более 90% смартфонов, выпускаемых в России, и еще большую долю программ. Чтобы избежать блокировки своих магазинов на территории страны, компании Google и Apple совместно с ведомством выработали механизм досудебной блокировки приложений и другого контента в каталогах Google Play и AppStore. Согласно договоренностям, контент должен удаляться сразу после жалобы правообладателя.

Один из самых известных случаев — в ноябре 2016 Apple и Google по требованию ведомства уже блокировали доступ к приложению LinkedIn в своих магазинах приложений на территории России. Российские пользователи теперь не могут скачать приложение профессиональной социальной сети в App Store и Google Play. При попытке скачать приложение через App Store пользователь получает уведомление о его недоступности в России. Apple при этом указывает, что приложение доступно в США, и предлагает «сменить магазин». По мнению ведомства, соцсеть для деловых контактов обрабатывала персональные данные без согласия пользователей и не хранила их на территории России.

Инициатива

Под действие закона, запрещающего использование средств обхода интернет-блокировок, потенциально попадают все прокси- и VPN-сервисы, а также анонимные сети Tor, I2P и Freenet. Их владельцам предлагается ограничить доступ к сайтам, входящим в реестр запрещенных ресурсов Роскомнадзора. Документ также запрещает операторам поисковых систем выдавать ссылки на заблокированные в России ресурсы. Директор АНО «Инфокультура» Иван Бегтин в беседе с Forbes выражал уверенность, что исполнить закон «нереально». «Можно заблокировать только самые популярные сервисы, но до тех пор пока есть возможность использовать зарубежный хостинг, эти требования работать не будут. Скорее возникнет серый рынок сервисов VPN», — говорил он. Дело в том, что сервис VPN может представлять себя не только программу для смартфона (доступ к которой можно заблокировать на территории России), но и приложение для настольного компьютера или расширение браузера, предотвратить доступ к которым сложнее — их в любом случае могут переслать по почте или через файлообменник. Кроме того, сервис VPN может начать предоставлять любой сайт, поэтому мониторинг таких услуг должен проводиться постоянно и поймать все сайты — маловероятно.

Несмотря на то, что Apple идет на сделки с правительствами разных стран, российские пользователи продукцию компании любят: 28 июля представитель МТС Дмитрий Солодовников заявил газете «Ведомости», что самая популярная модель iPhone в России — iPhone SE с памятью 32 Гб — стала также самым продаваемым смартфоном в стране. Эту информацию подтверждали представитель «Евросети» Александра Перцева и сотрудник другой розничной сети. Они уточняли, что ранее лидером продаж был аппарат Samsung Galaxy J1. Конкретные цифры по продажам устройств в России не раскрываются.

США. Китай. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261159


Казахстан. Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 1 августа 2017 > № 2260911

Руководство порта Циндао передаст Казахстану технологию смарт- пристани

Система осуществляет автоматизированную разгрузку, распределение и хранение контейнеров

В Казахстане может быть внедрена технология автоматизированной пристани, где разгрузкой сотен тысяч контейнеров, управляют 5−6 человек. На встрече с журналистами о намерении передать «умную» разработку заявил заместитель генерального директора порта Циндао по автоматической контейнерной пристани Ян Цземинь. Об этом сообщает корреспондент центра деловой информации Kapital.kz.

«Эта технология будет передаваться в Казахстан. Наша команда выполняет процесс от концептуального проектирования автоматической контейнерной „умной пристани“, и до выполнения операций погрузки и разгрузки», — рассказал Ян Цземинь.

По словам гендиректора, технологией «умной» пристани интересуются и другие порты Китая, в том числе и сухой порт Ляньюньгань, где также имеется казахстанский терминал. Интерес к разработке проявляют и компании США.

По данным Ян Цземиня, в прошлом году из Китая в Казахстан, а также транзитом в Центральную Азию отправлено около 20 тысяч контейнеров.

«Казахстан является важным партнером в реализации политики „Один пояс, один путь“. В течение многих лет у нас развивается тесное сотрудничество. Большинство товаров, например, автомобили и текстильные изделия из Японии и Кореи, транспортируется до Казахстана через порт Циндао. Наши товары, например, циндаоское пиво и холодильники компании „Хаер“, много перевозятся в Казахстан», — пояснил он.

Порт Циндао впервые открыт в 1892 году. Сегодня это седьмой по значимости порт в мире, имеющий торговые связи с более чем 700 портами 180 стран. Здесь обслуживается 160 линий международных контейнерных рейсовых судов, в том числе 65 прямых маршрутов с портами Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока и Средиземноморья. В 2016 году объем грузооборота порта достиг 500 млн тонн.

В январе- июне 2017 года количество контейнеров международного транзита из порта Циндао до Центральной Азии достигло 9168 ДФЭ, что на 51% больше в сравнении с предыдущим годом. В дополнение к этому транзит через Алашанькоу достиг 4852 ДФЭ, рост на 23% по сравнению с предыдущим годом; транзит через Хоргос достиг 4316 ДФЭ, вырос на 102% по сравнению с предыдущим годом.

ДФЭ — Двадцатифутовый эквивалент (TEU или teu от англ. twenty-foot equivalent unit) — условная единица измерения вместимости грузовых транспортных средств. Часто используется при описании вместимости контейнеровозов и контейнерных терминалов.

Казахстан. Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 1 августа 2017 > № 2260911


Россия. Финляндия. Китай. Арктика > СМИ, ИТ > comnews.ru, 31 июля 2017 > № 2259947

"Поларнет Проект" заручился поддержкой

Елизавета Титаренко

Как стало известно ComNews, Минкомсвязи намерено поддержать проект "Российская оптическая трансарктическая кабельная система" (РОТАКС), которым занимается ЗАО "Поларнет Проект". Интерес к РОТАКС также проявила финская Cinia Group Ltd., которая в августе создаст с "Поларнет Проект" совместное предприятие для развития проекта. Кроме того, заинтересованность в строительстве подводной ВОЛС вдоль Арктического побережья России на прошлой неделе выразило Министерство промышленности и информатизации Китая.

Как рассказал корреспонденту ComNews источник на рынке телекоммуникаций, Минкомсвязи намерено поддержать РОТАКС. Этот проект предполагает строительство магистральной линии связи по дну Северного Ледовитого океана по маршруту Бьюд (Великобритания) - Мурманск - Анадырь - Владивосток - Токио. Пресс-служба Минкомсвязи в пятницу воздержалась от комментариев.

Тем временем строительство подводной ВОЛС вдоль Арктического побережья России стало на прошлой неделе темой обсуждения для высокопоставленных лиц России и Китая. Глава Минкомсвязи Николай Никифоров посетил Третью встречу министров связи стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка), которая проходит в Китайской Народной Республике (КНР), а также провел рабочую встречу с министром промышленности и информатизации Китая Мяо Вэем. Чиновники обсудили в том числе и проект по созданию подводной волоконно-оптической магистрали вдоль Арктического побережья России.

Мяо Вэй выразил заинтересованность в развитии такого проекта, который может наиболее эффективно обеспечить скоростное соединение Азии с Европой. Мяо Вэй также попросил у Минкомсвязи России содействия по проведению необходимых исследований для строительства магистрали и выразил уверенность, что спрос на использование такого канала связи будет значительным.

Как рассказал корреспонденту ComNews генеральный директор "Поларнет Проекта" Олег Ким, он знает об этой встрече и о том, что Китай заинтересован взаимодействовать с Россией по развитию проекта по созданию ВОЛС вдоль Арктического побережья России. "Надеемся, что разговор шел о нашем проекте", - был краток Олег Ким.

Олег Ким рассказал, что "Поларнет Проект" вел переговоры с финской Cinia Group Ltd. (собственник и операционная компания балтийской кабельной системы Sea Lion) насчет инвестиций в РОТАКС (см. новость ComNews от 8 ноября 2016 г.). Переговоры завершились подписанием меморандума между двумя компаниями, который предусматривает создание совместного предприятия по развитию проекта РОТАКС. Как уточнил Олег Ким, стороны начнут создавать СП в августе. Как ранее говорил Олег Ким, "Поларнет Проект" вел переговоры и с компаниями из Китая, однако об их результатах пока неизвестно.

Опрошенные ComNews магистральные операторы связи заявили, что знают о встрече министров двух стран, но не присутствовали на ней и не планируют развивать такой проект. "Мы не имеем никакого отношения к этим переговорам", - сообщил корреспонденту ComNews представитель ПАО "Ростелеком". Компания является ключевым исполнителем нескольких международных проектов, играющих значимую роль в области передачи трафика между государствами Евразии. "В частности, компания запустила систему "Транзит Европа-Азия" (TEA) с пропускной способностью до 3,2 Тбит/с. Это надежный полностью наземный трансконтинентальный маршрут пропуска трафика, альтернативный подводным кабельным системам", - отметил он.

"Мы не участвовали во встрече, но знаем, что такой проект по строительству подводного магистрального кабеля вдоль Арктического побережья России обсуждался, - говорит руководитель пресс-службы "МегаФона" Юлия Дорохина. - Мы считаем перспективой работу на азиатских рынках: с 2013 г. мы плотно работаем со всеми крупными китайскими операторами в рамках проекта DREAM - канала связи между Европой и Азией. Мы также сотрудничаем с операторами Азии по обмену голосовым трафиком и роумингу".

Представители АО "Компания ТрансТелеКом" (ТТК) и ОАО "Межрегиональный ТранзитТелеком" (МТТ) воздержались от комментариев.

Тем временем аналитики сомневаются, что спрос на использование емкости подводного магистрального кабеля вдоль Арктического побережья России будет значительным. Генеральный директор "ТМТ Консалтинга" Константин Анкилов говорит, что еще не загружены имеющиеся магистрали "Ростелекома", ТТК, "МегаФона". "Логично стимулировать спрос на имеющиеся сети", - полагает он.

"Задержка сигнала в канале такой ВОЛС относительно наземного маршрута будет выше, а относительно южного подводного - немного ниже. Дешевле такая магистральная емкость точно не будет. Наиболее низкие цены сейчас на маршруте через другую сторону земного шара - через Тихий океан", - считает руководитель направления ИТ, облачных сервисов и инфраструктурных проектов J’son & Partners Consulting Александр Герасимов. Кроме того, по его мнению, строительство такой ВОЛС будет намного сложнее и дороже существующих маршрутов, не только наземных, но и подводных, а окупаемость такого проекта крайне сомнительна.

Проект прокладки ВОЛС из Европы в Азию через Северный Ледовитый океан обсуждали в марте 2017 г. на заседании в Министерстве транспорта и связи Финляндии, в котром участвовали высокопоставленные представители профильных министерств, а также дипломатического корпуса, научных и деловых кругов из Финляндии, Норвегии, Швеции, России, Германии, Китая и Японии. Проект представляла частная финская компания Cinia Group, и его оценочная стоимость на тот момент составляла $700 млн. В качестве одного из партнеров Cinia Group по проекту является "Поларнет Проект".

Проект трансарктического кабеля поддерживает и правительство Финляндии. Его представители обсуждали этот проект в ходе визита премьер-министра России Дмитрия Медведева в Финляндию в декабре 2016 г. "Это интересная идея, способная решить ряд коммуникационных задач. Мы считаем, что у этого проекта может быть хорошее будущее", - заявлял тогда Дмитрий Медведев по итогам переговоров с финским коллегой Юхой Сипиля.

Как ранее сообщал ComNews, в 2011 г. правительственная комиссия по федеральной связи и технологическим вопросам информатизации поддержала проект РОТАКС компании "Поларнет Проект", которая добивалась этого в течение 10 лет (см. новость ComNews от 18 октября 2011 г.).

Изыскательские работы на месте строительства кабельной сети "Поларнета" начались еще в 2002 г. Все это время компания искала источники финансирования проекта РОТАКС. В 2003 г. "Поларнет" купил подводную волоконно-оптическую сеть Tyco Global Network (TGN), которая связывает Европу и Азию через территорию США. На аукционе по приобретению TGN "Поларнет" вступил в альянс с крупнейшим индийским оператором международной фиксированной связи и интернет-услуг Videsh Sanchar Nigam Limited (VSNL), входящим в финансово-промышленную группу Tata Group. Юридически покупателем стала VSNL, а "Поларнет" участвовал в сделке своими активами. Взамен "Поларнет" должен был получить от VSNL инвестиции и часть емкости в сети TGN. Однако еще до закрытия сделки VSNL отказалась выполнять договорные обязательства. Из-за проблем раздела активов с VSNL "Поларнету" пришлось сдвинуть сроки прокладки кабеля в Арктическом и Дальневосточном регионах.

Россия. Финляндия. Китай. Арктика > СМИ, ИТ > comnews.ru, 31 июля 2017 > № 2259947


Китай. Россия > Авиапром, автопром > inosmi.ru, 27 июля 2017 > № 2257937 Анастасия Дагаева

Третье место на двоих. Как Китай и Россия начинают строить широкофюзеляжный самолет

Анастасия Дагаева, Carnegie Moscow Center, Россия

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Вчера, 23 июля, завершился аэрокосмический салон МАКС-2017; его главным гостем, как всегда, стал Владимир Путин. Он посмотрел на истребитель пятого поколения Т-50, послушал про среднемагистральный пассажирский самолет МС-21 и даже заглянул на стенд Boeing. Казалось, что и совместному российско-китайскому самолету тоже будет уделено внимание. Самолета, конечно, нет. Но за год в рамках этого проекта произошло столько событий (в том числе с участием Путина), что было бы странно его проигнорировать. Тем не менее на МАКСе информация о большом самолете, который должны вместе построить Россия и Китай, появлялась совсем эпизодически. Не добрался до подмосковного Жуковского и внушительных размеров макет самолета, сделанный Commercial Aircraft Corporation of China (COMAC).

Впервые макет был показан на Airshow China в ноябре 2016 года — случилась, можно сказать, премьера. Ради этого события в Чжухай на один день прилетели министр промышленности Денис Мантуров и президент Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) Юрий Слюсарь. Вместе с китайскими коллегами они под прицелом множества камер торжественно сдернули с макета красную материю.

С макетом COMAC приехала и на Paris Airshow 2017, что ознаменовало уже международную презентацию проекта. Макет стоял на стенде китайского авиапроизводителя, где фоном шли кадры со встреч Си Цзиньпина и Владимира Путина.

Отдельная интрига — название самолета. В российской версии он просто «широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (ШФДМС). В китайской — С929 (или С9Х9), то есть следующий в линейке после недавно взлетевшего С919.

В Ле-Бурже макет самолета, впрочем, проходил как LRWBCA (Long-Range Wide-Body Civil Aircraft; в переводе на русский тот же ШФДМС). Труднопроизносимая аббревиатура что на русском языке, что на английском вызывает вопрос: а когда уже у самолета появится звучное официальное имя? Слюсарь говорит, что еще не думали: «У самолета нет названия, и мы пока на эту тему не напрягаемся. Если у вас есть какие-то фантазии [по названию], то буду вам благодарен. У китайцев же, как у людей достаточно последовательных, есть определенные подходы к наименованию своих самолетов. Мы с уважением к ним относимся».

На МАКСе, напомню, макета не было. COMAC в московском авиасалоне не участвовала, значит, и их макет не появился. ОАК собственный еще не сделала.

Взлет на политике

Переговоры о совместном строительстве самолета страны вели почти десять лет. В 2009 году Алексей Федоров (тогда президент ОАК) прогнозировал, что третий игрок в мировом авиапроме появится именно «в результате совместных проектов России и Китая». Правда, признавался, что все очень непросто: «Для отдельно взятой страны создание большого самолета может стать крайне сложной задачей. Но могу сказать, в чем основная сложность [переговоров]: и Россия, и Китай хотят быть лидером проекта. Хотя оптимальный вариант — разделение рисков 50 на 50».

Проект несколько лет имел статус «идут консультации». Проще говоря, им никто толком не занимался — ОАК, да и Россия в целом тогда больше надежд связывали с Западом, чем с Востоком (чего стоит эпопея про продвижению Sukhoi Superjet 100). Китаю наверняка тоже было не до большого самолета: страна, не имея сильного инженерного бэкграунда, спешно набиралась компетенций в авиапроме — в частности, запустила программу регионального самолета ARJ21.

Путин на встречах с китайскими лидерами не раз заявлял о необходимости объединить усилия по созданию широкофюзеляжного самолета, «чтобы занять достойное место на мировых рынках». В 2011 году в разговоре с председателем КНР Ху Цзиньтао он отмечал, что все больше и больше закупается американской и европейской авиатехники, тогда как «такие страны, как Россия и Китай, в состоянии и должны иметь собственное производство».

В 2012 году к власти в Китае пришел Си Цзиньпин. Тема большого самолета не исчезла из повестки встреч глав государств, но и движения в проекте не прибавилось.

Процесс заметно ускорился в 2014 году — под воздействием как внутренних, так и внешних обстоятельств. В обеих странах окончательно сформировались большие государственные авиапромышленные конгломераты; против России ввели санкции Европа и США, а Си Цзиньпин во время визита на завод COMAC выразил сожаление, что отсутствие собственных самолетов делает Китай зависимым от иностранных авиапроизводителей. В мае 2014 года, когда Путин был в Китае, ОАК и COMAC подписали меморандум о сотрудничестве. В июне 2016 года — опять же во время визита Путина в Пекин — страны дошли до межправительственного соглашения. Тогда же появилась ясность по созданию совместного предприятия (СП): в проекте нет лидера, все делится поровну.

А в конце 2016 года Путин рассказал журналистам, что часть дивидендов Роснефтегаза пойдет на создание мощного авиационного двигателя (тягой 35 тонн), что «позволит вместе с нашими китайскими друзьями создать широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (про двигатели нужно писать отдельную историю, учитывая, что и Китай намерен строить свой двигатель). Роснефтегаз на 100% принадлежит государству, владеет контрольным пакетом Роснефти, акциями Газпрома и Интер РАО. По словам Путина, Роснефтегаз — это еще один бюджет правительства. Это же и источник финансирования проектов регионального Ил-114 и широкофюзеляжного Ил-96-400, которые активно лоббирует вице-премьер Дмитрий Рогозин.

Кстати, возврат к Ил-96-400 объясняется сохранением компетенций как раз для российско-китайского самолета. Эта аргументация, правда, возникла совсем недавно — считай, задним числом (то есть мотивом это быть не могло). И еще момент: на заре переговоров Россия предлагала строить широкофюзеляжный самолет на базе Ил-96, но китайцы отказались, настояв на создании с нуля.

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Общий, но китайский

В начале 2017 года ОАК и COMAC учредили компанию China-Russia Aircraft International Commercial Corporation (CRAIC). «А ведь craic по-английски — „кутеж". Неплохое название для совместного проекта!» — шутят злые языки. Участники проекта, впрочем, настроены серьезно — открыли офис, назначили руководство, распределили работы. Они стараются выдержать заданную линию, когда всё 50 на 50. Офис находится в Шанхае, поближе к линии финальной сборки — заводу COMAC. В Москве будет открыт инженерный центр. Гендиректором СП назначен менеджер COMAC, а председателем совета директоров — менеджер ОАК. В совете директоров восемь человек, по четыре от каждой стороны.

«По разделению работ, которое относится исключительно к планеру, мы договорились, что крыло, центроплан, хвостовое оперение — это производство в России. Непосредственно сам фюзеляж и окончательная сборка — это Шанхай. Там колоссальный завод, хорошо оснащенный, который, на наш взгляд, позволяет осуществлять и третий проект [наравне со сборкой ARJ21 и С919]», — говорил Слюсарь в Ле-Бурже. Место, выбранное для сборки, объясняется близостью к целевым рынкам. А опасения, что самолет в итоге станет китайским, Слюсарь называет необоснованными: «Мы будем иметь возможность проникнуть на рынок, на котором продается в десять раз больше самолетов, чем на российском, и мы будем иметь гарантированный спрос на много лет вперед, хотя бы только на китайском рынке. Таких возможностей у любых производителей немного, ими нужно очень дорожить».

Слюсарь не берется оценивать вклад каждой из сторон: «Мы исходим из идеологии; несмотря на то что это проект двух компаний и даже двух стран, создавать самолет может только одна команда. Не получится у двух команд один самолет». Несколько философски Слюсарь говорит и про финансирование самолета: «Это капиталоемкий проект, конечно. Вы должны представлять, что самолет от 8 до 12 лет разрабатывается, потом примерно 30-40 лет выпускается и еще 40-50 лет летает. История про новый самолет на века, на столетия. И здесь любые расчеты носят достаточно условный характер как с точки зрения прогнозирования, так и тех эффектов, которые получаешь». По предварительным расчетам, на проект необходимо 13-20 миллиардов долларов.

Строительство самолета должно начаться с базовой версии: вместимость 280 кресел, дальность 12 тысяч км. Завершение эскизного проектирования и его защита запланированы на конец 2018 года. Первый твердый контракт ожидается в 2019 году, первый полет — в 2023-м, старт поставок — в 2026-м, об этом говорилось в технико-экономическим обосновании проекта (ТЭО), которое подготовила ОАК.

В российских прогосударственных СМИ (да и в китайских, говорят, тоже) еще не существующий самолет окрестили «убийцей» Airbus и Boeing. Возникла лишь путаница в том, какие именно типы самолетов предстоит «убить». Если исходить из заявлений Слюсаря, то это A350 и B787. Если послушать топ-менеджера COMAC Го Бочжи, то А330 и В777.

Все перечисленные самолеты относятся к категории дальнемагистральных широкофюзеляжных. Но есть принципиальная разница: А350 и В787 — это новинки глобального авиапрома, более чем на 50% сделанные из композитных материалов (что подразумевает несколько иной производственный цикл). А330 и В777 — самолеты так называемого предыдущего поколения, с преимущественным использованием алюминия. А вообще говорить о конкуренции преждевременно: российско-китайский самолет поступит в эксплуатацию через десять лет (как говорится в ТЭО); едва ли все это время в Airbus и Boeing будут сидеть сложа руки.

Но еще задолго до выхода на рынок проект может столкнуться с большим количеством подводных камней. И неизвестно, какие он сможет обойти, а какие — нет. Самые очевидные риски такие. Политические — проект очень долгий во времени, что с ним произойдет при смене лидеров стран? Экономические — единственный источник финансирования — бюджет; и Россия, и Китай переживают не самые лучшие времена в экономике, и прогнозы не обнадеживают. Корпоративные — достаточно вспомнить, как непросто уживаются Германия и Франция в Airbus; и это страны с общей культурой. Наконец, ментальные — языковые барьеры, разность моделей поведения и прочие, казалось бы, мелочи, которые могут осложнять процесс, вплоть до его остановки.

Китай. Россия > Авиапром, автопром > inosmi.ru, 27 июля 2017 > № 2257937 Анастасия Дагаева


Китай. Россия. Литва > Армия, полиция > inosmi.ru, 25 июля 2017 > № 2257926

Пекин поддерживает действия России в Балтийском море

Агнешка Каминьска (Agnieszka Kamińska), Polskie Radio, Польша

Интервью с экспертом варшавского Центра восточных исследований Марчином Качмарским

— Polskie Radio: Россия и Китай проводят совместные учения в Балтийском море. Это первые учения такого рода, как к ним относиться?

— Марчин Качмарский (Marcin Kaczmarski): Обращу внимание, что это не первые морские маневры России и Китая: их проводят регулярно с 2012 года. Новинкой стало место проведения, до этого они проходили в Восточной Азии — в Желтом, Южно- и Восточно-Китайском морях. Один раз они разворачивались в Средиземном море, но это было связано, скорее, с динамикой развития ситуации вокруг Сирии, а не с широкой стратегией.

В этих учениях важен в первую очередь политический аспект, военное значение второстепенно. Они, конечно, помогут российскому и китайскому флоту наладить взаимодействие, станут возможностью выработать какие-то формы сотрудничества, но самое важное в данном случае — политические сигналы, которые хотят послать обе стороны.

— Что это за сигналы?

— Россия хотела бы показать миру, что она пользуется политической поддержкой Пекина, а Китай стал практически ее союзником. Конечно, ни Москва, ни Пекин не используют этого слова открыто. Китайцы говорят, что две страны не состоят в военно-политическом союзе. Кремль хочет послать сигнал, что Китай поддерживает его действия в Балтийском море. Напомню, как действуют россияне в этом регионе: их флот и авиация устраивают там провокации против стран НАТО.

Китай, в свою очередь, стремится показать, что он обладает океанским флотом глобального значения, который действует не только в Восточной Азии, в ближайших к Китаю морях, но и (практически как американцы) способен проводить операции вдали от своих баз.

— Существует ли в реальности союз России и Китая? Что склонило Пекин принять участие в учениях, которые проходят в регионе, оказавшимся в центре внимания в период нарастания напряженности между Россией и Западом? Там, где Москва демонстрирует свои агрессивные намерения?

— Это все еще нельзя назвать союзом. Поддержка очень хрупка. У Китая есть свои притязания в Южно-Китайском море, но Россия открыто их не поддерживает. В свою очередь, Пекин не поддерживает претензии Москвы в Балтийском море.

Представляется, что китайцы, которые сделали серьезный шаг, отправив свои корабли в Балтийское море, будут ожидать от россиян ответного шага, например, политической поддержки в вопросе претензий Китая в Южно- или Восточно-Китайском море.

— Учения — это сигнал, что китайцы поддерживают агрессивные шаги Москвы в Балтийском море?

— Можно интерпретировать это так. В любом случае Китай показывает, что его действия могут не всегда совпадать с экономической повесткой. Пекин завязал хорошие экономические отношения в регионе Балтики, достаточно взглянуть на недавние визиты в государства Восточно-Центральной Европы. Однако китайцы демонстрируют, что их интересы имеют глобальный масштаб: с одной стороны, они поддерживают отношения с государствами региона, но с другой — посылают стратегический сигнал США. С китайской точки зрения основной адресат сигналов — американцы, а не европейские страны.

Союза России и Китая до сих пор не существует: ни одна из сторон не хочет открыто поддерживать агрессивную политику партнера. Они показывают, что будут делать то, что им выгодно, ориентируясь не только на экономические интересы.

— Что будет в таком случае с проектом Шелкового пути? Как он вписывается в этот контекст?

— Сложно говорить о стройной стратегии. Новый Шелковый путь (или, как говорят китайцы, инициатива «Один пояс и один путь») должен помочь Китаю заручиться поддержкой других стран, создать ему положительный имидж. Я думаю, китайские политические элиты не осознали, что отправка кораблей в Балтийское море противоречит такой политике.

Возможно, дело в отсутствии координации или в существовании разных фракций, одна из которых придерживается умеренных позиций, а другая хочет продемонстрировать возможности размещения военного флота. Участие в учениях с российскими военными отнюдь не улучшит имидж Китая в регионе. Если Шелковый путь можно назвать эффективным инструментом создания положительного образа Пекина в Европе, то военные маневры с Россией этому образу повредят.

— Россия готовит почву для новых операций? Эти учения были нужны в первую очередь ей.

— Что происходит на самом деле, остается вопросом: это может быть как стремление сохранить статус-кво, так и подготовка к новым агрессивным действиям. Что касается Китая, он точно не станет делать Москве подарков. Он будет ждать от нее ответных шагов.

Китай. Россия. Литва > Армия, полиция > inosmi.ru, 25 июля 2017 > № 2257926


Китай > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254499 Руслан Алиханов

Го, порты и деньги. Зарисовки о фактической стратегии Китая

Алиханов Руслан

Президент инвестиционной компании «Арго»

Реальная стратегия Китая отличается от декларируемой. Ключ к ней поможет подобрать старинная поговорка «Все реки впадают в море» и игра Го.

Профессиональные переговорщики хорошо понимают разницу между заявляемой и фактической стратегией переговоров. Чтобы понять реализуемую на практике стратегию Китая, стоит поехать в Джибути — африканское государство, про которое вряд ли слышало большинство читателей. Крошечная страна с населением меньше миллиона человек, Джибути занимает исключительное стратегическое положение в качестве «ворот» Баб-эль-Мандебского пролива, разделяющего Африку и Азию.

Джибути — первое место в мире, где Китай создал свою зарубежную военную базу (начала функционировать в феврале 2017 года), и единственное место в мире, где американские и китайские военные в прямом смысле слова стоят лицом к лицу (там находится единственная военная база США в Африке). Официально объявив о партнерстве с правительством Джибути и желании вложить примерно $15 млрд менее двух лет назад, китайцы в рекордные сроки построили сверхсовременный объект инфраструктуры с отдельным военным объектом, официально называемым «базой материально-технического снабжения». Автора этих строк поразило высочайшее качество работ и специфическое китайское чувство юмора: военный объект украшен надписями China Civil — мол, объект гражданской инфраструктуры. В этом желании приуменьшить свою мощь и аккуратно заявить об истинных геостратегических приоритетах и лежит ключ к растущим амбициям Китая и фактической, а не заявляемой стратегии страны. Но сначала — немного об интеллектуальных играх, определяющих мироощущение.

Го против шахмат

Национальным советским видом интеллектуального спорта были шахматы, которые учат сфокусированно просчитывать многоходовые комбинации с целью полного поражения противника: фигуры исчезают с доски, оставляя простор победителю. Национальный интеллектуальный спорт Китая Го (в китайской транскрипции wei qi, что в переводе означает «игра окружения»), один из четырех столпов классического образования, учит игроков концепции стратегического окружения противника. В то время как шахматы служат идее абсолютного превосходства и полного поражения противника, Го учит относительному превосходству и не допускает стратегической пустоты: фигуры остаются на доске, но лишены возможности маневра.

Генри Киссинджер в своей книге «О Китае» проводит параллель между игрой Го и стратегией, реализуемой на практике КНР: «В то время как западная традиция высоко ценит решающее сражение и воспевает акты героизма, китайский идеал [стратегии] подчеркивает тонкость, изысканность и терпеливое накопление преимущества». Во главу сегодняшней стратегии поставлена так называемая «Жемчужная нить», соединяющая, как камни в игре Го, ключевые опорные пункты военно-морского присутствия КНР. Почему именно военно-морского?

Военная стратегия против школьной географии

Школьная география — предмет, изучаемый и преподаваемый совершенно неверно: география изучается по массивам суши, а Мировой океан воспринимается как «пустое место между континентами». При этом на «пустое место» приходится 71% поверхности планеты и 90% объемов мировой торговли.

Официальная военная доктрина КНР, опубликованная в мае 2015 года, гласит: «...(Мировой) Океан является гарантом мирного существования и устойчивого развития Китая. Традиционная ментальность, провозглашающая догмат суши над (Мировым) океаном, должна быть отброшена... Огромное значение должно придаваться присутствию в (Мировом) океане с целью защиты коммуникаций и зарубежного присутствия Китая».

Отражающая тот факт, что КНР — крупнейший экспортер и второй крупнейший импортер на планете, новая «Большая игра» в геополитике — на этот раз между КНР и США, а не между Российской и Британской империями — уже началась. При этом ближайшие практические цели КНР носят скорее не военный, а коммерческий характер. Дело в том, что хотя ВМФ Китая и является самым быстрорастущим на планете, он все еще не составляет конкуренции американскому (например, из 36 авианосцев в мире 31 принадлежит американцам и их союзникам, и лишь один является китайским, да и то купленным у Украины по сомнительной схеме — как металлолом после развала СССР).

Совсем другая картина вырисовывается, если посмотреть на возможности торгового флота и портовую инфраструктуру. Уже сегодня китайские судоходные компании перевозят больше грузов, чем судоходные компании любой другой нации на планете. Китайский рыбопромысловый флот (свыше 200 000 единиц) — крупнейший и один из самых современных в мире. Основа глобальной торговли — контейнерные перевозки, где почти две трети объемов перевалки, осуществляемой крупнейшими контейнерными портами на планете, так или иначе имеют китайских инвесторов (рост на 20% за последние несколько лет).

Поскольку Джибути является только частью амбициозного плана Цзиньпина по превращению Китая в океанскую супердержаву, китайцы активно инвестируют в порты и совмещенную инфраструктуру по всей планете: за последние несколько лет объем китайских инвестиций более чем в 40 портов и совмещенную инфраструктуру уже превысил $100 млрд. География инвестиций глобальна: от Джибути и Гвадара в Пакистане (только в этот проект КНР планирует вложить около $54 млрд) до Дарвина в Австралии.

О самом грандиозном инфраструктурном проекте современности чуть подробнее.

Деньги против идеологии

Если глобальное противостояние СССР и США как супердержав было в первую очередь противостоянием идеологий, то возросшая роль Китая как сверхдержавы на мировой авансцене не несет никакой идеологической нагрузки. Щекотливость положения в том, что Коммунистическая партия Китая выступает апологетом глобализации, экономического либерализма и сложившейся системы международных взаимоотношений. Как сказал бывший заместитель госсекретаря США Роберт Хорматс, Пекин перехватывает «роль ответственного лидера и считает опасным отход США с лидерских позиций в мировой торговле и финансовом порядке».

В январе 2017 года Китай послал в Давос представительную делегацию во главе с председателем Си Цзиньпином. До сих пор руководители КНР не посещали форум. Во время форума Си заявил: «Нужно развивать открытую мировую экономику. Не нужно прятаться в порту каждый раз, когда сталкиваешься со штормом». Си всегда тщательно взвешивает слова, и выбор аналогии с портами вряд ли носит случайный характер.

Китай, что называется, puts its money where its mouth is — подкрепляет свои слова значительными финансовыми средствами. Так, в середине мая в Пекин приглашены лидеры 28 государств для участия в саммите по созданию «нового Шелкового пути» — ключевой части плана КНР по инвестированию беспрецедентной суммы в $1 трлн (!) в трансформацию транспортных и торговых коммуникаций по всей планете.

Формально ближайшие практические усилия КНР уже институционализированы как проект One Belt One Road («Один Путь, Одна Дорога»), ставящий целью восстановление торговых путей Великого шелкового пути более чем в 60 странах мира. Проект состоит из двух частей — «Пути» — морской части, относящейся к поддерживающей морской торговле, и «Дороги» — сухопутной части, обеспечивающей стабильность китайского экспорта в Европу через страны Центральной Азии. Вот что говорит о One Belt One Road китайский министр иностранных дел Ван И: «Данный проект — самое большое общественное благо, которое Китай дарит человечеству. Он предложен КНР, но создан не только для неe, а для всех стран человечества».

Возникшее в Древнем Риме и получившее широкое распространение благодаря французскому баснописцу Жану Лафонтену выражение «Все дороги ведут в Рим» имело буквальный смысл: Римской империи как централизованной супердержаве древности необходимо было обеспечить себе прямую коммуникацию с любой из провинций. В свою очередь, старая китайская поговорка гласит: «Все реки впадают в море». Во многом в этой фразе и заключается ключ к фактической стратегии супердержавы XXI века: создание общественного блага для всего человечества, основным бенефициаром которого в первую очередь является создатель.

Китай > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254499 Руслан Алиханов


Китай. Россия > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 24 июля 2017 > № 2253638 Анастасия Дагаева

Третье место на двоих. Как Китай и Россия начинают строить широкофюзеляжный самолет

Анастасия Дагаева

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing

Вчера, 23 июля, завершился аэрокосмический салон МАКС-2017; его главным гостем, как всегда, стал Владимир Путин. Он посмотрел на истребитель пятого поколения Т-50, послушал про среднемагистральный пассажирский самолет МС-21 и даже заглянул на стенд Boeing. Казалось, что и совместному российско-китайскому самолету тоже будет уделено внимание. Самолета, конечно, нет. Но за год в рамках этого проекта произошло столько событий (в том числе с участием Путина), что было бы странно его проигнорировать. Тем не менее на МАКСе информация о большом самолете, который должны вместе построить Россия и Китай, появлялась совсем эпизодически. Не добрался до подмосковного Жуковского и внушительных размеров макет самолета, сделанный Commercial Aircraft Corporation of China (COMAC).

Впервые макет был показан на Airshow China в ноябре 2016 года – случилась, можно сказать, премьера. Ради этого события в Чжухай на один день прилетели министр промышленности Денис Мантуров и президент Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) Юрий Слюсарь. Вместе с китайскими коллегами они под прицелом множества камер торжественно сдернули с макета красную материю.

С макетом COMAC приехала и на Paris Airshow 2017, что ознаменовало уже международную презентацию проекта. Макет стоял на стенде китайского авиапроизводителя, где фоном шли кадры со встреч Си Цзиньпина и Владимира Путина.

Отдельная интрига – название самолета. В российской версии он просто «широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (ШФДМС). В китайской – С929 (или С9Х9), то есть следующий в линейке после недавно взлетевшего С919.

В Ле-Бурже макет самолета, впрочем, проходил как LRWBCA (Long-Range Wide-Body Civil Aircraft; в переводе на русский тот же ШФДМС). Труднопроизносимая аббревиатура что на русском языке, что на английском вызывает вопрос: а когда уже у самолета появится звучное официальное имя? Слюсарь говорит, что еще не думали: «У самолета нет названия, и мы пока на эту тему не напрягаемся. Если у вас есть какие-то фантазии [по названию], то буду вам благодарен. У китайцев же, как у людей достаточно последовательных, есть определенные подходы к наименованию своих самолетов. Мы с уважением к ним относимся».

На МАКСе, напомню, макета не было. COMAC в московском авиасалоне не участвовала, значит, и их макет не появился. ОАК собственный еще не сделала.

Взлет на политике

Переговоры о совместном строительстве самолета страны вели почти десять лет. В 2009 году Алексей Федоров (тогда президент ОАК) прогнозировал, что третий игрок в мировом авиапроме появится именно «в результате совместных проектов России и Китая». Правда, признавался, что все очень непросто: «Для отдельно взятой страны создание большого самолета может стать крайне сложной задачей. Но могу сказать, в чем основная сложность [переговоров]: и Россия, и Китай хотят быть лидером проекта. Хотя оптимальный вариант – разделение рисков 50 на 50».

Проект несколько лет имел статус «идут консультации». Проще говоря, им никто толком не занимался – ОАК, да и Россия в целом тогда больше надежд связывали с Западом, чем с Востоком (чего стоит эпопея про продвижению Sukhoi Superjet 100). Китаю наверняка тоже было не до большого самолета: страна, не имея сильного инженерного бэкграунда, спешно набиралась компетенций в авиапроме – в частности, запустила программу регионального самолета ARJ21.

Путин на встречах с китайскими лидерами не раз заявлял о необходимости объединить усилия по созданию широкофюзеляжного самолета, «чтобы занять достойное место на мировых рынках». В 2011 году в разговоре с председателем КНР Ху Цзиньтао он отмечал, что все больше и больше закупается американской и европейской авиатехники, тогда как «такие страны, как Россия и Китай, в состоянии и должны иметь собственное производство».

В 2012 году к власти в Китае пришел Си Цзиньпин. Тема большого самолета не исчезла из повестки встреч глав государств, но и движения в проекте не прибавилось.

Процесс заметно ускорился в 2014 году – под воздействием как внутренних, так и внешних обстоятельств. В обеих странах окончательно сформировались большие государственные авиапромышленные конгломераты; против России ввели санкции Европа и США, а Си Цзиньпин во время визита на завод COMAC выразил сожаление, что отсутствие собственных самолетов делает Китай зависимым от иностранных авиапроизводителей. В мае 2014 года, когда Путин был в Китае, ОАК и COMAC подписали меморандум о сотрудничестве. В июне 2016 года – опять же во время визита Путина в Пекин – страны дошли до межправительственного соглашения. Тогда же появилась ясность по созданию совместного предприятия (СП): в проекте нет лидера, все делится поровну.

А в конце 2016 года Путин рассказал журналистам, что часть дивидендов «Роснефтегаза» пойдет на создание мощного авиационного двигателя (тягой 35 тонн), что «позволит вместе с нашими китайскими друзьями создать широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (про двигатели нужно писать отдельную историю, учитывая, что и Китай намерен строить свой двигатель). «Роснефтегаз» на 100% принадлежит государству, владеет контрольным пакетом «Роснефти», акциями «Газпрома» и «Интер РАО». По словам Путина, «Роснефтегаз» – это еще один бюджет правительства. Это же и источник финансирования проектов регионального Ил-114 и широкофюзеляжного Ил-96-400, которые активно лоббирует вице-премьер Дмитрий Рогозин.

Кстати, возврат к Ил-96-400 объясняется сохранением компетенций как раз для российско-китайского самолета. Эта аргументация, правда, возникла совсем недавно – считай, задним числом (то есть мотивом это быть не могло). И еще момент: на заре переговоров Россия предлагала строить широкофюзеляжный самолет на базе Ил-96, но китайцы отказались, настояв на создании с нуля.

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Общий, но китайский

В начале 2017 года ОАК и COMAC учредили компанию China-Russia Aircraft International Commercial Corporation (CRAIC). «А ведь craic по-английски – «кутеж». Неплохое название для совместного проекта!» – шутят злые языки. Участники проекта, впрочем, настроены серьезно – открыли офис, назначили руководство, распределили работы. Они стараются выдержать заданную линию, когда всё 50 на 50. Офис находится в Шанхае, поближе к линии финальной сборки – заводу COMAC. В Москве будет открыт инженерный центр. Гендиректором СП назначен менеджер COMAC, а председателем совета директоров – менеджер ОАК. В совете директоров восемь человек, по четыре от каждой стороны.

«По разделению работ, которое относится исключительно к планеру, мы договорились, что крыло, центроплан, хвостовое оперение – это производство в России. Непосредственно сам фюзеляж и окончательная сборка – это Шанхай. Там колоссальный завод, хорошо оснащенный, который, на наш взгляд, позволяет осуществлять и третий проект [наравне со сборкой ARJ21 и С919]», – говорил Слюсарь в Ле-Бурже. Место, выбранное для сборки, объясняется близостью к целевым рынкам. А опасения, что самолет в итоге станет китайским, Слюсарь называет необоснованными: «Мы будем иметь возможность проникнуть на рынок, на котором продается в десять раз больше самолетов, чем на российском, и мы будем иметь гарантированный спрос на много лет вперед, хотя бы только на китайском рынке. Таких возможностей у любых производителей немного, ими нужно очень дорожить».

Слюсарь не берется оценивать вклад каждой из сторон: «Мы исходим из идеологии; несмотря на то что это проект двух компаний и даже двух стран, создавать самолет может только одна команда. Не получится у двух команд один самолет». Несколько философски Слюсарь говорит и про финансирование самолета: «Это капиталоемкий проект, конечно. Вы должны представлять, что самолет от 8 до 12 лет разрабатывается, потом примерно 30–40 лет выпускается и еще 40–50 лет летает. История про новый самолет на века, на столетия. И здесь любые расчеты носят достаточно условный характер как с точки зрения прогнозирования, так и тех эффектов, которые получаешь». По предварительным расчетам, на проект необходимо $13–20 млрд.

Строительство самолета должно начаться с базовой версии: вместимость 280 кресел, дальность 12 тысяч км. Завершение эскизного проектирования и его защита запланированы на конец 2018 года. Первый твердый контракт ожидается в 2019 году, первый полет – в 2023-м, старт поставок – в 2026-м, об этом говорилось в технико-экономическим обосновании проекта (ТЭО), которое подготовила ОАК.

В российских прогосударственных СМИ (да и в китайских, говорят, тоже) еще не существующий самолет окрестили «убийцей» Airbus и Boeing. Возникла лишь путаница в том, какие именно типы самолетов предстоит «убить». Если исходить из заявлений Слюсаря, то это A350 и B787. Если послушать топ-менеджера COMAC Го Бочжи, то А330 и В777.

Все перечисленные самолеты относятся к категории дальнемагистральных широкофюзеляжных. Но есть принципиальная разница: А350 и В787 – это новинки глобального авиапрома, более чем на 50% сделанные из композитных материалов (что подразумевает несколько иной производственный цикл). А330 и В777 – самолеты так называемого предыдущего поколения, с преимущественным использованием алюминия. А вообще говорить о конкуренции преждевременно: российско-китайский самолет поступит в эксплуатацию через десять лет (как говорится в ТЭО); едва ли все это время в Airbus и Boeing будут сидеть сложа руки.

Но еще задолго до выхода на рынок проект может столкнуться с большим количеством подводных камней. И неизвестно, какие он сможет обойти, а какие – нет. Самые очевидные риски такие. Политические – проект очень долгий во времени, что с ним произойдет при смене лидеров стран? Экономические – единственный источник финансирования – бюджет; и Россия, и Китай переживают не самые лучшие времена в экономике, и прогнозы не обнадеживают. Корпоративные – достаточно вспомнить, как непросто уживаются Германия и Франция в Airbus; и это страны с общей культурой. Наконец, ментальные – языковые барьеры, разность моделей поведения и прочие, казалось бы, мелочи, которые могут осложнять процесс, вплоть до его остановки.

Китай. Россия > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 24 июля 2017 > № 2253638 Анастасия Дагаева


Китай > Транспорт > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253221

На днях восточная терминальная зона и третья взлетно-посадочная полоса /ВПП/ Чунцинского международного аэропорта Цзянбэй прошли официальную приемку и были признаны готовыми к работе.

После введения в эксплуатацию нового терминала Т3A и третьей ВПП класс аэропорта будет повышен до "4F", и данный воздушный транспортный узел станет единственным в Центральном и Западном Китае аэропортом с тремя ВПП. Об этом сообщила администрация аэропорта.

По сообщению, проект расширения аэропорта Цзянбэй был утвержден в августе 2013 г., строительные работы были завершены в этом месяце. Проект был сориентирован на 2020 г. и рассчитан на обслуживание 45 млн пассажиров и 1,1 млн тонн грузов в год, а также на 373 тыс. взлетно-посадочных операций.

Общая строительная площадь терминала Т3А составляет 537 тыс. кв. метров, что в 2,5 раза превышает совокупную площадь действующих терминалов Т1, Т2A и Т2B. В том числе общая площадь навесного стеклянного фасада с тросовой системой составляет 75 тыс. кв. метров - это крупнейшая подобная система в Азии.

Длина новой ВПП аэропорта составляет 3800 метров, а ширина - 75 метров. Она будет способна принимать крупнейший на сегодняшний день в мире авиалайнер - А380. На данной полосе также установлена курсо-глиссадная система III категории, с помощью которой самолеты могут успешно совершать взлеты и посадки в особых погодных условиях с видимостью 200 метров, что позволяет значительно повысить гарантию выполняемости рейсов.

Китай > Транспорт > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253221


Китай. Италия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253216

В итальянской Флоренции сегодня в первой половине дня торжественно открылся Глобальный конгресс этнических китайцев и китайских эмигрантов по содействию мирному воссоединению Китая /Флоренция-2017/. Данный конгресс проводится Итальянской ассоциацией содействия мирному воссоединению Китая и посвящен теме "Приверженность "консенсусу 1992 года", интегрированное развитие берегов Тайваньского пролива, совместное участие в китайской мечте". На церемонии открытия конгресса выступил заместитель председателя ПК ВСНП, председатель ЦК Демократической лиги Китая, заместитель председателя Ассоциации содействия мирному воссоединению Китая Чжан Баовэнь.

Чжан Баовэнь в выступлении полностью одобрил важный вклад соотечественников из Сянгана, Аомэня и Тайваня, а также живущих за рубежом этнических китайцев в великое дело мирного развития связей между берегами Тайваньского пролива и содействия мирному воссоединению родины. Он отметил, что соотечественники из Сянгана, Аомэня и Тайваня, а также живущие за рубежом этнические китайцы являются важной силой в продвижении развития связей между берегами Тайваньского пролива, содействии мирному воссоединению родины. Организации Ассоциации содействия мирному воссоединению Китая являются важными мостами и связующими звеньями для сплочения и связей между соотечественниками из Китая и зарубежных стран, основными кадрами и костяком глобального движения против стремления к тайваньской "независимости" и за содействие воссоединению.

Китай. Италия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253216


Китай > Судостроение, машиностроение. СМИ, ИТ. Экология > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253212

Самостоятельно разработанный Китаем автономный подводный робот "Таньсо" в понедельник совершил первое тестовое погружение в Южно-Китайском море.

Робот "Таньсо" длиной 3,5 м, высотой и шириной в 1,5 м способен погружаться на глубину 4,5 тыс. м. В течение 20 часов он будет проводить совместные операции с беспилотным глубоководным аппаратом "Фасянь".

Китайское судно "Кэсюэ" в воскресенье вышло из порта Сямэнь /провинции Фуцзянь, Восточный Китай/ и продолжило научную экспедицию в Южно-Китайском море.

В ходе второго этапа миссии на борту глубоководного аппарата "Фасянь" будет находиться самостоятельно разработанный Китаем рамановский спектрометр, способный определять физические и химические параметры и делать снимки бентоса.

Судно "Кэсюэ" вышло из порта Циндао 10 июля и направилось в Южно-Китайское море для проведения морской научной экспедиции. В пятницу завершился первый этап экспедиции, судно зашло в порт Сямэня для пополнения запасов.

Во время первого этапа экспедиции 12 разработанных Китаем подводных планеров вели научные наблюдения в Южно-Китайском море, передавая данные в реальном времени. Это самая масштабная группа подводных планеров, которые одновременно занимались наблюдением в данном районе.

Китай > Судостроение, машиностроение. СМИ, ИТ. Экология > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253212


Китай > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253206

Совокупный доход прессы и издательской индустрии в Китае в прошлом году достиг около 2,4 трлн юаней /более 349,48 млрд долл США/, увеличившись на 9 проц. по сравнению с предыдущим годом. Таковы данные Главного государственного управления КНР по делам печати, издательств, радиовещания, кинематографии и телевидения, опубликованные в понедельник.

Согласно докладу ведомства, прибыль, созданная в секторе цифровой публикации, в прошлом году составила 572,09 млрд юаней, что равняется одной трети общих доходов отрасли.

В докладе говорится, что влияние тематических публикаций и ведущих СМИ в Китае повысилось в 2016 году.

Кроме того, в прошлом году из Китая была экспортирована печатная, видео- и цифровая издательская продукция общей стоимостью 110 млн долл при увеличении на 5 проц. по сравнению с предыдущим годом.

Китай > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253206


Китай. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253200

МВФ в понедельник увеличил прогноз по экономическому росту Китая в 2017 и 2018 годах до 6,7 и 6,4 проц. соответственно. Об этом говорится в распространенном этой организацией в понедельник в столице Малайзии бюллетене "Перспективы развития мировой экономики".

Уже третий раз в этом году МВФ увеличил прогноз экономического роста Китая в 2017 году. Как отметили в МВФ, причиной увеличения прогноза является сильный рост китайской экономики в первом квартале этого года и вероятное продолжение бюджетной поддержки.

По мнению МВФ, восстановление глобальной экономики продолжается, и в этом и будущем году рост мировой экономики составит 3,5 проц и 3,6 проц соответственно, что совпадает с апрельским прогнозом.

Кроме того, прогноз роста развитых экономических субъектов остался без изменений -- 2 проц, а в будущем году снизится до 1,9 проц, что на 0,1 проц пункта меньше, чем в прогнозе в апреле. Экономический рост США в этом и будущем годах составит 2,1 проц, что на 0,2 проц и 0,4 проц ниже по сравнению с апрельским прогнозом.

МВФ увеличил экономический рост в зоне евро в этом и будущем годах на 0,2 проц и 0,1 проц до 1,9 проц и 1,7 проц соответственно. В Японии в этом году экономический рост достигнет 1,3 проц, а в будущем году -- 0,6 проц.

Как говорится в бюллетене, рост экономических субъектов с формирующимися рынками и развивающихся стран в 2017 году составит 4,6 проц, что на 0,1 выше апрельского прогноза, а в 2018 году рост экономики сохранится на уровне 4,8 проц.

Китай. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253200


Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2248781 Леонид Ковачич

Большой брат 2.0. Как Китай строит цифровую диктатуру

Леонид Ковачич

Став во главе Китая, Си Цзиньпин начал с жесткой борьбы с коррупционерами в рядах партийцев, а теперь намерен взяться за все общество. С помощью цифровых технологий и big data система будет анализировать данные о каждом гражданине, присваивая ему индивидуальный рейтинг. Законопослушных обладателей высокого рейтинга ждут льготы и поощрения, низкого – трудности и остракизм

За современным Китаем надежно закрепился образ большой копировальной машины, которая способна только модифицировать и тиражировать чужие достижения. Но сейчас, кажется, для китайцев настало время подарить миру собственное изобретение, сопоставимое по своему масштабу с созданными ими когда-то бумагой, порохом и компасом. Китай изобретает цифровую диктатуру.

Кто идейный вдохновитель?

Представьте себе мир, где есть высший разум, всевидящее око, которое знает о тебе больше, чем ты сам. Оценивается каждый твой поступок, даже мелкие прегрешения не остаются незамеченными и записываются тебе в минус. А добрые дела улучшают твою карму. Человечество давно задумывалось об этом: общим местом любой религии было наличие постулата, что ты можешь обмануть или быть обманутым, но небо все видит, и тебе обязательно воздастся по заслугам. Такая картина мира много тысяч лет существовала лишь на уровне веры. Но теперь, с появлением новых технологий, она становится реальностью. Всевидящее око XXI века пришло в Китай. И имя ему – система социального кредита.

Более точный по смыслу перевод этого термина – система социального доверия. О создании такой системы думали еще при прежнем председателе КНР Ху Цзиньтао, руководившем страной с 2002 по 2012 год. В 2007 году были опубликованы «Некоторые замечания канцелярии Госсовета КНР о создании системы социального кредита».

Тогда проект был очень похож на расширенную систему скоринга – оценки платежеспособности заемщика, которую производит компания FICO в США. «Используя международный опыт, совершенствовать системы скоринга в области кредитования, налогообложения, выполнения контрактов, качества продукции» – такая задача была поставлена в документе.

Уже после прихода к власти Си Цзиньпина Госсовет КНР в 2014 году опубликовал новый документ – «Программу создания системы социального кредита (2014–2020)» 2014–2020). В ней система изменилась до неузнаваемости.

Из программы следует, что к 2020 году не только каждая компания, но и каждый житель материкового Китая будет отслеживаться и оцениваться этой системой в режиме реального времени. Рейтинг доверия физлиц будет привязан к внутреннему паспорту. Рейтинги будут публиковаться в централизованной базе данных в интернете в свободном доступе.

Обладатели высокого рейтинга будут пользоваться различными социальными и экономическими льготами. А тем, у кого рейтинг будет плохой, придется страдать – на них обрушится вся мощь административных санкций и ограничений. Главная задача, и это прямым текстом указывается в «Программе Госсовета», чтобы «оправдавшие доверие пользовались всеми благами, а утратившие доверие не могли сделать ни шагу».

В середине декабря 2016 года Си Цзиньпин на заседании Политбюро ЦК КПК заявил: «Для борьбы с острой проблемой недостатка доверия нужно крепко взяться за создание системы оценки надежности, покрывающей все общество. Нужно совершенствовать как механизмы поощрения законопослушных и добросовестных граждан, так и механизмы наказания тех, кто нарушает закон и утратил доверие, чтобы человек просто не осмеливался, просто не мог потерять доверие».

Конечно, доподлинно неизвестно, кому именно в высшем руководстве КНР принадлежит идея создания такой системы. Но учитывая тот факт, что система преобразилась после прихода к власти нового поколения руководителей, а также то внимание, которое уделяет нынешний председатель КНР борьбе с коррупцией, можно предположить, что идейный вдохновитель всевидящей системы социального кредита сам Си Цзиньпин.

Отвечает за создание и внедрение в жизнь системы, судя по всему, Государственный комитет по развитию и реформам КНР. По крайней мере, именно он публикует разнообразные отчеты о том, как продвигается работа по созданию системы социального кредита. Текущую работу курирует замглавы комитета по развитию и реформам Лянь Вэйлан. Он также проводит совещания с отраслевыми ведомствами и ассоциациями, доносит до них указания, полученные от первых лиц страны.

Город-сказка

Система уже работает в пилотном режиме примерно в тридцати городах Китая. Передовиком в этом деле стал город Жунчэн в провинции Шаньдун. Всем жителям города (670 тысяч человек) дается стартовый рейтинг 1000 баллов. Далее в зависимости от их поведения рейтинг либо растет, либо падает. Разрозненная информация о жизни и деятельности гражданина поступает из муниципальных, коммерческих, правоохранительных, судебных органов в единый информационный центр, где обрабатывается с помощью технологии big data, и рейтинг гражданина, соответственно, либо повышается, либо снижается. В Жунчэне единый информационный центр анализирует, ни много ни мало, 160 тысяч различных параметров из 142 учреждений. Активно приветствуется и система доносов. Гражданину, сообщившему куда следует о всяких нехороших делах своего соседа, полагается как минимум пять баллов.

Какого-либо единого документа, где было бы четко прописано, что делать можно, а что нельзя и что за это будет, система не предполагает. Известно лишь, что если твой рейтинг больше 1050 баллов, то ты образцовый гражданин и маркируешься тремя буквами А. С тысячей баллов можно рассчитывать на АА. С девятьюстами – на B. Если рейтинг упал ниже 849 – ты уже подозрительный носитель рейтинга C, тебя выгонят со службы в государственных и муниципальных структурах.

А тем, у кого 599 баллов и ниже, несдобровать. Их записывают в черный список с припиской D, они становятся изгоями общества, их не берут почти ни на какую работу (даже в такси с черной меткой D работать нельзя), не дают кредиты, не продают билеты на скоростные поезда и самолеты, не дают в аренду автомобиль и велосипед без залога. Соседи от тебя шарахаются как от огня, ведь не дай бог кто-то увидит, как ты общаешься с человеком D, на тебя сразу донесут, и твой рейтинг тоже стремительно пойдет вниз.

Еще несколько примеров, как живется в Жунчэне людям с разными рейтингами. Тем, у кого рейтинг АА и выше, дают потребительский кредит до 200 тысяч юаней без залога и поручителей, по сниженной процентной ставке. Тот, у кого рейтинг А, может лечь в больницу без залога, если стоимость лечения не превышает 10 тысяч юаней. С рейтингами АА и ААА беззалоговая сумма увеличивается до 20 и 50 тысяч юаней соответственно. Практически святых людей ААА с порога больницы или поликлиники будет бесплатно сопровождать младший медперсонал, оказывать им всяческую помощь. Если надо – дадут инвалидную коляску без залога, женщинам сделают анализ на раннее выявление рака шейки матки и маммографию без предварительной записи. Здоровым жителям Жунчэна с рейтингом А+ дадут велосипед в аренду без залога, и первые полтора часа можно будет кататься бесплатно. Для сравнения: обладателям рейтинга С велосипед дадут только под залог 200 юаней.

Возникает вопрос: как зарабатывать рейтинги или хотя бы их не потерять? Власти Жунчэна говорят: это очень просто. Достаточно жить по закону, вовремя погашать кредиты, платить налоги, соблюдать правила ПДД (за каждое нарушение, помимо административного штрафа, также снимают от пяти баллов рейтинга), не нарушать морально-нравственные устои общества, и все будет в порядке. Не убрал во дворе за своей собакой – минус пять баллов. Проводил пожилого соседа до поликлиники – получил пять баллов, поясняет китайский информационный ресурс «Хуаньцюван».

Но проблема в том, что когда четко не оговорено, что можно, а что нельзя, то начинается административный произвол. Практически невинные люди могут пострадать. Представим себе ситуацию: человек поставил нестандартные колеса на машину и поехал из Жунчэна в теплый Гуанчжоу. Показания спидометра слегка искажаются, и по дороге камеры сфотографировали номер раз пятнадцать за незначительное превышение скорости. А 75 баллов – минус из кармы. По возвращении из поездки расстроенный водитель идет в аптеку покупать успокоительное. Расплачивается с помощью мобильного приложения, которое передает куда следует данные о покупках. Система оценивает его как психически неуравновешенного и снова понижает рейтинг. В результате образцовый патриот и общественник уже даже в таксисты не годится.

Как работает система?

Для юридических лиц правила игры сформулированы более четко. Компании проверяются на соответствие их деятельности экологическим, юридическим нормам, инспектируются условия и безопасность труда, финансовая отчетность. Если никаких претензий нет – компании присваивается высокий рейтинг и она пользуется льготным режимом налогообложения, хорошими условиями кредитования, по отношению к ней упрощаются административные процедуры по принципу «принятия неполного комплекта». Это значит, что если при обращении в какую-либо инстанцию компания представила неполный комплект документов, ее обращение все равно принимается в работу, а недостающие документы просто можно донести потом или даже прислать скан.

Тем, у кого низкий рейтинг, – дорогие кредиты, повышенные ставки налогов, запрет на эмиссию ценных бумаг, запрет на инвестирование в компании, акции которых торгуются на бирже, а также необходимость получать государственное разрешение на инвестирование даже в те отрасли, доступ к которым в принципе никак не ограничивается.

Но как именно будет функционировать система оценки социального доверия для физических лиц, до сих пор остается загадкой. Что известно на сегодняшний момент? Данные о человеке будут собираться из всевозможных государственных структур, правоохранительных и муниципальных органов, с одной стороны. С другой стороны, это указано в программе Госсовета, данные будут собирать восемь частных компаний.

Затем огромный массив данных будет поступать во Всекитайскую объединенную платформу кредитной информации, которая, кстати, уже работает. Она будет обрабатывать этот массив данных и формировать рейтинги. Рейтинги компаний можно будет посмотреть в Национальной информационной системе публичной кредитной информации для компаний, а данные о физических лицах – на информационном портале Credit China.

Первые две из восьми частных компаний, собирающих информацию, – Alibaba и Tencent. Почему выбраны именно эти компании, понятно. Tencent – владелец мессенджера WeChat, которым пользуются 500 млн человек. Alibaba – крупнейшая платформа интернет-торговли, которой пользуются 448 млн китайцев, а объем продаж составляет более $23 млрд. Причем и Tencent, и Alibaba активно осваивают финтех-индустрию: на сервисы мобильных платежей этих двух компаний – Alipay и WeChatPay – приходится 90% рынка мобильных платежей в Китае, объем которых достиг $5,5 трлн.

Какую информацию могут собрать эти компании? Самую ценную. Рынок мобильных приложений открывает практически безграничные возможности. Известно, что ты покупаешь, где покупаешь. По геолокации можно отследить, где бываешь, в какое время. Можно оценить твой реальный доход, сферу интересов, отследить, с кем и о чем ты общаешься в чате, что читаешь. Какие посты в социальных сетях пишешь, какой контент тебе по душе. Alibaba, которой не только принадлежит платформа Alipay, но и 31% в Weibo – крупнейшем китайском сервисе микроблогов c 340 млн пользователей, – знает о китайцах, пожалуй, больше, чем Министерство государственной безопасности.

Кстати, Alibaba уже запустила собственный рейтинговый сервис Sesame Credit. По какому алгоритму считаются рейтинги, компания держит в секрете. Известно лишь, что на рейтинг влияет, реальное ли имя ты указал при регистрации аккаунта в соцсетях, что ты пишешь, что читаешь и даже то, кто у тебя в друзьях. Если в друзьях люди с низким рейтингом – твой рейтинг тоже падает. Так что лучше не водиться с неблагонадежными личностями.

Также, по признанию технического директора Sesame Credit Ли Инъюня, на рейтинг влияют покупки. В интернете широко разошлась цитата из его интервью изданию Caixin, где Ли Инъюнь заявил, что «те, кто по 10 часов в день играет в компьютерные игры, будут считаться неблагонадежными, а те, кто регулярно покупает подгузники, вероятно, ответственные родители, и их рейтинг будет расти».

Эта тема широко обсуждалась среди пользователей китайского сервиса микроблогов Weibo, аналога Twitter. Они даже попытались разработать собственную стратегию повышения рейтингов. Так, например, блогеры утверждают, что если поддерживать на счете Alipay более 1000 юаней, хотя бы раз в три-пять дней совершать маленькие покупки, использовать сервисы по управлению благосостоянием и p2p-займам, например Zhaocaibao, то твой рейтинг в Sesame Credit значительно вырастет. Таким образом, есть версия, что консюмеризм может быть одним из существенных факторов благонадежности.

Под колпаком

В компании подчеркивают, что пока Sesame Credit – это пилотный проект и дело сугубо добровольное. Однако, во-первых, пользователей активно подталкивают предоставлять личную информацию и заманивают в сети рейтингов, играя на самых высоких чувствах. Например, на любви. Китайский сервис знакомств «Байхэ», аналог Tinder, обещает одиноким сердцам поднять их анкеты в результатах поиска на первые строчки, чаще высвечивать их профили на главной странице, если у них будет высокий рейтинг Sesame.

Во-вторых, многие даже не знают, что машина уже работает против них и они давно под колпаком. Взять, например, расплодившиеся в огромных количествах в Китае различные сервисы шеринга (краткосрочной аренды). Во всем мире в основном существует два типа шеринга: каршеринг (аренда автомобилей) и байкшеринг (аренда велосипедов). В Китае же в аренду можно взять и велосипеды, и зонтики, и зарядки для телефонов, и баскетбольные мячи.

Бизнес-модель такой аренды, как может показаться, крайне неэффективна. Аренда велосипеда в крупнейшем сервисе байкшеринга Ofo стоит всего полтора юаня в час, баскетбольный мяч в Zhulegeqiu можно взять поиграть за один юань в час, столько же стоят зонтики Molisan. Зачастую все эти вещи не оборудованы никакими датчиками геолокации, защитой от кражи. Неудивительно, что многие фирмы практически сразу разоряются. Например, Wukong Bicycle из Чунцина была вынуждена закрыться, потому что 90% велосипедов компании было украдено.

Но, может быть, задача совсем в другом? Делимый продукт выдается через специальное мобильное приложение. Поэтому информация о пользователе все равно в руках компании. И на нечестных воришек, которые, казалось бы, безнаказанно обрели баскетбольный мяч или зонтик, уже собирается досье. И к 2020 году, когда система заработает в полную силу, всевидящее око со всех спросит за старые грешки.

А судьи кто?

Вопросов, даже чисто юридических, к системе социального кредита пока остается немало. Например, насколько правомерно использование компаниями личных данных клиента в пользу третьей стороны, которой в данном случае является государство. Конечно, западные технологические компании также иногда используют личные данные в собственных интересах. Но тогда им приходится отвечать перед законом.

К примеру, российское представительство Google не так давно было оштрафовано по решению суда за чтение электронных писем. Житель Екатеринбурга подал иск к Google после того, как посчитал, что контекстная реклама, предложенная ему в почтовом сервисе, была подобрана после прочтения его электронной почты. Суд постановил, что Google нарушила права гражданина на личную тайну и тайну переписки. А в Китае Alibaba и Tencent открыто говорят о сотрудничестве с госструктурами и использовании личных данных в составлении рейтингов.

Второй вопрос: какие поощрения и какие санкции ожидают людей с высоким или низким рейтингом? Официальные документы четкого ответа не дают. «Руководящие рекомендации Госсовета КНР по становлению и совершенствованию механизмов поощрений лиц с высоким рейтингом доверия и наказаний лиц, утративших доверие, для ускорения создания системы социального кредита» содержат весьма размытые формулировки.

Обладателям высоких рейтингов сулят упомянутую выше систему «принятия неполного комплекта», обещают «зеленый свет во всех административных процедурах», а также серьезную поддержку и преференции в образовании, трудоустройстве, открытии бизнеса, социальных гарантиях. Тем, у кого низкий рейтинг, напротив, грозят всевозможные административные препоны, ограничения в покупке недвижимости, авиабилетов, билетов на высокоскоростные поезда, ограничение выезда за границу, ограничение на проживание в отелях люкс.

До тех пор, пока четкие меры не будут выработаны наверху, в каждом регионе будут свои правила, и ограничиваться они будут лишь фантазией местных властей. Уже сейчас в Пекине серьезно карают за перепродажу железнодорожных билетов; в провинции Цзянсу – если не навещаешь родителей достаточно часто (при этом нигде не написано, как часто их надо навещать); в Шанхае – за сокрытие предыдущего брака или за необоснованное использование клаксона в автомобиле; в Шэньчжэне – за переход дороги в неположенном месте.

Наконец, самый главный вопрос: а кто судья? Кто решает, что можно, а что нельзя? На каком основании частные компании считают рейтинги? Насколько система достоверна? А если аккаунты в соцсетях будут взломаны, данные украдены или неправомерно исправлены? Кто за это будет отвечать? Может, суперкомпьютер Sesame Credit дал сбой и рейтинг подсчитан неверно. А ведь на основании этих данных ломаются судьбы людей, выносятся конкретные судебные решения. На конец 2015 года Верховный суд КНР, опираясь на данные Sesame Credit, наложил упомянутые в инструкциях Госсовета санкции на 5300 человек. К концу июня нынешнего года таких людей было уже 7,3 млн.

Общество китайской мечты

По мнению китайских властей, в условиях стремительного роста экономики КНР, где важную роль играет кредитование, необходимость системы скоринга очевидна хотя бы по экономическим мотивам. Впрочем, социальные и политические факторы для властей не менее важны. Известный китайский политолог Дэн Юйвэнь так писал о современной ситуации в КНР: «Общество, в котором этические границы постоянно размываются, происходит распад личности, нет даже элементарных сдержек – что добродетель, что бесчестие, когда вся нация руководствуется лишь интересами, такое общество деградирует до уровня борьбы за существование, до животного уровня».

По мнению ряда близких к власти интеллектуалов, общество, где честный считается лузером, где сплошь и рядом подделываются продукты питания и другие товары, где даже встречаются лжемонахи, собирающие пожертвования, где на всех уровнях процветает коррупция, где финансовые махинации стали нормой жизни, – такое общество нуждается в срочном упорядочивании, в восстановлении морали. Иначе под угрозой оказывается общественная стабильность и в конченом итоге власть партии.

Си Цзиньпин это прекрасно понимает. Он начал с жесткой борьбы с коррупционерами в рядах партийцев, а теперь намерен взяться за все общество. Цель была заявлена уже в 2012 году, вскоре после назначения Си генсеком – воплощение китайской мечты. А что такое китайская мечта, каким именно должно быть гармоничное общество? Ответы на эти вопросы китайское руководство ищет, видимо, в историческом опыте.

Примерно в 400 году до н.э. великий китайский реформатор Шан Ян приказал народу разделиться на группы по 5–10 семей. Они должны были наблюдать друг за другом и нести коллективную ответственность за преступления. По закону на дверях домов должны были висеть таблички с подушевой описью семей. Об отъезде и приезде каждого человека регулярно докладывал своему начальству сотский староста. Эта система называлась «баоцзя». Идущий уже свыше двух тысяч лет спор между последователями Шан Яна, легистами, которые выступали за управление обществом с помощью жесткой системы поощрений и наказаний, и конфуцианцами, ратовавшими за воспитание в народе этических начал с помощью образования и личного примера властей предержащих, стал одним из главных стимулов для развития управленческой мысли в Китае.

Власти экспериментального Жунчэна решили применить проверенные тысячелетиями методы в новой системе социального кредита. Только все население города поделено на блоки не из 5–10, а из 400 семей. Но они также должны следить друг за другом. Кроме того, назначаются специальные наблюдатели, ответственные за каждый блок, которые его регулярно проверяют, собирают фото- и видеодоказательства плохого поведения и отправляют эти данные куда следует.

Политические эффекты подобного механизма социального контроля в Китае описаны давно. Еще живший в II–I веках до н.э. классик китайской историографии Сыма Цянь, младший современник Полибия, писал, что баоцзя с ее круговой порукой и взаимной слежкой нередко использовалась властями в целях борьбы с оппозицией и выколачивания налогов с населения.

Конечно, в официальных документах упоминается, что верховная власть должна стать локомотивом и примером для подражания в новой системе социального кредита. Однако конкретные меры и тестовые проекты пока распространяются лишь на партийных чиновников низового уровня. Например, партийная школа при Комитете КПК провинции Сычуань недавно подписала с Университетом электроники и технологий КНР соглашение о создании первой в стране системы рейтингов и оценки надежности для чиновников низового уровня. Система называется «Умное красное облако».

С помощью технологий искусственного интеллекта и big data система будет анализировать такие данные о каждом чиновнике, как посещаемость партийных собраний, образование, семейное положение. Система будет сопоставлять данные о доходах чиновника и членов его семьи с данными о приобретенной недвижимости и предметах роскоши. На основании этих данных, а также информации об активности чиновника в соцсетях будет оцениваться степень его политической благонадежности. Отмечается, что таким образом можно будет гораздо эффективнее предсказывать поведение чиновника, оценивать его моральный облик и выявлять потенциальных коррупционеров.

А кто будет ограничивать верховную власть? Институт политических исследований Asan (Республика Корея) назвал систему социального кредита «кошмаром Джорджа Оруэлла». Время покажет, превратится ли система социального кредита в невиданную ранее цифровую диктатуру XXI века, всевидящего Большого брата, который неусыпно следит за тобой. Неясно также, будет ли существовать какой-либо контроль и ограничения для самого Большого брата. Пока же вполне резонным для жителей Китая кажется совет Оруэлла из «1984»: если хочешь сохранить секрет, надо скрывать его и от себя.

Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2248781 Леонид Ковачич


Россия. Китай > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2240456

Российские и китайские специалисты обменялись опытом в области государственной аккредитации образовательных программ вузов

Ведущие специалисты Росаккредагентства встретились с делегацией Китайской ассоциации по международному обмену в сфере образования (КАМОСО) - общественной организации, чья деятельность направлена на организацию международного академического обмена и развитие сотрудничества в образовательной сфере.

Росаккредагентство – подведомственная организация Рособрнадзора, осуществляющая организационно-техническое и информационно-аналитическое сопровождение процедур государственной аккредитации образовательных программ вузов.

Директор Росаккредагентства Лемка Измайлова рассказала участникам встречи о деятельности агентства, системе высшего образования в России, о преимуществах получения государственной аккредитации и отметила важность прозрачности проведения экспертизы. Китайские коллеги представили свою систему работы и свой опыт международной деятельности.

В ходе встречи были определены потенциальные возможности сотрудничества в сфере аккредитации и проведения совместных исследований и проектов с российскими образовательными организациями. Была отмечена важность обмена информацией и опытом в сфере высшего образования.

Росаккредагентство получило приглашение принять участие в Ежегодной конференции по международному образованию осенью 2017 года и международной выставке высшего образования в Китае (CACIE), в которой ежегодно участвуют до 600 вузов из 40 стран и более 60 тысяч посетителей.

Россия. Китай > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2240456


Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2238411 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Достижение объемов товарооборота с Китаем в 200 млрд.долларов - вполне возможно

Интервью Министра экономического развития РФ Максима Орешкина телеканалу "Россия 24" в ходе форума ИННОПРОМ-2017.

Максим Станиславович, спасибо большое, что нашли время ответить на наши вопросы. Я знаю, что вы к нам пришли с круглого стола, который только что закончился. Там вы обсуждали инфраструктурную ипотеку. Что это такое и чем она отличается от ипотеки, к которой привыкли большинство россиян?

Действительно, когда мы смотрим на целевой сценарий развития экономики нашей страны, который предполагает рост ВВП в 3-3,5% уже через несколько лет, мы понимаем, что та инфраструктура, которая сейчас есть в Российской Федерации, ее недостаточно. Развитие с более высокими темпами означает, что и инфраструктура должна развиваться более активно: она должна стать как частью этого роста, так и фактором, обеспечивающим этот рост. Поэтому вопрос о том, как профинансировать рост инфраструктуры темпами, опережающими текущие уровни, он очень важен и здесь – и президент говорил об этом в Санкт-Петербурге, когда выступал на экономическом форуме: речь идет об активном привлечении частных инвестиций, создание возможности приобретения инфраструктуры, не оплачивая ее одномоментно на стартовом этапе, а поэтапно, как это делается при покупке квартиры в ипотеку, оплачивая ее поэтапно. По сути, платежи, которые в дальнейшем можно вносить, они могут финансироваться за счет тех эффектов, которые приносит развитие инфраструктуры. Создается новый проект, вокруг него образовываются новые производства, повышается уровень жизни людей, и соответственно государство собирает больше налогов и в дальнейшем может финансировать те или иные проекты.

Также здесь представлены и китайские компании. Китай был партнером форума "Иннопром" в прошлом году. Недавно Си Цзиньпин приезжал с официальным визитом в Россию. На ваш взгляд, цель в 200 млрд долларов по объему товарооборота между Россией и Китаем к 2020 году – насколько она достижима? Не кажется ли эта цифра завышенной?

Здесь много факторов. Например, мы видим, что в этом году благодаря и восстановлению на рынках нефти и газа, и благодаря восстановлению темпов роста российской экономики, и благодаря тому, что продолжается рост китайской экономики, у нас товарооборот между нашими странами растет порядка 30–40%, в зависимости от разных групп. То есть, если этот темп сохранять – даже можно иметь темп чуть меньше, – мы будем постепенно выходить на те цели, которые заявлены лидерами. Что нужно делать? Нужно, конечно, уменьшать барьеры, упрощать движение товаров и услуг между нашими экономиками.

А дорожная карта уже есть, как к этой цели идти?

Это то, о чем президент Путин говорил, выступая недавно на форуме "Один пояс – один путь", проходившем в Пекине. Это снятие барьеров между двумя экономиками по принципу TFA (Trade Facilitation Agreement, глобальное соглашение об упрощении торговли). На основе ВТО есть специальный документ, который описывает снятие барьеров, и области, в которых нужно снимать барьеры. Мы здесь с китайской стороной решили пойти глубже того формата, который принят на международном уровне: на двустороннем уровне будем максимально упрощать движение товаров и услуг. Если российская компания захочет что-то поставить на китайский рынок – это будет сделать проще. Вот над этим мы сейчас работаем.

Укрепление валюты к концу года – будет ли оно являться важным фактором для компаний при принятии решений об инвестиций в Россию или Китай?

Что касается прогнозов, в том числе динамики валютных курсов, то здесь изменения полностью соответствуют тому прогнозу, который мы делали в апреле. Если помните, тогда доллар торговался на уровне 56–57 рублей, евро был на уровне 59 рублей. Мы говорили о том, что то укрепление рубля во многом вызвано разовыми факторами и не может носить устойчивого характера. Многие нам не верили, но то, что мы видим сейчас на валютном рынке, полностью соответствует той траектории, которая была у нас продемонстрирована в прогнозе: рубль ослабевает. Сейчас это уже 61 рубль за доллар, 69 рублей за евро. Причем евро уже практически достиг тех значений, которые у нас в прогнозе стояли на конец года. Ничего особенного не происходит, просто курс у нас является плавающим, реагирует на изменение сезонности, изменение потоков капитала. То есть, как мы и ожидали, исчезновение влияния разовых факторов привело к тому, что курс рубля ослаб. В принципе, мы говорили о том, что июль-август должны оказаться самыми слабыми месяцами для рубля. Именно это мы сейчас и наблюдаем.

То есть на инфляции это скажется уже в будущем году из-за отложенного эффекта?

Нет, влияние на инфляцию происходит довольно быстро: весь эффект укладывается в период максимум до 6 месяцев. Но, опять же, так как это изменение курса уже было заложено в нашем прогнозе, это уже было учтено в нашем прогнозе инфляции. Несмотря на движение вверх валютного курса, мы сохраняем прогноз по инфляции на уровне в 3,8% на конец года. Есть отдельная история с инфляцией, связанная с изменением цен на плодоовощную продукцию: у нас из-за холодной погоды урожай таких видов овощей, как картофель, морковь, капуста, сейчас поступает на рынок с большим опозданием, и поэтому по итогам июня мы увидели рост инфляции на уровне в 4,4%. Но, там, если посмотреть отдельные цены по отдельным товарам – они поднялись на очень высокий уровень, и как только новый урожай поступит, мы увидим возвращение цен к нормальным уровням, и инфляция довольно быстро опустится ниже уровня в 4%.

Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2238411 Максим Орешкин


США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов

Портрет недели: в ожидании Трампа, Си Цзиньпин Первозванный и хмурое лето

Алексей Фирсов

социолог, основатель ЦСП "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды, по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем

Повестка уходящей недели, если не считать безнадежные разговоры москвичей о погоде (которая из климатического фактора уверенно дрейфует в область социально-психологического), строилась вокруг внешних поводов. Владимир Путин принимал Си Цзиньпина, в политологических кругах активно обсуждалась встреча с Трампом на полях G20, опять в фокусе оказалась Северная Корея. Как будто июльские дожди смыли не только московское лето, но и мысли о близлежащем пространстве, разделив попутно жителей на две неравные касты: тех, кто может себе позволить уехать в другую климатическую зону, и тех, кто обречен дышать сыростью и ловить лоскутные пятна голубизны в небе.

Из экспертного обзора, который готовится совместно социологическим центром «Платформа» и компанией Avelamedia видно, что по числу упоминаемости отношения с США, Китаем и обсуждение северокорейской проблемы вошли в топ-3 новостного потока российских СМИ. «Индекс Путина» — разработанный нами показатель отношений цитируемости ключевых ньюсмейкеров недели к цитируемости российского президента — звучит так: Дональд Трамп — 55,5%, Си Цзиньпин — 12,7% и отправленный в отставку директор «Почты России» Дмитрий Страшнов — всего 1,8%. Таким образом, Трамп не только уверенно обошел китайского гостя, несмотря на вручение тому высшей российской награды, но и перешел 50-процентный экватор в приближении к Путину. Хотя до осеннего успеха, когда Трамп в течение нескольких недель опережал Путина по цитированию в российских СМИ, американскому президенту еще далеко.

С социологической точки зрения внимание к внешнеполитической проблематике носит циклический характер с некоторым трендом на падение интереса. Если в 2014-2015 годах темы, связанные с внешними факторами, доминировали в информационном пространстве, формируя тревожный эмоциональный фон и явные опасения вооруженного конфликта, то уже в 2016 году возник поворот к внутренним проблемам. Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды («Россия в кольце фронтов»), по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем не только на основе внешних факторов. Исключение составляли ситуации, которые, по мнению россиян, могли бы существенно изменить унылый мировой расклад — Brexit или американские выборы.

Внешняя политика в медийном преломлении — это всегда идеология, поскольку у населения нет опыта непосредственного контакта с этой областью и поэтому нет возможности вырабатывать самостоятельную позицию. Однако идеология, претендуя на тотальное объяснение мира, никогда не бывает ограничена рамками только одного сегмента. Внешняя и внутренняя картинка всегда накладываются друг на друга, образуя единую композицию. Причем архитекторам идеологических конструкций оперировать внешним миром всегда проще: он всегда медийно более простой и пластичный.

Однако и здесь ресурсы небесконечны, и пример тому — Китай. Начиная с 2014 года шла мощная эксплуатация образа КНР как стратегического союзника России. Оказавшись отрезанной от Запада, элиты выдвинули тезис «разворота на Восток», навстречу новому миру. Увлечение Китаем стало тотальным: Геннадию Тимченко F 4, как давнему товарищу Владимира Путина, доверили руководство Российско-Китайским деловым советом, российский бизнес стали активно мотивировать на сделки с китайскими партнерами, политологи строили планы перекройки мировых центров сил, исходя из наметившегося альянса. Однако по мере того, как близкие и очевидные цели, особенно в области углеводородов, были достигнуты, наступило ощущение вязкой, нединамичной среды. Россия, в силу ряда причин, не захотела войти в китайскую стратегему «Шелкового пути», где КНР принадлежит очевидно доминирующая роль. А китайский бизнес не увидел для себя очевидных преимуществ на российском рынке.

Поэтому один из ведущих российских китаистов Алексей Маслов в нашей беседе отмечает, что июльский диалог Путина и Си Цзиньпина имеет в первую очередь политическое значение, а экономические договоренности скромные — на словах цифры выглядят внушительными, но первый этап предполагает вложение только $1 млрд. Политически встречу капитализировать проще — важно то, что Россия и Китай консолидируют свои позиции по Северной Корее и выходят на G20 совместно.

По мнению Маслова, в экономическом сотрудничестве уже 10 лет повторяется формула: «Наши отношения лучше, чем когда бы то ни было». Постепенно дошло до того, что она почти ничего не отражает в реальности. Проблема в том, что Россия не может обеспечить возврат масштабных китайских инвестиций, потому что на региональном уровне нет проектов. Наши экономические отношения с Китаем проходят переходный период — мы пытаемся диверсифицироваться, уйти от сырьевой модели, но все время во что-то упираемся: в китайские квоты на импорт продовольствия, в то, что наши предприниматели не умеют работать в Китае. Государства все время ищут новые формы для запуска экономического сотрудничества, и прошедшая встреча — тоже поиск форм. Но здесь очень много зависит от регионов, а регионы очень плохо умеют работать с Китаем, вплоть до того, что там нет людей, которые бы этим занимались.

Впрочем, при всех трудностях китайская тема обречена на активное медийное звучание. Общий дефицит союзнических отношений будет подталкивать китайскую тему к дальнейшей виртуализации. Как бы ни обстояло дело в реальности, китайский аргумент всегда будет иметь широкое внешнее и внутренне употребление.

США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов


Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов

Южная Корея — США: Трамп, Мун и THAAD

Приход к власти в США импульсивного Д. Трампа с установкой «Америка прежде всего» не мог не привнести нюансы в американо-южнокорейские отношения и по-новому расставить акценты в обстановке вокруг северокорейской ракетно-ядерной программы.

Д. Трамп крайне жестко отреагировал на испытания Пхеньяном новых ракет, которые, будь они снаряжены ядерными боеголовками, могли бы, по мнению экспертов, представить угрозу безопасности Соединенных Штатов. Вслед за целым рядом угрожающих заявлений в адрес Пхеньяна к берегам Кореи была направлена американская армада, в центре которой находился авианосец «Карл Винсон», сопровождаемый эсминцами с ракетами «Томагавк». В американских СМИ появились высказывания о возможности нанесения превентивного «точечного удара» по ядерным объектам КНДР. В Южной Корее якобы для защиты от северокорейских ракет началось развертывание американской системы противоракетной обороны THAAD.

«Табачок врозь»

В отношении Южной Кореи полностью проявился объявленный Д. Трампом курс на «табачок врозь» с союзниками. Намерение США поставить перед Южной Кореей вопрос о полной оплате расходов по содержанию американских войск, находящихся на территории страны, вызвало активное неприятие в Сеуле. Весьма примечательной была напряженность вокруг требования Д. Трампа в апреле 2017 г. заплатить 1 млрд долл. за размещаемую США систему ПРО THAAD и отказа Южной Кореи его удовлетворить.

Отрицательное отношение Сеула к линии Д. Трампа в международных делах вызвали и его протекционистские заявления по торгово-экономическим вопросам. Южнокорейцы, в частности, были весьма обеспокоены угрозой пересмотра заключенного в 2012 г. соглашения о свободной торговле (ССТ), крайне выгодного для южнокорейского бизнеса. Заключая соглашение, американцы рассчитывали, что их экспорт в Республику Корея будет расти на 10 млрд долл. в год. На практике в 2016 г. он оказался на 3 млрд долл. ниже, чем в 2011 г. Дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос с 13,2 млрд долл. в 2012 г. до 27,7 млрд долл. в 2016 г. В интервью агентству «Рейтер» в апреле 2017 г. Д. Трамп назвал такое положение дел «ужасным» и заявил, что он добьется пересмотра соглашения или вообще его отмены.

Массу неприятностей Южной Корее может принести выход США из NAFTA, североамериканской зоны свободной торговли, в которую входят также Мексика и Канада. Даже просто радикальный пересмотр существующих в рамках NAFTA договорённостей может серьезно ударить по интересам южнокорейских фирм, которые построили в Мексике ряд крупных предприятий, работающих в основном на американский рынок.

Мун Чжэ Ин: ставка на диалог с КНДР

Новые значимые обстоятельства в корейские дела привнесла победа на президентских выборах в Южной Корее в мае 2017 г. представителя либеральных кругов Мун Чжэ Ина. Важное место в предвыборной программе президента занимали ставка на прямой диалог с Северной Кореей и поэтапное решение вопроса о северокорейской ракетно-ядерной программе. В то же время новый глава изначально дал понять, что он отнюдь не пацифист и не намерен сдавать позиций Пхеньяну в военном противостоянии. Высказываясь за диалог с КНДР — а речь шла в том числе о заключении мирного договора и поиске экономической интеграции двух Корей при условии денуклеаризации, — Мун Чжэ Ин одновременно подчеркивал необходимость скорейшего выполнения всех прежде разработанных программ южнокорейского военного строительства в тесном взаимодействии с США, с которыми Республика Корея находится в военном союзе согласно Договору о взаимной обороне 1953 г.

Подтверждая приверженность альянсу с Вашингтоном, Мун Чжэ Ин, тем не менее, дал понять, что выступает за большую автономию Сеула в этом альянсе. Характерный пример: в настоящее время Вооруженные силы Южной Кореи и находящаяся на территории Южной Кореи группировка войск США численностью 28,5 тыс. человек подчинены Объединенному американо-южнокорейскому командованию (ОАЮК). Сейчас, по двусторонним договорённостям, в мирное время ОАЮК возглавляет южнокорейский генерал, однако в случае войны командование ОАЮК автоматически перешло бы к США. Президент Республики Корея как Верховный главнокомандующий вооружёнными силами своего государства оказался бы в подчинении у генерал-лейтенанта Вооружённых сил США. Мун Чжэ Ин поставил вопрос о скорейшей передаче южнокорейской стороне командования ОАЮК в период военных действий.

THAAD между Вашингтоном и Сеулом

Другой острый вопрос касается развертывания в Южной Корее американской системы противоракетной обороны THAAD. Договоренность по THAAD была достигнута в июле 2016 г., когда у власти находилась президент Пак Кын Хе, позднее подвергнутая импичменту. Представители ее администрации и Вашингтона заверяли, что THAAD установлена с целью отражения северокорейских ядерных и ракетных угроз и не направлена против каких-либо других стран. «Даже если бы THAAD и был нацелен на Китай и Россию, он смог бы сработать только в случае запуска этими странами ракет малой или средней дальности в сторону Южной Кореи. Перехватчики THAAD не могут поразить китайскую или российскую ракету в случае, если они летят в другом направлении, например, в сторону США», — сказал в интервью «Известиям» американский эксперт Ричард Вайц, возглавляющий Центр военно-политического анализа в The Hudson Institute.

Тем не менее в Москве и Пекине сочли, что дело THAAD выходит далеко за северокорейские горизонты. Размещая THAAD в Южной Корее, США, по сути, дополняют свою восточноевропейскую ПРО дальневосточным сегментом. Помимо шести пусковых установок, 48 ракет-перехватчиков, а также пульта управления и электрогенератора, комплекс THAAD включает мощный радар TPY-2 TM, способный уверенно обнаруживать такие цели, как ракеты и самолёты на расстоянии до 1200 км, а в идеальных условиях — до 1500 км. Разместив такой радар в Южной Корее, американцы получили бы возможность держать под своим наблюдением акваторию Восточно-Китайского моря, Северо-Восток Китая и часть российского Дальнего Востока.

Но дело не только в этом. Ничто не мешает в дальнейшем развернуть эту систему до более совершенного ряда, сделав ее одним из компонентов стратегической ПРО США. Поэтому не случайно появление в Совместном российско-китайском заявлении по итогам официального визита В. Путина в Пекин 25 июня 2016 г. положения о том, что «Россия и Китай выступают против наращивания внерегионального военного присутствия в Северо-Восточной Азии, развёртывания там нового позиционного района ПРО как тихоокеанского сегмента глобальной ПРО США под предлогом реагирования на ракетно-ядерные программы КНДР. Стороны не приемлют эскалацию военно-политической конфронтации и раскручивание в регионе гонки вооружений».

Появление ПРО THAAD в стране вызвало сопротивление немалой части южнокорейцев. Они понимают, что THAAD — реальная угроза их безопасности. Речь может пойти о контрмерах со стороны КНДР, а также других государств. Жители района Сонджу, где размещаются установки THAAD, неоднократно выходили на акции протеста, заявляя, что не желают становиться целями для северокорейских ударов. Однажды они даже забросали бывшего премьер-министра Южной Кореи Хван Гё Ана бутылками и куриными яйцами, когда тот приехал к ним, чтобы убедить в безопасности THAAD.

Реакция Пекина

Особую остроту в вопрос о THAAD вносит кризис, возникший у Южной Кореи с КНР. О резко отрицательном отношении Пекина к поощрению Сеулом наращивания американского военного присутствия в Южной Корее свидетельствует целая серия прозвучавших из Пекина в течение последнего года заявлений на разных уровнях. Примером может служить заявление агентства «Синьхуа» от 31 июля 2016 г.: «То, что Сеул, предположительно, осознаёт все последствия размещения на своей территории THAAD, но всё равно выбирает сторону Вашингтона, руководствуясь пока не выясненными причинами, говорит о его близорукости и слабой способности к дипломатии».

За заявлениями политического характера со стороны Китая последовали и практические меры. Значительно уменьшился поток китайских туристов, а в последние годы на китайцев приходилось около половины всего турпотока в Южную Корею (в 2016 г. — 48%). Причина проста: руководство КНР «посоветовало» своим туроператорам прекратить продажу групповых туров в Южную Корею. «В мае 2017 г., — указывает сеульская газета Chosun Ilbo, — по данным Национальной организации туризма Кореи, в страну приехали 253 тыс. китайских туристов, что на 64,1% меньше, чем за тот же период прошлого года. А в целом за период с января по май 2017 г. число китайцев, посетивших РК, уменьшилось на 34,7%». Отменяются авиарейсы, китайские круизные суда минуют Пусан.

Ограничен бизнес южнокорейских компаний. Больше всего пока пострадала хорошо известная в России «Лотте», которая предоставила для размещения системы THAAD территорию принадлежавшего ей гольф-клуба. Агентство «Синьхуа» предупредило, что это «станет катастрофой» для южнокорейской компании, и к началу марта 2017 г. под предлогом нарушения санитарных и других норм власти закрыли 23 принадлежащих ей магазина в Китае. Остановлена также и кондитерская фабрика «Лотте». Причиной послужили многочисленные нарушения техники безопасности.

Китай — крупнейший торговый партнер Южной Кореи. По объемам товарооборота он превосходит США и Японию вместе взятых. С 1992 г. торговля РК с Китаем выросла с 6,4 млрд долл. до 235,4 млрд долл. в 2014 г. и сейчас едва ли не определяет экономическое благосостояние страны. Не исключено, что по мере наращивания китайских санкций, наносимый экономический ущерб станет по-настоящему ощутимым — Южную Корею накроет волна банкротств, увольнений, экономического спада. Это заставляет и южнокорейский бизнес, и широкие общественные круги задумываться над вопросом, нужна ли им вообще система THAAD. К тому же ее чисто военная отдача вызывает вопросы.

Находясь при правлении Пак Кын Хе в оппозиции, Мун Чжэ Ин заявлял, что если он придёт к власти, то проведёт независимую экспертизу, чтобы убедиться, насколько эффективно THAAD может защитить РК от северокорейских ракет и в чём польза этой системы для безопасности страны. 6 июня 2017 г. он принял решение о приостановке размещения и функционирования этой системы на территории страны. Причиной, по которой Мун Чжэ Ин пошел на такой шаг, названа необходимость «проведения экологической экспертизы». Южная Корея — страна с ограниченной территорией и очень высокой плотностью населения. Мощное излучение, исходящее от системы ПРО, представляет реальную угрозу здоровью жителей близлежащих территорий. Соответствующая проверка может занять до года.

Американо-южнокорейский саммит

Линия Мун Чжэ Ина на разрядку напряженности вокруг Северной Кореи позволяет надеяться на появление положительных подвижек на этом направлении. В любом случае воинственность Д. Трампа в отношении Пхеньяна, похоже, приглушена. Об этом свидетельствует, в частности, саммит Д. Трампа и Мун Чжэ Ина в Вашингтоне 29–30 июня 2017 г. В совместном заявлении по его итогам говорится, что стороны окажут максимум давления на Северную Корею. Однако отмечается, что «дверь для диалога с Северной Кореей остается открытой», правда, «при соответствующих обстоятельствах». Лидеры выразили намерение взаимодействовать в том, чтобы достичь денуклеаризации Корейского полуострова мирным путем и заявили, что они «не придерживаются враждебной политики в отношении Северной Кореи».

Мун Чжэ Ин, выступая на совместной пресс-конференции с Д. Трампом, отметил: «Мы согласны совместно работать над коренным разрешением северокорейской ядерной проблемы на основе поэтапного и всеобъемлющего подхода, используя как санкции, так и диалог». Поэтапный и всеобъемлющий подход к северокорейской ядерной проблеме, как отмечает сеульская «Ханкере», означает план Мун Чжэ Ина, предполагающий, что на первом этапе Северная Корея приостановит осуществление своей ядерной программы, чтобы в дальнейшем ее окончательно закрыть. Важно также, что президент Южной Кореи сумел добиться публичного согласия Д. Трампа на возобновление межкорейского диалога и предоставление Сеулу ведущей роли в создании условий для мирного объединения Корейского полуострова.

США в ходе саммита пошли навстречу целому ряду пожеланий Сеула по двусторонним вопросам, в том числе в отношении ускорения передачи южнокорейской стороне командования Объединенными вооруженными силами двух стран на Корейском полуострове в военное время. Вместе с тем Д. Трамп прямо призвал Сеул «справедливо разделить расходы по военному присутствию США в Южной Корее», т. е. взять на себя более весомую часть этих расходов. Острым вопросом в отношениях между Сеулом и Вашингтоном осталась проблема размещения в Южной Корее ПРО THAAD — она не затрагивалась ни в совместном заявлении, ни в выступлениях президентов двух стран на совместной пресс-конференции.

В Сеуле отмечают, что Д. Трамп не преминул на совместной пресс-конференции упомянуть, что после подписания в 2012 г. американо-южнокорейского ССТ ежегодный дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос больше, чем на 11 млрд долл., что, по его словам, «не очень здорово». Сложившаяся ситуация, по мнению наблюдателей, указывает на намерение президента США под давлением американского бизнеса пересмотреть ССТ, хотя он и отметил, что «был рад услышать о новых инвестициях, которые южнокорейские компании делают в США». Отметим, что предвидев подобную постановку вопроса, Мун Чжэ Ин взял с собой в поездку представителей 52 ведущих южнокорейских компаний, которыми на встрече в Торговой Палате США на полях американо-южнокорейского саммита было заявлено, что в течение ближайших пяти лет они вложат в экономику США инвестиции на сумму 12,8 млрд долл.

Глеб Ивашенцов

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член РСМД

Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов


Россия. Китай > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 6 июля 2017 > № 2234070

Фонд Юрия Мильнера и Alibaba вложили $700 млн в сервис по прокату велосипедов

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Новый раунд оказался самым крупным из тех, что проходили в индустрии велосипедного шеринга

Фонд миллиардера Юрия Мильнера F 31 DST Global вновь сложился в китайскую платформу по аренде велосипедов Ofo, всего компании удалось привлечь в ходе раунда инвестиций $700 млн, сообщает TechCrunch. Инвесторами наряду с российским бизнесменом выступили китайский холдинг Alibaba (лидирующий инвестор), сервис такси Didi, фонды Hony Capital и CITIC Private Equity.

Работает сервис следующим образом: пользователи скачивают приложение Ofo, в котором показаны располагающиеся около них велосипеды. Для начала поездки необходимо отсканировать QR-код. В каждый велосипед встроен GPS-чип, позволяющий оставить велосипед в любом месте после поездки. Сейчас в приложении доступны 6,5 млн велосипедов.

С момента создания проекта в 2015 году около 100 млн человек воспользовались услугами сервиса. Всего, по данным Crunchbase, сервис в ходе четырех раундов привлек $1,3 млрд инвестиций. В феврале фонд Мильнера вложился в компанию в раунде на $450 млн, тогда стартап впервые оценили в сумму свыше $1 млрд.

Новый раунд оказался самым крупным из тех, что проходили в индустрии велосипедного шеринга. Он оказался даже выше раунда в $600 млн, который прошел в прошлом месяце для главного конкурента Ofo – компании Mobike. Примечательно, что среди инвесторов Mobike – основной конкурент Alibaba в Китае – телекоммуникационная компания Tencent.

«Ofo стремится предоставить пользователям по всему удобный, эффективный и здоровый способ путешествий», — заявил по итогам раунда основатель и главный исполнительный директор Ofo Дай Вэй. «Мы продолжим совершенствовать наши услуги для улучшения пользовательского опыта, сконцентрируемся на нашей глобальной стратегии и продолжим возглавлять отрасль совместного использования велосипедов», — подчеркнул он.

Вэй добавил, что он сказал, что Ofo пользуются в 150 городах в пяти странах — с максимальной активностью в 25 млн поездок в день. В будущем компания намерена увеличить велосипедный парк с 6,5 млн велосипедов до 20 млн велосипедов. Недавно копания также вышла на рынок Великобритании, США и Сингапура, и планирует расти до охвата 200 городов до конца этого года.

Россия. Китай > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 6 июля 2017 > № 2234070


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter