Всего новостей: 2401839, выбрано 884 за 0.148 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ДФО > Образование, наука > amurmedia.ru, 18 декабря 2014 > № 1252897 Татьяна Якуба

Торжественный вечер, посвященный 120-летию Дальневосточной государственной научной библиотеки состоялся в хабаровском краевом театре драмы и комедии. Поздравить коллектив пришли друзья, среди которых - вице-спикер краевой думы Сергей Луговской и ректор ТОГУ Сергей Иванченко, сообщили ИА AmurMedia в пресс-службе ХРО ВПП "Единая Россия".

В честь юбилея, перед руководством, сотрудниками библиотеки и их гостями выступили артисты Дальневосточного Академического симфонического оркестра под руководством главного дирижёра Тиграна Ахназаряна.

Поздравить коллектив пришли и друзья библиотеки, среди которых - вице-спикер Законодательной думы Хабаровского края, Секретарь Регионального отделения партии "Единая Россия" Сергей Луговской. Он выразил искренние слова благодарности сотрудникам учреждения-юбиляра и подчеркнул, что Хабаровская краевая научная библиотека сегодня стала местом не только образования, но и научных исследований, развития культуры и просветительства в целом.

"В недавнем прошлом многие эксперты сулили, что с развитием глобальной сети Интернет и современных электронных устройств "умрут" книжные фонды библиотек. Говорили, что сами библиотеки не будут востребованы. Время показало, что "живое общение" с книгой, когда читатель держит ее в руках, перелистывая в увлечённом чтении страницы, нельзя полностью заменить использованием электронных носителей", - отметил Сергей Леонидович.

"Тем не менее, ради справедливости стоит сказать, что Дальневосточная государственная научная библиотека идет в ногу со временем и внедряет в свою работу все новации сегодняшнего дня, - сказал Луговской. - Это не только пополнение фонда электронных книг, появление возможности удаленного к ним доступа. Это и использование современных программ привлечения новых читателей, которые становятся не просто посетителями библиотеки, но и вашими искренними друзьями".

В заключение, Сергей Луговской вручил благодарственные письма и цветы Генеральному директору ДГНБ Татьяне Якуба и ее заместителю Раисе Наумовой, выразил признательность за их труд и пожелал успехов в дальнейшей работе.

Заместитель генерального директора Дальневосточной государственной научной библиотеки Раиса Наумова вот уже несколько лет является членом Хабаровского регионального совета сторонников Партии "Единая Россия", по ее словам, сегодня власти края не оставляют без внимания вопросы, поднимаемые сотрудниками учреждения.

"Наша библиотека – не просто культурно-образовательный бренд Хабаровского края и Дальнего Востока, но и одно учреждений культуры, которое доказывает приверженность современному развитию библиотечного дела", - подчеркнула Наумова.

Развитие библиотечной системы России сегодня – одно из приоритетных направлений деятельности Партии. Так, в 2010 году "Единой Россией" был запущен партийный проект - "Библиотеки России", который реализуется и на территории Хабаровского края. Проект помогает становлению библиотек в качестве культурно-интеллектуальных центров и важнейших институтов, способствующих модернизации страны и просвещению россиян.

От лица Партии и научного сообщества Дальнего Востока к поздравлениям присоединился и Ректор Тихоокеанского Государственного Университета Сергей Иванченко.

"От имени всех ВУЗов Хабаровского края, от лица всего студенчества региона, от всех выпускников высших учебных заведений мне бы хотелось поздравить нашу научную библиотеку. Уверен, что практически каждый житель Хабаровского края с ней знаком – многие прошли через ее залы, и всегда с теплотой вспоминают свои студенческие годы. Отдельную благодарность Дальневосточной научной библиотеке выражает и профессорско-преподавательский состав ВУЗов со всего Дальнего востока – ведь именно здесь было написано множество научных работ", - подчеркнул он.

Генеральный директор научной библиотеки Татьяна Якуба поблагодарила всех собравшихся за оказанное внимание и сказала: "Очень приятно, когда поздравляют. Несмотря на солидный возраст нашего учреждения, за который у нас появились устойчивые, традиции, мы стремимся сочетать богатый опыт с современными тенденциями. В этом направлении мы сотрудничаем с ведущими специалистами нашей страны и зарубежья, и делаем все для реализации нашей главной цели – оперативного, полного, объективного предоставлении информации в каждом уголке нашего края и Дальневосточного федерального округа".

Россия. ДФО > Образование, наука > amurmedia.ru, 18 декабря 2014 > № 1252897 Татьяна Якуба


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 18 декабря 2014 > № 1252891 Юрий Трутнев

Объявить Курилы территорией опережающего развития предложил полномочный представитель президента РФ на Дальнем Востоке Юрий Трутнев. Об этом он рассказал по итогам Заседания Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития ДФО, сообщили ИА AmurMedia в аппарате полномочного представителя президента РФ на Дальнем Востоке.

- Скажите, какое сегодня было решение по программе развития Курил?

- Концепция программы подписана Председателем Правительства Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Еще одна важная вещь, о которой мы сегодня говорили (министр вносил предложение), – это объявить Курилы территорией опережающего развития, целиком Курильские острова. И мы еще будем думать над тем, как распространять подобный режим в части административной и налоговой на другие, самые сложные территории Дальнего Востока.

- В поручениях по посланию Федеральному Собранию указана возможность проработки докапитализации Фонда развития Дальнего Востока за счет роста федеральных налогов. Вы не могли бы уточнить, о каких именно федеральных налогах идет речь (это НДПИ или что?) и примерные размеры,на которые вы рассчитываете? Есть ли какие-то предварительные оценки?

- Первое: это весь спектр федеральных налогов, это не какие-то отдельные налоги. Второе: мы должны получить дополнительные налоги за счет новых проектов, и все дополнительные налоги должны остаться на развитие Дальнего Востока в фонде по развитию. Таким образом, возникает процесс рефинансирования. Деньги возникают в результате новых проектов и позволяют запустить новые проекты. Мне кажется, очень правильный механизм, потому что он будет нас всех мотивировать, будет нам,скажем так, создавать дополнительную мотивацию, для того чтобы быстрее двигаться по развитию Дальнего Востока.

- А какие проекты есть уже в высокой степени подготовки?

- Мы в декабре, еще до конца года, обязательно проведем первое заседание комиссии,отберем первые проекты. Но проектов, находящихся в высокой степени готовности(мы об этом много раз докладывали), около полутора десятков.

Нам сейчас надо выбрать буквально первые… Я не знаю, сколько мы сможем выбрать, может быть,первые три проекта, которые будут в самое ближайшее время запущены.

- Учитывая изменившуюся ситуацию на финансовом рынке, вы не думаете, что это как-то притормозит запуск этих проектов?

- Мое ощущение – что мы неправильно читаем изменившуюся ситуацию на финансовых рынках, потому что ситуация на финансовых рынках только стимулирует ускорение развития России. Мы стараемся в границах своей ответственности, на территории Дальнего Востока, ровно этим и заниматься. Мне кажется, что сейчас надо не охать на тему цены на нефть или каких-то других экономических сложностей, а просто быстрее и эффективнее работать.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 18 декабря 2014 > № 1252891 Юрий Трутнев


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 декабря 2014 > № 1251360

Брифинг Юрия Трутнева и Александра Галушки

Стенограмма:

Вопрос: Скажите, какое сегодня было решение по программе развития Курил?

Ю.Трутнев: Концепция программы подписана Председателем Правительства Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Ещё одна важная вещь, о которой мы сегодня говорили (министр вносил предложение), – это объявить Курилы территорией опережающего развития, целиком Курильские острова. И мы ещё будем думать над тем, как распространять подобный режим в части административной и налоговой на другие, самые сложные территории Дальнего Востока.

Вопрос: В поручениях по посланию Федеральному Собранию указана возможность проработки докапитализации Фонда развития Дальнего Востока за счёт роста федеральных налогов. Вы не могли бы уточнить, о каких именно федеральных налогах идёт речь (это НДПИ или что?) и примерные размеры, на которые вы рассчитываете? Есть ли какие-то предварительные оценки?

Ю.Трутнев: Первое: это весь спектр федеральных налогов, это не какие-то отдельные налоги. Второе: мы должны получить дополнительные налоги за счёт новых проектов, и все дополнительные налоги должны остаться на развитие Дальнего Востока в фонде по развитию. Таким образом, возникает процесс рефинансирования. Деньги возникают в результате новых проектов и позволяют запустить новые проекты. Мне кажется, очень правильный механизм, потому что он будет нас всех мотивировать, будет нам, скажем так, создавать дополнительную мотивацию, для того чтобы быстрее двигаться по развитию Дальнего Востока.

Вопрос: А какие проекты есть уже в высокой степени подготовки?

Ю.Трутнев: Мы в декабре, ещё до конца года, обязательно проведём первое заседание комиссии, отберём первые проекты. Но проектов, находящихся в высокой степени готовности (мы об этом много раз докладывали), около полутора десятков. Нам сейчас надо выбрать буквально первые… Я не знаю, сколько мы сможем выбрать, может быть, первые три проекта, которые будут в самое ближайшее время запущены.

Вопрос: Учитывая изменившуюся ситуацию на финансовом рынке, вы не думаете, что это как-то притормозит запуск этих проектов?

Ю.Трутнев: Моё ощущение – что мы неправильно читаем изменившуюся ситуацию на финансовых рынках, потому что ситуация на финансовых рынках только стимулирует ускорение развития России. Мы стараемся в границах своей ответственности, на территории Дальнего Востока, ровно этим и заниматься. Мне кажется, что сейчас надо не охать на тему цены на нефть или каких-то других экономических сложностей, а просто быстрее и эффективнее работать.

Вопрос: Александр Сергеевич, по Большому Уссурийскому острову было предложение формат ТОР ввести. Будет это решение принято или нет?

А.Галушка: Действительно, одно из предложений, которое сегодня было нами сформулировано по развитию острова Уссурийского, – использовать режимы территории опережающего развития в российской части этого острова, так же как и создание на всей Курильской гряде, на всех островах территории опережающего развития. Мы, собственно, для того и создавали эту правовую оболочку, территорию опережающего развития, чтобы использовать её практически для решения тех вопросов развития, которые есть на Дальнем Востоке – и на Курильских островах, и на острове Уссурийском тоже.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 декабря 2014 > № 1251360


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 декабря 2014 > № 1250654

Чиновники Хабаровского края начали впадать в крайности из-за закона о контрактной системе. Государственные учреждения для того, чтобы соблюсти закон, тратят большое количество времени на размещение государственных закупок, стоимость которых практически не превышает 300 рублей, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на портал Госзакупок.

Вступивший в силу 22 марта 2013 года федеральный закон №44 "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" уже год, как отмечают чиновники, заставляет их уделять очень много времени на подготовку документации даже для закупок, стоимость которых равна 200-300 рублям.

Так на спецпортале Госзакупок появились документы, согласно которым для нужд ФОМСа в Николаевске-на-Амуре хабаровский краевой Фонд обязательного медицинского страхования намерен организовать поставку холодной воды. Государственная закупка рассчитана на подачу воды в размере 10,5 кубометров стоимостью всего в 323 рубля.

- Такие небольшие объемы нам направила организация, занимающаяся водоотведением – ООО "Вираж". У них по объемам всегда такие небольшие значения выставляются, в месяц приблизительно 7-5 кубометров, ну и стоимость соответствующая. То есть там все мотает по счетчикам, а мы взяли примерное количество кубов по предыдущему году, поэтому поставили плановый период, - рассказала главный специалист Элеонора Попова.

Также собеседница отметила, что документация для подобных "маленьких" госзакупок оформляется постоянно, в соответствии с ФЗ №44, на что уходит достаточно времени.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 декабря 2014 > № 1250654


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 12 декабря 2014 > № 1246485 Кирилл Проскуряков

Вопрос с рыбоводными участками – наиболее острый

Кирилл ПРОСКУРЯКОВ, Исполнительный директор Ассоциации лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области (АЛРЗ)

Закон об аквакультуре ждали несколько лет, но с выходом документа появилась масса новых вопросов: сможет ли отрасль развиваться, зависит от того, насколько качественными окажутся подзаконные акты. Для предприятий Сахалинской области, которые не один год вкладывались в воспроизводство тихоокеанских лососей, а теперь рискуют остаться без рыбоводных участков, эта тема особенно близка и понятна. Предприниматели ждут, когда же проблема, которая неоднократно поднималась на разных уровнях, будет урегулирована, рассказал в интервью Fishnews исполнительный директор Ассоциации лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области (АЛРЗ) Кирилл Проскуряков.

– Кирилл Александрович, с начала 2014 года вступил в силу федеральный закон об аквакультуре. На этот документ возлагали большие надежды (по крайней мере, власти). Ощущаются ли какие-либо перемены в связи с появлением профильного ФЗ?

– Пока никаких положительных изменений не чувствуется. Я думаю, это связано в первую очередь с тем, что подзаконная база не сформирована в полном объеме.

Однако подготовка правовых актов в развитие закона об аквакультуре и некоторые результаты этого процесса вызывают среди членов нашей ассоциации серьезные опасения. Как вы знаете, недавно вступили в силу постановления Правительства от 15 мая 2014 года № 450 «Об утверждении Правил организации и проведения торгов (конкурсов, аукционов) на право заключения договора пользования рыбоводным участком» и от 11 ноября 2014 года № 1183 «Об утверждении Правил определения границ водных объектов и (или) их частей, участков континентального шельфа РФ и участков исключительной экономзоны РФ, признаваемых рыбоводными участками».

Постановление Правительства РФ о предоставлении в пользование рыбоводных участков мы обсуждали неоднократно. Этот документ, несомненно, оказывает негативное влияние на лососеводство Сахалинской области. Из-за пробелов нормативной правовой базы, действовавшей до вступления в силу закона об аквакультуре, ЛРЗ не имели возможности получить в пользование рыбопромысловые участки для товарного рыбоводства. У лососевых рыбоводных заводов более чем двадцатилетняя история работы, достигнуты значительные результаты. Однако хозяйства, чтобы подтвердить права на водные объекты, в границах которых они осуществляют свою деятельность, будут вынуждены участвовать в открытых аукциона. Осилить аукционы способны единицы. У остальных же предприятий вопроса «что делать дальше?» не возникает, для них это однозначное прекращение работы.

Казалось бы, в лососеводстве Сахалинской области есть позитивная динамика, последние новости – на острове Итуруп ЗАО «Курильский рыбак» ввело в эксплуатацию рыбоводный завод «Янкито». Еще один член нашей ассоциации – ООО «Континент» – заложил на инкубацию икру на новом ЛРЗ на реке Саратовка. Но это лишь немногие. Остальные двигаются по инерции.

Даже с учетом введения в строй двух новых заводов, в 2014 году наблюдается общее снижение объема закладки рыбоводной продукции на 5%. Если рассматривать показатели среди членов АЛРЗ, то объемы закладки в этом году, с запуском новых предприятий, практически не изменились: количество икры горбуши упало на 25%, кетовой - увеличилось на 25% (в том числе за счет загрузки горбушовых заводов икрой кеты), 13% мощностей остались не задействованы. Кто-то объяснит такую ситуацию плохими подходами производителей горбуши к рыбоводным заводам. Но вы сами понимаете, чтобы использовать полностью мощности ЛРЗ, не надо большого объема икры. Предприниматели не хотят сегодня тратить деньги на приобретение посадочного материала: сколько лосося пришло в речку, столько и заложили икры. А ведь закладка рыбоводной продукции на инкубацию определяет стратегию предприятия на следующие 2-4 года.

Постановление Правительства РФ по определению границ рыбоводных участков также создает определенные трудности – как для предприятий, занимающихся воспроизводством тихоокеанских лососей, так и для марикультуры островного региона.

В условиях все тех же пробелов в законодательстве ряд рыбоводных предприятий получили право пользования рыбопромысловыми участками для промышленного рыболовства в границах своих базовых водоемов. Тем самым хозяйства хоть как-то узаконили право вылавливать выращенный ресурс. Постановление Правительства РФ №1183 поставило предприятия перед выбором: либо продолжать добывать выращиваемый ресурс в рамках промышленного рыболовства (объемы вылова никак не связываются с объемами выпуска молоди тихоокеанских лососей), либо отказываться от договора на РПУ, за который были заплачены деньги, и претендовать на рыбоводный участок, за который снова придется платить.

Трудности же для морской аквакультуры Сахалина и Курил связаны с тем, что специфика прибрежных вод не была учтена при подготовке постановления. Успешное разведение морских гидробионтов по большей части возможно лишь на небольшом удалении от береговой линии. При этом у нас практически вся прибрежная акватория поделена на рыбопромысловые участки для промышленного или прибрежного рыболовства. А постановление Правительства РФ №1183 не допускает полное или частичное наложение границ рыбоводных участков на границы РПУ, даже по согласию или по желанию пользователей рыбопромысловых участков.

Хотя почему бы не дать возможность тем предприятиям, которые занимаются рыболовством, работать еще и в сфере аквакультуры – в рамках тех сроков, которые установлены договорами о предоставлении РПУ? Основная масса прибрежных рыбопромышленных предприятий работают сезонно, два-три месяца в году, на промысле тихоокеанских лососей. Получив возможность использовать свою акваторию для разведения, например, гребешка или морской капусты, хозяйствующие субъекты смогли бы увеличить время работы и расширить перечень выпускаемой продукции. На мой взгляд, это вполне логично и рационально.

– Вы упомянули о наблюдаемом перераспределении выпускаемых объемов молоди кеты и горбуши. Как вы его оцениваете? Ведь кета считается достаточно перспективным объектом для лососеводства, у нее несколько иные в плане возврата характеристики, нежели у горбуши.

– На самом деле тут две стороны одной медали. Да, у кеты ярче выражен хоуминг: рыба приходит туда, где она родилась. Предприниматель, занимаясь воспроизводством кеты, может с большей долей вероятности спрогнозировать возврат ресурса, свои прибыли.

Но сейчас перераспределение происходит в том числе и за счет перевода горбушовых заводов на кету – это яркий индикатор того, что рыбоводные предприятия на сегодняшний день видят мало перспектив в развитии своего бизнеса. И стараются оптимизировать работу. Во-первых, не закупают посадочный материал, если не хватает на закладку. Во-вторых, переориентируются на кету – более прогнозируемый вид.

А если бы у заводов были рыбоводные участки, они бы спокойно занимались воспроизводством того ресурса, что и раньше.

– То есть получается, что правовое регулирование, которое предлагается государством, не способствует развитию лососеводства?

– Не совсем так. Формирование правовой базы, конечно, стимулирует аквакультуру. Правила игры появляются, но они интересны для новых предприятий. Компания хочет заниматься рыбоводством, участвует в торгах, получает рыбоводный участок и начинает создавать инфраструктуру.

Только возникает вопрос – сколько будет таких желающих? Перед глазами пример действующих предприятий, которые, вложив огромные силы и средства(а некоторые уже больше 20 лет осуществляют воспроизводство тихоокеанских лососей), во время очередного изменения законодательства остаются ни с чем, вынуждены по новой отстаивать права на те водные объекты, на которых работают.

– По логике вещей, предприятия, занимающиеся лососеводством, заинтересованы в том, чтобы все-таки закон заработал, но заработал правильно: чтобы они получили возможность функционировать в режиме пастбищной аквакультуры, изымать промысловый возврат.

– Конечно. Целью рыбоводных хозяйств, как и любых других коммерческих предприятий, является извлечение прибыли. Сегодня оно возможно исключительно в границах рыбоводного участка. Однако постановление № 450 тормозит предприятия в принятии решения о переходе с режима «искусственное воспроизводство» на режим «товарное рыбоводство». У компаний нет уверенности, что они смогут получить в пользование те акватории, на которых уже работают.

Представьте, проходит открытый аукцион – сколько появится желающих получить участок на водном объекте, где, с одной стороны, уже сформирована устойчивая популяция тихоокеанских лососей, а с другой - создана вся необходимая инфраструктура? И неважно, что она принадлежит другой компании. Проиграв аукцион, действующее предприятие будет вынуждено продать рыбоводные мощности победителю за бесценок. Других желающих просто не окажется. Фактически существующая редакция постановления Правительства РФ от 15 мая 2014 года № 450 «Об утверждении Правил организации и проведения торгов (конкурсов, аукционов) на право заключения договора пользования рыбоводным участком» содержит в себе механизм принуждения действующих рыбоводных предприятий к продаже на заведомо невыгодных условиях своего имущества. С одной стороны, есть закон о защите конкуренции, который говорит о свободном, максимально открытом доступе к государственному имуществу, но с другой – ущемляются права существующего бизнеса.

А ведь наши лососевые заводы не нарушали закон – просто до выхода закона об аквакультуре нормативная база не позволяла ЛРЗ заниматься товарным рыбоводством.

- В рамках рыбохозяйственной госпрограммы на поддержку проектов в области товарной аквакультуры, включая осетроводство, в 2015 году планируется направить 400 млн. рублей, в 2016-м – 609 млн. рублей, 2017-м – 600 млн. рублей. Речь идет о выделении субсидий по разным направлениям. Как вы думаете, будет ли такая помощь востребована?

– Мы опять возвращаемся к основополагающему вопросу: чтобы стать предприятием, работающим в режиме пастбищного рыбоводства (отнесено к товарной аквакультуре), нужно получить рыбоводный участок. До этого момента мы, исходя из формулировок федерального закона, даже претендовать на поддержку не сможем.

– А как вы считаете, такие субсидии вообще нужны лососевым рыбоводным заводам?

– На мой взгляд, эти средства будут востребованы. Все равно люди понимают, что будущее в лососеводстве есть, в этой сфере стоит работать, несмотря на все сложности и негативные моменты. Есть проекты по строительству ЛРЗ, и предприниматели пусть на свой страх и риск, но приступают к их реализации. И конечно, субсидирование, в том числе расходов на строительство производственных мощностей, будет пользоваться спросом. Это станет хорошим стимулом для отрасли.

Справка: в этом году предприятия – члены АЛРЗ заложили на инкубацию 557,5 млн. штук икры тихоокеанских лососей – 340 млн. штук икры кеты и почти 217 млн. штук икры горбуши. В ассоциацию входит 20 юридических лиц, которые осуществляют эксплуатацию 26 рыбоводных заводов.

Маргарита КРЮЧКОВА, газета «Fishnews Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 12 декабря 2014 > № 1246485 Кирилл Проскуряков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 декабря 2014 > № 1242998 Сергей Красильников

Контроль должен быть разумным

Необходимо, чтобы законодательные изменения в сфере пересечения государственной границы судами рыбной отрасли обеспечивали условия для эффективного рыболовства без ущерба для национальной безопасности. Пока этих целей достичь не удалось.

В ноябре 2012 года Правительство РФ направило в Госдуму законопроект «О внесении изменений в статью 9 Закона Российской Федерации «О Государственной границе РФ» и статью 6 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию». В качестве цели было указано «упрощение порядка пересечения государственной границы судами, осуществляющими деятельность в целях торгового мореплавания, следующими с одной части Российской Федерации на другую ее часть через территорию иностранного государства».

Главным недостатком этого проекта стало то, что он положил начало разделению понятия «торговое мореплавание» на части. Согласно КТМ торговое мореплавание – это в том числе и рыболовство. Однако для рыболовства законопроектом устанавливается особый порядок пересечения границы. И даже не для всего рыболовства в целом, а – если детально рассматривать нормативно-правовую базу – только для промысла водных биоресурсов. При этом возможность неоднократного пересечения границы для добывающих судов локализована в пространстве – районом добычи, для которого выдан промысловый билет, и во времени – сроком действия билета.

По прошествии двух лет с момента внесения законопроекта (и полутора лет – с момента принятия), уже не очень важно, что стало причиной ужесточения – непонимание или сознательное искажение фактов. В пояснительной записке к законопроекту указано, что «…исключение деятельности, связанной с использованием судов для рыболовства...» сделано потому, что «...норма о разрешении неоднократно пересекать государственную границу Российской Федерации без прохождения пограничного, таможенного и иных видов контроля... предусмотрена в статье 9 Закона РФ «О государственной границе Российской Федерации... для российских судов, осуществляющих рыболовство». Однако в пояснительной записке не указано, что это положение действует только для судов, осуществляющих добычу водных биоресурсов, только в промысловом районе, на который выдано разрешение, и только на срок действия этого разрешения.

Сейчас на рассмотрении в Госдуме находится еще один законопроект – в части упрощения порядка пересечения границы лицами и транспортными средствами при пользовании недрами континентального шельфа. Там также написано: «…за исключением деятельности, связанной с использованием судов для рыболовства».

В июне прошлого года закон об упрощении пересечения госграницы судами, осуществляющими деятельность в целях торгового мореплавания, был принят. «Творческое» прочтение новой редакции закона о государственной границе контролирующими органами привело к поразительным результатам: если ты везешь рыбопродукцию из одного российского порта в другой, значит, ты осуществляешь рыболовство в части транспортировки, а поэтому, если есть необходимость пересекать границу, должен получить разрешение. Какое разрешение может получить транспортное судно, никто не знает, законом не предусмотрено. Как пройти морем, к примеру, от Петропавловска-Камчатского (тем более из района промысла) до Владивостока, не пересекая при этом границу, тоже никто не знает – географией не предусмотрено. Когда пришло понимание, что под угрозой остановки в целом доставка рыбной продукции в порт Владивосток, контролеры придумали некую процедуру «портовой очистки», вообще никаким законом не предусмотренную. Судну, груженому рыбопродукцией, предлагается зайти в порт (или ближайший терминал), известить портовые власти об отходе в другой российский порт, и тогда это уже не рыболовство в части транспортировки, а нормальный каботажный переход.

Вполне естественно в таких условиях, что рыбацкое сообщество полностью поддерживает инициативы и решения, которые могут помочь исправить ситуацию. Законопроект, внесенный депутатами Государственной Думы И.А. Яровой, Г.А. Карловым и членом Совета Федерации В.А. Озеровым, является весьма своевременным – это намерение изменить положение дел к лучшему. Однако замечания, высказанные Комитетом Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию, обоснованны.

Например, законопроект предусматривает исключение части 15 статьи 9 закона о госгранице. При этом ничего не предлагается взамен. Таким образом, из закона о госгранице исключается сама возможность осуществления прибрежного рыболовства за пределами территориального моря РФ (пусть и в «разрешительном» варианте).

Кроме того, часть 15 статьи 9 устанавливает не только разрешительный порядок пересечения государственной границы для отечественного рыбопромыслового флота, но и определяет для него режим мореплавания за границей РФ: запрет выхода из российской экономзоны, запрет захода в воды и порты других стран, запрет выгрузки (погрузки) грузов, товаров, валюты, животных на иностранные суда, а также на российские суда, прошедшие пограничный контроль.

Предусматривается исключение части 17 статьи 9. При этом ничего не предлагается взамен. Это означает, что суда, осуществляющие рыболовство в ИЭЗ и (или) на континентальном шельфе РФ, не смогут пересекать госграницу для перегрузки уловов, продукции без прохождения всех видов контроля в случаях неблагоприятных гидрометеорологических условий.

Полностью упущена возможность транзитного прохода территориального моря РФ российскими судами, оформленными в пограничном отношении.

Какими в нашем союзе видят законодательные изменения по пересечению государственной границы для судов рыбной отрасли?

Во-первых, удобными для осуществления рыболовства отечественными рыбопромысловыми судами, во-вторых, обеспечивающими безопасность государственной границы РФ.

Если говорить более подробно, то для обеспечения комплекса действий, составляющих рыболовство, применительно к функционалу Пограничной службы по охране границы, необходимо определить две категории судов:

– не оформленные в пограничном и таможенном отношении,

– оформленные в пограничном и таможенном отношении.

Первая категория имеет право в целях осуществления рыболовства сколько угодно пересекать государственную границу в уведомительном порядке (это принципиальный вопрос – должна быть норма прямого действия), но не имеет права выходить за пределы исключительной экономзоны РФ, заходить в воды и порты других стран, контактировать с иностранными судами, а также с российскими судами второй категории.

Вторая категория имеет право делать все то, что запрещено судам, оформленным в пограничном и таможенном отношении, но не имеет право с ними контактировать.

Кроме того, для российских судов, оформленных в пограничном отношении, необходимо предусмотреть возможность входа в 12-мильную зону России в уведомительном порядке при неблагоприятных гидрометеорологических условиях для перегруза уловов и продукции.

Также для отечественных судов, оформленных в пограничном отношении, нужно обеспечить возможность транзитного прохода в уведомительном порядке территориальных вод России (это необходимо, например, при смене района промысла).

Сергей Красильников, исполнительный директор Союза рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 декабря 2014 > № 1242998 Сергей Красильников


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 3 декабря 2014 > № 1237867 Олег Комаров

Рыбопереработка государственной важности

Олег КОМАРОВ, Генеральный директор ООО «Технологическое оборудование»

Аквакультура в ближайшие годы должна стать ключевой точкой роста отечественного рыбохозяйственного комплекса. Такую идею озвучил руководитель Росрыболовства Илья Шестаков на конференции «Ключевые драйверы развития отрасли» в рамках деловой программы 16-й агропромышленной выставки «Золотая осень». Актуальная тема получила развитие в высказываниях экспертов и практиков – потенциал российской аквакультуры для бизнеса, инноваций и инвестиций у большинства сегодня уже не вызывает сомнений.

Вместе с тем по-прежнему остается немало факторов, сдерживающих развитие этой отрасли. В качестве одного из основных называется практически полная зависимость от импортных кормов. Вопрос с нехваткой рыбной муки для внутреннего рынка назрел настолько, что в аграрном ведомстве даже готовы рассматривать идею стимулирования производства этого продукта отечественными предприятиями. Вместе с тем сложно представить, что при вылове в 4 млн. тонн и производстве более 3,5 млн. тонн рыбной продукции переработка не получает достаточно вторичного сырья для выпуска рыбной муки, жира и прочих продуктов, содержащих ценный белок и омега-3 жирные кислоты. Напротив, проблема утилизации отходов с рыбных заводов, цехов для многих регионов стала настоящей бедой.

В чем причина разомкнутости производственной цепочки и существует ли решение этой масштабной проблемы, которое удовлетворяло бы и бизнес, и государство? С такими вопросами корреспондент журнала «Fishnews – Новости рыболовства» обратился к генеральному директору ведущей инжиниринговой и производственной компании «Технологическое оборудование» Олегу Комарову.

– Олег Валентинович, на выставке «Золотая осень» в Москве обсуждались перспективы и проблемы развития отечественной аквакультуры. По роду деятельности вы находитесь в прямом контакте с промышленниками и коллегами в сфере производства оборудования для рыбной отрасли, так что знакомы с реальным положением дел в области российской рыбопереработки и ее технического оснащения. На ваш взгляд, есть ли решение у проблемы нехватки кормового сырья для отечественной аквакультуры?

– Для меня ответ на этот вопрос очевиден: решение проблемы – в производстве высококачественной рыбной муки в России. И технические, и сырьевые возможности для этого сегодня есть. Другое дело, что, к сожалению, у нас сложилось крайне небрежное отношение к отходам переработки (а по факту – вторичному сырью), из-за чего теряется возможность получать на выходе качественный, востребованный на рынке продукт.

Интересный факт: в советское время вопрос производства кормовой рыбной муки для нужд сельского хозяйства решался на уровне высшего партийного органа. Изучая предметно этот вопрос, мы, например, обнаружили в архивах постановление ЦК КПСС от 1976 года, где, помимо прочего, Минрыбхозу СССР и Советам Министров союзных республик поручалось довести в 1980 году выработку кормовой рыбной муки до 745 тыс. тонн. Сегодня нам сложно даже представить эти объемы, а в Советском Союзе, как известно, планы на пятилетку было принято перевыполнять…

Кроме муки в промышленности использовался и рыбий жир, без которого не обходились не только сельское хозяйство, но и химическая, кожевенная, лакокрасочная промышленности.

Во времена перестройки возможности промышленности у нас сокращались быстрее, чем нужды страны. Многие рыбомучные установки (РМУ) на промысловом флоте срезались, шли на лом, уходили за границу вместе с судами, остальная часть морально устаревала, выходила из строя. В итоге производство рыбной муки и жира в России практически прекратилось. Правда, долго пустовать этим нишам не пришлось – на рынке стала появляться импортная продукция, затем в страну начали приходить зарубежные технологии по производству кормов, которые все равно подразумевали использование завозного сырья. То есть фактически наше сырье было замещено иностранным.

Сегодня, по оценке Министерства сельского хозяйства, при потребности свыше 500 тыс. тонн рыбной муки Россия производит немногим более 145 тыс. тонн. Почти половина этого объема отправляется за рубеж. Между тем, уверяют эксперты, в ближайшей перспективе внутренний спрос продолжит расти. К примеру, по неофициальным данным (со ссылкой на самих производителей комбикормов), потребность внутреннего рынка уже оценивается в 900 тыс. тонн рыбной муки в год.

Чтобы сегодня нам вернуться в эту нишу, нужно не только увеличить объем производства, но и обеспечить необходимое качество продукта. Для рыбной муки это в первую очередь содержание питательных веществ (протеина), в нашей стране действует стандарт по ГОСТу – не менее 50% сырого протеина. Если взять мирового лидера по производству рыбной муки – Перу, то там этот порог составляет 65%. То есть российским производителям для повышения конкурентоспособности и цены на свою продукцию необходимо повысить содержание протеина хотя бы до 62%, чтобы мука могла считаться качественным продуктом. Не говоря уже о других характеристиках.

Все это требует более серьезного технологического подхода при производстве.

– Речь идет и о судовой рыбопереработке, и о береговой?

– Безусловно. Хотя основной объем рыбной муки выпускается у нас именно на судах. Кстати, в море гораздо легче соблюсти основные требования к технологии производства: свежесть и однородность сырья, скорость переработки. На борту выполняется и другое важное условие для изготовления качественной муки – это использование сырья малой жирности, белорыбицы.

Единственная проблема, которая не дает рыбакам получать стабильно высокое содержание белка в рыбной муке, – необходимость сбрасывать подпрессовый бульон, который остается при переработке отходов на классической прессовой РМУ. С таким бульоном за борт уходит до 25% сухих веществ, что означает потерю около 7% белка в конечном продукте. Но сегодня этот недостаток можно устранить, модернизировав судовую РМУ таким образом, что бульон также будет полностью перерабатываться. Такое усовершенствование позволит стабильно получать рыбную муку с содержанием белка 62% и более.

Дополнительным плюсом такого несложного усовершенствования является получение рыбьего жира. На первом этапе, без дополнительной очистки, это будет технический жир. Энергии, получаемой при его сжигании, как раз хватает для работы рыбомучной установки. Таким образом, РМУ становится фактически автономной, что дает дополнительный экономический эффект и ускоряет окупаемость оборудования.

В итоге решается сразу несколько задач, актуальных и для бизнеса, и для государства. Во-первых, сырье используется более полно, а производитель получает заметную экономическую выгоду: благодаря более высокому содержанию протеина, стоимость рыбной муки вырастает почти в 1,5 раза. Для сравнения: мука с 50-процентным содержанием протеина стоит на рынке порядка одной тысячи долларов за тонну, с 68-процентным – уже две тысячи долларов.

Во-вторых, снижается энергопотребление на судне и дополнительно решаются экологические вопросы за счет снижения вредности выбросов.

– Главное, чтобы после такой модернизации у самого государства не возникло вопросов к рыбакам – как без увеличения вылова «вдруг» повысился процент белка в конечной продукции. У нас нередко отклонения от привычной нормы, без «соответствующих разъяснений вышестоящих инстанций», вызывают недоверие контролирующих органов.

На береговых предприятиях с совершенствованием рыбопереработки вопросов не возникает?

– На берегу существует своя специфика, здесь основные сложности связаны с сырьем. Одно дело, когда предприятие использует минтай и прочие маложирные породы рыб. В этом случае возможна простая модернизация прессовых рыбомучных установок по аналогии с судном.

Другое дело, когда речь идет о добыче красной рыбы – лосось в береговой переработке Дальнего Востока играет ключевую роль. Классические РМУ (а на берегу это, как правило, маломощные установки) просто не справляются с жирными лососевыми отходами. В результате проблема утилизации неиспользованного вторичного сырья становится настоящей бедой для экологии прибрежных субъектов и оборачивается серьезными экономическими потерями и штрафами для промышленников.

Но и для береговых производств сегодня есть новый технологический подход, способный не только успешно решать все перечисленные проблемы. На выходе рыбопереработчик получает новые востребованные на рынке продукты, в первую очередь, рыбий жир фармацевтического качества. Например, на заводе «Корякморепродукт» в Камчатском крае установлена линия по переработке отходов лососевых видов рыб, позволяющая получать рыбную муку с высоким содержанием протеина и рыбий жир медицинского качества. Благодаря лишь внедрению линии ПРО предприятие смогло увеличить стоимость каждой выловленной тонны рыбы на 10-20%.

К сожалению, пока сложно полностью оценить экономическую отдачу от производства такого продукта с точки зрения российского рынка, но на мировом его стоимость намного превышает стоимость качественной рыбной муки. Пример «Корякморепродукта», который в итоге смог наладить производство капсулированного рыбьего жира из лососевых и продать на рынке первые партии своей новой продукции по 200 тыс. рублей за тонну, – пока небольшой «маркер», отражающий настроения на рынке.

– Вы привели в пример крупное предприятие. Но в каждом регионе существует своя специфика организации рыбопереработки. Например, для Камчатки – это большие объемы вылова, производства, значительная удаленность предприятий друг от друга. В Сахалинской области картина другая: здесь много небольших перерабатывающих заводов, цехов, многие из которых ориентированы лишь на лососевую путину и «замораживают» рабочий процесс в межсезонье. Значит ли, что в этом случае предприятие не сможет получать дополнительную прибыль от переработки отходов, без которых не обходится ни одно производство?

– При переработке отходов очень важен эффект массовости: чем больше отходов, тем более эффективна их переработка. Для регионов, где на отдельно взятых предприятиях этого добиться сложно, можно искать пути объединения отдельно функционирующих производств в единую логистическую схему с централизованным сбором отходов и их переработкой на заводах коллекторного типа.

Для Камчатки такая схема применима только для одного города – Петропавловска-Камчатского. А вот на Сахалине фактически все предприятия могу быть территориально разбиты на группы (кластеры), в рамках которых организуется сбор и доставка свежих отходов с малых предприятий на один завод по переработке отходов. В каждом таком кластере – свой завод-коллектор. На выходе мы получаем либо качественные полуфабрикаты, которые уже будут стоить гораздо больше, чем рыбная мука и жир технического качества. Либо там же ставим предприятия вторичной переработки, производящие конкурентоспособные продукты: очищенный рыбий жир фармацевтического качества, а также гидролизаты, готовые корма для аквакультуры и животноводства и т.д.

– Но это связано и с решением экологических проблем в регионах, что является уже государственной задачей?

– Взятые для примера Камчатский край и Сахалинская область показательны и в этом вопросе – здесь местные власти уделяют пристальное внимание работе по снижению вредного воздействия перерабатывающих производств на экологию. А, как мы знаем, поощрение бизнеса к правильной организации своей деятельности действует гораздо эффективнее принуждения. Поэтому и проблему переработки рыбных отходов, уверен, необходимо решать при участии и в сотрудничестве с государственными органами власти, прежде всего с администрациями (правительствами) регионов.

Как именно может осуществляться такое взаимодействие, партнерство государства и частного бизнеса – это отдельный разговор, мы пока не говорим о финансовых схемах. Но в том, что работа по выстраиванию более организованной, эффективной, безотходной переработки водных биоресурсов – это наша общая задача, лично у меня сомнений нет.

– Можно сказать, что такая концепция выстраивания фактически безотходных производств является и примером глубокой переработки, о которой сегодня также говорят и спорят достаточно много?

– На самом деле затронутый нами вопрос относится и к углублению рыбопереработки, и к решению экологических проблем, и к обеспечению потребностей аквакультуры, сельского хозяйства в кормах и даже к теме импортозамещения.

Но нам не следует забывать о самом главном – о значимости самого сырья, с которым мы работаем. Рыба, морепродукты изначально являются федеральным ресурсом, за сохранность и бережное использование которого несет ответственность, прежде всего, само государство. Более полное использование уже изъятых водных биоресурсов и как следствие увеличение выхода рыбопродукции без наращивания вылова – это ответ на концептуальные вопросы, которые сегодня стоят перед рыбохозяйственным комплексом России. Поэтому, обсуждая, казалось бы, даже простые вещи из области рыбопереработки, мы, по сути, говорим с вами о политике.

– Но, возвращаясь к самой технологии переработки, важно оценить наши собственные возможности. Есть ли в России необходимые технологии для реализации предложенных вами идей?

– Могу сказать, что в России есть технологии для всех направлений переработки, и большинство из них способны предложить наши, отечественные инженеры. Работа в этом направлении ведется постоянно, с каждым днем технологии, оборудование, машины становятся эффективнее, надежнее и доступнее. Свой опыт совершенствуют и специалисты «Технологического оборудования», предлагая новые, оригинальные подходы к решению даже самых сложных вопросов рыбопереработки. Все озвученные идеи основаны на реальном опыте и удачных примерах из практики.

Наталья СЫЧЕВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 3 декабря 2014 > № 1237867 Олег Комаров


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 1 декабря 2014 > № 1235504 Владимир Илюхин

Камчатка, полный вперед!

Владимир ИЛЮХИН, Губернатор Камчатского края

То, что Камчатский край – лидер отрасли практически по всем показателям – от вылова до инвестиций, звучит со всех трибун. Руководство региона ставят в пример. Как власти удается стимулировать бизнес в довольно суровых условиях, сохранить баланс между интересами бизнеса и социума и какие цели ставит перед собой аппарат управления, в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал губернатор Камчатского края Владимир Илюхин.

– Вам удалось сформировать фундамент стабильности для бизнеса. За последние несколько лет, по разным оценкам, инвестиции в рыбохозяйственный комплекс составили от 9 до 13 млрд. рублей. В каком направлении намерены двигаться дальше? Какие перспективы Вы видите?

– Действительно, за последние годы Камчатка стала лидером в стране по объему инвестиций в рыбопромышленный комплекс. И для нас очень важно, что эти инвестиции пришли именно в развитие береговой переработки: на побережьях Камчатки построено 16 современных заводов. Если раньше наши предприятия обрабатывали на берегу только 30% уловов в скоротечную лососевую путину, то сегодня – порядка 70%. Это очень хороший показатель. К тому же это дополнительные рабочие места, налоги, в том числе и в местные бюджеты.

Развитие бизнеса на территории, в первую очередь, зависит от того, созданы ли необходимые условия, чувствует ли бизнес защиту, поддержку. На федеральном и региональном уровнях сегодня существует целый комплекс мер поддержки. Но проблем возникает очень много. В первую очередь, необходимо совершенствовать нормативно-правовую базу. Ведь сегодня именно коллизии в законодательстве становятся серьезной проблемой для рыбаков.

Если говорить о перспективах, то в ближайшие годы мы намерены создать на Камчатке мощный рыбопромышленный кластер, который полностью обеспечит добычу, хранение, переработку и реализацию продукции. Параллельно с этим необходимо решать вопрос по расширению ресурсной базы рыболовства, обновлению флота, развитию инфраструктуры береговой переработки.

Но рыбная промышленность – не единственное направление развития края. Безусловно, Камчатка – рыбный цех страны, но для формирования устойчивой экономики нам необходимо развивать и другие отрасли. Перспективной для нас является горная промышленность. Сейчас в крае открываются новые рудники, на севере практически завершилось строительство крупнейшего горно-обогатительного комбината, новый проект вскоре будет запущен на Западной Камчатке. Инвесторы все более заинтересованы в освоении наших недр, хотя, конечно, инфраструктурных проблем в крае, которые «утяжеляют» стоимость проектов, хватает. И третье значимое направление – это развитие туризма. Несмотря на высокую стоимость перелетов в край, туристический поток к нам растет. Камчатка – уникальное место, и сейчас мы активно наращиваем туристическую инфраструктуру для гостей с различным уровнем дохода. Для нас важно создать комфортные условия для туристов, дать возможность людям увидеть красоты полуострова.

– Что может стать новой точкой роста для Камчатки, если говорить о рыбохозяйственном секторе? Какие еще проблемные вопросы необходимо решить?

– Сейчас мы делаем ставку на развитие аквакультуры. И хотя коммерческое лососеводство пока новое направление в рыбном хозяйстве края, у Камчатки здесь безусловные преимущества. Во-первых, развитие аквакультуры позволит нам сохранить запасы популяции диких лососей. Сейчас в крае работает 5 государственных заводов по выпуску малька, которые призваны обеспечивать воспроизводство ценных видов водных биоресурсов, восполнять запасы. Во-вторых, строительство новых рыбоводных заводов позволит нарастить объемы добычи рыбы. При этом на Камчатке с помощью рыбоводных заводов мы можем выращивать лосось в естественных условиях, в отличие от искусственно выращенной рыбы, к примеру, на фермах Норвегии.

Мы провели необходимые исследования с профильным научным институтом. Ученые подтвердили, что строительство рыбоводных хозяйств на небольших реках даст высокий эффект. По итогам исследований, строительство 14 подобных заводов мы включили в отраслевую государственную программу Камчатки. Через 6 лет это позволит нам нарастить добычу лососей на 7-10 тыс. тонн в год. Хочу обратить внимание: в отличие от тех же норвежских ферм, молодь лосося будут выпускать в реки, она будет нагуливаться в естественной среде, а через несколько лет возвращаться.

Интерес у инвесторов к этим проектам довольно высокий, но пока практическая реализация осложняется отсутствием необходимых документов. В 2013 году был разработан Закон «Об аквакультуре», однако порядка закрепления изъятия промыслового возврата до сих пор нет, а именно это и является основным для инвестора.

Кроме того, к сожалению, уже сейчас мы вынуждены говорить о безвозвратной потере ряда важнейших нерестилищ в бассейнах отдельных крупных рек. Браконьерство привело к истощению рек Большая, Авача, Паратунка. Без искусственного воспроизводства восстановить запасы лосося в них уже не удастся. По нашим оценкам, строительство еще 5 государственных лососевых заводов обойдется примерно в 1,1 млрд. рублей. Привлечь частные инвестиции на восстановление довольно сложно, поэтому мы надеемся на помощь федерального центра. Осенью мы поднимали этот вопрос на совещании с главой Федерального агентства по рыболовству. Идея развития аквакультуры получила поддержку и на минувшем заседании Совета Федерации. Сенаторы обещали подключиться к решению проблем в рыбной отрасли края, и мы надеемся на их скорейшее решение.

– Каковы особенности камчатского рыболовства, в первую очередь, прибрежного? Что препятствует развитию?

– Для таких территорий, как Камчатка, прибрежное рыболовство не только играет огромную роль в рыбной промышленности как в отрасли, но и имеет важное социальное значение. Многие предприятия, работающие в отрасли, градообразующие, они обеспечивают рабочими местами села, поселки и города, дают налоги в местные бюджеты. Ежегодно наши прибрежные предприятия перечисляют в бюджетную систему страны порядка 800 млн. рублей. Без учета сопутствующих отраслей, на прибрежных предприятиях работают порядка 16 тыс. человек.

Однако сегодня прибрежное рыболовство оказалось в сложной ситуации. Все дальневосточные прибрежные субъекты сталкиваются с огромным количеством проблем.

Первая – это потеря водных биоресурсов, которые традиционно выделялись для развития прибрежных территорий. Поправки в Закон «О рыболовстве…», принятые в 2007 году, открыли доступ к прибрежным квотам всем желающим. Если раньше осуществлять промысел в прибрежных водах субъекта могли только компании, зарегистрированные на его территории, то сегодня законодательство позволяет им свободно перерегистрироваться в любом регионе страны. Это противоречит смыслу понятия «прибрежное рыболовство». В результате уже не один десяток камчатских предприятий «сменил прописку», прибрежные объемы уходят в центральную Россию. Тенденция набирает пугающие обороты. Сегодня мы вынуждены бить во все колокола, добиваясь закрепления прибрежных квот за прибрежными субъектами.

Второй серьезной проблемой, которая касается всех без исключения прибрежных дальневосточных субъектов, являются административные барьеры. Суда, находящиеся на промысле и сдающие свою продукцию на берег, сталкиваются с огромным прессом административных барьеров. Несовершенство законодательства в части регулирования вопросов пересечения государственной границы России, не учитывающего всех особенностей деятельности, связанной с использованием судов для рыболовства, сегодня фактически привело к тому, что контролирующие органы «зарегулировали» отраслевой бизнес. Камчатские предприятия несут многомилионные потери. Мы неоднократно поднимали этот вопрос на всех уровнях власти. Сейчас есть определенные подвижки. Очень надеюсь, что вскоре ситуация изменится.

– Камчатка, не имеющая железнодорожного и автосообщения с материком, традиционно связывает свое развитие с портами, судоходством. Северный морской путь: какие перспективы у этих направлений сегодня? Основные препятствия на пути?

– Сегодняшняя ситуация в России еще раз дала нам понять, насколько важно развивать инфраструктуру главной арктической магистрали. Сейчас в стране назрела острая потребность в развитии внутреннего транспортного коридора, который позволил бы наладить поставки продукции по низкой цене между Дальним Востоком и европейской частью России. Богатый водными биоресурсами Дальневосточный регион способен обеспечить качественной рыбой всю страну, практически полностью заместить иностранный искусственно выращенный лосось. Наши рыбопромышленники готовы переориентироваться на внутренний рынок, наладить более масштабные поставки дальневосточной рыбы. Однако если говорить о центральной России, то основной поток продукции идет через Приморье. Каждый год в период лососевой путины там возникают огромные заторы. Сам порт и железная дорога не справляются с сезонными объемами, а цены на разгрузку, хранение, транспортировку заметно возрастают. Севморпуть может составить существенную конкуренцию дорогостоящему железнодорожному транспорту и практически полностью решить вопрос регулярного и дешевого грузооборота.

Для Камчатки этот вопрос имеет большое значение. Ранее у нас был опыт поставок своей рыбопродукции напрямую в Петербург. Мы отправляли почти 30 тыс. тонн груза. Ввиду роста цен на транспортировку железнодорожным транспортом, для потребителей рыба, доставленная с Камчатки по СМП, оказалась в среднем на 20 рублей дешевле. В этом году вопрос доставки нашей рыбы встал как никогда остро. Особенно в условиях возросшего в разы спроса на нашу рыбу внутри страны.

Спрос на морские перевозки по СМП внутри страны колоссальный. В первую очередь, на социальные грузы. Поэтому сегодня мы должны говорить о развитии инфраструктуры Севморпути, создании российских логистических центров, которые позволили бы, с одной стороны, решить вопросы грузооборота между востоком и западом России, а с другой – обеспечить экспортный потенциал российских территорий.

Одним из таких опорных пунктов может стать Петропавловск-Камчатский порт. Проект создания транспортно-логистического центра с крупным разгрузочным терминалом, современной судоремонтной и бункеровочной базой вошел в предварительный список пилотных проектов по созданию территорий опережающего развития на Дальнем Востоке. Мы считаем, что создание мощного порта на этом отрезке арктической магистрали позволит более эффективно реализовать потенциал Севморпути.

Первоочередная задача для нас – привести в порядок причальные сооружения. Большая часть из них находится в федеральной собственности и требует реконструкции. Мы не раз просили помощи из федерального бюджета, но пока вопрос так и не решен. Еще одна проблема – обустройство и реконструкция пунктов пропуска через госграницу. Накануне глава Федерального агентства по обустройству госграницы провел совещание на Камчатке. В течение ближайших нескольких лет в крае планируется реконструировать пункты пропуска в аэропорту и порту Петропавловска-Камчатского, а также построить постоянно действующий терминал в селе Никольское Алеутского района и сезонные терминалы в 8 прибрежных поселках края. Это снимет существующие проблемы.

Сегодня российский Дальний Восток становится все более привлекательным регионом с точки зрения развития. Северный морской путь не просто позволит решить проблему северного завоза, а станет окном для России в страны АТР, площадкой для интеграции в мировую экономику.

– Ваша опора – это государственные программы или, скорее, бизнес, промышленность, которые здесь развиваются? Какие ожидания возлагаете на государство, какой поддержки и в каких сферах ждете?

– Камчатка – северная территория. Бюджет края – дотационный и, несмотря на активное развитие промышленности, еще долгое время будет оставаться таковым. Здесь довольно сложные природные и климатические условия, плотность населения на большой территории очень низкая. Основная часть населения – это работники бюджетной сферы и военнослужащие. И вопросы государственной поддержки для нас играют огромную роль. В последние годы, благодаря федеральным программам, в крае произошли кардинальные изменения. Еще 10 лет назад Камчатка жила от танкера до танкера, вопросы жизнеобеспечения были для нас основными. Сегодня нам удалось переломить ситуацию, мы думаем о развитии, строим жилье, социальные объекты, прокладываем новые дороги, развиваем морское и авиационное сообщение. Особенно перемены заметны в наших отдаленных селах. Огромное внимание, впервые за многие годы, мы стали уделять вопросам развития инфраструктуры.

Не так давно я встречался с Президентом, мы обсуждали перспективы строительства Жупановской ГЭС, которая в будущем позволит снять проблемы обеспечения края энергией по низкой цене. Проект дорогостоящий, но мы получили поддержку главы государства. Обсуждали также вопрос строительства сейсмоустойчивого жилья. Нам удалось построить несколько новых микрорайонов в рамках федеральной программы, по итогам прошлого года Камчатка вошла в число лидеров по темпам роста строительства на Дальнем Востоке. Глава государства пообещал нам поддержку и дальнейшее финансирование. Мы видим, что политика государства направлена на повышение качества жизни на Дальнем Востоке.

Сейчас Камчатка имеет рекордный для края бюджет – 61 млрд. рублей. Несмотря на экономические трудности в стране, несмотря на то, что даже субъекты-доноры находятся в сложном положении, бюджеты принимаются очень тяжело, сыплются социальные программы, нам удалось сохранить все меры социальной поддержки и в бюджете следующего года. Для нас это очень важно. Но не менее важно и то, как в крае себя чувствует бизнес, ощущает ли он поддержку государства, идет ли он на контакт, ориентируется ли на стратегические для субъекта задачи.

– Налажен ли конструктивный диалог с бизнесом? Какой поддержки ждете от рыбопромышленников, о чем еще предстоит договориться?

– На мой взгляд, нам действительно удалось наладить диалог, сделать наши отношения с бизнесом партнерскими. Мы работаем в постоянном контакте, обсуждаем проблемы, вместе ищем оптимальные решения. Власть должна быть заинтересована в развитии бизнеса, ведь именно от этого зависит развитие экономики, занятость, социальная стабильность в регионе.

Рыбная промышленность – это одно из ключевых направлений развития экономики, и вполне естественно, что вопросам поддержки и взаимодействия рыбопромышленников мы уделяем серьезное внимание. У нас есть две серьезные площадки, в рамках которых мы обсуждаем стратегические для отрасли вопросы. Это единая общественная организация рыбаков «Союз рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки» и Камчатский рыбохозяйственный совет. Главное, чего мы ждем от рыбопромышленников, это стабильная работа в интересах края, рост производства, рост инвестиций, новые рабочие места. А для этого мы должны обеспечить им все необходимые условия, сделать их работу в крае комфортной.

Вы знаете, вопреки расхожему мнению, камчатский рыбопромышленный бизнес работает прежде всего для людей. У меня было немало возможностей убедиться в этом. Я говорю не просто о социальной ответственности, ориентированности на потребности экономики и населения. Я говорю о глобальных государственных задачах. Как пример – ситуация этого года, когда после введения санкций многие наши промышленники, вопреки планам на поставку рыбы за рубеж, развернули свою продукцию на внутренний рынок. Такому бизнесу хочется помогать. И, конечно, мы будем делать все для поддержки наших промышленников, для того, чтобы они хотели работать на Камчатке.

– Камчатка – территория с огромным экономическим потенциалом, но и немалым количеством барьеров. «Стратегически» узкие места Камчатки известны – это, прежде всего, инфраструктура и нестабильные правила игры. Возможно ли привлечь инвесторов в таких условиях, что может им гарантировать регион?

– Вы знаете, в подобных условиях сегодня работает практически весь Дальний Восток. Только мы еще дальше и наземного транспортного сообщения с нами нет. Тем не менее, по вполне понятным причинам, Камчатка становится все более интересной инвесторам. Осенью край принял у себя Дальневосточный инвестиционный форум. На нем мы подписали несколько крупных соглашений, в том числе по инвестиционным проектам в области золотодобычи в крае. Много предложений к нам поступило по развитию петропавловского порта. Большой интерес к этому проекту проявили наши партнеры из стран АТР. Думаю, что создание на Камчатке крупного морского логистического центра может стать, своего рода, опытной площадкой по работе с инвесторами для всего Дальнего Востока. Условия, которые предусматривает территория опережающего развития, как раз призваны решить основные барьеры для инвесторов, снять инфраструктурные ограничения, предложив наиболее удобные и лояльные налоговые, административные и правовые условия для инвесторов.

Но территория опережающего развития – это пока перспектива. Нам нужно уже сейчас стараться обеспечить инвестору все условия, предусмотренные проектом Закона о территориях опережающего развития. Сегодня в крае действует большое количество мер государственной поддержки, особых преференций, в том числе и налоговых. Показатель того, что эти льготы работают, – уже реализованные проекты. Если говорить о рыбной промышленности, то это крупнейший на Дальнем Востоке проект ОАО «Озерновский РКЗ № 55» по строительству и модернизации рыбоконсервного цеха в поселке Озерновский Усть-Большерецкого района (общая стоимость проекта 1,6 млрд. рублей) и инновационный для региона проект ООО «Корякморепродукт» по модернизации высокотехнологичного рыбоперерабатывающего комплекса на реке Хайлюля Карагинского района (стоимость проекта – более 500 млн. рублей). Оба проекта были реализованы инвесторами в рамках краевой программы по развитию рыбохозяйственного комплекса и получили государственную поддержку за счет средств регионального бюджета в виде возмещения части затрат по процентам по кредитам и части расходов по договорам лизинга.

Со своей стороны, мы и дальше будем поддерживать инвесторов, которые готовы вкладывать средства в развитие Камчатки. В условиях непростого для России развития международных отношений главная задача, поставленная перед региональными органами власти, – сохранить стабильные «правила игры» для наших предприятий, создать «интересные» условия ведения бизнеса, предусмотреть дополнительные меры государственной поддержки реализации инвестиционных проектов.

Ксения ПИСАРЕВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 1 декабря 2014 > № 1235504 Владимир Илюхин


Россия. ДФО > Судостроение, машиностроение > kremlin.ru, 13 ноября 2014 > № 1223229 Владимир Путин

Совещание по вопросу создания судостроительного комплекса на Дальнем Востоке.

Владимир Путин провёл совещание по вопросу создания судостроительного комплекса на базе ОАО «Дальневосточный завод «Звезда».

Промышленный комплекс создаётся по поручению Президента, данному по итогам совещания «О перспективах развития отечественного гражданского судостроения», состоявшегося 30 августа 2013 года. Судостроительный кластер на Дальнем Востоке должен стать крупным производственным центром, который будет выпускать и обслуживать суда разного класса, прежде всего для внутреннего рынка.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами год назад здесь, чуть больше чем год назад, 30 августа 2013 года, обсуждали задачи гражданского судостроения России, рассмотрели конкретные проекты, призванные существенно укрепить положение этой сложной и высокотехнологичной отрасли. Сегодня предлагаю вернуться к одному из таких проектов, а именно созданию Дальневосточного центра судостроения и судоремонта в Приморском крае.

Хотел бы вновь отметить, что выпуск современных конкурентоспособных судов имеет особое значение для страны. Это не только показатель технологического, производственного, кадрового потенциала судостроительной промышленности, но и серьёзный стимул для роста смежных отраслей и поставщиков – знаем, что это такое: машиностроение, металлургическая промышленность, сектор прикладных научных разработок.

Судостроительный кластер на Дальнем Востоке должен стать крупным производственным центром, который будет выпускать и обслуживать суда разных классов, прежде всего для нашего внутреннего рынка. Такой запрос со стороны отечественных покупателей есть, а значит, новые судостроительные мощности будут востребованы.

В планах ведущих нефтяных и газовых компаний России – дальнейшее освоение шельфовых месторождений Дальнего Востока и Арктики. Год за годом будет расти значение Северного морского пути, мы с вами об этом постоянно говорим в последнее время. И конечно, действующий гражданский флот России также нуждается в обновлении.

Всё это подразумевает большой объём заказов на надёжные современные суда, и принципиально важно, чтобы в борьбе за эти заказы на ведущие роли выходили именно отечественные верфи, чтобы масштабные проекты в сфере ТЭКа, на транспорте загружали мощности российских, а не зарубежных предприятий, чтобы именно у нас росла необходимая компетенция, платились налоги, создавались рабочие места.

При этом наши судостроители, конечно же, должны предложить по-настоящему качественный продукт – лучше, чем предлагают зарубежные их конкуренты, лучше, чем зарубежные аналоги по своим характеристикам, по цене, скорости строительства, по скорости и качеству ремонта судов.

Нужно использовать опыт и наработки российских судостроителей в производстве буровых платформ, геологоразведочных судов и снабженцев, судов ледового класса. Эти конкурентные преимущества необходимо воплотить в реальные, экономически эффективные проекты.

Напомню, что верфь в Большом Камне, о которой мы будем сегодня говорить, строится, по сути, с нуля. Её первую очередь планируется завершить в конце 2016 года. Хочу при этом отметить, что полного цикла создания судов здесь не было раньше, поэтому нужны новые производственные компетенции и обучение кадров.

И это, безусловно, принципиальный вопрос, во всяком случае один из принципиальных, характерный не только для Дальневосточного центра судостроения, но и для всей отрасли. Имею в виду острую нехватку специалистов, причём на всех уровнях: и рабочих, и технологов, и инженеров. К сожалению, отсутствуют современные системы корпоративного и проектного управления.

Здесь нужен системный подход: от воспитания нужных кадров – до создания инжиниринговых центров и решения многих социальных вопросов. Там, где это необходимо, нужно перенимать и зарубежный опыт, разумеется; входить в технологические альянсы с ведущими мировыми производителями.

В завершение хотел бы вновь напомнить: сегодня в российском ТЭКе, на транспорте запускаются масштабные проекты, и наши планы по вводу новых судостроительных мощностей должны быть синхронизированы с инвестиционными программами крупнейших российских компаний-заказчиков. Именно поэтому в развитии Дальневосточного центра судостроения активно участвует «Роснефть» и некоторые другие наши компании. У них есть серьёзные планы по загрузке верфи в части выпуска нефтяных платформ и производства судов снабжения.

Я рассчитываю сегодня услышать мнения и других крупных структур относительно возможных заказов на российских верфях, в том числе и здесь, на Дальнем Востоке.

Давайте начнём работать.

Россия. ДФО > Судостроение, машиностроение > kremlin.ru, 13 ноября 2014 > № 1223229 Владимир Путин


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223237 Владимир Миклушевский

Рабочая встреча с губернатором Приморского края Владимиром Миклушевским.

Глава Приморского края информировал Президента о социально-экономической ситуации в регионе. Обсуждались реализуемые в Приморье программы в сфере здравоохранения, жилищного строительства, спорта, а также ситуация в рыбохозяйственном комплексе.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Владимир Владимирович, хочу сказать, что в целом идёт поступательное движение. Имею в виду и развитие экономики и, может быть, самое главное, что наиболее заметно, это развитие социальной сферы. Хочу сказать, что мы выполнили Ваше поручение, сдали 1 сентября перинатальный центр.

В.ПУТИН: Сколько коек там?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Он рассчитан на 2 тысячи родов в год. Все сложные случаи, которые у нас есть, к сожалению, они случаются, и теперь мамы могут в будущем не беспокоиться за своих малышей, которые родились, потому что там есть всё необходимое оборудование.

В.ПУТИН: Вы связали этот перинатальный центр с другими медучреждениями?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Безусловно, у нас есть ещё одно аналогичное учреждение во Владивостоке и 11 межрегиональных центров, которые расположены по всему краю. Кроме этого мы в конце года уже купили, проплатили два санитарных вертолёта, которые также будем использовать для тяжелобольных и для этих целей. Я дал поручение департаменту здравоохранения проработать вопрос создания аналогичного центра ближе к северу края, потому что расстояния всё-таки большие, у нас большой край. Мы, видимо, в 2015 году начнём проектирование и в 2016-м строительство этого центра, для того чтобы мы всё-таки могли рассредоточить немножко и не только во Владивостоке это делать. Вообще эта проблема достаточно серьёзная, и мы ей намерены очень серьёзно заниматься. Кроме этого купим для этих же целей специальные реанимобили, которые позволят быстро доставлять рожениц в соответствующий межрайонный центр, либо в перинатальный центр на севере края, либо во Владивостоке.

Кроме этого, Владимир Владимирович, мы ведём программу, которую Вы поручили всем регионам делать, по ликвидации очереди в детские сады от трёх до семи лет. В целом мы хотим её выполнить на год раньше срока, который Вы нам установили, то есть до конца этого года.

В.ПУТИН: Получится?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Мы стараемся, у нас только Владивосток немножко вызывает сомнение. В целом по краю у нас идёт хорошо, у нас сегодня из 34 муниципальных образований в 19 очередей уже нет. И у нас в заделе 15 детских садов, которые мы уже строим и которые будут сданы в 2015 году. Иными словами, мы, конечно, серьёзно продвинемся, и очередь идёт от полутора до трёх лет, потому что многие мамы хотят выходить на работу, это доход семьи, и, конечно, рабочие руки в экономике, поэтому мы хотим этим заниматься. И конечно, это стимул для того, чтобы мамы рожали следующего малыша. Мы реализуем закон, который, Владимир Владимирович, Вы нам поручили реализовывать, для семей с тремя и больше детьми выдаём земельные участки. И сегодня организуем ещё один краевой закон, который направлен на то, чтобы закреплять молодые семьи: выдаются участки до 35 лет тоже бесплатно. Этот закон начал работать пока ещё не в полную силу, потому что муниципалитеты должны начать более, может быть, активно работать, но тем не менее мы им помогаем, в том числе с прокладкой коммуникаций, для того чтобы люди могли на этом участке сразу начинать строить дом.

Серьёзно работаем по тем указам майским, которые Вы подписали, Владимир Владимирович, после вступления в должность. И мы относимся к этому крайне серьёзно, считаем, что эти указы продиктованы жизнью и самими людьми. Это люди, по сути, поставили такой запрос. Я имею в виду повышение зарплаты. И люди это чувствуют. Особенно это заметно, конечно, в медицине, потому что в медицине всегда были проблемы с кадрами. И мы это замечали в последние годы, и сейчас ещё пока замечаем. Но уже сегодня те зарплаты, которые мы платим, являются достаточно конкурентными. И поэтому люди уже, и даже молодёжь, хотят идти учиться на врача и выбирают такую профессию.

И я ещё хотел несколько слов про спорт сказать. Для меня это, наверное, особая забота, потому что воспитывать здоровое поколение, воспитывать здоровое население – это очень важно. Вы знаете, что мы в прошлом году создали хоккейную команду «Адмирал», и она показывает неплохие результаты. Самое главное, люди тянутся. У нас самая заполняемая арена в КХЛ, 99 процентов, билет не купить. Мы даже думаем дополнительные трибуны ставить. И меня это радует, потому что сама команда, естественно, не является самоцелью, а это пример для многих пацанов, девчонок даже, потому что у нас даже девчонки в хоккей играют, чтобы выходить с клюшкой просто на дворовую площадку. И мы в этом году сделали 35 таких площадок около школ. Они универсальные: зимой – хоккей, летом – волейбол, баскетбол и мини-футбол, но тем не менее это то, к чему и детвора тянется, и взрослые люди.

В.ПУТИН: Это очень важно, чтобы за спортом высших достижений, который очень важен как пример для подражания, важно, чтобы болельщик соответствующим образом воспитывался. Насколько я понимаю, в хоккее вообще проблем с болельщиками нет. Но не менее важно за этим не забывать и массовый спорт, детский, юношеский спорт.

У вас как в этом кластере дела обстоят? То, что Вы сейчас сказали про площадки, – да, Вы мне ещё вчера об этом говорили. Ну а вообще вся сеть детско-юношеских спортивных школ в каком состоянии?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Они функционируют. Более того, если говорить про хоккей, заканчивая тему с хоккеем, мы ещё планируем построить в ближайшие два года пять хоккейных коробок частично за деньги спонсора. Это компания «Роснефть». Нам компания «Роснефть» помогает. И мы немножко вложим бюджетных средств Приморского края и будем эту программу продолжать, то есть мы не остановимся, потому что все крупные города должны иметь крытые ледовые арены. Потому что если молодой человек хочет профессионально заниматься хоккеем, то, конечно, надо заниматься круглый год, это очевидно.

Нам в известном смысле повезло, сенатором от Приморья является прославленный хоккеист Вячеслав Фетисов. Поэтому я попросил Вячеслава Александровича, чтобы он нам помог именно с созданием системы, чтобы была именно региональная система развития хоккея, чтобы мы могли постепенно, начиная с этих площадок, где играют любительские команды, потихонечку вытаскивать самых лучших пацанов, вести их уже под наблюдением опытных тренеров. И постепенно, конечно, это мечта, чтобы в команде «Адмирал» если не половина состава, то хотя бы одна треть состояла из наших приморских ребят.

В.ПУТИН: Всё очень правильно. Безусловно, поддерживаю это. Хоккей – один из любимых видов спорта в нашей стране. Но я хочу вас вернуть всё-таки к обычному детскому и юношескому спорту в широком смысле этого слова, не только хоккей, у нас много других направлений. Прошу вас обратить внимание на эту составляющую. Без поддержки краевой администрации этот вид деятельности развиваться эффективно не будет.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Я с Вами полностью согласен, Владимир Владимирович. У нас почти десяток детско-юношеских школ разбросаны по краю. Часть из них – в муниципальном подчинении, часть – в краевом. Но мы муниципалитетам тоже помогаем, потому что, действительно, они сами не могут вытянуть это, потому что надо тренерам платить, и форму покупать, и спортинвентарь покупать. Мы, кстати говоря, в этом году в соответствии с тем указом, который подписали по ГТО, мы все школы Приморского края, их у нас более 500, оснастили комплектами ГТО, просто подарили за счёт краевых денег.

В.ПУТИН: Я вас прошу обратить внимание всё-таки на детские и юношеские спортивные школы, и на школьный спорт вообще, и студенческий спорт.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Владимир Владимирович, та идея, о которой я Вам рассказывал на нашей предыдущей встрече, относительно строительства во второй очереди ДВФО целого ряда спортивных сооружений, мы сейчас прорабатываем с Министерством спорта. Сейчас пока ещё готовых решений нет, мы Вам позже об этом доложим. На мой взгляд, Олимпиада в Сеуле принесла Приморскому краю ряд спортивных сооружений, которыми мы гордимся и которые сейчас активнейшим образом используются не только сборными, но и простыми людьми, профессиональными спортсменами и детьми. Было бы, конечно, крайне хорошо, если бы мы смогли к 2018-му и 2020 году, к двум олимпиадам, которые состоятся в Корее и в Токио соответственно, тоже сделать такие вещи. Мы над этим работаем.

В.ПУТИН: Хорошо.

И ещё два вопроса: это жилищное строительство и состояние рыбохозяйственного комплекса.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Состояние рыбохозяйственного комплекса, конечно, сегодня вызывает определённое беспокойство, потому что проблема там, Владимир Владимирович, известная. Прежде всего – состояние флота. Конечно, это состояние флота объясняется и отсутствием производственной базы для того, чтобы флот делать. Я очень надеюсь на то, что комплекс «Звезда» начнёт, у них планы такие есть, рыбопромысловые суда производить.

Ну и вторая проблема, конечно, – это отсутствие нормальной береговой рыбопереработки. В этой связи у нас есть специальная программа, государственная программа Приморского края, где мы поддерживаем, то есть прямо субсидируем оборудование, которое предприятия покупают для береговой рыбопереработки. Это первое направление.

И второе направление – Правительство приняло решение о создании у нас рыбного кластера. Но пока, к сожалению, не приняло решение, откуда финансировать это всё, потому что там будут и частные деньги, безусловно, но причальные стенки и холодильное оборудование (так показывает мировой опыт) требуют всё-таки государственного участия.

Эта концепция у нас практически готова, мы её заказывали у известного иностранного института. И конечно, требуется следующее движение вперёд, потому что рыба должна перерабатываться на российском берегу. Так как на сегодняшний день мы теряем, по сути, огромное количество добавленной стоимости, как говорят экономисты, то есть рыба вся уходит в Китай, потом аккуратненько, в виде уже переработанного филе минтая, например, уходит к нашим западноевропейским потребителям. Но мы филе минтая точно могли бы делать сами, могли бы более глубокие переработки делать, мы это всё умеем. Отсутствие этих мощностей нам не позволяет пока двигаться вперёд.

В.ПУТИН: Как с жилищным строительством?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Жилищное строительство у нас пока фигурирует на уровне где-то 500 с небольшим тысяч квадратных метров в год. Мы считаем, что это неудовлетворительная картина.

Первое. Мы вступили в программу «Экономное жильё», которую сейчас делает Минстрой. Мы заявились на 500 тысяч квадратных метров на несколько лет. Программа только стартует, там действительно будет жильё за 30 тысяч рублей. Для человека в Приморье сегодня этого будет достаточно, я считаю, это подъёмная цена. К этому, конечно, нужно добавить банковский продукт, я имею в виду ипотечное кредитование, потому что не каждая семья может взять и выложить сразу деньги за квартиру.

И особую надежду, конечно, я питаю на индивидуальное жилищное строительство, о чём я только что Вам докладывал. Я имею в виду участки, потому что я специально ездил изучать опыт в Белгородскую область. Там за счёт индивидуалов, частников, строится миллион квадратных метров в год, только за счёт того, что люди либо сами построили, либо наняли бригаду. Это, конечно, мощно развивает и сектор строительных материалов, то есть даёт, как говорят экономисты, мультипликативный эффект. Ну и, конечно, даёт возможность развиваться и малому бизнесу, потому что малые строительные фирмы, бригады начинают это делать. Поэтому пока, считаю, нам ещё есть куда развиваться, потому что сейчас в жилищном строительстве нам серьёзно надо ещё поработать.

В.ПУТИН: Сколько строите сейчас?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: 500 тысяч квадратных метров в год.

В.ПУТИН: А планы какие?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Я считаю, нам надо выходить на миллион. Это минимум. Это наши советские показатели были.

В.ПУТИН: В какой период времени? Когда Вы хотите выйти на миллион?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Я думаю, что это три, четыре, пять лет. Быстрее мы, конечно, не выйдем.

В.ПУТИН: Если к рыбе вернуться, Вы с Правительством в контакте находитесь по этому вопросу? Или всё это просто зависло?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: По рыбе зависло. Пока зависло.

В.ПУТИН: А с кем это прорабатывалось?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Решение было принято на уровне [Аркадия] Дворковича.

В.ПУТИН: Дворкович – это физическое лицо. Вы с кем прорабатывали?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: С Министерством сельского хозяйства.

В.ПУТИН: Понятно.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Было принято решение погрузить это в программу развития Дальнего Востока. Но, естественно, там денег нет. А в программе развития рыбопромышленного комплекса, которая только сейчас разрабатывается, нам места не нашлось.

В.ПУТИН: Давайте вернёмся к этому. И с Аркадием Владимировичем это надо обсудить ещё раз, и с соответствующими ведомствами. Ладно?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Я буду Вам весьма благодарен, Владимир Владимирович. Я, естественно, приложу все усилия, чтобы со своей стороны продвинуться.

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223237 Владимир Миклушевский


Россия. ДФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223104

Посещение центра компетенций концерна «Моринформсистема-Агат».

В ходе поездки во Владивосток Владимир Путин посетил центр компетенций концерна «Моринформсистема-Агат», находящийся на территории Дальневосточного федерального университета, где ознакомился с новыми транспортными и роботизированными технологиями.

Генеральный директор – генеральный конструктор концерна Георгий Анцев рассказал главе государства о перспективах развития высокоскоростного морского и речного транспорта на Дальнем Востоке. В частности, по расчётам концерна, использование судов нового типа позволит значительно сократить время в пути как для пассажиров, так и для грузов.

Президенту также продемонстрировали комплексные роботизированные системы, которыми занимается концерн. Использовавшиеся ранее только в оборонной сфере, сейчас они передаются в гражданский сектор и могут быть использованы, в частности, в нефтедобыче для борьбы с разливами топлива. Конструкции крепятся на различные виды техники, в том числе беспилотные летательные аппараты и беспилотные водные суда. Сфера применения новых устройств очень широка, включает в себя и ледовую разведку, и контроль за загрязнением атмосферы. По словам Г. Анцева, уже заключены соглашения об использовании таких систем на практике.

Концерн «Моринформсистема-Агат» берёт своё начало от конструкторского бюро, созданного в 1942 году для разработки минно-торпедного оружия. За десятилетия своего существования КБ превратилось в мощное Научно-производственное объединение «Агат», главным направлением деятельности которого стала разработка средств цифровой вычислительной техники для различных морских объектов и создание на её основе автоматизированных систем управления боевой деятельностью подводных лодок и надводных кораблей. В 2004 году в соответствии с Указом Президента России было создано ОАО «Концерн «Моринформсистема-Агат», в последующие годы включившее в себя крупнейшие институты, производственные объединения и предприятия в этой сфере деятельности.

Сегодня основными направлениями деятельности концерна являются разработка, производство, гарантийное обслуживание интегрированных многофункциональных систем управления кораблей; комплексных средств автоматизации управления соединениями морских сил; систем управления морских ракетных и артиллерийских комплексов; боевых информационно-управляющих систем для надводных кораблей и подводных лодок; корабельных автоматизированных систем управления противоминными действиями; корабельных и береговых ракетных и радиолокационных комплексов; гидроакустических систем, а также обеспечение лицензионного производства систем, в том числе поставляемых на экспорт.

Россия. ДФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223104


Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223092 Сергей Иванец

Беседа с ректором Дальневосточного федерального университета Сергеем Иванцом.

Сергей Иванец информировал Президента о текущей научной и учебной работе университета, мерах, принимаемых для улучшения бытовых условий.

На встрече также присутствовали помощник Президента Андрей Фурсенко и губернатор Приморского края Владимир Миклушевский.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день! Расскажите, пожалуйста. Мы так, на ходу, уже много тем затронули. Расскажите, как и чем живёт университет, какие проблемы. Давайте начнём и с количества студентов, основные направления подготовки, а потом – конкретные вопросы, связанные с проблемными зонами.

Пожалуйста.

С.ИВАНЕЦ: Владимир Владимирович, на сегодня у нас завершён этап реструктуризации университета. Год как университет работает на новом месте, в новом кампусе на острове Русский. Считаю, что развитие идёт точно по плану, так, как мы и намечали, как предусмотрено программой развития.

Сейчас у нас в университете 20 тысяч очных студентов. Если посчитать студентов всех форм обучения, то получится почти 45 тысяч со всеми филиалами. При этом считаю чрезвычайно положительным моментом то, что, например, по итогам этой приёмной кампании поступают студенты и из Приморского края, разумеется, им это близко и удобно, но также и из 75 регионов России были желающие поступить учиться к нам. Причём это студенты с высокими баллами, они имеют возможность выбрать практически любой российский вуз, лучший российский вуз, и предпочитают Дальневосточный федеральный университет.

Это касается не только российских студентов, но и иностранных. У нас сейчас 2 тысячи иностранных студентов. Большая часть из них – китайцы. И буквально совсем недавно, месяц назад, нам удалось с профильным китайским ведомством – это Госкомитет по стипендиям – договориться о создании здесь у нас специального центра подготовки. Считаем, что значительная часть китайских студентов, направляющихся в Россию, может идти через университет. Таким образом, университет будет своего рода хабом, воротами для китайских абитуриентов. Это очень важно и для подготовки по русскому языку, и для изучающих русистику, русский, историю, культуру и литературу и не только. Такие направления, как экономика, инженерные специальности, строительные специальности, для китайцев очень важны.

Ни российские, ни китайские студенты не будут приезжать, если не будут удовлетворены качеством образования. А для этого, разумеется, нужны квалифицированные преподаватели. Параллельно у нас идёт программа по повышению квалификации своих преподавателей, но и приглашение ведущих признанных мировых специалистов как из-за рубежа, так и из нашей страны. Тем самым эта преподавательская мобильность, как и российская, так и международная, позволяет привлекать молодых, активных, мотивированных ребят.

Что касается россиян, то это во многом те, которые приедут, научатся здесь, останутся здесь жить и работать и будут реализовывать крупнейшие проекты инвестиционные, которые выполняются на Дальнем Востоке.

В.ПУТИН: О направлениях подготовки мы с Вами говорили, и с бывшим ректором, сегодняшним губернатором, тоже говорили об этом. Нам кроме решения общих задач подготовки кадров нужна, конечно, работа по решению кадровых проблем региона. У нас здесь развиваются и авиационный кластер, и судостроительный, надеюсь, новое дыхание получит, и космодром мы строим, и биология моря, и нефтехимия, и нефть и газ как таковые. Вы сейчас на чём сосредоточили своё внимание?

С.ИВАНЕЦ: На тех направлениях, которые Вы назвали. Практически во всех крупных компаниях реального сектора экономики у нас есть базовые партнёры. Это значит, что у нас с ними многостороннее сотрудничество по разработке технологий по их заказам, по подготовке специалистов. Это касается и нефтехимии. Известный наш партнёр – «Роснефть», базовая кафедра открыта в лабораторном корпусе, прекрасно оснащённая, которая не только готовит специалистов, но и проводит исследовательскую работу и позволяет получать продукцию высокого передела из углеводородного сырья. Это касается авиа- и вертолётостроения. Арсеньевская авиационная компания «Прогресс» – это не только наш партнёр, но и филиал, где у нас непосредственно на вертолётном производстве готовятся наши студенты. Это и судостроительные корпорации.

Важная тема, это тема общенационального масштаба, наверное, крупнейший инновационный и инвестиционный проект – это космодром в Амурской области. Мы понимаем, что подготовка специалистов для него – это задача Дальневосточного федерального университета в том числе. Мне кажется, важно понимать, что одно дело – это подготовить ребят, а второе дело – создать условия для того, чтобы они поехали и действительно остались работать непосредственно на космодроме. Для этого мы вышли к Роскосмосу с предложением о пилотном в своём роде трёхстороннем соглашении между студентом, который обязуется добросовестно освоить курс университета, который этот курс предоставляет по заказу работодателя, и самим работодателем, который берёт на себя условия, социальные обязательства по молодому специалисту на новом месте. Тогда можно будет эту масштабную задачу решить.

В.ПУТИН: Профессорско-преподавательский состав – сколько всего человек?

С.ИВАНЕЦ: 3300 человек.

В.ПУТИН: 3300? Средний уровень заработной платы какой?

С.ИВАНЕЦ: 50 тысяч рублей. Но при этом мы понимаем, что это среднее значение. Начиная с 2011 года у нас действует специальная система, которая позволяет учитывать все значимые для преподавателя его активности, такие как руководство научной работой, проведение семинаров, публикация статей, активная исследовательская деятельность. И получается, что, учтя все эти, в общем-то, выполняемые тобой на рабочем твоём месте активности, функции, ты существенно можешь добавить к своей базовой ставке заработной платы. Есть сотрудники, которые получают дополнительно и 70, и 90 тысяч рублей. Таких, может быть, не очень много, но почти 30 процентов получают дополнительно порядка 40 тысяч рублей.

В.ПУТИН: Какие бытовые, технические вопросы остались нерешёнными?

С.ИВАНЕЦ: Никаких нерешаемых или серьёзных вопросов нет.

В.ПУТИН: А нерешённые? Нерешаемых, конечно, нет.

С.ИВАНЕЦ: Здесь масштабная инфраструктура: 650 тысяч квадратных метров, целый ряд зданий, причём зданий сложной архитектуры. У нас есть вопросы по текущему ремонту, мы его непрерывно производим, по обслуживанию и эксплуатации. Надеюсь, что все, кто живёт, учится, работает и приезжает в кампус, отмечают, что содержание его, чистота, качество работы служб на достаточно высоком уровне, на таком, который не стыдно предъявить международным студентам и преподавателям.

В.ПУТИН: Не надо только делить на наших студентов и иностранцев. Наши студенты должны пользоваться абсолютно такими же услугами и бытовым качеством, как и иностранные.

С.ИВАНЕЦ: У нас есть вопросы с обеспечением водоснабжением. Эти вопросы решаются за счёт строительства водовода. До сих пор у нас вода, как Вы помните, поступала из опреснительной установки. Это сложная в эксплуатации, чувствительная технология, и не всегда она работает так, как ожидалось. Но с этим системным решением мы надеемся, что нарекание на качество воды будет снято.

В.ПУТИН: Это ошибки строителей, конечно, потому что они должны были знать, где они работают, каково качество воды и, соответственно, подбирать и качество материалов. А в какие сроки предполагается решение этого вопроса?

С.ИВАНЕЦ: Строительство водовода завершается, если я не ошибаюсь, к концу года.

В.ПУТИН: К концу этого года?

С.ИВАНЕЦ: Да.

В.ПУТИН: На носу уже.

С.ИВАНЕЦ: Если пересечь мост через пролив и ехать в сторону кампуса, то с левой стороны можно увидеть работающий земснаряд, он прошёл, наверное, половину пути через пролив, а на берегу связанные пирамиды пластиковых труб, трубы высокого качества, это на века, так что эта работа заметно продвигается.

В.ПУТИН: Это частично оплачивается из федерального бюджета и частично из регионального?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Да, совершенно верно, Владимир Владимирович. Решения все приняты. Там, если не ошибаюсь, общая сумма – 1 миллиард 900 миллионов. Все решения приняты, работы мы ведём, Сергей Владимирович уже об этом сказал, в сроки укладываемся.

В.ПУТИН: Надо будет Сергею Владимировичу помочь с разводкой воды здесь по объектам. Это сколько, Вы сказали, стоит?

С.ИВАНЕЦ: Около 100 миллионов, включая необходимые замены.

В.ПУТИН: Подумайте вместе с Министерством. Я только что с Министром [Д.Ливановым] разговаривал, они вам помогут и с решением вопроса по воде, и с содержанием и эксплуатацией. В этом году они вам помогли практически на миллиард.

С.ИВАНЕЦ: Да.

В.ПУТИН: Я сейчас не берусь сказать, сколько нужно будет в следующем году, это счётные позиции. Но Вы свяжитесь с Дмитрием Викторовичем, он понимает проблему и готов помогать, и поконкретнее по этим вопросам Вы с ним поговорите.

С.ИВАНЕЦ: Спасибо Вам большое.

Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 12 ноября 2014 > № 1223092 Сергей Иванец


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 7 ноября 2014 > № 1219714 Ольга Темных

Лосось удержит позиции за счет биоразнообразия

Процесс снижения численности тихоокеанских лососей после прохождения исторического максимума не будет обвальным, поскольку каждый вид слагают множество популяций, размножающиеся в различных условиях. Уменьшение уловов горбуши в одних регионах в этом году сочеталось с успешным освоением кеты в других. Какие перспективы ожидают добытчиков красной рыбы в ближайшие годы и как можно оценивать результаты прошедшей путины, Fishnews рассказала главный научный сотрудник ТИНРО-Центра Ольга Темных.

– Недавно на Дальневосточном научно-промысловом совете обсуждались итоги «красной» путины-2014. Какие неожиданности она преподнесла с точки зрения науки?

– Прогноз общего вылова лососей на Дальнем Востоке на 2014 год был определен в объеме 351 тыс. тонн. На 25 октября текущего года рыбаки уже поймали 334,3 тыс. тонн, или 95,2% от прогнозируемого объема. На первый взгляд, это создает иллюзию хорошей оправдываемости прогноза в целом. Однако если рассмотреть итоги реализации прогноза по отдельным видам, то освоение горбуши составило лишь 76% от заявленных объемов. При этом провальной можно считать путину на Западной Камчатке (вместо 45 тыс. тонн изъято 8 тыс. тонн) и Южных Курилах (вместо 26,5 тыс. тонн – 4,5 тыс. тонн).

Сложившуюся ситуацию по вылову горбуши немного «подправило» увеличение на 12 тыс. тонн (относительно изначально прогнозируемых цифр) уловов на Восточной Камчатке. Тем не менее недоосвоение объемов возможного вылова горбуши по Дальнему Востоку на сегодняшний день составляет около 47 тыс. тонн. Если столь низкий уровень вылова на Южных Курилах представлялся нам маловероятным, то ситуация на Западной Камчатке была не такой неожиданной.

О существенном снижении численности горбуши на западе Камчатки говорили данные съемок по учету молоди в Охотском море осенью 2013 года. Несмотря на довольно высокую численность молоди, скатившейся с побережий Западной Камчатки, ее общая количество в море составило всего лишь 569 млн. экземпляров. Причем согласно результатам генетических исследований специалистов КамчатНИРО, на долю западнокамчатских стад пришлось лишь около четверти от общей численности (обычно – 50%). На этом основании Камчатский НИИ рыбного хозяйства и океанографии снизил свой первоначальный прогноз наполовину, но, тем не менее, 45 тыс. тонн тоже оказались слишком большой цифрой для этого промрайона.

Неожиданно высокими оказались общие подходы кеты к побережьям большинства дальневосточных промрайонов. Вылов в целом уже сейчас превзошел прогнозируемые объемы на 23 тыс. тонн и достиг исторического максимума – 135,3 тыс. тонн. Три года подряд добыча кижуча практически вдвое превосходит прогноз возможного вылова, что может свидетельствовать о подъеме его численности. Вылов нерки в 2014 году показал хороший, но далеко не лучший итог – 35,8 тыс. тонн при прогнозе в 37,1 тыс. тонн (объемы добычи японскими и российскими дрифтерами в прогноз не включены). Пока что годом исторического вылова нерки на Камчатке остается 2013 год – 49,4 тыс. тонн.

– Прогнозируется ли снижение количества горбуши в последующие годы по всему Дальневосточному бассейну? Или в каких-то районах ее численность, напротив, показывает положительную динамику?

– Годом исторического максимума освоения горбуши на Дальнем Востоке был 2009-й, тогда было освоено 406 тыс. тонн. В последующие годы вылов горбуши был ниже этого уровня, хотя максимальные уловы фиксировались в отдельных районах. Так, 2011 год ознаменовался историческим выловом горбуши на Восточной Камчатке (182 тыс. тонн), 2012 год – историческим максимумом на Западной Камчатке (156 тыс. тонн). Однако в обоих случаях численность потомков от столь высокочисленных родительских поколений была существенно ниже. В 2013 году на Восточной Камчатке было освоено всего лишь 37 тыс. тонн, а на Западной Камчатке в 2014-м уловы горбуши составили 8 тыс. тонн – примерно в 20 раз ниже, чем в 2012 году.

При трактовке этих фактов помимо возможного общего снижения количества горбуши на Дальнем Востоке обсуждался вопрос о возможной смене доминирующих поколений. Основанием для таких взглядов было увеличение численности четного поколения на Восточной Камчатке в 2012 году и особенно в 2014 году (исторический максимум вылова для четных поколений – 31 тыс. тонн) на фоне заметного уменьшения нечетного поколения в 2013 году.

Однако согласно данным учетных съемок ТИНРО-Центра осенью 2014 года в юго-западной части Берингова моря, численность молоди горбуши восточнокамчатских стад оставалась на уровне, характерном для высокочисленных поколений нечетных лет – 620 млн. экземпляров. Такой объем при условии хорошей выживаемости горбуши в зимний период и надлежащей организации путины в 2015 году сможет обеспечить уловы на уровне не менее 80 тыс. тонн.

В Охотском море сотрудники ТИНРО-Центра также провели работы по оценке молоди лососей. Общая численность учтенной молоди горбуши составила 700 млн. экземпляров – уровень несколько ниже среднемноголетнего для 2000-х годов. Конкретные оценки масштабов подходов горбуши к основным районам воспроизводства в охотоморском бассейне будут получены после проведения учетной съемки летом 2015 года в прикурильских тихоокеанских водах.

– Каковы прогнозы динамики численности тихоокеанских лососей в ближайшие годы?

– В настоящее время мы располагаем данными о 60-летней циклике, обусловленной циклическими колебаниями глобальных геофизических и космофизических факторов. Опираясь на них, теоретически можно предполагать, что в ближайшие годы ожидается снижение обилия лососей, общая численность которых в 2000-е годы достигла максимума. Но этот процесс не будет обвальным за счет того, что каждый вид слагают множество популяций, размножающихся в различных условиях. Поэтому синхронность в динамике численности каждой популяции нереальна. Кроме того, определенный вклад в общую численность лососей, особенно кеты, вносят искусственно воспроизведенные стада.

В целом, чтобы ответить на вопрос о возможных тенденциях динамики вылова красной рыбы на ближайшие 2-3 года, необходимо продолжать мониторинг основных популяций лососей на главных этапах жизненного цикла. Это учет производителей на нерестилищах, молоди в период ската, неполовозрелых и половозрелых особей в море. К сожалению, пока что на всех этих «фронтах» наблюдается сокращение исследований в силу снижения их финансирования. Так, в следующем году ТИНРО-Центр вынужден сократить лососевые съемки. В море на учеты лососей пока запланирован выход только одного судна, которое выполнит съемку по учетам преданадромной горбуши в СЗТО и съемку молоди в Охотском море. Берингово море, увы, не будет охвачено съемками, которые могли бы уточнить оперативный прогноз по подходам восточнокамчатской горбуши в 2015 году.

Константин ОСИПОВ, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 7 ноября 2014 > № 1219714 Ольга Темных


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 октября 2014 > № 1212129 Владимир Илюхин

Рабочая встреча с губернатором Камчатского края Владимиром Илюхиным.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Камчатского края Владимиром Илюхиным. Обсуждалась социально-экономическая ситуация в регионе, в частности развитие рыбохозяйственной и горнорудной промышленных отраслей, вопросы жилищного строительства.

В.ПУТИН: Добрый день, Владимир Иванович.

В.ИЛЮХИН: Добрый день.

Владимир Владимирович, в соответствии с Вашим поручением, которое Вы дали несколько лет назад, в части того, чтобы в крае стабилизировать ситуацию, на Камчатке сегодня всё стабильно. С учётом прироста ВРП за прошлый год составил 136 миллиардов рублей. В этом году ещё прирастаём на 10 миллиардов рублей, потихоньку развиваемся.

Основные отрасли Камчатки – рыбная и горнорудная – тоже показывают неплохие результаты сегодня. Но, Вы знаете, в этом году красная [лососевая] путина была не очень удачной на Дальнем Востоке, тем не менее наши предприятия с поставленными задачами справились: мы добыли порядка 140 тысяч тонн лосося. Благодаря тому, что часть продукции была подвергнута глубокой переработке на берегу, в целом сегодня экономика в этой части неплохая. Надеемся, что после минтаевой путины где-то в целом около 650 тысяч тонн рыбы направим в центральные районы России.

В.ПУТИН: А как логистика, с транспортом как?

В.ИЛЮХИН: Вы знаете, это отдельная тема. Здесь существуют проблемы, особенно в период путины. Мы отправляем [продукцию] через Владивосток. И, конечно, железная дорога и приморский порт со своей задачей в полном объёме не справляются. Вырастают цены, большие проблемы с подвижным составом. Но мы стараемся переговоры вести, об этом сегодня все заинтересованные структуры знают, чтобы ситуацию поменять. Очень надеемся на развитие Северного морского пути. У нас уже был опыт, я докладывал, в течение двух лет мы отправляли, правда, небольшие партии.

В.ПУТИН: По Северному пути?

В.ИЛЮХИН: Да, по Северному морскому пути, и на 22-е сутки [продукция] прибывала в Санкт-Петербург, ледовая обстановка была удачной. Поэтому опыт имеется.

Но до недавнего времени не было тарифа на перевозку рыбной продукции Северным морским путём, сейчас эта проблема тоже решается. Полагаю, что для нас это выход: или 60 суток через Владивосток, или отправляем Северным морским путём. Два месяца…

В.ПУТИН: По железной дороге?

В.ИЛЮХИН: Да, по железной дороге.

Вместе с тем эту проблематику мы обсуждали в рамках нашего экономического форума во Владивостоке.

В.ПУТИН: Форум – бог с ним. Я о том, над чем сейчас Правительство работает, – субсидирование железнодорожных перевозок. Вы как-то подключены к этой работе?

В.ИЛЮХИН: В части нашего рыбопромышленного комплекса – нет.

В.ПУТИН: Надо подключаться.

В.ИЛЮХИН: Мы работаем через Минсельхоз, все наши предложения туда переданы.

В.ПУТИН: Передали?

В.ИЛЮХИН: Да, конечно. Росрыболовство в этом заинтересовано, диалог налажен, поэтому ждём результатов этой работы, и тогда, конечно, ситуация поменяется к лучшему, я на это надеюсь. Тем более что сегодня наша рыбная отрасль, рыбная промышленность на Камчатке, в неких лидерах по инвестициям. В последние годы порядка 13 миллиардов рублей в это вложили, причём вложили в «берег». Сегодня у нас самые новейшие заводы, причём не в центральной части, а на побережье. Поэтому, конечно, всё, что касается развития аквакультуры и работы прибрежки (прибрежной зоны), для нас это очень важно.

Мы также все предложения дали по внесению изменений в законодательство о рыболовстве через [федеральное] агентство, с тем чтобы всё-таки прибрежные квоты привязать к берегу. У нас сегодня, к сожалению, ситуация совершенно иная: в прибрежке может работать кто угодно, не имеющий отношения вообще к Камчатке. С этой ситуацией боремся, с тем чтобы всё-таки эти изменения были приняты и внесены в итоге в действующее законодательство, потому что это рабочие места, налоги и всё остальное в итоге.

Для нас это очень важно, у нас на Камчатке фактически моноэкономика, и поэтому, конечно, хотелось бы, чтобы всё-таки эти проблемы были в итоге решены. Новое руководство Росрыболовства нас понимает, Минсельхоз поддерживает, думаю, что эта проблема тоже будет решена.

Что касается второй основной отрасли Камчатки – горнорудной промышленности. Не секрет, что первые лицензии на Камчатке по добыче рудного золота были получены ещё в начале 90-х. 10–15 лет вообще не было никакого движения, но за три года ситуация коренным образом поменялась: открыт рудник «Асачинский», налажено производство, продолжает работу рудник на Агинском месторождении и рудная зона №1 на месторождении «Золотое». На севере, в самом северном районе, строим сейчас золотоизвлекательную фабрику на месторождении «Аметистовое».

В этом году «СиГМА» [Сибирский горно-металлургический альянс] после 16-летнего перерыва с момента получения лицензии приступил к отработке месторождения «Озерновское» – это у нас самое крупное месторождение, 300-тонник – это прогнозные запасы, а запас, поставленный на баланс, – порядка 100 тонн.

Мы шли параллельно. Это граница Усть-Камчатского и Карагинского районов – дороги автомобильной туда не было. За три года построили мост через реку Камчатка (самую большую нашу реку), в ноябре завершаем строительство ещё трёх мостовых переходов, и будет круглогодичный проезд к этой территории. Поэтому «СиГМА» – компания, которая владеет лицензией, – принимает решение об активизации работы на этой площадке, так как решён вопрос логистики – самый сложный вопрос.

В.ПУТИН: А социальные вопросы как у вас?

В.ИЛЮХИН: Владимир Владимирович, уже третий год как удалось снизить смертность. Рождаемость сегодня небольшая, но идём с приростом. Сейчас у нас самый низкий миграционный отток за последние 15 лет. Поэтому надеюсь, что если планы наши претворим в жизнь, думаю, что года через два выйдем уже на прирост населения, уйдём от негативных последствий.

По Вашим майским указам сегодня работаем.

В.ПУТИН: Каких параметров достигли?

В.ИЛЮХИН: За прошлый год мы поднялись где-то на 8,5 процента по зарплатам – 33 с половиной тысячи рублей. Средняя зарплата сегодня по территории – 53 тысячи. Но это с учётом коэффициента и северных надбавок.

По «дорожным картам» у нас проблем нет, идём в соответствии с ними.

В.ПУТИН: По учителям как?

В.ИЛЮХИН: По учителям у нас средняя заработная плата порядка 46 тысяч рублей, для территории – нормально.

В.ПУТИН: А что с жилищным строительством?

В.ИЛЮХИН: По жилью, Владимир Владимирович, сегодня мы прирастаем с каждым годом, понемножку, конечно, но прирастаем. Очень помогает программа по сейсмике [ФЦП «Повышение устойчивости жилых домов, основных объектов и систем жизнеобеспечения в сейсмических районах Российской Федерации на 2009–2018 годы»]. Фактически у нас пять программ работает в жилищном строительстве, она – основная плюс наши краевые.

В прошлом году мы сдали 82,5 тысячи квадратных метров, в этом году будем сдавать больше. Причём у нас получается примерно 50 на 50. То, что мы получаем из федерального бюджета по программе сейсмики, и остальное сбиваем или своим бюджетом, или коммерческим жильём. Возможно, что чуть меньше, где-то 60 на 40 получается.

Сегодня программу по сейсмике мы завершаем активно, досрочно, в I квартале 2015 года.

В.ПУТИН: Сколько у вас на этот год было по сейсмике?

В.ИЛЮХИН: Порядка 800 миллионов рублей. «Дальспецстрой» свои задачи выполняет, и [программа] у нас заканчивается в I квартале 2015 года, мы всю её завершаем. Сама программа до 2018 года, но в ней новое финансирование для нас не предусмотрено, поэтому я просил бы нас поддержать, чтобы мы продолжили [в ней участвовать], она у нас активно реализуется.

В.ПУТИН: А кроме этой программы текущая работа какая?

В.ИЛЮХИН: Четыре остальные программы – по переселению из ветхого аварийного жилья, строительство малоэтажного жилья… Это всё мы сегодня решаем за счёт привлечения инвестиций или за счёт бюджетных средств.

82,5 тысячи мы построили, из них 50 тысяч – это программа по сейсмике, а 32,5 – это то, на что мы привлекли средства из собственного бюджета и коммерческие вложения, инвестиции.

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 октября 2014 > № 1212129 Владимир Илюхин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 20 октября 2014 > № 1202671 Виктор Никитенко

ФАР выстраивает новую схему работы с рыбными портами

Виктор НИКИТЕНКО, Директор Владивостокского филиала ФГУП «Нацрыбресурсы»

Росрыболовство приняло решение, согласно которому отношения между ФГУП «Нацрыбресурсы», в чьем ведении находятся гидротехнические сооружения в рыбных портах, и операторами, до настоящего времени арендовавшими эти сооружения, будут строиться на новых принципах. По результатам проведенного конкурса представлять интересы государственного предприятия в рыбных терминалах дальневосточных портов было поручено ЗАО «Глобойл Терминал».

Привлечение частной агентской организации к работе с арендованной госсобственностью вызвало массу вопросов в отраслевой среде. Однако в самой структуре «Нацрыбресурсов» уверены, что подобные шаги «помогут наладить эффективную эксплуатацию закрепленного за предприятием государственного имущества в целях обеспечения продовольственной безопасности страны».

На вопросы Fishnewsо нововведениях ответил заместитель генерального директора по работе с Владивостокским филиалом ФГУП «Нацрыбресурсы» – директор филиала Виктор НИКИТЕНКО.

- Виктор Викторович, чем обусловлено введение новой системы взаимоотношений между «Нацрыбресурсами» и арендаторами гидротехнических сооружений?

- Одной из основных целей создания ФГУП «Национальные рыбные ресурсы» являлось обеспечение эффективного использования гидротехнических сооружений (ГТС) рыбных портов в интересах рыболовной отрасли. За годы существования предприятие приобрело определенный опыт государственно-частного партнерства по эксплуатации находящихся в его хозяйственном ведении причалов. К сожалению, опыт не всегда положительный.

Основная часть ГТС – более 65% – имела обременение в виде договоров аренды, в том числе долгосрочных. Договоры аренды предполагали сохранение на базе причалов морских терминалов, функционирующих исключительно в интересах рыбохозяйственного комплекса. Предполагалось, что арендаторами будут вкладываться необходимые средства в содержание и ремонт арендуемых ими гидротехнические сооружения «Нацрыбресурса». Однако большая часть с этой задачей не справилась.

Проведенная Счетной палатой РФ проверка выявила негативные тенденции в части эффективности использования ГТС. Анализ реализации существовавших договорных отношений с операторами морских портов и другими организациями, имеющими в собственности береговую структуру, показал что:

1) арендаторами не осуществляются необходимые инвестиции в поддержание работоспособности ГТС и их реконструкцию;

2) не соблюдаются технические требования к эксплуатации причалов;

3) рыбные терминалы переориентированы на обработку различных видов грузов, экономически более выгодных по сравнению с рыбопродукцией.

Например, в общем объеме грузооборота крупнейших портов Дальневосточного региона доля рыбопродукции составляла в 2013 году лишь 4%, а в первом полугодии 2014 года – 2%.

Перепрофилирование портов влечет за собой соответственное изменение береговой инфраструктуры и дополнительную нагрузку на используемые причальные сооружения, находящиеся в нашем хозяйственном ведении. Разумеется, такая эксплуатация без соответствующих вложений в содержание ГТС приводит к ухудшению их технического состояния и выводу причалов из эксплуатации. Как результат – инфраструктура рыбных портов в том виде, который будет в полной мере обеспечивать нужды рыболовецкого флота, отсутствует. Наша рыба мимо российского потребителя уходит за рубеж.

Мы считаем, что в условиях санкций такая ситуация недопустима. И вынуждены применить все имеющиеся у «Нацрыбресурса» средства для выполнения поставленной задачи – налаживания эффективной эксплуатации закрепленного за нами государственного имущества в целях обеспечения продовольственной безопасности страны.

- Какова будет в новой системе роль агентской организации ЗАО «Глобойл Терминал» и зачем потребовалось ее участие? По каким причинам выбор пал именно на эту структуру?

- Как я уже говорил, целью создания ФГУП «Нацрыбресурсы» является организация эффективного использования государственной собственности в интересах страны. Не отдельных бизнесменов, а России в целом. Поэтому на сегодняшний день, когда у нас ограничены возможности привлечения бюджетных средств для оказания услуг по перевалке грузов, снабжению и обслуживанию рыболовецких судов, было принято решение о привлечении на конкурсной основе агентских компаний. Первой такой компанией стала «Глобойл Терминал», которая, выиграв на проведенном в соответствии с федеральным законодательством открытом конкурсе*, сегодня представляет интересы ФГУП «Нацрыбресурсы» на гидротехнических сооружениях, расположенных в рыбных терминалах подведомственных нам портов.

«Глобойл Терминал» будет проводить договорную работу с судовладельцами при постановке и обслуживании судов, перевалке и хранении грузов, а также оказании иных услуг. Услуги по перегрузке и обслуживанию судов будут оказываться агентом собственными силами или с привлечением третьих лиц (стивидорских компаний, осуществляющих деятельность в морских терминалах). Мы рассчитываем, что деятельность привлеченного агента, согласно подписанному с ним договору, должна обеспечить расширение клиентской базы и увеличение грузооборота, проходящего через гидротехнические сооружения нашего предприятия.

- Как будет происходить на практике процесс реализации перехода на новый тип взаимоотношений? Это будет обычный процесс перезаключения договоров или более детальная работа с индивидуальным подходом к каждому из имеющихся операторов?

- Естественно, подход будет дифференцированный. Основной критерий здесь – это соблюдение баланса интересов государства и бизнеса. В настоящее время уже проводятся переговоры о совместной деятельности с операторами морских рыбных терминалов. Так, в позитивном ключе мы общаемся с администрацией и акционерами Владивостокского и Находкинского рыбных портов и надеемся на удовлетворительный для обеих сторон результат. Разумеется, что на время проведения переговоров для них сохранены прежние условия использования причальных сооружений.

- Что в итоге должно получиться? Это будут новые предприятия, в состав которых, допустим, войдет государство со своими причальными стенками, или все ограничится увеличением арендных ставок?

- Наша главная задача, чтобы получилось все хорошо и для государства, и для бизнеса, и для рыбаков, и для портовых рабочих, и для всего региона в целом. На доходах от нашей рыбы в соседних странах построено несколько мегаполисов. Почему нам не построить мегаполисы здесь? Мы живем в России – стране, которой подвластны любые горизонты. И покорить их можно только вместе.

Предлагаемый нами подход сегодня включает следующие основные этапы:

1. Мы переходим к самостоятельной эксплуатации наших ГТС с привлечением на конкурентной основе специализированных организаций для оказания полного спектра портовых услуг. Со всей их техникой и рабочими. Что, кстати, обеспечит рабочих занятостью, а бюджет – соответствующими налогами.

2. Затем мы приступаем к заключению долгосрочных договоров о совместной взаимовыгодной деятельности с собственниками портовых объектов.

Так что вариантов много. Мы открыты к нормальному взаимовыгодному диалогу.

- Каков, на ваш взгляд, срок окупаемости данного проекта? То есть каких средств, по вашим расчетам, потребует приведение гидротехнических сооружений, относящихся к Владивостокскому филиалу, в надлежащее состояние и как быстро государство сможет получить их для этих целей?

- Вопрос непростой. Дело в том, что портовые причальные сооружения – это ресурс, при постройке которого были затрачены просто астрономические суммы. Но, как и любое капитальное сооружение, особенно учитывая интенсивность эксплуатации и неблагоприятную среду, с течением времени причалы требуют ремонта. Как я уже говорил, арендаторы в этот ремонт не особо вкладывались, из-за чего износ ГТС накапливался годами. На сегодняшний день мы, естественно, не можем решить вопрос ремонта одним махом. Вместе с тем в перспективе в наших планах, помимо активных вложений в текущий ремонт в ближайшее время, стоит привлечение государственного финансирования по госпрограмме развития рыбохозяйственного комплекса. В какие сроки у нас это получится, сегодня сказать сложно, но как государственная компания мы рассчитываем на успех.

* Агентский договор с ЗАО «Глобойл Терминал» был заключен по результатам открытого конкурса, проведенного в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», Положения о закупках ФГУП «Нацрыбресурс» и Приказа № 126 от 08 августа 2014 г. «О проведении открытого конкурса на право заключения агентского договора для нужд Федерального государственного унитарного предприятия «Национальные рыбные ресурсы».

Извещение и конкурсная документация были опубликованы 13.08.2014 г. в 16:32.

Протокол оценки и сопоставления заявок № 31401414971-03 от 04.09.2014 г. опубликован 04.09.2014 г. в 12:07.

Заключенный договор был опубликован 16.09.2014 г. в 10:16. на сайте http://zakupki.gov.ru/

Александр ИВАНОВ, газета «Fishnews Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 20 октября 2014 > № 1202671 Виктор Никитенко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 октября 2014 > № 1199843 Александр Малков

Интерес к модернизации у дальневосточников не снижается

Планы по совершенствованию или обновлению производств сегодня есть на большинстве предприятий рыбной отрасли Дальнего Востока, и многие реализуются уже сегодня – как в сфере судоремонта, так и углубления переработки, отмечает региональный представитель «Альфа Лаваль» по ДФО Александр Малков.

В дальневосточном представительстве концерна «Альфа Лаваль» подвели итоги поездки на предприятия Сахалинской области и Камчатского края. Как рассказал Fishnews региональный представитель компании Александр Малков, сегодня уже редко встретишь рыбака, который бы не знал о качестве и эффективности оборудования Alfa Laval. «На судах и на берегу люди десятилетиями работают с нашим оборудованием. Поэтому в большинстве компаний при встрече с руководством и техническим менеджментом мы сразу переходили к разговору о новинках от «Альфа Лаваль» и решениях для конкретных проектов в той или иной сфере», – отметил Александр Малков.

По его словам, в последние годы большая работа была проделана камчатскими рыбаками по модернизации флота с использованием оборудования Alfa Laval. Сегодня интерес у промышленников наблюдается к углублению рыбопереработки, как береговой, так и судовой.

«Много вопросов звучало по возможностям в сфере производства рыбной муки и жира, которые растут в цене и становятся все более востребованным на рынке продуктом, особенно на фоне взятого Россией курса на импортозамещение. Ситуацию подогревают и масштабные планы по строительству в Приморье мясоперерабатывающих комплексов, свинокомплексов и комбикормовых производств, которые, скорее всего, также добавят спроса на качественную муку и жир. Предметные вопросы в ходе переговоров с промышленниками задавались и по производству сурими. Таким образом, в настоящее время мы занимаемся предварительными расчетами по ряду новых проектов и продолжаем уже начатую работу с нашими дальневосточными партнерами», – поделился информацией представитель компании «Альфа Лаваль».

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 октября 2014 > № 1199843 Александр Малков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 октября 2014 > № 1199840 Михаил Зайцев

На пути к устойчивому рыболовству

Михаил ЗАЙЦЕВ, Президент Ассоциации «Ярусный промысел»

С ростом спроса на продукцию ответственного рыболовства все больше российских предприятий задумывается о прохождении экологической сертификации, открывающей доступ ко многим зарубежным рынкам. Но столкнувшись со строгими, а подчас жесткими, требованиями сертификаторов, рыбаки нередко опускают руки, отказываясь от многообещающих проектов. Ассоциация «Ярусный промысел» выбрала иной путь и планомерно ведет сотрудничество по совершенствованию промысла совместно с природоохранными организациями и научными институтами. О причинах такого выбора и стратегических ориентирах, которые ставит перед собой отраслевое объединение, Fishnews рассказал президент ассоциации Михаил Зайцев.

– Михаил Алексеевич, что представляет собой Ассоциация «Ярусный промысел»? С какой целью она создавалась, и какие направления работы вы считаете приоритетными?

– Ассоциация «Ярусный промысел» (АЯП) – это некоммерческая организация, созданная для представления и защиты интересов, координации предпринимательской деятельности входящих в нее предприятий, связанной с осуществлением промышленного и прибрежного рыболовства. Ассоциация была образована в 2013 году компаниями «ЯМСы» и «Поларис» (Петропавловск-Камчатский), «Интеррыбфлот» и «Дальрыбпром» (Владивосток). Суммарный флот наших предприятий составляют 19 ярусоловов – это примерно половина всех судов ярусного промысла, работающих в Дальневосточном бассейне.

Изначально целью создания ассоциации было желание наших предприятий провести экологический аудит и сертифицировать ярусный промысел трески в Западно-Беринговоморской зоне, Карагинской и Петропавловско-Командорской подзонах. Сейчас речь идет не только о треске, но и о палтусе. В рамках этой задачи мы ведем проект по устойчивому рыболовству с организацией «Партнерство по устойчивому рыболовству» (SFP) и заключили договор о сотрудничестве с WWF России.

Приоритетным направлением на сегодняшний день я вижу задачу сделать ярусный промысел и продажи рыбной продукции членов АЯП максимально эффективными. Мы намерены работать во взаимодействии с Росрыболовством и отраслевыми институтами над устранением необоснованных административных барьеров, обеспечением устойчивости рыболовства в долгосрочном плане, совершенствованием правил управления промыслом, участвовать в программах ресурсных исследований и освоении новых районов промысла, а также в проведении комплекса мероприятий, снижающих до минимума воздействие рыболовства на окружающую среду.

– Какие конкретные шаги предпринимает Ассоциация «Ярусный промысел» по повышению устойчивости рыболовства?

– 25 августа во ВНИРО прошло научно-производственное совещание «Устойчивое рыболовство и экологическая сертификация рыбных промыслов» под председательством заместителя руководителя Росрыболовства Василия Соколова. В нем приняли участие начальник управления науки и образования Росрыболовства Константин Бандурин, а также представители ВНИРО, ТИНРО-Центра, СахНИРО, Камчатского филиала Тихоокеанского института географии ДВО РАН, «Партнерства по устойчивому рыболовству» и WWF.

Ассоциация «Ярусный промысел» проинформировала участников совещания о необходимости внедрения системы управления промыслом, основанной на биологических ориентирах (цель – сохранение эксплуатируемых запасов в биологически безопасной зоне, ограниченной предосторожными ориентирами по нерестовой биомассе и промысловой смертности), и применения специально разработанных правил управления промыслом. Представители Росрыболовства поддержали предложения, прозвучавшие в ходе дискуссии.

Совместно с Всемирным фондом дикой природы мы проводим семинары для капитанов судов в Петропавловске-Камчатском и Владивостоке по использованию стримерных линий. Сейчас все суда ассоциации используют стримеры для отпугивания морских птиц от ярусных порядков.

В рамках проекта по устойчивому рыболовству мы совместно с отраслевыми научно-исследовательскими институтами реализуем программу по внедрению журналов непромысловых приловов для оценки воздействия ярусного промысла на все виды рыб, моллюсков и других морских обитателей. Первый опыт такой работы у нас получился с КамчатНИРО, нам очень помог научный сотрудник института, который был направлен для исследования запасов трески и палтуса в Карагинской подзоне. Научным наблюдателям гораздо проще на месте донести до экипажей судов информацию о заполнении журнала приловов, помочь идентифицировать непромысловых рыб, моллюсков, губок, которые иногда цепляются на крючки. Собранные данные позволят ученым составить более точное представление о состоянии бентоса, его структуре и воздействии ярусного промысла на непромысловые виды.

В сотрудничестве с WWF мы разработали положение о наблюдателях, где четко прописали их права и обязанности, все пункты взаимодействия с экипажем, с руководством компании-судовладельца, и утвердили его как внутренний документ ассоциации. Зачем мы это сделали? Главным образом, для того чтобы предотвратить возможные конфликты, которые порой возникают в силу человеческого фактора. Иногда интересы капитанов судов идут несколько вразрез с целями, которые стоят перед научным сотрудником, находящимся на борту. Мы понимаем важность ресурсных исследований для рыбопромышленников и готовы помогать, содействовать этой работе, порой даже в ущерб себе в краткосрочной перспективе.

– Я правильно понимаю, что вы пока не стремитесь ускорить процесс прохождения экологической сертификации, а ставите целью сначала довести промысел до определенного уровня устойчивости?

– Да, дело в том, что у нас есть определенный опыт. Компании «Интеррыбфлот» и «Поларис» прошли в конце 2011 года пре-сертификационный анализ промысла трески и палтуса. Мы ознакомились с перечнем замечаний, предъявленных сертификатором, и в принципе знаем, какие стороны ведения промысла нуждаются в дальнейшем совершенствовании, как в информационном поле, так и в исследованиях. Сейчас мы ведем работу с SFP по устранению всех этих недочетов.

Когда мы поймем, что готовы к сертификации наших промыслов, тогда выберем тот вариант, который будет нас устраивать больше всего. Будет ли это сертификация по стандартам MSC либо какая-то европейская сертификация, зависит от того, какую политику в области реализации изберут члены ассоциации. Допустим, если они будут сориентированы на европейский рынок, где с 2015 года вводится новый экологический сертификат, мы сделаем все, чтобы наши промыслы такой сертификат имели. Если мы сфокусируемся на американском рынке, то выйдем на MSC-сертификацию. Или может быть к тому времени возникнет какой-то третий вариант.

На сегодняшний день информация о нашем проекте с SFP размещена на сайте «Партнерства по устойчивому рыболовству», а также на смежном ресурсе Fishsource, где категория выполнения нашего проекта по совершенствованию рыболовства достигла стадии «три» («обнадеживающие улучшения») из пяти возможных. Ряд крупных международных компаний по торговле морепродуктами уже заявил о своей стратегии долгосрочных закупок рыбы и морепродуктов из экологически устойчивых промыслов. Они осведомлены о нашем проекте по совершенствованию рыболовства и следят за ходом его реализации. Информация по работе проекта также размещается на сайте АЯП – http://www.longline.ru.

Думаю, к концу следующего года, когда ассоциация выйдет на завершающий этап проекта с SFP, мы будем смотреть, в каком направлении нам сделать окончательный шаг, и какой международной организации представить наш промысел для сертификации. Мы предпринимаем поступательные шаги, связанные с улучшением промысла, с охраной природы, поэтому встречаем полное понимание со стороны и WWF, и MSC, и SFP.

– На конгрессе рыбаков в этом году глава Росрыболовства Илья Шестаков подчеркнул, что ожидает от ассоциаций конкретных предложений по перспективным объектам промысла и районам исследований для включения в государственное задание рыбохозяйственных институтов. Какая работа ведется ассоциацией в этом направлении?

– Заявление руководителя Росрыболовства было для нас несколько неожиданным, но мы, конечно, восприняли его позитивно и сразу включились в работу. Ассоциация сформировала перечень интересных нам видов и районов промысла и проработала его совместно со специалистами ВНИРО, которые помогли подготовить обоснования. 29 сентября мы направили в федеральное агентство письмо, которое содержит ряд предложений для включения в госзаказ по проведению ресурсных исследований.

Первое из них касается изучения состояния ресурсов черного палтуса для ярусного промысла в Охотском море с акцентом на Восточно-Сахалинскую подзону. В этом районе давно не проводилось комплексных исследований. Палтус там есть, но многие капитаны говорят о том, что установленный ОДУ не соответствует реальной промысловой обстановке – рыбы гораздо больше. По мнению ВНИРО, целесообразна организация научно-промысловых работ на ярусоловных судах.

Второе – это выявление ресурсов ярусного промысла в Чукотском море. Заметьте, не в Чукотской подзоне западного Беринговоморья, а еще дальше на север. Последние годы в связи с потеплением в арктических морях наблюдается миграция отдельных видов рыб в северном направлении. Регулярные исследования ПИНРО в западной части Арктики обнаружили концентрации трески и черного палтуса уже в Карском море. Соответственно, если рыба идет на север в западных морях, то велика вероятность, что аналогичные процессы проходят и у нас на Дальнем Востоке. Поэтому есть желание – и наука нас в этом поддерживает – проведения экспедиции для разведки рыбных запасов в Чукотском море и прилегающих к нему районах.

Третье предложение относится к исследованию сырьевой базы ярусного промысла на подводных горах Императорского хребта, расположенных в открытых водах северо-западной части Тихого океана. До последнего времени эти ресурсы не являлись объектом международного регулирования, что означало свободный доступ к ним рыболовного флота любой страны. Но в связи с созданием региональной организации по управлению рыболовством в северной Пацифике в ближайшее время промысел на Императорском хребте начнет регулироваться, а рыбные ресурсы распределяться между странами-участницами. В соответствии с международными стандартами, принятыми в подобных организациях, при определении доли вылова конкретного государства учитывается его исторический вклад в изучение и освоение ресурса.

Если с историей прошлых лет у нас все в порядке – мы начинали там работать еще во времена СССР, то сейчас наших судов в этом районе не осталось. На фоне регулярных японских и южнокорейских исследований и промысла российская заявка окажется явно в невыгодном положении. Эту брешь надо закрыть. Императорский хребет, с одной стороны, интересен как новый район промысла и место обитания новых объектов – здесь добывается окунь-групер, берикс, макрурус, а с другой стороны, это укрепление позиций Российской Федерации в Мировом океане на перспективу. В этом направлении наука нас поддержала, сделала обоснование, и мы включили этот пункт в наше письмо.

И четвертый момент – это исследование влияния косаток на ярусный лов палтуса, тема крайне малоизученная. Эта проблема возникла в Охотском море примерно с конца 1990-х годов. По оценкам промысловиков, из-за косаток теряется до 60% улова синекорого палтуса, несмотря на различные ухищрения, к которым прибегают капитаны для отпугивания хищников. Поэтому было бы очень полезно понимать размеры популяции косаток для реальной оценки их влияния на состояние рыбных запасов и разработки мер по снижению ущерба для ярусного промысла.

Эти четыре задачи мы изложили в письме на имя руководителя Росрыболовства Ильи Шестакова. Ассоциация «Ярусный промысел» в свою очередь готова принимать участие в научных программах, оказывать посильную помощь, брать на борт научных сотрудников, выдвигать свои суда. Мы готовы сотрудничать с отраслевыми институтами и Федеральным агентством по рыболовству по всем направлениям.

– Рыбная отрасль признается экспертами одной из самых зарегулированных. С какими административными барьерами чаще всего сталкиваются члены Ассоциации «Ярусный промысел»?

– Административные барьеры – это общая проблема рыбной отрасли и, конечно, мы на них натыкаемся постоянно. Скажу больше, в этом плане дополнительные трудности нам создает специфика ярусного промысла, который основан на ловле на наживу. Для наживы, как правило, используется мороженая сельдь. Раньше мы ее просто покупали с борта судов в районе промысла либо производили на собственных судах-тральщиках, осуществляли перегруз под контролем инспекторов и подавали соответствующие радиограммы, это был обычный порядок.

Сейчас для того чтобы доставить наживу на ярусолов, компании приходится совершать множество операций. К примеру, если наше судно – процессор-тральщик – ловит сельдь в Охотском море, рыбу сначала необходимо доставить в порт Владивосток, задекларировать, перегрузить с транспорта на холодильник, найти судно, идущее в район промысла, перегрузить на него и отправить обратно. Мы просто катаем рыбу туда-сюда. Южнокорейские операторы транспортных рефрижераторов аплодируют стоя. По нашим расчетам, дополнительная финансовая нагрузка составляет примерно 3,5 млн. рублей на судно в год. В Дальневосточном бассейне работает около 40 судов, то есть ежегодно эти разъезды «съедают» порядка 140 млн. рублей.

Я понимаю, что идея хорошая – с обязательным декларированием, с доставкой уловов в порт, но не нужно доводить ее до абсурда. Должно быть какое-то решение для ситуаций, когда продукция используется как часть производственного процесса. Главный аргумент, который приводится в защиту такого нелепого порядка, – это борьба с ННН-промыслом. Но где вы видели ННН-промысел мелкой либо ломаной сельди, которая идет на наживу? Есть мнение, что это сырье может использоваться при браконьерской добыче краба. Но ведь «подфлажник»-краболов спокойно перегрузит сельдь с «дружественного» тральщика безо всяких документов и мониторинга. На деле препятствия чинятся не браконьерам, а судовладельцам, которые работают абсолютно открыто, честно, ничего не нарушая.

К сожалению, у нас часто пытаются под одно правило или закон подогнать все – и Западный бассейн, и Дальневосточный, и Мировой океан. Но так не получится, везде есть своя специфика, везде есть свои нюансы. Да, закон должен быть общий, но в подзаконных актах, в распоряжениях и приказах нужно учитывать эти моменты. Всех одним аршином не измерить. Сейчас мы попросили включить этот пункт в повестку дня осенней сессии Дальневосточного научно-промыслового совета. Будем поднимать этот вопрос, готовить поправки, вносить предложения, как изменить ситуацию.

Анна ЛИМ, Газета «Fishnews – Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 октября 2014 > № 1199840 Михаил Зайцев


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 14 октября 2014 > № 1198284 Сергей Тимошенко

Позиция контрольно-надзорных органов не дает отрасли развиваться

Несмотря на то что Камчатский край в последнее время занимает лидирующие позиции по всем показателям отрасли, а глава Росрыболовства ставит политику камчатских руководителей в пример другим рыбопромышленным регионам, динамика развития рыбного хозяйства полуострова начала снижаться.

Упал вылов водных биоресурсов (на 17%), сократился экспорт рыбной продукции (на 26,2%), снизились инвестиции в основной капитал предприятий отрасли (на 12,4%), упал объем производства рыбной продукции и объем отгруженных товаров собственного производства. Когда губернатор Камчатского края Владимир Илюхин сформировал рабочую группу, чтобы проанализировать и выявить причины сложившейся ситуации, выяснилось, что она спровоцирована, прежде всего, неконструктивной позицией контрольно-надзорных органов. Имеет место и злоупотребление должностными полномочиями. Все это в итоге создает административный барьер экономическому развитию региона.

Массовые обращения рыбопромышленных предприятий говорят об одном: применение на практике пограничными органами принятого для облегчения промысловой деятельности рыбодобывающих судов постановления Правительства РФ № 560 «О получении разрешения на неоднократное пересечение Государственной границы Российской Федерации...» приводит к обратному результату.

Проблемы, препятствующие проведению как лососевой путины в этом году, так и в целом осуществлению промышленного и прибрежного рыболовства, стали поводом для обращения к военному прокурору 310-й военной прокуратуры гарнизона С.А. Соколову, с просьбой о принятии мер прокурорского реагирования в целях их решения.

От врио военного прокурора 310-й военной прокуратуры гарнизона М.Г. Самсонова мы получили ответ. В нем сказано, что правоприменительная практика, сформированная Пограничным управлением ФСБ России по Камчатскому краю, признается организованной в соответствии с требованиями действующего законодательства страны. Разъясняется также, что в случае несогласия ответ может быть обжалован военному прокурору ТОФ, а действия ПУ ФСБ России по Камчатскому краю – в судебном порядке.

Но мы же понимаем, что обращение к военному прокурору Тихоокеанской флотилии не имеет перспектив для всестороннего рассмотрения и объективного решения. Ведь указанная проверка не будет взаимосвязана с экономическими интересами государства и предпринимателей. Она будет исходить лишь из оценки действий должностных лиц пограничных органов, с учетом понимания правильности применения законов только этими органами, без их сопоставления с иным законодательством, направленным на развитие экономической деятельности в области рыболовства и прав российских рыбаков.

О Четвертом и Первом Курильских проливах

За период существования Советского Союза, а позже Российской Федерации отечественные суда, меняя районы лова, следуя на промысел или возвращаясь с него через Первый Курильский пролив, осуществляли проход в уведомительном порядке. Это не вызывало никаких нареканий со стороны контролирующих органов. Однако с конца 2013 года камчатские пограничники объявили войну рыбопромышленным судам под флагом РФ и, используя, с нашей точки зрения, недоработку в российском законодательстве о госгранице внезапно обрушились с санкциями. При этом используются положения части 19 статьи 9 Закона о госгранице: «...за исключением деятельности, связанной с использованием судов для рыболовства...».

Более того, пограничный орган стал заниматься провокацией возбуждения дел по ст. 18.1 КоАП РФ в ряде случаев. Например, получив уведомление от капитанов судов о намерении пересечь границу свободным проходом через Первый Курильский пролив заблаговременно, пограничный орган бездействует. То есть не препятствует пересечению, не уведомляет о его незаконности и т.д. Выждав, когда судно совершит проход, возбуждает административные дела в отношении капитанов судов и одновременно в отношении юридических лиц.

Я считаю, что подобные действия пограничного органа не только безнравственны, но и незаконны. Эти действия (а точнее, бездействие) не отвечают требованиям ни соблюдения режима госграницы, ни ее неприкосновенности. Более того, они являются карательными в отношении предпринимателей, которые осуществляют рыболовство в любом случае под постоянным контролем пограничного органа. Ведь он знает обо всех передвижениях судов не только из писем, получаемых от капитанов, но и в результате позиционного контроля за движениями судов с использованием систем ТСК.

Необходимость внесения поправок в статью 9 Закона РФ «О государственной границе» и статью 6 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» признают и сами пограничные органы.

Но кто вернет уплаченные штрафы компаниям «Лунтос», «Дальрыбпром» или возместит «Океанрыбфлоту» потери в 120 млн. рублей за хождение Четвертым Курильским проливом в Охотское море?!

О порядке пересечения госграницы судами-приемщиками и об исполнении требований международной конвенции

В соответствии с приложением IV к Конвенции МАРПОЛ 73/78 сброс сточно-фекальных вод, мусора, пищевых отходов с борта судна производится на расстоянии более 12 миль от берега. Неисполнение данных требований влечет административную ответственность за загрязнение окружающей среды.

По мнению врио военного прокурора М.Г. Самсонова (со ссылкой на судебную практику), требования Конвенции о сбросе сточных вод на расстоянии более 12 миль от берега не могут служить основанием для пересечения государственной границы без прохождения пограничного и иных видов контроля.

Таким образом, для сброса отходов, по сути, предлагается следующая последовательность: сняться с приемки лососей, зайти в порт или портпункт, пройти пограничные и таможенные досмотры и оформления, выйти за 12 миль от берега, сбросить отходы, зайти в порт, подвергнуться пограничным и таможенным процедурам «открытия» границы, вернуться на приемку лососей (если путина еще не закончилась).

К сожалению, позиция пограничного органа и военного прокурора в этом вопросе оборачивается не в пользу рыбопромышленников: сброс в пределах 12 миль является нарушением природоохранного законодательства, выход для сброса за эту зону - нарушение законодательства о государственной границе. Такая позиция не отвечает интересам ни рыбаков, ни юридических лиц, ни общества, ни государства.

О пересечении госграницы транспортными судами и рыбопромысловым флотом

Согласно заключению врио военного прокурора М.Г. Самсонова (опять же со ссылкой на судебную практику), российское транспортное судно, следующее с рыбопродукцией из района промысла в российский порт, не имеет права на неоднократное пересечение государственной границы в уведомительном порядке, поскольку осуществляет рыболовство в части транспортировки рыбопродукции, а частью 19 статьи 9 Закона о госгранице установлено ограничение: «...за исключением деятельности, связанной с использованием судов для рыболовства...».

При этом для каботажного плавания (из порта в порт) уведомительное неоднократное пересечение госграницы Погрануправлением ФСБ России по Камчатскому краю допускается, а для транспортного судна, вышедшего с целью собрать продукцию непосредственно в районе промысла – нет.

Из-за этого невозможно доставить перегруженную в море рыбопродукцию в порты России, например в тот же Владивосток. Понимая абсурдность ситуации, пограничники придумали некую процедуру «портовой очистки» и пытаются настоять на ней. По мнению пограноргана, судно с грузом рыбопродукции должно зайти в ближайший порт, известить его администрацию о каботажном переходе и только после этого осуществлять транспортировку.

Однако при этом в порту вступают в действие органы Россельхознадзора, которые требуют проведения ветеринарно-санитарной экспертизы и получения на груз ветеринарных сопроводительных документов, что занимает от 7 до 30 суток. Плюс – новые финансовые затраты.

Обстоятельства, касающиеся пересечения границы транспортным судном в районах промысла или во взаимосвязи с ним, пограничным органом опять же используются в целях возбуждения все новых и новых административных дел в отношении как капитанов судов, так и судовладельцев.

Такие действия создают еще один административный барьер в экономическом развитии и рыболовстве.

О контроле выгрузки водных биоресурсов вне Петропавловск-Камчатского морского порта

Ссылаясь на требования постановления Правительства № 560, врио военного прокурора пишет, что осуществление контроля выгрузки водных биоресурсов вне границ морского порта, в местах фактического расположения причальных сооружений рыбопромышленных предприятий, не представляется возможным.

Такой подход, когда из нормативно-правовой базы выбирается то, что удобно, а то, что неудобно, отбрасывается, недопустим.

Места доставки уловов на территории Камчатского края определены в соответствии с ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Они включают: морской порт Петропавловск-Камчатский с портпунктами, а вне границ морского порта – места фактического расположения причальных сооружений предприятий, предназначенные для выгрузки уловов ВБР.

Контроль выгрузки уловов в соответствии с пунктом 19 приказа ФСБ России от 25 декабря 2012 года № 675 «Об утверждении Административного регламента Федеральной службы безопасности Российской Федерации по исполнению государственной функции по осуществлению государственного контроля в сфере охраны морских биологических ресурсов», относится к административным процедурам пограничного управления.

Камчатское ПУ известило краевое министерство рыбного хозяйства об отказе в исполнении этой функции. Рыбопромышленные предприятия региона сегодня лишены возможности доставлять уловы на собственные береговые перерабатывающие мощности, расположенные вне границ морского порта, и вне населенных пунктов. У нас всего 12 портпунктов. И 17 основных мест сдачи! Опала, Кихчик, Пымта, Облуковино, Колпаково, Ича, Жупаново, Хайлюля, Ивашка, Карага, Кострама, Тымлат, Кичига, Ильпырь, Анапка, Вывенка, Апука.

В этих условиях рыбаки вынуждены сдавать уловы на морские приемные мощности. И новое требование управления сдавать продукцию, произведенную на бортах судов, на береговые предприятия, на которые фактически сдать нельзя, выглядит как насмешка.

Об отказе в выдаче разрешений на неоднократное пересечение госграницы юрлицам, ранее нарушившим закон о границе

Действительно, в соответствии с подпунктом «в» пункта 7 Правил получения разрешения на «неоднократку» основанием для отказа в выдаче является нарушение законодательства о государственной границе РФ, допущенное при осуществлении промысла ВБР капитаном российского судна или заявителем в течение года до даты обращения за получением разрешения. Это основание используется Камчатским погрануправлением исключительно в форме лишения права получить разрешение на неоднократное пересечение госграницы на год для всего флота юридического лица, а не только судна, допустившего нарушения. Это значительно осложняет производственную деятельность рыбопромышленных предприятий. Также это противоречит пункту 19 Правил. Ведь разрешение выдается на каждое судно по отдельности. Напомню, пунктом 19 Правил предусмотрено, что в случае аннулирования разрешения (в единственном числе), заявитель может обратиться в пограничный орган с заявлением о его повторной выдаче (в единственном числе) по истечении года с даты аннулирования. Это ясно указывает на применение санкции в отношении отдельно взятого разрешения и в отношении отдельно взятого судна, допустившего нарушение.

Между тем ООО «Окленд» не может оформить разрешение на 29 судов. Флот колхоза им. Ленина на год лишен возможности работать.

О доставке уловов прибрежного рыболовства на территорию прибрежного субъекта

Закон «О рыболовстве...» предусматривает возможность пользователям, осуществляющим прибрежное рыболовство, выбрать два способа использования улова. Первый – доставить улов на территорию прибрежного субъекта РФ, где из него может быть изготовлена продукция, второй – использовать улов на судне в разрешенном Правительством РФ месте (соответствующее постановление имеется).

Однако позиция камчатских пограничников заключается в том, что даже после изготовления продукции из улова эта продукция все равно подлежит доставке на территорию прибрежного региона. При этом пограничный орган ссылается на то, что даже выпущенная продукция продолжает оставаться уловом. Этому утверждению, к сожалению нельзя противопоставить какие-либо нормы законов. Дело в том, что вопрос, когда улов перестает быть уловом и считается продукцией, должен быть разъяснен в техническом регламенте, которого до настоящего времени нет.

На отсутствие ТР имеется ссылка и в некоторых ответах администрации Президента России в адрес одного из рыбодобывающих предприятий. Отмечу, пограничные органы иных регионов не предъявляют претензий в указанном вопросе, но погрануправление Камчатки занимает исключительно обвинительную позицию в отношении рыбаков.

Логика действий контрольно-надзорных органов промысловикам, переработчикам неясна. Да, возможно, она соответствует букве закона, но очевидно, что она противоречит государственным экономическим интересам. Сейчас нужны нормы прямого действия в закон о госгранице. Я не призываю решать вопросы в спешке. Но и промедление в данном случае лишь усугубляет ситуацию. Складывается судебная практика, которую переломить будет сложно, получаются новые звания и звездочки, а рыбаки и в конечном счете потребители лишь несут потери.

Сергей Тимошенко, председатель Союза рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 14 октября 2014 > № 1198284 Сергей Тимошенко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 октября 2014 > № 1194294 Александр Лимза

Новый путь марикультуры

Александр ЛИМЗА, Генеральный директор научно-производственной компании «Нереида»

ООО «Научно-производственная компания «Нереида» была создана в 2000 году. По сути, НПК всегда была флагманом аквакультуры Приморья. Ее сотрудники были единственными, кто занимался выращиванием гребешка промышленным способом в промышленных объемах. Объемы выращивания гребешка на предприятии в лучшее время доходили до 700 тонн в год. В 2012 году в компании сменились собственники – 100% акций выкупила Находкинская база активного морского рыболовства (НБАМР).

Новые собственники поставили перед собой цель – превратить производство в биотехнопарк. Задача стояла не из легких, ведь «Нереида» последние несколько лет балансировала на грани убыточности. Но благодаря совместным усилиям и слаженной работе предприятие удалось сохранить. Директор по производству гребешка Валерий Могучев сделал все возможное, чтобы сохранить и коллектив, и технологии.

В Ассоциацию рыбохозяйственных предприятий Приморья компания «Нереида» вошла сравнительно недавно – в 2012 году. Новые собственники посчитали такой шаг разумным и целесообразным. В рамках ассоциации аквакультурщикам удается решать не только производственные, но и стратегические задачи. О жизни «Нереиды» сегодня и о планах на завтра корреспондент журнала «Fishnews – Новости рыболовства» побеседовал с генеральным директором Александром Лимза.

– Чем живет и занимается «Нереида» сегодня?

– Наша компания на данный момент занимается довольно редким в России видом деятельности – марикультурой, в частности выращиванием гребешка приморского. Технология выращивания моллюска была разработана компанией 14 лет назад и по настоящее время успешно применяется в производстве. Объем выращенной продукции увеличивается год от года. Так, если в 2013 году объем товарной продукции был нулевым, то в 2014 мы вышли по живому гребешку на показатели в 160-180 тонн. В 2015 году планируем добиться прироста моллюска до 250 тонн. В дальнейшем показатели не должны быть меньше 450-500 тонн в год.

В декабре этого года мы будем реконструировать цех по переработке гребешка, вложения составят порядка 3 млн. рублей. Мы намерены поменять само отношение к движению продукта от момента его изъятия до отгрузки с нашего склада. В этом году мы были в Японии, изучали опыт зарубежных коллег. Будем внедрять и отрабатывать японскую технологию. Конечно, как эффективно она себя проявит, пока сложно сказать. Ведь у нас есть свои особенности. Но мы пробуем, ищем. Результат будет виден уже через 2-3 года.

Что касается флота, его мы весь приобрели вместе с компанией. Однако в 2012 году, после двух недель как мы «зашли» на предприятие, случился мощный шторм и уцелело всего одно судно. Убыток составил более 12 млн. рублей. Стихия сразу окунула нас в реальность. Сегодня приходится закупать новый флот.

Помимо этого в 2012 году мы начали строить цех по выращиванию и переработке трепанга. Одновременно с этим действовал цех по выращиванию молоди трепанга. За два года мы вырастили и высадили на акваторию порядка 6,5 млн. особей гидробионта. В сентябре-октябре этого года планируем завершить строительство нового цеха. Мы строим по уникальной технологии, которую приобрели в Китае. Китайские коллеги ее внедряют и адаптируют на нашей территории к нашим условиям. Уникальность ее в том, что вода, которую ежедневно необходимо менять в бассейнах (порядка 300 кубометров на данном предприятии – прим. корр.), будет фильтроваться и вновь возвращаться в резервуары. Технология энергосберегающая. Отмечу, что в Китае всего 7 компаний внедрили эту технологию. Планируем, что она окупит себя в течение 3 лет. На новом заводе по современной технологии к 2015 году мы намерены культивировать около 7 млн. штук жизнестойкой молоди трепанга ежегодно. По оценкам, около 80% такой молоди выживает. В этом направлении марикультуры мы сделали серьезные капитальные вложения и рассчитываем на хороший результат. Инвестиции в основной капитал в 2013 году составили более 39 млн. рублей. Планируемые инвестиции в основной капитал на 2014 год – 40 млн. рублей. Основной объем капитальных вложений придется на третий квартал 2014 года. В общем на это направление мы намерены потратить порядка 100 млн. рублей.

– Вы набрали неплохие темпы. Неужели рынок готов принять ваш продукт? Как обстоят дела со сбытом?

– К сожалению, основной рынок сбыта нашей продукции – внешний. Действительно, наш внутренний пока не готов употребить ни гребешок, ни тем более трепанг в таких объемах. Хотя нам бы очень хотелось привить населению культуру употребления гребешка. И мы работаем над этим – проводим маркетинговые исследования, анализируем рынок, планируем запустить масштабную рекламно-просветительскую кампанию. Мы хотим, чтобы россияне, а особенно приморцы, включили гребешок в свой ежедневный рацион. Сейчас активно работаем на внутреннем рынке розничного сбыта, ищем возможности для снижения себестоимости товара, чтобы он стал более доступным для рядового покупателя. Уже организовали в Зарубино торговлю живым гребешком в розницу. Работаем с рядом компаний во Владивостоке, Уссурийске, которые готовы ставить аквариумы с живым гребешком в магазинах. Переработки у нас пока нет. Однако со следующего года планируем плотно этим заняться. Пока ассортиментный ряд держим в секрете. Могу сказать, что однозначно будет филе, сушеный гребешок. Сегодня изучаем спрос. Ведь каждое направление должно быть экономически оправдано.

Внедрить в рацион трепанг будет, конечно, сложнее. Отмечу, в общем объеме мирового выращивания трепанга доля Канады составляет 18%, АТР за исключением Китая – 10-12%, Европа – около 3-5%, Россия – 0%, остальное (и потребление, и производство) – это Китай. Российский рынок для трепанга пока закрытая, «темная» территория. Поэтому здесь, конечно, мы вынуждены ориентироваться на рынок Китая. Но в будущем будем развивать и внутренний.

– Наверное, рынок – это меньшая трудность…

– Не единственная, скажем так. Несмотря на положительную динамику роста, у предприятия имеются и свои трудности, которые, отчасти, этим ростом и вызваны. Например, сейчас у нас стремительно увеличиваются объемы выращенной продукции, и выделенных когда-то площадей (всего 42,5 кв. км в заливах Посьет и Китовый Хасанского района – прим. авт.) уже не хватает для высадки молоди гребешка и трепанга. Например, после того, как новый цех по трепангу будет введен в эксплуатацию, вся площадь, пригодная для расселения гидробионта (всего порядка 100 га) будет полностью использована. Зачастую нам приходится сталкиваться с трудностями при получении новых рыбопромысловых участков. Это обусловлено различными причинами, но, так или иначе, данный фактор тормозит наше развитие. Мы подсчитали, что после запуска нового цеха по трепангу уже через два года все площади, пригодные для его расселения, будут полностью заселены. А нам, конечно, очень бы хотелось расширить границы своего производства, ведь используемые у нас технологии являются уникальными, единственными в России. Помимо этого, хотелось бы получить и больший горизонт планирования. Вложения в бизнес мы делаем немалые, а окупаемость достаточно длинная. Хотелось бы, чтобы срок аренды РПУ был увеличен – оптимально до 49 лет.

Сильно подрывают стабильность предприятия браконьеры. Площадь производственной базы велика, и своими силами предотвращать воровство выращенной продукции нам очень сложно. Мы тратим на охрану порядка 600-700 тыс. рублей в месяц (не включая затраты на приобретение плавсредств и иного оборудования), содержим свою службу безопасности. Наши сотрудники постоянно патрулируют базу и акваторию, но справиться самим, без помощи государственных служб и органов правопорядка, невозможно. И, потом, мы не наделены необходимыми полномочиями, да и сотрудника МВД каждый день в лодку не посадишь. Более того, законодательно их ответственность заканчивается там, где наша еще не началась. А потому урожай постоянно воруют. Мы уже даже вынуждены пойти на переговоры с браконьерами. Потому что иных законных путей сохранить то, что вырастили, у нас нет. Отмечу, на сегодняшний день на рынке трепанга 100% – это продукция браконьерская, по гребешку – до 70%.

Другая проблема – отсутствие научной базы для занятия марикультурой. С одной стороны, отсутствуют технологии, нет качественно разработанных и прошедших промышленную проверку интенсивных методов ведения марикультуры. Мы работаем на «экспериментальной» основе. Есть теоретические, но нет практических наработок в области экономической и технологической эффективности предлагаемых технологий, нет оценок антропогенного воздействия на акватории, которое максимально допустимо. Наука крайне оторвана от реального производства. Для производства важно знать, почему, когда и сколько. Но ответов нам наука не дает. Мы не призываем «изобретать велосипед», но наука могла бы нас подстраховать с учетом тех условий, в которых мы работаем – природных, географических, климатических и проч.

С другой стороны, нет специалистов и не проработана система их подготовки. Несмотря на то, что профильный вуз выпускает достаточное количество молодых людей по направлению «аквакультура», на предприятии мы их не видим. Если сравнивать с тем же Китаем, то там специалист узкопрофильный, заточенный на результат и под конкретную работу (продукт), у нас же специалисты знают многое обо всем и конкретно ни о чем. Сейчас мы пытаемся организовать сотрудничество с ВНИРО, чтобы решить проблему кадрового голода.

Безусловно, все эти вопросы мы поднимаем на советах Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья. Самостоятельно по многим из них, особенно по браконьерству, мы не справимся. В первую очередь потому, что многие вопросы лежат в законодательной области и относятся, скорее, к государственным, а не бизнес-задачам. Именно через АРПП мы выстраиваем диалог с органами власти. И отмечу: положительные результаты уже есть.

– Вы говорите о господдержке?

– Да. Именно благодаря активной работе Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья сегодня роль государства в развитии предприятий, занимающихся аквакультурой, значительно возросла. В рамках реализации государственной программы Приморского края «Развитие рыбохозяйственного комплекса в Приморском крае на 2013-2017 гг.» наша компания только в прошлом году получила субсидий на сумму 5,6 млн. рублей. Полученные денежные средства были направлены на финансирование расходов текущей деятельности компании (выплата зарплаты персоналу, налогов с ФОТ и др.), а также на приобретение оборудования и посадочного материала. Сегодня нам субсидируется порядка 10-15% от вложений. Это существенное подспорье.

В рамках ассоциации активно работаем над совершенствованием законодательства по аквакультуре. Ведь закону для того, чтобы он заработал, необходимы подзаконные акты. Остро стоит вопрос с изъятием. Мы используем на предприятии запатентованную технологию выращивания гребешка, соответственно, сколько мы посадили, столько и должны собрать. Однако мы вынуждены получать квоту на добычу. Представьте, что фермер посадит десять морковок, а ему разрешат собрать только 6. Нонсенс.

Очень сложно, а главное, долго оформляются документы и сертификаты на продукцию, которую мы отправляем на экспорт. На изъятие мы согласовываем документы в трех ведомствах: в теруправлении Росрыболовства, ТИНРО, департаменте рыбного хозяйства Приморского края. Затем проводим лабораторные испытания на каждую партию (будь то 10 кг или тонна), получаем протокол испытаний, на основании которого – ветеринарное свидетельство на партию. Самый сложный этап – получение документов в Россельхознадзоре. Неоправданно затянутые процедуры, например, не позволили нам работать с рынком Гонконга, который был очень заинтересован в нашем продукте. При максимальной отлаженности действий оформление документов от моменты изъятия до момента загрузки на авиаборт составляет порядка 40 часов. А это ведь живая продукция!

В таких условиях конструктивный диалог в рамках отраслевой ассоциации незаменим. Ведь именно в ней концентрируется проблематика и рождаются простые и взаимовыгодные решения, которые впоследствии ложатся в основу государственных решений, формируют стратегию развития отрасли. В этом смысле роль Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья для субъектов хозяйственной деятельности, для нас, совершенно очевидна и неоспорима.

Ксения ПИСАРЕВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 октября 2014 > № 1194294 Александр Лимза


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 октября 2014 > № 1193263 Сергей Саксин

Сергей Саксин: Для эффективного изменения закона нужен диалог

Очень важно, что инициативы по изменению отраслевого законодательства, которые выдвигает Росрыболовство, на самой начальной стадии обсуждаются с представителями рыбацкого сообщества, отмечает руководитель Преображенской базы тралового флота Сергей Саксин.

Напомним, что Федеральное агентство по рыболовству направило заинтересованным лицам предложения о внесении изменений в ФЗ «О рыболовстве…». 2 октября глава ведомства Илья Шестаков провел рабочую встречу по обсуждению выдвинутых инициатив – в совещании приняли участие руководители рыбопромышленных предприятий и ассоциаций, представители органов власти ряда регионов.

Так, рассматривается возможность закрепления долей промысловых квот на более длительный срок, чем сейчас. Предлагается увеличить порог обязательного освоения квот для сохранения права на промысел с 50% до 70% за два года, а также предусмотреть, что как минимум 70% лимитов должно выбираться на судах, которые принадлежат пользователям водных биоресурсов на праве собственности или используются на основании договора лизинга. Предложены поправки, касающиеся «незаходных» судов и т.д. Было отмечено, что выдвинутые инициативы – не окончательное решение, а отправная точка для диалога государства и рыбаков.

На совещании 2 октября обсуждались конкретные вопросы, связанные с модернизацией «исторического принципа» распределения квот, рассказал председатель совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота» Сергей Саксин.

По словам собеседника Fishnews, встреча прошла в конструктивной атмосфере. Очень важно, что на самой начальной стадии к рассмотрению возможных изменений законодательства привлекаются представители бизнеса, уверен руководитель дальневосточного предприятия.

«Чтобы не звучало потом: «Извините, мы сделали глупость, но это закон». Сейчас есть возможность в самом начале, в «нулевом» цикле, внести коррективы», – комментирует Сергей Саксин.

Предложенные для обсуждения вопросы непростые. Они нуждаются в дополнительной проработке – одни в большей, другие в меньшей степени, отметил председатель совета директоров ПБТФ.

Так, по мнению Сергея Саксина, достаточно проработаны инициативы по увеличению порога освоения квот и использованию зафрахтованного флота. Хотя и здесь есть поле для работы. Например, нужно предусмотреть критерии форс-мажорных ситуаций, когда предприятия не подпадают под норму о недоосвоении (допустим, прогноз на промысел давался хороший, а рыбы нет) и т.д., указал руководитель компании. На совещании были озвучены толковые предложения по этим темам, добавил рыбопромышленник.

Наиболее бурная дискуссия разгорелась на встрече вокруг вопросов регулирования прибрежного рыболовства. Росрыболовство выдвинуло для обсуждения инициативу об ограничении длины судов, используемых для «прибрежки», 24 метрами.

Конечно, необходимость использовать в наших северных морях только такой флот сильно сузит возможности рыбаков-прибрежников: встанут проблемы с доступностью портов, работой в осенне-зимний период навигации, обратил внимание собеседник Fishnews.

Поэтому вопрос регулирования «прибрежки» требует более углубленной проработки, считает Сергей Саксин. Он выразил надежду, что тема будет вынесена на более широкое обсуждение.

Росрыболовство, отметим, пообещало, что предложения по внесению изменений в нормативно-правовую базу отрасли будут доработаны с учетом дополнительных замечаний и необходимых обоснований, которые должны направить представители рыбного хозяйства.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 октября 2014 > № 1193263 Сергей Саксин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 6 октября 2014 > № 1191369 Сергей Слепченко

У прибрежного рыболовства хорошие перспективы

Сергей СЛЕПЧЕНКО, Генеральный директор ООО «Акватехнологии»

В Приморском крае запасы водных биоресурсов существенно меньше, чем в водах Камчатки и Сахалина. Тем не менее, добывая рыбу и беспозвоночных в Японском море, можно успешно вести бизнес, отмечает генеральный директор ООО «Акватехнологии» Сергей Слепченко. По его словам, промысел в прибрежье приносит хороший доход, если предприятие не просто добывает ресурс, но и занимается переработкой и продажей своих уловов. Об особенностях рыбной торговли в Приморье глава компании рассказал журналу «Fishnews – Новости рыболовства».

– Сергей Владимирович, примерно три года назад «Акватехнологии» начали продажу парной рыбы и морепродукции «с колес». Проект успешно реализуется?

– Он был запущен в 2011 году и начинался с выставления павильонов по краю. Мы открыли одиннадцать торговых точек в нескольких городах и поселках – Дальнегорске, Арсеньеве, Рудной Пристани, Кавалерово, Чугуевке, – для того чтобы начать реализацию собственной продукции. Далее стали работать по смешанной схеме: в небольших городах (Лучегорске, Спасске, Лесозаводске) – павильоны, а в маленьких населенных пунктах (Пластуне, Тернее, Рудной Пристани, Краснореченске и других) – выездная торговля. Также продажи рыбы «с колес» хорошо зарекомендовали себя в крупных городах, таких, как Владивосток и Артем, в каждом из них работает четыре-пять машин. За три года география нашего бизнеса расширилась, сегодня мы торгуем рыбопродукцией более чем в 30 населенных пунктах практически по всему Приморскому краю. Правда, еще не охвачено направление в сторону Находки, его планируем развивать уже в следующем году.

Мы реализуем не только парную рыбу, задачей компании было создать собственную сеть, показать приморским потребителям нашу собственную продукцию, в том числе глубокой переработки. Это салаты из морской капусты, различные коктейли из морепродуктов, пресервы из анадары, спизулы и прочее. В 2012-2013 годах мы запустили линии производства сушеных и копченых морепродуктов.

«Акватехнологии» продают достаточно серьезные объемы через собственную сеть. И это естественно, ведь жители Приморья традиционно любят свежую рыбу, особенно камбалу. Большим спросом пользуются именно местные сорта – синекорая и палтусовидная камбалы. Поэтому я считаю, что проект реализуется успешно и достаточно динамично.

– Есть ли какие-нибудь особенности в продаже рыбы и морепродуктов населению в приморских районах?

– Выраженных особенностей, наверное, не существует, но могу отметить, что приморское население гораздо лучше разбирается в рыбе, чем жители других регионов. В этом плане мы разговариваем с покупателями на одном языке. «Акватехнологии» стараются представить свой ассортимент в полном объеме, большую часть мы добываем и перерабатываем сами, а то, чего не хватает, докупаем у проверенных партнеров с Камчатки и Сахалина. Копченую продукцию делаем как из местного сырья (камбалы и терпуга), так и из привозного – здесь речь идет прежде всего о сельди, эта рыба так же любима и востребована в Приморье, как в любой другой части России.

И, естественно, людей интересует ценовая политика. Мы запускали проект для того, чтобы торговать по розничным ценам, чтобы не было колоссальных перекосов, когда посредники «отжимают» производителя от розничных продаж. Поэтому компания изучила рынок, установила комфортный для себя и клиентов коридор ценообразования и в нем сейчас работает. «Акватехнологии» не повышают цены значительно, за последний год наши товары вообще не дорожали, и мы не планируем увеличивать их стоимость.

– Вопрос стоимости рыбы сейчас особенно актуален, Федеральная антимонопольная служба уже давно говорит о чрезмерно высокой наценке на рыбу, образуемой торговыми сетями и посредниками.

– Если сравнивать цену производителя и стоимость, по которой товар продается конечному покупателю, то наценка может составлять 50-100%. Мы знаем свои затраты, которые складываются вертикально – это логистика, организация розничных продаж, содержание торговых мест и прочее, поэтому наша наценка составляет не более 30-40% от оптовой цены. Компания ориентируется на покупателей со средними доходами, поэтому «Акватехнологии» стараются вписываться в эту финансовую нишу и выдерживают соответствующую ценовую политику. По крайней мере, динамика продаж говорит о том, что мы все делаем правильно.

– Вы говорили о собственной торговой сети, которая состоит из малых торговых точек. А реально ли сегодня купить свежую, качественную рыбу в крупных торговых сетях всероссийского масштаба?

– Мы работаем как с собственной сетью, так и с сетями Приморского края, в частности – Владивостока. Сотрудничаем достаточно успешно, партнеры заинтересованы, чтобы местная рыба была на прилавках – она пользуется спросом. Мы открыты для диалога с сетями и реализуем им продукцию по оптовым ценам. Дальше, естественно, компания не может отслеживать накрутки, знаем только, что там рыба продается дороже, чем у нас. Но у крупных сетей другой формат, другой подход, и люди сами выбирают – идти в нашу торговую точку или купить рыбу в большом супермаркете. Я бы не сказал, что такие супермаркеты зациклены только на мороженой рыбе или, наоборот, только на парной. Грамотный руководитель торгового отдела организует широкий ассортимент, ведь это и есть задача сети.

– Как Вы оцениваете возможности прибрежного рыболовства в Приморье?

– Я сам занимаюсь прибрежным рыболовством и считаю, что оно перспективно в крае, в подзоне Приморье. Только нужно понимать, что у нас не такие мощные запасы, как на Сахалине и Камчатке, чтобы на них делать очень хорошие финансовые показатели. Но компания берет ассортиментом – мы добываем как рыбу, так и зарывающихся моллюсков, ламинарию и другие биоресурсы, ловим в Японском море все, что здесь можно осваивать на законных основаниях. Поэтому перспективы достаточно хорошие.

Однако за последние пятнадцать лет у нас рухнула система Приморрыбпрома, и сегодня в регионе остались единицы компаний, которые занимаются прибрежным рыболовством, доставкой уловов и переработкой. Естественно, в свете этого очень тяжело говорить о каком-то развитии «прибрежки», правильнее сказать, что все зависит от менеджмента, от тех или иных перспектив.

На сегодняшний мы видим такую перспективу, последние четыре года «Акватехнологии» инвестируют в прибрежное рыболовство. Если раньше мы вкладывали средства в суда, в развитие добычи, то сейчас очень большие деньги идут на совершенствование переработки. Я считаю, что прибрежное рыболовство перспективно, но в том случае, если компания не просто добывает ресурс, а работает по цепочке «добыча – поставка уловов на берег – переработка – продажа». Здесь важно понимать, какой объем продукции и в каком виде выгодней реализовывать. Мы в своей сети часть товаров продаем морожеными, часть – охлажденными, также производим филе, пресервы, полуфабрикаты. «Акватехнологии», что называется, пошли по всем направлениям, и именно этот охват всех сегментов продаж дает нам возможность надеяться на положительный финансовый результат. Кроме того, мы являемся непосредственно добытчиками сырья, что тоже определенным образом укрепляет компанию.

– И какие виды продукции сейчас пользуются наибольшим спросом?

– Популярнее всех два направления – это охлажденная парная рыба и продукция штучной заморозки. Покупатель, возможно, не собирается готовить рыбу сразу, но если лосось заморожен индивидуально и выглядит красиво, его приобретают и кладут в холодильник, чтобы потом разморозить. Продукция глубокой переработки тоже пользуется достаточно большим спросом, особенно наши салаты. В отличие от западной и центральной России, где уже давно перешли на сушеную морскую капусту из Китая, мы пользуемся только приморским сырьем, и все, что добываем – у нас ежегодная квота только на ламинарию под тысячу тонн, – перерабатываем и делаем такой продукции больше и больше. Пресервы, полуфабрикаты, морские замороженные коктейли – это тоже быстроразвивающийся сегмент, который достойно себя зарекомендовал.

– Имеют ли члены Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья проблемы с реализацией своей продукции на внутреннем рынке?

– Если брать нашу компанию, то сдерживающих факторов для реализации товаров практически нет. Вся продукция – и та, которую добываем сами, и та, которую закупаем, – представлена на приморском и российском рынках и пользуется достаточно хорошим спросом. Остается, конечно, вопрос соотношения цены и качества, но он стоял всегда. Я думаю, что и какая-то реклама необходима, особенно когда на рынок вводится новый продукт. А дополнительного продвижения рыбо- и морепродукции не требуется, потому что российская рыба уже давно востребована и узнаваема на отечественном рынке.

Также не нужно забывать, что наша рыба – дикая, а не искусственно выращенная. Умные люди понимают, что такой продукт по своим экологическим, питательным и другим характеристикам выгодно отличается от множества полуфабрикатов из непонятных ингредиентов, которые сейчас в изобилии присутствуют на рынке. По крайней мере, все, что вылавливают и перерабатывают «Акватехнологии», продается, на складах не остается ничего.

– Вы упомянули рекламу новинок. Российский покупатель охотно их берет?

– Смотря что понимать под новинками. Лет десять назад анадара и спизула были известными в Приморье моллюсками, которые каждый добывал, купаясь в море. Но когда их стали производить в промышленных масштабах (не таких уж и больших – вылов ограничен квотой), мы столкнулись с определенной проблемой, выводя эти ракушки на местный рынок. Если в Японии и Корее они продаются в живом и охлажденном виде, то здесь люди не понимали, как употреблять этих моллюсков. Поэтому компания совместно с ТИНРО-Центром разработала уникальные технологии переработки, внедрила их и стала изготавливать из анадары и спизулы полуфабрикаты и пресервы. Эта группа товаров не сразу, но в течение двух-трех лет была выведена на рынок и сейчас пользуется заслуженным спросом, ее не всегда даже можно найти на полках магазинов, потому что распродается все очень быстро.

Поколение постарше помнит, с каким трудом на российский рынок выводили кальмар. Эти стадии проходятся, поэтому я бы не сказал, что русские люди относятся к экзотике сдержанно. Конечно, у них есть устоявшиеся основы потребления: речная рыба в центральной части страны и морская – в прибрежных регионах. Но если новый продукт красиво упакован, вкусен и хорошо выглядит, он всегда привлечет внимание и будет востребован.

– В связи с известными событиями – ответными санкциями России – АРПП вообще и «Акватехнологии» в частности планируют увеличить поставки на внутренний рынок, в европейскую и центральную часть страны?

– На сегодняшний момент в моей компании такой проблемы не существует. Мы, как, наверное, и все промысловики Дальнего Востока, сдержаны в вылове квотами. «Акватехнологии» все свои лимиты выбирают, нужно понимать, что увеличения добычи не будет. Большую часть уловов компания продает в России, потому что нам это выгодно, мы собственную сеть развернули для того, чтобы получать дополнительную прибыль, минуя посредников.

Надо сказать, что роль посредника в российском рыбном сегменте торговли была очень велика. Закупалось очень много импортной рыбы – около миллиона тонн ежегодно, – которая давила на отечественного производителя прежде всего ценой, не всегда качеством, и не давала возможности разворачивать определенные объемы рыбопродукции на внутренний рынок. Взять ту же сельдь: по итогам осенней путины была зафиксирована просто смешная цена – 16-17 рублей за килограмм, которая не позволяет даже покрывать определенные затраты на производство. Естественно, мы надеемся, что в связи с ограничениями поставок рыбы из Норвегии и других стран отечественная сельдь будет востребована в России.

По камбале, минтаю и терпугу я не ожидаю больших заявок, они и так были, закрывали все потребление. Возможно увеличение продаж за счет замещения каких-то видов, которые не будут поставляться из-за рубежа. Но это не должно привести к резкому росту цен, потому что российский рынок достаточно сбалансирован. Там, где не будет норвежской сельди, появится сельдь с Дальнего Востока. По моим данным, атлантическая сельдь стоила оптом 50-60 рублей за килограмм. Она, конечно, лучше тихоокеанской по качеству, но не настолько, чтобы стоить в три раза дороже. Поэтому если дальневосточная сельдь поднимется в цене до 30-35 рублей, это будет справедливо, покупатель все равно получит рыбу хорошего качества, как мы с вами, дальневосточники, знаем. По сути, будет исправлен искусственный перекос, который создавали посредники, и подтянется справедливое ценообразование для рыбопродукции с Дальнего Востока. А в том, что рыбы хватит на всех, я абсолютно уверен.

Алексей СЕРЕДА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 6 октября 2014 > № 1191369 Сергей Слепченко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 2 октября 2014 > № 1188095 Вячеслав Москальцов

Работа в диалоге

Вячеслав МОСКАЛЬЦОВ, Генеральный директор компании «Дальрыба»

«Дальрыба» сегодня – одно из немногих предприятий в современной истории, которое уже на протяжении полувека не только профессионально и довольно успешно занимается рыбодобычей и переработкой, но и активно участвует в нормотворчестве, ведет работу в составе правительственных групп, в Совете Федерации, является одним из старейших членов Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья. О роли и месте общественных объединений, социальной ответственности предприятия в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал генеральный директор «Дальрыбы» Вячеслав Москальцов.

– Вячеслав Юрьевич, какова в целом роль и место общественных объединений, и в частности АРПП, в жизни предприятия, бизнеса?

– Современный характер развития российской экономики делает необходимым осуществление на постоянной основе содержательного диалога государства и бизнеса по целому спектру вопросов. В этом диалоге как с точки зрения выработки позиции бизнес-сообщества по глобальным вопросам макроэкономической политики, нормотворчества, так и в целях отстаивания интересов бизнеса по конкретным вопросам наиболее эффективными являются отраслевые профессиональные сообщества.

Любая ассоциация – это, прежде всего, организующий орган. С одной стороны, он собирает, анализирует и обобщает самые разные точки зрения, мнения предприятий-членов сообщества и вырабатывает единую, консолидированную позицию по ключевым вопросам развития отрасли, формирует общую стратегию «поведения». В первую очередь по вопросам, лежащим в рамках нормативно-правового поля, реализации государственных решений, постановлений, внедрения различных стандартов и регламентов. Ведь мы, как никто другой, заинтересованы в том, чтобы законы и любые подзаконные акты, касающиеся принципиальных вопросов экономической деятельности, будь «то квоты под киль», биржи, сертификация и прочее, разрабатывались в открытом режиме, с обязательной общественно-отраслевой экспертизой проектов и инициатив. Именно благодаря совместной работе с Ассоциацией рыбохозяйственных предприятий Приморья мы можем встраиваться в процессы совершенствования законодательства и правовой системы в целом. В этом смысле АРПП занимает прочное место в качестве института координации внешних отношений предприятий с органами государственной власти в стране.

С другой стороны, именно в рамках ассоциации аккумулируется колоссальный объем промышленной, коммерческой, научной и социальной информации, столь необходимой каждому из нас. Поэтому ассоциация – это еще и консультативный орган. Она активно взаимодействует с организациями, составляющими инфраструктуру поддержки бизнеса, участвует в разработке программ поддержки рыбохозяйственной отрасли и поддержки предпринимательства в регионе, а также оказывает нам консультационную помощь по юридическим, финансовым и иным вопросам.

Помимо этого, АРПП – активный проводник социальной поддержки.

Конечно, точкой роста, «единицей» экономики является предприятие, а не отраслевое объединение. Но известно, один в поле не воин, тем более что формы и методы взаимодействия бизнеса и органов законодательной и исполнительной власти далеки от идеала. Нецелесообразно в одиночку решать многие «текущие» вопросы, касающиеся рынка и непосредственного обеспечения хозяйственной деятельности предприятия. Именно поэтому мы вступили в АРПП. В рамках одной ассоциации мы объединены общим интересом, в том числе в сохранении и развитии своего бизнеса, в формировании здоровой деловой среды, ведении эффективного диалога с властью.

– Однако социальная нагрузка и ответственность за стабильное развитие всей отрасли – задача далеко не легкая…

– Согласен, но так сложилось исторически. «Дальрыба» как Главное управление рыбного хозяйства Дальнего Востока – головное предприятие рыбной отрасли СССР. В непосредственном подчинении Всесоюзного объединения «Дальрыба» в свое время находились производственные объединения – Приморрыбпром, Сахалинрыбпром, Камчатрыбпром, Магаданрыбпрорм, Хабаровскрыбпром, Управление «Востокрыбхолодфлот», УПФ «Дальморепродукт», Владивостокский и Находкинский рыбные порты и другие строительные, научные, сбытовые и прочие предприятия и организации (всего к началу 90-х гг. 21 предприятие и объединение). Кроме того, ВРПО «Дальрыба» осуществляло руководство деятельностью Приморского, Хабаровского, Сахалинского край- и облрыбакколхозсоюзов и Камчатского МПО.

С развалом Союза, с началом приватизации, перестройкой, после череды экономических и политических реформ функции по обеспечению эффективной работы ключевой отрасли экономики Дальнего Востока с «Дальрыбы» были сняты. Наше предприятие сегодня – это акционерное общество. У нас 92 акционера. Однако мы по-прежнему занимаем активную социальную позицию и ведем активную работу по оптимизации работы отрасли.

Не только руководство «Дальрыбы», но и специалисты (экономисты, финансисты, юристы, технологи) принимают непосредственное участие в совершенствовании законодательной базы в области рыболовства, в разработке стандартов и регламентов. Как в рамках работы ассоциаций и объединений, так и самостоятельно мы работаем по всем направлениям – от разработки Закона о рыболовстве до корректировки «Технического регламента на рыбную и иную пищевую продукцию». Словом, мы всегда и везде обозначаем свою позицию ясно и открыто.

Мы никогда не могли и не можем стоять в стороне от проблем отрасли. Сегодня особое внимание мы уделяем вопросам обновления флота. Ведь флот является основой производственного потенциала рыбохозяйственного комплекса. Ни для кого не секрет, что на сегодняшний день свыше 90% рыбодобывающих судов физически и морально устарели, работают сверх нормативного срока службы – свыше 25 лет. Пополнение флота происходит, большей частью, за счет приобретения бывших в употреблении иностранных судов (около 88%). Поступление судов из новостроя – незначительно (до 12% строят на иностранных верфях; построенных в России – около 10%). Однако модернизация имеющихся судов из-за плохого технического состояния большинства из них может быть эффективным инструментом только на ближайшую перспективу в 5-10 лет и не решит вопроса обновления флота кардинально. Износ флота препятствует его эффективной эксплуатации. Влияет на показатели работы, снижает рентабельность промысла. С каждым годом увеличиваются затраты предприятия на ремонт устаревших судов, такой флот значительно уступает современным судам в расходе топлива и производительности. Чтобы совершить качественный скачок в развитии отрасли, мы должны строить новый флот. Именно поэтому мы сегодня ведем активную работу по поиску верфей как в России, так и за рубежом. Изучаем проекты, оцениваем опыт, качество работы, оцениваем возможные сроки и расходы.

– Если говорить о перспективах, то каковы ключевые направления вашей работы в рамках сотрудничества с АРПП?

– Прежде всего, это расширение и активизация конструктивного диалога с властью. Сегодня перед нами стоит множество нерешенных вопросов. Среди них – модернизация и строительство нового флота, обеспечение отрасли кадрами, развитие берега, активизация работы по импортозамещению, работа с контролирующими, надзорными, фискальными органами с целью оптимизации процедур и прозрачности взаимодействия и, конечно, закрепление квот в 2018 году.

За долгое время работы АРПП доказала свою организационную устойчивость, продемонстрировала ориентированность на интересы и запросы предприятий-членов ассоциации, отлично проявила себя в работе на государственном поле. Я уверен, только дальнейшее взаимодействие в рамках трехстороннего партнерства «государство – общество – бизнес» позволит достичь баланса по ключевым вопросам развития отрасли, сформировать здоровую конкурентную среду и экономику.

Справка:

ОАО «Дальрыба». Суда компании (СРТМ «Юрий Орел», СРТМ «Залив Ольги», СРТМ «Тугур», БМРТ «Сиглан», ПТР «Кооператор»), работая в различных промысловых районах Дальневосточного бассейна, вылавливают до 22 тыс. тонн рыбы и морепродуктов ежегодно (в их числе минтай, сельдь, камбала, кальмар, лососевые, креветка, крабы). Из этого объема и ассортимента выпускается порядка 17,5 тыс. тонн рыбопродукции.

Ксения ПИСАРЕВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 2 октября 2014 > № 1188095 Вячеслав Москальцов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 25 сентября 2014 > № 1183502 Георгий Карлов

Экономия на науке дорого обходится отрасли

Оптимизация расходов государственного бюджета – необходимая вещь, но убытки, которые несут рыбодобывающие предприятия в связи со снижением качества научных прогнозов, явно превышают плюсы от ожидаемой экономии, обращает внимание депутат Госдумы Георгий Карлов.

В этом году в Сахалинской области освоено свыше 80 тыс. тонн горбуши, продолжается промысел кеты. Об итоговых цифрах говорить пока рано, но в целом уловы намного меньше, чем надеялись рыбаки, отметил депутат Госдумы от Сахалинской области Георгий Карлов в интервью Fishnews.

«Надо признать, что научные прогнозы зачастую не совпадают с реальным выловом объемов водных биоресурсов, в частности по горбуше оправдался только весенний прогноз СахНИРО – порядка 85 тыс. тонн. Более поздние расчеты рекомендованного вылова на уровне 148 тыс. тонн оказались чересчур оптимистичными, - отметил парламентарий. - У меня нет желания вмешиваться в процессы прогнозирования, однако весьма вероятно, что начинает сказываться эффект сокращения финансирования рыбохозяйственной науки. Конечно, оптимизировать расходы госбюджета необходимо, но убытки, которые несут предприятия в связи со снижением качества прогнозов, явно превышают плюсы от ожидаемой экономии».

Депутат подчеркнул, что последствия недолова напрямую сказываются на экономике региона. Во-первых, мало рыбы – нет зарплаты у рыбаков. Во-вторых, нет прибыли у предприятий, которые рискуют не покрыть даже расходов на подготовку к путине. В-третьих, именно горбуша в последние годы стала основой береговой рыбопереработки, а значит, пострадает и этот сегмент бизнеса. «Тихоокеанские лососи обеспечивают до 90% загрузки рыбоперерабатывающих мощностей Сахалинской области, куда в период путины привлекается большое количество трудовых ресурсов – это тысячи человек. Соответственно, бюджеты прибрежных муниципальных образований недосчитаются существенной части поступлений в виде налоговых отчислений», - обратил внимание собеседник Fishnews.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 25 сентября 2014 > № 1183502 Георгий Карлов


Россия. Азия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 24 сентября 2014 > № 1194004

РФПИ намеревается вложить в Дальний Восток около 100 млрд долларов. Между тем Российским фондом прямых инвестиций уже внесена сумма в 1 млрд долларов, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на "КоммерсантЪ-Дальний Восток".

На международном инвестиционном форуме "Сочи-2014" в пятницу гендиректор Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев заявил, что "азиатские инвесторы заинтересованы в России, но при этом отношения с ними выстраиваются чуть дольше, и важно, чтобы они выстраивались очень системно".

"Мы специально создали российско-китайский, российско-японский, российско-корейский инвестиционные фонды, и нашими партнерами в этих фондах являются суверенные фонды каждой из этих стран. Это позволяет нам привлекать туда стратегических инвесторов из тех стран, инвестировать не только совместно с суверенными фондами, но и с ведущими стратегами. Мы уже одобрили более семи сделок российско-китайского фонда, проинвестировали более $1 млрд на Дальний Восток",— сообщил господин Дмитриев.

Он также отметил, что межправительственная российско-китайская комиссия по инвестициям, куда входят представители государства, частного бизнеса и госкомпаний, на данный момент обсуждает более 30 проектов на сумму более чем $100 млрд.

Россия. Азия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 24 сентября 2014 > № 1194004


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 24 сентября 2014 > № 1183495 Георгий Карлов

Справками никого не накормишь

Георгий КАРЛОВ, Депутат Государственной Думы РФ

Введение ограничений на ввоз в Россию рыбной продукции из ряда зарубежных стран, совпавшее с неудачной лососевой путиной на Дальнем Востоке, обострило хронические болезни рыбохозяйственного комплекса в виде недофинансирования отраслевой науки, невыполнения поручений Президента и Правительства по повышению эффективности отрасли, перегруженности административными барьерами. Чем вызвано стойкое нежелание надзорных ведомств снять с рыбы хотя бы часть этого груза? Почему пробелы в нормативно-правовом фундаменте отрасли не закрываются годами? И стоит ли рыбакам надеяться на защиту своих интересов под крылом Минсельхоза? Об этом в интервью Fishnews рассказал депутат Государственной Думы, член комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Георгий Карлов.

– Георгий Александрович, лососевая путина этого года на Дальнем Востоке выдалась не совсем удачной. Все-таки рыбалка – очень рискованный бизнес. Однако сахалинцам уже удалось выловить более 100 тыс. тонн, впереди еще осенняя кета, будем надеяться, что удастся освоить все рекомендованные объемы. Как вы оцениваете работу сахалинских рыбаков в этом сезоне?

– Рыбалка – действительно рискованный бизнес, а в ситуации, когда две трети объемов дальневосточного промысла приходится на лосося и минтай, влияние подходов горбуши к побережью приморских регионов на экономику отрасли очень велико. К сожалению, лососевая путина в этом сезоне была не столь удачной, как в прошлом и позапрошлом году. В Сахалинской области освоено свыше 80 тыс. тонн горбуши, промысел кеты продолжается и об итоговых цифрах говорить пока рано. В целом это намного меньше, чем надеялись рыбаки.

Надо признать, что научные прогнозы зачастую не совпадают с реальным выловом объемов водных биоресурсов, в частности по горбуше оправдался только весенний прогноз СахНИРО – порядка 85 тыс. тонн. Более поздние расчеты рекомендованного вылова на уровне 148 тыс. тонн оказались чересчур оптимистичными. У меня нет желания вмешиваться в процессы прогнозирования, однако весьма вероятно, что начинает сказываться эффект сокращения финансирования рыбохозяйственной науки. Конечно, оптимизировать расходы госбюджета необходимо, но убытки, которые несут предприятия в связи со снижением качества прогнозов, явно превышают плюсы от ожидаемой экономии.

Последствия недолова напрямую сказываются на экономике региона. Во-первых, мало рыбы – нет зарплаты у рыбаков. Во-вторых, нет прибыли у предприятий, которые рискуют не покрыть даже расходов на подготовку к путине. В-третьих, именно горбуша в последние годы стала основой береговой рыбопереработки, а значит пострадает и этот сегмент бизнеса. Тихоокеанские лососи обеспечивают до 90% загрузки рыбоперерабатывающих мощностей Сахалинской области, куда в период путины привлекается большое количество трудовых ресурсов – это тысячи человек. Соответственно, бюджеты прибрежных муниципальных образований недосчитаются существенной части поступлений в виде налоговых отчислений.

Компенсировать свои потери бизнес, разумеется, попытается за счет повышения цен, поскольку себестоимость продукции выросла, а ее предложение на рынке будет весьма ограниченным. К тому же в условиях ограничения импорта лососевых спрос на российскую рыбу будет увеличиваться. И наш потребитель, как ни печально, прочувствует это самым непосредственным образом. Сейчас многие ищут виноватых, обвиняя в росте цен производителей, оптовиков, ретейл, перевозчиков, кого угодно и не понимая, что основную роль в этом процессе играют не спекулянты, а объективные природные факторы.

Однако нельзя не отметить, что на слабые результаты путины повлияли не только сложности с прогнозированием подходов горбуши, но и недоработки профильного ведомства в лице Росрыболовства, а следовательно и Минсельхоза, которое, в частности, не смогло обеспечить своевременного принятия пакета подзаконных актов для реализации закона об аквакультуре. На сегодняшний день Сахалинская область занимает первое место в России по объемам искусственного разведения лососевых. По кете – до 90% изымаемой рыбы имеет «заводское» происхождении, практически весь вылов Западного Сахалина и до 40% горбуши на юго-востоке – это возврат выпущенной молоди с 38 лососевых рыбоводных заводов.

Не случайно даже в не путинный год сахалинцы смогли взять самые большие объемы лосося среди всех дальневосточников. Общая мощность наших ЛРЗ – около 800 млн. экземпляров малька, который выпускается для нагула в океан. Мы – единственный российский регион, не на словах, а на деле формирующий основу для перехода от облова диких популяций к сельскохозяйственному производству. В лососевом хозяйстве области постепенно складывается, а по кете уже преобладает над естественным воспроизводством, индустрия пастбищного рыбоводства. Развитие этого направления повлечет за собой стабильность промышленного возврата водных биоресурсов и их изъятия, создаст своего рода «подушку безопасности» для рыбаков.

Во многом для того, чтобы ослабить влияние природных факторов на отрасль, в прошлом году был принят закон «Об аквакультуре». Однако Минсельхозом до сих пор не утверждена методика определения промвозврата, как не решены и другие вопросы, связанные с изъятием объектов аквакультуры из водоемов. Вместо того чтобы совершенствовать нормативно-правовую базу, которая дает возможность нашим рыбоводным предприятиям работать более эффективно, министерство и федеральное агентство допускают, чтобы сложилась возмутительная ситуация, когда участки, ранее отведенные для ведения пастбищной или прудовой аквакультуры, согласно закону подлежат повторному распределению по конкурсу.

Как могут проводиться конкурсы, если эти участки уже распределены и люди работали на них годами, вкладывая силы и средства в строительство заводов, запуск производства? Кто будет их перераспределять? И почему до сих пор Росрыболовство не внесло в этой части изменений в закон либо не прописало в постановлении Правительства, что такие участки не подлежат новому распределению. Почему всех нужно держать в напряжении и делать вид, что ничего не происходит? Разве это можно назвать комфортными условиями для развития аквакультуры?

– Конечно, все сейчас настроены на импортозамещение. Но российской рыбе, чтобы попасть на внутренний рынок, по-прежнему приходится преодолевать излишние административные барьеры, с проблемой сокращения которых никто не может справиться, даже глава государства Владимир Путин. Сегодня рыбопромышленников контролирует свыше 30 ведомств, количество всевозможных разрешительных документов, которые они требуют, перевалило за 500. Вот и Россельхознадзор, желая закрепить достигнутые «успехи», выпустил приказ об электронных сертификатах. Причем глава Росрыболовства Илья Шестаков рассматривает это как позитивный шаг. Рыбаков слушают, но не слышат?

– Сразу хочу уточнить, что насыщение внутреннего рынка рыбной продукцией и импортозамещение – это не одно и то же. Насыщение рынка – это поставки отечественной и импортной продукции в соответствии с потребностями, предпочтениями и возможностями различных групп населения. Импортозамещение – это замена продукции, которая ввозится из-за пределов Российской Федерации, на аналогичную российского производства.

Надо принимать во внимание, что рыбопродукция различается не только по качеству, но и по ценовому сегменту. Можно сколько угодно говорить о замещении норвежской семги дальневосточной горбушей, но как вы убедите покупателей в равноценности такой замены? Товары премиум-класса (семга, тюрбо, угорь) можно заменить только не менее ценными видами. Общедоступных по цене пангасиуса и тиляпию могут вытеснить только товары одной с ними ценовой категории.

К сожалению, в либеральные 1990-е годы мы открыли свой рынок, создав массу преференций импортерам и позволив ретейлу с иностранным капиталом вытеснить отечественных товаропроизводителей из наиболее рентабельных сегментов. При этом всеми способами усложнили путь из районов промысла для российских уловов. Сегодня для оформления импортной рыбопродукции требуется на порядок меньше времени и разрешительных документов, чем для перемещения продукции отечественного рыболовства внутри страны.

Безусловно, российские рыбаки в состоянии насытить внутренний рынок разнообразной рыбной продукцией и обеспечить продовольственную безопасность страны в условиях негативного внешнего воздействия. Но для этого рыбу на берегу не должны встречать семеро с ложкой. Государственным структурам стоит сосредоточить усилия на максимальном упрощении системы перемещения рыбных грузов по территории Российской Федерации, выравнивании условий для товаров импортного и отечественного происхождения и в определенной степени ужесточении требований к качеству продукции, поступающей из-за рубежа.

Чтобы реально запустить процесс импортозамещения, нужна добрая воля всех ведомств, одних упреков рыбаков в непатриотичном поведении здесь недостаточно. Патриотичность следует проявить всем, особенно тем, кто выстраивает бумажные барьеры, а не создает продукт и кормит народ. Ведь разрешительная бумажка – это не продукт. Мы не раз говорили о возможности стимулирования рыбаков путем закупок рыбопродукции для бюджетных организаций. Вроде бы все согласны, но воз и ныне там. Минимум федеральных ведомств осуществляет закупки у наших товаропроизводителей, тем не менее рыбные блюда в меню столовых есть везде – от больниц, детских садов, школ, армии и флота до аппарата любого министерства и даже Государственной Думы.

Пока же наблюдается обратная ситуация: вместо того чтобы ослабить удавку в части перемещения водных биоресурсов внутри страны, на шею рыбаку набрасывают новую. Например, предлагают ввести электронные сертификаты, которые при этом нужно будет дублировать бумажными копиями. Стоимость услуг, куда войдут закрытые интернет-каналы, компьютеры и периферия, программное обеспечение, зарплата ветеринарных врачей, отбор проб и лабораторные исследования, ляжет на производителя, что опять-таки отразится на цене продукции.

Пролоббированный Россельхознадзором приказ не отменяет тотальных лабораторных исследований. Никто не покушается на явно коррупционную схему, когда служба по-прежнему сможет принимать результаты только своих ветеринарных лабораторий и требовать их каждый раз при перевозке рыбы из района в район, из субъекта в субъект. Ведомство декларирует благую цель – обеспечение ветеринарного благополучия. На самом деле мы получаем ужасающую картину: по статистике Роспотребнадзора каждая десятая проба рыбы и морепродуктов в стране не соответствует микробиологическим или санитарно-химическим параметрам. Но вся эта продукция была снабжена ветеринарным сертификатом, который выписал Россельхознадзор.

По сути недобросовестный производитель или продавец в нашей стране прикрыт, как щитом, ветеринарными справками и ни за что не несет ответственности. За безопасность продукции отвечает Россельхознадзор, но попробуйте взыскать с него ущерб от некачественной продукции.

Хуже всего, что введение электронных сертификатов, которое затрагивает не только рыбную, но и другие виды пищевой продукции, очевидно, поощряется, в том числе руководством Росрыболовства. В то время как их задача прямо противоположная – стоять на страже и не допускать появления новых административных барьеров. В нынешних условиях рыбакам особенно важно понимать, есть ли у них свой угол в государстве, есть у них профильное министерство, есть ли у них специалисты, которые должны создавать условия для развития отрасли или нет. Если рыбаки сами по себе, тогда возникает вопрос, с кем им работать. Непосредственно с председателем Правительства? Или возможно выходить на Президента и в очередной раз говорить о чаяниях, которые не слышат в родном агентстве?

– Вопрос многократного пересечения государственной границы рыбопромысловыми судами остается неурегулированным уже не первый год, причем это общая головная боль для предприятий разных регионов, не только Сахалинской области. Проблема касается флота, транспортирующего рыбу, работающего на приемке и переработке уловов в территориальном море, научно-исследовательских судов. Обращение рыбопромышленников по этому поводу в Генпрокуратуру выглядит обескураживающее, поскольку у отрасли вообще-то есть свое головное ведомство – Министерство сельского хозяйства, которое должно было бы за два с лишним года как-то этот вопрос урегулировать. Получается, что рыбаки остались с проблемой один на один?

– Дальневосточные рыбаки, особенно сахалинцы, неоднократно обращали внимание на необходимость либерализации многократного пересечения границы именно в части рыболовства, которое в настоящее время жестко регламентируется разрешительным порядком. Возможно, отдельные службы по какой-либо причине не готовы рассматривать или согласовывать этот вопрос, но ведь есть профильное ведомство в лице Росрыболовства, есть Минсельхоз. За два года активных дебатов на эту тему можно было хоть как-то сдвинуть вопрос с мертвой точки и попытаться внести изменения в закон или в постановление Правительства.

Очень жаль, но похоже, что нормотворчество в рыболовном законодательстве фактически отдано на аутсорсинг. При этом глава Минсельхоза Николай Федоров не отвечает за результаты деятельности рыбной отрасли, это зона ответственности руководителя Росрыболовства. Конечно, такая ситуация не располагает к шагам, направленным на улучшение чужой статистики. Принят некий план законопроектных забот, который исполняется очень по-чиновничьи, к определенным срокам, которые в связи с регулярно открывающимися, то с подачи Федеральной антимонопольной службы, то Россельхознадзора, то собственных изысканий, обстоятельствами нередко переносятся.

Поэтому на мой взгляд, рыбаки очутились в безвыходной ситуации. Обращения в Минсельхоз успехом не увенчались. Напротив, в преддверии 2018 года, то есть нового закрепления права на вылов, активизировались Пограничная служа, ФАС, Россельхознадзор и другие ведомства, которые пытаются максимально усилить свое влияние на отрасль в следующий период, исходя из своего узковедомственного понимания. Обеспечить между ними координацию, взаимодействие и отстаивание не ведомственных, а государственных интересов обязан Минсельхоз, но министерство лоббирует исключительно усиление Россельхознадзора, идя на уступки представителям других госструктур.

В нынешнем году ситуация в сфере обеспечения страны продовольствием изменилась. Может быть не все успели это осознать, продолжая отстаивать и продвигать идеи экстенсивного развития экономики, а именно к ним в конечном счете сводятся предложения ФАС, пограничников и Россельхознадзора, которые продвигают через министерство внеэкономические идеи увеличения социально-экономической отдачи от использования ВБР не за счет повышения эффективности производства, а путем дополнительных обременений.

С подачи именно этих ведомств при молчаливом попустительстве Росрыболовства Минсельхоз выстраивает нормативно-правовую базу отрасли, поддерживая необходимость увеличения объема контрольно-надзорных функций и навязываемых государственных услуг. Это касается и порядка пересечения границы, и режима прибрежного рыболовства, и ветеринарного сопровождения рыбопродукции.

Мы говорим о необходимости устранения избыточного администрирования и о формировании нормативной базы современного высокоэффективного рыболовства и рыбоводства. Соответствующие цели обозначены в майских указах Президента, Морской доктрине, стратегии развития пищевой промышленности и рыбохозяйственного комплекса. История с уже трехкратным в течение 2013–2014 годов принятием и отменой госпрограммы развития рыбной отрасли, подготовленной Минсельхозом, иллюстрирует неспешность федерального органа, как, в общем-то, и прочих структур, несмотря на имеющиеся поручения Президента по вопросам пересечения госграницы, ветсертификации и т.д. В решении этих проблем, приходится констатировать, рыбаки сегодня действительно предоставлены сами себе.

Анна ЛИМ, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 24 сентября 2014 > № 1183495 Георгий Карлов


Россия. ДФО > Армия, полиция > kremlin.ru, 23 сентября 2014 > № 1186392 Сергей Шойгу

Министр обороны Сергей Шойгу доложил Владимиру Путину о ходе стратегических командно-штабных учений «Восток-2014».

Доклад представлен в режиме видеоконференции с полуостровом Камчатка, где находится командный пункт Объединённого командования войск и сил на северо-востоке Российской Федерации.

Верховный Главнокомандующий принял доклад, находясь на борту большого противолодочного корабля «Вице-адмирал Кулаков» в Новороссийске.

* * *

В.ПУТИН: Сергей Кужугетович, добрый день. Слышите меня, видите?

С.ШОЙГУ: Так точно, Владимир Владимирович, слышим, видим хорошо.

В.ПУТИН: В течение нескольких дней, с 19-го по 26-е [сентября], у нас проходят в Восточном военном округе стратегические командно-штабные учения «Восток-2014». Это крупнейшее мероприятие подобного рода, которое мы когда-либо проводили. Задействовано 155 тысяч личного состава, 8 тысяч единиц техники, из них свыше 600 летательных аппаратов, 80 боевых кораблей и судов обеспечения. Учения проходят в два этапа.

Сергей Кужугетович, пожалуйста, Вам слово.

С.ШОЙГУ: Товарищ Верховный Главнокомандующий!

Сегодня в Восточном военном округе проходит активная фаза стратегического учения «Восток-2014».

За неделю до его начала в соответствии с Вашим указанием проведена внезапная проверка боевой готовности войск, а также отдельных министерств и ведомств. По тревоге были подняты войска Восточного военного округа, ряд органов управления, соединения воинских частей Центрального военного округа, Воздушно-десантных войск, командования дальней и военно-транспортной авиации. После приведения в боевую готовность и перегруппировки войска были выведены на полигоны для выполнения учебно-боевых задач.

Осуществлено мобилизационное развёртывание двух соединений и шести воинских частей. На проверочные сборы из запаса призвано 6500 граждан. Сняты с хранения и подготовлены к применению около 450 единиц вооружения и военной техники.

Одновременно в Западном военном округе отмобилизованы две батальонные тактические группы. После переброски в Хабаровский край и на Сахалин они были доукомплектованы военной техникой и переданы в состав Восточного военного округа. Перевозка войск проводилась железнодорожным и морским транспортом на дальность до 1,5 тысячи километров. Межокружные воздушные переброски выполнялись на расстояние около 10 тысяч километров, а марши своим ходом – до тысячи километров. Самолётами военно-транспортной авиации переброшены на Сахалин и Камчатку два окружных и два армейских пункта управления.

Отмечу, что возрос уровень подготовки оперативного состава объединений, маршевой выучки соединений и воинских частей, улучшено взаимодействие по мобилизационным вопросам штабов и военных комиссариатов с органами власти субъектов Российской Федерации.

Проверка показала, что система обеспечения действия войск в удалённых регионах требует совершенствования. Особый упор необходимо сделать на заблаговременное создание запасов материальных средств и дальнейшее развитие военной инфраструктуры в восточном регионе страны.

В ходе проверки министерств и ведомств осуществлено развёртывание мобилизационной базы в Забайкальском, Приморском, Хабаровском и Камчатском краях, Амурской и Сахалинской области. Особое внимание было уделено поддержанию взаимодействия проверяемых министерств с субъектами Российской Федерации и с Национальным центром управления обороной Российской Федерации.

В целом привлекаемые к проверке организации с поставленными задачами справились. Минтрансом и Министерством связи на практике отработаны вопросы подготовки специальных формирований. Федеральным дорожным агентством, а также Федеральным агентством железнодорожного транспорта обеспечено техническое прикрытие железнодорожных направлений и автодорог оборонного назначения. Росморречфлот осуществлял передачу гражданских судов и портовых сооружений Военно-Морскому Флоту.

Хочу особо отметить слаженные действия правительств Забайкальского и Хабаровского краёв, руководства Министерства транспорта России и подведомственных ему организаций.

Вместе с тем результаты проверки показали, что не все руководители учли итоги учения «Запад-2013», в ходе которого министерства и ведомства впервые отрабатывали задачи в интересах Вооружённых Сил.

Отдельные недостатки повторились и в ходе нынешней проверки. Так, в результате неготовности администрации Сахалинской области и некоторых руководителей организаций к работе в условиях военного времени призыв граждан из запаса на военные сборы в установленном объёме не выполнен. Задача была решена за счёт других субъектов Российской Федерации.

Сейчас мы совместно с Главным управлением специальных программ и заинтересованными министерствами и ведомствами проводим анализ результатов проверки и готовим предложения по устранению имеющихся проблем. Они будут Вам доложены в ближайшее время.

Товарищ Верховный Главнокомандующий!

Выполнение мероприятий внезапной проверки позволило войскам организованно начать стратегическое командно-штабное учение «Восток-2014», которое проводится с 19 сентября. В ходе маневров отрабатываются задачи по защите интересов и обеспечению военной безопасности Российской Федерации в восточном регионе.

Всего в мероприятиях принимают участие более 155 тысяч военнослужащих, около 8 тысяч единиц вооружения и военной техники, в том числе более 4 тысяч боевых бронированных машин, 632 самолёта и вертолёта, 84 корабля. Практические действия войск осуществляются на 14 полигонах на Сахалине, Камчатке и Чукотке, а также в южной части Приморья. Наиболее яркие эпизоды применения вооружения Вы можете наблюдать на экране.

Ракетными комплексами «Искандер-М» поражены две мишени на дальности 200 километров. Боевые расчёты комплексов показали отличные результаты практического выполнения учебно-боевых задач, в том числе по точности попадания в цель.

Два самолёта «Ту-95МС» осуществили пуски крылатых ракет по объектам условного противника на полигоне Кура. Одновременно два «МиГ-31» морской авиации Тихоокеанского флота провели их перехват и поражение в воздухе.

Наиболее значимая фаза практических действий прошла сегодня на камчатском операционном направлении. Впервые в районе мыса Скалистый на территории площадью 126 тысяч квадратных километров, из которых 120 тысяч составляет акватория Тихого океана, созданная межвидовая группировка войск и сил провела морскую противодесантную операцию, в ходе которой выполнен ряд учебно-боевых задач.

Сегодня зенитно-ракетными комплексами «С-300» уничтожены две ракеты-мишени, запущенные с надводных кораблей. Успешно осуществлены пуски двух крылатых противокорабельных ракет «Гранит» с атомных подводных крейсеров «Тверь» и «Омск» из подводного положения. Одновременно с крейсера «Варяг» крылатой ракетой «Вулкан» поражена надводная цель условного противника. Уничтожение цели зафиксировано беспилотными летательными аппаратами «Форпост».

Береговым комплексом «Рубеж» совместно с эскадренным миноносцем «Быстрый» нанесён групповой ракетный удар по надводным целям на удалении до 120 километров, цели уничтожены. В районе мыса Скалистый самолёты армейской и морской авиации выполнили сегодня около 70 учебно-боевых вылетов. Отработаны посадка и взлёт двух самолётов «Су-25» на подготовленном участке трассы Владивосток – Хабаровск, что в условиях восточного региона позволяет существенно расширить маневренные возможности боевой авиации Вооружённых Сил.

На заключительном этапе практических действий на Камчатке соединениями 36-й армии и 40-й бригадой береговых войск проведено учение «Проведение противодесантной обороны морского побережья».

На Сахалине и острове Врангеля в ходе двустороннего учения 68-го армейского корпуса и Тихоокеанского флота высажен десант морской пехоты. При этом впервые высадка осуществлялась в ночное время.

В целом учение проводится в соответствии с замыслом. Уже сейчас можно сделать предварительные выводы.

За счёт поставок в войска современного вооружения и военной техники повысились огневые, ударные и маневренные возможности соединений и воинских частей. Поступление новых средств связи и автоматизация позволили обеспечить устойчивость и оперативность управления межвидовыми группировками войск. Интенсивность боевой подготовки, учёбы и внезапные проверки способствовали росту уровня подготовки органов военного управления и слаженности частей и соединений.

Отдельно хочу доложить о действиях войск в Арктике. Для защиты интересов Российской Федерации в регионе продолжается развитие его военной инфраструктуры. В рамках учения отрядом боевых кораблей Северного флота совместно с судами Мурманского морского пароходства и ледоколами Росатомфлота осуществлена доставка личного состава и техники технической группы на остров Котельный (архипелаг Новосибирские острова).

С позиции на острове выполнены боевые стрельбы зенитным ракетно-пушечным комплексом «Панцирь-С» по мишени, запущенной с подвижного берегового ракетного комплекса «Рубеж». Цель успешно поражена.

Также в районе архипелага Новосибирские острова проведены боевые стрельбы зенитными ракетными комплексами «Кинжал» с большого противолодочного корабля «Адмирал Левченко». На острове Врангеля и мысе Шмидта завершаются мероприятия по постановке на боевое дежурство радиолокационных отделений и пунктов наведения авиации. Впервые на остров Врангеля высажен тактический воздушный десант из состава 83-й отдельной десантно-штурмовой бригады Воздушно-десантных войск и 155-й отдельной бригады морской пехоты Тихоокеанского флота.

Учения продолжатся до 25 сентября. По возвращении войск в пункты постоянной дислокации будет проведён всесторонний анализ их действий, результаты которого будут предоставлены Вам в кратчайшие сроки.

Доклад закончил.

В.ПУТИН: Спасибо.

Хочу поблагодарить Вас, весь руководящий состав Министерства, всех офицеров, солдат, кто принимал участие и принимает ещё участие в этом учении.

Представьте мне не только доклад, но и анализ того, что проведено, со всеми проблемами, которые будут выявлены в ходе этого мероприятия. И на завершающем этапе будет подключено к этому анализу и Контрольное управление Президента Российской Федерации, для того чтобы определить качество работы министерств, ведомств, территориальных органов и органов власти субъектов Российской Федерации при осуществлении этого крупнейшего мероприятия, этих учений.

Спасибо.

Россия. ДФО > Армия, полиция > kremlin.ru, 23 сентября 2014 > № 1186392 Сергей Шойгу


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 сентября 2014 > № 1183485 Андрей Коваленко

Сильный бизнес – это сильная экономика

Институт уполномоченного по защите прав предпринимателей появился в нашей стране сравнительно недавно. Задача бизнес-омбудсменов – на федеральном и региональном уровнях – содействовать созданию комфортного делового климата, развитию предпринимательской активности. Госорган образован своевременно и может стать эффективным инструментом при формировании и реализации государственной политики в том числе и в рыбной отрасли, уверен уполномоченный по защите прав предпринимателей в Сахалинской области Андрей Коваленко.

О проблемах реального сектора экономики он знает не понаслышке: много лет проработал на рыбохозяйственных предприятиях региона, с 2012 по 2014 годы был председателем Ассоциации лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области (АЛРЗ).

О вопросах, которые поднимают сейчас в рыбной промышленности, об организации и возможностях работы бизнес-омбудсмена Андрей Коваленко побеседовал с корреспондентом журнала «Fishnews – Новости рыболовства».

– Андрей Сергеевич, расскажите, пожалуйста, каким образом организована работа бизнес-омбудсмена в Сахалинской области и какими возможностями он располагает для решения поставленных задач?

– Прежде всего хочется отметить, что уполномоченный по защите прав предпринимателей является государственным органом Сахалинской области, хотя многие думают, что это общественная организация. Действует он на основании Федерального закона от 7 мая 2013 года № 78 и закона Сахалинской области от 27 декабря 2013 года № 127.

Наш государственный институт – достаточно молодой, к своим обязанностям я приступил не так давно – 3 марта 2014 года.

Основные задачи деятельности бизнес-омбудсмена – это обеспечение государственных гарантий защиты прав и законных интересов субъектов предпринимательской деятельности, формирование условий для ведения бизнеса и создание благоприятного делового климата на территории Сахалинской области.

Мы принимаем жалобы от предпринимателей на действия или бездействие органов госвласти. Проводим экспертную оценку фактов, изложенных в жалобе, а также в прилагаемых заявителем материалах. Далее в досудебном порядке проводим работу по урегулированию спорных вопросов.

В случае необходимости уполномоченный может обратиться в суд с заявлением о признании незаконными решений органов государственной власти, повлекших ущемление прав предпринимателей.

На основании накопленного материала уполномоченный готовит предложения по улучшению инвестиционного климата в адрес губернатора Сахалинской области, а также уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателя, если проблемы касаются федеральных органов государственной власти.

За неполные полгода мы приняли в работу чуть меньше 30 жалоб, часть поступивших вопросов уже решены в пользу заявителей.

Обращаются к нам и представители рыбохозяйственного комплекса. Эта отрасль является одной из важнейших для экономики Сахалинской области, поэтому для нас очень важно, чтобы она развивалась и демонстрировала положительные результаты.

– А по каким именно вопросам обращались предприятия рыбохозяйственного комплекса? И каких результатов удалось добиться в решении поднятых проблем? Ведь действительно, рыбная отрасль занимает особое место в жизни Сахалинской области.

– Одним из первых в адрес уполномоченного поступило обращение от бизнеса, который занимается рыбоводством. Предприниматели подняли проблемы, связанные с постановлением Правительства РФ от 15 мая 2014 года № 450 «Об утверждении Правил организации и проведения торгов (конкурсов, аукционов) на право заключения договора пользования рыбоводным участком».

В соответствии с этим постановлением, действующие предприятия по искусственному воспроизводству тихоокеанских лососей будут вынуждены на отрытых аукционах бороться за право пользования участком на водном объекте, в границах которого они выпускают молодь. А ведь эти заводы создали значительные имущественные комплексы, вышли на существенные показатели выпуска.

Отчасти аукционная схема распределения справедлива, но только в том случае, если на водных объектах или их частях никогда не велась деятельность по воспроизводству или разведению водных биоресурсов, или в отношении тех рыбоводных участков, пользователи которых были признаны недобросовестными.

Ситуация же с сахалинскими лососевыми рыбоводными заводами иная. Предприятия страдают из-за правовых пробелов, существовавших до вступления в силу федерального закона от 2 июля 2013 года № 148 «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Сегодня все прекрасно понимают, что развитие аквакультуры открывает большие перспективы. Наглядный пример показали наши ближайшие соседи – Япония и Китай. Поэтому приход частных инвестиций в аквакультуру должен быть прост и понятен. Но самое главное, инвесторы, вкладывая средства в аквакультуру – а это затратный бизнес, с большим сроком окупаемости, – должны чувствовать стабильность и поддержку государства.

Мы считаем, что участки на базовых водоемах рыбоводных заводов нужно распределять через конкурсы, причем условия торгов должны обеспечить приоритет для уже работающих на этих реках предприятий по воспроизводству лосося. Пока же, согласно постановлению от 15 мая 2014 года № 450, планируется, что проводить аукционы и претендовать на участки на базовых водоемах смогут любые компании из любых регионов, а главным критерием будут деньги.

Информация по проблеме наделения рыбоводными участками действующих заводов по воспроизводству лососей вошла в доклад, который Борис Титов передал в мае Президенту России Владимиру Путину. В частности, выдвинуто предложение о преимущественном праве на участок.

Мы надеемся, что по этой проблеме будет отдано поручение Правительству РФ, ведь к уже действующему, эффективному сектору в сфере лососеводства необходим особый подход. Это мое мнение как уполномоченного по защите прав предпринимателей и как человека, являвшегося председателем Ассоциации лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области.

– То есть при распределении участков для аквакультуры необходимо учесть интересы существующего бизнеса. Тем более что лососевые рыбоводные заводы играют важную роль в рыбном хозяйстве Сахалинского региона.

– Конечно. И мы об этом неоднократно говорили ранее, в других публикациях. Ежегодный выпуск молоди тихоокеанских лососей по области составляет около 800 млн. экземпляров. Обеспечивается серьезный возврат красной рыбы. А ведь вопрос пополнения ресурсной базы весьма актуален. Вы видите, насколько не хватает лосося береговым предприятиям нашего региона. Уже «стоит» западное побережье Сахалина – нет рыбы в должном объеме. Который год без горбуши Анивский залив.

Мое твердое убеждение: необходимо поддерживать лососевые рыбоводные заводы, делать так, чтобы это направление развивалось. Но когда таким вот образом, как в случае с аукционами, меняются условия для предпринимателей, ни о каком развитии не может быть и речи. Получается, что компаниям придется покупать участки, на которых они десятками лет выпускали молодь, вкладывались. Разве это справедливо?

Уверен, что развитие лососеводства и охрана нерестовых рек в комплексе способны принести ощутимый результат для рыбной отрасли. Здесь есть поддержка со стороны правительства Сахалинской области (свой анализ мы представили главе региона Александру Хорошавину). Запрос по поводу 450-го постановления направлял в Министерство сельского хозяйства депутат Государственной Думы от Сахалинской области Георгий Карлов.

Мы надеемся, что наши совместные усилия стимулируют позитивные изменения в части существующих рыбоводных заводов. Хотя, конечно, внести правку в уже действующее постановление значительно сложнее, чем предусмотреть все на стадии подготовки проекта правового акта. Примечательно, что предложения, рекомендации по механизмам распределения мы направляли заранее, работали вместе с АЛРЗ.

– И непонятно, почему в итоговом документе все это не отразили?

- Да. Может быть, в Минсельхозе есть свое видение, как будут предоставляться участки уже действующим заводам по воспроизводству лосося. В связи с этим мы обратились в ведомство за разъяснениями.

Есть и другие обращения по вопросам рыбохозяйственного комплекса. В частности, от компаний, которые занимаются дрифтерным промыслом лосося. Этот вопрос находится в работе.

Обращаются и предприниматели, которые расширяют производственные мощности и сталкиваются с трудностями при подключении к энергосетям, оформлении земельных участков.

– А вообще насколько бизнес, в том числе в рыбной отрасли, информирован о тех возможностях, которые ему дает работа с уполномоченным по защите прав предпринимателей?

– Наш госорган – новый, поэтому сказать, что бизнес хорошо осведомлен об открывшихся возможностях, пока сложно. И одна из задач сейчас – участвовать в обсуждении проблем предпринимателей на разных площадках, рассказывая об институте уполномоченного.

Конечно, необходимо повышать доверие предпринимателей к этому госоргану, и здесь наиболее показательны положительные результаты работы по решению проблем частных предприятий Сахалинской области, России в целом. Уполномоченные сегодня есть более чем в 80 субъектах РФ.

Для популяризации нашего госоргана я совершаю поездки в разные муниципальные образования региона. Недавно при участии глав районов проводил круглые столы с предпринимателями в Невельске, Холмске, Аниве. Многие руководители муниципальных образований заявляют о том, что готовы помочь в открытии общественных приемных. В таких приемных представители бизнеса могут познакомиться с деятельностью уполномоченного, проконсультироваться по вопросам оформления обращений.

На общественных началах оказывают поддержку, выделяют экспертов ряд крупных общественных объединений предпринимателей – Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП), «Опора России», «Деловая Россия».

– Большой ли у вас штат?

– В аппарате уполномоченного на сегодняшний день трудится три человека. Все – юристы.

– А каким образом на вас можно выйти с обращением? Обязательно ехать в областной центр?

– Да, пока нужно подавать обращение в Южно-Сахалинске – почему, собственно, мы и говорим о необходимости открытия общественных приемных. Также ведется работа по созданию сайта, чтобы человек мог в режиме онлайн, через электронную приемную, обратиться к уполномоченному.

- То есть стараетесь сделать так, чтобы предпринимателям было комфортно?

– Безусловно, нужно облегчить условия для представителей бизнеса, особенно это важно для тех предпринимателей, кто находится далеко от областного центра. Наш регион островной. С Курил много в Южно-Сахалинск не наездишься, да и с севера Сахалина тоже.

– Заключаете ли вы соглашения о сотрудничестве с органами власти? В других регионах такая форма работы используется.

– Первым мы подписали соглашение с прокуратурой Сахалинской области, за что большое спасибо ее руководителю Николаю Рябову, он сразу с готовность пошел навстречу, ощущаем поддержку в работе.

Также достигнуты договоренности о сотрудничестве с Главным управлением МЧС по Сахалинской области. У предпринимателей возникает много вопросов по проверочным мероприятиям в сфере пожарной безопасности. Теперь пожарная инспекция информирует о предстоящих плановых проверках, чтобы мы могли в них участвовать.

Правда, пока я не могу направлять для участия в таких мероприятиях сотрудников аппарата – этого не допускает закон. Но мы рассчитываем, что в скором времени будут приняты поправки, которые позволят участвовать в проверках по доверенности от бизнес-омбудсмена. Чтобы можно было расширить работу.

– Насколько мы знаем, сейчас разрабатывается инвестиционная стратегия Сахалинской области. Принимаете ли вы участие в ее подготовке?

– Правительство региона активно приглашает нас участвовать в различных мероприятиях. В августе как раз вице-губернатор Сергей Хоточкин проводил совещание по инвестиционной деятельности. Мы со своей стороны рассказали, с какими рисками сталкиваются предприниматели, в чем им нужна поддержка.

Недавно была закончена работа над стратегией развития Южно-Сахалинска – аппарат уполномоченного участвовал в подготовке раздела «Предпринимательство», ведь большинство предпринимателей у нас зарегистрировано в областном центре.

Так что площадок для совместной работы с другими органами и организациями хватает.

– Как вы считаете, будет ли институт бизнес-омбудсменов эффективен для решения проблем в рыбной отрасли? Нужно ли предпринимателям активнее прибегать к возможностям этого госоргана?

– Когда некоторые предприниматели начинают сомневаться, говорят: «А зачем нам бизнес-омбудсмен? Ведь у нас есть суд, прокуратура», – я отвечаю: «У вас появился еще один механизм. Можно попытаться решить вопрос в досудебном порядке, а уж если не получится, обращаться в суд».

Сегодня государство, Правительство РФ, на мой взгляд, как никогда повернулись в сторону бизнеса. Создаются общественные площадки, стимулируется развитие предпринимательства. Вокруг России сложилась непростая геополитическая обстановка, в отношении нашей страны вводятся санкции. Для того чтобы достойно ответить на эти вызовы, нужна сильная экономика. А сильная экономика – это сильные предприниматели. Поэтому, я думаю, институт бизнес-омбудсменов создан вовремя, он себя уже оправдывает. Рассчитываю, что доверие предпринимателей к нашему госоргану будет только расти.

Маргарита КРЮЧКОВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 сентября 2014 > № 1183485 Андрей Коваленко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 22 сентября 2014 > № 1183476 Руслан Теленков

Руслан Теленков: Не нужно строить новый флот только из принципа

Главный параметр судна - не возраст, а эффективность работы, уверен гендиректор компании «Магаданрыба» Руслан Теленков. По его мнению, прежде чем строить новые суда, надо понять, дадут ли они необходимый эффект.

Для увеличения вылова не всегда нужно увеличение квот, считает генеральный директор ООО «Магаданрыба» Руслан Теленков. «Допустим, судно вылавливает 20 тыс. тонн за 10 месяцев работы. Так давайте их выловим за 5 месяцев, посмотрим, что у нас с экономикой будет, - привел пример руководитель компании в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства». – Я думаю, что все будет замечательно, потому что основные статьи затрат – это топливо, заработные платы и ремонты. Если судно за меньший срок вылавливает тот же объем, то у него меньше часов работают двигатели и другое оборудование меньше изнашивается, соответственно, сокращаются расходы на ремонты».

Крупнотоннажное судно в среднем сжигает 19 тонн тяжелого топлива в сутки. За 5 месяцев при текущей средней цене в тысячу долларов за тонну экономия достигнет 2 млн. 850 тыс. долларов. «Так что дело не всегда в квотах», - подчеркнул гендиректор «Магаданрыбы».

Руслан Теленков заметил, что тема эффективности работы флота не часто поднимается на совещаниях и других открытых площадках. «У нас все акценты смещены в сторону соцнагрузки, «квот под киль» и строительства флота, переработки. Но о том, чем мы реально должны заниматься, мы не говорим», - констатировал руководитель предприятия.

Суть не в том, когда построено судно, а в том, насколько оно эффективно, уверен собеседник «Fishnews – Новости рыболовства». «Ведь в США минтаевый флот 50-60-х годов постройки, самое молодое судно, которое я видел, было 90-го года. И ничего страшного у них не происходит, американцы не переживают по поводу того, что флот построен несколько десятилетий назад, - рассказал гендиректор «Магаданрыбы». - Главное – чем он оснащен. Каким оборудованием и какие специалисты на нем работают».

Представитель рыбной отрасли добавил, что существующий в России кадровый голод – это реальная проблема. И такая же проблема судоремонт, потому что он осуществляется по принципу «у нас нет денег». А экономия на ремонте не позволяет сделать его по-настоящему эффективным. «Так откуда возьмутся деньги, если мы суда так ремонтируем? Надо сначала сделать эффективный пароход, который будет хорошо ловить, и тогда появятся деньги», - подчеркнул Руслан Теленков.

По его словам, чтобы судно окупалось хотя бы лет за 10, оно должно иметь все это время доходность не ниже 20%, иначе строить его просто нецелесообразно. Эффективность работы старого судна должна быть такова, чтобы заработать на нем средства на новое.

«На самом деле компании, которые имеют по нескольку единиц крупнотоннажного флота, используют кумулятивный эффект, забирая частично прибыль у каждого судна для того, чтобы построить одно новое. Но с экономической точки зрения это «балалайка», работа ради работы, ничего не имеющая общего с развитием», - отметил глава компании. Он считает, что за счет работы 10 судов организация должна построить 10, а не одно единственное.

«Ведь если мы за счет одного парохода не можем построить другой, значит, у нас что-то не то с экономикой, - заметил гендиректор «Магаданрыбы». - Ведь производственный объект должен сам себя окупать? Пароход, который мы построили, должен сам себя окупить. Почему же предыдущее судно не может заработать деньги на 1 пароход?»

Руководитель предприятия считает, что во всем должен быть здравый смысл. «Если нам не нужно строить новый флот, то его не нужно строить из принципа. Может быть, он и нужен, но сначала нужно понять, даст ли он необходимый эффект», - обратил внимание Руслан Теленков.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 22 сентября 2014 > № 1183476 Руслан Теленков


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 20 сентября 2014 > № 1194002

Программа по развитию Дальнего Востока исполнена всего на 1,6%. Дальневосточная программа пока не отвечает тем целям и задачам по средне- и долгосрочному развитию регионов, которым она должна отвечать. Об этом на рабочей встрече с президентом РФ Владимиром Путиным заявила председатель Счетной палаты Татьяна Голикова, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на пресс-службу Кремля.

"Контрольные мероприятия показывают, дальневосточная программа, северо-кавказская и калининградская пока не отвечают тем целям и задачам по средне- и долгосрочному развитию регионов, которым они должны отвечать. Достаточно сказать, что, по состоянию на первое июля 2014 года, дальневосточная программа внутри всех расходов исполнена на 1,6%. Наверное, в сегодняшних условиях это выглядит не очень прилично, когда денег вполне достаточно, чтобы решать те амбициозные задачи, которые в том числе поставлены и в рамках этой программы, и, естественно, в рамках ваших указов", - подчеркнула Голикова.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 20 сентября 2014 > № 1194002


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 сентября 2014 > № 1182785 Руслан Теленков

Ежедневная задача – достижение максимальной эффективности промысла

Руслан ТЕЛЕНКОВ, Генеральный директор ООО «Магаданрыба»

Характер ведения дискуссий вокруг дорожной карты развития рыбохозяйственного комплекса не может не настораживать. Список претензий со стороны чиновников в адрес рыбаков бесконечен. Под углом решения задачи обременений, или передела долей квот в пользу судостроения, береговой переработки, импортозамещения, рыболовство как вид бизнес-деятельности начинает восприниматься вспомогательным инструментом. Чем дальше, тем больше теряется самоценность рыбацкого труда. Возможно, пафосные фразы о нелегких буднях тружеников моря и не должны звучать каждый день, так они сейчас и пишутся раз в году пресс-секретарями ко Дню рыбака. Гораздо чаще можно услышать: «получили государственный ресурс на халяву и никакой отдачи».

А что в ответ? Со стороны рыбаков единственная просьба – дать четкие, однозначно читаемые правила на долгосрочный период. Теория, подтвержденная практикой: чем меньше государство вмешивается в управление экономикой, тем экономика работает эффективнее. С этим согласен собеседник главного редактора «Fishnews Дайджест» Елены Филатовой – генеральный директор ООО «Магаданрыба» Руслан Теленков.

– Руслан Николаевич, что сейчас заботит рыбаков, и в частности вас, как руководителя одного из крупнейших рыбодобывающих предприятий региона?

– То, что среди полемики и всяческих нововведений теряется здравый смысл. Только и слышишь: глубокая переработка, «квоты под киль», строительство флота, социальная ответственность бизнеса и тому подобное. На совещании в Магадане, которое проводил Дмитрий Медведев в апреле этого года, кто-то из моих коллег-рыбопромышленников спросил о целеполагании. Чего от нас хочет Правительство, какую социальную задачу мы выполняем? Тогда председатель Правительства Дмитрий Медведев заявил: бизнес должен стремиться к эффективности и зарабатывать деньги, это его главная задача, с остальным мы разберемся. Четко и ясно. Вот в этом и есть здравый смысл.

Если мы работаем эффективно, отрасль развивается и начинает за собой вытягивать все, что ей нужно. Появляется спрос на технологии, на людские ресурсы. К сожалению, сейчас отношение к нашему бизнесу такое, как к бездельникам. Складывается стереотип, что рыбу ловить – легче легкого. Рыбодобыча как работа вообще не воспринимается.

Все заняты разговорами о развитии переработки, о развитии рынка, о развитии судостроения, как будто сама рыбалка – это вообще ничего не стоящая вещь и рыба в холодильнике появляется по щелчку пальцами. Но ведь добыть ее – тоже труд, и труд немалый.

– Хотя народная мудрость, отраженная в фольклоре, связывает труд именно с рыбалкой.

– Ведь что такое рыбодобыча? Судно перед выходом должно быть отремонтировано, снабжено и оснащено всем необходимым – а это сложнейшая система агрегатов, механизмов, оборудования. Должен быть собран экипаж специалистов, который обязан обеспечить максимальную эффективность на промысле. А это не так просто сделать, как кажется. И если кто-то говорит, что ловить рыбу – элементарно, то этот человек ошибается. Об этом на самом деле лучше спросить даже не у меня и не у моих коллег, а у рыбаков в море – каково им там? Легок этот труд или нет? Они расскажут, как это «занимательно» находиться по полгода на работе, когда вахта 8 часов через 8, когда теряется чувство времени. У моряка сутки длятся 16 часов, если у него 8-часовая смена. И что происходит со здоровьем в результате? Что происходит с зубами, потому что вода по составу отличается от той, которая необходима человеку? Как семьи начинают разрушаться, когда муж в море, а жена и дети на берегу. Вы, наверное, слышали, что означает «синдром жены моряка». На практике это выглядит так. Когда муж приходит с промысла, то первые дни – это праздник, конечно. Но потом начинаются разногласия, потому что происходит притирка.

– А дети вдруг обнаруживают, что у них есть отец, который сейчас будет их воспитывать.

– Со временем ситуация устаканивается и начинается нормальная семейная береговая жизнь. Но тут мужу надо опять идти в море! И так по кругу.

Судовые собаки, которые родились на пароходе, боятся суши. Потому что для них твердая земля противоестественна. И людям на берегу для сна нужно, чтобы что-нибудь гремело, шумело, работал телевизор хотя бы, потому что на судне постоянная вибрация и шум. Они не могут спать в темноте и в тишине. Мой отец всегда спал с включенной лампочкой у изголовья, эта многолетняя привычка затем появилась и у меня. Но это лирика, а вот конкретный пример. Вы знаете, сколько матрос первого класса получает в Норвегии на судне-креветколове? До 10 тыс. долларов в месяц.

– У нас так в лучшем случае зарабатывает капитан, но не каждый и не всегда.

– И мы говорим после этого о престиже профессии?

Но если вернуться к разговору о задачах, то меньше всего мне хотелось бы заниматься разгребанием бумаг, а хотелось бы сосредоточиться на реальной экономике. Моя задача – взять максимальный объем водных биоресурсов в минимальный срок. И сделать наиболее качественную заморозку. Что потом с этой замороженной продукцией будут делать потребители – не моя задача. Моя задача – максимум выхватить. Звучит, конечно, грубо, но так оно и есть. Значит, пароход должен ловить не по 100, а по 200-300 тонн. Соответственно, это быстрая обработка, шоковая заморозка – настоящая, качественная. Мы должны сделать первоклассное сырье. И вся наша ежедневная работа должна быть подчинена этой цели. Необходим подробнейший график работы судна, чтобы был минимум передвижений, минимум отвлечений на перегрузы, бункеровку и прочее. Судно должно выйти, произвести точный выстрел, зайти и встать. Вот чего мы должны добиваться! Каждый год внедрять наработки по промысловому вооружению, находить новое поисковое оборудование, обновлять радиооборудование, думать, как нам улучшать работу цеха, поставить новые морозильные шкафы быстрой заморозки, автоматизировать линии, чтобы сократить людей, – то есть все должно быть направлено на максимальную эффективность, и подход к достижению этой цели нужен комплексный.

Например, мы летали в США с целью изучить, как работает их флот на минтае. Наши американские коллеги проанализировали нашу работу на промысле, дали много дельных советов и предложили проект перерабатывающего цеха мощностью на 300-350 тонн в сутки. Когда мы сообщили, что не всегда можем выловить такое количество сырца, то в ответ услышали: «О.К., давайте займемся тралом. Мы вам сделаем трал, который будет ловить больше». И они нам шили трал, как в ателье шьют костюм: конкретно под судно с его размерениями, под его энергетическую установку.

И когда наблюдаешь, как работают в Норвегии, в Дании, как работают американцы, понимаешь, что мы занимаемся не тем и обсуждаем не то. Как нам ловить лучше, быстрее и эффективнее – вот первостепенная задача. И дело не в том, что пароход должен быть обязательно новый. Главное – состояние корпуса и как он оборудован. Возможно, нам и не нужны новые корпуса и такое количество судов, которое у нас сегодня есть. Но надо думать о том, как в два раза повысить эффективность этого флота, чтобы со всем объемом вылова справлялись, скажем, не 100 судов, а 50. И, может быть, тогда будет уместно говорить о престиже профессии.

В советские времена профессия моряка была престижной. Тогда было все красиво, встреча судна с флагами-транспарантами после путины, но самое главное – были высокие заработки. По какой причине сегодня человек захочет сделать карьеру моряка, если он понимает, что на берегу он заработает больше? И кто идет в море? Туда идут либо от безысходности, либо люди, которые прикипели к морю еще с минувших времен. Либо это капитаны, которые прикованы «золотыми цепями» к судну, потому что для них на берегу практически нет работы.

На судне есть рядовой состав, судомеханическая группа и команда штурманов. Самый большой кадровый голод в судомеханической группе, потому что любой механик с легкостью себе найдет работу на берегу.

Чтобы восстанавливать престиж профессии, надо поднимать зарплату. Но давайте представим, что произойдет, если мы завтра поднимем зарплату хотя бы раза в два. Экономика этого не выдержит. А что сделать, чтобы экономика не надорвалась? Надо увеличивать выловы ровно настолько, чтобы компенсировать потери на зарплатах. А что нужно сделать для того, чтобы лучше ловить? Необходимо лучшее оборудование, лучшие специалисты и нормальная голова, которая рассчитает график работы флота.

– Надо, чтобы было больше квот?

– Вы знаете, не всегда. Допустим, судно вылавливает 20 тыс. тонн за 10 месяцев работы. Так давайте их выловим за 5 месяцев, посмотрим, что у нас с экономикой будет. Я думаю, что все будет замечательно, потому что основные статьи затрат – это топливо, заработные платы и ремонты. Если судно за меньший срок вылавливает тот же объем, то у него меньше часов работают двигатели и другое оборудование меньше изнашивается, соответственно, сокращаются расходы на ремонты.

– Сокращаются вообще все издержки по снабжению.

– Те зарплаты, которые мы платим за 10 месяцев, люди получат за 5. Затем 5 месяцев вы отдыхаете или выполняете другую работу.

Топлива у нас будет израсходовано в 2 раза меньше, но при том, что мы поймали тот же объем, у нас экономический эффект будет гораздо выше.

Крупнотоннажное судно в среднем сжигает 19 тонн тяжелого топлива в сутки. За 5 месяцев при текущей средней цене в 1 тысячу долларов за тонну экономия достигнет 2 миллионов 850 тыс. долларов. Неплохо? Так что дело не всегда в квотах. Дело в том, когда мы этим начнем заниматься? И разве это не работа? Я считаю, что работа, которая позволяет значительно сократить издержки.

– Рыбопромышленники ставят перед собой такую цель?

– А разве мы часто обсуждаем эту тему на совещаниях, на других открытых площадках? У нас все акценты смещены в сторону соцнагрузки, «квот под киль» и строительства флота, переработки. Но о том, чем мы реально должны заниматься, мы не говорим.

Суть не в том, когда построено судно, а в том, насколько оно эффективно. Ведь в США минтаевый флот 50-60-х годов постройки, самое молодое судно, которое я видел, было 90-го года. И ничего страшного у них не происходит, американцы не переживают по поводу того, что флот построен несколько десятилетий назад. Главное – чем он оснащен. Каким оборудованием и какие специалисты на нем работают. Существующий у нас кадровый голод – это реальная проблема. И такая же проблема судоремонт, потому что он осуществляется по принципу «у нас нет денег». А экономия на ремонте не позволяет сделать его по-настоящему эффективным. Так откуда возьмутся деньги, если мы суда так ремонтируем? Надо сначала сделать эффективный пароход, который будет хорошо ловить, и тогда появятся деньги.

Конечно, судовладельцы не против новостроя. Но давайте представим, какая должна быть эффективность работы судна, чтобы оно окупалось хотя бы лет за 10. Это простая арифметика. Например, судно выдает в среднем 30 тыс. тонн продукции в год. Тогда выручка составит 30 млн. долларов, если считать по средней цене на рыбу. Постройка крупнотоннажного судна обойдется в 60 млн. долларов. Следовательно, каждый год за него мы должны выплачивать по 6 миллионов, не считая процентов. При выручке в 30 миллионов мы должны иметь более 20% рентабельности для того, чтобы выплачивать по 6 миллионов за новострой. На самом деле доходность в 20% для бизнеса – это не маленькая доходность. Однако компания должна при этом на что-то жить, и судно за 10 лет должно пройти два освидетельствования на класс – а это тоже затраты. Плюс каждый год происходят ремонтные и профилактические работы. При этом мы должны быть уверены, что все 10 лет у нас будет все стабильно и квоты никто не отберет. А если мы имеем эффективность ниже 20%, то нам строить судно просто нецелесообразно.

Теперь давайте рассмотрим другой пример. Допустим, мы имеем старый пароход и хотим построить новый. Эффективность нашего судна должна быть такова, чтобы заработать на нем средства на новое судно. Но на самом деле компании, которые имеют по нескольку единиц крупнотоннажного флота, используют кумулятивный эффект, забирая частично прибыль у каждого судна для того, чтобы построить одно новое. Но с экономической точки зрения это «балалайка», работа ради работы, ничего не имеющая общего с развитием.

– Почему?

– Потому что за счет работы 10 судов мы должны построить 10, а не одно единственное.

– Сразу не получится, наверное.

– А почему не получится? Ведь если мы за счет одного парохода не можем построить другой, значит, у нас что-то не то с экономикой. Ведь производственный объект должен сам себя окупать? Пароход, который мы построили, должен сам себя окупить. Почему же предыдущее судно не может заработать деньги на 1 пароход? И когда новострой все-таки происходит, я предполагаю, что это делается за счет кумулятивного эффекта. И такой эффект мы можем видеть сплошь и рядом: когда большой бизнес поглощает маленький, когда выигрывает на аукционе, задирая цену до каких-то немыслимых пределов вопреки здравому смыслу. Мы не думаем об экономике.

– Так вы считаете, что в отрасли не хватает толковых экономистов?

– Нет, я считаю, что во всем должен быть здравый смысл. Если нам не нужно строить новый флот, то его не нужно строить из принципа. Может быть, он и нужен, но сначала нужно понять, а даст ли он необходимый эффект.

– Существует и другая точка зрения. Правительству необходимо задать для рыбаков стандарты промысла, а рыбопромышленники под эти стандарты будут строить новые суда. Чтобы соответствовать критериям по эффективности рыбодобычи.

– Так для повышения эффективности достаточно заняться перевооружением, переоборудованием и заняться, наконец, людьми.

– Сейчас для рыбопромышленника самая большая проблема – это кадры?

– О чем и речь.

– А для Минпромторга проблема такого же масштаба – это судостроение. И новый глава ОСК – бывший замминистра Рахманов – вновь реанимирует идею квот под киль.

– Так мы опять уходим от здравого смысла. Хотите пример? США, небольшая семейная компания, работа судна на минтае. Судно выходит и работает 7 месяцев в году. Остальные 5 месяцев пароход стоит. Задача – на протяжении этих 7 месяцев молотить по 300-400 тонн продукции в сутки. То есть ловить, ловить, ловить. При этом они стараются из пойманного сделать не только и не столько дорогой продукт, сколько компактный, занимающий как можно меньше места.

– Блочное филе?

– Блочное филе, а знаете почему? Потому что у них перегрузы в море запрещены законом – бегают выгружаться в порт. В свое время они выпускали много безголовки так же, как и мы. По их словам, в принципе безголовку было выпускать выгодно. Но она много места в трюме занимает. Филе делают далеко не только потому, что на этом больше зарабатывают, а потому что оно позволяет избежать перегрузов. Американское судно – это чрезвычайно занятная штука. Когда заходишь в цех, ощущение такое, что перед тобой груда металла, потому что каждый сантиметр используется с максимальной отдачей. У них нет большого свободного пространства, везде оборудование, все максимально автоматизировано, чтобы сэкономить за счет минимума персонала.

– Потому что каждый работающий – это приличная зарплата.

– Конечно. Судно выдает по 300-400 тонн улова, трюм забивается максимально плотно, затем все выгружаются на берег. Когда заканчивается рыбалка, они ставят пароход, на борту остается минимальный экипаж и производится ремонт. При этом рядовой состав у них весь состоит из выходцев из Латинской Америки, потому что это тоже позволяет экономить на зарплате – государство позволяет это делать. В 2009 году рядовые матросы получали на этом судне до 4 тыс. долларов в месяц. Помните, сколько наши в это время получали?

У нас был тогда крупнотоннажный пароход, который обеспечивал до 30 млн. долларов выручки в год за 10, а то и за 11 месяцев работы. У них судно приносило почти 45 миллионов выручки за 7 месяцев. То есть там с эффективностью все обстоит нормально. Это позволяет заниматься сменой оборудования, модернизацией, ремонтом. В связи с этим судоремонтные предприятия постоянно загружены модернизационными заказами, фабрика шьет тралы, вся инфраструктура задействована, люди получают зарплату. И при этом они не строят новый флот, нет надобности такой.

Еще один пример – креветочный промысел в Норвегии. Я уже говорил, что матрос-норвежец получает до 10 тыс. долларов в месяц. А россиянин на том же судне получает 4 тысячи. Это по нашим меркам неплохая зарплата. А норвежцы с удовольствием берут на работу наших соотечественников.

У нас было 10 тыс. квот минтая в Охотском море. Даже если я под этот промысел специально сделаю высокоэффективное судно, то результата ожидаемого не будет, потому что квота незначительна. Поэтому мы минтаем больше не занимаемся, а решили сосредоточиться на креветке.

Так вот, норвежский креветколов выходит на промысел. Добыча за первые сутки – 1 тонна, вторые – полторы тонны, затем спад до 700 кг, и вдруг суточный вылов 30 тонн! Затем опять тонна-две. Пароход здоровый, топлива сжигает много, казалось бы, какая эффективность тут может быть. А он за счет этих вспышек делает весь промысел рентабельным. Несколько суток по 20-30-40 тонн решают все экономические проблемы. Давайте попробуем отправить наш креветколов на эту рыбалку. Что получится? Ничего хорошего.

– Почему, какая разница?

– А разница в том, что у нас нет ни одного креветколова, который бы мог переработать 40 тонн в сутки. Вот у меня 6 креветколовов, и ни один из них 40 тонн в сутки не выловит и не сможет обработать.

Три года назад я было собирался списать одно из своих судов, пока не удосужился просчитать, что на подобных вспышках оно способно оправдать всю свою неповоротливость и большое потребление топлива. Я привожу эти примеры к тому, что мы мало думаем о том, что же есть рыбалка и чем мы должны заниматься на самом деле. Все наши усилия уходят на поиск путей повышения рентабельности, но мы ловить или не научились, или разучились.

Старые рыбаки говорят, что они учили весь мир рыбачить. Наверное, так и было. Однако наша эволюция в определенный момент просто остановилась. Мы чему-то научились в советское время, строили флот, развивали производство на судах, добивались каких-то результатов, но на определенном этапе все застопорилось. А у наших иностранных конкурентов процесс совершенствования продолжается. И нам необходимо каждый день, каждый день над этим работать и не удовлетворяться достигнутым результатом.

В советские времена ловили много, но вопрос не в том, сколько ловили, а в том, как ловили. И сейчас, если волю дать, то выловим, но только какими усилиями и какой эффект мы от этого получим.

Среди моих коллег-бизнесменов, которые занимаются рыбалкой, нет миллиардеров. Рыбный бизнес не является сверхдоходным, зарплаты растут не очень хорошо, флот модернизируется слабо. Наверное, это происходит по двум причинам. С одной стороны, виновата наша же инертность, а с другой – не хватает денег, экономика не позволяет это делать. И если мы нагрузим отрасль дополнительными обязательствами, то роста не произойдет. О повышении эффективности придется забыть, потому что ее можно поднять только путем дополнительных затрат на модернизацию, на обучение людей.

– В то же время в Минвостокразвития посчитали, что в ответ на 15% ставки сбора за ВБР от бизнеса не поступило ожидаемой отдачи – маловато инвестиций. Понятно, что в министерстве повышение зарплат рыбакам не бралось во внимание, рост цен на топливо тоже. А рыбопромышленники об этом практически не говорят.

– В том то и дело, что у нас разный угол зрения. Мы же с этого и начали разговор. Такое впечатление, что рыбалка – это не сложный и затратный бизнес, а сплошное удовольствие. А переоборудование судов происходит и стоит немалых денег. Ремонты делаются, вспомогательные двигатели меняются, цеха обновляются, и зарплаты в отрасли действительно растут. А это самые что ни на есть инвестиции в человеческий капитал, но чиновники это не считают инвестициями. То, что мы вкладываем в свой собственный бизнес, инвестициями не считается. Инвестиции, по их мнению, это когда мы на берегу завод отгрохаем. Так что ли?

– Да. Почему-то они считают так.

– Тогда я приведу еще один пример. В прошлом году мы подняли наш СКТР «Стелла Карина» и сделали экспертизу корпуса на предмет, а не списать ли нам это судно по причине старости. Мы пригласили сертифицированную компанию, специалисты делали заключение и сказали: такие корпуса нельзя списывать, это замечательный металл. И мы делали хорошее усиление корпуса. С общим ремонтом это обошлось нам более чем в 2 миллиона долларов. Сейчас планируем менять главный двигатель, будем ставить еще один вспомогательный. Цех на судне относительно новый. Мы хотим сделать это судно максимально эффективным, чтобы из этого корпуса выжать максимальный эффект – больше ловить и больше производить. Не по 15 тонн в сутки, а хотя бы по 25. И я знаю, как это сделать. И инвестиции в это судно у нас уже пошли. Но если посмотреть глазами чиновника, то какие это инвестиции, – нет никаких инвестиций. Вот если бы я даже маленький заводик поставил на берегу, то это были бы инвестиции.

– Это происходит из-за того, что до сих пор не сформулированы цели и задачи.

– Почему рыбацкий бизнес считается во всем мире интересным, азартным? И интерес состоит не в том, чтобы сделать филе или попасть в супермаркет Берлина. Спросите капитанов, в чем состоит вкус их профессии. Ведь какая штука: капитан будет стараться ловить как можно больше не потому, что он больше за это получит.

– Это дело профессиональной гордости. Рядом на промысле ходят его коллеги и все видят, кто чего стоит в плане мастерства.

– Так вот и я, как руководитель предприятия, должен думать об этом же.

– А почему вы не хотите извлечь большую прибыль из рыбы, сделать из нее фарш, котлеты, консервы?

– Тогда у меня вопрос: а если эта большая прибыль возможна, то почему не видна очередь из желающих этим заниматься? Ведь любой эффективный бизнес тут же начинает привлекать к себе инвесторов. Эффект пластиковых окон помните? Когда появились пластиковые окна, то все подряд двинулись в этот бизнес, количество мастерских росло как на дрожжах. Потому что реально можно было на этом заработать деньги. Если бы в котлетном бизнесе деньги зарабатывались так легко, то, наверное, сюда бы ринулись все. Я не хочу возвращаться к нашему прошлому разговору и вновь доказывать, что рыбодобыча и береговая переработка – это разные виды бизнеса. Не буду повторяться. Но на самом деле, если бизнес приносит положительный экономический эффект, например производство рыбных котлет, то ничто не мешает любому потенциальному инвестору заняться этим бизнесом. Производить котлеты, фарш, копчености, солености… А если экономика не позволяет получить положительный эффект, то стало быть мы будем это производство просто дотировать. И что, рыбодобывающий бизнес должен дотировать производство готовой продукции? Если мы говорим о том, что нам не хватает средств, чтобы поднять зарплату рыбакам, для того чтобы делать модернизации, строить и делать высокоэффективные пароходы, – а их на самом деле не хватает – то где же нам взять деньги на дотации? Поставить все с ног на голову можно, но о какой эффективности и развитии может идти тогда речь?

И почему именно переработка должна быть основной проблемой? А разве не главнее то, что американский минтайщик ловит почти 400 тонн в сутки, а наш не может это делать? У нас рыбы не меньше, и мы должны догнать и перегнать именно в рыбодобыче.

– В то время, когда вы занимаетесь проблемой повышения эффективности флота, Пограничная служба одним своим решением гонять всех не через Первый Курильский пролив, а через Четвертый сводит все ваши усилия на нет.

– Наши норвежские коллеги при встрече начинают обсуждать нюансы рыбалки, говорят о тралах, разных видах оборудования, о преимуществах того или иного агрегата, морозильного шкафа и прочее. А у наших рыбопромышленников кроме как о наболевшем разговоров нет. У меня за эту неделю было три встречи с коллегами, и все разговоры были не о рыбалке, а о том, что будет с распределением квот и о конфликтах с пограничниками. А почему бы и нам не поговорить о тралах? Чем мы вынуждены заниматься вообще? Это же идиотизм!

Скажите, в чем логика того, что американцам нельзя перегружаться в море? Тоже, вроде бы, глупость. Но они это не обсуждают. А знаете почему? Потому что приняли закон, и он работает 20 лет, 30 лет, 40 лет. И правила игры очень ясные: это можно, а это нельзя. А у нас закон каждая служба и каждое ведомство читает по-своему, потому что закон это позволяет делать. Пишем запрос в компетентные органы, они присылают ответ: «Руководствуйтесь Федеральным Законом таким-то…» Да мы знаем, что руководствоваться надо этим законом, только мы понять не можем, можно или нельзя. А почему они так отвечают? Потому что сами не знают. Ведь мы часто с этим сталкиваемся. Нам нужна четкость и ясность. Можно, значит, можно. Если нельзя, значит, нельзя ни при каких условиях. И к этим правилам в конечном итоге мы приспосабливаемся и начинаем в рамках этих правил работать. И должны работать максимально эффективно.

Елена ФИЛАТОВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 сентября 2014 > № 1182785 Руслан Теленков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 17 сентября 2014 > № 1181457 Сергей Саксин

Сергей Саксин: Предложенные поправки – шанс для новых судов

Законопроект, предусматривающий освобождение от НДС при ввозе на российскую территорию «незаходных» судов, направлен на обновление рыбацкого флота, отмечает председатель совета директоров ПБТФ Сергей Саксин.

Напомним, что в связи с серьезными затратами на уплату таможенных пошлин и НДС часть флота не заходит в порты РФ, предпочитая обслуживание в иностранных.

Для решения проблемы «незаходных» судов, о которой представители отрасли говорят уже не первый год, был предложен законопроект «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса РФ в части повышения эффективности налогообложения рыбохозяйственного комплекса».

Предусматривается освобождение от НДС при ввозе в Россию судов рыбопромыслового флота, модернизированных и (или) прошедших капитальный ремонт за пределами территории Таможенного союза, а также судов, построенных иностранными судостроительными организациями вне территории ТС.

В случае с постройкой оговорено, что возраст судов, которые будут использоваться для добычи водных биоресурсов, на дату входа в исключительную экономическую зону РФ не должен превышать семи лет, а приемо-транспортный, вспомогательный флот и суда спецназначения на дату входа в ИЭЗ России не должны быть старше десяти лет.

Представители рыбацкого сообщества Северного бассейна выступили с критикой этого требования, заявив, что при сохранении возрастного ценза практически весь «незаходной» флот не попадет под «налоговую амнистию» и она останется только на бумаге.

Мотивы коллег, представляющих рыбацкую общественность Северного бассейна, вполне понятны, комментирует председатель совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота» Сергей Саксин. В то же время, добавил он, предложенный проект федерального закона – это попытка создать механизм обновления флота в рыбной отрасли.

Если убрать ограничения по возрасту судов, то за границей будет покупаться и завозиться в РФ уже побывавший в эксплуатации флот, ведь это более выгодно с экономической точки зрения, отметил руководитель ПБТФ. Но ведь ставится задача по обновлению флота, и для новостроя предложенная норма сработает, считает Сергей Саксин.

«Проблема обновления флота в рыбной отрасли действительно назрела. С точки зрения государства она никак не решается, государство заявляет, что надо обновлять, но для этого нет реально никакого механизма. А это попытка создать механизм для обновления судов», – заявил Fishnews председатель совета директоров ПБТФ.

Руководитель предприятия добавил, что помимо освобождения от налога на добавленную стоимость нужно также предусмотреть обнуление таможенной пошлины. На первый взгляд 5% кажутся незначительными, но при стоимости судна в 50 млн. долларов сумма получается существенной, обратил внимание собеседник Fishnews. Выпадающие при этом объемы бюджета окупятся сполна – за счет создания новых рабочих мест, функционирования и развития портов и т.д., считает Сергей Саксин.

Преображенская база тралового флота уже не первый год пытается решить проблему «незаходного» флота. Дальневосточное предприятие построило на Украине БМРТ «Генерал Трошев» – первый за десять лет крупнотоннажный траулер-новосторой в рыбной отрасли России, однако судно до сих не могут завести в РФ.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 17 сентября 2014 > № 1181457 Сергей Саксин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 сентября 2014 > № 1179688 Георгий Мартынов

Важно успеть принять продуманные меры

Меры по развитию рыбного хозяйства должны дополнять друг друга и быть полностью обоснованы с экономической и научной точек зрения, чтобы избежать конкурентного неравенства и излишних рисков для предприятий.

Рыбацкое сообщество может изучить и внести предложения к мерам по развитию рыбохозяйственного комплекса, разработанным Росрыболовством. Инициативы, среди которых сохранение «исторического принципа», упрощение пересечения госграницы и другие шаги по снижению административных барьеров, амнистия для «незаходных» судов, был озвучены руководителем ФАР Ильей Шестаковым на Конгрессе рыбаков и ранее на совещании с представителями рыбацких ассоциаций.

Свой взгляд на предлагаемые ведомством реформы отрасли Fishnews изложил президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья Георгий Мартынов:

«Существующие нормы распределения квот доказали свою эффективность. У нас был стабильный вылов более 4,2 млн. тонн на протяжении ряда лет, что является хорошим результатом, так что любые реформы должны быть тщательно продуманными, чтобы сохранить достигнутые показатели отрасли. Пока у нас и у руководства есть время на доработку предложений, исходя из установленных поручениями Президента и Правительства сроков. Рыбацкая общественность находится в постоянном взаимодействии с руководством отрасли, у нас одна общая задача - сохранить достигнутые результаты и увеличить совокупный вылов и объемы производства, на что и нацелены поручения Президента.

Одной из предложенных мер было повышение обязательной доли освоения квоты пользователем. Если пользователь вылавливает менее 50% два года подряд, то его право на добычу может быть аннулировано. Сейчас предлагается поднять обязательный процент освоения квоты до 70%. Я считаю, что на деятельности добросовестных рыбаков это не должно отразиться, поскольку они стремятся освоить как можно больше ресурса. Хотя обоснования конкретно этого 70% рубежа с экономической или научной точки зрения нет.

Идея по увеличению срока пользования квотами до 25 лет поддерживается многими рыбаками. Квоты на этот срок – продуманное решение, поскольку новое судно окупается примерно за четверть века. Всем известно, насколько актуальна для российских рыбаков проблема старения флота, а с учетом высокой стоимости постройки нового судна необходимо иметь определенную уверенность, что ты сможешь ловить ресурс по квоте. Тем не менее помимо юридических аспектов, есть еще и природные. И численность какого-либо объекта может снижаться. Поэтому все предлагаемые меры должны логически продолжать друг друга. «Налоговая амнистия» для судов, безусловно, поспособствует возвращению на обслуживание отечественного флота в российские порты. Это будет особенно актуально для рыбаков Северного бассейна. Однако предлагаемое увеличение ставки сбора за пользование ВБР для таких судов до 100% ставит их владельцев в неравные условия. Стимулирование развития судостроения в России должно быть также максимально продуманным, не исключено, что полезным будет привлечение иностранных специалистов на отечественные предприятия, создание за границей российских судостроительных производств.

На совещании много внимания уделили и очень важному вопросу о прохождении судов рыбацкого флота через госграницу РФ. Рыбаки уже давно пытаются добиться адекватных правил пересечения госграницы. Пока что у нас российские суда, везущие рыбу на российский берег, регулярно подвергаются административному воздействию - погранслужбы часто назначают им штрафы. Это не назовешь иначе как экономическим вредительством. Предлагаемое Росрыболовством установление уведомительного порядка прохождения транспортными судами госграницы – это то, за что много лет борются рыбаки.

Ассоциация рыбохозяйственных предприятий Приморья всегда выступала за восстановление единого промыслового пространства и единых промысловых квот. Вместе с тем мы готовы совместно с другими специалистами детально проработать предложенные Росрыболовством меры по регулированию прибрежного рыболовства. Это касается, например, ограничения работы судов по длине. Пока не совсем понятны принципы стимулирования прибрежного рыболовства, их надо также изучать и прорабатывать.

В целом нельзя не отметить, что мы признательны руководству отрасли за конструктивный диалог, который оно ведет с рыбацким сообществом. Уверены, что подобная практика общения с рыбаками поможет развитию отрасли и принесет ощутимые экономические результаты».

Георгий Мартынов, президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 сентября 2014 > № 1179688 Георгий Мартынов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 сентября 2014 > № 1179687 Николай Власов

Россельхознадзор кивает на регионы

Заместитель руководителя Россельхознадзора Николай Власов, комментируя тему «ветеринарного налога», сослался на то, что в систему контроля вовлечены региональные ветслужбы.

Как сообщает корреспондент Fishnews, тема административных барьеров при поставках рыбы на внутренний рынок обсуждалась на конференции рыбопереработчиков, которая прошла 15 сентября в рамках выставки World Food Moscow 2014.

Комментируя жалобы с мест на «ветеринарный налог», заместитель руководителя Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Николай Власов в очередной раз объяснил, что, «поступая на берег, рыба выходит из-под сферы юрисдикции Россельхознадзора и поступает в сферу, которой занимается государственные ветеринарные службы субъектов РФ».

«Правил, которые бы описывали, в каких случаях нужно производить отбор проб для исследований, до сих пор нет. Сейчас я проект этих правил написал по поручению администрации Президента, они переданы в Минсельхоз России. Я надеюсь, что после этого ситуация несколько улучшится», – рассказал замглавы ветеринарного ведомства.

На частоту отбора проб, по словам Николая Власова, Россельхознадзор тоже не может повлиять, хотя в службе понимают, что на местах ветеринарные врачи нередко перегибают палку. «В Дальневосточном регионе было более 13 тыс. проб продукции исследовано на радиоактивность, хотя в общем-то никаких показаний для такого исследования, тем более в таких количествах, нет», – признал замруководителя ведомства.

«Несмотря на заявления Николая Власова, административные барьеры создаются непосредственно Россельхознадзором, – комментирует член Общественного совета при Росрыболовстве Эдуард Климов. – Сформирована система, работающая сама на себя, полностью коррумпированная. Вы только представьте эту цифру: ТРИНАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ПРОБ продукции «исследовано» на Дальнем Востоке. ТРИНАДЦАТЬ ТЫСЯЧ! На радиоактивность! В разрешенных районах промысла!!!

У меня сложилось твердое убеждение, что Россельхознадзор активно присоединился к санкциям ЕС и США против России, успешно создавая препятствия для российской рыбы на российском же берегу».

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 16 сентября 2014 > № 1179687 Николай Власов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 сентября 2014 > № 1168379 Александр Ефремов

Что может стимулировать переработку рыбы?

Александр ЕФРЕМОВ, Генеральный директор компании «Южморрыбфлот»

Развитие отечественной рыбопереработки является одним из важнейших элементов в обеспечении продовольственной безопасности страны и подъеме рыбного хозяйства. О том, какие факторы могут способствовать росту рыбопереработки и какие препятствуют этому, рассказал генеральный директор компании «Южморрыбфлот» Александр Ефремов.

– Сейчас представители власти, сельского хозяйства и рыбаки заговорили о том, что страна сама в состоянии обеспечить себя своим продовольствием и ничем не рискует, отказавшись от импортных продовольственных товаров. На Ваш взгляд, это реально, хотя бы в нашем секторе рыбопереработки?

– Безусловно, Россия способна обеспечить себя качественной рыбопродукцией собственного производства. Для этого есть главное – достаточная ресурсная база экологически чистой рыбы. Есть опыт и традиции производства рыбопродукции, еще сохранились определенные производственные мощности для ее переработки. Однако в целом отечественную рыбную отрасль нельзя назвать развитой – мы много лет экспортируем одну и ту же продукцию с минимальной степенью обработки, практически не расширяя ее ассортимент и не углубляя степень переработки. Удивительная ситуация – при уникальной ресурсной базе у российских предприятий нет ни одного собственного мирового бренда на международном рынке рыбопродукции! И эту ситуацию нельзя изменить только с помощью запретов, которые якобы должны снизить присутствие на российском рынке иностранной рыбопродукции. Недавно введенные санкции на импорт продовольствия из ЕС, США, Норвегии и Австралии могут оказаться бесполезными в плане стимулирования развития производства именно готовой для потребления продукции с высокой добавочной стоимостью. Во-первых, под запрет попало иностранное сырье, на котором работали российские производители готовой к употреблению рыбопродукции. Значительная часть розничной кулинарии, широкого ассортимента и видов упаковки производились именно из импортного сырья. И отсутствие конкуренции на рынке предложения рыбопродукции как сырья для глубокой переработки приведет к сокращению ассортимента выпускаемой готовой продукции для реализации конечному потребителю. Во-вторых, как ни странно, именно товары из рыбы с глубокой степенью переработки не вошли в список запрещенной к импорту продукции. То есть копченая семга из Норвегии, пресервы, филе, рыбная нарезка из Белоруссии, украинские и балтийские консервы по-прежнему будут присутствовать на нашем рынке. Такие санкции прямо стимулируют участников рынка удовлетворять внутренний российский спрос на эти виды рыбопродукции за счет продукции иностранного производства и ограничивают российских производителей в предложении рыбного сырья для глубокой переработки.

На мой взгляд, поддерживать отечественного производителя нужно не только такими запретами, необходимо давать ему и реальные экономические стимулы и гарантии для развития. В том числе такие, как снижение арендной ставки на землю, льготное налогообложение в режиме Единого сельскохозяйственного налога (ЕСХН) для всех рыбоперерабатывающих предприятий, субсидирование строительства инфраструктуры, холодильных площадей в непосредственной близости от успешно работающих рыбоперерабатывающих предприятий. Эффективным инструментом будет и субсидирование затрат на единицу произведенной продукции, а не просто выделение денег на проект на бумаге. И, конечно, самое важное – это снижение административных барьеров, которые являются основной причиной отказа рыбопромышленных предприятий от инвестирования в рыбопереработку. Намного проще и спокойнее осуществлять производственную деятельность далеко в море, подальше от контрольно-надзорных органов, чем ежедневно подвергаться воздействию государственного контроля. Столь мощная и разнообразная контрольно-надзорная деятельность, которая сложилась сейчас в России, не позволит развивать глубокую рыбопереработку в ближайшее время.

– О борьбе с административными барьерами говорится на всех уровнях непрерывно, но реально доходит ли дело до отмены или пересмотра каких-либо нормативов, препятствующих развитию рыбопереработки?

– Наш опыт работы в этом направлении говорит о том, что без персональной ответственности конкретных чиновников за решение определенного вопроса либо без коллективного лоббистского давления со стороны крупных рыбодобывающих структур, заинтересованных в сохранении сложившейся ситуации с распределением биоресурсов в отрасли, даже очевидные вопросы не решаются уже много лет. Формировать подобное коллективное лоббирование со стороны переработчиков рыбопродукции не получается из-за того, что эта часть отрасли малоразвита, а та их часть, которая присутствует на рынке, была создана и поддерживается иностранными производителями рыбного сырья, чьи интересы чаще всего не совпадают с интересами российских переработчиков рыбы.

Можно перечислить целый ряд проблем береговой переработки, которые в надлежащем порядке были доведены до ответственных ведомств: регулярными письмами, статьями, обращениями общественных организаций в различные инстанции, вплоть до Администрации Президента, судебными разбирательствами – но все без исключения вопросы по-прежнему не решены, а большая их часть просто забыта. Вот только некоторые из тех проблем, которые действительно не позволяют развиваться приоритетным для рыбной отрасли направлениям:

Непродуманные действующие требования предельно допустимых концентраций вредных веществ (ПДК), на основе которых разрабатываются нормативы допустимых сбросов для береговых рыбопререрабатывающих предприятий, не соответствуют ни мировому опыту в этой области, ни реальному экологическому состоянию морских акваторий в районах береговой рыбопереработки, ни здравому смыслу.

Сегодня предельно допустимые концентрации веществ для водоемов рыбохозяйственного назначения (для рыбы) более жесткие, чем санитарно-гигиенические (для человека)! По действующим нормативам у нас сточные воды после рыбообработки должны быть чище, чем вода для хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования. И это притом, что мы возвращаем в море то, что из него было изъято в виде биоресурсов, которые мы перерабатываем, и никаких химикатов для обработки рыбы не применяем. Обратившись к изучению опыта развитых стран, специализирующихся на переработке рыбопродукции в Азии (Япония, Южная Корея), мы не обнаружили подобных ограничений для сбросов отходов береговой обработки рыбы. Также мы не увидели никаких ограничений в Китае, где предприятия перерабатывают до 80% дальневосточных биоресурсов. Убежден, что именно отсутствием подобных, до конца не изученных экологических ограничений не в последнюю очередь обусловлено огромное отставание России в области глубокой переработки рыбы, а особенно это важно для Приморья как региона, географически ориентированного на развитие круглогодичного рыбного производства.

В отличие от большинства сезонных предприятий, которые работают 2-3 месяца в году «вахтовым» способом и находятся на удалении от контрольно-надзорных органов, мы, работая круглогодично, не можем игнорировать регулярные административные предписания и штрафы контролирующих органов, так как действующие нормы ПДК фактически запрещают сброс воды, используемой для переработки рыбы, в море. Поэтому много лет предприятие ищет выход из этой ситуации. Так, была запущена система резервуаров-жироуловителей для переработки отходов в рыбомучном производстве, дважды в разных специализированных организациях разрабатывались проекты сооружений для очистки сточных вод, велась работа с производителями сепарационного оборудования. Но те показатели очистки, которые были обозначены в спецификации на оборудование, в восемь раз превышали действующие требования ПДК.

Вопрос очень острый, уже были прецеденты, когда нормативы ПДК привели к закрытию предприятий береговой переработки в Приморье. Это случилось с компанией «НИВА-К» (торговая марка «Деликон»). Иностранные инвесторы, анализируя такие требования к сбросам отходов, попросту отказываются от инвестиций в береговую рыбопереработку. О каком развитии рыбопереработки стоит говорить? Необходимо как можно скорее пересматривать эти нормативы ПДК, причем на основе полноценных научных исследований. Мы поднимаем этот вопрос уже несколько лет, но необоснованные запретительные нормы продолжают действовать, ограничивая развитие важного направления рыбохозяйственной отрасли.

Не менее остро стоят вопросы многократного пересечения государственной границы. Каждый факт пересечения границы транспортным или перерабатывающим судном, не оформленным в пограничном отношении, квалифицируется пограничными органами как нарушение, а соблюсти требования законодательства судовладельцу, получив разрешение на пересечение границы, не представляется возможным, поскольку данное разрешение может быть выдано только при наличии на судне разрешения на добычу водных биоресурсов, которого на транспортном или перерабатывающем судне быть не может.

Несовершенство целого ряда административных регламентов и процедур приводит к огромным убыткам для рыбаков. Об этом говорят явные ограничения оперативной хозяйственной деятельности предприятий, а также обременение оборота скоропортящейся рыбопродукции, манипулирование ОАО «РЖД» условиями перевозки изотермическим подвижным составом, коллизия между Федеральным законом «О транспортной безопасности» и Водным кодексом в части ограничения доступа к водным объектам «граждан» (в терминах Водного кодекса) и «посторонних лиц» (в терминах Федерального закона «О транспортной безопасности») через территорию рыбоперерабатывающих предприятий, прилегающих к морю, многочисленные и зачастую устаревшие ограничения по линии промышленной безопасности и новые, не соответствующие организационным возможностям предприятий требования безопасности мореплавания в рамках международных конвенций и соглашений.

Безусловно, и вопрос о принципах распределения ВБР в рыбной отрасли так же важен, как вопрос о земле во время Великой Октябрьской революции, но он не позволяет решить на всех уровнях государственной власти такие проблемы развития рыбной отрасли, как продовольственная безопасность, насыщение внутреннего рынка рыбопродукцией российского производства; формирование условий для глубокой переработки – увеличение прибавочного продукта без увеличения нагрузки на ВБР, создание рабочих мест в прибрежных регионах, обновление производственных активов.

– Вы упоминали про субсидирование затрат на единицу произведенной продукции, что имеется в виду?

– На мой взгляд, поддержка рыбоперерабатывающих предприятий должна зависеть от реальных объемов производства. К примеру, сейчас в программах развития рыбного хозяйства большинства регионов предполагается значительная компенсация в виде прироста выпуска продукции либо процентов от стоимости затрат на постройку технологических линий, объектов инфраструктуры, производственных помещений, закупки оборудования. Все это относительные и плановые показатели. Само по себе строительство перерабатывающего завода или покупка сложного и дорого оборудования не гарантирует достижения целей общества по насыщению рынка продукцией – это промежуточный результат, который не всегда может привести к заявленным целям субсидирования. Не секрет, что приобрести оборудование можно по завышенной цене, получить от государства деньги и закончить на этом все развитие и модернизацию. Таких примеров достаточно. Кроме того, даже ответственный бизнесмен понимает, что реализация такого проекта, будь то рыбоперерабатывающий завод или аквакультурное хозяйство, связана с рыночным риском. Есть риск того, что проект станет убыточным и от него придется отказаться, бизнесмен потеряет деньги, но и государство их просто потратит впустую.

Поэтому я считаю, что инструменты субсидирования должны быть направлены непосредственно на необходимый для общества результат – субсидирование на единицу выпущенной продукции из ассортимента, который принято считать глубоко переработанным, т.е. готовым к употреблению потребителем. Платить за конечный, фактически подтвержденный результат, за уже произведенную продукцию было бы намного рациональнее для достижения обозначенных целей. Целесообразно больше поддерживать те предприятия, которые демонстрируют реальный, статистически подтвержденный, практический результат в необходимом обществу направлении, а не проектные изыскания, бизнес-планирование и технико-экономические обоснования, которые зачастую крайне далеки от реального производства в российской действительности.

– Тем не менее «Южморрыбфлот» продолжает вкладываться в различные проекты по производству продукции, пример – покупка и модернизация «Всеволода Сибирцева»?

– Приобретение «Всеволода Сибирцева» для нас не просто инвестиция, это часть долгосрочного планирования деятельности компании, направленной на увеличение прибавочного продукта за счет производства, а не эксплуатации «природной ренты» в виде ВБР, на углубление и расширение переработки сырья на берегу и в море. У «Южморрыбфлота» несколько лет работают в море две плавбазы – «Капитан Ефремов» и «Залив Восток», поэтому возвращение «Всеволода Сибирцева» – это осмысленный шаг по развитию производственных активов предприятия.

Сейчас на судне создана технологическая линия, позволяющая полностью перерабатывать любое рыбное сырье в безотходном режиме, в том числе и субпродукты: печень, молоки и другие отходы рыбного производства. Здесь можно выпускать три вида продукции: мороженую, консервированную и кормовую. Общий объем суточной переработки сырца может достигать 650 тонн. Мы рассчитываем, что объем производства нашей компанией готовой рыбопродукции увеличится до 100-110 тыс. тонн в год. С сырьем проблем возникнуть не должно, поскольку упор в производстве мы делаем на массовые в объемах промысла виды – лосось, сайру, сельдь. Рассчитываем на возобновление промысла сельди-иваси, запасы которой уже несколько лет подтверждаются наукой. Конечно, в производстве будут использоваться и другие объекты, как уже говорилось, мощности у судна большие и довольно разнообразные.

Это самое производительное рыбоперерабатывающее судно на Дальнем Востоке. Причем важно, что объемы выпускаемой продукции абсолютно не идут в ущерб ее качеству. Произведенные в море консервы ценятся намного выше сделанных на берегу, это справедливо и для других видов рыбопродукции. Очень скоро начнется сайровая путина, где традиционно производство консервов – важная часть промысла. Чтобы выделить рыбные консервы высокого качества из свежего (парного) сырья, изготовленные на КРКПБ «Всеволод Сибирцев», было решено выпускать их под новой торговой маркой – «Доброфлот». На рынок мы рассчитываем вывести товары под этим брендом уже этой осенью.

Поэтому мы нисколько не преувеличиваем, когда говорим о том, что «Южморрыбфлот» продолжает наращивать рыбопереработку, несмотря на множество нерешенных вопросов в этом секторе рыбной отрасли. Мы пошли на то, чтобы заплатить огромные суммы пошлин и налогов, сопутствующих возвращению в российскую юрисдикцию столь дорогостоящих производственных активов. Оставаться в статусе «незаходного» для судна, осуществляющего выпуск и обработку столь разнообразного ассортимента рыбопродукции, мы посчитали неприемлемым, несмотря на то, что вот уже несколько лет идет обсуждение возможности освобождения «незаходных» судов от платежей при заведении под российскую юрисдикцию.

Понимая из собственного опыта, как долго и сложно решаются менее сложные и не менее очевидные вопросы, обозначенные выше и не связанные с наполнением государственного бюджета, мы решили не ждать и заплатили все необходимые платежи. Компания никогда не руководствовалась сезонной прибылью. Развитие береговой переработки, которая является нашим основным видом деятельности, требует готовности в какой-то период работать в минус ради сохранения производственного потенциала, что включает производственные мощности, организационную структуру и обученный, опытный трудовой коллектив. А если посмотреть на понятие «производственный потенциал», то это прежде всего возможность реализовать и колоссальный объем рыбной переработки, и выпуск нового ассортимента рыбной продукции, и воспитание и обучение квалифицированных опытных кадров, и перспектива создания новых рабочих мест. Численность экипажей на наших судах состовляет около 1285 человек, у одного только «Всеволода Сибирцева» штатная численность 520 человек и может быть расширена до 600. На береговом рыбоперерабатывающем предприятии, фабрике по производству жестяной банки, судоремонтном заводе, а также в целом по компании еще работает не менее 1500 человек, что составляет общую численность круглогодично занятых в процессах, связанных с глубокой переработкой рыбы, до 2850 человек, и именно этот огромный трудовой коллектив и обеспечивает наш производственный потенциал.

– Тогда не получится ли, что главной проблемой в развитии рыбопереработки станет кадровый вопрос? Ведь о дефиците кадров для рыбной промышленности, в том числе и на Дальнем Востоке, в последнее время только ленивый не говорил…

– Мы уже давно принимаем активное участие в обсуждении и решении кадрового вопроса для рыбного хозяйства. Приходится сталкиваться с тем, что часто проблемы рыбного хозяйства пытаются решить одним махом, противопоставляя одни задачи другим. Как пример, для расширения производства и реализации конкурентоспособной российской рыбо- и морепродукции с высокой степенью переработки предлагается сделать упор на машинную модернизацию производства. Для этого в различные программы субсидирования вводят оценочные показатели так называемых «высокопроизводительных рабочих мест». Для обработки рыбы в море, я с этим частично согласен, это оправдано, но и даже в этом случае мы теряем сырье – большее его количество при машинной разделке уходит в отходы, а также теряем качество – нет еще таких машин, которые в рыбообработке могут сравниться в качестве выпускаемой продукции и заменить квалифицированного рыбообработчика. Для берегового производства в условиях неограниченности пространства производственных помещений, достаточно дешевой электроэнергии модернизация не столь экономически очевидна, т.к. ведет к сокращению рабочих мест, которые можно универсально использовать на других видах обработки, а также, как уже было сказано выше, к большой потере рыбного сырья за счет более высокого процента отходов, что неприемлемо для берегового производства, для которого рыбное сырье – это товар, купленный за деньги, а не вопрос расходования (списания) самого ценного для выпуска рыбопродукции в море – квот. Конечно, нельзя игнорировать технические достижения, но и концентрировать на модернизации столь огромные финансовые ресурсы также зачастую не оправдано. Для примера, стоимость одного нового крупнотоннажного, построенного по современному проекту рыбодобывающего судна сопоставима со стоимостью активов всех береговых перерабатывающих предприятий Дальнего Востока. Как это соотносится с целями государства, которое вкладывает огромные средства, чтобы удержать людей в дальневосточном регионе? Этот выбор должен делать предприниматель на свой страх и риск, а поддержка должна быть направлена прямо на то, что необходимо обществу и государству – готовую к употреблению рыбопродукцию.

Однако кадровые вопросы все же решаемы. Стимулировать создание рабочих мест вполне возможно, если использовать в качестве показателя для субсидирования по программам развития рыбного хозяйства среднесписочную численность сотрудников рыбохозяйственных предприятий.

В нашей компании был успешно реализован целый ряд проектов по привлечению иностранной рабочей силы. У нас работают северокорейские и индонезийские рыбообработчики. В свете последних событий на Украине и в Крыму у рыбной отрасли Дальнего Востока появилась еще одна возможность привлечения квалифицированных кадров с Украины, и мы не остались в стороне. Понимая историческую для России значимость присоединения Республики Крым, наше предприятие уже более трех месяцев помогает населению Крыма найти работу и адаптироваться в Приморье. Для этого мы незамедлительно после получения информации из СМИ о присоединении Крыма к России открыли в Севастополе филиал службы кадров ЗАО «Южморрыбфлот», благодаря чему на сегодняшний день нам удалось своими силами привлечь, оплатить проезд, проживание, питание, а также оказать организационную поддержку более 50 жителям Республики Крым, которые уже сейчас работают на судах нашей компании.

При этом хотелось бы отметить конструктивную позицию практически всех вовлеченных в переоформление украинских документов федеральных органов государственной власти, но прежде всего администрацию морских портов Приморского края, УФМС по Приморскому краю и Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю. Подобная оперативность и нацеленность на результат лишний раз подтверждает тот факт, что государственные органы власти могут быть крайне эффективны в вопросах, где обозначена четко и ясно государственная политика. В рыбной отрасли, к сожалению, подобной четко сформулированной политики до сих пор не сформулировано. Во всяком случае цели этой политики пока не отражены в регламентирующих действия чиновников документах, которые закрепляют должностную ответственность за достижения объективных количественных показателей развития отрасли в обозначенных государством направлениях развития рыбного хозяйства.

– Но чтобы решать проблемы в комплексе, потребуются довольно серьезные усилия и со стороны бизнеса, и, конечно, власти. Как Вы оцениваете сейчас способность чиновников сконцентрироваться на таком комплексном подходе к основным вопросам в отрасли?

– По проблемам отрасли нам удалось поднять два вопроса на апрельском совещании с полпредом Юрием Трутневым. Мы обозначили конкретные, зачастую достаточно простые, но крайне важные для рыбной промышленности проблемы, которые не решались в течение длительного времени. Помимо уже упомянутых необоснованно завышенных требований к составу сточных вод для береговой рыбопереработки и правовое регулирование при пересечение рыбопромысловыми судами госграницы.

Надо сказать, что тогда был озвучен новый и крайне важный для представителей контролирующих и проверяющих органов тезис: если в отрасли отсутствуют видимые, подтвержденные количественно значимые результаты – это, прежде всего, ответственность чиновников, которые не смогли создать благоприятную среду для развития рыбного хозяйства в необходимом обществу направлении. Сегодня руководители нашего предприятия до 30% времени затрачивают на взаимодействие с более чем 60 контролирующими, надзорными и регулирующим органами власти, которые занимаются проверками, надзором, мониторингом нашей деятельности и каждый раз находят поводы, чтобы выявить нарушения и вынести административное взыскание или штраф, некоторые из этих административных воздействий ставят предприятие на грань существования либо закрытия. Для того чтобы не быть голословным, мы свели в единую таблицу перечень всех контрольно-надзорных органов власти, которые непосредственно воздействуют на наше предприятие, осуществляющее приоритетный для развития рыбного хозяйства вид деятельности - береговую глубокую переработку рыбы. Уверяю вас, эта таблица впечатляет и скоро вы ее увидите.

Убежден, что отрасль должна быть избавлена от предвзятого либо просто халатного отношения чиновников, рыбное хозяйство должно развиваться в условиях удобной, понятной, предсказуемой и свободной предпринимательской среды, где присутствует честная и здоровая конкуренция.

Но это не значит, что и сами рыбаки должны уходить от ответственности за будущее отрасли. Все важные, значительные проблемы рыбацкое сообщество уже давно пытается решать сообща, в диалоге. Не последнюю роль в этом играют и будут играть отраслевые объединения. «Южморрыбфлот» много лет является членом Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья, и мы уверены, что решать такие глобальные задачи, как, например, продвижение российской рыбы на отечественном рынке, проще совместными усилиями, чем в одиночку. С помощью отраслевых ассоциаций можно объединять усилия по информированию потребителя о преимуществах отечественной рыбопродукции, о ее высоком качестве и экологической безопасности. Информированность потребителя – один из принципов цивилизованного рынка, этим нельзя пренебрегать ни государству, ни рыбакам. А это значит, что у всех рыбодобывающих предприятий есть общая цель – убедить покупателя в полезности нашей российской рыбы и качестве рыбопродукции.

Константин ОСИПОВ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 8 сентября 2014 > № 1168379 Александр Ефремов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 3 сентября 2014 > № 1165012 Георгий Мартынов

Мы стали одними из первых

Георгий МАРТЫНОВ, Президент Ассоциации рыбохозяйственный предприятий Приморья

В непростых условиях рынка особое значение приобретают отраслевые объедения. Для одного из ключевых рыбацких регионов России такой консолидирующей силой стала Ассоциация рыбохозяйственный предприятий Приморья: вот уже около 20 лет АРПП успешно защищает профессиональные интересы рыбопромышленных компаний, а также работает над решением социально важных задач. О результатах, планах и перспективах ассоциации в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал ее президент Георгий Мартынов.

– Георгий Геннадьевич, ассоциация объединяет предприятия, занятые в самых разных секторах рыбного хозяйства, – промышленном и прибрежном рыболовстве, переработке водных биоресурсов, аквакультуре, хранении рыбы. В то же время в качестве задачи организации заявлена подготовка единых стратегических важных решений по улучшению состояния отрасли в масштабах региона и страны. Каким образом удается вырабатывать консолидированную позицию?

– Действительно, Ассоциация рыбохозяйственных предприятий Приморья достаточно разноплановая и отвечает интересам развития экономики как отдельных предприятий, так и рыбной отрасли региона в целом. Задача АРПП – объединить компании, которые, как вы уже упомянули, работают в различных секторах рыбного хозяйства. Это непросто, ведь зачастую у предприятий совсем разные цели. Допустим, один из основных на сегодняшний день предметов спора – цены на услуги хранения рыбопродукции, грузовые работы в портах. Портовики заинтересованы в таких расценках, которые обеспечат сохранение их предприятий и развитие инфраструктуры, а рыбаки, конечно, хотят, чтобы цены были пониже. И здесь самое главное – найти баланс интересов.

Разногласия по вопросам предоставления водных участков возникают между предприятиями, занимающимися прибрежным промыслом, и предприятиями аквакультуры. Ведь на тех акваториях, которые планируется выделить под выращивание, уже есть биоресурсы, осваиваемые прибрежниками. Консенсус здесь помогают достичь ученые: представители Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра присутствуют на всех наших заседаниях советов, общих собраниях.

Достаточно сложная задача – выработать консолидированную позицию компаний из разных областей рыбного хозяйства, но в основном сделать это удается. В АРПП есть рабочие группы, которые занимаются своими узконаправленными вопросами. Но особенно важно, не только для нашей организации, но и для других ассоциаций, – озвучить проблему и донести ее до органов власти.

– Расскажите, пожалуйста, как на сегодняшний день организована работа Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья?

– Вся история АРПП связана с историей становления рыбацких общественных объедений России в целом. И мы были одними из первых. Сейчас наша работа строится следующим образом. Главный орган ассоциации – это общее собрание, оно созывается ежегодно. Раз в три года оно избирает президента и вице-президента АРПП.

Также раз в квартал собирается совет ассоциации, который состоит из 12 членов. На заседаниях совета рассматриваются как организационные вопросы, так и проблемы, возникающие в ходе производственных отношений. А чаще всего – те новшества, которые предлагается внести в федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов».

И, как я уже упомянул, у ассоциации есть рабочие группы – по прибрежному рыболовству, законотворчеству, портовой деятельности и аквакультуре.

АРПП также входит в состав различных профессиональных объединений рыбаков. В частности, во Всероссийскую ассоциацию рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ), Комиссию РСПП по рыбному хозяйству и аквакультуре.

Ключевым инструментом на сегодняшний день я назвал бы участие в рабочей группе, созданной при Минсельхозе России по решению Комиссии Правительства РФ по вопросам агропромышленного и рыбохозяйственного комплексов. Рабочую группу возглавляет первый заместитель министра сельского хозяйства Игорь Манылов. Представитель АРПП также входит в ее состав. Эта площадка позволяет напрямую взаимодействовать с федеральными министерствами и ведомствами. Ведь в деятельности рабочей группы участвуют Министерство финансов, Федеральная антимонопольная служба и другие структуры.

Также мы принимаем участие в работе различных органов на региональном уровне. Шесть членов ассоциации входят в состав общественного совета при губернаторе Приморского края. Представители нашей организации состоят в Консультативном совете по работе с участниками ВЭД при Дальневосточном таможенном управлении, Общественном совете при управлении ФНС России по Приморскому краю, Приморском рыбохозяйственном совете. Это также помогает решать вопросы, возникающие у предприятий.

– Сегодня на Дальнем Востоке в каждом регионе созданы свои ассоциации и союзы рыбопромышленников. Каким образом у АРПП налажено взаимодействие с этими организациями для урегулирования общих вопросов?

– По решению отраслевого сообщества сформирован Координационный совет рыбохозяйственных объединений Дальнего Востока. Его организовали региональные объединения, Ассоциация добытчиков минтая (АДМ) и Ассоциация «НТО ТИНРО».

Когда необходимо выразить коллективную точку зрения по наиболее существенным для отрасли вопросам, то мы прибегаем к мощному и эффективному средству – обращению Координационного совета рыбохозяйственных объединений Дальнего Востока. Готовятся письма – чаще всего главе государства или председателю Правительства РФ. И всегда по этим обращениям даются конкретные поручения.

Почему координационный совет – действенный инструмент? Во-первых, потому, что он выражает мнение всех дальневосточных рыбаков – а это 66% общероссийского вылова. Во-вторых, работа в рамках совета не требует какого-то бюрократического подхода и специального аппарата. Обычно решения внутри совета согласовываются очень быстро и достигают определенного результата.

– Ассоциация работает уже многие годы. Понятно, что за это время удалось добиться немалых результатов в деле развития рыбной промышленности, но на каких моментах хотелось бы остановиться особо?

– Да, за 20 лет сделано достаточно много. А ведь тогда, в момент зарождения организации (в то время Ассоциации рыбаков Приморья – прим. ред.) многие не верили в серьезность такого шага. Но АРПП была создана и заявила о готовности участвовать в решении проблем отрасли.

Много было разных моментов. Самое, наверное, основное: ассоциация всегда выступала за создание собственного закона для отрасли. Мы всегда говорили: должны быть правила игры. В частности, выступали за закрепление долей квот на длительный период. И федеральный закон о рыболовстве подготовлен с учетом мнения АРПП, хотя и не во всем.

К сожалению, не сумели в свое время убедить большинство в необходимости единого промыслового пространства. Но дальнейшее развитие событий показало, что мы были правы. Возникшие в сфере регулирования прибрежного рыболовства проблемы заставили корректировать федеральное законодательство, чтобы обеспечить переработку уловов «прибрежки» на судах и их транспортировку. Появилось столько проблем, что и на сегодняшний день они не решены до конца. Ситуация с единым промысловым пространством показывает, что рыбацкая общественность из разных регионов должна не только уметь отстаивать свои интересы, но и собираться, слышать друг друга и просчитывать развитие событий на несколько шагов вперед.

Важный результат общей работы – внесение изменений в закон № 4730-I и принятие нормативно-правовой базы, обеспечивающей возможность многократного пересечения государственной границы российскими рыбопромысловыми судами. На протяжении пяти лет ассоциация непрерывно убеждала федеральный центр, обращалась к Президенту, премьер-министру. И вопрос был решен, хотя время показало, что и здесь нужна дальнейшая работа.

Хочется также отметить проблемы обеспечения деятельности ученых. Сегодня закон предписывает уничтожать добытые в ходе научных исследований водные биоресурсы, если физическое состояние не позволяет вернуть их в среду обитания. На судах, которые используются для рыболовства в научно-исследовательских и контрольных целях, производство рыбопродукции запрещено. А ведь «научные» уловы можно было бы использовать для государственных нужд. Есть и проблема с многократным пересечением госграницы для научно-исследовательского флота.

АРПП постоянно говорит об актуальности этих вопросов. И я думаю, что мы близки к их решению. Есть понимание у администрации Президента, пограничных служб.

– Существуют ли сейчас проблемы, характерные именно для рыбной отрасли Приморья, которые стремится урегулировать ассоциация?

– Одна из основных специфик рыбохозяйственного комплекса Приморского края – это наши порты. Потому что так сложилось, что весь улов, который добывается в Дальневосточном бассейне и затем отправляется в центральные регионы страны, привозится сюда, к нам. И вот здесь и есть одно из самых узких мест всей рыбной отрасли Дальнего Востока. Специалисты, в том числе и мы, не раз говорили о необходимости строительства новых холодильников, перерабатывающих комплексов. Глава государства Владимир Путин отдал поручение о создании рыбного кластера в Дальневосточном регионе. И ни у кого не возникло вопросов, где этот комплекс создавать – конечно, в Приморье. От решения поставленной задачи будет зависеть развитие рыбного хозяйства всего Дальнего Востока.

Проблем здесь несколько. Если администрация края говорит о необходимости построить какое-то самостоятельное ядро кластера, бизнес не возражает против этого. Если у государства появятся ресурсы и найдутся инвесторы, то, наверное, этим надо заниматься. Но как быть существующему бизнесу? Сегодня действующие предприятия находятся в подвешенном состоянии и не знают, развивать ли им дальше свою инфраструктуру – портовую, для хранения и переработки рыбы. Портовые предприятия смотрят на ситуацию очень настороженно.

Наши коллеги по бассейну также говорят о том, что хотели бы поучаствовать в реализации кластерного проекта. Но опять же встает вопрос: будут ли задействованы уже существующие мощности, инфраструктура или будут создаваться новые?

Если будет создана территория с особыми условиями для рыбопереработки – таможенными, налоговыми преференциями, то и здесь хочется спросить: что ждет существующие предприятия по производству рыбопродукции?

На эти вопросы никто, пожалуй, не может ответить, а промышленность их задает. Мы видим политическую волю по созданию условий для конкурентоспособной портовой деятельности, по развитию береговой переработки. Но не хватает конкретных шагов по финансированию создания кластера. А бизнес стоит на месте и не понимает, что ему делать: отстаивать дальше свои интересы или как-то кооперироваться с вновь создаваемой структурой.

На мой личный взгляд, для достижения целей, ради которых создается кластер, можно обойтись и без огромных финансовых затрат – и у государства есть все необходимые рычаги.

Ведь основная задача кластера состоит в чем? Увеличить поставки продукции из водных биоресурсов на внутренний рынок, обеспечить развитие береговой переработки.

Этого можно добиться за счет системы госзаказа российской рыбы. Если подсчитать, сколько нам нужно рыбопродукции для нужд государства – для школ, детских садов, армии, домов престарелых и т.д., – у нас получится примерно 700 тыс. – 1 млн. тонн (разные цифры называют).

И в основном этот объем пойдет, конечно, с Дальнего Востока. Минтай, горбуша, кета, сельдь, навага, камбала – все эти объекты добываются здесь. Промышленность готова их поставлять.

И берег, в принципе, готов к приемке рыбопродукции. Ведь причальные стенки никуда не делись, железную дорогу никто не разобрал, крановое хозяйство пусть и несколько устарело, но находится в исправном состоянии. Если государство поставит задачу привезти и переработать миллион тонн, при условии, что оно эту рыбу купит, – среди предприятий найдется очень много желающих.

Что делать с портовой инфраструктурой? А здесь есть очень мощный рычаг – причальные сооружения, которые являются государственной собственностью. АРПП неоднократно озвучивала предложение: отдайте причалы в аренду бизнесу на 49 лет, заключив договор с учетом профильности. Возьмите с предприятий обязательства по постройке или реконструкции холодильников, обновлению кранового хозяйства. И сделайте доступную арендную плату, для того чтобы арендаторы могли содержать и развивать инфраструктуру.

– То есть нужно обеспечить госзаказ отечественной рыбы, и это позволит решить вопрос с увеличением поставок на внутренний рынок уже сейчас?

– Да. Если мы сравним с рыночными цены, по которым закупают рыбу отдельные структуры, то увидим, что последние гораздо выше. Рыбаки не участвуют в тендерах. Можно же решить этот вопрос.

– В качестве одной из задач АРПП ставила для себя создание условий для обеспечения потребительского рынка Приморского края рыбной продукцией, что вполне укладывается в выполнение поручений президента. Какие шаги объединение предпринимает в этом направлении?

– Да, действительно, предприятия – члены ассоциации – активно участвуют в снабжении населения рыбопродукцией. Есть соглашение с мэрией Владивостока, также решено подписать аналогичный документ с краевой администрацией.

Ряд предприятий закупили необходимую технику и занимаются продажей рыбных товаров напрямую, без посредников. Сложилась позитивная тенденция, когда компания сама добывает рыбу, перерабатывает и реализует на розничном рынке. Достаточно сложно это для рыбаков, но их продукция качественная и более доступна по цене, потому что, как я уже говорил, минуется череда посредников.

Торговля рыбопродукцией от производителя ведется в разных районах края. Во Владивостоке городская администрация отвела под реализацию определенные места, наши предприятия постоянно участвуют в ярмарках на центральной площади краевой столицы.

На наш взгляд, это можно назвать предпосылками к созданию во Владивостоке рыбного рынка. Основная идея – продавать рыбу напрямую от производителя к потребителю, для того чтобы развивать в Приморье прибрежное рыболовство (сейчас оно, к сожалению, находится не в лучшем состоянии). И такие рынки должны быть не только в краевой столице, но и в Артеме, Находке, Уссурийске. Чтобы можно было купить охлажденную рыбу и продукцию от наших приморских рыбоперерабатывающих предприятий.

Эта идея интересна ряду членов АРПП, особенно тем, кто занимается прибрежным ловом и переработкой. Кроме того, нас не устраивает ценовая политика в торговых сетях, где наша продукция продается в несколько раз дороже. Поэтому торговлю без посредников будем развивать.

– Хотелось бы затронуть еще одну важную тему. Рыбопромышленным предприятиям не дают скучать предложения различных министерств и ведомств – по принципу распределения промысловых ресурсов, налоговому регулированию отрасли и пр. Какие задачи в этой связи ставит перед собой ассоциация?

– По этому вопросу у АРПП есть единая позиция. Она неоднократно обсуждалась на заседаниях совета ассоциации. Ведь для рыбаков что самое главное? Распределение ресурса и уверенность в завтрашнем дне. От этого многое зависит. Первое: будут рыбодобывающие предприятия строить суда или не будут. Постоянно поднимается проблема устаревшего промыслового флота. Тем не менее примеров строительства новых судов очень мало. И в основном это отголоски прошлого, когда, например, покупают недостроенные корпуса и доделывают их. Второе: от решения вопроса с квотами зависит развитие береговой переработки. Потому что для вложения средств в создание новых заводов рыбаки должны быть уверены, что будет сырье.

Существует очень много мнений: как делить сырье, на сколько и кому выдавать квоты на вылов водных биоресурсов. Предлагаются и «квоты под киль», и зачет при определении лимитов только того объема ВБР, который был освоен собственным флотом (говорят, что это поможет в борьбе с «квотными рантье», однако юридического определения этому термину никто не дает, а промысловая практика свидетельствует о том, что нельзя однобоко подходить к вопросу работы на арендованных судах.).

Наша организация и другие представители рыбацкого сообщества не единожды говорили о том, что квоты необходимо закреплять за предприятиями на 20 или 25 лет. Этот срок продиктован временем окупаемости судна.

Теперь о вопросе: кому выдавать? Мы считаем, что квоты в 2018 году должны распределяться при соблюдении действующего федерального законодательства. Никакие нововведения здесь не нужны.

Если государство хочет заложить какие-то новые принципы, никто не возражает против их обсуждения и возможного принятия, но после 2018 года. В середине пути менять что-либо неверно. Бизнес очень чутко реагирует на такие вещи, поэтому до сих пор почти никто не изъявлял желания строить флот.

Консолидированная позиция рыбаков из разных регионов была озвучена на заседании рабочей группы при Министерстве сельского хозяйства. На это нам ответили: «Вы ничего не хотите менять, поэтому мы предложим свое видение и будем обсуждать». Так что государство пока нас не услышало.

– Усилия рыбацкого сообщества в решении ключевых для рыбохозяйственного комплекса вопросов, безусловно, важны. На Международном конгрессе рыбаков, одним из организаторов которого является АРПП, в этом году будет обсуждаться роль общественных объединений рыбаков в управлении отраслью. Какие вопросы, на ваш взгляд, нужно рассмотреть в этом плане?

– Да, действительно, мы предложили эту тему – «Роль общественных объединений рыбаков в управлении отраслью: российский и международный опыт», и другие организаторы конгресса с нами согласились.

В послании Президента Федеральному Собранию в конце прошлого года прозвучало несколько важных посылов, которые мы посчитали возможным спроецировать на рыбное хозяйство.

Глава государства говорил о повышении роли общественных организаций – так родилась тема пленарного заседания конгресса. На наш взгляд, очень интересными должны быть доклады по этому вопросу японских и норвежских коллег.

Ни для кого, наверное, не секрет, что в Японии наиболее выстроенная система рыбохозяйственных ассоциаций. Государственная структура управления отраслью и общественные организации – это две неразрывные части. Все сделано так, что без ассоциации фактически невозможно работать. И такая саморегулируемость отрасли, контролируемая государством, дает поразительный эффект. Ведь в Японии самое большое потребление рыбопродукции на душу населения – 68 кг в год (и в то же время самая большая продолжительность жизни). Работа в отрасли организована так, что вся рыба реализуется – в этом рыбаку помогает ассоциация.

Вот такой подход к сотрудничеству между рыбацким сообществом и государством, наверное, можно поставить в пример. Очень бы хотелось, чтобы был представлен лучший опыт в этой сфере.

Кроме того, мы предлагаем обсудить на конгрессе несырьевой экспорт – идея также родилась благодаря посланию Президента. Сегодня много говорят о глубокой переработке уловов. Но очень редко чиновники и контролирующие органы вспоминают о том, что во всем мире самой вкусной, полезной и дорогой считается рыба, которая только-только выловлена в море и не подвергалась практически никакой обработке. И мы хотим поговорить, что же такое несырьевой экспорт для рыбной отрасли. Узнать мнение коллег из других стран. Надеемся, что высокие гости из Минсельхоза, Росрыболовства услышат, что наши предприятия поставляют за рубеж не сырье, а готовую высококачественную продукцию.

Еще один вопрос, который планируется рассмотреть на конгрессе, – это кадровое обеспечение отрасли. Тема также затрагивалась в послании Федеральному Собранию. Когда-то российский рыбохозяйственный комплекс мог похвастаться лучшими, наверное, кадрами – судоводителями, технологами и т.д. Сегодня молодежь получает морские специальности, профессии, нужные на береговых предприятиях, но в отрасли работать не спешит. Самый главный, как мне кажется, вопрос – материальный стимул. Ведь люди идут туда, где платят нормальные деньги. Значит, есть какой-то дисбаланс. А для того чтобы рыбохозяйственные предприятия могли финансово заинтересовать потенциальные кадры, нужно повышать экономическую эффективность, развивать тот же несырьевой экспорт. Все здесь взаимосвязано.

– В заключение хотелось бы услышать о планах АРПП на будущее. Какие цели ставите перед собой?

– Основной вопрос для ассоциации, как и для всех рыбаков, – это закрепление долей квот на следующий период на 20 или 25 лет на тех условиях, которые определены действующим законодательством. Потому что нет для рыбодобывающих предприятий более важной темы, чем доступ к ресурсу.

АРПП также очень беспокоит, что плохо осваиваются запасы в подзоне Приморье. Мы планомерно ведем работу по повышению уловов, выдвигаем предложения в этой сфере – и, что важно, наука и Росрыболовство нас слышат. Сегодня большинство объектов в подзоне Приморье выведены из списка видов, для которых устанавливается общий допустимый улов. Не квотируются кальмар, камбалы, терпуг. Будем говорить о необходимости вывода из перечня «одуемых» в подзоне Приморье трески и минтая. Это опять-таки связано с насыщением внутреннего рынка. Нужно стремиться к тому, чтобы привлекать как можно больше людей в отрасль, возрождать рыбацкие артели. Если мы хотим насытить рынок свежей рыбопродукцией, нужно обеспечить доступ к ресурсу и господдержку.

Еще одно важное направление работы для ассоциации – это выполнение поручения Президента о создании в Приморском крае рыбоперерабатывающего кластера с современной портовой инфраструктурой. Для этого будем продолжать диалог с местной властью, федеральным центром – чтобы выработать понятную экономическую модель кластера, которую можно будет воплотить в жизнь. Для нас принципиально важно, чтобы существующие предприятия не проиграли, чтобы хозяйствующие субъекты получали государственную поддержку, чтобы развивалась портовая инфраструктура и береговая переработка.

Вопрос импортозамещения, увеличения поставок российской рыбопродукции на внутренний рынок в АРПП считают одним из стратегических. Ситуация с введением Россией ответных санкций хорошо показала, насколько важно обеспечить продовольственную безопасность нашего государства. Власти и бизнес должны объединить усилия по решению этой задачи.

Маргарита КРЮЧКОВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 3 сентября 2014 > № 1165012 Георгий Мартынов


Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 1 сентября 2014 > № 1162585

Встреча со студентами и преподавателями Северо-Восточного федерального университета.

В День знаний Владимир Путин посетил Северо-Восточный федеральный университет имени М.К.Аммосова в Якутске.

Перед началом беседы со студентами и преподавателями глава государства ознакомился с деятельностью вуза, осмотрел лабораторию молекулярно-генетических технологий СВФУ.

* * *

В.ПУТИН: Здравствуйте, ребята!

У Дарьи [Ефимовой, аспирантки 1-го курса] сегодня день рождения. Мы Вас поздравляем! У Дарьи двойной праздник – и начало учебного года.

Хочу поздравить и вас, здесь присутствующих, и всех студентов университета, и всех учащихся страны – школьников, студентов, аспирантов, докторантов, преподавателей всех уровней – с началом учебного года.

У нас такая хорошая, красивая традиция – отмечать начало учебного года именно как общенародный праздник. Это и добрая, и полезная традиция, потому что мы лишний раз подчёркиваем то внимание, которое уделяем образованию, и значение образования в нашей стране, в сегодняшнем мире. Уже многократно говорили, хочу это ещё раз воспроизвести вслух: образование, так же как и здравоохранение, в современном мире стало одним из самых эффективных инструментов экономического развития в странах вообще и в нашей стране в частности.

Я давно уже не был в Якутске и с большим удовлетворением отмечаю, что город развивается, несмотря на то что находится в таких сложных и климатически непростых условиях. Всё-таки это заметно. Может быть, вам не очень заметно, потому что вы тут живёте, и всё это постепенно так меняется, а для меня это было приятной неожиданностью. Новые кварталы появляются. Всё здесь сложно со стройкой, температуры такие низкие.

Надо сказать, что люди совсем, видимо, уже закалённые, привыкли. Помню, в один из первых приездов меня на улице встречали: стоят два мужика раздетые, в костюмах – минус 50. Я чуть не упал из автобуса, когда выходил. Я говорю: «Вы чего здесь делаете?» – «Мы Вас встречаем». Говорю: «Слушайте, давайте быстро заходите в помещение». Такие люди, конечно, способны на многое: и республику развивают в целом, и образование.

У вас университет занимает целый квартал. И здания появились новые, причём буквально в последние годы, и программа развития хорошая. 20 тысяч студентов – это очень хороший показатель по численности, но и по качеству образования, по качеству подготовки, которую дают ваши преподаватели, конечно, это очень высокий уровень, класс. Много иностранных профессоров, много наших, которые работают в краткосрочном режиме пребывания здесь, но есть и на постоянной основе. Из 37 регионов Российской Федерации у вас студенты обучаются, из 30 иностранных государств, количество публикаций увеличивается постоянно, другие показатели растут.

Меня порадовало, когда Евгения Исаевна [Михайлова, ректор СВФУ] рассказывала сегодня о работе малых инновационных предприятий. Меня порадовали ваши успехи в этом плане, потому что начать буквально три года назад с четырёх миллионов рублей и до 150 миллионов за три-четыре года – это очень хороший показатель. Значит, мы не зря принимали соответствующее решение, в том числе на законодательном уровне, не зря спорили между собой, когда некоторые наши коллеги утверждали, что нельзя и не нужно предоставлять вузам такое право – заниматься малой и инновационной, любой производственной деятельностью, поскольку главное – это образование и не нужно отвлекаться. Но я думаю, что мы поступили верно. Дело в том, что это даёт возможность не только вузам зарабатывать и тем, кто работает по этим программам, получать дополнительный доход. Но дело в том, что если эта производственная деятельность связана с той или иной инновационной деятельностью, связана с процессом обучения, то, безусловно, это очень хороший способ получать дополнительные знания и навыки.

Мне очень приятно, что крупные компании начинают работать вместе с вузом. Вот про компанию «Алроса» мы вспоминали. Очень важные направления совместной работы связаны с охраной окружающей среды. Вы знаете, что сегодня мы запускаем очень крупный инвестиционный проект, «Сила Сибири» его назвали. Это новый газопровод, который позволит не только увеличить экспортные поставки и расширить географию нашего экспорта углеводородов, но и позволит сделать ещё один серьёзный шаг в газификации собственной страны, это особенно важно для восточной части нашего государства, для Восточной Сибири, Дальнего Востока.

Следующий шаг будет ещё более интересным с экономической точки зрения. После того как мы будем развивать и разовьём сеть газопроводов здесь, на востоке Сибири и на Дальнем Востоке, у нас будет возможность соединить европейскую часть газопроводной системы с восточной. И это с точки зрения экспортных возможностей, и с точки зрения расширения географии газификации своей собственной страны даст большие преимущества, поскольку позволит осуществлять перетоки в зависимости от ситуации на мировых рынках. Либо на западе работать поэффективнее, побольше, либо на востоке.

Но для вас это тоже имеет определённое значение, имея в виду, что для реализации проектов подобного рода потребуется достаточно большое количество новых высококвалифицированных специалистов. Только по предварительным подсчётам, не менее трёх тысяч человек.

Знаю, что «Газпром» уже заключил соответствующее соглашение с университетом, и думаю, что это только начало, поскольку проект большой, рассчитанный на большой период времени. Но он порождает возможности по другим отраслям.

Хотел бы передать вам слово, вас послушать и пообсуждать текущую жизнь, перспективы. Может быть, есть у вас какие-то соображения, идеи по улучшению системы образования. И не только в вашем вузе, но и на основе того опыта, который вы сами получаете в ходе учёбы, может быть, есть какие-то идеи и предложения для образовательной системы страны в целом. Пожалуйста.

Ещё раз поздравляю вас с началом учебного года!

А.СЫСОЛЯТИН: Добрый день, Владимир Владимирович, все присутствующие!

Меня зовут Сысолятин Александр. Я студент второго курса филологического факультета.

Очень знаменательно, что Вы открываете учебный год именно в Северо-Восточном федеральном университете. Наш вуз готовит специалистов для одной четвёртой части страны. И неотъемлемую часть во всестороннем и гармоничном развитии берёт на себя студенческое самоуправление. Если в 2010 году было всего лишь два органа студенческого самоуправления – студсовет, профсоюз, как стандартно везде, – то на данный момент создана разветвлённая сеть из 21 органа.

В апреле этого года наша команда студенческого координационного совета провела и организовала Всероссийский физический форум «Якутский формат», куда мы пригласили других студентов-активистов со всех федеральных университетов. На форуме мы учредили ассоциацию студенческого самоуправления федеральных министров. И наша ассоциация готова стать инициатором седьмого всероссийского студенческого форума в следующем году в Международный день студента на базе нашего университета. Мы знаем, что Вы поддерживаете студенческое самоуправление и хотели бы попросить Вас дать согласие и поучаствовать.

В.ПУТИН: В качестве кого?

А.СЫСОЛЯТИН: В качестве эксперта координационного совета.

В.ПУТИН: Договорились.

Во-первых, это хорошая идея. Любые студенческие инициативы в этой сфере поддерживались и будут поддерживаться и мной, и Правительством России, безусловно, Министерством. Уверен, что и руководители республики вас поддержат. В качестве эксперта с удовольствием поучаствую. Но я не знаю, смогу ли я лично присутствовать, но эксперты ведь могут работать и дистанционно, нам позволяют современные средства коммуникации это делать. Так что будем считать, что договорились.

Хочу пожелать вам успехов при подготовке и проведении этого мероприятия.

А.СЫСОЛЯТИН: Спасибо большое.

Е.РАДУНОВА: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Евгения Радунова, я представляю фонд целевого капитала, эндаумент-фонд, Северо-Восточного федерального университета.

В.ПУТИН: Да? Сколько набрали денег? Фонд есть, а деньги там есть?

Е.РАДУНОВА: Набрали 102 миллиона. Это самый крупный по объёму фонд среди федеральных университетов.

В.ПУТИН: Серьёзно? Больше всех?

Е.РАДУНОВА: Да, и с 2012 года мы получаем доход, который в принципе сейчас уже направляем на зарубежные стажировки обучающихся, сотрудников.

В.ПУТИН: А доход вы получаете? Как вы используете этот эндаумент, откуда доход получается? Вы разместили их где-то, деньги?

Е.РАДУНОВА: Да, благодаря пожертвованиям партнёров университета, таких компаний как «Алроса», «Ассоциация выпускников», «Якутскэнерго», «Группа ВТБ», некоторых других компаний.

В.ПУТИН: Сейчас «Газпром» заключил у вас соглашение.

Е.РАДУНОВА: Управляющая компания «Газпромбанка» управляет нашим целевым капиталом.

В.ПУТИН: А, то есть они всё-таки участвуют?

Е.РАДУНОВА: Да, участвуют, мы в принципе получаем неплохой доход, который уже можем направлять на какие-то цели. Но, конечно, хотелось бы, чтобы наш целевой капитал всё увеличивался и увеличивался, и мы могли бы достигнуть размеров, скажем, фонда МГИМО. Они являются в данный момент крупнейшим фондом России.

В.ПУТИН: А у них сколько?

Е.РАДУНОВА: У них миллиард.

В.ПУТИН: На самом деле Вы правы, нужно несколько миллиардов. Если мы с вами посчитаем, какой доход могут приносить эти деньги, вложенные в долгосрочные и надёжные финансовые инструменты, то тогда мы быстро поймём, посчитаем, что нужно несколько миллиардов рублей хотя бы.

Е.РАДУНОВА: Да, мы пытаемся в этом убеждать партнёров университета, чтобы они вкладывали в университет и вкладывали не только прямыми пожертвованиями, но в то же время и в эндаумент тоже. В принципе наши партнёры видят это, понимают и жертвуют нам деньги.

В.ПУТИН: Егор Афанасьевич, сколько крупных компаний работает в Якутии?

Е.БОРИСОВ: У нас почти все: «Мечел», «Роснефть», «Газпром», «Сургутнефтегаз», «Алроса», «ЕвразХолдинг». Они все здесь работают.

В.ПУТИН: Вот видите. Давайте мы со всеми с ними поработаем по-дружески. Я не шучу. Здесь нет ничего особенного. Если компании работают в республике, точно совершенно, они должны быть заинтересованы в том, чтобы на месте готовились специалисты для их компаний. Для них это небольшие средства. Если все крупные компании понемножку, понимая свою роль и значение университета в работе по подготовке кадров, выделят на это небольшие средства, то тогда и эндаумент будет достаточным для того, чтобы быть серьёзным подспорьем в развитии университета. Они нас сегодня услышат, я уверен, но если потребуется, мы их попросим.

Там люди-то ответственные. Просто дело в том, что прежде всего университет в этом заинтересован и республика. Поэтому нужно просто инициативу проявить, и я уверен, что реакция будет положительная.

Е.РАДУНОВА: Но нам бы хотелось, чтобы ещё и государство поучаствовало.

В.ПУТИН: Я знал, что этим закончится. Я же так всё туда уводил, уводил, а Вы опять вернули.

Е.РАДУНОВА: Дело в том, что в прошлом году наш университет инициировал пилотный сетевой проект среди сети федеральных университетов. И все фонды целевого капитала федеральных университетов сейчас общаются ежемесячно на единой площадке, которую организовал наш университет. Мы обмениваемся идеями, информацией, проблемами какими-то. И нам бы хотелось, чтобы в ближайшее время, естественно, компании вкладывали в университеты, но и чтобы государство софинансировало.

В.ПУТИН: Если Вы занимаетесь фондом, вы знаете, что все подобные фонды мира формируются прежде всего из частных источников.

Е.РАДУНОВА: Да.

В.ПУТИН: Ну а чем мы хуже-то? Это тогда не фонд, это тогда прямое бюджетное финансирование, и смысл самого этого инструмента пропадает. Я сейчас не говорю о бюджетных ограничениях, они всегда есть. В любые времена, даже в самые жирные и тучные, всегда во всякой стране, в любой стране есть бюджетные ограничения, я имею в виду, что чем больше денег, тем больше желания потратить, а потом всегда их не хватает. А если мы подойдём к этой проблеме, исходя из смысла самого этого фонда, то тогда прежде всего нужно говорить с заинтересованными потребителями, если вообще позволено будет сказать, потребителями образовательного продукта, которым пользуются эти компании. Я вас уверяю, это будет даже гораздо более эффективно, чем небольшие бюджетные средства. Давайте поработаем в этом направлении. Уверен, вы увидите, отдача будет.

Е.РАДУНОВА: Егор Николаевич, председатель правления нашего фонда.

Е.БОРИСОВ: Они на активы решили выделить нам в этом году 40 миллионов рублей.

В.ПУТИН: «Алроса»?

Е.БОРИСОВ: Да, «Алроса».

В.ПУТИН: «Алроса» может выделить и побольше, но дело не только в них, дело не в том, чтобы их в тёмном углу прижать, за горло взять. Нет, надо показать всем компаниям, что у них есть шанс и возможности и кадры отсюда получать, и ставить проекты в качестве задачи для исследования по интересующим их вопросам. Надо, чтобы они были больше привязаны к университету и чтобы университет был привязан к компаниям. Понимаете, эта живая нитка очень важна и для качества подготовки специалистов. Тогда качество подготовки специалистов будет отвечать потребностям рынка труда. Над этим нужно подумать. А вот за этим сразу пойдут и средства на эндаумент. Я просто убеждён в этом. Но давайте поработаем. И уверен, успех будет.

Е.РАДУНОВА: Хорошо. Спасибо.

РЕПЛИКА: Здравствуйте!

Я студентка пятого курса Института естественных наук.

Начиная с прошлого года я занимаюсь научными исследованиями в российско-германской лаборатории «БиоМ» по изучению экологического состояния Арктики. Мы ведём комплексные научные исследования компонентов экосистемы, и на основе полученных данных возможно будет спрогнозировать характер изменения климата Арктики в будущем. На протяжении четырёх лет были организованы комплексные международные экспедиции на территории Якутии и северо-востока России: это Таймыр и Чукотка. Со времени открытия лаборатории мы достигли достаточно больших научных результатов, работы наших ведущих сотрудников публикуются в международных научных журналах. Мы, студенты, участвуем во всех экспедициях. Аспиранты наши выезжают за территорию Якутии и России для стажировки. И данные нашего университета уже востребованы в мировой палеоклиматологии. Все эти мероприятия организуются и финансируются программой развития нашего университета. Учитывая возрастающий интерес к изучению арктических территорий, очень важны исследования современного состояния мировых экосистем.

Вопрос: будет ли сохранён приоритет изучения Арктики в научных программах? И будет ли дальнейшее финансирование программы развития федеральных университетов?

В.ПУТИН: Вы знаете, это совсем два разных вопроса. Давайте со второго начнём.

Вы знаете, что мы на все федеральные университеты выделили на первые пять лет по 5 миллиардов рублей на каждый университет. Каждому федеральному университету в год выделяется один миллиард рублей, каждый год.

Сейчас Евгения Исаевна показывала мне некоторые лаборатории, которые были приобретены как раз в рамках этой программы. 76 лабораторий. Это новейшее оборудование, наверняка вы его не только видите, но и работаете на нём. Мы заходили в некоторые аудитории, там студенты и аспиранты работают, проводят исследования. Очень приятно, что это тоже не пропало куда-то, не проедено на текущие расходы, а именно пошло на те цели, ради которых эти деньги и выделялись. Пока, насколько я понимаю, в бюджете, по-моему, нет на следующие годы, но посмотрим, разумеется. Надо посмотреть, что и как сделано в рамках тех средств, которые уже выделены, как это используется, а после этого будем дальнейшие решения принимать.

Кроме всего прочего, вы же развиваете эндаумент-фонд, развивается малая инновационная деятельность, тоже средства нужно оттуда направлять на эти же самые цели. То есть нужно смотреть все источники. Исходя из того, что сделано и какие источники появляются, принимать решение по дальнейшему бюджетному финансированию.

Что касается развития, поддержания внимания к изучению Арктики, то, безусловно, это будет сохранено. Более того, я сейчас не буду в детали погружаться, но у нас целая большая программа развития Арктики вообще. Разумеется, это не может быть сделано в отрыве от научных исследований, от подготовки кадров, так что это всё будет продолжаться. Ещё раз хочу подчеркнуть, средства будут направляться на эти цели.

Вы знаете, что мы возрождаем и Северный морской путь. Это сразу за собой подтягивает целый ряд вопросов, требующих более внимательного рассмотрения, чем раньше, и решения этих задач, перед которыми мы встаём: и обеспечение безопасности судоходства, и сохранение биоразнообразия Севера. По всем этим направлениям работа будет продолжена.

П.ОЖЕГОВ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Ожегов Павел Сергеевич. Я в этом году окончил медицинский институт нашего университета, и буквально с завтрашнего дня я приступаю к обучению в клинической ординатуре по специальности неврология.

Разрешите сказать пару слов про наш медицинский институт. Он был основан в 1957 году и по праву может считаться одним из старейших высших медицинских заведений на всем северо-востоке России.

В прошлом году для улучшения качества оказания помощи нашему населению была открыта клиника медицинского института, которая оснащена лабораториями, в которых ведутся исследования по разным областям медицинских специальностей, в том числе по арктической медицине.

В.ПУТИН: По арктической медицине?

П.ОЖЕГОВ: Есть кое-какие работы в этом направлении. Кроме того, в клинике есть шикарный симуляционный центр.

В.ПУТИН: Павел, извини, а что такое арктическая медицина? У нас медицина может быть и арктической, и средней полосы? В чём особенность?

П.ОЖЕГОВ: Арктическая медицина изучает особенности протекания тех или иных заболеваний у людей, проживающих в условиях Севера. В связи с этим и ведутся работы в этом направлении.

В.ПУТИН: Понятно.

П.ОЖЕГОВ: Кроме того, в клинике есть шикарный симуляционный центр, где наши студенты отрабатывают свои теоретические знания на практике, регулярно занимают места на всевозможных олимпиадах и так далее. Этого мы смогли добиться, став федеральным университетом.

Но есть кое-какая проблема. Дело в том, что мы должны обеспечивать медицинскими кадрами весь северо-восток нашей страны, а выпуск врачей покрывает только 35 процентов потребностей республики. В связи с этим стоит задача трёхкратного увеличения медицинских кадров для республики.

В.ПУТИН: То есть вы хотите обеспечить себе будущий фронт работ?

П.ОЖЕГОВ: Можно и так сказать.

В.ПУТИН: А сколько выпускников остаётся работать в отрасли?

П.ОЖЕГОВ: Сто процентов.

РЕПЛИКА: У нас стопроцентная трудоустраиваемость выпускников.

В.ПУТИН: Здорово. Именно по специальности?

РЕПЛИКА: Именно по специальности. У нас сохранилось такое понятие, как распределение.

РЕПЛИКА: Нет, у нас не распределение, а квотирование.

В.ПУТИН: Удивился даже.

П.ОЖЕГОВ: У нас с этим проблем нет. В площадях у нас большая проблема, то есть площадей нет.

В.ПУТИН: То есть нужны деньги на строительство нового здания, новых зданий и сооружений?

П.ОЖЕГОВ: Что ж так конкретно? И мы, будущие доктора, надеемся, что Вы нас поддержите. Магадан просит, Чукотка просит – все просят. Мы готовы обучать, но негде просто, и требуется новый учебно-лабораторный корпус нашего университета.

В.ПУТИН: Давайте посмотрим. Я посмотрел, как идёт развитие, и мне показали фотографии новых корпусов. То есть движение-то есть, нельзя сказать, что ничего не развивается, не строится, – всё строится и развивается. Надо посмотреть на возможности, на темпы, на то, что можно сделать из федерального бюджета, что республика может добавить. Посмотрим, ладно, посчитаем.

Пожалуйста.

М.СОРОСИНСКИЙ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Соросинский Максим, я студент пятого курса педагогического института.

Мне хотелось бы поговорить про академическую мобильность. Сейчас для студентов существует множество программ. Это программа «Глобальное образование», программа стипендий Президента Российской Федерации. Хотелось бы обратить особое внимание именно на академическую мобильность для преподавателей, потому что мы, студенты, заинтересованы, чтобы наши преподаватели ездили, смотрели и учили нас.

В нашем университете за четыре года более 80 процентов преподавательского состава прошли стажировки в ведущих университетах России, также около 30 процентов съездили на зарубежные стажировки. Всё это благодаря программе развития нашего университета.

Хотелось бы задать вопрос: что государство планирует в дальнейшем для развития этой сферы? Можно ли создать специализированную программу академической мобильности – как международную, так и внутрироссийскую – для преподавателей или же в уже существующей программе сделать дополнение для преподавателей?

В.ПУТИН: Знаете, во-первых, я упоминал уже о том, что мы выделяем по одному миллиарду рублей каждому федеральному вузу в течение пяти лет. Часть финансовых ресурсов, которые заложены в этой программе, видимо, идут и на решение проблемы мобильности.

Я уже сказал, что мы пока не определились с вопросом о продолжении этой программы, надо посмотреть, как она работает. Это, по-моему, естественно. На решение этого вопроса, конечно, нужно выделять средства из всех имеющихся источников финансирования, в том числе из государственных источников. А то, что на это нужно деньги выделять, это, безусловно, так.

Кроме всего прочего, у нас существует целая система грантовой поддержки. И эта система грантовой поддержки может предполагать не только выделение средств на конкретные исследования, что само собой разумеется, но в рамках этих исследований могут быть – и должны, наверное, быть, и будут наверняка – какие-то позиции, связанные со стажировками, с привлечением специалистов для работы в конкретных университетах, в том числе и в вашем, для совместной работы в других научных и учебных центрах России и за рубежом. Недавно создали, Андрей Александрович возглавил этот фонд, Российский научный фонд, туда тоже достаточно большие средства направлены. Сколько всего получилось у нас?

А.ФУРСЕНКО: В этом году было 11 миллиардов, в следующем году – семнадцать.

В.ПУТИН: Ну вот. 11, 17 миллиардов – это очень приличные деньги, которые исключительно на грантовую поддержку будут направляться. И, повторяю ещё раз, конечно, при формировании программы так или иначе эта программа будет связана с повышением мобильности, без этого вообще невозможно, это само собой разумеется.

У вас сколько преподавателей работает из других вузов и из иностранных государств сколько сейчас?

Е.МИХАЙЛОВА: Из иностранных – 134.

В.ПУТИН: 134 человека на временной основе или на постоянной? И ваши же ездят и будут продолжать ездить, как иначе?

Пожалуйста.

ВОПРОС: Я учусь в магистратуре по направлению химия и также работаю в лаборатории технологии полимерных нанокомпозитов.

Наша лаборатория работает с 2010 года и занимается исследованиями в области морозостойких полимерных материалов. Нами разработан ряд материалов и технологий, подтверждённых патентом Российской Федерации. Материалы также прошли апробации и были внедрены на предприятиях, например, компании «Алроса».

До сих пор существует проблема внедрения таких материалов, потому что многим компаниям проще приобрести уже готовые разработки в других странах, так как у них имеются договорные обязательства.

У меня такой вопрос: как государство будет развивать и стимулировать сотрудничество госкомпаний с российскими разработчиками?

В.ПУТИН: Мы же практически с этого начали. Егор Афанасьевич перечислил те компании, которые работают в республике, крупнейшие ведущие наши компании.

Знаете, продвижение своих собственных разработок – это всё-таки отдельное направление деятельности. Вам и самим нужно активнее здесь действовать, понимаете, нужно продвигать на рынок свою продукцию, свои разработки. Разумеется, университет должен помогать в целом, а не только те студенты, аспиранты или докторанты, которые в лабораториях сидят. Это отдельный вид деятельности, и забюрократить его с уровня государства невозможно, то есть возможно, забюрократить всё можно – вот как раз этого бы и не хотелось.

Что делает государство в таких случаях? Организует выставки, помещает информацию для наших компаний о наших возможностях. Существует целый набор всяких мер и инструментов. Мы, конечно, будем это делать. Но всё-таки продвигать продукты, которые вы делаете, – это и ваша задача, не забывайте про это. Ну а мы со своей стороны, как и договорились, поговорим с руководителями компаний не только в плане того, чтобы они немножко денежек подкинули в ваш фонд развития, но и обратили внимание на возможности университета, в том числе и по разработкам, связанным с высокими технологиями. Обязательно будем это делать, даже не сомневайтесь.

А то, что вы делаете, то, чем вы занимаетесь, – композиты – важнейшая вещь не только для Якутии, не только для экстремально низких температур, в которых этим компаниям приходится работать, это в принципе материалы, которые нужны всей нашей промышленности. Невозможно себе представить сегодняшнюю авиацию, невозможно представить себе сегодня судостроение, в том числе новейшие разработки в области подводного плавания, космонавтику, дорожное строительство, автопроизводство без этих композитных материалов, которыми вы занимаетесь. Я желаю вам успехов от души, честно говоря.

А.КАДОШЕВСКИЙ: Можно насчёт продвижения разработок?

В.ПУТИН: Да, пожалуйста.

А.КАДОШЕВСКИЙ: Меня зовут Кадошевский Альберт. Я заведующий лабораторией инженерно-технического института, кандидат технических наук.

Есть такая проблема, сразу в лоб.

В.ПУТИН: Ну в лоб-то не надо. Я дзюдо занимался.

А.КАДОШЕВСКИЙ: Я знаю.

Не хватает жилья для молодых сотрудников. У нас в университете такая же ситуация. 1300 человек нуждаются в жилье.

В.ПУТИН: В общежитиях?

А.КАДОШЕВСКИЙ: В общежитии, в жилье, и четыреста – в улучшении жилищных условий. У нас, Вы в самом начале сказали, очень активно работают малые инновационные предприятия. Мы сами строим, сами производим строительные материалы, то есть мы можем решить этот вопрос собственными силами, есть программы государственной поддержки, то же ипотечное кредитование, пилотный проект у нас в городе Якутске реализуется. Вы представляете, 1300 человек, их можно спокойно на 20, на 30 лет привязать к университету, к Якутску. То есть это тот срок, на который выдаётся ипотечный кредит. Представляете, 20 лет!

И что мы предлагаем? Есть у нас очень красивая картина – 67-й квартал, всё в шаговой доступности. Территория очень маленькая, всё, что можно было освоить по строительству жилья, мы за счёт муниципального земельного фонда, за счёт республиканского осваиваем. Остались маленькие клочки федеральной земли, которые мы очень бы хотели освоить в качестве площадки для строительства жилья собственными сотрудниками.

В.ПУТИН: А вы работали с РЖС?

А.КАДОШЕВСКИЙ: Мы к ним обращались, да. У них очень крупные проекты, комплексная застройка территорий, Вы, наверное, знаете. И вот мы хотим, чтобы наши точечные объекты…

В.ПУТИН: Чтобы вам передали эти земельные участки?

А.КАДОШЕВСКИЙ: Да, можно было бы включиться в эту программу.

В.ПУТИН: Вы знаете, Альберт, это возможно. Действительно, у Вас конкретный очень вопрос и очень практичный. Возможно и, наверное, нужно это сделать, надо только вместе с руководством республики, с Егором Афанасьевичем, посмотреть то, что РЖС планирует и собирается делать, и то, что вы хотели бы сделать. Просто пускай мне руководитель республики скажет, что является более приоритетным. Или развернуть какое-то масштабное комплексное строительство, что нужно Якутску, что нужно республике? Если вы вдвоём мне скажете: для нас важнее осуществить строительство для университета, мы с РЖС точно договоримся и передадим вам. Но если руководитель республики скажет: все-таки для республики было бы предпочтительнее осуществить комплексную застройку этого участка, потому что Якутск должен решать жилищную проблему не только для университета, – тогда извините, тогда надо осуществлять эту крупную застройку. Хотя, если по-честному, мне Ваше предложение нравится больше, потому что всё-таки для университета это важно – обеспечение жильём именно ваших специалистов. Я полностью согласен с тем, что Вы сказали. Я услышал всё. Это привязывает людей к этому учреждению, они здесь остаются, будут работать и будут генерировать идеи, результаты. Мне думается, что это важно.

Но в конечном итоге всё-таки окончательное слово должно быть за Егором Афанасьевичем. Как Вы скажете, так и сделаем. Но только хорошо бы не затягивать, потому что, как у нас говорят, потом замылим этот вопрос.

Е.БОРИСОВ: Будем поддерживать всё равно, потому что мы знаем, какие проблемы у них есть.

В.ПУТИН: Договорились.

Ребята, мне надо уже двигаться к «Газпрому» поближе, дать старт работе крупнейшего в нашей стране, а может быть, и в мире, инвестиционного проекта по созданию новой газотранспортной системы всей Сибири. Очень хотелось бы, чтобы и ваш университет, и многие здесь присутствующие, в этой аудитории, приняли участие в будущем освоении не только этого нефтегазового месторождения, но и в реализации других крупных проектов в республике да и в стране в целом.

Ещё раз поздравляю вас с началом учебного года и желаю вам всего самого доброго!

Спасибо вам большое.

Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 1 сентября 2014 > № 1162585


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 1 сентября 2014 > № 1162573

 Совещание о господдержке инвестпроектов и территорий опережающего развития на Дальнем Востоке.

В ходе поездки в Якутию Владимир Путин провел совещание по вопросам государственной поддержки приоритетных инвестиционных проектов и территорий опережающего развития на Дальнем Востоке.

В.ПУТИН: Уважаемые коллеги, добрый день!

У всех вас есть дети, внуки, внучки – всех поздравляю ещё раз с началом учебного года, с 1 сентября.

Сегодня поговорим в таком составе по вопросам, связанным с социально-экономическим развитием Дальнего Востока. Мы в последние годы постоянно возвращаемся к этой теме, и не случайно: это важнейшая составляющая нашей работы на ближайшую историческую перспективу. От того, как мы будем хозяйствовать на Дальнем Востоке, в Восточной Сибири, очень многое будет зависеть в развитии нашего государства в целом.

Поговорим сегодня о том, что сделано по осуществлению планов развития Дальнего Востока и Восточной Сибири и на чём нужно сосредоточить особое внимание.

Хотел бы ещё раз повторить: развитие дальневосточных территорий – это один из наших национальных приоритетов, ключ к решению многих экономических, социальных, демографических и даже геополитических проблем. Это развитие прямо зависит от того, насколько эффективно будут реализованы те планы, о которых я только что вспоминал, насколько благоприятные будут созданы здесь условия для жизни, для работы людей, для инвестиций, для продолжения перспективных проектов, расширения международного сотрудничества.

Безусловно, нужно учитывать и особенности внешнеполитической ситуации. Имею в виду те ограничения, которые взаимно введены и нашими партнёрами, к сожалению, из ряда стран, и нами в ответ. Эффективным ответом могут быть разные варианты наших действий. Не хотелось бы к этому прибегать, и надеюсь, что здравый смысл возобладает, восторжествует, мы будем работать в нормальном, современном режиме, и ни мы, ни наши партнёры не будут нести издержек от этих взаимных уколов.

Отмечу, что за прошедший период в развитии дальневосточных территорий – а мы здесь, разумеется, будем опираться прежде всего на партнёров России из Азиатско-Тихоокеанского региона мира – хочу отметить, что в целом результаты есть. Основные экономические показатели в Дальневосточном федеральном округе в первом полугодии по сравнению с аналогичным периодом 2013 года сохранили положительные тенденции. Почти на 10 процентов выросло промышленное производство – 9,2 процента, если быть более точным. Это лучший показатель среди всех федеральных округов.

Серьёзное внимание было уделено ликвидации последствий паводка прошлого года. Благодаря слаженной работе федеральных и региональных властей удалось оперативно помочь пострадавшим. Мы ещё с некоторыми из здесь присутствующих коллег вернёмся к этому вопросу, поговорим в ходе этой поездки по региону. Но в целом, как мне предварительно Юрий Петрович Трутнев докладывал, почти на 90 процентов все работы завершены. В некоторых местах ещё нужно будет завершить эти мероприятия. Но, повторяю, сейчас не будем углубляться в эти вопросы, сегодня у нас несколько другая тематика.

Главная наша задача сейчас – уже в ближайшие годы добиться кардинальных, зримых результатов в решении системных проблем Дальнего Востока. А это слабая освоенность территорий, диспропорции в инфраструктуре, транспорте, в подготовке квалифицированных рабочих кадров. Людей не удовлетворяет состояние и качество работы социальной сферы.

Комплекс экономических и социальных проблем сказывается на демографической ситуации. Здесь любопытная, кстати говоря, ситуация, необычная для других регионов России: на Дальнем Востоке отмечается естественный прирост населения, и это очень хороший признак. Однако из-за миграционного оттока число жителей региона по-прежнему сокращается, что, конечно, не может не тревожить. То есть демографические показатели рождаемости и смертности в целом улучшаются, рождаемость высокая, а отток сохраняется. Люди уезжают туда, где, естественно, проще получить интересную работу и достойную заработную плату, современное образование и медицинское обслуживание.

Мы уже говорили, что большинство проблем Дальнего Востока требуют комплексного подхода, и их решением должны заниматься все министерства и ведомства. Кроме того, многое зависит от того, на каких направлениях будут сконцентрированы наши общие усилия.

Хочу вновь подчеркнуть: главная цель – обеспечить подъём и опережающее развитие Дальнего Востока, превратить его в преуспевающий, привлекательный для жизни и ведения бизнеса регион, создать точки роста, которые станут локомотивами будущего развития. В этой связи хотел бы обратить ваше внимание на несколько вопросов, которые считаю приоритетными.

Первое – это повышение транспортной доступности региона, снятие инфраструктурных ограничений как на внутреннем рынке, так и для развития экспорта. Необходимо в соответствии с графиком модернизировать БАМ и Транссиб. Эти магистрали имеют стратегическое значение для развития Дальнего Востока. Без надёжной транспортной сети трудно будет реализовывать масштабные инвестпроекты в самом регионе, в целом раскрыть потенциал территорий и повысить региональную экономическую привлекательность. И потом, мы понимаем: ведь это чисто экономические проекты, и их эффективность не вызывает никаких сомнений. Отдача будет сразу же практически после реализации. Реконструкция магистралей началась этим летом. И хотелось бы сегодня, конечно, послушать коллег, которые этим занимаются: что сделано, какие проблемы здесь возникают и так далее.

Второе – это создание условий для привлечения в регион дополнительных инвестиций – как отечественных, так и иностранных. При этом речь прежде всего идёт о вложениях в традиционные и новые сектора, в освоение месторождений и формирование инфраструктуры, строительство, развитие транспорта, сельского хозяйства и, разумеется, ТЭКа, в переработку сырья и создание современных производств, в том числе ориентированных на экспорт. Знаю, что Минвостокразвития рассматривает ряд приоритетных инвестпроектов, и хотелось бы сегодня тоже послушать, в каком они находятся состоянии.

Напомню, что два года назад у нас был создан Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона под управлением ВЭБа. Однако по сути дела он так и не заработал: средства – а это где-то от 15 до 20 миллиардов рублей – так и остались лежать на депозитах. Между тем подобный финансовый инструмент, конечно, нужен.

Далее. Чтобы повысить инвестиционную привлекательность дальневосточных территорий, нужно активнее применять лучшие практики стран АТР. По-максимуму снижать объёмы и сроки административных процедур при строительстве производственных объектов, упрощать доступ к инфраструктуре: электро-, газоснабжению, дороги, конечно, строить и иные коммуникации. Здесь сегодня есть и коллеги, которые занимаются инвестициями, которые уже работают или готовы работать на Дальнем Востоке. Разумеется, очень бы хотелось и вас послушать.

И, наконец, третье – это формирование территорий опережающего развития, которые по условиям инвестирования и ведения бизнеса должны стать конкурентоспособными по отношению к ключевым деловым центрам Азиатско-Тихоокеанского региона, обеспечить приток новых капиталовложений в производства, ориентированные на динамично растущее развитие азиатских рынков. Знаю, что проект закона, необходимого для создания территорий опережающего развития, практически готов. Уже в осеннюю сессию он должен быть внесён в Государственную Думу.

Вместе с тем напомню, что в Послании Федеральному Собранию была поставлена задача до 1 июля текущего года утвердить перечень территорий опережающего развития на Дальнем Востоке, а также их критерии. Просил бы сегодня тоже коллег рассказать о том, как идёт работа. Этот процесс нужно завершать, и завершать быстро, иначе новый закон повиснет в воздухе. Во-первых, он тогда не будет принят в осеннюю сессию, что сделать необходимо, а потом и в воздухе повиснет, если у нас не будет понимания того, что это за территории, где они находятся и как с ними работать.

Давайте приступим к обсуждению. Я вас очень прошу, коллеги, укладываться в график нашей работы – у нас ещё с Алексеем Борисовичем [Миллером] работа по старту нового крупного инвестпроекта, нужно сделать это в светлое время суток.

Пожалуйста, кто начнёт? Александр Сергеевич, прошу Вас.

А.ГАЛУШКА: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Сосредоточусь в своём докладе на ключевых приоритетах, которые действительно способны обеспечить подъём и опережающее развитие Дальнего Востока.

Первое. Мы очень внимательно отсмотрели те инвестиционные проекты, которые можно реализовать на Дальнем Востоке, докладывали уже Вам дважды, Владимир Владимирович, по этому поводу. Председатель Правительства проводил специальное заседание правительственной комиссии по этому вопросу 25 апреля, ещё в Хабаровске это было сделано. Суть в том, что эти инвестиционные проекты способны дать Дальнему Востоку 2,5 триллиона частных инвестиций, создать 40 тысяч новых рабочих мест, в течение 10 лет обеспечить 675 миллиардов рублей налогов. Для своей практической реализации они в течение 10 лет требуют 216 миллиардов рублей.

Как эти проекты были отобраны? Всего за это время было отсмотрено более 380 инвестиционных проектов. Базовые условия их рассмотрения состояли в том, что есть реальный инвестор, проект готов и проработан. Критерии, которыми мы руководствовались при их финальном отборе, это соотношение государственных и частных инвестиций, увеличение валового регионального продукта и соотношение будущих фискальных платежей к бюджетным инвестициям. Таким образом, было отобрано всего 18 проектов.

На слайде № 4 показаны точечные, очень конкретные прикладные, я бы даже сказал, капиллярные проблемы, которые есть у каждого из этих проектов на Дальнем Востоке. Мы очень подробно и тщательно все эти проблемы структурировали, просчитали, сформировали соответствующие планы реализации каждого из проектов. И сегодня представители компаний-инвесторов могут тоже об этом рассказать, как мы совместно эту работу провели. Снятие этих точечных инфраструктурных ограничений фактически распечатывает, запускает эти 18 крупнейших инвестиционных проектов, которые дают Дальнему Востоку 2,5 триллиона рублей частных инвестиций – мощный ресурс развития и подъёма экономики.

Кроме того, территории опережающего развития. Мы провели очень подробный полевой аудит территорий Дальнего Востока, вместе с регионами эту работу выполнили и отобрали на сегодняшний день 14 наиболее перспективных площадок, где могут быть созданы соответствующие территории опережающего развития. По этому приоритету мы можем в течение ближайших 10 лет получить 600 миллиардов рублей инвестиций и создать более 35 тысяч новых рабочих мест. Для того чтобы эти площадки сделать продуктом, готовым для предоставления инвесторам, требуется 88,8 миллиарда рублей в течение 10 лет, чтобы их обустроить и подготовить.

Также по каждой территории опережающего развития есть свои очень точечные вопросы, связанные с земельными отношениями, энергетикой, транспортной инфраструктурой, эти вопросы очень конкретные и предметные, так же как, впрочем, и по инвестиционным проектам. Это такая прикладная микроэкономика, которая позволяет нам создать подготовленные, обустроенные, инфраструктурно обеспеченные площадки и решить социальные вопросы, которые возникают по той или иной территории опережающего развития.

Что мы получим в результате реализации инвестиционных проектов и создания территорий опережающего развития, которые призваны обеспечить приток новых инвестиций? Слайд девятый это ярко показывает, что в течение 10 лет мы можем рассчитывать на увеличение валового регионального продукта на Дальнем Востоке на 2,8 триллиона рублей – это удвоение ВРП для Дальнего Востока, – создание 76 тысяч новых рабочих мест в совокупности на территориях опережающего развития и инвестиционных проектов и привлечение более 3 триллионов рублей частных инвестиций, о чём я говорил.

Как это работает на Дальнем Востоке? Могу сказать абсолютно откровенно, когда мы начинали ещё свою работу около года назад, несколько меньше, некоторые коллеги говорили: «Нет рецепта развития Дальнего Востока, мы не верим в то, что можно действительно обеспечить опережающее и ускоренное развитие». Мы верим в развитие Дальнего Востока, и мы видим примеры того, что Дальний Восток может развиваться.

Пример Чукотского автономного округа – практический реальный пример, который мы сегодня наблюдаем. У нас в Чукотском автономном округе благодаря реализации двух серьёзных инвестиционных проектов в этом году промышленное производство растёт на 182,8 процента. Это не Калужская область, которую часто в пример приводят, это Чукотский автономный округ, где средняя температура от минус 4 до минус 14 в году.

И, Владимир Владимирович, Вы упоминали уже эту демографическую особенность Дальнего Востока, что естественный прирост населения, рождаемость превышает смертность в целом по Дальнему Востоку, но при этом всё равно миграционный отток. Так вот из девяти субъектов Федерации ДФО – по Чукотке у нас миграционный приток населения. У нас за полгода 305 человек приехало на Чукотку благодаря новым, созданным рабочим местам, где, я хочу отметить, средняя заработная плата по одному проекту 106 тысяч рублей, по другому проекту – 131 тысяча рублей, которые сегодня дают такой прирост.

И мы что постарались со своей стороны сделать? Мы постарались для каждого региона такие проекты отобрать, которые действительно нам новое экономическое качество способны привнести.

Пример Чукотского автономного округа, который по природно-климатическим условиям далеко не самый благоприятный не то что на Дальнем Востоке, а вообще в стране, показывает, что всё это можно сделать, такая модель развития реализуема. Нужно индивидуально и точечно браться за каждый инвестиционный проект, в деталях его разбирать, понимать все его проблемы и доводить от начала и до конца. Мы ровно такую работу считаем важным и нужным реализовать, чтобы обеспечить ускоренное развитие и подъём Дальнего Востока.

Основная проблема, которая на сегодняшний день у нас существует… Я уже упомянул, что требуется финансирование, нужны деньги, для того чтобы распечатать инвестиционные проекты, для того чтобы создать территории опережающего развития. Может быть, это не совсем вопрос Минвостокразвития – определять источники финансирования, тем не менее, естественно, мы над этим тоже думали и прорабатывали определённые предложения, которые не претендуют на бесспорность, но тем не менее мы хотели бы их представить.

Что сегодня представляет из себя ФЦП развития Дальнего Востока? Она на сто процентов состоит из транспортных объектов, из объектов транспорта. При этом 40 процентов в структуре финансирования ФЦП – это финансирование БАМа и Транссиба, которые Вы упомянули. Всего в ближайшие три года на эти цели с 2015-го по 2017-й планируется потратить 190 миллиардов рублей, в том числе 76,4 миллиарда рублей на БАМ и Транссиб.

Хотел бы обратить внимание на две вещи. Во-первых, у нас БАМ и Транссиб финансируются не только за счёт этой программы. Программа развития Дальнего Востока является третьей по величине. 13,6 процента от общего объёма финансирования БАМа и Транссиба – это программа развития Дальнего Востока. Ещё 53 процента – это средства «РЖД». И 32,9 процента – средства ФНБ. То есть наш «кусочек» – это 13 процентов.

На что бы я хотел ещё обратить внимание, Владимир Владимирович? В текущей ФЦП Дальнего Востока не финансируется присоединение инвестиционных проектов к газораспределительным системам, к электросетям, к железным дорогам, автодорогам, системам водоснабжения и водоотведения, теплосетям, а также обеспечение социальными объектами, решение социальных вопросов, о которых я сказал. Текущая ФЦП этого не предполагает, что мы БАМ и Транссиб свяжем, примыкание сделаем. Она это не предполагает.

Справедливости и объективности ради хотел бы обратить внимание, что у нас сегодня БАМ и Транссиб в программе развития Дальнего Востока, но грузовая база, если смотреть по факту, то 80 процентов грузов по БАМу и Транссибу – это не Дальний Восток. То есть БАМ и Транссиб вносят свой вклад на 20 процентов в развитие Дальнего Востока. После модернизации планируется, что эта грузовая база увеличится, и 39 миллионов тонн дополнительно будет не с Дальнего Востока и 16 миллионов тонн – с Дальнего Востока – последние данные по плану прироста грузов. Основанием для этого является решение правительственной комиссии по транспорту от 19 мая, оформленное протоколом № 2. Поэтому серьёзная проблема связана с отсутствием примыкания.

И, конечно, пример. Мы постоянно общаемся с инвесторами, это для нас ежедневная работа, проектная, прикладная. Пример компании «Мечел», которая за свой счёт построила железную дорогу и решила проблемы примыкания, потом получила определённое финансовое положение, конечно, тоже сигнальный для инвесторов. Они говорят: «Мы эти вопросы брать на себя не будем. Наша задача вкладываться в бизнес, развивать его, а вот такие точечные инфраструктурные ограничения снять – это задача всё-таки государственная и соответствующей государственной программы».

Что в этой связи мы предлагаем, Владимир Владимирович, чтобы перейти уже к практической части? Сегодня вопросы стоят так: разработка сделана, мы её реализовывать начнём. Чтобы начать её реализовывать, нужно финансирование, иначе это останется только разработкой, как Вы очень точно охарактеризовали, «спящей» или «висящей в воздухе». Мы предлагаем средства, предусмотренные на модернизацию БАМа и Транссиба, нашей программы развития Дальнего Востока с учётом всех тех обстоятельств, о которых я только что сказал, направить в 2015, 2016 и 2017 году на поддержку инвестиционных проектов и на создание территорий опережающего развития. В свою очередь БАМ и Транссиб в 2015 и 2016 году профинансировать за счёт средств «РЖД» и ФНБ, которые предполагаются как источник финансирования, и в 2017 году выделить дополнительное финансирование в рамках программы развития транспортных систем. В этом состоят наши предложения. Если они будут поддержаны, то мы уверены в том, что сможем с 2015 года стартовать с проектами развития на Дальнем Востоке.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Игорь Иванович, пожалуйста. Коротко, по существу.

И.СЕЧИН: Я понял.

В.ПУТИН: В регламент уложитесь, пожалуйста.

И.СЕЧИН: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Я очень коротко, Владимир Владимирович.

Компания развивает проекты в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке по всем направлениям своей деятельности: это и добыча, и переработка нефтепродуктов, обеспечение работы на шельфе, развитие новых проектов: Дальневосточный СПГ, Восточный нефтехимический комбинат. На действующих месторождениях, Владимир Владимирович, в настоящее время – это «Сахалин-1», «Сахалинморнефтегаз», Верхняя Чона, Тас-Юрях – мы добываем 34 миллиона тонн нефти. Вместе с тем развитие перспективных участков, таких как Сузун, Тагул, Лодочное, Северное Чайво на Сахалине, Куюмбинское, Юрубчено-Тохомо и Среднеботуобинское, позволит увеличить добычу ещё более чем на 30 миллионов тонн.

Параллельно с тем, о чём я уже сказал, мы развиваем проект строительства нового нефтехимического комплекса. С 2014 по 2018 год мы кратно увеличиваем расходы на геологоразведку на шельфе, на Охотском море, на магаданском направлении, Восточно-Сибирском море, Чукотском море. Эти затраты составят более 112 миллиардов рублей. Владимир Владимирович, мы работаем над этим.

Но я сейчас хотел бы, в презентации все цифры даны, обратить ваше внимание на те меры поддержки, которые мы просим принять для успешной реализации этих проектов нашей компанией. Вы о них знаете, Вы давали соответствующее поручение, в некоторых случаях просьба обратить внимание исполнителей. Это предоставление компании государственной поддержки для обеспечения рефинансирования и продолжения реализации инвестиционной программы. Ваше поручение есть по этому вопросу, и в Правительстве Дмитрий Анатольевич собирал совещание. Просьба немножко ускорить принятие решений.

Создание специальной инфраструктуры для проведения спасательных операций на шельфе. Но это будет касаться, конечно, не только Дальнего Востока, а в целом системы спасения. Она должна быть интегральной, включать производство или закупки специальных радиомаяков для тех сотрудников, которые находятся в перелёте на платформу, для поиска людей, на вертолёты, на соответствующее управление этими процессами.

Принятие решения о принципах и порядке использования ведомственных аэродромов в бассейнах морей, на которых идёт разработка шельфа. Принятие береговой специальной таможенной процедуры в отношении ввоза импортного оборудования, которое участвует в работе на шельфе, чтобы нам не везти его и не оформлять где-то в удалённых точках, где располагаются пункты пропуска таможенной службы. Строительство необходимой инфраструктуры для ВНХК, о чём в докладе Александр Сергеевич уже упомянул.

Мы со своей стороны, конечно, сделаем всё необходимое для реализации этих проектов таким образом, как мы и обещаем.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Ваши планы по новым мощностям по переработке в каком состоянии находятся?

И.СЕЧИН: Владимир Владимирович, у нас подготовлено ТЭО, все ведомства сейчас рассматривают. Практически мы согласовали утверждение первой очереди проектов – это в районе 560 миллиардов инвестиций, которые будут предусматривать строительство первой линии на 12 миллионов тонн переработки для ВНХК. «Транснефть» даёт нам подключение к магистральной трубе. С этой точки зрения проблем нет.

В.ПУТИН: Спасибо.

И.СЕЧИН: А всего 30 миллионов, Владимир Владимирович, будет переработка. Вторая очередь – ещё на 12, и 6,7 миллиона – нефтехимия. Мы с Вадимом Аркадьевичем сегодня обсуждали, он просит нефтехимию сдвинуть вперёд, потому что это связано с развитием кластера автомобилестроения.

В.ПУТИН: Спасибо.

Сабитов Николай Владимирович, пожалуйста.

Н.САБИТОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые участники совещания! Уважаемые коллеги!

«Национальная химическая группа» ведёт проект строительства крупного современного высокотехнологического и экологически чистого комплекса по переработке природного газа в продукты с высокой добавленной стоимостью: минеральные удобрения и химическую продукцию. Номенклатура продукции включает в себя аммиак, карбамид и метанол. Комплекс будет построен в Находкинском городском округе Приморского края. Строительство данного химического комплекса способствует решению ряда стратегических задач.

Во-первых – это замещение экспорта сырья экспортом продукции с добавленной стоимостью.

Во-вторых – это рост валового регионального продукта в Приморском крае. Так, после реализации первой очереди рост ВРП составит 2,9 процента.

В-третьих, по завершении периода налоговых каникул налоговые поступления и страховые взносы в бюджеты всех уровней после ввода первой очереди составят около 11 миллиардов рублей в год.

В-четвёртых, создание высококвалифицированных рабочих мест. Только на производстве будет создано 2 тысячи рабочих мест, что вместе с членами их семей обеспечит приток в регион более 6 тысяч человек.

В-пятых – это развитие транспортной и социальной инфраструктуры региона.

Мощность первой очереди комплекса составит 1 миллион тонн товарного аммиака, 2 миллиона тонн карбамида и 1 миллион тонн метанола в год. Объём потребления природного газа – 3,2 миллиарда кубов год. Получение товарной продукции запланировано на январь 2018 года, а полный ввод в эксплуатацию – на март 2019 года.

Наша компания также рассматривает возможность строительства второй очереди с аналогичной номенклатурой и мощностью при условии благоприятной рыночной конъюнктуры и доступности необходимых объёмов газа после начала строительства первой очереди.

На данный момент проведены предпроектные работы, идентифицирована площадка, которая находится рядом с портом «Восточный», и в течение нескольких месяцев мы по факту можем начинать строительство.

Стоимость строительства первой очереди комплекса, включая объекты внешней инфраструктуры, составляет 240 миллиардов рублей. Наша компания подала заявку о финансировании строительства объектов внешней инфраструктуры в размере 17 миллиардов рублей за счёт бюджетных средств.

Экономическая целесообразность проекта подтверждается большим интересом инвесторов из Японии и Китая, в частности, а также Российского фонда прямых инвестиций.

Мы получаем большую помощь в продвижении нашего проекта от Министерства по развитию Дальнего Востока. Мы также рассчитываем на Вашу, Владимир Владимирович, поддержку в данном вопросе.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Абрамов Александр Григорьевич, прошу Вас.

А.АБРАМОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Уважаемые коллеги!

Мы имеем целый ряд проектов в Дальневосточном федеральном округе. Просто упомяну наиболее животрепещущие, может быть, самые большие.

Первый – компания «Тимир» здесь, в Якутии. Это наше совместное предприятие с «Алросой» – 3,5 миллиарда тонн запасов железной руды. В первую очередь планируется добыча 3 миллионов тонн в год, 6,3 миллиарда рублей инвестиций, тысяча рабочих мест. Планируем в следующем году начать стройку и в 2017 году выйти на этот уровень добычи.

Вторая очередь – это 16 миллионов тонн, 53 миллиарда рублей – 2023 год. Наверное, нужно поддержать Александра Сергеевича, упомянув в качестве важнейшего параметра, облегчающего такого рода инвестиции, наличие транспортной и энергетической инфраструктуры. В данном случае железная дорога от Нерюнгри до Якутска, проходящая в непосредственной близости от этого месторождения, сделала этот проект экономически целесообразным, а сами месторождения нам известны очень давно, тем не менее не развивались.

И второй проект в Чукотском автономном округе – это Баимский ГОК. В десятку крупнейших в мире месторождений входят эти депозиты: 27 миллионов тонн меди и 2 тысячи тонн золота. Соответственно, проект сегодня находится на стадии детальной разработки, постановки измеренных ресурсов на баланс. Планируется строительство предприятия с объёмом производства 250 тысяч тонн медного концентрата в год, это от 10 тысяч человек работающих. Стадия ранняя, но тем не менее чрезвычайно принципиальным является наличие опять-таки инфраструктуры, в данном случае и энергетической.

И хотелось бы поддержать развивающийся проект по созданию энергетической инфраструктуры в целом для республики, а именно строительство ЛЭП – Омсукчан, из Магаданской области, до Билибино, на Чукотке, что, на мой взгляд, не только для конкретного проекта, но и в целом для этой части Чукотки является принципиально важным моментом. Наличие этой электроэнергии позволит существенным образом изменить недропользование. Поскольку месторождений там много, в том числе чрезвычайно заманчивых, помимо всех других проблем, как доставка кадров, транспортная инфраструктура, которую инвесторы тем не менее решают, крупнейший вопрос – это энергетика в этом месте.

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Я так понял, что вы не отказываетесь всё-таки от планов строительства металлургического предприятия. Мы только что с руководителем республики обсуждали этот вопрос, понимаем ситуацию мировой металлургической промышленности и в регионе, но в недропользовании предусмотрено и строительство.

А.АБРАМОВ: Мы делали, в том числе и для Вас, я не знаю, если Вы помните, шесть лет назад мы докладывали предварительный технико-экономический расчёт строительства металлургического комбината полного цикла на базе угля и железной руды Южной Якутии. В тот момент он был инвестиционно непривлекательным. Мы готовы ещё раз сделать ТЭО более подробно или, может быть, обновлённо на сегодняшний день – наверное, не имеет смысла на этом совещании вдаваться в детали, – мы ещё раз это посмотрим, ещё раз доложим результаты Правительству. Если мы заблуждаемся, то почему бы нет, конечно. Но на сегодняшний день ситуация такая, мягко говоря, мало обнадёживающая.

В.ПУТИН: Понятно.

Александр Григорьевич, мы исходим из того, что Вы можете спокойно работать. Есть некоторые шероховатости с лицензией, связанные с тем, что в лицензии предусмотрено строительство. Никто вас не будет ограничивать в вашей сегодняшней работе, никаких угроз нет и не будет, хочу, чтобы Вы об этом услышали. Просто прошу Вас внимательно всё-таки к этому отнестись. И как только замаячит свет в конце туннеля в металлургической сфере – в целом-то сейчас ситуация на мировых рынках неплохо складывается, она улучшается, – как только в этом регионе всё станет стабильно и перспектива более долгосрочная будет появляться, давайте договоримся так, что мы не отказываемся от этого.

А.АБРАМОВ: Договорились, Владимир Владимирович. Мы будем регулярно обновлять такого рода работу. Комбинация, как Вы правильно говорите, разных факторов, прежде всего рыночных и региональных, с точки зрения Азиатско-Тихоокеанского региона, тем не менее мы такую работу сделаем и доложим.

В.ПУТИН: Хорошо. Спасибо большое.

Вадим Аркадьевич, пожалуйста, «Соллерс».

В.ШВЕЦОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

С Вашей поддержкой проект «Соллерс» на сегодняшний день даёт 70 процентов индекса промпроизводства в Приморье. Я считаю, что эта цифра достаточно хорошая. Мы запустили семь новых автомобилей и сейчас достигли 77 тысяч автомобилей в год.

Нас ругали за то, что мы не производим низкобюджетные автомобили, – мы поправились. В следующем году мы запускаем два автомобиля, кроссоверы. Цена у них будет примерно 600 тысяч рублей.

Как Вы видите, сектор потребления на Дальнем Востоке – основное, 42 процента, – это как раз автомобили от 500 до 700 тысяч рублей. Здесь и подержанные автомобили, и новые автомобили. То есть я считаю, что мы в следующем году подготовим подарок для жителей Приморья и Сибири, предоставив такие прекрасные автомобили по очень конкурентоспособной цене. Надеюсь, что в данной ситуации это скажется и на меньшей субсидии по перевозкам и большему потреблению в регионе. Плюс программа утилизации, которая сейчас запускается. Мы сейчас, надеюсь, хорошо поработаем с регионом и попытаемся подкачать в эту сторону, для того чтобы спрос в Приморье реально начал всё-таки расти.

Знаете, японцам так нравится работать на Дальнем Востоке и во Владивостоке, что они предложили сделать двигательный завод для экспорта в Китай и в Японию. Объёмы – более 50 тысяч. Это завод полного цикла двигателей «Мазда», которые идут для всех марок автомобилей. Соответственно, мы сейчас начинаем данную инвестицию. И компетенции, которые у нас после этого останутся, нужно тиражировать, потому что компетенций с точки зрения даже управления двигателями в России мало, а это для нас, конечно, большой рывок вперёд, тем более на Дальнем Востоке. Повторяю, что это сто процентов экспорта в Китай и Японию. Мы начинаем такой проект, соответственно, в следующем году собираемся стартовать.

Следующий слайд – очень много идёт разговоров о том, что субсидии, зачем, почему и так далее. Здесь два столбика: налоги, которые уплачены и будут уплачены, и субсидии. Можно посмотреть, что накопительным итогом в 2017 году проект для бюджета окупится полностью. До 2017 года доходы, а от 2020-го – поток в виде налогов, которые генерят в этот кластер, будет почти 200 миллиардов. В принципе с точки зрения бюджетной эффективности – то, что Вы говорили, – проект работающий. Наверное, это никакая не утопия, а реалии на Дальнем Востоке. Можно делать проекты, которые работают.

На следующей странице очень важный вопрос – кадры. У нас есть свой учебный центр, мы работаем с университетом, потому что, я считаю, главный залог конкуренции на Дальнем Востоке – это, конечно, компетентные кадры, которые будут работать в высокотехнологических отраслях. Здесь, конечно, самое важное для молодёжи – это привлечение их в такие высокотехнологичные проекты, как двигатели, автомобильное производство, потому что это на самом деле очень притягивающие проекты для молодёжи и молодых инженеров, потому что дают реализоваться, притом японцы не против.

С учётом того, что японцы сейчас стараются уходить из дорогого для них Китая, потому что Китай стал реально дорогой, поэтому есть шанс у Владивостока сделать центры компетенции, которые будут поддерживать их отрасль в Японии и в Корее. Так что я считаю, что шанс у нас очень большой. Видите, что почти 4,5 тысячи людей будут заняты в кластере до 2020 года.

На следующей странице: согласно Вашему поручению вышло постановление Правительства по особой экономической зоне. Мы планируем в сентябре подписать соответствующее соглашение и видим уже 100 миллиардов резидентов в особой экономической зоне. То есть это прежде всего двигательный проект, это производство автокомпонентов плюс производство пластиковых изделий. С Игорем Ивановичем мы говорили, 30 процентов автомобилей – это пластики, поэтому на сегодняшний день у нас есть, я считаю, шанс экспортировать эти пластики в Китай и в Корею. Для них это нормальная ситуация, и в принципе они нас об этом спрашивают. Плюс программа импортозамещения. Считаю, что здесь мы тоже можем помочь в рамках особой экономической зоны – это прежде всего судостроение, импортозамещение, – потому что у нас есть опыт работы с иностранными партнёрами. Они в нас верят, готовы с нами делать совместные предприятия, мы можем здесь, конечно, предложить импортозамещение высокотехнологических изделий, то есть, по сути, тиражировать автомобильный опыт на машиностроительные и другие отрасли.

Ну и, конечно же, очень привлекают иностранные компании, особенно корейцев, электроника: начиная от телевизоров, заканчивая GPS-системой. То есть в принципе большой поток интереса связан именно с электроникой. В рамках особой экономической зоны мы собираемся целый пул сделать компаний, которые занимаются производством электроники, именно производством, и самое главное – вытаскивание компетенций именно туда, в особую экономическую зону. В принципе все проекты уже проработанные. И видите, горизонты здесь до 2018 года, то есть это не какая-то фантастика.

И последний слайд. По Вашим поручениям, Владимир Владимирович, у нас по зоне выполнено, то есть запускаем в сентябре работу, подписываем соглашения, и поехали работать уже с резидентами. По предоставлению субсидий на перевозку мы достаточно хорошо поработали с Минпромторгом и с Минфином. Мы нашли способ снижения субсидий на перевозку с 2017 года до 1,5 миллиарда рублей за счёт того, что мы оптимизировали инвестиционные бюджеты и в принципе договорились о том, что у нас 2015-й – 3,2, 4,2 – 2016-й и начиная с 2017 года – 1,5. Как Вы сказали, до окупаемости проекта, в 2020 году – всё. Дальше, после 2020 года, субсидии больше предоставляться не будут, дальше проект должен жить самостоятельно без какой-то государственной поддержки.

Ну и третий пункт – это вопрос, связанный, по сути, с регулированием. В рамках ВТО достаточно сложно стало применять различные режимы, потому что другие страны применяют при всяких компенсациях по импортным комплектующим режим особой экономической зоны. Нам ВТО это воспрещает делать. Поэтому сейчас мы постараемся с Минфином и с Минпромторгом выработать механизм, который позволит в рамках выполнения наших обязательств перед ВТО предоставить тот механизм, при котором этот проект дальше будет работать и развиваться. В принципе я думаю, что этот вопрос тоже будет проработан в ближайшее время.

Доклад закончен.

В.ПУТИН: Спасибо.

Как мы и договаривались, когда принимали решение о развёртывании автомобильного производства во Владивостоке, что мы будем вам помогать, будем сохранять до определённого времени субсидии. Со своей стороны мы выполняем то, о чём мы договорились. Мне приятно отметить, что и вы, и ваша компания выполняете свои обязательства, развитие идёт.

По поводу того, что низкобюджетные автомобили не выпускали и вас, Вы сказали, ругали. Никто не ругал, просто просили обратить внимание на такую возможность и необходимость. Я думаю, что рынок-то будет обеспечен, он и на Дальнем Востоке должен заработать, я даже не сомневаюсь.

Пожалуйста, коллеги, кто хотел бы что-нибудь добавить? Прошу Вас, Вячеслав Анатольевич.

В.ШТЫРОВ: Нет сомнений в том, что проекты отобраны правильно, все они достаточно эффективные и, самое главное, реализуемые, это не фантазии. Нет также сомнений, что их реализация будет затруднительна, если для них не будет создана внешняя инфраструктура.

Но давайте вопрос разделим на две части. Для ТОРов, по крайней мере, в проекте закона, который сейчас мы рассматриваем, на самом деле государство имеет прямую обязанность создать инфраструктуру за счёт федерального, регионального и даже с привлечением муниципальных бюджетов. Вопрос как бы сам собой решается.

А теперь посмотрим эти 18 инвестиционных проектов, которые отобрали. Для них создание инфраструктуры предполагается, грубо говоря, на принципах государственно-частного партнёрства. К сожалению могу сказать, что у нас не очень хорошо получается. Мы имеем опыт реализации двух крупных инвестиционных проектов – это комплексные проекты развития Южной Якутии и Нижнего Приангарья. Там, как это ни странно, государство выполняло свои обязательства, выполняло проектные работы по железным дорогам, автомобильным, линиям электропередачи, а бизнес зачастую не выполнял. К установленному сроку не создавал предприятия, которые генерировали бы грузопотоки или потребляли электроэнергию и давали бы прибыль.

Поэтому, мне кажется, надо срочно вносить изменения в действующее законодательство и определить ответственность бизнеса перед государством в случае, если государство строит инфраструктуру. Не создал вовремя предприятие – заплати за эту инфраструктуру и неси убытки.

Кстати, здесь сидящие некоторые представители большого бизнеса знают, что и они тоже не выполнили в своё время некоторые свои обязательства.

Теперь второй вопрос. Предлагается финансировать первые два года создания инфраструктуры за счёт средств, которые предусмотрены по программе развития Дальнего Востока на железнодорожную инфраструктуру РАО «РЖД». Я считаю, это неправильное решение. Из 18 проектов, которые необходимо реализовать, по меньшей мере семь проектов находятся под угрозой того, что даже если для них будет создана локальная инфраструктура, то слабость в опорной инфраструктуре не позволит им реализоваться. Опорная инфраструктура на Дальнем Востоке – магистральные железные дороги, магистральные автомобильные дороги, магистральные линии электропередачи, которые создают общенациональные каркасные сети, – это святое, с них ни копейки нельзя брать. Поэтому этот источник финансирования неверен.

Но где же взять тогда деньги? Давайте посмотрим, о чём мы говорим. Мы говорим о 7 миллиардах рублей, по крайней мере, на 2015 год. Если сравнить с размером федерального консолидированного бюджета, это составляет примерно одну тысячную от всего федерального бюджета. Это в пределах ошибки расчётов. Поэтому я предлагаю по одной тысячной со всех статей федерального бюджета снять и найти деньги, а РАО «РЖД» оставить в покое.

В.ПУТИН: Владимир Иванович, подговорили Штырова, да?

В.ЯКУНИН: Его подговоришь.

В.ПУТИН: Нет? Да-да.

В.ЯКУНИН: Можно?

В.ПУТИН: Пожалуйста.

В.ЯКУНИН: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

По конкретике, с Вашего разрешения, у меня есть презентация, я не знаю, она может быть включена или нет, но я хочу сказать, о чём идёт речь. Мы говорим о комплексном инвестиционном проекте. В этом комплексном инвестиционном проекте деньги, которые предполагается или предлагается снять с него, приходятся на 2015 и 2016 годы, плюс ещё что-то добавить. Это, соответственно, 34,8 миллиарда – 2015 год, 29,6 – это 2016 год, притом что у нас сейчас уже зафиксированный дефицит по проекту 41,2 миллиарда, который согласован со всеми инстанциями, в том числе потому, что в прошлом году уже 26 миллиардов было снято и перераспределено на другие вещи.

Если говорить по сути, то да, ни федеральная целевая программа, ни инвестиционный бюджет ОАО «РЖД» не предполагают строительства подъездных путей.

Эльгинское месторождение вошло в сложное финансовое положение не потому, что они построили подъездной путь. Подъездной путь считался в рамках всего проекта, точно так же считается на Кузбассе, где бы то ни было. «РЖД» не строит подъездные пути, и «РЖД» не получает никакой государственной поддержки, это не включается в его тарифы и, соответственно, этого нет в федеральной целевой программе. Я совершенно согласен с Вячеславом Анатольевичем в том, что не будет магистральной сети, какие капиллярные дороги ни построй, провести будет невозможно.

Ещё хотел бы обратить внимание, что инвестиционный проект – это очевидно всем абсолютно – это сбалансированная финансовая модель. Это как человек: даже если он сегодня не пользуется левой рукой, левая рука ему все равно нужна. Точно так же и здесь: все посчитано. Да, 306 миллиардов рублей должны инвестировать «Российские железные дороги», 150 – это Фонд национального благосостояния, при этом 110 миллиардов – это финансовая поддержка бюджета. Нельзя ни один элемент взять и сократить. Тогда все эти деньги, просто-напросто оставшиеся деньги тратить нельзя, потому что это будет преступление, это будут деньги ни во что.

С точки зрения грузовой базы. Я не знаю, на чём, Александр Сергеевич, Вы основываете свои заявления относительно грузовой базы. Эти документы общедоступны, они представлены в Правительство. Все 55,3 миллиона тонн – это, по сути дела, Дальневосточный регион, если при этом ещё учитывать, естественно, и Тыву, на которую тоже в рамках этого проекта тратятся деньги. Нет никаких других денег. Если вы неправильно посчитали, имею в виду, что с Кузбасса повезётся 37,5 миллиона тонн, то добавляет Кузбасс только 2 миллиона тонн. Все остальное относится сюда. Все порты – это дальневосточные порты. Все заработки, которые там будут, это заработки, в том числе налогооблагаемая база, Дальнего Востока.

Владимир Владимирович, если позволите, я обращаюсь с просьбой. Мы год уже, по сути дела, по этому проекту потеряли. Мы на свой страх и риск начали работы по модернизации. Но мы не можем развернуться, потому что до сих пор ни Ваши указания, ни даже Ваша первая вступительная фраза не могут быть реализованы Правительством в условиях уже принятых решений, потому что всё время возникает желание использовать один способ действия в арифметике – отнять и поделить. При этом последствия действительно будут, я считаю, колоссальными. Этого делать ни в коем случае нельзя. И если на сегодняшнем совещании руководители регионов, представители бизнеса – кстати, один из них сидит слева от меня, у него по Нерюнгри написано, по-моему, 8 миллионов тонн, а просит он уже 12 с половиной... И у нас только консервативный вариант посчитан. На самом деле заявок было значительно больше.

В.ПУТИН: Именно региональных заявок?

В.ЯКУНИН: Это заявки, которые в соответствии с Вашим указанием, помните, когда в Кузбассе проводили совещание, мы по Вашему указанию собрали со всех представителей грузовладельцев их предложения. Потом эти предложения были вместе с Минтрансом, вместе с Минэкономразвития адаптированы исходя из реальных возможностей, на что могут быть деньги. И вот этот вариант увеличения на 55,3 миллиона тонн – это консервативный вариант. Мы же все, естественно, стремимся к тому, чтобы экономика развивалась быстрее.

Поэтому просил бы Вас на этом совещании поставить точку в этой дискуссии. Нельзя взять и отрезать левую половину тела, потому что она сегодня не задействована в процессе поедания чего-то.

Спасибо.

В.ПУТИН: Хорошо.

Пожалуйста, прошу Вас.

РЕПЛИКА: Уважаемый Владимир Владимирович!

Я хочу не только поддержать Владимира Ивановича в этой позиции, но и дополнить тем, что мы неоднократно рассматривали этот вопрос, в том числе и по Вашим поручениям, Владимир Владимирович, в Правительстве Российской Федерации.

Последнее такое совещание состоялось под председательством Председателя Правительства в четверг на прошлой неделе. Он поручил довести до Вас позицию в отношении того, что при итоговом рассмотрении проект БАМа с точки зрения его объёмов и источников финансирования, по мнению Правительства Российской Федерации, остаётся в неизменном виде.

Если в рамках бюджетного планирования последующих лет или пока ещё идёт бюджетный процесс на 2017 год Минфин увидит возможности дополнительных источников по финансированию этого проекта в пределах 2017 года, то теоретически можно говорить о том, чтобы сместить средства Фонда национального благосостояния на 2015 год с 2017 года с восстановлением в рамках бюджетного процесса, который сейчас идёт в Правительстве, именно в 2017 году. Но, как сказал Владимир Иванович, мы уже сейчас видим дефицит общего объёма проекта финансирования БАМа как раз по 2017 году в размерах 40 миллиардов.

Таким образом, если говорить о предложениях, которые озвучил министр Галушка, то тогда этот дефицит надо увеличивать за счёт компенсации Минфина до 110 миллиардов, что, наверное, в рамках бюджетного процесса является маловероятным. Поэтому мы неоднократно обсуждали, мы рассматривали все различные варианты, но остановились именно на том, что проект БАМа и Транссиба уже реализуется. Действительно, Владимир Иванович об этом сказал, примерно порядка более 34 миллиарда рублей уже «РЖД» реализовало на мероприятия, связанные с реконструкцией БАМа и Транссиба в рамках этого проекта.

В.ПУТИН: Пожалуйста, Юрий Петрович.

Ю.ТРУТНЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Прежде всего хотел бы поддержать предложенную сегодня программу и сказать, что, на наш взгляд, она создаёт реальные предпосылки для ускорения развития Дальнего Востока.

Все проекты, которые Вам представлены, они на бумаге. Здесь сидят инвесторы, руководители проектов, многие отсутствуют, многие здесь, и каждый из них знает, что с помощью программы, с помощью того, что мы помогаем с социальной инфраструктурой и жильём, с садиками, с энергетикой, с дорогами, с присоединениями, эти проекты можно реализовать. Сейчас их реализовать пока нельзя. Одна пустая железная дорога не создаёт для этого условий. Это первое, что необходимо сказать.

Второе. Очевидно, вопрос распределения средств самый щепетильный. Но надо понимать, что реконструкция БАМа и Транссиба – безусловно, важный проект, она стоит 600 миллиардов. Все проекты на территории Дальнего Востока, которые сегодня вам предложены, это 32 проекта: 18 инвестиционных проектов и 14 территорий опережающего развития, причём территории опережающего развития, очевидно, создают условия для реализации ряда проектов. Там не один проект будет в каждом. Это только по первым расчётам: 76 тысяч рабочих мест во всех девяти субъектах Российской Федерации, это удвоение валового регионального продукта, это одна десятая часть от стоимости реконструкции БАМа и Транссиба.

Я не подвергаю сейчас сомнению проект – проект надо реализовать. Но, если мы реализуем его на год позже, но при этом запустим 32 проекта во всех субъектах Российской Федерации, мы победим. Если мы сделаем только железную дорогу, но реализацию проектов остановим, значит, эти возможности не будут использованы.

И последнее. Может быть, у Министра транспорта свои представления о позиции Правительства, у меня они прямо противоположные, потому что есть поручение Председателя Правительства мне и Дворковичу выработать единую позицию по данному вопросу. Позиция моя и Дворковича отражена в протоколе соответствующего совещания, и там написано ровно то, что мы предлагаем Вам, Владимир Владимирович, то есть начать реализацию программы модернизации БАМа и Транссиба в 2015–2016 годах за счёт средств «РЖД» и Фонда национального благосостояния, с 2017 года восстановить бюджетное финансирование и продолжить, завершить этот проект. Надо, кстати, сказать, что проект уже подорожал, он стоит не 560, как здесь написано, а более 600 миллиардов. Даже подорожание проекта – это все остальные проекты вместе взятые.

Поэтому, Владимир Владимирович, мы не можем сейчас ждать три года развития Дальнего Востока, мы просто не выполним поставленные Вами задачи и утратим абсолютно историческую перспективу развития Дальнего Востока и сотрудничество с окружающими странами.

Спасибо.

В.ПУТИН: Молодец, Юрий Петрович. Для того чтобы добиться результата, нужно драматизировать события. Правда, у нас ситуация непростая здесь, это совершенно верно. Не будем больше дискутировать на эту тему. Владимир Иванович хочет ответить уже.

В.ЯКУНИН: Цифры неправильные просто называются.

Ю.ТРУТНЕВ: Цифры правильные называются.

В.ПУТИН: Нападать на Юрия Петровича не надо. У нас кроме БАМа, Транссиба есть и другие вопросы: это энергетика, машиностроение и так далее. Разумеется, почти всё завязано на инфраструктуру, и что касается инфраструктуры, это ключевой вопрос. На Дальнем Востоке, в Восточной Сибири, совершенно очевидно, это, к сожалению, естественный ограничитель роста. Это для нас всех понятно.

Вопрос в чём? Те средства, которые выделены на развитие, модернизацию БАМа и Транссиба, выделены в избыточном объёме? Будут мощности созданы, а не начнут ли они после этого простаивать? Это, конечно, вопрос просто счёта, вопрос надо внимательно посмотреть. Я разберусь, в Правительстве принято окончательное решение по этому вопросу или не принято, но в любом случае оно должно быть принято. И затягивать невозможно. Если оно не принято окончательно, то буду просить руководство Правительства разобраться с этим немедленно, не откладывая, потому что это вопрос принципиальный.

Здесь не могу не согласиться с Вячеславом Анатольевичем Штыровым по поводу того, что есть такие фундаментальные базовые основы инфраструктуры – магистральные сети, железнодорожные, автомобильные, энергетические. И без их развития и укрепления всё остальное развиваться не может. Это совершенно очевидная вещь. Если мы настроим каких-то объектов, а потом выяснится, что есть естественные ограничители по магистральным сетям, то тогда это бессмысленно. Тогда в этом смысле мы тоже зайдём в тупик. И можем попасть в ситуацию «Мечела», когда он истратил деньги на инфраструктуру, а потом вся другая экономика находится в сложном положении. И сейчас мы все, здесь присутствующие, знаем, что приходится решать вопросы, связанные с кредиторами и так далее.

Поэтому это решение должно быть окончательно проработано и принято. И затягивать здесь уже ничего нельзя.

Вячеслав Анатольевич сказал ещё одну важную вещь и тоже правильную. Если других источников мы не видим, тогда нужно, чтобы мы определились с приоритетами. Может быть, действительно где-то финансирование уменьшить, а сюда добавить, тем более что не такие уж это большие объёмы.

Но я хотел бы предупредить. Здесь было сказано и о том, чтобы проекты эти осуществлять на первом этапе хотя бы исключительно из возможностей РАО «РЖД» – насколько я понимаю, там возможности тоже ограничены – и из Фонда национального благосостояния. Это можно, но только без увеличения, понимаете? То есть если кто-то считает, что те средства, которые предусмотрены из ФНБ, нам нужно в первую очередь направить на другие цели, в частности, переориентировать на цели создания территорий опережающего развития, – пожалуйста. Только сразу могу сказать, что увеличивать мы не сможем сейчас расходы из ФНБ. Там средства есть? Есть. Если Правительство решит их передвинуть, пожалуйста, но увеличивать не будем. С ФНБ нужно обращаться аккуратно. Мы и так запланировали там существенные расходы. Давайте мы сначала по-хозяйски и эффективно распорядимся тем, что наметили израсходовать. А сейчас просто расписывать расходы из ФНБ, не понимая, чем эти расходы закончатся, не будем, сразу хочу предупредить. Но посчитайте нужные, и нужно найти обязательно источники того плана, который предлагает Министерство по развитию Дальнего Востока. С этим я не могу не согласиться.

И в этой связи мы, конечно, перечень поручений, который я подготовлю сейчас с коллегами, должны будем аккуратненько поправить.

На что хотел бы обратить внимание в завершение? Я только что был в федеральном университете, и в этом университете, так же как и в Дальневосточном федеральном университете, созданы эндаументы – то есть это фонды поддержки. Я хочу обратиться к руководителям компаний, которые работают на Дальнем Востоке, в Восточной Сибири: помогите этим университетам, понемножку туда деньжат дайте, хотя бы по 50 миллионов рублей. Это первое.

И второе. У меня большая просьба: своих руководителей, которые занимаются инновациями, развитием, направьте в эти два университета, чтобы они с руководством университетов поработали. У них есть возможности делать для вас такие перспективные разработки, которые могут оказаться для вас привлекательными. Это поможет им сориентироваться с точки зрения подготовки перспективных кадров, вам же нужных для работы в регионе, и сориентироваться по направлениям инновационного развития и инновационных исследований. Это касается двух университетов.

Мы, то есть государство выделило определённые средства – по 5 миллиардов рублей на каждый университет, и каждый год мы 1 миллиард рублей им выделяем. Они создали ещё фонды развития – эндаументы. Если по 50 миллионов рублей – деньги не такие большие, согласимся – вы направите в каждый из этих университетов, то есть всего сто, я был бы очень вам благодарен. Дело даже не в моей благодарности, а в том, что это нам всем пригодится, и прежде всего вам.

Спасибо.

Да, ещё одно, что касается Дальневосточного университета, – остров Русский, я посмотрел здесь территории опережающего развития. Там университет развивается. Что касается использования земельных ресурсов, создания каких-то производств – наверное, это можно делать, но только это должно быть в струе развития самого университета, чтобы это не мешало развиваться университету, а, наоборот, было гармоничным дополнением самого научно-образовательного центра.

Спасибо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 1 сентября 2014 > № 1162573


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 августа 2014 > № 1160546 Сергей Бурханов

Подготовка кадров не должна быть игрой в «одни ворота»

Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет – ведущий отраслевой вуз Федерального агентства по рыболовству на Дальнем Востоке. Свою историю Дальрыбвтуз начал строить еще в 1930 году.

Сегодня наш университет известен не только в России, но и за рубежом. В настоящее время среди его партнеров – иностранные вузы и организации из Китая, Республики Корея, Японии, США, Австралии, Польши, Тайваня, Узбекистана, Вьетнама, Сингапура.

Мы постоянно работаем над укреплением добрых партнерских отношений и стараемся развивать прямые связи в учебной, учебно-методической и научно-исследовательских областях. На постоянной основе действуют программы по обмену студентами, аспирантами, стажерами и научно-педагогическими работниками.

Несмотря на то что мы работаем в самых разных направлениях, инновационная составляющая преобладает в тематике как фундаментальных, так и прикладных исследований. Постоянно стараемся идти в ногу со временем и реагировать на запросы отрасли. Результаты исследований, которые проводятся в нашем университете, имеют перспективу практического внедрения – в производстве новых видов продуктов питания, промышленной добыче водных биоресурсов, переработке, оказании научно-технологических услуг. Помимо этого, в вузе проводятся экспериментальные работы по исследованию свойств материалов, осуществляются разработки в области создания математических моделей, вычислительных алгоритмов и программных комплексов для расчета и проектирования конструкций. Мы стараемся дать нашим студентам, курсантам все необходимые навыки и компетенции, чтобы они могли применить их на производстве, в море.

При этом, развивая инжиниринговую и консалтинговую деятельность, сферы научно-технических информационных услуг, университет тесно взаимодействует с органами государственной власти, НИИ и другими университетами. Наши преподаватели, аспиранты, стажеры и будущие выпускники фокусируются не только на прикладных, но и на стратегических, глобальных вопросах развития. Они разрабатывают экономическую стратегию, формируют политику и ищут научно обоснованные решения социально-экономических проблем Приморского края, ДФО, стран АТР. Такой подход позволяет сформировать наиболее полную картину, необходимые аналитические навыки, развить интерес настоящего исследователя-новатора в будущих выпускниках.

Мы не раз отмечали, что для успешной работы на перспективу должны тесно сотрудничать с бизнесом. Добавлю, не только мы, но Правительство РФ возлагает на бизнес обязательства по предъявлению требований к компетенции будущего выпускника. При реализации образовательных программ мы заключаем договоры с промышленными предприятиями, организациями на прохождение всех видов практик студентами и курсантами. Специалисты предприятий и организаций принимают участие в работе государственных аттестационных комиссий в качестве председателей и экспертов.

Сегодня мы предлагаем бизнесу еще раз рассмотреть вопросы сотрудничества с вузом. Помимо прохождения практики на судах и производствах, это может быть создание базовых (филиалов) кафедр университета на предприятиях. Подобный опыт мы уже наработали на заводе ЭРА, где у нас действует филиал кафедры электрооборудования и средств автоматики судов. Мы привлекаем специалистов завода к проведению государственных экзаменов и защите дипломных проектов. Также наши ребята проходят там практику. Помимо этого, предлагаем совместно формировать прикладные научные исследования по темам, которые интересуют бизнес. Проводить экспертизы проектов хозяйственной деятельности. Одним из шагов на этом пути может стать создание инновационных предприятий при участии вуза. Подобный опыт мы реализуем в сфере аквакультуры, например.

Вместе с тем мы приглашаем бизнес проводить независимую оценку качества образовательных программ, которые реализует университет, а также принимать активное участие в их разработке.

Только тесное взаимодействие, постоянный диалог позволят нам воспитывать и готовить тех специалистов, которые действительно необходимы. Образовательный процесс не должен быть игрой в «одни ворота». Только в диалоге можно сформировать правильную образовательную среду и желание выпускника вернуться в отрасль, закрепиться в ней. И мы, как образовательное учреждение, и бизнес несем обоюдную ответственность за будущее промышленности, отрасли.

Сергей БУРХАНОВ, директор Мореходного института Дальрыбвтуза, кандидат экономических наук

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 августа 2014 > № 1160546 Сергей Бурханов


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 28 августа 2014 > № 1160278 Глеб Архангельский

Бизнес на Дальнем Востоке имеет огромные перспективы для развития – Глеб Архангельский

Главным конкурентным преимуществом ДФО является близость к Азиатско-Тихоокеанскому региону, который показывает наивысшие темпы роста в мире

Шикарные возможности для масштабного развития имею предприниматели российского Дальнего Востока. Главный плюс, который отличает наш регион от других, это близость к странам АТР, имеющим колоссальный рынок. Об этом в ходе интервью с корр. ИА AmurMedia рассказал член президиума общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства "Опора России" Глеб Архангельский.

- Ваше впечатление от первой части данного форума? Что, по-вашему, получилось, а что нет?

- Я бывал на многих подобных форумах. И практически везде муниципалитеты не умеют себя грамотно подать потенциальным инвесторам. Когда люди, рассказывающие о своем городе или районе, начинают долго и нудно говорить о том, что у них начали свое дело 38 индивидуальных предпринимателей, и они поддержали 26 малых предприятий, то это вызывает страшную тоску, и инвестировать в такие проекты совершенно не хочется. Поэтому одной из главных тем сегодняшнего мероприятия будет обучение представителей муниципалитетов тому, как красиво "упаковывать" их город или район и грамотно подавать его потенциальным инвесторам. Когда инвестору предлагают развивать какой-то проект в Хабаровске, у него всегда встает логичный вопрос – а почему именно здесь, а не во Владивостоке, Калуге или Гонконге? Вот в этом и состоит главная задача властей – убедить инвестора в том, что именно на этой территории его бизнес будет чувствовать себя лучше всего.

- Как именно власти должны продвигать свои территории? Каким образом они должны привлекать к себе потенциальных инвесторов?

- Бизнес всегда ищет наилучшие условия для себя. Предприниматели в первую очередь выбирают те регионы, где более низкие налоги, где более адекватные государственные органы, которые всячески поддерживают бизнес, и так далее. И их интересуют предпринимательский климат в регионе, рыночные возможности, меры поддержки бизнеса со стороны властей. Соответственно, региональные и местные власти должны объяснять инвесторам, что нужно выбрать именно их регион, так как он находится близко к какому-то важному хорошему рынку, в нем есть хорошие производственные возможности и большой трудовой капитал. Все это надо уметь красиво подать, а для этого нужны навыки в области разрабатывания презентаций и многое другое. Обо всем этом я и буду подробно рассказывать во второй части сегодняшнего мероприятия. К примеру, многие интересуются, почему Калужская область и республика Татарстан сегодня могут привлекать большое количество крупных инвесторов, в отличие от большинства других регионов России. А на самом деле тут все очень просто и логично – в этих регионах есть совершенно понятные проекты, которые вызывают интерес у инвесторов. Вот опытом таких успешных регионов мы и будем делиться с другими территориями.

- В сегодняшнем голосовании победил Вяземский муниципальный район со своим упором на развитие сельского хозяйства. Как вы думаете, почему именно этот район больше других понравился членам жюри?

- В презентации Вяземского района было как раз то, чего обычно не хватает в других подобных презентациях. Я говорю о четком позиционировании себя Вяземским районом как сельскохозяйственной территории. Все регионы говорят общие вещи о поддержке бизнеса, а здесь мы услышали четкую формулировку – у нас развито сельское хозяйство, приходите к нам, вкладывайте в него деньги, а мы вам во всем поможем, да к тому же у нас есть колоссальный рынок сбыта продукции под боком. То есть пошла уже какая-то конкретика. Вот этим Вяземский район и выделился из других.

- Как вы оцените перспективы развития предпринимательства на российском Дальнем Востоке? Какие положительные и отрицательные стороны в нем можно отметить?

- Главный плюс Дальнего Востока – это, безусловно, соседство с такими огромными рынками как Китай, Япония, Южная Корея, Индия, юго-восточная Азия. В этом регионе проживает половина населения земного шара, и в ближайшие 100 лет именно Азиатско-Тихоокеанский регион будет центром развития мира. Европа уже находится в стадии стагнации, США тоже испытывают острый кризис, а страны Азии сейчас на подъеме, у них огромный потенциал. И России просто жизненно необходимо попасть в эту струю развития, стать неотъемлемой частью этого региона в экономическом плане. Если мы это сделаем, то у нас все будет очень хорошо. А если нет, то нам будет очень сложно развиваться дальше. На данный момент российские компании слабо представлены на рынках стран АТР, в том же соседнем Китае. Такую тенденцию надо исправлять. Да, попасть на этот рынок сложно, но все же это возможно, уже есть успешные примеры работы российских компаний на том же китайском рынке. И этот опыт нужно внедрять повсеместно. И кому как не дальневосточным предпринимателям завоевывать рынки стран АТР? К примеру, я недавно проводил в Тюмени "круглый стол" с местными фермерами как раз на предмет поставки их продуктов на экспорт в Китай. И они мне говорили, что, дескать, от их региона до Китая очень далеко. Но здесь-то, в Хабаровском крае, совсем другая картина, здесь Китай находится под боком, и местным бизнесменам сотрудничать с китайскими партнерами сам Бог велел.

Подробнее: http://amurmedia.ru/news/economics/28.08.2014/382276/biznes-na-dalnem-vostoke-imeet-ogromnie-perspektivi-dlya-razvitiya-gleb-arhange.html

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 28 августа 2014 > № 1160278 Глеб Архангельский


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 26 августа 2014 > № 1157524 Владимир Галицын

Ждем от инвестиционного форума конструктивного диалога

Владимир ГАЛИЦЫН, Министр рыбного хозяйства Камчатского края

4 сентября в Петропавловске-Камчатском откроет работу инвестиционный форум «Дальний Восток – 2014». В течение двух дней бизнес, в том числе иностранный, органы государственной власти, ведущие российские и зарубежные финансовые институты будут обсуждать вопросы приоритетного развития Дальнего Востока РФ совместно с инвесторами из Европы и стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Отдельный блок форума посвящен перспективам развития Дальнего Востока в сфере транспорта (включая Северный морской путь), использования природного и промышленного потенциала дальневосточных регионов. Что представит организатор форума – Камчатка – на суд зарубежных и российских инвесторов и какие вопросы намерены разрешить в рамках столь масштабного мероприятия, в интервью Fishnews рассказал министр рыбного хозяйства Камчатского края Владимир Галицын.

– Владимир Михайлович, какие направления рыбохозяйственной отрасли вы считаете наиболее перспективными для региона?

– Новым и достаточно перспективным направлением для региона является развитие аквакультуры, как неотъемлемого условия расширения ресурсной базы рыболовства. Перспективы развития лососеводства в Камчатском крае бесспорны. В настоящее время мы уже приступили к реализации мероприятий подпрограммы «Развитие аквакультуры» принятой в крае государственной программы Камчатского края «Развитие рыбохозяйственного комплекса Камчатского края на 2014-2020 годы». В рамках программы предусмотрено строительство 14 лососевых рыбоводных заводов за счет внебюджетных источников (расчетный объем внебюджетных средств по данному направлению составляет 2,5 млрд. рублей); объем средств краевого бюджета на реализацию подпрограммы в 2014-2020 годах составит 67,9 млн. рублей. При условии полного завершения запланированных мероприятий и выхода заводов на проектную мощность следует ожидать общего увеличения уловов тихоокеанских лососей примерно на 7-10 тыс. тонн.

Кроме того, необходимо добавить, что специалистами КамчатНИРО выявлена необходимость восстановления популяций лососей рек наиболее густонаселенной территории края, для которой характерна серьезная депрессия численности лососей. Уже сейчас можно говорить о безвозвратной потере ряда важнейших нерестилищ в бассейнах отдельных крупных рек – таких, как Большая, Авача, Паратунка. Ученые полагают, что к такому нарушению запасов лососей и среды естественного воспроизводства привели интенсивное браконьерство и локальная деградация отдельных нерестовых притоков. Поэтому трудно рассчитывать на восстановление ресурса без интенсивных мероприятий по искусственному воспроизводству.

Поскольку данные мероприятия направлены исключительно на восстановление и безусловные перспективы получения частных инвестиций на их реализацию отсутствуют, есть необходимость привлечения средств федерального бюджета на строительство рыбоводных заводов. Правительством Камчатского края были предприняты усилия по включению планов по строительству 5 рыбоводных заводов в бассейнах рек Авача, Паратунка, Большая (ориентировочной стоимостью в 1,115 млрд. рублей) в Государственную программу Российской Федерации «Развитие рыбохозяйственного комплекса» (а также в проект федеральной целевой программы до 2023 года), Государственную программу «Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Байкальского региона». Идея развития лососеводства на Камчатке в октябре 2012 года была представлена правительством Камчатского края Президенту России В.В. Путину и получила его поддержку.

В рамках работы форума мы намерены представить ряд инвестиционных проектов по строительству ЛРЗ на реках Олюторского, Алеутского, Елизовского, Тигильского и других районов Камчатки. Планируется, что на заводах будут заниматься выращиванием нерки, горбуши, кеты, чавычи. Для нас это очень важная задача.

– Планируете ли вы одновременно с восстановлением и увеличением численности популяций тихоокеанских лососей решать задачи и по развитию берега?

– Безусловно. Хочу отметить, что по развитию береговой переработки Камчатка является бесспорным лидером среди регионов ДФО. Это наша гордость. Господдержка из федерального (за период 2009-2013 годов предприятиям Камчатского края выплачено в виде субсидий 121,4 млн. рублей) и регионального (выделено 111,0 млн. рублей) бюджетов в рамках целевых программ дала ощутимый результат для рыбохозяйственного комплекса Камчатского края. На побережьях полуострова построено 16 современных заводов мощностью от 150 до 350 тонн/сутки по готовой продукции, нацеленных на выпуск высококачественной и рентабельной рыбной продукции. Это позволило увеличить производственные мощности по выпуску продукции в целом более чем на 3300 тонн в сутки, объем холодильных мощностей для хранения рыбопродукции – более чем на 30 тыс. тонн, создать дополнительно свыше 2200 рабочих мест, обеспечив возможность переработки на берегу более 70% уловов в период скоротечной лососевой путины;

На российской судостроительной верфи построено 7 маломерных рыболовных сейнеров, предназначенных для прибрежного рыболовства и доставки уловов водных биоресурсов на территорию субъекта РФ для дальнейшей переработки на береговых заводах, приобретено и модернизировано 2 транспортных судна, 1 СРТМ, 1 РС и 1 МРС.

Объем инвестиций в основной капитал предприятиями отрасли за период 2008-2013 годов составил более 12,7 млрд. рублей (увеличившись с 0,9 млрд. в 2008 году до 4,6 млрд. рублей в 2013 г.). Основная часть инвестиций (91%) приходится на инвестиционные проекты по развитию береговой перерабатывающей инфраструктуры.

Однако существенное (с 390 млн. рублей в 2010 году до 6 млн. рублей в 2014 году) сокращение объемов государственной поддержки за счет средств федерального бюджета является прямым ограничением для дальнейшего развития инвестиционного потенциала предприятий рыбохозяйственного комплекса. Поэтому, чтобы не допустить сокращения масштабов инвестиционной деятельности предприятий, мы намерены добиваться необходимого увеличения объемов средств на вышеуказанные цели в федеральном бюджете.

Хотелось бы добавить, что два крупных уже реализованных инвестиционных проекта (из 16, о которых я говорил ранее) мы представим на инвестиционном форуме. Это крупнейшие проекты – «Строительство и модернизация рыбоконсервного цеха на территории ОАО «Озерновский РКЗ № 55» в поселке Озерновский Усть-Большерецкого района Камчатского края» (стоимость проекта 1,6 млрд. рублей), «Модернизация высокотехнологичного рыбоперерабатывающего комплекса мощностью 170 тонн в сутки на реке Хайлюля Карагинского района Камчатского края, модернизация и капитальный ремонт судов, предназначенных для осуществления рыболовства и транспортировки рыбопродукции» (стоимость проекта – около 500 млн. рублей).

Цель данных проектов – устранить несоответствие производительности рыбодобывающих и рыбоперерабатывающих мощностей и уравнять их в период пиковых подходов лосося. Также среди наших приоритетов – углубление переработки водных биоресурсов, внедрение технологий переработки рыбных отходов и рост поставок высококачественной и рентабельной рыбопродукции на внешний и внутренний рынки.

Хочу отметить, что, реализуя эти проекты, мы решаем и социальные задачи, увеличивая число рабочих мест, налоговые поступления и иные обязательные платежи в бюджеты всех уровней.

– Чего вы ждете от будущего форума?

– В целом, уверен, инвестиционный форум «Дальний Восток – 2014» должен послужить для нас, наших предприятий, региона в целом хорошим толчком к дальнейшему развитию. Мы надеемся не только представить свои проекты, но и увидеть обратную связь. Посмотреть, что конкретно интересует бизнес, в том числе иностранный, на что рассчитывают финансовые и инвестиционные институты, каких показателей и какой работы ждет от нас государство. Это важно для анализа нашей текущей деятельности, для стратегического понимания дальнейшего развития. Я надеюсь, что на будущем форуме нам удастся составить конструктивный диалог по всем вопросам.

Ксения ПИСАРЕВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 26 августа 2014 > № 1157524 Владимир Галицын


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 21 августа 2014 > № 1153829 Сергей Саксин

Опыт, из которого стоит извлечь уроки

Сергей САКСИН, Председатель Совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота»

В связи с проблемой скорейшего продвижения дальневосточной рыбопродукции в западную часть страны вновь был поднят вопрос об альтернативе железнодорожным перевозкам – Северном морском пути. Эта тема была затронута на селекторном совещании, которое провел 13 августа замминистра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

С предложением рассмотреть вопрос по использованию арктической трассы для перевозки рыбных товаров выступила Калининградская область. Северный морской путь можно задействовать для доставки в европейскую часть страны тихоокеанских лососей – вкусной и полезной рыбы, которая вполне способная заменить норвежскую продукцию, отметил представитель региона. О необходимости вновь поднять этот вопрос заявил Fishnews и губернатор Камчатского края Владимир Илюхин. Такой способ доставки имеет ряд преимуществ, главные из которых – сокращение сроков перевозки и сокращение количества перегрузов, которое в свою очередь влияет на качество продукции. Однако до сих пор существует и ряд негативных факторов, не позволяющих использовать Северный морской путь для переброски рыбы. Об этом напомнил председатель Совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота» Сергей Саксин.

В 2011 году во время успешной лососевой путины на Дальнем Востоке ПБТФ отправила два судна, принадлежащие ее дочерней транспортной компании «Дальрифер», с грузом рыбы Северным морским путем в порт Санкт-Петербург. Fishnews тогда подробно сообщал о ходе всей операции, ее результатах и полученном уникальном опыте рыбацкого предприятия. Теперь настало время вновь вернуться к этой теме.

– Сергей Владимирович, предлагаю напомнить об этой экспедиции, потому что она высветила те причины, по которым Севморпуть и до, и после оказался закрыт для переброски рыбы с Дальнего Востока.

– Действительно, у нашей компании имеется опыт перевозки рыбы из Владивостока Северным морским путем до порта Санкт-Петербург. Транспортный рефрижератор «Коммунары Николаева» доставил тогда 4 725 тонн лосося. Следом отправилось второе судно – ТР «Капитан Пряха», на его борту было 4 864 тонны дальневосточного лосося.

– Из Владивостока, разве не с Камчатки везли?

– Первоначально мы доставили рыбу во Владивосток, но так как все портовые мощности были забиты на месяц вперед, то приняли оперативное решение суда развернуть. Надо сказать, что предварительно нами вариант полярного рейса рассматривался, поэтому мы освидетельствовали суда у представителя Севморпути. Теплоходы были признаны годными к экспедиции. Они как раз и выполнили эту перевозку 10 тыс. тонн рыбы.

– Суда сейчас готовы повторить эту операцию?

– Да, готовы. Суда находятся в надлежащем техническом состоянии и в этом отношении для того, чтобы пройти этот путь еще раз, проблем нет. Все будет зависеть от ледовой обстановки, конечно, но прогноз хороший. В 2011 году нам потребовалась ледокольная проводка только однажды в одном районе, что было обусловлено тогда неопытностью наших капитанов – они не имели практики перехода Севморпутем. Однако скорость движения по маршруту составила 13,5 узла. Это фактически максимальная скорость, с которой мы двигаемся на бассейне в обычных условиях.

Тем не менее риски существуют, а отсутствие инфраструктуры на протяжении Севморпути в случае поломки на судне приведет к значительному удорожанию подобной перевозки. Потому что доставка запасных частей возможна либо морем (но для этого нужно снаряжать специальную экспедицию, а по суше доставка туда очень проблематична), либо самолетом, что возможно не на всем протяжении маршрута.

– А в Певеке, в Тикси сейчас такой инфраструктуры нет?

– Инфраструктура создается всегда под конкретные задачи. Если задачи не поставлены, то и инфраструктуры нет. Так вот, это первая проблема.

– Но она не обязательно возникнет.

– Согласен, при условии хорошего технического состояния судов такой проблемы не существует. Однако надо иметь в виду тяжелые погодные условия. Ведь не секрет, что экипаж еще одного судна, которое шло за нами, допустил аварию. Имела место навигационная ошибка капитана. То есть неподготовленность экипажа привела к трагедии. Поэтому я еще раз хочу отметить, что успех всего дела обязательно зависит от квалификации экипажа. В любом случае эта экспедиция считается трудной и опасной. Нужен опыт, но его мы можем приобрести только в результате эксплуатации судов в полярных условиях и использования Северного морского пути.

Вторая проблема, с которой уже нам пришлось столкнуться непосредственно и которая не позволяет осуществлять регулярные поставки рыбопродукции по Севморпути, это тарифы «Атомфлота», который нам выставил за проводку счет на астрономическую сумму. Мы явились в этом деле первопроходцами, по Севморпути до нас рыбу не возили, поэтому даже в приказе Федеральной службы по тарифам рыба относится к «прочим» грузам и подпадает под тариф в 1 048 рублей за тонну. Такой тариф напрочь убивает всю рентабельность рейса. Для сравнения, по тому же перечню тарифов, перевозка нефти или нефтепродуктов стоит всего 530 рублей за тонну, а лесоматериалы круглые оцениваются и того дешевле – в 118 рублей за тонну.

– Этот тариф – 1048 рублей за тонну – так и остался, его никто снижать для рыбы не стал?

– Ничего не изменилось. Мы пытались этот вопрос поднимать, обсуждать, проходили совещания с участием руководства Росрыболовства, ФГУП «Атомфлот», управления регулирования транспорта ФСТ. Причем сначала нас руководство Росрыболовства обнадежило, нам обещали пересмотреть тарифы. Мы прождали положительного решения и в результате помимо основной суммы были вынуждены выплатить еще пени и штрафы.

На совещания было озвучено, что Атомфлот, возможно, может пойти навстречу в плане пересмотра тарифа на перевозку рыбы, но только при гарантии объема не меньше 100 тыс. тонн. На мой взгляд, организовать такую масштабную перевозку дальневосточным рыбакам не под силу.

– А на пути назад при нахождении судна в балласте тоже продолжает действовать тот же тариф – тысяча рублей за регистровую тонну?

– Да, за обратный путь деньги мы тоже заплатили. Общие же затраты на перевозку составили около 35 млн. рублей.

Несмотря на то что расстояние по Северному морскому пути составляет 7 700 морских миль, а через Панамский канал – 13 612 морских миль, затраты почти соизмеримы. Поэтому в существующей ситуации с точки зрения рентабельности доставка рыбы по арктическому маршруту является сомнительной, рискованной операцией.

Государственная власть может скорректировать тарифы и приравнять стоимость провоза рыбы к цене доставки, например, леса, ведь для ледокола не важно, с каким грузом на борту судно, чью проводку он обеспечивает. А при существующих тарифах вопрос продовольственной безопасности и импортозамещения трудно отнести к разряду первоочередных.

– У вас ведь тогда возникли проблемы и с таможенным оформлением этой рыбопродукции.

– С таможней был вопрос, который пришлось решать. Так как мы не заходили ни в какие иностранные порты, то мы оформляли рейс в режиме большого каботажа. Но у таможни была своя точка зрения, основанная на том, что мы идем международными проливами. Соответственно, по мнению таможенной службы, мы должны были груз оформлять и заплатить таможенную пошлину. Это тоже является абсурдом, но у нас территория страны огромная, и когда мы везем продукцию, то поневоле какие-то границы пересекаем.

– А есть еще варианты увеличения рентабельности перевозок?

– Судно «Коммунары Николаева» вышло из Петропавловска-Камчатского 30 июля и прибыло в Санкт-Петербург 28 августа. При этом переход с параллели Мурманска до Санкт-Петербурга занимает порядка 7 суток. То есть целую неделю судно идет вокруг Норвегии, через проливы и через Финский залив, чтобы попасть в Санкт-Петербург. Но если будет организован логистический центр по приемке рыбы в районе Архангельска или Мурманска, то мы, во-первых, сократим расходы на перевозку, а во-вторых, сократим сроки доставки. То есть будет и быстрее и дешевле.

Однако самая большая проблема – это все-таки проблема тарифов. Раз стоит государственная задача по доставке рыбы с Дальнего Востока, то этот вопрос должен стать приоритетным. Ведь если мы по Северному морскому пути грузов не везем, то государство и «Атомфлот» все равно несут затраты – стоят ледоколы или находятся в движении – в данном случае не важно. Снижение тарифа на перевозку рыбопродукции будет стимулировать увеличение ледовых проводок, будет способствовать оживлению северных территорий, развитию там инфраструктуры, что, в свою очередь, увеличит грузопоток. Эта тема обсуждалась неоднократно, но пока вопрос не решается.

Елена ФИЛАТОВА, газета «Fishnews – Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 21 августа 2014 > № 1153829 Сергей Саксин


Россия. ДФО > Леспром > ria.ru, 21 августа 2014 > № 1153290

Вице-премьер, полпред президента РФ в ДФО Юрий Трутнев назвал катастрофической ситуацию в лесной отрасли Дальнего Востока, так как за шесть лет объем дальневосточного леса на рынке АТР упал с 59% до 20%.

"Лесная промышленность Дальнего Востока находится в катастрофическом состоянии, ее объем за шесть лет упал в 3 раза. Потеряно присутствие на рынке стран АТР от 59 до 20%. Состояние дел в отрасли плохое, и, несмотря, на все принятые законы, результат работы плохой", — сказал Трутнев в четверг на совещании по развитию лесной отрасли ДФО, которое прошло во Владивостоке.

По его словам, в регионе работают сотни нелегальных пилорам, на которых незаконно трудятся иностранные граждане, что приводит к многократному снижению результата деятельности. Сейчас Россия вкладывает в лесную промышленность Дальнего Востока в три раза больше средств, чем получает отдачи.

"Нужно решать, что делать с этой ситуацией. Отчасти проблему помогут решить территории опережающего развития (ТОР), и упрощенные условия для инвесторов. Но все проблемы это не решит. У нас сложилась система, когда воровать лес стало выгодней, чем его перерабатывать. Эту систему надо менять", — сказал Трутнев.

Дальний Восток располагает примерно четвертью запасов российской деловой древесины.

Россия. ДФО > Леспром > ria.ru, 21 августа 2014 > № 1153290


Китай. ДФО > Таможня > russian.china.org.cn, 9 августа 2014 > № 1143838

Сегодня (8 августа) утром грузовики с определенными видами товаров проходили через пункт пропуска "Суйфэньхэ-Пограничный" на китайско-российской границе, чем ознаменовали официальное начало введения между Китаем и Россией режима взаимного признания результатов таможенного контроля.

Как заявил замначальника Харбинской таможни Ван Фукуань, в рамках данного режима, определенные виды экспортных товаров, подвергнутые проверке сотрудниками китайской или российской таможни, могут беспрепятственно пропускаться через КПП в российскую или китайскую сторону.

В настоящее время к числу определенных видов товаров относятся фрукты и овощи с китайской стороны и пиломатериалы с российской. Список в дальнейшем будет расширяться.

Нововведение в сотрудничестве между таможнями Китая и России заложит благоприятную основу для дальнейшего урегулирования порядка таможенного контроля и создаст удобные условия для содействия двусторонней торговле между Китаем и Россией, заявил начальник департамента таможенного контроля Главного таможенного управления КНР Сюй Даовэнь.

В данный момент, новый режим осуществляется на КПП Суйфэньхэ-Пограничный и Дуннин-Полтавка.

Китай. ДФО > Таможня > russian.china.org.cn, 9 августа 2014 > № 1143838


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 августа 2014 > № 1143064 Александр Галушка

Рабочая встреча с Министром по развитию Дальнего Востока Александром Галушкой.

Глава ведомства информировал Президента о программах комплексного развития Дальнего Востока, ликвидации последствий паводка. Обсуждались также перспективы создания территорий опережающего развития и реализации инвестиционных проектов в регионе.

В.ПУТИН: Александр Сергеевич, сколько Вы уже работаете?

А.ГАЛУШКА: Девять с половиной месяцев.

В.ПУТИН: Девять с половиной месяцев. Уже надо, чтобы что-то на свет появлялось.

А.ГАЛУШКА: Владимир Владимирович, работа наша началась в период паводка. И конечно, первые месяцы нашей работы были посвящены ликвидации последствий чрезвычайной ситуации.

На текущий момент Министерство держит ситуацию на полном контроле. Мы фактически исполняем роль координатора: Министерство координирует деятельность различных федеральных органов власти, регионов, муниципалитетов. Понимаем ситуацию, оперативно реагируем на обращения граждан и на те проблемы, которые возникают.

Понимаем, что некоторые сложности возникали по ходу ликвидации ЧС. Но в целом мы выходим на ситуацию, когда критическая масса жилья будет подготовлена к 1 сентября этого года, а оставшаяся часть – об этом Вам губернаторы уже докладывали – к 30 сентября, как это и установлено Вашим Указом.

В.ПУТИН: В Магадане проблемы сейчас.

А.ГАЛУШКА: Да, в Магадане проблемы сейчас, но с учётом той практики, которая наработана за это время в ходе ликвидации ЧС, мы с МЧС, естественно, в постоянном контакте находимся, всё-таки мы эту ситуацию проходим, она чрезвычайная, но проходим в штатном режиме.

Ликвидация чрезвычайной ситуации – это, конечно, вызов, это, понятно, особая задача. Но с первого дня своей работы мы, естественно, перед собой ставили вопросы развития Дальнего Востока, подъёма Дальнего Востока.

Для нас было очень важно, с одной стороны, будучи территориальным Министерством, не дублировать то, что делают иные отраслевые ведомства, ни в коем случае не превращаться во второй Минтранс, во второй Минздрав, но вместе с тем сфокусироваться на тех ключевых приоритетах, которые действительно позволят дать опережающее, ускоренное развитие Дальнего Востока.

Вы определили в Послании Федеральному Собранию Дальний Восток в качестве национального приоритета на весь ХХI век, поручили проработать вопрос создания сети территорий опережающего развития. Мы уже Вам докладывали, что мы провели подробный полевой анализ, маркетинговую работу ведём, подготовили законопроект.

Главное, к чему должна привести вся эта работа, – мы должны этими территориями опережающего развития выиграть конкуренцию, условия инвестирования и ведения бизнеса на Дальнем Востоке с нашими прямыми конкурентами в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Можно ли это сделать – сложно, но можно. И мы сегодня практически понимаем, что та работа, которая ведётся сегодня Министерством, находит понимание и отклик у иностранных инвесторов, они действительно выражают заинтересованность.

И главный для них вопрос, они фактически говорят об одном: «Вы сделайте то, что вы предлагаете сделать, вы это сделайте – и принятие законопроекта, и те площадки, которые вы показываете». Они говорят: «Мы на одном языке с вами разговариваем».

Для них инструмент знакомый, для них похожие вещи и Южная Корея предлагает, и Китай. И Япония сейчас то же самое стала делать, они тоже приняли новый закон о стратегических зонах хозяйствования в Японии в конце прошлого года. Мы внимательно изучаем всё, что делают конкуренты, чтобы понимать, как нам сделать лучше.

Мы рассчитываем, что после принятия законопроекта, после выделения необходимого финансирования (у нас тоже всё посчитано по каждой территории опережающего развития, как необходимые вложения, так и эффекты, которые могут быть достигнуты) с 1 января 2015 года мы можем стартовать с проектом создания территорий опережающего развития и привлечения новых инвесторов. Это фактически гринфилд.

И ключевая здесь вещь, хочу подчеркнуть: мы в Минфине, в Правительстве нашли понимание, что если мы создаём эти благоприятные условия, в том числе даём пакет налоговых преференций, в этом случае к нам приходит инвестор. Если мы этого не сделаем, то он просто к нам не придёт, это будет наша упущенная выгода. Здесь дилемма ровно такая.

Мы, конечно, изначально закладываемся на правильное администрирование этого процесса, планируем создание наблюдательных советов по каждой территории опережающего развития, для того чтобы всё было прозрачно, понятно, наиболее эффективным образом организовано.

В итоге что нам дадут ТОРы [территории опережающего развития]? В горизонте 10 лет первые 14 территорий опережающего развития, которые сегодня отобраны и наиболее подходят для этого, что называется, наиболее готовый продукт – это один триллион частных инвестиций, внебюджетных инвестиций, которые мы можем привлечь и которые не привлекли бы, если бы не создали такой инструмент.

Второй приоритет. Мы очень внимательно проанализировали те инвестиционные проекты, которые заявлялись на Дальнем Востоке, которые есть на Дальнем Востоке, частично, может быть, даже началась их реализация. Более 340 инвестиционных проектов за эти полгода мы отсмотрели внимательно и профессионально.

Из 340 проектов выбрали самые готовые и самые эффективные проекты, которые могут дать значимый с точки зрения территории эффект для её развития. Всего таких проектов, которые удовлетворяют тем характеристикам и требованиям, о которых я сказал, – 18. И эти проекты в совокупности дают Дальнему Востоку 2,5 триллиона частных инвестиций.

За каждым проектом стоит конкретный, понятный частный инвестор, это в основном российские инвесторы, в отличие от первого случая (ТОРы – это всё-таки больше для иностранных), это наши, российские инвесторы. И фактически реализация этих проектов – это, я бы сказал так, создание новой экономики Дальнего Востока. ТОРы в совокупности с инвестпроектами – это удвоение ВРП за десять лет, ВРП на Дальнем Востоке.

Причём расчёты, которые мы выполнили, соответствующие расчёты с инвесторами, и наши коллеги по Правительству их тоже внимательно посмотрели, – это не просто такое абстрактное упражнение, мы госпрограмму вокруг этих проектов построили, на языке соответствующего государственного программирования всё это выразили и в Правительство направили.

Что можно отметить? Например, на Чукотке два горно-обогатительных комбината запущено с начала года, 183 процента – индекс промышленного производства по этому региону России. И из такой конкретной прикладной микроэкономической проектной работы и складывается новая экономика.

В.ПУТИН: Но нужно только, чтобы это всё переходило в практическую плоскость, так, как на Чукотке.

А.ГАЛУШКА: Да, абсолютно верно, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Чтобы не осталось на бумаге.

А.ГАЛУШКА: Могу сказать, что лично для меня это вообще главный вопрос. Я, если честно, не привык такими упражнениями заниматься. Вообще хочется, главное, добиться результата.

Третий приоритет очень важный. Помимо таких прорывных точек, как территории опережающего развития, инвестиционные проекты, которые мы поддерживаем, индивидуально сопровождаем, добиваемся их реализации, не менее важно комплексное развитие территорий Дальнего Востока, социальной сферы.

В этой связи в Министерстве мы организовали и провели работу по анализу самых разных государственных программ с точки зрения того, как в этих программах Дальний Восток представлен: что у нас Дальний Восток в программе здравоохранения, в программе образования, в программе социальной поддержки граждан. Ранее такая работа не проводилась.

Что мы для себя выяснили? С одной стороны, мы видим объективно: территория Дальнего Востока не освоена ещё.

В.ПУТИН: Конечно.

А.ГАЛУШКА: И по характеристикам социальной среды, условиям для жизни отстаёт от среднероссийских показателей, это с одной стороны. А с другой стороны, в госпрограммах в пересчёте на одного жителя (притом что у нас немного людей там живёт – 6,2 миллиона человек) удельное недофинансирование Дальнего Востока по сравнению со среднероссийскими показателями.

Мы считаем это существенной проблемой, когда, с одной стороны, нам эту территорию развивать нужно, она не освоена, а в госпрограммах она никак не представлена. Есть примеры, когда финансирование просто в десятки раз в пересчёте на одного человека ниже, чем в среднем по Российской Федерации.

Мы просчитали, что даст выравнивание. Просто вывести на средний по России уровень, плюс, может быть, даже если небольшой повышающий коэффициент опережающего развития 1,3 применить, то в ближайшие три года это 400 миллиардов перераспределения денег в госпрограммах.

В.ПУТИН: В пользу Дальнего Востока.

А.ГАЛУШКА: В пользу Дальнего Востока. Причём обоснование именно в том – давайте хоть нормально финансировать, как в среднем по России, но, может быть, чуть выше по некоторым направлениям, 400 миллиардов.

И это тоже ресурс, ресурс развития территории. Причём в этом случае, на наш взгляд, Минвостокразвития свою очень понятную нишу занимает: с одной стороны, мы делаем регионы ближе к Москве, с другой стороны, Москва становится ближе к регионам.

Почему так произошло? Когда стали разбираться, то стало понятно, что это то, что в экономике называется «ловушка отсталости», просто руки даже не доходят толком. А у региональных руководителей – тоже в Москву не налетаешься постоянно. Вот и возникла такая картина. Причём мы с регионами эту позицию отработали.

У нас конкретные предложения по конкретным объектам: это больницы, спортивные сооружения, объекты социальной инфраструктуры. Этот ресурс подкреплён конкретными предложениями по объектам и мероприятиям, которые мы отработали с регионами Дальнего Востока.

И мы эту проблему вынесли на уровень Председателя Правительства, доложили соответствующим образом. Получили поручение о том, что нужно в госпрограммах выделить и специальный раздел, и опережающее финансирование предусмотреть.

Пока эта работа идёт, не просто, но идёт. И, на наш взгляд, если даже эти три вещи нам сделать практически, 18 наиболее значимых инвестпроектов до конца довести, до их логического завершения, до выпуска продукции, рабочих мест, налогов, создать территории опережающего развития для привлечения новых инвестиций, которые прежде всего на рынки АТР ориентированы, нормально разобраться с госпрограммами, приоритизировать их и обеспечить нормальное финансирование Дальнего Востока – вот всё это вместе даёт, и реализация этих трёх приоритетов, мы понимаем, что это ресурс развития Дальнего Востока и его подъёма.

В.ПУТИН: Это реалистично, согласен.

А.ГАЛУШКА: Эта работа непростая, трудная, но сделать это можно.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 августа 2014 > № 1143064 Александр Галушка


Китай. ДФО > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 6 августа 2014 > № 1144056 Владимиир Чурусов

В крупнейшей в России социальной сети Вконтакте пользуется широкой популярностью видеоблог "Китайская лапша", который рассказывает исключительно о Китае.

"В данный момент в нашей группе "Вконтакте" почти 2000 человек, кстати число постоянно растет. В веб-сайте YouTube у каждого ролика сотни просмотров", -- сказал один из авторов видеоблога Владимир Чурусов в интервью корр. агентства Синьхуа.

"Это абсолютно некоммерческий проект. Мы делаем по собственному желанию, свободно делаем то, что мы хотим", -- отметил Владимир, который сейчас работает на русскоязычном канале Центрального телевидения Китая.

В видеоблоге упор делается на актуальных вопросах для иностранцев в Китае, например "Где в Китае купить электронику", "Как поступить в китайский университет", а также на китайских праздниках, китайских особенностях.

"Мы надеемся, что эти ролики помогут иностранцам лучше ориентироваться в Китае, лучше понять Китай, "плюс" это часть интеграции русскоязычного сообщества в Пекине, здесь живут очень много русских и людей из постсоветского пространства, которые тоже говорят по-русски", -- отметил Владимир.

На данный момент в этом проекте пять постоянных участников и было выпушено порядка 50 роликов. Сейчас выпуски ориентируются в основном на русскоязычную аудиторию, в будущем создатели не исключают возможности добавить английские субтитры, если популярность будет расти и появятся потребности.

"В Китае такой огромный богатейший культурный запас, только о китайских традициях, культурных особенностях можно снимать сотни выпусков", -- заверяет Владимир, -- "у нас выбор большой. Можно снимать об актуальных проблемах, в Пекине серьезное загрязнение воздуха, по-моему, это тоже подходящая тема".

Владимир Чурусов, окончивший факультет китаеведения Дальневосточного государственного университета, свободно говорит по-китайски. Коснувшись его первого близкого знакомства с Китаем, он особо упомянул встречу во Владивостоке с китайскими детьми из пострадавшей от землетрясения провинции Сычуань/Юго-Западный Китай/.

В 2008 году произошло разрушительное землетрясение в уезде Вэньчуань провинции Сычуань. Тогда президент РФ Дмитрий Медведев предложил, чтобы дети, пострадавшие от землетрясения, приехали на отдых в Россию, в частности в Всероссийский детский центр "Океан", который находится в Приморском крае.

"Я тогда как раз учился в университете на третьем курсе и мне предложили поехать работать туда волонтером-переводчиком, чтобы помогать детям лучше ориентироваться в лагере, потому что в лагере никто не говорит по-китайски, "плюс" для них это тоже впервые, они никогда не были в России, многие из них впервые вышли из своих маленьких деревень" -- вспоминает Владимир.

"Мы учились китайскому языку, но очень мало общались с китайцами, еще меньше общались с китайскими детьми. Можно сказать, мы их видели первый раз, особенно так близко", -- сказал он.

По его словам, его первым впечатлением было то, что в Китае очень много диалектов, которые зачастую абсолютно не похожи друг на друга. В частности, в Сычуани свой диалект, и даже когда дети говорили на китайском литературном языке, иногда их было очень сложно понять, потому что у них сычуаньский акцент. Но постепенно они приспосабливались и говорили, чтобы так, чтобы их понимали. Так что это все была решаемая проблема.

"Смена прошла очень интересно, успешно, мне кажется, дети были очень довольны, нам тоже очень интересен такой опыт", -- сказал Владимир. Потом Владимир поехал в Китай на стажировку на год, и в 2009 году он снова был в "Океане", снова работал волонтером с китайскими детьми, это была вторая партия.

В глазах Владимира психология у китайских детей немножко отличается от русских, они более послушны, меньше капризности. По его словам, в самом лагере вожатых готовили изначально, что будут китайские дети, они не такие как русские дети, им рассказывали тоже психологию китайцев, в частности китайских детей. "Все это было, мне кажется излишние. Потому что как только пошла смена, буквально за очень короткое время друг к другу мы привыкли, и фактически таких конфликтов и непонимания не было", -- с радостью вспомнил Владимир.

Он считает, что для китайских детей это уникальный опыт, потому что поездка за границу всегда расширяет кругозор. Кроме того, "Океан" считается одним из лучших детских центров по всей России, дети, которые там отдыхали, учатся чему-то новому, узнают новое, в плане общего развития это дает им очень большой толчок вперед. "Я уверен, что для китайских детишек "Океан" останется навсегда в памяти, как радостное и яркое событие, которое они навсегда запомнят", -- заверил он.

В 2011 году Владимир участвовал в проекте русскоязычного канала CCTV, посвященном 3-й годовщине Вэньчуаньского землетрясения. На следующий год он пополнил персонал русскоязычного канала CCTV и начал свою жизнь в Китае.

Поездка в провинцию Сычуань произвела сильнейшее впечатление на Владимира. "Хотя прошло немного времени, всего три года, жизнь там продолжается, люди, которые так или иначе пострадали от землетрясения, идут вперед, не стоят на месте. Как говорится, не нужно постоянно жить в своем горе, но нельзя и забывать его", -- добавляет молодой россиянин.

Съемочная группа CCTV ездила по разным городам провинции Сычуань, которые пострадали от землетрясения, смотрела какие то произошли изменения, встречалась с детьми, как раз узнавали, как у них дело.

Конечно самая большая радость для Владимира была повторная встреча с детьми своих отрядов, которые отдыхали в "Океане".

"Дети были очень рады, очень удивлены, интересно снова видеться, снова пообщаться. Три года прошло, у них много изменилось", -- улыбнулся Владимир. В его глазах, дети стали более серьезными, когда они были "Океане", они были маленькие, бегали, веселись, сейчас видно, стали более серьезными, говорили об очень серьезных вещах.

"Детишки помнят прекрасно "Океан", помнят своих друзей, они там подружились. Мне сказали про всех ребят, кого они знают, как у них дело. Они также помнят океанские песни и детские песенки, хотя по-русски, как только я стал петь, они сразу вспоминают и начинают подпевать", -- сказал Владимир.

"Радостно было видеть, что у этих детей все нормально, у них все хорошо в жизни, несмотря на то, что кто то из них лишился дома или погиб один из родителей например, эти детишки по-прежнему смеются, улыбаются, живут нормально своей жизнью", -- отметил он.

Что касается своих планов на будущее, Владимир сказал, что доволен своей работой в CCTV и пока останется в Китае.

"Мне повезло, что я стал свидетелем дружеских контактов между народами России и Китаем в последние годы", -- сказал Владимир. Он выразил уверенность в том, что "развитие отношений двух стран принесет мне больше возможностей".

Китай. ДФО > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 6 августа 2014 > № 1144056 Владимиир Чурусов


Китай. ДФО > Транспорт > russian.china.org.cn, 6 августа 2014 > № 1144055

В настоящее время интенсивно ведется подготовка к реализации совместного китайско-российского проекта сотрудничества по строительству многофункционального порта в Зарубино /Приморский край, Россия/. Об этом стало известно в администрации провинции Цзилинь /Северо-Восточный Китай/, которая является инициатором сотрудничества с китайской стороны.

По словам президента группы "Сумма" Александра Винокурова, в 2016 году будет начато строительство порта, а затем уже в 2018 году будет введена в эксплуатацию первая очередь проекта.

Согласно планам, годовой грузооборот Зарубино по окончанию строительства многофункционального порта достигнет 60 млн тонн.

В мае этого года правительство провинции Цзилинь и российский холдинг "Сумма",являющийся крупнейшей в России корпорацией, предоставляющей услуги в сфере портового строительства и обслуживания, подписали рамочное соглашение о строительстве многофункционального порта в Зарубино.

Как стало известно, все открытые за последняя время провинцией Цзилинь транспортные наземные и морские пути по маршрутам "Китай-Россия-Республика Корея", а также "Китай-Россия-Республика Корея-Япония" проходят через российский порт Зарубино, и стали "золотыми" транспортными линиями, которые соединили все страны в акватории Японского моря, а также вторым выходом к морю в Северо-Восточном Китае.

Строительство многофункционального порта в Зарубино будет соответствовать национальной стратегии создания Экономического пояса Шелкового пути и Морского Шелкового пути 21-го века, позволит продолжить расширение международного транспортного канала между Китаем и Россией, а также будет стимулировать формирование пилотного района развития и открытости Чанчунь-Цзилинь-Тумэньцзян /пров. Цзилинь/.

Зарубино -- незамерзающий российский порт, расположенный на побережье Приморского края РФ, в бухте Троицы, всего в 60 км от крупного транспортного узла -- г. Хуньчуня /пров. Цзилинь/. В начале 90-х гг прошлого века Приморский край и пров. Цзилинь установили дружественные отношения. В последние годы Цзилинь уделяет повышенное внимание сотрудничеству с российской стороной в развитии логистических возможностей порта Зарубино. -

Китай. ДФО > Транспорт > russian.china.org.cn, 6 августа 2014 > № 1144055


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 августа 2014 > № 1140377 Сергей Вялых

Рыбная отрасль неслучайно интересует ФАС

В рыбном хозяйстве Приморского края вращаются значительные денежные средства, а это, в свою очередь, означает возможное столкновение интересов и нарушения конкурентного законодательства. Неудивительно, что отрасль привлекает столь пристальное внимание антимонопольных органов, заявил в интервью Fishnews руководитель Приморского УФАС Сергей Вялых.

– Сергей Васильевич, на заседании 4 июля Госдума приняла во втором и третьем чтениях законопроект о внесении изменений в ФЗ от 29 апреля 2008 года № 57 «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» и отдельные законодательные акты РФ». Изменения касаются и рыбной отрасли. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее. Как вы считаете, будут ли такие поправки способствовать развитию российского берегового хозяйства?

– Хотелось бы поделиться своими собственными ощущениями, почему появились изменения в законе.

Вы знаете о том, что в 2012 году ФАС начала заниматься рыбным картелем. Помните, с чего все началось? С сообщения «Пасифик Андес» на Лондонской бирже о том, что эта гонконгская компания контролирует более 60% добычи российского минтая. Об этом в нашей стране было доложено высшему руководству. И оно сделало вывод: даем рыбакам преференции, а кто же является по ним выгодоприобретателем? Оказалось, что выгодоприобретателем является гонконгская фирма. Непорядок. И, собственно, машина закрутилась.

Суть не в том, что нельзя иностранцам работать в рыбной отрасли РФ. Можно, но делать это нужно правильно. Обращаться с ходатайством, как это предусмотрено 57-м ФЗ, чтобы вопрос рассматривала правительственная комиссия. Если приходите работать в отрасль, стратегическую для безопасности государства, нужно выполнять некоторые условия. Для того чтобы наша экономика превращалась из сырьевой в инновационную, нам надо создавать повышенную добавленную стоимость.

Сегодня за рубеж уходит мороженая рыба. А вот если бы из улова произвели филе, стоимость была бы другая. Что и делается в Китае – эта страна работает на нашем минтае, а филе продает за рубеж, в Европу, гораздо дороже.

И коль скоро мы делимся своими ресурсами с иностранцами, пусть они помогут нам инвестициями. И мы либо будем развивать переработку на берегу, может быть, будем создавать совместные предприятия, либо будем перерабатывать рыбу на плавбазах – здесь вариантов много.

Изменения также заставляют сообщать о конечном выгодоприобретателе. Ведь как получается? Физическое лицо может учредить юридическое, тот, в свою очередь, – офшор, и мы никогда не узнаем, кто из олигархов стоит в начале цепочки. А согласно поправкам, нужно показывать конечного бенефициара. В моем рассказе конечным выгодоприобретателем был «Пасифик Андес», хотя в некоторых обществах он вообще не присутствовал. Процесс контролировался через работников «русского отдела».

Добавлю также, что существуют прямой и косвенный контроль. Первый легко устанавливается: достаточно посмотреть ЕГРЮЛ или реестр акционеров. Также изучается орган управления. В большинстве российских компаний управленческая система трехзвенная: первое звено – это общее собрание, второе – совет директоров, третье – единоличный исполнительный орган (либо управляющая компания, либо конкретное физическое лицо). Бывает, что у иностранцев нет ни одной акции, в совете директоров все – граждане РФ, а управляет, допустим, менеджер из Кореи или Китая. Признак? Да. Это прямой контроль.

Но есть еще косвенный. Когда, например, компания получает деньги, но распределять их не может, потому что этими процессами распоряжается аудитор из корейской фирмы.

Когда мы работали по рыбному картелю, прямого контроля как такового не было, а был косвенный. Пришлось, конечно, потрудиться, но он был доказан.

Приведу еще информацию о готовящихся поправках в закон № 57, которая озвучивалась на пресс-конференции с участием заместителя руководителя ФАС Андрея Геннадьевича Цыганова и начальника управления контроля иностранных инвестиций Армена Эдуардовича Ханяна. В частности, предлагалось считать стратега находящимся под контролем иностранного инвестора в случае, когда его акционерами (участниками) являются иностранные государства, доля которых в совокупности позволяет контролировать его. Стратег – это стратегический акционер. Опять же, это может быть физическое лицо. В 2013 году управление работало по компаниям, которые, по мнению центрального аппарата ФАС, находились под корейским влиянием. Не нашли ни одного иностранца, но обнаружили этнических корейцев, которые являются гражданами РФ, но живут и собрания проводят за рубежом.

Перечень обязательств, возлагаемых на инвестора, дополняется таким пунктом, как переработка на территории России водных биоресурсов.

В федеральный закон «О рыболовстве и сохранении ВБР» вносятся изменения в части введения запрета на осуществление рыболовства российскими лицами, находящимися под контролем иностранного инвестора, за исключением случаев, когда контроль установлен в соответствии с законом № 57. Это как раз тот случай, когда граждане РФ на самом деле полностью контролируются из-за рубежа, отчитываются по производственной, финансовой деятельности. И это можно увидеть даже по командировкам.

– От иностранного контроля перейдем к другой теме. В ключевых рыбацких регионах внимательно следят за выполнением президентского поручения по созданию на Дальнем Востоке рыбоперерабатывающего кластера. И надо сказать, что шаги, которые предпринимаются в этом направлении в Приморском крае, вызывают немало вопросов у профессионального сообщества. Ранее прокуратура выявила нарушение при проведении конкурса на выполнение работ по рыбному кластеру – материалы были переданы в УФАС. Однако по результатам рассмотрения управление отказало в возбуждении дела. Прокомментируйте, пожалуйста, для наших читателей принятое решение.

– Да, действительно, прокуратура провела проверку соблюдения законодательства при осуществлении в Приморском крае инвестиционной деятельности. Увидев документы, связанные с проведением конкурса на разработку концепции рыбного кластера, надзорное ведомство посчитало, что нарушен закон – а в то время, до 31 декабря 2013 года, действовал ФЗ от 21 июля 2005 года № 94 «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд». И конечно же, бюджетные средства должны были распределяться именно в соответствии с этим законом.

При первом рассмотрении, когда прокуратура предоставила материалы, у меня было впечатление, что здесь как минимум нецелевое использование бюджетных средств.

Кто как ни правоприменители знают больше всех о Бюджетном кодексе? И прежде всего я набросал перечень вопросов, которые у меня возникают, и обсудил их с руководителем управления Росфиннадзора в Приморском крае Ольгой Александровной Кузнецовой. Она указала на те моменты, которые заставили меня усомниться в правильности первоначальных выводов. Мое мнение о том, что допущено как минимум нецелевое использование бюджетных средств, стало колебаться. Я начал смотреть на ситуацию с учетом замечаний руководителя управления Росфиннадзора, изучил Бюджетный кодекс, все разъяснения, которые есть в системе «Консультант Плюс», судебную практику и так далее. И понял, что вопрос не такой простой.

Мы запросили у администрации края довольно большой перечень информации. Очень важным стало общение с Контрольно-счетной палатой Приморья, которая как раз следит за исполнением краевого бюджета.

Тема непростая, с первого раза ее не рассмотришь. Пришлось получать дополнительные данные, поэтому мы проверку продлевали и выбрали, в общем-то, все сроки, которые нам предоставлены законом, – всего получилось три месяца: 7 апреля получили материалы, 2-го дали ответ.

Президент РФ поставил задачу создать рыбный кластер на Дальнем Востоке, для того чтобы была глубокая переработка биоресурсов, высокая добавленная стоимость продукции, чтобы наша экономика из сырьевой превращалась в инновационную.

Правительство РФ приняло соответствующие меры. И основной документ, который мы исследовали, это протокол заседания Правкомиссии по вопросам агропромышленного и рыбохозяйственного комплексов, которое проводил вице-премьер Аркадий Дворкович. Если Президент давал поручение создать рыбный кластер на Дальнем Востоке, то там уже было конкретизировано – в Приморском крае. Сроки были поставлены очень сжатые. А вы сами знаете, что такое бюджетное планирование.

И администрация региона решила, что конкурс по кластеру может быть проведен за счет субсидии на возмещение затрат по инвестиционной деятельности, которая была перечислена АНО «Инвестиционное агентства Приморского края», – 74 млн. 500 тыс. рублей в конце года.

Прокуратура усмотрела нарушение, когда увидела распоряжение, согласно которому первый вице-губернатор Приморья Александр Костенко дал указание руководителю некоммерческой организации провести торги. Но изучив устав, я увидел, что администрация Приморского края является единственным учредителем АНО. То есть может давать обязательные для исполнения поручения единоличному исполнительному органу некоммерческой организации – директору агентства.

Полномочия заказчика краевая администрация не может передать АНО, но здесь-то, как оказалось, правоотношения совершенно другие – поручение за счет средств, которые выделяются на покрытие затрат, связанных с уставной деятельностью. Такие выводы были сделаны не сразу, на это ушло три месяца. Были получены объяснения от Александра Костенко и Андрея Аксенова (экс-руководитель инвестиционного агентства – прим. корр.). И мы добрались, я считаю, до истины. Может быть, она относительна. Но, мне кажется, управление в принципе исследовало все, что было связано с вопросом.

И был еще один пласт, который не вошел в наш ответ на обращение прокуратуры. Если мы говорим про 94-й федеральный закон, то антимонопольным органом контролируется процесс создания и утверждения документации, проведения торгов и определения победителя. То есть начало госконтроля – это процедуры формирования документации, окончание – определение победителя. Лежит ли в этой плоскости разработка концепции кластера? Мне кажется, нет. Вот если бы уже разрабатывался проект, то можно было бы говорить, что это государственный заказ. А концепция – это, на мой взгляд, только подготовительная работа, не тот процесс, который может контролироваться антимонопольным органом и попадать под действие 94-го ФЗ. Однако этот момент небесспорный, поэтому в решении его не отразили.

– Но ведь от концепции зависит вся работа, которая будет проводиться по созданию кластера в дальнейшем.

– Как я уже отметил, здесь со сферой госконтроля сложный вопрос. Приведу пример. Есть кучка листьев, колючек, но приходит человек и делает из них икебану. Где та грань, когда мусор становится произведением искусства? Так и в нашем случае. Где та точка, когда подготовительная работа становится проектной документацией? Я это точку не уловил, но юридический опыт и наитие подсказывают, что в данном случае государственный контроль начинается не с разработки концепции.

– Недавно комиссия Приморского УФАС признала, что конкурс по распределению 29 участков для товарного рыбоводства в крае был проведен с нарушением закона о защите конкуренции. Подало ли к настоящему времени управление судебные иски о расторжении договоров на закрепление рыбопромысловых участков?

– Мы вынесли решение, направили его участникам. Сейчас по обращению Приморского территориального управления Росрыболовства (именно теруправление посчитали виновным в создании нескольким участникам преимущественных условий участия в торгах – прим. корр.) наше решение обжалуется в арбитражном суде.

Мы начали готовить исковое заявление для расторжения договоров на 28 участков (договор на один участок по техническим причинам не был заключен). Но когда выяснилось, что срок давности истек, обратились в природоохранную прокуратуру. Однако это ведомство также установило, что срок давности для него пропущен, хотя и небесспорно.

Но здесь есть один нюанс: наше решение может рассматриваться как вновь открывшееся обстоятельство для пересмотра дела, которое прошло три судебные инстанции по обращению Находкинской базой активного морского рыболовства (НБАМР все три раза проиграла).

– Не поступало ли в управление жалоб на проведение в этом году конкурса по распределению участков для промысла лосося в крае?

– Когда проводился этот конкурс, к нам также поступали из территориального управления Росрыболовства запросы о направлении специалиста. Сергей Константинович Бессонов (начальник отдела контроля органов власти Приморского УФАС – прим. корр.) присутствовал на заседаниях. Ему давалась установка, да и ФАС у нас в этих случаях говорит: когда чувствуете, что могут быть жалобы по итогам торгов, тогда вам лучше на голосовании воздерживаться. Чтобы не было вопросов: почему голосовали за, а потом возбудили дело. Позиция, мне кажется, совершенно правильная, взвешенная.

Жалоб на проведение конкурса до 15 июля, действительно, не поступало. Одна из участниц подала жалобу в центральный аппарат ФАС, оттуда обращение передали нам. Но, конечно, сейчас однозначно сказать, каков будет исход, я не могу.

– На пресс-конференциях вы всегда активно приводите дела в рыбохозяйственном комплексе. Как вы считаете, если рассматривать зону ответственности Приморского УФАС, какая среди ресурсных отраслей больше всего внимания привлекает по количеству нарушений?

– Давайте порассуждаем. У Приморского края есть конкурентные преимущества по сравнению с другими регионами. Во-первых, транспортно-логистические. Наш край находится на юге Дальнего Востока, у нас имеются удобные бухты. На этом порт Владивосток до революции зарабатывал деньги. Активно транспортно-логистические возможности использовались и в советские годы. Но в 90-е годы мы утратили это преимущество, потому что большинство грузов пошло, минуя нас, через Пусан, Раджин и т.д.

Нужно добиться того, чтобы это конкурентное преимущество снова работало на Приморский край. Должна быть развита транспортная структура, все, что связано с таможенным, пограничным оформлением, портовым хозяйством.

Второе по значимости конкурентное преимущество – это рыбная отрасль. По важности и по вращающимся денежным ресурсам она сейчас номер один. Надо стремиться к тому, чтобы стало так, как было раньше. И мы из этого конкурентного преимущества извлекали дополнительные средства, которые в виде бюджетных поступлений шли бы на развитие региона. Чтобы создавались новые рабочие места, чтобы доступнее было жилье, чтобы здесь жилось лучше.

Рыбная отрасль дает в валовой региональный продукт большие поступления. Следовательно, там большие деньги, а значит, и чьи-то интересы. В этой отрасли, собственно, могут быть и нарушения.

Если мы говорим об отрасли номер три, то, мне кажется, для Приморья таковой является лесная.

– Но рыбное хозяйство все-таки впереди?

– Совершенно несоизмеримые обороты.

Маргарита КРЮЧКОВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 августа 2014 > № 1140377 Сергей Вялых


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 30 июля 2014 > № 1137153

Совещание с членами Правительства.

Владимир Путин провёл совещание с членами Правительства, посвящённое выполнению задач, поставленных Президентом в Послании Федеральному Собранию в развитие майских указов 2012 года.

Обсуждались, в частности, перспективы развития региональных авиаперевозок, вопросы создания зон опережающего развития на Дальнем Востоке, меры по деофшоризации российской экономики, другие актуальные задачи.

* * *

Начало совещания с членами Правительства

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами поговорим сегодня о том, как идут процессы деофшоризации, но перед этим несколько вопросов. И первый – к Максиму Юрьевичу Соколову – по поводу того, как у нас обстоят дела с перевозками. Сейчас самый пик летнего сезона, и люди ездят к местам отдыха, назад возвращаются. Как обстоят дела, как Вы оцениваете?

М.СОКОЛОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Мы как раз получили данные за первое полугодие по авиаперевозкам внутри страны. И на сегодняшний день цифра перевезённых пассажиров составляет 41,5 миллиона человек. По отношению к прошлому году мы наблюдаем рост почти на 11 процентов.

И если в прошлом году темпы роста международных авиаперевозок существенно превышали темпы роста внутрирегиональных перевозок, то в этом году тенденция обратная: региональные перевозки растут примерно в три раза быстрее, чем международные перевозки. И уже внутри России только российскими авиакомпаниями перевезено порядка 20 миллионов пассажиров.

Это стало возможным благодаря программам поддержки региональных перевозок. Их в целом пять программ, примерно 9 миллиардов рублей запланировано в бюджете Минтранса на поддержку внутрирегиональных авиаперевозок. За счёт мер этой поддержки будет дополнительно перевезено порядка 1,5 миллиона человек и открыто около 80 внутрироссийских новых авиалиний.

В.ПУТИН: Знаете, некоторые руководители регионов, губернаторы просили меня помочь им в передаче вам некоторых объектов инфраструктуры. У нас принято решение о развитии региональных авиалиний, и это означает, что нужно создать соответствующую компанию, решение Правительства по этому вопросу состоялось. Нужно забирать у них эту инфраструктуру, не стесняться. Как-то это медленно делается, в чём проблема?

М.СОКОЛОВ: Уважаемый Владимир Владимирович, в этом году уже было принято решение Правительства Российской Федерации об увеличении количества аэропортов, входящих в федеральное казённое предприятие «Аэропорты Дальнего Востока», и подготовлены решения по организации ФКП «Аэропорты Красноярья» с увеличением на 7 региональных аэропортов, входящих в это федеральное казённое предприятие.

Сейчас идёт бюджетный процесс, и в рамках бюджетного процесса если будут приняты соответствующие решения, то уже со следующего года эти аэропорты могут быть приняты и объединены в это федеральное казённое предприятие.

Сегодня порядка 55 региональных аэропортов из порядка 300, которые есть в нашем реестре, уже входят в федеральные казённые предприятия. В основном это аэропорты Сибири, Дальнего Востока, Крайнего Севера, и за счёт этих мер поддержки – это тоже меры поддержки региональной авиации – мы берём на себя, я имею в виду на федеральный уровень, расходы по их содержанию и развитию.

В.ПУТИН: Надо забирать это хозяйство активно.

М.СОКОЛОВ: Задача понятна, Владимир Владимирович, будем исполнять.

В.ПУТИН: Не тяните с этим делом. И надо продумать, действительно, вот эти меры поддержки регионам, потому что если их не будет, тогда невыгодно будет производить собственные самолёты малой авиации.

Вроде как потребность большая, а заказов нет; а заказов нет, потому что дорого. Значит, нужно предложить механизмы, которые позволили бы загружать эти местные линии и, соответственно, строить отечественные самолёты.

М.СОКОЛОВ: Владимир Владимирович, задача понятна.

Частично в тех мерах поддержки, о которых я сказал раньше, такие программы уже существуют. Это 3,5 миллиарда рублей на поддержку региональных авиаперевозок и примерно 600 миллионов рублей – средства федерального бюджета (там есть и субъектовая составляющая) на поддержку пилотного проекта в Приволжском федеральном округе. И как раз за счёт этого нам удалось серьёзным образом продвинуть вопрос развития региональных перевозок и в прошлом году открыть 100 новых маршрутов, а в этом мы планируем, как я уже сказал, порядка 80.

Мы полагаем, что совместно с Минпромторгом – у нас разработана соответствующая программа – это приведёт как раз к необходимости или даже к возможности создания нового современного регионального самолёта, который будет работать на этих линиях взамен старых «Ан-24», но и «Ан-2» тоже у нас ещё летают.

В.ПУТИН: Рынок нужен, рынок перевозок нужен с соответствующим обеспеченным спросом. Если этого не будет, то никто не будет производить. Будем потихонечку закупать по два-три самолётика где-нибудь за границей, но это же не то, что нам нужно для развития отечественной авиации.

Я прошу подумать над этим. Аркадий Владимирович [Дворкович], Вас тоже – как человека, который отвечает за эту отрасль.

А.ДВОРКОВИЧ: Есть.

Как сказал Максим Юрьевич, мы продвинулись, темп сейчас набрали неплохой, нужно просто последовательно продолжать. Будем это делать.

В.ПУТИН: Спасибо.

И поскольку Максим Юрьевич упомянул о Дальнем Востоке, то я попросил бы Александра Сергеевича [Галушку] несколько слов сказать о том, как там идёт работа. Мы приняли соответствующие решения по зонам опережающего развития. Что происходит в действительности на территории?

А.ГАЛУШКА: Уважаемый Владимир Владимирович! Работа разбивается на три части – это полевая, маркетинговая и законопроектная работа.

В части полевой работы: на месте команда Минвостокразвития совместно с регионами отсмотрела более 400 предложений по площадкам для размещения территорий опережающего развития. Критерий, которым мы руководствовались, – это инвестиционная привлекательность этих площадок для размещения новых производств, ориентированных на крупные и динамично развивающиеся рынки Азиатско-Тихоокеанского региона.

С учётом хорошо известных ограничений на Дальнем Востоке – логистических, инфраструктурных, кадровых – таких площадок немного, всего их отобрано 14. Каждая из них для нас важна как потенциальный источник интенсификации экономического развития. По каждой из этих 14 площадок на сегодняшний день ведётся работа по подготовке комплексного плана их инженерного и инфраструктурного обустройства. До 1 сентября этого года эта работа будет завершена, и по каждой площадке у нас будет ясное понимание того, какие необходимы точечные решения для доведения их до полного соответствия для представления инвесторам.

В части маркетинговой работы: Минвостокразвития сформирована база данных из 4400 крупных компаний-производителей, которые экспортируют продукцию в страны АТР в размере 10 триллионов долларов США. С более чем 300 из данных компаний проведены переговоры по инвестированию в территории опережающего развития, представлены потенциальные площадки, которые мы отобрали, а также основные положения законопроекта, который разработан.

Подписаны на текущий момент первые 5 меморандумов о взаимопонимании с иностранными инвесторами об инвестировании в территории опережающего развития: три японские компании, одна китайская, одна новозеландская. Руководители крупнейших южнокорейских компаний: Samsung, Lotte, LG, Daewoo, – крупнейших японских компаний: Sumitomo, Kawasaki, Hitachi, Mitsubishi, Mitsui – лично высказали интерес к проектам в территориях опережающего развития.

Кроме того, проработаны схемы предоставления связанных кредитов резидентам будущих ТОР на Дальнем Востоке с Японским банком международного сотрудничества, Корейским экспортно-импортным банком и Государственным банком развития Китая.

В целом по части работы с потенциальными иностранными инвесторами, привлекаемыми в территории опережающего развития, можно отметить, обобщая, что наш курс по созданию конкурентоспособных территорий опережающего развития на Дальнем Востоке, по кардинальному улучшению инвестиционного климата – это, наверное, лучший экономический ответ на попытку создать какие-либо внешнеполитические сложности развитию России.

В части законопроектной работы: подготовлен соответствующий проект федерального закона о территориях опережающего развития. Два ключевых положения этого закона заключаются в дерегулировании и в налоговом стимулировании.

В дерегулировании ключевые вещи: это создание «одного окна» для инвесторов территорий опережающего развития и на основе этого – кардинальное сокращение и упрощение административных процедур; это предоставление режима свободной таможенной зоны в территориях опережающего развития; это прямое сокращение сроков проведения проверок; это льготные ставки арендной платы и подключения к инженерным сетям в территориях опережающего развития; это возможность привлечения необходимой квалифицированной рабочей силы без учёта квот и упрощённый порядок землепользования, изъятия земель.

По налоговому стимулированию. Согласованы следующие льготы: страховые взносы в размере 7,6 процента – для инвесторов, которые приходят в первые три года создания ТОР – в течение 10 лет их работы в территориях опережающего развития; налоговые каникулы по налогу на прибыль, земельному налогу, НДПИ; упрощённый и ускоренный порядок возмещения НДС.

На текущий момент законопроект согласован внутри Правительства Российской Федерации со всеми министерствами и ведомствами, согласованы его ключевые положения с Государственно-правовым управлением и с Экспертным управлением Президента.

Осталась на текущий момент одна концептуальная развилка – о сфере действия настоящего законопроекта. Государственно-правовое управление, Экспертное управление Президента считают, что необходимо сузить территорию действия данного законопроекта на Дальний Восток и, может быть (это предложение Экспертного управления), на монопрофильные территории. С таким концептуальным замечанием мы столкнулись, но рассчитываем, что мы урегулируем и это оставшееся последнее замечание и выйдем на внесение законопроекта и принятие в осеннюю сессию.

В.ПУТИН: В осеннюю сессию уже будет в Думе?

А.ГАЛУШКА: Да.

В.ПУТИН: Разумеется, я хочу обратиться к Минфину, прежде всего к Министерству экономического развития: без обеспечения необходимого финансирования эти планы тоже не будут реализованы. Здесь нужно внимательно посмотреть на все наши приоритеты, на возможности бюджета, но это нужно делать, что называется, на ясном глазу. Нельзя делать вид, что мы что-то делаем, а на самом деле только пишем планы. Правильно?

И основной вопрос. Я попросил бы Антона Германовича [Силуанова] несколько слов сказать о том, как идёт подготовка законопроекта, который должен заняться совершенствованием налогообложения компаний, зарегистрированных в офшорных юрисдикциях и конечными бенефициарами которых являются граждане России.

А.СИЛУАНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Такой законопроект подготовлен, в настоящее время мы обсуждаем его с предпринимательским сообществом. Законопроект предусматривает позиции о том, что те доходы, которые получают российские налоговые резиденты, должны облагаться по российским законам, а не скрываться в офшорах – с одной стороны.

С другой стороны, законопроект направлен на обеспечение прозрачности операций. В первую очередь у нас со многими странами заключены соглашения об избежании двойного налогообложения, которые имеют льготные режимы налогов. И сегодня многие предприниматели пользуются этим, причём не раскрывая информацию, в пользу кого распределяются прибыли и насколько обоснованно происходит использование этих льгот. Вот как раз этой задаче и посвящён законопроект.

А что сегодня получается? Сегодня получается следующее: многие инвестиции в Российскую Федерацию происходят из офшоров, и обратно возвращаются проценты, дивиденды, роялти, которые не подлежат налогообложению по соглашению об избежании двойного налогообложения.

Так вот, мы говорим о том, что такими льготами может пользоваться предприниматель только после того, как он раскроется. Мы поймём, кто конечный налоговый получатель, то есть получатель доходов, и, соответственно, уплатил ли он налог в российский бюджет. Именно этому посвящён закон.

Мы теряем немалые доходы в бюджет, поскольку (если брать за год) у нас только на Кипр и в Нидерланды уходит примерно 50 миллиардов долларов доходов с территории России. Если учесть, что примерно половиной из этой суммы являются доходы, которые принадлежат российским налоговым резидентам, то мы могли бы получить порядка 30 миллиардов рублей дополнительных доходов в бюджет, которые нам сейчас крайне необходимы.

Мы в целом, ещё раз докладываю, согласовали основные подходы, дорабатываем с бизнесом отдельные позиции и до конца августа внесём [в Госдуму] соответствующий законопроект.

В.ПУТИН: То есть в осеннюю сессию он тоже может быть принят?

А.СИЛУАНОВ: Да, обязательно.

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 30 июля 2014 > № 1137153


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 25 июля 2014 > № 1134045 Александр Винников

Рабочая встреча с губернатором Еврейской автономной области Александром Винниковым.

А.Винников информировал Президента о социально-экономической ситуации в Еврейской автономной области. Отдельно обсуждались реализуемые в регионе меры по обеспечению жильём пострадавших от наводнения 2013 года.

В.ПУТИН: Александр Аронович, как полугодие закончили, как Вы оцениваете результаты? И, естественно, как идут работы по восстановлению жилья для пострадавших от наводнения?

А.ВИННИКОВ: Владимир Владимирович, в целом итоги полугодия этого года можно назвать удовлетворительными в сравнении с соответствующим периодом прошлого года. Индекс промышленного производства у нас составил 118 процентов.

В.ПУТИН: Прилично.

А.ВИННИКОВ: Да. Наибольший прирост дали добыча и переработка полезных ископаемых, прежде всего за счёт увеличения производства цемента: у нас крупный цементный завод на территории. Безусловно, этому способствовало и то, что мы сегодня ведём строительство. Поэтому и в Хабаровском крае, и в Амурской области, которые тоже пользуются этим цементом, серьёзный прирост.

Что касается реализации майских указов 2012 года, то по производительности труда рост составил 18 процентов в первом полугодии.

В.ПУТИН: Это практически столько же, сколько рост промышленности.

А.ВИННИКОВ: Да, если такими темпами будем прирастать, то мы к 2018 году задачу даже превысим.

В.ПУТИН: Очень хорошо.

Если Вы про указы вспомнили – как социальная сторона?

А.ВИННИКОВ: Социальная сторона. Что касается заработной платы, мы по итогам прошлого года достигли показателей дорожной карты по образованию, за исключением дошкольного образования. И по здравоохранению мы уже достигли показателя 2018 года. Скажу прямо, что мы это сделали умышленно, в силу того что очень сложная кадровая ситуация в здравоохранении. Поэтому, чтобы и привлечь дополнительно [специалистов], мы пошли на такой шаг. Сегодня, в общем-то, показатели 2018 года у нас выполнены по врачам и по специалистам с высшим образованием.

Проблемной пока для нас остаётся культура. В силу того, что изначально базовые ставки заработной платы были крайне низкие, для того чтобы нам выйти на показатели дорожной карты, необходимо увеличивать заработную плату до 40 процентов в год. Но в силу высокой дотационности нашего бюджета, к сожалению, мы не смогли в прошлом году выйти, и у нас пока ещё 14 тысяч рублей средняя заработная плата у работников культуры. Мы сейчас решаем вопросы с Министерством финансов. К сожалению, пока не хватает около 117 миллионов рублей для того, чтобы решить проблему по учреждениям культуры и по дошкольному образованию. По остальным направлениям у нас нет каких-либо опасений, в этом русле мы работаем.

Конечно, важнейшей задачей для нас сегодня является обеспечение жильём жителей нашей области, потерявших своё жильё в результате крупномасштабного прошлогоднего наводнения.

Что мы сегодня делаем. Хочу Вам сразу, чтобы Вы видели, показать фотографии, какое жильё мы строим. Всего нам необходимо построить 731 жилое помещение. Из этого количества 253 семьи изъявили желание получить сертификаты. 157 уже получили сертификаты, 114 семей приобрели жильё. То есть у нас сегодня на рынке такое жильё имеется. Кроме того, Вы знаете, что решение принято, в том числе и Вами, что они могут сегодня приобретать жильё в принципе в любой точке России, где пожелают.

На сегодняшний день нам необходимо построить 478 жилых помещений, 178 домов, в том числе 5 многоквартирных домов – от 32- до 40-квартирных.

В.ПУТИН: Александр Аронович, кто выполняет эти работы, подрядчики кто?

А.ВИННИКОВ: Работы выполняют 100 процентов подрядные организации нашей области, и 7 организаций мы привлекли из Хабаровского края. Строим исключительно из своих материалов, кирпич у нас свой, три кирпичных завода, цементный завод – я говорил, два завода железобетонных изделий, несколько предприятий по переработке древесины.

В.ПУТИН: Когда мы должны это всё закончить?

А.ВИННИКОВ: То количество домов, которые мы признали непригодными для проживания до 1 января 2014 года, будут построены до 1 сентября – 100 процентов.

В.ПУТИН: До 1 сентября?

А.ВИННИКОВ: До 1 сентября текущего года. В мае текущего года и в начале июня мы завершили, по Вашему указанию, повторное обследование. Честно говоря, итоги нас шокировали, потому что дополнительно ещё, плюс к этим, 101 квартиру необходимо построить, то есть 60 домов – это малоэтажные и одно-, двухквартирные. На сегодняшний день все документы мы отработали.

В.ПУТИН: То есть люди всё-таки оказались правы.

А.ВИННИКОВ: Люди оказались правы.

В.ПУТИН: После зимы дома вышли в непригодном виде.

А.ВИННИКОВ: Совершенно верно. Честно говоря, раньше не сталкивались с этим. Мы просто не ожидали, что действительно мороз и вода своё чёрное дело делают.

В.ПУТИН: Когда будут готовы эти дома?

А.ВИННИКОВ: Эти дома мы планируем сдать к 30 сентября. Сегодня принимаем для этого все необходимые меры.

В.ПУТИН: Хорошо. Александр Аронович, но, как договорились, я посмотрю.

А.ВИННИКОВ: С удовольствием – приезжайте.

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 25 июля 2014 > № 1134045 Александр Винников


Россия. ДФО > Экология > ria.ru, 22 июля 2014 > № 1129155

Аномально жаркая погода, установившаяся в последнее время в Якутии, которая находится в арктической зоне России, на этой неделе может привести к таянию грунта в зоне вечной мерзлоты, что угрожает объектам энергетики и трубопроводного транспорта в этом регионе.

По данным МЧС, в последние 100 лет в России теплеет почти вдвое быстрее, чем во всем мире, причем наиболее активно этот процесс идет в северных районах. По расчетам специалистов, темпы потепления в Арктике в XXI веке будут в 2-2,5 раза выше, чем во всем мире. Уже к исходу века температура в Арктике может увеличиться на семь градусов Цельсия. Глобальные изменения климата уже привели к значительному росту в России числа крупномасштабных природных катастроф, прежде всего наводнений и лесных пожаров.

"Повышается риск подтопления населенных пунктов, разрушения трубопроводного транспорта и объектов энергетики в результате оттаивания грунтов в зоне вечной мерзлоты вследствие высоких температур воздуха на территории республики Саха (Якутия)", — говорится в прогнозе центра "Антистихия" МЧС РФ.

Основным элементом арктической транспортной системы, обеспечивающей грузопотоки по всей протяженности береговой линии РФ в Северном Ледовитом океане, является Северный морской путь, который в перспективе может стать важнейшей международной транспортной магистралью.

По данным МЧС, в среднем на территории арктической зоны России происходит в год более 100 чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, при этом отмечается устойчивый рост количества ЧС техногенного характера, среди которых доминируют транспортные аварии (30%), взрывы и пожары технологического оборудования (24%).

Как сообщало ведомство, общая стоимость полезных ископаемых, сосредоточенных в арктическом регионе России, превышает 30 триллионов долларов. Постепенно центр тяжести нефтегазодобычи России будет смещаться на шельф арктических морей, считают специалисты министерства. По данным спасателей, сейчас в Арктике производится продукция, составляющая 11% национального дохода России (при доле населения равной 1%) и 22% российского экспорта.

Для сравнения, объем всей мировой экономики в 2012 году составил около 70 триллионов долларов. ВВП России по итогам этого года, согласно прогнозу МВФ от 2013 года, может превысить 2,3 триллиона долларов, а по итогам 2018-го — составить почти 3,2 триллиона.

Россия. ДФО > Экология > ria.ru, 22 июля 2014 > № 1129155


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter