Всего новостей: 2401844, выбрано 1985 за 0.120 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Китай. Япония. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267878

В японской "Белой книге" по обороне 2017 года вновь раздувается так называемая "китайская угроза"

Японское правительство во вторник на заседании приняло "Белую книгу" по обороне 2017 года, в которой в очередной раз под предлогом проблемы морской безопасности поднимается вопрос так называемой "китайской угрозы", а также преувеличивается ситуация с безопасностью Японии -- все это в целях продолжения расширения оборонной политики Синдзо Абэ.

По сравнению с версией 2016 года "Белая книга" этого года стала больше, в ней дается абсурдная оценка регулярной военной деятельности и необходимому строительству гособороны Китая, а также под предлогом проблемы морской безопасности вновь раздувается "китайская угроза". В книге дано искаженное описание такой деятельности Китая, как плановые военно-морские тренировки, патрулирование в акватории островов Дяоюйдао, строительство оборонной инфраструктуры на островах Наньша и т.д, а также утверждается, что деятельность китайского морского флота демонстрирует "тенденцию к экспансии". По заявлению японской стороны, деятельность Китая угрожает безопасности как региона, так и международного сообщества, что вызвало глубокую озабоченность Японии.

Кроме преувеличения ситуации с обеспечением безопасности в "Белой книге" подробно описывается основная оборонная политика Японии, в том числе национальная стратегия по обеспечению безопасности, оборонная программа и т.д. В ней обобщаются новые направления оборонной экспансии администрации Синдзо Абэ, включая результаты в оборонном строительстве, увеличение расходов на оборону в течение пяти лет, подписание соглашений об оборонной технике и техническом сотрудничестве со многими странами.

Новому закону об обеспечении безопасности посвящена отдельная глава. В "Белой книге" конкретно излагаются новые задачи сил самообороны после вступления нового закона в силу, в том числе отмена запрета на "спасательную" деятельность японских миротворцев в Южном Судане.

В соответствии с "Белой книгой" японско-американский альянс служит фундаментом обеспечения безопасности Японии, и на фоне ухудшения ситуации с безопасностью Японии укрепление японско-американского альянса становится все важнее.

Китай. Япония. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267878


Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267873

Китай готов поддерживать бурно развивающуюся индустрию каршеринга и стандартизировать ее развитие. Об этом отмечается в руководящем документе, совместно опубликованном во вторник Министерством транспорта и Министерством жилья, городского и сельского строительства КНР.

В отличие от традиционных услуг проката автомобилей каршеринг применяет такие новые технологии, как глобальное позиционирование и мобильный интернет. Он поможет улучшить пользовательский опыт и предложить альтернативу для передвижения в пределах города, облегчив тем самым растущий спрос на частные автомобили и парковочные места, говорится в документе.

Согласно документу, компании каршеринга должны совершенствовать услуги путем тщательной проверки личности пользователей и оптимизации поставок автомобилей с помощью анализа больших данных.

Им предстоит также обеспечить безопасность автомобилей и защиту личной информации и депозитов пользователей.

Компании поощряются к использованию кредитной модели для оценки надежности пользователей вместо требования внесения гарантийного депозита.

В плане парковки, на общественных парковочных площадках в торговых центрах и крупных жилых районах должны быть отведены специальные места для автомашин совместного использования.

Власти также поощряют компании использовать для каршеринга автомобили на новых источниках энергии и обещают предоставить поддержку в установке зарядных станций.

Документ был издан вслед за публикацией на прошлой неделе подобных положений, касающихся услуг велошеринга, наделенных на развитие этой отрасли.

В последнее время в Китае динамично развивается шеринг-экономика. По данным, опубликованным в марте в докладе Государственного информационного центра, торговый оборот рынка шеринг-экономики страны в 2016 году удвоился по сравнению с предыдущим годом и составил 3,45 трлн юаней /около 514 млрд долл США/. В ближайшие годы шеринг-экономика в Китае ежегодно будет расти в среднем на 40 процентов, к 2020 году она составит более 10 процентов ВВП Китая.

Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267873


Китай. СЗФО. ЦФО > Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267871

В начале этой недели в Университете ППУ-МГУ в городе Шэньчжэнь южнокитайской провинции Гуандун прозвенел первый звонок. Китайско-российский совместный вуз принял первых студентов, сообщили китайские СМИ.

Университет в этом году зачислил на бакалавриат всего 135 абитуриентов: 115 китайцев и 20 иностранцев. В частности китайские студенты приехали из Пекина и семи провинций страны, включая Гуандун, Аньхой, Фуцзянь и др., сообщил ректор университета Чжао Пин.

Занятия в Университете ППУ-МГУ будут вестись, главным образом, на русском языке, поэтому регистрация в нем началась раньше, чем в других китайских вузах. В этом месяце студенты проходят интенсивный курс русского языка, пояснил он.

Университет ППУ-МГУ, как первый китайско-российский совместный вуз, создан Пекинским политехническим университетом /ППУ/, МГУ имени М. В. Ломоносова и администрацией Шэньчжэня.

20 мая 2014 года в Пекине в присутствии лидеров двух стран был подписан Меморандум о взаимопонимании между Министерством образования Китая и Министерством образования и науки России о сотрудничестве по проекту создания китайско-российского университета. Затем 11 августа того же года представители администрации Шэньчжэня, ППУ и МГУ заключили соглашение о создании университета.

6 мая 2016 года вице-премьер Госсовета КНР Лю Яньдун и председатель Госдумы РФ Сергей Нарышкин присутствовали на церемонии закладки камня в основание совместного университета ППУ-МГУ в Шэньчжэне.

Ключевая задача китайско-российского проекта заключается в подготовке на основе востребованных и современных образовательных программ МГУ "трилингвов" - специалистов, владеющих китайским, русским и английским языками, которые смогут внести достойный вклад в развитие китайско-российского взаимодействия и сопряжение строительства Экономического пояса Шелкового пути /ЭПШП/ и Евразийского экономического союза /ЕАЭС/.

Университет готов к началу учебного года. По словам Чжао Пина, лаборатории оснащены, в вуз приезжают преподаватели и доставляется учебное оборудование. В настоящее время университет предлагает обучение по четырем специальностям: "Русский язык и литература", "Математика и прикладная математика", "Материаловедение и инженерия", "Экономика и международная торговля". Выпускникам вручат диплом как Университета ППУ-МГУ, так и МГУ.

В университете советуют студентам с нулевым знанием русского языка не беспокоиться о проблемах, вызванных языковым барьером. В прошлом году рабочая группа, возглавляемая руководством МГУ, специально подготовила план обучения для студентов Университета ППУ-МГУ в Шэньчжэне. При помощи опытного преподавательского состава студенты смогут посещать занятия без особых затруднений после годовой подготовки.

Как стало известно на состоявшемся в июне текущего года в Харбине 4-м Китайско-российском ЭКСПО, две страны планируют создать еще одно совместное высшее учебное заведение.

Сообщается, что Харбинский политехнический университет /ХПУ/ и Санкт-Петербургский государственный университет /СПбГУ/ проводят консультации по конкретным вопросам сотрудничества в области создания вуза.

Китай. СЗФО. ЦФО > Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267871


Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267870

В фокусе внимания Китая: Китайский интернет-гигант "Алибаба" стремится занять ведущую позицию в сфере розничной торговли страны

После того как основатель и председатель китайского интернет-гиганта "Алибаба" Ма Юнь /Джек Ма/ предложил концепцию "новых форматов розничной торговли", отечественные потребители пытались представить, как она могла бы реализоваться. Компания, решившая двигаться в этом направлении, постепенно осуществляет новую модель розничной торговли на практике.

В качестве передового примера новой модели розничной торговли в 2015 году в Шанхае был открыт супермаркет без кассиров Hema Fresh Store. В Пекине первый флагманский супермаркет появился в июне в районе Чаоян, второй начал свою работу в июле в районе Хайдянь.

Посетители Hema Fresh Store могут оформлять заказы как в интернете, так и в магазинах. Оплата возможна только через систему Alipay, а регистрация - через аккаунты Taobao. Таким образом, система "знает" о покупателях все, что знают о них другие ресурсы "Алибаба". При этом через мобильное приложение супермаркеты рекомендуют своим посетителям дополнительные покупки точно так же, как это происходит с интернет-покупателями.

Каждый товар на полке имеет штрих-код. Его можно отсканировать при помощи смартфона, и на дисплее отобразится информация о продукте, аналогичная той, которая размещена на сайте Hema. Цены на товары на складе, онлайн-витринах и офлайн-витринах синхронизируются системой в режиме реального времени. Это позволяет снизить затраты на рабочую силу и уменьшить процент ошибок при заполнении ценников.

В перспективе такую систему работы "электронных витрин" планируется дополнить навигацией по супермаркетам /магазин площадью 4500 кв. м/, которая позволит сотрудникам выбирать оптимальный маршрут к нужным товарам.

В торговых точках также есть рестораны, в которых могут приготовить блюда из продуктов, купленных в супермаркете. В Hema предлагаются различные варианты, в том числе мясные продукты, фрукты и овощи, молочная продукция, морепродукты, "хого" /китайский самовар/, гриль и напитки.

Предполагается, что все заказы в радиусе 3 км от супермаркета будут доставляться покупателю в течение 30 минут. На сбор одного заказа работники супермаркета тратят не более десяти минут.

"Я часто заказываю свежие продукты, включая овощи, мясо и фрукты, на онлайновой платформе Hema. Их доставляют в течение часа. Это очень удобно, и качество гарантировано, - рассказал житель Пекина по фамилии Чжан. - Офлайновый магазин тоже меня впечатлил. Купленные морепродукты могут быть приготовлены и поданы на месте, однако это занимает некоторое время".

К настоящее времени в Пекине, Шанхае и Нинбо /провинция Чжэцзян, Восточный Китай/ действует 13 таких магазинов. В компании считают, что модель, по которой работают Hema Fresh Store, должна в будущем стать стандартом омниканальной торговли благодаря разработкам в области синхронизации цен, управления остатками и другим смежным решениям.

Новые форматы розничной торговли в Китае динамично развиваются, все больше отечественных компаний активизируют усилия по развитию online-to-offline коммерции /O2O/.

Новая движущая сила

В последние годы "Алибаба" использовала свою покупательную способность и опыт в области логистики для продвижения сотрудничества между онлайновой торговлей и офлайновым шопингом.

В январе "Алибаба" купила крупнейшего китайского оператора торговых центров Intime Retail за 2,6 млрд долларов. В феврале компания объявила о начале стратегического сотрудничества с корпорацией "Байлянь" в области развития "новых форматов розничной торговли". В мае "Алибаба" приобрела 201 млн акций компании Yiguo.com, став держателем 18 проц. акций супермаркетов "Ляньхуа".

Чистая электронная коммерция превратится в традиционную модель бизнеса и будет заменена концепцией "новых форматов розничной торговли", интегрирующей онлайн, офлайн, логистику и данные в единую стоимостную цепочку. Об этом Ма Юнь заявил на конференции в Ханчжоу в октябре прошлого года.

По мере неизбежного вступления электронной коммерции в новый этап развития "новые форматы розничной торговли" становятся формирующейся движущей силой в трансформации отечественной отрасли розничной торговли. Эпоха чистой онлайновой розничной торговли закончилась, убежден Чжао Нань, замдиректора института Ebrun.

Одной из главных целей "новых форматов розничной торговли" является углубление понимания и анализ предпочтений потребителей. Предприятия, рассматривающие электронную коммерцию как основной канал для продажи избыточных акций и конечной продукции выбудут из игры, добавил Чжао Нань.

Огромная революция

Не только "Алибаба" стремится ухватить новую тенденцию розничной торговли, другие отечественные электронные торговые площадки также пытаются идти в ногу со временем.

JD Daojia /JDDJ/ - онлайн-компания прямых продаж, принадлежащая второй по величине китайской компании в сфере электронной торговли JD.com - в апреле опубликовала "стратегию розничной торговли", чтобы помочь традиционной розничной торговле улучшить слабые звенья и укрепить онлайновые преобразования.

По словам генерального директора JDDJ Куай Цзяци, интернет приведет китайский розничный рынок свежих продуктов к огромной революции.

"Продавцы теперь имеют возможность построить свою собственную онлайн-территорию благодаря платформе JDDJ, позволяющей традиционной розничной торговле преодолеть временные и пространственные ограничения", -- сказал Куай.

JDDJ считает, что традиционные ритейлеры не могут в полной мере удовлетворить потребности современных потребителей.

Доставка на дом становится важной бизнес-моделью, поскольку она может удовлетворить растущий спрос потребителей в современном обществе, полагает Цао Лэй, директор Китайского научно-исследовательского центра электронного бизнеса, расположенного в городе Ханчжоу.

По мнению экспертов, по мере дальнейшего содействия правительства преобразованию сектора розничной торговли, революция в этой сфере будет действительно достигнута только с осуществлением интеграции онлайновых и офлайновых каналов.

Эксперты отмечают, что несмотря на большой потенциал роста, новая модель розничной торговли все еще сталкивается со множеством трудностей и неопределенностей.

Лу Чжэньван, основатель шанхайской коммерческой консалтинговой компании "Ваньцин" считает, что "Алибаба" находится в середине эксперимента. Если Hema сможет найти баланс между стоимостью обслуживания и удовлетворенностью потребителей, эксперимент может удаться.

Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267870


Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869

Пятая Китайская международная торговая ярмарка на пограничных контрольно-пропускных пунктах /КПП/ открылась во вторник в городе Суйфэньхэ провинции Хэйлунцзян /Северо-Восточный Китай/.

Лейтмотивом ярмарки, организованной Китайским международным коммерческим обществом /КМКО/, стало "Укрепление сотрудничества между КПП, содействие развитию торговли". Общая площадь нынешней ярмарки составляет 35 тыс. кв. м, в ней принимает участие более 500 предприятий из десяти стран, включая Россию и Республику Корея, и 14 провинций Китая.

Как сообщил начальник Отдела выставочного бизнеса КМКО Го Инхуэй, в рамках нынешней ярмарки запланирован ряд мероприятий, включая китайско-российские форумы по вопросам кредитного развития и устойчивого развития лесного хозяйства, презентацию сотрудничества в рамках экономического коридора Китай-Монголия-Россия и российского международного транспортного коридора "Приморье-1" и др.

Суйфэньхэ, расположенный в юго-восточной части провинции Хэйлунцзян, является крупнейшим в провинции Хэйлунцзян пограничным переходом, имеющим столетнюю историю. 80 процентов грузовых перевозок между Хэйлунцзяном и Россией осуществляются через суйфэньхэский КПП.

Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869


Китай. Россия. Египет. Азия > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267867

На днях в Корле СУАР Китая была проведена церемония открытия Международных армейских игр-2017. В тот день церемонии открытия соревнований на территории Китая в этих рамках отдельно были проведены в г. Корле СУАР, г. Чанчунь провинции Цзилинь и г. Гуаншуй провинции Хубэй. По информации, в рамках игр на тренировочной базе в Корле сухопутные войска организовали 14 соревнований по четырем видам направлениям: экипаж боевой машины пехоты «Суворовский натиск», зенитная ракета «Ясное небо», биологическая и химическая разведка «Безопасная обстановка» и ремонт оружия «Мастер-оружейник». В мероприятиях приняли участие 477 участников 23 отрядов из 10 стран, таких, как Китай, Египет, Россия и др. Китай. Россия. Египет. Азия > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267867


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267865

В первые семь месяцев этого года объем торговли товарами между Китаем и Россией составил 46,822 млрд долл. США, увеличившись на 25,5 проц. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Об этом во вторник сообщили в Главном таможенном управлении Китая.

Согласно данным, опубликованным на официальном сайте ведомства, в январе-июле экспорт китайских товаров в Россию вырос на 21,8 проц. до 23,394 млрд долл, а импорт российских товаров в Китай составил 23,427 млрд. долл. с приростом на 29,5 проц.

В прошлом месяце двусторонний товарооборот составил 7,017 млрд. долл. В частности экспорт - 3,960 млрд долл., а импорт 3,056 млрд долл.

Согласно статистике китайской таможни, по итогам 2016 года объем китайско-российской торговли товарами вырос на 2,2 проц. по сравнению с предыдущим годом и достиг 69,53 млрд долл.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267865


Китай > СМИ, ИТ. Экология. Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267864

Первая в Китае база с имитацией условий Марса будет создана в районе Дачайдань Хайси-Монгольско-Тибетского автономного округа провинции Цинхай /Северо-Западный Китай/, сообщили местные власти.

Хайси-Монгольско-Тибетский автономный округ расположен на западе провинции Цинхай. Большинство его районов находятся на территории Цайдамской впадины.

Ландшафт, природный пейзаж и климатические условия в районе Хунъя /красные скалы/ Дачайданя крайне схожи с теми, что существуют на поверхности Марса, сообщил замсекретаря комитета КПК автономного округа Ван Цзинчжай. "Хорошие географические условия служат основой для строительства там базы, имитирующей Марс, и сильной поддержкой для данной программы", - сказал он.

В ноябре прошлого года администрация автономного округа и Академия наук Китая подписали соглашение о сотрудничестве в строительстве Китайской базы с имитацией условий Марса, начав углубленное обсуждение ряда компетентных вопросов.

В конце июля текущего года в городе Дэлинха, административном центре автономного округа, состоялась дискуссия и церемония подписания соглашения по комплексной программе строительства данного объекта.

Сообщается, что база станет центром распространения знаний о Марсе, научных исследований, а также туризма и развлечений. Местные власти стремятся к созданию международного туристического бренда, посвященного марсианской теме.

Китай > СМИ, ИТ. Экология. Образование, наука > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267864


Китай. Казахстан > Электроэнергетика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267861

Китай стремится к тому, чтобы его сотрудничество с Казахстаном охватило всю производственную цепочку ядерной энергетики - от добычи урана до использования в Казахстане технологий реактора китайской разработки "Хуалун-1". Об этом пишет местная пресса.

Казахстан - один из основных поставщиков урана, доля которого на мировом рынке составляет примерно 39 процентов. Ядерная энергетика считается одним из ярких примеров плодотворного сотрудничества между Китаем и Казахстаном.

Китайская генеральная корпорация атомной энергетики /China General Nuclear Power Group, CGN/ начала осваивать казахстанский рынок в 2006 году. Отечественный ядерно-энергетический гигант с казахстанской национальной атомной компанией "Казатомпром" занимается как торговлей природным ураном и добычей урана, так и производством тепловыделяющей сборки /ТВС/.

"По состоянию на конец мая этого года "Казатомпром" поставил корпорации CGN около 20 тыс. тонн природного урана", - сообщил Ли Чэнъань, замгендиректора китайско-казахстанской компании "Семизбай-U".

Компания "Семизбай-U" была создана в 2006 году для реализации проектов разработки урановых месторождений Ирколь и Семизбай, которые находятся, соответственно, на юге и севере Казахстана. На сегодняшний день 49 процентов акций компании принадлежат китайской стороне.

В декабре 2015 года CGN и "Казатомпром" объявили о решении реализовать проект завода по производству ТВС в Казахстане. Строительство совместного предприятия официально началось в конце прошлого года, подготовка к началу производства идет по плану.

По словам председателя правления корпорации CGN Хэ Юя, этот проект станет показательным в двустороннем сотрудничестве в сфере освоения экологически чистых источников энергии. Его реализация позволит повысить уровень топливной отрасли Казахстана.

Согласно данным, предприятие будет способно выпускать 200 т ТВС в год, и его продукция будет поставляться в Китай для использования на атомных электростанциях.

При этом Казахстан и другие страны проявили большой интерес к полностью разработанным китайскими специалистами технологиям реактора третьего поколения "Хуалун-1".

Реактор "Хуалун-1" был совместно спроектирован CGN и Китайской национальной ядерной корпорацией /CNNC/ и прошел проверку национальной экспертной группы в августе 2014 года. Технологии "Хуалун-1", по словам экспертов, позволили Китаю встать вровень со странами, обладающими передовыми ядерными технологиями.

25 мая этого года в провинции Фуцзянь на востоке Китая были завершены работы по монтажу купола реактора "Хуалун-1" на пятом энергоблоке АЭС "Фуцин", что ознаменовало переход проекта в фазу монтажа оборудования.

Сообщается, что Казахстан готовится к реализации проекта строительства первой в стране АЭС, и Китай сделал много для продвижения использования технологий "Хуалун-1" в Казахстане.

В конце 2014 года CGN и "Казатомпром" заключили соглашение о расширении и углублении взаимовыгодного сотрудничества в атомной энергетике. Кроме того, китайские предприятия провели в Астане презентацию технологий, а в китайском городе Шэньчжэнь состоялась встреча официальных лиц и специалистов-ядерщиков из двух стран.

Китай. Казахстан > Электроэнергетика > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267861


Китай. Россия > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267859 Виктор Цзо

Русский музыкант китайского происхождения Цзо Чжэньгуань, который славится как «самый авторитетный русский специалист, разбирающийся в китайской музыке», 6 числа приехал в провинцию Хэйлунцзян. На этот раз он прибыл по приглашению организаторов недели китайско-русского творческого обмена в Харбине, чтобы принять участие в презентации своей новой книги «Русский музыкант в Китае».

«Каждый раз, приезжая в Китай, я испытываю невероятную благодарность», - Цзо Чжэньгуань рассказал журналисту агентства Чжунсинь, что постоянно тоскует по Китаю.

Цзо Чжэньгуань, русский композитор китайского происхождения, в России широко известен под именем Виктор Цзо. Его называют «самым авторитетным русским специалистом, разбирающимся в китайской музыке», и, в то же время, «одним из самых выдающихся китайцев в России».

В 16 лет Цзо Чжэньгуань вместе с матерью переехал жить в СССР, в 1978 году он закончил класс композиции в Российской академии музыки имени Гнесиных, его произведения в области симфонической и камерной музыки много раз получали награды на международных музыкальных конкурсах. В 1992 году Цзо Чжэньгуань основал Русский филармонический оркестр, и получил от российского правительства награды «заслуженный артист России», «орден дружбы» и другие звания.

Цзо Чжэньгуань добился в мировой сфере музыки блестящих творческих успехов, но он всегда подчеркивал, что «в моей музыке живет китайская душа».

«Несмотря на то, что большую часть своей жизни я провел в России, вырос я все-таки в Китае, и напевать под нос привык китайские песни. В Китае мои корни». Цзо Чжэньгуань говорит, что в музыке его сочинения наибольшую часть занимают китайские элементы.

Обучающийся в Китае русский студент Евич сказал журналисту Агентства «Чжунсинь»: «Мне и моим родным очень нравится произведение Цзо Чжэньгуаня «Течет река», оно полно восточной поэтичности и крайне очаровательно».

По мнению Цзо Чжэньгуаня, музыка – это орудие, с помощью которого лучше всего удается укрепить общение и взаимопонимание между людьми. Каждый год он приезжает с оркестром лучших русских музыкантов на гастроли в Китай, и рассказывает китайским зрителям о русской музыке и музыкантах».

В этот раз Цзо Чжэньгуань привез с собой книгу «Русские музыканты в Китае», в которой с помощью множества ценных исторических материалов рассказал о том, как в начале 20 века русские музыканты вели свою деятельность в Харбине, Шанхае, Тяньцзине, Пекине и других городах.

«Я надеюсь, что эта книга, как и моя музыка, сможет принести позитивное влияние для культурного обмена между Китаем и Россией», - сказал Цзо Чжэньгуань журналисту.

Благодаря содействию Цзо Чжэньгуаня и других музыкантов, Харбин превращается в основную платформу для китайско-русского культурного обмена. За минувший год в Харбине состоялось всего 200 творческих концертов мирового уровня.

«Я с помощью музыки интерпретирую слияние западной и китайской культуры. Все мои чувства к Китаю заключены в музыке!» - так Цзо Чжэньгуань описывает несколько десятков лет своей творческой карьеры.

Китай. Россия > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267859 Виктор Цзо


Китай. Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Транспорт > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267775

По итогам января-июня 2017 г., объем торговли через контрольно-пропускной пункт (КПП) Алашанькоу на китайско-казахстанской границе составил 35,54 млрд юаней ($5,3 млрд). Это на 52,8% больше, чем за аналогичный период 2016 г., сообщила таможенная служба.

За шесть месяцев текущего года грузооборот через этот КПП на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР достиг 8,51 млн т. Он вырос на 13,1% в годовом сопоставлении.

В частности, за первую половину 2017 г. через Алашанькоу из Китая в Европу прошел 821 товарный поезд. Это на 49,5% больше, чем за аналогичный период прошлого года. Объем перевезенных этими поездами грузов достиг 287 400 т с приростом на 14%.

Ранее сообщалось, что по итогам января-мая 2017 г., внешнеторговый оборот Китая составил 10,76 трлн юаней ($1,58 трлн). Это на 19,8% больше, чем за январь-май 2016 г. За пять месяцев текущего года экспорт страны достиг 5,88 трлн юаней с приростом на 14,8% в годовом сопоставлении, а импорт составил 4,88 трлн юаней, подскочив на 26,5%.

Страны Европейского Союза остаются на первом месте среди крупных торговых партнеров Поднебесной. Торговый оборот с ЕС достиг 1,6 трлн юаней. Он вырос на 16,1% относительно аналогичного показателя прошлого года. На долю Европы пришлось 14,8% от общего объема внешней торговли КНР.

Китай. Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Транспорт > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267775


Китай > Финансы, банки > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267774

На протяжении шести месяцев подряд растет объем валютных резервов Китая, сообщил Народный банк КНР. К концу июля 2017 г. данный показатель превысил $3,08 трлн. Это на $23,93 млрд больше, чем в конце июня текущего года.

Ранее сообщалось, что к концу мая 2017 г. валютные резервы Поднебесной превысили $3,05 трлн. Они выросли на $24 млрд относительно уровня апреля текущего года.

Примечательно, что в ноябре 2016 г. объем валютных резервов КНР составил $3,05 трлн, а в октябре прошлого года – $3,121 трлн. За ноябрь 2016 г. валютные резервы Поднебесной уменьшились на 2,3% и достигли минимального значения за период с 2011 г.

Золотые запасы страны в ноябре прошлого года сократились на 7,37% и составили в финансовом выражении $69,785 млрд.

Напомним, что к концу сентября 2016 г. валютные резервы Китая сократились до $3,166 трлн. Это на $19 млрд меньше, чем в конце августа прошлого года.

За август 2016 г. объем валютных резервов КНР превысил $3,18 трлн. Это на $15,89 млрд меньше, чем в конце июля прошлого года. Падение показателя вызвано главным образом изменениями в курсе валют.

Китай > Финансы, банки > chinapro.ru, 8 августа 2017 > № 2267774


Китай. Белоруссия. Евросоюз. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 5 августа 2017 > № 2265545 Ли Синь

Китай – «палочка-выручалочка» для Евразийского союза? Мнение китайского аналитика

Китай как локомотив мировой экономики обращает на себя взгляды многих стран Евразии: в условиях санкций на Восток обратился взор России; китайские инвестиции помогают Армении и Таджикистану, а отношения КНР и Беларуси носят все более политически близкий характер, хотя на уровне инвестиций и торговли эффект пока не так заметен. Выльется ли сотрудничество между Китаем и странами-партнерами в нечто большее, чем взаимное развитие торговли? Ждать ли сопряжения ЕАЭС с Экономическим поясом Шелкового пути и каковы планы Евросоюза на Центральную Азию? На эти и другие вопросы в интервью «Евразия.Эксперт» отвечает профессор Ли Синь, директор Центра изучения стран Центральной Азии и России Шанхайской академии международных исследований, подчиняющейся МИД КНР.

- Господин Синь, недавно Россию посетил председатель КНР Си Цзиньпин. На Ваш взгляд, происходит ли сегодня реальный поворот России в Азию?

- Недавний официальный визит главы КНР Си Цзиньпина в Россию еще раз свидетельствует о достижении самого высокого в истории уровня отношений между двумя странами. Он дает импульс дальнейшему развитию взаимодействия между Китаем и Россией не только в политической области и на международной арене, но и в торгово-экономической сфере.

Многие считают, что в двусторонних отношениях политический аспект во взаимодействии опережает экономический. Это действительно так. Согласно теории марксизма, без экономической базы политическое сотрудничество не будет стабильным и устойчивым. Поэтому руководители двух стран уделяют большое внимание разрешению этой проблемы, особенно в контексте санкций Запада в отношении России. Китай и Россия в последние годы заключили множество соглашений по совместным крупным проектам.

В России есть немало экспертов, которые считают, что поворот России на Восток, на Китай, в условиях санкций не принес ожидаемого результата: китайцы не увеличили объем инвестиций, уровень торговли снизился. На самом же деле это не так.

В 2014 г. Китай принял участие в проекте «Ямал СПГ» стоимостью $20 млрд. При заключении же сделки по природному газу китайская сторона сразу заплатила российской стороне аванс в размере $25 млрд. А в 2016 г. Фонд Шелкового пути участвовал в проекте «Ямал СПГ» стоимостью $990 млн. В мае 2015 г. в ходе официального визита председателя КНР Си Цзиньпина в Россию две стороны подписали 32 документа о сотрудничестве стоимостью $25 млрд. А в июле 2017 г. – 18 документов стоимостью свыше $10 млрд.

Что же касается снижения объемов двустороннего товарооборота, то можно сказать, что такой факт имеет место. Но при этом стоит подчеркнуть, что это просто стоимостное выражение. Всем известно, что в последние два года сильное падение цен на нефть, газ и природное сырье вызвало резкую девальвацию российской валюты на фоне западных санкций. Все это привело к снижению внешнего товарооборота России в стоимостном выражении. Однако физический объем торговли между Китаем и Россией не снизился, а наоборот, намного вырос.

- Китай и Беларусь разделяют тысячи километров, но, несмотря на географическую удаленность, Минск и Пекин нашли общие интересы, и сегодня китайско-белорусские развивают. Чем вы можете это объяснить? Почему Китай так заинтересован в сотрудничестве с Беларусью?

- Ясно то, что Китай и весь Азиатско-Тихоокеанский регион стали локомотивом развития мировой экономики, и многие страны, включая и Беларусь, желают перенять у Китая опыт экономического развития. Далее, экономика многих развивающихся стран пострадала от мирового экономического кризиса и показала тенденцию к замедлению экономического роста. А китайская инициатива «Один пояс - один путь» приглашает все заинтересованные страны и регионы, включая и Беларусь, к интенсивному экономическому сотрудничеству во благо развития и процветания стран.

При этом Китай не претендует ни на ведущую роль в регионе, ни на зону влияния, ни на вмешательство во внутренние дела других стран.

Руководство Республики Беларусь уделяет большое внимание участию в китайском проекте «Экономический пояс Шелкового пути». Успешное совместное создание китайско-белорусского индустриального парка в качестве важнейшего звена Экономического пояса Шелкового пути свидетельствует о тесной связи между Китаем и Беларусью.

- Беларусь и Китай изучают возможность взаимного введения безвизового режима на срок до 30 дней. С чем связана подобная инициатива и насколько реалистична отмена виз между Беларусью и Китаем?

- Об отмене визы между Китаем и Беларусью можно сказать, что, если данная инициатива будет принята, это послужит сильным импульсом к развитию двусторонних отношений. В последние годы Китай и Россия упростили визовый режим. Между Китаем и странами бывшего Советского Союза – Грузией, Арменией, Туркменистаном и Азербайджаном – был введен безвизовый режим. Надо отметить, что сложный визовый режим Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана в отношении китайских граждан очень сильно препятствует развитию как культурного, так и экономического сотрудничества между Китаем и этими странами.

- В ходе переговоров с председателем КНР Си Цзиньпином президент Беларуси Александр Лукашенко заявил о создании совместной рабочей группы по борьбе с цветными революциями, международным терроризмом и религиозным экстремизмом. Чем это вызвано и какого эффекта можно ожидать?

- В области борьбы с цветными революциями, международным терроризмом и религиозным экстремизмом Китай сегодня тесно сотрудничает как с Россией и странами Центральной Азии, так и с другими государствами.

Всем известно, какую цену пришлось заплатить Украине, Египту, Алжиру, Сирии и другим странам за цветные революции. В итоге все это вызвало подъем терроризма и экстремизма, что унесло много жизней мирных людей во всем мире, породило проблему беженцев.

В последние годы от терроризма и экстремизма страдает и Китай. Уже в 2001 г. в рамках ШОС подписано соглашение о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом. Сотрудничество в этой области было так успешно, что за эти годы в регионе не было случаев масштабных беспорядков, что, в свою очередь, препятствовало и проникновению ИГИЛ (запрещенная террористическая организация - ЕЭ) в регион.

- Недавно Китай запустил в Беларусь первый товарный поезд по новой железной дороге, которая должна стать одним из важных транспортных коридоров между КНР и Европой. Каковы перспективы развития железнодорожных транспортных перевозок в рамках стратегии «Один пояс - один путь»? Насколько это рентабельно?

- Как я отметил выше, Беларусь – это важнейшее звено и жемчужина экономического пояса Шелкового пути. Через территорию Беларуси каждый месяц проезжают десятки товарных поездов из Китая в Европу. Транспортный коридор Китай – Казахстан – Россия – Беларусь – Европа, или Транссиб – это одна из важнейших ветвей инициативы «Один пояс, один путь». Так что не только Беларусь, но и Россия, и Казахстан также являются важнейшими звеньями в этой программе.

Железнодорожные перевозки по данному коридору из Китая в Европу только начали работать. Но из-за особенностей инфраструктуры на границах и пропускных пунктах вагоны из Европы возвращаются пустыми, в связи с чем ожидаются определенные убытки.

Однако по мере улучшения инфраструктуры, упрощения процедур торговли и транспорта, а также загрузки вагонов, в будущем рентабельность железнодорожных транспортных перевозок будет сравнима с этим показателем для южных морских перевозок.

- Такие страны Центральной Азии как Казахстан и Кыргызстан участвуют в китайском проекте «Экономического пояса Шелкового пути» и являются членами Евразийского экономического союза одновременно. Каковы перспективы сопряжения данных инициатив? Готов ли Китай к взаимодействию с ЕАЭС в целом, а не с отдельными странами?

- В мае 2015 г. главы Китая и России подписали Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути, и потом его подтвердила Евразийская экономическая комиссия. К этому моменту на данную тему были проведены 3 раунда переговоров между Китаем и Евразийской экономической комиссией. Члены-страны ЕАЭС активно участвуют в этих переговорах. К тому же при сотрудничестве между КНР и РФ активно развивается и сотрудничество между регионами Дальнего Востока РФ и Северо-Востока Китая, между российскими регионами Приволжского федерального округа и китайскими провинциями верхнего и среднего течения реки Янцзы.

- В июне 2017 г. Евросоюз заявил, что до конца 2019 г. представит новую стратегию по Центральной Азии. Как меняется политика Брюсселя в отношении региона и какие последствия это несет для стран Центральной Азии?

- Всем известно, что в мае 2009 г. Евросоюз принял программу «Восточное партнерство», включившую в себя страны бывшего Советского Союза – Украину, Молдову, Грузию, Азербайджан, Армению и Беларусь. А Россия считает, что с помощью данной программы эти страны уходят в Евросоюз, и дальше – в НАТО. При таком повороте событий исчезнет и буфер между Россией и НАТО, что стало бы угрозой государственной безопасности РФ.

И в 2010 г. Россия решила защитить свою традиционную зону влияния созданием Евразийского экономического союза (имеется в виду запуск единого таможенного пространства, послуживший основой для развития ЕАЭС в дальнейшем - прим. ЕЭ). Так началась борьба между Западом и Россией за страны бывшего Советского Союза. Эта борьба закончилась тем, что Азербайджан не вступил ни в какие интеграционные объединения, Армения и Беларусь более тесно сотрудничают с Россией, а Украина и Грузия стали жертвой этой борьбы.

Что касается новой стратегии Евросоюза по Центральной Азии, пока никакой информации об этом нет, но ясно одно:

Запад не смирился с провалом программы «Восточное партнерство» и пытается еще раз перетянуть на свою сторону страны Центральной Азии.

Для центральноазиатских стран новая стратегия – это дополнительная возможность проведения внешней политики балансирования. Но для России это серьезная стратегическая угроза государственной безопасности. Я очень надеюсь, что украинский майдан не повторится в Центральной Азии, ведь это даст свободу процветанию терроризма, хаоса. И это прямая угроза безопасности западных провинций Китая.

- В последнее время активно обсуждается рост активности ИГИЛ («Исламского государства») в Афганистане. Какие вызовы это создает для стран Центральной Азии, что делается для купирования рисков?

- Рост активности ИГИЛ в Афганистане серьезно угрожает безопасности и стабильности в Центральной Азии, особенно учитывая тот факт, что в операциях ИГИЛ участвует немало уроженцев центральноазиатских стран. И когда они вернутся на родину, возможно, они принесут в этот регион беспорядки. Поэтому все затронутые страны должны сотрудничать друг с другом в борьбе с терроризмом.

Беседовал Сеймур Мамедов

Источник – Евразия Эксперт

Китай. Белоруссия. Евросоюз. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 5 августа 2017 > № 2265545 Ли Синь


Белоруссия. Китай. Евросоюз > Транспорт > belta.by, 2 августа 2017 > № 2286906

Белорусская железная дорога организовала пропуск контейнерного поезда из Европы в Китай через пограничный переход "Брузги-Кузница", сообщили БЕЛТА в пресс-центре БЖД.

"Это первый контейнерный поезд, который проследовал по новому маршруту через белорусско-польский пограничный переход "Брузги-Кузница". Белорусская железная дорога уделяет большое внимание созданию благоприятных условий для привлечения дополнительных грузопотоков в сообщении Восток-Запад-Восток. Для расширения географии и оптимального использования имеющихся пропускных способностей на белорусско-польских пограничных переходах БЖД обеспечивает пропуск контейнерных поездов через пограничные переходы "Брузги-Кузница Белостоцкая", "Свислочь-Семянувка", - рассказали в пресс-центре.

Поезд был отправлен 31 июля со станции Лодзь (Польша) в Чэнду (КНР), в его составе находится 41 сорокафутовый контейнер. "Поезд прибыл на станцию Брузги, где оперативно и без задержек было произведено переоформление документов, а также перегруз в вагоны широкой колеи. Ориентировочное время в пути от станции отправления до станции назначения составит около 14 суток", - отметили в БЖД.

Оператором контейнерного поезда по территории Европы выступает ООО "Белинтертранс-Германия", а по территории колеи 1520 - АО "ОТЛК".

"Дополнительный маршрут перевозок из Европы в Китай через пограничный переход "Брузги-Кузница" позволит увеличить транзит грузов по межгосударственным стыкам. Станция Брузги располагает развитой инфраструктурой, где осуществляется переработка тяжеловесных грузов, 40-футовых контейнеров, а также сыпучих и лесных грузов. На грузовом терминале станции возможно организовать перегруз грузов в количестве 130 вагонов в сутки с колеи 1520 мм в вагоны колеи 1435 мм. Также площадка грузового терминала позволяет обеспечить максимальный объем хранения 40-футовых контейнеров в количестве 160 единиц", - уточнили в пресс-центре.

Белоруссия. Китай. Евросоюз > Транспорт > belta.by, 2 августа 2017 > № 2286906


Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 августа 2017 > № 2262822

Мнение аналитика ЦРУ: Пекин представляет собой более серьезную угрозу, чем Россия

В ходе непривычно откровенного разговора сотрудник ЦРУ Майкл Коллинз (Michael Collins) сказал о том, что растущая уверенность и решительность Китая вызывают озабоченность, а подпитываются они отсутствием противодействия китайской гегемонии в течение последних нескольких лет.

Билл Гертц (Bill Gertz), Asia Times, Гонконг

Старший аналитик ЦРУ предоставил редкую возможность познакомиться с американским разведывательным анализом политики Китая. Майкл Коллинз (Michael Collins), заместитель помощника директора Восточноазиатского центра ЦРУ (East Asia mission center), считает, что сегодня больше внимания должно быть уделено Китаю, а нынешние опасения в обществе относительно России отвлекают Америку от той угрозы, которую представляет собой Китай.

«Сегодня много разговоров о России как о сопернике, как о стране, которая рассматривает либеральный международный порядок как нечто, к чему необязательно присоединяться. Эта страна активным образом пытается подорвать влияние Соединенных Штатов в различных местах по всему миру, и она обладает возможностями делать это», — сказал Коллинз, выступая на форуме по безопасности в городе Аспене, штат Колорадо.

«На мой взгляд, к Китаю все эти три положения тоже относятся, и он набирает все больше сил для того, чтобы сделать значительно больше по этим направлениям».

По словам Коллинза, Россия создает проблемы для Соединенных Штатов на международной арене. Кроме того, Москву вполне устраивает напряженность в американо-китайских отношениях.

«России весьма помогает то, что Китай является проблемой для Соединенных Штатов, — отметил он. — И даже когда мы просто думаем о российской проблеме для Соединенных Штатов, я считаю, что сегодня очень удобно и полезно для русских знать о том, что у китайцев — тоже конфликтные отношения с Соединенными Штатами, и что они в некотором роде могут поддерживать друг друга».

С точки зрения ЦРУ, Китай подрывает возглавляемый Соединенными Штатами мировой порядок, обеспечивающий мир и стабильность в Азии в течение последних 40 лет. Пекин пытается узурпировать находящуюся в руках американцев власть и оказывать влияние в этом регионе.

Соперничество между Китаем и Соединенными Штатами не ограничивается Азией, и оно заметно во всем мире, — отметил Коллинз, указав на недавно открытую крупную военную базу в стратегически важном районе Африканского рога, в Джибути. Китайская база расположена вблизи американской военной базы в том же регионе.

Одной из проблем является антидемократическая система Китая.

«У них — другие представления об управлении государством и о том, что это означает, и, кроме того, они все больше прибегают к принуждению, к напористой тактике для достижения своих целей — мы не одобряем такого рода вещи, и другие страны в этом регионе тоже их не одобряют, — сказал Коллинз. — Для понимания ситуации с Северной Кореей, торговлей в Южно-Китайском море и подходом Китая к этим вопросам мы должны помнить об этом».

В отличие от ученого из Гарвардского университета Грэма Алисона (Graham Alison), Коллинз не считает, что война между Соединенными Штатами и Китаем является предопределенной. Китай, по его словам, не пытается конфликтовать с Соединенными Штатами или с другими нациями и стремится поддерживать стабильные связи с Вашингтоном.

Еще одной проблемой для Пекина является, по мнению Коллинза, «внутренняя политическая уязвимость и стабильность».

«Поэтому китайцы должны надежно это контролировать, и для этого им нужна стабильность, а также тесные и стабильные отношения с Соединенными Штатами», — сказал он.

Что касается вопроса о Южно-Китайском море, то, по определению Коллинза, Китай от «надежд в области территориальных претензий» переходит к политике, которая все больше ориентирована на оказание давления. Надежды Китая включают в себя контроль морских путей по нескольким причинам — военным, экономическим, политическим, а также с точки зрения оказания общего влияния.

«Одно дело, когда подобные вещи остаются в области мечтаний, и другое, когда они думают, что этого, на самом деле, можно добиться, — отметил Коллинз. — И мы все больше убеждаемся в том, что, по мнению китайцев, они продвигается вперед в Южно-Китайском море, и то же самое можно сказать о других направлениях — это становится для них все более достижимым».

Растущая решительность Китая вызывает беспокойство в ЦРУ, и Коллинз полагает, что оно подпитывается в последние годы бездействием в отношении китайской гегемонии.

«К сожалению, китайцы, на мой взгляд, в последние несколько лет поняли, что они способны использовать принудительный подход в своем продвижении в Южно-Китайском море, а также в других местах — я могу применить ту же самую модель к другим вопросам — будь то экономическая сфера или политическая вокруг этого региона — и им удалось сделать это, не получив сколько-нибудь сильной ответной реакции», — отметил он. Недавнее решение Постоянной палаты арбитражного суда ООН против претензий Китая на 90% Южно-китайского моря было с пренебрежением встречено Пекином.

«На наш взгляд, они сделали из этого вывод о том, что они могут пренебрегать международным правом, и им за это ничего не будет», — подчеркнул Коллинз.

Этот аналитик предупредил о том, что растущая наглость Китая не предвещает ничего хорошего Соединенным Штатам и другим странам этого региона. «Китайцы продолжают думать, что им все сойдет с рук, и все больше используют принудительный, более напористый подход в своих действиях, — отметил он. — Нас беспокоит то, что они продолжают расширять свои возможности».

Что касается ситуации внутри страны, то Коллинз также предупреждает о том, что китайские лидеры продвигают нарратив о необходимости установления контроля над спорной акваторией как «о том, чего китайцы должны добиться». В прошлом китайские коммунистические лидеры ограничивали свою концепцию основных национальных интересов защитой правления Коммунистической партии и восстановления контроля над Тайванем. Сегодня они расширили определение основных интересов и включили в него Южно-Китайское море. «Делая это, они порождают определенные ожидания внутри страны, и меня беспокоит то, что они собираются их оправдать и будут добиваться своего на этом сложном пути», — сказал он.

Отвечая на вопрос, не играют ли Соединенные Штаты и Китай в игру «кто первым струсит» — обе стороны пытаются выяснить, где пролегают красные линии друг друга, — Коллинз сказал, что эта игра в большей степени ведется на китайской стороне.

«Китайцы изучают то, что я называю дидактической внешней политикой, речь идет о дидактическом подходе к тому, что им может сойти с рук, — сказал Коллинз. — Я надеюсь на то, что китайцы начнут осознавать, что их поведение — не только с нашей точки зрения, но и с точки зрения Восточной Азии, — по сути дела создает больше негативных последствий, чисто негативный результат для их интересов в области безопасности и стабильности в целом, чем что-то позитивное, что они могут от этого получить.

По словам Коллинза, новая администрация президента Трампа находится в критическом периоде в том, что касается формирования Китаем восприятия Соединенных Штатов.

Пекин ожидает некоторую степень напряженности в своих отношениях с Соединенными Штатами, однако он не уверен в том, в какой момент эта напряженность может перерасти в конфронтацию.

«Я думаю, что китайцы пытаются понять новую администрацию, они пытаются понять, где находятся те области, в которых эта администрация, возможно, хочет допустить больше напряженности, а в каких, возможно, она этого делать не намерена», — подчеркнул он.

Есть одна область, в которой администрация Трампа оказывает сильное давление на Китай — это ситуация с Северной Корей. По мнению ЦРУ, Пекин обеспечивает 90% торговли с этим государством-изгоем, и поэтому он мог бы делать значительно больше. По мнению Коллинза, Пекин поддерживает предложение о денуклеаризации Северной Кореи, однако он принял значительно более растянутый по времени график реализации этой идеи, что не нравится Соединенным Штатам.

Что касается китайского руководства, то, по мнению Коллинза, верховный лидер Си Цзиньпин укрепит свои позиции после предстоящего съезда Коммунистической партии. «Создается впечатление, что он намерен получить больше власти после этого партийного съезда», — сказал он. Китай хочет, чтобы Северная Корея была стратегической буферной зоной, благодаря которой можно будет поставить в сложное положение Соединенные Штаты и их союзников. ЦРУ считает, что Си будет пытаться продлить срок своего правления за пределами установленного лимита в два пятилетних срока, и это очень похоже на то, что делал покойный Дэн Сяопин, который правил за кулисами в 1980-е годы. «Независимо от занимаемой им позиции, он, вероятно, будет оставаться довольно влиятельным человеком, с учетом созданной им системы личной лояльности», — отметил он.

Коллинз также поставил под сомнение одну из фундаментальный заповедей американской внешней политики, суть которой состоит в том, что торговля и контакты с Китаем породят демократические политические реформы.

«На мой взгляд, сегодня существует излишний оптимизм по поводу того, что контакты с Китаем приведут к политическим реформам — к тем реформам, которых мы, возможно, ожидали увидеть от китайцев в настоящий момент в результате расширения контактов. Но ничего такого мы не увидели».

Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 августа 2017 > № 2262822


Китай. Филиппины. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261167

Азиатское притяжение: почему восточные рынки большие, но непростые

Петр Татищев

партнер консалтинговой компаний eCamb

Какие направления бизнеса интересны у восточных соседей

Развитые страны все еще опережают развивающиеся практически по всем рыночным показателям. Но инвесторы все чаще и чаще обращают внимание на растущие бурными темпами азиатские рынки. Представьте себе: у вас под боком огромный рынок сбыта объемом $6,6 трлн, но вы не знаете, как на него выйти. Как попасть в этот поток? Как поймать наиболее актуальные тренды самого перспективного региона? На чем растет рынок Азиатско-Тихоокеанского региона и в чем заключается особая специфика локальных трендов? Сфокусируемся на ключевых направлениях, которые интересны российским инвесторам и могут принести им хорошую прибыль.

С Запада на Восток

Достаточно посмотреть на карту мира, чтобы понять, в чем притягательность АТР. Во-первых, здесь проживает более половины населения земного шара: 4,5 млрд человек – это 60% от общего числа людей в мире. Во-вторых, демография региона выглядит очень привлекательно: средний возраст потребителя – 30 лет. В то время как Европа стремительно стареет, азиатские рынки отличаются молодостью и высокой мобильностью своих покупателей.

Благодаря относительной отдаленности от перегруженных западных рынков, у наших предпринимателей возникает ощущение, что на рынках АТР больше свободы. они воспринимаются, как слабоконкурентная и менее продвинутая среда. И хотя западные рынки нам пока понятнее, на них практически не осталось места для российских стартапов. В это время про Китай, например, говорят все чаще и чаще, в том числе и на правительственном уровне. Это ли не знак того, что пора идти на восток? Тем более что промышленники, в частности, угольные компании, уже успешно осваивают пространство АТР.

В 2014 году экспорт угля в азиатские страны вырос вдвое. При условии стагнации этого же сектора на внутреннем рынке из-за дешевого газа и неспособности противостоять поставкам из США на европейском рынке. Наши инвесторы поначалу проявляли к Азии нулевой интерес, в прямом смысле этого слова. По данным российского Центрального банка и Евразийского банка развития, российские инвестиции в Китае на тот момент в принципе не существовали.

Долгое время российские инвесторы обращали внимание на ограниченный набор секторов: нефтегазовый, металлургический и телекоммуникационный. Во всем, что касалось технологического сектора, мы значительно отставали, но со временем ситуация стала меняться.

Трендсеттеры онлайн-торговли

Такие китайские гиганты электронной коммерции, как Alibaba и JD.com сегодня известны даже российским школьникам. Они давно уже не просто крупнейшие китайские ритейлеры, а трендсеттеры мировой онлайн-торговли. По данным Goldman Sachs, в 2016 году объем продаж на рынке электронной коммерции в Китае составил $750 млрд, а услугами онлайн площадок воспользовались 450 млн человек. К 2020 году аналитики прогнозируют рост продаж до $1,7 трлн. Все это во многом возможно благодаря распространению интернета в сельских районах, в которых проживает до 200 млн потенциальных покупателей.

Страны Юго-Восточной Азии несколько отстают от Китая, что позволяет крупным китайским компаниям использовать свой опыт для захвата новых рынков и применять уже отработанные решения и подходы.

В 2016 году Alibaba купил за $1 млрд онлайн-ритейлера Lazada Group, через которого планирует строить экспансию в Индонезии, Малайзии, на Филиппинах и в Таиланде. Эксперты сходятся в оценке, что текущий уровень развития eCommmerce рынка в Юго-Восточной Азии сравним с китайским рынком 5-6 лет назад и ожидают от него сверхбыстрого роста. Пока же он относительно невелик. По оценкам Google и Temasek Holdings, сейчас он не превышает $5-10 млрд, но в ближайшие несколько лет рынок может вырасти до $80-90 млрд. Это обусловлено несколькими факторами, которые влияют как на рост, так и на те технологии, которые могут потенциально его обеспечить:

Относительно низкий уровень развития оффлайн инфраструктуры. Если в крупных городах, таких как Куала-Лумпур, Джакарта и Манила, торговые центры присутствуют в большом количестве и пользуются популярностью, то в небольших городах и в деревнях все гораздо хуже. Электронная коммерция может эту проблему решить.

Отсутствие платежной инфраструктуры. Пластиковые карты не очень широко распространены, и основным способом оплаты сейчас является cash-on-delivery, что очень похоже на Россию и Китай несколько лет назад. Но рост рынка eCommerce в Китае совпал с развитием платежной системы Alipay. С выходом Alibaba в страны ЮВА можно ожидать ускоренного развития платежных сервисов. А это значит, что есть свободная для инвесторов ниша.

В странах АТР достаточно высокие налоги на импорт. Это стимулирует развитие сильных локальных игроков в каждой из стран.

Из интересных крупных проектов можно выделить Tokopedia (индонезийский С2С-маркетплейс, который привлек инвестиции в объеме четверти миллиарда долларов), Matahari Mall (еще один индонезийский маркетплейс с впечатляющими инвестициями), индийский гигант Flipkart ($4,5 млрд привлеченных инвестиций).

Медиа-сервисы

Если говорить о венчурной индустрии, то она тоже очень впечатляет. По данным KPMG, китайские инвесторы только за 2016 год вложили в технологические проекты больше $30 млрд. Это почти четверть мирового объема венчурных инвестиций, объем которых равен $129 млрд. При этом на фоне общемирового тренда на снижение инвестиций (-9%) в Китае они продолжили расти (+19% в 2016 году). Относительно низкое проникновение интернета в Азии, по сравнению с Европой и Северной Америкой, гарантирует дальнейший активный рост потребления. Ключевые рынки и тренды можно с уверенностью обозначить уже сейчас.

С 2014 года Китай бьет рекорды по объемам венчурного инвестирования. По данным Dow Jones, за год инвесторы вложили в китайские компании $15,5 млрд. Это в два раза больше предыдущего рекордного показателя в $7,3 млрд, достигнутого в 2011 году. С чем связан такой резкий скачок? Все благодаря тому, что значительная часть китайских пользователей получила первый доступ к интернету с помощью смартфонов, и страна пережила бум в использовании мобильных устройств.

Но если на развитых западных рынках доступ в интернет с мобильных устройств до сих пор зачастую воспринимается как дополнение к компьютеру, то в Азии мобильные устройства – это главные, и, в большинстве случаев, единственные инструменты для выхода в сеть. В Таиланде 90% пользователей используют смартфоны для выхода в интернет, аналогичная ситуация и в некоторых других странах региона.

Уже сейчас по выручке китайский AppStore уступает только американскому, а по количеству загрузок приложений китайские пользователи уже первые в мире. И это без учета других стран региона. Одними из самых ярких проектов можно назвать целый ряд UBER-подобных сервисов. В первую очередь китайская мобильная транспортная платформа Didi Chuxing, которую в 2016 году купил китайский бизнес UBER, индийское такси Olacabs и индонезийский транспортно-логистический сервис Go-jek. Телевидение и медиа тоже стремительно переходят на мобильные каналы. Достаточно успешный сервис-агрегатор новостей Baca (Индонезия) и малазийский аналог Netflix – iFlix. В свете всего вышесказанного, венчурные инвестиции на данном этапе – перспективное вложение, которое в ближайшее время может не только окупиться, но и буквально озолотить инвестора.

Платежные сервисы

Банковские и финансовые сервисы во многом связаны с мобильными устройствами. Поэтому в настоящий момент Азия является самым активно развивающимся рынком для финтехпроектов. В 2016 году азиатский регион стал самым активным по инвестициям в этот сектор – $11,2 млрд. Это практически в два раза больше предыдущего показателя. Кроме того, Азиатского-Тихоокеанский регион впервые затмил Северную Америку: $9,2 млрд и $2,4 млрд долларов в Европе. Конечно, большую часть этих инвестиций вложили в две сделки – в платежные подразделения Alibaba Alipay и JD.com: $4,5 млрд и $1 млрд соответственно, но общий тренд по росту финтеха в Азии очень активен. Поскольку существующие игроки (банки) на этих рынках не имеют такого влияния, как на западе, у новых проектов есть все шансы стать лидерами.

Даже если не говорить о блокчейне и криптовалютах, ситуацию с которыми во всем мире сейчас довольно сложно прогнозировать, есть целый ряд более традиционных проектов, которые заслуживают внимания. Это система оценки кредитоспособности (кредитных рисков), основанная на численных статистических методах для физических лиц из Филиппин – Lenddo, еще один пример синергии мобильных и банковских сервисов – система мобильных платежей Cloudwell (Бангладеш), а также система платежей для Таиланда – Omise. И это только несколько примеров финансовых сервисов в регионе.

Трудности перевода

Было бы неправильно подходить ко всему АТР, как к однородному рынку, как это можно сделать с США, например. Азиатский рынок представляет собой совокупность нескольких рынков, отличающихся не только языком и культурой, но и степенью развития интернета. Многие сервисы успешно переносятся и масштабируются с одного рынка региона (в первую очередь, китайского) на другие. Но необходимо всегда учитывать особенности местной культуры и менталитета, тщательно планируя свой выход в Азию.

Лучше всего делать это с учетом опыта и ошибок прошлых проектов, уже знакомых со спецификой стран Азии. Без инвестиционных рисков их можно получить в процессе обучения, воспользовавшись опытом практиков. Продвигают российские стартапы и в Дальневосточном федеральном университете и фонде «Сколково», в последнем вывозят целые команды молодых предпринимателей на встречи с представителями китайских технопарков, где они получают консультации по местному рынку.

С тех пор, как страны АТР стали набирать популярность и стремительно развиваться, несколько российских предпринимателей создали там локальные бизнесы. Можно обратиться к их опыту и учесть те ошибки, которые они совершили на своем пути. В любом случае нужно понимать, что азиатские рынки весьма восприимчивы к инновациям, но при этом у них крайне низкий научный потенциал. Этим нужно пользоваться уже сейчас, тогда у технологических компаний из России будет больше шансов на успех.

Китай. Филиппины. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261167


США. Китай. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261159

Apple в Китае показал модель Рунета будущего

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Apple пошла на сделку с властями Китая, убрав возможность загружать VPN-приложения на территории страны. Ждет ли Россию такая же ситуация?

Apple сделала недоступными в Китае приложения из своего магазина, которые используют VPN-сервисы (Virtual Private Network, виртуальные частные сети) и дают пользователям возможность обходить блокировки запрещенных сайтов и выходить за пределы «Великого китайского файрвола», сообщила The Wall Street Journal. Новая версия магазина App Store, которая исполняет последние правила китайских властей, заработала 30 июля. Теперь вся информация App Store хранится на серверах на территории Китая, подконтрольных местному регулятору интернета.

Исчезновение приложений из App Store первым заметил представленный в китайском магазине Apple VPN-сервис ExpressVPN. В сообщении компании в Twitter указывалось, что Apple удалила все подобные сервисы, включая приложение ExpressVPN.

В Apple объяснили провайдеру, что компания пошла на такие меры в связи с тем, что в приложении компании содержится контент, запрещенный в Китае. На просьбу издания прокомментировать свои действия корпорация не отреагировала. Официальный представитель корпорации в КНР Кэролин Ву сообщила агентству Bloomberg, что компании «было предписано удалить из доступа некоторые VPN-приложения, не соответствующие новому законодательству».

До этого министерство промышленности и информационных технологий Китая поставило задачу «очистить» рынок онлайн-услуг, среди прочего полностью запретив сервисы VPN, позволяющие заходить на запрещенные ресурсы через иностранные серверы, тем самым обходя блокировки. ведомство потребовало у разработчиков, предоставляющих пользователям возможность использования VPN, получения государственной лицензии. Руководство Китая потребовало от государственных интернет-провайдеров заблокировать возможность использования различных VPN-соединений с 1 февраля 2018 года.

Возможен ли такой сценарий в России?

Для России китайский случай с Apple актуален в связи с принятием Госдумой 21 июля в третьем чтении закона, запрещающего использование средств обхода интернет-блокировок — анонимайзеров и тех самых сервисов VPN. Согласно документу, обязанность выявлять такие сервисы возложена на ФСБ и МВД. Если эти сервисы не предотвратят доступ к запрещенной в России информации в течение месяца, они также будут заблокированы. Роскомнадзор сформирует специальный список запрещенных ресуров и даст к нему доступ владельцам анонимайзеров и VPN-сетей, чтобы те сами могли следить, не позволяют ли они россиянам смотреть что-то запретное. Президент России Владимир Путин подписал закон 30 июля. Почти все нормы вступят в силу с 1 ноября 2017 года, несколько статей начнут действовать с момента публикации.

Пресс-секретарь Роскомнадзора Вадим Ампелонский в беседе с Forbes отметил, что его ведомство намерено внимательно изучить закон о VPN, принятый в России, проконсультироваться с отраслью и выработать детали правоприменения. «Есть уже сложившаяся практика взаимодействия с многими анонимайзерами и VPN-сервисами. Действительно, ряд таких сервисов побывали в реестре по решениям судов», — отметил он. Осенью Роскомнадзор предложил норвежской Opera Software, разработчику браузера Opera, заключить соглашение о фильтрации запрещенных в России сайтов. В мае ведомство внесло Opera Software в реестр организаторов распространения информации, после чего компания, согласно правилам, должна хранить данные о пользователях на территории России.

Практика

Хотя закон о средствах обхода интернет-блокировок не вступил в силу, но можно предположить порядок действий Роскомнадзора с запрещенными ресурсами, так как в России уже действуют правила, по которым прекращается доступ к сайтами и сервисам, содержащим противоправную информацию. Сайты вносятся в «черный список», доступ к которому имеют операторы, которые блокируют доступ по указанным в списке веб-адресам. На случай, если противоправный контент доступен в программах для смартфонов, Роскомнадзор договорился с Google и Apple о досудебной блокировке приложений по жалобам правообладателей. Две американские компании контролируют операционные системы для более 90% смартфонов, выпускаемых в России, и еще большую долю программ. Чтобы избежать блокировки своих магазинов на территории страны, компании Google и Apple совместно с ведомством выработали механизм досудебной блокировки приложений и другого контента в каталогах Google Play и AppStore. Согласно договоренностям, контент должен удаляться сразу после жалобы правообладателя.

Один из самых известных случаев — в ноябре 2016 Apple и Google по требованию ведомства уже блокировали доступ к приложению LinkedIn в своих магазинах приложений на территории России. Российские пользователи теперь не могут скачать приложение профессиональной социальной сети в App Store и Google Play. При попытке скачать приложение через App Store пользователь получает уведомление о его недоступности в России. Apple при этом указывает, что приложение доступно в США, и предлагает «сменить магазин». По мнению ведомства, соцсеть для деловых контактов обрабатывала персональные данные без согласия пользователей и не хранила их на территории России.

Инициатива

Под действие закона, запрещающего использование средств обхода интернет-блокировок, потенциально попадают все прокси- и VPN-сервисы, а также анонимные сети Tor, I2P и Freenet. Их владельцам предлагается ограничить доступ к сайтам, входящим в реестр запрещенных ресурсов Роскомнадзора. Документ также запрещает операторам поисковых систем выдавать ссылки на заблокированные в России ресурсы. Директор АНО «Инфокультура» Иван Бегтин в беседе с Forbes выражал уверенность, что исполнить закон «нереально». «Можно заблокировать только самые популярные сервисы, но до тех пор пока есть возможность использовать зарубежный хостинг, эти требования работать не будут. Скорее возникнет серый рынок сервисов VPN», — говорил он. Дело в том, что сервис VPN может представлять себя не только программу для смартфона (доступ к которой можно заблокировать на территории России), но и приложение для настольного компьютера или расширение браузера, предотвратить доступ к которым сложнее — их в любом случае могут переслать по почте или через файлообменник. Кроме того, сервис VPN может начать предоставлять любой сайт, поэтому мониторинг таких услуг должен проводиться постоянно и поймать все сайты — маловероятно.

Несмотря на то, что Apple идет на сделки с правительствами разных стран, российские пользователи продукцию компании любят: 28 июля представитель МТС Дмитрий Солодовников заявил газете «Ведомости», что самая популярная модель iPhone в России — iPhone SE с памятью 32 Гб — стала также самым продаваемым смартфоном в стране. Эту информацию подтверждали представитель «Евросети» Александра Перцева и сотрудник другой розничной сети. Они уточняли, что ранее лидером продаж был аппарат Samsung Galaxy J1. Конкретные цифры по продажам устройств в России не раскрываются.

США. Китай. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 августа 2017 > № 2261159


Казахстан. Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 1 августа 2017 > № 2260911

Руководство порта Циндао передаст Казахстану технологию смарт- пристани

Система осуществляет автоматизированную разгрузку, распределение и хранение контейнеров

В Казахстане может быть внедрена технология автоматизированной пристани, где разгрузкой сотен тысяч контейнеров, управляют 5−6 человек. На встрече с журналистами о намерении передать «умную» разработку заявил заместитель генерального директора порта Циндао по автоматической контейнерной пристани Ян Цземинь. Об этом сообщает корреспондент центра деловой информации Kapital.kz.

«Эта технология будет передаваться в Казахстан. Наша команда выполняет процесс от концептуального проектирования автоматической контейнерной „умной пристани“, и до выполнения операций погрузки и разгрузки», — рассказал Ян Цземинь.

По словам гендиректора, технологией «умной» пристани интересуются и другие порты Китая, в том числе и сухой порт Ляньюньгань, где также имеется казахстанский терминал. Интерес к разработке проявляют и компании США.

По данным Ян Цземиня, в прошлом году из Китая в Казахстан, а также транзитом в Центральную Азию отправлено около 20 тысяч контейнеров.

«Казахстан является важным партнером в реализации политики „Один пояс, один путь“. В течение многих лет у нас развивается тесное сотрудничество. Большинство товаров, например, автомобили и текстильные изделия из Японии и Кореи, транспортируется до Казахстана через порт Циндао. Наши товары, например, циндаоское пиво и холодильники компании „Хаер“, много перевозятся в Казахстан», — пояснил он.

Порт Циндао впервые открыт в 1892 году. Сегодня это седьмой по значимости порт в мире, имеющий торговые связи с более чем 700 портами 180 стран. Здесь обслуживается 160 линий международных контейнерных рейсовых судов, в том числе 65 прямых маршрутов с портами Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока и Средиземноморья. В 2016 году объем грузооборота порта достиг 500 млн тонн.

В январе- июне 2017 года количество контейнеров международного транзита из порта Циндао до Центральной Азии достигло 9168 ДФЭ, что на 51% больше в сравнении с предыдущим годом. В дополнение к этому транзит через Алашанькоу достиг 4852 ДФЭ, рост на 23% по сравнению с предыдущим годом; транзит через Хоргос достиг 4316 ДФЭ, вырос на 102% по сравнению с предыдущим годом.

ДФЭ — Двадцатифутовый эквивалент (TEU или teu от англ. twenty-foot equivalent unit) — условная единица измерения вместимости грузовых транспортных средств. Часто используется при описании вместимости контейнеровозов и контейнерных терминалов.

Казахстан. Китай > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 1 августа 2017 > № 2260911


Россия. Финляндия. Китай. Арктика > СМИ, ИТ > comnews.ru, 31 июля 2017 > № 2259947

"Поларнет Проект" заручился поддержкой

Елизавета Титаренко

Как стало известно ComNews, Минкомсвязи намерено поддержать проект "Российская оптическая трансарктическая кабельная система" (РОТАКС), которым занимается ЗАО "Поларнет Проект". Интерес к РОТАКС также проявила финская Cinia Group Ltd., которая в августе создаст с "Поларнет Проект" совместное предприятие для развития проекта. Кроме того, заинтересованность в строительстве подводной ВОЛС вдоль Арктического побережья России на прошлой неделе выразило Министерство промышленности и информатизации Китая.

Как рассказал корреспонденту ComNews источник на рынке телекоммуникаций, Минкомсвязи намерено поддержать РОТАКС. Этот проект предполагает строительство магистральной линии связи по дну Северного Ледовитого океана по маршруту Бьюд (Великобритания) - Мурманск - Анадырь - Владивосток - Токио. Пресс-служба Минкомсвязи в пятницу воздержалась от комментариев.

Тем временем строительство подводной ВОЛС вдоль Арктического побережья России стало на прошлой неделе темой обсуждения для высокопоставленных лиц России и Китая. Глава Минкомсвязи Николай Никифоров посетил Третью встречу министров связи стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка), которая проходит в Китайской Народной Республике (КНР), а также провел рабочую встречу с министром промышленности и информатизации Китая Мяо Вэем. Чиновники обсудили в том числе и проект по созданию подводной волоконно-оптической магистрали вдоль Арктического побережья России.

Мяо Вэй выразил заинтересованность в развитии такого проекта, который может наиболее эффективно обеспечить скоростное соединение Азии с Европой. Мяо Вэй также попросил у Минкомсвязи России содействия по проведению необходимых исследований для строительства магистрали и выразил уверенность, что спрос на использование такого канала связи будет значительным.

Как рассказал корреспонденту ComNews генеральный директор "Поларнет Проекта" Олег Ким, он знает об этой встрече и о том, что Китай заинтересован взаимодействовать с Россией по развитию проекта по созданию ВОЛС вдоль Арктического побережья России. "Надеемся, что разговор шел о нашем проекте", - был краток Олег Ким.

Олег Ким рассказал, что "Поларнет Проект" вел переговоры с финской Cinia Group Ltd. (собственник и операционная компания балтийской кабельной системы Sea Lion) насчет инвестиций в РОТАКС (см. новость ComNews от 8 ноября 2016 г.). Переговоры завершились подписанием меморандума между двумя компаниями, который предусматривает создание совместного предприятия по развитию проекта РОТАКС. Как уточнил Олег Ким, стороны начнут создавать СП в августе. Как ранее говорил Олег Ким, "Поларнет Проект" вел переговоры и с компаниями из Китая, однако об их результатах пока неизвестно.

Опрошенные ComNews магистральные операторы связи заявили, что знают о встрече министров двух стран, но не присутствовали на ней и не планируют развивать такой проект. "Мы не имеем никакого отношения к этим переговорам", - сообщил корреспонденту ComNews представитель ПАО "Ростелеком". Компания является ключевым исполнителем нескольких международных проектов, играющих значимую роль в области передачи трафика между государствами Евразии. "В частности, компания запустила систему "Транзит Европа-Азия" (TEA) с пропускной способностью до 3,2 Тбит/с. Это надежный полностью наземный трансконтинентальный маршрут пропуска трафика, альтернативный подводным кабельным системам", - отметил он.

"Мы не участвовали во встрече, но знаем, что такой проект по строительству подводного магистрального кабеля вдоль Арктического побережья России обсуждался, - говорит руководитель пресс-службы "МегаФона" Юлия Дорохина. - Мы считаем перспективой работу на азиатских рынках: с 2013 г. мы плотно работаем со всеми крупными китайскими операторами в рамках проекта DREAM - канала связи между Европой и Азией. Мы также сотрудничаем с операторами Азии по обмену голосовым трафиком и роумингу".

Представители АО "Компания ТрансТелеКом" (ТТК) и ОАО "Межрегиональный ТранзитТелеком" (МТТ) воздержались от комментариев.

Тем временем аналитики сомневаются, что спрос на использование емкости подводного магистрального кабеля вдоль Арктического побережья России будет значительным. Генеральный директор "ТМТ Консалтинга" Константин Анкилов говорит, что еще не загружены имеющиеся магистрали "Ростелекома", ТТК, "МегаФона". "Логично стимулировать спрос на имеющиеся сети", - полагает он.

"Задержка сигнала в канале такой ВОЛС относительно наземного маршрута будет выше, а относительно южного подводного - немного ниже. Дешевле такая магистральная емкость точно не будет. Наиболее низкие цены сейчас на маршруте через другую сторону земного шара - через Тихий океан", - считает руководитель направления ИТ, облачных сервисов и инфраструктурных проектов J’son & Partners Consulting Александр Герасимов. Кроме того, по его мнению, строительство такой ВОЛС будет намного сложнее и дороже существующих маршрутов, не только наземных, но и подводных, а окупаемость такого проекта крайне сомнительна.

Проект прокладки ВОЛС из Европы в Азию через Северный Ледовитый океан обсуждали в марте 2017 г. на заседании в Министерстве транспорта и связи Финляндии, в котром участвовали высокопоставленные представители профильных министерств, а также дипломатического корпуса, научных и деловых кругов из Финляндии, Норвегии, Швеции, России, Германии, Китая и Японии. Проект представляла частная финская компания Cinia Group, и его оценочная стоимость на тот момент составляла $700 млн. В качестве одного из партнеров Cinia Group по проекту является "Поларнет Проект".

Проект трансарктического кабеля поддерживает и правительство Финляндии. Его представители обсуждали этот проект в ходе визита премьер-министра России Дмитрия Медведева в Финляндию в декабре 2016 г. "Это интересная идея, способная решить ряд коммуникационных задач. Мы считаем, что у этого проекта может быть хорошее будущее", - заявлял тогда Дмитрий Медведев по итогам переговоров с финским коллегой Юхой Сипиля.

Как ранее сообщал ComNews, в 2011 г. правительственная комиссия по федеральной связи и технологическим вопросам информатизации поддержала проект РОТАКС компании "Поларнет Проект", которая добивалась этого в течение 10 лет (см. новость ComNews от 18 октября 2011 г.).

Изыскательские работы на месте строительства кабельной сети "Поларнета" начались еще в 2002 г. Все это время компания искала источники финансирования проекта РОТАКС. В 2003 г. "Поларнет" купил подводную волоконно-оптическую сеть Tyco Global Network (TGN), которая связывает Европу и Азию через территорию США. На аукционе по приобретению TGN "Поларнет" вступил в альянс с крупнейшим индийским оператором международной фиксированной связи и интернет-услуг Videsh Sanchar Nigam Limited (VSNL), входящим в финансово-промышленную группу Tata Group. Юридически покупателем стала VSNL, а "Поларнет" участвовал в сделке своими активами. Взамен "Поларнет" должен был получить от VSNL инвестиции и часть емкости в сети TGN. Однако еще до закрытия сделки VSNL отказалась выполнять договорные обязательства. Из-за проблем раздела активов с VSNL "Поларнету" пришлось сдвинуть сроки прокладки кабеля в Арктическом и Дальневосточном регионах.

Россия. Финляндия. Китай. Арктика > СМИ, ИТ > comnews.ru, 31 июля 2017 > № 2259947


Белоруссия. Китай > Агропром > belta.by, 28 июля 2017 > № 2286912

Беларусь в течение года поставит в Китай говядины на $20 млн. Это предусмотрено протоколом о намерениях сотрудничества между китайскими компаниями и представителями белорусских предприятий, который сегодня подписан в Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Беларуси, передает корреспондент БЕЛТА.

Подписи под документом с белорусской стороны поставили представители ОАО "Березовский мясоконсервный комбинат", "Пинский мясокомбинат" и "Брестский мясокомбинат". Со стороны партнеров - генеральный директор китайской торгово-инвестиционной компании мясной промышленности "Большой Шелковый путь" Чжан И.

Как пояснил начальник главного управления внешнеэкономической деятельности Министерства сельского хозяйства и продовольствия Алексей Богданов, с 24 июля представители бизнес-кругов КНР, заинтересованные закупать говядину в Беларуси, посетили Брестский, Гродненский, Могилевский, Пинский мясокомбинаты, а также Березовский мясоконсервный комбинат. По итогам визита достигнут ряд договоренностей на поставку продукции на китайский рынок. В частности, руководству Березовского мясоконсервного комбината поступило предложение в ближайшее время начать поставки на рынок КНР. Стороны выразили намерения заключить рамочный контракт и приступить к работе над спецификацией. Посещая Брестский мясокомбинат, представители китайской стороны выразили готовность приобретать и перерабатывать говяжьи кости. Они согласны предоставить собственную технологию обвалки. Пинскому мясокомбинату китайские бизнесмены предложили увеличить объемы производства говядины за счет создания СП. Партнеры также готовы наладить технологию производства халяльной продукции на комбинате, совместно разрабатывать рецептуры и продавать продукцию на китайском рынке.

Алексей Богданов отметил, что рынок КНР был открыт для белорусской говядины недавно. Беларусь постоянно приглашает китайские бизнес-делегации, чтобы проработать логистическую схему поставок, специфику разделки мяса, проанализировать вкусовые предпочтения потребителей. Сейчас сертифицированы для экспорта говядины в Китай 8 белорусских мясоперерабатывающих предприятий, продолжается работа над сертификацией других. Кроме того, планируются поставки в КНР мяса птицы. Состоялась первая инспекция белорусских предприятий, подписан меморандум о сертификации мяса птицы и доступа на китайский рынок. Представитель Минсельхозпрода выразил надежду на успешное сотрудничество с китайскими партнерами в целом по мясному направлению. Свою позицию он подтвердил примером взаимодействия в поставках молочной продукции в Китай. Так, в 2016 году были сертифицированы 36 белорусских молокоперерабатывающих предприятий. За пять месяцев 2017-го объем экспорта молочной продукции из Беларуси в КНР достиг $2 млн, что в 72 раза выше уровня прошлого года.

Генеральный директор компании "Сина-Трейд" Ма Чжиюань по итогам визита на пять белорусских мясокомбинатов заявил журналистам, что все эти предприятия очень высокого уровня с соответствующей культурой производства. "Товар, производящийся в Беларуси, - качественный. Компания "Сина-Трейд" уже работает здесь и за последние полгода совместно с Березовским мясоконсервным комбинатом и Пинским мясокомбинатом осуществила поставки замороженной говядины на рынок стран Юго-Восточной Азии приблизительно на $1 млн", - рассказал он.

Ма Чжиюань также констатировал высокий спрос на охлажденную говядину, однако пока остро стоит вопрос сроков хранения такой продукции при условии необходимости ее транспортировки на значительные расстояния. Впрочем, специалисты занимаются его решением, поэтому руководитель "Сина-Трейд" выразил надежду, что в недалеком будущем и охлажденная белорусская говядина появится на китайском рынке.

Белоруссия. Китай > Агропром > belta.by, 28 июля 2017 > № 2286912


Белоруссия. Китай. ЕАЭС > Авиапром, автопром > belta.by, 27 июля 2017 > № 2286909

В СЗАО "БелДжи" необходимо точно в срок организовать выпуск различных автокомпонентов, чтобы локализация составляла не менее 50%. Об этом заявил министр экономики Беларуси Владимир Зиновский на выездном заседании Президиума Совета Министров в Борисовском районе 25 июля, сообщили БЕЛТА в Минэкономики.

"Вторая задача организовать точно в срок выпуск различных автокомпонентов для СЗАО "БелДжи". Локализация должна быть не менее 50%, - заявил Владимир Зиновский. - Не выполнив этого, мы сами создадим себе барьер в экспорте продукции на рынке ЕАЭС".

На заседании министр рассказал о проблемных вопросах развития Борисовского района в целом и озвучил предложения по их решению. Анализируя ситуацию в промышленности, Владимир Зиновский обозначил нерешенные вопросы, влияющие на конкурентоспособность предприятий, такие как недостаточная отдача от инвестиций и большая закредитованность. "Поэтому первая задача для организаций Минпрома, на наш взгляд, снизить кредитную нагрузку за счет эффективности производства, в том числе оптимизации бизнес-процессов и численности административно-управленческого персонала", - сказал министр.

При рассмотрении работы строительной отрасли региона Владимир Зиновский указал на недозагрузку мощностей, низкую эффективность работы строительных организаций. "Нужна стратегия развития предприятий, которая позволит дальше работать прибыльно без господдержки", - отметил он.

Основным направлением работы в инвестиционной сфере министр назвал проекты по созданию предприятий в кооперации с крупными производствами района и области, необходимость формирования кластерных структур.

"Строительство завода по производству автомобилей "БелДжи" становится драйвером для развития сопутствующих направлений и вовлечения в него малого производственного бизнеса по выпуску чехлов, детских автомобильных кресел, ковриков для автомобилей, другой сопутствующей продукции, которую мы закупаем сегодня по импорту", - заметил Владимир Зиновский. В этой связи он предложил восстановить работу центра поддержки предпринимательства, выразил готовность оказать методологическую поддержку со стороны Минэкономики.

Повышение эффективности транспортного потенциала Борисовского района министр видит в увязке планирования развития отрасли со строительством Китайско-белорусского индустриального парка "Великий камень" и мультимодального промышленно-логистического центра в поселке Болбасово Оршанского района.

Еще одним проблемным вопросом Владимир Зиновский назвал отсутствие промышленных площадок для размещения новых предприятий. Он рекомендовал задействовать площади ликвидируемых предприятий, провести ревизию площадок, составить их перечень для предложений бизнесу под создание новых предприятий и производств.

По словам руководителя Минэкономики, отработка проблемных вопросов Оршанского и Борисовского районов еще раз подтвердила необходимость разделения функций государства как регулятора и собственника. "Скорейшее решение именно этого вопроса, как и других обозначенных мною проблем, позволит повысить конкурентоспособность не только Борисовского района, но и в целом всей страны", - подытожил министр.

Белоруссия. Китай. ЕАЭС > Авиапром, автопром > belta.by, 27 июля 2017 > № 2286909


Китай. Россия > Авиапром, автопром > inosmi.ru, 27 июля 2017 > № 2257937 Анастасия Дагаева

Третье место на двоих. Как Китай и Россия начинают строить широкофюзеляжный самолет

Анастасия Дагаева, Carnegie Moscow Center, Россия

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Вчера, 23 июля, завершился аэрокосмический салон МАКС-2017; его главным гостем, как всегда, стал Владимир Путин. Он посмотрел на истребитель пятого поколения Т-50, послушал про среднемагистральный пассажирский самолет МС-21 и даже заглянул на стенд Boeing. Казалось, что и совместному российско-китайскому самолету тоже будет уделено внимание. Самолета, конечно, нет. Но за год в рамках этого проекта произошло столько событий (в том числе с участием Путина), что было бы странно его проигнорировать. Тем не менее на МАКСе информация о большом самолете, который должны вместе построить Россия и Китай, появлялась совсем эпизодически. Не добрался до подмосковного Жуковского и внушительных размеров макет самолета, сделанный Commercial Aircraft Corporation of China (COMAC).

Впервые макет был показан на Airshow China в ноябре 2016 года — случилась, можно сказать, премьера. Ради этого события в Чжухай на один день прилетели министр промышленности Денис Мантуров и президент Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) Юрий Слюсарь. Вместе с китайскими коллегами они под прицелом множества камер торжественно сдернули с макета красную материю.

С макетом COMAC приехала и на Paris Airshow 2017, что ознаменовало уже международную презентацию проекта. Макет стоял на стенде китайского авиапроизводителя, где фоном шли кадры со встреч Си Цзиньпина и Владимира Путина.

Отдельная интрига — название самолета. В российской версии он просто «широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (ШФДМС). В китайской — С929 (или С9Х9), то есть следующий в линейке после недавно взлетевшего С919.

В Ле-Бурже макет самолета, впрочем, проходил как LRWBCA (Long-Range Wide-Body Civil Aircraft; в переводе на русский тот же ШФДМС). Труднопроизносимая аббревиатура что на русском языке, что на английском вызывает вопрос: а когда уже у самолета появится звучное официальное имя? Слюсарь говорит, что еще не думали: «У самолета нет названия, и мы пока на эту тему не напрягаемся. Если у вас есть какие-то фантазии [по названию], то буду вам благодарен. У китайцев же, как у людей достаточно последовательных, есть определенные подходы к наименованию своих самолетов. Мы с уважением к ним относимся».

На МАКСе, напомню, макета не было. COMAC в московском авиасалоне не участвовала, значит, и их макет не появился. ОАК собственный еще не сделала.

Взлет на политике

Переговоры о совместном строительстве самолета страны вели почти десять лет. В 2009 году Алексей Федоров (тогда президент ОАК) прогнозировал, что третий игрок в мировом авиапроме появится именно «в результате совместных проектов России и Китая». Правда, признавался, что все очень непросто: «Для отдельно взятой страны создание большого самолета может стать крайне сложной задачей. Но могу сказать, в чем основная сложность [переговоров]: и Россия, и Китай хотят быть лидером проекта. Хотя оптимальный вариант — разделение рисков 50 на 50».

Проект несколько лет имел статус «идут консультации». Проще говоря, им никто толком не занимался — ОАК, да и Россия в целом тогда больше надежд связывали с Западом, чем с Востоком (чего стоит эпопея про продвижению Sukhoi Superjet 100). Китаю наверняка тоже было не до большого самолета: страна, не имея сильного инженерного бэкграунда, спешно набиралась компетенций в авиапроме — в частности, запустила программу регионального самолета ARJ21.

Путин на встречах с китайскими лидерами не раз заявлял о необходимости объединить усилия по созданию широкофюзеляжного самолета, «чтобы занять достойное место на мировых рынках». В 2011 году в разговоре с председателем КНР Ху Цзиньтао он отмечал, что все больше и больше закупается американской и европейской авиатехники, тогда как «такие страны, как Россия и Китай, в состоянии и должны иметь собственное производство».

В 2012 году к власти в Китае пришел Си Цзиньпин. Тема большого самолета не исчезла из повестки встреч глав государств, но и движения в проекте не прибавилось.

Процесс заметно ускорился в 2014 году — под воздействием как внутренних, так и внешних обстоятельств. В обеих странах окончательно сформировались большие государственные авиапромышленные конгломераты; против России ввели санкции Европа и США, а Си Цзиньпин во время визита на завод COMAC выразил сожаление, что отсутствие собственных самолетов делает Китай зависимым от иностранных авиапроизводителей. В мае 2014 года, когда Путин был в Китае, ОАК и COMAC подписали меморандум о сотрудничестве. В июне 2016 года — опять же во время визита Путина в Пекин — страны дошли до межправительственного соглашения. Тогда же появилась ясность по созданию совместного предприятия (СП): в проекте нет лидера, все делится поровну.

А в конце 2016 года Путин рассказал журналистам, что часть дивидендов Роснефтегаза пойдет на создание мощного авиационного двигателя (тягой 35 тонн), что «позволит вместе с нашими китайскими друзьями создать широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (про двигатели нужно писать отдельную историю, учитывая, что и Китай намерен строить свой двигатель). Роснефтегаз на 100% принадлежит государству, владеет контрольным пакетом Роснефти, акциями Газпрома и Интер РАО. По словам Путина, Роснефтегаз — это еще один бюджет правительства. Это же и источник финансирования проектов регионального Ил-114 и широкофюзеляжного Ил-96-400, которые активно лоббирует вице-премьер Дмитрий Рогозин.

Кстати, возврат к Ил-96-400 объясняется сохранением компетенций как раз для российско-китайского самолета. Эта аргументация, правда, возникла совсем недавно — считай, задним числом (то есть мотивом это быть не могло). И еще момент: на заре переговоров Россия предлагала строить широкофюзеляжный самолет на базе Ил-96, но китайцы отказались, настояв на создании с нуля.

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Общий, но китайский

В начале 2017 года ОАК и COMAC учредили компанию China-Russia Aircraft International Commercial Corporation (CRAIC). «А ведь craic по-английски — „кутеж". Неплохое название для совместного проекта!» — шутят злые языки. Участники проекта, впрочем, настроены серьезно — открыли офис, назначили руководство, распределили работы. Они стараются выдержать заданную линию, когда всё 50 на 50. Офис находится в Шанхае, поближе к линии финальной сборки — заводу COMAC. В Москве будет открыт инженерный центр. Гендиректором СП назначен менеджер COMAC, а председателем совета директоров — менеджер ОАК. В совете директоров восемь человек, по четыре от каждой стороны.

«По разделению работ, которое относится исключительно к планеру, мы договорились, что крыло, центроплан, хвостовое оперение — это производство в России. Непосредственно сам фюзеляж и окончательная сборка — это Шанхай. Там колоссальный завод, хорошо оснащенный, который, на наш взгляд, позволяет осуществлять и третий проект [наравне со сборкой ARJ21 и С919]», — говорил Слюсарь в Ле-Бурже. Место, выбранное для сборки, объясняется близостью к целевым рынкам. А опасения, что самолет в итоге станет китайским, Слюсарь называет необоснованными: «Мы будем иметь возможность проникнуть на рынок, на котором продается в десять раз больше самолетов, чем на российском, и мы будем иметь гарантированный спрос на много лет вперед, хотя бы только на китайском рынке. Таких возможностей у любых производителей немного, ими нужно очень дорожить».

Слюсарь не берется оценивать вклад каждой из сторон: «Мы исходим из идеологии; несмотря на то что это проект двух компаний и даже двух стран, создавать самолет может только одна команда. Не получится у двух команд один самолет». Несколько философски Слюсарь говорит и про финансирование самолета: «Это капиталоемкий проект, конечно. Вы должны представлять, что самолет от 8 до 12 лет разрабатывается, потом примерно 30-40 лет выпускается и еще 40-50 лет летает. История про новый самолет на века, на столетия. И здесь любые расчеты носят достаточно условный характер как с точки зрения прогнозирования, так и тех эффектов, которые получаешь». По предварительным расчетам, на проект необходимо 13-20 миллиардов долларов.

Строительство самолета должно начаться с базовой версии: вместимость 280 кресел, дальность 12 тысяч км. Завершение эскизного проектирования и его защита запланированы на конец 2018 года. Первый твердый контракт ожидается в 2019 году, первый полет — в 2023-м, старт поставок — в 2026-м, об этом говорилось в технико-экономическим обосновании проекта (ТЭО), которое подготовила ОАК.

В российских прогосударственных СМИ (да и в китайских, говорят, тоже) еще не существующий самолет окрестили «убийцей» Airbus и Boeing. Возникла лишь путаница в том, какие именно типы самолетов предстоит «убить». Если исходить из заявлений Слюсаря, то это A350 и B787. Если послушать топ-менеджера COMAC Го Бочжи, то А330 и В777.

Все перечисленные самолеты относятся к категории дальнемагистральных широкофюзеляжных. Но есть принципиальная разница: А350 и В787 — это новинки глобального авиапрома, более чем на 50% сделанные из композитных материалов (что подразумевает несколько иной производственный цикл). А330 и В777 — самолеты так называемого предыдущего поколения, с преимущественным использованием алюминия. А вообще говорить о конкуренции преждевременно: российско-китайский самолет поступит в эксплуатацию через десять лет (как говорится в ТЭО); едва ли все это время в Airbus и Boeing будут сидеть сложа руки.

Но еще задолго до выхода на рынок проект может столкнуться с большим количеством подводных камней. И неизвестно, какие он сможет обойти, а какие — нет. Самые очевидные риски такие. Политические — проект очень долгий во времени, что с ним произойдет при смене лидеров стран? Экономические — единственный источник финансирования — бюджет; и Россия, и Китай переживают не самые лучшие времена в экономике, и прогнозы не обнадеживают. Корпоративные — достаточно вспомнить, как непросто уживаются Германия и Франция в Airbus; и это страны с общей культурой. Наконец, ментальные — языковые барьеры, разность моделей поведения и прочие, казалось бы, мелочи, которые могут осложнять процесс, вплоть до его остановки.

Китай. Россия > Авиапром, автопром > inosmi.ru, 27 июля 2017 > № 2257937 Анастасия Дагаева


Китай. Россия. Литва > Армия, полиция > inosmi.ru, 25 июля 2017 > № 2257926

Пекин поддерживает действия России в Балтийском море

Агнешка Каминьска (Agnieszka Kamińska), Polskie Radio, Польша

Интервью с экспертом варшавского Центра восточных исследований Марчином Качмарским

— Polskie Radio: Россия и Китай проводят совместные учения в Балтийском море. Это первые учения такого рода, как к ним относиться?

— Марчин Качмарский (Marcin Kaczmarski): Обращу внимание, что это не первые морские маневры России и Китая: их проводят регулярно с 2012 года. Новинкой стало место проведения, до этого они проходили в Восточной Азии — в Желтом, Южно- и Восточно-Китайском морях. Один раз они разворачивались в Средиземном море, но это было связано, скорее, с динамикой развития ситуации вокруг Сирии, а не с широкой стратегией.

В этих учениях важен в первую очередь политический аспект, военное значение второстепенно. Они, конечно, помогут российскому и китайскому флоту наладить взаимодействие, станут возможностью выработать какие-то формы сотрудничества, но самое важное в данном случае — политические сигналы, которые хотят послать обе стороны.

— Что это за сигналы?

— Россия хотела бы показать миру, что она пользуется политической поддержкой Пекина, а Китай стал практически ее союзником. Конечно, ни Москва, ни Пекин не используют этого слова открыто. Китайцы говорят, что две страны не состоят в военно-политическом союзе. Кремль хочет послать сигнал, что Китай поддерживает его действия в Балтийском море. Напомню, как действуют россияне в этом регионе: их флот и авиация устраивают там провокации против стран НАТО.

Китай, в свою очередь, стремится показать, что он обладает океанским флотом глобального значения, который действует не только в Восточной Азии, в ближайших к Китаю морях, но и (практически как американцы) способен проводить операции вдали от своих баз.

— Существует ли в реальности союз России и Китая? Что склонило Пекин принять участие в учениях, которые проходят в регионе, оказавшимся в центре внимания в период нарастания напряженности между Россией и Западом? Там, где Москва демонстрирует свои агрессивные намерения?

— Это все еще нельзя назвать союзом. Поддержка очень хрупка. У Китая есть свои притязания в Южно-Китайском море, но Россия открыто их не поддерживает. В свою очередь, Пекин не поддерживает претензии Москвы в Балтийском море.

Представляется, что китайцы, которые сделали серьезный шаг, отправив свои корабли в Балтийское море, будут ожидать от россиян ответного шага, например, политической поддержки в вопросе претензий Китая в Южно- или Восточно-Китайском море.

— Учения — это сигнал, что китайцы поддерживают агрессивные шаги Москвы в Балтийском море?

— Можно интерпретировать это так. В любом случае Китай показывает, что его действия могут не всегда совпадать с экономической повесткой. Пекин завязал хорошие экономические отношения в регионе Балтики, достаточно взглянуть на недавние визиты в государства Восточно-Центральной Европы. Однако китайцы демонстрируют, что их интересы имеют глобальный масштаб: с одной стороны, они поддерживают отношения с государствами региона, но с другой — посылают стратегический сигнал США. С китайской точки зрения основной адресат сигналов — американцы, а не европейские страны.

Союза России и Китая до сих пор не существует: ни одна из сторон не хочет открыто поддерживать агрессивную политику партнера. Они показывают, что будут делать то, что им выгодно, ориентируясь не только на экономические интересы.

— Что будет в таком случае с проектом Шелкового пути? Как он вписывается в этот контекст?

— Сложно говорить о стройной стратегии. Новый Шелковый путь (или, как говорят китайцы, инициатива «Один пояс и один путь») должен помочь Китаю заручиться поддержкой других стран, создать ему положительный имидж. Я думаю, китайские политические элиты не осознали, что отправка кораблей в Балтийское море противоречит такой политике.

Возможно, дело в отсутствии координации или в существовании разных фракций, одна из которых придерживается умеренных позиций, а другая хочет продемонстрировать возможности размещения военного флота. Участие в учениях с российскими военными отнюдь не улучшит имидж Китая в регионе. Если Шелковый путь можно назвать эффективным инструментом создания положительного образа Пекина в Европе, то военные маневры с Россией этому образу повредят.

— Россия готовит почву для новых операций? Эти учения были нужны в первую очередь ей.

— Что происходит на самом деле, остается вопросом: это может быть как стремление сохранить статус-кво, так и подготовка к новым агрессивным действиям. Что касается Китая, он точно не станет делать Москве подарков. Он будет ждать от нее ответных шагов.

Китай. Россия. Литва > Армия, полиция > inosmi.ru, 25 июля 2017 > № 2257926


Китай > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254499 Руслан Алиханов

Го, порты и деньги. Зарисовки о фактической стратегии Китая

Алиханов Руслан

Президент инвестиционной компании «Арго»

Реальная стратегия Китая отличается от декларируемой. Ключ к ней поможет подобрать старинная поговорка «Все реки впадают в море» и игра Го.

Профессиональные переговорщики хорошо понимают разницу между заявляемой и фактической стратегией переговоров. Чтобы понять реализуемую на практике стратегию Китая, стоит поехать в Джибути — африканское государство, про которое вряд ли слышало большинство читателей. Крошечная страна с населением меньше миллиона человек, Джибути занимает исключительное стратегическое положение в качестве «ворот» Баб-эль-Мандебского пролива, разделяющего Африку и Азию.

Джибути — первое место в мире, где Китай создал свою зарубежную военную базу (начала функционировать в феврале 2017 года), и единственное место в мире, где американские и китайские военные в прямом смысле слова стоят лицом к лицу (там находится единственная военная база США в Африке). Официально объявив о партнерстве с правительством Джибути и желании вложить примерно $15 млрд менее двух лет назад, китайцы в рекордные сроки построили сверхсовременный объект инфраструктуры с отдельным военным объектом, официально называемым «базой материально-технического снабжения». Автора этих строк поразило высочайшее качество работ и специфическое китайское чувство юмора: военный объект украшен надписями China Civil — мол, объект гражданской инфраструктуры. В этом желании приуменьшить свою мощь и аккуратно заявить об истинных геостратегических приоритетах и лежит ключ к растущим амбициям Китая и фактической, а не заявляемой стратегии страны. Но сначала — немного об интеллектуальных играх, определяющих мироощущение.

Го против шахмат

Национальным советским видом интеллектуального спорта были шахматы, которые учат сфокусированно просчитывать многоходовые комбинации с целью полного поражения противника: фигуры исчезают с доски, оставляя простор победителю. Национальный интеллектуальный спорт Китая Го (в китайской транскрипции wei qi, что в переводе означает «игра окружения»), один из четырех столпов классического образования, учит игроков концепции стратегического окружения противника. В то время как шахматы служат идее абсолютного превосходства и полного поражения противника, Го учит относительному превосходству и не допускает стратегической пустоты: фигуры остаются на доске, но лишены возможности маневра.

Генри Киссинджер в своей книге «О Китае» проводит параллель между игрой Го и стратегией, реализуемой на практике КНР: «В то время как западная традиция высоко ценит решающее сражение и воспевает акты героизма, китайский идеал [стратегии] подчеркивает тонкость, изысканность и терпеливое накопление преимущества». Во главу сегодняшней стратегии поставлена так называемая «Жемчужная нить», соединяющая, как камни в игре Го, ключевые опорные пункты военно-морского присутствия КНР. Почему именно военно-морского?

Военная стратегия против школьной географии

Школьная география — предмет, изучаемый и преподаваемый совершенно неверно: география изучается по массивам суши, а Мировой океан воспринимается как «пустое место между континентами». При этом на «пустое место» приходится 71% поверхности планеты и 90% объемов мировой торговли.

Официальная военная доктрина КНР, опубликованная в мае 2015 года, гласит: «...(Мировой) Океан является гарантом мирного существования и устойчивого развития Китая. Традиционная ментальность, провозглашающая догмат суши над (Мировым) океаном, должна быть отброшена... Огромное значение должно придаваться присутствию в (Мировом) океане с целью защиты коммуникаций и зарубежного присутствия Китая».

Отражающая тот факт, что КНР — крупнейший экспортер и второй крупнейший импортер на планете, новая «Большая игра» в геополитике — на этот раз между КНР и США, а не между Российской и Британской империями — уже началась. При этом ближайшие практические цели КНР носят скорее не военный, а коммерческий характер. Дело в том, что хотя ВМФ Китая и является самым быстрорастущим на планете, он все еще не составляет конкуренции американскому (например, из 36 авианосцев в мире 31 принадлежит американцам и их союзникам, и лишь один является китайским, да и то купленным у Украины по сомнительной схеме — как металлолом после развала СССР).

Совсем другая картина вырисовывается, если посмотреть на возможности торгового флота и портовую инфраструктуру. Уже сегодня китайские судоходные компании перевозят больше грузов, чем судоходные компании любой другой нации на планете. Китайский рыбопромысловый флот (свыше 200 000 единиц) — крупнейший и один из самых современных в мире. Основа глобальной торговли — контейнерные перевозки, где почти две трети объемов перевалки, осуществляемой крупнейшими контейнерными портами на планете, так или иначе имеют китайских инвесторов (рост на 20% за последние несколько лет).

Поскольку Джибути является только частью амбициозного плана Цзиньпина по превращению Китая в океанскую супердержаву, китайцы активно инвестируют в порты и совмещенную инфраструктуру по всей планете: за последние несколько лет объем китайских инвестиций более чем в 40 портов и совмещенную инфраструктуру уже превысил $100 млрд. География инвестиций глобальна: от Джибути и Гвадара в Пакистане (только в этот проект КНР планирует вложить около $54 млрд) до Дарвина в Австралии.

О самом грандиозном инфраструктурном проекте современности чуть подробнее.

Деньги против идеологии

Если глобальное противостояние СССР и США как супердержав было в первую очередь противостоянием идеологий, то возросшая роль Китая как сверхдержавы на мировой авансцене не несет никакой идеологической нагрузки. Щекотливость положения в том, что Коммунистическая партия Китая выступает апологетом глобализации, экономического либерализма и сложившейся системы международных взаимоотношений. Как сказал бывший заместитель госсекретаря США Роберт Хорматс, Пекин перехватывает «роль ответственного лидера и считает опасным отход США с лидерских позиций в мировой торговле и финансовом порядке».

В январе 2017 года Китай послал в Давос представительную делегацию во главе с председателем Си Цзиньпином. До сих пор руководители КНР не посещали форум. Во время форума Си заявил: «Нужно развивать открытую мировую экономику. Не нужно прятаться в порту каждый раз, когда сталкиваешься со штормом». Си всегда тщательно взвешивает слова, и выбор аналогии с портами вряд ли носит случайный характер.

Китай, что называется, puts its money where its mouth is — подкрепляет свои слова значительными финансовыми средствами. Так, в середине мая в Пекин приглашены лидеры 28 государств для участия в саммите по созданию «нового Шелкового пути» — ключевой части плана КНР по инвестированию беспрецедентной суммы в $1 трлн (!) в трансформацию транспортных и торговых коммуникаций по всей планете.

Формально ближайшие практические усилия КНР уже институционализированы как проект One Belt One Road («Один Путь, Одна Дорога»), ставящий целью восстановление торговых путей Великого шелкового пути более чем в 60 странах мира. Проект состоит из двух частей — «Пути» — морской части, относящейся к поддерживающей морской торговле, и «Дороги» — сухопутной части, обеспечивающей стабильность китайского экспорта в Европу через страны Центральной Азии. Вот что говорит о One Belt One Road китайский министр иностранных дел Ван И: «Данный проект — самое большое общественное благо, которое Китай дарит человечеству. Он предложен КНР, но создан не только для неe, а для всех стран человечества».

Возникшее в Древнем Риме и получившее широкое распространение благодаря французскому баснописцу Жану Лафонтену выражение «Все дороги ведут в Рим» имело буквальный смысл: Римской империи как централизованной супердержаве древности необходимо было обеспечить себе прямую коммуникацию с любой из провинций. В свою очередь, старая китайская поговорка гласит: «Все реки впадают в море». Во многом в этой фразе и заключается ключ к фактической стратегии супердержавы XXI века: создание общественного блага для всего человечества, основным бенефициаром которого в первую очередь является создатель.

Китай > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254499 Руслан Алиханов


Китай. Россия > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 24 июля 2017 > № 2253638 Анастасия Дагаева

Третье место на двоих. Как Китай и Россия начинают строить широкофюзеляжный самолет

Анастасия Дагаева

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing

Вчера, 23 июля, завершился аэрокосмический салон МАКС-2017; его главным гостем, как всегда, стал Владимир Путин. Он посмотрел на истребитель пятого поколения Т-50, послушал про среднемагистральный пассажирский самолет МС-21 и даже заглянул на стенд Boeing. Казалось, что и совместному российско-китайскому самолету тоже будет уделено внимание. Самолета, конечно, нет. Но за год в рамках этого проекта произошло столько событий (в том числе с участием Путина), что было бы странно его проигнорировать. Тем не менее на МАКСе информация о большом самолете, который должны вместе построить Россия и Китай, появлялась совсем эпизодически. Не добрался до подмосковного Жуковского и внушительных размеров макет самолета, сделанный Commercial Aircraft Corporation of China (COMAC).

Впервые макет был показан на Airshow China в ноябре 2016 года – случилась, можно сказать, премьера. Ради этого события в Чжухай на один день прилетели министр промышленности Денис Мантуров и президент Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) Юрий Слюсарь. Вместе с китайскими коллегами они под прицелом множества камер торжественно сдернули с макета красную материю.

С макетом COMAC приехала и на Paris Airshow 2017, что ознаменовало уже международную презентацию проекта. Макет стоял на стенде китайского авиапроизводителя, где фоном шли кадры со встреч Си Цзиньпина и Владимира Путина.

Отдельная интрига – название самолета. В российской версии он просто «широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (ШФДМС). В китайской – С929 (или С9Х9), то есть следующий в линейке после недавно взлетевшего С919.

В Ле-Бурже макет самолета, впрочем, проходил как LRWBCA (Long-Range Wide-Body Civil Aircraft; в переводе на русский тот же ШФДМС). Труднопроизносимая аббревиатура что на русском языке, что на английском вызывает вопрос: а когда уже у самолета появится звучное официальное имя? Слюсарь говорит, что еще не думали: «У самолета нет названия, и мы пока на эту тему не напрягаемся. Если у вас есть какие-то фантазии [по названию], то буду вам благодарен. У китайцев же, как у людей достаточно последовательных, есть определенные подходы к наименованию своих самолетов. Мы с уважением к ним относимся».

На МАКСе, напомню, макета не было. COMAC в московском авиасалоне не участвовала, значит, и их макет не появился. ОАК собственный еще не сделала.

Взлет на политике

Переговоры о совместном строительстве самолета страны вели почти десять лет. В 2009 году Алексей Федоров (тогда президент ОАК) прогнозировал, что третий игрок в мировом авиапроме появится именно «в результате совместных проектов России и Китая». Правда, признавался, что все очень непросто: «Для отдельно взятой страны создание большого самолета может стать крайне сложной задачей. Но могу сказать, в чем основная сложность [переговоров]: и Россия, и Китай хотят быть лидером проекта. Хотя оптимальный вариант – разделение рисков 50 на 50».

Проект несколько лет имел статус «идут консультации». Проще говоря, им никто толком не занимался – ОАК, да и Россия в целом тогда больше надежд связывали с Западом, чем с Востоком (чего стоит эпопея про продвижению Sukhoi Superjet 100). Китаю наверняка тоже было не до большого самолета: страна, не имея сильного инженерного бэкграунда, спешно набиралась компетенций в авиапроме – в частности, запустила программу регионального самолета ARJ21.

Путин на встречах с китайскими лидерами не раз заявлял о необходимости объединить усилия по созданию широкофюзеляжного самолета, «чтобы занять достойное место на мировых рынках». В 2011 году в разговоре с председателем КНР Ху Цзиньтао он отмечал, что все больше и больше закупается американской и европейской авиатехники, тогда как «такие страны, как Россия и Китай, в состоянии и должны иметь собственное производство».

В 2012 году к власти в Китае пришел Си Цзиньпин. Тема большого самолета не исчезла из повестки встреч глав государств, но и движения в проекте не прибавилось.

Процесс заметно ускорился в 2014 году – под воздействием как внутренних, так и внешних обстоятельств. В обеих странах окончательно сформировались большие государственные авиапромышленные конгломераты; против России ввели санкции Европа и США, а Си Цзиньпин во время визита на завод COMAC выразил сожаление, что отсутствие собственных самолетов делает Китай зависимым от иностранных авиапроизводителей. В мае 2014 года, когда Путин был в Китае, ОАК и COMAC подписали меморандум о сотрудничестве. В июне 2016 года – опять же во время визита Путина в Пекин – страны дошли до межправительственного соглашения. Тогда же появилась ясность по созданию совместного предприятия (СП): в проекте нет лидера, все делится поровну.

А в конце 2016 года Путин рассказал журналистам, что часть дивидендов «Роснефтегаза» пойдет на создание мощного авиационного двигателя (тягой 35 тонн), что «позволит вместе с нашими китайскими друзьями создать широкофюзеляжный дальнемагистральный самолет» (про двигатели нужно писать отдельную историю, учитывая, что и Китай намерен строить свой двигатель). «Роснефтегаз» на 100% принадлежит государству, владеет контрольным пакетом «Роснефти», акциями «Газпрома» и «Интер РАО». По словам Путина, «Роснефтегаз» – это еще один бюджет правительства. Это же и источник финансирования проектов регионального Ил-114 и широкофюзеляжного Ил-96-400, которые активно лоббирует вице-премьер Дмитрий Рогозин.

Кстати, возврат к Ил-96-400 объясняется сохранением компетенций как раз для российско-китайского самолета. Эта аргументация, правда, возникла совсем недавно – считай, задним числом (то есть мотивом это быть не могло). И еще момент: на заре переговоров Россия предлагала строить широкофюзеляжный самолет на базе Ил-96, но китайцы отказались, настояв на создании с нуля.

Судя по тому, как самолет опекают Владимир Путин и Си Цзиньпин, это политический проект. У России и Китая большие амбиции: они хотят быть в немногочисленной высшей лиге государств с собственным гражданским авиапромом наравне с США и Европой. Ради этих амбиций страны даже готовы объединиться, ведь поодиночке им не одолеть ни Airbus, ни Boeing.

Общий, но китайский

В начале 2017 года ОАК и COMAC учредили компанию China-Russia Aircraft International Commercial Corporation (CRAIC). «А ведь craic по-английски – «кутеж». Неплохое название для совместного проекта!» – шутят злые языки. Участники проекта, впрочем, настроены серьезно – открыли офис, назначили руководство, распределили работы. Они стараются выдержать заданную линию, когда всё 50 на 50. Офис находится в Шанхае, поближе к линии финальной сборки – заводу COMAC. В Москве будет открыт инженерный центр. Гендиректором СП назначен менеджер COMAC, а председателем совета директоров – менеджер ОАК. В совете директоров восемь человек, по четыре от каждой стороны.

«По разделению работ, которое относится исключительно к планеру, мы договорились, что крыло, центроплан, хвостовое оперение – это производство в России. Непосредственно сам фюзеляж и окончательная сборка – это Шанхай. Там колоссальный завод, хорошо оснащенный, который, на наш взгляд, позволяет осуществлять и третий проект [наравне со сборкой ARJ21 и С919]», – говорил Слюсарь в Ле-Бурже. Место, выбранное для сборки, объясняется близостью к целевым рынкам. А опасения, что самолет в итоге станет китайским, Слюсарь называет необоснованными: «Мы будем иметь возможность проникнуть на рынок, на котором продается в десять раз больше самолетов, чем на российском, и мы будем иметь гарантированный спрос на много лет вперед, хотя бы только на китайском рынке. Таких возможностей у любых производителей немного, ими нужно очень дорожить».

Слюсарь не берется оценивать вклад каждой из сторон: «Мы исходим из идеологии; несмотря на то что это проект двух компаний и даже двух стран, создавать самолет может только одна команда. Не получится у двух команд один самолет». Несколько философски Слюсарь говорит и про финансирование самолета: «Это капиталоемкий проект, конечно. Вы должны представлять, что самолет от 8 до 12 лет разрабатывается, потом примерно 30–40 лет выпускается и еще 40–50 лет летает. История про новый самолет на века, на столетия. И здесь любые расчеты носят достаточно условный характер как с точки зрения прогнозирования, так и тех эффектов, которые получаешь». По предварительным расчетам, на проект необходимо $13–20 млрд.

Строительство самолета должно начаться с базовой версии: вместимость 280 кресел, дальность 12 тысяч км. Завершение эскизного проектирования и его защита запланированы на конец 2018 года. Первый твердый контракт ожидается в 2019 году, первый полет – в 2023-м, старт поставок – в 2026-м, об этом говорилось в технико-экономическим обосновании проекта (ТЭО), которое подготовила ОАК.

В российских прогосударственных СМИ (да и в китайских, говорят, тоже) еще не существующий самолет окрестили «убийцей» Airbus и Boeing. Возникла лишь путаница в том, какие именно типы самолетов предстоит «убить». Если исходить из заявлений Слюсаря, то это A350 и B787. Если послушать топ-менеджера COMAC Го Бочжи, то А330 и В777.

Все перечисленные самолеты относятся к категории дальнемагистральных широкофюзеляжных. Но есть принципиальная разница: А350 и В787 – это новинки глобального авиапрома, более чем на 50% сделанные из композитных материалов (что подразумевает несколько иной производственный цикл). А330 и В777 – самолеты так называемого предыдущего поколения, с преимущественным использованием алюминия. А вообще говорить о конкуренции преждевременно: российско-китайский самолет поступит в эксплуатацию через десять лет (как говорится в ТЭО); едва ли все это время в Airbus и Boeing будут сидеть сложа руки.

Но еще задолго до выхода на рынок проект может столкнуться с большим количеством подводных камней. И неизвестно, какие он сможет обойти, а какие – нет. Самые очевидные риски такие. Политические – проект очень долгий во времени, что с ним произойдет при смене лидеров стран? Экономические – единственный источник финансирования – бюджет; и Россия, и Китай переживают не самые лучшие времена в экономике, и прогнозы не обнадеживают. Корпоративные – достаточно вспомнить, как непросто уживаются Германия и Франция в Airbus; и это страны с общей культурой. Наконец, ментальные – языковые барьеры, разность моделей поведения и прочие, казалось бы, мелочи, которые могут осложнять процесс, вплоть до его остановки.

Китай. Россия > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 24 июля 2017 > № 2253638 Анастасия Дагаева


Китай > Транспорт > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253221

На днях восточная терминальная зона и третья взлетно-посадочная полоса /ВПП/ Чунцинского международного аэропорта Цзянбэй прошли официальную приемку и были признаны готовыми к работе.

После введения в эксплуатацию нового терминала Т3A и третьей ВПП класс аэропорта будет повышен до "4F", и данный воздушный транспортный узел станет единственным в Центральном и Западном Китае аэропортом с тремя ВПП. Об этом сообщила администрация аэропорта.

По сообщению, проект расширения аэропорта Цзянбэй был утвержден в августе 2013 г., строительные работы были завершены в этом месяце. Проект был сориентирован на 2020 г. и рассчитан на обслуживание 45 млн пассажиров и 1,1 млн тонн грузов в год, а также на 373 тыс. взлетно-посадочных операций.

Общая строительная площадь терминала Т3А составляет 537 тыс. кв. метров, что в 2,5 раза превышает совокупную площадь действующих терминалов Т1, Т2A и Т2B. В том числе общая площадь навесного стеклянного фасада с тросовой системой составляет 75 тыс. кв. метров - это крупнейшая подобная система в Азии.

Длина новой ВПП аэропорта составляет 3800 метров, а ширина - 75 метров. Она будет способна принимать крупнейший на сегодняшний день в мире авиалайнер - А380. На данной полосе также установлена курсо-глиссадная система III категории, с помощью которой самолеты могут успешно совершать взлеты и посадки в особых погодных условиях с видимостью 200 метров, что позволяет значительно повысить гарантию выполняемости рейсов.

Китай > Транспорт > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253221


Китай. Италия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253216

В итальянской Флоренции сегодня в первой половине дня торжественно открылся Глобальный конгресс этнических китайцев и китайских эмигрантов по содействию мирному воссоединению Китая /Флоренция-2017/. Данный конгресс проводится Итальянской ассоциацией содействия мирному воссоединению Китая и посвящен теме "Приверженность "консенсусу 1992 года", интегрированное развитие берегов Тайваньского пролива, совместное участие в китайской мечте". На церемонии открытия конгресса выступил заместитель председателя ПК ВСНП, председатель ЦК Демократической лиги Китая, заместитель председателя Ассоциации содействия мирному воссоединению Китая Чжан Баовэнь.

Чжан Баовэнь в выступлении полностью одобрил важный вклад соотечественников из Сянгана, Аомэня и Тайваня, а также живущих за рубежом этнических китайцев в великое дело мирного развития связей между берегами Тайваньского пролива и содействия мирному воссоединению родины. Он отметил, что соотечественники из Сянгана, Аомэня и Тайваня, а также живущие за рубежом этнические китайцы являются важной силой в продвижении развития связей между берегами Тайваньского пролива, содействии мирному воссоединению родины. Организации Ассоциации содействия мирному воссоединению Китая являются важными мостами и связующими звеньями для сплочения и связей между соотечественниками из Китая и зарубежных стран, основными кадрами и костяком глобального движения против стремления к тайваньской "независимости" и за содействие воссоединению.

Китай. Италия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253216


Китай > Судостроение, машиностроение. СМИ, ИТ. Экология > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253212

Самостоятельно разработанный Китаем автономный подводный робот "Таньсо" в понедельник совершил первое тестовое погружение в Южно-Китайском море.

Робот "Таньсо" длиной 3,5 м, высотой и шириной в 1,5 м способен погружаться на глубину 4,5 тыс. м. В течение 20 часов он будет проводить совместные операции с беспилотным глубоководным аппаратом "Фасянь".

Китайское судно "Кэсюэ" в воскресенье вышло из порта Сямэнь /провинции Фуцзянь, Восточный Китай/ и продолжило научную экспедицию в Южно-Китайском море.

В ходе второго этапа миссии на борту глубоководного аппарата "Фасянь" будет находиться самостоятельно разработанный Китаем рамановский спектрометр, способный определять физические и химические параметры и делать снимки бентоса.

Судно "Кэсюэ" вышло из порта Циндао 10 июля и направилось в Южно-Китайское море для проведения морской научной экспедиции. В пятницу завершился первый этап экспедиции, судно зашло в порт Сямэня для пополнения запасов.

Во время первого этапа экспедиции 12 разработанных Китаем подводных планеров вели научные наблюдения в Южно-Китайском море, передавая данные в реальном времени. Это самая масштабная группа подводных планеров, которые одновременно занимались наблюдением в данном районе.

Китай > Судостроение, машиностроение. СМИ, ИТ. Экология > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253212


Китай > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253206

Совокупный доход прессы и издательской индустрии в Китае в прошлом году достиг около 2,4 трлн юаней /более 349,48 млрд долл США/, увеличившись на 9 проц. по сравнению с предыдущим годом. Таковы данные Главного государственного управления КНР по делам печати, издательств, радиовещания, кинематографии и телевидения, опубликованные в понедельник.

Согласно докладу ведомства, прибыль, созданная в секторе цифровой публикации, в прошлом году составила 572,09 млрд юаней, что равняется одной трети общих доходов отрасли.

В докладе говорится, что влияние тематических публикаций и ведущих СМИ в Китае повысилось в 2016 году.

Кроме того, в прошлом году из Китая была экспортирована печатная, видео- и цифровая издательская продукция общей стоимостью 110 млн долл при увеличении на 5 проц. по сравнению с предыдущим годом.

Китай > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253206


Китай. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253200

МВФ в понедельник увеличил прогноз по экономическому росту Китая в 2017 и 2018 годах до 6,7 и 6,4 проц. соответственно. Об этом говорится в распространенном этой организацией в понедельник в столице Малайзии бюллетене "Перспективы развития мировой экономики".

Уже третий раз в этом году МВФ увеличил прогноз экономического роста Китая в 2017 году. Как отметили в МВФ, причиной увеличения прогноза является сильный рост китайской экономики в первом квартале этого года и вероятное продолжение бюджетной поддержки.

По мнению МВФ, восстановление глобальной экономики продолжается, и в этом и будущем году рост мировой экономики составит 3,5 проц и 3,6 проц соответственно, что совпадает с апрельским прогнозом.

Кроме того, прогноз роста развитых экономических субъектов остался без изменений -- 2 проц, а в будущем году снизится до 1,9 проц, что на 0,1 проц пункта меньше, чем в прогнозе в апреле. Экономический рост США в этом и будущем годах составит 2,1 проц, что на 0,2 проц и 0,4 проц ниже по сравнению с апрельским прогнозом.

МВФ увеличил экономический рост в зоне евро в этом и будущем годах на 0,2 проц и 0,1 проц до 1,9 проц и 1,7 проц соответственно. В Японии в этом году экономический рост достигнет 1,3 проц, а в будущем году -- 0,6 проц.

Как говорится в бюллетене, рост экономических субъектов с формирующимися рынками и развивающихся стран в 2017 году составит 4,6 проц, что на 0,1 выше апрельского прогноза, а в 2018 году рост экономики сохранится на уровне 4,8 проц.

Китай. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253200


Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2248781 Леонид Ковачич

Большой брат 2.0. Как Китай строит цифровую диктатуру

Леонид Ковачич

Став во главе Китая, Си Цзиньпин начал с жесткой борьбы с коррупционерами в рядах партийцев, а теперь намерен взяться за все общество. С помощью цифровых технологий и big data система будет анализировать данные о каждом гражданине, присваивая ему индивидуальный рейтинг. Законопослушных обладателей высокого рейтинга ждут льготы и поощрения, низкого – трудности и остракизм

За современным Китаем надежно закрепился образ большой копировальной машины, которая способна только модифицировать и тиражировать чужие достижения. Но сейчас, кажется, для китайцев настало время подарить миру собственное изобретение, сопоставимое по своему масштабу с созданными ими когда-то бумагой, порохом и компасом. Китай изобретает цифровую диктатуру.

Кто идейный вдохновитель?

Представьте себе мир, где есть высший разум, всевидящее око, которое знает о тебе больше, чем ты сам. Оценивается каждый твой поступок, даже мелкие прегрешения не остаются незамеченными и записываются тебе в минус. А добрые дела улучшают твою карму. Человечество давно задумывалось об этом: общим местом любой религии было наличие постулата, что ты можешь обмануть или быть обманутым, но небо все видит, и тебе обязательно воздастся по заслугам. Такая картина мира много тысяч лет существовала лишь на уровне веры. Но теперь, с появлением новых технологий, она становится реальностью. Всевидящее око XXI века пришло в Китай. И имя ему – система социального кредита.

Более точный по смыслу перевод этого термина – система социального доверия. О создании такой системы думали еще при прежнем председателе КНР Ху Цзиньтао, руководившем страной с 2002 по 2012 год. В 2007 году были опубликованы «Некоторые замечания канцелярии Госсовета КНР о создании системы социального кредита».

Тогда проект был очень похож на расширенную систему скоринга – оценки платежеспособности заемщика, которую производит компания FICO в США. «Используя международный опыт, совершенствовать системы скоринга в области кредитования, налогообложения, выполнения контрактов, качества продукции» – такая задача была поставлена в документе.

Уже после прихода к власти Си Цзиньпина Госсовет КНР в 2014 году опубликовал новый документ – «Программу создания системы социального кредита (2014–2020)» 2014–2020). В ней система изменилась до неузнаваемости.

Из программы следует, что к 2020 году не только каждая компания, но и каждый житель материкового Китая будет отслеживаться и оцениваться этой системой в режиме реального времени. Рейтинг доверия физлиц будет привязан к внутреннему паспорту. Рейтинги будут публиковаться в централизованной базе данных в интернете в свободном доступе.

Обладатели высокого рейтинга будут пользоваться различными социальными и экономическими льготами. А тем, у кого рейтинг будет плохой, придется страдать – на них обрушится вся мощь административных санкций и ограничений. Главная задача, и это прямым текстом указывается в «Программе Госсовета», чтобы «оправдавшие доверие пользовались всеми благами, а утратившие доверие не могли сделать ни шагу».

В середине декабря 2016 года Си Цзиньпин на заседании Политбюро ЦК КПК заявил: «Для борьбы с острой проблемой недостатка доверия нужно крепко взяться за создание системы оценки надежности, покрывающей все общество. Нужно совершенствовать как механизмы поощрения законопослушных и добросовестных граждан, так и механизмы наказания тех, кто нарушает закон и утратил доверие, чтобы человек просто не осмеливался, просто не мог потерять доверие».

Конечно, доподлинно неизвестно, кому именно в высшем руководстве КНР принадлежит идея создания такой системы. Но учитывая тот факт, что система преобразилась после прихода к власти нового поколения руководителей, а также то внимание, которое уделяет нынешний председатель КНР борьбе с коррупцией, можно предположить, что идейный вдохновитель всевидящей системы социального кредита сам Си Цзиньпин.

Отвечает за создание и внедрение в жизнь системы, судя по всему, Государственный комитет по развитию и реформам КНР. По крайней мере, именно он публикует разнообразные отчеты о том, как продвигается работа по созданию системы социального кредита. Текущую работу курирует замглавы комитета по развитию и реформам Лянь Вэйлан. Он также проводит совещания с отраслевыми ведомствами и ассоциациями, доносит до них указания, полученные от первых лиц страны.

Город-сказка

Система уже работает в пилотном режиме примерно в тридцати городах Китая. Передовиком в этом деле стал город Жунчэн в провинции Шаньдун. Всем жителям города (670 тысяч человек) дается стартовый рейтинг 1000 баллов. Далее в зависимости от их поведения рейтинг либо растет, либо падает. Разрозненная информация о жизни и деятельности гражданина поступает из муниципальных, коммерческих, правоохранительных, судебных органов в единый информационный центр, где обрабатывается с помощью технологии big data, и рейтинг гражданина, соответственно, либо повышается, либо снижается. В Жунчэне единый информационный центр анализирует, ни много ни мало, 160 тысяч различных параметров из 142 учреждений. Активно приветствуется и система доносов. Гражданину, сообщившему куда следует о всяких нехороших делах своего соседа, полагается как минимум пять баллов.

Какого-либо единого документа, где было бы четко прописано, что делать можно, а что нельзя и что за это будет, система не предполагает. Известно лишь, что если твой рейтинг больше 1050 баллов, то ты образцовый гражданин и маркируешься тремя буквами А. С тысячей баллов можно рассчитывать на АА. С девятьюстами – на B. Если рейтинг упал ниже 849 – ты уже подозрительный носитель рейтинга C, тебя выгонят со службы в государственных и муниципальных структурах.

А тем, у кого 599 баллов и ниже, несдобровать. Их записывают в черный список с припиской D, они становятся изгоями общества, их не берут почти ни на какую работу (даже в такси с черной меткой D работать нельзя), не дают кредиты, не продают билеты на скоростные поезда и самолеты, не дают в аренду автомобиль и велосипед без залога. Соседи от тебя шарахаются как от огня, ведь не дай бог кто-то увидит, как ты общаешься с человеком D, на тебя сразу донесут, и твой рейтинг тоже стремительно пойдет вниз.

Еще несколько примеров, как живется в Жунчэне людям с разными рейтингами. Тем, у кого рейтинг АА и выше, дают потребительский кредит до 200 тысяч юаней без залога и поручителей, по сниженной процентной ставке. Тот, у кого рейтинг А, может лечь в больницу без залога, если стоимость лечения не превышает 10 тысяч юаней. С рейтингами АА и ААА беззалоговая сумма увеличивается до 20 и 50 тысяч юаней соответственно. Практически святых людей ААА с порога больницы или поликлиники будет бесплатно сопровождать младший медперсонал, оказывать им всяческую помощь. Если надо – дадут инвалидную коляску без залога, женщинам сделают анализ на раннее выявление рака шейки матки и маммографию без предварительной записи. Здоровым жителям Жунчэна с рейтингом А+ дадут велосипед в аренду без залога, и первые полтора часа можно будет кататься бесплатно. Для сравнения: обладателям рейтинга С велосипед дадут только под залог 200 юаней.

Возникает вопрос: как зарабатывать рейтинги или хотя бы их не потерять? Власти Жунчэна говорят: это очень просто. Достаточно жить по закону, вовремя погашать кредиты, платить налоги, соблюдать правила ПДД (за каждое нарушение, помимо административного штрафа, также снимают от пяти баллов рейтинга), не нарушать морально-нравственные устои общества, и все будет в порядке. Не убрал во дворе за своей собакой – минус пять баллов. Проводил пожилого соседа до поликлиники – получил пять баллов, поясняет китайский информационный ресурс «Хуаньцюван».

Но проблема в том, что когда четко не оговорено, что можно, а что нельзя, то начинается административный произвол. Практически невинные люди могут пострадать. Представим себе ситуацию: человек поставил нестандартные колеса на машину и поехал из Жунчэна в теплый Гуанчжоу. Показания спидометра слегка искажаются, и по дороге камеры сфотографировали номер раз пятнадцать за незначительное превышение скорости. А 75 баллов – минус из кармы. По возвращении из поездки расстроенный водитель идет в аптеку покупать успокоительное. Расплачивается с помощью мобильного приложения, которое передает куда следует данные о покупках. Система оценивает его как психически неуравновешенного и снова понижает рейтинг. В результате образцовый патриот и общественник уже даже в таксисты не годится.

Как работает система?

Для юридических лиц правила игры сформулированы более четко. Компании проверяются на соответствие их деятельности экологическим, юридическим нормам, инспектируются условия и безопасность труда, финансовая отчетность. Если никаких претензий нет – компании присваивается высокий рейтинг и она пользуется льготным режимом налогообложения, хорошими условиями кредитования, по отношению к ней упрощаются административные процедуры по принципу «принятия неполного комплекта». Это значит, что если при обращении в какую-либо инстанцию компания представила неполный комплект документов, ее обращение все равно принимается в работу, а недостающие документы просто можно донести потом или даже прислать скан.

Тем, у кого низкий рейтинг, – дорогие кредиты, повышенные ставки налогов, запрет на эмиссию ценных бумаг, запрет на инвестирование в компании, акции которых торгуются на бирже, а также необходимость получать государственное разрешение на инвестирование даже в те отрасли, доступ к которым в принципе никак не ограничивается.

Но как именно будет функционировать система оценки социального доверия для физических лиц, до сих пор остается загадкой. Что известно на сегодняшний момент? Данные о человеке будут собираться из всевозможных государственных структур, правоохранительных и муниципальных органов, с одной стороны. С другой стороны, это указано в программе Госсовета, данные будут собирать восемь частных компаний.

Затем огромный массив данных будет поступать во Всекитайскую объединенную платформу кредитной информации, которая, кстати, уже работает. Она будет обрабатывать этот массив данных и формировать рейтинги. Рейтинги компаний можно будет посмотреть в Национальной информационной системе публичной кредитной информации для компаний, а данные о физических лицах – на информационном портале Credit China.

Первые две из восьми частных компаний, собирающих информацию, – Alibaba и Tencent. Почему выбраны именно эти компании, понятно. Tencent – владелец мессенджера WeChat, которым пользуются 500 млн человек. Alibaba – крупнейшая платформа интернет-торговли, которой пользуются 448 млн китайцев, а объем продаж составляет более $23 млрд. Причем и Tencent, и Alibaba активно осваивают финтех-индустрию: на сервисы мобильных платежей этих двух компаний – Alipay и WeChatPay – приходится 90% рынка мобильных платежей в Китае, объем которых достиг $5,5 трлн.

Какую информацию могут собрать эти компании? Самую ценную. Рынок мобильных приложений открывает практически безграничные возможности. Известно, что ты покупаешь, где покупаешь. По геолокации можно отследить, где бываешь, в какое время. Можно оценить твой реальный доход, сферу интересов, отследить, с кем и о чем ты общаешься в чате, что читаешь. Какие посты в социальных сетях пишешь, какой контент тебе по душе. Alibaba, которой не только принадлежит платформа Alipay, но и 31% в Weibo – крупнейшем китайском сервисе микроблогов c 340 млн пользователей, – знает о китайцах, пожалуй, больше, чем Министерство государственной безопасности.

Кстати, Alibaba уже запустила собственный рейтинговый сервис Sesame Credit. По какому алгоритму считаются рейтинги, компания держит в секрете. Известно лишь, что на рейтинг влияет, реальное ли имя ты указал при регистрации аккаунта в соцсетях, что ты пишешь, что читаешь и даже то, кто у тебя в друзьях. Если в друзьях люди с низким рейтингом – твой рейтинг тоже падает. Так что лучше не водиться с неблагонадежными личностями.

Также, по признанию технического директора Sesame Credit Ли Инъюня, на рейтинг влияют покупки. В интернете широко разошлась цитата из его интервью изданию Caixin, где Ли Инъюнь заявил, что «те, кто по 10 часов в день играет в компьютерные игры, будут считаться неблагонадежными, а те, кто регулярно покупает подгузники, вероятно, ответственные родители, и их рейтинг будет расти».

Эта тема широко обсуждалась среди пользователей китайского сервиса микроблогов Weibo, аналога Twitter. Они даже попытались разработать собственную стратегию повышения рейтингов. Так, например, блогеры утверждают, что если поддерживать на счете Alipay более 1000 юаней, хотя бы раз в три-пять дней совершать маленькие покупки, использовать сервисы по управлению благосостоянием и p2p-займам, например Zhaocaibao, то твой рейтинг в Sesame Credit значительно вырастет. Таким образом, есть версия, что консюмеризм может быть одним из существенных факторов благонадежности.

Под колпаком

В компании подчеркивают, что пока Sesame Credit – это пилотный проект и дело сугубо добровольное. Однако, во-первых, пользователей активно подталкивают предоставлять личную информацию и заманивают в сети рейтингов, играя на самых высоких чувствах. Например, на любви. Китайский сервис знакомств «Байхэ», аналог Tinder, обещает одиноким сердцам поднять их анкеты в результатах поиска на первые строчки, чаще высвечивать их профили на главной странице, если у них будет высокий рейтинг Sesame.

Во-вторых, многие даже не знают, что машина уже работает против них и они давно под колпаком. Взять, например, расплодившиеся в огромных количествах в Китае различные сервисы шеринга (краткосрочной аренды). Во всем мире в основном существует два типа шеринга: каршеринг (аренда автомобилей) и байкшеринг (аренда велосипедов). В Китае же в аренду можно взять и велосипеды, и зонтики, и зарядки для телефонов, и баскетбольные мячи.

Бизнес-модель такой аренды, как может показаться, крайне неэффективна. Аренда велосипеда в крупнейшем сервисе байкшеринга Ofo стоит всего полтора юаня в час, баскетбольный мяч в Zhulegeqiu можно взять поиграть за один юань в час, столько же стоят зонтики Molisan. Зачастую все эти вещи не оборудованы никакими датчиками геолокации, защитой от кражи. Неудивительно, что многие фирмы практически сразу разоряются. Например, Wukong Bicycle из Чунцина была вынуждена закрыться, потому что 90% велосипедов компании было украдено.

Но, может быть, задача совсем в другом? Делимый продукт выдается через специальное мобильное приложение. Поэтому информация о пользователе все равно в руках компании. И на нечестных воришек, которые, казалось бы, безнаказанно обрели баскетбольный мяч или зонтик, уже собирается досье. И к 2020 году, когда система заработает в полную силу, всевидящее око со всех спросит за старые грешки.

А судьи кто?

Вопросов, даже чисто юридических, к системе социального кредита пока остается немало. Например, насколько правомерно использование компаниями личных данных клиента в пользу третьей стороны, которой в данном случае является государство. Конечно, западные технологические компании также иногда используют личные данные в собственных интересах. Но тогда им приходится отвечать перед законом.

К примеру, российское представительство Google не так давно было оштрафовано по решению суда за чтение электронных писем. Житель Екатеринбурга подал иск к Google после того, как посчитал, что контекстная реклама, предложенная ему в почтовом сервисе, была подобрана после прочтения его электронной почты. Суд постановил, что Google нарушила права гражданина на личную тайну и тайну переписки. А в Китае Alibaba и Tencent открыто говорят о сотрудничестве с госструктурами и использовании личных данных в составлении рейтингов.

Второй вопрос: какие поощрения и какие санкции ожидают людей с высоким или низким рейтингом? Официальные документы четкого ответа не дают. «Руководящие рекомендации Госсовета КНР по становлению и совершенствованию механизмов поощрений лиц с высоким рейтингом доверия и наказаний лиц, утративших доверие, для ускорения создания системы социального кредита» содержат весьма размытые формулировки.

Обладателям высоких рейтингов сулят упомянутую выше систему «принятия неполного комплекта», обещают «зеленый свет во всех административных процедурах», а также серьезную поддержку и преференции в образовании, трудоустройстве, открытии бизнеса, социальных гарантиях. Тем, у кого низкий рейтинг, напротив, грозят всевозможные административные препоны, ограничения в покупке недвижимости, авиабилетов, билетов на высокоскоростные поезда, ограничение выезда за границу, ограничение на проживание в отелях люкс.

До тех пор, пока четкие меры не будут выработаны наверху, в каждом регионе будут свои правила, и ограничиваться они будут лишь фантазией местных властей. Уже сейчас в Пекине серьезно карают за перепродажу железнодорожных билетов; в провинции Цзянсу – если не навещаешь родителей достаточно часто (при этом нигде не написано, как часто их надо навещать); в Шанхае – за сокрытие предыдущего брака или за необоснованное использование клаксона в автомобиле; в Шэньчжэне – за переход дороги в неположенном месте.

Наконец, самый главный вопрос: а кто судья? Кто решает, что можно, а что нельзя? На каком основании частные компании считают рейтинги? Насколько система достоверна? А если аккаунты в соцсетях будут взломаны, данные украдены или неправомерно исправлены? Кто за это будет отвечать? Может, суперкомпьютер Sesame Credit дал сбой и рейтинг подсчитан неверно. А ведь на основании этих данных ломаются судьбы людей, выносятся конкретные судебные решения. На конец 2015 года Верховный суд КНР, опираясь на данные Sesame Credit, наложил упомянутые в инструкциях Госсовета санкции на 5300 человек. К концу июня нынешнего года таких людей было уже 7,3 млн.

Общество китайской мечты

По мнению китайских властей, в условиях стремительного роста экономики КНР, где важную роль играет кредитование, необходимость системы скоринга очевидна хотя бы по экономическим мотивам. Впрочем, социальные и политические факторы для властей не менее важны. Известный китайский политолог Дэн Юйвэнь так писал о современной ситуации в КНР: «Общество, в котором этические границы постоянно размываются, происходит распад личности, нет даже элементарных сдержек – что добродетель, что бесчестие, когда вся нация руководствуется лишь интересами, такое общество деградирует до уровня борьбы за существование, до животного уровня».

По мнению ряда близких к власти интеллектуалов, общество, где честный считается лузером, где сплошь и рядом подделываются продукты питания и другие товары, где даже встречаются лжемонахи, собирающие пожертвования, где на всех уровнях процветает коррупция, где финансовые махинации стали нормой жизни, – такое общество нуждается в срочном упорядочивании, в восстановлении морали. Иначе под угрозой оказывается общественная стабильность и в конченом итоге власть партии.

Си Цзиньпин это прекрасно понимает. Он начал с жесткой борьбы с коррупционерами в рядах партийцев, а теперь намерен взяться за все общество. Цель была заявлена уже в 2012 году, вскоре после назначения Си генсеком – воплощение китайской мечты. А что такое китайская мечта, каким именно должно быть гармоничное общество? Ответы на эти вопросы китайское руководство ищет, видимо, в историческом опыте.

Примерно в 400 году до н.э. великий китайский реформатор Шан Ян приказал народу разделиться на группы по 5–10 семей. Они должны были наблюдать друг за другом и нести коллективную ответственность за преступления. По закону на дверях домов должны были висеть таблички с подушевой описью семей. Об отъезде и приезде каждого человека регулярно докладывал своему начальству сотский староста. Эта система называлась «баоцзя». Идущий уже свыше двух тысяч лет спор между последователями Шан Яна, легистами, которые выступали за управление обществом с помощью жесткой системы поощрений и наказаний, и конфуцианцами, ратовавшими за воспитание в народе этических начал с помощью образования и личного примера властей предержащих, стал одним из главных стимулов для развития управленческой мысли в Китае.

Власти экспериментального Жунчэна решили применить проверенные тысячелетиями методы в новой системе социального кредита. Только все население города поделено на блоки не из 5–10, а из 400 семей. Но они также должны следить друг за другом. Кроме того, назначаются специальные наблюдатели, ответственные за каждый блок, которые его регулярно проверяют, собирают фото- и видеодоказательства плохого поведения и отправляют эти данные куда следует.

Политические эффекты подобного механизма социального контроля в Китае описаны давно. Еще живший в II–I веках до н.э. классик китайской историографии Сыма Цянь, младший современник Полибия, писал, что баоцзя с ее круговой порукой и взаимной слежкой нередко использовалась властями в целях борьбы с оппозицией и выколачивания налогов с населения.

Конечно, в официальных документах упоминается, что верховная власть должна стать локомотивом и примером для подражания в новой системе социального кредита. Однако конкретные меры и тестовые проекты пока распространяются лишь на партийных чиновников низового уровня. Например, партийная школа при Комитете КПК провинции Сычуань недавно подписала с Университетом электроники и технологий КНР соглашение о создании первой в стране системы рейтингов и оценки надежности для чиновников низового уровня. Система называется «Умное красное облако».

С помощью технологий искусственного интеллекта и big data система будет анализировать такие данные о каждом чиновнике, как посещаемость партийных собраний, образование, семейное положение. Система будет сопоставлять данные о доходах чиновника и членов его семьи с данными о приобретенной недвижимости и предметах роскоши. На основании этих данных, а также информации об активности чиновника в соцсетях будет оцениваться степень его политической благонадежности. Отмечается, что таким образом можно будет гораздо эффективнее предсказывать поведение чиновника, оценивать его моральный облик и выявлять потенциальных коррупционеров.

А кто будет ограничивать верховную власть? Институт политических исследований Asan (Республика Корея) назвал систему социального кредита «кошмаром Джорджа Оруэлла». Время покажет, превратится ли система социального кредита в невиданную ранее цифровую диктатуру XXI века, всевидящего Большого брата, который неусыпно следит за тобой. Неясно также, будет ли существовать какой-либо контроль и ограничения для самого Большого брата. Пока же вполне резонным для жителей Китая кажется совет Оруэлла из «1984»: если хочешь сохранить секрет, надо скрывать его и от себя.

Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2248781 Леонид Ковачич


Китай. Германия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > russian.china.org.cn, 14 июля 2017 > № 2243965

Китай надеется, что Германия и ЕС смогут избежать помех со стороны приверженцев протекционизма при разработке соответствующих мер и не пошлют негативный сигнал внешнему миру. Об этом заявил в пятницу представитель МИД КНР Гэн Шуан на очередной пресс-конференции.

На пресс-конференции был задан вопрос: по сообщениям, 12 июля Германия утвердила новые правила, в соответствии с которыми она планирует ужесточить контроль за приобретением германских стратегических предприятий инвесторами из-за пределов Европейского союза. Германия также готова работать вместе с Францией и Италией над внесением аналогичных коррективов в законодательство ЕС. Новые правила рассматриваются как реакция на опасения относительно потери прав интеллектуальной собственности в связи с приобретением Китаем высокотехнологичных предприятий Германии и других стран ЕС. Как это прокомментирует китайская сторона?

Гэн Шуан отметил, что китайская сторона приняла во внимание соответствующие шаги Германии и ЕС. Китай многократно заявлял, что цель торгово-экономического сотрудничества Китая с другими странами, в том числе с Германией, заключается в достижении взаимной выгоды и общего выигрыша. В последние годы китайско-германское и китайско-европейское торгово-экономическое сотрудничество дало позитивные результаты, что принесло реальную пользу предприятиям и народам обеих сторон.

В нынешней международной обстановке Китай желает прилагать вместе с Германией и ЕС общие усилия для содействия либерализации торговли и упрощению процедур инвестирования, подчеркнул Гэн Шуан.

Китай. Германия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > russian.china.org.cn, 14 июля 2017 > № 2243965


Германия. Китай > Авиапром, автопром > regnum.ru, 14 июля 2017 > № 2243881

Совестное китайско-немецкое предприятие BMW Brilliance Automotive (BBA) сообщило о вводе в эксплуатацию нового высокотехнологичного исследовательского центра в Шэньяне — столице китайской провинции Ляонин.

Новый исследовательский центр, площадь которого составляет более 40 тыс. кв. метров, является самым большим центром BMW, построенным за пределами Германии, пишет «Чжунго жибао».

Строительство уникального комплекса началось в 2012 году. На сегодняшний день в центре работают более 800 специалистов, в том числе инженеры безопасности, инженеры-конструкторы и проектировщики автомобилей. 75% сотрудников являются гражданами КНР.

Китай является одним из крупнейших рынков сбыта автомобилей BMW. В мае 2017 года в китайском Шэньяне открылся цех крупноузловой сборки BMW, в январе 2016 года в Китае начали собирать двигатели для BMW. Основанная в 2003 году, BMW Brilliance Automotive Ltd является совместным предприятием BMW Group и Brilliance China Automotive Holdings Ltd.

Как сообщало ИА REGNUM ранее, проблемы с фронтальными подушками безопасности стали причиной отзыва более 193 тысяч автомашин. Автоконцерн BMW в Китае намерен устранить обнаруженный дефект.

Германия. Китай > Авиапром, автопром > regnum.ru, 14 июля 2017 > № 2243881


Китай > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 13 июля 2017 > № 2331207

Китай сократил экспорт стали

Экспорт стального проката из Китая в июне 2017 года уменьшился по сравнению с предыдущим месяцем на 2,4% и составил 6,81 млн тонн, согласно оперативным данным агентства Reuters.

Поскольку правительство КНР все более решительно борется с избыточными мощностями по производству стали, на внутреннем рынке Китая наблюдается сужение предложения и как следствие рост цен на металлопрокат.

"Иностранные трейдеры теперь менее склонны покупать сталь из Китая, поскольку ценовое преимущество менее очевидно", – рассказал Reuters Ван Илин, аналитик по металлу Sinosteel Futures.

В апреле Пекин и Вашингтон согласились на 100-дневный план торговых переговоров в целях расширения доступа к рынкам друг друга.

"Мы не думаем, что 100-дневный план между Китаем сильно повлиял на экспорт стали в июне, поскольку США занимают очень небольшую долю от общего объема экспорта Китая", – сказал Ван Илин.

В первой половине этого года в Китае было ликвидировано около 120 млн тонн мощностей по производству некачественной стали в рамках правительственной компании по борьбе с лишними мощностями в металлургической промышленности.

Китай > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 13 июля 2017 > № 2331207


Россия. Китай > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2240456

Российские и китайские специалисты обменялись опытом в области государственной аккредитации образовательных программ вузов

Ведущие специалисты Росаккредагентства встретились с делегацией Китайской ассоциации по международному обмену в сфере образования (КАМОСО) - общественной организации, чья деятельность направлена на организацию международного академического обмена и развитие сотрудничества в образовательной сфере.

Росаккредагентство – подведомственная организация Рособрнадзора, осуществляющая организационно-техническое и информационно-аналитическое сопровождение процедур государственной аккредитации образовательных программ вузов.

Директор Росаккредагентства Лемка Измайлова рассказала участникам встречи о деятельности агентства, системе высшего образования в России, о преимуществах получения государственной аккредитации и отметила важность прозрачности проведения экспертизы. Китайские коллеги представили свою систему работы и свой опыт международной деятельности.

В ходе встречи были определены потенциальные возможности сотрудничества в сфере аккредитации и проведения совместных исследований и проектов с российскими образовательными организациями. Была отмечена важность обмена информацией и опытом в сфере высшего образования.

Росаккредагентство получило приглашение принять участие в Ежегодной конференции по международному образованию осенью 2017 года и международной выставке высшего образования в Китае (CACIE), в которой ежегодно участвуют до 600 вузов из 40 стран и более 60 тысяч посетителей.

Россия. Китай > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2240456


Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2238411 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Достижение объемов товарооборота с Китаем в 200 млрд.долларов - вполне возможно

Интервью Министра экономического развития РФ Максима Орешкина телеканалу "Россия 24" в ходе форума ИННОПРОМ-2017.

Максим Станиславович, спасибо большое, что нашли время ответить на наши вопросы. Я знаю, что вы к нам пришли с круглого стола, который только что закончился. Там вы обсуждали инфраструктурную ипотеку. Что это такое и чем она отличается от ипотеки, к которой привыкли большинство россиян?

Действительно, когда мы смотрим на целевой сценарий развития экономики нашей страны, который предполагает рост ВВП в 3-3,5% уже через несколько лет, мы понимаем, что та инфраструктура, которая сейчас есть в Российской Федерации, ее недостаточно. Развитие с более высокими темпами означает, что и инфраструктура должна развиваться более активно: она должна стать как частью этого роста, так и фактором, обеспечивающим этот рост. Поэтому вопрос о том, как профинансировать рост инфраструктуры темпами, опережающими текущие уровни, он очень важен и здесь – и президент говорил об этом в Санкт-Петербурге, когда выступал на экономическом форуме: речь идет об активном привлечении частных инвестиций, создание возможности приобретения инфраструктуры, не оплачивая ее одномоментно на стартовом этапе, а поэтапно, как это делается при покупке квартиры в ипотеку, оплачивая ее поэтапно. По сути, платежи, которые в дальнейшем можно вносить, они могут финансироваться за счет тех эффектов, которые приносит развитие инфраструктуры. Создается новый проект, вокруг него образовываются новые производства, повышается уровень жизни людей, и соответственно государство собирает больше налогов и в дальнейшем может финансировать те или иные проекты.

Также здесь представлены и китайские компании. Китай был партнером форума "Иннопром" в прошлом году. Недавно Си Цзиньпин приезжал с официальным визитом в Россию. На ваш взгляд, цель в 200 млрд долларов по объему товарооборота между Россией и Китаем к 2020 году – насколько она достижима? Не кажется ли эта цифра завышенной?

Здесь много факторов. Например, мы видим, что в этом году благодаря и восстановлению на рынках нефти и газа, и благодаря восстановлению темпов роста российской экономики, и благодаря тому, что продолжается рост китайской экономики, у нас товарооборот между нашими странами растет порядка 30–40%, в зависимости от разных групп. То есть, если этот темп сохранять – даже можно иметь темп чуть меньше, – мы будем постепенно выходить на те цели, которые заявлены лидерами. Что нужно делать? Нужно, конечно, уменьшать барьеры, упрощать движение товаров и услуг между нашими экономиками.

А дорожная карта уже есть, как к этой цели идти?

Это то, о чем президент Путин говорил, выступая недавно на форуме "Один пояс – один путь", проходившем в Пекине. Это снятие барьеров между двумя экономиками по принципу TFA (Trade Facilitation Agreement, глобальное соглашение об упрощении торговли). На основе ВТО есть специальный документ, который описывает снятие барьеров, и области, в которых нужно снимать барьеры. Мы здесь с китайской стороной решили пойти глубже того формата, который принят на международном уровне: на двустороннем уровне будем максимально упрощать движение товаров и услуг. Если российская компания захочет что-то поставить на китайский рынок – это будет сделать проще. Вот над этим мы сейчас работаем.

Укрепление валюты к концу года – будет ли оно являться важным фактором для компаний при принятии решений об инвестиций в Россию или Китай?

Что касается прогнозов, в том числе динамики валютных курсов, то здесь изменения полностью соответствуют тому прогнозу, который мы делали в апреле. Если помните, тогда доллар торговался на уровне 56–57 рублей, евро был на уровне 59 рублей. Мы говорили о том, что то укрепление рубля во многом вызвано разовыми факторами и не может носить устойчивого характера. Многие нам не верили, но то, что мы видим сейчас на валютном рынке, полностью соответствует той траектории, которая была у нас продемонстрирована в прогнозе: рубль ослабевает. Сейчас это уже 61 рубль за доллар, 69 рублей за евро. Причем евро уже практически достиг тех значений, которые у нас в прогнозе стояли на конец года. Ничего особенного не происходит, просто курс у нас является плавающим, реагирует на изменение сезонности, изменение потоков капитала. То есть, как мы и ожидали, исчезновение влияния разовых факторов привело к тому, что курс рубля ослаб. В принципе, мы говорили о том, что июль-август должны оказаться самыми слабыми месяцами для рубля. Именно это мы сейчас и наблюдаем.

То есть на инфляции это скажется уже в будущем году из-за отложенного эффекта?

Нет, влияние на инфляцию происходит довольно быстро: весь эффект укладывается в период максимум до 6 месяцев. Но, опять же, так как это изменение курса уже было заложено в нашем прогнозе, это уже было учтено в нашем прогнозе инфляции. Несмотря на движение вверх валютного курса, мы сохраняем прогноз по инфляции на уровне в 3,8% на конец года. Есть отдельная история с инфляцией, связанная с изменением цен на плодоовощную продукцию: у нас из-за холодной погоды урожай таких видов овощей, как картофель, морковь, капуста, сейчас поступает на рынок с большим опозданием, и поэтому по итогам июня мы увидели рост инфляции на уровне в 4,4%. Но, там, если посмотреть отдельные цены по отдельным товарам – они поднялись на очень высокий уровень, и как только новый урожай поступит, мы увидим возвращение цен к нормальным уровням, и инфляция довольно быстро опустится ниже уровня в 4%.

Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 11 июля 2017 > № 2238411 Максим Орешкин


США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов

Портрет недели: в ожидании Трампа, Си Цзиньпин Первозванный и хмурое лето

Алексей Фирсов

социолог, основатель ЦСП "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды, по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем

Повестка уходящей недели, если не считать безнадежные разговоры москвичей о погоде (которая из климатического фактора уверенно дрейфует в область социально-психологического), строилась вокруг внешних поводов. Владимир Путин принимал Си Цзиньпина, в политологических кругах активно обсуждалась встреча с Трампом на полях G20, опять в фокусе оказалась Северная Корея. Как будто июльские дожди смыли не только московское лето, но и мысли о близлежащем пространстве, разделив попутно жителей на две неравные касты: тех, кто может себе позволить уехать в другую климатическую зону, и тех, кто обречен дышать сыростью и ловить лоскутные пятна голубизны в небе.

Из экспертного обзора, который готовится совместно социологическим центром «Платформа» и компанией Avelamedia видно, что по числу упоминаемости отношения с США, Китаем и обсуждение северокорейской проблемы вошли в топ-3 новостного потока российских СМИ. «Индекс Путина» — разработанный нами показатель отношений цитируемости ключевых ньюсмейкеров недели к цитируемости российского президента — звучит так: Дональд Трамп — 55,5%, Си Цзиньпин — 12,7% и отправленный в отставку директор «Почты России» Дмитрий Страшнов — всего 1,8%. Таким образом, Трамп не только уверенно обошел китайского гостя, несмотря на вручение тому высшей российской награды, но и перешел 50-процентный экватор в приближении к Путину. Хотя до осеннего успеха, когда Трамп в течение нескольких недель опережал Путина по цитированию в российских СМИ, американскому президенту еще далеко.

С социологической точки зрения внимание к внешнеполитической проблематике носит циклический характер с некоторым трендом на падение интереса. Если в 2014-2015 годах темы, связанные с внешними факторами, доминировали в информационном пространстве, формируя тревожный эмоциональный фон и явные опасения вооруженного конфликта, то уже в 2016 году возник поворот к внутренним проблемам. Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды («Россия в кольце фронтов»), по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем не только на основе внешних факторов. Исключение составляли ситуации, которые, по мнению россиян, могли бы существенно изменить унылый мировой расклад — Brexit или американские выборы.

Внешняя политика в медийном преломлении — это всегда идеология, поскольку у населения нет опыта непосредственного контакта с этой областью и поэтому нет возможности вырабатывать самостоятельную позицию. Однако идеология, претендуя на тотальное объяснение мира, никогда не бывает ограничена рамками только одного сегмента. Внешняя и внутренняя картинка всегда накладываются друг на друга, образуя единую композицию. Причем архитекторам идеологических конструкций оперировать внешним миром всегда проще: он всегда медийно более простой и пластичный.

Однако и здесь ресурсы небесконечны, и пример тому — Китай. Начиная с 2014 года шла мощная эксплуатация образа КНР как стратегического союзника России. Оказавшись отрезанной от Запада, элиты выдвинули тезис «разворота на Восток», навстречу новому миру. Увлечение Китаем стало тотальным: Геннадию Тимченко F 4, как давнему товарищу Владимира Путина, доверили руководство Российско-Китайским деловым советом, российский бизнес стали активно мотивировать на сделки с китайскими партнерами, политологи строили планы перекройки мировых центров сил, исходя из наметившегося альянса. Однако по мере того, как близкие и очевидные цели, особенно в области углеводородов, были достигнуты, наступило ощущение вязкой, нединамичной среды. Россия, в силу ряда причин, не захотела войти в китайскую стратегему «Шелкового пути», где КНР принадлежит очевидно доминирующая роль. А китайский бизнес не увидел для себя очевидных преимуществ на российском рынке.

Поэтому один из ведущих российских китаистов Алексей Маслов в нашей беседе отмечает, что июльский диалог Путина и Си Цзиньпина имеет в первую очередь политическое значение, а экономические договоренности скромные — на словах цифры выглядят внушительными, но первый этап предполагает вложение только $1 млрд. Политически встречу капитализировать проще — важно то, что Россия и Китай консолидируют свои позиции по Северной Корее и выходят на G20 совместно.

По мнению Маслова, в экономическом сотрудничестве уже 10 лет повторяется формула: «Наши отношения лучше, чем когда бы то ни было». Постепенно дошло до того, что она почти ничего не отражает в реальности. Проблема в том, что Россия не может обеспечить возврат масштабных китайских инвестиций, потому что на региональном уровне нет проектов. Наши экономические отношения с Китаем проходят переходный период — мы пытаемся диверсифицироваться, уйти от сырьевой модели, но все время во что-то упираемся: в китайские квоты на импорт продовольствия, в то, что наши предприниматели не умеют работать в Китае. Государства все время ищут новые формы для запуска экономического сотрудничества, и прошедшая встреча — тоже поиск форм. Но здесь очень много зависит от регионов, а регионы очень плохо умеют работать с Китаем, вплоть до того, что там нет людей, которые бы этим занимались.

Впрочем, при всех трудностях китайская тема обречена на активное медийное звучание. Общий дефицит союзнических отношений будет подталкивать китайскую тему к дальнейшей виртуализации. Как бы ни обстояло дело в реальности, китайский аргумент всегда будет иметь широкое внешнее и внутренне употребление.

США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов


Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов

Южная Корея — США: Трамп, Мун и THAAD

Приход к власти в США импульсивного Д. Трампа с установкой «Америка прежде всего» не мог не привнести нюансы в американо-южнокорейские отношения и по-новому расставить акценты в обстановке вокруг северокорейской ракетно-ядерной программы.

Д. Трамп крайне жестко отреагировал на испытания Пхеньяном новых ракет, которые, будь они снаряжены ядерными боеголовками, могли бы, по мнению экспертов, представить угрозу безопасности Соединенных Штатов. Вслед за целым рядом угрожающих заявлений в адрес Пхеньяна к берегам Кореи была направлена американская армада, в центре которой находился авианосец «Карл Винсон», сопровождаемый эсминцами с ракетами «Томагавк». В американских СМИ появились высказывания о возможности нанесения превентивного «точечного удара» по ядерным объектам КНДР. В Южной Корее якобы для защиты от северокорейских ракет началось развертывание американской системы противоракетной обороны THAAD.

«Табачок врозь»

В отношении Южной Кореи полностью проявился объявленный Д. Трампом курс на «табачок врозь» с союзниками. Намерение США поставить перед Южной Кореей вопрос о полной оплате расходов по содержанию американских войск, находящихся на территории страны, вызвало активное неприятие в Сеуле. Весьма примечательной была напряженность вокруг требования Д. Трампа в апреле 2017 г. заплатить 1 млрд долл. за размещаемую США систему ПРО THAAD и отказа Южной Кореи его удовлетворить.

Отрицательное отношение Сеула к линии Д. Трампа в международных делах вызвали и его протекционистские заявления по торгово-экономическим вопросам. Южнокорейцы, в частности, были весьма обеспокоены угрозой пересмотра заключенного в 2012 г. соглашения о свободной торговле (ССТ), крайне выгодного для южнокорейского бизнеса. Заключая соглашение, американцы рассчитывали, что их экспорт в Республику Корея будет расти на 10 млрд долл. в год. На практике в 2016 г. он оказался на 3 млрд долл. ниже, чем в 2011 г. Дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос с 13,2 млрд долл. в 2012 г. до 27,7 млрд долл. в 2016 г. В интервью агентству «Рейтер» в апреле 2017 г. Д. Трамп назвал такое положение дел «ужасным» и заявил, что он добьется пересмотра соглашения или вообще его отмены.

Массу неприятностей Южной Корее может принести выход США из NAFTA, североамериканской зоны свободной торговли, в которую входят также Мексика и Канада. Даже просто радикальный пересмотр существующих в рамках NAFTA договорённостей может серьезно ударить по интересам южнокорейских фирм, которые построили в Мексике ряд крупных предприятий, работающих в основном на американский рынок.

Мун Чжэ Ин: ставка на диалог с КНДР

Новые значимые обстоятельства в корейские дела привнесла победа на президентских выборах в Южной Корее в мае 2017 г. представителя либеральных кругов Мун Чжэ Ина. Важное место в предвыборной программе президента занимали ставка на прямой диалог с Северной Кореей и поэтапное решение вопроса о северокорейской ракетно-ядерной программе. В то же время новый глава изначально дал понять, что он отнюдь не пацифист и не намерен сдавать позиций Пхеньяну в военном противостоянии. Высказываясь за диалог с КНДР — а речь шла в том числе о заключении мирного договора и поиске экономической интеграции двух Корей при условии денуклеаризации, — Мун Чжэ Ин одновременно подчеркивал необходимость скорейшего выполнения всех прежде разработанных программ южнокорейского военного строительства в тесном взаимодействии с США, с которыми Республика Корея находится в военном союзе согласно Договору о взаимной обороне 1953 г.

Подтверждая приверженность альянсу с Вашингтоном, Мун Чжэ Ин, тем не менее, дал понять, что выступает за большую автономию Сеула в этом альянсе. Характерный пример: в настоящее время Вооруженные силы Южной Кореи и находящаяся на территории Южной Кореи группировка войск США численностью 28,5 тыс. человек подчинены Объединенному американо-южнокорейскому командованию (ОАЮК). Сейчас, по двусторонним договорённостям, в мирное время ОАЮК возглавляет южнокорейский генерал, однако в случае войны командование ОАЮК автоматически перешло бы к США. Президент Республики Корея как Верховный главнокомандующий вооружёнными силами своего государства оказался бы в подчинении у генерал-лейтенанта Вооружённых сил США. Мун Чжэ Ин поставил вопрос о скорейшей передаче южнокорейской стороне командования ОАЮК в период военных действий.

THAAD между Вашингтоном и Сеулом

Другой острый вопрос касается развертывания в Южной Корее американской системы противоракетной обороны THAAD. Договоренность по THAAD была достигнута в июле 2016 г., когда у власти находилась президент Пак Кын Хе, позднее подвергнутая импичменту. Представители ее администрации и Вашингтона заверяли, что THAAD установлена с целью отражения северокорейских ядерных и ракетных угроз и не направлена против каких-либо других стран. «Даже если бы THAAD и был нацелен на Китай и Россию, он смог бы сработать только в случае запуска этими странами ракет малой или средней дальности в сторону Южной Кореи. Перехватчики THAAD не могут поразить китайскую или российскую ракету в случае, если они летят в другом направлении, например, в сторону США», — сказал в интервью «Известиям» американский эксперт Ричард Вайц, возглавляющий Центр военно-политического анализа в The Hudson Institute.

Тем не менее в Москве и Пекине сочли, что дело THAAD выходит далеко за северокорейские горизонты. Размещая THAAD в Южной Корее, США, по сути, дополняют свою восточноевропейскую ПРО дальневосточным сегментом. Помимо шести пусковых установок, 48 ракет-перехватчиков, а также пульта управления и электрогенератора, комплекс THAAD включает мощный радар TPY-2 TM, способный уверенно обнаруживать такие цели, как ракеты и самолёты на расстоянии до 1200 км, а в идеальных условиях — до 1500 км. Разместив такой радар в Южной Корее, американцы получили бы возможность держать под своим наблюдением акваторию Восточно-Китайского моря, Северо-Восток Китая и часть российского Дальнего Востока.

Но дело не только в этом. Ничто не мешает в дальнейшем развернуть эту систему до более совершенного ряда, сделав ее одним из компонентов стратегической ПРО США. Поэтому не случайно появление в Совместном российско-китайском заявлении по итогам официального визита В. Путина в Пекин 25 июня 2016 г. положения о том, что «Россия и Китай выступают против наращивания внерегионального военного присутствия в Северо-Восточной Азии, развёртывания там нового позиционного района ПРО как тихоокеанского сегмента глобальной ПРО США под предлогом реагирования на ракетно-ядерные программы КНДР. Стороны не приемлют эскалацию военно-политической конфронтации и раскручивание в регионе гонки вооружений».

Появление ПРО THAAD в стране вызвало сопротивление немалой части южнокорейцев. Они понимают, что THAAD — реальная угроза их безопасности. Речь может пойти о контрмерах со стороны КНДР, а также других государств. Жители района Сонджу, где размещаются установки THAAD, неоднократно выходили на акции протеста, заявляя, что не желают становиться целями для северокорейских ударов. Однажды они даже забросали бывшего премьер-министра Южной Кореи Хван Гё Ана бутылками и куриными яйцами, когда тот приехал к ним, чтобы убедить в безопасности THAAD.

Реакция Пекина

Особую остроту в вопрос о THAAD вносит кризис, возникший у Южной Кореи с КНР. О резко отрицательном отношении Пекина к поощрению Сеулом наращивания американского военного присутствия в Южной Корее свидетельствует целая серия прозвучавших из Пекина в течение последнего года заявлений на разных уровнях. Примером может служить заявление агентства «Синьхуа» от 31 июля 2016 г.: «То, что Сеул, предположительно, осознаёт все последствия размещения на своей территории THAAD, но всё равно выбирает сторону Вашингтона, руководствуясь пока не выясненными причинами, говорит о его близорукости и слабой способности к дипломатии».

За заявлениями политического характера со стороны Китая последовали и практические меры. Значительно уменьшился поток китайских туристов, а в последние годы на китайцев приходилось около половины всего турпотока в Южную Корею (в 2016 г. — 48%). Причина проста: руководство КНР «посоветовало» своим туроператорам прекратить продажу групповых туров в Южную Корею. «В мае 2017 г., — указывает сеульская газета Chosun Ilbo, — по данным Национальной организации туризма Кореи, в страну приехали 253 тыс. китайских туристов, что на 64,1% меньше, чем за тот же период прошлого года. А в целом за период с января по май 2017 г. число китайцев, посетивших РК, уменьшилось на 34,7%». Отменяются авиарейсы, китайские круизные суда минуют Пусан.

Ограничен бизнес южнокорейских компаний. Больше всего пока пострадала хорошо известная в России «Лотте», которая предоставила для размещения системы THAAD территорию принадлежавшего ей гольф-клуба. Агентство «Синьхуа» предупредило, что это «станет катастрофой» для южнокорейской компании, и к началу марта 2017 г. под предлогом нарушения санитарных и других норм власти закрыли 23 принадлежащих ей магазина в Китае. Остановлена также и кондитерская фабрика «Лотте». Причиной послужили многочисленные нарушения техники безопасности.

Китай — крупнейший торговый партнер Южной Кореи. По объемам товарооборота он превосходит США и Японию вместе взятых. С 1992 г. торговля РК с Китаем выросла с 6,4 млрд долл. до 235,4 млрд долл. в 2014 г. и сейчас едва ли не определяет экономическое благосостояние страны. Не исключено, что по мере наращивания китайских санкций, наносимый экономический ущерб станет по-настоящему ощутимым — Южную Корею накроет волна банкротств, увольнений, экономического спада. Это заставляет и южнокорейский бизнес, и широкие общественные круги задумываться над вопросом, нужна ли им вообще система THAAD. К тому же ее чисто военная отдача вызывает вопросы.

Находясь при правлении Пак Кын Хе в оппозиции, Мун Чжэ Ин заявлял, что если он придёт к власти, то проведёт независимую экспертизу, чтобы убедиться, насколько эффективно THAAD может защитить РК от северокорейских ракет и в чём польза этой системы для безопасности страны. 6 июня 2017 г. он принял решение о приостановке размещения и функционирования этой системы на территории страны. Причиной, по которой Мун Чжэ Ин пошел на такой шаг, названа необходимость «проведения экологической экспертизы». Южная Корея — страна с ограниченной территорией и очень высокой плотностью населения. Мощное излучение, исходящее от системы ПРО, представляет реальную угрозу здоровью жителей близлежащих территорий. Соответствующая проверка может занять до года.

Американо-южнокорейский саммит

Линия Мун Чжэ Ина на разрядку напряженности вокруг Северной Кореи позволяет надеяться на появление положительных подвижек на этом направлении. В любом случае воинственность Д. Трампа в отношении Пхеньяна, похоже, приглушена. Об этом свидетельствует, в частности, саммит Д. Трампа и Мун Чжэ Ина в Вашингтоне 29–30 июня 2017 г. В совместном заявлении по его итогам говорится, что стороны окажут максимум давления на Северную Корею. Однако отмечается, что «дверь для диалога с Северной Кореей остается открытой», правда, «при соответствующих обстоятельствах». Лидеры выразили намерение взаимодействовать в том, чтобы достичь денуклеаризации Корейского полуострова мирным путем и заявили, что они «не придерживаются враждебной политики в отношении Северной Кореи».

Мун Чжэ Ин, выступая на совместной пресс-конференции с Д. Трампом, отметил: «Мы согласны совместно работать над коренным разрешением северокорейской ядерной проблемы на основе поэтапного и всеобъемлющего подхода, используя как санкции, так и диалог». Поэтапный и всеобъемлющий подход к северокорейской ядерной проблеме, как отмечает сеульская «Ханкере», означает план Мун Чжэ Ина, предполагающий, что на первом этапе Северная Корея приостановит осуществление своей ядерной программы, чтобы в дальнейшем ее окончательно закрыть. Важно также, что президент Южной Кореи сумел добиться публичного согласия Д. Трампа на возобновление межкорейского диалога и предоставление Сеулу ведущей роли в создании условий для мирного объединения Корейского полуострова.

США в ходе саммита пошли навстречу целому ряду пожеланий Сеула по двусторонним вопросам, в том числе в отношении ускорения передачи южнокорейской стороне командования Объединенными вооруженными силами двух стран на Корейском полуострове в военное время. Вместе с тем Д. Трамп прямо призвал Сеул «справедливо разделить расходы по военному присутствию США в Южной Корее», т. е. взять на себя более весомую часть этих расходов. Острым вопросом в отношениях между Сеулом и Вашингтоном осталась проблема размещения в Южной Корее ПРО THAAD — она не затрагивалась ни в совместном заявлении, ни в выступлениях президентов двух стран на совместной пресс-конференции.

В Сеуле отмечают, что Д. Трамп не преминул на совместной пресс-конференции упомянуть, что после подписания в 2012 г. американо-южнокорейского ССТ ежегодный дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос больше, чем на 11 млрд долл., что, по его словам, «не очень здорово». Сложившаяся ситуация, по мнению наблюдателей, указывает на намерение президента США под давлением американского бизнеса пересмотреть ССТ, хотя он и отметил, что «был рад услышать о новых инвестициях, которые южнокорейские компании делают в США». Отметим, что предвидев подобную постановку вопроса, Мун Чжэ Ин взял с собой в поездку представителей 52 ведущих южнокорейских компаний, которыми на встрече в Торговой Палате США на полях американо-южнокорейского саммита было заявлено, что в течение ближайших пяти лет они вложат в экономику США инвестиции на сумму 12,8 млрд долл.

Глеб Ивашенцов

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член РСМД

Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов


Россия. Китай > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 6 июля 2017 > № 2234070

Фонд Юрия Мильнера и Alibaba вложили $700 млн в сервис по прокату велосипедов

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Новый раунд оказался самым крупным из тех, что проходили в индустрии велосипедного шеринга

Фонд миллиардера Юрия Мильнера F 31 DST Global вновь сложился в китайскую платформу по аренде велосипедов Ofo, всего компании удалось привлечь в ходе раунда инвестиций $700 млн, сообщает TechCrunch. Инвесторами наряду с российским бизнесменом выступили китайский холдинг Alibaba (лидирующий инвестор), сервис такси Didi, фонды Hony Capital и CITIC Private Equity.

Работает сервис следующим образом: пользователи скачивают приложение Ofo, в котором показаны располагающиеся около них велосипеды. Для начала поездки необходимо отсканировать QR-код. В каждый велосипед встроен GPS-чип, позволяющий оставить велосипед в любом месте после поездки. Сейчас в приложении доступны 6,5 млн велосипедов.

С момента создания проекта в 2015 году около 100 млн человек воспользовались услугами сервиса. Всего, по данным Crunchbase, сервис в ходе четырех раундов привлек $1,3 млрд инвестиций. В феврале фонд Мильнера вложился в компанию в раунде на $450 млн, тогда стартап впервые оценили в сумму свыше $1 млрд.

Новый раунд оказался самым крупным из тех, что проходили в индустрии велосипедного шеринга. Он оказался даже выше раунда в $600 млн, который прошел в прошлом месяце для главного конкурента Ofo – компании Mobike. Примечательно, что среди инвесторов Mobike – основной конкурент Alibaba в Китае – телекоммуникационная компания Tencent.

«Ofo стремится предоставить пользователям по всему удобный, эффективный и здоровый способ путешествий», — заявил по итогам раунда основатель и главный исполнительный директор Ofo Дай Вэй. «Мы продолжим совершенствовать наши услуги для улучшения пользовательского опыта, сконцентрируемся на нашей глобальной стратегии и продолжим возглавлять отрасль совместного использования велосипедов», — подчеркнул он.

Вэй добавил, что он сказал, что Ofo пользуются в 150 городах в пяти странах — с максимальной активностью в 25 млн поездок в день. В будущем компания намерена увеличить велосипедный парк с 6,5 млн велосипедов до 20 млн велосипедов. Недавно копания также вышла на рынок Великобритании, США и Сингапура, и планирует расти до охвата 200 городов до конца этого года.

Россия. Китай > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 6 июля 2017 > № 2234070


Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232890 Владимир Южаков

Пять рычагов против одного: как Китай противостоит доминированию США с помощью России

Владимир Южаков

управляющий партнер Long Jing Capital

Россия, как одна из немногих ведущих мировых стран, где личностные взаимоотношения играют решающую роль, для Китая сейчас приобрела особую ценность

Прошедшая встреча президента Путина и председателя Си стала уже третьей за последние три месяца. Поскольку главам государств, как правило, не свойственно встречаться столь часто, закономерно возникает вопрос: с чем связано такое обострение внешнеполитической активности? Для ответа на это необходимо представить, в какой сложной и необычной ситуации в последнее время оказался Китай.

До недавнего времени США фактически играли роль мирового «менеджера», управляющего международным мироустройством. Китай же находился в удобной и выгодной роли догоняющего.

Однако в начале этого года после пятнадцати лет оттока капитала, связанного с гипертрофированным потреблением американцами китайских товаров, стало понятно, что ресурсы США истощаются. Америка начала самоизолироваться от международных вопросов, что проявилось, например, в отказе от Транстихоокеанского партнерства.

Пекину стало очевидно, что ему как второй крупнейшей экономической державе более не удастся стоять в стороне и неизбежно придется подобрать брошенные бразды правления, взяв на себя как минимум некоторые функции по управлению миропорядком. Для страны, традиционно предпочитающей заниматься своими внутренними вопросами и не вдаваться в проблемы соседей, это несомненно является нестандартной задачей.

Нельзя сказать, что Китай к этому не готовился. Например, проводимая стратегия развития в противофазе позволила Китаю подойти к этому этапу в хорошей экономической форме. Однако Пекин вряд ли мог представить, что события будут развиваться столь стремительно.

Специфика проблемы, стоящей перед Китаем, заключается в следующем. США управляют современным миром, используя пять основных видов рычагов. Во-первых – экономические рычаги, которые дают окружающим странам различные выгоды от работы с Америкой. Во-вторых, финансовые рычаги, открывающие доступ к мировой финансовой системе, в настоящий момент практически полностью контролируемой США, в первую очередь с помощью доминирования американского доллара. В-третьих, универсальный и понятный всему миру культурный код, основным каналом распространения которого является Голливуд и музыкальная индустрия. Четвертым рычагом является идеология и в первую очередь концепции прав человека и свободного мира. И пятым рычагом традиционно является военное доминирование.

Из этих пяти рычагов в настоящий момент Пекин обладает лишь одним — экономическим влиянием. Остальные пока лишь развиваются. Например, несмотря на очевидный прогресс, юань пока еще не успел стать международной валютой обращения. Влияние китайской культуры на внешний мир также пока достаточно сильно ограничено, несмотря на следующие одна за другой покупки Китаем голливудских студий и такие ориентированные вовне блокбастеры как «Кунг-фу Панда». Что касается внутренней китайской идеологии, то в современном виде для других стран она не применима и, в отличие от американской, не может быть экспортирована.

В условиях, когда из всех инструментов полноценным пока является лишь экономический рычаг, Пекин пытается искать альтернативные решения. Главная альтернатива — усиленное построение межличностных взаимоотношений, одно из следствий чего — необычно частые встречи на уровне глав государств.

Россия, как одна из немногих ведущих мировых стран, где личностные взаимоотношения играют решающую роль в определении вектора внешней политики, для Китая в этой ситуации приобретает особую ценность. Поэтому в новой конфигурации мирового порядка, в которой Вашингтон дистанцировался от внешних вопросов, важность Москвы как союзника для Пекина резко повысилась. Именно этим, вероятно, объясняется активизация внешнеполитической активности между странами и растущая частота встреч глав Китая и России.

Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232890 Владимир Южаков


Китай > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 5 июля 2017 > № 2232614 Вита Спивак

Пролетарии против коммунистов: почему бунтуют китайские рабочие

Вита Спивак

Борьба Китая с неэффективностью промышленности чревата масштабными сокращениями рабочих. Поэтому провести китайскую экономику между тупиковым вариантом с накачкой зомби-предприятий деньгами, которые рано или поздно кончатся, и перспективой бороться против стачечного фронта по всей стране – одна из самых сложных задач, которую предстоит решать команде Си Цзиньпина в следующем политическом цикле

Весной этого года в китайском сегменте интернета активно гулял любительский видеоролик, смонтированный бывшими рабочими автозавода в северо-восточном городе Чанчуне. Авторы ролика, рабочие автозавода, принадлежащего совместному предприятию немецкого Volkswagen и китайского автогиганта FAW, пели, что для их работодателя принцип «одинаковая оплата за одинаковую работу» – это «байки» и что простых работяг, вкалывавших больше десяти лет за скромную зарплату, унизили и оскорбили.

Конфликт трех тысяч рабочих с владельцами предприятия разгорелся еще в феврале, когда более пятисот рабочих вышли на забастовку из-за двукратного разрыва в оплате труда между штатными сотрудниками и временными наемными рабочими, многие из которых годами работали на этом заводе, – что является прямым нарушением трудового законодательства КНР. Volkswagen выпустил заявление с обещанием учесть интересы всех сотрудников, но протесты не улеглись, и в конце мая полиция демонстративно арестовала трех рабочих, обвинив их в организации несанкционированных демонстраций.

Конфликт вокруг автозавода в Чанчуне – лишь один из многих эпизодов в нарастающей волне рабочих протестов, которая охватывает многие регионы Китая. По данным портала China Labor Bulletin, число крупномасштабных забастовок рабочих выросло с 383 случаев за 2013 год до 2663 в 2016 году. Больше всего протестов в 2011–2016 годах было зафиксировано во внутрикитайской «мастерской мира» – провинции Гуандун. Там протестное движение нарастает с 2012 года, когда китайская экономика начала тормозить.

В 2014 году волна недовольства поднялась в провинциях Хэнань, Шаньдун и Цзянсу. Последние два года наибольшее число протестов было зарегистрировано именно в шести крупнейших по объемам ВРП провинциях КНР. Более двух третей всех акций, зафиксированных China Labor Bulletin (ведет учет именно рабочих протестов), – это стачки рабочих крупных производств, шахт и строек. То есть потенциально речь идет о том, что недовольство нарастает среди внушительной части китайского общества, которая составляет от 20% до 30% всех занятых в КНР.

Шатающийся базис рабочих

Волна рабочих протестов в КНР – следствие нарастающих проблем в китайской экономике. Темпы роста в Китае замедляются: если в 2010 году ВВП вырос на 10,6%, то в 2016 году только на 6,7%. Стройки, тяжелая промышленность и производство ширпотреба на экспорт перестают быть локомотивом роста, что не может не сказываться на миллионах китайских рабочих. Острее всего проблемы ощущаются в тяжелой промышленности (ее доля составляет до 20% от общемировой). Например, на КНР приходится до 46% мирового перепроизводства в сталелитейном секторе.

Неэффективная промышленность стала одним из объектов экономических реформ Пекина. Власти обещают сократить перепроизводство стали на 150 млн тонн, а угля – на 50 млн тонн. Изменения в основном затронут госкомпании, которые обеспечивают около 17% занятости в городах КНР. Помимо перепроизводства, они отягощены задолженностью, которая составляет больше половины всего внутреннего долга Китая (примерно 282% ВВП страны).

Борьба с неэффективностью промышленности чревата масштабными сокращениями рабочих: только в угольной и сталелитейной индустрии власти обещали сократить 1,8 млн человек. Большинство рабочих из этих трудоемких отраслей – это мигранты из деревень без навыков и образования, которые не находят работу в сельской местности и перебираются в большие города в поисках лучшей доли. Таких людей в Китае около 282 млн, и все они находятся в городах на полулегальном положении из-за жесткой системы хукоу, которая ограничивает возможности трудоустройства за пределами места официальной регистрации. Если низкоквалифицированные рабочие-мигранты потеряют рабочее место, велик риск, что они пополнят ряды городских маргиналов.

Миллионы низкоквалифицированных рабочих в Китае также чувствуют на себе давление технологической революции: из-за постепенного внедрения робототехники на некоторых заводах десятки тысяч человек уже сейчас теряют работу. Пока роботизация производства в Китае происходит сравнительно медленно, но крупнейшие компании страны постепенно наращивают вложения в развитие научных разработок. Если такая тенденция сохранится, то в зоне риска, по данным Всемирного банка, окажется до 77% рабочих мест в Китае.

Проблемы с климатом в крупнейших мегаполисах Китая тоже сказываются на перспективах рабочих. На долю КНР приходится до трети всех выбросов вредных веществ в мире. На территории северо-восточных провинций – китайского «ржавого пояса» – сосредоточены наиболее токсичные производства в стране. Там рабочие могут оказаться на улице не только из-за общего экономического спада, но и из-за курса правительства на решение экологических проблем.

Ответом китайского руководства на ухудшающееся качество воздуха стали планы переноса неэкологичных производств за границу, что еще больше сократит рабочие места. Например, только в Казахстан Пекин договорился перенести 52 производства на общую сумму $27 млрд. Общий план КНР на перенос токсичных заводов в другие страны превышает $100 млрд.

Чем недовольны?

Представление о том, что китайские рабочие трудятся за плошку риса, уже давно не соответствуют реальности. С середины 2000-х годов средняя зарплата в Китае выросла более чем в два с половиной раза: с 1740 юаней в месяц в 2007 году (около $228 по курсу того же года) до 4610 юаней в 2015-м (около $743). Для сравнения: в Бангладеш зарплата рабочего составляет около $68, в Мьянме – около $99.

Помимо повышения зарплат, в КНР постепенно развивалось и трудовое законодательство. Первые документы появились в 1994 году и стали активно дополняться ближе к середине 2000-х годов, когда и начались первые протесты. Во многом именно из-за стачечной активности в 2002 году был принят закон о безопасности труда, который в 2008 году дополнился законами о трудовом контракте, об урегулировании и посредничестве при трудовых спорах и о содействии трудоустройству. Последним этапом развития трудового законодательства стал закон о социальном страховании 2010 года.

Однако рабочим по-прежнему не разрешают самостоятельно организовывать профсоюзы и коллективно решать споры с работодателем. Сейчас только отдельные провинции пытаются выработать свод официальных правил для ведения переговоров между рабочими и нанимателями.

В 2000-е большая часть забастовок проходила под лозунгами увеличения зарплаты и улучшения условий труда. Теперь повышения зарплат требуют все реже, зато в 2015 году более 30% протестных акций проходили из-за задержки зарплаты. Чаще всего на улицы выходят небольшими группами, до ста человек, и требуют погасить задолженности по зарплате или компенсировать досрочное увольнение.

Большинство протестных акций остаются без ответа, только в 2–3% случаев с рабочими идут на переговоры. В то же время сотрудники органов правопорядка используются нечасто: в последние два года дубинки и аресты шли в ход лишь в 5–6% случаев.

Несмотря на важность рабочего вопроса, государственная статистика по протестам в Китае не публикуется. Наиболее подробный учет протестного движения ведется гонконгской организацией China Labor Bulletin, которая пытается поддерживать «низовую демократию» китайских рабочих и не аффилирована с Пекином.

Китайские власти легко объясняют то, что данных о стачечном движении не публикуется. С точки зрения формального законодательства этих протестов не существует. С 1982 года из Конституции страны исчезло упоминание о праве рабочих на стачки. Свои проблемы с работодателем им надлежит решать через Всекитайскую федерацию профсоюзов.

Мегапрофсоюз

Всекитайская федерация профсоюзов (ВФП) существует с 1925 года и сейчас монополизировала право представлять интересы рабочих. Участниками этого объединения являются 280 млн человек. Это в три с лишним раза больше, чем членов КПК (около 90 млн человек). Организация имеет представительство в каждой провинции и на каждом производстве в Китае, включая предприятия иностранных компаний. С середины 2000-х годов Пекин обязал все иностранные предприятия сотрудничать с единым профсоюзом и отчислять туда 2% зарплатного фонда. Так, представительства ВФП стали для китайских властей удобным инструментом контроля над иностранными компаниями.

ВФП прочно встроена в систему государственного аппарата Китая. Руководители и сотрудники профсоюза имеют тот же регламент работы и те же привилегии, что и чиновники других государственных ведомств. Глава ВФП входит в состав Политбюро ЦК КПК, и обычно на эту должность подбираются авторитетные кадры с большим аппаратным весом.

Глава профсоюза при экс-председателе Ху Цзиньтао Ван Чжаого работал вместе с бывшим председателем КНР в комсомоле (и даже был начальником будущего китайского лидера с 1982 по 1984 год). Нынешний глава ВФП Ли Цзяньго также делал карьеру в комсомоле, но чуть ли не с самого своего назначения при Си Цзиньпине стал фигурантом дела о коррупции. Подробности расследования до сих пор неизвестны, как и суть предъявленных Ли обвинений. И так уж совпало, что новым заместителем Ли Цзяньго стал выходец из главных антикоррупционных ведомств, Министерства контроля и Центральной комиссии по проверке дисциплины (ЦКПД) Ли Юйфу. До прихода в ВФП он был заместителем главы ЦКПД Ван Цишаня, который и поспособствовал его переводу в ВФП одновременно с началом расследования против действующего главы профсоюза.

Любая рабочая инициатива по объединению должна проходить через ВФП и получать ее одобрение. Официальной возможности выходить на стачки и создавать профсоюзы в обход ВФП у рабочих нет. В итоге стихийный рабочий протест все активнее поддерживается НКО, которые берут на себя функции профсоюзов.

Старейшая из таких организаций, Центр помощи в оформлении документов для рабочих мигрантов уезда Паньюй, появилась еще в 1998 году в Гуандуне. Подобные НКО (сейчас их насчитывается около 70 по всему Китаю) предоставляют консультации и отстаивают интересы рабочих на переговорах и в суде, помогают травмированным на производстве, поддерживают стачки.

Основателями и сотрудниками подобных объединений обычно становятся бывшие рабочие-активисты, за спиной у которых нередко есть тюремные сроки за «нарушение общественного спокойствия». Многие из этих организаций зарегистрированы в Гонконге или получают иностранное финансирование. Полулегальное положение сделало их жертвой недавнего закона об НКО.

Сотрудники НКО в Гуандуне открыто протестовали против принятия этого закона, который перекрыл им каналы финансирования. В итоге в декабре 2016 года директора Центра помощи Цзэн Фэйяна приговорили к трем годам тюрьмы, чуть меньшие сроки получили еще трое сотрудников.

Деятельность центра привлекла внимание властей не только из-за протестов по поводу нового закона об НКО. Центр приложил руку к организации забастовок целого ряда заводов на юге Китая. Например, в 2014 году он помогал рабочим тайваньского завода Panyu Lide Shoes решать споры с работодателем по поводу переноса производства в более отдаленные регионы провинции. Все началось с протеста 20 из 2700 рабочих завода, впоследствии переросшего в массовые и затяжные баталии с владельцами. В процессе переговоров на Цзэн Фэйяна не раз совершались нападения. Спустя год рабочим Panyu Lide Shoes удалось добиться компенсации в размере 120 млн юаней. Этот случай стал одним из наиболее показательных примеров успешных коллективных переговоров без участия ВФП.

WeChat как коллективный организатор

Хотя китайские власти всерьез принялись за аресты гражданских активистов, на помощь китайским рабочим приходят современные технологии. Все более важную роль в организации стачек играют социальные сети, особенно популярный мессенджер WeChat, третья в Китае соцсеть по количеству пользователей (до 600 млн человек в месяц). Одни из самых активных пользователей WeChat – сотрудники крупнейшего в мире ретейлера Walmart. Именно с помощью группы из 20 тысяч работников они успешно организовали забастовку по всему Китаю в 2015 году.

Соцсети работают не только как инструмент мобилизации, но и как альтернативные СМИ, привлекая внимание к идущим забастовкам. Фотографии рабочих завода игрушек Ever Force Toys & Electronics в Гуандуне, которых во время демонстрации избила полиция, широко разошлись по соцсетям и подогрели общественное недовольство. Сотрудники завода вышли на улицы после того, как выяснилось, что владелец не собирается погашать задолженность по зарплате на сумму 4,5 млн юаней ($725 тысяч). Добиться справедливости им помогли забастовки и активная кампания в соцсетях. В итоге сотрудникам выдали 90% задержанной зарплаты, хотя изначально власти предложили возместить только 70%.

Навстречу съезду

Пекин осознает эти проблемы и, судя по всему, опасается социальной нестабильности в преддверии намеченного на осень XIX съезда Компартии, поэтому начал заливать трудности деньгами. Власти обещают смягчить последствия увольнений с помощью фонда на 100 млн юаней, который должен оплачивать расходы на переквалификацию.

В 2015 году с помощью госпрограмм удалось трудоустроить более 700 тысяч человек. Параллельно уже в 2016 году, вопреки первоначальным планам, Пекин вновь стал закачивать средства в госкомпании, чтобы подтолкнуть рост промышленности. В начале 2017 года инвестиции государства в основные фонды продолжают расти: на 14% по сравнению с началом 2016 года. Перепроизводство в промышленности опять увеличивается: в сталелитейном секторе оно выросло на 36,5 млн тонн.

Судя по данным China Labor Bulletin, в 2016 и 2017 годах протестная активность идет на спад по сравнению с пиком в 2015 году. Но временное снижение количества забастовок за считаные месяцы до съезда не гарантирует, что рабочие не взбунтуются, если Пекин в 2018 году все же начнет структурные реформы, которые в первую очередь ударят именно по рабочим.

Провести корабль китайской экономики между тупиковым вариантом с накачкой зомби-предприятий деньгами, которые рано или поздно кончатся, и перспективой бороться против стачечного фронта по всей стране – одна из самых сложных задач, которую предстоит решать команде Си Цзиньпина в следующем политическом цикле. В Пекине, безусловно, помнят, что смена династий на протяжении долгой истории Китая традиционно начиналась с локальных восстаний недовольных и обездоленных.

Китай > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 5 июля 2017 > № 2232614 Вита Спивак


Китай. Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231565

Несырьевой экспорт в Китай: «Смешарики», КВН и квантовая физика

Екатерина Еременко, Варвара Перцова

Раунд российско-китайских переговоров на высшем уровне принес миллиардные инвестиции крупнейших банков и корпораций. Forbes выбрал самые интересные проекты в области инноваций, спорта и медиа

Лидеры России и Китая Владимир Путин и Си Цзиньпин провели 4 июля переговоры в Москве и приняли совместное заявление об углублении «всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия». Путин по итогам переговоров рассказал журналистам, что строительство российского участка международного транспортного маршрута «Европа — Западный Китай» планируется завершить в 2019 году. Реализация проекта позволит сократить срок доставки грузов из Китая в ЕС до 10 дней.

Но программными заявлениями и обещаниями дело не ограничилось. Безусловно, для России и Китая большое значение имеют крупные инфраструктурные и энергетические проекты. «Газпром» и CNPC подписали соглашение о начале с 20 декабря 2019 года поставок газа по «Силе Сибири». Контракт сроком на 30 лет был подписан еще три года назад и предусматривает экспорт в Китай 38 млрд куб. м российского газа в год.

Теперь проект перешел «в завершающую, ключевую стадию», а оставшиеся 2100 километров газопровода будут построены до 2019 года, сообщил руководитель «Газпрома» Алексей Миллер. Он также добавил, что, по оценкам экспертов, в ближайшие несколько лет уровень потребления газа в Китае выйдет на 300 млрд кубометров в год. Однако во взаимных интересах двух государств не только топливно-энергетический комплекс. Совместные инвестиции в инновации, медиа и спорт — в галерее Forbes.

Инвестиции в инфраструктуру

Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) и Банк развития Китая (CDB) запустят инвестиционный фонд объемом около $10 млрд (68 млрд юаней). Приоритетными направлениями фонда станут добыча и переработка природных ресурсов, горнодобывающий и транспортный секторы, сельское хозяйство, инфраструктура. Фонд формируется для совместных проектов и позволит рассчитываться в национальных валютах. Также перед масштабным раундом российско-китайских переговоров сообщалось, что РФПИ и Российско-Китайский инвестиционный фонд (РКИФ) готовят также несколько новых соглашений на сумму более $12 млрд.

Как стало известно по итогам встречи российского и китайского лидеров, на этот раз рамочными соглашениями дело не ограничилось. Китайский Фонд шелкового пути (Silk Road Fund) присоединится к консорциуму, сформированному РФПИ и РКИФ в партнерстве с ведущими ближневосточными фондами, для инвестиций в проект комплексного развития территории бывшего аэродрома Тушино на северо-западе Москвы.

Соответствующее соглашение было подписано во вторник в рамках визита в Россию председателя КНР Си Цзиньпина по приглашению президента России Владимира Путина. Международный консорциум, в который входят фонды России, Китая, Саудовской Аравии, ОАЭ, Кувейта и Бахрейна, будет предоставлять акционерное финансирование проекту. Совокупный объем инвестиций в проект составит более 90 млрд рублей.

Поддержка инноваций

Внешэкономбанк (ВЭБ) и Банк Харбина приступили к созданию группы фондов для поддержки инноваций, сообщил ТАСС председатель российской госкорпорации Сергей Горьков. Он напомнил, что в рамках IV российско-китайского ЭКСПО в Харбине, прошедшем в середине июня этого года, стороны договорились создать фонды по поддержке инноваций с целевым объемом инвестиций до $700 млн.

«Запущен процесс структурирования и регистрации первого из фондов. Наша задача — правильно построить систему и запустить инновационные проекты», — сказал Горьков, отвечая на вопрос о сроках начала работы совместного проекта с Банком Харбина. Воспользоваться средствами фондов в первую очередь смогут именно российские инновационные компании, подчеркнул Горьков.

В числе кандидатов он назвал российские компании, которые еще три года назад были стартапами, в частности, Dauria Aerospace — частную российскую космическую компанию, офис и сборочная площадка которой расположены в технопарке Сколково. Предполагается, что фонды будут содействовать сотрудничеству между правительствами, финансовыми институтами и научно-техническими предприятиями России и КНР, а также стимулировать внедрение научно-технических разработок в производство с помощью венчурных инвестиций.

Кроме того, ВЭБ и Банк развития Китая также подписали соглашение о сотрудничестве в сфере инноваций на сумму $850 млн. «Это позволит нам существенно увеличить объем инвестиций именно в инновации», — отметил руководитель госкорпорации. По его словам, планируется инвестировать средства в различные проекты — связанные с блокчейном, цифровой экономикой, технологиями в области квантовой физики.

Логистика и промышленность

Газпромбанк и China Chengtong Group планируют создать совместный инвестиционный фонд размером до $1 млрд, соответствующее соглашение было подписано в ходе пленарного заседания Российско-Китайского комитета дружбы, мира и развития.Кроме того, было подписано соглашение между Газпромбанком и китайскими компаниями Golden Brick Ding Shi Capital Management.

China Chengtong Holdings Group — крупная государственная корпорация под управлением Комитета по государственной собственности Государственного совета КНР. В ее структуру входит 280 малых предприятий и 13 компаний второго эшелона на территории Китая, Гонконга, России, Великобритании, Нидерландов, Бельгии и других стран. China Chengtong работает в отраслях горнодобычи, производства бумаги, лесной отрасли, транспорта и логистики.

«Маша и Медведь» и «Смешарики»

Первым проектом в рамках соглашения о совместном производстве между анимационными компаниями России и Китая станет мультипликационный сериал «Крош и Панда», который будет создан в течение полутора лет, сообщает пресс-служба группы компаний «Рики».

Производством мультсериала займутся авторы «Смешариков« и студия Центрального канала Китайского телевидения (CCTV Animation). В течение полутора лет творческие коллективы специалистов из России и Китая будут разрабатывать сценарий, характеры персонажей и окружающий их мир. В итоге зрители увидят 52 эпизода по 12 минут в формате 3D CGI.

Как сообщили «Ведомости», компания «Маша и Медведь» (производитель одноименного мультфильма), разработчик софта для дистрибуции контента SPB TV и китайская Shanghai Media Group (SMG) создают совместное предприятие, которое будет заниматься дистрибуцией мультфильма в этой стране.

Кинобизнес

Российские и китайская компании завершили съемки фильма «Тайна Печати дракона: Путешествие в Китай» с Арнольдом Шварценеггером, Джейсоном Флемингом, Джеки Чаном и Юрием Колокольниковым; бюджет проекта составил $50 млн, передает «Интерфакс».

Корпорация «Русская Фильм Группа» совместно с кинокомпанией СТВ и China Film Group завершили съемку первой в истории масштабной копродукции России и Китая. Инвестиции китайской стороны — $20 млн на производство плюс бюджет на продвижение, сообщили журналистам во вторник в Министерстве культуры России. В ведомстве отметили, что в создании фильма задействованы ведущие профессионалы из России, Китая, Европы и США.

В картине среди прочих снялись Джеки Чан, Арнольд Шварценеггер, Рутгер Хауэр, Юрий Колокольников, Андрей Мерзликин, Павел Воля, а также китайские актеры. Английский путешественник Джонатан Грин, уже известный по «Вию» персонаж, получает от Петра I заказ на изготовление карт Дальнего Востока России. Ему предстоит долгий путь, полный невероятных приключений, который приведет Грина в Китай. Выход картины запланирован на 2018 год.

Телеканал «Катюша» и КВН на китайском

Центральное телевидение Китая (CCTV) и Первый канал заключили соглашение о запуске первого российского телеканала «Катюша» в КНР, его вещание начнется уже в 2017 году, сообщил «РИА Новости» генеральный директор Первого канала Константин Эрнст.

«Мы продвинулись довольно быстро. То, что мы за два года достигли всех договоренностей и сегодня подписали контракт на распространение, я считаю, просто титанически быстрый темп», — сказал он. Канал будет вещать на русском языке с китайскими субтитрами. На телеканале планируется трансляция российских развлекательных и музыкальных телепередач, а также лучших детских развивающих и познавательных программ.

В частности, руководство Первого канала хочет познакомить китайского зрителя с российской юмористической программой «Клуб веселых и находчивых» (КВН), ее создатели готовы попробовать перевести выпуски программы на китайский язык.

Кроме того, «Национальная Медиа Группа» (НМГ), «СТС Медиа» и китайский медиахолдинг Huace Film & TV договорились об обмене форматами контента, его адаптации в локальные версии, также в рамках меморандума предполагается обмен и готовыми программами и сериалами.

Хоккей

Клубы Высшей хоккейной лиги (ВХЛ) примут участие в турнире «Кубок Шелкового пути», все финансирование берет на себя Федерация хоккея России (ФХР) и китайская сторона, заявил первый вице-президент ФХР Роман Ротенберг.

Во вторник ФХР, Центр международной культуры Китая и Ассоциация хоккея Китая подписали меморандум о взаимопонимании по вопросам сотрудничества. В рамках соглашения было обговорено проведение с сезона-2018/19 международного турнира «Кубок Шелкового пути», а также создание второй китайской команды в ВХЛ.

«Эта лига будет создана на базе ВХЛ, где будет создан международный проект, куда мы будем приглашать команды из Японии, Северной Кореи, Китая и других стран. Но мы открыты для обсуждения и европейских стран. На данный момент в лиге планируется вся ВХЛ и две команды из Китая, а дальше в течение года мы будем общаться со всеми. Цель — как можно больше команд завлечь, сохранив высокий уровень хоккея», — отметил Ротенберг.

Китай. Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231565


Китай. Киргизия. Казахстан. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт. СМИ, ИТ > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227790 Евгения Ким

Кривое зеркало: Как СМИ искажают присутствие Китая в Средней Азии

Материалы в ряде региональных СМИ не отражают реальных целей, перспектив и последствий деятельности Китая в Средней Азии

Усиление присутствия Китая в Средней Азии сопровождается ростом числа публикаций, описывающих роль КНР в регионе. Их качество, полнота, а также наличие логических ошибок, демагогических приемов и попыток манипуляций влияют на четкость восприятия роли Поднебесной в регионе.

ИА REGNUM приводит перечень типичных ошибок и манипуляций, возникающих при описании «китайской тематики» в Средней Азии.

***

Выдавание желаемого за действительное

Одним из самых распространенных искажений является попытка выдать надежды и планы за реальность. Прием используется для рассказов о «гарантированно успешных» проектах

Пример:

«Заместитель министра сельского хозяйства, пищевой промышленности и мелиорации Киргизии Эркинбек Чодуев рассказал сегодня на пресс-конференции, какие продукты будут экспортировать в Китай. […]

«Отрадно, что есть договоренность о поставке вишни и дыни в Китай. Ведется работа по экспорту мяса и фасоли». (Публикация от 30 мая 2017 года)

На самом деле: в тексте идет речь о начале экспорта продуктов в Китай как о гарантированном факте — «будут поставляться». В представлении читателя возникает картина: караваны из сотен грузовиков и железнодорожные эшелоны, набитые киргизской продукцией, вот-вот отправятся в Китай.

В действительности одной лишь договоренности между двумя странами для начала массовых поставок недостаточно. К потенциальным экспортерам Китай выдвигает набор требований, который сможет выполнить далеко не каждый поставщик. Но об этом ни чиновник, ни СМИ не упоминают.

В общих чертах алгоритм выглядит следующим образом:

Китай создает реестр рекомендуемых к импорту товарных позиций,

Страна-производитель и КНР согласовывают требования по условиям производства и качеству конечной продукции,

Производители получают у проверяющих органов на местах документы, подтверждающие качество их продукции,

Специалисты Главного управления надзора за качеством, инспекции и карантину КНР (ГУНКИК) дополнительно проверяют продукцию на соответствие своим требованиям. В отдельных случаях речь может идти о признании Китаем лабораторий в стране-производителе, однако для этого необходимо, чтобы сами лаборатории прошли аккредитацию в ГУНКИК.

Предприятие вносится в реестр поставщиков.

Опуская некоторые детали и опираясь на опыт казахстанских предприятий, которые не первый год бьются над выходом своей растительной и животноводческой продукции на китайский рынок, можно утверждать, что:

Заявление заместителя министра Киргизии несколько преждевременно и пока не соответствует действительности.

Вопрос о регулярных крупномасштабных поставках киргизских продуктов в Китай в ближайшее время решен не будет.

Чрезмерным оптимизмом в описании перспектив взаимодействия грешат не только в Киргизии, но и в остальных странах Средней Азии.

Пример:

«Казахстан создаст совместно с Китаем ряд новых лабораторий, которые будут заниматься сертифицированием экспортируемой в КНР сельскохозяйственной продукции. При этом ее будет проходить не только продукция, производимая непосредственно в Казахстане, но также и из других стран Центральной Азии. Такое заявление сделала заместитель министра сельского хозяйства республики Гульмира Исаева». (Публикация от 17 мая 2017 года)

На самом деле:

Здесь, по сравнению с первым примером, читателям представляется еще более масштабная картина — со всего региона товары на экспорт в Китай сначала привозятся в Казахстан, проверяются и лишь потом (вероятно с помощью местных железных дорог) отправляются в КНР.

В тексте вновь используется форма «будет», а не «может быть». Чиновник, а следом за ним и СМИ, без оговорок преподносят информацию о создании новых лабораторий как свершившийся факт.

В действительности, Астана лишь предполагает, что китайские партнеры согласятся на предложенный вариант сертификации товаров для экспорта в Поднебесную. Будет ли получено согласие Пекина на реализацию этой схемы, смогут ли в Казахстане создать лаборатории, соответствующие стандартам КНР, сколько их будет, согласятся ли соседние страны на подобную схему и сколько времени на все это потребуется? Все эти вопросы остаются без внимания большей части СМИ.

Пока что Казахстан пытается начать поставки собственной животноводческой, мясной и растительной продукции в Китай. Получение разрешений неоднократно откладывалось.

Пример:

Освещение темы строительства железной дороги Китай — Киргизия — Узбекистан.

«Президент Киргизии Алмазбек Атамбаев и президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев предлагают построить железную дорогу Китай — Киргизия — Узбекистан. Такую инициативу они озвучили в ходе саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Астане». (Публикация от 9 июня 2017 года)

«Президент Алмазбек Атамбаев упомянул, что в ходе предстоящего его визита в Китай будут обсуждены вопросы строительства железной дороги Китай — Киргизия — Узбекистан» (Публикация от 3 сентября 2015 года)

«…предполагается проложить железную дорогу Китай — Киргизия — Узбекистан, она откроет доступ на рынки Западной Азии и стран Ближнего Востока». (Публикация от 3 марта 2017 года)

На самом деле:

И вновь в текстах намерения и планы смешиваются с реальностью. Строительство железной дороги еще и не начиналось, но в тексте она уже гарантированно «откроет доступ на рынки Западной Азии и стран Ближнего Востока».

Скупые описания сложных переговоров обильно насыщаются формулировками «обсудили», «проявили заинтересованность», «выразили надежду» — в СМИ подобные результаты превозносятся до небес, однако на деле это чаще всего означает, что стороны не пришли к общему решению и, возможно, продолжат переговоры в следующий раз.

К сожалению, авторы текстов регулярно забывают, что «обсудить проект», — не значит поддержать его, выделить деньги и успешно его реализовать.

***

Некорректное обобщение

Пример:

«Товарооборот между провинцией Цзисянь в 2015 году и республикой [Киргизией] составил около $70 млн. Темпы роста торговли быстро развиваются. В первом квартале оборот вырос в три раза», — сказал глава китайской делегации Ли Шанглин.

Он добавил, что цель китайской делегации заключается в установлении дружеских контактов между регионами, стимуляции экономического сотрудничества между странами».

(Публикация от 28 июня 2016 года)

На самом деле: Увеличение товарооборота с КНР в СМИ чаще всего преподносится как признак развития экономики среднеазиатской страны. Почему так подает информацию китайский дипломат понятно, его работа — поддерживать положительный имидж Китая. Но почему местные СМИ, воспроизводя высказывания китайских чиновников, не задумываются над смыслом слов — большой вопрос.

Если импорт товаров из Китая растет, а экспорт остается значительно ниже, утверждать об успешном развитии экономики Киргизии нельзя. Такой перекос в торговле с КНР (Киргизия продает в Китай в 34 раза меньше, чем покупает) приводит к вымыванию финансов из страны.

В настоящий момент «стимуляция экономического сотрудничества» в торговле Китая с приграничными странами в большинстве случаев происходит в одностороннем порядке. КНР активно продвигает свои товары на рынки стран Средней Азии, стараясь минимизировать объемы закупок, импортируя лишь сырье необходимое для производства.

Другой пример:

«Основную роль реализации проекта Шелкового пути взял на себя Китай. Но насколько выгодно будет такое сотрудничество, например, для Киргизии? Ведь все уже давно привыкли, что чаще всего Поднебесная является именно страной экспортером. Но это не так. Китай с большим населением всё больше потребляет товаров и превращается в крупного потребителя, а значит, и импортера. Например, в прошлом году Казахстан наладил поставки растительного масла в Китай».

(Публикация от 26 апреля 2017 года)

На самом деле: Китай предпочитает не покупать продукцию за рубежом, а производить ее внутри страны, а затем продавать. Исключением являются лишь сырье, сырьевые продукты с минимальной переработкой и энергоресурсы. Для примера можно привести товары, которые Киргизия поставляет в КНР, — среди наиболее крупных поставок: нефтепродукты, фрукты, орехи, необработанная руда, необработанная кожа, полудрагоценные камни.

Во-первых, сравнивать продукцию из Киргизии и Казахстана как минимум некорректно. Казахстанские продукты питания, которые пытаются экспортировать в Китай, хоть и не всегда, но зачастую выше по качеству и разнообразнее по номенклатуре. А растительное масло, которое приводится в качестве примера успешной торговли, у Казахстана покупает и Киргизия.

С экспортом в КНР других наименований товаров у казахстанских производителей возникают трудности — их не пускают на китайский рынок под несколькими предлогами/причинами, в том числе из-за несоответствие стандартам качества КНР.

Во-вторых, экспортеры Киргизии действительно сталкиваются с серьезными проблемами, но отсутствие рынков сбыта не входит в число ключевых препятствий, мешающих развитию бизнеса.

***

Отсутствие логики

Пример:

«Министр по торговле Евразийской экономической комиссии Вероника Никишина в своем докладе поделилась, что в прошлом году ЕЭК была произведена оценка по готовности строить иные более преференциальные режимы с партнерами, которые находятся за пределами ЕАЭС. Оценив выгоду и риски, стало ясно, что плюсов гораздо больше, нежели минусов от создания новых соглашений с третьими странами. (Публикация)

На самом деле: Вероника Никишина говорит, что ведомство оценило возможности более преференциальных режимов со странами, не входящими в ЕАЭС. Так как дальнейший текст материала не закавычен, можно предположить, что журналист самостоятельно делает выводы, что «плюсов от новых соглашений больше, чем минусов».

Далее по тексту Никишина опровергает озвученные выводы и акцентирует внимание, на том, что сейчас формат возможных соглашений с КНР носит непреференциальный характер.

Публикация скорее носит позитивный характер и акцентирует внимание на том, какие плюсы принесет сотрудничество китайского Экономического пояса Шелкового пути и ЕАЭС. Позиция ЕЭК, которая отвергает возможности создания зоны свободной торговли между Евразийским союзом и КНР, в тексте теряется и снижает свою значимость.

***

Фрагментарный подход

Пример:

«Перенос избыточных мощностей Китая в Киргизию в рамках развития «Экономического пояса Шелкового пути» обсуждается с 2016 года. […] Почему Киргизия, а не другая страна региона?

Интерес Китая в Киргизии обусловлен тем, что республика является членом Евразийского экономического союза, который представляет из себя многомиллионный рынок. […]»

(Публикация от 25 апреля 2017 года)

На самом деле вопрос «Почему Киргизия, а не другая страна региона» некорректен. Киргизия в этой инициативе не является избранной страной. Программа переноса избыточных предприятий из Китая касается Африки, Восточной Европы, Юго-Восточной Азии, Латинской Америки, Индонезии и России. В Средней Азии помимо Киргизии в качестве принимающей стороны рассматриваются Казахстан и Таджикистан. Сам перенос избыточных производств является одним из направлений экономической стратегии Пекина.

Журналисты, которые не знакомы с деятельностью Китая в сопредельных странах и составляют мнение о работе Пекина в Киргизии на основе информации из пресс-релизов, порой, искажают информацию, смещая акценты и дезинформируя читателей.

***

Использование недостоверных или сомнительных источников

Пример:

«Земельный вопрос в Таджикистане рискует перерасти в межнациональный конфликт. Свидетельство тому — ввод войск Китайской Народной Республики на территорию соседней страны. Оппозиция Таджикистана сообщает, что в понедельник, 6 мая, официальный Пекин установил военный контроль над частью земель в Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) Таджикистана. Эти территории Душанбе передал Китаю в счет погашения внешнего долга. Известно, что таджикские власти отписали китайским партнерам десятки гектаров земель в Мургабском районе ГБАО, однако официальные власти отказываются подтверждать сей факт».

(Публикация от 7 мая 2013 года)

На самом деле: Захвата территории не было. За 4 года, прошедших с момента публикации новости, никаких подтверждений передачи части таджикской территории Китаю так и не появилось.

Единственным источником являлись утверждения оппозиционного политика, чьи слова без проверки и уточнений растиражировали некоторые СМИ.

***

Выводы:

Для создания информационных поводов пресс-службы и СМИ могут преувеличить значимость событий в сфере сотрудничества с Китаем. Формальная и ничего не значащая информация о встречах и переговорах преподносится как важное достижение, которое неизбежно изменит ситуацию к лучшему.

В информационном пространстве появляется большое количество пиар-материалов, описывающих только положительные стороны сотрудничества стран Средней Азии с Китаем. Публикаций в СМИ, в равной степени освещающих положительные и отрицательные стороны вопроса немного, качество материалов чаще всего невысоко.

Большая часть материалов, описывающих присутствие Китая в регионе, представляют собой смесь из пресс-релизов, хвалебных заявлений политиков и стереотипных суждений. Искаженная информация во властных и околовластных СМИ формирует неверное понимание происходящих процессов.

Чиновники и эксперты, заинтересованные в китайских проектах в своих странах, либо используют размытые формулировки, либо преподносят информацию в позитивном свете. Чаще всего это не ложь, а смещение акцентов и замалчивание неудобных моментов с целью манипулирования мнением общественности.

Евгения Ким

Китай. Киргизия. Казахстан. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт. СМИ, ИТ > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227790 Евгения Ким


Китай > Внешэкономсвязи, политика > trud.ru, 30 июня 2017 > № 2227584 Си Цзиньпин

Си Цзиньпин, председатель КНР: Совместно продвигать строительство «Одного пояса и одного пути»

Си Цзиньпин, председатель КНР

Строительство «Одного пояса и одного пути» - дело великое, которое невозможно без великой практики

Более 2000 лет назад наши предки, преодолевая неимоверные трудности, пересекая степи и пустыни, проложили Шелковый путь на суше, соединяющий Азию, Европу и Африку. Наши прадеды на парусных судах совершали походы в далекие моря, сквозь бурю и девятый вал, открыли Морской шелковый путь, объединяющий Восток с Западом. Благодаря Великому шелковому пути открылись окна-коридоры дружественных связей между разными странами планеты, была вписана новая страница в летопись человечества. На Великом шелковом пути закалился и сформировался дух Шелкового пути, в основе которого лежат мир и сотрудничество, открытость и инклюзивность, взаимообмен и взаимозаимствование, взаимовыгода и всеобщий выигрыш. Вот это и есть самое ценное наследие человеческой цивилизации.

Мир и сотрудничество. В период династии Хань (примерно 140-е годы до нашей эры) отряд смелых первопроходцев из города Чанъань с мирной миссией отправился в далекие западные страны. При династиях Тан, Сун и Юань параллельное развитие получили шелковые пути на суше и море, где свои следы оставили китайский путешественник Ду Хуань, итальянец Марко Поло. А в начале XV века, во времена династии Мин, известный китайский флотоводец Чжэн Хэ семь раз возглавлял легендарную морскую экспедицию. Воспевались эти исторические подвиги потому, что там шли в поход не боевые кони и копья, не военные корабли и пушки, а караваны верблюдов и торговые суда с добрыми намерениями. Это они, «шелкопутийцы», из поколения в поколение создавали узы сотрудничества и мост между Востоком и Западом.

Открытость и инклюзивность. Великий шелковый путь проходил через бассейны рек Нил, Тигр, Евфрат, Инд, Ганг, Хуанхэ и Янцзы, тянулся до колыбелей цивилизаций Египта, Вавилона, Индии и Китая, простирался до мест компактного проживания буддистов, христиан и мусульман, проходил земли разных народов. Стараясь достигать взаимопонимания при сохранении разных точек зрения, в духе открытости и инклюзивности, различные цивилизации, конфессии и этносы вместе создали грандиозную и великолепную картину взаимоуважения и общего развития.

Старинные города Цзюцюань, Дуньхуан, Турфан, Кашгар, Самарканд, Багдад и Константинополь, древние порты Нинбо, Цюаньчжоу, Гуанчжоу, Пакхой, Коломбо, Джидда, Александрия считаются наглядным свидетельством этой истории. История учит, что цивилизация развивается в открытости, а нации сосуществуют в сближении.

Взаимообмен и взаимозаимствование. Великий шелковый путь — не столько путь торговли, сколько путь обмена знаниями. Китайский шелк, фарфор, лаковые и железные изделия были перевезены по нему на Запад, и обратно китайцы привозили душистый перец, лен, специи, виноград и гранат. По этому пути в Китай вошли буддизм, ислам, арабская астрономия, летосчисление и медицина. А компас, порох, бумага, книгопечатание и шелководство Китая получили распространение по всему миру. Более того, обмен товарами и знаниями сопровождает еще и развитие мышления. Например, буддизм брал начало в Индии, получил развитие в Китае и распространение в Юго-Восточной Азии. Конфуцианство родилось в Китае, но его высоко ценили, очень уважали и европейские мыслители, такие как Лейбниц, Вольтер. В этом отражаются привлекательность обмена и заметные плоды взаимозаимствования.

Взаимовыгода и всеобщий выигрыш. По Великому шелковому пути по суше непрерывно ходили посланцы и торговцы, а по морю плавали бесчисленные суда. По этим магистралям свободно передвигались капиталы, технологии, трудовые ресурсы и другие производственные элементы, в результате стали доступными товары, ресурсы и блага развития. Поднялись крупные города, такие как Алматы, Самарканд и Чанъань, бурно развивались морские порты, такие как Сур и Гуанчжоу. Процветали Римская империя, Парфия и Кушанское царство, Китай пережил расцвет династий Хань и Тан. Великий шелковый путь принес в регион колоссальное развитие и процветание.

Осенью 2013 года в Казахстане, а затем в Индонезии я выдвинул инициативу о совместном строительстве экономического пояса Шелкового пути и Морского шелкового пути XXI века. То есть «Один пояс и один путь». За минувшие 4 года более 100 государств и международных организаций активно откликнулись на строительство «Одного пояса и одного пути», инициатива как таковая включена в резолюции Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН. Строительство «Одного пояса и одного пути» постепенно переходит от идеи к практике и приносит плоды.

Прошедшие 4 года — это годы углубления политических контактов. Строительство «Одного пояса и одного пути» отнюдь не означает разрушение существующего и создание всего заново. Смысл этой идеи в сопряжении стратегий и взаимодополнении друг друга своими преимуществами. Речь идет о консолидации политики, включая российскую инициативу о Евразийском экономическом союзе, «Взаимосвязанность АСЕАН-2025», казахстанскую программу «Нурлы Жол», турецкий проект «Центральный коридор», монгольский «Степной путь», вьетнамский «Два коридора и один экономический цикл», Industrial Powerland Англии, польский «Янтарный путь» и т. д. Заключено соглашение о сотрудничестве с больше чем 40 государствами и международными организациями. Партнерами по регулярному сотрудничеству в сфере производственных мощностей стали больше 30 стран.

Прошедшие 4 года — это годы наращивания взаимосвязанности инфраструктуры. Мы с партнерами ускоренно продвигаем такие проекты, как высокоскоростная железная дорога Джакарта — Бандунг, железная дорога Китай — Лаос, железная дорога Аддис-Абеба — Джибути, железная дорога Белград — Будапешт, строим порты Гвадар, Пирей, разрабатываем целый ряд проектов в области транспорта и коммуникаций. В настоящее время формируется мультимодальная инфраструктурная сеть, базирующаяся на железных дорогах, портах и трубопроводных системах, включающая экономические коридоры Китай — Пакистан, Китай — Монголия — Россия и новый евразийский континентальный мост, с опорой на сухопутные, морские, воздушные сообщения и телекоммуникационную сеть.

Прошедшие 4 года — это годы активизации торговых связей. Вместе с участниками инициативы «Один пояс и один путь» мы всемерно способствуем облегчению торговли и инвестиций, улучшаем деловой климат. Время доставки сельскохозяйственной продукции до китайского рынка (с учетом таможенного оформления) из стран Центральной Азии, включая Казахстан, сократилось на 90%. За 2014-2016 годы товарооборот между Китаем и странами вдоль «Одного пояса и одного пути» превысил 3 трлн долларов. Совокупные инвестиции Китая в экономику этих стран превысили 50 млрд долларов. Китайские предприятия создали 56 зон торгово-экономического сотрудничества более чем в 20 странах, обеспечив 1,1 млрд долларов налоговых поступлений и 180 тысяч рабочих мест в этих странах.

Прошедшие 4 года — это годы роста финансовых потоков. Китай осуществляет разные формы финансового сотрудничества с участниками «Одного пояса и одного пути». Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ) выделил кредит странам-участницам в объеме 1,7 млрд долларов для девяти проектов, инвестиции Фонда Шелкового пути составляют 4 млрд долларов. Официально учрежден финансовый холдинг Китая и стран Центральной и Восточной Европы в формате «16+1». Эти новые финансовые институты и традиционные многосторонние финансовые структуры имеют каждый свои особенности, дополняют друг друга и вместе формируют сеть финансового сотрудничества «Одного пояса и одного пути» с четкими иерархиями и достойным масштабом.

Прошедшие 4 года — это годы душевного сближения. Страны-участницы «Одного пояса и одного пути» создают «интеллектуальный Шелковый путь» и «здоровый Шелковый путь», развивают сотрудничество в областях науки, образования, культуры, здравоохранения, народных связей, укрепляют общественную и социальную основу для «Одного пояса и одного пути». Ежегодно правительством Китая предоставляются правительственные стипендии «Шелковый путь» на региональном уровне, направленные на активизацию международного обмена в области культуры и образования. Осуществляются разнообразные проекты культурно-гуманитарного сотрудничества, такие как Год культуры «Шелковый путь», Год туризма, фестивали, киномосты, семинары и диалоги мозговых центров.

Как говорят, лиха беда начало. Следует использовать эту благоприятную ситуацию, шаг за шагом двигаться вперед и дальше к прекрасному будущему. В этой связи хотел бы высказать следующие предложения.

Во-первых, «Один пояс и один путь» должен вести к миру. Древний Шелковый путь пережил расцвет в мирные годы, а в период войны — упадок. Строительство «Одного пояса и одного пути» немыслимо без мирной и спокойной обстановки. Необходимо создать международные отношения нового типа в духе взаимовыгодного сотрудничества, сформировать партнерские отношения в пользу диалога и кооперации без конфронтации и блоков. Важно взаимно уважать суверенитет, достоинство, территориальную целостность, уважать путь развития и социальный строй друг друга, учитывать коренные интересы и ключевые озабоченности.

Во-вторых, «Один пояс и один путь» должен вести к процветанию. Важно углублять производственное сотрудничество, продвигать совмещение стратегий разных стран в развитии производственных отраслей. Важно сформировать стабильную, устойчивую и контролируемую систему финансового обеспечения, обновить модель инвестиций и финансирования. Важно прилагать усилия к формированию мультимодальной связанности, включающей сухопутную, морскую, воздушную и сетевую, сфокусировать внимание на ключевых коридорах, городах и проектах с целью объединить сеть автодорог, железных дорог и морских портов.

В-третьих, «Один пояс и один путь» должен вести к открытости. Необходимо создать открытую платформу сотрудничества, развивать открытую мировую экономику. Важно формировать благоприятную среду, способствовать созданию справедливой, рациональной и прозрачной системы правил международной торговли и инвестиций, содействовать организованному передвижению производственных элементов, эффективному распределению ресурсов и глубокой интеграции рынков. Нужно отстаивать многосторонность механизмов торговли, продвигать строительство зон свободной торговли, стимулировать либерализацию и облегчение торговли и инвестиций.

В-четвертых, «Один пояс и один путь» должен вести к инновациям. Важно встать на путь инновационного развития, активизировать сотрудничество в передовых областях, в том числе цифровой экономики, искусственного интеллекта, нанотехнологий и квантовых компьютеров, содействовать развитию больших данных, облачных вычислений и умных городов. Необходимо стимулировать глубокую интеграцию науки и техники, как с производством, так и с финансами, оптимизировать инновационный климат. В эпоху интернета нужно создать поле и пространство для предпринимательской деятельности молодежи всех стран, помочь будущему поколению воплотить в жизнь молодежную мечту.

В-пятых, «Один пояс и один путь» должен вести к цивилизации. Целесообразно создать многоярусный механизм гуманитарного сотрудничества, наладить больше платформ и каналов взаимодействия. Важно увеличить обмен студентами и повышать уровень совместного обучения. Необходимо задействовать роль мозговых центров и потенциал культурно-исторического наследия, совместно разрабатывать свойственные Шелковому пути туристические продукты. Предлагаем активизировать контакты по линии парламентов, политических партий и неправительственных организаций, обмены между женщинами, молодежью, людьми с ограниченными возможностями, усиливать борьбу с коррупцией.

Накануне нового старта развития Китай углубленно реализовывает концепцию инновационного, согласованного, зеленого, открытого и общедоступного развития, последовательно адаптируется и идет вперед в духе новой нормы экономического роста, активно продвигает структурные реформы в сфере предложения, нацеленные на устойчивое развитие.

Китай готов на основе пяти принципов мирного сосуществования развивать дружбу и сотрудничество со всеми странами-участницами. Готовы делиться опытом развития без вмешательства во внутренние дела других стран. Мы не экспортируем социальный строй и модели развития, тем более их не навязываем. В ходе строительства «Одного пояса и одного пути», вместо того чтобы повторить стереотипы геополитической игры, будем создавать большую семью гармоничного сосуществования без вредных для стабильности замкнутых групп.

В рамках ОПОП Китай заключил со многими партнерами соглашение о сотрудничестве по строительству «Одного пояса и одного пути». Речь идет о проектах в области транспорта, инфраструктуры, энергетики, а также в коммуникационной, таможенной, санитарно-карантинной и т. д. Туда также входят программы и проекты по торговле, индустрии, электронной коммерции, морской и зеленой экономике и т. д. Будем работать над скорейшей реализацией и отдачей от всех этих проектов.

Китай намерен увеличить финансовую поддержку строительству «Одного пояса и одного пути». Будет вложено дополнительно 100 млрд юаней в Фонд Шелкового пути. Поддерживаем финансовые структуры развития за счет фондов за рубежом в китайских юанях, предполагаемый размер достигнет 300 млрд юаней. Государственный банк развития Китая, Эксим банк Китая предоставляют целевые кредиты на сумму 250 млрд и 130 млрд юаней для поддержки инфраструктурного, производственного и финансового сотрудничества в рамках «Одного пояса и одного пути».

Китай готов активно развивать со странами-участницами «Одного пояса и одного пути» взаимовыгодное торгово-экономическое партнерство, создать благоприятные условия для торговли и инвестиций, строить сеть свободной торговли в интересах экономического роста региона и всего мира. На полях недавнего форума «Один пояс и один путь» были подписаны соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве с более чем 30 странами, доработаны с заинтересованными странами соглашения о свободной торговле. С 2018 года в Китае будет проводиться международная Экспо по импорту.

Китай готов со всеми странами укреплять инновационное сотрудничество. В течение предстоящих пяти лет 2500 молодых ученых будут приглашены на краткосрочную научно-исследовательскую работу в Китае, будут обучены у нас 5000 научно-технических и управленческих специалистов и введены в действие 50 совместных лабораторий. Будем создавать платформу сервиса для обработки больших данных охраны экосистемы, выступать с инициативой о создании международного союза зеленого развития «Одного пояса и одного пути» и оказывать заинтересованным странам помощь в противодействии климатическим изменениям.

На ближайшие 3 года Китай предоставит грант в размере 60 млрд юаней для реализации проектов по улучшению жизни населения. Предоставим развивающимся странам вдоль «Одного пояса и одного пути» оперативную продовольственную помощь на 2 млрд юаней, увеличим взнос в Фонд помощи кооперации «Юг — юг» на 1 млрд долларов, реализуем 100 проектов «Очаг счастья», 100 проектов «Помощь малообеспеченным», 100 проектов «Выздоровление». Соответствующим международным организациям будет выделен 1 млрд долларов в виде помощи в реализации проектов для стран-партнеров вдоль «Одного пояса и одного пути».

Китай готов создать механизм последующих контактов нынешнего форума, учредить центр исследования финансово-экономического развития, центр содействия строительству «Одного пояса и одного пути», вместе с многосторонними банками развития открыть центр финансового сопровождения многостороннего развития, с МВФ открыть центр по укреплению потенциала, создать сеть сотрудничества общественных объединений, образовать новые площадки гуманитарного сотрудничества вдоль Шелкового пути, в том числе пресс-союз, лигу музыкального образования.

Строительство «Одного пояса и одного пути» имеет глубокие корни в истории Шелкового пути. Оно обращено к Евразии и Африке, открыто для всех друзей. Вне зависимости от места происхождения все страны, пусть азиатские и европейские, африканские и американские, могут в нем участвовать. Строительство «Одного пояса и одного пути» реализуется путем совместного согласования, а результаты, разумеется, будут доступны для всех его участников.

Строительство «Одного пояса и одного пути» — дело великое, которое невозможно без великой практики. Давайте шаг за шагом двигаться вперед, по крупице накапливая позитивные результаты, приносить ощутимую пользу миру и народам всех стран.

Китай > Внешэкономсвязи, политика > trud.ru, 30 июня 2017 > № 2227584 Си Цзиньпин


Китай. ДФО > Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 29 июня 2017 > № 2232555 Иван Зуенко

Придут ли китайские инвестиции в порты Дальнего Востока

Иван Зуенко

Своего порта на Японском море у Китая нет, и Россия могла бы этим воспользоваться. Но для реализации задумки с привлечением китайских грузов необходимо, с одной стороны, упростить трансграничный контроль, а с другой – серьезно вложиться в дороги и порты. Учитывая, что оба вопроса – прерогатива самой России, вопрос о реализации международного транспортного коридора «Приморье» завис всерьез и надолго

3–4 июля состоится визит в Россию председателя КНР Си Цзиньпина. От встречи с лидером Китая, как водится, ожидают подписания множества меморандумов и соглашений. Министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка уже анонсировал, что будет подписано межправительственное соглашение о развитии международных транспортных коридоров (МТК) «Приморье-1» и «Приморье-2». Тема этих коридоров не первый раз поднимается в повестке российско-китайского сотрудничества. Есть надежды, что они станут мощным стимулом для развития местной экономики. Но и серьезные сомнения в их будущей востребованности и целесообразности капиталовложений.

Что есть что

Оба коридора планируется создать на базе уже существующей инфраструктуры. МТК «Приморье-1» – это маршрут, соединяющий провинцию Хэйлунцзян с портами Владивосток, Находка и Восточный. Фактически это отрезок Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), построенной еще в 1890-х годах. В те времена Россия взяла концессию у Цинской империи и провела железную дорогу от Байкала к Владивостоку кратчайшим путем – через Маньчжурию. КВЖД действительно стимулировала индустриализацию и урбанизацию региона, но Китай получил ее в собственность только 60 лет спустя, в 1953 году.

Нынешний центр Хэйлунцзяна, город Харбин, был основан строителями КВЖД. Приграничный городок Суйфэньхэ – это в прошлом станция Пограничная. Именно через них проходит и железнодорожная, и автомобильная составляющая коридора. Расстояние от российско-китайской границы до порта Восточный (мощность около 65 млн тонн в год) чуть менее 400 километров.

Каждый раз, когда чиновники отчитываются о том, что по МТК перевезено столько-то грузов, нужно понимать, что такие перевозки начались более ста лет назад. Объемы грузов, перевозящихся сейчас по концепции МТК (то есть из Китая транзитом через Приморье), невелики: 60 тысяч тонн в 2016 году, из которых 80% – лесоматериалы. Это лес, который ввозится из России (в том числе нелегально), пилится в Китае в двух шагах от границы, после чего транзитом вывозится в южные провинции КНР.

МТК «Приморье-2» – более короткий и более перспективный маршрут. Он соединяет провинцию Цзилинь с небольшими портами Хасанского района: Посьетом, Славянкой, а также портом в бухте Троицы, где в дополнение к существующей пристани (грузооборот 300–400 тысяч тонн в год) группа «Сумма» хочет построить новую инфраструктуру – порт Большое Зарубино (планируемая мощность до 100 млн тонн в год).

Расстояние от границы до портов всего около 70 км. Но их существующая мощность невелика, а для строительства Большого Зарубино нужно не менее 200 млрд рублей. Можно, конечно, везти товары и дальше: во Владивосток и Восточный. Впрочем, из-за того что через устье реки Раздольной нет моста, транспорту необходимо идти в объезд, что делает такую схему гораздо менее привлекательной.

Маршрут МТК «Приморье-2» проходит в непосредственной близости от устья реки Туманной, Тумангана – стыка границ трех государств, Китая, КНДР и России. Географический фетишизм, которым наполнены презентационные каталоги региональных властей, обычно представляет это место будущим Клондайком международного сотрудничества. Но нужно понимать, что «стык границ» образовался в месте, где сходятся наименее развитые периферии своих стран. Образовался он, кстати, при весьма примечательных обстоятельствах, о которых следует рассказать отдельно, так как без этого дальнейшие злоключения нового Клондайка могут быть непонятны.

История с географией

В 1860 году в разгар Второй опиумной войны, когда британские и французские войска стояли буквально у стен Пекина, столицы дряхлеющей Цинской империи, русский дипломат граф Игнатьев заключил с китайцами договор об определении восточной границы между странами. Маньчжуры уступили России территорию нынешнего Приморского края – формально принадлежащую им, но фактически Пекин ее уже не контролировал.

Новые владения России вытянулись вдоль побережья, причем на самом юге образовалась совсем узкая полоска, около 20 километров в ширину. Причина в том, что Россия, имевшая виды на Корейский полуостров, стремилась получить к нему прямой сухопутный мост. Маньчжурия, таким образом, потеряла выход к Японскому морю. Вряд ли об этом кто-то тогда задумывался. Маньчжурская династия пала спустя полвека, и на ее руинах было образовано многонациональное китайское государство. Примерно тогда же Корея была аннексирована Японией.

В 1938 году СССР и Япония сошлись в приграничном конфликте у озера Хасан – буквально в паре километров от стыка границ. После этого район переименовали в Хасанский и на всякий случай перестали развивать в нем что-либо, кроме оборонного потенциала. Единственное, что было построено (опять же с военно-стратегическими целями), – это железнодорожная ветка от Уссурийска до границы с Кореей. Сейчас по ней ходит только один поезд в неделю, которым местные жители не пользуются, так как состав идет медленно, а станции находятся вдалеке от населенных пунктов.

В результате Хасанский район – это самые красивые в регионе пляжи, два заповедника и один национальный парк «Земля леопарда», но минимум экономического развития. Местные порты в разы уступают по мощности Владивостоку и Находке. Двадцатикилометровая железнодорожная ветка к ближайшему китайскому городку Хуньчунь была построена только в конце 1990-х годов, но почти сразу закрылась из-за банкротства и до сих пор не функционирует в полной мере.

Для того чтобы связать границу с близлежащими портами, нужно строить и новую железнодорожную ветку, и новую автодорогу, поскольку качество имеющейся не позволяет использовать ее для крупнотоннажных грузовиков. До 1990-х годов это была обычная грунтовка, которой пользовались в основном военные. Ее заасфальтировали только в прошлом году, когда был открыт «первый в России экологический туннель» под Нарвинским перевалом. Его проложили, чтобы дальневосточные леопарды (всего около 60 особей в мире, единственный ареал обитания – Хасанский район) могли гулять по лесу, не меняя привычных троп.

Китай здесь совсем близко. Китайские туристы ездят из Хуньчуня на так называемую башню Дракона и Тигра». С нее видно устье Туманной, железнодорожный мост из России в Северную Корею, построенный в годы корейской войны, и морской залив. Но порта на Японском море у Китая нет.

Бермудский треугольник сотрудничества

С началом экономических реформ в Китае и России стали множиться проекты совместного освоения стыка трех границ. Будущее «туманганского треугольника» в них неизменно рисовалось в самых радужных красках. Местным землям прочили судьбу дельты реки Чжуцзян, а кандидатами на роль «северного Шэньчжэня» назывались и Хуньчунь, и Суйфэньхэ.

Некоторые проекты вызывали у соседей Китая больше беспокойства, чем оптимизма. Так, в конце 1980-х годов Китай выступил с инициативой создания международной специальной экономической зоны Туманган, в которую должны были войти приграничные территории КНР, КНДР и России. В устье реки предполагалось создать транзитно-транспортный хаб для перевозки продукции местного производства на рынки АТР и Европы. Русло реки Туманной предполагалось углубить, договориться с соседями о беспрепятственном проходе судов через шестнадцатикилометровый отрезок, где граничат только Россия и КНДР, а на китайской территории построить крупный порт и многомиллионный город в придачу.

Подобное развитие событий, конечно, не устраивало Россию и КНДР, у которых были свои порты. Они были не против посотрудничать с Китаем, но только с использованием своей инфраструктуры. Противоречия между партнерами по туманганскому проекту фактически похоронили его еще в середине 1990-х. Однако китайцам удалось пролоббировать поддержку со стороны ООН, и с 2005 года проект существует под вывеской «Расширенной Туманганской инициативы». Ее цели трактуются максимально широко, штаб-квартира находится в Пекине, а перспективы реализации равны нулю.

Концепция МТК «Приморье» выросла из туманганской идеи. Ее начали продвигать дальневосточные политики и эксперты после того, как Китай в начале 2000-х стал активно использовать для перевозки своих грузов северокорейский порт Раджин. Основная идея – задействовать приморские порты для операций с грузами из Китая, а также Кореи, Японии и даже Монголии. Причем, если изначально наиболее перспективной считалась перевозка китайских товаров для американского и японского рынков, то теперь доминирует другая идея фикс: использовать российские порты для внутреннего транзита китайских грузов север – юг.

Эта концепция базируется на двух тезисах. Согласно первому, внутрикитайские железные дороги якобы перегружены, что делаtт перевозку из северо-восточных провинций куда-нибудь на юг делом дорогим и хлопотным. Согласно второму, порт Далянь, на который замыкается Северо-Восточный Китай, уже не справляется с потоком грузов, да и везти товар для него из приграничья намного дальше, чем до близлежащих российских портов.

Однако, как это часто бывает, когда российско-китайское сотрудничество переходит от высокой геополитики к конкретным проектам, возникли трудности.

Во-первых, статистика показывает, что грузооборот китайских железных дорог падает, а протяженность дорог, напротив, постоянно растет. Во-вторых, пропускная способность портов города Далянь (их несколько) составляет 420 млн тонн в год – солидный показатель даже для такой мощной экономики, как китайская. В-третьих, на пути товаров из Китая до портов Приморья есть два серьезных препятствия. Первый – это отсутствие современных пунктов погранпропуска и громоздкие трансграничные процедуры, даже для транзитных грузов. Второй – российское бездорожье и неразвитость портовой инфраструктуры.

Выяснилось, что для реализации задумки с привлечением китайских грузов необходимо, с одной стороны, упростить трансграничный контроль, а с другой – серьезно вложиться в дороги и порты. Учитывая, что оба вопроса – прерогатива самой России, вопрос о реализации МТК завис всерьез и надолго.

Счастливый конец?

Новая волна риторики о создании МТК связана с бурной деятельностью Министерства по развитию Дальнего Востока. В начале 2016 года министерство за 25,5 млн рублей заказало аналитику по развитию транспортных коридоров у компании McKinsey. В декабре концепция была утверждена двумя вице-премьерами: курирующим Дальний Восток Юрием Трутневым и курирующим транспорт Аркадием Дворковичем.

Сначала обнадеживали и частные инвесторы. Группа «Сумма» в мае 2014 года во время визита Владимира Путина в Китай подписала с властями провинции Цзилинь соглашение о содействии реализации строительства Большого Зарубино. В июне проект был презентован на Первом российско-китайском ЭКСПО в Харбине. А в ноябре на полях саммита АТЭС с представителями китайской госкомпании China Merchants Group было подписано очередное соглашение о намерениях.

Пока намерения на практике реализуются не очень активно. Не получив государственное финансирование в размере около 80 млрд рублей, «Сумма» заморозила стройку порта. Потенциальные инвесторы хотели бы получить гарантии от китайских грузоотправителей. А грузоотправители хотели бы сначала видеть порт и дорогу к нему.

Для доработки МТК до мощностей, отраженных в утвержденной концепции, требуется около 300 млрд рублей. В эту сумму входит строительство не только порта (самый лакомый кусок для бизнеса), но и подъездных путей, ЛЭП и всей сервисной инфраструктуры. Учитывая уникальную природу мест, желательно использовать дорогостоящие экологичные технологии. Одна только новая автодорога от границы до Зарубино обойдется минимум в 37 млрд рублей, и денег на нее нет ни у «Суммы», ни у государства. Как вариант обсуждалась даже идея отдать дорогу в концессию китайским инвесторам, но те интереса не проявили. Впрочем, они вообще пока очень осторожны.

Китайцев можно понять. Например, по данным McKinsey, контейнер, направленный из приграничного Муданьцзяна в Шанхай через Далянь преодолевает этот путь за 85 часов, а стоимость доставки составляет $1,2 тысячи. Путь через Владивосток хоть и короче в три раза, растягивается до 220 часов (большая часть приходится на трансграничные процедуры). Расходы при этом будут выше на 5–15%.

Дело тут не только в щепетильности российских таможенников и пограничников, но и в условиях, в которых они работают. Средства на модернизацию погранпереходов были выделены «Росгранице» еще в 2010 году. Спустя семь лет ничего не изменилось, сама «Росграница» уже год как упразднена, а ее функции переданы в «Росгранстрой», структуру Минтранса.

Учитывая транзитный характер грузов и статус «свободного порта Владивосток», распространяющийся на территорию МТК, упрощение трансграничных процедур вполне реально. Но вопросы в отношении проекта все равно остаются. Непонятно, верны ли оценки загрузки со стороны китайцев. Пока они базируются на умозрительных допущениях. А на деле приграничные уезды КНР, из которых возить в Приморье ближе, чем в Далянь, развиты слабо.

В основном отсюда возят низкомаржинальные зерно и уголь. Контейнерные грузы производятся в провинциальных центрах Цзилини и Хэйлунцзяна, однако эти города находятся на магистралях, напрямую выходящих на порт Даляня, а также внутрикитайскую сеть автомобильных и железных дорог. Тезис, что местным грузоотправителям будет привлекательно возить грузы транзитом через Россию, пока звучит не слишком убедительно.

Доклад McKinsey оценивает потенциальные объемы грузооборота между северо-восточными и южными провинциями КНР в 250–300 млн тонн в год, из них около 150 млн тонн приходится на уголь, а еще 80 – на кукурузу и сою. Задача МТК – привлечь 30 млн тонн с перспективой увеличения до 45 млн тонн. Никаких гарантий, что эти грузы будут пущены через приморские порты, китайская сторона предоставить не может. Коммерческим грузам сложно указывать – они повинуются только логике бизнеса. А государственные компании, которые доминируют в производстве насыпных грузов, наверняка предпочтут поддержать отечественного (даляньского) стивидора.

Pro et contra

Какие же выгоды сулит России развитие МТК? При той схеме, которая продвигается сейчас, все замыкается на обслуживание китайских грузов, которые будут возиться китайским транспортом, и даже новую железнодорожную ветку до Зарубино, как считают в министерстве, нужно построить с китайской колеей. Роль России в этом случае сводится к предоставлению своей логистической инфраструктуры. Вся прибыль – в стивидорных услугах и, грубо говоря, «торговле пирожками»: оказании сопутствующих услуг.

Плюс три тысячи рабочих мест даст строительство объектов МТК. Еще столько же человек будет работать в портах, если сбудутся предсказания по китайским грузам. Как считают в Минвостокразвития, к 2030 году, если удастся достичь максимальных целей, ВРП Приморского края может повыситься на 30%. Реальные цифры, очевидно, будут намного ниже, но и это лучше, чем ничего.

Следует помнить и о рисках. Во-первых, если не применять при строительстве экологичные методы, пострадает уникальная природа Хасанского района. Леса, в которых живут находящиеся на грани истребления гималайские медведи, дальневосточные леопарды и тигры, а также побережье, обладающее огромным туристическим потенциалом.

Во-вторых, если коридоры доделывать за бюджетный счет (к чему на данный момент все идет), велика вероятность, что миллиарды рублей будут потрачены с низким КПД. Даже существующие портовые мощности используются не полностью, что признает и доклад McKinsey.

Поэтому очевидно, что все упирается в поиск добровольцев, за чей счет можно было бы оплатить дорогостоящую стройку. Ожидается, что в амплуа добрых волшебников выступят наши китайские друзья. В своем заявлении Александр Галушка упоминает неких «частных инвесторов» и апеллирует к «политическому решению китайской стороны». Однако конкретики в этих словах нет и, как показывает практика, может еще долго не быть.

То, что во время визита Си Цзиньпина подпишут очередной меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве, сомневаться не приходится. Высокий уровень российско-китайского сотрудничества всегда нужно доказывать и себе, и всему миру десятками соглашений, которые подписываются в ходе визитов первых лиц. Большая часть из них так и останется на бумаге. И может быть, даже хорошо, что останется.

Китай. ДФО > Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 29 июня 2017 > № 2232555 Иван Зуенко


Италия. Узбекистан. Китай > Миграция, виза, туризм. СМИ, ИТ > camonitor.com, 28 июня 2017 > № 2224419

Узбекистан на первом месте среди самых доступных туристических мест

Итальянское издание составило рейтинг доступных для посещения мест, первые два места заняли Узбекистан и Китай

В преддверии летних отпусков и деловых поездок обозреватели одного из самых популярных изданий Италии ilSole24ore совместно с экспертами международной компании Ig составили рейтинг самых доступных для посещения летом 2017 года стран мира.

Узбекистан занял первое место, Китай — второе.

При составлении оценки были использованы 5 следующих факторов: обменный курс, стоимость жизнь, цены на авиабилеты, страновой риск и климат. Для повышения достоверности итальянские исследователи использовали такие известные международные индексы, как Bic Mac, рассчитанный британским журналом The Economist, а также базу данных портала Numbeo.

Как отмечает стратег по рынкам компании "Ig" Филиппо Диодович, Узбекистан является одним из наших любимых мест благодаря низким расходам на международные авиаперелеты и, особенно, недорогой стоимости жизни.

Примечательно, что итальянская газета именно с Узбекистана начала свой рассказ о "великолепной семерке" или, как указано в статье, "семь раев на земле", отобранной экспертами из всех регионов мира.

В частности, исследователи опровергают миф о том, что на азиатских территориях преобладают засушливые степи с несколькими достопримечательностями.

"Узбекистан, по территории которого на протяжении более двух тысяч лет проходил Великий Шелковый путь, соединяющий Азию со Средиземноморьем, богат достопримечательностями и обладает наиболее яркой историей среди государств Центральной Азии. Это земля несравненного очарования и красоты, богатая памятниками ЮНЕСКО" — подчеркивает итальянское издание.

Европейские аналитики отмечают, что именно комплексный подход сделал наиболее реалистичными полученные выводы о привлекательности каждого из туристических направлений, пишет ИА "Жахон".

Эксперты газеты ilSole24ore и аналитики компании Ig подчеркивают, что данное исследование может рассматриваться как руководство по международным путешествиям на ближайшую перспективу.

Источник - Sputnik

Италия. Узбекистан. Китай > Миграция, виза, туризм. СМИ, ИТ > camonitor.com, 28 июня 2017 > № 2224419


Китай. США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 26 июня 2017 > № 2220924 Андрей Дикарев

Китайско-американские отношения при Дональде Трампе. Время перемен или продолжение борьбы за гегемонию?

Андрей Дикарёв, Ведущий научный сотрудник Центра исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО МИД России, кандидат исторических наук

Трамп или клинтон? Предпочтения китайского общества

За день до президентских выборов в США журнал «Форин полиси» опубликовал крайне любопытную статью под названием «Почему китайская элита поддерживает Хиллари Клинтон»1. Авторы предполагали, что Трамп, несмотря на его резкие предвыборные высказывания, займет по отношению к Китаю более мягкую позицию, нежели Клинтон, но глобальная нестабильность, которой он может весьма поспособствовать в ранге президента, не принесет в конечном счете пользы Китаю.

Беседы с рядом высокопоставленных деятелей Китая в период президентской кампании подтверждают, по мнению этого журнала, что многие китайские политики явно на стороне Клинтон именно потому, что, как они полагают, президентство Трампа будет катастрофой для Соединенных Штатов.

Хотя на поверхности явлений многие политические шаги Трампа в экономике, политике, военной сфере могут оказаться более благоприятными для Китая*, (*Так, Трамп не очень склонен раздувать проблему нарушения прав человека; вполне возможно, что он сократит военную поддержку Японии и Южной Кореи; да и сам его проект по ограничению китайского импорта в США тоже вполне может оказаться плюсом для Китая, озабоченного строительством более устойчивой экономики, ориентированной на внутренний рынок.) китайские элиты парадоксальным образом предпочли бы более предсказуемую Клинтон, поскольку именно для Штатов и их глобальной стратегии она - более подходящий президент. Глобальная нестабильность - это именно то, что больше всего волнует Китай. Клинтон в этом смысле предсказуема. С точки зрения неустанного беспокойства о стабильности, как международной, так и внутренней, именно Клинтон для Китая представлялась многим предпочтительнее Трампа.

Многие из намерений Трампа казались соответствующими китайским приоритетам. Его идея ликвидировать структуру американских союзов в Азии (если, конечно, она будет осуществлена, пока что в этом есть сомнения) сильно укрепила бы военные позиции Китая по отношению к его основному сопернику - Японии. В отличие от Клинтон, Трамп поддержал подавление властями студенческих протестов на Тяньаньмэнь еще в своем давнем интервью 1990 года. На дебатах 2016 года он заявлял, что не поддерживал мероприятия Пекина, но продолжал называть протесты «бунтом», используя лексику, принятую в китайском руководстве. И поскольку Трамп позиционирует себя как опытный делец, китайская бюрократия - известная всему миру как твердый переговорщик - к Клинтон относится более серьезно. «Клинтон будет жестко вести себя по отношению к Китаю, - сказал один высокопоставленный чиновник. - Ну а Трамп? - спросили его. - С Трампом мы как-нибудь справимся», - усмехнулся собеседник корреспондента «Форин полиси». Любопытно, что в похожем ключе выступил и известный эксперт из шанхайской Академии общественных наук (АОН) Пань Давэй: «Трамп прежде всего купец, а уж с купцами нам не привыкать справляться…»**. (**На встрече с сотрудниками Института актуальных международных проблем Дипломатической академии МИД РФ в январе 2016 г.)

Тем не менее многие из политической элиты Пекина полагали, что риски и неопределенность президентства Трампа перевешивают возможные благоприятные факторы. Изоляционизм Трампа и его пренебрежение многосторонними институтами способны создать вакуум силы на международной арене, заполнить который Пекин пока не готов.

Один влиятельный китайский ученый анонимно высказался, что победа Трампа станет сильным ударом по глобальному управлению и самой глобализации. Эти две международные тенденции чрезвычайно благоприятны для Китая и, судя по выступлению Си Цзиньпина в Давосе, Китай их принципиально одобряет и поддерживает2.

Другие эксперты накануне выборов оценивали перспективы установления благоприятных отношений КНР и США при Трампе совершенно в ином ключе. «Если бы я был врагом Америки, - рассуждал Жэнь Сяо, бывший дипломат и профессор Фуданьского университета в Шанхае, - я бы рассчитывал на избрание Трампа… он приведет внутреннюю и внешнюю политику в хаос. Но как друг Америки, думаю, что Клинтон будет лучшим президентом…»3.

Можно утверждать, что в политической элите Китая стремление к предсказуемости и стабильности перевешивает любое ликование по поводу ослабления интереса Америки к Азии. Что касается простых людей (то есть не политической и интеллектуальной элиты), то здесь ситуация особая. Как никогда, много китайцев активно и постоянно следят за ситуацией в США*. (*В 2007-2015 гг. число посетивших США граждан Китая достигло 2,5 млн., быстро растет число учащихся в американских колледжах и университетах - в настоящее время таковых уже более 300 тыс.) Неудивительно, что огромное количество китайских блогеров обсуждали в сетях перспективы выборов. Нижеследующие выводы основаны на контент-анализе китайской блогосферы, сделанном аналитиком Заком Дихтвальдом4.

Как ни странно, большинство живущих в США китайцев высказывали предпочтение Трампу, судя по этим обсуждениям в сети. В самом же Китае обоих кандидатов рассматривали отнюдь не с точки зрения того, кто из них сможет управлять Америкой более ответственно и безопасно. Их образ в глазах китайских пользователей Интернета складывался так: коррумпированный чиновник (демократический кандидат) против народного защитника (республиканский кандидат). Если бы голосовал Китай, то он также был бы на стороне Трампа. При всей своей сердитой риторике в адрес Китая Трамп успешно убедил его жителей в том, что Клинтон напоминает типичного негодяя китайской политической сцены: коррумпированный политик, закадычный друг большого бизнеса, который злоупотребил своим положением, чтобы добиться богатства и власти. Для китайца мало кто хуже чиновника-хапуги, поэтому настойчивые уверения Трампа, что Клинтон - преступница, особенно остро отзывались в китайском массовом сознании*. (*Согласно опросам общественного мнения, проведенным в 2015 г. коррупцию в Китае считают более острой проблемой, чем загрязнение окружающей среды, безопасность продуктов питания и растущий разрыв в благосостоянии верхов и низов общества. По подсчетам маркетологов, около 50% предметов роскоши в Китае приобретается с целью подарка правительственным чиновникам.)

Даже грязноватые сексуальные истории, выявившиеся во время предвыборной кампании, похоже, не слишком поколебали настроения поклонников Трампа в Китае. Любовницы и внебрачные связи в этой стране считаются неизбежным приложением к официальному статусу. Всплывающие в сети скандалы и разоблачения партийных чиновников - частые явления в Китае, они считаются методами жесткой борьбы за власть. Так что здесь симпатии обитателей сети также оказались на стороне скорее Трампа, чем его якобы жертв.

И позиционирование Трампом себя как фигуры, не входящей в истеблишмент, благосклонно оценивается китайскими блогерами. В китайских сетях Трамп удостоился даже сравнения с Дэн Сяопином, который стремился отказаться от политической идеологизированности со своим тезисом о кошке и мышах, что позволило Китаю открыть двери для иностранных инвестиций, начать преобразовывать страну. «Что имеет в виду Трамп, когда говорит: «Америка - это главное»? Не то, что она возглавляет мировой порядок, - нет, это означает: мне не важно, что делается в Европе, на Ближнем Востоке, в Восточной Азии. «Дела моей страны - во главе угла», - отвечает сам себе китайский блогер»5.

ЗАТЯНУВШАЯСЯ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ

Итак, в ходе президентской кампании 2016 года Д.Трампом были сделаны многочисленные, причем часто противоречивые, заявления на внешнеполитические темы. И хотя в них и просматривалась определенная тенденция, в том числе и по отношению к КНР, предсказать реальный курс новой администрации исключительно на основе предвыборных обещаний оказалось практически нереально.

При этом некоторые прогнозы звучали вполне определенно: «Президентство Трампа не означает, что США уйдут из Южно-Китайского моря, скорее оно явится продолжением политики «региональной гегемонии» - таково мнение ученых, подготовивших доклад для одного из китайских мозговых трестов. У Шицунь, директор Института по исследованию Южно-Китайского моря (ЮКМ) (пров. Хайнань), уверен, что кардинальных изменений в американской политике в ЮКМ не произойдет. Чжу Фэн, директор Центра Южно-Китайского моря при Нанкинском университете, считает, что в военной политике Трампа в АТР будет больше преемственности, нежели перемен. «Возможно, он не будет употреблять термин «ребалансировка», но саму политику, по всей вероятности, сохранит. Его администрация не явится исключением по сравнению с предыдущими республиканскими администрациями, которые неизменно начинали с увеличения военных расходов»6.

Другие эксперты предсказывали, что Трамп предпримет в регионе несколько резких по отношению к Пекину военных шагов, чтобы обозначить свою позицию, а затем отступит, чтобы дать бой уже на экономическом направлении7.

Прогнозов появлялось много, и самых разных, поскольку поначалу было совершенно неясно, чего хочет Трамп применительно к Китаю в принципе и на что со стороны последнего он рассчитывает. Ясности, впрочем, нет и по сей день.

В результате, по удачному выражению одного российского политолога, барометром глобальной неопределенности на исходе 2016 года стал «Твиттер» Д.Трампа. И Председатель КНР Си Цзиньпин в новогоднем обращении к народу вполне определенно предсказал (глядя в том числе на показания этого барометра), что 2017 год будет годом неопределенности.

Си Цзиньпин имел в виду главным образом внешнеполитическую составляющую событий, которые увидит мир в наступившем году. Как явствовало из его выступления, Китай особенно волнует возможное включение в американскую внешнеполитическую повестку проблем территориальной целостности Китая и его морских прав.

Иными словами, Китаю надлежало быть готовым к новым обострениям отношений с Америкой, в первую очередь относительно статуса Тайваня и ситуации в Южно-Китайском море. Не исключались также «торговые войны» в тех или иных форматах между двумя крупнейшими экономиками мира, тем более что на это более чем не-двусмысленно намекал Трамп в пылу предвыборной борьбы.

Накануне инаугурации и в первые недели президентства эксперты не уставали выдвигать предположения о мотивах предвыборных заявлений и возможных действиях Трампа.

Его агрессивная риторика насчет повышения тарифов, например, могла, по мнению некоторых, быть просто проявлением его врожденных «воинственных черт характера». Согласно его установкам, Китай - угроза, эта страна понимает только силу. Но возможен и другой вариант - он хочет предложить сделку тому, кого считает главным соперником США. В этом случае подобная риторика - всего лишь попытка занять более выгодную позицию для неизбежно предстоящих переговоров.

Какая бы интерпретация ни оказалась верной, несомненно одно - первые внешнеполитические шаги Трампа выглядели вполне определенно: наступательная позиция в тех сферах, где взгляды сторон расходятся. Это неизбежно повлекло за собой временное возрастание напряженности на линии КНР - США.

Следующая серия показаний «барометра Трампа», которые, по понятным причинам, вызвали исключительное внимание, появилась некоторое время спустя после победы Трампа на выборах. Главные события на китайском направлении произошли в начале декабря 2016 года.

РЕАКЦИЯ В МИРЕ НА РАЗГОВОР ТРАМПА С ЦАЙ ИНВЭНЬ

И ПРОБЛЕМА «ОДНОГО КИТАЯ»

Беспрецедентный шум в мировой прессе и политологии поднялся из-за нескольких строчек в «Твиттере» Трампа, из которых мир узнал всего лишь следующее: «Президент Тайваня позвонила мне сегодня (2 декабря*), (*Любопытно и многозначительно, что звонок с Тайваня последовал на следующий день после завершения визита Киссинджера в Пекин, который расценивался как попытка то ли рекогносцировки, то ли «наведения мостов».) чтобы поздравить с победой на президентских выборах… Интересно, как это - мы продаем Тайваню оружие на миллиарды долларов, а мне, значит, нельзя даже принять поздравление по телефону», - написал Трамп, видимо, реагируя на некую критику самого факта его беседы. Несмотря на то что инициатива звонка исходила, как подчеркнул в вышеприведенном тексте сам Трамп, от Цай Инвэнь, далеко не все представители истеблишмента и не все аналитики ему поверили, особенно когда выяснилось, что в десятиминутном разговоре с Трампом участвовали со стороны Тайваня начальник Национального совета безопасности Джозеф Ву, министр иностранных дел Дэвид Ли и спикер президента Алекс Хуан. Как сообщают тайваньские источники, Тайвань тем самым выражал надежду, что новая администрация США поддержит Тайвань в стремлении к большему участию в международных делах и большему вкладу в глобальную повестку.

«Еще в ноябре китайские чиновники высказывали нечто вроде осторожного оптимизма, считая, что смогут угомонить Трампа», - отмечает А.Фридберг, китаевед из Принстонского университета. В декабре в официальной прессе постепенно набрала обороты жесткая риторика, а закончилось все на этом этапе захватом американского подводного беспилотника близ Филиппин 15 декабря, на что реакции со стороны США практически не последовало, и демонстративным походом китайского авианосца «Ляонин» по восточной части Тихого океана вокруг Тайваня в конце декабря8. А еще ранее, 8 декабря, Китай отправил стратегический бомбардировщик Сиань H-6, способный нести ядерное вооружение, вдоль своих морских границ - так называемой девятипунктирной линии9. Пекин явно посылал сигналы, что помыкать им не удастся10.

События в те декабрьские дни развивались стремительно. Вице-президент Майкл Пенс категорически отверг предположения о возможных изменениях во внешней политике США на данном направлении. Этот вопрос-альтернатива звучал со стороны СМИ неоднократно, и каждый раз представители Трампа ссылались на «звонок вежливости», отрицая какой бы то ни было принципиальный отход от прежнего курса. Им вторили в уходящей администрации.

Тем не менее газета «Вашингтон пост», ссылаясь на свои источники в окружении Трампа, предположила, что подобный разговор был запланирован давно и определенным образом соответствует предвыборным обещаниям новоизбранного президента занять более твердую позицию по отношению к Китаю как в торговле, так и по территориальным вопросам, под которыми со всей очевидностью имеется в виду вопрос об островах и навигации в ЮКМ11. Похоже, что к такой трактовке склоняются и некоторые российские наблюдатели. «На Западе поспешили с выводами: ну ошибся, не понял, с кем говорит, недоучел смысл политики «одного Китая». Так обобщил (представляется, что не совсем справедливо) реакцию западной политологии корреспондент ТАСС в Пекине А.Кириллов. По его мнению, Трамп «все понимает, но понимает по-своему, и несогласие у него вызывает чуть ли не весь комплекс китайско-американских отношений»12.

На фоне массированной негативной реакции в экспертном и медиасообществах на намек нового президента о возможности изменить подходы к политике «одного Китая» особый интерес вызывают крайне редкие пока в американских СМИ публикации «протрамповской» направленности, пытающиеся обосновать возможный «протайваньский» крен в китайской политике США. Одной из таких публикаций стала статья Рассела Сяо и Дэвида Аня, сотрудников вашингтонского аналитического центра Глобальный институт Тайваня, в журнале «Нэшнл интерест», аргументацию которой следует рассмотреть подробнее. Явно представляя собой мнение протайваньского лобби, статья делает упор, разумеется, на понятии «национальные интересы США» и настаивает главным образом на абсолютной законности действий Трампа:

«Несмотря на публичные протесты, ничто из того, что сказал или сделал Трамп в качестве новоизбранного президента, не идет вразрез с политикой США и законодательством. Трамп также вправе отвечать на телефонные звонки и «подвергать сомнению» политику предыдущей администрации, - пишут аналитики и продолжают: - Президент США обязан, согласно Конституции, следовать законам страны (lex terrae)* (*«Laws of the land» - этот термин употребляется в Конституции США в единственном месте - в статье 6, в которой говорится о приоритетах при следовании Основному закону.) при формировании политики. А согласно той же Конституции, договоры, заключенные Америкой с другими странами, являются законом»13.

В данном случае Сяо и Ань имеют в виду Акт об отношениях с Тайванем 1979 года и пытаются подвести концептуально-теоретическую базу под возможное изменение тайваньской политики США, определяемое, естественно, «национальным интересом»:

«В последние 45 лет американская политика по отношению к Тайваню основывалась на представлении, что главный интерес США заключается в участии в процессе разрешения разногласий между обеими берегами тайваньского пролива, а не в окончательной развязке этих разногласий, их определенном исходе… (курсив наш. - А.Д.); это, по определению, пассивная политика, которая уступала инициативу формирования того или иного исхода двум другим сторонам - Тайваню и КНР».

В общем, логика «протрампистов» на данном этапе сводится к следующему: во-первых, Президент США имеет в своем распоряжении достаточно инструментов и законную власть, чтобы выверять политику в отношении Тайваня, как сочтет нужным. Во-вторых, как полагают его сторонники, несмотря на весь поднятый в Штатах шум, новый американский президент - при всем его иконоборческом имидже - не изменяет американскую политику. Напротив, его администрация поднимает важный и фундаментальный вопрос о долгосрочной жизнеспособности текущей политики Штатов. Является ли это подготовкой к новому раунду «внешней политики с позиции силы» - пока неясно. Но последние события конца апреля показывают, что на одном из потенциально конфликтных направлений ожидаемых многими экспертами потрясений пока не произошло.

В случае с Тайванем, по сравнению с предвыборными заявлениями Трампа, маятник качнулся весьма резко в обратную сторону, причем с невиданной ранее амплитудой. Американский президент заявил, что в будущем возможность телефонных разговоров с главой тайваньской администрации он будет непременно согласовывать с властями КНР14.

Если серьезно отнестись к этому заявлению, оно означает не только полный отказ от прежних подходов к выстраиванию отношений в «треугольнике» Вашингтон - Пекин - Тайбэй, которые высказывал Трамп раньше, подчеркивая условный характер «политики одного Китая», но и выбор в пользу этой политики, зависящий от действий Пекина в ключевых для США сферах. Это фактически отказ от действовавшего в течение многих лет принципа не согласовывать с Пекином любые важные шаги по развитию связей с Тайванем.

По прогнозам российского эксперта И.Денисова, явных попыток провоцировать Пекин в тайваньском вопросе Трамп не допустит, но и от сотрудничества с Тайбэем в правовых рамках Акта об отношениях с Тайванем 1979 года также не откажется.

ГОССЕКРЕТАРЬ Р.ТИЛЛЕРСОН И ЮЖНО-КИТАЙСКОЕ МОРЕ

«Мы собираемся ясно дать Китаю понять, что ему следует остановить строительство островов и что доступ на эти острова должен быть закрыт», - заявил 11 января 2017 года Р.Тиллерсон Комитету Сената США по международным отношениям, где рассматривалась его кандидатура на пост госсекретаря.

Наблюдатели, интересующиеся азиатской политикой, были просто ошеломлены таким ответом Тиллерсона на вопрос о том, займет ли он более жесткую позицию по проблемам ЮКМ. Многие обозреватели предполагали, что он просто заговорился после пятичасового допроса в Комитете Сената по иностранным делам*. (*Он оговорился, в частности, сказав, что через ЮКМ проходит грузов на 5 трлн. долл. ежедневно, на самом деле - ежегодно.) Американская пресса не устает гадать, каковы могут быть последствия подобных заявлений.

«В 2008 году Р.Тиллерсон в качестве главы «Эксон Мобил» послал куда подальше Китай, пытавшийся заставить его компанию отказаться от проекта разведки газовых месторождений в водах, прилегающих к Вьетнаму, на которые претендует КНР» - буквально так выражается Б.Хэйтон, известный исследователь истории региона Южно-Китайского моря, и задается вопросом, не собирается ли Тиллерсон «сделать нечто подобное теперь уже от имени государства»15.

Последствия возможного претворения в жизнь вышеприведенных заявлений ясны. Единственное, чем США могут воспрепятствовать доступу Китая на его островные базы, - это размещение военного флота и угроза применения силы. Действительно ли Тиллерсон готов пойти на риск прямого конфликта между двумя сверхдержавами ради семи клочков суши вдали от американских берегов? Что ждет мир, если он имел в виду именно то, что сказал комитету Сената?16

Со спутниковых снимков видно, что строительство на спорных островах Спратли пока прекратилось. Базы еще обустраиваются, но земляные работы уже завершены. Вместе с тем имеются сильные подозрения, что Китай намеревается построить еще одну крупную базу на отмели Скарборо, в территориальных водах Филиппин**. (**Эта отмель до 1990-х гг. контролировалась Филиппинами при поддержке США, пока не были закрыты американские военные базы. Китайские суда контролируют отмель с апреля 2012 г.) Сенатор Д.Маккейн убежден, что конечная цель Китая - создать своего рода «треугольник» (базы на Параселах, Спратли и Скарборо), что сделает более удобным контроль над стратегическими водными артериями ЮКМ.

Можно вспомнить также, что сенаторы-республиканцы Маккейн и Салливен давно уже принуждали США перехватить инициативу в ЮКМ, а не просто реагировать на действия Китая. Таким образом, не исключено, что с приходом Тиллерсона такая стратегия будет иметь место, полагают американские эксперты. «Но Вашингтону надо будет очень тщательно объяснить, что происходит, иначе и Китай, и остальной мир сочтут подобные действия блефом и провокацией с американской стороны», - предупреждает Б.Хэйтон, фактически признавая огромные риски, порождаемые в наше время стратегией «мир с позиции силы»17.

Спикер Белого дома Шон Спайсер, которого попросили разъяснить провозглашенное Тиллерсоном намерение, сказал, что США должны защищать «международную территорию»18. Ему немедленно возразила М.Рапп-Хупер из Центра стратегических и международных исследований, указав, что термин «международная территория» не является неким юридическим понятием и не присутствует в морском или международном праве. «Заявления со стороны администрации заставляют предполагать, что она хочет инициировать конфликт с Китаем, не будучи в достаточной степени информированной о сути проблемы», - считает эксперт.

Обозреватели напоминают, что, после того как в 2001 году КНР вынудила американский разведывательный самолет приземлиться на острове Хайнань и задержала его экипаж, отношения США с Китаем оказались надолго замороженными. Теперь же КНР стала еще более сильным игроком как в экономическом, так и военно-политическом планах. Поэтому неадекватные заявления администрации Трампа по поводу ЮКМ будут, как никогда, тревожными и опасными.

Можно согласиться с мнением одного из членов американского Конгресса о том, что, «даже если Трамп намерен сдерживать Китай, его администрация утратила важные экономический и дипломатический рычаги воздействия, отказавшись от участия в ТТП, уменьшила степень доверия к США на пространстве от Токио до Ханоя, а Китай спешит между тем заполнить образовавшуюся геополитическую лакуну».

Говоря о китайской позиции, важно отметить, что официальный китайский ответ на высказывания Тиллерсона по поводу ЮКМ был относительно мягким. Официальный представитель китайского МИД Хуа Чуньин указала, что согласна с одним из пунктов выступления Тиллерсона, где тот признает разногласия, а также пересекающиеся интересы и необходимость консенсуса.

Таким образом, Пекин, похоже, продолжает в отношении внешнеполитических шагов администрации Трампа придерживаться позиции «поживем - увидим», но пребывает в неизменной готовности «дать отпор», разумеется, предпочтительно словесный.

СИ ЦЗИНЬПИН - ТРАМП: ПЕРВЫЙ САММИТ

6-7 апреля 2017 года в резиденции Мар-а-Лаго во Флориде состоялась встреча высших руководителей КНР и США. Обозреватели отмечали, что по сравнению с множеством китайско-американских саммитов минувших лет встреча в частной резиденции Д.Трампа была, возможно, самым необычным, если не сказать странным, мероприятием19.

Во-первых, обращает на себя внимание то, что первую встречу двух руководителей было запланировано провести не на официальной площадке, а в частном поместье Трампа. Автор статьи в журнале «Форин афферс» Эрик Ли трактует согласие Китая - страны, где повышенное внимание уделяют церемониальной культуре, - на такой формат первого личного знакомства, как чрезвычайный жест доброй воли со стороны Си Цзиньпина20. Вместе с тем важно отметить, что подобного приема удостоился до Си Цзиньпина только Синдзо Абэ, ближайший союзник США. Так что аналогичное приглашение китайскому лидеру можно трактовать как некий «дружественный аванс» Китаю со стороны Трампа. С другой стороны, как предполагает А.Кириллов, неформальность давала Китаю «дополнительный шанс оказать влияние на США по ключевым пунктам китайско-американских отношений»21.

Сделанные накануне саммита прогнозы относительно его перспектив в целом были сдержанными, но скорее благоприятными, пусть и при некоторых оговорках относительно соблюдения сторонами определенных условий. В то же время очень многих аналитиков чрезвычайно беспокоила пресловутая «непредсказуемость» нового президента. В недавнем интервью журналу «Тайм» Трамп возвестил, что является «инстинктивным человеком, инстинкты которого оказываются, как правило, верными». К сожалению, когда дело касается внешней политики, его инстинкты противоречат один другому» - говорится в статье в журнале «Форин полиси»22. О бессистемности внешнеполитических установок Трампа упоминает и Ф.Лукьянов, отмечая, что к ним вообще не следует прикладывать классические дипломатические лекала: «Трамп - человек инстинктов, а инстинкты отточены в постоянной борьбе за выживание, свойственной крупному бизнесу»23.

Тем не менее само избрание Трампа президентом рассматривается теперь некоторыми экспертами как возможность смены американской внешнеполитической парадигмы.

«Оба главы имеют схожий взгляд на мироустройство, что редкость в американо-китайских отношениях. Трамп пытается повернуть Америку вспять с малопонятного и затратного проекта переделки мира по собственному образцу, - считает Эрик Ли. - Он ставит Америку во главу угла. И Китай должен признать законность такой постановки вопроса и понимать, что лозунг «Америка - в первую очередь» отнюдь не означает, что Китай при этом - в последнюю очередь…»24. Эксперт предсказывал, что на саммите торговля между США и КНР пойдет по принципу «экономика в обмен на безопасность», и если подобную сделку удастся заключить, оба лидера продвинутся далеко вперед. «Такого уровня сделка была бы невозможна в дотрамповскую эпоху», - утверждал он.

Полной противоположностью высказанным Эриком Ли взглядам выглядит позиция китайского политолога, декана факультета международных отношений Университета Цинхуа Янь Сюэтуна, называющего все попытки установления конструктивных отношений между КНР и США «фальшивой дружбой». В своем интервью он подчеркивает, что с 1995 года, когда Китай объявил, что политика в отношении США будет строиться по принципу «не друзья, но и не враги», по сути, ничего не изменилось, и любые взаимоотношения двух стран - это игра с нулевой суммой, то есть усиление одного из партнеров возможно лишь при условии ослабления позиций другого25. В этом смысле китайский ученый с его нестандартной для китайского истеблишмента позицией (там чаще предпочитают рассуждать в терминах «обоюдного выигрыша» на основе новой концепции отношений между крупными державами, выдвинутой Си Цзиньпином в 2013 г.) как будто смыкается с нынешними ястребами в администрации вроде С.Бэннона*. (*Впрочем, этот одиозный персонаж уже вроде как не является определяющей фигурой в команде советников Трампа.)

Западные обозреватели замечали: отличие от предыдущих встреч американских лидеров с Си Цзиньпином и его предшественником Ху Цзиньтао в том, что теперь стороны словно бы зеркально поменяли некоторые свои позиции, по крайней мере на словах. «Вашингтон обычно требовал от Китая играть по общим правилам на глобальной арене и участвовать в больших международных проектах, вроде противодействия изменениям климата. После избрания Трампа уже Пекин выставляет себя защитником международного порядка, в том числе и свободы торговли, и добровольно включился в завоевание глобального лидерства в борьбе с глобальным потеплением, от которой администрация Трампа отреклась», - пишет Эмили Тамкин в журнале «Форин полиси»26.

Сделанные на саммите Трампом заявления действительно сильно отличались от многого, что он говорил во время своей предвыборной кампании и в первые дни после избрания. Что касается атмосферы встречи - в ней не было заметно (и вряд ли могло быть) каких-либо признаков враждебности или конфликтности.

Обозреватели отмечают, что из-за недостаточной подготовленности встречи на ней не случилось более того, что позволило двум лидерам и их командам просто познакомиться. По оценке посла КНР в США Цуй Тянькая, наиболее важный результат саммита заключается в том, что между двумя лидерами были установлены «эффективные рабочие отношения и личная дружба»27.

В США итоги саммита оцениваются в целом если не критически, то сдержанно. Любопытно, что американские политически активные блогеры, реагируя по горячим следам на последние высказывания Трампа по поводу отношений с КНР, чаще всего употребляют определение «erratic», что наиболее адекватно можно понять как «беспорядочные». В этом смысле с американской блогосферой солидарны, судя по всему, некоторые российские журналисты, которые характеризуют Трампа как «авторитарного микро-менеджера с импульсивной и хаотической манерой принятия решений»28.

В каком направлении будут или могут развиваться связи между США и Китаем после саммита в Мар-а-Лаго?

Американские политологи не без иронии отмечают, что в результате встречи Трамп обрел нового лучшего друга в лице Си Цзиньпина. По завершении саммита на совместной пресс-конференции с генсеком НАТО Трамп назвал отношения с Китаем «выдающимися» и предсказал, что многие потенциально плохие проблемы будут постепенно уходить в небытие.

В этот же день, 12 апреля, появились и другие признаки того, что администрация Трампа по отношению к Китаю пока что сменила гнев на милость. В интервью «Уолл-стрит джорнэл» Трамп дезавуировал свою прошлую оценку Китая как «валютного манипулятора» - а ведь этот тезис был положен во главу угла всей его предвыборной риторики, когда он обвинял Китай в некоем «обмане» и лишении американцев рабочих мест.

Обозреватели обращают внимание, что Трамп, воздавая хвалу Си Цзиньпину, как бы поменял его теперь местами с российским президентом: Си Цзиньпина он теперь узнал и вроде бы даже, как считает Трамп, «понял его намерения», а про В.Путина, которого во время предвыборной кампании оценивал положительно, он теперь говорит, что «не знает его». Таким образом, Трамп, помимо пресловутой «беспорядочности» своих заявлений, являет пример крайнего прагматизма тактических решений при продолжающемся видимом отсутствии внешнеполитической стратегии.

В общем, визит Си Цзиньпина закрепил подход Трампа к Китаю, наметившийся в последний месяц, а в России к этому времени окончательно поняли, что ожидать от Трампа какой-то особой благосклонности к нашей стране не приходится…

В озвученных при инаугурации 20 января кратких внешнеполитических тезисах новой администрации упоминание о Северной Корее в известном «ядерном» контексте с неизбежностью означало какое-либо политическое (мирное или нет - другой вопрос) взаимодействие с ее основным спонсором и покровителем.

Соответствующий реверанс в сторону Китая был сделан уже в феврале: в интервью агентству Рейтер Трамп утверждал, что Китай мог бы при желании легко сыграть решающую роль в денуклеаризации Корейского полуострова. Развитие событий в конце февраля 2017 года и заявление Китая о том, что ядерные планы КНДР - это проблема отношений главным образом между США и Северной Кореей и что не следует американскому президенту в таком случае давить на Китай, породили вал комментариев, среди которых были и рискованные советы Трампу строить отношения с Тайванем без оглядки на КНР29.

Что касается корейской проблемы, которой было уделено едва ли не главное место на саммите, говорить о какой-либо определенной сделке не приходится, пусть даже стороны в очередной раз согласились, что Пхеньян представляет серьезную угрозу миру в регионе. По словам пресс-секретаря Шона Спайсера, обе страны укрепят сотрудничество, направленное на то, чтобы «убедить КНДР… остановить свои незаконные ядерные и ракетные программы». Но в чем будет выражаться подобное «сотрудничество», какие именно шаги должен будет или сможет предпринять Китай для «сдерживания» корейской угрозы - пока совершенно непонятно.

Самое главное, что случилось во время визита (по крайней мере, по данному поводу медийного шума было больше всего), - это ракетный удар «Томагавками» по Сирии, о котором Си Цзиньпину было доложено во время ужина с Трампом. Совпала ли военная акция по времени с визитом или все это было заранее спланировано - на этот счет существуют разные мнения, очень многие склонны полагать, что это был хорошо рассчитанный демарш, адресованный в первую очередь Китаю: хорошо бы действовать сообща, но если что - и сами все можем. Впрочем, учитывая спонтанность проявления инстинктов Трампа, версия о совпадении тоже имеет право на существование30.

Как бы то ни было, нет свидетельств того, что Китай обиделся на эту, как полагают некоторые, «подставу»31. Что касается заявлений китайских чиновников, то они либо хранят молчание, либо, как официальный представитель МИД КНР Хуа Чуньин, высказываются решительно против не столько ракетных ударов по территории суверенного государства, сколько использования химического оружия в Сирии. И после того как Си Цзиньпин покинул США, Хуа Чуньин не стала однозначно критиковать действия Вашингтона, предпочитая расплывчато говорить о международном праве и необходимости решать конфликты мирным путем и являть в который уже раз чудеса «риторической эквилибристики», как образно и точно пишет А.Габуев, имея в виду манеру китайских официальных лиц высказываться на тему присоединения Крыма и событий на Донбассе32.

К саммиту, который, по мнению некоторых, поспешно инициировали именно китайцы как раз с целью прекращения эскалации напряженности с главной державой мира, «шероховатости» (как излишне мягко выражается А.Габуев), возникшие из-за прошлых эскапад Трампа в адрес Китая, удалось отчасти сгладить: «Трамп признал Тайвань частью Китая, не стал пока продавать острову крупную партию оружия, от объявления КНР валютным манипулятором воздержался и о введении тарифов в 45% на китайские товары тоже не упоминал»33.

По итогам саммита было объявлено, что две крупнейшие экономики мира ближайшие 100 дней будут вести переговоры по торговле, но деталей чиновники не раскрыли. По существу, в отношении главных проблем - торгового дефицита и манипулирования валютой - прогресса не было. Трамп это признал в своем «Твиттере» уже после отъезда Си: «Только время покажет, что у нас происходит с торговлей». В общем, похоже, что вместо обещанных торговых войн пока что объявлено перемирие.

Таким образом, что касается китайской политики Трампа в целом, ее будущее пока в тумане. Саммит улучшил общую атмосферу, которая способствует смягчению противоречий в торговле, но не принес конкретных соглашений, которые бы позволили устранить (или начать устранять) глубинные причины конфликта между державами относительно геополитической безопасности и торговых связей.

Конечно, некоторое время для достижения консенсуса выиграно, но пока в Белом доме продолжаются баталии между «ястребами-националистами» и «прагматиками-бизнесменами» относительно китайской политики, а Пекин и Вашингтон продолжают взирать друг на друга скорее как на соперников, нежели партнеров, предсказание Трампа о постепенном «исчезновении потенциально очень плохих проблем» выглядит чересчур оптимистичным.

Глядя на проблему шире, можно полагать, что перспективы «смены внешнеполитической парадигмы» США остаются по-прежнему весьма неопределенными. Неясно, удастся ли Трампу изменить американскую внешнюю политику, которая после завершения холодной войны колебалась, по выражению Эрика Ли, между «неоконсервативной агрессией и либеральным интервенционизмом». И главное - действительно ли Трамп хочет принципиальных перемен в мире, в чем после пуска ракет в Сирии и бомбометания в Афганистане появились серьезные сомнения.

«Трамп - националист, склонный к меркантилизму в экономике и силовому подходу в политике», - заключает политолог Ф.Лукьянов34. Его первые действия слабо предсказуемы, чересчур эмоциональны, но его «Твиттер» расценивается некоторыми уже не как способ коммуникации или «барометр глобальной неопределенности» (А.Габуев), а как «инструмент прямого политического действия»35. Многие комментаторы предположили, что Трамп попытается в своей внешней политике воспроизвести «дипломатию сумасшедшего», которой прославился Никсон в свое президентство, чтобы склонить к уступкам противников36, но предупреждают, что Си Цзиньпин, если сочтет себя уязвленным, обладает гораздо большими возможностями возмездия, чем любой из американских оппонентов Трампа. По широко распространенной среди китайского политического класса версии событий, Си Цзиньпин во время обсуждения прихода к власти «непредсказуемого Трампа» якобы сказал, что сам он на конфликт не пойдет, но если со стороны Трампа последуют реальные выпады против интересов Китая, то ответ будет жестким.

Нет сомнения, что Трамп уже изменил динамику развития американо-китайских отношений. Годами именно американские президенты предпочитали не настраивать против себя Пекин и не обострять отношений с Китаем, а китайские лидеры испытывали желание подойти к границе дозволенного. Смело и рискованно перехватив инициативу еще до инаугурации, Трамп, по мнению некоторых аналитиков, обезоружил китайских партнеров37. Возможно, вести себя осторожнее придется теперь уже Китаю. Так ли это - пока неясно, учитывая активность, с которой Китай стремился к первому саммиту, но есть основания полагать, что к исходу хотя бы первого года президентства Трампа ситуация станет более определенной и позволит проверить прогнозы экспертов.

1Stone Fish Isaac. Why Chinese Elites Endorse Hillary Clinton // Foreign Policy. 2016. Nov. 7 // https://foreignpolicy.com/2016/11/07/why-chinese-elites-endorse-hillary-clinton/

2Stone Fish Isaac. Op. cit.

3Ibid. P. 2

4Dychtwald Zak. Why Chinese Netizens cheer Trump // Foreign Policy. 2016. Nov. 7.

5Dychtwald Zak. Op. cit.

6Chinese academics: Trump will pursue 'regional hegemony' in South China Sea // Reuters. 2016. Nov. 25 // https://www.yahoo.com/news/trump-pursue-regional-hegemony-south-china-sea-chinese-071553524.html .

7https://www.yahoo.com/news/m/5d374f59-a71c-30e6-9d66-517eda93c98c/ss_trump-expected-to-take-tough.html.

8China’s First Aircraft-carrier Bares Its Teeth. 2017. Jan. 19 // http://www.economist.com/news/china/21715036-should-anyone-be-scared-chinas-first-aircraft-carrier-bares-its-teeth. Для Китая, как и для США, понятия «статус» и «авианосцы», по сути, идентичны, замечают аналитики.

9В США считают, что этот шаг был сделан в ответ на разговор Трампа с Цай Инвэнь и является недвусмысленным посланием в адрес американского президента // http://www.ibtimes.co.uk/china-flies-nuclear-bomber-over-south-china-sea-send-message-donald-trump-1595951?utm_source

10http://www.vox.com/world/2016/12/18/13921962/trump-obama-china-russia-policy?yptr=yahoo

11www.washingtonpost.com/politics/trumps-taiwan-phone-call-was-weeks-in-the-planning-say-people-who-were-involved/2016/12/04/

12Кириллов А. Гадания на бараньих лопатках // Огонек. 2016. №50. С. 23.

13Hsiao Russel, An David. America First Versus One China // National Interest. 2017. Jan. 28 // http://nationalinterest.org/feature/america-first-versus-one-china-19222?

14Trump spurns Taiwan president's suggestion of another phone // Reuters. 28.04.2017 // URL: http://www.reuters.com/article/us-usa-trump-taiwan-exclusive-idUSKBN17U05I

15Hayton Bill. Is Tillerson willing to go to war over the South China Sea? // Foreign Policy. 2017. Jan.13.

16Впоследствии появилась расшифровка его ответов на вопросы Сената, в которой Тиллерсон предстает не таким уж ястребом и агрессивным сторонником блокады Китая. Он говорил якобы, что США отреагируют таким образом в случае лишь начала Китаем военных действий в регионе, которые он эвфемистически назвал «непредвиденными обстоятельствами» // https://www.lawfareblog.com/one-less-thing-worry-about-secretary-state-rex-tillerson-didnt-actually-call-blockade-chinas-south. Можно полагать, что позиция Тиллерсона не столь уж однозначна.

17Hayton Bill. Op.cit.

18Шон Спайсер заявил буквально следующее: «США намереваются подтвердить, что мы защищаем наши интересы в том регионе… Вопрос в том, что если эти острова находятся на самом деле в международных водах и не являются частью собственно Китая, тогда да, мы подтверждаем, что защищаем международные территории от захвата их какой-либо страной». Цит. по: Hughes Clyde. South China Sea: White House, Beijing Clash Over Territory // Newsmax. 2017. Jan 25.

19Minxin Pei. Trump Paints an Overly Rosy Picture Of His Meeting With China’s Xi Jinping // Fortune. 2017. April 10 // https://www.yahoo.com/finance/news/trump-paints-overly-rosy-picture-154040172.html

20Li Eric. America Can Be First Without China Being Last // https://www.foreignaffairs.com/articles/china/2017-04-06/america-can-be-first-without-china-being-last

21Кириллов А. Балансировка на грани // Огонек. 2017. №15. С. 20

22Rapp-Hooper Mira, Sullivan Alexander. Trump’s Team Has No Idea What It’s Doing On China // http://foreignpolicy.com/2017/04/05/trumps-team-has-no-idea-what-its-doing-on-china/?utm_source

23Лукьянов Ф. Давить почти до слома // Огонек. 2017. №15. С.18.

24LiEric. Op. cit.

25??????«???»????«?» (Янь Сюэтун. Отношения «притворной дружбы» между Китаем и США могут стать еще более «притворными» // http://mp.weixin.qq.com/s/Z9DhMsKfbMH45tjZ0AHhnw

26Tamkin Emily. Mr. Xi Goes to Mar-a lago // http://foreignpolicy.com/2017/04/05/mr-xi-goes-to-mar-a-lago-china-trump-nork-trade/?utm_source=

27Remarks by Ambassador Cui Tiankai at the 2017 International Finance and Infrastructure Cooperation Forum. Embassy of the People's Republic of China in the United States of America. 29.04.2017 // URL: http://www.china-embassy.org/eng/zmgxss/t1457879.htm

28Ростовский М. Лакмусовый Тиллерсон: каким будет итог визита госсекретаря США для России // http://www.mk.ru/politics/2017/04/12/lakmusovyy-tillerson-kakim-budet-itog-vizita-gossekretarya-ssha-dlya-rossii.html

29www.yahoo.com/news/china-north-korean-issue-fundamentally-between-u-north-101045200.html

30А некоторые политологи вообще полагают, что для озабоченного внутренними проблемами Трампа внешняя политика пока что вообще на периферии интересов, а удар по Сирии - это удар главным образом по американскому Конгрессу, уверен С.Марков (интервью радиостанции «Эхо Москвы» 18 апреля 2017 г. Должен же, мол, Трамп показывать, что он хоть что-то может как президент… Маркову вторят и другие политологи: «Удар по Сирии стал довольно эффективным способом получить поддержку подавляющей части истеблишмента» // Лукьянов Ф. Давить почти до слома // Огонек. 2017. №15. С. 18.).

31Хотя явно был шокирован, как предполагает, в частности, корреспондент ТАСС А.Кириллов // Кириллов А. Балансировка на грани // Огонек. 2017. №15. С. 21.

32Габуев А. Ракеты на десерт: обиделся ли Китай на США за удар по Сирии // http://www.rbc.ru/opinions/politics/13/04/2017/58ee4a949a7947f5a7cae9f0?from=detailed

33Ibid.

34Лукьянов Ф. Президент нашей мечты // Огонек. 2017. №4. С. 9.

35Сапрыкин Ю. Если не Путин, то Трамп // Нью таймс. 2017. №3 //

http://newtimes.ru/stati/xroniki/esli-ne-putin,-to-tramp.html

36Boot Max. Op. cit. Donald Trump’s Pivot Through Asia // Foreign Policy. 2016. Dec. 27.

37Auslin Michael. China Won’t Run From a Fight With Trump // Foreign Policy. 2017. Jan. 24 // https://www.yahoo.com/news/china-won-t-run-fight-194611803.html

Китай. США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 26 июня 2017 > № 2220924 Андрей Дикарев


Китай > Транспорт > gudok.ru, 26 июня 2017 > № 2220617

Сегодня в Китае начали курсировать новые высокоскоростные электропоезда, получившие название «Фусин» («Возрождение»). Как сообщает «Синьхуа», два поезда отправились с Южного вокзала Пекина и вокзала Хунцяо Шанхая в противоположных направлениях по высокоскоростной железной дороге Пекин – Шанхай – одной из самых загруженных магистралей Китая.

Новый китайский электропоезд самого передового международного уровня является разработкой и исключительной интеллектуальной собственностью Китайской железнодорожной корпорации (China Railway).

Как пояснили в железнодорожной компании, в новых моделях поездов «Фусин» была улучшена аэродинамика по сравнению с составами предыдущего поколения, при этом скоростные поезда стали экономичнее, а срок их эксплуатации увеличился на 10 лет.

Новые составы «Фусин» будут разгоняться на магистрали до 350 км/ч. Ранее поезда на этом участке двигались со скоростью максимум 300 км/ч.

Ирина Таранец

Китай > Транспорт > gudok.ru, 26 июня 2017 > № 2220617


Китай > Образование, наука > russian.china.org.cn, 25 июня 2017 > № 2220421

Каждый день в шесть утра на спортивной площадке университета Цинхуа студенты собираются на пробежку в лучах рассвета.

Клуб любителей утренних пробежек Цинхуа основал докторант института экономики и менеджмента университета Инь Симин.

Для поддержания спортивной формы и выработки привычки рано вставать и рано ложиться спать Инь Симин с друзьями начали бегать по утрам. Они познакомились с другими студентами с такими же интересами и в 2015 году организовали клуб.

Со временем к клубу присоединилось больше студентов. Некоторые стремились похудеть, другие хотели тренироваться, чтобы сдать университетский зачет по бегу, третьи - дать выход эмоциям. Впоследствии они стали бегать ради удовольствия.

По словам Инь Симина, в клубе нет требований относительно скорости и дистанции. "Гораздо более важно то, что бег приносит ощущение контроля над своим телом и жизнью. Позитивная энергия спорта помогает в учебе и жизни, и как результат происходят неожиданные изменения", - говорит создатель клуба.

Сейчас в клубе состоит более 400 студентов.

Как рассказал заведующий кафедрой спортивных наук и физкультуры университета Цинхуа Лю Бо, в университете насчитывается около 40 спортивных клубов и ассоциаций.

В Цинхуа существует традиционный зачет по бегу на длинные дистанции - 3000 м для парней и 1500 м для девушек. С этого года студенты также в обязательном порядке сдают зачет по плаванию перед получением диплома.

Лю Бо считает, что интернет и другие развлечения разрушают привычку физической активности и являются причиной ухудшения физического здоровья студентов.

"Данные Цинхуа за 2003-2015 г. свидетельствуют, что средняя скорость бега на дистанцию 3000 м среди студентов мужского пола снизилась на 30 секунд, при этом девушки стали пробегать 1500 м на 17 секунд медленнее. Подобное ухудшение показателей отмечено и в других спортивных дисциплинах, таких как прыжки в длину и подтягивания", - сказал Лю Бо.

Изданный в апреле китайским правительством план по развитию молодежи /2016-2025 гг./ нацелен на повышение физического здоровья молодых людей и призывает образовательные учреждения "усилить применение государственных стандартов физического здоровья студентов с целью выработки привычки занятий спортом на протяжении всей жизни.

Лю Бо полагает, что в системе образования, ориентированной на сдачу экзаменов, физкультуре в школах уделяется недостаточное внимание. После поступления в университет студентам сложно преодолеть физическую инертность и втянуться в спорт. Обязательные мероприятия Цинхуа в определенной степени помогли студентам воспитать в себе привычку упражнений, несмотря на первоначальные жалобы.

"С 2015 года мы провели три марафона. Количество участников увеличилось с 2200 в первый год до 3000 в этом году. Это говорит о растущем интересе к бегу и занятиям спортом", - сказал Лю Бо.

По мнению Ху Кая, одного из самых спортивных студентов Цинхуа, выигравшего забег на 100 м на Универсиаде, многие китайцы рассматривают физкультуру лишь как способ улучшения физической подготовки и совершенно игнорируют ее образовательную функцию в формировании характера и духа.

"Во многих ведущих мировых университетах чрезвычайно популярны такие командные виды спорта, как, например, регби. Старательность и командная работа в игре отображают ценность физкультуры", - уверен он.

Ему хотелось бы, чтобы больше студентов занимались спортом. "Я надеюсь, что больше студентов, как Инь Симин, будут культивировать страсть к спорту и воспитывать привычку физических упражнений", - добавил Ху Кай.

Китай > Образование, наука > russian.china.org.cn, 25 июня 2017 > № 2220421


Китай. Россия > Образование, наука. Медицина > russian.china.org.cn, 25 июня 2017 > № 2220416

Как стало известно на прошедшем в Харбине Форуме по медицинскому образованию Китайско-российской ассоциации медицинских университетов /КРАМУ/, за три года существования ассоциации в нее вступило уже 106 вузов двух стран, было учреждено 13 исследовательских учреждений, обменами преподавателями и студентами, международными конференциями и другими мероприятиями были охвачены свыше 30 тыс человек.

Как рассказал председатель КРАМУ с китайской стороны, член Инженерной академии Китая, ректор Харбинского медицинского университета /ХМУ/ Ян Баофэн, в настоящее время стороны продвигают строительство Китайско-российского центра медицинских исследований, а ХМУ и Санкт-Петербургский государственный университет также занимаются совместным строительством Центра биомедицины.

Кроме того, стороны, по его словам, планируют запустить проект по подготовке китайских и российских аспирантов в области традиционной китайской медицины и фармацевтики, обсуждают возможности объединения китайской и российской современной медицины с традиционными методами лечения и другие сферы сотрудничества.

Китайско-российская ассоциация медицинских университетов была создана при поддержке Министерства образования, Государственного комитета по делам здравоохранения и планового деторождения КНР и правительства провинции Хэйлунцзян. С китайской стороны в ассоциацию входят такие ведущие вузы, как Пекинский университет и Университет Цинхуа, а с российской - Санкт-Петербургский государственный университет, Воронежский государственный медицинский университет и др.

Китай. Россия > Образование, наука. Медицина > russian.china.org.cn, 25 июня 2017 > № 2220416


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter