Всего новостей: 2402652, выбрано 468 за 0.123 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 12 ноября 2015 > № 1547664 Ма Чень

В Муроме продолжается активное строительство завода по выпуску сталей с покрытиями

Строительство ведет ОК «РусТехнологии», рассказал на выставке Металл-Экспо господин Ма Чень, руководитель компании.

О строительстве нового производства ваша компания объявила в начале года. На каком этапе этот проект находится в настоящее время?

На сегодняшний день там заканчивается строительство самого цеха. Запуск первой линии по нанесению цинкового покрытия на плоский прокат планируется в мае 2016 г., второй – в начале июля. Две линии по покраске будут запущены в конце 2016-начале 2017 г. При этом одна линия будет производить прокат для производства бытовой техники, а вторая – по технологии Printech.

На какие объемы производства удалось выйти в этом году на имеющейся площадке в Коврове? Чей металл является сырьем для вашего производства в настоящий момент?

На сегодня мы произвели 170 тыс.т.

На 70% мы используем импортную сталь, остальное приходится на российский прокат, в том числе и по давальческим схемам. Но мы стараемся все-таки расширять объемы закупки проката на местном рынке. Если брать муромский проект, то там практически все сырье будет закупаться в России.

Если честно, нам нравится работать на российском рынке, поскольку здесь легче работать. Особенно, теперь, когда мы являемся по сути уже российскими производителями. Если мы подтверждаем, что производство российское, покупатели охотно берут металл.

С другой стороны, удобна логистика. Если брать импортную сталь, там логистика занимает больше трех месяцев.

Как вы оцениваете рынок России по металлу с полимерным покрытием в 2015 г.?

Несмотря на экономические трудности в России, в этом году все-таки мы показали хорошие результаты. Скорее всего от этого пострадали крупные компании, до нас это не дошло.

Каковы были источники инвестиции в новый проект? Будете ли вы продолжать инвестировать в новое производство?

Наши акционеры – это китайская компания (51% акций) и господин Ма Де Мин (49% акций).

У нас есть еще один проект, но пока еще не просчитан, поскольку мы не понимаем, что будет с рынком. Это проект по обеспечению сырьем нашего оцинкованного производства. Под этот проект уже выкуплена земля, но пока мы смотрим на финансовое положение компании и конъюнктуру рынка.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 12 ноября 2015 > № 1547664 Ма Чень


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 12 ноября 2015 > № 1547654 Алексей Зайцев

А ГРУПП продолжает поступательно развиваться

Об этом рассказал А. Зайцев, генеральный директор компании, на «Металл-Экспо’2015».

Алексей Николаевич, как в нынешних условиях чувствует себя А ГРУПП?

Если отвлечься от тенденций последних месяцев, когда заметно снизились цены на отдельные виды металлопродукции, когда участники рынка задумались о глобальном сокращении емкости рынка, то компания в целом сработала хорошо. Мы рассчитываем сохранить уровень в тоннаже, достигнутый в прошлом году. Может быть, он немного сократится — в пределах 3%. Это примерно 650 тыс. т. По состоянию на 1 ноября наш объем реализации был лишь на 0,8% меньше, чем в аналогичном периоде 2014 г. В принципе мы могли бы продать и больше, но ограничивали те продажи, где требовалась длительная отсрочка платежа.

Стоит отметить серьезный прирост в региональном плане. За последнее время у нас значительно увеличилось количество филиалов и представительств, и на сегодня мы своей сетью покрываем всю территорию России. Это укладывается в рамки нашей стратегии развития, то есть мы стремимся предоставить нашим покупателям унифицированный высококлассный сервис и качественный металл по оптимальной цене в любой точке России.

Что вы в этом году представляете на выставке «Металл-Экспо»?

Основной акцент мы сделали на тех товарах и услугах, которые предлагает рынку наша компания. Мы пока не вводим каких-то новых сервисов, поскольку, честно говоря, не видим спроса на них со стороны покупателей.

Основные наши инвестиции в настоящий момент сосредоточены на строительстве собственного складского комплекса в Подольском районе Подмосковья, в пос. Толбино. Так, нами уже построена открытая площадка территорией 25 тыс. м2, заложен фундамент для возведения крытого склада. Его торжественное открытие планируем провести в начале строительного сезона 2017 г.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 12 ноября 2015 > № 1547654 Алексей Зайцев


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547578 Дмитрий Улунцев

Глобус-Сталь продолжает внедрять инновации

О новинках текущего года в компании Глобус-Сталь рассказал нашему порталу коммерческий директор Д.Улунцев.

Дмитрий Юрьевич, что какие оборудование ваша компания запустила в текущем году?

Если кратко, то текущий год был насыщен событиями для нашей компании и оказался достаточно сложным. В этом году перед компанией стояли задачи запустить и отладить сразу три новых линии.

В первую очередь, мы запустили линию резки узкого штрипса и теперь серьезно расширили наши возможности по изготовлению нержавеющей ленты. Сегодня мы можем производить нержавеющую ленту по ширине от 4 мм, что является уникальным для российского рынка.

При этом мы реализовали очень сложное инженерное решение, которое тоже является уникальным для российского рынка. Мы встроили линию резки узкого штрипса в уже имеющуюся линию широкого штрписа. И теперь имеем единый комплекс, где мы можем взять стандартный рулон нержавеющей стали, порезать его на штрипс, потом он автоматически переходит на линию узкого штрипса для последующей резки.

Данное инженерное решение является мало того, что является уникальным для России, но и, честно говоря, даже для Европы.

Также в этом году мы полностью запустили линию шлифовки нержавеющих рулонов. В настоящий момент компания может шлифовать рулоны шириной до 1500 мм и толщиной до 3 мм. Это позволило нам резко увеличить скорость изготовления заказов и повысить качество продукции. Так, скорость выросла в 2-2,5 раза, что способствовало тому, что мы смогли привлечь множество новых клиентов.

Кроме этого сегодня мы можем предложить российскому рынку совершенно уникальную вещь – рулон шлифованный с двух сторон. Если раньше такая шлифовка занимала много времени, то в настоящий момент даже такой сложный заказ мы можем делать очень быстро.

Отмечу, что любой заказ сейчас исполняется в течение одного-двух дней.

Третья линия, которую мы успешно запустили в этом году - это линия шлифовки нержавеющих плит. Она также является уникальной, и не только для России, но и для остального мира. В России – это единственная линия, которая может шлифовать плиты толщиной до 50 мм. Причем максимальный размер плит составляет по длине до 12 м, а ширине – до 2 м.

В настоящий момент мы полностью загрузили линию и осуществляем шлифовку листов любой марки. Имеем опыт шлифовки отечественного листа марки 12Х18н10Т. Также мы можем предложить клиентам шлифовку плиты с двух сторон, шлифовку с заданной шероховатостью или с заданным размером зерна. Так, мы можем добиться показателей шлифовки до 0,15 микрон, что практически близко к зеркальной поверхности.

Как развивается ваше совместная деятельность со Словенской стальной группой?

В этом году мы стали официальным представителем Словенской стальной группы в России по продаже нержавеющих плит. Нас выбрали, потому что мы являемся крупнейшим оператором в России по нержавеющей стали, а кроме того можем предложить дополнительную обработку проката.

В настоящий момент эта деятельность расширяется. Уже создан постоянный склад нержавеющих плит основных марок (304, 321, 316, 310), и количество металла на складе будет постоянно увеличиваться. Мы готовим целую программу по строительству сервисного центра по переработки нержавеющих плит. Я думаю, в следующем году этот центр будет запущен.

Также мы создали русскоязычный сайт acroni.ru, который позволит русскоязычным потребителям получать оперативную и полную информацию о возможностях завода.

В общем объеме поставок продукции на рынок какая часть проката идет с переработкой?

Практически 98-99% металла, который мы продаем, проходит ту или иную переработку. Даже когда мы просто продаем рулон, он проходит минимальную переработку – мы его переупаковываем или разбиваем на более мелкие рулоны, или изменяем внутренний диаметр, обрезаем кромку.

Можете ли вы подвести предварительные итоги года для компании Глобус-Сталь?

Те задачи, которые мы ставили перед собой на этот год, мы уже выполнили. Объем реализации проката в 2015 г. вырос по сравнению с 2014 г. Кроме того у нас значительно увеличился процент сложности переработки: количество сложных заказов, когда металл перерабатывается на двух, трех или даже четырех линиях, увеличилось в два раза.

На что вы сделали основной упор, представляя свою компанию на выставке Металл-Экспо-2015?

Основной упор мы делаем на возможность изготовления любого сложного заказа, на высокую скорость изготовления и на качество продукции. Потому что то качество, которое мы сегодня предлагаем на нашем сервисном центре, зачастую выше большинства СМЦ даже в Европе.

Плюс к этому мы предлагаем много различных интересных программ для наших потребителей, которые позволяют значительно экономить денежные средства. Но эта каждая программа разрабатывается под потребности клиента индивидуально, с учетом его особенностей.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547578 Дмитрий Улунцев


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547564 Виталий Садыков

«Белая металлургия» для черной нефти

Стенд ЧТПЗ на выставке "Металл-Экспо'2015" отличается оригинальным оформлением, доминантой выступает белый рояль. Рахманинов, Шопен, Брамс и Григ звучат в эти дни на международном металлургическом форуме! О том, каких результатов достигли «белые» металлурги во взаимодействии с нефтяниками, в интервью журналу "Металлоснабжение и сбыт" рассказал генеральный директор ГК «Римера» (сервисный дивизион Группы ЧТПЗ) Виталий Садыков.

В первой половине 2015 г. наблюдалось снижение спроса на нефтесервисные услуги. Как изменилась ситуация во втором полугодии? Спрос продолжает стагнировать или ситуация выровнялась?

Ситуация со спросом на нефтесервисные услуги во второй половине 2015 года не претерпела существенных изменений. Спрос по-прежнему находится в состоянии стагнации.

ЧТПЗ и ГК Римера декларируют комплексный подход в работе с клиентами из ТЭКа. В чем это выражается?

Формировать комплексное предложение для компаний ТЭК нам позволяет уникальный набор активов, которого нет больше ни у кого в России. Он включает производство труб, магистрального и нефтепромыслового оборудования, а также оказание сервисных услуг. Ярчайший пример воплощения комплексного подхода на практике – это уникальный для российского ТЭК проект по обустройству и обслуживанию нефтяных месторождений "Белая скважина". Он реализуется совместно предприятиями трубного и нефтесервисного дивизионов группы ЧТПЗ и предусматривает индивидуальные решения для нефтедобывающих компаний.

"Белая скважина" включает подбор, производство и поставку насосного и трубного погружного оборудования с учетом условий и конструктивных особенностей скважин, а также его сервисное обслуживание на весь период эксплуатации и даже обучение персонала. Такой комплексный подход позволяет нефтяным компаниям достичь экономии при обслуживании скважин на осложненном фонде, обеспечить синхронное увеличение наработки на отказ (ННО), а также снизить количество спускоподъемных операций, ремонтов и сопутствующие им затраты. В среднем реализация проекта сокращает простои до 20 суток на скважину. Примерный экономический эффект составляет от 3 млн рублей за три года на одной скважине.

Можете привести конкретные примеры поставки трубопроводных систем и решений целиком на какие-либо нефтегазовые проекты?

Эффективность проекта «Белая скважина» доказана результатами ОПИ на скважинах ОАО «Томкснефть» и ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь»: подобранное и изготовленное нами оборудование на данный момент продемонстрировало рост наработки на отказ уже до 8 раз.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547564 Виталий Садыков


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547547 Ольга Перминова

Нижнетагильский трубный завод чувствует себя на рынке уверенно

О.Перминова, директор Торгового дома НТТЗ, на выставке Металл-Экспо-2015 рассказала о текущем положении компании и об условиях работы на рынке стальных труб

Ольга Аркадьевна, что вам позволяет чувствовать себя уверенно на рынке стальных труб, который сегодня является достаточно жестким и конкурентным?

Уверенность нам дает большой ассортимент производимой продукции – стальных труб (профильных и круглых) диаметром до 325 мм. Кроме того наш трубный дивизион существует как часть большой металлотрейдинговой компании – Металлинвест. Благодаря этому, реализацией нашей продукции занимается большое количество менеджеров по продажам.

Конечно, в нынешних условиях говорить о том, что мы прирастаем по объемам производства и продаж, нельзя. Но позитивный момент в том, что мы не снижаем их. Мы научились вовремя реагировать на колебания цен на рынке, понимаем, какие позиции надо производить, какие сокращать в какое время. То есть наладили оперативное управление.

Есть, конечно, проблемы в реализации мелкого профиля, так как этот рынок сегодня «забит» производителями, и их количество только увеличивается. Кроме того этот рынок продолжает сжиматься. Видимо, сказывается отсутствие денег в инвестиционных проектах, замораживание нового строительства. Поэтому за имеющимися заказами охотятся все. И побеждает тот, кто занимает более активную позицию, имеет конкурентные преимущества в виде каких-то опций кредитования на большие суммы или сроки. Даже географическое положение сейчас имеет большое значение, так как многие оставшиеся в живых инвестиционные проекты реализуются на северных территориях.

Какие нововведения произошли в компании в этом году?

В ноябре прошлого года на заводе НТТЗ был запущен стан по выпуску труб диаметром 159-254 мм. Благодаря этому в 2015 г. мы расширили ассортимент. Большим успехом и перспективным направлениям в настоящий момент является производство профильных толстостенных труб? С толщиной стенки 7 и 8 мм, размером 160, 180 и 200 мм. Это направление мы активно развиваем во втором полугодии, уже вышли на хорошие объемы. Трубы получается отличного качеств, и с большим удовольствием наши покупатели их берут.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547547 Ольга Перминова


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547543 Андрей Соседко

А. Соседко, гендиректор ГК «Феррум»: «По крови своей, по сути - я продавец»

Андрей Соседко, генеральный директор ГК «Феррум» из Новосибирска, широко представленной за Уралом, на площадке выставки «Металл-Экспо» поделился собственным видением развития бизнеса.

Вы в этом году запустили производство труб малого и среднего диаметра. Зачем?

Мало того, что в стране перепроизводство, так еще и у нас, в Сибирском регионе, старейший завод им. Кузьмина активно работает с 12-ю станами и открывшийся два года назад SteelLine с 5-ю станами.. а тут еще и мы со своими двумя станами, и с третьим на подходе, в феврале-марте... Чем это решение было обусловлено? Да, наверное, собственной сбытовой сетью. Потому что зимой труба не востребована, а летом, в сезон, ее не хватает. Я не ставлю перед собой амбициозных задач завоевывать рынок, ставить 10-15 станов. Я — металлоторговец, свои 5 тыс. т трубной продукции продавал, не имея до этого трубных станов..

То есть основную массу продукции вы намерены реализовывать через собственную филиальную сеть?

Основная задача, да, сводится к этому. Все лучше, чем биться лбами, ронять рынок и пытаться заработать деньги. Нет, задача — зарабатывать через спот, через розничные продажи.

Сначала мы попробовали производить сетку, потом начали производить гнутый уголок и швеллер, затем зашли на трубу. Собственно говоря, мы производим все только для своих нужд. То, что сами можем реализовать своим клиентам через собственную сеть.

Этот тренд в производство, наверное, связан с более высокой маржинальностью...

Не правильно. Это не тренд ухода в производство. Я по сути своей — все равно металлоторговец. Я не позиционирую себя, как производитель, я в первую очередь — трейдер. В Новосибирске мы развиваем формат сервисного металлоцентра — хочешь, арматуру размотаем, хочешь — уголок/швелер сделаем, хочешь - трубу выпустим..

Фактически производство заточено под существующих клиентов?

Да, под собственный сбыт. Порядка 30% от объемов продаж ГК «Феррум» реализует своей продукции.

Достаточно большой объем..

С запуском третьего трубного стана он увеличится. Но все равно мы останемся трейдерами — дилерами крупнейших производителей, от трейдинга мы не отойдем, потому что по крови своей, по сути — я продавец.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547543 Андрей Соседко


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547536 Евгений Кузнецов

НСМЗ развивает экспортные поставки

В ноябре 2014 г. Нижнесалдинский металлургический завод вошел в состав Компании Металлинвест, которая начала активно развивать новое производство в рамках своего холдинга. Об этом на выставке Металл-Экспо-2015 рассказал Е.Кузнецов, директор по организационному и стратегическому развитию Компании Металлинвест.

Евгений Вячеславович, что из себя представляет новое производство компании и какие усилия были предприняты для его стабильной работы?

Основное производство на Нижнесалдинском МЗ сегодня ведется в двух цехах. Это прокатный цех, мощностью 441 тыс.т, и цех рельсовых скреплений, мощностью 204,3 тыс. т. Завод является производителем рельсовых скреплений верхнего строения ж/д пути. Выпускает подкладки, накладки, клеммы и упорные скобы. На сегодняшний день — это единственное предприятие-изготовитель подобной продукции в России и странах Таможенного Союза.

После вхождения в состав Компании Металлинвест в ноябре прошлого года, нам пришлось технически остановить производство, чтобы провести процедуру сертификации продукции в соответствии со стандартами требований безопасности железнодорожного транспорта. Как правило, такие испытания могут иметь продолжительность до двух лет. У нас же получилось пройти полную процедуру за четыре месяца. В итоге первый выпуск состоялся уже в начале марта текущего года.

Этот четырехмесячный период оказался самым сложным, надо было суметь удержать персонал на предприятии, а также провести оптимизацию затрат и штатного расписания и структуры управления. Но мы справились и успешно продолжаем развивать производство.

В марте 2016 г. - через год после начала производства - у нас запланировано пройти контрольные проверки, которые будут осуществляться сертифицирующим органом.

Кстати мы сертифицировали наше производство не только по требованиям РФ, но и Таможенного Союза.

Каковы итоги работы завода в этом году? Удалось ли наладить взаимоотношения с потребителями продукции?

Специфика работы предприятия такова, что ключевым клиентом является РЖД. Обеспечение потребностей этого предприятия в нашем сбыте составляет 70%. За прошедшее время мы сумели наладить взаимовыгодную работы с этим крупнейшим заказчиком, договорились об объемах и ценах поставок.

Также в России нашими потребителями являются абсолютно все предприятия горно-добывающей отрасли, которые используют подъездные железнодорожные пути для своих нужд.

Помимо этого наша компания активно развивает экспортное направление поставок, особенно на рынки Казахстана, Узбекистана, Киргизии, Армении, Белоруссии и стран Прибалтики.

На следующий год мы планируем сохранить объемы поставок неключевым потребителям на достигнутом уровне, расширять экспорт. Но также мы будем плотно работать и с нашим – РЖД, и если у них будет реализовываться программа инвестирования в строительство дорог, то для нас это будет хорошо.

Во всяком случае Компания Металлинвест умеет управлять издержками, поэтому ту прибыльность, которую мы для себя закладывали в бизнес-проекте по приобретению НСМЗ, мы выдерживаем и достигаем поставленных перед компанией целей.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547536 Евгений Кузнецов


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547462 Юрий Райков

Брать лучшее и конкурировать, где возможно

Институт «Цветметобработка» является практически единственной в России научной организацией, разрабатывающей новые технологии, оборудование и продукцию для применения в отрасли по обработке цветных металлов. Своим видением ситуации в области производства и потребления проката из меди и ее сплавов поделился генеральный директор института «Цветметобработка» Юрий Райков.

Уважаемый Юрий Николаевич, возглавляемый Вами институт «Цветметобработка» традиционно участвует в «Металл-Экспо». Не стал исключением и нынешний год. Есть ли, по Вашему мнению, польза от «Металл-Экспо» для Вашего научного учреждения?

Несомненно, ведь участие в «Металл-Экспо» позволяет нашему институту не только презентовать разработки на своем стенде, но и на различных мероприятиях, проходящих в рамках выставки. И, конечно, же сотрудники института «Цветметобработка» лично встречаются с представителями российских и зарубежных металлургических предприятий.

Какова на Ваш взгляд ситуация в российской отрасли по обработке цветных металлов?

Спад в машиностроении и в обрабатывающей промышленности затронул и производство проката из цветных металлов. По итогам 9 месяцев он составляет от 5% до 20% по медной и латунной группам проката, а никелевый прокат показывает сегодня рост до 50%, что, вероятно, объясняется увеличившейся потребностью в нем обороно-промышленного комплекса.

Более трудная ситуация складывается с сложными сплавами, применяемыми обычно в специальной технике, где для производства проката из них требуется малогабаритное оборудование, так как объемы потребления невелики и находятся в пределах от 5 до 50 кг в год.

«Цветметобработка» - фактически единственный в России институт, конструирующий оборудование для обработки различных цветных металлов, начиная от меди и заканчивая цирконием. Какие проекты он реализовал за последнее время?

Институту удалось удержать завоеванные позиции по производству многокомпонентных сплавов на основе меди. Востребованным направлением деятельности института сегодня остаются станы холодной прокатки труб (ХПТ). Продолжается разработка новых стандартов и технических условий.

За последние два года нами выполнено несколько проектов по модернизации станов для ряда заказчиков, в том числе ХПТР 8-15 в Физико-энергетическом институте (г. Обнинск, Калужская область), ХПТР 4-15 в НПО «Луч» (г. Подольск, Московская область), для FAE (Аргентина).

В настоящее время по нашей документации два новых стана для заказчика из Южной Кореи. Подготовлен рабочий проект оборудования для холодной прокатки труб и прутков для индийского заказчика.

Как Вам видится положение с техническим обеспечением отечественной отрасли? Есть ли возможности для реального импортозамещения в области металлургического оборудования?

Отечественные заводы по обработке цветных металлов за последние 10 лет освоили ряд интересных технологических процессов. Внедрено новое оборудование на Кировском, Ревдинском и Каменск-Уральском заводах по обработке цветных металлов.

Проведенная журналом «Металлоснабжение и сбыт» в октябре в Екатеринбурге конференция «Медь, латунь, бронза: тенденции производства и потребления» показала, что появились новые предприятия малого и среднего бизнеса, которые успешно вписываются в рынок.

Обеспечить импортозамещение по всей цепочке металлургического оборудования сегодня задача практически нереальная, а ее постановка, на мой взгляд, неправильна. Надо брать лучшее, что есть за рубежом и конкурировать там, где мы является лидерами. Таким примером могут служить станы ХПТ, о которых я уже упоминал выше. Мы могли бы более успешно конкурировать в этой нише, если бы реально работала система государственной поддержки экспорта о оборудования для предприятий малого и среднего бизнеса.

Какие новые виды сплавов и полуфабрикатов из меди могут получить развитие в будущем?

Медь и сплавы на ее основе остаются ведущими технологическими материалами. Они широко применяются в электрогенераторах, силовой электронике, которые используются в современных ветровых, приливно-отливных, геотермальных электростанциях, электростанциях на биотопливе, солнечных тепловых электростанциях.

Перспективным является использование меди в рыбоводстве. Садки из медных сплавов для выращивания молоди рыб зарекомендовали себя в качестве одного из средств решения биологических проблем отрасли. Это может быть особенно перспективно для развития российского рыбоводства и замещения импорта рыбной продукции.

С разработками института «Цветметобработка» можно ознакомиться, посетив стенд 1G14 на 21-й Международной промышленной выставке «Металл-Экспо 2015», которая проходит на ВДНХ (г. Москва).

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547462 Юрий Райков


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547456 Роман Кузьмин

Стратегия УК «Металлинвест» - заменять поставщиков собственной продукцией

УК «Металлинвест» представляет на Металл-Экспо'2015 Нижнесалдинский металлургический завод, Нижнетагильский и Ирбитский трубный заводы, а также заводы по производству балки и металлоконструкций. Такой набор активов — вовсе не случаен. О его логике рассказал директор по продажам УК «Металлинвест» Роман Кузьмин.

В чем заключалась стратегия развития Металлинвеста? Или набор разрозненных активов компании собирался спонтанно?

Спонтанного в нашей стратегии развития нет ничего, за исключением приобретения у Евраза непрофильного для нас Нижнесалдинского металлургического завода по выпуску материалов верхнего строения пути. Все остальные приобретения абсолютно входят в стратегию производственного развития холдинга Металлинвест. В чем она заключается? Мы всегда занимались и успешно продолжаем заниматься продажами металлопродукции. Я считаю, что у нас одна из самых успешных сетей продажи, которая насчитывает 15 филиалов по стране. Мы предпочитаем их не закрывать, а открывать новые. Например, в этом году открыли в Москве торговый дом и представительство в Нижнем Новгороде. Сбытовые подразделения у нас работают весьма эффективно: даже не смотря на снижение продаж в этом году на 15%, маржинальная прибыль увеличилась на 10%, а чистая прибыль сопоставима с прошлым годом. Недаром 4 года подряд РСПМ награждает нас как лучшую сбытовую сеть.

Кризис 2008 г. показал, что нельзя складывать яйца в одну корзину. Сбыт есть сбыт, трейдинг-трейдингом, но не лишне быть независимыми от поставщиков. Мы подумали, почему бы не начать собственное производство? То производство, которое пересекалось бы с нами по сортаменту. А мы изначально в основном продавали балку НТМК — она занимала 50% в объеме продаж. Но наших клиентов иногда не устраивали графики проката, типо-размеры, кому-то вообще нужен был сортамент, которого нет в горячекатаном производстве балки. И мы решили изготавливать сварную балку — любую, востребованную нашим клиентом. Мы это сделали, успешно вышли на рынок, продавали порядка 2-3 тыс. т сварной балки в год. Это было первое производственное направление в нашем бизнесе.

Затем мы долго думали, что является для наших клиентов товарами-заменителями, которые мы могли бы изготавливать сами без серьезных вложений средств. Мы нашли такой продукт в нашей линейке. У нас была наработана клиентская база по профильной трубе, поскольку мы были дилерами Уралтрубпрома. Мы реализовывали порядка 1,5 тыс. т профильных труб в месяц. Решили: а почему бы не делать профильную трубу самим? У нас есть организованная система продаж, у нас есть «полки» гипермаркета - то есть конкурентные преимущества налицо. Когда мы выпускаем новый продукт — мы делаем это не в пустоту. Мы всегда производим его под что-то и сразу начинаем продавать, заменяя наших поставщиков собственной продукцией.

Мы построили трубный завод в Нижнем Тагиле. Начали заниматься трубой, поняли, что надо расширить линейку и включить электросварную трубу. Купили площадку на Ирбицком мотоциклетном заводе, заключили контракт по оборудованию — за два года построили Ирбицкий трубный завод, который на проектную мощность выйдет в середине следующего года.

Плюс поскольку нам хорошо знаком рынок заводов металлоконструкций, мы также решили организовать производство металлоконструкций и предложить клиенту как металлопрокат, так и уже готовый продукт в виде металлоконструкций. Наши менеджеры универсальны — они продают клиентам и металлопрокат, и металлоконструкции.

Интересно было еще связать цепочку «балка-металлоконструкции». Балка — это полуфабрикат, назовем это так. С точки зрения ЗМК у нас уже была первая ступенька, соединительный элемент. Мы поставщики металла, у нас свой завод сварной балки — ничто не мешало нам запустить два завода металлоконструкций в Тагиле и Челябинске и выйти на уровень продаж 1 тыс. т металлоконструкций в месяц.

При этом компания продолжит инвестировать в производство — есть планы на ближайшие 5 лет по расширению существующего производства. Плюс мы купили Нижнесалдинский металлургический завод...

А этот актив какую синергию несет?

Потребители этой продукции, как ни странно, тоже входят в круг наших интересов. Любое промышленное предприятие, которое является покупателем металлопроката и металлоконструкций, имеет подъездные пути, которые периодически нуждаются в ремонте. Все b2b-клиенты строительного, металлургического, нефтехимического секторов являются покупателями этого завода. Пул наших клиентов пополнился специализированными ремонтными предприятиями железнодорожных путей, потребителями материалов верхнего строения пути из стран СНГ. Такие масштабные компании, как Еврохим, Норильский Никель, Роснефть ведут строительство новых и ремонт существующих подъездных путей — мы активно с ними работаем. Благодаря правильному менеджменту, завод оптимизировал свою расходную часть — объемы выпуска сохранились прежними, затраты снизились. Из убыточного завод превратился в прибыльный. Этот завод обладает металлургическим переделом и на его стане можно также делать сортовую продукцию — швеллер, угол. Мы сейчас занимаемся с нашими партнерами подбором оптимальной схемы по организации производства сорта для наших клиентов.

Оценивали, когда окупятся инвестиции, сделанные в развитие производства?

Могу сказать, что на сегодняшний день они уже окупились! За исключением единственного предприятия, которое еще не вышло на полную мощность. Речь идет об Ирбицком трубном заводе, где идет доналадка оборудования. Понятно, что рынок конкурентный, продавать трубу с прибылью сложно. Но у нас есть клиенты, которые покупают трубную продукцию. Мы рассчитываем окупить эти инвестиции за два года.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547456 Роман Кузьмин


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547086 Евгений Алексеенко

ЕВРАЗ сохраняет свои позиции на рынке

О текущей ситуации на рынке металлов, о стратегии развития компании, о перспективах работы в блиц-интервью журналу «Металлоснабжение и сбыт» на площадке Металл-Экспо рассказал Евгений Алексеенко, директор по развитию рыночного спроса ООО «ЕвразХолдинг».

Как вы оцениваете текущую конъюнктуру в тех сегментах рынка, в которых работает ваша компания, в этом году? Что, на ваш взгляд, изменилось?

По нашим оценкам, рынок сортового проката сократил свою емкость примерно на 15%. На конференции «Российский рынок металлов», 9 ноября, мы слышали оценки сокращения объемов производства в машиностроении на 15-20%, на мой взгляд, это достаточно оптимистичные показатели. В вагоностроении, сегменте, который является одним из ключевых потребителей нашей продукции, спрос на прокат упал по сравнению с предыдущими периодами в несколько раз. Таким образом работать стало гораздо сложнее.

Также надо учитывать, что, несмотря на неблагоприятные экономические условия, на рынке по-прежнему много неэффективных игроков - и трейдеров, и поставщиков. Другой важный фактор - рост объемов выпуска сортовой продукции новыми игроками - НЛМК-Калуга и Сортовой завод Северсталь-Балаково.

Что позволяет этим игрокам удерживаться на рынке?

В начале года благоприятную роль сыграла инфляция, которая позволила заработать какие-то денежные средства. И кроме того, все-таки в этом году был достаточно неплохой строительный сезон. Пессимисты говорили, что в этом году его вообще не будет. Я думаю, что после очередного зимнего затишья на рынке мы можем увидеть изменения в составе игроков.

Также многое будет зависеть от того, какую модель взаимодействия с игроками выберут банки. Если они будут видеть какую-то долгосрочную перспективу роста, то финансирование среднего бизнеса продолжится, и компании будут работать, несмотря на убытки.

Каковы итоги работы вашей компании за 10 месяцев?

На рынке арматуры и фасона в РФ мы сохранили свою долю на уровне прошлого года. Основной прирост доли произошел за счет увеличения поставок в страны СНГ.

Также мы начали активную работу по продвижению балки, в частности, в сентябре изменили политику ценообразования на отдельные размеры, чтоб быть конкурентоспособными против сварной балки. Сейчас видим первые эффекты с точки зрения динамики рынка и спроса.

Продолжается реализация программы по расширению применения балки в жилищном строительстве. У нас есть несколько пилотных проектов, на примере которых мы хотим показать, насколько интересно применение балки в этом сегменте. Совместно с Ассоциацией развития стального строительства работаем над увеличением спроса на эту продукцию в России – над изменением нормативной базы, развитием проектировщиков, заводов металлоконструкций и т.п.

Что вы представляете на Металл-Экспо?

Металл-Экспо – это, в первую очередь, площадка для общения с клиентами. Сегодня особенно важно выстроить доверительное сотрудничество, сделать так, чтоб клиенты были уверены в завтрашнем дне.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 11 ноября 2015 > № 1547086 Евгений Алексеенко


Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 11 ноября 2015 > № 1546023 Владимир Потанин

Встреча с Владимиром Потаниным.

Владимир Путин встретился с президентом, председателем правления ГМК «Норильский никель» Владимиром Потаниным. Обсуждались планы модернизации производства и реализация социальных проектов компании.

В.Путин: Как дела, Владимир Олегович? Как комбинат себя чувствует, как Ваши планы осуществляются?

В.Потанин: Работаем, Владимир Владимирович. Сейчас завершаем третий год выполнения инвестиционной программы, которая у нас рассчитана до 2020 года, в результате которой произойдёт фундаментальное перевооружение предприятия, причём не только с технологической точки зрения, но и с принципиальным решением экологических проблем, которые в Норильске накапливались годами.

Вложения предусматриваются в размере примерно 800 миллиардов рублей за этот период, причём только в одни экологические проекты – порядка 300 миллиардов. Это, конечно, беспрецедентный проект: он связан и с применением новых технологий, которые никогда нигде в мире не использовались, и по масштабу – только решение проблемы на Надеждинском [металлургическом] заводе по прекращению выбросов серы потребует порядка 200 миллиардов рублей.

Происходит это всё, конечно, сейчас в непростых условиях, потому что конъюнктура внешних рынков сложная, для нас неблагоприятная. Впервые за последние двадцать лет мы сталкиваемся с такой ситуацией.

В.Путин: Цены упали.

В.Потанин: Не просто упали, около 70 процентов мировых производителей никеля, например, по нашим оценкам, работают себе в убыток. То есть, в общем–то, трудно себе представить, что люди долго так могут себя вести, но тем не менее это происходит, это реальность, с которой нам приходится работать.

Тем не менее мы уверены, что нам удастся пройти этот период, во–первых, не сокращая инвестиционные программы, то есть мы обязательно хотим обеспечить нормальную жизнь предприятия и после 2020 года, с тем чтобы у него был длинный период жизни.

И при этом большое внимание мы уделяем сохранению социальных стандартов. В частности, сейчас пятилетний коллективный договор – на следующие пять лет, он нами подписывается без каких–либо изъятий, то есть коллективы не чувствуют тех трудностей, с которыми сталкиваются акционеры и руководство предприятия.

В.Путин: Хорошо. Социалку вы тоже держите?

В.Потанин: Да, мы держим достаточно высокие социальные стандарты. Порядка 15 миллиардов рублей в год мы расходуем на поддержку социальной сферы, из них значительная часть – по коллективному договору, но многое делается на добровольной, что называется, основе – просто мы видим, где узкие места, и помогаем.

Если Вы позволите вернуться на секунду к нашей экологической программе, с учётом того, что это очень большая и амбициозная задача, нам хотелось бы наладить взаимодействие с государством. В каком плане? Существует соответствующее постановление Правительства, которое стимулирует компании, которые вкладываются в природоохранные мероприятия, то есть стимулирование тех, кто вкладывается в ликвидацию последствий своей деятельности для природы, то есть [проводят] компенсацию ущерба. А поощрение тех, кто инвестирует, чтобы предотвратить этот ущерб, – такой программы стимулирования нет.

Хотел Вас попросить эту идею поддержать и поручить Правительству поработать над мерами, которые могли бы стимулировать тех, кто инвестирует в недопущение экологического ущерба.

В.Путин: Давайте попробуем это сформулировать в качестве рабочего документа.

В.Потанин: Хорошо.

Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 11 ноября 2015 > № 1546023 Владимир Потанин


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547509 Юрий Русаков

Новый игрок на рынке арматуры

В Набережных Челнах (Татарстан) завершается строительство «Камского металлургического комбината ТЭМ-ПО», удостоенного номинации «Главное событие года в металлургии'2015». О новом заводе в интервью на площадке Металл-Экспо рассказал генеральный директор ООО «Торговый дом «ТЭМ» Юрий Русаков.

Юрий Валентинович, когда планируете ввод в эксплуатацию и в какой срок хотите выйти на проектную мощность?

Мы планируем дать старт в ноябре-декабре текущего года, а на полную проектную мощность предполагаем выйти в июне-августе 2016 г. Сразу после ввода будет производиться порядка 15 тыс.т продукции, в дальнейшем собираемся прокатывать порядка 40-45 тыс. т. Годовые производственные мощности завода — 500 тыс. т арматурного проката.

С точки зрения обеспечения сырьем — как планируете снабжать предприятие металлоломом? Что касается лома, то в этом вопросе Татарстан достаточно самообеспечен. Думаю, что в ближайшие лет пять-десять с поставками и ценообразованием все будет прозрачно и понятно, так как поставщиков, желающих поставлять нам металлолом, предостаточно. Дефицита по данной продукции нет.

Как вы собираетесь реализовывать свою продукцию и выстраивать сбыт?

Мы будем создавать структуру продаж по ситуации, которая будет складываться на рынке. Пойдем по принципу, как с ЗАО «НТЗ «ТЭМ-ПО», где мы выстраиваем структуру продаж и технологий последние 3-4 года, и на мой взгляд делаем это очень успешно. У ООО «Торговый дом «ТЭМ» большой опыт и широкая филиальная сеть. Конечно же, эта структура поможет реализовывать арматурный прокат, но в дальнейшем КМК ТЭМ-ПО будет самостоятельно продавать продукцию, имея собственный коммерческий блок.

Насколько высока конкуренция в строительном прокате в Поволжье? За счет чего вы собираетесь потеснить других игроков и занять свою долю на рынке?

Конкуренция всегда была сильная и такой и останется. Мы это понимаем и примерно представляем нашу себестоимость на сегодняшний день. Начнем реализацию с городов «шаговой» доступности от Набережных Челнов: Казань, Самара, Тольятти, Ижевск. Продавать 15-20 тыс. т в этом направлении мы сможем без затруднений. В дальнейшем будем смотреть на рынок и опять же отталкиваться от него.

В Вашем производственном объединение также есть трубы и металлоконструкции. Появление еще одной продуктовой линейки принесет какую-либо синергию с точки зрения продаж, прибыли?

Однозначно да. Диверсификация нашего предприятия достаточно высока, начиная с метизного завода, который у нас есть, заканчивая металлоконструкциями, арматурой, трубами, комплектующими для КАМАЗа. Мы ищем те ниши, которые для нас выгодны. Мы не пытаемся строить просто так, мы строим только потому что это выгодно. Все проекты, которые были запущены за последние 5-7 лет, были успешными и прибыльными. Запуск нового завода тоже абсолютно оправдан.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547509 Юрий Русаков


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547507 Сергей Синцов

Блиц-интервью генерального директора ЕВРАЗ Металл Инпром

Лицом Металл-Экспо'2015 являются ведущие металлургические компании. После некоторого перерыва в этом году к форуму металлургов присоединился ЕВРАЗ с большой экспозицией. В интервью журналу "Металлоснабжение и сбыт" Сергей Синцов, генеральный директор ЕВРАЗ Металл Инпром, рассказал о работе одного из сбытовых подразделений компании.

Сергей Владимирович, с какими итогами подходит ЕВРАЗ Металл Инпром к концу года?

По сравнению с прошлым годом общий объем продаж снизится, что продиктовано рынком. Также это связано с трудностями, которые мы испытывали в первом квартале. Сейчас продажи стабильны, мы внедрили новую ИТ-систему, некоторая волатильность наблюдается, пожалуй, только в Сибирском регионе.

Сохранялась ли загрузка перерабатывающих мощностей в сервисных металлоцентрах?

В целом, металлообработка чувствует себя достаточно хорошо. Гильотины, плазменная резка, ленточно-пильные станки, размотка арматуры полностью загружены. Сокращение объемов потребления в судостроительной отрасли отразилось на загрузке оборудования для покраски и очистки металлопроката, здесь произошло снижение на порядка 20-30%. Небольшое снижение наблюдается и по каркасам: мы закончили большой проект с Охта-Центром.

Маржинальность по этому направлению выше, чем в традиционной металлоторговле?

Да, выше. Причем потребители, которые привыкли приобретать эти услуги, и в кризисное время продолжают их покупать. Примерно четверть клиентов, покупающих у нас металлопрокат, пользуются и услугами по металлообработке. Это очень хороший показатель.

Как складывалась ценовая конъюнктура в этом году и чего вы ждете от следующего?

В краткосрочной перспективе я не вижу предпосылок для изменения цены.

Ваша компания торгует не только прокатом ЕВРАЗ и сильно интегрирована в свободный рынок. Сколько в вашем объеме стороннего проката?

Мы закупаем номенклатуру, которую не производят предприятия ЕВРАЗа. Плюс, на локальных рынках закупаем продукцию в том случае, когда купить с рынка оказывается быстрее, чем получить от собственного завода-производителя в силу его географической удаленности. Общий объем сторонних закупок не превышает 40%. Например, листовой металлопрокат, которого нет в ЕВРАЗе, мы в основном закупаем у НЛМК, одного из наших крупнейших партнеров, с которым нас связывает многолетнее сотрудничество.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547507 Сергей Синцов


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547489 Владислав Полькин

Площадка для консолидации

Из года в год Центр по развитию цинка (ЦРЦ) является активным участником выставки «Металл-Экспо». Какая практическая польза от нее для ЦРЦ и для всей отрасли горячего цинкования стальных конструкций, рассказал директор ЦРЦ Владислав Полькин.

Уважаемый Владислав Игоревич, ЦРЦ каждый год участвует в выставке «Металл-Экспо». Что это, по Вашему мнению, дает ЦРЦ и предприятиям, производящим и потребляющим цинк, в том числе заводам горячего цинкования?

Прежде всего отмечу, что «Металл-Экспо» - это единственная в нашей стране выставка, где можно увидеть практически все предприятия отечественной промышленности. На ней можно пообщаться и обменяться мнениями с коллегами по цеху, обсудить проблемы и планы на будущее. Поэтому «Металл-Экспо» представляет собой отличную выставочную и коммуникационную площадку.

Какова сегодняшняя ситуация в отрасли по горячему цинкованию металлоконструкций?

Внутренний рынок цинка и продукции на его основе сильно зависим от котировок на LME и колебаний курса валют. Резкий рост курсов американского доллара и евро в начале нынешнего года привели к резкому подорожанию цинка, вызвав, как следствие, падение рентабельности заводов горячего цинкования металлоконструкций.

Кроме того, крайне негативно отразилось на ситуации в данной отрасли сокращение объемов финансирования в различных секторах энергетики и строительства, включая дорожное.

Однако мы с оптимизмом смотрим в будущее и стараемся сообща решать проблемы, стоящие перед заводами горячего цинкования, например, летом был создан Координационный совет по развитию горячего цинкования, а на семинаре «Цинк защита от коррозии-2015», который проходит сегодня в рамках «Металл-Экспо 2015» были презентованы единые технические условия на оказание услуг по горячему цинкованию, а также буклет по проектированию и дизайну конструкций для горячего цинкования. Целью их написания являлось облегчение работы сотрудников предприятий, осуществляющих антикоррозионную защиту стальных конструкций с помощью расплавленного цинка с их заказчиками.

Какие проблемы тормозят ее развитие?

Проблемы все те же, что и раньше: устаревшие нормативные документы на использование не защищенных от коррозии стальных конструкций, недостаточная квалификация персонала на производствах, и неполная и зачастую ошибочные знания потребителей о преимуществах и экономической эффективности горячего цинкования.

Как они должны решаться и какую роль в этом может сыграть выставка «Металл-Экспо»?

«Металл-Экспо», как крупнейший выставочный форум в металлургии России, должен помогать собирать и обобщать проблемы области производства и использования металлов и продукции на их основе, консолидировать усилия общественных организаций в их решении на уровне отраслевых институтов, федеральных министерств и ведомств. Собственно, «Металл-Экспо» это и делает.

Более подробно о деятельности Центра по развитию цинка можно ознакомиться, посетив стенд 1G26 на 21-й Международной промышленной выставке «Металл-Экспо 2015», которая открылась сегодня на ВДНХ (г. Москва).

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547489 Владислав Полькин


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547428 Александр Грубман

«Белая металлургия» на «Металл-Экспо'2015»

В 2015 г. Группа ЧТПЗ отмечает 5-летие появления «Белой металлургии». Цеха уральских трубников стали за эти пять лет одними из самых передовых в российской трубной отрасли. О том, каких результатов достигли «белые» металлурги, в интервью журналу "Металлоснабжение и сбыт" рассказал генеральный директор ЧТПЗ Александр Грубман.

Александр Дмитриевич, как складывается 2015 г. для ЧТПЗ, как изменится доля компании на рынке?

2015 г. для ЧТПЗ мы оцениваем как весьма неплохой. Мы отметили 5-летие «Белой металлургии» — уникальной философии компании, которая для всей отрасли задала высокие стандарты условий труда, производственной культуры. Принципы «Белой металлургии» реализуются не только на новых производствах группы, но и в цехах с 70-летней и даже 80-летней историей. Постепенно они будут распространены на все предприятия и компании группы. В этом году совместно с РОСНАНО мы реализовали новый проект, созданный по стандартам «Белой металлургии»: на промплощадке ЧТПЗ завершено строительство завода по изготовлению штампосварных деталей трубопроводов ЭТЕРНО. Продукция уже прошла сертификацию у ключевых потребителей — компаний Газпром и Транснефть.

Благодаря стратегическому партнерству с ММК компания приняла участие в важнейших инфраструктурных проектах таких, как «Сила Сибири», «Южный коридор», «Бованенково — Ухта», «Ямал СПГ», «Бейнеу — Бозой — Шымкент, вторая очередь», что позволяет нам прогнозировать в текущем году сохранение рыночной доли и производственных итогов на уровне 2014 г. — рекордных для ЧТПЗ за постсоветский период.

В следующем году потребление трубной продукции, по вашим оценкам, вырастет или сократится?

По нашим оценкам, на российском рынке потребление трубной продукции в 2016 г. значительно не изменится. Благодаря государственному стимулированию и сохранению инвестиционных программ ключевых игроков ТЭК, мы рассчитываем на реализацию запланированных инфраструктурных проектов таких, как «Сила Сибири», Североевропейский газопровод, «Северный поток», «Ухта — Торжок», а значит, на более не менее стабильную ситуацию для ТЭК и смежных отраслей.

Какие новые продукты разработаны ЧТПЗ в последнее время? Какие преимущества они дают потребителям?

В первую очередь это обсадные и насосно-компрессорные трубы с резьбовыми соединениями класса «Премиум», которые применяются для добычи газа и нефти в скважинах с осложняющими факторами такими, как высокое давление газа, наличие наклонных и горизонтальных участков, а также на морских месторождениях. Разработанные ЧТПЗ новые поколения резьбовых соединений способны выдерживать высокую интенсивность искривления ствола скважины, противостоять высоким сжимающим нагрузкам и внешнему давлению, передавать высокий крутящий момент.

При этом в ЧТПЗ внедряется уникальная система авторского надзора за эксплуатацией новых резьбовых соединений в нефте- и газодобывающих компаниях, позволяющая избежать отбраковки труб из-за повреждений резьбы при свинчивании и, как следствие, негерметичности колонны.

Нельзя не отметить работу по разработке кондукторов с приварными коннекторами диаметрами 508—762 мм, которые применяются при бурении скважин на суше и шельфе для изоляции и укрепления ствола скважины на длине до нескольких сотен метров. До сих пор кондукторы больших диаметров не производились в России, потребность в них на 100% удовлетворяли зарубежные производители.

Это лишь часть новых разработок компании. Только в течение года компанией было запатентовано более 70 изобретений.

Участвует ли ЧТПЗ в программе импортозамещения? За счет чего удается потеснить импорт?

Группа ЧТПЗ не первый год участвует в программе импортозамещения. Введение санкций на поставку в Россию высокотехнологичной продукции лишь ускорило наши работы и планы по разработке новых видов продукции, направленных на удовлетворение потребностей российских предприятий. Еще в 2004 г. в рамках программы импортозамещения группа освоила промышленное производство керамического флюса. В 2011 г. совместно с РОСНАНО и Газпромом освоено производство труб большого диаметра с трехслойным антикоррозионным полиэтиленовым покрытием на основе наномодифицированных материалов. Из последних импортозамещающих разработок в первую очередь стоит отметить электросварные трубы диаметром 508 мм с толстой стенкой (22,2 и 24,9 мм), освоенные ЧТПЗ по заказу Газпрома для Южно-Киринского газоконденсатного месторождения.

Кроме того, продукция завода ЭТЕРНО — штампосварные детали трубопроводов (ШСДТ) с использованием наноструктурированных материалов, в первую очередь — отводы для поворота трубопровода в нужном направлении и тройники для сооружения ответвлений, а также детали для герметизации трубопровода и перехода с одного диаметра трубопровода на другой, призвана удовлетворить потребности крупнейших отечественных трубопроводных компаний в долгосрочной перспективе.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547428 Александр Грубман


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547426 Игорь Дорожкин

Мечел-Сервис: «Мы подготовились к ужесточению конкуренции»

Коммерческий директор компании Мечел-Сервис Игорь Дорожкин поделился на площадке открывшейся сегодня на ВДНХ выставки Металл-Экспо оценками прошедшего года и прогнозами на год грядущий.

Игорь Валерьевич, каковы, на ваш взгляд, сегодняшние условия экономики, в которых приходится работать вашей компании (динамика потребления проката в 2015 г., усиление или ослабление конкуренции, условия работы с банками и т.п.)?

2015 г. стал одним из самых сложных как для производителей, так и для продавцов металлопроката. Например, потребление арматурного проката по итогам девяти месяцев снизилось на 15% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Несмотря на сокращение спроса, на внутреннем рынке появляются новые производственные мощности. В 2013 г. введены в эксплуатацию НЛМК-Калуга, УГМК-Тюмень, в 2014 г. — Северсталь — Сортовой завод Балаково, в следующем году возможен запуск завода Тулачермет-Сталь, Южного стана ЕВРАЗа, производства в Набережных Челнах (Камский металлургический комбинат), увеличение производства Абинского металлургического завода.

В 2014 г. мощности производителей арматурного проката были загружены порядка на 87% (в целом по всем производителям России, включая новые мощности) в сезон и примерно на 74% — в «не сезон». В текущем году загрузка снизилась до 74 и 72% соответственно, и это несмотря на рост экспорта. В 2016 г., по прогнозам, мощности будут загружены на 65 и 57% (с учетом открывающихся новых мощностей) при сохранении текущих объемов экспорта.

И здесь встает вопрос — как металлурги будут использовать эти «лишние» мощности при снижении внутреннего потребления? За каждым процентом загрузки предприятия стоит производственная себестоимость: чем ниже загрузка предприятия, тем хуже финансовый результат. Конечно, на сортовых станах производители могут попробовать выпускать больше фасонного проката или увеличить экспорт заготовки, но, учитывая отрицательную динамику потребления фасона в России и серьезнейшую конкуренцию на рынках полуфабрикатов со стороны турецких производителей, отметим, что такие решения не повлияют существенным образом на загрузку мощностей.

С другой стороны, на вторичном рынке усиливается конкуренция, а при отсутствии платежеспособного спроса любая заявка становится предметом долгих торгов, и нередко металлоторговцы идут навстречу клиенту.

Ситуация сложная. Без роста внутреннего потребления 2016 г. будет очень непростым. Максимальные производственные мощности российских предприятий, выпускающих арматурный прокат, — 1,3 млн т в месяц, при этом внутреннее потребление составляет порядка 850 тыс. т, экспортируется около 100 тыс. т. И это не считая импорта. Несмотря на то что он значительно снизился в 2015 г., его давление на рынок осталось. Анализ цифр позволяет предположить, что некоторые производители в ближайшие год-полтора покинут рынок или существенно снизят объемы производства и скорректируют планы развития.

Что касается макроэкономической среды, в которой функционирует металлоторговый бизнес, нельзя не отметить усложнения доступа к банковским кредитам, а также существенного удорожания кредитных денег. В такой ситуации нашей компании приходится во избежание рисков неплатежей сокращать объемы отгрузок с отсрочкой платежа.

Предвидя такое развитие ситуации, мы уже с 2013 г. подготовились к ужесточению конкуренции и разукрупняем клиентскую базу, максимально облегчаем бизнес-процессы, ускоряем оборачиваемость складских остатков, изыскиваем возможности снижения затрат. Мы также разрабатываем программы лояльности для наших потребителей, работаем над ключевыми показателями, увеличиваем скорость погрузки, максимизируем комплектацию и загрузку транспорта, убыстряем документооборот.

Могли бы вы подвести предварительные итоги деятельности компании Мечел-Сервис в 2015 г.?

В этом году нам удалось увеличить долю на российском рынке балки. В общем объеме профилей, которые производит Челябинский металлургический комбинат (ЧМК), наша доля значительна. На данный момент мы выполнили планы по реализации, на которые ориентировались. Несмотря на снижение потребления листового и фасонного проката в I полугодии, мы увеличили долю на рынке этих продуктов — и хотя пока они не так велики, как хотелось бы, Мечел-Сервис стремится стать здесь весомым игроком.

Продажи арматурного проката снизились относительно прошлого года значительно меньше, чем потребление. Таким образом, в целом наша доля сохранилась, а в некоторых регионах и выросла. Компания продолжает работать над уменьшением товарного остатка при сохранении отгрузок. Наша оборачиваемость улучшается год от года.

Ваша компания большое внимание уделяет развитию и повышению эффективности складской металлоторговли. Что было сделано в этом направлении в 2015 г.?

В 2015 г. с помощью технологии штрихкодирования и терминалов сбора данных мы смогли в среднем за два дня провести годовую инвентаризацию всего металлопроката, находящегося на складах компании. Благодаря внедрению штрихкодирования и электронной очереди на 25% сократилось среднее время обслуживания покупателей. Кроме того, штрихкодирование позволило оптимизировать количество складских работников и сократить до минимума число ошибок при приемке и отгрузке металлопроката.

Что планируется осуществить в 2016 г.?

На 2016 г. мы ставим себе амбициозные цели — сохранить, а в ряде случаев и нарастить доли на рынках металлопроката строительного назначения (в том числе в плоском и трубном прокате) через программы партнерства с другими производителями или дистрибьюторами. Мы также намерены увеличивать количество предлагаемых рынку профилей балки.

Что ваша компания представляет на «Металл-Экспо»? Чего ждете от выставки в этом году?

Металлургические предприятия Группы Мечел представят на выставке образцы своих ключевых продуктов. ЧМК покажет рельсы, профили, шахтные стойки, произведенные на универсальном рельсобалочном стане, Уральская кузница — подошву трака гусеницы, элемент крыла самолета, коленчатый вал дизельного двигателя, элементы запорной арматуры, образцы сплавов, Ижсталь продемонстрирует пакеты прутков, фасонный профиль, Белорецкий металлургический комбинат — стальные пряди, канаты и проволоку, Вяртсильский метизный завод — метизную продукцию. От каждого предприятия на стенде будут участвовать несколько представителей — руководители сбытовых и производственных подразделений.

От компании Мечел-Сервис на выставке посетителей будут встречать на стенде четверо наших менеджеров, курирующих различные направления металлоторговли.

Ждем вас на стенде Мечела №1C06 для обсуждения вопросов взаимовыгодного сотрудничества.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547426 Игорь Дорожкин


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547421 Михаил Гапанов

Континенталь представляет весь спектр нержавеющего проката

Ведущий поставщик нержавеющего проката в России – компания Континенталь является традиционным участником выставки «Металл-Экспо». Каждый год она представляет все новые и новые возможности для потребителей нержавейки, рассказал в блиц-интервью Михаил Гапанов, начальник отдела маркетинга.

Михаил Юрьевич, как вы оцениваете текущую ситуацию на рынке нержавеющих сталей России? Как изменялась конъюнктура рынка в течение 2015 г.?

По нашей оценке, потребление нержавеющего проката в России в текущем году снизилось на 13—15% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В сегменте сортового проката ситуация получше, тогда как плоский прокат просел сильнее, особенно тонкий холоднокатаный 400-й серии. Причина понятна — это спад в первую очередь в строительной отрасли и производстве ТНП. Многие компании уходят с рынка, так как перспективы весьма туманны. Если учесть, что две трети потребляемого в стране нержавеющего проката импортируется, то понятна и зависимость рынка от колебаний обменного курса рубля со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Изменилась ли стратегия развития компании Континенталь в текущих экономических условиях? На что вы делаете наибольший упор в настоящее время?

Наша стратегия остается без изменений: мы по-прежнему развиваем филиальную сеть, расширяем сервис и производственное направление, обеспечиваем складское наличие всех видов нержавеющего проката во всех филиалах компании. Приоритет отдается наиболее востребованным и потребляемым позициям в сегментах плоского, сортового и трубного нержавеющего проката. Особое внимание уделяем оборачиваемости складских запасов и эффективности нашей работы.

Каковы итоги работы компании за десять месяцев 2015 г.? Изменилась ли структура продаж металлопродукции, выделились ли каким-либо образом какие-то регионы, какие-то сегменты продукции?

В январе—октябре текущего года выручка компании выросла на 36% по сравнению с АППГ, прибыль также увеличилась весьма существенно. В этом году нам удалось сохранить объем продаж плоского проката на прошлогоднем уровне, причем увеличилась доля аустенитных марок. Немного выросли продажи сортового проката.

При этом из-за снижения продаж бесшовных и сварных нержавеющих труб на 7% (в тоннаже) уменьшились отгрузки за отчетный период. В любом случае мы идем лучше рынка, при этом занимаемая нами доля рынка увеличивается.

Вообще, какие-то выводы корректнее делать по итогам года, когда будет статистика по всем сегментам. Пока же в целом по рынку мы наблюдаем, повторюсь, 13—15%-ное снижение видимого потребления.

Что вы представляете на выставке «Металл-Экспо» в этом году? Есть ли новинки в производстве, в представляемой продукции и т.п.?

На выставке мы, как обычно, представляем весь ассортимент отечественного и импортного нержавеющего проката. Здесь присутствуют директора всех наших семи филиалов и руководство управляющей компании. В этом году мы впервые демонстрируем возможности нашего производственного дивизиона по изготовлению деталей и полуфабрикатов не только из нержавеющих, но и из легированных и конструкционных марок стали. Это стало возможным после приобретения в прошлом году производственных мощностей компании Апогей. Кроме того, в текущем году мы инвестировали прибыль в приобретение трех мощных автоматических ленточнопильных станков Amada и установки плазменной резки с рабочим столом 2х12 м, которая позволяет с очень хорошим качеством резать плоский прокат толщиной до 50 мм. При этом плазменная резка в несколько раз дешевле гидроабразивной резки! Сейчас наши заказчики имеют возможность выбирать между лазерной, плазменной и гидроабразивной резкой, плюс наблюдается существенная экономия в целом ряде применений.

Приглашаем вас, уважаемые коллеги и партнеры, на наш стенд №1В47. Специалисты нашей компании с удовольствием ответят на все ваши вопросы. Успехов вам!

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547421 Михаил Гапанов


Россия. Украина. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547418 Юрий Атанасов

Centravis: «Наше присутствие на российском рынке делает его более сбалансированным»

Украинский производитель нержавеющих труб компания Centravis — традиционный участник Международной промышленной выставки Металл-Экспо. Невзирая на напряженность между нашими странами, специалисты компании приехали в Москву и на этот раз. Генеральный директор компании Юрий Атанасов объяснил, почему Centravis старается удерживать позиции на российском рынке.

Юрий Васильевич, как строится работа Сентрависа на российском рынке: продолжаются ли поставки в условиях политической нестабильности, попыток ограничить импорт?

Мы относимся к позициям на российском рынке стратегически. Принцип нашей работы на российском рынке я бы охарактеризовал одной фразой: «Потребитель нас рассудит». Все эти тенденции потребитель так или иначе отрегулирует, потому что у нас, к счастью, пока потребительский рынок. Мы считаем, что наше присутствие на российском рынке делает его более сбалансированным с точки зрения сроков поставки, наличия альтернативных предложений. И в этом смысле какими бы ни были политические взаимоотношения, именно рынок будет определять будущие перспективы компании Centravis. Мы планируем оставаться на российском рынке и дальше, не смотря на все существующие негативные моменты. Во всяком случае, мы будем делать для этого все возможное.

Как складывается 2015 год для компании с производственной точки зрения?

Что касается физических объемов, то здесь как раз меньше политики, больше рыночных моментов. Когда идет резкое колебание рубля как валюты, в которой мы оперируем, то это либо усиливает позиции импортеров, включая нас, либо ослабляет на какой-то период. С учетом нескольких резких колебаний рубля мы в этом году несколько снизили объемы производства, но не существенно. Фокусируемся на тех сегментах, где наше предложение является конкурентным.

Как выстраиваете сбытовую политику на российском рынке: работаете с независимыми дилерами или пытаетесь достучаться до конечных потребителей?

Мы делаем и так, и так. Безусловно, мы работаем с конечными потребителями, особенно проектными — там, где ведутся проектные поставки. Вместе с этим мы стараемся, чтобы наша продукция не уходила со складов дистрибуторов, особенно в тех регионах, где мы не представлены собственными складами и запасами продукции.

Россия. Украина. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547418 Юрий Атанасов


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547413 Дмитрий Горошков

Приоритеты Северстали: интервью куратора сбытовой политики компании

За первые три квартала 2015 г. Северсталь смогла не только увеличить объем поставок стальной продукции на российский рынок по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, но и укрепить свое влияние в ряде важных рыночных ниш. На 21-й Международной промышленной выставке «Металл-Экспо», открывшейся сегодня в Москве на ВДНХ, компании есть что показать и есть что поведать о своих достижениях. О том, как Северсталь смогла добиться успехов в непростое время и на чем собирается основывать стратегию развития в 2016 г., рассказывает директор по маркетингу и продажам дивизиона «Северсталь Российская Сталь» Д. Горошков.

На чем Северсталь делает акцент при участии в выставке «Металл-Экспо» в этом году? На что компания хочет обратить внимание специалистов и потребителей, какими достижениями гордится, что планирует?

Северсталь является постоянным участником выставки «Металл-Экспо». Традиционно это мероприятие мы рассматриваем как удобную площадку для общения с существующими и потенциальными потребителями, для проведения переговоров, распространения рекламной продукции.

Особенное значение имеет то, что наши специалисты могут оперативно ответить на все вопросы, связанные с сортаментом производимой продукции, техническими возможностями компании, планами на будущее, привлечь тем самым к потенциальному сотрудничеству всех, кто может быть в этом заинтересован.

В 2015 г. Северсталь презентует стенд с концепцией «Рядом с тобой. Чаще, чем ты замечаешь» («Steel: supporting your world»). На стенде у специалистов компании можно получить детальную информацию о продукции для всех отраслей российской промышленности: автомобилестроения, топливно-энергетического комплекса и машиностроения (включая высокопрочные марки стали, броню и судостали). Также на стенде представлен широкий сортамент продукции компании для строительной отрасли, в том числе наши бренды — «АрмаНорма», «Стальной шелк», «Стальной бархат» и «Стальной кашемир». На стенде клиенты могут познакомиться и с сервисными возможностями компании, в том числе электронными.

Приглашаем всех на объединенный стенд компании Северсталь, расположенный в павильоне №75, зал 1(а), №1С15.

Год назад представители Северстали говорили о том, что приоритетными для компании являются поставки продукции с высокой добавленной стоимостью на внутренний рынок. Верно ли это утверждение сегодня? Оправдывает ли себя данная стратегия? Собирается ли Северсталь увеличивать долю листового проката с покрытиями, труб, другой продукции с высокой добавленной стоимостью в продажах?

Увеличение поставок продукции с высокой добавленной стоимостью на внутренний рынок остается приоритетным направлением в сбытовой деятельности компании. Доля таких продуктов составляет в портфеле компании порядка 47%.

На реализацию данной стратегии направлен новый инвестиционный проект — строительство третьего комплекса покрытий металла. Он будет включать в себя агрегат непрерывного горячего цинкования производительностью 400 тыс. т в год и агрегат полимерных покрытий металла производительностью 200 тыс. т в год. С пуском нового комплекса в 2017 г. Северсталь сможет значительно увеличить свою долю на российском строительном рынке проката с покрытием и увеличить производство продуктов с высокой добавленной стоимостью.

Также на череповецкой площадке компании в данный момент идет техническое перевооружение четырехклетьевого стана холодной прокатки. Стоимость проекта — более 2,5 млрд руб. Основными потребителями продукции агрегата будут автопроизводители и производители бытовой техники. Реализация этого проекта позволит увеличить выпуск холоднокатаного листа на 200 тыс. т в год, существенно повысить качество продукции.

Насколько важным был на российском рынке проката в последний год фактор импортозамещения? Удалось ли Северстали потеснить зарубежных поставщиков? В каких сегментах? Благодаря чему?

Несмотря на то что строительная отрасль, основной потребитель импортного материала, переживает сильный спад, Северсталь увеличила долю поставок в ее адрес, что говорит в целом об успешном импортозамещении. Это стало возможным благодаря нашей гибкой сбытовой политике, а также эффективному взаимодействию с клиентами на внутреннем рынке. Однако в последние кварталы мы видим резкий рост дешевого импорта как сталей с покрытием, так и сортового проката — ключевых строительных продуктов, выпускаемых нашей компанией. Нас настораживает эта ситуация, мы ведем ее мониторинг и не исключаем антидемпинговых расследований.

Строительство третьего комплекса покрытий металла позволит увеличить производство инновационных брендовых продуктов — «Стального шелка», «Стального бархата» и «Стального кашемира». Это высококачественные продукты с уникальными свойствами для кровли. Увеличение выпуска проката с покрытиями будет способствовать решению задач импортозамещения в строительстве.

При запуске ЦПМ-3 мы освоим новый для себя рынок подката толщиной до 3 мм. Это оцинкованный горячекатаный прокат, который используется для изготовления строительных несущих металлоконструкций при производстве каркаса быстровозводимых зданий и сооружений. Новый агрегат даст нам возможность выпускать продукт, предназначенный для производства бытовых приборов (в частности, «белой техники»), а также позволит не только наносить лакокрасочные материалы, но и применять в производстве горячее и холодное ламинирование, использовать декоративные пленки по желанию клиентов.

Можно ли сказать, что Северсталь активно создает и продвигает новые бренды премиальной стальной продукции? Насколько успешной была эта деятельность в прошлом году? Какие планы на будущее?

Северсталь представила в этом году российским строителям еще один новый бренд — «Стальной кашемир». Это оцинкованный металлопрокат с полимерным полиуретановым покрытием. Мы рекомендуем использовать его при повышенных требованиях к прочности и эластичности покрытия, а именно для производства металлочерепицы, профнастила, фальцевой кровли, стеновых и кровельных сэндвич-панелей, сайдинга, фасадных кассет, жалюзи, корпусов электроприборов и пр.

Бренд «Стальной кашемир — GR» (glide rain — скользящий дождь) с полиуретановым покрытием по 40 мкм с каждой стороны и гарантированной толщиной металла 0,55 мм специально разработан для изготовления водосточных систем.

Линейка брендов компании Северсталь для строительной отрасли включает также «АрмаНорму» — арматуру класса А600С и оцинкованный металлопрокат с полимерным покрытием, специально разработанный для изготовления металлочерепицы, — «Стальной шелк» и «Стальной бархат».

Расширяя продуктовую линейку, мы всегда опираемся на мнение клиентов, которые направляют наш вектор развития. Кроме того, развивая бренды, мы гарантируем качество продукции, которое не уступает качеству импортных аналогов.

На какие новые рынки смогла выйти Северсталь за последний год? Где рассчитывает усилить свое присутствие в будущем году?

Традиционно более высокий приоритет продаж для нас имеет внутренний рынок. В 2015 г. мы серьезно нарастили долю внутреннего рынка в сортовом прокате за счет выхода на рынки Поволжья и Юга России с продукцией Северсталь — Сортовой завод Балаково, а также благодаря развитию продаж мелющих шаров.

В то же время предприятия дивизиона «Северсталь Российская Cталь» более благоприятно расположены относительно крупных экспортных рынков по сравнению с основными конкурентами. Это позволяет нам значительно экономить на логистике, а в периоды снижения цен на внутреннем рынке иметь более привлекательную альтернативу в виде экспортных поставок. В период нестабильной экономики наша основная задача — повышение эффективности экспортных продаж.

Одно из направлений — увеличение поставок в традиционно более маржинальные отраслевые сегменты. Мы понимаем, что с учетом протекционистских мер не имеем возможности поставлять большой объем дешевого металлопроката на экспортные рынки, поэтому уходим в те ниши, где Северсталь более конкурентоспособна, чем другие компании в мире, и где клиенты ценят нас за качество, сервис. При этом такие нишевые поставки не могут дестабилизировать ситуацию на соответствующих региональных рынках.

Однако на наши возможности экспортных поставок прямое влияние оказывают торговые ограничения. В последнее время было инициировано несколько расследований в отношении экспорта продукции: антидемпинговое расследование по горячекатаным рулонам в Турции, по холоднокатаному прокату в Евросоюзе и США, а также антидемпинговое и компенсационное расследования по толстому листу в Канаде. Компания участвует в данных расследованиях, так как поставляла эту продукцию. Мы всегда осуществляли и осуществляем поставки в полном соответствии с правилами международной торговли, по рыночным ценам, без каких-либо специфических субсидий от российского правительства.

На настоящий момент Министерство торговли Турции уже приняло предварительное решение, которое подтвердило, что демпинга со стороны Северстали нет. Надеемся, что и другие решения по расследованиям будут основаны на экономических показателях, без политической составляющей. Мы рассчитываем, что в рамках данного и прочих расследований нам удастся отстоять свои интересы и продолжить работу с клиентами, заинтересованными в продукции Северстали.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547413 Дмитрий Горошков


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547412 Андрей Дейнеко

Рынок проката с покрытиями: каковы тенденции в среднесрочной перспективе?

В интервью на площадке открывшейся сегодня на ВДНХ выставке Металл-Экспо'2015 генеральный директор УК Лысьвенская металлургическая компания Андрей Дейнеко рассказал о ходе реализации инвестпроекта и об актуальных задачах, а также проанализировал рынок сталей с покрытиями.

Андрей Дмитриевич, каковы ваши ожидания от предстоящего форума «Металл-Экспо’2015»?

«Металл-Экспо» — одно из крупнейших событий в металлургической отрасли страны. Мы рассматриваем выставку как отличную площадку для построения и укрепления коммуникаций как с настоящими, так и с потенциальными потребителями, для встреч с партнерами и коллегами по отрасли, для обсуждения насущных проблем, текущих и перспективных проектов.

В этом году основной акцент на выставке мы делаем на презентацию нового вида продукции Лысьвенского металлургического завода (ЛМЗ) — проката с многоцветным декоративным рисунком. Кроме того, ЛМЗ представит весь спектр своей продукции — электролитически оцинкованный прокат и прокат с полимерными покрытиями на его основе для автомобилестроения, строительной индустрии и производства бытовой техники.

В рамках единого выставочного стенда Лысьвенской металлургической компании (№1С29) будет представлена также продукция Лысьвенского завода эмалированной посуды. Несмотря на то что завод уже не входит в Группу ЛМК, он находится на одной промышленной площадке с ЛМЗ и предприятия сохраняют тесные производственные связи.

ЛМК презентует на выставке новый агрегат полимерных покрытий с технологией Print. В чем его уникальность?

В конце этого года в рамках реализации первой очереди инвестиционного проекта по строительству листопрокатного комплекса на Лысьвенском металлургическом заводе мы введем в эксплуатацию новый агрегат полимерных покрытий с технологией Print (АПП №5). Технология позволяет производить прокат с декоративными рисунками, нанесенными офсетным способом.

Современное высокотехнологичное оборудование дает возможность достичь максимально высокого качества печати и создать многоцветное и объемное изображение с синхронизированным эффектом 3D. Благодаря этому передается не только внешний вид природных материалов, таких как дерево, кирпич, камень, но и их фактура. При производстве металлопродукции могут быть использованы все типы металлоосновы: горячеоцинкованный, электролитически оцинкованный или холоднокатаный прокат.

Новый вид металлопроката на российском рынке планируем реализовывать под торговой маркой SteelArt.

Прокат SteelArt будет производиться в следующих рисунках: «дуб», «орех», «кварцевый сланец», «дикий камень», «кирпичная кладка» и «бордо». Технология позволяет воспроизводить практически любой рисунок.

Сегодня, когда вопросы импортозамещения имеют первоочередное значение, мы готовы предложить рынку новый современный материал, который ни в чем не уступает импортным аналогам.

Как вы оцениваете рынок проката с покрытиями в 2015—2016 гг.? Каковы тенденции в среднесрочной перспективе?

Согласно прогнозу аналитиков, видимое потребление стали в России в 2015 г. снизится на 11% — до 38,5 млн т. Темпы снижения потребления на основных для российской металлургии рынках увеличатся. Строительный рынок для металлургической продукции сократится на 12,7% по сравнению с прошлым годом (в 2014 г. снизился на 4,5%), потребление в автомобилестроении упадет на 25% (в 2014 г. — на12,5%).

Тем не менее прокат с полимерными покрытиями останется дефицитным, чему будет способствовать сокращение из-за девальвации рубля доли импорта. Подобная ситуация может сохраниться в ближайшие 1-2 года.

Что касается среднесрочной перспективы, то в нестабильной экономической ситуации делать прогнозы весьма затруднительно. Даже российское правительство теперь формирует государственный бюджет не на три года, а на год.

Какое место на рынке металлопродукции с покрытиями занимает ЛМЗ? Как предприятие подходит к концу 2015 г. и какие планы у компании на 2016 г.?

Лысьвенский металлургический завод занимает собственную нишу на российском рынке проката с покрытиями, так как является единственным отечественным производителем электролитически оцинкованного проката и продуктов на его основе.

Наши планы на 2016 г. связаны прежде всего с вводом в строй агрегата полимерных покрытий с технологией Print. Благодаря вводу в строй этой линии производственные мощности завода увеличатся на 40%, рынку будет предложена новая оригинальная продукция с высокой добавленной стоимостью.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 10 ноября 2015 > № 1547412 Андрей Дейнеко


Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 9 ноября 2015 > № 1544206 Дмитрий Горшков

Дмитрий Горошков - об искусстве продаж в сложный период

Северсталь увеличила долю присутствия на внутреннем рынке, главным образом за счет поставок проката строительного назначения. Так, за девять месяцев текущего года по сравнению с тем же периодом прошлого года поставки сортового проката выросли более чем на 159 тыс. т, или на 15%, а проката с покрытием — на 30 тыс. т, или на 5%. "Под проекты наших ключевых клиентов из топливно-энергетического комплекса компания поставила в январе—сентябре текущего года около 419 тыс. т труб большого диаметра — на 66% больше, чем в АППГ, - рассказал в интервью журналу "Металлоснабжение и сбыт" директор по маркетингу и продажам дивизиона «Северсталь Российская Сталь» Дмитрий Горошков. - При этом доля поставок на внутренний рынок в структуре продаж компании в III квартале выросла до 67%. Всего на внутренний рынок за девять месяцев 2015 г. поставлено более 5,2 млн т — на 59 тыс. т больше, чем в АППГ".

- За счет чего Северсталь получила лучшие результаты, чем рынок в целом? Благодаря чему компания смогла сохранить и расширить поставки?

- Лучшие результаты связаны прежде всего с эффективным управлением продуктовым и рыночным портфелем в непростой экономической ситуации как на внутреннем, так и на внешнем рынках, а также с продуктивным взаимодействием с постоянными потребителями. Поставки расширились за счет роста загрузки новых агрегатов на предприятии Северсталь — Сортовой завод Балаково, трубных станов на Череповецком металлургическом комбинате.

В 2015 г. мы сфокусировались на работе с потребителями нашей продукции и объявили его в российском дивизионе годом клиента. В течение года мы усиливали клиентоориентированность и реализовывали ряд новых инициатив по повышению качества продукции, совершенствованию ее доставки и упаковки, освоили несколько новых видов продукции. К примеру, благодаря инвестиционным мероприятиям мы минимизировали образование на оцинкованном прокате дефекта «дросс», освоили технологию производства холоднокатаного и оцинкованного проката с более жесткими допусками по толщине, построили крытый склад для временного хранения холоднокатаного проката в промпорту, что снизило риски коррозии.

Также основными направлениями наших улучшений является совершенствование работы службы технической поддержки клиентов, повышение прозрачности системы ценообразования, сокращение скорости и упрощение алгоритмов работы электронной торговой площадки. Мы представили обновленную версию приложения для мобильных устройств, выпустили отдельно новую версию для iPad — «Северсталь. Мобильный сервис v.2», которая также доступна в магазине App Store.

Для машиностроителей Северсталь представила ряд новых износостойких и высокопрочных сталей, которые успешно замещают импортные аналоги на отечественном рынке. Кроме того, компания развивает производство биметаллического проката, используемого в нефтехимическом и атомном машиностроении, имеет уникальную установку электрошлаковой наплавки (ЭШН) и активно развивает эту технологию...

Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 9 ноября 2015 > № 1544206 Дмитрий Горшков


Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > energyland.infо, 6 ноября 2015 > № 1542415

В ближайшие пять лет на архипелаге Новая земля планируется построить крупнейшее и самое северное горнодобывающее предприятие по переработке свинцово-цинковых руд в России.

«Проект уникален для Архангельской области в частности и Арктической зоны Российской Федерации в целом, - это единственный масштабный проект, реализуемый непосредственно в регионе, не связанный с добычей нефти и газа, - сообщил Александр Лукин, генеральный директор АО «Первая горнорудная компания» (входит в контур управления АО «Атомредметзолото»/ урановый холдинг «АРМЗ»). – На сегодня мы полностью завершили комплекс геологоразведочных работ на «Павловском» месторождении, полученные результаты значительно превзошли ожидания».

По итогам геологоразведочных работ запасы свинцово-цинковых руд составили около 46 млн тонн с содержанием металла свыше 3 млн. Подтвержденные ранее данные - 37 млн тонн с содержанием 2,4 млн тонн металла. В настоящее время материалы направлены на государственную экспертизу в Государственную комиссию по запасам полезных ископаемых.

Предварительное ТЭО проекта показало его экономическую эффективность, а результатом маркетинговых исследований стали подписанные протокольные документы и соглашения с потенциальными потребителями. Так, прямые поставки цинкового концентрата планируется осуществлять, как на российские перерабатывающие производства, так и шведский концерн Boliden, свинцового – на предприятия России, Европы, Китайской Народной Республики.

«Уже со следующего года, после утверждения результатов геологоразведки, мы сможем приступить к проектированию горно-обогатительного комбината. Удалось наладить партнерские отношения с потенциальными подрядчиками – местными организациями, заинтересованными в оказании услуг на проведение проектно-изыскательских, строительных работ, обучение персонала и т.д», - отметил Александр Лукин.

Одним из первых инфраструктурных объектов на архипелаге согласно «дорожной карте» проекта станет строительство причала. Строительство самого комбината начнется в 2018 году, а товарную продукцию планируется получить в 2020 году.

Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > energyland.infо, 6 ноября 2015 > № 1542415


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 октября 2015 > № 1645046 Александр Романов

501 км, ТБД, цветмет и не только — завершается еще одна насыщенная неделя

Осень у нас традиционно насыщена разными интересными событиями — поездки, встречи, конференции, выставки, круглые столы, пуск новых предприятий и т. п.

Уходящая неделя шеф-редактора журнала «Металлоснабжение и сбыт» Александра Романова также была отмечена интересными событиями: он с опережением выполнил годовой план по преодолению вплавь отметки 500 км и посетил ряд производств.

- Александр Геннадьевич, в прошлом году отметку 500 км вы преодолели накануне Нового года. Как получилось, что в этом году норматив удалось выполнить на два месяца раньше? Нет ли в планах этого года преодолеть 600 км?

- Так как в настоящее время жизнь интенсивная - поездки, мероприятия, встречи -, необходимо быть постоянно в хорошей форме. А что для этого надо? Устанавливать для себя планку и не расслабляться. Для меня планка 500 км — это примерно 2-2,5 км каждый день по утрам, за исключением дней в поездках. Кроме этого, я практикую еще ряд других видов спортивных занятий. А 600 км в этом году... вполне возможно, что получится.

- Чем была отмечена неделя в деловом плане?

- Во вторник, 27-го октября, после утреннего заплыва и преодоления рубежа 500 км сел за руль и поехал на юг Московской области, в г. Серпухов, где ознакомился с мини-производством труб большого диаметра Московской трубной компании ТрубПром. Ребята нашли интересную нишу — небольшие заказы на эксклюзивные размеры ТБД в диапазоне от 500 до 2500 мм в диаметре. Пообщался с руководителями, а затем приехал в Подольск, где осмотрел складской комплекс цветных металлов компании Галактика, новое офисное здание и площадку строящегося нового склада. В эти дни туда стали поступать металлоконструкции производства компании Стальинвест-Тула. С руководителем Галактики обсудили программу предстоящего круглого стола поставщиков медного и латунного проката, который пройдет на ВДНХ 12 ноября.

В среду, 28-го октября, мне удалось побывать в небольшом городке на севере Московской области, где завершается монтаж оборудования нового российского производства ТБД. Подробнее

В четверг в РСПМ прошла серия мероприятий: заседание Совета, обсуждение основных мероприятий Недели металлов в Москве и возможностей для развития бизнеса компаний благодаря использованию деловых встреч с ведущими участниками рынка металлов-экспонентами Металл-Экспо'2015. В рамках РСПМ также намечен проект плана работы на 1 полугодие 2016 года, который охватывает различные аспекты деятельности компаний. Участники встречи в РСПМ рассмотрели более 70 анкет компаний-номинантов конкурсов по лучшим сбытовым сетям, металлобазам и СМЦ. В завершении этого насыщенного дня прошла очередная встреча участников Соглашения по борьбе с недобросовестными дебиторами. И еще я заглянул на ВДНХ, где сейчас проходит выставка по инновациям.

Сегодня, в пятницу, прямо сейчас проходит заседание комиссии Металл-Экспо по рассмотрению представлений металлургических и машиностроительных компаний, НИИ по современным разработкам оборудования и технологий, а также новых видов продукции в черной и цветной металлургии. Лучшие достижения будут отмечены золотыми и серебряными медалями Металл-Экспо.

- В какой стадии в настоящее время подготовка к Неделе металлов в Москве и выставке Металл-Экспо?

- Неделя металлов в Москве традиционно откроется конференцией «Российский рынок металлов», которая в этом году, как никогда, будет насыщена большим количеством интересных выступлений и презентаций. И, конечно, меня радует, что помимо традиционных крупнейших отечественных и зарубежных компаний металлургии и тяжелого машиностроения в этом году на Металл-Экспо появится ряд новых производителей, будут презентованы новые инвестиционные проекты. Жизнь продолжается, и поэтому всем нам надо быть в хорошей спортивной форме!

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 октября 2015 > № 1645046 Александр Романов


Россия > Металлургия, горнодобыча > mnr.gov.ru, 29 октября 2015 > № 1594718 Сергей Донской

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской дал интервью телеканалу «360 Подмосковье»

Глава Минприроды России рассказал о перспективах и рисках развития геологоразведки в России

Сфера недропользования. С какими вызовами столкнулась геологическая отрасль в текущем году? Чем вызвано сокращение государственного финансирования геологоразведки? Что необходимо сделать для того, чтобы разрешить назревшие в отрасли вопросы? Об этом и не только поговорим с министром природных ресурсов и экологии России, Сергеем Донским. Это "Интервью 360".

- Мы не будем скрывать, что экономика России в значительной степени зависит от добычи и экспорта полезных ископаемых. При этом инвестиции в отрасль составляют всего лишь 3% от общемировых показателей, а часть суши, которую занимает Россия - это 11%. Почему такой дисбаланс и есть ли здесь проблема?

- Начнем с некоторой корректировки цифр. Потому что то, что вы говорили о 3% от общего объема мировых инвестиций в геологоразведку, это скорее уже устаревшие данные. Цифра, которую можно сегодня озвучить, например, по итогам 2014 года, Россия инвестировала в геологоразведку (это государственные и частные инвестиции) больше 370 млрд рублей, что составляет около 9% от мировых инвестиций в геологоразведку.

- Хорошая корректировка. В положительную сторону.

- Несколько больше, хотя мы понимаем, что в сегодняшней ситуации, когда еще очень много территорий, очень много новых направлений, которые нужно изучать, где необходимо проводить геологоразведку, инвестиций должно быть больше. Мы придерживаемся такой политики. У нас есть часть государственных инвестиций, то есть, когда финансирование проектов геологоразведки идет из бюджета, а есть часть, которую финансируют частные компании. Это и углеводороды, и твердые полезные ископаемые, и общераспространенные полезные ископаемые. Та цифра, которую я назвал, в сумме, то есть, это и углеводороды, и твердые, это 379 млрд рублей. Эта цифра масштабная, но ее на сегодняшний день все-таки недостаточно. Хотя так же следует признать, что, например, с 2010 года количество инвестиций, как частных, так и государственных, к 2014 году выросло примерно в 1,8 раза. То есть, на самом деле существенный рост за последнее время. Но это в первую очередь было обусловлено восстановлением после 2008 года, когда цены пали, и геологоразведка, естественно, тоже снизилась. Так как геологоразведка, все-таки, очень зависит от конъюнктуры, ценовых перспектив. И на протяжении 4-х лет был постепенный рост, где-то даже бурный рост вложений. Но на сегодняшний день мы уже наблюдаем динамику снижения. Это опять же зависит от того, что практически по всем видам полезных ископаемых, по сырьевым ресурсам у нас произошло падение цен на мировых рынках. Конъюнктура поменялась, стратегически компании увидели, что перспективы не самые радужные, ожидания ухудшились. И естественно, компании начинают снижать риски.

- Менять свои планы.

- Менять планы, менять стратегии. Это относится не только к России, это относится и к зарубежным инвестициям в геологоразведку. Могу сказать, например, что по итогам 2015 года в целом по оценкам экспертов снижение инвестиций в геологоразведку по миру составит 30%.

- Давайте разбираться. В недавнем интервью вы сказали о том, что расходы из госбюджета на геологоразведку сократятся на 20%.

- По факту оно так и есть.

- То есть, это реальная цифра?

- По 2015 году так и случилось. Прошлый год - 37,5 млрд рублей, в этом году чуть больше 28 млрд рублей.

- Но геологоразведка будет продолжаться в нашей стране?

- Обязательно.

- За счет чего? За счет инвесторов, о которых вы уже сказали?

- И государство, и инвесторы будут продолжать вкладывать в геологоразведку, потому что это необходимо, потому что это будущее с точки зрения перспективы. Единственно, государство в первую очередь старается провести работы начальных стадий - это самые рискованные работы. А частный инвестор старается сконцентрироваться на менее рискованных направлениях, там, где уже есть геоинформация, есть перспективы открыть месторождения. Высокие перспективы. А в ряде случаев, особенно когда мы говорим о сегодняшнем дне, компании концентрируются на доизучении территорий, доизучении месторождений.

- Это 55% территорий необходимо доизучить?

- На самом деле, если мы говорим о доизучении территорий всей страны, эта цифра не то, что устарела, она теряет содержание по мере того, как появляются новые технологии, появляются новые подходы к изучению, новые модели. И в ряде случаев компания приходит на старое место, где до настоящего времени не могли ничего найти, новая компания с новыми подходами, технологиями смотрит на это по-другому. Это реально новый взгляд. Очень часто бывает, что одна крупная компания приходит, приобретает лицензионный участок, изучает, делает вывод, что перспектив нет. Но это с точки зрения компании, которая приобрела этот участок. Соответственно, она оценивает бесперспективность. Приходят другие, более агрессивные, они готовы брать на себя больше рисков, и готовы уже принять решение о том, что это перспективный объект, и они начинают бурить и проводить работы.

- И находят то, чего не нашли раньше.

- Верно. С новыми подходами, взглядами. И находят объекты. Это очень часто случается в мировой практике. Это практически каждый третий такой объект.

- Многие эксперты склоняются к тому, что ряд проблем, который сейчас существует в отрасли, связан с дисбалансом в законодательстве. И с несовершенством норм. Вы согласны с этим? Какие корректировки вы бы внесли?

- Что касается дисбаланса законодательства, и несовершенства законодательства как такового, нет предела совершенству, это понятно. Любой закон имеет свои недостатки, шероховатости, недоработки. При этом жизнь постоянно изменяется. Постоянно происходит эволюция. Как мы упомянули - в технологиях, в подходах. Меняется конъюнктура рынка.

- Корректировки необходимы в любом случае.

- Верно. То есть, происходит постоянное совершенствование законодательства. Конечно, бывают законы, которые десятками лет меняются, но в ряде случаев это приводит к тому, что экономика начинает сталкиваться с тем, что, например, невозможно внедрять какие-то технологии или проводить работы именно из-за ограничений по законодательству.

- Законодательство не успевает?

- И здесь, конечно, понимая это, мы ежегодно ведем мониторинг законодательства, ведем совместную работу с компаниями. У нас есть рабочие группы, например, по ликвидации административных барьеров. Есть соответствующие органы, которые готовят инициативы по совершенствованию каких-то инвестиционных подходов к законодательству. Те же самые изменения в законодательстве, которые позволяют применять те или иные технологии. И могу сказать, что за 2014 год у нас около 20 различных изменений в законах, и по снижению административных барьеров, и по совершенствованию инвестиционной привлекательности сферы недропользования, и просто создания каких-то новых объектов, подходов к проведению работ, например, с трудноизвлекаемыми запасами. Фактически мы внесли изменения в 20 случаях в законодательство. В первую очередь, конечно, в закон о недрах. И совершенствование по этому направлению идет. Я не говорю о том, что не надо вносить больше изменений. Мы и в этом году готовим изменения, связанные с работой с зарубежными инвесторами. В этом году приняли очень важный закон, связанный с оборотом геоинформации. Недавно Президенту докладывал об этом. И, в принципе, мы будем и в дальнейшем совершенствовать законодательство, не только закон о недрах, но и другие законы, чтобы у недропользователей появлялось все больше возможностей для работы, для того, чтобы они могли вкладывать свои ресурсы в высокорискованные проекты. А геологоразведка - это один из самых рискованных проектов в сфере недропользования, потому что это начальная стадия. И как говорят специалисты, успех того или иного проекта, особенно в твердых полезных ископаемых, 1/100 - это мировая цифра. У нас, кстати, эта цифра немного лучше - 1/80, а, может быть в некоторых регионах еще выше. Но мы свои проекты, конечно, поддерживаем.

- Еще один важный вопрос, которым вы вплотную занимаетесь, это доведение российской системы классификации запасов в соответствие с европейскими стандартами.

- Не только европейскими. Мировыми стандартами.

- А насколько сейчас эта работа продвинулась вперед? Чего нам еще не хватает? И насколько это необходимо?

- Это необходимо, об этом говорили уже давно. И, в принципе, работа ведется не первый год. Мы в прошлом году утвердили классификацию, сейчас идет доработка рабочих документов, методик, регламентов. Мы на постоянном контакте с компаниями. Ключевая задача - перейти от административной формы управления запасами к направлению, где в первую очередь оценка ведется по экономическим показателям, по проектам, то есть там, где уже можно оценить перспективу разработки этих запасов, то есть, возможность использования технологий. Естественно, наложить вот эту технологическую перспективу на экономику сегодняшнего дня, потому что у нас, естественно, запасы постоянно изменяются, с точки зрения их рентабельности, интересов к ним компаний, инвесторов. Это изменение конъюнктуры должно отражаться, в том числе, и в государственном балансе. На сегодняшний день у нас большинство документов готово, мы надеемся, что в следующем году уже компании будут активно считать свои запасы по новой классификации. Это первое. Второе, совсем недавно наши коллеги из государственной комиссии по запасам были в специализированном органе ООН, и там презентовали нашу классификацию. И в следующем году мы будем уже адаптировать классификацию, утверждать ее на уровне ООН. То есть, мы использовали подходы ООН при подготовке и утверждении классификации, которой мы сейчас занимаемся.

- Хочу спросить о присутствии России в Арктике. Наряду с развитием Крыма этому вопросу уделяется действительно большое внимание сейчас. По вашему мнению, необходимо ли создавать отдельное министерство по делам Арктики?

- Мне уже когда-то задавали такой вопрос. В первую очередь надо исторически разложить эту тему. Впервые появился вопрос о создании какого-то отдельного органа по Арктике… Вот мне задавали этот вопрос, наверное, в 13-14 году.

- Ваше мнение могло поменяться, кстати.

- Я начну с того, что тогда я ответил, что возможно, должен быть создан орган, который бы объединил интересы различных ведомств. Мы занимаемся Арктикой, Минэнерго занимается Арктикой. Все. Единственно, пока еще Минсельхоз Арктикой не занимается, но поменяется климат, и все может быть. Но хочу сказать, что на сегодняшний день существует созданная правительством комиссия по Арктике. Ее возглавляет Дмитрий Олегович Рогозин. И эта комиссия рассматривает у себя на площадке все вопросы всех органов, которые Арктикой занимаются. Она только начала работу, и пока идет наработка вопросника и решений, которые предлагаются министерствами, и отработка всей этой системы. Единственно, как всегда не хватает денег. Сегодняшний бюджет очень скупой в этой части. Работы ведутся, то есть, федеральный бюджет финансирует, но, на мой взгляд, недостаточно с точки зрения развития этого направления, этого региона.

- Если говорить о предъявлении Россией права, насколько я знаю, Россия первая заявила об изучении морского дна.

- Не совсем. Мы были одними из первых.

- Мы в лидерах. Но за это право борются еще 8 стран Северного совета. Насколько мы себя чувствуем уверенно? Насколько мы реально заявили о своей позиции и придерживаемся ее?

- Я с уверенностью могу сказать, что мы держимся той позиции, которую мы в свое время озвучили. И мы, кстати, в августе внесли в ООН свою заявку, в комиссию ООН по границам континентального шельфа. Внесли заявку, она опубликована. И весной, я надеюсь, в феврале-марте, мы эту заявку будем презентовать на очередной сессии. Конечно, здесь есть различные точки зрения. Но мы провели огромный объем работы. Работало огромное количество институтов, и мы работали, Министерство природных ресурсов, Минобороны работало, представляли свои мощности для того, чтобы можно было проводить работы подготовки соответствующих карт. МИД работал тоже очень активно. Было очень много различных органов, которые участвовали в этой работе. Заявка подготовлена, она достаточно качественная. Мы продолжаем сейчас работать в ООН. При необходимости, сейчас еще рано, но весной мы можем предоставить дополнительную информацию. Если будет надо, мы проведем дополнительные работы по изучению. Но я надеюсь, что тот объем информации, который сейчас представлен, достаточен для того, чтобы начать работу. Нам есть, на что опереться при доказательстве, и все основания у нас тоже существуют. С другой стороны, конечно, есть страны, которые, например, представляют свои заявки, которые пересекаются с нашей заявкой. Дания, например. Есть Канада, которая представила свою заявку, но отозвала. Норвегия утвердила свою заявку, но это было в позапрошлом году. И в данном случае границы нашей и норвежской заявок совпадают. Так что у нас здесь все нормально. Работа идет.

- А в чем наше преимущество?

- В первую очередь, как всегда, в наших огромных территориях. Это раз. И в качестве и объеме работ, которые были сделаны для доказательной базы участия нашей заявки.

- Риски всегда бывают. Они, наверное, есть и сейчас. Какой сегодня основной риск?

- В первую очередь, конечно, скорее даже не риск, а начало очень длительного процесса, который потребует дополнительной информации именно в части работы с комиссией, с экспертами. Во-первых, кроме каких-то организационных моментов, Министерство сейчас активно занимается популяризацией этой темы. Популяризацией обсуждения этой темы со специалистами, с заинтересованными органами власти. И не только органами власти, компаниями. Все, кто интересуется Арктикой. Например, у нас 19-21 ноября состоится очередное мероприятие. Это дни Арктики в Москве. Мы проводили их в прошлом году, мне очень понравилось. Было очень много вопросов, активное участие всех заинтересованных лиц. И полярников, и тех, кто интересуется Арктикой. А в этом году мы проводим это мероприятие уже совместно с Академией наук. Я надеюсь, что в этот раз тоже будут подняты очень интересные вопросы.

- И их будет даже больше, чем в прошлом году.

- Намного больше будет, я уверен. Просто накапливается. И я всех приглашаю к участию в этом очень интересном мероприятии.

- Удачи вам в этом непростом вопросе и важном деле. Спасибо вам большое за интересный разговор.

Источник:

Пресс-служба Минприроды России

Россия > Металлургия, горнодобыча > mnr.gov.ru, 29 октября 2015 > № 1594718 Сергей Донской


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 28 октября 2015 > № 1645642 Владимир Лисин

Владимир Лисин: санкции прежде всего отразились на финансовом рынке

Спрос на металлопродукцию на внутреннем рынке снижается. Одна из основных причин - санкции Запада против России, заявил глава НЛМК Владимир Лисин в интервью Вести.ru.

"Известно, что санкции прежде всего отразились на финансовом рынке: внешних средств практически не стало, внутренние стали дорогими. А это значит, что у нашего потребителя возникают проблемы не только с долгосрочным финансированием поставок металлопродукций, но и проблемы, связанные с оборотным капиталом. И сразу видно падение на внутреннем рынке, падение как цен, так и объемов реализации", - отметил Владимир Лисин.

"Девальвация рубля - временный фактор. Временная передышка для экономики. Она либо уже отыграна, либо будет отыграна в ближайшее время", - полагает глава НЛМК.

Также он осветил вопрос мирового протекционизма: на данный момент проводится целый ряд антидемпинговых расследований по отношению к российской металлопродукции. Эти меры торговых ограничений затрагивают 50% всей российской стали. Излишки мировых металлургических мощностей составляют минимум 700 млн т.

Глава НЛМК подчеркнул, что для эффективной поддержки отечественного рынка недостаточно ограничиваться ответными пошлинами. Необходимо вводить новые защитные меры и следить за уже принятыми.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 28 октября 2015 > № 1645642 Владимир Лисин


Китай > Металлургия, горнодобыча > russian.china.org.cn, 28 октября 2015 > № 1532398

Металлургия в Китае несет огромные потери; спрос в стране намного ниже предложения. Об этом заявил заместитель председателя Китайской ассоциации металлургической и сталелитейной промышленности Чжу Цзиминь в среду на пресс-конференции в Пекине. По его словам, цены на железо и сталь продолжают неуклонно падать, убытки крупных и средних предприятий отрасли по основным проектам за первые 9 месяцев этого года составили 55,271 млрд юаней /8,7 млрд долл/. Причем заметна тенденция к ухудшению: 60 процентов этой суммы пришлись на июль-сентябрь.

Объемы потребления нерафинированной стали снижаются с начала года. За первые три кваритала показатель упал на 5,82 процента в годовом соотношении. Долгие годы слепого расширения производства привели к серьезной избыточности мощностей.

С января по сентябрь сталелитейные компании Китая продали продукции на 2,24 трлн юаней - почти на 20 процентов меньше, чем за аналогичный период прошлого года.

Чжу Цзиминь призывает предприятия снизить постепенно объемы производства в соответствии с реальной экономической ситуацией и диверсифицировать свой бизнес, чтобы повысить конкурентоспособность.

Китай > Металлургия, горнодобыча > russian.china.org.cn, 28 октября 2015 > № 1532398


Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 23 октября 2015 > № 1530473 Сергей Донской

Рабочая встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским. Глава Минприроды России информировал Президента о результатах проведённых в текущем году геологоразведочных работ, мерах по стимулированию инвестиционной активности, завершении доформирования госкомпании по геологоразведке – Росгеология.

Отдельно обсуждались принятые изменения в законодательство, в частности по вопросам оборота геоинформации, процедуре упрощения проведения бурения и установлению гарантий на лицензирование права пользования участками недр на Балтийском море.

В.Путин: Сергей Ефимович, давайте поговорим о геологоразведке. Как у нас запасы?

С.Донской: Владимир Владимирович, разрешите доложить по результатам геологоразведочных работ в этом году. Сейчас складываются следующие условия. Во–первых, объёмы геологоразведочных работ за счёт средств федерального бюджета в 2015 году, учитывая, конечно, состояние бюджета, снизились по сравнению с 2014 годом, но до этого они росли. [Финансирование] снизилось на 20 процентов и составило 28 миллиардов 400 миллионов рублей.

Что касается средств недропользователей, то ситуация другая. Хотя они тоже снизились (мы это прогнозировали с учётом инвестиционных ограничений) на 10 процентов по сравнению с прошлым годом – 310 миллиардов рублей, надо учитывать, что в прошлом году инвестиции составили 350 миллиардов рублей. Это был максимальный объём инвестиций за 20 лет, в принципе за весь российский период, после Советского Союза.

При этом надо сказать, что физические объёмы по поисковому, разведочному бурению, сейсморазведке тоже снизились примерно пропорционально тем объёмам снижения инвестиций, частных инвестиций, которые сложились, где–то на 10 процентов.

Поступления в федеральный бюджет от разовых платежей составили около 37 миллиардов рублей. Это где–то на 8 миллиардов больше плановых показателей. Конечно, они тоже снизились по сравнению с прошлым годом. До этого, конечно, ситуация складывалась немножко более положительно, скажем так.

Наиболее значительное снижение произошло на шельфе. Компании бурят, но не в тех объёмах, которые складывались, например, в прошлом году. Снижение – примерно 50 процентов.

В.Путин: Это естественно. Это во всём мире происходит.

С.Донской: Несмотря на это, мы совсем недавно ещё раз провели встречу со всеми компаниями, оценили ситуацию по приросту запасов. Здесь можно сказать, что простое воспроизводство, то есть компенсация объёмов добычи, которая сложится в этом году (мы прогнозируем, Минэнерго прогнозирует в районе 530 миллионов тонн), по добыче и по жидким углеводородам, и по газу, – компенсация будет.

Мы ожидаем по нефти прирост запасов в районе 710 миллионов тонн, а по газу – около 700 миллиардов кубометров. Но это за девять месяцев, потому что мы ещё, конечно, ожидаем, что за последние три месяца компании принесут в государственную комиссию запасы материала, и соответственно идёт работа по доказательной базе, по постановке на баланс запасов, которые в этом году были приращены.

В основном, конечно, компании работают на участках недр, которые разрабатывают, то есть не на новых участках. Но это тоже закономерно, потому что, естественно, долгосрочные инвестиции сейчас стимулируют компании снижать риски и работать, скорее, на доразведке. Они приращивают месторождения за счёт пропущенных залежей, за счёт запасов, которые находятся на их лицензионных участках. Работа ведётся, и ещё раз говорю, что простое воспроизводство у нас в этом году по нефти и по газу будет.

Теперь что мы делаем в отношении стимулирования, потому что в этой ситуации, конечно, обязательно стимулировать инвестиционную активность, стимулировать недропользователей для работы. Мы в 2014 году ввели так называемый заявительный принцип, я Вам в конце прошлого года рассказывал, при котором недропользователь без проволочки получает лицензию на геологоразведку на самой начальной стадии на участке недр, где [разведанных] запасов нет, где спроса как такового до этого не было.

Но за счёт того, что мы упростили процедуру, раньше у нас в течение года готовился перечень, сейчас по заявительному принципу недропользователь приходит, и мы участки в размере 100 квадратных километров даём на геологическое изучение.

На геологическое изучение в данном случае в этом году будет выдано 215 участков по заявительному принципу, но спрос очень большой. Это небольшие компании, в основном по твёрдым полезным ископаемым.

В принципе это говорит о том, что даже в сложной, казалось бы, ситуации, когда и цены падают по большинству видов полезных ископаемых, всё равно недропользователи готовы рисковать, готовы выходить на неразведанные участки. Главное – давать им возможность это делать.

Плюс ко всему по Вашему поручению, по указам, которые Вы подписали, мы в этом году закончили доформирование государственной компании по геологоразведке – Росгеология, полностью консолидировали все предприятия по геологоразведке, которые находились в государственной собственности: и сейсморазведочные компании, и предприятия по бурению. И сейчас идёт как раз уже операционная работа, скажем так – повышение эффективности этой компании.

Принят ряд важных, на мой взгляд, документов. Это документы, которые полностью урегулируют вопросы оборота геоинформации, в том числе и создание соответствующего геологического информационного фонда. Мы на данный момент очень хорошо продвинулись, и, на мой взгляд, этот закон позволяет нам говорить, что, когда он будет полностью реализован, у нас правило по обороту геоинформации будет вполне на международном уровне. Принят закон, и соответственно мы можем говорить о том, что сейчас уже идёт работа по его внедрению.

Плюс ко всему в этом же году приняты изменения в законодательство в части упрощения проведения бурения. В частности, мы исключили большинство экспертиз по бурению скважин, тем самым упростили процедуру, ускорили её в подготовке проектных документов и проведении бурения. На наш взгляд, это очень важно, особенно, учитывая, что компаниям сейчас нужно давать меньше ограничений на проведение буровых работ.

Также один из законов, который принят в этом году, – это установление гарантий на получение лицензий на право пользования [участками недр] на Балтийском море. Там соответственно тоже все поручения выполнены.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 23 октября 2015 > № 1530473 Сергей Донской


Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 7 октября 2015 > № 1743745 Максим Лапин

Какова стратегия ММК по работе на внешнем и внутреннем рынках?

С таким вопросом журнал "Металлоснабжение и сбыт" обратился к директору по развитию бизнеса и управлению эффективностью ММК Максиму Лапину.

- Для нас в первую очередь приоритетен домашний рынок. Это очевидно при взгляде на карту: Магнитогорск находится в середине континента и страны.

Стратегия на внутреннем рынке РФ - обеспечение максимальной доходности реализации металлопродукции ММК. Реализация стратегии продаж ММК будет достигаться за счет создания портфеля продуктовых стратегий и соответственно увеличения поставок металлопродукции на российский рынок с ростом доли высокомаржинальных видов продукции, а также установления уровня цен с максимально возможной премией внутреннего рынка к экспортному паритету.

Стратегия на внешнем рынке – продажи в направлении высокодоходных внешних рынков и поддержка присутствия в конъюнктурных направлениях:

высокодоходные внешние рынки – привлекательный уровень цен и сравнительно низкие транспортные расходы в странах СНГ и MENA;

конъюнктурные – кратковременные периоды роста цен и сравнительно высокие транспортные расходы в ОЭСР и ЮВА.

Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 7 октября 2015 > № 1743745 Максим Лапин


Россия. ЮФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 6 октября 2015 > № 1744163 Алексей Мордашов

Алексей Мордашов рассказал о влиянии тарифной политики естественных монополий

В ходе Международного инвестиционного форума «Сочи-2015» Алексей Мордашов, председатель совета директоров Северстали, выступил с докладом о влиянии тарифной политики естественных монополий на российскую промышленность:

"Очевидно, что естественные монополии являются становым хребтом экономики нашей страны, они являются очень важными, ключевыми клиентами для целого ряда крупных, малых, средних предприятий. И очевидно, что тарифная политика, тарифы на газ, электричество и услуги РЖД должны позволять монополиям эффективно работать, развиваться. В то же время очевидно, что уровень этих тарифов должен позволять экономике в целом и предприятиям, всем формам отечественного бизнеса, эффективно функционировать. Поэтому крайне важно наличие института государственного регулирования тарифов, для того чтобы исключить возможность необоснованных решений.

Мы видим, что многое делается правительством, для того чтобы формировать правильную тарифную политику, стратегию в этой области. Кстати, мы очень высоко оцениваем, с благодарностью, и видим усилия правительства по регулированию тарифов на электрическую энергию, заморозке… Вообще в целом заморозка тарифов в 2014 г., с нашей точки зрения, была серьёзным вкладом в сдерживание инфляции. Отказ от такой болезненной практики, которая была, по наличию последней мили в энергетике – тоже очень хороший вклад в сдерживание тарифов, за что мы очень благодарны. Полезным стало создание советов потребителей при монополиях. При этом в нынешней обстановке нам кажется (и мне лично кажется) очень важным высветить ряд моментов.

Во-первых, наверное, вслед за бюджетом у нас сегодня нет возможности сохранять политику долгосрочного планирования тарифов. Поскольку всё стало очень волатильно, то, наверное, имеет смысл отказаться от политики трёхлетнего планирования тарифов. Конечно, она целесообразна в целом и в принципе давала определённую предсказуемость участникам рынка, но сегодня, наверное, это маловозможно. Наверное, логично проводить индексацию раз в год. Конечно, нам кажется, чтобы и дальше сдерживать инфляционное давление на экономику, важно было бы индексировать тарифы на уровень, меньший, чем инфляция.

Мне трудно сейчас высказывать какие-то рекомендации, но нам всем кажется, что было бы правильно, чтобы этот уровень тарифов индексировался на процент заметно более низкий, чем темпы инфляции в стране. В этой связи в настоящее время единократное повышение железнодорожного тарифа, тарифа РЖД с 1 января 2016 г. на 10%, выглядит в целом разумным, и многие, наверное, его поддержат.

При этом очень хотелось предложить также отказаться от практики тарифного коридора РЖД, который, в общем, в этих условиях создаёт дополнительную непредсказуемость. Всё время идут дебаты, поднимет РЖД тариф в пределах коридора, не поднимет, то есть это разовое повышение тарифа в этой обстановке нам кажется разумным и целесообразным.

При этом хотелось бы ещё один важный момент отметить. Очень смущает складывающаяся практика нетарифного регулирования, которая может привести де-факто к существенному удорожанию электроэнергетики. Сейчас обсуждается инициатива Минэнерго по обязательной покупке дорогой мощности для поддержания строительства генераций на основе возобновляемых источников энергии. Сама по себе, наверное, фундаментально эта цель, может быть, и правильная, но в нынешней обстановке мы посчитали, что это может привести за период 2015–2020 гг. к росту финансовой нагрузки по этим договорам в 2,3 раза – с 203 млрд руб. до 466 млрд руб. В сегодняшних обстоятельствах это точно будет существенным вкладом в фактическую инфляцию. Хотелось бы предложить отложить это хотя бы на несколько лет.

Следующая инициатива, которая сегодня тоже обсуждается в правительстве, – как мы знаем, разрабатывается правительственное постановление об оплате резерва мощности. Если это будет введено сегодня, это приведёт опять же к дополнительной нагрузке на всю отрасль народного хозяйства примерно на 100 млрд руб. Нам тоже кажется, что это очень болезненно может отразиться на бизнес-климате в нашей стране.

И ещё одно, может быть, не самое важное, но тем не менее техническое замечание. Есть формула расчёта мощности, в которую входит доходность обязательств федерального займа как один из компонентов. Но сегодня мы видим очень резкие колебания этого, и, может быть, можно временно исключить или как-то заморозить влияние этого фактора на формулу цены."

Россия. ЮФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 6 октября 2015 > № 1744163 Алексей Мордашов


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 6 октября 2015 > № 1744160 Сергей Горячев

Русал «уходит» в сложные продукты

В Русале разработана комплексная программа развития производства, которая затрагивает и выпуск алюминиевой фольги, рассказал Сергей Горячев, директор по упаковочному бизнесу Русала, в интервью журналу «Металлоснабжение и сбыт».

«В ее рамках мы намерены кардинально менять структурe портфеля выпускаемой продукции, делая акцент на тонкой фольге и тем самым заменить импорт. Будет установлен новый прокатный стан на Саянале. Мы не гонимся за тоннажем, предпочитая уходить в сложные продукты, имеющие высокую добавленную стоимость. – отметил Сергей Горячев. - Также для Саянала мы покупаем печи отжига, позволяющие обеспечить необходимые физико-механические свойства и качество поверхности тонкой фольги – к ней потребители предъявляют повышенные требования.

Для Уральской фольги предполагается покупка машин мойки, правки и высокоточной резки на узкие типоразмеры. Тем самым мы сможет сильно продвинуться в сегменты дистанционной рамки, жалюзи и радиаторной фольги, имеющие достаточно большую рыночную емкости.

Кроме того, на Уральской фольге мы проводим работы по модернизации заготовительного стана с целью повышения его эффективности».

Более подробно интервью с Сергеем Горячевым можно прочитать в новом номере журнала «Металлоснабжение и сбыт».

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 6 октября 2015 > № 1744160 Сергей Горячев


Казахстан > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 28 сентября 2015 > № 1502309 Николай Радостовец

Свободный курс держит на плаву, налог с продаж тянет на дно…

О ситуации в горно-металлургическом комплексе страны рассказывает Николай Радостовец

Свободно плавающий курс тенге скорректировал потери крупных национальных поставщиков, ориентированных на экспорт. В том числе тех, кто входит в Республиканскую Ассоциацию горнодобывающих и горно-металлургических предприятий (ГМП). Однако все преимущества тех же ГМП, полученные в ходе инфляционного таргетирования, могут быть сильно уравновешены новым «налогом на прибыль» и обязательными социальными 5-процентными отчислениями в фонд медицинского страхования. К тому же и по сей день очень важными остаются вопросы тарифообразования, которые так или иначе коснутся всех граждан республики. Об этом, а также о приходе иностранных инвесторов в наш горно-металлургический комплекс корреспондент центра деловой информации Kapital.kz побеседовал с исполнительным директором Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николаем Радостовцем.

Налог с продаж и обязательное медстрахование – enfant terrible реформ

- Николай Владимирович, принимались или принимаются ли решения, касающиеся изменения налоговой и социальной нагрузки с учетом мнения представителей вашей ассоциации? Ведь, с одной стороны, мы видим, что государство идет навстречу нашим экспортерам, с другой – имеются весьма спорные моменты с точки зрения развития бизнеса благодаря последним социальным инициативам отдельных министерств и ведомств?

- Мы не можем сказать, что мнение Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий (АГМП) совсем не учитывается в государственных органах, так как большинство законопроектов в парламенте и новых инициатив государственных органов проходят свое обсуждение с участием наших экспертов.

В то же время с учетом нагрузки в государственных органах в горячую пору, когда в парламенте в срочном порядке обсуждается более 50 законопроектов, есть, конечно, пробелы, когда мнения представителей отрасли воспринимаются однобоко или совсем не принимаются всерьез. В данном случае это в какой-то мере проявляется со стороны тех госорганов, которые привыкли к политике закрытости и отсутствия активного обсуждения с бизнесом. Однако сейчас провозглашен курс на подотчетность государства, поэтому в целом госорганы уделяют нам внимание, в особенности, учитывая ту роль, которую играет отрасль в экономике, в тех рабочих местах, что она создает, и заказах на товары и услуги, которые она генерирует.

Государство пошло нам навстречу, провозгласив новую экономическую политику, которая подразумевает свободный курс тенге и поддерживает экспортные позиции нашей продукции. Вместе с тем отдельные нововведения чиновников носят достаточно краткосрочный характер оперативного наполнения казны и закрывания финансовых дыр, которые сложились из-за недореформирования таких отраслей, как здравоохранение и управление государственными активами в экономике.

В основном проблема тут кроется в отсутствии прозрачности, эффективности и открытости, поэтому некоторые инициативы государственных структур по увеличению нагрузки на отрасль вырабатываются без каких-либо экономических расчетов и оценки регуляторного воздействия.

Между тем, учитывая, что мы переходим к инфляционному таргетированию, в эпоху бюджетного дефицита необходимо сохранять на ходу ключевые отрасли экономики, которые генерируют валютную выручку, так как пока что наша экономика недостаточно перестроилась под внешние изменения. Накопленные экономические диспропорции нужно сглаживать за счет повышения эффективности государственного аппарата и квазигосударственного сектора, где требуется снижение издержек и расходов, а не за счет увеличения финансовых сборов с промышленных предприятий, создающих реальные материальные блага.

Предприятия ГМК провели большую работу по сокращению своих издержек и затрат. При свободном курсе тенге на данный момент они могут поддерживать свою работу в текущем режиме, однако средств для инвестирования в модернизацию и новые производства у них не хватает. Свободный курс тенге позволил поддержать компании на плаву и предотвратить массовые сокращения. Но при этом существует ряд вопросов в сфере налоговой нагрузки, которые могут увеличить затраты горно-металлургических компаний. Это введения сборов на обязательное медицинское страхование в 2% с 2017 года, увеличение обезличенных пенсионных выплат на 5% в этот же период. По сути, нагрузка для компаний увеличится до 31% – это будет социальный налог в 11%, 10% пенсионные, 5% обезличенных пенсионных выплат и итоговые 5% на медицинское страхование.

Кроме того, есть опасность возможного введения НДПИ на забалансовые руды для предприятий с особенной технологией смешивания балансовых и забалансовых руд, а также возникает перспектива перехода в 2017 году с НДС на налог с продаж, что значительно увеличит себестоимость продукции предприятий ГМК на мировых рынках по сравнению с российскими конкурентами, так как в России нет налога с продаж.

Поэтому помочь горно-металлургическим предприятиям выжить или сохранить минимальные уровни производства могут системные меры государственной поддержки, такие как заморозка тарифов на передачу электричества и железнодорожные перевозки, перенос сроков внедрения налога с продаж и увеличения финансовой и налоговой нагрузки по социальным отчисления на более поздние сроки - 2019-2020 годы, пока не восстановятся цены на горно-металлургическую продукцию на мировых рынках. Кроме того, предприятия на текущий момент могут всего лишь сохранить заработные платы работников на нынешнем уровне без индексации, что возможно только без удорожания жизни населения, то есть сохранения тарифов и цен естественных монополий на текущем уровне. В случае отмены решений о внедрении НДПИ на забалансовые руды и переходе на налог с продаж со стороны государства и перенесения сроков введения новых сборов на здравоохранение, социальные обязательства и бюджетные отчисления, предприятия смогут сохранить производство, занятость своих работников и возможность выхода на мировые рынки с конкурентоспособной продукцией.

Мы активно участвовали в реализации программы «100 шагов», но сейчас видим, что с введением 20 августа новой экономической политики правительства необходимо пересмотреть некоторые ее предложения и инструменты. Новые сборы и отчисления серьезным образом увеличивают нагрузку на бизнес-сообщество. Однако сейчас в условиях свободного курсообразования тенге речь идет о том, что на фоне кризиса необходимо искать новые рынки, создавать новые производства, искать новые подходы в управлении экономикой и сокращать бюджетные расходы. Нам нужно развивать производственную базу, которая будет подкреплять тенге реальной продукцией и новыми активами, в которые будет вкладываться бизнес. Однако большой масштаб инвестиций невозможен при повышении налогового бремени.

- В то же время авторы новых обязательств для бизнеса всегда могут заявить, что делается это во имя социальных гарантий для наших граждан…

- Дело в том, что, к примеру, в системе обязательного медицинского страхования, которая предлагается Министерством здравоохранения и социального развития (МЗСР), недостает аргументационной базы в виде актуарных расчетов, на основе которых будут выстраиваться эта модель. Не совсем ясна эффективность государственного заказа в виде гарантированного объема бесплатной медицинской помощи, где не хватает качественного аудита со стороны общества.

Руководство страны не раз заявляло о том, что граждане должны заботиться о своем здоровье. Мы больше склоняемся к поддержке добровольного медицинского страхования, где человек, выплачивая свои деньги, будет более внимательно относиться к своему здоровью и его охране на рабочем месте. Поэтому мы считаем, что в стране должно развиваться добровольное страхование здоровья людей, где нет посредников и люди на практике не отстранены от администрирования средств, выделяемых на их лечение и профилактику болезней. В особенности учитывая, что у нас большой процент населения работает в теневой экономике, у нас много самозанятых, которые смогут воспользоваться услугами базового медицинского страхования, не оплачивая страховые сборы. Кроме того, в стране уже был прецедент создания фонда, и было бы правильнее обратиться к международному опыту в развитии системы индивидуального страхования, чтобы в этом секторе была конкуренция между медицинскими учреждения и страховыми компаниями. Поэтому мы предлагаем, чтобы бизнес-сообщество и профильное министерство детально обсудили возможность внедрения альтернатив обязательному медицинскому страхованию, которые существуют и работают в развитых странах.

Также в нашем диалоге с МЗСР мы предлагали перенести повышение процентных отчислений на обязательное медицинское страхование на 2021 год, когда мировые цены на сырье должны будут отыграть свои позиции. В этом вопросе МЗСР не согласилось с нашей позицией, аргументируя это тем, что со стороны бизнеса не предоставляются соответствующие расчеты. Вместе с тем модель расчетов самого министерства также нам неясна. Однако в целом в МСЗР обещают, что сборы на ОМС (обязательное медстрахование) будут компенсированы вычетами из корпоративного и индивидуального подоходного налога. Поэтому мы видим, что в определенной степени государственные ведомства готовы выслушивать чаяния бизнеса, чья нагрузка недавно увеличилась за счет будущих пенсионных надбавок в 5%.

В любом случае, мы настаиваем, чтобы запущенная модель обязательного медицинского страхования имела четкий общественный контроль, возможно, в виде наблюдательного совета, который не позволит средствам уйти в песок или за границу. Мы видим, что на примере пенсионных накоплений администрирование собираемых государством средств может не всегда оказаться выгодным для людей, и ратуем за то, чтобы те средства, которые выплачивают предприятия, действительно шли на потребности горняков и металлургов, будь то медицинские услуги или поддержка в старости.

- Хорошо, а как вы смотрите на широко обсуждаемые сейчас инициативы о дополнительной налоговой нагрузке на бизнес?

- Какое-либо нововведение в налогообложении прибыли сейчас не обсуждается. Можно отметить, что государство облегчило налоговую нагрузку нерентабельным предприятиям ГМК, уменьшив, к примеру, налог на добычу полезных ископаемых у ряда стагнирующих производств. С другой стороны, мы видим, что сейчас обсуждается вопрос о взимании того же НДПИ с забалансовых руд, что может осложнить экономическую состоятельность предприятий с особой технологической спецификой производств, где смешиваются балансовые и забалансовые руды, ведь это однозначно приведет к увеличению их бюджетных обязательств.

Поэтому мы стараемся убедить государство быть последовательным в предоставлении льгот отрасли в момент, когда она испытывает давление низких мировых цен на металлы, а также возможного повышения тарифов инфраструктурных компаний, таких как KEGOC и КТЖ.

Но больше всего нас беспокоит предлагаемый переход с НДС на налог с продаж, чье введение планируется в 2017 году. Со стороны профильных госорганов мы не получили внятного пояснения, будут ли эти сборы сосуществовать или же налог с продаж заменит НДС. Иногда создается такое впечатление, что это может быть фактически налог с оборота, а не просто налог с продаж.

В любом случае, мы ожидаем, что в этом направлении налоговая нагрузка увеличится, так как для горно-металлургические предприятия возврат НДС важен с точки зрения оборотных средств, а в случае введения налога с продаж стоимость казахстанской металлургической и горнодобывающей продукции увеличится, и она не сможет конкурировать на мировых рынках в сравнении с теми же компаниями России, где НДС не отменяется.

Непонятно, как отечественные производители будут конкурировать в рамках пространства ЕАЭС, если российские промышленники не будут облагаться налогом с продаж, в то время как отечественным предприятиям придется платить этот сбор несколько раз по всей цепочке поставок, что значительно увеличит их затраты, особенно учитывая те инвестиционные программы на покупку отечественных и импортных товаров и услуг, которые они закладывают для модернизации.

До этого ни одна страна не осуществляла такой быстрый переход с НДС на налог с продаж, поэтому мы предлагаем перенести внедрение этого новшества на 2019 год. Необходимо вначале провести моделирование действия этого налога, оценить регуляторное воздействие, ведь это будет шок для экономики и налогового администрирования.

Если внедрение все-таки состоится в следующие два года, то мы хотели бы законодательно закрепить права экспортеров ГМК на возврат превышения НДС в полном объеме или возможность компенсации такого превышения за счет других налогов до внедрения налога с продаж. В то же время можно было бы сделать механизм налога с продаж гибким для горно-металлургической отрасли путем освобождения от налога с продаж сделок по реализации полуфабрикатов и сырья для производства определенных видов конечной продукции. Это будет стимулировать выпуск продукции высоких переделов. Также можно ввести различные ставки налога, начиная с 0%, для развития перерабатывающей отрасли в области ГМК. Еще в будущую модель можно заложить возможности применения послаблений в части уплаты налога в условиях мирового экономического кризиса, введения налога с продаж лишь для внутреннего рынка. Это важно, так как применение в части импорта приведет к значительному удорожанию не только импортных, но и отечественных товаров и оборудования, для которых импортируются полуфабрикаты, сырье и запасные части. Мы надеемся, что финансово-экономический блок правительства учтет наши пожелания в вопросе введения налога с продаж, ведь от этого, по сути, зависит выживаемость многих предприятий отрасли.

Почему электроэнергия все же будет дорожать?

- Ваша ассоциация выступает за политику замораживания тарифов на транспортировку электричества и железнодорожные перевозки вместо применения временных понижающих коэффициентов на эти инфраструктурные услуги. Каким образом это может способствовать улучшению самочувствия предприятий горно-металлургического сектора в условиях девальвации тенге?

- Мы ратуем за то, чтобы в Казахстане была применена политика замораживания тарифов всех естественных монополий, чтобы людям был послан сигнал о том, что инфляционная спираль не будет раскручиваться. Сейчас в связи со свободным курсом тенге растут инфляционные ожидания, и люди психологически настроены на повышение цен и, соответственно, зарплат. Однако в условиях экономического спада и падения мировых цен на сырье конкурентоспособность нашей страны не выдержит роста издержек и затрат. Поэтому мы должны всеми силами контролировать расходы, чтобы сохранить существующую промышленность и рабочие места. Именно заморозка тарифов со стороны государства может стать первым сигналом для общества, что цены не будут накручиваться и что экономика будет все больше ориентироваться на тенге и собственное производство. Этот шаг сработал в России в 2013 году, когда у них началась девальвация, и, если проводить параллели, может сработать и у нас, для этого только нужна политическая воля правительства. Свободное курсообразование тенге дало отрасли передышку на шесть месяцев или год, для того чтобы восстановить свои позиции, однако индексация тарифов приведет к инфляционному давлению на затраты предприятий, что опять же скажется на их конкурентоспособности.

Считаем, что временно понижающие тарифы не являются чисто рыночными механизмами и с их применением в рамках вхождения Казахстана в ВТО и регулирования ЕАЭС могут возникнуть сложности. Поэтому, чтобы избежать обвинения торговых партнеров и претензий с их стороны, мы предлагаем взамен заморозить тарифы на железнодорожных перевозках и при передаче электричества.

Общественные слушания по увеличению тарифа KEGOC на 17% в 2016 году прошли в августе, и сейчас ожидается их повышение в ноябре. КТЖ подали заявку на повышение тарифов в государственные органы для внедрения своей инвестиционной программы на следующие пять лет. Ее окончательное утверждение будет означать ежегодное поднятие тарифов не только для промышленности. То есть повышение коснется каждого гражданина, войдет в ценовую структуру каждого товара или услуги. Поэтому мы предлагаем заморозить тарифы КТЖ, KEGOC и других естественных монополистов, чтобы ликвидировать инфляционные ожидания, связанные с изменением валютного курса. Взамен мы выходим с инициативой к правительству предоставить возможности для реструктуризации валютных долгов KEGOC и КТЖ, так как их выручка генерируется в тенге. Им на помощь могли бы прийти отечественные институты развития, которые фондируются на мировых рынках или за счет китайских займов.

- Вы целенаправленно выступаете оппонентами идеи единого закупа электроэнергии, мотивируя это тем, что в стране образовался ее профицит в условиях наметившегося падения объемов производства. Какой, на ваш взгляд, должна быть альтернатива единому закупу?

- Да, мы выступаем за то, чтобы тарифы на электроэнергию в стране оставались на прежнем уровне, а может быть, даже и снижались с введением свободного рынка, где энергопроизводящие организации могли бы напрямую заключать двусторонние договоры, то есть фактически работали по рыночным ценам в среде конкуренции без каких-либо искажений. Однако централизованный закуп не предполагает этого, так как его запуск будет означать, что будет работать административный рынок мощностей, где они будут закупаться по разным ценам у производителей электричества, а затем распределяться, очевидно, по единой цене по потребителям с учетом затрат на содержание расчетно-финансового центра (РФЦ) при KEGOC в районе 1%, а также 17% добавки в цену на резервные мощности, которые могут понадобиться в момент пиковых нагрузок. За все это будут платить как промышленные, так и розничные потребители.

Но в законопроекте, который сейчас рассматривается в парламенте, сохраняются предельные тарифы на возврат инвестиций, механизм которых был запущен шесть лет назад для возмещения затрат инвесторов в энергопроизводящие мощности.

Это притом что сейчас инвестировать в сектор производства электричества больших потребностей нет, так как у нас профицит. Мы прогнозируем, что потребление электричества в стране не будет расти и это подтверждается профицитом электричества, ведь мы даже экспортируем электроэнергию в Россию и Среднюю Азию. Однако централизованный закуп сохранит как инвестиционные предельные тарифы, так и уравниловку дешевых и дорогих генерирующих мощностей.

В итоге это выльется в подорожание электроэнергии на 10-20%, по нашим расчетам, и не даст ход свободному рынку, который мог бы значительно снизить цены на электричество, что сбило бы инфляционные настроения. В случае если решение по введению единого закупщика не будет отменено, то мы предлагаем хотя бы установить минимальный уровень экономической свободы для энергопроизводящих активов, которые входят в промышленные группы ГМК с тем, чтобы внутри таких групп покупка-продажа электричества происходила без посредников, иначе централизованный закуп будет искажать реальную цену на электричество. Хотя такую норму можно было бы предложить и для розницы, чтобы в нее могло попадать дешевое электричество, однако это потребует полной отмены централизованного закупа.

Сам запуск административной биржи электричества через расчетно-финансовый центр таит в себе угрозу кассовых разрывов для энергопроизводящих организаций, ведь для этого понадобятся огромные средства, ликвидность, чтобы вовремя подкреплять закуп и продажу централизованно. Хватит ли на это средств у РФЦ? Учитывая, что до этого центр испытывал трудности, в закупе электроэнергии ВИЭ возникают сомнения.

Инвесторы проявляют интерес к РК, главное, их не отпугнуть

- В стране в течение этого года ведутся разговоры о насущности принятия Кодекса «О недрах». Возникает вопрос, почему именно сейчас и в такой форме – принятия целого свода правил в сфере недропользования добиваются, в том числе и предприятия горно-металлургической отрасли? В чем принципиальное преимущество австралийского опыта, который мы собираемся позаимствовать и привнести в отечественный Кодекс «О недрах»? Готовы ли иностранные инвесторы помимо «Арселор Миттал» прийти в Казахстан и вложиться в том числе в горно-металлургический сектор республики?

- Мы активно участвовали в проекте Кодекса «О недрах», и его концепция на данный момент уже утверждена. В декабре ожидается первое проведение аукциона около 100 месторождений. Главным достижением концепции кодекса можно считать, что перенимаемый опыт Австралии значительно облегчает механизм обеспечения прав недропользования. Таким образом, создаются условия для привлечения инвестиций в геологическую разведку недр и освоение залежей полезных ископаемых. Преимущество австралийского метода заключается в открытости и доступности геологических данных, которые раскрываются благодаря прозрачному картированию и четкому определению границ выделяемых участков.

В целом инвесторы готовы вкладывать средства в горнорудную и горно-металлургическую отрасль страны. К примеру, на юге Казахстана китайские компании будут возводить металлургический комбинат, осваивать месторождения железных руд в этом регионе. В Актобе турецкая компания Yildirim вкладывает значительные инвестиции в разработку хромовых месторождений. Месторождение Шалкия будет разрабатываться в техническом и финансовом сотрудничестве с китайскими партнерами, что означает их готовность брать на себя финансовые риски в отрасли. Совсем недавно было объявлено о дополнительном фондировании Eurasian Resources Group у китайских институтов развития. Также в прошлом году российская группа Polymetal приобрела права на разработку месторождений золота на востоке Казахстана. Недавно также прошла новость о том, что австралийская компания Rio Tinto, член нашей ассоциации, вкладывает 15 миллионов долларов в геологоразведку в Карагандинской области. Учитывая, что Rio Tinto находится в Казахстане уже более десяти лет, это показывает всю серьезность намерений и готовность этого крупного игрока ГМК на мировом уровне инвестировать в нашу отрасль.

Но опять же привлекательность отрасли будет зависеть от налоговой и финансовой нагрузки на компании. Если будет замена НДС на налог с продаж, увеличение социальных отчислений, таких как обязательное медицинское страхование или применение НДПИ не будет рассчитываться исходя из рентабельности месторождений, то во многом такие факторы могут повлиять на бизнес-решения о вложениях. Поэтому государству стоит очень осторожно подходить к увеличению нагрузки на горно-металлургический сектор, учитывая мировую конъюнктуру, ведь в мире говорят о перепроизводстве стали и других видов горно-металлургических продукции.

- С объявлением свободно плавающего курса тенге, как заверяют наши крупные экспортеры, ситуация с заработной платой (ее сохранением в прежнем объеме и ее своевременной выплатой) выровнялась. Однако не могли бы вы охарактеризовать те проблемы, с которыми столкнулись предприятия, входящие в АГМП до девальвации, выраженные в сокращении персонала, невыплате (задержке) зарплаты, ее уменьшения. Какие предприятия и с чем конкретно сталкивались? Каково их положение сейчас?

- Задержек по выплате зарплаты в целом по сектору не наблюдалось. Специальный отраслевой коэффициент в зарплате труда горняков и металлургов согласно договоренности с профсоюзами будет сохранен.

Однако была угроза сокращения заработной платы на предприятиях «АрселорМиттал Темиртау», где были проблемы с возвратом НДС из бюджета, а также сильная конкуренция со стороны производителей стали и арматуры из России, что подкреплялось конкурентной девальвацией рубля. Как известно, решение о сокращении зарплаты на 25% в этой компании было отозвано после введения свободного курса тенге, так что в целом ситуация начала выравниваться.

Также проблематичной была ситуация на Соколовско-Сарбайском горно-обогатительном производственном объединении. Там продукция из железной руды и производство окатышей начало падать из-за ценового закрытия китайского рынка и сильного удешевления товарного регламента российских конкурентов. Ожидалось, что реструктуризация кадровой политики на предприятии затронет примерно 2 тыс. человек в рамках государственной программы «Дорожная карта бизнеса». Этого требовала неконкурентоспособность продукции ССГПО по цене из-за валютного дисбаланса, который сейчас стабилизируется.

В начале года также компания «Казахмыс» объявила о реструктуризации своих производственных процессов, что подразумевало переобучение 2 тыс. сотрудников, часть которых была направлена на проекты роста компании Kaz Minerals. Кроме того, была проведена оптимизация затрат на административный персонал, однако массовых сокращений компания избежала благодаря поддержке государства и налоговым льготам.

Так что в целом можно сказать, что гиганты отрасли смогли справиться с финансовой нагрузкой во время падения цен на свою продукцию в Китае и на мировых рынках, а также диспаритета рубля с тенге. Мы ожидаем, что компании продолжат проводить политику бережливости и контроля зарплат, чтобы избежать каких-либо значимых сокращений. Однако падение мировых цен на металлы продолжается, а тарифы естественных монополий растут, поэтому о возможном повышении зарплат в крупных предприятиях можно говорить только в случае положительных показателей первого квартала следующего года.

- Николай Владимирович, а какие рынки нашей продукции откроются для казахстанских предприятий АГМП в связи со вступлением республики в ВТО?

- Вступление в ВТО позволит нам открыть ряд рынков, где выставлялся заслон в виде антидемпинговых пошлин, в основном это американский рынок и страны Европы. Исходя из наших расчетов можно сказать, что пошлины достигали 250-300% и это мешало нашей продукции из металлов заходить в эти регионы. Но с вхождением в ВТО пошлины не смогут быть выше 25-30%. Также членство в ВТО позволит смягчить заградительную политику в возможных торговых барьерах с такими странами, как Китай, где металлургическое производство развивается просто стремительно.

Казахстан > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 28 сентября 2015 > № 1502309 Николай Радостовец


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > premier.gov.ru, 25 сентября 2015 > № 1503380 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев посетил Михайловский горно-обогатительный комбинат.

Председатель Правительства осмотрел производственные мощности комбината, выступил на церемонии запуска комплекса третьей обжиговой машины и встретился с руководством ГК «Металлоинвест».

Михайловский горно-обогатительный комбинат (МГОК), входящий в состав ГК «Металлоинвест», обладает самыми крупными разведанными запасами руды в России, которые составляют 10,5 млрд тонн.

Комбинат производит широкий ассортимент продукции, востребованной на рынке железорудного сырья: концентрат сырой, сушёный и доменный, аглоруду сырую и сушёную, руду доменную, окатыши неофлюсованные и офлюсованные.

В России продукция МГОКа востребована самыми крупными металлургическими предприятиями. Доля экспорта составляет 12% от общих поставок предприятия.

Комплекс третьей обжиговой машины на комбинате является одним из важнейших инвестиционных проектов ГК «Металлоинвест». Ввод комплекса в эксплуатацию позволит увеличить общий объём производства окатышей России более чем на 10%.

Новая обжиговая машина – первая в истории современной России и наиболее совершенная по технологии. Её отличают современные технологические решения и оборудование. Установлены системы автоматического контроля параметров и управления производственными процессами. Газоходная система рассчитана на вторичное применение газа, за счёт чего существенно уменьшаются выбросы в атмосферу. Экологическую составляющую усиливают электрофильтры со степенью очистки до 98%.

Технологическая схема комплекса включает в себя все операции процесса производства, транспортировки и отгрузки окатышей. В состав комплекса входит 43 объекта.

Строительство комплекса реализовано в партнёрстве с ведущими российскими машиностроительными компаниями. В его проектировании и строительстве, производстве и монтаже оборудования приняли участие более 600 российских организаций.

Выступление Дмитрия Медведева:

Добрый день! Сердечно всех поздравляю с пуском нового производственного комплекса, всех благодарю за работу. В ней помимо такого гиганта, как Михайловский комбинат, принимали участие ведущие наши машиностроительные производства, компании, научные предприятия. Результат впечатляет.

Машина – первая с такими технологическими характеристиками в России (вы это отлично знаете, лучше, чем кто бы то ни было другой). Она позволяет существенно увеличить производство железорудной продукции, она востребована нашими заводами, идёт на экспорт, является основой благополучия и региона, и в какой-то степени всей нашей страны. Её запуск позволит улучшить лидирующие позиции комбината.

Здесь использована уникальная российская технология. Это говорит о том, что мы можем создавать свои современные продукты, собственную высокотехнологичную продукцию создавать и выпускать в нашей стране, а значит, у нас есть возможности рассчитывать на свои силы, заниматься тем, что сегодня принято называть импортозамещением, что действительно нам нужно, нужно на будущее.

Новый комплекс – пример успешного инвестиционного проекта, когда деньги вкладываются в производство, когда они приносят значительный экономический эффект, стабильно пополняется бюджет (это очень важно и для нашей страны, и для Курской области), создаются новые рабочие места. Благодаря проекту на Михайловском комбинате появится порядка 600 новых мест – это хорошее событие.

Конечно, немаловажно также и то, что новая машина экологически безопасна. На ней можно работать без ущерба для окружающей среды и сохранять природные богатства региона, а Курский регион, славен разными отраслями.

Всё это имеет принципиальное значение и для нашей промышленности, и для сохранения устойчивости экономики. Сегодня металлургическая промышленность в целом показывает неплохие результаты работы, несмотря на то что в экономике, вы знаете, ситуация не самая простая. Современные мощности, конкурентная продукция – это тот потенциал, который нам очень нужен в кризисный период.

Конечно, мы будем вас всячески поддерживать. Правительство уже приняло целый комплекс мер, в частности, металлургические предприятия привлекали кредитные ресурсы с использованием механизма государственных гарантий. На эти деньги, кстати, проводилась очень часто модернизация, реализовывались инвестпроекты. Специально для Михайловского горно-обогатительного комбината шло развитие железнодорожной инфраструктуры. Надеюсь, что это также будет способствовать успешной реализации проекта.

Запуск современного производства формирует и более высокие технологические требования к оборудованию. Новый комплекс оснащён системами автоматического контроля и управления производственными процессами, и всё это, конечно, очень важно. Но ещё важнее уделять внимание людям, квалификации сотрудников, потому что потребность в специалистах будет увеличиваться, и для того чтобы работать на таком современном оборудовании, на таком современном производстве, нужны высококвалифицированные кадры. Они здесь есть. Для того чтобы комбинат развивался, нужно заботиться о профессиональной подготовке молодёжи – этим, я знаю, комбинат старается заниматься, обеспечивая достойный уровень жизни своих работников. Рассчитываю на то, что так будет и впредь, что здесь будут не только высокие производственные показатели, но и хорошая зарплата.

Я сердечно поздравляю всех, кто вложил свой труд в это прекрасное производство, строительство нового комплекса. Желаю здоровья и успехов всем, кто будет здесь работать, всего самого доброго!

Вступительное слово Дмитрия Медведева на встрече с руководством ГК «Металлоинвест»:

Я предложил, помимо парадной и приятной части нашей встречи, всё-таки вкратце обсудить ситуацию и в горно-металлургической отрасли на примере ваших предприятий, Михайловского ГОКа, где новое производство сегодня открыли.

Ситуация непростая, но если говорить о самой отрасли, то она находится в более или менее приличной ситуации, что связано, конечно, с конъюнктурой. Современные мощности (типа того, что мы сегодня открыли) плюс ослабление рубля позволяют всё-таки выходить на мировой рынок, увеличивать объёмы экспорта в целом ряде случаев. Хочу послушать, что вы скажете, что можно было бы ещё предпринять для улучшения наших позиций, тем более что для нас всё-таки важно, чтобы возможности металлургов сохранялись.

По металлургическому комплексу в целом по первому полугодию сальдированная прибыль была почти 600 млрд рублей. Неплохой финансовый результат в производстве готовых металлических изделий тоже достигнут, здесь есть даже рост определённый по отношению к прошлому году. Но в то же время требуются инвестиции всем, развитие производственной базы, так что, наверное, это также требует дополнительного напряжения сил.

Сегодня мы с вами поучаствовали в запуске нового производственного комплекса. Инвестиции компании «Металлоинвест», как и было сказано, в этот проект составили более 16 млрд рублей. Они осуществлялись четыре года или около того, то есть это 16 млрд ещё, так сказать, тех неослабленных, недевальвированных рублей, это более такие серьёзные деньги в общем получились.

Построено современное, экологически безопасное предприятие на новой основе с появлением 600 новых рабочих высокотехнологичных мест. Так что это хороший результат, я вас ещё раз с этим поздравляю – как инвесторов, как руководство холдинга, предприятия. Давайте обсудим, что можно было бы сделать дальше. Спасибо.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > premier.gov.ru, 25 сентября 2015 > № 1503380 Дмитрий Медведев


Россия > Металлургия, горнодобыча > minfin.ru, 3 сентября 2015 > № 1489094

Информационное сообщение

о добыче и производстве золота и серебра в январе-июне 2015 года*

Производство золота в России в январе-июне 2015 года составило 113,3 тонны (2014 –115,6 тонн), в том числе: добычного золота – 88,34 тонн (2014 – 89,19 тонн), попутного – 8, 17 тонны (2014 – 8,69 тонн), вторичного – 16,80 тонны (2014 – 17,72 тонн).

Производство серебра в России в январе-июне 2015 года составило 537,44 тонн (2014 – 482,21 тонны), в том числе добычного – 308,45 тонн (2014 – 238,46 тонны), попутного – 134,76 тонны (2014 – 145,97 тонн), вторичного –94,23 тонн (2014 – 97,78 тонн).

Производство золота в России в январе-июне 2015 года составило 113,3 тонны (2014 –115,6 тонн), в том числе: добычного золота – 88,34 тонн (2014 – 89,19 тонн), попутного – 8, 17 тонны (2014 – 8,69 тонн), вторичного – 16,80 тонны (2014 – 17,72 тонн).

Производство серебра в России в январе-июне 2015 года составило 537,44 тонн (2014 – 482,21 тонны), в том числе добычного – 308,45 тонн (2014 – 238,46 тонны), попутного – 134,76 тонны (2014 – 145,97 тонн), вторичного –94,23 тонн (2014 – 97,78 тонн).

* по данным поставок минерального и вторичного сырья, содержащего драгоценные металлы, на переработку на российские аффинажные организации.

Россия > Металлургия, горнодобыча > minfin.ru, 3 сентября 2015 > № 1489094


Украина > Металлургия, горнодобыча > interfax.com.ua, 2 сентября 2015 > № 1476464 Александр Гладушко

Первый замгендиректора ОГХК Александр Гладушко: Мы наращиваем производство и прибыль, несмотря на противодействие Group DF Фирташа

Эксклюзивное интервью первого заместителя генерального директора государственного предприятия (ГП) "Объединенная горно-химическая компания" (ОГХК) Александра Гладушко агентству "Интерфакс-Украина".

Вопрос: В августе исполнился год, когда постановлением правительства ГП "ОГХК" были переданы имущественные комплексы Вольногорского ГМК и Иршанского ГОКа. Каковы достижения нового управленческого состава?

Ответ: На мой взгляд, главное достижение состоит в том, что нам удалось выполнить возложенную на нас правительством задачу: вернуть комбинаты в госсобственность. Мы сохранили коллектив, и все социальные обязательства выполняем в полном объеме. Зарплата наших сотрудников в среднем за первое полугодие возросла на 15-18%. Фонд оплаты труда к концу года увеличится на 12 млн грн - это одна из самых затратных статей расходов нашей компании.

Отмечу, что у компании были определенные сложности из-за попыток прежнего арендатора - Group DF - дестабилизировать ситуацию на комбинатах. При этом руководство Group DF прогнозировало нам остановку производства сначала в июне, потом - к осени, но этого не случилось. Выпуск продукции продолжается, невзирая на все предпринимаемое противодействие. Более того, выпуск продукции в августе увеличился.

Вопрос: Как вы оцениваете управление Вольногорским ГМК и Иршанским ГОКом арендаторами от Фирташа (Group DF - ИФ)?

Ответ: Главной претензией государства к экс-арендатору - "Крымскому титану" - являются минимизированные поступления в госбюджет – не более 100 млн грн в год. При этом уточню, что Объединенной горно-химической компанией только в первом полугодии текущего года перечислено в бюджеты всех уровней 170 млн грн. В январе-июне бухгалтерская прибыль ОГХК составила 207 млн грн.

Напомню, что ранее контролирующая "Крымский титан" Group DF Дмитрия Фирташа заявляла, что чистая прибыль Вольногорского горно-металлургического комбината (ВГМК, Днепропетровская обл.) и Иршанского горно-обогатительного комбината (ИГОК, Житомирская обл.), целостные имущественные комплексы (ЦИК) которых с 2004-го по сентябрь 2014 года находились в аренде ЧАО "Крымский титан", в 2013 году составила 36 млн грн. Отмечу, что тогда ситуация на рынке титана была намного лучше в ценовом отношении.

Добиться сегодняшних результатов было очень сложно. И не только потому, что мы все начинали с нуля и едва успевали отбиваться в судах от исков прежнего арендатора, а также выделить и вернуть под управление государства имущество комбинатов.

На рынке титановой продукции в настоящее время – глубочайший кризис, серьезное падение цен (до 40%), вызванное масштабным перепроизводством и падением спроса. Мировые титановые компании буквально выживают в этих условиях, поглощая друг друга, снижая добычу и увольняя сотрудников, чтобы хоть как-то минимизировать потери. Трудно даже представить, что было бы сейчас с нашим шеститысячным коллективом, окажись он в частной собственности в это сложное время.

Недавно компания Daewoo, которая является нашим партнером, объявила о сокращении 3000 сотрудников, вовлеченных в нашу отрасль. Ирландская компания Kenmare Resources Plc, добывающая рутил, ильменит и цирконий на шахте Мома в Мозамбике, в феврале 2015 года также объявила о сокращении 15-20% сотрудников, поскольку другие усилия по сокращению затрат оказались недостаточными для компенсации низких цен на минеральные пески.

Вопрос: Конкретизируем производственные результаты: каковы объемы добычи и продаж титаносодержащей руды на ваших ГОКах в текущем году?

Ответ: Мы пока не удовлетворены уровнем производства и реализации продукции комбинатов, потому что они далеки от потенциально возможного уровня. Так, в январе-июле филиалом "Иршанский горно-обогатительный комбинат" произведено 141 тыс. тонн ильменитового концентрата, реализовано – около половины. Филиал "Вольногорский горно-металлургический комбинат" выпустил за семь месяцев текущего года почти 83 тыс. тонн ильменитового концентрата, реализовал также около половины этих объемов. Производство циркониевого концентрата составило 14,5 тыс. тонн, реализовано – более 10 тыс. тонн. ВГМК произвел 27,8 тыс. тонн рутилового концентрата, из которых продано 15,3 тыс. тонн. Сравнивать эти итоги с аналогичными показателями 2014 года мы не можем, так как на тот момент не управляли предприятиями.

Вопрос: А какие запасы месторождений, сколько смогут работать предприятия?

Ответ: У филиала "Иршанский ГОК" в разработке находятся три карьера, а также Лемненский участок, перерабатывающий хвостохранилища суммарной мощностью свыше 1,3 млн тонн условного товарного ильменитового концентрата. Выработка данных участков варьирует от 2017 года до 2026 года.

Перспективным является Букинский участок на Междуреченском месторождении, запасы которого рассчитаны на 30 лет, но он требует инвестиций в размере около $10 млн. Также в Житомирской области интересными с точки зрения добычи являются Злобичское и Тростяницкое месторождения - запасы последнего оценены в 2,5 млн тонн ильменита с высоким содержанием его в песках.

Филиал "Вольногорский ГМК" занят разработкой Северного и Южного карьеров на Малышевском месторождении вплоть до 2021 года. Ожидаемый объем полученной продукции составляет 33,4 млн тонн руды. Из этого объема будет получено ориентировочно 870 тыс. тонн ильменита с содержанием TiO2 не менее 63%, 320 тыс. тонн рутила, а также 190 тыс. тонн циркония.

Вопрос: Достоверна ли информация, что ОГКХ лишена перспективной части запасов – Матроновского месторождения, лицензия на разработку которого принадлежит "Крымскому титану"?

Ответ: Матроновский участок действительно по некоторым оценкам считается перспективным для Вольногорского ГМК. Но предприятие технически оснащено под обогащение иных титановых руд, чем на Матроно-Анновском участке. В настоящее время лицензия на его разработку действительно принадлежит компании Group DF. Но проект требует инженерного решения, которого на данный момент нет, и на его реализацию необходимы значительные инвестиции.

Вопрос: Учитывая снижение объемов добычи и реализации продукции из-за ситуации на внешних рынках, планируются ли сокращения работников? А также - в связи с выработкой разрабатываемых месторождений можно ли ожидать оптимизации штатов комбинатов?

Ответ: Поскольку на Вольногорском ГМК работы на разрабатываемых участка – Южном и Северном карьерах хватит на ближайшие шесть лет, на Иршанском ГОКе – на 10 лет, то сокращения работников или оптимизации штатов на этот период не планируется. Хотя когда мы проанализировали ситуацию на комбинатах после их возвращения в государственную собственность, то оказалось, что штат сотрудников на отдельных участках слишком раздут. Некую оптимизацию мы провели и продолжаем проводить. В том числе, переучиваем работников на смежные профессии, чтобы не прибегать к сокращению.

Вопрос: До 2004 года ВГМК весьма перспективно занимался производством оксида гафния. Какие за этот год предприняты меры по восстановлению работы гидрометаллургического комплекса? Планирует ли государство вернуть существенную долю на мировом рынке редкоземельных металлов?

Ответ: О возобновлении данного производства речь пока не идет, поскольку существенно устарело как оборудование, так и сама технология производства данного продукта. По этой причине предыдущий арендатор - "Крымский титан" - остановил выпуск оксида гафния практически сразу после своего прихода на ВГМК. У этого направления отрицательная экономика: производство крайне убыточно – такова была их позиция. И пока восстановить данное производство не представляется возможным.

Но в перспективе мы рассматриваем строительство нового производства оксида гафния. Есть планы по налаживанию выпуска других продуктов металлургического ряда, однако для этого необходимо привлечение значительных инвестиций - на уровне десятков миллионов долларов. До корпоратизации предприятия говорить об этом сложно, но она – в наших ближайших планах.

Вопрос: Насколько известно, руководство ОГХК лоббирует создание масштабного объединения в титановой отрасли. Какие предприятия целесообразно включить в новый титановый холдинг?

Ответ: В настоящее время мы сдержанно относимся к объединению предприятий титановой отрасли в одну структуру. Вопрос довольно сложный, если учесть фактор неудовлетворительного состояния украинской экономики и кризис на мировом титановом рынке.

Прежде всего, мы опасаемся, что такие организационные изменения вызовут непонимание со стороны наших потребителей. Это как раз тот узко-сегментированный рынок, на котором компании зарабатывают репутацию на протяжении долгих лет работы, и к новичкам здесь относятся с подозрением. За год работы мы это ощутили на себе, ведь ОГХК - молодая компания и приходилось буквально с нуля зарабатывать доверие наших потребителей. Есть риск, что, создание титанового холдинга может серьезно затормозить развитие компании.

Второй момент: какие предприятия включать в потенциальный холдинг? Вариантов немного – Запорожский титаномагниевый комбинат (ЗТМК, перерабатывает ильменит в титановую губку), а также "Сумыхимпром" (производит двуокись титана из ильменита и удобрения). Оба предприятия в настоящее время отягощены претензиями со стороны структур Group DF. Вряд ли их включение в титановый холдинг в нынешнем виде добавит синергии общему бизнесу и сделает холдинг более успешным и привлекательным.

Вопрос: Насколько, по вашему мнению, эффективно смогут работать предприятия разной направленности - и химической, и металлургической - в одной структуре?

Ответ: Мне известны примеры кооперации добывающих компаний на рынке титанового сырья. Многие компании замыкают на себе добычу и производство, например, химическое, или добычу и выпуск металлургической продукции. Таких слияний много, они проходят в последнее время часто. Пробуют зайти на титановый рынок и сырьевые компании, ранее не занятые в добыче ильменита, а присутствующие в секторе добычи железных руд.

Вместе с тем отмечу, что из компаний, которые управляли бы интегрированным производством - и двуокиси титана, и выпускали бы металлургическую линейку титановой продукции - не так много. Например, этим занимается компания Cristal Global. Объединяла также в свое время под одним крылом металлургическое и химическое производство компания DuPont, но потом отказалась от выпуска металлического титана, а в июле 2015 года вывела в отдельное подразделение и производство двуокиси титана с целью привлечения средств под этот проект.

По моему убеждению, объединение добывающих активов и производителей продуктов с большей добавленной стоимостью в настоящее время не слишком удачная идея, ибо она позволяет развиваться переработке, как правило, в ущерб добыче. А в кризис, который мы сейчас наблюдаем, когда цены на конечные продукты обваливаются, страдают оба направления. И справиться с данной ситуацией в компании намного сложнее.

Мы надеемся, что вскоре рынок титана все же выйдет из крутого пике, в котором он сейчас находится. И мы сможем не только привлечь инвестора в наш титановый сегмент, но и заявить всему миру наши новые амбиции в этом глобальном бизнесе.

Как сообщалось, ГП "Объединенная горно-химическая компания" (ГП "ОГХК") начало фактическую деятельность с августа 2014 года, когда правительством Украины было принято решение о передаче ему в управление имущественных комплексов Вольногорского горно-металлургического комбината и Иршанского горно-обогатительного комбината.

ГП "ОГХК" по итогам января-марта 2015 года получило 44,866 млн грн чистой прибыли.

Филиал "Иршанский ГОК" обладает мощностями по выпуску 500 тыс. тонн ильменитового концентрата в год. Спад на мировом рынке титана в последние несколько лет не позволял комбинату производить более 250-300 тыс. тонн ильменита в год. Продукция ИГОКа востребована преимущественно среди производителей двуокиси титана.

Украина > Металлургия, горнодобыча > interfax.com.ua, 2 сентября 2015 > № 1476464 Александр Гладушко


Казахстан. Россия > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 26 августа 2015 > № 1468967 Виталий Несис

Для закрытия Варваринского цена золота должна упасть до $700-750

Об условиях ведения золотодобывающего бизнеса в Казахстане

В золотодобывающей отрасли – и в Казахстане, и в России – сложилась такая ситуация: при переизбытке добывающих мощностей наблюдается недостаток сырьевой базы. Но инвесторам геологоразведочные компании неинтересны. Как крупным игрокам договориться с мелкими – юниорами, почему государству лучше не инвестировать в геологоразведку, и как девальвация тенге и рубля повлияла на золотодобытчиков. Об этом в интервью «Капитал.kz» рассказал Виталий Несис, главный исполнительный директор группы Polymetal International.

В Казахстане Polymetal владеет двумя активами – золотомедным месторождением Варваринское в Костанайской области (приобретено в 2009 году) и проектом Кызыл, включающим месторождения Бакырчик и Большевик, на северо-востоке (приобретен в 2014 году).

– Группа Polymetal зашла в Казахстан в 2009 году. С какими особенностями ведения бизнеса в золотодобыче столкнулись?

– Нас встретила бизнес-среда, схожая с российской. Здесь есть особенности госрегулирования, но в целом мы обнаружили знакомый климат и существенных сложностей не испытывали.

– В чем заключаются особенности госрегулирования?

– Я бы выделил 2 ключевых момента. Первый – лицензирование геологоразведочных работ: до последнего времени условия в Казахстане были очень тяжелыми для недропользователей. Тут, конечно, Россия отличается в лучшую сторону. Второй – согласование различного рода проектов, где Казахстан, наоборот, выгодно отличается как сроками, так и современным конструктивным подходом. Яркий пример: в России до сих пор нельзя защищать запасы на основании компьютерных моделей. А в Казахстане это можно делать уже достаточно давно. Вместе с тем в Казахстане мы только в этом году получили первую лицензию на ведение поисковых работ – на это ушло несколько лет. Понятно, что есть потенциал для улучшения условий регулирования, и, мы надеемся, он будет реализован.

– Почему только одна лицензия?

– Был период, когда действовал мораторий на выдачу новых контрактов на недропользование, их можно было получать только через прямые переговоры с госкомпаниями. Это вызвано тем, что в 1990-е годы заключались сотни контрактов, многие из которых, скажем так, оказались пассивными. Тогда было принято государственное решение оздоровить сферу контрактов на недропользование. Я считаю, этот процесс приближается к логическому завершению. И результатом должна стать современная модель ведения поисково-разведочной деятельности. В моем понимании, один из оптимальных вариантов – это когда желающие получают права на недропользование и занимаются разведочной деятельностью на основании системы «первый пришел – первый получил».

– Сколько Polymetal тратит на геологоразведку?

– В этом году будет, наверное, около $70 млн, 5 из них – в Казахстане, в основном на разведку на Бакырчике и Большевике и выполнение контрактных условий.

– Если говорить о юниорных компаниях, этот рынок развит в Казахстане?

– Его просто не существует, как и в России. Виной этому несколько факторов: мораторий на новые контракты, падение цен (на золото – прежде всего, а теперь и на все остальные металлы). Не надо также забывать об общем падении интереса к инвестициям в геологоразведку. Поэтому сейчас юниоры, конечно, есть, но это единичные компании, которые работают не в той бизнес-модели, которая интересна нам, крупным производителям. Нам интересно, когда юниоры находят, оценивают и продают месторождение тем, кто будет его осваивать. А казахстанские юниоры – это в основном компании, которые ищут небольшие месторождения и сами ими занимаются.

– И вы никого из казахстанских юниоров не рассматривали в плане сотрудничества?

– Предложений не поступало, хотя мы всегда говорим, что готовы сотрудничать. Но и в России, к слову, у нас одно совместное предприятие. И оно работает именно по такой схеме: партнеры получили лицензии, собрали информацию, а мы даем деньги на геологоразведку.

– Как можно прийти к той модели, о которой вы говорите?

– Нужна модернизация законодательства в части предоставления лицензий. Пожалуй, все. Потому что Казахстан по-прежнему является достаточно привлекательной юрисдикцией. Здесь успешно работают крупные и мелкие западные производящие компании, все довольны. Не хватает только возможности брать под разведку новые территории.

– Вы сказали, что у инвесторов снижается интерес к геологоразведочным компаниям. Чем это объясняется?

– Юниорный сектор во всем мире финансируется преимущественно через акционерный капитал. После пика цен на золото в 2011 году интерес начал уходить, а после резкого падения в 2013 году не было ни одного первичного размещения акций юниорных компаний на двух основных биржах – в Австралии и Канаде. А деньги-то где брать? Понятно, что ни один банк не даст их на проведение геологоразведочных работ: очень большие и неуправляемые риски. Так что только equity, только акционерные деньги. А их нет.

– Что делать?

– В России в прошлом году была предпринята масштабная реформа недропользования: теперь у нас поисковые лицензии можно получить за 100 дней по заявительному принципу. И это привело к 10-кратному увеличению количества выданных лицензий. Мы этим активно воспользовались. Для России это был прорыв.

Теперь же все упирается в деньги. Вот мы и предлагаем юниорам совместную деятельность: инвестируем в них для проведения геологоразведочных работ в обмен на право преимущественного приобретения активов, которые получаются в результате. То есть формы сотрудничества можно найти. Главное, спрос на сырьевую базу есть: и в России, и в Казахстане избыток перерабатывающих мощностей по сравнению с сырьевой базой.

– Несоответствие перерабатывающих мощностей и сырьевой базы в цифрах как выражается?

– В России, например, за последние лет 6 объем перерабатывающих мощностей удвоился – до сумасшедших значений, около 80 млн тонн руды в год, а руды, новых месторождений, может быть, на 10% больше стало. В результате мы имеем колоссальный рост объемов переработки и очень-очень скромный рост производства. Классическое исчерпание минерально-сырьевой базы с переработкой бедной руды.

Наше Варваринское месторождение – это то же самое в миниатюре: своя база ухудшается, мы ищем стороннюю. Сейчас перерабатываем на Варваринском 1-2% чужой руды, везем за 700 километров, из Свердловской области.

– Ernst&Young отмечает, что золотодобытчики не готовы вкладывать средства в повышение производительности. Как это может отразиться на отрасли?

– Ключевой движущей силой в горнорудной отрасли является качество сырьевой базы. Многие отказываются от геологоразведки, обрекают себя на проедание того, что есть, с неизбежным ухудшением качества. Поэтому, я бы сказал, инвестировать надо не в производительность, а в сырьевую базу.

– Только компаниям? Или государству тоже нужно подключаться к этому процессу?

– Не нужно государству инвестировать в геологоразведку. В любой деятельности очень важно, чтобы было разумное целеполагание и вознаграждение, адекватное степени соответствия результатов целеполаганию. Государство не в состоянии этим эффективно заниматься: цели расплывчатые, все сырьевые мощности у частных игроков. Кроме того, не понятно, как оценивать результаты. Оценка результатов – это та сумма, которую частный недропользователь готов заплатить за готовый объект. Юниор разведал месторождение, степень его успеха – это количество миллионов долларов, которые Polymetal или другая крупная компания платит за его месторождение. У государства же, в Российской Федерации, во всяком случае, мерилом эффективности разведки является постановка тонн золота на баланс. Тонна золота в одном случае – это очень много денег, а в другом – ничего не стоит. А кто решает? Тот, кто потом деньги за это будет платить. В России практика такова, что государственная геологоразведка ставит на баланс сотни тонн, но они привлекают нулевой интерес при проведении аукционов на недропользование. Поэтому я считаю, что частный сектор вполне справится с геологоразведкой, если будут решены вопросы с предоставлением лицензий, контрактов на недропользование.

– Вы готовы инвестировать в небольшие объекты?

– Крупные компании, Polymetal в их числе, естественно, хотят крупные проекты, которые будут работать много лет и будут заметны в общем портфеле. Но мы готовы инвестировать и в небольшие месторождения в привязке к существующим мощностям. Я знаю, что и другие крупные игроки инвестируют в активы, которые примыкают к их фабрикам. То есть размер месторождения не есть препятствие для инвестора. Качество сырьевой базы вообще определяется пятью показателями – содержанием, размером, глубиной, мощностью, технологическими характеристиками. Но самый главный из них – содержание.

– Тогда какие с точки зрения содержания месторождения привлекательны для Polymetal?

– Все очень сильно зависит от места и способа добычи. Если говорить применительно к Варваринскому, то среднее содержание там сейчас – около 1 грамма на тонну. Поэтому месторождения в радиусе 500 км от Варваринского с содержанием, например, 2 грамма на тонну – прекрасно.

– Но таких нет?

– Они есть, но попробуйте получить на них лицензию в Казахстане. Во-первых, мораторий, особенно если там в советское время кто-то что-то поставил на баланс. Во-вторых, не все технологически подходят Варваринскому. Наши соседи начали разрабатывать Кутюхинское (месторождение на севере Казахстана, – ред.), может быть, привезут к нам свою руду. С российской стороны нас подпирает «Южуралзолото»: все объекты в Челябинской области, которые известны, подходят Варваринскому и достойного качества, уже разобраны. Коллеги там фабрику огромную построили на 6 млн тонн в год, сейчас запускают. Так что конкуренция очень серьезная.

– Если говорить об инвестициях в Варваринское, вы считаете их эффективными?

– Несомненно. Варваринское – это наши ворота в Казахстан, мы проработали здесь несколько лет и стали комфортно чувствовать себя в стране. В итоге это позволило нам приобрести Кызыл. То есть стратегически покупка абсолютно оправдана. Варваринское – месторождение с очень длительным сроком эксплуатации, так что у нас есть время вернуть инвестиции.

– Как вы сейчас оцениваете свои возможности на Кызыле с учетом его «сложных» руд, из которых тяжело извлекать золото, и неудачного опыта предыдущих владельцев? В чем привлекательность этого проекта для Polymetal?

– Привлекательность – в размере и содержании. Это очень большое месторождение: сотни тонн золота (6,7 млн унций), среднее содержание – более 7 граммов на тонну. Таких объектов в мире осталось мало. И я считаю, оно нам по плечу: мы понимаем, что делать с его сырьем, как получить готовую продукцию, которую мы в состоянии продать и заработать деньги. Мы уже разрабатываем 2 месторождения с упорными рудами в России – Албазино в Хабаровском крае и Майское на Чукотке. У нас есть опыт как продажи полуфабриката, золотосодержащего концентрата, так и его переработки в готовую продукцию.

– То есть можно сказать, что смена инвестиционных приоритетов при покупке Кызыла, когда группа приостановила геологоразведку на месторождениях Кутын и Маминское и отложила расширение Албазино, оказалась оправданной?

– Безусловно. Образно говоря, если у нас был пусть и сладкий, но горох, и вдруг принесли арбуз, естественно, горох мы убрали со стола и сейчас разрезаем арбуз, потом будем его есть. К гороху, не исключено, когда-нибудь вернемся, но сначала – арбуз.

– Ernst&Young считает, что из-за снижения стоимости золота и волатильности цен на него на мировом рынке многие рудники в мире оказались на грани рентабельности, в то время как для золотодобытчиков России ситуация была сглажена девальвацией рубля. Вы ощутили это?

– Если бы не девальвация, в этом году российской золотодобыче пришлось бы тяжело. Думаю, вплоть до закрытия многих предприятий. А так, с учетом падения курса рубля и снижения себестоимости добычи в результате этого, компании, которые находились на грани коллапса, продолжают работать.

– Для рынка золота это хорошо или плохо?

– Все равно. Речь идет о достаточно небольших объемах. Цены на золото сложным образом зависят от текущего объема производства. Поэтому, думаю, случись в этом году падение производства в России на 5% или даже на 10%, если бы рубль не подешевел, мировой рынок это не заметит.

– На вашей работе в Казахстане снижение курса рубля каким-либо образом отразилось?

– Последний БелАЗ мы купили больше 10 лет назад. Но сейчас выбрали горную технику на Кызыл – БелАЗы и российские экскаваторы. Это в значительной степени следствие девальвации рубля: все стало очень дешево. Мы понимаем, что техника менее эффективная, чем японские и американские аналоги, но деньги тоже имеют значение.

– А себестоимость производства у вас снижается?

– Конечно. В прошлом году средняя себестоимость была 634 доллара за унцию, а в этом году ожидаем меньше 600.

– При каких ценах на золото компании рентабельно работать?

– Это зависит от конкретного месторождения. Показатель себестоимости – не по компании в целом, а по конкретному предприятию. Кроме того, при падении цены включаются рычаги закономерного сокращения себестоимости. Если говорить, например, о Варваринском, то для того, чтобы оно вообще закрылось, я думаю, цена должна упасть до 700-750 долларов за унцию. Что очень маловероятно. При этом не надо забывать, что себестоимость в значительной степени выражена в тенге и рубле, поэтому девальвация тенге, естественно, положительным образом скажется на экономике предприятия.

– В 2013 году вы говорили, что компания планирует воспользоваться падением цен на золото для покупки активов…

– Мы воспользовались – купили Кызыл.

– Есть еще планы по покупке?

– Таких крупных активов – нет. Маленькие объекты мы смотрим, покупаем. Недавно зашли в Армению с очень небольшой сделкой. Но Кызыл для нас – это очень важное приобретение, самое большое за всю историю компании. И пока наш аппетит к крупным, трансформационным приобретениям ограничен.

– Вы в принципе рассматриваете проекты только в рамках СНГ, дальше не идете?

– Пока нет. Но вот сейчас с Ирана санкции снимут, можно будет, например, на эту страну посмотреть.

– На Иран?

– Заходить в новую страну нужно с четкими конкурентными преимуществами. В моем понимании, никакого конкурентного преимущества у российской компании в Африке или Латинской Америке нет. Языка мы не знаем, с местными обычаями не знакомы. Зачем нам туда? С Ираном проще: в России, например, можно найти достаточно людей, говорящих на фарси. Понятно, что канадцы с австралийцами туда некоторое время не пойдут, поэтому есть некоторое окно возможностей. Другое дело, не факт, что им обязательно нужно воспользоваться. Территории России и Казахстана вполне хватает, чтобы заниматься золотодобычей и в целом твердыми полезными ископаемыми.

Казахстан. Россия > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 26 августа 2015 > № 1468967 Виталий Несис


Казахстан > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 6 августа 2015 > № 1449207

Казахстанский титан будет экспортироваться в Европу

Экспортная операция в сумме 7 млрд тенге финансируется в рамках программы «Нұрлы жол»

Дочерняя структура АО «НУХ «Байтерек» - АО «Банк развития Казахстана» - предоставила заем сроком до 5 лет АО «Усть-Каменогорский титано-магниевый комбинат» (УКТМК) на приобретение сырья и его переработку для последующего изготовления титановых губок, сплавов и слитков, используемых в аэрокосмической отрасли. Об этом корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz сообщили в пресс-службе банка.

Экспортная операция в сумме 7 млрд тенге финансируется за счет средств Национального фонда в рамках новой экономической политики «Нұрлы жол». Произведенные слитки и слябы после переработки будут реализованы крупным европейским компаниям.

«Сегодня наше предприятие является единственным в Казахстане производителем титановых слитков для аэрокосмической отрасли. 100% продукции АО «УКТМК» поставляется на экспорт в индустриально развитые страны. Оказываемая финансовая поддержка со стороны государства, холдинга «Байтерек» позволяет комбинату по линии БРК получить экспортно-импортное финансирование на длительный период и выполнять все задачи, возложенные на предприятие главой государства, связанные с созданием инновационных производств», - отметила президент АО «УКТМК» Асем Мамутова.

Отметим, из Национального фонда РК на обеспечение финансирования отечественных экспортеров по линии БРК в 2015 году было выделено 35 млрд тенге.

Казахстан > Металлургия, горнодобыча > kapital.kz, 6 августа 2015 > № 1449207


Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 3 августа 2015 > № 1446775 Александр Андреев

Первая половина 2015 г. позади. Теплант вошел в сезон продаж и по итогам июня существенно нарастил объем заказов. Прирост за июнь составил больше 50% от майских продаж. Что повлияло на ситуацию? Можно ли говорить о стабилизации рынка сэндвич-панелей? Ответы в интервью Александра Андреева, коммерческого директора ОАО «Теплант».

Начало года ознаменовалось ослаблением рубля, ростом цен на металл и удорожанием кредитных средств. Что изменилось по итогам полугодия?

Нельзя не отметить, что ситуация с ценами на металл и основное сырье для производства сэндвич-панелей стабилизировалась. Это позволяет нам более уверенно вести переговоры с заказчиками. Более понятная, прогнозируемая ситуация с закупкой материалов по стоимости позволяет инвесторам свободнее планировать свои инвестиционные проекты. Без понимания цен на материалы и не имея одобрения на финансирование, им было сложно принимать решения. Многие инвесторы в начале года просто «захлопнулись», как ракушки, в ожидании лучших времен. Сейчас рынок начал немного оживать.

Небольшая стабилизация рубля к валютной паре доллар/евро также упрочила наше положение. Так как часть материалов, влияющих на конечную стоимость продукта - саморезы, эксклюзивные краски - мы закупаем за границей.

При этом в июне объем продаж Тепланта по отношению к маю вырос больше, чем на 50%. Что повлияло на такие результаты?

Положительная тенденция по итогам полугодия, действительно, есть, но это не обусловлено тем, что кредитные деньги стали доступнее. Банки не поменяли своей политики. Деньги по-прежнему даются инвесторам тяжело, банкиры не стали благосклонней по части выдачи кредитов. По нашим ощущениям, рост продаж в июне во многом связан с наступлением сезона.

Да, он ниже, если сравнивать с предыдущими сезонами, но он есть. Несмотря на все трудности, на рынке остались инвесторы, не потерявшие желание строить. Те, кто изыскал возможности развиваться, будут строить свои объекты именно в сезон, поскольку потом это будет уже неактуально, да и стоимость строительно-монтажных работ возрастет. Поэтому все будут стараться закрыть свои проекты до ноября.

Какие знаковые заказы Тепланту удалось выполнить в этом году?

Вопреки кризису нам удалось заполучить немало крупных заказов. В том числе в этом году к нашему давнему партнеру «Сургутнефтегазу» добавился еще один нефтегазовый гигант – ОАО «Татнефть». На данный момент мы уже поставили туда 10 тыс. кв. м сэндвич-панелей.

В июне на нашу динамику продаж серьезно повлиял тот факт, что мы забрали и успешно выполнили заказ на поставку сэндвич-панелей для свиноводческого комплекса «Талина» в Республике Мордовии. Мы поставили для данного объекта более 20 тыс. кв. м. сэндвич-панелей Teplant. В конце июля мы подписали официальный контракт на поставку панелей для крупного торгово-развлекательного центра в Астане. В получении заказа большую роль сыграли Олег Корчагин, руководитель направления по ключевым и национальным клиентам Тепланта и наш официальный дилер в Казахстане ТОО «СпецСталь Астана KZ». Олег курировал переговоры на всех этапах. Я ездил непосредственно на строительную площадку, обсуждал с заказчиком детали проекта.

Этот объект очень значим для нас. Во-первых, это заказ больше чем на 20 тыс. кв. м сэндвич-панелей. Во-вторых, это имиджевый проект. Объект будет находиться в столице Казахстана - Астане. И, в-третьих, ТРЦ будет находиться на территории выставочного комплекса ЭКСПО-2017. Мы смело заявляем, что это первый объект ЭКСПО-2017, который будет построен из сэндвич-панелей Teplant. Это начало и мы не собираемся останавливаться на достигнутом. Я уверен, что благодаря слаженной работе всего завода заказчики других объектов ЭКСПО-2017, увидев качество нашей продукции, тоже захотят строить только из сэндвич-панелей Teplant.

Как изменилась работа коммерческой службы в связи с изменением рынка?

Конечно, мы изменили подходы к своей работе. Мы добавили динамики, усилили прямые продажи, взаимодействие с нашими дилерами, территориальными и региональными менеджерами. Сейчас размер заказов, полученных за счет прямых продаж, сопоставим с объемом дилерских продаж всего ПФО. Это не значит, что мы раньше отдыхали, а в кризис начали работать. В начале года мы увеличили количество наших региональных представителей. Ребята набрались опыта и начали давать ощутимый результат. Как известно, продажи зависят не только от количества людей, но и от их качества. Практика показывает, что региональный представитель в среднем начинает приносить заметный результат только через полгода. Бывают, конечно, звезды, которые еще на испытательном сроке начинают делать реальные объемы, но в основном для разбега новому продавцу требуется несколько месяцев. Подобная статистика обусловлена спецификой нашего бизнеса. Сделка растянута во времени, поскольку от момента проектирования объекта до начала его строительства проходит достаточно много времени.

Кроме того, мы пересмотрели подход к постановке задач нашим представителям, а также ввели новую систему оценки их эффективности. Теперь мы не только видим конечный результат их работы – сколько квадратных метров они «завели» на завод, но и промежуточные этапы – что именно было сделано для получения заказа. Эта система делает более управляемой работу регионального представителя и позволяет ему лучше контролировать дилеров на своей территории.

Насколько серьезно на рынок повлиял необоснованный демпинг?

Рынок очень сильно страдает от демпинга. Эта проблема возникает из-за недозагруженности мощностей у некоторых производителей. Главная опасность в том, что демпинг впоследствии может серьезно затруднить восстановление средней цены. Тогда всем производителям придется работать с минимальной прибылью. Недополученная прибыль не позволит серьезным производителям инвестировать в производство, а это может в конечном счете сказаться на производительности и на качестве продукта по рынку в целом. Мы не можем себе этого позволить.

Какой вы видите вторую половину 2015 г.?

Уже понятно, что рынок не будет таким, как в прошлом году. Вряд ли мы усеем догнать бизнес-план в том варианте, каким мы его видели в 2014 г., но заказы будут. По рыночным трендам, которые наблюдаются сейчас, дна кризиса мы еще не достигли, расслабляться рано.

Пока, к сожалению, сохраняется основная тенденция этого года – число объектов, которые находятся в ожидании финансирования, растет. В данном случае все мы - и производители, и заказчики - зависим от настроений инвесторов, банков. Количество переговоров с заказчиками, которые хотят строиться, но не могут решить проблемы с финансированием, просто зашкаливает. По нашим подсчетам, это более 1 млн кв. м. Но, как известно, в кризис слабые умирают, а сильные становятся еще сильнее, поэтому мы будем наращивать темп.

Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 3 августа 2015 > № 1446775 Александр Андреев


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 июля 2015 > № 1484194

Выпуск высокопрочных труб начнется под Воронежем в 2016 г.

Предприятие Лискимонтажконструкция, которому ВТБ дал кредит на 1,4 млрд руб. для создания производства, начнет выпуск высокопрочных труб большого диаметра к концу 2016 г., сообщили в среду журналистам генеральный директор завода Николай Белоконев и заместитель президента-председателя руков Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 июля 2015 > № 1484194


Испания. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 июля 2015 > № 1484190

Северсталь-Гонварри-Калуга произвел 250-тысячную тонну продукции для автопрома

Северсталь-Гонварри-Калуга (входит в дивизион «Северсталь Российская cталь», совместное предприятие компаний «Северсталь» и испанской «Gonvarri Steel Services») выпустило 250 тыс. тонн продукции для автопроизводителей. Всего с момента запуска производства в 2010 году на предприятии произведено около 330 тыс. т.

Предприятие оказывает своим клиентам услуги по продольной и поперечной резке металла, производству вырубной заготовки для дальнейшей штамповки деталей. В 2013 году на «Северсталь-Гонварри-Калуга» была установлена дополнительная линия по производству вырубных заготовок, построен дополнительный производственный корпус площадью 6 350 кв.м., что позволило увеличить площадь хранения на 4 тыс. кв.м и достичь емкости склада рулонов до 30 тыс. тонн.

Общая сумма инвестиций в проект составила более чем 40 млн евро.

«Создание сервисных металлоцентров – это дополнительные возможности для локализации иностранных автопроизводителей в России и СНГ, – комментирует директор по маркетингу и продажам дивизиона «Северсталь Российская сталь» Дмитрий Горошков. - Инвестируя в увеличение глубины переработки, «Северсталь» имеет возможность предоставлять конечным клиентам техническое сопровождение по всей цепочке от проката до штампованной детали, контролировать качество на всех этапах переработки».

В настоящий момент предприятие осуществляет поставку заготовок на штамповочные производства «Гестамп-Северсталь-Калуга», «Гестамп-Северсталь-Всеволожск» и «Гестамп-Тольятти» и сотрудничает с такими автомобильными брендами как Volkswagen, Skoda, Renault, Nissan, Ford, Mitsubishi, Peugeot, Citroen.

Доля череповецкого проката в общем объеме переработки на предприятии постоянно увеличивается и сейчас составляет около 50%. В 2013 году этот показатель составлял около 43%, а в 2014 году – около 47%.

Кроме автопроизводителей потребителями продукции «Северсталь-Гонварри-Калуга» являются также производители бытовой техники и строительные компании.

Испания. ЦФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 30 июля 2015 > № 1484190


Украина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 23 июля 2015 > № 1486872 Дмитрий Липпа

Интервью гендиректора "Метинвест-СМЦ" Дмитрия Липпы

Металлопотребление в Украине второй год подряд сокращается стремительными темпами. В такой ситуации металлоторговым компаниям приходится применять новые решения. Перспектива ближайшего будущего — более активная работа на новых рынках потребителей проката: машиностроителей, производителей металлоконструкций и других отраслей. Гендиректор ООО "Метинвест-СМЦ" Дмитрий Липпа рассказал "ТОП-100" о том, что предпринимается для увеличения продаж отечественной продукции на новых экспортных рынках, изменениях в работе компании в Украине и о том, как более эффективно использовать финансовые ресурсы.

С какими основными сложностями в работе на внутреннем металлорынке пришлось столкнуться в 2014-2015 годах? Как их преодолевали?

Основной вызов для всех компаний металлургической отрасли Украины — сокращение платежеспособного спроса и, как следствие, падение потребления. Замедлилась реализация проектов внутри страны и осложнилась деятельность металлообрабатывающих предприятий-экспортеров, ведь традиционные для них рынки стран СНГ также переживают спад.

Мы видим несколько возможностей разрешить эту чрезвычайно непростую ситуацию. Во-первых, необходим диалог поставщиков стали и заводов-переработчиков, чтобы совместными усилиями наладить сбыт изделий в Центральную Европу, Казахстан и на Ближний Восток. Я уверен, что многие недооценивают экспортный потенциал металлоемких и металлообрабатывающих предприятий нашей страны. Но наладить поставки на альтернативные рынки — это сейчас вопрос выживания.

"Метинвест-СМЦ" уже взаимодействует с производителями металлоконструкций на базе Украинского Центра Стального Строительства (УЦСС). Выработан конкретный план действий по продвижению продукции наших партнеров, есть первые продажи в Польшу и переговоры по поставкам в другие страны.

А в чем в принципе суть вашего участия в проекте УЦСС?

Наш вклад в этот проект национального значения — переход на поставки металла для внутреннего рынка с устаревших ГОСТов на стандарты, гармонизированные с европейскими (ДСТУ EN). Соответствие стали, из которой произведено изделие, европейским стандартам качества — обязательное условие поставок в страны Европы. С июня мы активно принимаем заказы на оцинкованный прокат с европейской сертификацией, а в июле-августе начнем отгружать также листы и крупный сорт по ДСТУ EN. Я думаю, к концу года на наших складах будет сложнее найти металлопродукцию по ГОСТам, чем прокат с европейским сертификатом.

Конечно, у производителей металлоконструкций есть ряд нерешенных вопросов: необходимость предоставлять отсрочку платежа под европейские проекты, невозмещение НДС при экспорте. Нашим партнерам также мешает отсутствие некоторых компетенций для работы на европейском рынке, но я убежден, что последнее — лишь вопрос времени.

Еще одно решение, которое позволит увеличить объемы потребления в Украине в текущих условиях, — совместная с клиентами работа по оптимизации оборотного капитала. Мы предлагаем крупным клиентам перейти на работу со склада, а не заказывать материал на заводах вагонными нормами. Конечно, объемы партий металлопроката сокращаются, но снижается и время ожидания поставки. Мы также меняем логистику, увеличиваем долю отгрузок автотранспортом. Ведется работа с нашими комбинатами по повышению точности планирования производства и отгрузки. Это еще не поставка точно в срок, но мы к этому стремимся.

Повышение гибкости в отгрузках и управлении оборотным капиталом стало одним из ключевых аргументов для объединения каналов сбыта группы "Метинвест" на украинском рынке в феврале этого года. Теперь вся работа с клиентом ведется от одного юридического лица, которое предоставляет полный комплекс услуг.

Как изменились продажи компании (и ваша оценка металлопотребления в Украине) в 2014-2015 годах?

По итогам пяти месяцев 2015 года потребление металла на внутреннем рынке сократилось на 40%, а объем производства — на 32%. Мы прогнозируем, что средний размер снижения потребления в 2015-м составит 30-35%. Но принимая 2014 год как базу для сравнения, нужно помнить, что второе полугодие было существенно хуже первого. Темпы падения сохранятся или даже возрастут, если военный конфликт усугубится. Это станет критичным для металлургии

За последние полтора года очень изменилась и структура продаж. Объем крупных заказов существенно снизился. В рознице стоимость чека упала в 2,5-3 раза, хотя само их количество осталось близким к показателям 2014 года.

Как изменилось металлопотребление в регионах, напрямую не связанных с оккупацией и проведением АТО? С чем, по вашему мнению, это связано?

Основной потребитель металлопроката на внутреннем рынке — строительная отрасль. Ситуация аналогична общей тенденции: население усиленно инвестировало гривну в недвижимость в ноябре-декабре на фоне девальвации, а затем спрос существенно упал. Многие объекты на начальных стадиях замораживаются, новых проектов по стране — единицы. Это характерно для всех регионов.

Как в связи с общим "охлаждением" экономики изменился ассортимент "Метинвест-СМЦ" и количество услуг, оказываемых клиентам? От чего пришлось отказаться или какие новинки предложить?

Мы продолжаем поддерживать на металлобазах полный перечень металлопроката, который выпускают предприятия группы "Метинвест". Из основных направлений могу выделить работу с производителями сельхозтехники по продвижению борсодержащей стали марки 30MnB5, которая обеспечивает высокую эксплуатационную стойкость деталей. Для производителей конструкций в прошлом году предложили сталь 360М повышенной прочности, есть позитивный опыт работы с этим материалом.

В работе металлоцентров продолжаем развивать розничное направление, внедрили ряд улучшений, связанных с сервисом и расширением ассортимента. Сейчас изучаем вопрос производства несложных изделий из металлопроката для розничного сегмента.

Какие отрасли сейчас вы видите наиболее перспективными для продаж металлопроката в Украине?

Успешными станут те переработчики металлопроката, которые смогут работать на европейском рынке. Дело не в отрасли, а в целях и философии собственников и менеджмента. Я рад, что знаю таких людей в каждой из отраслей, но очень хочется, чтобы их было больше.

Металлургические предприятия Украины, начиная с августа 2014 года, работают с нестабильной загрузкой. Приходилось ли вам изменять структуру и систему закупок проката у производителей? Пришлось ли увеличивать импортные закупки или закупки у предприятий, которые не входят в структуру "Метинвест Холдинга"?

Мы пересмотрели нормативы запасов по некоторым категориям продуктов. Закупку у сторонних производителей осуществляли только в период остановки этих предприятий для обеспечения стабильной работы наших потребителей.

Как вы решили вопрос работы филиалов компании на оккупированных территориях?

Военный конфликт несет много вызовов деятельности группы. В связи с повышенной опасностью для сотрудников временно заморожена деятельность металлобазы в Донецке.

Как вам удается стимулировать работу сотрудников компании в сложных экономических условиях? Пришлось ли изменить или адаптировать систему оплаты труда, нематериального стимулирования?

Наш коллектив — это наше главное конкурентное преимущество, я очень благодарен сотрудникам за веру в компанию и стойкость в непростое время.

Понимая это, мы стараемся построить процессы в сфере HR на уровне лучших мировых аналогов. Эффективно работает система подачи рациональных предложений, ведется работа с кадровым резервом (так называемая "Школа директоров"), для сотрудников коммерческой функции реализована программа регулярной оценки и рейтингования.

С четвертого квартала 2014 года мы внесли изменения в систему оплаты труда для некоторых категорий сотрудников. Весной 2015-го проведена ежегодная оценка, на основании которой была увеличена заработная плата.

В последний год существенно усилилась роль госсектора в экономике (в частности, проекты Минобороны, МВД и др.). Как вы взаимодействуете с государством? Принимаете ли участие в поставках для каких-то знаковых проектов, реализуемых государством?

На сегодня основным партнером среди госпредприятий остается "Укрзализныця". Мы надеемся, что нашим партнерам удастся реализовать намеченные реформы, связанные с ростом инвестиций в инфраструктуру железнодорожного транспорта. Прочие существующие проекты менее металлоемкие.

Украина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 23 июля 2015 > № 1486872 Дмитрий Липпа


Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 15 июля 2015 > № 1490947 Сергей Торопов

Интервью генерального директора дивизиона «Северсталь Российская сталь» Сергея Торопова

Генеральный директор дивизиона «Северсталь Российская сталь» Сергей Торопов дал интервью порталу Gorodche.ru в музее металлургической промышленности. Полуофициальная беседа проходила на втором этаже – там, где разместилась выставка живописи и графики из фонда Череповецкого музейного объединения и работы участников индустриального пленэра. Разглядывая один из портретов, Сергей Торопов заметил: «на отца моего похож, но не он».

- Как вас неофициально называют на комбинате? Шеф? Директор? Босс?

- Как называют в разговорах, не слышал. При личной встрече – по имени-отчеству. Думаю, это не самое главное – как тебя называют. Важно, чтобы твои дела, твои результаты совпадали с пониманием того, каким люди представляют себе генерального директора.

- А люди вас видят исключительно как генерального директора? Только в этой ипостаси?

- Смотря кто. Я на комбинате многих знаю, со многими работал бок о бок. Поэтому для кого-то я остался все тем же Сергеем из ЛПЦ-2. Для кого-то я руководитель.

- А есть какие-то прозвища у металлургического комбината? Помню, когда шла речь об объединении «Северстали» и «Арселора», на НТВ назвали Череповец Нью-Йорком, хотя здесь про такое прозвание никто и не слышал.

- Особых прозвищ не слышал. Я его иногда называю просто – завод. В последнее время чаще в ходу название всей компании –«Северсталь». Подразделения же часто называют цеха - по старинке. Старые названия не умерли, они продолжают жить.

- А люди ведь до сих пор говорят «завод» и «город». Поехал в города – это значит в Индустриальный район…

- Я только несколько лет назад переехал в 104-й. А почти всю свою жизнь провел в Индустриальном районе. На Ломоносова, потом на Ленина, опять на Ломоносова, на Гагарина, затем вновь вернулся на Ленина. У меня как-то все связано с Индустриальным районом. Индустриальный ассоциируется с городом, потому что здесь один из гигантов металлургии в России. Это неразрывно: еду в город - еду на завод.

- Почему Вы решили учиться по специальности «обработка металлов давлением»? У вас в роду были кузнецы или не было другой судьбы для мальчика из Череповца в 70-е - 80-е годы, кроме как пойти на завод?

- Я родом из Череповца, где многие трудятся всю жизнь на заводе. Мои родители на двоих проработали больше 70 лет на ЧерМК. И они видели мою судьбу, мою карьеру, связанную с комбинатом. Отец хотел, чтобы я шел в доменный цех, которому он посвятил 37 лет. Мы это обсудили, и я решил идти на комбинат, но только в прокатку –поступил в Ленинградский политехнический институт. У меня бабушка и дедушка тоже работали здесь. Конечно, накладывало отпечаток, что завод – это будущее. Он всегда развивался и, может быть, родители видели меня руководителем. Я, конечно, не задавал им этот вопрос, но наверняка - да (улыбается). Как в нашей любимой песне поется «На этой улице подростком гонял по крышам голубей».

- Вы ведь не заканчивали школу № 12? (В ней учились Олег Кувшинников и Алексей Мордашов – Gorodche.ru)

- Я заканчивал шестую. А в двенадцатую ходил в специальный класс для подготовки водителей категории С. Там я получил первые навыки вождения.

- Мордашов там же учился водить. На ЗИЛе-130…

- А я на ГАЗе. Нас учили 6-7 месяцев. Самое интересное - вождение. Это был самый прекрасный момент.

- А ваши дети работают или будут работать на ЧерМК? У них какая судьба?

- Сложно сказать: будет ли моя дочь работать на комбинате. Она выбрала профессию юриста, учится сейчас в Санкт-Петербурге. У нас есть юридическая служба, и все может быть.

- Если она все же придет сюда, вы не будете ей препятствовать, но и покровительствовать не будете, да?

- По нашим внутренним правилам сюда она не сможет прийти. Так получилось с моим младшим братом (Кирилл Торопов работает в правительстве Вологодской области, он начальник департамента экономического развития – Gorodche.ru). Когда я был назначен руководителем, брат принял решение. Определенный конфликт интересов есть. И чтобы не было никаких разговоров, брат решил продолжить работу в департаменте экономического развития. Он 11,5 лет отработал на комбинате, и ему эта школа пригодилась.

- Эта школа пригождается у нас везде… Несколько внезапный вопрос: во времена вашей молодости в городе был судостроительный завод, сейчас там база металлопроката, была фабрика обуви, фабрика бельевого трикотажа, пивзавод, и все это сейчас не работает. Это упадок или неизбежный процесс смены одного другим?

- Мне кажется, перемены обусловлены временем и они, так или иначе, идут в мир. Сравните с автомобилями. Мы помним, какими они были 20 лет назад, и видим, какие сейчас. То же самое и с производствами. Кто-то не успел за волной изменений. Кто-то посчитал, что старые методы хороши и сегодня, и продолжал работать в том же духе. Наш же приоритет – идти в ногу со временем. Поэтому, на мой взгляд, это неминуемые перемены и привело к ним то, что нужно было развиваться по-другому. Ведь новые технологии сегодня - вы видели это в музее – растут как на дрожжах.

- Что придет на смену металлургии через 1000 лет? Процесс ведь не изменился: из земли достают руду и плавят ее.

- (Улыбается) Если грубо – да. А если заглянуть в тонкости? Процессы меняются. Во-первых, сырье абсолютно разное. Сегодня идет серьезная конкуренция с пластиком и алюминием. Но эти два продукта не обладают качествами железа. Ведь его можно прокатать, а потом получить уникальные свойства, которых просто не будет у пластика и алюминия.

- Значит и через 1000 лет металлургия будет? Если, конечно, хватит на планете руды и угля.

- Мы верим в сталь!

- Многие начинали на ЧерМК. Олег Кувшинников и Георгий Шевцов были вальцовщиками. А у вас есть рабочие навыки?

- Да, я тоже начинал свой трудовой путь вальцовщиком 4 разряда в 1995 году в листопрокатном цехе №2. Пять с половиной лет – на рабочих должностях, потом меня поставили мастером. Эти времена я хорошо помню и тех, с кем работал. Олег Тоболов, два Александра – один Андреев, другой Погодин. Мои наставники на восьмом посту управления. Начальник смены – Владимир Чистяков. Начальник цеха – Константин Зелимханович Дзарахохов.

- То есть вы поймете любого рабочего, который будет вам объяснять свою проблему?

- Да, конечно.

- А это не экстренный случай – выход директора в цех?

- Есть запланированные визиты, а есть – незапланированные. Есть свободное время – я поехал в цех. Например, посмотреть, как реализуются инвестиции. Если у начальника цеха есть время – он меня встретит. А люди у нас, может быть, и не все имеют какие-то особые ораторские качества, редко выступают на публике, но как профессионалы они очень сильные. Мы с ними говорим на одном языке.

- А как вы себя чувствуете на комбинате? Это же монстр, зверь.

- Это не чтобы зверь, а какой-то сильный… Можно сделать ассоциативный ряд. Добываем мы из земли наше сырье. Мы научились управлять огнем. На домне температуры под 2000 градусов. Очень сильные, мощные агрегаты. И эта сила объединяет людей. И главное, что они научились этим управлять. Люди работают как одна цепочка. Мы недавно посчитали, сколько людей вовлечено в производство одной тонны горячего проката. 1621 человек! Костомукша, Оленегорск, Воркута, Череповец. А если еще посчитать тех, кто помогал… Цифры поражают. И это делается каждый день. Почти каждые четыре секунды у нас выходит одна тонна продукции. Поэтому, конечно, многие нас считают монстром…

- Есть у вас любимое место на комбинате?

- Их несколько, я бы отметил два. Первое – листопрокатный цех №2, где я долго работал. Это мое любимое место на производстве. Если говорить про вторую часть нашей жизни, когда мы еще успеваем отдыхать, – это Торово. Здесь познакомились мои родители, полюбили друг друга, живут счастливо. Благодаря им живу я. Мне там нравится – место живописное. И у меня есть желание сделать его лучшим местом на Северо-западе.

- Вам ваше влияние на жизнь города не создает проблем и не увеличивает нагрузку? Люди говорят, что вы влиятельнее руководителей города.

- Люди многое говорят. Это нормальное человеческое право –высказывать свое мнение. Для меня же непозволительно вмешиваться в дела города. С Юрием Александровичем мы в очень хороших отношениях и давно друг друга знаем. И по хоккею - когда вместе играли. Очень много вопросов мы решаем коллегиально. Если город просит помочь, мы стараемся это сделать. Разделить город и то место, где трудятся тысячи сотрудников, невозможно. С городом у нас хорошие отношения и мы стараемся их поддерживать.

- Точечно?

- Я бы сказал системно.

- Хоккейная команда, про которую вы говорите, это та самая, в которой будущий губернатор играл защитником?

- Олег Александрович любил играть защитником. Но, когда мы с ним играли, он всегда был в нападении. Мы с Юрием Александровичем в защите, а он – в нападении. И тут его, действительно, нельзя было остановить… Просто потому что нельзя! Было время..

- Череповец зажат в рамки определения моногород. Кассиры в супермаркетах считают повышенную выручку, когда вашим работникам приходят СМС-оповещения из банков о переводе зарплаты. Что произойдет раньше - закроется комбинат или ЧерМК перестанет определять здесь всё?

- Слово «закроется» неподходящее. Комбинат всегда развивался и был лидером. Что касается моногорода. Алексей Александрович Мордашов в свое время решил, что необходимо делать фокус на развитии малого и среднего бизнеса. Сегодня в области более 30 000 индивидуальных предпринимателей. Всего в сфере малого бизнеса занято более 183 000 человек. И это уже сила. И мы бизнесу помогаем.

- Не могу не заговорить про экологию. Год назад я переехал в Индустриальный район из Заречья. Отличия большие. Постоянно на подоконнике тяжелая пыль. Окна часто мыть приходится. Откуда эта пыль?

- У нас остались два параметра, которые мы должны решить в рамках воздухоохранной деятельности - по пыли и по сероводороду. Есть необходимость обеспечить требования законодательства, и мы это сделаем. Все мероприятия будут реализованы в этом году. Да, есть визуальный эффект от комбината. Я сам каждое утро еду на работу и смотрю, где что. Но вопрос не в визуальном эффекте, а в соблюдении законодательства. Надо смотреть комплексно. Например, автомобилей в городе много. Их выбросы не так видны, но опасны.

- А это красное небо над комбинатом вечером - оно откуда? Приятели говорят, это шлак сливают.

- [Если коротко, то от металлургии. Поясню. Важно понять: металлургическое производство в принципе без выбросов невозможно. На ЧерМК порядка 1500 источников и мы нормируемся по 80 веществам. Это очень серьезные цифры. И наша задача при этом - не ликвидировать дым, а не допустить негативного воздействия выбросов на горожан и превышения нормативов на границе предприятия. Я уже сказал о нашей масштабной инвестиционной программе, так вот даже самые современные газоочистные сооружения не дают 100% очистки. К примеру, установка улавливания неорганизованных выбросов, построенная в прошлом году, дает очистку 10 мг на кубический метр воздуха. Это лучшая мировая практика, установка построена немецкой компанией. Но это означает, что 10 мг пыли на метр кубический все же в воздух выбрасывается. На 3600 тонн только одна установка в конвертерном цехе дает снижение выбросов пыли в год, но это не 100% улавливание. И выбросы видны. И они могут быть особо заметны при использовании определенного состава сырья, при неблагоприятных метеоусловиях, когда не происходит рассеивания].

Как и со шлаком, который Вы упоминаете. Слив шлака не происходит в таком объеме, чтобы создать красное небо, но он также визуально может быть заметен.

- Есть у вас ответ критикам?

- Хороший вопрос вы затронули про критиков. Я этих людей не поддерживаю и не понимаю. Несколько наших попыток привезти критиков на комбинат, показать честно, открыто - что было и как стало, свелись к одному: сами вызвались прийти, но не пришли. Я читаю их сообщения. Они говорят: нас пытаются заманить, газоочистки выключат перед нашим приходом. Как можно выключить часть агрегата? Он просто остановится, потому что будет нарушен единый процесс. Эти люди либо вообще ничего не понимают, либо не хотят слышать, когда выкладывают фотографии 10-летней давности, когда путают пар с выбросами. Критика должна быть конструктивной и честной. Не надо обвинять, не разобравшись, не понимая технологий. Это манипуляция людьми, которые к ним прислушиваются. А жаль. Мы готовы встречаться, принимать у себя, отвечать на любые вопросы.

- Как у вас проходит общение с собственником комбината? Он демократ или авторитарный руководитель?

- Думаю, что ничего экстраординарного и нового не скажу. Алексей Александрович - абсолютный лидер. С очень глубокими знаниями по всем направлениям. Достаточно много важных решений принимается вместе с ним. При его участии. Он умеет слушать, в том числе и конструктивную критику. Сам он всегда аргументированно доказывает, дает идеи. Его распоряжения – это плод взаимных обсуждений и единого понимания, как надо делать.

- А вы сами какого стиля руководства придерживаетесь? Демократического или авторитарного?

- Я придерживаюсь комбинированного стиля. Потому что оба – демократический и авторитарный – имеют и плюсы, и минусы. А, во-вторых, сейчас у нас сформировалась настоящая команда. Ребята сами активны, у них горят глаза. Тут самое главное не мешать, а дать развиваться мысли. Все отмечают, что я требователен. В первую очередь к себе. Потому что ставлю высокую планку.

- Чем обусловлен такой мощный разрыв между зарплатами рядовых работников и директората до 130 раз? Это данные РАН.

- Мне сложно анализировать их статистику. У нас есть понятная система грейдирования, понятные тарифные ставки.

- В 90-е годы многие начальники на ЧерМК были не из Череповца и улетали на выходных в Москву. Сейчас все ли местные?

- Для меня нет понятия «местные». И у нас нет такого понятия как «свой-чужой». Есть команда. Неважно родился ли ты в Череповце и долго ли работаешь. Все наши производственные директора прошли путь от рабочего до директора.

- Вы ходите на все матчи «Северстали» в Ледовый дворец?

- Обязательно, когда не нахожусь в командировке и если нет важных встреч.

- А как ваши личные хоккейные успехи?

- Это было достаточно давно. Если память не изменяет, личным рекордом стали пять шайб за матч. Вы же понимаете – это смотря, с каким соперником играть.

- А кто был на воротах?

- О, сейчас и не вспомнить. Это было, когда мы с Олегом Александровичем и Юрием Александровичем играли. Но на воротах был вратарь – это точно!

- Команда у нас хорошая. И когда те же критики пишут: снять всех – это неправильно. Чемпионат КХЛ становится сильнее. Это мы видим и по сборной, и по приглашенным звездам, и даже по манере игры – по новым тактическим ходам. К сожалению, два года подряд мы не выходим в плей-офф. Не дотягиваем чуть-чуть. Однако задачи никто не снижал. Состав команды усиливается: возвращаются свои хорошие ребята, много ребят на подходе из «Алмаза». Хочется быть первыми, но в то же время мы не участвуем в гонке бюджетов. Мы думаем, как сделать еще лучше нашу хоккейную школу и без того с богатой 45-летней историей. У нас есть тренеры, которые воспитали чемпионов мира. У нас есть бюджет, который мы уже зафиксировали на будущий год. И уже более 1000 детей будут тренироваться.

- А какой будет бюджет?

- Под 900 миллионов.

- Вам не скучно здесь?

- Я люблю свой город. При всем уважении к Москве и Петербургу, другим крупным городам. Я вижу, как он развивается. Я и сам принимаю участие в его развитии. Многие приезжие отмечают, что Череповец нужно понять, пожить здесь. Это совершенно другой город, нежели говорят СМИ или кто-то, кто его не знает. Мне нравится здесь жить.

- Расскажите про свою семью...

- Что сказать? Хорошо, что живы родители. Мама, папа. Супруга помогает мне во всем. Дочка учится в институте. Моей второй бабушке Марине Яковлевне через 10 дней исполнится 100 лет. Живет она на даче. Я навещаю ее каждую неделю. Это мать моего отца.

- А торжества по случаю 100-летия будут?

- Мы не панируем какого-то пафоса, стараемся жить просто - так, как нас воспитали. Но точно будем отмечать. В кругу семьи. Обещали приехать многие родственники. Встретимся, поздравим бабушку. Главное, чтобы все было хорошо.

Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 15 июля 2015 > № 1490947 Сергей Торопов


Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 15 июля 2015 > № 1490946 Сергей Лихарев

Интервью вице-президента по логистике Группы НЛМК Сергея Лихарева

Отраслевые эксперты считают, что в настоящее время спрос на качественные услуги промышленной логистики уже сформирован и соответствующий сегмент рынка обладает высоким потенциалом роста. О его перспективах корреспонденту РЖД-Партнера рассказывает вице-президент по логистике Группы «НЛМК» Сергей Лихарев.

Оценили на собственном опыте

– Сергей Константинович, как Вы оцениваете перспективы развития в РФ таких продуктов, как промышленная логистика?

– Перспективы для развития этого относительно нового вида услуг, несомненно, есть, поскольку задача повышения производительности труда как в логистике в целом, так и во внутренней логистике промышленных предприятий в частности стоит очень остро. Например, если сравнивать удельные затраты на заводскую логистику металлургических предприятий в России, США и странах Европы, то у нас расходы в среднем в 1,5–2 раза больше. Появление профессиональных логистических операторов, которые умеют повышать производительность и сокращать издержки, может существенно повысить общую эффективность производства.

– Насколько мне известно, в НЛМК уже накоплен опыт внедрения промышленной логистики на заводских площадках. Каковы результаты?

– Только за счет передачи АО «ПГК» функции внутризаводских железнодорожных перевозок металлургической продукции на площадке в г. Березовский (НСММЗ) мы за 4 месяца снизили соответствующие затраты на 8%. При этом проект с ПГК – не первый наш опыт аутсорсинга транспортной логистики. Так, еще в 2014-м мы перевели на аутсорсинг легковой автотранспорт на Новолипецком комбинате, что позволило сократить издержки на 13,8 млн руб. в год. Мы и дальше будем развивать аутсорсинг в логистике группы, но только в том случае, если такие проекты будут приносить реальную экономическую выгоду.

Почему ППЖТ не очень нужна промлогистика

– По каким причинам, с Вашей точки зрения, развитием промышленной логистики в РФ в большей степени заняты сетевые операторы (РЖДЛ, ПГК и др.) и в меньшей – различные ППЖТ, хотя последние располагают собственной инфраструктурой?

– Как раз наличие необходимой инфраструктуры у ППЖТ – это первая причина, по которой данные предприятия вряд ли станут крупными игроками на рынке промышленной логистики. Во всяком случае, в ближайшие годы. Главное заключается в том, что владение инфраструктурой подъездных путей оказывает на ППЖТ воздействие, аналогичное ресурсному проклятию ряда стран, богатых полезными ископаемыми. Когда предприятие является, по сути, монополистом, на которого де-факто не распространяется жесткое антимонопольное регулирование, у него отсутствует мотивация и реальная необходимость развиваться – доходы с «арендованных двух метров государственной границы» позволяют неплохо жить, не заботясь о повышении эффективности.

– Получается, что большинство ППЖТ попросту не привыкли к работе в конкурентной среде?

– Совершенно верно, поэтому они не развивают навыки бережливого производства, повышения производительности труда и т. п., а без этого невозможно предложить конкурентоспособную услугу промышленным предприятиям. Ну и дополнительным фактором, конечно, является масштаб: небольшим предприятиям трудно привлекать инвестиции для закупки локомотивов и подвижного состава, модернизации путей и СЦБ и пр.

Проблемы партнеров – наши проблемы

– С какими сложностями сталкивались предприятия НЛМК при взаимодействии с владельцами путей необщего пользования?

– Непосредственно у Группы «НЛМК» таких сложностей нет, поскольку большинство подъездных путей находится в нашей собственности. Мы контролируем данную ситуацию и не планируем передавать сторонним компаниям ключевые элементы наших корневых производственных процессов. Но мы знаем, что у многих наших клиентов, потребителей металлопроката в том числе, такие проблемы есть. Они, в частности, способствуют неоправданному завышению общей цены доставки нашей продукции и заставляют искать альтернативные способы поставок, в первую очередь автомобильным транспортом. Если бы проблема «золотой последней мили» не стояла так остро, то и с сети РЖД уходило бы меньше грузов.

– Какие из данных проблем, с Вашей точки зрения, следует считать наиболее острыми?

– Это и особый порядок тарифного регулирования, и отсутствие недискриминационного доступа компаний-операторов на пути необщего пользования – то есть факторы, которые в конечном счете ведут к завышению стоимости услуг подачи-уборки вагонов. Например, в нашем проекте по частичному переводу отгрузки проката с сети РЖД на автомобильный транспорт почти 80% ожидаемого экономического эффекта связано с экономией на услуге подачи-уборки вагонов, осуществляемой ППЖТ на площадках заказчиков.

– Как можно нивелировать влияние тех факторов, о которых идет речь?

– Я бы предложил пойти по пути, который уже пройден авиационным транспортом. Там была схожая проблематика взаимоотношений авиакомпаний и аэропортов: последние нередко злоупотребляли монопольным положением, предоставляя неоправданные преференции «своим» авиакомпаниям и завышая цену услуг для остальных. Меры, предпринятые Росавиацией, ФАС и ФСТ по установлению правил недискриминационного доступа к аэропортовой инфраструктуре и определению обоснованного уровня цен, были очень жесткими, вплоть до угрозы отзыва лицензии у некоторых аэропортовых операторов, но это существенно повысило уровень конкуренции в отрасли.

Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 15 июля 2015 > № 1490946 Сергей Лихарев


Украина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 13 июля 2015 > № 1441383 Алексей Лебедев

Директор капстроя Запорожстали А.Лебедев: комбинат выполнил инвестпрограмму на 101%

Металлургический комбинат "Запорожсталь" реализует проект по установке газоочистного оборудования на аглофабрике общей стоимостью в 70 млн долл. О работах по модернизации предприятия, инвестициях и планах на будущее МинПрому рассказал директор по капитальному строительству и инвестициям меткомбината Алексей Лебедев.

- Алексей Сергеевич, на предприятии уже введены в эксплуатацию газоочистные системы на агломашинах №1 и №2. Насколько снизились выбросы аглофабрики после окончания работ на двух агломашинах?

- В среднем каждая из установленных новых газоочисток уменьшает выбросы пыли в окружающую среду на уровне 10% от общего количества выбросов комбината.

- Когда планируется завершить реконструкцию всех шести агломашин? Какой объем работ предстоит выполнить?

- Сегодня мы ведем активное строительство газоочисток на четырех агломашинах – №3-6. Инвестиции в проект – свыше 600 млн грн. По завершению строительства производственное оборудование аглофабрики комбината будет полностью оборудовано газоочистными системами в соответствии с Трехсторонним соглашением между Министерством экологии Украины, Запорожским областным советом и МК "Запорожсталь".

К слову, на агломашинах №1 и №2 мы установили два разных типа газоочисток – два принципиально разных технологических решения. На агломашинах №3-6 будет установлено оборудование, идентичное газоочисткам агломашины №2, которое оснащено двумя рукавными фильтрами, обеспечивающими очистку воздуха от пыли, – до 20 мг/куб. м, а также абсорберами для ликвидации сернистого ангидрида. Принцип работы новых систем газоочисток агломашин заключается в многоступенчатости очистки отходящих газов: газ очищается в двух рукавных фильтрах, уловленная железосодержащая пыль из рукавных фильтров возвращается обратно в агломерационное производство. Все газоочистное оборудование нам поставляет украинская компания "Прогресс Групп" (Бердичевский машиностроительный завод "Прогресс"), работы по ее установке будут вести наши надежные партнеры – Запорожское строительно-монтажное управление. Одним словом, экологическая модернизация нашей аглофабрики еще имеет социальный (рабочие места и зарплата) и экономический аспект для двух украинских предприятий.

- В декабре прошлого года "Запорожсталь" приступила к расчистке и подготовке территории, предназначенной для строительства кислородно-конвертерного цеха. На какой стадии находится сегодня реализация этого проекта?

- На сегодняшний день с площадки уже вывезено около 2 тыс. куб. м материалов, которые там находились (ранее на этом месте в балке Маркусовой складировались отвалы. – Ред.). Работы идут согласно графику, сейчас мы наводим порядок в балке Маркусовой.

- Оборудование каких производителей планируется использовать для установки в кислородно-конвертерном цехе?

- В перспективе в цехе будут установлены два конвертера объемом 300 тонн и два литейно-прокатных модуля. Общая мощность этого оборудования – 4,5-5 млн тонн стали в год. Литейно-прокатных модулей пока что в Украине нет ни у кого. Немецкая компания SMS Group провела для нас базовый инжиниринг этого проекта.

В целом проект по строительству кислородно-конвертерного цеха разделен между двумя компаниями. Первая – Primetals Technologies, у которой мы планируем закупить оборудование конвертерного отделения, а SMS Group поставит на "Запорожсталь" литейно-прокатные модули.

- Не изменилась ли заявленная сумма инвестиций в 1,5 млрд долл. Это будут заемные средства?

- Сумма остается без изменений – около 1,5 млрд долл. Проект очень масштабный и поэтому собственными средствами мы не обойдемся. Здесь бы я хотел остановиться на глобальной проблеме, которая подрывает экономику Украины. Инвесторы не готовы предоставлять прямые инвестиции в Украину, инвестиционный климат в нашей стране достаточно тяжелый из-за большого количества законодательных, регуляторных и административных преград, что напрямую грозит дисбалансом экономики и уничтожением отечественной промышленности.

Украинская промышленность, производственные мощности нуждаются в модернизации и обновлении – заводы были построены более 80 лет назад. Бизнесу нужен доступ к дешевым кредитам. Для этого нужны инвестиции, но инвестиционный климат негативный. В Украине идет война, снижен суверенный кредитный рейтинг, и привлечь новое финансирование в этих условиях очень трудно. Во-вторых, я вам честно скажу, нам никакая помощь не нужна. Главное – чтобы нам не мешали.

У "Запорожстали" репутация образцового заемщика, комбинат один из крупнейших экспортёров в Украине и одно из немногих предприятий в стране, которое стабильно работает. У нас нет просроченных задолженностей ни по одному из наших кредиторов, кредитный портфель "Запорожстали" был существенно сокращен за последние три года работы. В частности, в 2012-2013 годах был выплачен синдицированный кредит группе из 13 западных банков в полном объеме, и на сегодняшний день кредитный портфель близок к нулю. Мы активно инвестировали в развитие комбината средства, которые зарабатывали, поэтому инвесторы идут нам на встречу. Часть средств мы планируем привлечь через европейские кредитные агентства, некоторые из которых уже обещали нам сопровождение. Кроме того, предполагается финансирование коммерческими кредитами, а также из собственной прибыли. Мы рассчитываем, что минимум 30% суммы будет получено от европейских кредитных агентств на закупку оборудования у Primetals Technologies и SMS Group.

- Как изменится линейка продукции предприятия после перехода на конвертерную выплавку стали?

- Она расширится – мы сможем более эффективно конкурировать на рынке рулонного проката и поставлять даже некоторые виды листа для автомобилестроения. В частности, мы сможем производить более широкую номенклатуру марок стали, будет смонтирована установка охлаждения, которая позволит прокатывать специфические марки стали для трубной промышленности. Кроме того, новое оборудование позволит нам производить горячекатаный рулон толщиной в 0,8 мм. После завершения этого проекта мы станем более конкурентоспособными на мировом рынке.

- Какие еще крупные инвестиционные проекты реализованы на предприятии и какие запланированы на будущее?

У нас были завершены три очень крупных проекта. Это – строительство новой доменной печи №4 с объемом инвестиций свыше 600 млн грн. Это – строительство новой травильной линии с объемом инвестиций более 700 млн грн. Это – строительство новой газоочистки на аглофабрике с инвестициями более 100 млн грн. И еще около 50 других проектов с бюджетами от 100 тыс. грн. до 20 млн грн.

Отмечу, что инвестиции в общем размере 1,650 млрд грн. – самые масштабные в рамках экономики нашей страны. Такие проекты комбината "Запорожсталь" – это проекты №1 и №2 в Украине. Более того, ни одна область в Украине в 2014 году не получила такого масштаба инвестиций, которую осуществил только один комбинат "Запорожсталь".

Беседовал Василий Январев

Украина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 13 июля 2015 > № 1441383 Алексей Лебедев


Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 3 июля 2015 > № 1481268 Олег Коржов

Интервью гендиректора "Мечела" ТК "Россия 24"

Газпромбанк ведет переговоры о выкупе долга "Мечела" перед Сбербанком. Если компромиссный вариант покупки будет найден, это решит главную проблему компании, заявил генеральный директор Олег Коржов. Когда "Мечел" планирует договориться с зарубежными кредиторами, куда будут поставлять 100-метровые рельсы и почему компания готова поделиться акциями Эльгинского месторождения, об нам рассказал Олег Коржов.

- С какими итогами компания подошла к 2015 году, каковы финансовые показатели за 2014 год? Можно ли сравнить прибыль с периодами прошлых двух лет и какова будет дивидендная политика?

- По итогам 2014 года компания заработала убыток 147 миллионов долларов, по отчетности международной американской. Значит, данный результат, с одной стороны, безусловно, не очень хороший, потому что мы закончили с минусом, но радует, что у нас появились положительные тенденции к улучшению результата. По итогам 2013 года компания заработала 527 миллионов убытка. Поэтому можно констатировать, что по итогам по сравнению с 2013 годом убыток сократился почти в три раза. Тем не менее, учитывая, что компания отработала с убытком, на собрании акционеров было принято решение не выплачивать дивиденды по обыкновенным акциям. По привилегированным акциям было принято решение выплатить дивиденды общего размера порядка 7 миллионов рублей.

- Если посмотреть на результаты 2015 года I квартала, какие здесь цифры?

- Безусловно, те тенденции, которые были на рынке в I квартале 2015 года, они положительно повлияли на финансово-экономические результаты. Мы буквально недавно отчитывались перед инвесторами по итогам I квартала. И констатировали, что мы заработали 211 миллионов рублей. Для сравнения, для понимания цифр: в I квартале аналогичного прошлого года мы заработали 86 миллионов долларов. Рентабельность оставила порядка 19%. Это достаточно хороший для нас показатель, который дает нам возможность генерировать положительно денежные потоки и работать с банками по обслуживанию наших кредитов.

- Но и вопрос, который чаще всего появляется сейчас в СМИ: в какой стадии сейчас идет урегулирование долга с кредиторами?

- За последние полгода мы провели очень большую работу по урегулированию наших отношений и проблем со всеми банками. С рядом кредиторов мы подписали кредитное соглашение еще в конце 2014 года. И на протяжении полугода их выполняем. С нашими основными кредиторами я бы выделил, наверное, 4 основных направления. Это два банка с участием "Газпромбанка" и "Банка ВТБ", у нас подписаны предварительные соглашения, в рамках которых сейчас ведется работа по переподписанию новых кредитных соглашений. Мы планируем, что в ближайшее время в течение недели, максимум двух, мы закончим оформление всех документов, техническое оформление и подпишем новое кредитное соглашение, в рамках которого будут реструктуризированы наши долги. Второе направление – это синдикат банков западных, где у нас задолженность порядка миллиарда долларов США, здесь у нас все достаточно понятно. Они ждут урегулирования наших вопросов с банками государственными, после чего готовы присоединиться к общей реструктуризации. Здесь мы тоже не видим больших проблем. Но и, безусловно, проблема на сегодняшний день для нас остается – это наши взаимоотношения со Сбербанком. Как вы знаете, пока на сегодняшний день нам не удалось достичь договоренности о реструктуризации задолженности. Для решения этого вопроса мы пригласили финансового консультанта компании с мировым именем "Ротшильд", которая вместе с нами пытается найти компромиссный вариант, для того чтобы мы все-таки смогли прийти к какому-то консенсусу. Работа на сегодняшний день продолжается. Ведутся, есть предложения с нашей стороны с компанией "Ротшильд" по вариантам реализации этой стратегии. И есть предложения Сбербанка. Мы не застопорились, мы работаем, мы очень надеемся, что в конечном итоге мы все-таки достигнем договоренности. И вот это на сегодняшний день, пожалуй, наиболее проблемный единственный остался кусок работы по реструктуризации задолженности перед банками. Мы его закончим в каком-то краткосрочном промежутке времени. Мы видим, как мы движемся. Что мы, наверное, скорее всего, в течение где-то месяца-двух должны прийти к какому-то решению.

- Если очень коротко, какие предложения звучат от участников? То есть от Сбербанка, от вас, от посредника?

- Мы, в принципе, как я уже говорил неоднократно, сделали финансовую модель, которая показывает, как компания может обслуживать и гасить задолженность. То есть мы не хотим влезать в формат решения и реструктуризироваться, а через месяц опять прийти в формат неисполнения наших обязательств. Поэтому на основании этой модели мы видим, что нам надо около двух лет на выплату кредита. При нынешней рыночной конъюнктуре мы не в состоянии погашать тело кредита, но мы в состоянии оплачивать проценты. Поэтому у нас, в принципе, предложение было одинаково для всех. Первое: это в кризисном периоде порядка 2 -3 лет, далее погашение долга в течение 3-5 лет основного долга. И, как мы неоднократно говорили, мы предлагали всем банкам варианты вхождения в капитал наших дочерних обществ в том или ином размере, с тем чтобы можно было поучаствовать в управлении компанией и активами и посмотреть, как это все делается изнутри компании.

- "Газпромбанк" сейчас обсуждает возможность покупки долга перед Сбербанком. Вот как такая ситуация может помочь разрешить эту проблему?

- Но я не знаю, к сожалению, мне неизвестны итоги переговоров "Газпромбанка" со Сбербанком, потому что они ведутся на конфиденциальной основе. И нас не посвящают. Я знаю, что такое общение идет. "Газпромбанк", действительно, в этой ситуации нам оказывает достаточно большую помощь в виде переговорщика, в виде банка, который готов взять на себя определенные моменты переговоров. Я не знаю и не могу их оглашать, потому что их просто не знаю. Безусловно, если такая возможность будет и если "Газпром" найдет какой-то компромиссный вариант, в том числе по выкупу долга Сбербанка, безусловно, для нас это будет большой плюс, потому что он решит нашу самую главную проблему, которая есть на сегодняшний день. Да, она перейдет в плоскость "Газпромбанка", но с "Газпромбанком" у нас понятные отношения, у нас понятная логика поведения, и мы понимаем, к чему мы идем. Поэтому, безусловно, с "Газпромбанком" нам было бы проще договориться.

- Вот еще одно возможное решение. Недавно вице-премьер Юрий Трутнев заявил, что "Мечел" может отказаться от доли в Эльгинском месторождении. Ранее компания "Мечел" говорила, что не будет отказываться от этого актива. Почему было изменено решение?

- Я бы не сказал, что оно было изменено. Оно трансформировалось. Потому что мы неоднократно говорили, что у нас есть ряд предприятий, которых мы не относим к стратегическим. И они продаются, мы рассматриваем предложения, мы ведем работу по их продажи. Что же касается наших стратегических объектов, к которым месторождение, безусловно, относится, мы говорили, что мы готовы рассмотреть любые варианты по любому предприятию, если они будут для нас интересны. Мы не накладываем вето на какой-то из наших активов, мы готовы посмотреть любое предприятие, но если будет достойное коммерческое предложение, которое устроит нас. В этой связи Эльгинское месторождение не является исключением. Если по Эльгинскому проекту будет предложение, которое нас устроит, мы готовы поделиться частью акций в этом проекте и с тем, чтобы решить наши основные долговые проблемы по задолженности перед банками. Поэтому мы не отметаем этот вариант, мы его рассматриваем. И в рабочем порядке смотрим над этими предложениями.

- Но все-таки вы говорите, что речь идет о части акций. То есть о какой доли может идти речь и какая доля уже не может быть выставлена?

- Я бы не стал на сегодняшний день называть цифры, потому что это является предметом наших сегодня коммерческих переговоров, я бы не хотел эти вопросы до того момента, пока мы не договоримся или не рассмотрим, согласимся или не согласимся, выносить на общую публику.

- Но еще один проект, уже подтвержденный: компания "Мечел" будет продавать рельсы в течение трех лет компании РЖД. Как этот проект поможет решить проблемы, финансовые проблемы в компании?

- Мы и год назад заявляли, что, реализовав столь сложный и финансово очень емкий проект - практически миллиард долларов США было потрачено на реализацию этого проекта, - мы видели этот объект как одну из наших точек роста. Мы говорили о том, что мы построили проект. Дайте нам время для того, чтобы мы смогли раскрутиться там, выйти на проектные мощности, чтобы он начал давать и зарабатывать прибыль. Вот этот год у нас есть. На сегодняшний день стан работает, стан производит от 10 до 13 тысяч балки ежемесячно и постепенно расширяет свою ассортиментную линейку, что нас, безусловно, радует. Данная продукция пользуется достаточно большим спросом. И мы видим рынки, которые потенциально есть по этому проекту. Поэтому то дополнение, которое у нас есть к этому стану, – это рельсы. Оно, безусловно, но позволит нам расширить сортами данного стана. Действительно, в пятницу мы получили сертификат на рельсы. Это для нас это очень знаковое событие. Наверное, одно из самых важных на сегодняшний, в 2015 году. Потому что он дает нам возможность продавать не только рельсы в промышленности, которые мы производим, продаем на сегодняшний день. Но уже выйти непосредственно на РЖД и поставлять рельсы общего значения, общего пользования для РЖД. Это очень важно, потому что рельсы являются достаточно маржинальным видом продукции и позволят нам увеличить объемы производства на Челябинском металлургическом комбинате. Безусловно, кроме РЖД мы будем искать рынки сбыта за рубежом. Сертификат, который мы получили, у нас распространяется на весь Таможенный союз. Поэтому в страны СНГ нам уже не надо будет проходить сертификацию. И параллельно мы сейчас начинаем работать над тем, чтобы получить сертификацию, провести сертификацию нашей продукции на рынках дальнего зарубежья, что опять же даст нам дополнительный импульс, дополнительный толчок для продаж и для увеличения выручки от реализации.

- А теоретически кто может стать покупателем? И о каком объеме продажи может идти речь?

- Об объеме продаж на сегодня сложно говорить. Любой рынок требует входа, требует определенных, определенного времени, для того чтобы клиенты и поставщики, потребители поняли друг друга. На сегодняшний день наши объемы возможные потенциальные - стан рассчитан на миллион сто тысяч тонн. Вот в этом диапазоне, в принципе, мы можем работать. Изначально мы планировали, что половина продукции это будут рельсы, половина будет продукция строительного ассортимента. В зависимости от того, сколько возьмет РЖД от этого объема, от 500 тысяч тонн, мы все остальную часть готовы будем поставлять на экспорт. Но это, безусловно, сложно. Потому что на рынках дальнего зарубежья есть свои поставщики рельс. Но, тем не менее, это то, к чему мы будем стремиться в любом случае с нашей продукцией. Наша продукция сегодня соответствует самым высоким требованиям мировых стандартов, она делается по современной технологии. Поэтому мы имеем абсолютно те же конкурентные преимущества, что и основные производители в Европе и в странах Юго-Восточной Азии. Поэтому надеемся, что наша продукция будет востребована.

- И все-таки, если говорить о контракте с РЖД, какое влияние, какой эффект может оказать это соглашение на вашу компанию?

- Повторюсь, что здесь принципиальный момент – это объемы реализации и цены. Пока есть две неизвестных, говорить, какое это окажет влияние, достаточно сложно. Именно в августе мы планируем провести серию переговоров с РЖД по объему и по ценам. Исходя из этих параметров мы готовы будем встретиться попозже, сказать, к чему это приведет. Потому что умножение одного на другое дает финансовый результат. Пока он ноль, потому что пока мы потенциально не продали ни тонны РЖД. Но с учетом тех объемов, которые мы будем продавать, этот показатель, безусловно, будет увеличиваться.

- Спасибо большое, Олег Викторович!

Россия > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 3 июля 2015 > № 1481268 Олег Коржов


Россия. Весь мир > Металлургия, горнодобыча > oilru.com, 3 июля 2015 > № 1456580 Алексей Мордашов

Владелец "Северстали" Алексей Мордашов о дивидендах, санкциях и политических схемах.

В мае основной владелец "Северстали" (79,2% акций) АЛЕКСЕЙ МОРДАШОВ покинул пост гендиректора компании и возглавил совет директоров, объяснив это желанием заняться другими своими бизнесами. Предприниматель рассказал "Ъ", почему "Северстали", выплатившей за 2014 год и первый квартал этого года 72,4 млрд руб. дивидендов, некуда инвестировать и что будет происходить с его остальными активами.

-- "Северсталь" долго собирала активы в США, затем чистила их, а в прошлом году продала последние -- металлургические Dearborn и Columbus и угольную PBS Coals. Когда было принято решение, с чем это было связано?

-- Мы пришли к выводу, что продажа создает больше стоимости, чем сохранение внутри компании. Все американские активы прошли непростой путь, но в конечном счете оставшиеся компании демонстрировали по меркам США очень хорошую маржу, можно сказать, на уровне лучших практик местной индустрии. Однако это все равно было намного ниже, чем у российских активов, и американские компании размывали нашу общую маржу. Объем генерации доходов, EBITDA и денежного потока, который был рекордным для них, все равно составлял меньше 6% общих доходов "Северстали". А цена, которую мы получили за американские активы, превосходила их EBITDA раз в 12, то есть чистый кэш-аут за 20 с лишним лет вперед. Мы просто получили хорошую цену и за счет продажи снизили свой чистый долг до 0,7 EBITDA на конец года, заплатили спецдивиденд в $1 млрд, достигли самой высокой маржи в стальной индустрии по итогам 2014 года.

Вот, собственно, и вся логика. Да, отчасти грустное размышление -- столько нервов, сил, времени потрачено на развитие американского бизнеса, но, с другой стороны, это бизнес. Активы попали в хорошие руки, и, надеюсь, будут развиваться. Мы же монетизировали нынешнее положение этих компаний, пусть и с убытками выйдя из истории, но с хорошими результатами под конец.

-- Вы акционер банка "Россия", включенного в санкционный список правительства США. Были опасения, что вы лично или ваши публичные компании -- "Северсталь", Nordgold, TUI -- могут попасть под санкции? Что делалось, чтобы этого избежать?

-- Ничего не делалось. Во-первых, мы не чувствовали и не чувствуем никаких проблем и рисков, никогда не получали вопросов и замечаний ни в мой адрес, ни в адрес компаний, входящих в нашу группу. Никогда. А во-вторых, как можно этого избежать? Я не могу влиять на Госдеп США, даже если бы хотел. Да, кстати, и не хочу. В целом очень жаль, что такая ситуация сложилась между Россией и нашими западными партнерами, но будем надеяться, что она нормализуется. Не думаю, что какие-то претензии были и к банку "Россия", к его партнерам, ключевым акционерам конкретно -- все их проблемы возникли не из-за них самих, а из-за больших политических схем.

-- У вас сохраняется убеждение в оптимальности вертикально интегрированной модели бизнеса "Северстали"?

-- Несомненно, энтузиазм по поводу сырьевых активов стал меньше: цены на железную руду за год упали практически вдвое, на уголь -- чуть меньше. Но все равно мы считаем, что вертикальная интеграция полезна, если это интеграция хороших активов. Когда у вас есть хорошие сырьевые компании, это важный фактор конкурентоспособности. При всем падении цен рентабельность наших сырьевых активов продолжает оставаться слегка выше, чем рентабельность стальных, хотя баланс, похоже, склоняется в сторону стали. Но, конечно, мы не считаем их большим отдельным бизнесом и не планируем инвестировать в новые проекты.

-- Баланс склоняется в сторону стали, а девальвация рубля с прошлого года поддерживает производителей... Как удалось на этом фоне отрасли убедить правительство не вводить экспортные пошлины?

-- Это ведь очень просто. Наша отрасль чрезвычайно циклична. И руководители, которые принимали решение по этому вопросу, несмотря на жалобы отдельных покупателей, прекрасно понимали это. Цена, которую мы обсуждали в феврале 2015-го, равнялась той цене, которую мы выставляли летом 2011 года...

-- В долларах?

-- В рублях. С лета 2011 года цены падали, падали, потом резко возросли. У нас рентабельность упала до 13-14%, а ведь мы считались одними из лучших в отрасли. И никто не жаловался в правительство, наши потребители воспринимали все совершенно нормально: цены в мире пошли вниз, и в России тоже. Но когда конъюнктура в мире резко изменилась вслед за курсом и мы начали поднимать цены, все стали говорить: "Ну как же так, что металлурги делают?"

Слушайте, рынок есть рынок. Сегодня мы видим, что цены снова падают и в мире, и в России, так устроен рынок. И рыночная экономика тем и сильна, что позволяет создавать правильную мотивацию для производителя -- несмотря на все эти трудности, мы постоянно снижаем издержки. Когда разговаривали с руководителями разного уровня, мы как раз эти факты и приводили. Не мое дело учить наших потребителей, им виднее, что делать, но я думаю, что не в этих препирательствах будущее.

А что значит экспортные пошлины? Они приведут к затруднению для нас экспорта, потере нами экспортных рынков, но факт остается фактом: Россия производит существенно больше стали, чем потребляет. Мы, если взять грубые оценки, производим 70 млн тонн, а потребляем 40 млн тонн. Если просто ввести пошлины и снизить экспортные возможности, кто от этого выиграет? Что будет с отраслью, которая является крайне важной для российской экономики, для экономики целого ряда регионов? Вот эти простые соображения были услышаны.

И еще один момент -- кто на нас в основном жалуется? Автопром. Но проблемы автопрома не в этом, они -- в спросе, который упал примерно в два раза в первом квартале. В этих условиях, какая бы цена на сталь ни была, это не решило бы проблемы автопроизводителей. Но ничего, цены на сталь теперь снова падают. Мы очень любим и ценим наших клиентов и будем обсуждать цены и дальше.

-- Чего вы ждете от российского рынка стали в ближайшие год-два? Остаются в силе прогнозы, которые вы делали в начале года, совпадают ли с прогнозом Worldsteel?

-- Worldsteel считает, что российский рынок упадет на 6-7%, я думаю, что меньше -- на 4-5%. Российская экономика показала чрезвычайно высокую степень гибкости и устойчивости. И вот эта свободная игра рыночных сил, которой придерживались те, кто принимает решения, позиция ЦБ -- все это очень помогло. Да, в конце прошлого года все было достаточно болезненно, это был шок, но, как оказалось, достаточно короткий. Он еще не прошел, но уже видны, мне кажется, признаки того, что ситуация улучшается. И это залог подъема национальной экономики. У нас много правильных шагов предпринимает экономический блок правительства и ЦБ. И, я надеюсь, мы увидим лучшую динамику ВВП, а это значит, что и лучшую динамику спроса на сталь. Я думаю, что происшедшая коррекция курса является фундаментально полезным фактором для национальных производителей. При курсе 55 руб. за доллар мы более конкурентоспособны, чем при 30 руб., это факт. А импорт наоборот.

-- Какой, кстати, была ваша первая реакция на повышение ставки ЦБ?

-- Первым делом я подумал -- очень хорошо это помню, как раз вышел с совещания: интересно, как на это отреагирует экономическая ситуация в стране и прежде всего как будет вести себя спрос -- на все. Для меня при всех наших усилиях по экспорту и его важности для всех компаний, которыми я владею, главный рынок -- это Россия. А волатильность всегда несет в себе большой риск для покупательной способности. И я подумал: интересно, где остановится волатильность? Всегда происходит некая коррекция курса и макроэкономических параметров, хотя я не ожидал, что потом курс будет таким. Было видно, что происходят некие сдвиги, например, нефть падала. Но никто не ожидал, что это будет так и в такие сроки.

Более того, в сентябре мы приняли ряд решений, которые в тот момент показались нам достаточно спорными, поскольку не подразумевали такой жесткой коррекции. В принципе мы придерживаемся сбалансированной политики, но получилось, что "Северсталь" несколько выигрывает, "Силовые машины" несколько проигрывают, потому что у них большая часть продаж номинирована в рублях. "Свеза" выигрывает, потому что у нее еще больше доля экспорта, чем у "Северстали". "Утконос" -- непонятно, по идее он просто ритейлер, но тем не менее падающая покупательная способность потенциально для него негативна, и он скорее проигрывает, в том числе от инфляции. Большинство наших компаний в целом относительно устойчивы к курсу: одни слегка выигрывали, другие слегка проигрывали. Но у нас заимствования практически все в долларах и евро, поскольку валютные кредиты всегда были дешевле. Есть рублевые кредиты, но их доля в общем портфеле гораздо меньше, чем валютных.

-- При стабилизации курса и сужении спредов между ценами на сырье и готовую продукцию могут ли стальные компании сохранять такую же щедрую дивидендную политику, как в 2014-2015 годах? У многих российских компаний были рекордные дивиденды, запуск программ buyback -- с чем это связано?

-- У "Северстали" спецдивиденды были связаны с хорошей ликвидностью, мы же продали американские активы. Мы собираемся и дальше сохранять политику выплат дивидендов из прибыли, пока наш долг будет оставаться ниже уровня 1 EBITDA. Мы не ждем каких-то рекордных доходов, первый квартал был скорее экстраординарный, и второй будет немного хуже.

По поводу причин не возьмусь отвечать за других, но у нас логика очень простая: компания генерирует хороший денежный поток, мы используем часть этого кэша на дальнейшее развитие, но в силу рыночных ограничений особенно инвестировать "Северстали" не во что. Все самые важные инвестиции мы уже сделали. Да, мы будем вкладывать деньги в развитие downstream, в качество, сортамент, но больших денег наши активы сейчас не требуют. И мы просто отдаем деньги акционерам, рассчитывая, что они используют их лучше. Мы видим такую единодушную позицию не потому, что у всех резко возникла нужда в деньгах, просто компании генерируют этот денежный поток, который не нужно утилизировать. И мы платим больше дивидендов.

-- Как сказались на бизнесе "Силовых машин" санкции, прекратились ли импортные поставки конкурентов в Россию?

-- Нет, вообще ничего не изменилось, пока никаких ограничений на импорт энергооборудования на российском рынке нет -- ни экономических, ни политических. Кстати, иностранные компании тоже не испытывают на себе никакого давления, никоим образом не подвержены этим санкциям. И очень активно пытаются завоевать российский рынок. Мы с ними также активно конкурируем, что хорошо в принципе. Но при этом надеемся, что все-таки все больше и больше наши покупатели, особенно госкомпании, будут благосклоннее принимать наши предложения, и с надеждой смотрим на перспективы импортозамещения: все-таки энергетическое оборудование -- это чувствительная и важная тема, в том числе для национальной безопасности.

-- В Крыму планируется построить 400 МВт. На ваш взгляд, это реально и планируете ли вы туда поставлять?

-- Интересно, что мы сегодня видим существенную конкуренцию за эти проекты, в основном со стороны западных компаний -- они активно проникают на этот рынок, и почему-то их никакие санкции в отношении Крыма не сдерживают. Возвращаясь к вопросу, это зависит от государственной политики и федеральных инвестиций в развитие Крыма, которые, надеюсь, состоятся. Тогда перспективы по генерации в Крыму есть. Наверное, газовой генерации -- там собственные источники газа на шельфе, с одной стороны, и, с другой стороны, экологически это все-таки самый чистый способ сегодня, что очень важно для Крыма, снова ставшего всероссийской здравницей. Я не готов конкретно прокомментировать, пока там никаких контрактов нет, но мы, несомненно, хотим участвовать в таких проектах.

-- Как сейчас продвигается проект целлюлозного комбината "Свезы"?

-- С трудом. Мы видим понимание и поддержку со стороны руководителей разного уровня, в том числе самого высокого, и желание нас поддержать, но бюджетная ситуация такова, что сделать это трудно. Мы рассчитываем реализовать проект в форме государственно-частного партнерства. Надеемся, что государство профинансирует инфраструктуру, чтобы снизить нашу инвестиционную нагрузку и получить разумную окупаемость проекта в восемь-девять лет. Но нам много денег сразу не надо, мы рассчитываем найти взаимопонимание, постепенно войти во все списки, зарегистрировать особую экономическую зону и двигаться дальше. Мы в этот проект верим, несмотря на то что он требует гигантских частных инвестиций -- $2,3 млрд. Фундаментально это должен быть один из лучших целлюлозных заводов в мире.

-- Несколько лет назад говорилось о привлечении инвесторов в целлюлозный проект -- это актуально? И не нужен ли самой "Свезе" партнер, стратегический или финансовый?

-- В "Свезу" в ее сегодняшнем виде -- нет. Нам не нужен стратегический инвестор с точки зрения привлечения технологий, не нужен и финансовый -- у компании нулевой долг, временами даже отрицательный, и неплохая генерация чистого кэша. Но нам, возможно, действительно понадобится партнер на целлюлозный завод. Посмотрим. У нас были определенные идеи, проработки. Но вы же сами заметили, что сейчас щедрые дивиденды в металлургии -- может, они нам как раз помогут со "Свезой" и ее проектами. Что-то же с этими деньгами надо делать, а два костюма на себя не наденешь. Дивиденды все равно пойдут в инвестиции, куда еще?

-- У вас есть инвестиции в телеком совместно с Юрием Ковальчуком. Почему решили инвестировать и в Tele2 Russia?

-- Это очень перспективное направление, по нашему глубокому убеждению, на рынке есть место для четвертого крупного оператора. И этим оператором будет Tele2, у которого есть прекрасный потенциал в виде набора лицензий, частот. Есть уже завоеванные доли рынка во многих территориях, сейчас принципиально важно войти в Москву. В целом Tele2 обещает быть очень сильным игроком на телекоммуникационном растущем рынке. Мы видим, что значение "голоса" падает, а значение передачи данных растет: мы все больше и больше живем в интернете, где покупаем билеты на самолет и в театр, смотрим самые разные вещи. Не бывает ни одного дня, чтобы я не зашел в "Википедию" пару раз узнать чью-нибудь дату рождения, какие-то исторические факты. Я миноритарный инвестор в этом проекте, но он обещает быть очень перспективным.

-- Инвестпрограмма Tele2 в строительство сетей на 120 млрд руб. сейчас пересматривается?

-- Нет. Мы несколько уменьшили инвестпланы в середине прошлого года, но ключевые направления остаются теми же. Мы просто хотим получить большую отдачу на инвестиции и не так сильно наращивать долг, как планировали раньше, но Москва и ряд приоритетных регионов остаются в планах компании.

-- Инвестировать будете пропорционально долям?

-- Компания обладает достаточной заемной мощностью и привлекает деньги с рынка. Пока акционеры не вкладывают средства.

-- Насколько вы вовлечены сейчас в разработку стратегии туристической TUI?

-- Российских активов -- очень активно, всей международной компании -- достаточно активно. Я думаю, что по большому счету у российской TUI и глобальной компании одна и та же проблема -- это выбор правильного рыночного позиционирования. Притом что TUI сегодня лидер рынка, она теряет долю. У TUI есть все возможности понять, какие продукты востребованы рынком, какой сервис нужен клиентам, что сделать, чтобы наращивать долю рынка плюс снижать издержки. "Северсталь" и "Севергрупп" не являются лучшими специалистами в маркетинге, но у нас есть практики построения корпоративной культуры, снижения издержек, они, мне кажется, были бы полезны TUI. Мы постараемся на российских активах прежде всего это реализовать.

-- Тем более вы можете пакет увеличить.

-- Могу и хочу, наверное.

-- До какого размера?

-- Я думаю, что не буду переходить порог в 30%, после которого нужно будет делать предложение акционерам. Мой желательный пакет -- 20-25% в зависимости от ситуации.

-- Во что сейчас вкладываются ваши инвестфонды?

-- Есть два фонда. Один это Aterra Investments, который входит как миноритарий в некоторые активы, в основном майнинговые. Это около двух десятков проектов по всему миру: в Африке, в Канаде, в Европе, в России. Небольшие проекты с очень хорошими фундаментальными показателями. Это сектор junior miners, который сейчас переживает не самые лучшие времена, но мы считаем, что определенный подъем спроса на сырьевые товары в мире будет. Все активы, с одной стороны, требуют развития, с другой -- мы никогда не входили в активы с плохими фундаментальными показателями.

-- А есть среди них какие-то неожиданные проекты? В прошлом у вас был, например, интерес к урану...

-- Там есть более или менее все минералы: медь, серебро, уран, хром, поташ, есть, по-моему, даже алмазы. Но это не значит, что мы будем строить второй "Уралкалий", вовсе нет. Это портфельные инвестиции в небольшие проекты: $5-10 млн в каждый, весь портфель -- $100-150 млн максимум. И это всегда миноритарный пакет, временно мы иногда выходим за долю более 50%, но стараемся ее снизить.

-- У вас там известные партнеры есть?

-- De Beers, например.

-- А второй фонд?

-- Это старый фонд прямых инвестиций "СГКМ групп", но там фаза сворачивания и выхода из проектов -- где-то удачных, где-то -- нет. В основном это хай-тек: лазеры, справочник, прибор для определения качества лекарства и так далее. В основном инвестиции в стартапы, и это небольшой фонд -- где-то $120 млн.

Интервью взял Анатолий Джумайло

Россия. Весь мир > Металлургия, горнодобыча > oilru.com, 3 июля 2015 > № 1456580 Алексей Мордашов


Россия. ПФО > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 3 июля 2015 > № 1419915

В Удмуртии также разработан нанометалл с "удивительными свойствами"

Опытное производство деталей из нанометариалов с увеличенной до 10 раз долговечностью организовано в Удмуртии. Об этом сообщил директор удмуртского филиала института механики уральского отделения Российской академии наук Вячеслав Дементьев на заседании совета по инновационному развитию республики.

По его словам, проект разрабатывался долгое время и сейчас может «выходить на промышленные просторы». Технологии, разработанные в Удмуртии, могут быть использованы в металлургии, машиностроении, оборонно-промышленном комплексе, транспортной, нефтегазовой, агротехнической и химической промышленностях.

«Предлагаемые технологии обеспечивают повышенную долговечность – в 2-3 и более раз, для отдельных изделий - более 10 раз повышения эксплуатационной долговечности. Повысится коэффициент использования металла в 1,5-2 раза, при этом снизится трудоемкость на 25-30%. Технология исключает из производства экологически неблагоприятные факторы – это токсично-закалочные среды, кислотные методы, удалении окалины и обеспечивает новый уровень конструкторско-технологических характеристик перспективных образцов техники», - сказал Дементьев.

Разработчики проекта оценили его стоимость в 570 млн рублей, при этом планируемая выручка составляет 100-150 млн рублей в год. Срок окупаемости – 3 года, при рентабельности в 20%. По словам Вячеслава Дементьева, сейчас ведутся переговоры на предмет инвестиций с Ижевским мехзаводом, концерном «Калашников» и «Ижнефтемашем».

Отметим от MetalTorg.ru, что это типичное и основное свойство разработанных в России наноматериалов. Они всегда требуют дополнительных инвестиций для того, чтобы найти какое-либо внедрение и применение.

Россия. ПФО > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 3 июля 2015 > № 1419915


Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > rosbalt.ru, 1 июля 2015 > № 1419057 Вадим Водопьянов

Генеральный директор дочерней компании Калининградского янтарного комбината АО "Янтарный Ювелирпром" Вадим Водопьянов рассказал "Росбалту" о том, каких результатов добилось предприятие, и какие задачи стоят перед янтарной отраслью России.

— Прошло около двух лет с начала модернизации на предприятии. Как с тех пор изменились объемы производства и продаж, уровень рентабельности, налоговые отчисления?

— Изменения произошли положительные. Увеличился количественный состав работников нашего предприятия, выросла мощность производства, это сказалось на наших налоговых отчислениях.

Если сравнить с показателями 2013 года, то увидим, что мы минимум в два раза увеличили отчисления по НДФЛ, страховые взносы, НДС. Впервые за долгие периоды мы начали платить налог на прибыль. Если в предыдущие годы были накоплены убытки, то за два года мы смогли их погасить и начали платить этот налог, имеющий большое значение для пополнения бюджета нашей страны. В 2014 году мы заплатили более 68 млн рублей налоговых отчислений в бюджеты различных уровней, включая страховые взносы. Если говорить об объемах производства, то количественные показатели тоже подросли. В 2013 году мы выпустили 69 тыс. штук изделий, в 2014 году – 80 тыс., а за четыре месяца 2015 года – уже почти 38 тыс. Но объем выручки увеличился еще значительнее количественных показателей. Дело в том, что мы стали расти в производстве качественной продукции – она стала более красивой и, значит, более дорогостоящей.

Если в начале 2014 года "Янтарный Ювелирпром" насчитывал около 120 сотрудников, то сегодня у нас фактически работает около 200 человек. Было приобретено дополнительное оборудование, расширены производственные площади. Результатом этой работы стало увеличение объемов производства готовой продукции, и, соответственно, возросла необходимость в ее реализации. Сейчас мы мы являемся дочерним предприятием Калининградского янтарного комбината, имеем свою розничную сеть, за эти два года открыли несколько магазинов. Была воплощена идея о том, что наши торговые точки должны отличаться от тех, что уже работают в Калининградской области. Наши магазины изменились внешне, стали более презентабельными и удобными для клиентов.

— Не испытываете ли дефицит квалифицированных кадров в связи с расширением производства?

— Есть такая проблема. За последние 20 лет было меньше созидания, а больше разрушения – как по объективным, так и по субъективным причинам. За прошедшие годы упал престиж рабочих специальностей. Сегодня проще найти инженера и юриста, чем высококвалифицированного рабочего, который непосредственно стоит у станка и создает продукцию. А для того, чтобы подготовить высококвалифицированного рабочего, времени нужно не меньше, чем для обучения человека с высшим образованием.

Это произошло нескольким причинам. Первая из них заключается в слабой, на наш взгляд, подготовке на среднем профессиональном уровне. В Калининградской области нет достаточного количества профессиональных училищ, "настроенных" на янтарную отрасль. Есть Художественно-промышленный техникум, но этого, с нашей точки зрения, мало. Кроме того, у людей не всегда есть возможность получить нужное образование. Если говорить об удаленных регионах, то обучение в профильных техникумах и училищах сопряжено с переездом, определенными материальными затратами.

Вторая причина заключается в том, что уровень зарплаты сотрудников, которые остались работать на предприятии, в последние годы не отвечал необходимому минимуму. В итоге нарушились многие связи, была утеряна преемственность.

Калининградский янтарный комбинат всегда был градообразующим предприятием для поселка Янтарного, который подпитывал предприятие рабочими кадрами. На одном из представительных совещаний была оглашена статистика, согласно которой внушительная часть работоспособного населения Янтарного нигде формально не работает. Это говорит о том, что они либо действительно не работают, либо опосредованно заняты в каких-то непрозрачных производствах. Нездоровую конкуренцию создает незаконная добыча янтаря, которой сегодня занимаются некоторые жители Калининградской области.

Все эти проблемы серьезно нас беспокоят. Чтобы эту ситуацию изменить, всем надо поработать.

— Способствуют ли привлечению молодых специалистов в профессию выставки изделий из янтаря, одна из которых – биеналле "Алатырь-2015" – этим летом проходит в Калининграде?

— Конечно же. Мы не так давно включились в этот процесс, и мировая практика показывает, что такие мероприятия действительно способствуют привлечению молодежи в отрасль. Результаты тут не могут быть быстрыми или одномоментными. Надо проводить кропотливую работу из года в год, набравшись терпения. Талантливая молодежь есть и в Калининградской области, и за ее пределами. Без привлечения молодежи никакого движения вперед не будет. Один из стимулов работы с нею – это проведение и участие в международных и внутренних выставках, конкурсах.

Мы активно участвуем в финансовом обеспечении биеннале, выступаем генеральным партнером, готовим призы и премии. Нами также учреждена специальная номинация "Новая кровь".

— Недавно в Москве прошла арт-выставка, посвященная янтарю, а ранее в Париже. Юдашкин представил коллекцию с использованием балтийского янтаря. Дают ли подобные проекты эффект? Растет ли интерес к янтарю у потребителя?

— Эти проекты только получили свое начало. Если говорить о господине Юдашкине, то благодаря ему за пределами России люди познакомились с янтарем. Мы надеемся, что это даст определенный толчок для продвижения отечественных изделий из янтаря на зарубежных рынках.

Что касается выставки, проведенной в Музее Москвы, то я сам был ее посетителем. Хочу сказать честно, что получил огромное удовольствие и был очень удивлен и тому, как она была организована, и какие работы были представлены. Они кардинально отличаются от нашего представления о том, что такое янтарь и что можно из него сделать. С ним работали молодые люди, которые никогда не были на янтарных производствах: они просто получили этот камень в руки и приложили к нему свои идеи. Даже некоторые знакомые мне дизайнеры, которых я пригласил на выставку, сказали, что увидели совсем другой подход к обработке камня. Это были не просто готовые изделия, а дизайнерские композиции.

Мы уверены, новые креативные задумки будут пользоваться популярностью у современных молодых людей.

— Зарубежные коллеги по производству и продаже изделий из янтаря – это сегодня партнеры или конкуренты для "Янтарный Ювелирпром"?

— К сожалению, партнеров, которым мы не просто что-то продаем, а c которыми мы вместе создаем что-либо, не так много. Но они есть, и сотрудничеством с ними мы дорожим.

Нам не по пути с теми, кто занимается перепродажей. Но предприятия, занимающиеся моделированием и производством ювелирных изделий с использованием янтаря – наши долгосрочные партнеры.

Например, итальянцы никогда не будут конкурировать с целой янтарной отраслью. Но итальянские ювелиры и дизайнеры могли бы помочь нам создать что-то сложное, поделиться своим бесценным опытом.

Сотрудничаем мы и со странами Балтии. Там тоже есть предприятия, которые занимаются обработкой янтаря – это и небольшие компании, и отдельные художники. Их мы считаем своими потенциальными партнерами.

— Какая поддержка нужна янтарной отрасли сегодня от государства?

— Если говорить о минимальных интересах отрасли, то, в первую очередь, нужно создание новой законодательной базы. Речь идет, прежде всего, о решении проблемы нелегальной добычи янтаря. Очень сложно конкурировать прозрачным и непрозрачным системам. Прозрачные добывают янтарь и обязаны предоставить социальный пакет людям, которые у них работают. Непрозрачные не платят налогов, у них другая экономика. Этим двум системам не ужиться. Кто-то должен победить. Если государство поддержит прозрачные системы, то они победят, и государство от этого выиграет. Если нет, то наши перспективы не столь радужны.

В интересах отрасли – выход на глобальный рынок. Считаю, что начать можно с культурного обмена между странами, который затем перейдет в более прагматичную, экономическую плоскость. О янтаре надо рассказывать, распространять идею развития янтарной отрасли, чтобы все не концентрировалось вокруг Калининграда и близлежащих стран Балтии. Пусть все начнется с культурного обмена, а уже потом заинтересуются инвесторы.

— Какую роль в деятельности предприятия играют социальные и благотворительные проекты?

— И до перехода под управление Госкорпорации наша компания принимала участие в общественной жизни. Сегодня мы являемся частью Ростеха, у центрального аппарата есть своя политика в отношении социальных проектов и программ, и мы активно содействуем этой политике.

Если говорить о цифрах, то за 2012 – 2013 годы на благотворительность компанией было израсходовано всего 60 тыс. рублей. А в 2014 году на эти цели было выделено порядка 2,5 млн рублей. В первом квартале 2015 года – 500 тысяч рублей.

Мы помогаем учреждениям, которые очень нуждаются в сторонней помощи. Большую помощь мы оказали дому-интернату "Аистенок" для умственно отсталых детей, находящемуся в Полесске. Из выделенных сумм на благотворительность около миллиона рублей мы перечислили этому детскому дому ежемесячными платежами, а также помощью в виде лекарств, игрушек, приобретения оборудования для классов, благоустройства спальных помещений.

Мы не обошли стороной и региональную организацию ветеранов, оказывали помощь школе в Янтарном, другим детским учреждениям, Музею янтаря.

Если же говорить о социальных программах и взаимовыгодном сотрудничестве, то два месяца назад с подачи генерального директора Калининградского янтарного комбината Михаила Зацепина мы вошли в контакт с управлением ФСИН — организовали работы по производству готовых изделий из янтаря в исправительной колонии №13 в Багратионовском районе. Туда мы поставили оборудование и создали первые 40 рабочих мест, обеспечив работой и зарплатой людей, находящихся в местах заключения.

Руководство АО "Янтарный Ювелирпром", высоко оценивает важность благотворительных проектов, понимает, что обязательства перед обществом у предприятия, являющегося частью Госкорпорации, по определению должны быть выше, чем у аналогичных компаний частного сектора.

Беседовал Дмитрий Ремизов

Россия. СЗФО > Металлургия, горнодобыча > rosbalt.ru, 1 июля 2015 > № 1419057 Вадим Водопьянов


Китай. Россия > Металлургия, горнодобыча > rusmet.ru, 22 июня 2015 > № 1419925

В Москве состоялся семинар поставщиков и потребителей листа с покрытиями, организованный Rusmet (РФ) и MySteel (КНР) с участием представителей Беларуси, Китая, России и Турции

В минувший четверг, 18 июня 2015 года, в здании Правительства Москвы состоялся организованный компаниями Rusmet (РФ) и MySteel (КНР) семинар и деловой завтрак между крупными китайскими поставщиками оцинкованного и окрашенного проката, российскими и белорусскими потребителями и производителями данного сортамента металлопроката и продукции из него.

В ходе встречи удалось обсудить тенденции рынка, установить личные контакты, провести переговоры о поставках.

С китайской стороны в мероприятии приняли участие предприятия:

CNBM International Corporation,

Dalian Xingang Group Co.,

Shenzhen Welmetal Steel Sheet Co.,

Tianjin Shenyuhao International Co.,

Xiamen Construction & Development Inc.

Возглавили делегацию представители соорганизатора семинара – китайской информационно-аналитической компании Mysteel.

С российской стороны во встрече участвовали:

Казанский филиал Камского завода «Металлокровля»,

Магнитогорский металлургический комбинат,

МАКСПРОФИЛЬ,

ПрофСтальПрокат,

Стальнофф,

Стальные конструции – Профлист,

Тримо-ВСК.

В семинаре также приняли участие международная торговая компания «Galex Steel International» и компания «Профметаллсервис» из Республики Беларусь.

«Вводной» к мероприятию послужил обзорный доклад о торговле стальным прокатом между Китаем и Россией от MySteel – крупнейшего новостного и аналитического агентства на стальном рынке Китая. Аналитик Annie Wang отметила, что в последние 15 лет китайская черная металлургия развивались очень быстро и сегодня определяет тенденции мирового рынка стали и сырья для черной металлургии. Объем производства стали в КНР увеличился с 128,5 млн т в 2000 году до 822,7 млн т в 2014 г., а доля китайской стали на мировом рынке выросла с 15% до 50%. За тот же период в России объем производства стали увеличился с 59,1 млн т до 70,7 млн т, однако, доля РФ на мировом рынке сократилась с 7% до 4%. Также Китай является ведущим мировым потребителем стали – на его долю приходится 48% мирового потребления, тогда как доля России в мировом потреблении стали составляет сегодня лишь 3%.

Производство в КНР оцинкованного плоского проката в 2014 году составило 50,75 млн т (+17% по сравнению с 2013 г.), окрашенного – 8,25 млн т (+9%). За первые четыре месяца 2015 года Китай произвел 16,29 млн т оцинкованной (+7% к аналогичному периоду прошлого года) и 2,32 млн т проката с полимерным покрытием (-6.8% к АППГ из-за снижения спроса на данную номенклатуру).

В 2014 году инвестиции Китая в черную металлургию составили 478,9 млрд юаней ($77,14 млрд), спад на 5,4% по сравнению с 2013 годом. Эксперты ожидают дальнейшего замедления темпов роста в ближайшее 5 лет, что связано, в первую очередь, с завершением «большой стройки» в Китае, снижением спроса на стальной прокат на внутреннем и внешних рынках.

В сложившейся ситуации Пекин принял решение начать реализацию долгосрочной экономической программы «One Belt – One Road» («Один пояс – Одна дорога»), цель которой состоит в поиске новых рынков сбыта китайской продукции путем инвестиций в инфраструктуру менее развитых стран. «Одна дорога» – это морской «Шелковый путь» XXI века, «Один пояс» – единый экономический пояс.

MySteel прогнозирует, что в 2015 году потребление стали в Китае снизится на 1,4%, до 728 млн т, а ее производство – на 0,4%, до 820 млн т. Однако, WorldSteel (WSA - World Steel Association) придерживается иного мнения: благодаря изменению структуры экономики потребление стали в Китае вырастет на 0,8%, в странах СНГ – на 1,8% (до 58 млн тонн).

Что касается внешних рынков, благодаря гибкой политике в отношении возврата НДС экспортирующим предприятиям в 2014 году объём экспорта стали из КНР увеличился на 64,5%, до 84,41 млн т. С января по апрель 2015 г. главным потребителем китайского оцинкованного и окрашенного рулона стала Южная Корея. Сами производители признаются, что именно политика китайского правительства играет ключевую роль в определении экспортных тенденций.

В России объем экспорта данного сортамента из года в год снижается, отчасти это происходит из-за высокого спроса внутри страны. Осложняет ситуацию и резкая сезонность рынка проката с покрытиями, обусловленная его преимущественным применением в строительстве. Основными зарубежными поставщиками плоского проката с покрытиями на российский рынок остаются китайские производители (около 20%).

В 2012 году Россия ввела на 5 лет антидемпинговые пошлины на прокат с полимерными покрытиями производства ряда производителей из КНР (Anshan Steel (12,94%), Shandong Guancheng (8,12%) и др. (22,56%)), что привело к сокращению импорта окрашенного китайского листа в Россию на 25,6% в 2012 году и еще на 22,1% в 2013 году. И хотя в 2014 году его импорт возрос на 13% до 375,5 тыс. т, это на 34% ниже пикового уровня 2011 года (569,9 тыс. т). Таким образом, антидемпинговые меры Минпромторга достигли цели, существенно ограничив присутствие поставщиков данного сортамента на российском рынке. Однако, в целом, в сегменте проката с покрытиями конкурировать с ценами китайских поставщиков отечественным производителям по-прежнему сложно.

Затем участники встречи рассказали о своих предприятиях и обсудили представленные данные и прогнозы. Директор по закупкам ООО «МАКСПРОФИЛЬ» Сергей Бодров заметил, что от большего количества поставщиков и производителей на рынке российские потребители только выигрывают. Учитывая принятые антидемпинговые меры, выходом для китайских предпринимателей видится организация производства данного сортамента на территории России. Пример тому – первая российско-китайская «Объединенная компания «РусТехнологии», ежемесячно отгружающая российским потребителям 25 тыс. тонн оцинкованной стали. Помимо действующего завода в г. Коврове Владимирской обл., в ближайшие планы компании входит открытие еще одного завода с линией горячего цинкования в г. Муроме. Есть интерес к подобным проектам и у белорусских потребителей проката с покрытиями, однако конкретные предложения по организации местного производства еще предстоит проработать .

Вице-президент MySteel Yu Ruitai уверен, что в ближайшем будущем доля китайских поставщиков на российском рынке стали не вырастет, за исключением доли оцинкованной продукции. Экспорт оцинковки в Россию имеет тенденцию к росту: так, в нынешнем году с января по апрель его объем увеличился на 41.3% к АППГ, тогда как экспорт окрашенного проката вырос лишь на 18,5 %. В целом, китайские поставщики уверены, что строительный сектор в России обладает большим потенциалом для дальнейшего увеличения спроса на сталь. И даже спрос на стальные трубы будет увеличиваться в ближайшие годы, несмотря на негатив в энергетическом секторе из-за падения цен на углеводородное сырье и санкций.

Выразил свое мнение и инженер отдела отраслевых продаж Магнитогорского металлургического комбината Вадим Дорофеев, отметив, что преобладающим сортаментом в поставках импортного металлопроката являются толщины до 0,4 мм. Что касается увеличения доли китайской металлопродукции, то ограничивающим фактором в поступлении импорта может быть рост курса иностранных валют и, как следствие рост, цен на китайский прокат. Вадим Дорофеев сообщил, что ММК в данном секторе в основном ориентирован на внутренний рынок, причем в 2015 году увеличились поставки его продукции в отдалённые регионы России (Дальний Восток).

Отдельные российские потребители отмечают, что китайский импорт страдает качеством (содержание цинка порой менее 100 г/м2), нередки случаи срывов сроков поставки, однако в ходе данной встречи таких претензий не высказывалось. Тем не менее, многие потребители находят и другие причины предпочесть отечественный прокат с покрытиями.

Например, заместитель генерального директора Казанского филиала Камского завода «Металлокровля» Константин Поляков использует сырьё отечественного производителя, аргументируя выбор не только качеством, но и удобством в логистике и несравнимо скорейшими сроками поставки.

По итогам прошедшего семинара участникам удалось наладить контакт и запланировать дальнейшие переговоры для возможного заключения контрактов на поставки. Отрадно, что на этот раз отечественные производители проката с покрытиями, правда, пока в лице одного ММК, не уклонились от диалога с потребителями, что было более чем благосклонно встречено как участниками рынка, так и организаторами этой международной встречи.

Китай. Россия > Металлургия, горнодобыча > rusmet.ru, 22 июня 2015 > № 1419925


Россия > Металлургия, горнодобыча > forbes.ru, 22 июня 2015 > № 1410497 Игорь Зюзин

Покер с банкирами: как Игорь Зюзин обыграл кредиторов «Мечела»

Ирина Мокроусова, Андрей Лапшин

Сбербанк, ВТБ и Газпромбанк не смогли лишить основателя «Мечела» контроля над компанией. Теперь Игорь Зюзин как никогда близок к победе над кредиторами

Несколько лет назад один российский бизнесмен преподнес Игорю Зюзину презент с намеком — подарочное издание романа Федора Достоевского «Игрок». Игорь Владимирович тогда отшутился, что игроком он себя не считает. «Но происходящее сейчас с «Мечелом» доказывает обратное, — рассказывает его знакомый. — Он же все время как в казино за столом сидит: поднимает ставки, блефует, очень доволен этим процессом и явно не хочет заканчивать».

Зюзин всегда был человеком увлекающимся, но его долгое время умело сдерживал второй основатель «Мечела» Владимир Иорих. «Помните, как у Пушкина? Они сошлись... как лед и пламень. Зюзин развивал «Мечел» и общался с властью, а Иорих следил за экономикой и за тем, чтобы Игорь не угробил компанию своей чрезмерной активностью», — говорит собеседник Forbes. После ухода Иориха из «Мечела» в 2006 году Зюзина уже никто не может остановить. Холдинг начал покупать промышленные предприятия и затеял дорогостоящие стройки, привлекая заемные средства.

«Мечел» погряз в долгах. И у основных кредиторов — Газпромбанка, Сбербанка и ВТБ, казалось, лопнуло терпение. Обанкротить «Мечел» или забрать его у Зюзина — их согласованная позиция вплоть до осени 2014 года. Но в мае 2015 года уже совершенно другая картина: Газпромбанк и ВТБ согласны на реструктуризацию задолженности, как и синдикат западных банков, а самый непримиримый из кредиторов — Сбербанк — готов продать долг «Мечела» и оставить Зюзина в покое. Как рисковый угольщик переиграл опытных финансистов?

Долг на душу

Уже несколько месяцев на стене приемной Игоря Зюзина висит лист бумаги с надписью: «Кредит — как грех на душу: лучше не брать». Это назидание всякому, туда входящему, велел разместить сам Зюзин: он точно знает, до чего могут довести кредиты. Бизнесмен занимал деньги под дорогостоящие инвестпроекты — строительство рельсобалочного стана на Челябинском металлургическом комбинате, освоение Эльгинского месторождения коксующегося угля и строительство железной дороги от Эльги до Байкало-Амурской магистрали. В эти стройки Зюзин вложил около $4 млрд. Потом цены на металлургическую продукцию и уголь упали, и «Мечел» оказался в очень сложном положении.

К концу 2013 года задолженность «Мечела» составила $9 млрд, а соотношение чистый долг/EBITDA — 11,9. Только на выплату процентов по долгам в 2013 году компания вынуждена была потратить больше, чем заработала, — $742 млн против $730 млн EBITDA. В ноябре 2013 года капитализация «Мечела» рухнула до $862 млн, а в мае 2015 года была и того меньше — $530 млн. Для сравнения: летом 2008 года компания стоила в 45 раз больше — $24 млрд. Суды завалены исками о банкротстве дочерних компаний «Мечела». Начались задержки по зарплате, и на предприятия зачастили сотрудники Трудовой инспекции.

«Института длинных заемных денег в стране практически нет. Все брали кредит на пять лет, а потом продлевали», — объясняет человек из окружения Зюзина. Основные кредиторы — ВТБ, Газпромбанк и Сбербанк — долгое время шли навстречу металлургу. В конце 2013 года три банка согласились на ковенантные каникулы для «Мечела» до конца 2014 года. Сбербанк подписал реструктуризацию части задолженности на $774 млн: обязательства «Мечела» продлили на пять лет с отсрочкой начала погашений до I квартала 2015 года. На реструктуризацию согласился и синдикат западных банков, которым «Мечел» был должен $1 млрд. А в апреле 2014 года ВТБ согласился на реструктуризацию части долга в размере $440 млн, который «Мечелу» нужно было погасить в 2014 году.

«Проблему с долговой нагрузкой надо было решать кардинально», — рассказывает человек из окружения Зюзина. Только не все хотели в этом участвовать: Альфа-банк не вошел в пул и отказался отпустить «Мечел» на ковенантные каникулы. И хотя долг частному банку составлял лишь $150 млн, или 1,7% задолженности горно-металлургической компании, дефолт по нему грозил кросс-дефолтом по другим кредитам, указывал в отчетности «Мечел».

Совещание по ситуации в «Мечеле», которое 13 марта 2014 года созвал министр финансов Антон Силуанов, прошло на повышенных тонах. Президент Альфа-банка Петр Авен потребовал досрочного погашения кредита на $150 млн, его выступление было весьма эмоциональным, рассказал Forbes один из участников мероприятия.

«Давайте нам контракты Минобороны, деньги пенсионеров и прочие госпрограммы, которые вы даете госбанкам, и тогда мы будем поддерживать «Мечел». А у нас вкладчики!» — якобы восклицал Авен.

«Что мне делать?», — обратился Зюзин к первому вице-премьеру Игорю Шувалову. Тот посоветовал заплатить «Альфе», потому что она так кричит. «А остальным?» — переспросил Зюзин. «Так ведь остальные не кричат…» — будто бы отозвался Шувалов.

Президент Сбербанка Герман Греф на том совещании не присутствовал, но когда узнал о его результатах («Мечел» погасит долг перед Альфа-банком досрочно), впал в бешенство, рассказывает знакомый главы Сбербанка. И когда Зюзин обратился к нему с просьбой о реструктуризации, объясняя ее необходимость выплатами «Альфе», Греф уже ничего не хотел слышать. «Еще в декабре 2013 года Зюзин давал Грефу слово, что, если тот его поддержит, больше никакой реструктуризации не понадобится. Сбербанк его поддержал. И вот через несколько месяцев Зюзин приходит и говорит, что из-за Альфа-банка у него все рвется. В итоге он Альфа-банку деньги отдал, а Сбербанк «посадил». Ну и как Греф должен был действовать?» — возмущается в беседе с корреспондентом Forbes знакомый банкира.

«Мечел» действительно начал рассчитываться с Альфа-банком досрочно, причем сразу после того, как выплатил оферту по облигациям на $400 млн. А ВТБ и Сбербанк договорились о совместной позиции: если «Мечел» не получит господдержку, они обанкротят компанию. Зюзин же, получив от кредиторов отказ, принялся искать деньги для исполнения своих обязательств в других местах и нашел поддержку у президента РЖД Владимира Якунина: если бы РЖД купила у «Мечела» железную дорогу от Эльгинского месторождения до БАМа, то компания Зюзина смогла бы значительно снизить долговую нагрузку. Девятнадцатого марта 2014 года Якунин и Зюзин встретились с президентом Владимиром Путиным и передали ему письмо «по вопросу, связанному с дальнейшим развитием Эльгинского каменноугольного месторождения и восточного участка Байкало-Амурской магистрали».

Forbes ознакомился с документом. Якунин и Зюзин писали президенту, что с 2007 года «Мечел» реализует стратегический инвестпроект по освоению крупнейшего месторождения коксующегося угля, позволяющий полностью обеспечить страну этим сырьем и добиться «конкурентной позиции при экспорте угля на рынки стран Азиатско-Тихоокеанского региона». Но есть проблема: «Мечел» строил железнодорожный путь длиной 321 км на заемные деньги, а цены на уголь упали, и компания не может одновременно достраивать дорогу и эффективно развивать угольный комплекс. РЖД, в свою очередь, хотела бы приобрести железную дорогу «Мечела» за 60 млрд рублей, поскольку занимается комплексным развитием БАМа. Но занять деньги для этого не может «вследствие нулевой индексации тарифов и необходимости удерживать долговую нагрузку» в определенных рамках. Поэтому лучше всего провести увеличение капитала РЖД за счет бюджетных средств, которые компания потратит на выкуп железной дороги у «Мечела». Прямо при Якунине и Зюзине Путин наложил резолюцию: «Шувалову. Прошу рассмотреть и доложить предложения по поддержке компании «Мечел». Срочно».

Таким образом, в апреле 2014 года появилось сразу два варианта поддержки «Мечела». РЖД прорабатывала возможность выкупа железной дороги Улак — Эльга у «Мечела», а банки-кредиторы предложили план рефинансирования всех кредитов «Мечела» через ВЭБ. Он заключался в следующем: «Мечел» выпускает конвертируемые облигации на 180 млрд рублей, которые выкупает ВЭБ, заняв необходимую сумму у ВТБ, Газпромбанка и Сбербанка. «ВЭБ — банк развития, он не гонится за прибылью и должен предотвратить банкротство такой крупной компании, избежав роста безработицы», — объяснял «Коммерсанту» источник в одном из банков-кредиторов.

Нажмите на инфографику для увеличения масштаба

Банки вместе с «Мечелом» защищали в правительстве финансовую модель компании при рефинансировании кредитов через ВЭБ, рассказывает один из участников переговорного процесса. Но в июле правительство похоронило этот вариант. «ВЭБ можно понять — рефинансирование кредитов «Мечела» на 180 млрд рублей никак не вписывалось в уставные документы ВЭБа», — рассказывает один из разработчиков схемы. Председатель ВЭБа Владимир Дмитриев в июле 2014 года объяснял: «Менеджмент рассмотрел все предложенные варианты реструктуризации компании и ее долга и признал их убыточными для ВЭБа». Но человек, близкий к одному из кредиторов «Мечела», говорит, что Дмитриев был согласен на эту сделку, но против нее выступал Шувалов. Кроме того, как объяснил еще один участник переговорного процесса, выпускать конвертируемые облигации было рискованно: «Акции «Мечела», которые торгуются на Нью-Йоркской бирже, эмитированы непосредственно в США. Поэтому любой американский акционер с пятью акциями может выйти и остановить допэмиссию».

Отказавшись от рефинансирования кредитов «Мечела» через ВЭБ, правительство при этом обратило внимание всех заинтересованных сторон на нецелесообразность банкротства «Мечела» и предложило повторно проработать вопрос с вариантами выкупа РЖД железной дороги Улак — Эльга, рассказывает один из собеседников. Но Якунин занимался этим несколько месяцев, но поддержки по этому вопросу не нашел.

Ситуация с долгами «Мечела» зашла в тупик, и кредиторы — ВТБ, Газпромбанк и Сбербанк — выдвинули Зюзину ультиматум, предложив три варианта. Первый: $3 млрд из $5,5 млрд задолженности кредиторы меняют на 75% акций «Мечела», у Зюзина остается 10% и опцион на обратный выкуп за те же $3 млрд плюс 15% от этой суммы за каждый год действия опциона. Второй: Зюзин продает весь свой пакет за символическую цену $5 — по $1 за каждую компанию (SPV), владеющую его акциями в «Мечеле». Третий: банки запускают механизм банкротства. После того как информация о предложении банков появилась в СМИ, владельцы подешевевших привилегированных акций «Мечела» стали перекладываться в дорожающие обыкновенные акции на случай выставления оферты другим акционерам. Казалось, что компания может вот-вот поменять собственника.

Человек из окружения Зюзина рассказывает, что бизнесмен парировал: «Как можно отдать за $5 пакет, который на бирже стоит $500 млн, и эта цена уже учитывает все риски?» По словам собеседника Forbes, пришедший в правительство за поддержкой Зюзин не ожидал, что вместо выкупа железной дороги ему предложат отдать за копейки дело всей жизни. «Банки были удивлены такой дерзостью. Мало того что он отказывался платить по долгам, так еще и просил сверху полмиллиарда», — говорит собеседник Forbes, близкий к одному из банков. «Мне кажется, в этой ситуации заплатить какие-то деньги за «Мечел» стремно», — комментировал позже глава ВТБ Андрей Костин информацию о возможной продаже компании на форуме «Россия зовет».

На этом переговоры банкиров и Зюзина прекратились, и «Мечел» начал допускать первые просрочки по кредитам.

«Думаю, Зюзин добился того, чего хотел, — считает знакомый владельца «Мечела». — Ему было важно показать, что он не боится банкротства, не верит в него и знает, что сами банки к нему не готовы».

По словам одного из собеседников Forbes, когда помощник президента по экономическим вопросам Андрей Белоусов изучил ситуацию с долгами «Мечела», его вердикт был однозначным: банкротство компании обрушит банковскую систему. Долг «Мечела» составлял примерно 20–25% капитала Газпромбанка, примерно 10–15% капитала ВТБ, около 10% капитала «Уралсиба» и 3% капитала Сбербанка. Так что ход Зюзина оказался не только эффектным, но и эффективным. После таких жестких ультиматумов ему удалось не только сохранить контроль в компании, но и расколоть сплотившихся кредиторов.

Газпромбанк: звонок друга

Зюзин не всегда хорошо держит удар, рассказывает один из его знакомых. «Бывают ситуации, когда он волнуется и может растеряться. Но в такое подавленное состояние он впадает на несколько дней, не больше, — уверяет собеседник Forbes. — А потом внезапно приходит и говорит: «Ну и дураки же вы все! Я тут всю ночь не спал, думал и все понял. Нужно действовать так».

На ультиматум банков Зюзин ответил жестким письмом Путину, в котором фактически обвинил банкиров в рейдерстве. Бизнесмен писал, что банки предложили ему вариант «фактического отъема собственности у мажоритарного акционера, суть которого заключается в продаже принадлежащих ему акций стоимостью около $500 млн за символическую плату в размере $5». «Данное предложение сопровождалось угрозами в адрес владельца активов, обвинениями в утрате доверия, неспособности к конструктивному диалогу, а также угрозой запуска процедуры банкротства» «Мечела» и его предприятий... Считаю решение вопросов в таком контексте незаконным и неприемлемым», — резюмировал Зюзин в своем письме, текст которого приводили «Ведомости». Путин поручил вице-премьеру Аркадию Дворковичу «продолжить работу по выводу компании из кризиса».

И вдруг один из кредиторов сменил гнев на милость. Осенью 2014 года в кабинете премьер-министра Дмитрия Медведева раздался очень важный для Зюзина телефонный звонок. Это звонил председатель правления Газпромбанка Андрей Акимов. «Акимов сообщил, что на конвертацию долга категорически не согласен и сказал Медведеву, что Сбербанк и ВТБ преследуют непонятные интересы, которые могут привести к развалу «Мечела». Глава Газпромбанка также заверил Медведева, что банк и Зюзин находятся в согласованной позиции по будущему «Мечела» и знают, как сохранить целостность компании.

Два источника Forbes объясняют смену курса Газпромбанка: раньше делом «Мечела» в банке занимались заместители председателя правления, но потом «в ситуацию вник лично руководитель банка Андрей Акимов, встретился с Зюзиным и решил ему помочь». Сам банкир рассказывал Forbes, что для него «Мечел» не хуже других компаний, которым оказывается государственная поддержка: «Бывают случаи, когда не нужно смотреть, частная компания или государственная, а просто проявить государственный подход и помочь крупному промышленному предприятию».

«Ему просто невыгодно банкротить компанию. Кредит Газпромбанка самый большой, поэтому он потеряет больше всех остальных», — считает бывший топ-менеджер «Мечела».

«Мечел» и его дочерние компании должны были банку $1,4 млрд по долларовому кредиту и еще $0,9 млрд, номинированных в рублях. Для сравнения: долг «Мечела» перед ВТБ по состоянию на осень 2014-го — $1,6 млрд, а перед Сбербанком — $1,4 млрд.

На позицию Газпромбанка могла повлиять и экономическая ситуация в стране — девальвация была на руку «Мечелу». За счет нее рублевый долг компании сократился на треть. При этом больше половины выручки «Мечел» получает в валюте. По словам источника Forbes в «Мечеле», в 2015 году компания планирует получить $1 млрд EBITDA, на 40% больше, чем в 2014 году. Словом, у Зюзина появился еще один аргумент, доказывающий, что худший этап в бизнесе «Мечела» уже позади, основные инвестиции сделаны и вот-вот начнется отдача, делится впечатлениями инвестбанкир, участвовавший в одной из презентаций хозяина «Мечела».

Так или иначе, неожиданный демарш Акимова не понравился его коллегам из ВТБ и Сбербанка, которые уже вовсю подавали иски к «Мечелу», и договариваться с должником не собирались. Больше того, в ноябре Сбербанк выдвинул еще более жесткий вариант реструктуризации: Зюзин должен был передать кредиторам 90% «Мечела». Тот категорически отверг такой сценарий и вместе с Акимовым разработал новый план. Благодаря девальвации Зюзин получил возможность выплачивать проценты по кредитам и теперь просил только отсрочки выплаты тела долга (на два года) и пролонгации срока его погашения еще на 3–5 лет, рассказывает его знакомый. Взамен бизнесмен обсуждал передачу кредиторам 30% акций и обеспечение им возможности финансового контроля. Сбербанк категорически отказался, но позиция ВТБ стала мягче.

ВТБ: гибкая позиция

Со стороны ВТБ выглядит самым непоследовательным кредитором. С осени 2014 года банк подал в российские суды четыре иска к «Мечелу» и его «дочкам» о взыскании долга на общую сумму 54 млрд рублей, но при этом не прерывает переговоры с Зюзиным. «За прошедший год они так часто меняли свою позицию, что мы уже запутались и не до конца понимаем, чего же они на самом деле хотят», — говорит собеседник Forbes, участвующий в переговорах по «Мечелу» от одной из сторон. В ВТБ считают, что именно такая тактика и заставляет Зюзина становиться более сговорчивым и выполнять требования банка. «У нас была конкретная проблема: нам не платили. Когда мы пошли реализовывать свои права через суд и дошли практически до банкротства, тогда и смогли договориться», — объясняет Forbes один из топ-менеджеров ВТБ. Успехи в суде у ВТБ действительно есть: после рассмотрения исков суд обязал «Мечел» погасить 3 млрд рублей просроченных выплат по процентам. «Мечел» начал платить проценты и штрафы по кредитам, подтверждает представитель ВТБ.

Роль Зюзина в переговорах с ВТБ второстепенна, уверяет источник, знакомый с ходом переговоров, первую скрипку играет Акимов.

За несколько месяцев главе Газпромбанка удалось убедить главу ВТБ Андрея Костина, что выгоднее реструктурировать долги, чем банкротить «Мечел».

Впрочем, еще один источник, близкий к переговорам, рассказал, что риторика Костина в отношении «Мечела» поменялась после его личной встречи с Зюзиным.

С каждым кредитором нужно договариваться персонально, с каждым из банков вырабатываются свои условия реструктуризации, объясняет знакомый Зюзина. Это принцип «разделяй и властвуй» в действии. На той встрече Зюзин пообещал Костину погасить просроченную задолженность и предоставить дополнительные залоги по кредитам, говорит другой источник Forbes, близкий к переговорам. И несмотря на то что ВТБ выиграл в суде иск о взыскании с «Мечела» 50 млрд рублей, банк готов пойти на мировую, сказал Forbes один из топ-менеджеров ВТБ. Вот его условия: если «Мечел» погасит все просроченные платежи, а это примерно 3 млрд рублей, ВТБ отзывает все иски к компании Зюзина и соглашается на реструктуризацию долга. Два основных кредитора готовы дать Зюзину передышку. Но с третьим кредитором — Сбербанком — все куда сложнее.

Сбербанк: Греф против

Между ними будто пробежала черная кошка — так описывают отношения Грефа и Зюзина собеседники Forbes. Греф не хочет лично общаться с Зюзиным, жать ему руку и смотреть в глаза, говорят несколько собеседников Forbes. При этом до недавнего времени у Зюзина и главы Сбербанка были нормальные рабочие отношения. Знакомый Грефа вспоминает, что, будучи министром экономического развития, тот с большим уважением относился к промышленнику Зюзину. Еще в конце 2013 года Греф, договариваясь с «Мечелом» о реструктуризации долга, говорил, что «процесс оздоровления задолженности идет нормально».

Все изменилось в 2014 году. Теперь Греф критикует Зюзина и на закрытых совещаниях, и публично. «Я бы мягко сказал, собственник очень приблизительно владеет ситуацией в компании, и финансовой, и фактической», — заявил в ноябре 2014 года Греф. Что произошло между Грефом и Зюзиным? Собеседники Forbes пришли к выводу, что напряжение возникло после истории с Альфа-банком, а потом копилось «и наконец выплеснулось». «Игорь Владимирович слишком утомил Грефа своими комбинациями, — считает бывший сотрудник «Мечела». — К тому же у Сбербанка сильная позиция. Он обеспечил этот кредит 100-процентным резервом и теперь старается выжать по максимуму». Поскольку из всех трех кредиторов только в Сбербанке влияние кредитов «Мечелу» на капитал небольшое, он может тянуть резину, считает один из собеседников Forbes.

«Греф терпеть не может, когда на него пытаются давить, пользуясь связями наверху», — говорит знакомый Грефа об обращении Зюзина к президенту.

Эту версию подтверждает и еще один собеседник Forbes, знакомый с ходом переговоров по «Мечелу». «Зюзин пожаловался на Сбербанк, наговорил кучу гадостей и чуть ли не в рейдерстве Грефа обвинил, — говорит он. — О каком общении после таких заявлений может идти речь?»

Чтобы иметь возможность доносить до главы Сбербанка свои идеи, владелец «Мечела» по рекомендации банка прибегнул к услугам Rothschild Group. Но именитый посредник ему пока не сильно помог. После того как Rothschild Group построил финансовую модель компании, глава их московского офиса Джеймс Фриел заявил, что в конвертации долга в акции нет нужды и компания в состоянии обслуживать долг. Но Сбербанк это не убедило, и все попытки договориться Греф отвергает. Конструктивных предложений пока не было, считает он. «Было желание проехать за наш счет. Они хотят ничего не платить и получить полную реструктуризацию — так не бывает, жизнь устроена иначе», — заявил Греф в марте.

Весной 2015 года Сбербанк потребовал от «Мечела» и его дочерних компаний выплат по процентам и основному долгу и подал несколько исков на 3,8 млрд рублей. «Мы пошли в судебные инстанции, потому что проблема «Мечела» остается нерешенной, — объясняет Forbes первый зампред правления Сбербанка Максим Полетаев. — Мы все равно видим, что сегодня выручки компании не хватает на то, чтобы обслуживать полноценно все ее долги». По словам Полетаева, Сбербанк может согласиться на реструктуризацию долга, только если будут выполнены условия, которые кредитор обозначил почти год назад. «Мы хотим контролировать «Мечел», может быть, не головную компанию, но основные дочерние структуры — ЧМК, Коршуновский ГОК, «Мечел-майнинг», «Южный Кузбасс» и еще несколько», — подчеркивает Полетаев. «Требование Сбербанка несоразмерно его доле в кредитном портфеле «Мечела», — недоумевает человек из окружения Зюзина.

Если Зюзин не пойдет на условия Сбербанка, Полетаев не исключает исков о банкротстве. «У нас пока нет 90-дневной просрочки, которая позволяет нам подавать на банкротство, но если 90 дней пройдут и мы не увидим прогресса, мы не будем медлить с этим вопросом», — уверяет он.

Но банкротство все же не основной вариант развития событий. Уже несколько месяцев Сбербанк ведет переговоры о продаже долга. Среди возможных покупателей, по словам источника Forbes, — Газпромбанк и несколько российских компаний. Кто еще готов выкупить долг «Мечела» Сбербанку, Полетаев не говорит. По словам знакомого Грефа, сделка может быть закрыта в ближайшее время. И, возможно, «Мечелу» предстоит еще одна война, ведь новый кредитор может оказаться еще более принципиальным.

Роман «Игрок» заканчивается фразой главного героя: «Завтра, завтра все кончится!» Игра Зюзина все не заканчивается. «Он же гениальный тактик. Посмотрите, сколько времени он разводит партнеров по переговорам по углам, обещая им то одно, то другое. Ему важно показать, что он участвует в обсуждениях, пытается решить проблему, — объясняет собеседник Forbes. — Я уверен, он приходит в правительство и говорит: вот с этим договорился, вот с этим договариваюсь, и только один Сбербанк упрямится, ну как же так».

По словам одного из бывших сотрудников «Мечела», Зюзин совершенно искренне не видит своей вины в финансовых проблемах компании. «Он считает, что он промышленник и поднимает производство в стране, а проблема с долгом на самом деле не его проблема, — говорит бывший сотрудник. — Он как-то нам привел в пример китайские компании. Вон у китайцев бывает долг/EBITDA и 20, и ничего, государство их поддерживает». Но что будет делать Зюзин, если государство его не поддержит и он все же лишится компании? «Зюзин ничего не боится, — говорит его знакомый. — Он будет биться до последнего, но если проиграет, начнет строить новую компанию с нуля. Он как-то обмолвился, что готов к этому».

Россия > Металлургия, горнодобыча > forbes.ru, 22 июня 2015 > № 1410497 Игорь Зюзин


Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 17 июня 2015 > № 1401062

В Стратегию развития металлургии в России до 2020 г. включен масштабный проект, который будет реализован в Челябинской области в ближайшие годы. Томинский ГОК уже сейчас называют самым крупным инвестпроектом в регионе. Правительство России признало, что его строительство является приоритетом для экономики страны.

Новый ГОК Русская медная компания (РМК) планирует построить в районе дер. Томино. Он станет крупнейшим на всей территории постсоветского пространства. Инвесторы не раз акцентировали внимание на том, что разработка проекта и строительство будут вестись с соблюдением всех экологических норм. В перспективе производительность Томинского ГОКа составит 28 млн т руды. Важность проекта была подтверждена на государственном уровне.

«Правительство России объявило самый масштабный проект Южного Урала приоритетом для экономики страны. Томинский ГОК стал одним из предприятий, включенных в стратегию развития металлургии до 2020 г. наряду с такими гигантами производства, как Норильский никель, занимающимся строительством рудника «Скалистый» мощностью 2,4 млн т руды в год, Уральская горно-металлургическая компания, Металлоинвест и другими, - сообщили в пресс-службе РМК.

Стоит отметить, что РМК уже запустила аналогичный по масштабности проект - Михеевский ГОК.

Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 17 июня 2015 > № 1401062


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter