Всего новостей: 2032014, выбрано 2562 за 0.103 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 марта 2017 > № 2111979 Владимир Путин

Заседание Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Под председательством Владимира Путина в Кремле состоялось заседание Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Участники заседания обсудили ход реализации приоритетных проектов в сфере здравоохранения, а также меры, направленные на повышение производительности труда.

* * *

Стенографический отчёт о заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами сегодня на первом в этом году заседании Совета рассмотрим вопросы, которые напрямую влияют на качество жизни людей, благополучие российских семей, формирование сильной, конкурентоспособной экономики. Речь пойдёт о дальнейшем развитии здравоохранения, и по второму вопросу мы обратимся к проблеме повышения производительности труда.

Начну со здравоохранения. За последние годы здесь удалось добиться существенных изменений к лучшему, и ключевой показатель – это, безусловно, рост продолжительности жизни: он сегодня составляет почти 72 года. Напомню, что за 12 лет продолжительность жизни выросла в России на 6,5 лет – с 65,4 в 2005 году до 71,87 в 2016-м. У мужчин рост составил 7,7 лет, у женщин – 4,6 года. За это же время младенческая смертность, как вы знаете, снизилась с 10,2 до 6 на 1000 родившихся, а в январе была зафиксирована – 5,1. Что касается материнской смертности, то здесь ситуация ещё лучше: смертность снизилась более чем втрое.

Создана эффективная система охраны материнства и детства, значительно обновлена материально-техническая база медицинских учреждений, широкое развитие получила высокотехнологичная медицина.

Напомню, что в 2005 году эту помощь могли получить 60 тысяч пациентов, в 2016 – 963,1 тысячи, то есть рост почти в 15 раз. Число медучреждений, оказывающих высокотехнологичную медицинскую помощь, выросло более чем в 10 раз – с 90 до 932 учреждений.

Мы, безусловно, должны и дальше идти вперёд. Есть все возможности для того, чтобы к 2025 году увеличить продолжительность жизни в России до 76 лет, значительно снизить смертность в трудоспособном возрасте.

Здесь хочу сказать и о некоторых настораживающих моментах: смертность лиц трудоспособного возраста возросла в 2015 году. Ничего критического здесь пока нет, тем не менее на это следует обратить внимание.

Для того чтобы ситуация и дальше развивалась в нужном нам ключе, предстоит создать действительно современную систему здравоохранения, причём на всех уровнях: от первичного звена до федеральных клиник, – систему, которая соответствует самым высоким мировым стандартам.

Нужно прямо сказать, несмотря на очевидные изменения, у нас ещё много, очень много нерешённых проблем. Люди справедливо и обоснованно говорят о нехватке врачей, особенно в небольших городах и населённых пунктах. Сложно записаться к нужному специалисту, быстро пройти обследование, а в регистратурах ещё часто встречается хамство. В Послании Федеральному Собранию об информатизации медицинских учреждений тоже говорилось отдельно, но это лишь механизм решения проблемы.

Вновь обращаю внимание, следует не просто обеспечить поликлиники и больницы интернетом, а добиваться того, чтобы граждане попадали на приём и проходили обследование без нервов и очередей, в том числе пожилые люди, которые не всегда разбираются в таких понятиях, как «информационные технологии» и «электронная запись». А врачи избавились бы при этом от ненужной бумажной работы и больше времени могли бы уделять пациенту, непрерывно улучшать свою квалификацию, в режиме онлайн обращаться за советом к коллегам из региональных и федеральных центров.

Нужно повышать престиж, статус, материальное положение медицинских работников, укреплять их защиту, в том числе правовую. Здравоохранение, как и образование – это не просто сфера услуг: врачи, учителя выполняют важнейшую для будущего страны и общества работу.

Подчеркну, главный критерий успеха всех проектов в сфере здравоохранения – значимые, ощутимые результаты, которых ждут люди: это точная и быстрая диагностика и действенное лечение, доброжелательное, человеческое отношение к пациенту, доступность, качество и эффективность лекарственных препаратов.

В Послании Федеральному Собранию была поставлена также задача о развитии санитарной авиации. Это вопрос справедливости и равных возможностей на получение своевременной медицинской помощи на всей территории страны, имея в виду нашу огромную территорию – это особенно важно.

Конечно, мы должны смотреть и на длительную перспективу, использовать потенциал отечественной науки и добиваться прорывных результатов в сфере генетики, персональной и биомедицины, обработки больших данных, обеспечить практическое применение передовых разработок на всех уровнях здравоохранения.

И ещё одно. Важно не только качество лечения, но и профилактика заболевания, популяризация здорового образа жизни. Здесь также нужно продолжать активную работу.

Поставленные цели и задачи требуют эффективных управленческих подходов, значительных финансовых ресурсов. Рассчитываю, что Вероника Игоревна Скворцова сегодня подробно доложит, что предстоит сделать.

Теперь несколько слов по второму вопросу нашей повестки – о задачах по повышению производительности труда. Понятно, что это ключевой вопрос экономического развития. Отмечу, что целенаправленные усилия уже позволили добиться стабильных темпов роста производительности в отдельных отраслях экономики. Например, по данным Росстата, в авиапроме рост производительности труда составил в 2012 году 15,6 процента, в 2013-м – 27, в 2014-м – 29 с лишним процентов.

Правда, в 2015-м и 2016-м эти показатели выглядят гораздо скромнее, но в целом по показателям в этой сфере Россия более чем в два раза уступает эффективным экономикам. Благодаря мощному технологическому прогрессу, который сейчас в мире поступательно развивается, этот разрыв может серьёзно возрасти, если мы своевременно не будем на это реагировать. По данным ОЭСР, в 2015 году в России вклад одного работника в ВВП страны составил 23,18 в час, а в странах ОЭСР – 46,53 в час.

Нам нужно форсированно наращивать производительность труда, ежегодно минимум на 5–6 процентов увеличивать. За этими цифрами – рост эффективности экономики и предприятия, создание современных рабочих мест и достойной заработной платы, а значит, будут увеличиваться, если мы решим эту задачу, и доходы граждан – они смогут обеспечивать свои семьи, своих детей.

Хорошие профессиональные перспективы откроются и для молодёжи, которая только выходит на рынок труда. Совместно с регионами, предприятиями, бизнесом следует выстраивать чёткую, работающую систему поддержки занятости и трудовой мобильности. Подход должен быть один: если одно старое неэффективное рабочее место сокращается – значит, как минимум одно новое должно быть создано, как на открывающихся крупных современных предприятиях, так и в малом бизнесе.

И мы с вами понимаем, что особое значение здесь приобретает малый бизнес. Нужно дать возможность каждому человеку получить новую работу или открыть своё дело, повысить свою квалификацию или освоить другую профессию, поэтому принципиально важно, чтобы программа повышения производительности труда осуществлялась в тесной координации с мерами по подготовке кадров и развитию предпринимательства.

Предлагаю отработать этот механизм в нескольких субъектах Федерации в рамках региональных программ повышения производительности труда и прошу Правительство отобрать такие регионы, оказать им всё необходимое содействие. На федеральном уровне нужно провести ревизию нормативно-правовой базы, снять излишние барьеры, мешающие формированию современного рынка труда, создать дополнительные стимулы для компаний повышать производительность, проводить технологическое обновление и создавать новые рабочие места.

Недавно на площадке РСПП мы дискутировали на эту тему, обсуждали предложения бизнеса на этот счёт. Прошу Правительство совместно с деловыми объединениями проанализировать ситуацию, разработать необходимые поправки в законодательство и в короткие сроки внести их в Государственную Думу. Вновь подчеркну, важно найти баланс между задачами роста производительности труда, интересами бизнеса и интересами людей. Права граждан на труд, безусловно, должны быть защищены в условиях новой технологической революции.

И наконец, предлагаю на федеральном уровне с участием институтов развития создать центр компетенции. Его задача – распространить лучший мировой опыт, лучшие российские практики в сфере повышения производительности и организации труда. Речь о том, как оптимизировать производственный и бизнес-процессы, мотивировать работников. Этими знаниями должны владеть и представители органов власти, в том числе на местах, и управленческий персонал предприятий. Просил бы Максима Станиславовича Орешкина рассказать, каким образом, как Министерство считает, должна быть выстроена эта работа по всем обозначенным направлениям.

Давайте начнём работать. Слово Веронике Игоревне, пожалуйста.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Основной концепцией развития российского здравоохранения является создание национальной пациентоориентированной системы, объединяющей все имеющиеся в стране медицинские мощности независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности, работающей в рамках единых требований к качеству, доступности медицинской помощи и квалификации медицинских работников, а также реализующей государственные гарантии бесплатного оказания медицинской помощи населению на принципах солидарности и социального равенства.

Это позволило за последние пять лет достичь определённых положительных результатов в развитии здравоохранения, прежде всего в целом сформировать современную систему охраны материнства и детства и существенно снизить показатели материнской, младенческой и детской смертности, в 2013 году восстановить крупномасштабные профилактические осмотры населения и скрининги здоровья, которые прошли уже 87,5 миллиона взрослых и всё детское население.

Это позволило существенно улучшить активные выявления заболеваний на ранних стадиях, поддающихся эффективному лечению. Хотела бы сказать, что благодаря активному онкопоиску в прошлом году уже 55 процентов злокачественных новообразований выявлено на первой, второй стадии, что позволило снизить одногодичную летальность до 23 процентов и повысить пятилетнюю выживаемость свыше 53 процентов.

В целом выстроена система экстренной специализированной медицинской помощи на основе создания и правильного размещения медицинских учреждений второго межрайонного уровня: это более 540 сосудистых центров, более 1500 травмоцентров. За пять лет смертность от инсульта снизилась более чем на 34 процента и на 20 процентов – смертность от дорожно-транспортных происшествий. С 2012 года в три раза увеличился объём высокотехнологичной помощи, и помощь приблизилась к месту жительства людей: уже 932 организации соответственно оказывают эту помощь.

Важно отметить, что за два года, 2015-й и 2016-й, резко увеличился приезд иностранных пациентов в российские клиники – на 87 процентов, и в 2016 году уже более 13,5 тысячи иностранных пациентов лечились в российских клиниках по таким профилям, как репродуктивные технологии, ортопедия, пластическая хирургия, сердечно-сосудистая хирургия, офтальмология, стоматология. Высокое качество услуг и комфортные цены привлекли пациентов более чем из 20 стран ближнего и дальнего зарубежья.

И за эти же годы драматически сократился поток россиян для получения плановой медицинской помощи за рубеж: в 2016 году это 80 тысяч человек – 0,002 процента от 33 миллионов, которые получают аналогичную помощь в российских клиниках. Поток в Израиль сократился на 60 процентов, поток в Германию сократился на 30 процентов.

Благодаря инвестиционным проектам и программам модернизации здравоохранения за пять лет в регионах построено более двух тысяч новых медицинских объектов, отремонтированы более 20 тысяч организаций и закуплено более 390 тысяч единиц медицинского оборудования. В то же время сохраняется большое количество несовершенств в системе организации медицинской помощи. Предстоит сделать очень многое для того, чтобы преодолеть все трудности и проблемы, с которыми сталкиваются россияне при получении медицинской помощи.

Мы выделяем пять приоритетных направлений развития, прежде всего это совершенствование доступности медицинской помощи. Совместно с субъектами Российской Федерации в 2018 году в целом будет завершено формирование трёхуровневой региональной системы здравоохранения на основе единых требований к размещению медицинской инфраструктуры со специально созданной геоинформационной системой, а также на основе единых порядков оказания медицинской помощи, в том числе в выездной форме для малонаселённых пунктов с населением от одного до 100 человек. Таких пунктов у нас более 80 тысяч на территории страны. Это позволит обеспечить соблюдение во всех регионах предельных сроков ожидания медицинской помощи разных видов в соответствии с программой государственных гарантий.

Важнейшая задача – обеспечить своевременную экстренную медицинскую помощь при жизнеугрожающих состояниях для тех пациентов, которые проживают в труднодоступных районах со сложными климатическими и дорожными условиями. Именно поэтому развитие санитарной авиации – один из наших приоритетных проектов, реализация которого в течение двух лет позволит существенно сократить время доставки пациентов в специализированные центры. Огромный резерв в повышении доступности медицинской помощи заключён в развитии цифровых технологий. Уже сейчас положительно себя зарекомендовали электронная запись на приём к врачу, выписка электронных рецептов и больничных листов.

В 2019 году в целом будет завершено формирование системы телемедицинских консультаций между медицинскими организациями разного уровня, включая головные, по профилям, национальные, научно-практические и медицинские центры. С 2020 года поэтапно будет введён электронный мониторинг здоровья пациентов из групп риска с помощью индивидуальных устройств, измеряющих давление, пульс, концентрацию глюкозы и других элементов в крови, положение в пространстве и так далее, с включением системы экстренного реагирования при изменении этих параметров до критичных величин.

Вторым важным приоритетом развития является внедрение на всей территории страны единых требований к качеству медицинской помощи и создание системы управления качеством. В 2014–2016 годах совместно с экспертным профессиональным сообществом Национальной медицинской палатой создана система национальных клинических рекомендаций по основным заболеваниям человека. Для ускоренной адаптации к ним врачей в декабре 2016 года завершено создание электронного рубрикатора клинических рекомендаций и быстрой поисковой системы алгоритмов диагностики и лечения по ключевым словам и графологическим структурам.

Эта система начинает повсеместно внедряться в этом году через автоматизированные рабочие места врачей, которых сейчас уже 70 процентов от требуемого количества. До конца 2018 года клинические рекомендации будут внедрены во всех регионах страны. На базе клинических рекомендаций разработаны критерии оценки качества медицинской помощи, закрепляемые нормативно. С июля текущего года все экспертные контрольные мероприятия будут проводиться с их применением.

Большое значение мы придаём созданию комфортной среды и атмосферы доброжелательности в медицинских организациях. В 2015 году мы впервые провели Всероссийский конкурс «Вежливая регистратура», когда регионы выбирали и на федеральный уровень представляли лучшие модели организации работы регистратур в поликлиниках, диспансерах с созданием удобных офисов приёма больных, быстрой записи к врачу, созданием отдельных колл-центров, инфоматов, информационных панелей. Этот конкурс стал ежегодным и уже внёс определённый вклад в распространение положительного опыта по стране.

Особого внимания заслуживает наш совместный проект с Управлением внутренней политики Президента и экспертами Росатома, целью которого являлось повышение доступности и качества медицинской помощи через оптимизацию технологических процессов в медицинских организациях и устранение необоснованных потерь.

Эта фабрика технологий уже внедрена в трёх регионах и показала, что достаточно четырёх-пяти месяцев, с тем чтобы через улучшение логистики процессов полностью уйти от очередей в медицинских организациях, сократить время ожидания врача у кабинета до 12 раз, увеличить время непосредственного общения врача и пациента в два раза, создать удобные условия для прохождения диспансеризации за один визит, разделить потоки здоровых и больных пациентов.

Этот положительный опыт мы уже получили на примере первых шести переформированных поликлиник, и в настоящее время этот опыт распространяется ещё на 30 поликлиник. С настоящего времени мы планируем активное тиражирование этого опыта по всей стране, по всем федеральным округам и регионам.

Для помощи пациентам в реализации их главного права на охрану здоровья с 2016 года в системе ОМС формируется институт страховых представителей. Поэтапно вводятся контактные центры, СМС–оповещения, внедряются механизмы восстановления нарушаемых прав пациентов до наступления нежелательных последствий.

Данная пациентоориентированная система будет внедрена в стране до конца 2018 года. Приоритетом чрезвычайной значимости является разработка и внедрение новых цифровых и биомедицинских технологий. В 2020 году в целом завершится формирование единой государственной информационной системы сферы здравоохранения на основе единой электронной медицинской карты пациента.

Это позволит внедрить перекрёстный электронный документооборот и личный кабинет пациента. С любого компьютера каждый человек сможет войти в свой личный кабинет и получить необходимую информацию, выписки из медицинских документов, записаться к врачу, связаться со страховым представителем.

В системе будет создан архив цифровых изображений и будут внедрены интеллектуальные программы автоматизированного чтения изображений с резким увеличением точности и своевременности диагностики. Будет внедрена система автоматизированной экспертизы качества медицинской помощи: сопоставление алгоритма ведения конкретного больного со вшитыми в систему эталонными протоколами и критериями качества.

К концу 2020 года система будет полностью интегрирована с информационно-аналитическими системами ОМС, обращения лекарств и медицинских изделий, что позволит проводить комплексный анализ ресурсоэффективности всей отрасли.

Таким образом, к концу 2020 года мы сможем выйти на качественно новый уровень управления здравоохранением, а также преемственностью и качеством медицинской помощи. Планируется, что с 2020 года начнут внедряться автоматизированные программы обработки больших массивов данных BIG DATA, которые позволят уже автоматизированно выбирать оптимальные алгоритмы медицинского сопровождения для каждого человека с учётом телемедицинских консультаций.

В тот же период времени одновременно будут развиваться персонализированные биомедицинские технологии. В ближайшие три года будут внедрены технологии быстрого чтения генома, что позволит нам к 2020 году создать единую систему биомаркеров основных заболеваний, а также современные технологии мониторинга здоровья человека и сеть высокотехнологичных центров предиктивной, прогнозной, и профилактической медицины.

С этого года внедряются методы регенеративной медицины, основанные на клеточных и тканевых технологиях. К 2020 году будет создана в целом сеть биобанков, депозитариев и коллекций биоматериала, что даст новый импульс развитию регенеративной медицины уже с трансплантацией аутологичных, то есть полученных из собственных клеток человека, заменителей органов и тканей.

В тот же период времени будет развита персонализированная фармакотерапия – это таргетные иммунные препараты при онкологических, системных аутоиммунных заболеваниях, векторные вакцины, это генотерапия и механизмы редактирования генома, а также будут внедрены методы биофизики в виде робототехники, киберпротезов, различных сочленений человека и машинных механизмов.

Устойчивое развитие инновационной медицины будет возможно при активном развитии национальных инициатив HealthNet, NeiroNet, развития научно-образовательных кластеров вокруг ведущих университетов и национальных научно-практических медицинских центров и благодаря вводу в строй в 2017–2018 годах нескольких новых центров трансляционной медицины. Для сокращения времени инновационных разработок и их клинико-экономического обоснования активно реализуются механизмы направленного инновационного развития и клинической апробации.

Основной движущей силой развития отрасли являются медицинские работники. Постоянное внимание уделяется удовлетворению реальной потребности населения каждого региона во врачах разного профиля и среднем медицинском персонале, что реализуется через обновлённый механизм целевой подготовки специалистов, эффективность которой в 2016 году приблизилась уже к 90 процентам.

При этом важным приоритетом является повышение квалификации медицинских работников. В настоящее время совместно с Национальной медицинской палатой разработаны и утверждены профессиональные стандарты по базовым медицинским дисциплинам. Все профессиональные стандарты для врачей-специалистов и среднего персонала будут завершены к 2019 году. В соответствии с профессиональными стандартами в течение шести месяцев с момента их принятия полностью актуализируются образовательные стандарты и образовательные программы.

В 2016 году мы завершили создание Национального регистра врачей, а также Единого портала непрерывного повышения квалификации врачей, которые отражают индивидуальную траекторию профессионального развития каждого врача. Все врачи страны войдут в эту систему до конца 2021 года.

Важно отметить, что с 2016 года поэтапно вводится принципиально новый механизм допуска к профессиональной медицинской деятельности через проведение аккредитаций профессиональным сообществом по международному стандарту. Аккредитация распространится на всех медицинских специалистов до конца 2021 года.

Важнейшим направлением нашей работы является формирование ответственности у каждого человека за своё здоровье. С этой целью будет продолжена комплексная программа мотивирования граждан к здоровому образу жизни: начиная с дошкольного и школьного возраста – через специальные образовательные модули совместно с Министерством образования и науки, в вузах – через привлечение к волонтёрству и занятиям спортом совместно с Росмолодёжью и Министерством спорта, и до корпоративных программ, направленных на создание и внедрение здоровьесберегающей среды на рабочем месте совместно с РСПП. В постоянном режиме будут продолжены и противотабачные, противоалкогольные проекты, программы по здоровому питанию и развитию физкультуры и спорта.

Реализация перечисленных приоритетных направлений развития позволит нам к 2025 году существенно увеличить среднюю продолжительность жизни в стране [до] не менее 76 лет, среднюю продолжительность здоровой жизни до 66 лет, снизить младенческую смертность до 4,5 на тысячу родившихся живыми и снизить смертность лиц трудоспособного возраста.

Нужно сказать, что за 2016 год мы достигли 3,5–процентного снижения, с 546 до 517 на сто тысяч, планируем в 2025 году достичь величины 380 на 100 тысяч. И также следует отметить, что сама индустрия здоровья выйдет на первые места в экономике страны к 2025 году, и Россия имеет очень большие шансы выйти в число лидеров по развитию и биомедицинских, и цифровых медицинских технологий.

На основе клинических рекомендаций мы разработали около 3,5 тысячи медико-экономических стандартов, которые позволили нам оценить реальную стоимость всего объёма медицинской помощи, которую мы бесплатно оказываем населению, и выявить определённые дефициты по ряду направлений. Реализация новых пилотных предприоритетных проектов потребует дополнительных финансовых вложений.

Мы очень просим Вас поручить Минздраву, Минэкономразвития, Минфину совместно провести анализ всех необходимых расчётов для решения вопроса о возможности дополнительного финансирования здравоохранения, его источников в рамках предполагаемых в том числе налоговых изменений. Вложенные инвестиции в здоровье людей обязательно вернутся в экономику страны.

Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо, Вероника Игоревна.

Всё, что Вы говорили, всё важно, безусловно. Думаю, всем коллегам и гражданам страны было интересно услышать, интересно и важно узнать о наших перспективных планах и разработках, связанных с использованием высоких технологий, изучением генома, возможностью влиять на геномы и использовать эти знания для здоровья нации.

Не менее важно текущее состояние здравоохранения. Независимая оценка качества оказания услуг медорганизациями – очень важная вещь, действительно важная. Независимая оценка везде важна, в любой сфере, и в здравоохранении то же самое. Как Вы предполагаете это достичь? Общественные советы при органах государственной власти субъектов Российской Федерации?

В.Скворцова: Да, мы это сделаем.

В.Путин: Секундочку. Знаете, мы с Вами представляем, как формируется общественные советы. Это часто бывают такие управляемые структуры, создание которых смысла никакого не имеет. Здесь нужны другие инструменты. Они есть. Сейчас не буду на этом зацикливаться и время терять, но их много.

Нужно, чтобы это была объективная, независимая оценка. Прошу Вас от формализма уходить. Нам не нужны направления деятельности, нам нужен результат по каждому направлению. Есть и другие вопросы, просто обращаю внимание, как мне кажется, на наиболее существенные вещи, которые волнуют граждан. Это первое.

Второе – стандарты. Конечно, мы уже давно говорим об этих стандартах, ещё прежний состав Правительства говорил об этом. Нужно это согласовывать с экономическим блоком – повторяю, мы оскомину набили с этими стандартами – и действовать поступательно настолько, насколько это возможно, исходя из того положения, в котором мы находимся. Конечно, действовать в этом направлении нужно.

Ещё один вопрос, это даже не к Вам, а к Денису Валентиновичу, по поводу санитарной авиации, тоже многократно говорили: на какой авиатехнике будет развиваться эта программа?

Д.Мантуров: Владимир Владимирович, в прошлом году Правительством принято решение по докапитализации Государственной транспортно-лизинговой компании, куда внесены средства в объёме 3,8 миллиарда, которые будут направлены на закупку «Ансатов», уже пять единиц техники закуплены региональными компаниями-операторами, которые будут выполнять по заказам регионов эти услуги. То есть у нас «Ансат» полностью отработан. Мы буквально с Вероникой Игоревной прошлой осенью его вместе инспектировали, принимали в эксплуатацию – сертифицированная машина оказывает медицинские услуги.

В.Путин: Сколько лет её доводят до этого состояния?

Д.Мантуров: Она получила сертификат в позапрошлом году.

В.Путин: У нас не только «Ансат» и «Ка-226» есть – есть и другая техника. Нам нужно активнее это делать. Что такое пять единиц техники? Что такое пять единиц техники для страны – это ничего, ноль.

Д.Мантуров: Владимир Владимирович, это только начало, мы рассчитываем, что и в этом году Правительство окажет содействие в части увеличения капитала Государственной транспортно-лизинговой компании для того, чтобы обеспечивать через операционный и финансовый лизинг поставку авиационной техники. Это касается не только вертолётов. И по Вашему поручению два года назад принято решение по запуску «Л-410», который тоже может использоваться как санитарная машина на коротких расстояниях до 400–500 километров. Поэтому у нас в этом плане, считаю, основа хорошая. С учётом принимаемых решений по развитию санитарной авиации будут заказы и будет техника.

В.Путин: Производство где решили реализовывать, связанное с тем, чтобы на нашей территории это делать?

Д.Мантуров: Это Уральский завод гражданской авиации, который находится в Екатеринбурге. Коллеги уже первые две машины в прошлом году поставили первому заказчику Министерству обороны.

И опять же за счёт докапитализации ГТЛК в этом году будут получать первые гражданские заказчики. Ежегодно уровень локализации будет повышаться.

В.Путин: Там какой конечный уровень?

Д.Мантуров: 70 процентов.

В.Путин: Хорошо.

Орешкин, пожалуйста.

М.Орешкин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета!

Текущий этап развития российской экономики характеризуется непростой демографической ситуацией. Это и следствие тяжёлого экономического кризиса 1990-х годов, и эхо Второй мировой войны. На этом фоне наш рынок труда испытывает две проблемы.

Первая – это быстрое снижение численности населения в трудоспособном возрасте. У нас базовый прогноз Росстата предполагает снижение этого показателя на 800 тысяч человек в год с 2018 по 2020 годы и в среднем на 600 тысяч в год до 2024 года. И вторая проблема – это снижение доли молодого поколения в структуре рабочей силы, что серьёзно замедляет процессы трансформации структуры рынка труда.

В настоящее время Минэкономразвития вступил в завершающую фазу доработки комплексного плана действий Правительства до 2025 года, который предполагает реализацию целого ряда мер, обеспечивающих ускорение темпов экономического роста до среднемировых. Значительную роль в этом плане играют меры, направленные на улучшение динамики экономически активного населения и снижение уровня структурной безработицы.

Однако очевидно, что для обеспечения более высоких темпов экономического роста ключевой историей должна стать тема повышения производительности труда – особенно учитывая, что одним из значительных резервов нашего рынка труда является структурно высокий уровень так называемой занятости с низким уровнем производительности.

Стоит выделить четыре ключевые проблемы сохранения низкой производительности. Первое – это низкий уровень у предприятий проблемной группы управленческих и технологических компетенций, необходимых для качественного скачка в производительности. Вторая проблема – это неразвитость механизмов проектного финансирования, необходимых для реализации проектов по повышению эффективности производства. Третья история – это значительный объём барьеров, мешающих повышению производительности, которые сосредоточены не только и даже не столько в Трудовом кодексе, сколько в многочисленных нормах отраслевого регулирования, устанавливающих, например, избыточные требования, приводящие к необходимости держать избыточные штатные единицы. Четвёртая проблема – это, конечно же, высокие социальные риски массовых сокращений и не всегда работающие механизмы быстрого поиска новой работы и переобучения и повышения квалификации сотрудников. Именно на преодоление этих проблемных зон и предполагается направить работу в рамках приоритетного проекта «Производительность труда».

Его задача – сформировать необходимый фундамент, а также управленческую и организационную рамку, позволяющую фокусировать усилия бизнеса, региональных властей и федерального Правительства на поддержке создания и реализации программ повышения производительности труда на конкретных предприятиях. В качестве названной управленческой рамки предлагается использовать региональные программы повышения производительности, которые должны обеспечивать: первое, разработку и реализацию корпоративных дорожных карты по повышению производительности; второе обязательное условие – мероприятия по содействию трудоустройству высвобождаемых с предприятий сотрудников.

На чём предполагается основывать работу первого элемента корпоративных дорожных карт? Здесь первый инструмент – создание так называемых центров компетенций на федеральном и региональном уровне. Федеральный центр будет формировать и поддерживать общедоступную базу знаний о современных управленческих практиках, технологиях организации производственных процессов, доступных технологических решениях в разных отраслях, а также содержать информацию об успешно реализованных проектах по повышению производительности труда на конкретных предприятиях. Общедоступность базы знаний очень важна, так как она позволит мультиплицировать эффект, в том числе за пределами тех предприятий, которые войдут в региональные программы по повышению производительности.

Федеральный центр компетенций предлагается создать на базе «Внешэкономбанка», предусмотрев для этого его дофинансирование. Этот центр не только обеспечит реализацию проекта по производительности труда, но и станет логичным дополнением уже реализуемого в настоящее время Минэкономразвитием совместно с управленческой командой ВЭБа проекта по созданию так называемой фабрики проектного финансирования. Региональные центры компетенции, которые можно создать на базе имеющихся институтов развития, будут координировать разработку и реализацию региональных программ, оказывать содействие предприятиям в разработке корпоративных дорожных карт.

Второй инструмент содействия подготовки корпоративных дорожных карт, который тоже можно использовать, – это президентская программа подготовки управленческих кадров. Её можно в том числе ориентировать на подготовку как региональных команд в рамках данного проекта, так и менеджмента конкретных предприятий и участников программы.

Стоит отметить, что зачастую Россия серьёзно отстаёт как раз в вопросах современных управленческих технологий, поэтому есть также предложение: в качестве меры, активизирующей обмен лучшими управленческими практиками, переформатировать один из имеющихся национальных экономических форумов в Красноярске в управленческий форум. При этом предлагается проводить его попеременно в Красноярске и Калининграде.

Другие инструменты в рамках данного блока – это повышение качества работы механизмов проектного финансирования, снятие законодательных барьеров на пути повышения производительности труда и предоставление дополнительных налоговых стимулов.

Второй ключевой элемент проекта – это обеспечение максимально полного трудоустройства высвобождаемых работников. Высвобождение, с одной стороны, является затратным для предприятия, с другой – региональные органы власти зачастую сдерживают этот процесс из-за понятных социальных последствий.

Какие инструменты здесь предлагаются? Первый инструмент – это переформатирование служб занятости и перевод их в проактивный режим работы с предприятиями ещё на стадии формирования корпоративных дорожных карт с тем, чтобы обеспечить максимально быстрый, социально безболезненный и незатратный для компаний процесс трудоустройства высвобождаемых работников, в том числе через подбор индивидуальных предложений на основе оценки поведенческого и компетентностного профиля работников через переподготовку и повышение квалификации, необходимых для трудоустройства.

Второй инструмент – это совершенствование инструментов поддержки внутрирегиональной и межрегиональной трудовой мобильности, программ повышения квалификации на предприятиях, в том числе через снятие имеющихся законодательных барьеров и создание налоговых стимулов для компаний, принимающих высвобождаемых сотрудников на работу. Что очень важно, такие налоговые стимулы в каждом случае должны нести положительный итоговый эффект для бюджетной системы. Компания, принимая на работу сотрудника и получая льготы, должны будет гарантировать определённый уровень налоговых платежей в будущем.

Безусловно, работа на направление обеспечения трудоустройства работников должна быть скоординирована с уже имеющимися федеральными и региональными программами, а также с работой по другим приоритетным проектам, в частности по развитию малого предпринимательства и поддержки развития моногородов. Инструменты, формируемые в рамках этих проектов, также значительно расширят возможности для трудоустройства высвобождаемых сотрудников или для начала собственного бизнеса.

Об организационной стороне вопроса. За ближайшие полгода нам будет нужно на федеральном уровне решить следующие задачи.

Первое. Разработать в тесном взаимодействии с бизнесом и начать исполнение дорожной карты по необходимым поправкам в трудовое, налоговое и отраслевое законодательство, направленным на снятие барьеров и создание стимулов по повышению производительности труда.

Минэкономразвития организует эту работу совместно с коллегами по Правительству, в первую очередь с Минтрудом, Минпромторгом и Минфином, а также с бизнес-объединениями. Естественно, все эти изменения нужно будет проводить в тесном взаимодействии со сторонами социального партнёрства.

Второе. Обеспечить создание на базе ВЭБа федерального центра компетенций.

Третье. Принять необходимую для запуска региональных программ методическую и правовую базу.

Четвёртое. Обеспечить заключение соглашений с регионами, организовать мониторинг их реализации.

Пятое. Разработать план дополнения функционала к программе подготовки управленческих кадров.

Шестое. Разработать программу перезагрузки служб занятости.

Седьмое. Уточнить набор инструментов финансовой и административной поддержки реализации программы.

С точки зрения региональной части программы предполагается отобрать на первом этапе порядка пяти пилотных регионов, которые за первые полгода должны будут создать региональные институты развития и подготовить региональные программы повышения производительности труда, в рамках которых в том числе осуществить отбор предприятий – участников данной программы и детально прописать меры, направленные на сохранение качественной занятости высвобождаемых работников.

Управленческая конструкция работы над проектом предполагает роль функционального заказчика для Министерства экономического развития, роль куратора проекта в руководстве Правительства возьмёт на себя Аркадий Владимирович Дворкович.

Доклад окончен. Спасибо.

В.Путин: Всё правильно, интересно, но можно учить бесконечно, мы с вами знаем. И учить можно по–разному. Самое главное – это, конечно, стимулы, выгоды, снятие законодательных барьеров, как Вы сказали, на пути повышения производительности труда.

Вы с Минфином, другими коллегами прорабатывали снятие этих барьеров, в том числе и на налоговые стимулы, это прорабатывалось на практическом уровне?

М.Орешкин: Дорабатывать эти механизмы ещё придётся. Как раз ближайшие месяцы на это потратим, потому что, ещё раз повторю, главное – делать эти стимулы таким образом, чтобы они приводили к положительному бюджетному эффекту, чтобы не выпадали деньги.

В.Путин: Да, именно, чтобы приводили к положительным бюджетным эффектам. «Ликвидация нормативного закрепления избыточной численности, включая невозможность передачи отдельной функции на аутсорсинг» – надо передавать на аутсорсинг. У нас очень часто, и Вы не можете это не знать, аутсорсинг сводится к тому, что создаются квазичастные компании, которым передаются фактически бюджетные средства, и вместо аутсорсинга получается повышение бюджетных расходов с минимальным качеством окончательных работ. Просто написать эти вещи недостаточно. Нужно исходить из реалий, с которыми мы сталкиваемся при попытках организовать такую работу.

Что касается налоговых стимулов, это что означает? Мне бы хотелось услышать Антона Германовича. То, что это нужно, это совершенно очевидно. Для меня очевидно, что если мы хотим, чтобы заработали все наши планы, нужно, чтобы были стимулы и чтобы бизнес чувствовал выгоды от внедрения новых технологий. Только тогда это всё заработает. Учить можно бесконечно, но если стимулов нет, ничего не будет.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, мы сейчас по Вашему поручению готовим предложение по совершенствованию налоговой системы, и среди таких предложений будет подготовлена и мера по повышению производительности труда на предприятиях. Здесь в первую очередь, конечно, мы рассматриваем вопросы о стимулировании создания высокопроизводительных рабочих мест, стимулы для предприятий обновлять своё производство, с тем чтобы высвобождать сотрудников и меньшим количеством добиваться большего и лучшего качества продукции. Это с одной стороны.

С другой стороны, высвобождаемые сотрудники будут проходить переобучение в рамках тех институтов, которые у нас созданы. Во всяком случае, будем стимулировать предприятия через налоговое законодательство вкладывать ресурсы именно в инновации и новую технику, с тем чтобы это решало задачу повышения производительности труда.

В.Путин: По времени примерно когда мы можем запустить все эти механизмы?

М.Орешкин: Думаю, всю необходимую подготовительную работу мы должны закончить к концу лета и осенью уже активно начать это внедрять в пилотных регионах.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Коллеги, есть какие-то замечания, предложения, соображения, вопросы по повестке?

Пожалуйста, прошу Вас.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 марта 2017 > № 2111979 Владимир Путин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 марта 2017 > № 2111760 Владимир Путин, Вероника Скворцова

Заседание Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Под председательством Владимира Путина в Кремле состоялось заседание Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Участники заседания обсудили ход реализации приоритетных проектов в сфере здравоохранения, а также меры, направленные на повышение производительности труда.

* * *

Стенографический отчёт о заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами сегодня на первом в этом году заседании Совета рассмотрим вопросы, которые напрямую влияют на качество жизни людей, благополучие российских семей, формирование сильной, конкурентоспособной экономики. Речь пойдёт о дальнейшем развитии здравоохранения, и по второму вопросу мы обратимся к проблеме повышения производительности труда.

Начну со здравоохранения. За последние годы здесь удалось добиться существенных изменений к лучшему, и ключевой показатель – это, безусловно, рост продолжительности жизни: он сегодня составляет почти 72 года. Напомню, что за 12 лет продолжительность жизни выросла в России на 6,5 лет – с 65,4 в 2005 году до 71,87 в 2016-м. У мужчин рост составил 7,7 лет, у женщин – 4,6 года. За это же время младенческая смертность, как вы знаете, снизилась с 10,2 до 6 на 1000 родившихся, а в январе была зафиксирована – 5,1. Что касается материнской смертности, то здесь ситуация ещё лучше: смертность снизилась более чем втрое.

Создана эффективная система охраны материнства и детства, значительно обновлена материально-техническая база медицинских учреждений, широкое развитие получила высокотехнологичная медицина.

Напомню, что в 2005 году эту помощь могли получить 60 тысяч пациентов, в 2016 – 963,1 тысячи, то есть рост почти в 15 раз. Число медучреждений, оказывающих высокотехнологичную медицинскую помощь, выросло более чем в 10 раз – с 90 до 932 учреждений.

Мы, безусловно, должны и дальше идти вперёд. Есть все возможности для того, чтобы к 2025 году увеличить продолжительность жизни в России до 76 лет, значительно снизить смертность в трудоспособном возрасте.

Здесь хочу сказать и о некоторых настораживающих моментах: смертность лиц трудоспособного возраста возросла в 2015 году. Ничего критического здесь пока нет, тем не менее на это следует обратить внимание.

Для того чтобы ситуация и дальше развивалась в нужном нам ключе, предстоит создать действительно современную систему здравоохранения, причём на всех уровнях: от первичного звена до федеральных клиник, – систему, которая соответствует самым высоким мировым стандартам.

Нужно прямо сказать, несмотря на очевидные изменения, у нас ещё много, очень много нерешённых проблем. Люди справедливо и обоснованно говорят о нехватке врачей, особенно в небольших городах и населённых пунктах. Сложно записаться к нужному специалисту, быстро пройти обследование, а в регистратурах ещё часто встречается хамство. В Послании Федеральному Собранию об информатизации медицинских учреждений тоже говорилось отдельно, но это лишь механизм решения проблемы.

Вновь обращаю внимание, следует не просто обеспечить поликлиники и больницы интернетом, а добиваться того, чтобы граждане попадали на приём и проходили обследование без нервов и очередей, в том числе пожилые люди, которые не всегда разбираются в таких понятиях, как «информационные технологии» и «электронная запись». А врачи избавились бы при этом от ненужной бумажной работы и больше времени могли бы уделять пациенту, непрерывно улучшать свою квалификацию, в режиме онлайн обращаться за советом к коллегам из региональных и федеральных центров.

Нужно повышать престиж, статус, материальное положение медицинских работников, укреплять их защиту, в том числе правовую. Здравоохранение, как и образование – это не просто сфера услуг: врачи, учителя выполняют важнейшую для будущего страны и общества работу.

Подчеркну, главный критерий успеха всех проектов в сфере здравоохранения – значимые, ощутимые результаты, которых ждут люди: это точная и быстрая диагностика и действенное лечение, доброжелательное, человеческое отношение к пациенту, доступность, качество и эффективность лекарственных препаратов.

В Послании Федеральному Собранию была поставлена также задача о развитии санитарной авиации. Это вопрос справедливости и равных возможностей на получение своевременной медицинской помощи на всей территории страны, имея в виду нашу огромную территорию – это особенно важно.

Конечно, мы должны смотреть и на длительную перспективу, использовать потенциал отечественной науки и добиваться прорывных результатов в сфере генетики, персональной и биомедицины, обработки больших данных, обеспечить практическое применение передовых разработок на всех уровнях здравоохранения.

И ещё одно. Важно не только качество лечения, но и профилактика заболевания, популяризация здорового образа жизни. Здесь также нужно продолжать активную работу.

Поставленные цели и задачи требуют эффективных управленческих подходов, значительных финансовых ресурсов. Рассчитываю, что Вероника Игоревна Скворцова сегодня подробно доложит, что предстоит сделать.

Теперь несколько слов по второму вопросу нашей повестки – о задачах по повышению производительности труда. Понятно, что это ключевой вопрос экономического развития. Отмечу, что целенаправленные усилия уже позволили добиться стабильных темпов роста производительности в отдельных отраслях экономики. Например, по данным Росстата, в авиапроме рост производительности труда составил в 2012 году 15,6 процента, в 2013-м – 27, в 2014-м – 29 с лишним процентов.

Правда, в 2015-м и 2016-м эти показатели выглядят гораздо скромнее, но в целом по показателям в этой сфере Россия более чем в два раза уступает эффективным экономикам. Благодаря мощному технологическому прогрессу, который сейчас в мире поступательно развивается, этот разрыв может серьёзно возрасти, если мы своевременно не будем на это реагировать. По данным ОЭСР, в 2015 году в России вклад одного работника в ВВП страны составил 23,18 в час, а в странах ОЭСР – 46,53 в час.

Нам нужно форсированно наращивать производительность труда, ежегодно минимум на 5–6 процентов увеличивать. За этими цифрами – рост эффективности экономики и предприятия, создание современных рабочих мест и достойной заработной платы, а значит, будут увеличиваться, если мы решим эту задачу, и доходы граждан – они смогут обеспечивать свои семьи, своих детей.

Хорошие профессиональные перспективы откроются и для молодёжи, которая только выходит на рынок труда. Совместно с регионами, предприятиями, бизнесом следует выстраивать чёткую, работающую систему поддержки занятости и трудовой мобильности. Подход должен быть один: если одно старое неэффективное рабочее место сокращается – значит, как минимум одно новое должно быть создано, как на открывающихся крупных современных предприятиях, так и в малом бизнесе.

И мы с вами понимаем, что особое значение здесь приобретает малый бизнес. Нужно дать возможность каждому человеку получить новую работу или открыть своё дело, повысить свою квалификацию или освоить другую профессию, поэтому принципиально важно, чтобы программа повышения производительности труда осуществлялась в тесной координации с мерами по подготовке кадров и развитию предпринимательства.

Предлагаю отработать этот механизм в нескольких субъектах Федерации в рамках региональных программ повышения производительности труда и прошу Правительство отобрать такие регионы, оказать им всё необходимое содействие. На федеральном уровне нужно провести ревизию нормативно-правовой базы, снять излишние барьеры, мешающие формированию современного рынка труда, создать дополнительные стимулы для компаний повышать производительность, проводить технологическое обновление и создавать новые рабочие места.

Недавно на площадке РСПП мы дискутировали на эту тему, обсуждали предложения бизнеса на этот счёт. Прошу Правительство совместно с деловыми объединениями проанализировать ситуацию, разработать необходимые поправки в законодательство и в короткие сроки внести их в Государственную Думу. Вновь подчеркну, важно найти баланс между задачами роста производительности труда, интересами бизнеса и интересами людей. Права граждан на труд, безусловно, должны быть защищены в условиях новой технологической революции.

И наконец, предлагаю на федеральном уровне с участием институтов развития создать центр компетенции. Его задача – распространить лучший мировой опыт, лучшие российские практики в сфере повышения производительности и организации труда. Речь о том, как оптимизировать производственный и бизнес-процессы, мотивировать работников. Этими знаниями должны владеть и представители органов власти, в том числе на местах, и управленческий персонал предприятий. Просил бы Максима Станиславовича Орешкина рассказать, каким образом, как Министерство считает, должна быть выстроена эта работа по всем обозначенным направлениям.

Давайте начнём работать. Слово Веронике Игоревне, пожалуйста.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Основной концепцией развития российского здравоохранения является создание национальной пациентоориентированной системы, объединяющей все имеющиеся в стране медицинские мощности независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности, работающей в рамках единых требований к качеству, доступности медицинской помощи и квалификации медицинских работников, а также реализующей государственные гарантии бесплатного оказания медицинской помощи населению на принципах солидарности и социального равенства.

Это позволило за последние пять лет достичь определённых положительных результатов в развитии здравоохранения, прежде всего в целом сформировать современную систему охраны материнства и детства и существенно снизить показатели материнской, младенческой и детской смертности, в 2013 году восстановить крупномасштабные профилактические осмотры населения и скрининги здоровья, которые прошли уже 87,5 миллиона взрослых и всё детское население.

Это позволило существенно улучшить активные выявления заболеваний на ранних стадиях, поддающихся эффективному лечению. Хотела бы сказать, что благодаря активному онкопоиску в прошлом году уже 55 процентов злокачественных новообразований выявлено на первой, второй стадии, что позволило снизить одногодичную летальность до 23 процентов и повысить пятилетнюю выживаемость свыше 53 процентов.

В целом выстроена система экстренной специализированной медицинской помощи на основе создания и правильного размещения медицинских учреждений второго межрайонного уровня: это более 540 сосудистых центров, более 1500 травмоцентров. За пять лет смертность от инсульта снизилась более чем на 34 процента и на 20 процентов – смертность от дорожно-транспортных происшествий. С 2012 года в три раза увеличился объём высокотехнологичной помощи, и помощь приблизилась к месту жительства людей: уже 932 организации соответственно оказывают эту помощь.

Важно отметить, что за два года, 2015-й и 2016-й, резко увеличился приезд иностранных пациентов в российские клиники – на 87 процентов, и в 2016 году уже более 13,5 тысячи иностранных пациентов лечились в российских клиниках по таким профилям, как репродуктивные технологии, ортопедия, пластическая хирургия, сердечно-сосудистая хирургия, офтальмология, стоматология. Высокое качество услуг и комфортные цены привлекли пациентов более чем из 20 стран ближнего и дальнего зарубежья.

И за эти же годы драматически сократился поток россиян для получения плановой медицинской помощи за рубеж: в 2016 году это 80 тысяч человек – 0,002 процента от 33 миллионов, которые получают аналогичную помощь в российских клиниках. Поток в Израиль сократился на 60 процентов, поток в Германию сократился на 30 процентов.

Благодаря инвестиционным проектам и программам модернизации здравоохранения за пять лет в регионах построено более двух тысяч новых медицинских объектов, отремонтированы более 20 тысяч организаций и закуплено более 390 тысяч единиц медицинского оборудования. В то же время сохраняется большое количество несовершенств в системе организации медицинской помощи. Предстоит сделать очень многое для того, чтобы преодолеть все трудности и проблемы, с которыми сталкиваются россияне при получении медицинской помощи.

Мы выделяем пять приоритетных направлений развития, прежде всего это совершенствование доступности медицинской помощи. Совместно с субъектами Российской Федерации в 2018 году в целом будет завершено формирование трёхуровневой региональной системы здравоохранения на основе единых требований к размещению медицинской инфраструктуры со специально созданной геоинформационной системой, а также на основе единых порядков оказания медицинской помощи, в том числе в выездной форме для малонаселённых пунктов с населением от одного до 100 человек. Таких пунктов у нас более 80 тысяч на территории страны. Это позволит обеспечить соблюдение во всех регионах предельных сроков ожидания медицинской помощи разных видов в соответствии с программой государственных гарантий.

Важнейшая задача – обеспечить своевременную экстренную медицинскую помощь при жизнеугрожающих состояниях для тех пациентов, которые проживают в труднодоступных районах со сложными климатическими и дорожными условиями. Именно поэтому развитие санитарной авиации – один из наших приоритетных проектов, реализация которого в течение двух лет позволит существенно сократить время доставки пациентов в специализированные центры. Огромный резерв в повышении доступности медицинской помощи заключён в развитии цифровых технологий. Уже сейчас положительно себя зарекомендовали электронная запись на приём к врачу, выписка электронных рецептов и больничных листов.

В 2019 году в целом будет завершено формирование системы телемедицинских консультаций между медицинскими организациями разного уровня, включая головные, по профилям, национальные, научно-практические и медицинские центры. С 2020 года поэтапно будет введён электронный мониторинг здоровья пациентов из групп риска с помощью индивидуальных устройств, измеряющих давление, пульс, концентрацию глюкозы и других элементов в крови, положение в пространстве и так далее, с включением системы экстренного реагирования при изменении этих параметров до критичных величин.

Вторым важным приоритетом развития является внедрение на всей территории страны единых требований к качеству медицинской помощи и создание системы управления качеством. В 2014–2016 годах совместно с экспертным профессиональным сообществом Национальной медицинской палатой создана система национальных клинических рекомендаций по основным заболеваниям человека. Для ускоренной адаптации к ним врачей в декабре 2016 года завершено создание электронного рубрикатора клинических рекомендаций и быстрой поисковой системы алгоритмов диагностики и лечения по ключевым словам и графологическим структурам.

Эта система начинает повсеместно внедряться в этом году через автоматизированные рабочие места врачей, которых сейчас уже 70 процентов от требуемого количества. До конца 2018 года клинические рекомендации будут внедрены во всех регионах страны. На базе клинических рекомендаций разработаны критерии оценки качества медицинской помощи, закрепляемые нормативно. С июля текущего года все экспертные контрольные мероприятия будут проводиться с их применением.

Большое значение мы придаём созданию комфортной среды и атмосферы доброжелательности в медицинских организациях. В 2015 году мы впервые провели Всероссийский конкурс «Вежливая регистратура», когда регионы выбирали и на федеральный уровень представляли лучшие модели организации работы регистратур в поликлиниках, диспансерах с созданием удобных офисов приёма больных, быстрой записи к врачу, созданием отдельных колл-центров, инфоматов, информационных панелей. Этот конкурс стал ежегодным и уже внёс определённый вклад в распространение положительного опыта по стране.

Особого внимания заслуживает наш совместный проект с Управлением внутренней политики Президента и экспертами Росатома, целью которого являлось повышение доступности и качества медицинской помощи через оптимизацию технологических процессов в медицинских организациях и устранение необоснованных потерь.

Эта фабрика технологий уже внедрена в трёх регионах и показала, что достаточно четырёх-пяти месяцев, с тем чтобы через улучшение логистики процессов полностью уйти от очередей в медицинских организациях, сократить время ожидания врача у кабинета до 12 раз, увеличить время непосредственного общения врача и пациента в два раза, создать удобные условия для прохождения диспансеризации за один визит, разделить потоки здоровых и больных пациентов.

Этот положительный опыт мы уже получили на примере первых шести переформированных поликлиник, и в настоящее время этот опыт распространяется ещё на 30 поликлиник. С настоящего времени мы планируем активное тиражирование этого опыта по всей стране, по всем федеральным округам и регионам.

Для помощи пациентам в реализации их главного права на охрану здоровья с 2016 года в системе ОМС формируется институт страховых представителей. Поэтапно вводятся контактные центры, СМС–оповещения, внедряются механизмы восстановления нарушаемых прав пациентов до наступления нежелательных последствий.

Данная пациентоориентированная система будет внедрена в стране до конца 2018 года. Приоритетом чрезвычайной значимости является разработка и внедрение новых цифровых и биомедицинских технологий. В 2020 году в целом завершится формирование единой государственной информационной системы сферы здравоохранения на основе единой электронной медицинской карты пациента.

Это позволит внедрить перекрёстный электронный документооборот и личный кабинет пациента. С любого компьютера каждый человек сможет войти в свой личный кабинет и получить необходимую информацию, выписки из медицинских документов, записаться к врачу, связаться со страховым представителем.

В системе будет создан архив цифровых изображений и будут внедрены интеллектуальные программы автоматизированного чтения изображений с резким увеличением точности и своевременности диагностики. Будет внедрена система автоматизированной экспертизы качества медицинской помощи: сопоставление алгоритма ведения конкретного больного со вшитыми в систему эталонными протоколами и критериями качества.

К концу 2020 года система будет полностью интегрирована с информационно-аналитическими системами ОМС, обращения лекарств и медицинских изделий, что позволит проводить комплексный анализ ресурсоэффективности всей отрасли.

Таким образом, к концу 2020 года мы сможем выйти на качественно новый уровень управления здравоохранением, а также преемственностью и качеством медицинской помощи. Планируется, что с 2020 года начнут внедряться автоматизированные программы обработки больших массивов данных BIG DATA, которые позволят уже автоматизированно выбирать оптимальные алгоритмы медицинского сопровождения для каждого человека с учётом телемедицинских консультаций.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 марта 2017 > № 2111760 Владимир Путин, Вероника Скворцова


Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ. Образование, наука > premier.gov.ru, 20 марта 2017 > № 2111761 Дмитрий Рогозин, Ольга Голодец

Совещание с вице-премьерами.

В повестке: о ходе строительства космодрома Восточный; о реализации программы создания в субъектах Федерации новых мест в общеобразовательных организациях; о выборах президента Российской академии наук.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Дмитрий Олегович (Рогозин) в очередной раз забрался далеко, на космодром Восточный, с этого и начнём разговор.

Первый этап строительства практически завершается. Проект очень важный. Не говорю о его значении для развития космонавтики, для осуществления пусков, для развития научного потенциала страны – это и так общеизвестно.

В рамках строительства были выделены очень большие деньги, там не всё было без проблем. Занимались иногда и просто их эффективным использованием. Но сейчас хотел бы, Дмитрий Олегович, к Вам обратиться не по поводу пусков и научной составляющей (хотя она, конечно, важнее всего), а по поводу социальной составляющей. Место это дальнее, скажем, не сахарное для жизни (мы с вами там все бывали), и нужно, чтобы там была современная инфраструктура жилья, социальная инфраструктура. Когда мы встречались, об этом говорили. Что сделано? О чём можно сказать?

Д.Рогозин (в режиме видеоконференции): Сегодня я вместе с руководителем «Роскосмоса» Игорем Комаровым и руководителем Федерального медико-биологического агентства Владимиром Уйбой провёл очередную инспекцию космодрома Восточный. Мы были на техническом комплексе, на стартовом комплексе.

Сейчас мы находимся в городе Циолковском, и я могу доложить, что мы ввели в строй несколько новых социальных объектов, которые будут предназначены для того, чтобы ими могли пользоваться работники космодрома. Вы совершенно справедливо сказали, что крайне важно создать максимально благоприятные условия для того, чтобы лучшие из лучших специалисты космической отрасли могли приехать и обслуживать космодром Восточный.

С правой стороны от меня находится административное здание, оно уже принято в эксплуатацию. Здесь будут находиться и загс, и администрация города, уже работает аппаратно-программный комплекс «Безопасный город».

За мной находятся ясли-сад на 140 малышей, в конце мая они будут открыты, причём с бассейном. Сегодня мы этот объект также проинспектировали: очень хорошая работа. А чуть дальше, за садиком, находится 84-квартирный дом, который тоже сейчас вводим в эксплуатацию. В мае этого года будут введены в эксплуатацию ещё два дома – на 63 и на 125 квартир, а в сентябре заканчивается строительство всего этого объекта – города Циолковского (первая очередь заканчивается) и будут введены в эксплуатацию 195-, 125- и 95-квартирный дома.

Поэтому, Дмитрий Анатольевич, я думаю, что, когда Вы во второй половине года приедете на космодром Восточный – а здесь Вас очень ждут, мы планируем два пуска с космодрома, – Вы уже увидите практически полноценный, работающий, заселённый город, очень красивый город со всеми необходимыми условиями для нормальной, творческой жизни.

Д.Медведев: Будем надеяться, что увидим и счастливые лица людей, которые там живут.

Д.Рогозин: Я на это тоже надеюсь. По крайней мере всё, что делают строители и федеральная государственная корпорация «Роскосмос», нацелено на то, чтобы люди чувствовали себя здесь максимально комфортно.

Сегодня мы также посетили уже работающий медико-санитарный центр, который был построен Федеральным медико-биологическим агентством. Я убедился, что он функционирует. Огромное количество людей, амурчан, не только работников космодрома, но и тех, кто жил раньше в городе Углегорске, соседних населённых пунктах, уже пользуются услугами уникального оборудования, которое сегодня сосредоточено в этом центре. Произвело достаточно приятное впечатление, работу будем продолжать.

Д.Медведев: Действительно, очень важно, что вместе с основными пусковыми модулями, вместе с научной составляющей вводится в эксплуатацию и нормальная социальная инфраструктура. Прошу это тоже держать на контроле. И когда приедем, обязательно всё посмотрим.

Привет передавайте коллегам.

Д.Рогозин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Теперь перейдём к образовательным вопросам, вопросам, касающимся строительства школ.

Мы эту программу, что называется, выстрадали, нашли на неё деньги. Деньги в настоящий момент не фантастические, но позволяют нам развивать эту программу и в этом году. Выделено 25 млрд рублей. В прошлом году за счёт выделенных средств (средства были такие же) было создано 58 тыс. новых учебных мест. В этом году также средства распределяются бюджетам регионов. Эта работа по-разному идёт: где-то быстрее, где-то медленнее. Где-то это создание новых школ, где-то модернизация существующих. Особенно на Дальнем Востоке, в Сибири очень часто говорят: нам не нужны огромные новые школы, которых мы будем ждать десятилетиями, отремонтируйте нашу малокомплектную школу. Как работа выстроена? Какие темпы набрали? Что надеемся получить?

О.Голодец: Сегодня развитие социальной инфраструктуры является одним из основных импульсов развития социальной сферы в целом. И мы знаем, насколько решает проблемы программа по детским садам, которая была реализована в предыдущие три года, когда удалось создать 1,36 млн мест. И замечательно, что эта программа продолжается.

По программе развития школьного образования за десять лет планируется увеличение школьной инфраструктуры и создание дополнительно 6,5 млн новых учебных мест. В 2016 году на эти цели было выделено 25 млрд рублей. В дополнение к федеральной программе регионы осуществляют свои мероприятия по реконструкции, вводу новых мест.

Если считать полный объём всех созданных в 2016 году мест, то их число (это наши усилия плюс региональные) – 167 911 мест. Это очень хороший темп, который задан на старте.

По поручению Правительства мы перешли к тому, что вводим новые типовые школы. Это школы нового образца, современные с точки зрения новых образовательных стандартов, а с точки зрения экономики строительства абсолютно оптимальные.

В 2017 году на реализацию проекта также заложено 25 млрд рублей. Число регионов, которые вошли в эту программу, увеличилось на 19% – с 48 субъектов Российской Федерации до 57. Регионы готовятся заранее, они выделяют площади, что позволяет нам решать вопрос строительства в очень компактные сроки, то есть мы не порождаем никаких долгостроев. Как правило, школы, которые заложены в начале года, к концу года уже сдаются.

В этом году мы ожидаем, что будет введено дополнительно 170 тыс. новых мест, включая реконструкцию школ, которые нуждаются просто в модернизации. Конечно, мы готовы разворачивать программу более масштабно, и если такая возможность появится, то мы сможем реализовать эту программу в более широких масштабах.

Д.Медведев: Появятся деньги – её, конечно, лучше реализовывать быстрее. Мы изначально ориентировались на десять лет. Но десять лет вообще-то большой срок, и по возможности, если будет дополнительное финансирование, было бы лучше этим воспользоваться и стройку приближать.

Что у наших коллег в Академии наук происходит? Это ведь не общественная организация, а государственная академия. Там что случилось, Аркадий Владимирович (обращаясь к А.Дворковичу)?

А.Дворкович: Сегодня началась работа годового общего собрания членов Российской академии наук.

Сегодняшний день посвящён отчёту президента академии и научным докладам, дальше были запланированы выборы президента академии на последующий период. Было внесено три кандидатуры, при этом наибольшая поддержка, по предварительным данным, была у нынешнего президента академии. Тем не менее часть членов академии – и их поддержал нынешний президент академии – посчитала, что есть определённые узкие места в нормативных документах самой академии, прежде всего в уставе, в том, что касается порядка выбора и системы выдвижения кандидатов.

Д.Медведев: Устав утверждается Правительством?

А.Дворкович: Утверждается Правительством. И значительная часть членов академии считают, что нужны изменения в устав. Они их будут предлагать. В связи с тем, что, с их точки зрения, будущая система, которая могла бы быть поддержана Правительством в случае общего согласия, будет более прозрачной и позволит осуществить более эффективный отбор кандидатов, все три кандидата решили снять свои кандидатуры и отложить выборы.

Д.Медведев: А рулить кто будет? Кто на заседании Правительства будет присутствовать? Есть понимание, с кем мы общаться будем?

А.Дворкович: Сейчас юристы смотрят, кто при несостоявшихся выборах будет руководить академией. Видимо, один из вице-президентов.

Д.Медведев: Нам, конечно, небезразлично, что происходит в нашем крупнейшем академическом учреждении. Я ещё раз повторяю: это же не общественный клуб, это государственная академия, которая функционирует на базе государственного имущества и тратит государственные деньги. Поэтому нужно, чтобы там коллапс не наступил. Надо, чтобы они как-то определились. Если потребуется правовая помощь в части, касающейся быстрейшей подготовки нормативных актов – внутренних документов академии, которые позволят провести выборы как можно быстрее, эту помощь надо оказать. Тем более что в конечном счёте, их устав утверждается Правительством Российской Федерации. Если можно сделать что-то красиво и прозрачно, давайте поможем им в этом.

А.Дворкович: Мы сегодня проведём с ними работу и консультации.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ. Образование, наука > premier.gov.ru, 20 марта 2017 > № 2111761 Дмитрий Рогозин, Ольга Голодец


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 марта 2017 > № 2111621

Сколько стоят продукты или какая на самом деле инфляция в России?

Станислав Мурашов

макроаналитик АО «Райффайзенбанк»

Почему реальная инфляция в России выше официальных 5,4%

По данным Росстата, прошлый год инфляция завершила на рекордно низкой отметке в 5,4%. В то же время население не верит в официальные цифры — опросы ЦБ свидетельствуют: простые люди считают, что инфляция находится значительно выше 10%. Сомневаются в цифрах Росстата и представители бизнеса и аналитики. Почему публикуемые данные могут выглядеть слишком оптимистично?

Ответ на этот вопрос в целом довольно прост: инфляция как общий показатель — это прирост стоимости некой потребительской корзины, в которую входят различные товары и услуги с определенными весами. Так как все люди разные (то есть обладают разными потребительскими предпочтениями, доходами, живут в разных регионах, делают покупки в разных магазинах), для расчета показателя по экономике в целом Росстат использует некую среднюю потребительскую корзину. Итоговая цифра по инфляции довольно сильно может зависеть от весов, с которыми различные категории товаров и услуг входят в потребительский набор, от «качества» товара, который будет включаться в ту или иную категорию, от ценовой политики ретейлеров и тому подобного. Поэтому инфляция может сильно отличаться для разных людей, в первую очередь для потребителей с разными доходами. Например, менее обеспеченные слои населения тратят большую долю своего дохода на питание, и при этом качество (и цена) этих продуктов питания, скорее всего, будет значительно ниже.

Не секрет, что в России высока дифференциация доходов: при средней зарплате в 36 000 рублей доход выше этой суммы получают не более 30% населения, в то время как остальные 70% обходятся еще более скромными суммами. Мы решили посмотреть, насколько сильно отличается инфляция для групп населения с различными доходами и насколько эта инфляция близка к итоговой оценке Росстата. Мы взяли три группы — наименее обеспеченных (доход менее 10 000 рублей в месяц), представителей с «медианным» уровнем дохода (17-25 000 рублей в месяц) и наиболее обеспеченных россиян (более 60 000 рублей в месяц) и сформировали для каждой из них свою (соответствующую их уровню дохода) потребительскую корзину (пользуясь весами и данными по ценам на товары от Росстата). Так, например, если речь идет о мясе или рыбе, то более богатые потребители, скорее, будут покупать бескостное мясо или лосось, в то время как наименее обеспеченные будут вынуждены приобретать готовый фарш, мясо птицы или рыбные консервы.

Как видно из нашего графика, инфляция для наименее обеспеченных слоев населения оказалась наименьшей. Это связано главным образом с двумя причинами. Во-первых, люди с низкими доходами тратят большую часть средств на продукты питания (цены на которые в последние месяцы растут меньшими темпами из-за заметного удешевления фруктов и овощей). Во-вторых, в динамике цен наблюдается тенденция, при которой более дорогие товары (внутри одной товарной группы) растут в цене быстрее дешевых. Происходит это отчасти потому, что ценовая политика ретейлеров включает в себя анализ эластичности спроса разных групп покупателей в зависимости от уровня их дохода. Логично, что население с низким уровнем дохода при высокой инфляции будет сокращать потребление. В результате те ретейлеры, ключевой аудиторией которых являются покупатели с низким уровнем дохода (дискаунтеры), стремятся сохранять максимально привлекательные цены на дешевые товары, компенсируя недополученную прибыль за счет реализации большего объема товаров и/или за счет большего повышения цен на дорогие товары (эластичность спроса на которые у покупателей с более высоким доходом ниже). Однако такое расхождение в динамике цен не может сохраниться надолго: по прошествии определенного времени после негативного шока, когда цены на дорогие товары уже отреагировали, начинают расти и цены на дешевые товары, так как население постепенно все больше переключается на них. Впрочем, в тех группах, где переключение невозможно или трудно (например, лекарства), такого эффекта не происходит, и реальная инфляция остается стабильно высокой.

В текущей ситуации видно, что общий ИПЦ скорее ближе к инфляции для групп с низким или «медианным» уровнем доходов (то есть для людей с уровнем дохода ниже среднероссийской зарплаты). Для более обеспеченных слоев населения инфляция оказывается выше, потому что они тратят меньшую долю своего дохода на базовую корзину продуктов питания и потребляют большее количество более дорогих продуктов, отдавая предпочтение качеству, а не цене.

Однако даже для групп с невысокими доходами инфляция может быть выше, чем уровень, который был рассчитан нами исходя из данных Росстата. Для примера мы взяли условный набор товаров для двух типичных представителей населения с невысокими доходами — пенсионера и выпускника вуза, устроившегося на работу. Структура их расходов была выбрана нами схематично с целью сделать динамику инфляции более понятной. В нашем гипотетическом примере основную часть своих доходов (40%) пенсионер тратит на оплату услуг ЖКХ, порядка 40% доходов уходит на еду (хлебобулочные изделия, сахар, крупы, мука, молочная продукция), а оставшиеся 20% — на лекарства и медицинские услуги. Работающий выпускник порядка 30% доходов тратит на аренду квартиры, 20% — еда, включая походы в кафе и рестораны, порядка 30% уходит на развлечения, а 20% — на путешествия и транспортные расходы.

Как можно увидеть из графика, с начала 2016 года инфляция для обеих групп (выпускников и пенсионеров) превышает общий уровень инфляции, рассчитанной нами для группы с низкими доходами (по структуре весов Росстата). Такое различие главным образом связано с тем, что в структуре потребления пенсионеров присутствует высокая доля медицинских услуг и лекарств, которые дорожают высокими темпами. Для молодых людей цены также растут быстрее из-за значительного веса транспортных расходов, а также из-за высокой доли арендной платы (из-за чего их фактический располагаемый доход оказывается значительно меньше, чем мог бы быть).

В итоге становится ясно, что официальный уровень инфляции, скорее всего, является не средним значением инфляции по группам с различными доходами, а нижней границей роста цен. Тезис о том, что средний рост цен превышает ИПЦ Росстата, подтверждается также расчетами исследовательского холдинга «Ромир»: рассчитываемый ими индекс «Дефлятор» на основе наиболее популярных у покупателей товаров превысил официальную инфляцию на 1,7 п. п. в 2016 году (7,1%) и обогнал почти на 2,6 п. п. инфляцию, накопленную с начала текущего года.

Что означает фактически более высокий уровень инфляции? Прежде всего, более медленное восстановление реальных доходов населения и, соответственно, менее быстрый выход экономики из рецессии. Не исключено, что ЦБ, проводя жесткую денежно-кредитную политику, обращает внимание на разницу между официально публикуемой инфляцией и наблюдаемым населением ростом цен, который транслируется в более высокие инфляционные ожидания.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 марта 2017 > № 2111621


Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 18 марта 2017 > № 2110251 Дмитрий Нагиев

Дмитрий Нагиев: «Если начнут расти гонорары артистов, значит начался подъем в российской экономике»

Людмила Егоршина

Журналист

Самый высокооплачиваемый российский актер по версии Forbes — о своих рекламных контрактах, сравнительной доходности кино и ТВ, правилах ведения корпоративов и актерском тщеславии

В 2016 году Дмитрий Нагиев возглавил список самых обеспеченных актеров в рейтинге российских знаменитостей Forbes. В общем списке он занял 19-е место с доходом $3,2 млн, удвоив свой доход по сравнению с 2015 годом (в 2015 году актер занимал 29 место с доходом в $1,7 млн.). Нагиев сыграл в сериале ТНТ «Физрук» (по данным TNS Россия первый сезон показал по аудитории 14–44 долю 25,7%) и в самой кассовой русской комедии 2015 года «Самый лучший день» (сборы 725 988 064 рублей, фильм посмотрели 2 815 760 зрителей). Он лицо рекламной кампании МТС, ведущий программ «Голос» и «Детский голос» на Первом канале (по данным TNS Россия, на 30.12.2016 шоу «Голос» имело рейтинг 6,3% и долю 18,8%), а также лицо рекламной кампании МТС. В 2017 году с участием актера выйдут четвертый сезон сериала «Физрук» и полнометражный фильм «Кухня: Последняя битва».

— Считаете «Физрука» главной ролью в своей жизни?

— «Физрук», безусловно, знаковая роль. Но в один момент для меня сложилось несколько знаковых историй – «Голос», «Кухня», «Физрук» – они вдруг стали очень популярны. Не склонен считать, что это моя заслуга целиком. Могу сказать, что «Физрука» мы снимаем как полнометражный фильм. Этот сериал – очень скрупулезная работа, тяжелая морально и физически. И, может, уже не нужно копание в глубины героя, а мы все копаем. Вы сами видите, сколько делается дублей, сейчас вечерняя смена (интервью проходит на съемках «Физрука»), и даже поздней ночью в пыли и грязи я буду продолжать ковать славу сериалу.

— Николай Фоменко был первым кандидатом на главную роль в «Физруке». Виделись с ним после выхода сериала? Он жалеет, что отказался от этой роли?

— Неоднократно виделись. Но, думаю, это миф, что сериал писался под него.

— Чистая правда, создатель «Физрука» Антон Щукин писал под него персонажа. Фома – потому что Фоменко. И, наверное, Фоменко жалеет.

— Что поделаешь, у меня тоже были проекты, от которых я отказался в силу недальновидности.

— Что по поводу съемок полнометражного «Физрука»?

— Контракт подписан, летом начинаются съемки. Про сюжет ничего сказать не могу.

— В «Самом лучшем дне» Жоры Крыжовникова (самый кассовый русский фильм 2015 года, собрал в прокате 726 млн рублей) у вас как раз нетипичная роль, отличная от привычного образа: персонаж, как характеризует его одна героиня фильма, «страшный, немолодой, пьющий».

— Кино — это режиссура, поэтому все лавры за фильм я бы отдал Крыжовникову. Не думаю, что кассовый успех картины – только моя заслуга.

— Я тоже так не думаю. Вопрос в том, насколько фильм для вас важен?

— Для меня «Самый лучший день» – огромный опыт и большое удовольствие работать с Жорой Крыжовниковым. Не знаю, насколько фильм войдет в историю, как «Ирония судьбы» или «Служебный роман». Но увидеть его в предновогодней телепрограмме одного из центральных каналов мне было очень приятно.

— Cложно было сниматься в этой роли?

— Трудно, но интересно. Я был уверен, что пришел на площадку со своим недюжинным талантом и точно знаю, как играть. Но режиссер снял с меня всю «шелуху».

— Как снималась «шелуха» и всем ли режиссерам позволяется это делать?

— Если соглашаюсь работать с режиссером, значит я ему доверяю. Но когда я в кадре, мне же кажется, что знаю все про юмор и комедию. И вот я играю, Крыжовников хохочет перед монитором, потом говорит: «Дмитрий, было очень смешно. Нам так не надо. Теперь попробуйте сыграть просто». Я играю просто. Но режиссер говорит: «А теперь нужно что-то между этим». Так что методом проб и ошибок, совместными усилиями получилось то, что увидел зритель.

— Вы снимаетесь в фильме «Непрощенный» про Виталия Калоева (история, основанная на реальных событиях, про архитектора, убившего авиадиспетчера, из-за ошибки которого в авиакатастрофе погибла его семья). Знаете, что этого персонажа сыграл Арнольд Шварценеггер в фильме 2017 года «Последствия»?

— Конечно. И я ему крайне признателен. Это подстегнет интерес к нашему фильму, и мне будет с кем состязаться. И еще более признателен за то, что у Голливуда работа не совсем удалась.

— По трейлеру судите?

— По трейлеру и отзывам тех людей, которые посмотрели картину. Наш фильм совсем про другое, снят другими приемами.

— Интересно про ваши актерские принципы. Вы отказались от нецензурных выражений и слова «мужик» в «Физруке». На что вы еще не готовы пойти на экране?

— Всегда пытаюсь оправдать своего персонажа. Но, например, мне тяжело играть физиологически неприятного человека, поэтому стараюсь убирать такие моменты из сценария. Также мне хочется, чтобы мои герои говорили смешным правильным языком.

— Если вам категорически не нравится роль, но гонорар предлагают внушительный, согласитесь?

— Не бывает такого. Как правило, солидные кинокомпании предлагают неплохие роли за неплохие гонорары. Те, кому посчастливилось раздобыть хороший сценарий, – это думающие люди при деньгах.

— Мэтью Макконахи до недавнего времени предлагали однотипные роли в романтических комедиях. Он 15 лет соглашался, но потом стал отказываться от всех подобных предложений. В итоге актер сыграл в драме «Далласский клуб покупателей», за которую получил «Золотой глобус» и «Оскар», и в хитовом сериале HBO «Настоящий детектив». Вы могли бы отказываться от ролей в ожидании лучшей?

— Мы с Мэтью Макконахи находимся в разных весовых категориях, он все же в Голливуде снимается. То, что вы сказали, лишь доказывает, как важен шанс. Так для актера сошлись звезды. Не думаю, что он отказывался от чего-то хорошего ради «Далласского клуба покупателей». Кроме того, его нынешний успех доказывает, что люди живут в мире своих представлений друг о друге. Мы все думали, что Макконахи такой, а он совсем другой. Это я говорю в первую очередь и себе.

— Вы видели, как менялись гонорары в русском кино, в том числе ваши собственные. Возможна ли ситуация для России, что гонорары актеров ощутимо вырастут?

— В ближайшее время нет. Если начнут расти гонорары артистов, значит начался подъем в российской экономике. Тот же «Физрук» – первая строчка в рейтингах. Для Америки подобная роль – совсем другие деньги, прибавляются нули. У нас вроде и грех жаловаться, смотря с чем сравнивать. Мои гонорары приличны в России, но по западным меркам очень скромные. Один состоятельный человек спросил меня, сколько я получаю за съемочный день, и был крайне удивлен, услышав ответ. Он думал, что мы на равных, а оказалось, что я нахожусь внизу пищевой цепи.

Приписанные мне миллионы доводят меня до девичьих слез, я их не ощущаю. Это деньги на достойное существование, не на покупку домов и яхт. Есть вещи, о которых стыдно задумываться, – где жить, на чем ездить, они просто должны быть. А мечтать надо о чем-то более серьезном. Как в «Курьере», помните? «Возьми мое пальто и мечтай о чем-то другом».

— Считается, что в русском кино съемочный день самых высокооплачиваемых актеров стоит около €10 000. Это правда?

— Вранье. Есть маститые актеры, которые могут согласиться на 1-2 съемочных дня в роли посаженных генералов, тогда сумма действительно будет похожая. Но если мы говорим про длительный съемочный процесс, то гонорар, конечно, меньше. Сейчас много больших актеров, у которых гонорары упали до 60 000 рублей в день. Идет тенденция к снижению оплаты труда.

- Получают ли актеры в России проценты от кассовых сборов?

— К сожалению, нет.

— Вы занимались озвучиванием мультфильма «Головоломка» студии Pixar. Озвучивание равносильно гонорару за съемки в полнометражном фильме?

— Нет, мультфильмы обычно работа за интерес.

— Что выгоднее, кино или телевидение?

— Кино. Телевидение не является для меня большим куском заработка. У меня контракт с «Первым каналом», я получаю зарплату, она не зависит от количества проектов. И это весьма скромные деньги. Контракт подразумевает, что я не могу вести программы на других каналах, только появляться в качестве гостя. Но сниматься в сериалах для любых каналов я могу.

— Для «Первого канала», где все ведущие в костюмах, а кто-то даже с бабочками, вы со своими татуировками и рваными джинсами явно неформат. Почему вам такое позволяется?

— Когда я вышел на свою первую программу примерно в таком виде, вызвали Константина Львовича Эрнста. Он посмотрел на темные очки и все остальное, секунд 40 подумал и сказал: «Ему можно». То, что Эрнст столько лет руководит каналом, доказывает, что он имеет право на неординарные и смелые ходы.

— Если представить, что ваш общий доход – это пирог, то какую часть в нем составляют кино, телевидение, съемки в рекламе, корпоративы?

— Возможно, что 40% – кино, 20% – реклама, остальные 40% – телевидение, спектакли, корпоративы.

— Какой из ваших рекламных контрактов самый крупный? МТС?

— МТС – самый уважаемый. Мы подписываем контракт на год с гарантированным количеством роликов. Я сотрудничаю с МТС несколько лет и меня попросили отказаться от нескольких сытных рекламных контрактов, чтобы не «замыливался» образ. Что я и сделал.

— Сумму контракта при этом увеличили?

— Увы, нет.

— Какие еще ваши рекламные контракты можно назвать крупными?

— Есть некая ценовая планка, которую озвучиваю всем компаниям, я не на рынке и торговлю не веду. Если цена подходит заказчикам, они соглашаются. И мне не стыдно за работу ни в одной рекламной кампании. Скажем, рекламу «Мирамистина» снимали американские режиссеры.

— Кто выбирает рекламные контракты, вы или ваш агент?

— У меня нет агента, есть директор и соратник — Елена Сергеевна Шайкина. Вместе с ней мы обсуждаем любые коммерческие проекты. Во многом решения принимаю я сам.

— Кроме МТС, ресторанов «Евразия» и «Мирамистина» вы рекламировали препарат «Ловелас Форте». Последний мешает или наоборот, работает на вашу репутацию?

— Для меня это спорный и до сих пор непонятный момент. Я запросил по данному продукту всю документацию и убедился, что это важная история. Другой вопрос — ханжество, как относится к этому зритель.

— У вас есть Instagram с 4 млн. подписчиков, и вы там тоже что-то рекламируете – тостовый хлеб Harry's , планшет Asus, телевизор LG, розыгрыш iPhone 7, огурцы «6 соток».

— Мой Instagram — самый быстрорастущий в стране. И не понимаю артистов, которым Instagram нужен не для рекламы, а для чего-то другого. Я закрытый человек и далек от того, чтобы показывать что-то, связанное с частной жизнью.

— С чем можно сравнить доход от рекламного поста - с одним съемочным днем?

— Близко, да. Но это все разовые проекты, не рекламные контракты. Я не хочу рекламировать дешево и много, поэтому существует некий ценовой рубеж, который не всех устраивает. Но даже для Instagram рекламу мы стараемся делать забавную, на ходу придумываем сценарий и снимаем на айфон.

— Идея завести Instagram — ваша или директора?

— Директора. Instagram еще и способ выбить почву у фейковых аккаунтов под моим именем, которых развелось немало.

— Как вы, кстати, нашли своего директора?

— Когда-то Елена была администратором программы «Окна». Спустя 10 лет, когда мы встретились, оказалось, что она занимает руководящий пост в «Доме-2». Теперь она полностью отвечает за мои контракты и график. Вместе работаем уже 6 лет.

— Насколько ваши отношения стандартизированы, у вас контракт или все на доверии? Как вы делите доходы?

— Абсолютно на доверии. Директор получает процент от всего, что я делаю.

— Ваш случай — исключение? Как у актеров в России строятся отношения с агентами?

— Как правило, актеры принадлежат агенту, у которого их несколько, скорее всего, даже несколько десятков. У меня никогда не было агента, а сейчас уже поздно заводить. Нет необходимости подкладывать мою фотографию режиссерам.

— Если бы актерские гонорары выросли, вы бы перестали вести корпоративы?

— Думаю, да. Но как показывает мировая практика, $200 000 – они для всех $200 000. Западные звезды охотно приезжают в Россию на мероприятия. И я далек от того, чтобы осуждать кого-то.

— На корпоративах, которые вы ведете, кого хотят видеть — человека с билборда?

— Да, но это первые 5 минут. Потом надо что-то сделать, чтобы удержать внимание несколько часов кряду, ведь я взял деньги, и немаленькие. Не боюсь выглядеть хвастуном, но для полного зала на спектакле и для корпоратива я работаю одинаково.

— Какая тематика мероприятий?

— Совершенно разная, годовщины свадеб, дни рождения. Бывают вещи на корпоративах, которые я принципиально не делаю, как дешевые конкурсы, бег вокруг стульев. Если при обсуждении это не устраивает заказчика, мы расходимся.

— Сами программу придумываете?

— Никогда. Всегда существует готовый сценарий. На серьезных мероприятиях, где участвуют несколько крупных медийных артистов, организаторы нанимают режиссера, чтобы праздник задался.

— Как себя публика ведет?

— Расту я, и хочется думать, что растет публика. Сейчас попадаю, в основном, на интеллигентные мероприятия.

— Часто проводите мероприятия?

— Редко именно в силу своей занятости. Поэтому называю такую цену, которую не все могут потянуть.

— А кто устанавливает гонорары за корпоративы? Какой порядок цен для топовых телеведущих?

— Каждый ведущий устанавливает свою цену, опираясь на спрос или на свою занятость. Есть расценки и $10 000, и $50 000-60 000 за мероприятие. И все равно гонорары ведущих никогда не сравнятся с гонорарами певцов, которые исполняют получасовую программу и уезжают. Ведущий же находится на площадке от начала и до конца, очень тяжелая работа.

— Проведение «Золотого граммофона» – это престижно или тоже приравнивается к корпоративу?

— В первую очередь престижно, но когда оказывается, что за мероприятие полагается гонорар, это вдохновляет.

— Вы участвовали в открытии китайского ресторана «Хуанхэ». Что там от вас, только «лицо» или деньги?

— Для меня «Хуанхэ» — долевая история, частично это и мой ресторан тоже. Мой партнер по «Хуанхэ» Александр Орлов, наверное, является лучшим ресторатором страны, владеет наибольшим их количеством, и при этом он совсем не публичный человек. А у меня давно была мечта иметь свой «свечной заводик».

— Какая у вас доля?

— Небольшая, я не основной акционер.

— И как там идут дела?

— Вышли в ноль в первый же месяц. И дело не только во мне. Это большие вложения, высокого качества продукт, китайский шеф-повар.

— Верна ли оценка вашего дохода Forbes в 2016 году в $3,2 млн.?

— Сложно сказать, я не подсчитывал. Но дыма без огня не бывает. Возможно, оценка Forbes похожа на правду. Отчего-то у нас в стране стыдно говорить о деньгах, хотя мне стыдиться нечего. Все, что я имею, я добился своим трудом Я не американская мечта, я стал звездой не в 20 лет, и не в 30 лет. И только последние 5 лет начал получать крупные гонорары.

— Вкладываете куда-то деньги? Есть ли у вас другие коммерческие проекты вне кино помимо ресторана?

— Во-первых, у меня нет таких денег, которые можно куда-то вкладывать. Во-вторых, не умею этого делать.

— Что для вас важнее: деньги или востребованность?

— Востребованность на первом месте. У актеров же психика искалечена. Приведу цитату – «Можно жить без женщин, без денег, но если есть хоть капля тщеславия, она тебя разорвет». И, к сожалению, это так.

Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 18 марта 2017 > № 2110251 Дмитрий Нагиев


Россия. ПФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 17 марта 2017 > № 2111750 Валерий Радаев

Встреча с губернатором Саратовской области Валерием Радаевым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Саратовской области Валерием Радаевым. Обсуждалось социально-экономическое положение в области, в частности ситуация в промышленности и сельском хозяйстве, сферах образования и медицины, а также вопросы развития транспортной инфраструктуры.

Кроме того, Президент сообщил о своём решении назначить Валерия Радаева временно исполняющим обязанности главы региона до выборов в сентябре текущего года.

* * *

В.Путин: Валерий Васильевич, как дела у Вас в регионе?

В.Радаев: Уважаемый Владимир Владимирович! Разрешите проинформировать Вас о положении дел: что удалось нам за этот период решить, что не удалось.

Хотел бы, наверное, начать с последнего: всё-таки остаётся сложная проблема с дорогами, но два последних года мы плотно этим занимаемся – учитывая, что область большая, сегодня протяжённость дорог с твёрдым покрытием где-то 17 000 километров.

Как мы видим решение этих вопросов. Вы помогли нам в прошедшем году: где-то 600 миллионов рублей мы получили на город Саратов, обозначили его как приоритет; в этом году мы вошли в пилотный проект, получаем почти миллиард рублей, плюс своё софинансирование. Города Саратов и Энгельс, все подъездные пути, то есть по программе «Безопасные и качественные дороги», – будем этим заниматься.

Мы видим задачу не только как приоритет областного центра, но и по всей территории области. Поэтому мы последние годы работали над бюджетом – практически удалось его сбалансировать. Сегодня совершенно другая сумма будет заложена в бюджет, и мы видим: если так, то три-четыре года – и мы значительно изменим положение с дорогами.

Что касается реального сектора экономики – если позволите, хотел бы проинформировать, что сделано за последние годы. Рост промышленного производства – 104,8 процента. Почему это получилось: за последние три года мы ввели практически восемь новых заводов, открыли новый кластер – Балаково, металлургия, и это очень важно. Поэтому мы практически темп не снижаем в этой части.

Что касается в целом ВРП, это 653 миллиарда, здесь падения экономического роста не допущено, практически 1,1 процента идём плюсом. Что касается инвестиций в основной капитал, то здесь даже плюсом два миллиарда рублей – общая сумма 145 миллиардов; 9,5 миллиарда – 20 инвестиционных проектов мы вели в 2016 году.

Конечно, есть успехи в сельском хозяйстве – учитывая, что область аграрная. Мы собрали 4,4 миллиона тонн, это первый показатель в Приволжском федеральном округе; соответственно, могу до Вас довести, 29,5 центнера – учитывая, что у нас хороший научный центр, – мы получили урожайность озимой пшеницы. Это исторический показатель за всё время в Саратовской области; 460 тысяч тонн в 2016 году мы отправили на экспорт.

В.Путин: Рекорд, наверное?

В.Радаев: Да, практически. Это хорошая добавленная стоимость для наших тружеников сельского хозяйства, хороший задел урожая на последующий период.

В социальной сфере: мы запустили несколько очень важных социальных объектов – это два диализных центра: один у нас в северной части [области] – город Балаково, другой – в юго-восточной, в Энгельсе. Практически мы здесь очень сильно помогли людям, у которых есть тяжёлые заболевания. Кроме областного центра у нас открыли современный модуль переливания крови.

Построили новые школы на 1100 мест, несколько спортивных объектов.

Согласно тому, что Вы сказали в Послании: обратить внимание на одарённых детей, – открыли Центр одарённых детей (все наши школы искусства охватывают почти 30 тысяч детей) и сейчас закладываем новую школу-предуниверсарий при нашем классическом университете [СГУ имени Чернышевского]. Сама школа будет на 400 мест, на 200 человек общежитие – вот такой универсальный центр у нас появится.

Что касается Ваших майских указов, мы все их исполняем на текущий момент. Задача, которую Вы поставили, в том числе и по врачам, выйти на 200 процентов [средней заработной платы в регионе] к 2018 году, тоже будет исполнена. В этой части определённые успехи есть.

Что касается новых направлений: мы занимаемся проблемой урбанистики, будем у себя проводить в мае международный форум, ожидаем около двух тысяч участников. Главное, что мы уже практически приступили к обустройству городской среды в 2016 году – и проекты дорог, и другие социальные проекты: скверы, парки, фонтаны.

Прежде всего, как Вы и ставили задачу, обсуждаем это с населением, востребовано ли это. Дворы [обустройство дворов] – очень хорошо воспринято населением, и спасибо за поддержку из федерального центра. По текущему году мы тоже участвуем в этой программе. Думаю, что это будет хорошее подспорье для наших жителей.

В.Путин: Сколько Вы уже отработали?

В.Радаев: Срок отработал, он у меня уже завершается.

В.Путин: Сколько лет всего?

В.Радаев: Пять.

В.Путин: Давайте договоримся, я назначу Вас исполняющим обязанности до выборов в сентябре. Очень рассчитываю на то, что Вы, если люди окажут Вам доверие, будете так же активно и результативно работать, как и до сих пор.

В.Радаев: Спасибо, Владимир Владимирович, оправдаю доверие.

Россия. ПФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 17 марта 2017 > № 2111750 Валерий Радаев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 марта 2017 > № 2111759 Дмитрий Медведев

Заседание Правительства.

Первый вопрос повестки – о ходе выполнения федеральных целевых программ и реализации Федеральной адресной инвестиционной программы за 2016 год.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы направляем значительные ресурсы на решение важнейших общегосударственных задач: это укрепление обороноспособности, безопасности, создание новых технологий, поддержка села, строительство дорог, социальной инфраструктуры и некоторые другие направления. Всего на реализацию 38 целевых программ (в открытой части бюджета) направлено почти 900 млрд рублей. Половину составили капитальные вложения. Ещё более 150 млрд инвестировано в научные исследования и разработки.

Помимо федеральных средств для выполнения программ привлекаются средства регионов и организаций. В прошлом году это примерно 700 млрд рублей, что неплохо, хотя несколько меньше плана.

Министерство экономического развития обобщило полученную информацию. Министр доложит подробнее. Отмечу только, что эффективность реализации федеральных программ примерно соответствует уровню предшествующего, то есть 2015-го, года.

Реализацию четырёх программ предлагается признать высокоэффективной, 15 – выше среднего, 17 – удовлетворительной. Ещё две программы оцениваются как недостаточно эффективные.

Несколько слов об адресной инвестиционной программе, то есть о ФАИП. В этом разделе бюджета предусмотрено инвестировать порядка 770 млрд рублей. Эта сумма включает капитальные вложения, которые осуществляются в рамках ФЦП, а также другие стройки, не входящие в ФЦП. Всего это приблизительно 1500 объектов. Речь идёт о реконструкции и создании новых корпусов больниц, университетов, школ, музеев, строительстве жилья, в том числе для военнослужащих, и других важных направлениях.

В целом показатели ввода в эксплуатацию построенных объектов чуть лучше предыдущего периода. Однако проблем здесь тоже хватает. Обращаю внимание главных распорядителей бюджетных средств: нужно тщательнее планировать инвестиции, своевременно утверждать проектную документацию и, конечно, контролировать ход и качество работ, следить за тем, чтобы подрядчики надлежащим образом исполняли свои обязательства.

Следующий блок вопросов также связан с исполнением бюджета. Очевидно, что определённые законом платежи должны вовремя и в полном объёме поступать в казну, от этого зависит выполнение социальных обязательств, важнейших госпрограмм. Поэтому Правительство работает над улучшением администрирования доходов бюджетной системы. Действует и отдельная «дорожная карта». В рамках её выполнения обсудим ряд законопроектов, которые направлены на постепенное снижение дебиторской задолженности юридических лиц перед бюджетом.

Прежде всего это поправки в Налоговый кодекс. Предлагается освободить от налога на прибыль средства, которые, по сути, являются инвестициями в развитие компании или проекта, – это дивиденды, которые не были востребованы акционерами, а также плата концедента, то есть денежные взносы собственников, которые необходимы для того, чтобы концессионный проект заработал. Таким образом, предприниматели будут избавлены от излишней налоговой нагрузки.

Кроме того, рассмотрим изменения в законодательство, связанные с таможенными процедурами. Здесь речь идёт о поправках в административный кодекс, которые предусматривают фактическое снижение штрафа за нарушения в области таможенного дела. Это будет действовать для ответственных плательщиков. Предлагается вдвое уменьшить размер штрафа, если он уплачен в течение 30 дней, а допущенное нарушение исправлено.

Во-вторых, предлагается внести изменения в закон о госрегистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Будет запрещена ликвидация компаний, в отношении которых ведётся таможенная проверка, до её завершения. Таким образом, недобросовестный бизнес не сможет воспользоваться этой лазейкой, чтобы уйти от ответственности, прежде всего финансовой.

И рассмотрим изменения в Воздушный кодекс, которые позволяют освободить полицию от несвойственных ей функций, например от постоянных дежурств в местах проверки багажа. Сотрудник полиции будет вызываться только в том случае, если возникнет реальная необходимость. И полиция сможет сконцентрировать свои усилия на профильной деятельности: противодействии преступности и обеспечении правопорядка. Стало быть, надеюсь, будет меньше неприятных инцидентов в аэропортах, когда хулиганы портят перелёт тем, кто отправляется в путешествие. Этим вопросом, кстати, и наши коллеги в Государственной Думе сейчас занимаются.

Очевидно, здесь нужен взвешенный подход, чтобы авиаперелёты были безопасными для пассажиров, пассажиры могли быстрее проходить все формальности, а бизнес перевозчиков не страдал от избыточной административной нагрузки. Для этого предлагается закрепить в Воздушном кодексе норму, по которой полиция будет работать на объектах воздушного транспорта в соответствии с профильным законом о полиции. Также устанавливаются конкретные случаи проведения послеполётного досмотра пассажиров и самолётов. Уточняются некоторые федеральные структуры, сотрудники которых уполномочены контролировать авиационную безопасность.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 марта 2017 > № 2111759 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 16 марта 2017 > № 2111752 Владимир Путин, Александр Шохин

Пленарное заседание съезда РСПП.

Владимир Путин выступил на пленарном заседании съезда Российского союза промышленников и предпринимателей.

По окончании съезда Президент встретился с членами бюро правления РСПП.

Съезд проходит в рамках юбилейной, X Недели российского бизнеса (НРБ), которую с 13 по 17 марта проводит Российский союз промышленников и предпринимателей. Участники НРБ формируют предложения по актуальным направлениям взаимодействия государства и бизнеса, обсуждают ключевые экономические проблемы, в частности вопросы налоговой и финансовой систем, инвестиционного климата, устранения административных барьеров, рынка труда и социальных инвестиций.

* * *

Стенографический отчёт о пленарном заседании съезда РСПП.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги! Я очень рад приветствовать всех участников съезда Российского союза промышленников и предпринимателей, который представляет интересы ведущих отечественных компаний и предприятий.

Хотел бы вновь подчеркнуть: мы, безусловно, видим во всех вас, в представителях делового сообщества России, важных, эффективных, надёжных партнёров в решении ключевых задач национального развития. Вы активно участвуете в реализации значимых проектов, в социальных программах, в совершенствовании законодательства Российской Федерации, в подготовке преобразований в экономике, да и практически во всех сферах жизни страны.

Сегодня по традиции хотел бы воспользоваться площадкой съезда РСПП для обсуждения экономической повестки. Отмечу, что на протяжении трёх последних лет мы вели целенаправленную работу по адаптации экономики к новым внешним условиям. Они всем вам хорошо известны: это двукратное падение цен на нефть, на производные от нефти, ограничение доступа к капиталам на международных финансовых рынках. Напомню только, что в 2013 году средняя цена нефти марки Urals была равна 107,9 доллара за баррель, а в 2016-м, в ушедшем, только 41,7 доллара за баррель.

Особые усилия мы направили на обеспечение макроэкономической стабильности. Для поддержки целого ряда отраслей были реализованы специальные антикризисные меры. Запущены программы импортозамещения и содействия экспорту, нацеленные на изменение сырьевой структуры российской экономики, на развитие отечественной промышленности.

Сейчас темпы роста экономики возвращаются к положительным значениям. Увеличивается промышленное производство, в том числе в обрабатывающих отраслях, растёт, как мы с вами хорошо знаем, и сельское хозяйство. Для справки могу сказать, что, по оценкам, в январе рост ВВП составил 0,8 процента. По данным Роскомстата, в январе этого года промышленное производство выросло на 2,3 процента, обрабатывающие отрасли – на два процента.

Мы вышли на траекторию устойчивого снижения инфляции, что считаю чрезвычайно важным. По состоянию на 13 марта она составила 4,4 процента в годовом исчислении. Удалось удержать на приемлемом уровне бюджетный дефицит, курс национальной валюты. Важно, что мы не просто сохранили, но и наращиваем золотовалютные резервы и резервы Правительства. Например, на 1 января 2016 года они составляли 368 миллиардов долларов, на 1 января 2017 года – уже 377 с лишним, а на 1 марта – 397,3 миллиарда.

Отмечу, что и в период экономической нестабильности мы не упускали из виду долгосрочные планы развития. Сейчас, когда период адаптации экономики к новым условиям практически завершён, эти задачи становятся ключевыми.

Правительство завершает подготовку плана по повышению темпов роста отечественной экономики. Как отмечалось в Послании, он рассчитан до 2025 года. Но, повторю, уже на рубеже 2019–2020 годов темпы роста должны опережать мировые.

Какие направления работы считал бы наиболее важными. Необходимо провести серьёзные структурные преобразования, существенно увеличить производительность труда и обеспечить промышленность квалифицированными кадрами, ускорить разработку и внедрение передовых технологий, с помощью настройки налоговой системы, качественного улучшения делового климата сформировать условия для привлечения инвестиций, для создания новых рабочих мест. Подчеркну, такие условия должны быть созданы и на федеральном, и на региональном, и на муниципальном уровне.

Знаю, что РСПП совместно с другими деловыми объединениями представили свои предложения в план действий. Готовность делового сообщества разделять ответственность за достижение общих целей, участвовать в развитии России мы все очень высоко ценим и рассматриваем как значимый, ценный вклад в развитие страны.

Сейчас принципиально важно вместе найти сбалансированные, выверенные решения по многим сложным вопросам. Они напрямую затрагивают интересы бизнеса и чувствительны для граждан страны. И от того, какой путь мы выберем, в значительной степени зависит успех России, эффективность, конкурентоспособность национальной экономики, ну и в конечном итоге благополучие наших граждан. Рассчитываю, что мы, как и прежде, будем работать как партнёры, слышать, понимать друг друга, помогать друг другу в интересах России.

Уважаемые коллеги! Предлагаю сегодня сосредоточить особое внимание на совершенствовании налоговой системы. Очевидно: её задача не только в пополнении бюджета, она призвана стать одним из мощных инструментов стимулирования развития отечественной экономики и социальной сферы, регионов, муниципалитетов.

Как и все аспекты ведения бизнеса в России, налоговая система должна быть конкурентоспособной, понятной, максимально прозрачной и предсказуемой. Конечно, это непростая задача, но к этому нужно стремиться, это ключевое условие реализации экономически эффективных, успешных проектов. При этом важно сохранить устойчивость бюджетной системы, обеспечить исполнение социальных обязательств государства перед людьми.

Знаю, что у РСПП есть своя позиция по дальнейшему совершенствованию налоговой системы. Мы с Александром Николаевичем [Шохиным] не так часто, но всё-таки регулярно встречаемся, он передаёт мнение бизнес-сообщества. Это касается и механизма взимания налога на имущество. Мы можем обо всём этом поговорить.

На следующей неделе на заседании Совета по приоритетным проектам будут обсуждаться конкретные решения, направленные на повышение производительности труда. От неё напрямую зависит конкурентоспособность и эффективность каждого предприятия всей отечественной экономики. Хотел бы, конечно, услышать и ваше мнение о проблемах, о барьерах, ограничениях, с которыми сталкивается бизнес при реализации программ повышения производительности, какие изменения в нормативную базу вы считаете целесообразными и необходимыми.

Подчеркну: задача и бизнеса, и государства – создавать благоприятные условия для формирования качественных, достойно оплачиваемых рабочих мест в современных, высокотехнологичных отраслях в малом, среднем бизнесе, помочь людям получить новую специальность или укрепить профессиональные навыки. И конечно, было бы очень интересно услышать ваше мнение о том, как работает система профессиональных квалификаций, какой вклад вносит и намерен вносить РСПП в совершенствование профессионального образования и развитие национальных чемпионатов рабочих и инженерных специальностей, молодых профессионалов.

Я хочу вас всех поблагодарить и пожелать вам успехов. Спасибо большое!

А.Шохин: Уважаемый Владимир Владимирович, разрешите Вас поблагодарить за участие в Съезде Российского союза промышленников и предпринимателей.

Сложилась уже добрая традиция, когда раз в год Вы приходите к нам и определяете основные направления взаимодействия бизнеса и власти. Надо сказать, что съезд РСПП – это финальная часть нашей работы. Мы 10 лет проводим недели российского бизнеса, и в этом году мы уже провели десятую Неделю российского бизнеса. На ней проходили и традиционные дискуссии, в частности это налоговая политика, надзорно-контрольная деятельность, экология и природоохранная деятельность в контексте перехода на наилучшие доступные технологии, это и техническое регулирование, стандартизация, оценка соответствия; это и международный форум, и социальный форум. На них мы не только обсуждали эти проблемы вместе с министрами, руководителями федеральных органов исполнительной власти и ключевыми руководителями комитетов Государственной Думы, профильными комитетами, но мы и уточняли свои предложения.

Вы упомянули о том, что ведущие бизнес-объединения подготовили свои предложения в комплексный план Правительства до 2025 года. Действительно, у нас есть развёрнутый перечень предложений и мероприятий. Развёрнутый список включает 149 позиций. Мы, понимая, что не так просто Правительству дочитать до конца этот перечень, ужали его до 25 позиций. Сегодня в рамках съезда мы по этим 25 позициям провели голосование. Оставили дюжину, для того чтобы можно было как минимум рассчитывать на то, что они в первую очередь будут рассмотрены Правительством. Кстати, результаты голосования у Вас на столе лежат, можно будет с ними ознакомиться. Но Вы, по сути дела, выделили ключевые направления в своём выступлении, которые и у нас оказываются приоритетными.

Первый большой блок вопросов – это фискальная нагрузка. Вы видите, что на первом месте у нас стоит неналоговая нагрузка, неналоговые платежи. Мы считаем, все бизнес-объединения считают, что нужен и реестр неналоговых платежей, и законодательное оформление неналоговых платежей, процедур, схожих с теми, которые прописаны в Налоговом кодексе.

Я не буду подробно рассказывать о содержании наших предложений, мои коллеги будут выступать и некоторые из них раскроют. Хочу сказать, что и регуляторная деятельность, и создание благоприятной инфраструктуры снятия ограничений – эти основные блоки позволяют говорить о том, что, во-первых, консолидированная позиция бизнеса будет лучше услышана Правительством, а во-вторых, мы и с Правительством имеем понимание по многим ключевым вопросам.

И как у Вас и в Послании было обозначено, и как это вытекает из наших дискуссий, конечно, одна из ключевых задач – это донастройка налоговой системы. И мы специальный налоговый форум провели, мы его традиционно проводим. И несмотря на то, что, насколько мы понимаем, Вы против того, чтобы предложения тех или иных ведомств раньше времени выносились на публичные обсуждения, тем не менее мы благодарны ключевым министерствам за то, что они с нами это обсуждают. Потому что у нас есть возможность просчитать последствия тех или иных вариантов, предложить свои аргументы. Так что просьба не сдерживать активность членов Правительства по встречам с нами и по обсуждению всех этих вопросов.

Я хотел бы в продолжение этого налогового сюжета предоставить слово председателю Комитета по налогам РСПП, члену бюро РСПП, председателю Совета директоров Новолипецкого металлургического комбината Лисину Владимиру Сергеевичу. Пожалуйста, Владимир Сергеевич.

В.Лисин: Тема, конечно, для нас болезненная. Может быть, с этого и стоит начать, о том, что новация, которая была произнесена здесь, на съезде, – «22/22», или как угодно её теперь можно называть, – она, в общем-то, вызвала бурное обсуждение, разные догадки, расчёты и прочее. Наверное, какие-то имеют место быть, какие-то – нет. Но самое главное – то, что мы не слышим, и, на мой взгляд, это наша позиция, мы должны понимать, зачем, какую цель мы хотим достигнуть.

Любая новация, которая касается Налогового кодекса, – какая цель достигнута? Мы хотим усилить инвестиционный процесс? Мы хотим срочно собрать налоги, которых нам не хватает? Мы хотим сделать «длинные» решения, которые позволили бы нам собрать эти налоги через пять лет быстрее, или в этом году мы хотим это сделать? Конечно, нужен расчёт. Расчёт, который предлагалось сделать, к чему приведёт? Какие последствия он вызовет? Два процента инфляции? Четыре? Неужели мы не понимаем, что трансформатор с 4 процентами НДС превратится в 8–10 и так далее процентов? И прежде всего он будет на ЖКХ, и прежде всего ляжет на население. Неужели это непонятно? И всё можно обсуждать.

Цель. Это очень важная составляющая, которую мы хотели бы всегда слышать, – какую цель в этот момент хотим достигнуть, чтобы себя не обманывать. И потом – важность оценки таких принятых решений.

Конечно, налоговая система и наш Налоговый кодекс достаточно стабильны, надо отдать должное и Вам, Владимир Владимирович, и Правительству. Мы за эти годы, в принципе, пришли к достаточно сбалансированной системе, нам, по большому счёту, жаловаться на неё грех, мы получили достаточно понятную систему. Тем не менее, когда мы говорим о том, что что-то в стране должно меняться, и Вы абсолютно правы, налоговая система должна помочь многим процессам. Конечно, инвестиционный процесс для нас наиболее важен, мы это понимаем, промышленность, тем более что инвестиции должны, по большому счёту, быть как-то мотивированы и стимулированы. Понятно, что для инвестиций разные институты могут работать, не только этот, но Налоговый кодекс и налоги – один из главных движков этого процесса.

Но что происходит сейчас с инвестициями? По данным Всемирного банка, за последнюю пятилетку в Китае показатель – 45 процентов от ВВП, Индия и Индонезия в странах Восточной Европы – 30–35, в России же этот показатель колеблется на уровне 22, а по данным Росстата – вообще ниже 15. Но при таком инвестиционном процессе мы можем ожидать рост только от ценовой экономической конъюнктуры, а не от того, что у нас начнётся приток инвестиций. Поэтому привлечение инвестиций в основной капитал, на мой взгляд, это одна из приоритетных задач в данном случае налоговой системы. Это, в общем-то, вопрос стабильности налоговой системы, это возможность просчитать свой расчётный бизнес-план. И нам кажется, что должен быть установлен мораторий на какие-либо изменения ставок, конструктивно основных налогов, а также введение новых налоговых и неналоговых платежей. Просто остановиться с мораторием, по крайней мере не ухудшать условия, последовательность, конечно, и правопреемственность нужна. А правоприменение, практика, я её коснусь тоже, она в этой ситуации играет значительную роль. Корректировка в случае таких вещей как раз должна касаться того, что мы хотим добиться в этот период и в «длинной» перспективе, и тогда понимать то, что мы можем легко просчитать последствия тех или иных новаций.

Что же у нас происходило? За последние несколько лет мы этот процесс активно меняли. В 2013 году освободили от налогообложения движимое имущество, с 2018-го предлагаем вернуть в состав облагаемого за счёт передачи администрирования в регионы. Вот первое изменение.

В 2012 году создали институт консолидированного налогоплательщика, в 2014-м ввели мораторий, потом частично мораторий сняли, а в 2017-м ограничили за счёт убытков компании. По-моему, вполне понятна сегодняшняя ситуация, при которой крупные компании, имеющие дочерние структуры в разных регионах страны, единственным способом поддержания там, где они являются достаточно слабыми экономически, является, в общем-то, ценовая политика. Либо их надо закрыть и понимать социальные последствия таких вещей. И никуда здесь не уйти.

Не мы ведь придумали консолидированного налогоплательщика как защиту от перетекания налоговых платежей из региона в регион. Но, вообще-то, в принципе, если налогоплательщик платит одно и то же количество налогов, просто не наше дело вообще, по большому счёту, заниматься этим пересчётом. Если суммарно нет потерь бюджета, почему мы должны делать? Мы понимаем, когда навели сегодня порядок с трансфертным ценообразованием за рубеж. Да, здесь мы много продвинулись, и, в общем-то, абсолютно понятные и прозрачные схемы в большинстве работают, и нет проблем сегодня. Но внутри-то страны почему производитель, налогоплательщик должен заниматься и думать о том, какая «дочка» и сколько он платил, если суммарное количество налогов не пострадало?

И вот представляете, мы все создали бухгалтерии, начали этим заниматься, а потом сказали: а теперь мы вошли в ограничения. Это последний случай этих вещей. На прибыль ввели ускоренную амортизацию, потом сократили число случаев, когда применяется ускоренная амортизация. Но это ведь та же самая система. Сначала мы же говорили, что инвестиционную льготу отменяем, но будет ускоренная амортизация. Вот как раз процесс, связанный с тем, что мы хотели бы увеличить количество инвестиций, инвестиционный рычаг увеличить. Да, но потом, соответственно, взяли и убрали и вообще сократили эту часть, и сейчас практически она отсутствует с точки зрения экономики.

Что такое правовая система? Ещё пять лет назад большее количество судебных процессов налогоплательщики выигрывали в судах, и естественно, потому что защищали свой собственный интерес. Сейчас практически все, кто может советовать, и мы в том числе, советуем постараться урегулировать до судебных разбирательств, потому что фактически налогоплательщик сегодня лишён возможности что-либо отстоять. Фактически мы все суды, особенно если нет крупного бизнеса, который бы достаточно мог защищаться, все проигрываются, мало того, что начинает вводиться новая правоприменительная практика. У нас появилось два института: налоговой выгоды и фактического получения дохода.

Налоговая выгода выглядит следующим образом. Всё под этой маркой объясняется следующим образом: пятый поставщик любого предприятия, пятый, обратите внимание, не второй, третий, четвёртый, а пятый. Если он не заплатил НДС, то проще всего – этот НДС на вас. Хотел бы понять, а каким способом узнать, кто пятый поставщик продукции? Как он заплатил или не заплатил НДС? Не мы ведь регистрируем его в налоговой инспекции, которая потом эти вещи исполняет, которых мы даже увидеть не можем. Но почему налогоплательщику, который добросовестный, печать ставится о получении необоснованной налоговой выгоды и он платит штраф за этого пятого? Это сегодня такая правоприменительная практика, и она, конечно, сильно будет отражаться на инвестиционных возможностях и расчётах инвестиционных возможностей. Понятно, что судебная практика в этой ситуации должна развиваться.

Бизнесменов не надо уговаривать, все прекрасно понимают, что любой инвестиционный процесс, любой бизнес-план будет внутри какого-то времени. Нет сегодня таких процессов окупаемости в индустрии, чтобы мы говорили: два-три года. На пять, на семь лет сегодня считаем проекты, а то ещё и больше, сроки окупаемости. Но налоговая система тоже должна быть максимально фундаментальной, стабильной, как на эти периоды, иначе возможности просчёта не будет. Каким образом считать, если вдруг завтра меняются правила игры? Поэтому это для нас, мне кажется, фундаментальный принцип, и здесь необходимо к нему больше подходить.

В связи с тем, что у нас прошла реформа судебных органов, мы понимаем, что сегодня много законодательных актов и те, которые касаются налогов. И повышение стабильности в правоприменительной практике, выпуск соответственных разъяснений и правоприменительной практики, конечно, хотелось бы, чтобы их больше появлялось, в том числе сбалансированность с бизнес-сообществом и с министерствами, ведомствами. Сегодня количество этих документов резко упало. А это как раз иногда расшифровки и те вещи, которые мы требуем и хотим, чтобы они появлялись и эта практика внедрялась.

Если всё-таки говорить о том, что нас интересует поток инвестирования в страну, которое, на мой взгляд, всё-таки является одним из важнейших факторов развития, необходимо вернуться к вопросу инвестиционной льготы. Это на самом деле может всколыхнуть заново инвестиционный процесс и не отставать, находиться в таких позициях, где мы 15 или 22 процента от ВВП имеем сегодня.

При существующих условиях налоговой амортизации даже с использованием амортизационной премии, повышающих коэффициентов предприятие не окупается инвестицией до момента полной амортизации. Вот так сегодня сложилось. Пока оборудование не амортизировано полностью, оно не окупается. И это в принципе то, что мы сегодня имеем с точки зрения налогов. Предлагается ввести полноценное освобождение от налога на имущество на 5 лет новых объектов, основных средств, это позволяет как минимум за 5-летний период на 10 процентов улучшить эффективность, рентабельность проекта.

Теперь то, что Александр Николаевич сказал, неналоговые платежи. Мы их насчитали уже практически, по разным отраслям, порядка 100 неналоговых различных платежей. Нас услышали, появились решения Правительства о том, что необходимо сделать законодательную базу для этих вещей. Пока она не появилась. Вроде бы сказали, что должен быть мораторий, однако по факту мораторий уже не работает. 28 февраля этого года утверждён новый вид платежей за электроэнергию для переработки твёрдых бытовых отходов. 35 миллиардов вся промышленность заплатит через электроэнергию за утилизацию твёрдых бытовых отходов. И это изменения двухнедельной давности. Опять неналоговый платёж.

При работе над базовым законом о неналоговых платежах необходимо рассмотреть все виды неналоговых платежей, а не те, которые легко администрируются, и, в общем-то, сформировать реестр этих неналоговых платежей как федерального, так и регионального и муниципального уровней, иначе мы просто запутаемся во всех этих историях. Основные параметры должны быть заданы.

Ну и из последних вопросов. Мы сейчас достаточно сильно продвинулись в международной практике. У нас готовятся соглашения на подписание. Активно внедрялись национальные стандарты, многие вещи. ОЭСР предлагает так называемые BEPS 13 и BEPS 15. Это также вопросы, связанные с налогообложением. Вот здесь, конечно, тоже бы стоило подумать: а что получит Россия от этого? В сегодняшних условиях это говорит о том, что страна ничего не получит с этого. А вот компании, холдинги, которые работают сегодня, легко получат в данном случае снижение налоговой нагрузки, потому что появится право просто прийти и сказать: у вас слишком много в России доходов. И мне кажется, это работа с бизнес-сообществом и проверка просто на холдингах, как это может работать. И как завтра фискальный орган в любой европейской стране скажет: а ну-ка, поделитесь вот этой прибылью, которую вы создали на территории России. Тут государство ничего не получит, а бизнес просто потеряет. Я уж не говорю об огромной административной нагрузке. Поэтому, уж коль мы сейчас занимаемся этими вопросами, интересы страны надо учитывать и в многосторонних соглашениях, конечно, надо бизнесу участвовать.

Я бы ещё долго мог говорить, Владимир Владимирович, на эту тему. Я думаю, что основные блоки мы сказали, и всё-таки большинство здесь сидящих на эту тему говорят. Не стоит сейчас расшатывать Налоговый кодекс, он у нас достаточно стабильный и работает по тем направлениям, только там, где мы хотим точно стимулировать. У нас же есть примеры. У нас есть положительные экономические зоны, где, в данном случае, мы давали целевые льготы, и люди получали, и там развивалась промышленность, предприятия. Мы имеем некоторые по видам деятельности (IT-сектор и так далее), когда какие-то целевые вещи дорабатывались, но одновременно думать о том, что фискальную нагрузку надо делать, социальные обязательства надо выполнить, инфляцию не раскрутить и ещё чтобы инвестиционный процесс продолжался. Как-то не получится всё вместе, на наш взгляд.

Спасибо.

А.Шохин: Спасибо.

В.Путин: Я коротко, потому что Владимир Сергеевич очень много вопросов затронул. Начну с того, что было сказано в начале, по поводу дискуссии в Правительстве. Дискуссии нужны, и с бизнесом нужны, мы всегда за это выступаем и всегда стимулируем эту дискуссию. Вопрос не в дискуссии на профессиональном уровне, она, конечно, должна быть открытой, а вопрос в том, что я, например, считаю преждевременным обсуждение в средствах массовой информации, пока нет общего решения, в том числе и выработанного вместе с вами. Вот я о чём. Ведь участие в дискуссиях принимают, допустим, представители РССП, других объединений, но это всё-таки люди доверенные, люди, пользующиеся уважением, проверенные, специалисты хорошие, но решение пока не принято, а мы через СМИ выносим это на широкую публику и можем порождать какие-то либо ненужные ожидания, либо тревоги. Вот я о чём говорю. А то, что я вчера об этом поговорил или позавчера, а вы уже здесь это рассказываете, – это говорит о том, что у нас продолжаются утечки из Правительства. (Смех.)

Ну ладно, мы люди свои здесь, мы понимаем, о чём говорим.

А.Шохин: Это всё от журналистов утечки.

В.Путин: Понятно. Ладно.

Теперь по поводу того, что Владимир Сергеевич сказал. Он так хорошо начал, за здравие, а закончил, как у нас говорят, за упокой. В общем, по существу, конечно, я не смогу на всё сразу здесь отреагировать, потому что Владимир Сергеевич очень много вопросов затронул важных и чувствительных. Цель любых изменений, конечно, обеспечить наилучшие условия для развития, обеспечить темпы экономического роста и качество этого роста.

Я позволю себе озвучить несколько вещей таких, как мне показалось, очень важных. Сказано было, допустим, о высоком уровне инвестиций в отдельных странах. Да, это правда. Там и экономика другая, и всё. Важен не только объём, хотя это важный показатель, важное качество. Важно, чтобы эти инвестиции не приводили к росту «пузырей», с которыми потом неизвестно что делать и которые потом начинают снижать темпы экономического роста. Это тонкая работа. Мы обсуждаем тоже много проектов, которые инвестиционно ёмкими являются у нас, в России. А к чему это приведёт? Мы должны посмотреть, к чему это привело в других странах. И далеко не всегда, скажем, инвестиции в строительство ведут к развитию этой отрасли. Потом непонятно, куда девать. Или какие-то другие крупные проекты. Скажем, то же железнодорожное скоростное движение. А потом, если компания накапливает убытки в сотни миллионов, то тогда, наверное, надо было взвесить все составляющие. Так в любой отрасли. Поэтому, конечно, мы должны ориентироваться, и мы должны привлекать инвестиции частные, иностранные, российские, но всегда нужно понимать, что это за инвестиции, куда они идут и к чему это приведёт.

По поводу освобождения от налога на имущество. Я понимаю, что чувствительно, и здесь сидящим хотелось бы вообще, чтобы не было налогов, наверное. Но у нас существует здравоохранение, пенсионное обеспечение. Вопрос ведь не в том, чтобы их не было, правда? Вопрос в том, чтобы это было оптимально организовано, шло на пользу как бизнесу, как экономике, так и гражданам, которые вроде бы с бизнесом напрямую не связаны. Но у нас есть уже многочисленные льготы, как в ТОРах, как в инвестиционных региональных проектах, как в свободных портах (Владивосток и ещё целый набор), в свободных экономических зонах. Можно, конечно, и дальше смотреть. Владимир Сергеевич, уважаемые коллеги, можно смотреть, конечно, но надо, как Вы сами правильно только что сказали, смотреть за тем, что будет дальше, какие последствия будут.

Теперь по неналоговым платежам. Здесь я с вами полностью согласен, вы знаете мою позицию, я уже говорил об этом: здесь нужен анализ того, что у нас есть, здравый и полноценный. Конечно, какая разница бизнесу, он платит налоги либо платит неналоговые платежи, всё равно это уходит. Поэтому даже если теоретически природа разная – результат практически один и тот же. Здесь нужно не только провести анализ, нужно вложить в нормативную базу, чтобы была уверенность в том, что здесь не будет никакой вакханалии. И поэтому мораторий, о котором мы говорим, даже если он пока и не работает, – всё равно этого вынуждены добиваться, я здесь полностью с вами согласен.

А по поводу налогообложения холдингов надо посмотреть внимательно. Конечно, Российское государство не может перед собой ставить задачу, чтобы создавать лучшие условия для администрирования фискальных органов других государств, но задача в том, чтобы обеспечить интересы самого государства, чтобы, если добавочный продукт в стране создаётся, в России, в любом виде, в любом качестве, – налоги должны уплачиваться именно здесь. Вот, собственно говоря, в чём цель, и ещё в том, чтобы не было никаких лазеек ухода от налогообложения. Это не наша новация. Во всём мире этим занимаются, во всём мире. Этим занимаются и в Штатах, кстати, наиболее активно и жёстко и, я бы даже сказал, агрессивно этим занимаются, и в Европе этим занимаются, и в Азии этим занимаются. Поэтому здесь никакой новизны здесь нет. Я согласен с Владимиром Сергеевичем в том, что это должно быть сделано корректно и не во вред ни государству, ни бизнесу, это правда.

Но много других аспектов, мы ещё вернёмся к ним. Спасибо.

А.Шохин: Владимир Владимирович, год назад на съезде Вы поддержали нашу идею использовать согласованную с Минфином методику оценки фискальной нагрузки, и Минфин инкорпорировал этот документ в основные направления налоговой политики, но для анализа скорее. Хотели бы, чтобы на основе согласованной методологии мы устанавливали предельный размер фискальной нагрузки, с тем чтобы можно было потом и каждое действие, не только Правительства в целом или законодателей, но и в том числе федеральных органов власти, которые вводят те или иные неналоговые платежи, оценивать с точки зрения этого критерия. В этой связи просили бы (и у нас это один из главных приоритетов, которые мы предлагаем Правительству включить в комплексный план до 2025 года), чтобы шаг за шагом Вы поддерживали движение в этом направлении.

В.Путин: Это, конечно, поставит Правительство и наши соответствующие инстанции в жёсткие рамки, в ограничения определённые, но к этому надо стремиться. Насколько это будет возможно, это надо будет посмотреть, посчитать. Но, безусловно, согласен, определённостей было бы больше, а самое главное, насколько мы понимаем, – это определённости в налоговой системе и вообще, и в неналоговых платежах. Всё это вместе нужно понимать, чтобы просчитать нормально любой инвестпроект. Это я прекрасно понимаю, надо к этому стремиться.

А.Шохин: Спасибо за поддержку в принципе, а по деталям будем договариваться.

В.Путин: Просто есть и другая сторона, чтобы вы тоже знали, были в курсе. Некоторые министерства, ведомства хотят обязательно пронормировать все свои расходы. Условно, я не знаю какое, любое ведомство – здравоохранение – всё должно быть пронормировано. Но если мы всё пронормируем, мы никогда ничего не исполним. К сожалению, так. Просто невозможно всё пронормировать и исполнить – никакого бюджета не хватит, хотя, конечно, к этому надо стремиться.

Всё хочется пронормировать в силовых структурах: сколько стоит питание, сколько стоит одно, другое. Если всё просчитать, бюджет уйдёт только на силовые структуры. Просто мы находимся в такой стадии развития экономики, когда это всё очень сложно сделать, хотя, разумеется, ко всему этому надо стремиться. Порядка будет больше, если мы в конечном итоге выйдем на такую систему расчётов по всем направлениям.

В.Шохин: Владимир Владимирович, Вы упомянули в своём вступительном слове по поводу кадастра налога на недвижимость, и Владимир Сергеевич эту тему затронул. Если позволите, более подробно на эту тему выступил бы Роман Викторович Троценко, член бюро РСПП, председатель совета директоров инфраструктурной компании Aeon.

В.Путин: Конечно.

Р.Троценко: Уважаемый Владимир Владимирович!

Поставленную Вами задачу повышения темпов экономического роста РСПП считает для себя приоритетной. Мы видели, как с 2000 по 2013 год средние темпы экономического роста составляли более 6 процентов в год, создав тем самым самый длительный и успешный период постоянного экономического роста в российской экономической истории.

Не единственной, но важной основой этого периода роста была возможность дозагрузки существующих не загруженных, но уже построенных производств. На сегодняшний день производственные мощности в большинстве отраслей уже загружены максимально и оптимально. Экономический рост нового периода невозможен без строительства новых производств и создания новых мощностей. Сложившиеся налоговые реалии подходили для этапа дозагрузки, но они на сегодняшний день не стимулируют строительство производственных фондов и новых предприятий.

При этом хотелось бы отметить, что сама фискальная нагрузка в России не является высокой. 31,6 процента ВВП, который приходится на налоги, является показателем чуть ниже среднего для стран G20, поэтому нам на это жаловаться грех. Налоги администрируются на сегодняшний день в России неплохо, однако сама система не является поддерживающей инвестиции, о чём говорилось до этого.

Мы провели опрос всех четырёх бизнес-объединений, и проблема налога на имущество, и инвестиционные льготы по налогу на прибыль всеми бизнес-объединениями всегда ставились в пять самых главных проблем, которые требуют налоговой донастройки.

По налогу на имущество, мы видим, что в последнее время был ряд инициатив, в том числе передача порядка определения кадастровой стоимости в регионы. Напомню, что предельная ставка – 2,2 процента от стоимости фондов предприятий, которая платится каждый год. По своей сути, каждое предприятие, если оно запустило новое производство, платит этот налог в полном объёме, а в том случае, если предприятие использует старое, самортизированное оборудование, оно этот налог не платит, то есть он является дестимулирующим. При этом разница на период самого бизнес-плана, скажем, на 10–12 лет, может составить до четверти стоимости предприятия. Это очень большая величина, которая зачастую останавливает компании от создания новых мощностей и сокращает их планы запуска новых производств.

Следует отметить, что налог на имущество по своей природе ещё и не связан с результатами производственной деятельности. Предприятие начинает его платить с момента покупки оборудования или запуска нового цеха, несмотря на то, что оно, допустим, ещё не произвело ни одной единицы продукции. В этом плане он является также некоторым образом несправедливым.

Сложностью является то, что налог является полностью региональным, и он составляет очень существенную часть региональных бюджетов. Поэтому просто его отмена приведёт к тому, что региональные бюджеты, оставшись без этого налога, будут неполноценными, будут испытывать дефицит. Мы видим, что целый ряд регионов активно применяли льготы и отменяли у себя налог на имущество, что со временем приводило к тому, что их бюджеты становились дефицитными.

Мы предлагаем и считаем, что одной из мер по снижению негативного влияния этого налога может стать предоставление регионам диспозитивного права менять налог на имущество на увеличенную ставку налога на прибыль, которая идёт в региональный бюджет, скажем, на 2 процента. То есть регион в этом случае будет устанавливать предельную ставку не в 20 процентов с налога на прибыль, а 22. Условно говоря, регион отказывается сегодня от получения и налогообложения создаваемого имущества, но рассчитывает в дальнейшем на большую долю в прибыли.

Это такие принципы частно-государственного партнёрства для регионов. Хозяйственные условия регионов чрезвычайно различны. Есть богатые регионы, на территории которых находится очень много имущества, – Москва, Московская область, Санкт-Петербург, Татарстан. Конечно, таким регионам эта новация будет неинтересна. Но для регионов, которые заинтересованы в том, чтобы создавалось новое имущество на их территории, эта новация может дать дополнительные рычаги к развитию. Мы считаем, что эта норма должна быть диспозитивной и приниматься регионом на период, скажем, 10 лет, чтобы не каждый год регион менял модели, налогообложение внутри себя.

Ещё одной мерой, которая может стимулировать инвестиции, является предоставление льготы по налогу на прибыль, инвестиционной льготы. Она была в 90-е годы, потом была отменена, мы видели, были периоды и были случаи злоупотребления этой льготой предприятий.

В то время налог на прибыль администрировался не очень здорово, но, тем не менее, мы видим, что бизнес на сегодняшний день считает, что это самая простая и самая эффективная форма поддержки новых инвестиций. Например, она могла бы быть озвучена следующим образом, что предоставляется льгота в размере до 50 процентов налога на прибыль при приобретении оборудования российского производства и выполнении работ по строительству производственных мощностей и монтажу оборудования силами российских компаний.

При этом мы понимаем, что необходимо сохранить баланс поступления налога на прибыль. Считаем, что можно провести ревизию льгот по налогу на прибыль и отменить другие льготы, которые на сегодняшний день менее значимы, чем задача возобновления инвестиционного роста. Допустим, пересмотреть ускоренную амортизацию, чтобы у нас не было льготы на льготу, что, наверное, является несправедливым.

В последнее время получило широкое распространение введение отдельных точечных режимов налогообложения в виде зон опережающего развития или специальных инвестконтрактов с отдельными предприятиями. Это хорошо, но для ускорения общего экономического роста по-прежнему более важным является регулирование общих экономических режимов в стране для всех субъектов хозяйственной деятельности.

Уважаемый Владимир Владимирович, мы просим Вас дать поручение Правительству по поиску и проведению расчётов и проработать предложения по донастройке налоговой системы с целью стимулирования экономического роста.

Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, Роман Викторович ключевые вопросы затронул. Естественно, и я тоже здесь в детали вдаваться не буду, потому что это предмет специального рассмотрения. Вот, допустим, это не Вы сказали, а я, а Вы дискутируете не со мной, а я дискутирую с Министерством финансов. Я говорю: «Налог на имущество». Они сразу говорят: «Опустим сразу региональные бюджеты». Я им говорю: «Слушайте, у нас ведь нет ещё этого имущества. Речь идёт о новом имуществе». – «Мы тогда разрушим принципы налоговой системы». У нас очень часто такая дискуссия возникает, часто, вы поверьте, так и есть.

Льгота до получения прибыли. Антон Германович вам ответит: «Если мы им дадим такую льготу, прибыли никогда не увидим». Всё, льготный период будет вечным. Но это не значит, что над этим нельзя думать. Конечно, нужно подумать. Там можно выработать определённые системы, которые будут стимулировать эти самые инвестиции, о которых Вы сказали.

По поводу инвестиционной льготы до 50 процентов в том случае, если приобретается оборудование отечественного производства и отечественные подрядчики привлекаются. Всё вроде правильно и хорошо. Вопрос только в том, что считать отечественным продуктом, потому что, допустим, конечный продукт, полученный из иностранных комплектующих, – это отечественный продукт или нет? А компания с контрольным пакетом иностранных вкладчиков – это отечественная компания или не совсем?

Хочу, чтобы было понятно. Я не против этого. Наоборот, я считаю, что мы постоянно вместе с вами должны думать, отсекать всё, что нам мешает, то, о чём говорил Владимир Сергеевич (много ещё того, что мешает в работе), и искать эффективные пути стимулирования инвестиций и создания хороших условий для бизнеса. Давайте рассмотрим и Ваши предложения, вот коллеги сидят, слушают, мы это сделаем.

Спасибо большое.

В.Шохин: Мы с коллегами сегодня утром на съезде такого рода тему уже обсуждали, они готовы включиться в обсуждение в конструктивном ключе.

Владимир Владимирович, сегодня несколько раз звучали слова «производительность труда». На следующей неделе Вы проводите заседание Президентского совета по стратегическому развитию. Тема производительности там будет одной из тем повестки дня. Но дело не только в этом, это актуально, наши компании прекрасно эту материю понимают: нехватка квалифицированных кадров, необходимость модернизации оборудования, необходимость трудоустройства освобождаемых работников и так далее.

Я хотел, чтобы Владимир Олегович Потанин, генеральный директор «Норникеля» и член бюро, председатель комитета РСПП, на примере в том числе и компаний, наших компаний – членов РСПП, эту тему раскрыл.

Спасибо.

В.Потанин: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Александр Николаевич! Уважаемые участники съезда!

В своём кратком выступлении по поручению бюро правления я хотел бы затронуть проблематику роста производительности труда.

Тезис о том, что производительность труда является тем рычагом, ухватившись за который можно придать существенный импульс нашей экономике и, в частности, обеспечить рост валового внутреннего продукта, он представляется достаточно очевидным.

Анализ того, что происходит в других странах, сопоставимых с нами по уровню производительности труда и по уровню валового дохода на душу населения, как раз об этом говорит. Мы выглядим, для примера, чуть лучше Мексики по этому показателю, при примерном сопоставимом объёме валовом продукции – чуть хуже Турции, при таком же уровне производительности труда, но при меньшем доходе на душу населения, ЮАР смотрится с нами в одной весовой категории.

Конечно, мы сильно отстаём в этом от наиболее развитых стран, наиболее продвинутых стран, и нас вряд ли это может устраивать. Тем не менее объективности ради надо сказать, что если проанализировать данные о том, сколько у нас доход на душу населения и какая у нас производительность труда, то, в принципе, мы находимся где-то в средних значениях. То есть там мы и должны были бы находиться. Вопрос в том, как нам переместиться в сторону воображаемой диаграммы, где находятся лидеры.

Дело в том, что вопросы повышения производительности труда уже давно находятся в центре внимания, и Вы, Владимир Владимирович, лично обращали на это внимание неоднократно. Целевые индикации по росту производительности труда были и в программе Правительства 2008 года, перед кризисом, и в Ваших майских указах. Соответственно, мы этих целевых показателей пока не достигаем. Это повод для того, чтобы проанализировать, как они формировались, эти показатели, и дать им новую жизнь.

Но это абсолютно не повод для пессимизма, потому что опять же анализ совокупной факторной производительности, которая была в Российской Федерации начиная с 2000 года, говорит о том, что мы вышли на достаточно приемлемые, я бы даже сказал, высокие темпы роста совокупной факторной производительности. Говорю об этом как об агрегированном показателе, который может давать нам основания судить о более долгосрочных трендах. Так вот этот показатель варьировался от 3 до 6 процентов в период с 2000 по 2008 год. И если посмотреть на воображаемый график этого движения – резкий провал в момент кризиса. То есть можно говорить о том, что на этом пути нас довольно сильно подкосил кризис. Соответственно, сейчас в дополнение к этому ещё и неблагоприятные внешние факторы. Они продолжают оказывать давление на «кривую» наших успехов. Надо эту тенденцию развернуть.

За счёт чего это можно было бы сделать? Прежде всего, многие уже об этом говорили, тоже, на мой взгляд, очевидная аксиома, что производительность труда прежде всего связана с инвестициями, с инвестициями в модернизацию, в основной капитал, в обновление производства.

Мы живём в условиях, когда, как Вы совершенно справедливо сказали, нам удалось в целом обуздать инфляцию, выход на показатели 4,4 процента, например в марте этого года, говорят о том, что с этим «зверем» уже как-то мы научились бороться и справляться. Но я понимаю настороженность, с которой Центральный банк подходит к снижению ставок, с тем чтобы не переломить эту тенденцию. Следует, конечно, ожидать, что какой-то период времени исторический, короткий, – может быть, полтора, два, три года, – мы всё-таки будем жить ещё в условиях, когда ставки будут достаточно высоки для того, чтобы сделать капитал доступным для долгосрочных масштабных инвестиций.

В этих условиях чрезвычайно важно сохранить точечное воздействие, точечную поддержку проектов, которые могут давать результаты, и такие проекты есть, о них уже сегодня говорили, даже не проекты, а подходы. К ним относится и региональная льгота по инвестиционным проектам, и наша компания широко пользуется такими рода льготами, в том числе в Забайкальском крае. Это и инвестиционные контракты, которые заключаются, насколько я понимаю, в основном по линии Министерства промышленности, которые дают даже не столько материальные гарантии, сколько стабильность налогового и других режимов на период инвестирования. Многие коллеги, мы об этом говорили, что важно даже иногда бывает не собственно стимулирование в виде субсидирования каких-либо расходов, хотя ни один бизнесмен от этого не откажется, но главное всё-таки – это стабильность и предсказуемость режима, который позволял бы сделать точные расчёты.

Помню, что в 90-е годы многие наши иностранные партнёры и потенциальные партнёры, упрекая нас (возможно, не без оснований) в несовершенном налогом режиме и изъянах в бизнес-климате, инвестиционном климате, в качестве панацеи от всех бед приводили соглашение о разделе продукции. Это можно было на многих конференциях услышать: «Давайте скорее соглашение о разделе продукции заключать». Но 2000-е годы показали, что на основе нашего национального налогового режима мы достигли большого притока иностранных инвестиций. То есть, грубо говоря, стоило навести порядок, что называется, в целом, и сразу пропала необходимость в каких-то специальных режимах.

Я говорю о том, что, может быть, Владимир Владимирович, пора задуматься над тем, чтобы обобщить опыт (удачный, безусловно, опыт) инвестиционных контрактов, территорий опережающего развития, некоторых индивидуальных решений. Как, например, в случае с «Норильским никелем», когда мы закрывали никелевый завод и для высвобождения рабочих нам нужно было произвести определённые социальные траты, инвестиции, для того чтобы это производство на модернизированных мощностях организовать, – государство пошло нам навстречу и разрешило снизить платежи по пошлинам досрочно, которые примерно привели к тому же эффекту, что мы, собственно, и вложили (порядка 11 миллиардов рублей) в разрешение этой проблемы.

То есть существует система различного рода индивидуальных точечных способов поддержать различного рода полезные с точки зрения повышения производительности труда проекты, и они очень важны в условиях, я ещё раз повторю, прогнозируемого недостатка капитала, доступа к финансированию.

Но мне кажется, уже пора задумываться над тем, чтобы сделать их более унифицированными. Я вот провожу аналогию между соглашением по разделу продукции и национальным эффективным налоговым режимом. Деликатно, но, как говорится, время быстро пройдёт, и я бы сейчас начал над этим задумываться.

Второй аспект, о котором я хотел в своём кратком выступлении сказать, – это то, что производительность труда, модернизация – это всегда высвобождение определённого количества работников. Вся последняя история промышленного развития во всех станах мира – это сокращение людей, занятых в основном производстве, и увеличение числа занятых во всём, что вокруг, – в социальной сфере, в IT-технологиях и так далее. В этом смысле мы, безусловно, гордимся как высоким достижением низким уровнем безработицы у нас в стране. Тем не менее эта низкая безработица в том числе содержит скрытую угрозу, потому что часть работников реально не востребована на предприятиях, они просто не увольняются и составляют определённую скрытую безработицу.

Получается, что, с одной стороны, модернизация будет приводить к высвобождению работников, в том числе этой скрытой безработице, с другой стороны, есть потребность в некоторых регионах в рабочей силе, потому что там создаются сейчас более интенсивными темпами новые производства и возникает вопрос об увеличении мобильности рабочей силы.

Многие страны с гораздо более высокой производительностью труда, чем мы, они, соответственно, обладают и большей мобильностью рабочей силы. Если в среднем взять по Евросоюзу, то, например, мобильность рабочей силы там раза в три выше, чем у нас. Соответственно, этот процесс тоже, мне кажется, его бы бизнес подхватил в какой-то момент и с точки зрения создания хороших электронных баз, в которых могли бы находить работодатели и высвобождаемые работники друг друга, и создания рынка арендного жилья. Была же у нас создана, на мой взгляд, довольно серьёзная и хорошо работающая система социального жилья. А рынка арендного жилья, который бы использовался именно для увеличения мобильности рабочей силы, у нас пока нет. Нужно этот процесс стимулировать, а для этого, возможно, нужно было бы какую-то определённую помощь предприятиям, которые этим занимаются, оказать.

Я умышленно сейчас не «надкусываю» тему какой-то конкретной меры, потому что всё это упрётся в сокращение фискальных сборов. Просто считаю, что над этим надо думать.

Дело в том, что вообще высвобождающихся работников из сферы основного производства способна абсорбировать другая, новая экономика. В этом смысле людей надо к этому готовить. На этот счёт есть очень хорошие примеры. Например, мой коллега Алексей Мордашов, затевая масштабную модернизацию «Северстали» около 15 лет назад, инициировал создание некоммерческого партнёрства «Агентство развития Череповца». Деятельность этой организации позволила создать большое количество рабочих мест в малом и среднем бизнесе, положительно повлияла на структуру налогов в городе и так далее.

Мы сейчас пользуемся в Норильском промышленном районе той же технологией, то есть при высвобождении работников из закрываемых вредных, устаревших производств мы, с одной стороны, проводим их переподготовку в нашем корпоративном университете, с другой стороны, в Агентстве развития Норильска пытаемся оживить городскую среду, для того чтобы она как-то втягивала этих людей.

Знаю, что и другие компании этим занимаются. Но думаю, что можно было бы подумать над тем, чтобы сделать какую-то федеральную программу, которая бы стимулировала создание вот этих самых рабочих мест для малого и среднего бизнеса именно для высвобождаемых в результате модернизации работников.

В завершение хотел сказать о том, что повышение производительности труда является очень интересным таким магистральным путём, позволяющим оценивать очень много факторов нашей эффективности или неэффективности в целом.

Например, в странах, где более высокая производительность труда, там люди проводят в среднем меньше времени на больничном, а это упирается в вопросы здорового образа жизни, здравоохранения. То есть в решении вопроса о повышении производительности труда как в капле воды высвечивается очень много аспектов проблематики, с которой мы сталкиваемся. И поэтому я хотел сказать, что думаю, что это действительно тот оселок, который поможет нам создать положительный импульс в развитие нашей экономики.

Спасибо, уважаемые коллеги. Спасибо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Владимир Олегович, фундаментальные вопросы Вы затронули. Тоже здесь можно до вечера дискутировать и времени не хватит.

По поводу роста производительности труда и роста доходов. Владимир Олегович без бумажки говорил, но две совершенно конкретные вещи сказал, очень чувствительные для сегодняшнего периода. Мы с некоторыми коллегами нашими, которые здесь тоже присутствуют, вчера только эту тему тоже обсуждали. Это, как Вы сказали, не повод для пессимизма – может быть, но это, точно совершенно, тревожный сигнал и повод для того, что нам нужно задуматься.

О чём я хочу сказать? О том, что у нас начали расти доходы и не растёт производительность труда. Это очень тревожный фактор, потому что мы опять возвращаемся в то состояние, в котором когда-то находились. У присутствующих здесь (вы все такие большие начальники, не знаю, часто ли бываете на производстве, а у ваших подчинённых, совершенно точно, возникает проблема, она давно у всех квалифицированных кадров есть) начинается переманивание квалифицированных кадров. Это ещё больше стимулирует рост доходов, во всяком случае менеджмента высокого класса, что тянет за собой и другие слои. А производительность труда не растёт. Связано это с инвестициями в основной капитал? Конечно, связано. Владимир Олегович прав.

По поводу доступности капитала. Коллега, выступающий, всуе вспомнил про Центральный банк. Я тоже сейчас не буду Эльвире Сахипзадовне предлагать дискутировать с вами, я скажу за неё, что бы она вам ответила. Необоснованное и преждевременное снижение ставки, чего бы очень, конечно, хотелось, может привести к инфляции и к ослаблению национальной валюты. А если у нас ослабнет рубль, то тогда снизятся ваши инвестиционные возможности, потому что дороже будет за рубли закупать то новое оборудование, которое повышает производительность труда. Вот вам круг и замкнулся. Поэтому здесь нет линейных решений, это всё вещи, которые взаимно связаны и требуют отдельного анализа и взвешенных шагов. Здесь спешка может дорого стоить, хотя всё нужно делать своевременно, обоснованно и в нужном объёме. Это правда, точно.

Теперь – индивидуальные точечные решения. Вы правы, по сути, так и нужно делать. Но я вам хочу сказать, что мы так и делаем. Во-первых, существует целая серия программ по линии Министерства экономического развития, существует целая серия программ по линии Министерства промышленности. И то и другое, по сути, через коммерческие банки по достаточно приемлемым ставкам фондируется Центральным банком. Но и здесь нам не должно изменять чувство меры, с тем чтобы не нарушить тех самых макроэкономических параметров, которыми мы так дорожим.

Теперь по поводу высвобождающейся рабочей силы в случае модернизации. Это одна из очень важных тем, может быть, самых важных. При новом витке технологической революции, при новом укладе технологическом это неизбежно. Но это эксперты во всём мире говорят, предрекают это: будет неизбежным, будем наблюдать высвобождение рабочей силы. И вот здесь, уважаемые коллеги и друзья, чрезвычайно будет востребовано сотрудничество между государством и бизнесом. Здесь и в ваших, и в интересах государства, чтобы этот процесс протекал как можно более безболезненно, чтобы он был естественным, чтобы люди находили достойное место работы и достойный заработок. Это чрезвычайно важная вещь.

В этой связи, как вы помните, один из моих коллег, тоже здесь присутствующих, дискутируя с другими здесь присутствующими, говорил о реформе пенсионной системы. Он говорил: «Вот если будет высвобождение, вы куда людей денете? Так хоть они на пенсию пойдут, а в этом случае чего, если повысить возраст? Что будет?» Но и это тоже очень вопрос тонкий, чувствительный, требует неспешного подхода. Хотя и здесь тоже своевременные решения должны быть.

Что совершенно точно, это нужно подумать о мобильности рабочей силы, трудовых ресурсов, и в этой связи, конечно, об арендном жилье. Здесь Владимир Сергеевич абсолютно прав. Но я хочу сказать, что некоторые наши компании этим и занимаются. Одни идут по пути предоставления льгот при приобретении в собственность, а другие, например, на Урале некоторые металлургические предприятия на корпоративном уровне даже создают это арендное жильё. Ну и государственные программы, конечно, должны развиваться по арендному жилью, это совершенно очевидно. Мы так и стараемся делать.

По поводу федеральной программы для создания новых рабочих мест. Вы знаете, мы же всё время говорим, тоже с подачи другого объединения предпринимательского, о создании 25 миллионов новых высокотехнологичных рабочих мест. То есть это у нас по разным программам разбросано. По сути дела, государство как раз в этой части именно настроено на достижение этой цели, хотя, может быть, можно подумать и о том, чтобы где-то сконцентрировать и иметь в виду общее поле перед глазами, что происходит и что нам нужно вместе делать.

В.Шохин: Спасибо, Владимир Владимирович.

Владимир Владимирович, я хотел бы обратиться к Вам с одной просьбой. У нас достаточно много предложений, не все они прозвучали в Вашем присутствии. А есть такая бюрократическая технология – то, что не прозвучало в Вашем присутствии, не входит в перечень поручений.

Можем ли мы рассчитывать поработать с Администрацией, с Экспертным управлением и расширить этот перечень проектов-поручений, которые по итогам Недели российского бизнеса, съезда прозвучал и вошёл в резолюцию съезда?

В.Путин: Разумеется, конечно.

В.Шохин: Тогда, уважаемые дамы и господа, разрешите и за это поблагодарить Владимира Владимировича.

Он не всё услышал, но всё увидит.

В.Путин: Спасибо большое.

В.Шохин: Спасибо, коллеги.

На этом мы завершаем работу съезда.

Спасибо всем за работу.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 16 марта 2017 > № 2111752 Владимир Путин, Александр Шохин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 15 марта 2017 > № 2111754 Светлана Чупшева

Встреча с гендиректором АСИ Светланой Чупшевой.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с новым генеральным директором Агентства стратегических инициатив Светланой Чупшевой. Обсуждалась деятельность АСИ по решению ключевых задач, в частности развитию инвестиционного климата и предпринимательской деятельности в России, поддержке социальных и бизнес-проектов.

В.Путин: Светлана Витальевна, Вы уже приступили в новом качестве к работе в АСИ?

С.Чупшева: Владимир Владимирович, работаем, всё нормально, команда выполняет все свои задачи. Нам уже почти шесть лет, и я вспоминала, как в 2011 году, в мае, в Волгограде, когда Вы только создавали нашу организацию, Вы определили для нас четыре ключевых вектора: это развитие инвестиционного климата в России, поддержка бизнес-проектов, развитие человеческого капитала и поддержка социальных проектов.

Мы в этом направлении двигаемся, и самое главное, что в своей работе мы делаем упор на взаимодействие с людьми, развитие их лидерских качеств, поддержку и сопровождение их проектов и развитие их потенциала.

Мы попытались недавно посчитать, сколько у нас составляет наше сообщество, – это где-то порядка 600 000 человек: наши экспертные группы, общественные представители, предприниматели, клуб лидеров, те, кто с нами работает по различным проектам во всех субъектах Российской Федерации.

Мы, когда начали взаимодействовать с предпринимателями, поняли основные проблемы в части ведения бизнеса и их влияния. По Вашему поручению вместе с Правительством Российской Федерации реализовали национальную предпринимательскую инициативу за пять лет, и сегодня Россия входит в топ–40 стран с благоприятным инвестиционным климатом.

Бизнес позитивно оценивает все эти изменения, и мы ежегодно вместе с деловыми объединениями проводим национальный рейтинг оценки инвестиционной привлекательности регионов, который показывает, как эта работа ведётся в каждом регионе нашей страны. Серьёзно оптимизировали все процедуры. Думаю, что административные барьеры все убрали, и сегодня и российские предприниматели, и иностранный бизнес вполне комфортно работают у нас.

Нашими практиками заинтересовались страны Краткая справка БРИКС (англ. BRICS) БРИКС, мы взаимодействуем в этой части со странами Краткая справка Содружество Независимых Государств (СНГ) СНГ. На следующей неделе как раз планируем посетить Армению, коллеги нас пригласили. Там недавно тоже создан центр стратегических инициатив. Пригласили поделиться опытом, рассказать о наших проектах.

Очень важно, что за шесть лет удалось выстроить и заложить ядро, наверное, подготовки системы профессионального образования. Спасибо, Вы поддержали тогда вхождение России в международное движение WorldSkills – чемпионат рабочих профессий. Очень отрадно, что сегодня наша российская команда, наши молодые профессионалы – одни из лучших, по оценкам международных и российских экспертов.

Очень важно, что за шесть лет уже создана экосистема для поддержки и индивидуального развития детей, молодёжи, появились движения WorldSkills в регионах, JuniorSkills для детей, Вы поддержали проект «Кванториум».

Сегодня таких детских технопарков, которые позволяют детям экспериментировать, работать в команде, узнавать какие-то новые проекты, новые для них направления, уже более чем в 30 субъектах Российской Федерации.

Центр «Сириус». Мы также взаимодействуем с коллегами. По сути, мы детей «на кончиках пальцев» видим, как они в регионах из школ приходят в эту систему дополнительного образования, где получают новые навыки, новые знания.

На летнюю смену они все отправляются в «Сириус», участвуют в олимпиадах Национальной технологической инициативы. Поэтому думаю, что мы вполне можем гордиться нашими ребятами. Это наш серьёзный такой кадровый потенциал для страны.

Что касается задела на будущее: мы сегодня являемся интеллектуальным штабом Национальной технологической инициативы. Есть уже первые результаты. Вы в прошлом году посетили нашу выставку на Форуме стратегических инициатив на ВДНХ. Наши первые проекты, по сути, сегодня станут основой развития системы цифровой экономики.

У нас уже есть первые проекты, мы планируем пилотировать их в Новгородской, Тульской областях по цифровому управлению регионом. Это действительно серьёзно оптимизирует региональное управление, экономит бюджетные средства региона и повышает качество социальных услуг, качество жизни населения.

Вы сказали на прошлом наблюдательном совете, что нам необходимо больше внимания уделять социальным проектам. Здесь мы тоже, Владимир Владимирович, двигаемся вместе с Правительством Российской Федерации, реализуем дорожную карту по доступу негосударственного сектора в социальную сферу.

Это позволяет нам сегодня в регионах привлекать новые кадры, обновлять инфраструктуру, по сути, внедрять лучшие практики в сфере государственно-частного партнёрства, особенно получается в здравоохранении; в образовании есть ряд таких интересных проектов.

В.Путин: Мне сказали, у Вас есть какие-то идеи по организации работы как раз в этом секторе.

С.Чупшева: Да, мы посмотрели, изучили международный опыт, международные и российские практики, как двигается сегодня. Есть отдельная тенденция по развитию социального предпринимательства.

Сегодня бизнес, люди готовы вкладываться в социальные проекты, направленные на поддержку детей, поддержку детей-сирот, поддержку инвалидов, в вовлечение малоимущих семей, многодетных семей в экономическую деятельность, создавая рабочие места, опять же вовлекая их в предпринимательскую деятельность.

Мы посмотрели, чего не хватает. Та инфраструктура и финансовые меры поддержки инструментов, которые сегодня существуют для малого бизнеса, не совсем подходят. Мы тоже посмотрели, как работают в Южной Корее, Европе, Штатах.

Отдельно выделяется такая категория – социальный предприниматель. Очень важно здесь дать предпринимательские компетенции инициаторам, вовлечь их в эту деятельность, помочь в сопровождении проекта и профинансировать их. По сути, это венчурное финансирование социальных стартапов.

Хороший пример, Владимир Владимирович. Мы тоже создали при Вашей поддержке Фонд развития интернет-инициатив – Кирилл Варламов, – он сегодня является одним из лучших европейских акселераторов по поддержке интернет-стартапов. Мы с коллегами тоже проработали, посмотрели, как у них всё это налажено, там прошли обучение наши сотрудники.

И мы сегодня вместе с ними делаем такой пилотный акселератор на площадке АСИ. За месяц собрали около тысячи заявок от социальных предпринимателей. Проекты в образовании, здравоохранении, культуре, спорте – очень интересно.

Сегодня у нас 50 команд проходят обучение. Здесь нам тоже помогли крупные компании с социальной ответственностью: «Металлоинвест», «РУСАЛ», СУЭК – которые готовы участвовать в питчинге проектов. И мы надеемся, что половина проектов точно будет профинансирована.

Поэтому хотели бы, Владимир Владимирович, попросить, может быть, чтобы могли проработать вопросы создания фонда поддержки таких социальных проектов в Российской Федерации. Мне кажется, эффект был бы значительный.

Мы тоже посмотрели международную практику: на рубль вложенных средств в развитие социального предпринимательства в Шанхае получают семь; на доллар там семь долларов. То есть, вовлекая людей в бизнес, предпринимательскую деятельность, обучая их, мы действительно можем серьёзно поднять экономику в регионах и увеличить число малого бизнеса.

В.Путин: Давайте с компаниями проработаем, думаю, что в конечном итоге они тоже в этом будут заинтересованы, потому что там можно работать, то есть нужно работать среди их сотрудников, среди семей сотрудников, это может быть очень интересно.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 15 марта 2017 > № 2111754 Светлана Чупшева


США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 15 марта 2017 > № 2110289 Арег Галстян

Рак, страховки, истребители: на что американские лоббисты потратили $2,4 млрд

Арег Галстян

Кандидат исторических наук, американист, колумнист журналов "The National Interest" и "Россия в глобальной политике"

Управление по правительственной этике США обнародовало данные о финансировании лоббистской деятельности

В 2016 году 10 крупнейших внутриотраслевых групп потратили на лоббизм федерального уровня в США $2,36 млрд. Это следует из годового отчета, подготовленного юридическим комитетом сената и Управлением по правительственной этике США на основании данных, собранных Центром за ответственную политику и Lobby Watch.

Крупнейшими отраслевыми заказчиками на услуги лоббизма в США в 2016 году стали:

медико-фармацевтические корпорации, потратившие на лоббизм $244 млн

страховые компании, выделившие на лоббистскую деятельность $146 млн

энергетические корпорации в 2016 году потратили на эти цели $117 млн

протестантские группы влияния в 2016 году выделили на продвижение своих интересов $115 млн

предприятия военно-промышленного комплексе — $92 млн

Многие корпорации, организации и иностранные правительства, не желающие или не имеющие возможность заниматься прямым лоббизмом, прибегают к услугам специальных фирм.

Akin Gump Strauss Hauer & Feld.

Годовой доход — $27 млн

Крупные заказчики:

Альянс центров по лечению рака - $2 млн

Empresas Fonalledas (недвижимость, девелопмент) — $1,2 млн

Amazon.com (e-commerce) – $650 000

Американская медицинская ассоциация – $500 000

Bridgestone (производитель шин, Япония) — $380 000

Brownstein Hyatt Farber Schreck

Годовой доход — $20 млн

Крупные заказчики:

сеть игорных заведений и отелей Caesars — $1,5 млн

Национальная ассоциация телерадиовещателей США (National Association of Broadcasters, NAB) – $1 млн

нефтедобывающая компания PDVSA (Венесуэла) — $500 000

Blue Cross Blue Shield (страхование) - $350 000

CIM Group (недвижимость) — $280 000

Podesta Group

Годовой доход — $18 млн

Крупные заказчики:

Crawford (маркетинговая компания) — $700 000

корпорация Hitomi Financial - $500 000

корпорация Lockheed Martin — $420 000

Nestle – $300 000

Van Scoyoc Associates

Годовой доход — $15 млн

Крупные заказчики:

Alphabet Inc (материнская компания Google) — $800 000

Национальная ассоциация риелторов — $500 000

Ассоциация техасских университетов — $230 000

Squire Patton Boggs

Годовой доход — $14 млн

Крупные заказчики:

Nissan — $450 000,

объединение Airlines for America - $260 000

Airbus Group — $240 000

Национальная ассоциация телерадиовещателей США (National Association of Broadcasters, NAB) – $200 000

США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 15 марта 2017 > № 2110289 Арег Галстян


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > agronews.ru, 13 марта 2017 > № 2104838 Константин Бабкин

Другая экономическая политика.

О ней рассказывает Константин Бабкин, президент Промышленного Союза «Новое Содружество», сопредседатель Московского Экономического Форума.

Если мы посмотрим на экономическую политику, которая сегодня реализуется в России, то может сложиться впечатление, что ориентирована она не на интересы отечественного промышленного производства и сельского хозяйства. Она, скорее, ориентирована на интересы глобальных корпораций.

Такой подход был заложен еще при Гайдаре. Задача – сделать Россию максимально удобной территорией для деятельности этих корпораций. Ради этого были принесены в жертву те, кто хочет в России производить, созидать, заниматься наукой.

Да, локальные попытки улучшить ситуацию есть, есть у нас и в правительстве разумные люди.

Я всегда благодарю правительство за принятие три года назад программы № 1432, по которой государственные субсидии компенсировали аграриям четверть, а в этом году – 15% стоимости сельхозтехники, если она закупается у отечественных поставщиков. Это позволило модернизировать сельское хозяйство, развивается сельхозмашиностроение – мы уже третий год растем темпами 30% в объемах выпуска сельхозмашин.

Так что определенные попытки улучшить ситуацию есть, но они носят локальный характер, а положительный опыт в сельхозмашиностроении не тиражируется на другие отрасли, и, напротив, предпринимаются попытки ликвидировать даже имеющиеся меры поддержки отечественного производителя.

Нам необходим переход к совершенно иной экономической политике, центральный пункт которой – создание в России условий для несырьевого производства.

Главных китов у такой политики три.

Первое – изменение подхода к внешнеторговой политике. Не интересы глобальных корпораций должны стоять на первом месте, не членство в ВТО любой ценой, а защита своего производителя. Внешнеторговая политика должна быть нацелена на создание равных условий для российских и зарубежных производителей.

Что это значит?

Если у иностранных производителей того или иного вида товаров есть господдержка в их странах, более мощная, чем у нас, то мы должны либо обеспечить такой же уровень поддержки своим предприятиям этой отрасли, либо защитить свой внутренний рынок от таких зарубежных производителей, находящихся в лучших условиях, чем наши.

О какой поддержке идет речь? Просто сравните: в 2012 году прямая поддержка собственных экспортеров у Китая составила 49 млрд долларов, у Германии – 20 млрд долларов, а у России – всего 0,1 млрд!

Мы предлагаем использовать для защиты своих производителей те же механизмы – дешевое финансирование, связанные кредиты, страхование сделок, компенсацию расходов на маркетинг.

И к тому же увязывать политику в отношении какой-то страны и ее компаний в России с ее собственной политикой и доступом на ее рынок для наших компаний. А сегодня, например, по условиям членства в ВТО России вообще запрещена государственная поддержка сельскохозяйственного экспорта.

То есть вот для ЕС разрешено 15 с половиной миллиардов долларов на такую поддержку тратить, США – почти миллиард, а России вообще не разрешено ни копейки. А даже внутренняя поддержка разрешена по условиям ВТО для России всего в объеме нескольких млрд долларов. Что почти в 40 раз меньше, чем разрешено Китаю, и в 25 раз меньше, чем разрешено ЕС. …

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > agronews.ru, 13 марта 2017 > № 2104838 Константин Бабкин


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > camonitor.com, 10 марта 2017 > № 2102760 Петр Своик

Правительство много лет воюет само с собой и даже против себя

Автор: САУЛЕ ИСАБАЕВА

Исполнительская дисциплина отечественного госаппарата с каждой реформой становится лишь слабее. И не исключено, что правительственная копилка невыполненных задач вскоре пополнится новой порцией поручений, которые президент страны активно раздавал этой зимой. Сегодня у нас в гостях экономист Петр Своик, с которым мы говорим о причинах этой болезни и методах ее лечения.

– Петр Владимирович, почему многочисленные реорганизации казахстанского правительства не дают результатов? Как вы объясните тот факт, что большинство задач, которые ставит перед ним глава государства, кочуют из послания в послание, обрастают новыми программами и созданием новых структур, в итоге так и остаются невыполненными?

– Эти задачи не просто не выполняются, они по сути невыполнимы. Нынешнее правительство и Национальный банк принципиально на это неспособны даже не в силу личностных качеств руководителей, а потому, что уже много лет пребывают в какой-то шизофреничес­кой раздвоенности…

Дело в том, что в конце 1990-х – начале 2000-х мы заменили собственную экономическую идео­логию на предложенную нам извне и стали внешне управляемыми. В частности, мы отказались от национального монетарного суверенитета, построили весь экономический цикл на внешних инвестициях и внешнем фондировании наших банков, приняли за основу рекомендации по разгосударствлению экономики. У нас даже при правительстве работают разного рода консультационные компании типа McKinsey, которые не только зарабатывают здесь очень хорошие деньги, но и фактически формулируют идеологемы и направления экономичес­кой политики.

Вот и получается, что, с одной стороны, казахстанская экономика имеет свои специфические особенности, явно не соответствующие либеральным представлениям об экономике вообще, а с другой, она находится под непрерывным иностранным надзором и консультированием, которые навязывают ей вот эти либеральные представления.

Поэтому все бесконечные заклинания со стороны правительства о том, что нас спасет только рынок, что нужно больше конкуренции, что необходимо поскорее приватизировать непрофильные и даже профильные активы национальных компаний, что в стране очень много чиновников, от которых надо избавляться, – они звучат уже много лет, но ничего не решается. Более того, степень огосударствления экономики даже увеличивается. Если говорить откровенно, то именно на огосударствлении экономики мы и существуем. А что нам дают рынок и свободная конкуренция – большой вопрос.

Посмотрите, к примеру, на стратегические государственные программы «Нурлы жол», ФИИР, «Развитие АПК» и т.д. Они все реализуются не просто через государственное участие, но и за счет государственных ресурсов. То есть если бы государство не тратило массированно из года в год средства Нацфонда, бюджета и квазигоссектора, не поддерживало бы госпрограммы, не дотировало бы ставки коммерческих банков, то экономика давно бы сдохла.

Фактически правительство уже много лет воюет само с собой и даже против себя. Ведь идеология и призывы у него одни, а практические действия - совершенно другие.

– Почему же наша экономика не смогла встроиться в эту модель?

– Понимаете, экономика, построенная на очень высокой степени естественного и полуестественного монополизма, просто не может действовать в навязанных нам конкурентно-рыночных условиях. У нас же все построено на добыче и экспорте сырья, где в принципе нет конкуренции. А то, что вкладывали внешние инвесторы и кредиторы (сейчас, во время кризиса, и этот поток иссякает), было ориентировано на их вывозной интерес, а не на внутренний.

К примеру, они инвестировали и кредитовали расширение добычи сырья на экспорт, а также потребительские сферы экономики Казахстана, основанные, как правило, на импорте. Следствием такой политики стало поддержание Нацбанком завышенной стоимости денег в стране, которое, кстати, трактуется не иначе как борьба с инфляцией.

– А это не так?

– В нашей экономике связь между высокой инфляцией и высокой стоимостью банковских денег можно сравнить с ветром и качающимися деревьями. У нас не стоимость денег завышена по причине высокой инфляции, а инфляция высока в том числе потому, что стоимость денег завышена. То есть уже 20 лет Национальный банк объясняет дорогие кредиты высокой инфляцией. А это все равно что полагать, будто ветер дует потому, что деревья качаются...

Но поскольку правительству все равно надо массированно кредитовать и инвестировать (мы без этого пропадем), то вся наша экономическая политика построена на дотировании сверхвысоких процентов банковских кредитов. Получается, что большая часть государственных денег, которая тратится как бы на развитие и поддержание экономики, на самом деле идет на спонсирование казахстанских коммерческих банков. То есть, пытаясь поддерживать экономику, мы спонсируем схему, работающую на вывоз денег из страны.

– Станет ли выходом из этого замк­нутого круга решение выделить триллион тенге на оздоровление банков?

– Нынешняя внешне ориентированная модель правительства в любом случае себя исчерпывает. Она находится в глубоком системном кризисе, что проявляется, в частности, в нарастающих проблемах банковской системы.

В начале тучных лет банки были витриной экономических реформ: они росли, цвели и пахли даже быстрее, чем сама нефтянка. Сейчас же они являются витриной кризиса, которая покрывается трещинами гораздо быстрее, чем вся экономическая модель. В этом смысле триллион тенге, выделяемый на их оздоровление, – мера, конечно, необходимая, но не излечивающая кризис. Она поможет вывести накопленные токсичные активы из банковского организма, но никак не вылечить саму болезнь.

– Как же лечить саму болезнь?

– А тут я, пожалуй, обопрусь на две, по сути, революционные новые задачи, поставленные в последнем президентском Послании. Это то, что Национальный банк должен отвечать теперь не только за инфляцию, но и за экономический рост, и что он совместно с правительством должен обеспечить фондирование коммерческих банков в национальной валюте.

Сомневаюсь, что для нынешних Нацбанка и правительства эти задачи выполнимы. Если же действительно приступать к переориентации с вывозного на внутренний интерес, в частности на реиндустриализацию, то начинать надо именно с Национального банка. Он должен перестать быть замыкающим игроком на валютном рынке, должен вообще уйти с валютной биржи и заняться единственным своим прямым делом – планировать и осуществлять необходимую кредитную эмиссию в экономику. То есть из роли обменника перейти к роли реального генератора национального инвестиционного и кредитного ресурса.

Политику плавающего курса нужно прекратить. Национальная валюта не должна вертеться, как хвост собаки, вокруг валюты внешнеэкономичес­кой деятельности. Курсы необходимо скрепить между собой, и достаточно жестко. Причем эту сцепку должно обеспечивать Министерство финансов через превращение Национального фонда во вторую валютную часть государственного бюджета. То есть бюджет должен быть двойным – тенговая часть и валютная часть. За исключением, конечно, резервов, которые надо держать, не тратить. Все остальное должно планироваться, утверждаться, исполняться в рамках единого госбюджета. В частности, за счет валютной части Минфин должен обеспечивать прямую и обратную конвертацию тенге в любую иностранную валюту.

В свою очередь Министерство экономики должно стать центральным штабом по планированию индустриального и социального развития на основе межотраслевых и межрегиональных балансов. А соответствующие профильные министерства должны отвечать за исполнение этих планов. При этом индустриальное инвестирование следовало бы осуществлять двумя параллельными каналами.

Первый канал – это то самое долгосрочное и доступное фондирование коммерческих банков в тенге, которое должно не расходиться по спекулятивному рынку, а осуществляться целенаправленно. Для этого стоило бы превратить «Халык банк» в реально народный, то есть национализировать.

Второе направление должно быть создано на базе реформированного ЕНПФ. Причем всю накопительную систему надо преобразовать таким образом, чтобы ЕНПФ стал самостоятельной инвестиционной структурой национального уровня. Его руководство должно назначаться президентом, быть ему подотчетным. В составе ЕНПФ должен быть наблюдательный совет из независимых комиссаров. Их, например, могли бы делегировать парламентские партии, а также республиканские профсоюзы.

Кроме того, в законодательство о пенсионной системе нужно дописать пункт, гарантирующий со стороны государства не только сохранность от инфляции, но и обеспечение ежегодного устанавливаемого парламентом дохода. Саму накопительную систему надо развернуть до формата пожизненного и комплексного социального страхования. А именно – лицевые накопительные счета необходимо открывать на каждого родившегося младенца и сразу отписывать на них некую базовую долю от Национального фонда и ежегодно дополнять ее.

Законом должны быть установлены страховые случаи использования пенсионных накоплений: рождение ребенка, приобретение жилья для молодой семьи или, не дай бог, дорогостоящее лечение.

В свою очередь инвестирование ЕНПФ должно осуществляться прежде всего в те самые утвержденные пятилетки и годовые планы индустриализации, причем преимущественно в ту национальную инфраструктуру, которая находится под государственным тарифным контролем. Это, конечно же, нефте- и газопроводы, железные дороги, электроэнергетика, ЖКХ.

Соответственно Комитет по регулированию естественных монополий, который сейчас находится на задворках Министерства национальной экономики и фактически поощряет закрытость и коррумпированность тарифной политики, нужно поднять до самостоятельного ведомства национального уровня. Его работа должна заключаться в организации постоянного мониторинга в режиме реального времени главных составляющих как эксплуатационных, так и инвестиционных затрат монополистов. То есть инвестируемые накопления должны быть под жестким контролем, а сам тарифный процесс – прозрачным.

– На чем из всего перечисленного правительству следовало бы сделать главный акцент?

– Сегодня нашей экономикой управляет McKinsey, а вовсе не Министерство экономики. Да, оно самое большое, но при этом самое, извиняюсь, беспонтовое министерство. Это, по сути, набор комитетов и департаментов, деятельность которых к реальной экономике имеет очень опосредованное отношение. Поэтому я считаю, что в новом варианте МНЭ должно стать сердцем правительства, новым Госпланом, который бы составлял государственные и совместные государственно-частные инвестиционные программы. А также осуществлял бы их исполнение под накопления ЕНПФ и выделяемый Национальным банком кредитный ресурс. Вот он, стержень нового правительства.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > camonitor.com, 10 марта 2017 > № 2102760 Петр Своик


Россия. Весь мир. СКФО > Госбюджет, налоги, цены. Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 10 марта 2017 > № 2102199 Дмитрий Медведев

Заседание Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа.

О развитии внутреннего и въездного туризма на территории СКФО.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сегодня заседание правительственной комиссии посвящено, безусловно, важной для Северного Кавказа теме (может быть, одной из самых важных) – развитию внутреннего и въездного туризма на территории Северо-Кавказского округа.

Понятно, что для отдыха на Кавказе существует огромное количество возможностей. В целом ряде населённых пунктов созданы достаточно современные и комфортные условия для туристов. И мы сегодня с утра посмотрели, как Архыз выглядит. Надо признаться, впечатляет, это уже современный курорт – и покататься на лыжах там можно, и просто отдохнуть.

Но, к сожалению, пока это не общее правило. Перед совещанием мы посмотрели некоторые объекты здесь, в Ессентуках. Они тоже очень разные: какие-то объекты новые, красивые, а какие-то объекты старые, требующие реконструкции, реставрации, а может быть, даже и передачи в другие руки.

Очевидно, что с такой сложной инфраструктурой развивать туризм на Северном Кавказе будет затруднительно. Поэтому мы сегодня обсудим, как сделать работу по развитию туристической отрасли в Северо-Кавказском округе более эффективной и как можно скорее добиться ощутимых результатов.

Современный человек вообще уделяет организации своего отдыха особое внимание и готов в это вкладывать серьёзные деньги. Достаточно сказать, что доля индустрии туризма в мировом валовом внутреннем продукте достигает почти 10%. 10% мирового ВВП – это туризм. Не нефть и не газ, а туризм. Это одна из самых прибыльных отраслей экономики, на неё приходится почти каждое 11-е рабочее место. Дополнительные источники экономического роста, новые рабочие места – это то, что очень нужно регионам Северного Кавказа. Чтобы их получить, на Кавказе в принципе есть всё необходимое. Здесь исторические памятники соседствуют с уникальной природой, горы, древние города дают возможность интересно и разнообразно отдохнуть, а если говорить про экологию, минеральные источники – просто поправить здоровье, причём на протяжении всего года.

На Северном Кавказе можно развивать три из четырёх самых популярных направлений туризма, а именно горный, бальнеологический и культурно-исторический. На них вместе с пляжным отдыхом приходится 80% мирового туристического потока. В последние годы мы системно занимаемся формированием здесь горнолыжного и медицинского кластеров. Действуют соответствующие ФЦП, разделы государственных программ, созданы институты развития, а именно Корпорация развития Северного Кавказа и «Курорты Северного Кавказа». Определённые результаты есть. В прошлом году все курорты региона посетили почти 1,5 млн туристов. Особенно заметен прогресс в горнолыжном секторе, за два года он увеличился вдвое – до полумиллиона человек. Однако, по оценкам экспертов, Северный Кавказ способен принимать гораздо больше туристов – до 10 млн человек в год. Надо постараться занять на этом рынке место, которое достойно наших возможностей.

Для решения этой задачи надо шире применять проектный подход, с чёткими сроками, целевыми показателями, чтобы и на федеральном, и на региональном уровне каждый понимал меру своей ответственности, чтобы частным инвесторам были ясны горизонты планирования по бизнесу. Причём концентрировать усилия надо на проектах, которые способны подтянуть и соседние территории. Если говорить про горнолыжный туризм, у нас сейчас три таких проекта: «Архыз, «Эльбрус» в Кабардино-Балкарии и «Ведучи» в Чечне. Причём «Архыз» уже приближается к показателям хорошего, эталонного курорта.

Тем не менее конкуренция на рынке горнолыжного туризма высока, стандарты сервиса постоянно растут. Нам нельзя отставать по качеству, для этого нужны квалифицированные кадры, надо наладить их подготовку и аттестацию. Для меня было неожиданно, что, оказывается, все инструкторы по горным лыжам работают без надлежащего оформления их прав. То есть они, по сути, все находятся вне закона. Надо с этим разобраться обязательно, и по итогам совещания такое поручение должно быть подготовлено. Нужно цивилизовать эту работу, сделать её современной.

Есть ещё один вопрос – страхование жизни и здоровья туристов. В горах всякое случается, и, действительно, нужно, чтобы страхование сюда приходило. А пока с этим есть проблемы. Обсудим, как их решить.

Можно посмотреть и на импортозамещение. Мы с вами понимаем, что целый ряд конструкций, в том числе металлоконструкций, которые связаны с подъёмниками, – это большие, сложные сооружения, которые мы заказываем и закупаем за границей за большие деньги. Вполне можно это железо производить дома или договориться с кем-то из крупнейших производителей – их, собственно, в мире по пальцам одной руки можно пересчитать – о том, чтобы создать какие-то производственные участки и у нас.

Ключевой проект в сфере бальнеологического туризма – это медицинский кластер на территории Кавказских Минеральных Вод. Это уникальный курортный регион. Здесь есть определённая инфраструктура, но она не в лучшем состоянии. Точнее, она разная: есть хорошие санатории, есть совсем уже старенькие. Нужно подтянуть эту инфраструктуру как с точки зрения сервиса, так и с точки зрения лечения. Наша цель – сделать Кавказские Минеральные Воды источником развития отрасли медицинского туризма, который в нашей стране сейчас практически отсутствует. В программе этот проект есть, но надо посмотреть, чтобы он был рациональным, чтобы деньги не тратились впустую, чтобы он дал толчок развитию всего этого сегмента. Тем более что медицинский туризм, как известно, один из самых высокодоходных, достаточно вспомнить пример Израиля или Чешской Республики.

Здесь расположено 3,5 тыс. памятников истории и культуры, уникальных природных комплексов. Надо обязательно вовлечь их в туристический обиход, чтобы их можно было посещать и получать необходимую информацию об этом.

Л.Кузнецов: На сочинском форуме Вы, Дмитрий Анатольевич, в своём выступлении на пленарном заседании сказали, что каждому региону нужно определить свои точки роста. Только что отметили, что для Северного Кавказа одной из таких точек роста (причём для всех субъектов, входящих в Северо-Кавказский федеральный округ) является туризм. Потенциал этой отрасли также Вы озвучили. Мы сегодня должны подвести итоги по тем приоритетам, которые были обозначены в рамках государственной программы «Развитие Северо-Кавказского федерального округа», и принять необходимые управленческие решения, которые позволят дальше этой отрасли в рамках СКФО динамично развиваться.

Мы сделали приоритетными три направления туризма: горнолыжный, бальнеологический и культурно-исторический.

Горнолыжный туризм известен на Кавказе ещё с советских времен. Домбай, Эльбрус всегда были местом притяжения любителей этого вида отдыха и спорта. Для нас критично важен этот туризм ещё с точки зрения его социальной роли, потому что, развивая это направление, мы содействуем закреплению людей, которые живут на Кавказе, в местах традиционного проживания, сохраняя их традиционный уклад. При этом стимулируем, что очень важно, развитие малого и среднего бизнеса на круглогодичной основе, через это повышая качество и уровень жизни людей, проживающих в горной местности.

Правильно было отмечено, что в рамках финансовых ограничений, понимая, что мы должны сформировать курорты, которые будут пользоваться общероссийским и мировым признанием, мы сконцентрировали ключевые приоритеты на трёх курортах – «Архыз», «Ведучи» и «Эльбрус». При этом создали концепцию управления курортами, которая исключает взаимное конкурирование, формирует единую техническую, управленческую политику.

Мы сформулировали для себя модель эталонного курорта, то есть определили, сколько нужно (объём) государственных инвестиций, чтобы это позволило курорту быть самодостаточным, создать условия для привлечения частных инвестиций и быть интересным для самого туриста. И такие показатели сегодня характеризуются следующими цифрами: протяжённость трасс должна быть не меньше 30 км, количество мест размещения – от двух до шести и не менее четырёх подъёмников. При таких показателях туристический поток достигает 350 тыс. человек в год, что позволяет, как я уже сказал, курорту выйти на уровень самоокупаемости и дальше уже больше говорить не о государственных инвестициях в инфраструктуру, а именно о частных инвестициях как в инфраструктуру, так и в различные виды деятельности курорта.

Для того чтобы дальше реализовывать проект именно по этим направлениям – при этом я хочу сразу сказать, что на первом этапе у нас обозначены три этих курорта, дальше ещё есть два курорта, в Дагестане и Республике Ингушетия, – нужно решить несколько задач.

Первая задача, о которой Вы с точки зрения регуляторики сказали, – это уже критично важный итог для Северного Кавказа, в целом для горнолыжной индустрии и в Сочи, и в Сибири, и на Дальнем Востоке.

Второй вопрос. Чтобы эффективно реализовывать программу строительства курортов, мы вместе с Минэкономразвития осуществили один шаг, когда управление особыми экономическими зонами передали Минкавказу. Но так как единственным государственным источником финансирования является сегодня госпрограмма, мы предлагаем также дать поручение – передать права акционера «КСК» также Минкавказу, что сократит сроки доведения денег до конечного бюджетополучателя.

Д.Медведев: Кто сейчас акционером является?

Л.Кузнецов: Сегодня очень сложная процедура. Мы из своей программы ставим их в Минэкономразвития, Минэкономразвития ставит их в особые экономические зоны, в корпорацию, и корпорация дальше их доводит до «КСК». В прошлом году у нас деньги по проекту «Ведучи» пришли где-то только в ноябре. Вы знаете, что самый горячий период – это именно весна-лето.

Д.Медведев: Такой механизм, если я правильно понимаю, появился ровно потому, что когда-то просто не было вашего министерства, и поэтому мы создали такую структуру.

Л.Кузнецов: Раньше ещё и деньги шли из другой статьи бюджета. Они шли централизованно из бюджета Минэкономразвития.

И второй вопрос. Изначально в рамках модели эталонного курорта в госпрограмме было определено необходимое финансирование, но в рамках сегодняшних бюджетных ограничений часть этих ресурсов была сокращена. Поэтому мы просим дать нам поручение вместе с Минфином проработать возможность поиска источников финансирования, чтобы дать понятный, чёткий сигнал бизнесу и инфраструктурным компаниям, которые позволят нам дойти до этой модели.

Второе направление – это бальнеология. Действительно, каждый из субъектов СКФО обладает своими уникальными природно-лечебными факторами, но, конечно, жемчужиной являются Кавказские Минеральные Воды. Очень отрадно, что в последние годы нам удалось здесь переломить ситуацию. Мы смогли изменить статистику по туристическому потоку, и он сегодня уже приближается к миллиону. Этому способствовали точечное решение по Кисловодскому парку, системное решение, которое было принято в конце прошлого года, – Вы подписали распоряжение о комплексном плане развития города Кисловодска до 2030 года.

Но здесь я сразу сделаю оговорку. Мы на сочинском форуме слушали о состоянии региональных бюджетов, и, к сожалению, Ставропольский край является регионом, который не находится в группе высокодоходных территорий. Поэтому просим дать нам поручение рассмотреть возможность, учитывая, что эта программа требует подготовки проектно-сметной документации, разрешить ФОИВ в рамках их отраслевых программ софинансирование не только прямых капитальных расходов, но и, самое главное, подготовку проектной документации. Без этого данный план у нас по большинству мероприятий останется только на бумаге.

Второй очень важный вопрос, Вы его подняли, – эффективное управление государственной собственностью. Действительно, на территории Кавказских Минеральных Вод, в каждом из городов, её очень много, часть сегодня используется эффективно, но большинство объектов находятся в очень плохом состоянии и не являются инвестиционно привлекательными.

В рамках президиума Госсовета дано поручение Росимуществу провести полную инвентаризацию. Но для нас очень важно не только ещё раз актуализировать список того, чем мы обладаем, но очень важно разработать механизмы дальнейшего эффективного управления. Поэтому мы просили бы дать поручение Минэку, Росимуществу, Минкавказу совместно с отраслевыми ФОИВ подготовить до конца года предложения по эффективному управлению госсобственностью на территории Кавказских Минеральных Вод.

Параллельно с решениями по управлению также формируется законодательная среда. Мы сегодня внесли в Правительство два законопроекта: об особом эколого-курортном регионе Кавказские Минеральные Воды и о курортном сборе. Эти два закона, по нашей оценке, дадут возможность сохранить уникальную территорию с точки зрения её природных факторов и, с другой стороны, сформируют источники для местных органов самоуправления по поддержанию и приведению в надлежащее состояние курортной инфраструктуры.

Реализация всех этих планов позволила бы нам развивать туризм в Кавказских Минеральных Водах по инерционной модели. Поэтому было принято решение о реализации проекта медицинского кластера, который должен решить несколько комплексных задач.

Первое: сократить количество высокотехнологичной медицинской помощи, которая сегодня оказывается жителям Северного Кавказа за пределами округа. Сегодня из 25 тыс. таких операций больше 20 тыс. оказывается за пределами региона.

Второе: это, конечно, мощный ресурс как для загрузки существующей санаторно-курортной инфраструктуры, так и для создания привлекательных условий для инвестиций в новые объекты – медицинские и объекты реабилитации.

Третье: выстраивание полной цепочки оказания помощи тем, кто приезжает на курорт – профилактика, медицина и реабилитация. У нас сегодня очень хорошо развита первая компонента – профилактика, но медицинская отсутствует, а такой комплексный пакет является уникальным. Многие страны сегодня, как Вы отметили, это направление развивают. Исторически это Германия, Австрия, сейчас это Израиль и Чехия, но также и страны, в которых до этого медицина была в зачаточном состоянии, – например, Объединённые Арабские Эмираты строят целый «город здоровья», базирующийся на этих принципах.

Для статистики: в рамках медицинского туризма сегодня у нас более миллиона человек выезжают из страны, и только на медицинскую помощь, по оценкам экспертов, у нас ежегодно тратится более миллиарда долларов. Поэтому мы считаем, что медицинский туризм – это тоже одна из программ импортозамещения, которая в конечном итоге позволяет нашим гражданам по доступным ценам получить высокотехнологичную медицинскую помощь.

Этот проект отвечает ещё на один вызов – это новый формат подготовки кадров. Мы понимаем, что большого ума не надо, чтобы купить дорогостоящее оборудование, построить современное здание, но очень важно иметь высококлассных специалистов. Поэтому для нас очень важно, чтобы было дано поручение вместе с Минздравом проработать механизмы, которые на первом этапе становления этого проекта позволят нам привлечь лучшие российские и зарубежные кадры, которые и работали бы в системе образования, и оказывали необходимую медицинскую помощь.

Как всегда, нельзя обойти и финансы, потому что этот проект изначально базировался в рамках наших госпрограмм и имел всё необходимое финансирование. Понимая ограничения, которые есть, мы в рамках разработки проекта изменили концепцию, сделали её постадийной, для того чтобы иметь законченный проект, но базируясь на реальных источниках финансирования. Также просим в порученческих пунктах дать нам возможность с Министерством финансов в рамках бюджетного процесса проработать и это направление, для того чтобы после подготовки ПСД выработать стратегию его реализации.

Д.Медведев: Вы про медицинский кластер?

Л.Кузнецов: Да, про медицинский кластер.

Д.Медведев: Вы там повнимательнее. Там деньги огромные на эту проектно-сметную документацию заложены.

Л.Кузнецов: Дмитрий Анатольевич, у нас будет конкурс. Мы все технические задания согласовываем.

Д.Медведев: Нужно деньги внимательно тратить, потому что 1,6 млрд на проектно-сметную документацию – это непозволительная роскошь. Проверьте, что там происходит с этим.

Л.Кузнецов: Обязательно.

Третье направление – культурно-историческое. Действительно, больше 3500 объектов культурного наследия. 2000 лет Дербенту мы недавно отметили, в следующем году 200 лет Грозному.

У нас сформировано с Ростуризмом два уникальных продукта – «Чайный экспресс» и «Шёлковый путь», которые пронизывают все субъекты Северо-Кавказского федерального округа.

Есть часть организационных вопросов, которые мы также предлагаем обозначить для дальнейшей эффективной реализации этого направления.

Первое: вопросы транспортной доступности. Исторически полёты в СКФО, в первую очередь в Минводы, попадали под программу субсидирования. В этом году впервые такого не произошло. Это пока не сказывается на турпотоке, но мы всё-таки считаем, что для туриста критически важно, как он может прибыть в регион, который ему интересен. Здесь просили бы также дать поручение Минтрансу в рамках подготовки комплекса мероприятий по реализации этой программы в следующем году учесть и регионы Северо-Кавказского федерального округа.

Второй вопрос более прикладной. У нас с лета по осень действует льготируемый маршрут с Симферополем. Это очень хорошо, потому что жители СКФО имеют возможность выехать на черноморское побережье. Наши курорты круглогодичны, и было бы правильно распространить этот льготный период на весь календарный год, что позволило бы жителям черноморского побережья, Крыма в зимний период времени пользоваться нашими курортами и создать здесь взаимодополняющие конкурентные преимущества.

Третий вопрос критичен для всех направлений – и горнолыжного, и бальнеологического, и культурно-исторического – это всё-таки упрощение процедур доступа на территорию Северо-Кавказского федерального округа для иностранцев. Мы провели переговоры со странами Ближнего Востока. И Китай, и страны СНГ заинтересованы. Мы видим увеличивающийся турпоток. Процедуры получения виз или создают конкурентные преимущества, или, наоборот, отталкивают при принятии решения поехать в тот или иной регион, поэтому просьба дать поручение проработать этот вопрос.

Мы понимаем, что каждое из направлений по отдельности эффективно, но критически важно для формирования круглогодичной повестки, всесезонной, комплексной программы для туристов объединить все эти три направления в одну программу развития туризма в Северо-Кавказском федеральном округе. Это критично и с точки зрения определения приоритетов, в первую очередь бюджетного финансирования из различных источников – ФЦП туризма, Северо-Кавказского федерального округа, естественных монополий.

Как результирующая часть, Дмитрий Анатольевич: хотели бы получить поручение до конца года разработать комплексную программу развития туризма в Северо-Кавказском федеральном округе до 2035 года. Надеемся, что эта программа могла бы также попасть в перечень мероприятий нашего стратегического Комплексного плана работы Правительства Российской Федерации до 2025 года.

В.Владимиров: Я поддерживаю те предложения, которые уже вошли в протокол. Если разрешите, начну с частного, небольшого вопроса. Он очень резонансный и для всех отдыхающих, и для жителей Ставропольского края. У нас на территории Кавказских Минеральных Вод расположено 17 открытых бюветов. Вода к ним подаётся из минералопроводов или нарзанопроводов. Владельцем воды фактически является корпорация «Кавминкурортресурсы», состоящая на 49% из профсоюзной организации и на 51% из государственного имущества. Постоянно ажиотаж возникает в части попытки введения платы за открытую воду. Фактически человек идёт мимо с кружкой, заходит в нарзанную галерею так называемую, налил воды, выпил – на всех мировых курортах это принятая история.

Д.Медведев: А кто у нас додумался за это деньги брать?

В.Владимиров: Качают всё время. Бизнесмены, которые пытаются на этой воде зарабатывать. Это всё вызывает страшное отторжение и у меня лично, потому что всю жизнь я пил воду бесплатно.

Д.Медведев: Понимаю.

Таких решений нет, но тогда, раз об этом говорит губернатор, давайте прямо это чёрным по белому и зафиксируем, что таких решений нет и быть не должно. Вся вода должна быть бесплатной в бюветах, естественно. То, что в бутылках продаётся в магазинах, это уже другая история.

Это важная тема, как Вы сказали, хотя она и относительно небольшая.

В.Владимиров: Ещё вопрос строительства автодороги в Сочи. Пожалуйста, поручите Ставропольскому краю, Карачаево-Черкесии и Минтрансу совместную проработку этого проекта. Это будет коммерческий проект. Мы понимаем, что без частных инвестиций здесь не обойтись. Мы понимаем, что эта дорога должна быть платная. Но нам нужно совместными усилиями соединяться, и Кавминводам – с побережьем через возможность покататься на лыжах. Это первый многопрофильный, с большим количеством опций для отдыха курорт. Это будет первый мировой курорт такого уровня, где можно с нарзанной ванны выехать на лыжах и очутиться в море. Это будет отличная, мне кажется, идея.

Д.Медведев: Да, идея, безусловно, отличная, правда, она не очень дешёвая. Но, с другой стороны, если удастся задействовать механизм государственно-частного партнёрства, имея в виду и возможную концессию на эту дорогу, её, по всей вероятности, платный характер, тогда, наверное, эту идею можно было бы реализовать. Поэтому такое поручение я дам Минтрансу, Минкавказу и регионам – проработать и доложить предложения.

В.Владимиров: Ещё один вопрос. Спасибо за подписание программы по развитию города-курорта Кисловодска и Кавказских Минеральных Вод. В этой программе в одном из пунктов – создание игорной зоны на территории Кавказских Минеральных Вод, а именно на территории, прилегающей к городу-курорту Кисловодску. Прошу Вас дать поручение Минфину, Минкавказу и Ставропольскому краю завершить эту работу или поставить крест на этой идее... Это хороший элемент привлечения туристов.

Д.Медведев: У нас прямо в законе установлены те места, где можно организовывать игорные зоны. Насколько я понимаю, Кавказских Минеральных Вод там нет. Нам бы с Сочи разобраться сейчас, как это всё работать будет. Давайте дорогу лучше строить, а не казино открывать.

В.Владимиров: Если дорогу построим, нам казино уже не надо, мы будем ездить в казино.

Д.Медведев: Договорились.

В.Владимиров: Вы были в санатории «Источник». Инвестор вместе с нами проработал вопрос. У нас есть так называемый санаторий «Академический» созданный в 1934 году, он находится на территории города-курорта Кисловодска. Инвестор готов зайти на него, но сегодня федеральная собственность не пускает его туда. Я Вас прошу передать эту территорию в собственность Ставропольского края, а можно и не передавать, пусть Росимущество само сделает концессионное соглашение с данным инвестором, с любым инвестором, для того чтобы мы этот неработающий санаторий превратили в работающий.

Д.Медведев: Давайте такое поручение подготовим, Дмитрий Владимирович (обращаясь к Д.Пристанскову). У нас руководитель Росимущества здесь присутствует. Давайте бумагу, я поручение на эту тему дам.

В.Владимиров: Предлагаю провести на территории Кавказских Минеральных Вод заседание саммита БРИКС в 2020 году. Мы подготовимся хорошо. Это будет хорошим толчком после 2018 года. У нас пять сборных здесь живёт.

Д.Медведев: Я Владимиру Владимировичу передам, потому что саммит БРИКС проходит на уровне президентов.

По поводу вообще имущества, всего того, что здесь есть. Надо провести полную ревизию, полную оценку того, чем мы располагаем, в каком это состоянии находится, причём это касается и государственного имущества, и негосударственного имущества. Мы с вами ездили по Ессентукам – действительно, стоят хорошие дома, исторические дома, но они не используются, они приходят в негодность, они ветшают и разрушаются. Собственники должны понимать, что это их ответственность.

Давайте подумаем, каким образом всё это провести, инвентаризацию такого рода. Сформируйте группу, и пусть она всё здесь проинвентаризирует.

Д.Пристансков: Поручение уже дано такое.

Д.Медведев: Хорошо. Пусть работают.

В.Владимиров: Если можно, совместно с регионами.

Д.Медведев: Конечно, со всеми регионами, а не только со Ставропольским краем.

Ю.-Б.Евкуров: Когда разрабатывалась концепция развития курортов Северного Кавказа, мы говорили обо всех регионах. Да, мы остались в особой экономической зоне, и за это спасибо, но всё-таки, мне кажется, не надо обходить стороной регион. Если мы говорим о курортах Северного Кавказа, давайте тогда всему Кавказу каким-то образом оказывать помощь.

Мы в Ингушетии буквально за последние три-четыре года горнолыжную трассу построили: инвестора привлекли, развили инфраструктуру. Он вложил порядка 600 млн рублей, и мы до сих пор не знаем, как с ним за это рассчитаться. Причём изначально концепция была такая: вы развивайте инфраструктуру, а потом мы найдём, как это всё...

Д.Медведев: Вы ему обещали вернуть? Инвестору?

Ю.-Б.Евкуров: Конечно. Нам обещали, мы обещали – вот и получается такая тема. Это первое.

У нас идёт хороший проект по Корпорации развития Северного Кавказа. Там, например, деньги выделяются, их поровну распределяют между субъектами, и субъекты их осваивают. Я не говорю о том, чтобы Ингушетия получила такие же средства, как Архыз или Приэльбрусье, где уже есть опыт, так сказать, советского образца, но хоть частично надо всё-таки поддерживать регион.

И ещё. Мы это уже обсуждали, и этот проект я бы тоже просил поддержать: если мы говорим о медкластере Кавминвод, то в регионах, например в Ингушетии, можно реабилитационный центр в рамках этого медкластера создать. У нас и серная вода есть, и грязи есть, и бальнеологические курортные места, и другие направления. Это связало бы регионы, это было бы хорошим проектом.

Д.Медведев: Я думаю, что, если нам создавать этот кластер – а это довольно дорогая история, как я понимаю, – он должен охватить все регионы, которые входят в Северо-Кавказский округ, чтобы каждый получил свою часть этого кластера. У кого-то одно можно развивать, у кого-то другое. Наверное, в Кавминводах может быть центр. В общем, я думаю, это правильная идея.

Ю.-Б.Евкуров: И сам реабилитационный центр – это и культурный, и горный туризм. Для Ингушетии это тоже было бы хорошо.

Если можно, поддержите нас в плане выделения средств для развития туризма в Республике Ингушетия.

Д.Медведев: Коллеги изучат ещё раз и мне доложат по Ингушетии тоже.

Ю.Коков: Дмитрий Анатольевич, Вы в курсе этой темы. Я к Вам обращался, и после этого дело сдвинулось с мёртвой точки. Я имею в виду тот факт, что из госпрограммы «Развитие транспортной системы России (2010–2020 годы)» Кабардино-Балкария была исключена. Там 9,7 млрд рублей предусматривалось на строительство нового аэропорта. Я считаю, что это напрямую к теме относится. Была договорённость, что мы находим инвестора. Мы его нашли, проект готов, но вопрос стоял о взлётно-посадочной полосе. Обещали, что раз оттуда нас убрали, то включат в эту же программу, но уже с реконструкцией взлётно-посадочной полосы. То есть инвестор делает новый аэровокзал, а мы вместе с федеральным центром делаем ремонт этой полосы. У нас аэропорт 1974 года постройки. Я уже не говорю о туристическом кластере и обо всём, что с этим связано, но это просто большая проблема для жителей Кабардино-Балкарии.

По заключению Минтранса России (они поддержали) мы внесли это на трёхсторонку, но там отклонил Минфин. Просьба, если можно, ещё раз к этому вернуться, дать поручение по этому вопросу.

Д.Медведев: Хорошо, давайте вернёмся к вопросам аэропорта.

В.Битаров: У нас в республике также имеются все условия для создания крупного туристско-рекреационного кластера благодаря многообразию имеющихся запасов минеральных вод, что позволяет охватить одновременно лечением более 20 тыс. человек.

Помимо этого хотел бы обратить внимание на проект «Мамисон». В своё время более 2,2 млрд рублей было вложено в инфраструктуру. Были построены подстанция, водозабор, часть дороги. Но после этого, благодаря тому что был запущен первый этап каскада Зарамагских ГЭС, въезд в ущелье был затоплен. Сегодня всё это осталось не бесхозным – мы охрану выставили, охраняем, – перспективы там большие. Данное ущелье позволяет круглогодично кататься на горных лыжах, в том числе на ледниках. Хотел бы, чтобы обратили внимание на дальнейшие перспективы развития этого проекта, потому что всё сегодня приходит в негодность, в том числе водозабор, который там построен, дороги.

Д.Медведев: Когда строился водозабор?

В.Битаров: В 2013 году.

Д.Медведев: Да, я помню, мы этот проект неоднократно обсуждали. Просто нужно сейчас понять, в каком состоянии всё находится. Актуализируйте.

В.Битаров: Помимо этого хотел бы обратить Ваше внимание, мы писали письмо на Ваше имя, чтобы сняли ограничение. Республика является зоной регламентированного посещения для иностранных граждан, что затрудняет также посещение иностранных туристов нашей республики. Если есть возможность, обратить на это внимание и ограничение, насколько это возможно, снять.

О.Сафонов: Северо-Кавказский федеральный округ очень активно участвует в реализации мероприятий федеральной целевой программы развития внутреннего и въездного туризма.

Д.Медведев: Когда эта программа заканчивается?

О.Сафонов: В 2018 году.

Д.Медведев: Меня коллеги сегодня просили обязательно её сохранить, продлить. Я думаю, это необходимо сделать. Иначе всё, ради чего мы здесь собираемся, будет бессмысленным. Да, у нас сейчас не самая лёгкая ситуация, хотя экономика в целом восстанавливается. Так что подготовьте эти предложения вместе с коллегами.

О.Сафонов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, за поддержку.

У нас реализуются кластеры: экокурорт «Кавминводы» (Ставропольский край), «Кезеной-Ам» (Чеченская Республика), всесезонный туристский центр «Ингушетия» (Республика Ингушетия), «Золотые пески», «Золотые дюны» (Республика Дагестан), экокурорт «Кавминводы» (Карачаево-Черкесская Республика), автотуристский кластер «Зарагиж» (Кабардино-Балкарская Республика). В этом году всем регионам совокупно в рамках ФЦП по линии федерального бюджета выделяется 738 млн рублей, 121 млн – из бюджетов субъектов, всех республик Северо-Кавказского федерального округа, 1,2 млрд должно быть привлечено в качестве внебюджетного финансирования.

Хотелось бы доложить, что подписаны со всеми регионами соглашения в срок, установленный Правительством, – до 1 марта. Поэтому в ближайшее время мы должны вместе с регионами отработать, с тем чтобы деньги были переведены вам, уважаемые коллеги, чтобы вы уже начали реализовывать мероприятия в рамках нашей федеральной целевой программы.

Мы реализуем мероприятия, которые направлены на развитие системы подготовки кадров в сфере туризма с целью повышения качества обслуживания туристов. Поэтому я просил бы вас провести мониторинг кадровых потребностей и предоставить эту информацию нам, чтобы мы совместно уже проводили работу по подготовке кадров, которые вам нужны.

Совершенно согласен со Львом Владимировичем (Кузнецовым) относительно необходимости развития горнолыжных кластеров в республиках.

Поддерживаем мы и предложение о развитии медицинского кластера. Хотел бы сказать, что в республиках Северо-Кавказского федерального округа уже имеется высококачественный санаторно-курортный комплекс, в котором совокупно порядка 300 санаториев. Вообще в Российской Федерации 1800, то есть значительная часть, причём очень известных и эффективных, расположена у вас.

Хотелось бы отметить, что в прошлом году объём медицинских туристских услуг увеличился на 35%. Мы понимаем, что это направление для нас очень важно и перспективно, и считаем очень значимым развитие санаторно-курортного комплекса с упором на реализацию медицинских услуг в Северо-Кавказском федеральном округе.

Мы просили бы ускорить утверждение профессиональных стандартов инструкторов-проводников горнолыжного туризма.

Д.Медведев: Кто их должен утвердить? Минтруд? Это ваша компетенция, Максим Анатольевич (обращаясь к М.Топилину)?

М.Топилин: Сейчас как раз докладывали, что запустили новую систему независимой оценки квалификации. С Министерством по делам Северного Кавказа эту тему обсуждали, как уже на новой основе всё это делать. Но сами профстандарты готовят работодатели, представители работодателей, представители индустрии, потом они поступают к нам, и мы их уже с коллегами рассматриваем и утверждаем.

Д.Медведев: Представители индустрии готовы это сделать, потому что я тоже с ними разговаривал на эту тему. Есть у нас и объединения, и федерация. Но утвердить вы должны. Просто нужно этим заняться.

М.Топилин: Хорошо.

О.Сафонов: Дмитрий Анатольевич, считаем очень важным вопрос, который Вы подняли во вступительном слове, о том, что необходимо обеспечить защиту интересов потребителей услуг горнолыжного туризма. И просим Вас законодательно закрепить требования по страхованию жизни и здоровья, чтобы турист был защищён. Поэтому просим эту работу реализовать, нам представляется она очень важной.

Просил бы всех руководителей северокавказских регионов включиться в проект, который мы сейчас реализуем, – это программа лояльности «Русское гостеприимство». В эту программу лояльности входят проекты «Чайна френдли», «Индия френдли», «Халяль френдли». Нам представляется это очень важным. Эта программа нацелена на распространение успешных практик адаптации туристского сервиса и туристской среды...

Д.Медведев: А «Чайна френдли» нам зачем?

О.Сафонов: Мы считаем, что регион интересен в том числе для китайских туристов.

Д.Медведев: В том смысле, что мы ждём китайских туристов.

О.Сафонов: Да, Дмитрий Анатольевич. И индийских туристов. Мы реализуем проект «Халяль френдли» – во многих регионах этот продукт является национальным, нам просто это нужно зафиксировать и продвинуть в различных странах, сказав, что, приехав сюда, турист получит высококачественную услугу по тому стандарту, который он хотел бы получить.

Д.Медведев: Надо ещё, чтобы «френдли» было в отношении собственных граждан. А то очень часто получается несколько иначе. Так что вы прежде всего на это обратите внимание, чтобы «френдли» было for Russia.

О.Сафонов: Вы правы, Дмитрий Анатольевич, конечно. У нас и программа называется «Русское гостеприимство». Естественно, для наших граждан, для иностранных граждан обязательно будем это делать.

Это, кстати, касается и перевода туристской навигации, информационных материалов на иностранные языки. Серьёзная работа. Мы, конечно, готовы оказать полную поддержку уважаемым коллегам, тем более что мы активно взаимодействуем в разных форматах.

Мы считаем очень перспективным развитие и круизного туризма в СКФО. Дело в том, что он примыкает к Каспийскому морю. Но просили бы рассмотреть возможность строительства соответствующей инфраструктуры в портах Дагестана. Мы видим большой интерес у наших коллег и партнёров из Ирана, Азербайджана, Казахстана в организации подобного рода кольцевых круизных маршрутов. Может быть, маршрутов с выходом из Волги в регион Каспийского моря. Нам представляется это тоже очень важным, интересным и перспективным.

Д.Медведев: Хорошо.

О.Сафонов: И ещё хотел бы попросить уважаемых коллег. Нам необходимо использовать полученный при подготовке и проведении Олимпиады 2014 года опыт Сочи в части комплексного развития туристских территорий. Мы просили бы, чтобы был реализован единый генплан и единые стандарты строительства туристской инфраструктуры на территории Северного Кавказа. Это действительно очень важно для формирования туристского образа макрорегиона, обеспечения привлекательности для туристов.

Россия. Весь мир. СКФО > Госбюджет, налоги, цены. Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 10 марта 2017 > № 2102199 Дмитрий Медведев


Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 10 марта 2017 > № 2102172 Владимир Владимиров

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Ставропольского края Владимиром Владимировым.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Владимир Владимирович, мы сегодня проводим совещание по развитию туризма на Северном Кавказе. Этот край, что называется, самим богом для этого создан. Но хочу с Вами поговорить о другом – о строительстве социальных учреждений, в частности, детских садов и школ. В этом году мы начали большую программу, связанную с восстановлением наших дворов. Это актуально и для Ставропольского края. Как обстоят дела?

В.Владимиров: Программу по строительству детских садов мы полностью закрыли.

Д.Медведев: Сколько построили?

В.Владимиров: 26 детских садов, очередь от трёх до семи лет ликвидировали – здесь поручение полностью выполнили.

По школам. 25 млрд вы выделили, у нас два объекта: школа уже строится в городе Ставрополе, 529-й квартал, на 990 мест, и школа в городе Ессентуки на 300 мест (это уже во второй транш, который, как нам говорят, будет 4 млрд) тоже будет построена в этом году. Мы на это очень сильно нацелены.

По дворам. Во дворы никто никогда не вкладывался, это я могу ответственно заявить. И сегодня то, что мы делаем, – это точки притяжения для людей в рамках этой программы, причём вовлекаем всех жителей этих дворов в эту работу.

Д.Медведев: Это самое главное.

В.Владимиров: Они сами определяют инфраструктуру, сами определяют дизайн. Конечно, это большая для нас работа, очень сложная, но она очень нужная. Люди просто совсем по-другому к нам начинают относиться. Мы решаем их проблемы. За это огромное спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Очень хорошо. Тогда я прошу Вас и дальше держать руку на пульсе по всем этим трём программам, потому что первую мы завершили, но у нас остаётся проблема с детьми до трёх лет, то есть с ясельными группами, ну а школы и дворы – это работа, что скрывать, не на один год. Школьная программа вообще у нас рассчитана на 10-летнюю перспективу, потому что огромное количество школ нужно по стране построить. Что касается дворов, это тоже, конечно, не один год, тем не менее эта программа получила очень большой отклик, прежде всего от людей, которые проживают в этих дворах. Давайте ею совместно заниматься.

Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 10 марта 2017 > № 2102172 Владимир Владимиров


США. Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 10 марта 2017 > № 2100748 Яков Миркин

«Трампономика» по-русски: налоги, бюджет и идеология

Яков Миркин

Председатель совета директоров ИК «Еврофинансы»

Какие нововведения Дональда Трампа разумно было бы применить для российской экономики?

С момента избрания Трампа (8 ноября 2016 года) акции в США выросли на 11–13% (DIJA — на 13%, NASDAQ Composite Index — на 11,6%). И после инаугурации (20 января 2017 года) тоже непрерывно росли. Это выдающийся успех. Если рынки акций — это оракулы, то, значит, бизнес и его мельчайшие владельцы веруют в «трампономику» и Трампа — пророка ее. А что, собственно, делает Трамп?

Дерегулирование. Трамп ввел норму: на каждое новое правило — отмена двух старых. Запретил рост регулятивных издержек в 2017 году. Любые изменения в законодательстве должны иметь «ноль» в динамике таких издержек. Заморозил прием на работу новых чиновников. Объявил о начале административной реформы. И, наконец, обещал крупнейшим корпорациям, что, если они вернут рабочие места в США, регулятивное бремя для них будет урезано на 75%. И еще — объявил децентрализацию для штатов: меньше решений в Вашингтоне, больше — на местах.

Для России что-то подобное было бы сильнейшим стимулом. У нас регулятивное бремя росло по экспоненте: в первом полугодии 2000 года было принято 1729 новых нормативных актов федерального уровня, в первом полугодии 2016 года — 5027. Административная реформа нужна как воздух. Трампономика по-русски – поощрительный, а не тотально запретительный корпус права.

Историческое сокращение налогов. Не менее значимое, чем при Рональде Рейгане. Пока оно только обещано. Сокращение, адресованное крупнейшим корпорациям, мелкому бизнесу, среднему классу. Все, чтобы подстегнуть экономику, создать в ней бум. Вернуть рабочие места в США. Главные идеи — «очень, очень значительное сокращение» налоговых ставок для «всех категорий» бизнеса и домохозяйств (особо — для среднего класса), упрощение Налогового кодекса (речь Трампа от 15 февраля 2017 года). Повысить минимум доходов, не облагаемый налогами (помощь бедным). Ни один бизнес любого размера не должен платить налоги выше 15% своей прибыли. Репатриировать капитал из-за рубежа, амнистировать его за 10%. Отменить налог на наследство — он несправедлив для семей, достигших своей американской мечты (Trump taх plan). И, как цель, сделать налоговую систему в США одной из самых привлекательных в мире.

А как у нас дома? Налоговое бремя в России невыносимо для экономики, которой нужно расти хотя бы на 3–5% в год. Доходы государства (налоги, квазиналоги, прочее) — 41% ВВП, в США — 32%, в Китае — 28,6% (2015, Government Finance Statistics, MBФ). Ну да, мы перегружены социальными обязательствами и воровством. Но хотя бы как-то двинуться вниз, дать бизнесу вздохнуть, вывести доходы из серой зоны. Расти ведь нужно! Но у Минфина другая логика. Любые налоговые льготы, послабления — это вычет из бюджета, а не стимул к росту.

Бюджетный план. Объявлены массивные инвестиции в инфраструктуру — дороги, туннели, мосты, аэропорты ($1 трлн), а также рост военных расходов (рычаг для роста экономики). Похоже на маневр: сокращение налогов, а для этого — экономия расходов, чтобы не вылететь в космический дефицит бюджета. А в чем экономия? Прекращение выплат субсидий по Obamacare, удешевление госзакупок, урезание затрат на госаппарат (по оценкам, на 10–20%), на внешнюю помощь, на множество обильно спонсируемых отдельных проектов.

И высшее достижение — личное участие в том, чтобы сбить цены и закупить истребители F-35 у Локхид – Мартин на $750 млн дешевле (речь в Конгрессе от 28 февраля 2017 года). Пресса назвала это «атакой Трампа».

Грубо говоря, меньше масла, размазанного по бутерброду, меньше денег на бюрократию, на регулирование, на проекты, которые она плодит и на которых сидит, – и гораздо больше денег туда, где создаются рост и рабочие места. Точно так же Трамп бы действовал, реорганизуя убыточную корпорацию. Резать «косты» и вкладываться в рост. Если экономика начнет наращивать обороты, налоговая база и доходы бюджета сами собой вырастут.

Для России подобное решение было бы сверхактуально. У нас слишком дорогое государство. Индикатор «Конечное потребление государства/ВВП» в России — 19,1%, США — 14,4%, Китай — 13,8% (Всемирный банк, National Accounts Data). Резать, кроить, удешевлять, собирать бюджетные деньги там, где рост, чтобы стать рычагом для частных инвестиций. И делать это не в яму, без следа, а по-рыночному, возвратно, в имущество государства, чтобы его потом продать и окупить затраты.

Жизнь «как в бизнесе». Предпочтение прямых встреч с руководителями крупнейших компаний. Сделать все своими руками. Договориться лично, совершить сделку, суть которой верните рабочие места в США из Китая, из Мексики, откуда угодно. Лично убедить уступить в цене. А за это вам будет большой пряник. Такой стиль непривычен для тех деятелей «макро», кто никогда не жил в бизнесе.

И еще — Трамп любит экономику. Именно ее он предпочитает, по оценке, юридическим конструкциям, армии, силам безопасности. Для него она — не задний двор, отданный специалистам. Только сильная экономика делает сильной страну, ее армию, ее идеологию и обеспечивает подлинные превосходство и безопасность. В его команде — масса успешных бизнесменов.

Россия? Иногда можно подумать, что нелюбовь к экономике и желание отдать все эти хозяйственные дела кому-нибудь на откуп, кто в этом разбирается — главный двигатель у многих высших должностных лиц. Иначе невозможно понять, почему в макроэкономической и финансовой политике так много решений, противоречащих здравому смыслу. И почему за четверть века мы не смогли сделать самые обычные вещи — нормализовать процент, инфляцию, волатильность финансов, закончить модернизацию, стать мастерской для современных технологий и продуктов с высокой добавленной стоимостью.

Усиление государства. Трамп проповедует усиление государства развития. Государства, сосредоточенного на росте.

По смыслу это продолжение того, что уже случилось после кризиса 2008 года, когда правительства, с одной стороны, стали активно всех спасать (политика «количественных смягчений», программы публичных работ), а с другой — решили придавить регулированием финансовые рынки. Мы обязательно увидим, как «трампономика» вызовет новую циклическую волну изменений в экономических теориях. Какую? Движение от рыночного фундаментализма к интервенционизму и от глобализации к защите протекционизма (но только не для сирых и убогих, а для стареющих слонов).

Для России нет ничего важнее, чем переход от приватизированного государства, защищающего немногие частные интересы, от полуфеодальной, кумовской системы, к государству развития, ставящего целью создание открытой, социальной рыночной экономики у нас дома.

Идеология «Для нас первое — Америка». «Покупай американское, нанимай американцев». Торговля должна быть справедлива. На ваши пошлины мы ответим своими пошлинами. Сделаем снова великой американскую экономику. «Мы тратили триллионы долларов за рубежом, пока инфраструктура у нас дома приходила в упадок». «Мы потеряли 60 000 заводов с 2001 года, когда Китай вступил в ВТО» (речь в Конгрессе 28 февраля 2017 года). Протекционизм и изоляционизм, но пока в пределах здравого смысла.

Для нас это ключевая проблема. «Для нас первое — Россия». Но не абстрактное государство, не Левиафан, а российские семьи, российский бизнес, рабочие места не где-то там, а здесь, от Балтийского моря до Тихого океана.

Это значит перестать слепо копировать и действовать в ущерб самим себе. За этим — разумный эгоизм в экономической политике, в которой интересы российских семей, их качество жизни должны быть на первом месте. Четверть века мы больше отдавали, чем брали. Мы сделали в экономике гораздо меньше, чем могли бы. Мы безмерно отстали от развитых стран по продолжительности жизни: 71 год с хвостиком — это сотое место в мире. В Китае живут дольше.

«Первое — это российские семьи». Такое кредо, если бы встало в центр интересов властей всех уровней, привело бы к совершенно иной экономической и финансовой политике. И, скорее всего, это был бы вариант «трампономики», пусть и с обычными нашими заносами то влево, то вправо.

США. Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 10 марта 2017 > № 2100748 Яков Миркин


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 10 марта 2017 > № 2099339

Угольная промышленность может исчезнуть в Казахстане в ближайшие несколько десятков лет в результате модернизации экономики, заявила министр труда и социальной защиты РК Тамара Дуйсенова.

Выступая в пятницу на пресс-конференции, посвященной посланию президента РК народу "Третья модернизация Казахстана: глобальная конкурентоспособность", Дуйсенова отметила, что любая научно-техническая революция приводит к исчезновению некоторых профессий и отдельных отраслей. Например, в настоящее время в стране отсутствует отрасль производства паровозов или подготовка секретарей-машинистов.

"Мы сейчас создали большую рабочую группу, есть вероятность ухода от угольной промышленности. Нет сейчас очень многих шахт в Европе: появляются новые энергетические источники. Я не могу сказать, что это сегодня-завтра, но в течение, может быть, 20 лет вопрос шахт будет стоять. Поэтому сегодня мы должны начать работу по всем специальностям, касающимся угольной промышленности", — сказала Дуйсенова на пресс-конференции в правительстве.

Вместе с тем идет процесс снижения востребованности на определенные специальности из-за внедрения новых технологий.

"Если раньше там должны были работать десять человек, то сегодня обходятся одним человеком, потому что все компьютеризировано. Этих людей нужно просто перепрофилировать", — добавила министр.

По ее словам, созданная рабочая группа будет работать в этих двух направлениях.

Дуйсенова также рассказала о внедрении в стране мобильных курсов по обучению новым специальностям. Оборудованные машины, автобусы будут приезжать на места и обучать людей конкретным профессиям.

"Мы это будем делать в пяти областях — Акмолинской, Актюбинской, ВКО, Павлодарской и Костанайской. В основном такие "мобильные курсы на колесиках" будут по техническим специальностям. Курсы будут при колледжах местных исполнительных органов и, возможно, при центрах занятости местного исполнительного органа", — сказала министр.

Также рассматривается возможность организации мобильных курсов в малокомплектных школах (в свободное от учебы время), в помещении клубов или медпунктах (для краткосрочного обучения массажистов).

Идет совместная большая работа с Национальной палатой предпринимателей: рассматривается возможность мобильных курсов на производстве у предпринимателей малого и среднего бизнеса.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 10 марта 2017 > № 2099339


Россия. ЦФО > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > mvd.ru, 9 марта 2017 > № 2112617 Марина Астахова

Стараемся услышать каждого.

В гостях у редакции председатель Совета Ассоциации женщин московской полиции, начальник Правового управления ГУ МВД России по г. Москве полковник внутренней службы Марина АСТАХОВА.

- Марина Викторовна, общественная организация, из которой и выросла ваша Ассоциация, была создана в 2013 году. С какой целью?

- Объединить женщин в погонах, поддержать общие интересы, помочь нашим коллегам, большинство из которых роль стража порядка совмещают с ролью жены и матери, в решении социальных и правовых вопросов.

В первый год работы мы получили всего 20 обращений сотрудников, причём не только от женщин, но и от мужчин. Нас просили помочь в решении разного рода организационных вопросов. Большинство из них были связаны с переводом в другие подразделения, медицинским обслуживанием и сбором денег на лечение полицейских и членов их семей, а также проблемами ветеранов ведомства.

Своевременная и квалифицированная поддержка со стороны организации стала для обратившихся поистине спасительной. И тогда в нас поверили, о нас всерьёз заговорили, мы получили содействие не только от руководства подразделений главка, но и от общественных организаций Москвы.

В декабре 2015 года подвели первые итоги работы и провели большую конференцию. На неё приехали члены обеих палат Федерального Собрания Российской Федерации, депутаты Московской городской Думы, представители мэрии. Именно тогда и было принято решение о переименовании организации в Ассоциацию женщин московской полиции.

- И сколько сотрудниц столичного главка объединяет Ассоциация?

- На сегодняшний день в организацию входят 14 тысяч человек. Причём около тысячи из них - это наш актив, те самые женщины, которые ездят по подразделениям, помогая решать сложные вопросы, с которыми обращаются к нам на горячую линию.

- Расскажите подробнее о том, как организована её работа и кто может на неё обратиться.

- На официальном сайте ГУ МВД России по г. Москве есть наша страничка. Перейдя на неё, вы увидите номера телефонов нашей горячей линии, работает и электронная форма заполнения обращений. Кстати, принимаются сообщения не только от женщин, за помощью может обратиться и мужчина­ ­- сотрудник полиции, ветеран или член семьи. Мы стараемся услышать каждого. При желании можно оставить даже анонимное сообщение. Все обращения регистрируются. Выработкой практических мер по решению проблем занимается заместитель председателя Ассоциации Светлана Кокотова.

Также на страничке в рубрике «Помощь и консультации» размещаются результаты работы с обращениями граждан.

- Многим удалось помочь?

- За первые три с половиной года на горячую линию поступило почти 1 700 жалоб и просьб о помощи. А за 2016 год - почти 900! Помимо этого, несколько десятков благодарностей мы услышали по телефону и прочитали в письмах. И это не удивительно. Ведь во многих случаях члены нашей организации проявили чрезвычайную активность: несмотря на существующие препятствия, сделали всё возможное, чтобы решить проблему.

Так, полтора года назад сотрудник ОМВД России по району Бирюлёво Восточное старший сержант полиции Алексей Люков обратился к нам вместе с супругой: у их маленького сына обнаружили тяжёлое заболевание. Мы оказали необходимую материальную помощь и моральную поддержку. К счастью, экстренное лечение помогло победить болезнь на ранней стадии. Сейчас малыш идёт на поправку.

Недавно нам удалось помочь в оформлении документов и предоставлении места во Всероссийском научно-методическом геронтологическом центре в Переделкино женщине - ветерану ОВД по Пресненскому району.

Зачастую приходится решать спорные вопросы, возникающие между сотрудниками и руководством подразделений.

Кстати, зарегистрировали мы и 26 предложений по совершенствованию работы полицейского ведомства.

Традиционно поступали просьбы помочь в решении социальных вопросов (устройство ребёнка в дошкольное учреждение, бесплатное пребывание в группе продлённого дня для многодетной семьи, оказание материальной помощи многодетной семье сотрудника и т. д.), в предоставлении жилья или консультации, а также посодействовать в трудоустройстве.

В последние месяцы года много вопросов поступало от сотрудников подразделений, переведённых в Национальную гвардию, и тех, кто в связи с этим оказался в распоряжении ГУ МВД России по г. Москве. С жалобами о неправильно выплаченных зарплатах обратились сотрудники вновь созданного УФМС ГУ МВД России по г. Москве.

По каждому вопросу члены нашей Ассоциации выезжают в отделы полиции, разбираются в ситуации, а по результатам представляют руководству главка рапорты с указанием конкретных проблем в коллективах. Самое главное ­- практически все ситуации удалось урегулировать.

- Ассоциация также проводит благотворительные и просветительские акции…

- Мы активно сотрудничаем с кризисным центром помощи женщинам и детям при Департаменте труда и социальной защиты населения города Москвы. Совместно с ним и службой участковых уполномоченных занимаемся профилактикой домашнего насилия: проводим совместные рейды по семьям, в которых уже происходили подобные истории, рассказываем женщинам из группы риска о том, куда обратиться в случае возникшей дома опасности.

Стараемся внести лепту в популяризацию полицейской службы среди женщин. В прошлом году по нашей инициативе и при активном участии всех подразделений главка прошёл конкурс «Гордость московской полиции». В состязании приняли участие 160 сотрудниц. Двенадцать вышли в финал.

Этим летом Ассоциация совместно со столичными госавтоинспекторами провела профилактическую акцию для детей «Живая зебра». В Московском зоопарке развернулось масштабное действо - развлекательные программы, конкурсы и викторины.

Мы подружились и с Московским региональным отделением международной полицейской ассоциации. Достигли договорённости по оказанию помощи нуждающимся сотрудникам.

Кроме того, приняли участие в Евразийском женском форуме под руководством председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко - тогда было принято решение о создании информационного портала в Интернете, где бы можно было сформировать реестр всех женских организаций.

Совместно с Всероссийской полицейской ассоциацией «МПА», столичным главком, Общероссийской общественной организацией «Офицеры России» и Российским Советом ветеранов органов внутренних дел и внут­ренних войск приняли участие в организации II Международного форума женщин-­полицейских, который проходил с 1 по 5 июня в Москве. Тогда в столицу приехали более 200 сотрудниц полиции из 28 стран мира. Главной целью этого масштабного и яркого события стала поддержка международного полицейского содружества.

Помимо прошедшего в рамках форума фестиваля профессионального и творческого мастерства, в Общественной палате Российской Федерации состоялась научно-практическая конференция «Женщина на службе в полиции».

Это мероприятие оказалось динамичным, насыщенным интересной информацией и при этом очень душевным. Видимо, свою роль сыграло то, что выступали исключительно женщины и преимущественно для женской аудитории. Участницы конференции подняли много важных вопросов. Например, о социальных гарантиях полицейских в разных странах.

Важным достижением Ассоциации считаем проведение акции «Здоровье женщины - здоровье нации». Только представьте: по статистике ежедневно сорок семь российских семей остаются без мам. Всему виной - онкологические заболевания. Например, рак молочной железы важно выявить на ранней стадии, но у многих женщин, а особенно сотрудниц полиции, нет времени на визит к врачу. Совместно с Советом матерей России наша Ассоциация обеспечила раннюю диагностику сотрудниц главка. Прямо на Петровку, 38 приехали два мобильных диагностических комплекса: быстро, бесплатно и квалифицированно медики обследовали триста сотрудниц. Каждая десятая оказалась в группе риска. Теперь за их здоровьем тщательно следят врачи. Одна успешно прооперирована. Ещё одна ждёт операции.

- Как Ассоциация женщин московской полиции видит свою деятельность в перспективе?

- Мы намерены уделять ещё больше внимания нуждающимся в поддержке сотрудникам. Начальник столичного главка генерал-майор полиции Олег Баранов рекомендовал нам действовать под девизом: «Защитить социально незащищённых!»

Сейчас ходатайствуем об оказании помощи в лечении 9 тяжелобольных детей сотрудников органов внутренних дел. Принимаем все возможные меры, чтобы собрать необходимые денежные суммы на лечение. Надеемся только на выздоровление!

Мы выражаем признательность за содействие всем помогающим нам сотрудникам.

Всё, что сделано, стало возможно только благодаря неравнодушным людям с открытым сердцем и бескорыстными поступками. Всем им огромная благодарность и долгие лета!

Беседу вела

Елена БЕЛЯЕВА

Россия. ЦФО > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > mvd.ru, 9 марта 2017 > № 2112617 Марина Астахова


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 марта 2017 > № 2102175 Дмитрий Медведев, Максим Топилин

Заседание Правительства.

Первый вопрос повестки – о мерах по улучшению занятости инвалидов.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Начнём с обсуждения мер, которые направлены на улучшение занятости инвалидов. Люди с ограничениями по здоровью имеют право на труд, которое гарантировано Конституцией, Трудовым кодексом, но, к сожалению, на практике они встречают довольно много препятствий. Далеко не все работодатели готовы брать на работу инвалидов. Мы должны создавать условия, чтобы у них была возможность найти нормальную работу, получать за эту работу справедливую зарплату, достигать профессиональных успехов и, что самое важное, жить полной жизнью и чувствовать себя нужными и самодостаточными.

По состоянию на 1 января текущего года в нашей стране порядка 3,7 млн инвалидов трудоспособного возраста. Это 30% от общего числа инвалидов. Из них работает только четверть, то есть около миллиона человек. Многие хотели бы работать. Необходимо стремиться к тому, чтобы к 2020 году создать условия, при которых подходящую работу могли бы найти не меньше половины лиц с инвалидностью трудоспособного возраста.

Мы уже приняли ряд мер, чтобы снизить остроту проблемы. Этим вопросом мы занимаемся вместе с бизнесом, вместе с работодателями. Неплохой опыт накоплен в регионах. В результате уровень трудоустройства инвалидов вырос за последние несколько лет почти до 40%.

Прежде всего для организаций устанавливаются квоты на приём инвалидов, что значительно увеличивает их шансы найти работу. Большая работа была проделана для того, чтобы обустроить для инвалидов специальные рабочие места на основании указа Президента от 7 мая 2012 года. За период с 2012 по 2015 год создано приблизительно 44 тыс. таких мест. Из федерального бюджета на это выделялись довольно значительные средства.

Мы понимаем, что особенно непросто молодым, которые только окончили вуз, колледж или техникум. Поэтому в прошлом году Правительство приняло специальный план по сопровождению инвалидов молодого возраста. Он предусматривает, что в каждом регионе будут созданы условия для профессионального образования и последующего трудоустройства лиц с инвалидностью. У нас уже действует общероссийская база вакансий «Работа в России», в которой есть раздел для инвалидов. Сейчас там размещено более 70 тыс. вакансий на квотируемые рабочие места. Эта база облегчает поиск работы, помогает оценить условия работы.

В этом году начал функционировать федеральный реестр инвалидов. С помощью него инвалиды могут получать информацию по своей программе реабилитации, видеть, какие социальные выплаты и пенсии им назначены. Эта система также позволяет выявлять тех, кто при устройстве на работу столкнулся с трудностями, и, соответственно, им помогать.

Несмотря на всё сделанное, остаётся ещё немало вопросов.

Во-первых, нужно совершенствовать сам механизм квотирования, стимулировать работодателей к тому, чтобы они принимали на работу людей с ограничениями по здоровью. Пока этот механизм представляет собой резервирование рабочих мест, которые не всегда соответствуют квалификации инвалидов и не учитывают их возможности.

Во-вторых, многим людям с ограничениями по здоровью требуется помощь как в поиске работы, так и в том, чтобы адаптироваться на рабочем месте, и здесь без помощника или наставника часто не обойтись. Вопрос о таком сопровождении должен быть отрегулирован в законодательстве.

В-третьих, необходимо принять дополнительные меры, чтобы в этом году трудоустраивать большее количество выпускников с инвалидностью.

У Министерства труда есть предложения по нашим дальнейшим шагам в этой сфере, в том числе – разработать меры по повышению уровня занятости инвалидов на период с 2017 по 2020 год. Подробнее доложит Министр труда и социальной защиты Максим Анатольевич Топилин.

От регионов мы послушаем выступление губернатора Пензенской области Ивана Александровича Белозерцева, от экспертов выступит председатель общероссийской общественной организации «Центр по оказанию помощи инвалидам с нарушениями опорно-двигательной системы» Иван Александрович Мещеряков.

Также мы сегодня рассмотрим ряд законопроектов, включая изменения в Кодекс об административных правонарушениях, для того чтобы сделать борьбу с незаконным оборотом ветеринарных препаратов более эффективной.

И внесём ряд поправок в закон об автомобильных дорогах и дорожной деятельности. Они позволят существенно увеличить пропускную способность автотрасс в районе крупных торговых центров, чтобы там не возникали заторы и люди не теряли время в гигантских пробках и, конечно, чтобы не создавались опасные ситуации, которые неизбежны, если владельцы центров не уделили должного внимания транспортной логистике. Определённые предложения в этом законопроекте предусмотрены.

Давайте начнём с обсуждения первого вопроса – о мерах по улучшению занятости инвалидов.

М.Топилин: Мы считаем, что важнейшей целью социальной политики Российской Федерации является занятость инвалидов, возможность зарабатывать себе на жизнь трудом в соответствии с выбранной профессией и полученными знаниями. Очень важно, что раскрытие таких возможностей всё в большей степени влияет на мотивацию молодых людей.

Мы исходим из того, что этой проблемой нужно заниматься с самого раннего возраста, со школы, с детских лет, и вообще показатель корректного трудоустройства инвалидов является, наверное, результирующим во всей работе по реабилитации инвалидов, по включению инвалидов в активную деятельность наравне со всеми нашими гражданами.

Действительно, всего лишь 25% инвалидов в трудоспособном возрасте сегодня имеют работу. В последние годы мы предпринимали значительные усилия, в том числе по оказанию помощи субъектам Российской Федерации в этом направлении, но нам представляется, что эта работа должна перестроиться и исходить не из элементарного субсидирования, а стать системной и приобрести стандартный характер, когда мы наблюдаем инвалида начиная со школы, с профориентационной работы, с обучения и с его трудоустройства.

Мы ставим перед собой задачу к 2020 году удвоить занятость инвалидов и для этого подготовили соответствующие предложения.

Безусловно, ключевой проблемой для лиц с ограниченными возможностями является то, что они имеют проблемы со здоровьем, ограничения в этой связи. Мы, постоянно работая в рамках программы «Доступная среда», выявляем барьеры с точки зрения образовательного процесса.

Пока проблемной остаётся тема, связанная с вакансиями, рабочими местами для инвалидов. Не полностью ещё решена проблема доступности, в том числе транспортной доступности рабочих мест. Поэтому, когда мы говорим о решении проблемы занятости инвалидов, это всё носит комплексный, многоступенчатый характер, который связан далеко не только с вопросами трудоустройства.

Первое, что необходимо учитывать, – это особенности самих инвалидов. Мы с этого года запустили такой проект, как федеральный реестр инвалидов. Он сейчас начал работать, разворачиваем его деятельность. Мы заполнили реестр практически всеми данными о лицах с ограниченными возможностями. И в перспективе он будет базой данных и инструментом для того, чтобы люди могли получать в том числе услуги по различным реабилитационным направлениям и по трудоустройству в удобной для себя форме. До создания реестра инвалидов мы практически не обладали сводными данными о том, сколько у нас инвалидов, с какими ограничениями жизнедеятельности. То есть мы знаем, сколько у нас инвалидов первой, второй, третьей группы, но этого недостаточно, чтобы работать персонифицировано по различным технологиям с лицами, у которых есть нарушения слуха, нарушения с передвижением.

Для этого мы подготовили приказ, в соответствии с которым для работодателей и для всех органов исполнительной власти установлены требования к рабочим местам применительно к инвалидам: какие требования устанавливаются для инвалидов по зрению, какие для инвалидов по слуху, какие для лиц, передвигающихся в креслах-колясках. Это позволит единообразно – конечно, с учётом отдельных особенностей – подходить к созданию специализированных рабочих мест.

Мы знаем, что из тех инвалидов, которые поступают в средние специальные и высшие учебные заведения, в лучшем случае 50% оканчивают эти учебные заведения и ещё меньше трудоустраиваются. Сейчас мы вместе с Министерством образования готовим мероприятия, связанные с тем, чтобы максимально адаптировать как сами учебные заведения, так и учебный процесс. Очень важно, что в рамках программы «Доступная среда» на 2017 год выделяется из федерального бюджета почти 2 млрд рублей, чтобы продолжать адаптацию школ, средних специальных учебных заведений и высших учебных заведений. Школы мы приспосабливали и в прошлые годы, приспособили практически 20% школ. Что касается средних специальных и высших учебных заведений, работа только начинается и требует продолжения. Мы исходим из того, что к 2020 году до 90% инвалидов должны трудоустраиваться после окончания учебных заведений.

О механизме квотирования. Сегодня этот механизм, к сожалению, действует зачастую формально. В органах на местах не следят за тем, как формируются квоты. Мы проанализировали ситуацию: практически везде это происходит. То есть формально квоты выделяются, но связи между тем, какая потребность в рабочих местах и как выделяются квоты работодателями, практически нет.

Поэтому мы предполагаем подготовить изменения в законодательство, с тем чтобы сделать этот механизм более гибким для работодателя. Мы исходим из того, что это будет не дополнительная нагрузка на работодателей, а более гибкий механизм, при котором если работодатели по тем или иным причинам не могут (в связи с технологическими особенностями) предоставить рабочие места и такой потребности у инвалидов нет, то можно было бы подумать о механизме компенсационных выплат. Сейчас эта работа ведётся. Мы исходим из того, что этот механизм надо скорректировать. По нашим оценкам, около 800 тыс. квотируемых рабочих мест в принципе должно быть в стране, исходя из тех нормативов, которые сегодня установлены.

Очень важным инструментом работы является то, что мы с 2016 года впервые уже в законодательном режиме обеспечиваем взаимосвязь между всеми участниками процесса реабилитации инвалидов и медико-социальной экспертизой. Уже второй год в автоматическом режиме вся информация с характеристиками и особенностями инвалидов попадает из медико-социальной экспертизы в учреждения занятости, здравоохранения, образования, культуры. Эти учреждения должны вырабатывать соответствующую траекторию действий применительно к каждому инвалиду, исходя из его особенностей. Это всё будет находить отражение в реестре инвалидов. То есть мы переходим от общей работы к точечной работе с каждым конкретным гражданином.

О портале «Работа в России». Мы, действительно, создали там специализированный раздел, сейчас в нём 70 тыс. рабочих мест. Но этого совсем недостаточно, и в проекте плана мероприятий мы ставим задачу, чтобы на портале «Работа в России» к 2020 году было до 200–250 тыс. рабочих мест для инвалидов. Это очень важная информационная поддержка этой категории граждан.

И о теме сопровождения. Действительно, мы, исходя из лучших практик, которые существуют в мире, предлагаем поправки в закон о занятости. Такой законопроект уже практически готов, согласован со всеми субъектами Российской Федерации, уточняется технология работы, вводится услуга сопровождаемой занятости.

Причём это можно делать в рамках действующих бюджетных средств, просто эту работу надо наладить исходя из единства технологий. Потому что для инвалида необходима проработка маршрута как до места работы, так и на территории работодателя; нужны в отдельных случаях (далеко не во всех) мероприятия по оснащению специализированного рабочего места; рабочий график, распорядок работы может быть особенным, и освоение трудовых функций, помощь в нахождении на работе тоже может потребоваться.

И здесь мы исходим из того, что необходимо будет привлекать институт некоммерческих организаций. Сейчас этот опыт во многих регионах есть, и это будет не увеличение численности работников службы занятости, а именно расширение возможностей некоммерческих организаций.

Мы подготовили проект плана по этому направлению деятельности, его осталось досогласовать с федеральными органами исполнительной власти, и мы его готовы в ближайшее время внести, с тем чтобы достичь показателей, о которых я сказал в своём докладе, и решить те задачи, которые Вы поставили в своём вступительном слове.

И.Белозерцев: В Пензенской области при трудоустройстве инвалидов мы в первую очередь обращаем внимание на запросы и желания самого человека с учётом, конечно, его состояния здоровья. Благодаря персонифицированному учёту для 8,5 тыс. инвалидов разработаны индивидуальные планы по трудоустройству. Это позволяет человеку с ограниченными возможностями выработать профессиональную направленность, пройти обучение, трудоустроиться и адаптироваться на производстве. Более 7 тыс. инвалидов проинформированы о возможностях получения государственных услуг в сфере содействия занятости населения, почти половина из них воспользовались данными услугами.

В регионе принят закон о квотировании рабочих мест для инвалидов. Работодателям с численностью работающих не менее 35 человек установлена квота для приёма на работу инвалидов в размере 2,5% от численности работников. Применение закона позволило трудоустроить более 3 тыс. человек.

Мы активно применяем практику аренды рабочих мест. Если предприятие в силу отраслевых или каких-либо других факторов не предоставляет вакансии для трудоустройства инвалидов, оно финансирует создаваемое общественной организацией рабочее место, выплачивает заработную плату. На арендованные рабочие места в регионе трудоустроено 350 инвалидов.

Отдельно мы сопровождаем инвалидов молодого возраста при получении ими профессионального образования и содействуем в последующем трудоустройстве.

Хотел бы обратить внимание на уникальный проект, реализуемый региональной общественной организацией «Благовест» при поддержке правительства Пензенской области. Это пример эффективного взаимодействия власти и гражданского общества, он может быть распространён в других регионах Российской Федерации.

Речь идёт о проекте комплексной адаптации инвалидов «Квартал Луи». Это своеобразная коммуна, созданная для людей с ограниченными возможностями, для самостоятельного проживания. Помогая друг другу, молодые люди длительное время живут в одном доме, учатся организовывать своё жизненное пространство, справляются с бытовыми сложностями и приобретают навыки самообслуживания. В настоящее время адаптацию в коммуне прошли 58 инвалидов. Для них создано семь рабочих мест, из средств регионального бюджета выделено более миллиона рублей.

Кроме того, на базе «Квартала Луи» действует социальный проект для инвалидов-колясочников «Арт-холл». Он включает мини-кинотеатр и театр для молодых людей с ограниченными возможностями. Проект получил продолжение. Ведётся строительство пансионата для молодёжи с ограниченными возможностями «Дом Вероники» на 10 человек, а также планируется открыть хостел для детей-инвалидов, приезжающих на реабилитацию в Пензу, и сопровождающих их родителей.

Всего в 2017 году на постоянные рабочие места в Пензенской области будут трудоустроены не менее 2 тыс. инвалидов.

Хочу поблагодарить, Дмитрий Анатольевич, Вас за поддержку регионов в решении этого важного вопроса.

Председатель Общероссийской общественной организации «Центр по оказанию помощи инвалидам с нарушениями опорно-двигательной системы» Иван Мещеряков и статс-секретарь - заместитель Министра здравоохранения Дмитрий Костенников на заседании Правительства

Председатель Общероссийской общественной организации «Центр по оказанию помощи инвалидам с нарушениями опорно-двигательной системы» Иван Мещеряков и статс-секретарь - заместитель Министра здравоохранения Дмитрий Костенников на заседании Правительства

И.Мещеряков (председатель общероссийской общественной организации «Центр по оказанию помощи инвалидам с нарушениями опорно-двигательной системы»): Трудоустройство инвалидов в России до сих пор является одной из приоритетных задач. В России ратифицирована Конвенция ООН о правах инвалидов, приняты изменения в законодательные акты, внесены изменения в деятельность профильных федеральных органов исполнительной власти. Но до сих пор остаются проблемы, которые необходимо решать. Хочу остановиться на основных.

Неготовность работодателя относиться к инвалидам как к полноценным сотрудникам – до сих пор сохранилось стереотипное мышление. В ряде случаев присутствует низкий профессиональный уровень самих инвалидов, которые, даже несмотря на полученное образование, не всегда соответствуют тем компетенциям, которых требуют работодатели на открытом рынке труда. В некоторых субъектах – потеря региональных надбавок, пенсий и низкий уровень заработной платы, которая не может компенсировать возникающие потери, а затрат становится больше. Именно по этой причине многие инвалиды работают неофициально, что позволяет им сохранять данные надбавки.

Серьёзной проблемой также является закрепление инвалида на рабочем месте. Зачастую коллектив, даже при желании, не готов к правильному подходу в общении, не говоря уже о выстраивании рабочего процесса с инвалидом. Часто именно поэтому проблема закрепления человека с инвалидностью на рабочем месте, в коллективе – одна из острейших в процессе его трудоустройства. На это влияет множество факторов – начиная с психологической неподготовленности сотрудников и заканчивая отсутствием навыков сурдоперевода.

Необходимо совершенствование системы квотирования рабочих мест для инвалидов. Мы считаем, что, действительно, необходимо принять дополнительные меры по улучшению занятости инвалидов и поддержать инициативу Минтруда. Но просим обратить внимание при составлении плана мероприятий на следующие проблемы – учесть возможность привлечения общественных организаций инвалидов к решению данных проблем; расширить спектр социальных услуг и включить в него содействие трудоустройству инвалидов; рассмотреть возможность создания региональных фондов квотирования и поддержать именно те предприятия, которые готовы создавать рабочие места выше квоты; установить определённую минимальную планку уровня заработной платы инвалидов при отмене региональных надбавок к пенсии; выработать индивидуальный подход к трудоустройству инвалидов, отталкиваясь от нозологии, группы инвалидности, профессиональных навыков и уровня социализации.

И просим обратить внимание, что для многих людей с инвалидностью трудоустройство – это не только заработок, но и возможность ощутить себя полноценным членом общества.

Д.Медведев: Пожалуйста, коллеги, какие будут соображения по докладу, по выступлениям? Какие будут предложения?

Решение согласовано со всеми?

Хорошо. Действительно, вопрос этот очень серьёзный, важный, нужно им заниматься постоянно. Собственно, поэтому я и попросил, чтобы этот доклад у нас сегодня был сделан публично, для того чтобы ещё раз вернуться к проблеме трудоустройства лиц с инвалидностью.

Договорились. Принимаем решение на эту тему.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 марта 2017 > № 2102175 Дмитрий Медведев, Максим Топилин


Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев

Умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда

Данил Ибраев, экс-министр по энергетике и инфраструктуре ЕАЭС

«Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее». Жизнь в современном мире идеально соответствует цитате английского классика.

Удивительно, что это касается не отдельных личностей, а народов и государств. Глобализация оказалась мифом. Мечта о мире без границ, где люди будут жить в сопоставимых условиях при относительно равных возможностях, стремительно развеивается. Картина складывается принципиально иная: нации и государства разделяются на «макромиры», объединенные не политическими установками, а экономической моделью, укладом жизни людей, образом мыслей, уровнем технологического и нравственного развития.

Появляется первая группа стран, где инновации в науке и технике стали привычкой, достигнут небывалый в истории уровень материально-технической культуры и радикальным образом преобразуется культура человеческих отношений. Вторая группа стран, которые по бесконечному ряду причин развиваются медленнее и экстенсивнее, но идут вслед за первой группой, используя ее опыт, но стараясь сформировать собственную экономическую идентичность. И третья группа стран, где низкий уровень экономического и общественного развития не оставляет шансов на участие в глобальной конкуренции и мировом разделении труда.

Создается тревожное впечатление, что границы между этими «макромирами» становятся все более осязаемыми и скоро может статься так, что мы не будем, как сегодня, свободны в своем выборе где и как жить. У каждой страны, а, может быть, у каждого гражданина может появиться экономически обоснованный и очерченный «потолок свободы», за пределы которого уже не выпрыгнуть.

Через несколько лет может наступить «точка отсечения», после которой станет окончательно понятно, что государство и гражданин уже навсегда останутся внутри «группы», в которой они будут находиться на тот момент. Срок наступления этой «точки» может быть связан с очередным этапом научно-технической революции в странах «первой группы».

Вообразите картину: целый народ смотрит в небо и провожает взглядом беспилотные электросамолеты, грузовые дроны, пролетающие мимо его страны, сама страна такие летающие аппараты не производит и не может приобрести (может быть, потому что не хватает средств, а может, потому что передовые страны ограничат права пользования своими технологиями, также как и технический доступ к воздушному пространству), и поэтому вместо международных путешествий остается только созерцать небо.

Жители этой страны знают, что где-то за рубежом, в другом «макромире» люди левитируют на высокоскоростных поездах, автомобили сами мчатся по заданному курсу, заряжаясь на электрозаправках, где электричество берется от солнца и ветра. А внутри такой страны люди по-прежнему используют привычные, но уже не эффективные электровозы и тепловозы, и привычные автомобили с двигателями внутреннего сгорания. Проблема будет состоять в том, что дни этой инфраструктуры будут сочтены, поскольку поезда и автомобили предыдущего поколения перестанут производиться за рубежом, а произвести свои не будет возможности. В итоге пока одни будут стремительно создавать будущее, другие будут даже не стоять на месте, а столь же стремительно отходить в прошлое.

Должно быть ясно, что если страна и человек рассчитывает на лучшее будущее, то придется предъявить свое право на такую перспективу – что сделано, что делается сейчас и что планируется сделать, чтобы иметь лучшее будущее и не быть обузой для остальных стран или граждан.

Передовые страны со вчерашнего дня готовятся к жизни послезавтра. Например, Швеция вырабатывает электроэнергию уже почти без использования углеводородного топлива. К 2030 году там собираются отказаться от использования газа и нефтепродуктов в качестве автомобильного топлива.

К слову о «точке отсечения»: по мнению агентства Bloomberg, в энергетике эта точка наступила в 2013 году, когда из возобновляемых источников в мире было получено 143 ГВт электроэнергии, а из углеводородов –141 ГВт. Причем производить электричество из возобновляемых источников с каждым днем будет эффективнее и дешевле, чем из ископаемого топлива.

В части транспорта мир также меняется перед нашими глазами. Японская Toyota переходит к серийному производству автомобилей, которые работают на водороде, а вместо вредных выхлопов вырабатывают чистую воду. В ближайшее время на рынок водородных автомобилей планирует выйти и Honda. Компания уже с 2016-2017 годов собирает и начнет продажу модели FCV.

Это означает конец эпохи использования углеводородов как источников энергии и тепла, конец энергетики сегодняшнего дня. Дома и предприятия смогут вырабатывать энергию автономно с помощью генераторов на водородном топливе, возобновляемой энергетики. В итоге исчезнут гигантские отрасли современной экономики со всеми вытекающими последствиями, а цены на сырье, в том числе на металл, будут стремительно падать. Это случится с нами послезавтра. Шагнем мы на новый этап развития или будем наблюдать, как это делают другие нации, зависит от наших сегодняшних планов и действий.

Передовые страны планируют радикально поменять представление и о железнодорожном транспорте. Совсем скоро на смену привычной ж/д-инфраструктуре придут вакуумные тоннели, внутри которых поезда будут левитировать над железнодорожным полотном на магнитной подушке, развивая скорости выше 1000 км/ч. Американские компании TeslaMotors и SpaceX реализуют проект Hyperloop и планируют в самое ближайшее время перейти к испытаниям.

В то же время сегодня Китай уже опережает США. К 2015 году в КНР успели построить самую протяженную в мире сеть скоростных железных дорог. Их общая протяженность в Поднебесной составляет 12 тысяч километров, это более чем вдвое больше, чем в Европе и Японии вместе взятых. В ближайшие пять лет Китай собирается удвоить протяженность своих железных дорог и предлагает сотрудничество соседям – есть планы по строительству скоростной магистрали от Пекина до Москвы с предварительной стоимостью в $240 млрд.

Интеграция в Евразийский экономический союз для России, Казахстана, Беларуси, Армении и не в последнюю очередь для нашей маленькой, но очень перспективной страны – Кыргызстана, как мне представляется, должна стимулировать не оказаться «в хвосте», идти в ногу с передовыми странами и говорить с ними на одном языке. В своем стремлении занять достойное место «под солнцем» мы не одиноки. Во всеобщей гонке и конкуренции народов важно умение ставить перед собой не просто ясные, а – что важнее – верные цели, чтобы не оказаться в ситуации, когда тратишь все свои силы, энергию и волю, выкладываешься на полную и выворачиваешься наизнанку, чтобы достичь некоей цели, а потом понимаешь, что цель оказалась не та и жизнь прожита зря. Не хотелось бы умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда.

Постановка целей – искусство, требующее ежедневного взгляда на свое отражение в зеркале и на окружающий мир. Передовые страны вышли на алгоритм, когда каждая достигнутая цель становится инструментом для достижения новой, более амбициозной цели. А с учетом ускорения всех процессов они приходят к тому, что цель завтрашнего дня уже сегодня используется как инструмент для достижения цели послезавтрашнего дня.

Размышления об искусстве постановки целей выводят на вопрос, правильно ли поставлены цели у нас. В Евразийском экономическом союзе одной из основных задач стояло создание общих/единых рынков электроэнергии, газа, нефти и нефтепродуктов. Согласно Договору, общий рынок углеводородов должен появиться в ЕАЭС не позднее 2025 года, а электроэнергетики - к 2019 году. При этом многие эксперты называют такую задачу сверхамбициозной и ставят под сомнение ее реализуемость. Преодолеть сопротивление национальной бюрократии, усадить за общий стол так называемых «чемпионов рынка», ликвидировать барьеры, препятствующие свободному движению товаров по Союзу, а самое главное стимулировать, мультиплицировать рынок и экономики наших стран через доступную, свободно перемещаемую энергетику, по моему мнению, является обязательным сейчас для реализации без права на ожидание и сомнение.

Ведь все познается в сравнении. А сравнение – не в нашу пользу. В государствах «первой группы» споры об общих рынках – дело давнего прошлого. Общие рынки теперь – лишь инструменты для сооружения новой модели инфраструктуры. Слово «углеводороды» за границами наших стран давно не вызывает былого трепета. Развитой мир стремительно движется в сторону безуглеводородной энергетики и беспроводного электричества. Это их подлинная цель завтрашнего дня.

Возникает проблема – есть вещи, которые где-то уже становятся артефактами, и порядок вещей, который для кого-то уже является установленным по умолчанию. Наряду с этим те же самые вещи и тот же самый порядок вещей мы определяем целью послезавтрашнего дня и с трудом можем договориться о медленном движении к ней. То есть, напрягаясь и преодолевая самих себя, мы пытаемся шагнуть во вчерашний день, еще и обреченно соглашаясь, что сделать шаг будет возможно не ранее послезавтра.

Может быть нам надо пересмотреть поставленные цели с прицелом не на вчерашний, а на завтрашний день? Или приложить сверхусилия к тому, чтобы оказаться во вчерашнем дне хотя бы сегодня, а не послезавтра? Или понадеяться на «евразийский авось» и расслабиться в вихре мировой истории?

Уже созданы концепции, программы, планы мероприятий построения общих энергорынков. Это долгожданный результат работы переговорных команд пяти государств и Евразийской экономической комиссии. Мы смогли переломить ситуацию, но при этом все равно мы опаздываем – по совести говоря, сегодня нужны не концепции создания рынков, а уже сами рынки. Надо воспользоваться свободами, которые дают эти рынки, чтобы вместе договориться о будущем. Надо жить в условиях общих энергорынков, не дожидаясь 2025 года. Дедлайн является самым крайним сроком, но отнюдь не оптимальным. Если нам удастся преодолеть самих себя и бежать, как минимум, в два раза быстрее, в этом случае появится шанс на движение по верному пути. Если не удастся – то послезавтра мы, в лучшем случае, останемся на том же месте, где находимся сегодня.

«Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут».

Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 6 марта 2017 > № 2102196 Дмитрий Медведев

Совещание с вице-премьерами.

В повестке: о поручениях по итогам Российского инвестиционного форума «Сочи-2017»; о технологии блокчейн; о новом порядке предоставления средств материнского капитала.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Начну с итогов инвестиционного форума в Сочи, который прошёл на прошлой неделе. Я подписал поручение – очень объёмное по содержанию, там 31 пункт. Мы договорились, что в него включим и итоги моих встреч, встреч коллег по Правительству с главами регионов, представителями деловых кругов и на различных дискуссионных площадках.

Темы этих поручений самые разные: развитие регионов, предоставление им кредитов, субсидий, бюджетное законодательство, стимулирование малого и среднего бизнеса, совершенствование системы государственного управления. Всё имеет конкретных адресатов и конкретные сроки исполнения. Прошу вице-премьеров на это обратить внимание.

Кроме того, я поручил всем министерствам внести свои предложения по доработке проекта Комплексного плана действий Правительства на период до 2025 года. Документ важный. К его подготовке, как мы и обсуждали на форуме, нужно привлечь Экспертный совет при Правительстве, различные общественные и научные организации и бизнес-сообщество.

Также обращаюсь к вице-премьерам: прошу в рамках своей компетенции контролировать работу по исполнению этих поручений.

Теперь ещё одно из поручений, которое я подписал. Оно довольно специфическое и тем не менее важное – касается развития так называемой умной экономики. Этой задаче посвящён отдельный раздел Комплексного плана действий Правительства.

Речь идёт о том, чтобы максимально оперативно создавать условия для внедрения различных цифровых технологий. Одной из таких прорывных технологий, о чём, кстати, тоже на форуме говорили, является технология блокчейн.

Этим инструментом уже пользуются крупные банки, корпорации и даже некоторые государства. Технология особая. Напомню, она исключает наличие посредников, подлинность операций подтверждается самими участниками сети. Поскольку нет единого хранилища информации и она разбита на блоки, переписать эту информацию без ведома других лиц или каким-то образом внедриться туда невозможно. Кроме того, полагают, что она может способствовать избавлению от излишней бюрократизации делового оборота. Нужно проанализировать, насколько всё это применимо в нашей системе государственного управления и экономике. В любом случае тема эта действительно новая и популярная. Я дал поручения профильным министерствам – Минсвязи и Минэкономразвития – рассмотреть возможность применения этих технологий при подготовке программы «Цифровая экономика».

Ещё один момент, о котором хотел бы сказать. Только что я подписал четыре документа о создании новых территорий опережающего развития. У нас их много создаётся в последнее время на Дальнем Востоке и на других территориях, прежде всего в монопрофильных образованиях. Надо проанализировать, что происходит и в уже созданных, и в создаваемых ТОР. Информирую, что подписаны решения о создании ТОР «Бакал» в Челябинской области, на территории Бакальского округа, ТОР «Дорогобуж» – Смоленская область, ТОР «Емва» в Республике Коми и ТОР на территории Мурманской области, в городе Кировске. Всё это, подчёркиваю, монопрофильные населённые пункты, где необходимо применять правила, установленные действующим законом о территориях опережающего развития, создавать условия для роста различного бизнеса, в том числе малого и среднего, что позволит уйти от монопрофильности этих территориальных образований. Это о производственной тематике.

Совсем скоро мы будет отмечать 8 Марта. Я сегодня в Киргизию уезжаю и хотел бы уже сейчас поздравить с наступающим праздником всех женщин – и тех, кто работает рядом с нами, и тех, кто просто заботится о семье и воспитывает детей.

За последнее время мы старались многое сделать, чтобы поддержать семьи с детьми. Наверное, что-то получилось, что-то получилось не так хорошо. В любом случае есть ряд ресурсов, которые работают неплохо.

В январе текущего года материнскому капиталу, например, исполнилось 10 лет. Я помню, как мы всё это придумывали, внедряли этот инструмент. Он работает действительно неплохо. За это время такой мерой государственной поддержки воспользовались миллионы семей – смогли улучшить свои жилищные условия, направить деньги на образование детей, на социальную адаптацию детей-инвалидов, на увеличение пенсионных накоплений. Всего это почти 5 млн семей. Очень значимая цифра. Я уж не говорю про финансовое измерение – это огромная сумма. И конечно, эта программа внесла немалый вклад в улучшение демографической ситуации. Я напомню, что мы приняли решение о её продлении ещё на два года – до 31 декабря 2018 года, и будем думать, как дальше идти вперёд по этому направлению.

Я подписал постановление, которое приводит правила направления средств материнского капитала на улучшение жилищных условий в соответствие с действующим законодательством. Кроме того, сокращается с месяца до 10 рабочих дней срок перечисления средств материнского капитала с момента принятия положительного решения по заявлению родителя. То есть ждать придётся меньше.

Ольга Юрьевна (обращаясь к О.Голодец), два слова скажите, пожалуйста, по этому документу.

О.Голодец: Документ имеет принципиальное значение для молодых семей. Вслед за тем, как мы предоставили услугу электронного обращения (это было очень важно, и мы видим, что сегодня бóльшая часть людей, которые обращаются за материнским капиталом, делают это в электронной форме), сделан следующий шаг. Это как раз основывается на той платформе, на которой предоставляются услуги. Сокращается в три раза срок рассмотрения и удовлетворения заявлений.

Почти 5 млн семей благодаря этой программе воспользовались материнским капиталом, и 87% из них улучшили свои жилищные условия. Из остальных бóльшая часть потратила средства на образование своих детей.

Программа расширяется и пользуется огромным спросом. Эксперты оценивают вклад материнского капитала в изменение демографической ситуации – около 60%.

Я напомню, что наши результаты по демографической ситуации абсолютно уникальны: четыре года подряд мы демонстрируем положительный прирост населения в наших непростых условиях, когда численность женщин в фертильном возрасте сокращается.

Мы надеемся, что наши меры поддержки позволят нам и дальше сохранять такие темпы.

Д.Медведев: Мы все тоже на это надеемся.

Сегодня день рождения у Александра Геннадиевича Хлопонина. Александр Геннадиевич, мы Вас поздравляем! Хочу Вам подарить книжку с учётом Вашей профессиональной ориентации и работы с югом России, в том числе с Кавказом, а также с некоторыми территориями, которые прилегают к нашему кавказскому региону, с которыми у нас привилегированные отношения. Книжка называется «Страна тепла и солнца: Сочи, Туапсе, Гагры и Сухум». Это 1904 год.

И мы с вами договаривались, что в Год экологии нужно сделать всё, чтобы распространить зелёный тариф. Прошу отдельно потом мне доложить предложения по зелёному тарифу.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 6 марта 2017 > № 2102196 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 6 марта 2017 > № 2097608 Евсей Гурвич

«Стратегия должна убедить элиты, что игра стоит свеч»

Глава ЭЭГ Евсей Гурвич о том, какая экономическая стратегия нужна России

Рустем Фаляхов

Проблемы, накопившиеся в экономике России, остаются нерешенными многие годы вовсе не потому, что они не осознаются обществом или неизвестны экспертам. Причина в другом: в реформах не заинтересована элита, та ее часть, которая извлекает выгоду из статус-кво. Новая экономическая стратегия, которую готовит для Кремля экс-министр финансов Алексей Кудрин, тоже не панацея. О том, что делать в этой ситуации, рассказал «Газете.Ru» глава Экономической экспертной группы (ЭЭГ) Евсей Гурвич.

Госкомпании ведут бизнес по понятиям

— Евсей Томович, российская экономика действительно нащупала дно? Впереди, уверяют власти, опять рост?

— Российская экономика перестала падать еще где-то в середине 2016 года. В конце прошлого года и начале этого года наметился рост. Но этот рост в основном определяется тем, что после соглашения об ограничении добычи нефти резко повысились цены на нее, за счет чего наша экономика получила сильный толчок. Поэтому не надо обольщаться этими хорошими показателями последней пары месяцев.

Для России остаются вполне актуальными те прогнозы, которые давал МВФ, и которые, собственно, все эксперты разделяют: без серьезных реформ, без изменения экономической политики наш потенциал — это 1,5% роста в год, что можно назвать состоянием стагнации.

— При нынешней стоимости нефти?

— Да, если не будут расти цены на нефть (а какого-то устойчивого их роста никто и не ожидает), то стагнация продолжится. Если цена на нефть будет расти, то ВВП может увеличиться больше чем на 1,5%. В этом году, если сохранится нынешняя цена на нефть, можно ожидать 2% роста, а то и больше.

— Уточните все же: стагнация или рост на 2%?

— Наша экономика зависит от цен на нефть, поэтому нужно смотреть не отдельно взятый год, а в среднесрочном периоде. В какой-то момент цена на нефть вырастет, потом вновь упадет. Соответственно, в один год будет рост экономики на 2,5%, в другой — на 0,5%.

— В чем, по-вашему, главные причины ожидаемой стагнации российской экономики?

— Проблемы столь серьезны, что имеет смысл сосредоточиться на главных. Прежде всего это избыточное участие государства в экономике, доминирование в ключевых секторах государственных или квазигосударственных компаний, которые работают явно по нерыночным принципам. У них очень слабые стимулы повышать эффективность: госкомпаниям проще договориться о льготных кредитах, налоговых льготах, получении какой-то господдержки.

Ключевое условие развития — защищенность прав собственности. У нас очень низкие, по сравнению с другими сопоставимыми странами, показатели защищенности собственности. Не говоря уже о развитых странах, с которыми даже нет смысла сравнивать себя.

Более того, чем больше ты генерируешь прибыли, тем выше вероятность потерять бизнес — вместо стимулов действуют антистимулы.

Другой важный фактор — это свободный допуск на рынки. Сейчас, чтобы серьезная компания вышла на какой-то рынок, она должна договариваться с региональными властями. А чтобы получить крупный государственный заказ, нужно иметь рабочие отношения с федеральными или региональными властями. Важной опять оказывается не эффективность бизнеса, а другие факторы. Но если рост эффективности производства не поощряется, откуда ему взяться?

Пенсионеров столько же, сколько работников

— Тогда мы подходим к главному вопросу: что делать, чтобы удвоить рост нашего ВВП до среднемирового, о чем не первый год мечтают в Кремле? Возможно ли это в принципе, учитывая геополитическую составляющую, которая, похоже, не оставляет шансов на рост?

— Геополитическая составляющая важна, но я не думаю, что она главная. Более важную роль играет даже не прямой эффект наложенных санкций (который вначале был достаточно весомым, но сейчас ослабляется). На нынешнем этапе важнее неопределенность и риски, связанные с геополитическими проблемами: для участников экономической деятельности важно понять, куда Россия будет двигаться с точки зрения отношений с остальным миром. Мировой опыт показывает, что без глубокой интеграции в мировое хозяйство ни одной стране не удалось успешно развиваться.

Но есть еще множество необходимых реформ: макроэкономических, структурных и институциональных. Одни должны решать назревшие текущие проблемы, другие — отвечать на долгосрочные вызовы. Как, например, реагировать на неблагоприятные демографические тренды?

— Старение населения?

— Да, старение, на которое мы до сих пор не реагировали, в отличие от других стран. Могли не реагировать благодаря растущим ценам на нефть, но теперь придется это делать.

Число пенсионеров уже почти сравнялось с числом работников. Но мы не можем все деньги тратить на пенсии. У нас и так очень быстро растет доля социальных расходов в структуре госрасходов.

Кроме того, мы вступили в период сокращения предложения труда, рабочей силы. Если, опять-таки, ничего не делать, это будет серьезным сдерживающим фактором для развития. Одним только повышением пенсионного возраста эту проблему не решить. У нас избыточная численность бюджетного сектора по сравнению с другими странами, избыточная численность вооруженных сил, правоохранительных органов. Необходимо переходить на профессиональную армию, повышать мобильность рабочей силы, отказываться от поддержки неэффективных предприятий, которая часто проводится по социальным соображениям, чтобы не росла безработица. Нужно вообще переориентироваться с борьбы с безработицей, которая в ближайшее время нам не грозит, на поддержку роста и на трудосбережение.

— А инвестиции в человеческий капитал? Эта тема подается как одна из ключевых в каждой стратегии, кто бы ее ни сочинял. Но понятно же, что отдача от таких инвестиций не будет быстрой. Может быть, отказаться от этих модных фишек и сосредоточить внимание и ресурсы на тех направлениях, которые дадут быстрый эффект? Не в 2035 году, а, условно говоря, завтра?

— Нет, я так не думаю. Конечная цель любой стратегии — чтобы люди жили лучше. И дольше. Если говорить об инвестициях в здравоохранение. Инвестиции в образование тоже имеют и самостоятельную ценность и в перспективе способствуют росту экономики.

Угроза брежневского застоя отрезвляет

— А инвестиции в инфраструктуру? Все эти мегапроекты транспортные... Это же «белые слоны». Вложений требуют гигантских, отдача неочевидная и очень в отдаленном времени...

— Я не думаю, что нужно ограничиваться решением сиюминутных задач. Стратегия на то и есть стратегия, чтобы увязывать текущие и долгосрочные задачи. Потребность в развитии инфраструктуры у нас очень большая. Другой вопрос, насколько эффективно сейчас это все проводится. Надо изыскивать ресурсы для развития инфраструктуры и одновременно повышать эффективность расходов.

— Большинство проблем, о которых вы говорите, обсуждается уже давно, однако прогресса не видно. Какой тогда смысл работать над очередной стратегией? Вы были соавтором «Стратегии-2020». Она благополучно забыта…

— Часть мер, предложенных «Стратегией-2020» и другими программами, была реализована. Но многие выдвинутые тогда идеи действительно так и остались на бумаге.

— И поэтому Кудрину поручено написать новую стратегию?

— С тех пор ситуация кардинально изменилась. Если раньше экономическая программа выглядела необязательной роскошью, то после падения цен на нефть (причем явно надолго) это стало жесткой необходимостью. Но это не значит, что на этот раз все пройдет на ура.

— Получается так, что, какую стратегию ни сочини, Кудрин ее напишет или бизнес-омбудсмен Борис Титов, она не будет востребована? Если у правящей элиты нет заинтересованности в ее реализации.

— Все намного сложнее. Я уверен, что часть мер из новой программы ЦСР будет реализована и даст положительный эффект. Но, конечно, для того чтобы довести темпы роста до мирового уровня, нужно, чтобы прошли и начали работать многие необходимые, но непопулярные решения. Если такие реформы были отброшены в 2012 году, в составе «Стратегии-2020», это не означает, что то же самое повторится и сейчас. Новая программа может оказаться выгодной для всех — но в будущем, когда проявятся ее результаты.

Угроза застоя теоретически может сделать элитные группы более «дальнозоркими», чем это обычно свойственно им. Такая ситуация была после финансового кризиса 1998 года, когда появилось понимание, что «так дальше жить нельзя» и открылось окно возможностей для реформ, многие из которых удалось провести в рамках «программы Грефа».

— Уж сколько их упало в эту бездну, этих программ и стратегий. Только даты меняются и цифры: «500 дней», «Стратегия-2020», «Стратегия -2035»... Уже скоро пора сочинять «Стратегию-2040».

— Судьба любой экономической программы определяется не только (и даже не столько) ее чисто экономическим содержанием. Не менее важно, на какие изменения готовы пойти властные элиты и насколько предложения реформаторов вписываются в возникшее окно возможностей.

— Мы говорим о позиции элит, но забываем еще про одну сторону — о нас, о гражданах. Гражданам России придется поднапрячься и в чем-то себя ограничивать, если стратегия того же Кудрина будет принята?

— Не совсем так: в начальный период кто-то выиграет, а кто-то может проиграть, но в перспективе все должны оказаться в выигрыше. Здесь две проблемы: все опасаются, что реформы будут проведены за их счет, и боятся, что не дождутся обещанного в будущем улучшения ситуации. Таким образом, многое зависит от двух моментов — уровня доверия и уровня амбиций граждан. К сожалению, по обеим линиям ситуация не благоприятствует реформам.

Социологи говорят, что для наших сограждан характерны, во-первых, низкий уровень доверия к правительству и, во-вторых, низкий уровень притязаний...

— Лишь бы не было войны?

— Главное — не упустить имеющуюся в руках синицу. Значит, со стороны большинства населения (электората) не приходится ожидать прореформенного давления на власти. Скорее наоборот, придется убеждать их в критической необходимости изменений.

Стратегии нужна политическая поддержка

— А что в идеале нужно делать, чтобы стимулировать экономический рост и жизнь наладилась бы, в конце-то концов? Как член рабочей группы президентского совета или как эксперт, который профессионально занимается экономикой, что вы можете сказать?

— Кроме всего, что говорилось выше, я бы еще поменял идеологию разработки программы.

— Очень интересно…

— Должна быть пирамида. Процесс должен начинаться с принимаемой на верхнем уровне политической программы, описывающей общее направление долгосрочного развития. По типу, например, программы «Сто шагов», принятой в Казахстане. Понятно, что это должно быть не декларативное заявление, а реальное политическое решение, согласованное с группами влияния, приемлемое для них.

— Национальная идея?

— «Идея» звучит пафосно, а нужно что-то прагматичное. Элитами должна быть выработана концепция развития страны. Куда мы хотим идти и какую цену готовы заплатить за динамичное развитие. Без этого экономическая программа может подвиснуть, если окажется не подкреплена настоящей политической поддержкой, как произошло со «Стратегией-2020».

— Сейчас ситуация повторяется?

— Этого нельзя совсем исключить, поскольку по-прежнему нет явного политического документа, как «100 шагов». На мой взгляд, это несколько снижает шансы на успех, но вовсе не означает, что их вообще нет.

И еще я бы отказался от излишней детализации программы. Толстой в «Войне и мире» писал, что перед Бородинской битвой генералы составляли замечательные диспозиции, но ни одна колонна не пришла в нужное время на свое место, поэтому они оказались бесполезны. Наверное, и в экономической программе, как в диспозиции, нужно было бы писать более крупными мазками общие направления действий.

Впрочем, если говорить не об идеальной, а о реальной ситуации, программа выполняет еще одну важную функцию — она должна убедить властные элиты, что игра стоит свеч и все непопулярные меры действительно оправданны. А для этого важно предъявить более детальный и конкретный план.

— И правительство должно потом набираться под экономическую программу, так?

— Да, и оно уже должно превращать программу в список мер прямого действия. Возвращаясь к образу стратегии как пирамиды... Она должна состоять из трех уровней: политической программы, экономической стратегии без избыточной детализации и, наконец, конкретного плана действий правительства. Будем надеяться, что когда-нибудь у нас именно так будет формироваться экономическая политика.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 6 марта 2017 > № 2097608 Евсей Гурвич


Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 марта 2017 > № 2094545 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева программе «Вести в субботу» телеканала «Россия».

Председатель Правительства ответил на вопросы ведущего программы Сергея Брилёва.

С.Брилёв: Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич!

Д.Медведев: Добрый день!

С.Брилёв: Я Вам напомню хронику последних двух суток. Вы выступаете на форуме и говорите: всё неплохо, инфляция рекордно низкая, рост возобновился. Потом встречаетесь с губернаторами – и тут Вы им про бюджетную дисциплину такое... Главное, что по всей стране нарушения: Хакасия, Кабардино-Балкария, Орловщина... Что это Вы так за губернаторов взялись?

Д.Медведев: Действительно, у нас есть позитивные достижения в макроэкономике, в развитии экономических тенденций последнего времени. А есть и свои проблемы региональные, потому что долг региональных бюджетов ещё очень-очень значительный. Хотя, если Вы слышали, я как раз похвалил наших коллег– руководителей регионов за то, что в целом долговое бремя, которое падает на регионы, за последний год существенно уменьшилось.

С.Брилёв: Тем не менее если посмотреть на дискуссии последнего месяца, то сразу несколько губернаторов, причём губернаторов-тяжеловесов – Минниханов, глава Татарстана, Артамонов (Калужская область), – высказывали претензии федеральному центру в отношении того, как перераспределяются деньги. Вообще, если коротко сформулировать, в чём суть? Богатые регионы хотели бы поменьше делиться с остальной страной своими доходами? Это тема?

Д.Медведев: Это тема. Но решение принципиально другое. Если говорить о том, кто должен получать помощь и поддержку от федерального центра, то, по нашему мнению, о чём я сейчас абсолютно чётко сказал руководителям регионов, богатые регионы будут получать меньше помощи и поддержки от федерального центра, а регионы победнее, естественно, будут получать этой помощи больше. Это и есть бюджетное выравнивание. Это и есть доведение стартовых возможностей до какого-то усреднённого уровня. И на это направлены все новейшие решения Правительства, все методики, которые утверждает Правительство и Министерство финансов. Что же касается всякого рода шероховатостей, то они всегда будут. И мы со всеми губернаторами встречаемся, обсуждаем, что работает, что работает несколько хуже, что могло бы быть ... Тем не менее общее решение именно такое. А если рассуждать о том, кто чем делится, то я напомню. Ведь мы только что приняли решение, что 1% от той прибыли, которая зачислялась в бюджет регионов как региональная составляющая, будет централизован на федеральном уровне. Это приблизительно 100 млрд рублей по году. И это пойдёт на общие дотации для всех регионов. Таким образом, сумма этих дотаций составляет более 600 млрд рублей. То есть богатые регионы в этом смысле уже поделились с бедными.

С.Брилёв: Но при этом у богатых регионов есть возможность и себе оставлять теперь побольше?

Д.Медведев: Конечно. Но у них и доходная база другая. В чём была суть нашего разговора? Да, нужно заниматься совершенствованием бюджетного регулирования, смотреть, каким образом используются трансферты, каким образом осуществляется исполнение основных полномочий регионов. Но не менее важно заниматься развитием собственной доходной базы. Потому что ведь очень часто как это выглядит? Вы нам дайте из федерального центра дополнительно денег, мы такую программу хорошую придумали, и мы все эти деньги туда направим… И программа хорошая, и, наверное, направят. Но нужно вообще-то заниматься тем, чтобы свои источники доходов создавать, а не обращаться по каждому поводу в федеральный центр. Тем более что значительная часть полномочий, которые мы помогаем финансировать, это региональные полномочия. Есть и ещё одна тема, очень острая, которую мы только что с ними обсуждали. И здесь уже претензии регионов вполне обоснованны. Дело в том, что огромное количество денег расходуется регионами и муниципалитетами для того, чтобы осуществлять свои полномочия. По подсчётам Минфина, это сумма огромная – порядка 7 трлн рублей в год.

Но проблема в том, что на 95% федеральный центр диктует, как эти деньги расходовать. И конечно, не потому, что федеральный центр такой злой и хочет всё снизу доверху, так сказать, разверстать и указывать: вот это только сюда, а это только сюда... Есть просто абсолютно необходимые полномочия, которые должны по единому стандарту осуществляться по всей территории страны: здравоохранение, образование. Но всё равно доля 95-процентного федерального регулирования запредельная. И мы договорились, что этот жёсткий федеральный поводок должны ослабить.

С.Брилёв: О поводке. Слышите моторчик? Это над нами сейчас коптер летает и снимает нас. Не так давно федеральные законодатели приняли решение о том, что для управления этим мини-вертолётом с видеокамерами требуется лицензия пилота. Но никто не подумал, что хорошо бы это сопроводить подзаконными актами. И сейчас, строго говоря, эта штука над нами висит незаконно. Вы недавно сами выступали перед сенаторами и призвали их к более консервативному подходу к законотворчеству. В частности, такие ситуации?

Д.Медведев: Я имел в виду следующее. Дело не в том, что наше законотворчество не слишком консервативно. Нам нужно не консервативное законотворчество, хотя разумный консерватизм в законодательной политике должен быть. Нам нужно другое. Нам нужен консервативный порядок изменения и принятия законов. Вот это действительно очень важно. Чтобы не менялось и не пересматривалось через полгода. Не принимались решения, которые идут вразрез с ранее принятыми. Причём без должного просчёта, экономического обоснования. Это, к сожалению, в нашей жизни сплошь и рядом происходит. Я, когда общался с законодателями, действительно сказал: у нас есть очень важные, как принято говорить, фундаментальные законы, такие как Гражданский кодекс, Налоговый кодекс, Земельный кодекс,– вот к таким документам нужно относиться бережно. Их нужно совершенствовать, безусловно, но делать это очень и очень размеренно. Я ещё раз напомню, что в большинстве развитых экономик такие документы трогают в самую последнюю очередь, особенно Гражданский кодекс, Земельный кодекс и целый ряд законов, которые связаны с регулированием имущественных, экономических отношений.

С.Брилёв: Мы с Вами так или иначе ходим вокруг темы предсказуемости, которая в известной степени была стержневой на нынешнем сочинском инвестиционном форуме. Предсказуемость. Пожарные меры себя оправдали. Мы уже упомянули низкую инфляцию, возобновление роста. Но тема предсказуемости иногда вылезает в неожиданных местах. Взять, например, налоговые дела. С одной стороны, Вы из раза в раз говорите, что налоговая система должна быть стабильной. Повторили это недавно на Гайдаровском форуме, повторили сейчас в Сочи. С другой стороны, и в отношении налогов периодически возникают идеи в Вашем Правительстве: давайте снизим страховые выплаты, поднимем НДС... Всё-таки это обсуждается? На самом деле есть на горизонте перспектива с переменами в налоговом законодательстве?

Д.Медведев: Всё, что я сказал в отношении консерватизма, регулирования, справедливо. Но при этом мы должны понимать, что всё равно жизнь берёт своё. В противном случае у нас бы использовались до сих пор налоговые законы времён Петра I. Всё равно экономические условия меняются. Просто наши решения должны быть просчитанными. Именно поэтому в 2014 году по предложению Президента Правительство приняло целый ряд решений (при участии, естественно, законодательных органов) о том, что мы объявляем своего рода налоговый мораторий. То есть мы не меняем налоговое законодательство на протяжении ближайших лет. Но после истечения этого периода, в 2018 году, мы должны подготовить предложения о том, как будет выглядеть наша налоговая система в будущем. Это вполне нормально. У нас есть сейчас возможность реально подготовиться к тому, какие инновации в налоговом законодательстве нам нужны. Что нам нужно поменять, а чего нам делать не нужно. И сейчас такие предложения готовятся. Поэтому все публичные обсуждения этой темы, скажем прямо, никакого прямого результата не создают. Это только лишь обсуждение. Никаких решений нет, я хочу всех успокоить – и представителей бизнеса, и обычных наших граждан. Да, и мои коллеги говорят: нужно такой налог изменить, такое решение принять... Я, правда, всем говорю, что вы аккуратнее обо всём этом рассуждайте. Но понятно, что всё равно это вырывается в публичную плоскость. Но никаких решений нет. Мы их только готовим. Это первое.

Второе. Общие контуры налоговой системы, которая сформировалась за последние 15–20 лет, останутся. Это и есть налоговая стабильность. Хотя звучит очень много идей, в частности по поводу введения прогрессивного налога на доходы. Так вот, общие контуры налоговой системы, я уверен, сохранятся, просто потому, что эта система оказалась достаточно эффективной для нашей страны. Но это не означает, что её не нужно настраивать. Это касается и отдельных отраслей, и отдельных сфер. Какие-то льготы нам нужно будет сохранить, какие-то льготы, может быть, отменить. И ровно об этом идёт дискуссия. Но, подчёркиваю, никаких решений сейчас на эту тему не принято.

С.Брилёв: Вы в своём выступлении на пленарном заседании упомянули несколько идей, которые прорабатываются в рамках комплексного плана Правительства до 2025 года. Такой горизонт серьёзный?

Д.Медведев: Мы должны смотреть вдаль. Мы должны понимать, по каким законам, на основании каких идей будет развиваться страна в ближайшие годы.

С.Брилёв: Была ещё одна идея, которая появилась буквально в эти дни, – это продажа облигаций гражданам России, резидентам России. Я помню, бабушка у меня открывала газету в конце 1970-х – начале 1980-х, там были облигации советского правительства. Кто-то выигрывал.

Д.Медведев: Вы таких параллелей-то не проводите. Мы, во-первых, не советское правительство. И у нас никогда не было цели размещать государственные облигации так, как это было сделано в конце 1940-х годов. А я напомню тем, кто не помнит…

С.Брилёв: Кто помоложе.

Д.Медведев: Да, об этом периоде. Тогда подписка на государственные облигации, как и на другие инструменты государства, была обязательной. Тебе часть зарплаты выдавали облигациями. Мы понимаем, что это означает. Сейчас любые долговые обязательства, будь то государственные обязательства или обязательства частных компаний, могут распространяться только на добровольных началах. Хочешь – покупай, хочешь – не покупай. Люди у нас покупают акции, покупают различного рода облигации, надеются получить по ним доход. Но в принципе ничего нового в идее выпуска облигаций государственных нет, как и, собственно, в том, чтобы прибегать к внутренним заимствованиям на рынке. Но, ещё раз подчеркиваю, это всегда выбор конкретного человека.

С.Брилёв: Вы встречались с губернаторами во время форума, встречались с бизнесом. По Вашим ощущениям, какие настроения у Ваших собеседников?

Д.Медведев: Настроения, мне кажется, хорошие. Они отвечают той уже весенней погоде, во время которой записываем интервью.

Погода в экономике тоже меняется – совершенно очевидно, что наша экономика вошла, пока ещё, может, не так уверенно, но всё-таки в стадию роста. Падение закончилось. В этом году мы ожидаем роста экономики в пределах от 1 до 2%. Это уже очень неплохо, по сути, это европейский уровень роста. Хотя хотелось бы больше. И план действий Правительства на период до 2025 года, который мы сейчас готовим, нацелен именно на трёх и более процентный рост нашей экономики с тем, чтобы перекрыть мировые цифры по росту.

Второе. Очень важно то, что мы всё-таки сумели совладать с инфляцией. В какой-то относительно недавний момент нам казалось, что инфляция снова разбушевалась после девальвации рубля.

С.Брилёв: В 2014 году она была двузначная.

Д.Медведев: Да, она была двузначная, к сожалению, и это сильно ударило по доходам населения. Это, естественно, никому не нравилось, за исключением, может быть, отдельных сегментов бизнеса, которые всегда на девальвации выигрывают.

С.Брилёв: Последнее, что я хотел спросить, касается приватизации. Сейчас утверждён план. Но как на нём отражаются санкции? Или, по Вашим ощущениям, их вот-вот отменят?

Д.Медведев: По поводу санкций я уже неоднократно высказывался. Ещё раз хочу сказать: мы должны приготовиться к тому, что будем жить в условиях санкций неопределённо долго. Посмотрите, что делают наши партнёры за океаном, да и в Европе. Они эти санкции увековечивают, они их кодифицируют, они выносят массу законов, помимо всяких исполнительных указов, которые Обама принимал. Они пытаются принять законы, которые эти санкции сделают постоянными, наподобие поправки Джексона – Вэника или ещё покруче. Вот поэтому нам рассчитывать на какую-то их милость не приходится, да нам это и не нужно, потому что мы в условиях санкций, как доказал опыт последних двух лет, способны развиваться, и развиваться на самом деле неплохо. Потому что всё, чего мы достигли и в промышленности, и в сельском хозяйстве, сделано не благодаря, а вопреки, и в значительной степени потому, что мы вынуждены были перестроить свою работу. Поэтому приватизация будет идти своим чередом. Она с санкциями не связана, она связана с конъюнктурой: что выгодно продавать, то и придётся продавать. Приватизация – это же инструмент. Это не какая-то специальная цель, которую мы преследуем. Инструмент для чего? Чтобы пополнить бюджет, как это было сделано, например, в случае с продажей акций «Роснефти» или «Алросы». Или чтобы найти более эффективного собственника, когда мы считаем, что приход частного инвестора принесёт лучший результат.

С.Брилёв: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 марта 2017 > № 2094545 Дмитрий Медведев


Ангола. Китай > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > carnegie.ru, 3 марта 2017 > № 2104336 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Борьба с нефтью. Ангола: война и нефть — двойная деиндустриализация

Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Стабильно низкий уровень жизни большинства и продовольственная необеспеченность страны, растущее недовольство населения и использование репрессивного аппарата, проблемы с наполнением бюджета и рост внешнего долга, неразвитый промышленный сектор и острая необходимость реформ — все это результаты ресурсного развития Анголы

На историю независимой Анголы оказали влияние два фактора с деиндустриализирующим эффектом: война с 1975 по 2002 год и нефть с 2002 года по сегодняшний день. В первый период необходимость вести боевые действия заставляет делать выбор в пользу активов, которые легче контролировать. В мирное время растущий высокомаржинальный нефтяной сектор вызывает «голландскую болезнь», препятствующую развитию других секторов ангольской экономики.

Ангола — страна на юго-западном побережье Африки. Население — 25,8 млн человек (59-е место в мире по численности населения). Темпы роста населения с 1960 по 2015 год были значительно выше среднемировых: 2,8% в среднем в год против общемирового темпа роста в 1,66% (1,18% в 2010–2015 годах)[1]. Население молодое: медианный возраст — 16,2 года (при среднемировом 29,6 года). Самые крупные этносы — овимбунду, кимбунду и баконго. Государственный язык португальский. Основные религии — католицизм и протестантизм.

Открытие первых промышленных месторождений нефти приходится на 1950-е годы. Португальская компания SACOR для управления нефтегазовыми активами своей колонии учреждает дочернюю фирму Angol, которая в сотрудничестве с другими международными нефтяными компаниями с середины 50-х начинает добычу[2].

В эту позднеколониальную эпоху правительство Португалии стало более активно вкладываться в свои колониальные владения. В 1950-х строились дамбы, гидроэлектростанции и транспортная инфраструктура. В Анголе запускались добыча сырья и производство товаров; все это встраивалось в производственные цепочки с конечным продуктом в Португалии[3]. Во многом поэтому экономика Анголы демонстрирует хорошие темпы роста с 1961 по 1973 год, в среднем 4,7%. Основными экспортными статьями на тот момент были сизаль, кофе, хлопок, алмазы и железо. Лишь к 1973 году нефть вышла на первое место среди экспортируемых товаров с 150 тыс. б/д. Промышленность Анголы также активно росла за счет производства товаров широкого потребления и легкой промышленности. На пороге обретения независимости ангольская промышленность обеспечивала больше половины отечественного спроса, а годовые темпы ее роста составляли 6,9% в 1972-м и 14,3% в 1973 году[4].

«Революция гвоздик» 1974 года принесла независимость португальским колониям, в числе которых была и Ангола. Уже в следующем году подписывается соглашение с метрополией — и бывшая португальская нефтяная компания Angol, курировавшая нефтегазовый сектор колонии, переходит в руки нового ангольского правительства во главе с Агостиньо Нето, лидером Народного движения за освобождение Анголы (MPLA). В 1976 году он официально принял социалистическую идеологию и начал полномасштабную национализацию.

Последовавшая сразу после обретения независимости гражданская война явно не способствовала развитию разноплановой экономической деятельности с большим горизонтом планирования. К тому же доминировавшая партия MPLA нуждалась в неотложных расходах для ведения военных действий. Нефтегазовый сектор, зародившийся еще в колониальные времена, оказался как нельзя кстати. Во-первых, добыча нефти была сконцентрирована в отдельных регионах, и защищать их было легче, чем обширные сельскохозяйственные угодья. Во-вторых, цены на нефть, выросшие после Войны Судного дня, повысили значимость этих активов.

Однако отсутствие квалифицированной рабочей силы стало причиной лишь частичной национализации нефтегазового сектора. Gulf Oil, Texaco и другие международные нефтяные компании не останавливали свою работу после обретения Анголой независимости. Более того, во время войны создавались новые проекты. Так, после открытия месторождения Girassol в 1996 году в страну потекли инвестиции от таких гигантов, как BP, ExxonMobil, Royal Dutch Shell и др. Нефтегазовая компания Sonangol (бывшая Angol), национализированная после обретения независимости, первоначально ограничилась выдачей концессий и сбором налогов. Лишь со временем, перенимая опыт у итальянской ENI, алжирской Sonatrach и других компаний, Sonangol стала все чаще непосредственно участвовать в добыче[5].

Другие сферы экономики — производство сахара, кофе, сизаля и соответствующая сельскохозяйственная деятельность — оказались в упадке. По данным MPLA, сразу после обретения независимости более 80% плантаций были оставлены своими португальскими владельцами, из 692 фабричных производств лишь 284 продолжили работу, 30 тыс. квалифицированных работников покинули страну. Множество объектов и без того небогатой инфраструктуры были уничтожены[6].

Гражданская война, которую вела правящая MPLA против движения UNITA, длилась 27 лет (до 2002 года) и стала одним из локальных фронтов холодной войны. Фидель Кастро посылал целые батальоны на помощь MPLA; СССР и ГДР командировали своих военных инструкторов и летчиков. С другой стороны наступала из Намибии армия ЮАР. Крупные суммы ангольское правительство тратило на покупку советского вооружения, часть вооружения покупалась в долг.

Очевидно несовершенные данные последних 16 лет войны о структуре ВВП[7] все же отчетливо демонстрируют этот «деиндустриализирующий» эффект. Большинство производств так и не достигли довоенного уровня выпуска. В сельском хозяйстве лишь производство табака дотягивало до отметки в 50% от 1975 года. Добыча металлов, металлообработка и химическая промышленность составляли только 10–20%[8]. Относительно спокойный период 1985–1991 годов, когда доля сельского хозяйства постепенно росла с 13,8% ВВП в 1985-м до 24,2% в 1991-м, завершился спадом в 1992 году до 10%, после того как мирный договор и выборы обернулись неудачей и возобновились военные действия. На протяжении 1990-х годов доля промышленного производства в ВВП не превышала 6%[9].

Взгляд на абсолютные цифры дает особенно ясную картину влияния войны на экономику и устойчивости нефтяного сектора. Падение выпуска в сельском хозяйстве в 1992 году оказалось двукратным, что практически соответствует данным по доле в ВВП. Но если взглянуть на промышленность, к которой относится, по определению Всемирного банка, и добыча нефти, связь между выпуском ангольской промышленности и войной практически незаметна. Благодаря нефтегазовому компоненту в 1993 году выпуск незначительно снизился по сравнению с 1992 и 1991 годами, а в 1994 году вообще вырос. И действительно, как уже отмечалось выше, международные нефтяные компании с готовностью вкладывали средства в нефтяной сектор Анголы даже во время боевых действий.

На момент окончания гражданской войны (2002) государство и экономика Анголы сильно зависели от гипертрофированного нефтяного сектора: 90% экспорта составляла нефть, нефтяные доходы формировали по меньшей мере 75% бюджета, а сама нефтедобыча отвечала за половину странового ВВП[10]. В 2000 году доля граждан Анголы, проживавших менее чем на 1,9 доллара в день, составляла порядка 32%, менее чем на 3,1 доллара — около 54%.

Особый случай «голландской болезни»

За 15 лет мирной жизни структура ангольской экономики не претерпела значимых изменений: гипертрофированный ресурсный сектор продолжает доминировать. Большую часть продуктов потребления из-за нехватки и плохого качества отечественных товаров приходится импортировать за нефтедоллары. Даже строительство и сфера услуг, которые по логике «голландской болезни» должны были в нефтяной экономике получить толчок к развитию, были по большей части импортированы из Китая.

Разрушенная инфраструктура, слабое сельское хозяйство и промышленность, отсутствие квалифицированной рабочей силы, одна из самых слабых в мире систем здравоохранения — все это проблемы послевоенной Анголы. Типичные кредиторы догоняющего развития, например Международный валютный фонд, были не в лучших отношениях с авторитарным правительством Жозе Эдуарду душ Сантуша, лидера MPLA. Поэтому сразу после войны, в 2002 году, получить кредит у международных институтов не удалось. Ангольское правительство попыталось обратиться напрямую к лидерам Японии и Южной Кореи, однако получило отказ с аналогичной мотивацией: необходимо улучшить отношения с МВФ.

Решение все же пришло из Восточной Азии, и не последнюю роль тут сыграл растущий нефтяной потенциал Анголы. Средства на финансирование масштабного восстановления были найдены в 2004 году у китайского правительства, которое согласилось кредитовать Анголу под залог нефтяных контрактов.

В течение следующего десятилетия добыча нефти по меньшей мере удвоилась. В год окончания гражданской войны Ангола осуществляла добычу 800 тыс. баррелей нефти в день (для сравнения: в 1990 году — 470 тыс.). В 2008 году она уже добывала порядка 2 млн баррелей. В 2015 году Ангола стала производить нефти больше всех на Африканском континенте, опередив Нигерию (1,77 против 1,75 млн б/д), хотя пик добычи уже был пройден. По состоянию на конец 2015 года Ангола с 12,7 млрд баррелей находится на 16-й строчке по объемам доказанных запасов нефти (почти столько же у Алжира и Бразилии).

Рост добычи и цен на углеводороды сопровождался ростом экспортной выручки от нефти. В 2012 году она достигла пика в 69,4 млрд долларов, после чего вслед за падением цены на нефть стала стремительно снижаться: в 2015 году нефтяной экспорт составил скромные 31,2 млрд долларов.

Все это время Ангола была и остается заемщиком китайских банков. Общим правилом кредитных отношений двух стран стала выдача займов под низкий процент через Exim Bank, China Development Bank и другие государственные банки.

Все началось в 2003–2004 годах, когда правительства подписали соглашения о первых кредитах, подкрепленных поставками нефти. Кредитором выступил Exim Bank, предоставивший 4,4 млрд долларов по ставке Libor + 1,5%. Также по этому договору часть долга покрывалась поставками нефти: в первые два года Китай получал 15 тыс. б/д, а затем 10 тыс. б/д. Когда цена на нефть упала после кризиса 2008 года, поставки доходили до 100 тыс. б/д. В 2009 году, на фоне растущего дефицита бюджета из-за падения цен на нефть, была открыта новая кредитная линия на 6 млрд долларов.

В 2008 году China Development Bank предоставил еще 1,5 млрд долларов на строительство социального жилья, транспортной инфраструктуры и проекты в сельском хозяйстве.

China International Fund (CIF), частный банк с серьезными связями в Пекине, работал по схожей схеме: выдавал дешевые кредиты на строительство инфраструктуры, подкрепленные поставками нефти. Общий объем выданных CIF средств в 2000-е годы равен 9,8 млрд долларов. Средства пошли на строительство 215 тысяч домов в столице и 17 провинциях, создание индустриальной зоны в Виане, сооружение нового аэропорта Луанды и другие проекты.

Ангола стала самым крупным реципиентом китайских кредитов в Африке. Здравоохранение и образование также получали адресную поддержку. После окончания войны на выданный китайским правительством грант был построен самый большой госпиталь страны. Другие медицинские центры и больницы на территории страны подверглись реконструкции и частичному техническому обновлению. Кроме того, Китай стал посылать наиболее редкие медикаменты в ангольские медицинские учреждения. Китайские компании строили и обновляли университеты и школы в городах Анголы, в том числе крупнейший Университет им. Агостиньо Нето в Луанде.

Китай финансировал покупку сельскохозяйственной техники и строительство ирригационных систем в традиционно земледельческих провинциях Уамбо, Уила и Мошико.

Растущая добыча нефти служила залогом кредитоспособности Анголы. Начавшаяся в 2004 году китайская экономическая экспансия демонстрировала небывалые темпы роста. В период 2007–2008 годов Китай удвоил импорт (с 1,2 до 2,9 млрд долларов) и стал вторым по величине импортером после Португалии.

Нефтяной экспорт в Китай стал заметно расти после 2004 года, как раз когда Анголе была предоставлена первая кредитная линия из Китая.

В 2007 году продажа нефти в Китай приносила 26% всей экспортной стоимости нефти (США, ранее главный импортер ангольской нефти, были отодвинуты на вторую строчку с 24%). В 2008 году экспорт нефти в Китай составлял 72% общего товарооборота двух стран. В 2006 и 2008 годах Ангола становилась крупнейшим поставщиком нефти в Китай, оставляя позади Саудовскую Аравию. В 2008 году доля ангольской нефти на рынке Китая составила 14%. Тогда нефть сделала Анголу одним из немногих нетто-экспортеров в двусторонней торговле с Китаем (страна продавала Китаю на 19 млрд больше, чем покупала).

Китайские нефтяные компании получили непосредственный доступ к нефтедобыче и стали активно инвестировать в этот сектор. Sonangol и китайская Sinopec образовали совместную компанию Sonangol Sinopec International (SSI), через которую во второй половине 2000-х были приобретены доли в нескольких существующих проектах (50% в блоке 18 у Shell, 20% в блоке 15/06 у ENI, а также 27,5 и 40% — в блоке 17/06 у французской Total и блоке 18/06 у Petrobras соответственно)[11].

Нефтяное богатство Анголы сделало возможным привлечение дешевых кредитов на послевоенное восстановление. Но за 14 лет мирной жизни экономика страны так и не была диверсифицирована, а зависимость страны от экспорта нефти только усилилась.

В 2002 и 2014 годах доля сырой нефти в экспорте осталась неизменной — 96%. Изменению подверглись лишь абсолютные цифры. В 2002 году было экспортировано нефти на 5,7 млрд долларов, а в 2014 году почти в десять раз больше — 52 млрд. При этом в 2014 году второе место по объему экспорта занимает добыча алмазов (1,5% в экспорте), что в совокупности с нефтью, железом, алюминием и медью дает порядка 98–99% экспорта. Другими словами, в Анголе практически отсутствуют производства, способные конкурировать на мировом рынке.

Из-за отсутствия достаточного числа собственных производств большинство товаров потребления импортируется на протяжении долгих лет. Причем это относится и к наиболее важным для населения категориям товаров. К примеру, в одном лишь прошлом году было импортировано продуктов питания на 3,5 млрд евро. По меньшей мере больше половины зерновых завозилось как на момент окончания войны, так и через десять лет мирной жизни: в среднем 54% всего потребляемого в год объема в 2001–2003 годах и 56,7% в 2010–2012 годах. Озабоченный состоянием сельского хозяйства в Анголе Всемирный банк летом 2016 года одобрил выдачу кредита в размере 70 млн долларов на развитие фермерских хозяйств.

Масштабные проекты, реализуемые в первую очередь на китайские кредиты, не привели к росту местных производств, которые могли бы обеспечивать строительство поставками стройматериалов, и не повлияли значительно на занятость населения. Проекты, выполняемые на кредиты Exim Bank, имели условием 70%-ную долю найма местных работников (правда, только на самые низкие позиции, где практически не требуется квалификация). Однако зачастую лишь 30% наемных работников имели ангольское гражданство.

Доктор политических наук Люси Коркин, проинтервьюировавшая несколько высокопоставленных чиновников и крупных бизнесменов Анголы, рисует следующую картину. Частные китайские компании работают в связке с китайскими госкорпорациями — реципиентами основных инвестиций — и, предоставляя им необходимые услуги, получают таким образом свою долю инвестиционных денег.

Интервьюируемые также описывали сценарий, при котором государственное финансирование сначала привлекало частных китайских подрядчиков (чаще всего связанных с государством), а уже затем малый бизнес и предприниматели из Китая приходили на рынок и предлагали свои услуги подрядчикам. Все это гарантирует быстрое выстраивание цепочки создания стоимости, однако местных участников в этой цепочке практически нет.

Зачастую китайские компании вытесняли местных производителей. Так, ангольские кирпичные мануфактуры были быстро вытеснены китайскими машинами по производству строительных кирпичей. В итоге местные производители оказывались нужны лишь в случае дефицита. При этом проблема распространилась и на продукты питания. Одна китайская компания гордо сообщила о продовольственной независимости китайских работников, самостоятельно выращивающих в Анголе овощи. Как оказалось, часть этой огородной продукции поставлялась в Луанду и теснила местных производителей[12].

Таким образом, вместе с китайскими кредитами происходил импорт сектора строительства и сопутствующих ему сфер обслуживания. Статистические данные об импорте косвенно подтверждают это наблюдение. В 2002 году главными импортерами были ЮАР (17%), Португалия (19%) и США (13%). Китайские товары занимали лишь скромные 2% в общем объеме импорта. Однако уже в 2005 году доля Китая удваивается, и к 2014 году Китай становится лидером с 23% (следом идут Португалия и Южная Корея с 16 и 6,9% соответственно). При этом структура поставок из Китая весьма дифференцирована: машины и электрооборудование — 22%, транспорт — 13%, металлические конструкции — 13%, мебель — 14%, пластмассовые и резиновые изделия — 5–6%, бумажная продукция — 2,5%.

Роль нефтегазового экспорта в обеспечении положительного счета текущих операций и закупки импортной продукции особенно заметна в периоды падения цен. В это время возникал резкий рост отрицательного баланса текущих операций: в 2009 году он оказался равен 7,5 млрд долларов (против такого же положительного значения годом ранее), в 2014 году — 3,7 млрд (против исторического рекорда в плюс 13,9 млрд долларов двумя годами ранее).

Соответственно, правительство — крупный импортер продуктов питания и топлива — начало предпринимать шаги по стабилизации бюджета. В 2014 году было инициировано резкое сокращение запланированных ранее государственных расходов и отложены выплаты по внутреннему долгу. Притом что в среднем государственный долг держался на уровне 35% в период с 2010 по 2013 год, в 2015-м он достиг отметки в 60%. Внешний долг также начал расти из-за удешевления валюты. На этом фоне достаточно красноречиво выглядят перестановки в правительстве и крупнейших госкомпаниях. Президент считает необходимым ужесточить фискальную политику и предотвратить незаконный вывод средств. Под этим предлогом главой Sonangol Group, в которую входит, в частности, нефтяная компания Sonangol, была назначена его собственная дочь Изабелла.

В 2013 году был разработан план, который должен решить проблему нефтяной зависимости. Согласно изложенному плану правительство собирается реализовать широкий набор мер: увеличить физический капитал; снизить бюрократическое давление на бизнес; облегчить доступ к кредитованию; создать так называемые промышленные кластеры в основных сферах: сельское хозяйство и продукты питания, добыча ресурсов, водоснабжение и энергетика, переработка углеводородов, строительство жилья, сфера услуг.

Описанные выше тактические задачи, призванные решить большую стратегическую проблему диверсификации, решаются правительством при помощи уже известных в 2000-х годах методов. Значительную их часть составляют все те же фискальные стимулы: в 2014 году Комиссия реальной экономики, состоящая из представителей экономических ведомств, заявила о необходимости конкретных инвестиционных проектов в сфере инфраструктуры и промышленности (профинансированных на бюджетные средства). Другими словами, пока ничего кардинально нового эта программа не предлагает.

Осенью 2016 года министр экономики Анголы посетил Китай с предложением о сотрудничестве в реализации планов диверсификации. Это создает эффект дежавю: 13 лет назад ангольское правительство делало примерно то же самое для разгона экономики (инвестпроекты и китайское партнерство), хотя разгонялась экономика по другим причинам. Также очевидно, что вероятность успешной реализации плана снижается при столь высоком уровне коррупции. Transparency International, составляющая ежегодно индекс восприятия коррупции, ставит Анголу на 163-е место (из 167). Хуже только Судан, Сомали, Афганистан и Северная Корея.

Однако присутствуют и позитивные тенденции. Например, суверенный фонд благосостояния Fundo Soberano de Angola, формирующийся из выручки с нефтяного экспорта, принял так называемые принципы Сантьяго (правила прозрачности суверенных фондов) и весьма последовательно следует им[13]. Более того, официальным аудитором фонда стала международная компания Deloitte. Но если обратить внимание на тех, кто стоит во главе организации, вопросы о ее эффективности вновь возникают. Возглавляют фонд старший сын президента и бизнесмен из его же близкого круга, и в совокупности с должностью дочери Изабеллы это предоставляет семье президента беспрецедентный контроль над финансами Анголы. Будет ли он использован на благо или во вред ангольской экономике? Это остается вопросом. Но пока 14 лет развития при душ Сантуше сложно назвать успешными.

Национальные институты развития (Angolan Development Bank, National Development Fund, а иногда и Sonangol) в течение 2000-х ежегодно инвестировали сотни миллионов долларов в промышленные и сельскохозяйственные проекты. Однако есть серьезные сомнения в эффективности этих инвестиций: зарегулированный, по большей части государственный сектор сельского хозяйства как губка впитывал правительственные вложения при незначительной отдаче. В этом плане многообещающе выглядела приватизация 33 крупных кофейных производителей страны. Но этого явно мало, учитывая, что государство держит контрольные пакеты более чем в двухстах крупнейших компаниях в сферах энергетики, водоснабжения и транспорта.

Региональные амбиции и авторитарные тенденции

Ангола претендует на статус региональной державы, а потому в последние годы все больше инвестирует нефтяные доходы в ВПК. Внутриполитическая ситуация чревата обострением на фоне падающих доходов правительства и уменьшения распределяемой ренты. Ангольский режим, как и ранее, прибегает к насилию для подавления оппозиционных сил.

Президент душ Сантуш не раз настаивал на том, что Ангола является региональной державой, соперничающей с Нигерией и ЮАР за влияние в Африке южнее Сахары. Увеличение военных расходов — даже несмотря на ожидаемое падение цен на нефть — говорит о серьезности намерений руководства Анголы. В 2000-е годы при растущих ценах на нефть военные расходы поддерживались в среднем на уровне 4% ВВП и ежегодно увеличивались в среднем на 285 млн долларов вплоть до 2012 года (хоть и с большим разбросом по годам).

В 2013 году военный бюджет получил почти на 2 млрд долларов больше, чем в предыдущем. Тогда же Ангола закупила у России военную авиацию и другое вооружение на общую сумму 1 млрд долларов. В 2014-м, уже на фоне падающих цен на нефть, был достигнут пик военных расходов в 6,8 млрд долларов (больше военного бюджета ЮАР). Все это повышает вероятность участия Анголы в региональных конфликтах — стоит вспомнить, что правительство Анголы решило вступить во Вторую конголезскую войну, еще не окончив гражданскую.

Несмотря на ощутимое снижение оборонного бюджета в последние два года (цены на нефть взяли свое), расходы на оборону все еще больше суммарных расходов на здравоохранение и образование. Тот самый рост экономики в 2000-х, достигавший двузначных величин, едва ли можно назвать инклюзивным, и это уже представляет для правительства повод для беспокойства.

Так, несмотря на то что нефтяной бум привел страну на пятую строчку среди самых богатых стран Африки по размеру ВВП (данные за 2015 год), страна является одним из мировых лидеров по уровню детской смертности — больше, чем в Сомали и Сьерра-Леоне. При этом правительство Анголы отнюдь не выглядит в глазах населения бедным. Луанда покрывается строительными площадками, на которых растут новые бизнес-центры и правительственные здания.

Существуют различные социальные программы, через которые распределяется в качестве помощи часть ренты. Но в действительности никто точно не знает, сколько получает и тратит ангольское правительство. Тогда же, когда государство тратит деньги, зачастую неизвестно, сколько их доходит до адресата или попросту кто этот адресат. По оценкам МВФ, в период между 2007 и 2010 годом государственная нефтяная корпорация Sonangol потратила около 18,2 млрд долларов на неизвестные цели. Это, естественно, вызывает вопросы о коррупции в высших эшелонах власти.

Жители Анголы не раз высказывали недовольство происходящим, требуя увеличения прозрачности и подотчетности. Сам президент душ Сантуш так ни разу и не участвовал в выборах, хотя формально они были прописаны в законодательстве. Несколько лет назад контролируемый им парламент отменил необходимость прямых выборов главы государства — теперь им автоматически становится лидер партии, победившей на парламентских выборах.

Ангольский режим опасается общественного недовольства и по этой причине распределяет часть ренты в виде социальных программ. Крупным реципиентом являются военные ветераны: в 2012 году, когда были задержаны выплаты пособия, они переходили на сторону недовольных и участвовали в антиправительственных демонстрациях.

Правительство Анголы активно прибегало к репрессивному аппарату в предвыборный период и не только. В дома к лидерам оппозиции наведывались правоохранительные органы. Во время одной из демонстраций в Луанде, в которой участвовали около 40 молодых людей, вооруженная полиция атаковала группу протестующих.

Стабильно низкий уровень жизни большинства и продовольственная необеспеченность страны, растущее недовольство населения и использование репрессивного аппарата, проблемы с наполнением бюджета и рост внешнего долга, неразвитый промышленный сектор и острая необходимость реформ — все это результаты ресурсного развития Анголы.

[1] World Bank.

[2] De Oliveira R. S. Business Success, Angola-style: Postcolonial Politics and the Rise and Rise of Sonangol. — The Journal of Modern African Studies. — Vol. 45. № 4. 2007. — P. 595–619.

[3] Angola: A Country Study / Ed. T. Collelo. — Washington: GPO for the Library of Congress, 1991.

[4] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry, 1975–1999 // Arming the South. — Basingstoke: Palgrave Macmillan UK, 2002. — P. 251–274.

[5] De Oliveira R. S. Business success, Angola-style…

[6] Angola: A Country Study.

[7] См. в приложении график «Структура ВВП и нефтяная рента. Источник: World Bank».

[8] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry…

[9] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry…

[10] Ferreira M. E. Development and the Peace Dividend Insecurity Paradox in Angola. — The European Journal of Development Research. —Vol. 17. № 3. 2005. — P. 509–524.

[11] Alves A. C. The Oil Factor in Sino-Angolan Relations at the Start of the 21st Century. — Braamfontein: South African Institute of International Affairs, 2010.

[12] Corkin L. Chinese Construction Companies in Angola: a Local Linkages Perspective. — Resources Policy. — Vol. 37. № 4. 2012. — P. 475–483.

[13] В 2014 году Fundo Soberano de Angola получил 8 из 10 баллов по индексу транспарентности Линабурга — Мадуэлла.

Ангола. Китай > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > carnegie.ru, 3 марта 2017 > № 2104336 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 3 марта 2017 > № 2094544 Татьяна Голикова

Встреча с Председателем Счётной палаты Татьяной Голиковой.

Владимир Путин провёл встречу с Председателем Счётной палаты Татьяной Голиковой. Глава Счётной палаты информировала Президента об итогах работы в 2016 году, в частности о выявленных нарушениях при осуществлении госзакупок, использовании государственной собственности и начислении соответствующих налоговых и неналоговых платежей, а также планах на текущий год.

Т.Голикова: Уважаемый Владимир Владимирович! Мы сейчас подводим итоги нашей деятельности за 2016 год. Но, мне кажется, принципиально важно, что мы начали новый финансовый год. И информируя Вас о тех результатах, которые мы получили за 2016 год, хотелось бы надеяться, что ошибки, которые допущены, не будут повторяться или хотя бы будут меньше повторяться в 2017 году.

За 2016 год мы в рамках своей компетенции провели 320 контрольных и экспертно-аналитических мероприятий, которыми было охвачено 2165 объектов контрольной деятельности. При этом ещё порядка 20 мероприятий мы проводим в рамках оперативного контроля за исполнением федерального бюджета, бюджетов государственных внебюджетных фондов и бюджетов регионов, где идёт финансовая помощь из федерального бюджета.

По предварительным данным, мы выявили 3825 нарушений различного законодательства, что сопоставимо с уровнем 2015 года, то есть роста нет, есть даже небольшое снижение. Структура или классификация этих нарушений выглядит таким образом – здесь есть определённые, как мне кажется, существенные вещи, на которые нужно обратить внимание: 899 нарушений – это нарушения в сфере государственных закупок и превышение объёмов бюджетных ассигнований, на которые заключаются контракты.

Абсолютно все нарушения в сфере государственных закупок носят традиционный характер: это нарушения при исполнении, поставка не тех услуг или не тех работ, или не того оборудования, которое было прописано в контракте, продление сроков контрактов, иногда без особого обоснования.

Наверное, способом решения этой проблемы могло бы стать создание такой интегрированной системы: бюджет – реестр государственных закупок – казначейское сопровождение всего этого процесса, потому что это очень важно сегодня.

В руках и Министерства финансов, и казначейства сосредоточены достаточно большие, широкие полномочия. Главное – выстроить эту интегрированную информационную систему. В этом направлении мы с коллегами работаем.

Вторая группа нарушений – это нарушения в сфере использования государственной собственности и начисления соответствующих налоговых и неналоговых платежей. Например, у нас было контрольное мероприятие, речь шла о временном ввозе автотранспортных средств на территорию Российской Федерации.

В.Путин: Это как госзакупка?

Т.Голикова: Нет, не как госзакупка, а как начисление доходов – временный ввоз. В рамках проведения контрольного мероприятия мы выявили, что автотранспортные средства своевременно не были вывезены с территории Российской Федерации, довольно большой объём.

В.Путин: Задержались?

Т.Голикова: Да, 22 600 единиц. Из-за того что это не было отражено в отчётности…

В.Путин: Государство недополучило деньги.

Т.Голикова: Да, налоги не были доначислены.

Что касается государственной собственности, то здесь предстоит, мне кажется, достаточно большая работа, потому что есть по-крупному два типа нарушений.

Первый тип нарушений – это инвестиционные контракты. Привлекательным [здесь] является земля, которая находится под соответствующими учреждениями, и она, как правило, и является предметом инвестиционного контракта.

Мы проверили 46 инвестиционных контрактов – к сожалению, 86 нарушений. Только по 13 контрактам расчётный ущерб – от 7,5 до 13 миллиардов рублей. Он [ущерб] расчётный, но условия контрактов, как правило, инвесторами не выполняются. Жильё строится, квартиры предоставляются, но условия государственных контрактов не исполняются.

В.Путин: Цены и объёмы не соответствуют рыночным условиям.

Т.Голикова: Конечно. И если говорить об инвентаризации объектов казны, то, к сожалению, у нас сегодня существуют достаточно серьёзные расхождения: на учёте в казне стоят 76 тысяч объектов, которые курирует Росимущество; в Росреестре – в три раза больше. А следствием неинвентаризации казны является опять же недоплата налогов. До тех пор, пока здесь не будет наведён порядок, естественно, мы не получим искомого результата.

Ещё одна тема, на которую хотела бы обратить внимание, смотрится вроде технически, – недостоверность отражения фактов хозяйственной жизни в бюджетной отчётности. Это тоже приводит к неуплате налогов: введённые объекты, приобретённое оборудование несвоевременно поставлено, и, соответственно, на них не начисляются налоги, потому что этого нет в отчётности. А если говорить административно, то получается, что бюджетная отчётность в последующем является предметом утверждения на законодательном уровне.

По проверке исполнения бюджета за 2015 год – за 2016–й ещё не было – мы выявили 14 фактов недостоверной бюджетной отчётности. Вместе с Минфином и казначейством очень плотно на эту тему работали, многое удалось устранить, но самое главное, что это в основном не на уровне главных распорядителей, это второй, третий уровень. Во многом нарушения, которые мы видим, связаны, к сожалению, с непрофессионализмом тех, кто осуществляет те или иные государственные функции.

И, наконец, последнее из крупного – это нарушения при исполнении федеральной адресной инвестиционной программы. К сожалению, здесь имеют место [случаи], когда средства бюджета перечисляются без наличия проектно-сметной документации, без отвода земельных участков. Деньги, по сути, уходят из казны и дальше используются уже либо по известной схеме – путём размещения на депозитных счетах, или бывают случаи, когда в принципе они используются на другие цели.

Мы достаточно плотно работаем с Правительством, парламентом, правоохранительными органами. С Правительством работаем в основном по тем моментам, которые связаны с выявляемыми нами пробелами в действующем законодательстве, с тем чтобы эти пробелы устранялись. За три года, которые я работаю на этой должности, кое-что удалось сделать и продвинуться именно по реализации этих изменений в законодательстве и нормативной базе.

Правоохранителям, естественно, передаём материалы в случае, если видим факты, которые являются предметом уголовного преследования, и там уже осуществляются соответствующие проверки.

Что касается 2017 года, то мы традиционно сосредотачиваемся на исполнении Ваших поручений, поручений парламента и [осуществляем] предварительный, текущий и последующий контроль за исполнением всех бюджетов бюджетной системы.

Наверное, из нового, что появляется у нас в 2017 году, – это мониторинг и контроль при необходимости реализации приоритетных национальных проектов, контроль за соблюдением показателей, которые там заявлены, и информирование Совета по приоритетным проектам, который Вы возглавляете.

В.Путин: Татьяна Алексеевна, попрошу Вас обобщить то, что Вы сейчас рассказали, что есть у Вас в документах и что сейчас не было сказано, с предложениями о том, что нужно сделать, по каким направлениям, совместно с кем, для того чтобы закрыть эти вопросы.

Т.Голикова: Хорошо, мы сделаем это обязательно.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 3 марта 2017 > № 2094544 Татьяна Голикова


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > gazeta.ru, 3 марта 2017 > № 2094190 Анатолий Аксаков

«Государство не нуждается в деньгах населения»

Депутат Анатолий Аксаков об ОФЗ для населения и православном банке

Екатерина Копалкина

Бюджету не нужны деньги россиян, которые те, по задумке Минфина, должны направить на скупку облигаций федерального займа (ОФЗ), считает глава комитета Госдумы по финансовым рынкам Анатолий Аксаков. Как связаны карты «Мир» с продуктовыми карточками, а также как именно РПЦ должна регулировать «банк для бедных», он рассказал в интервью «Газете.Ru».

— Министр финансов России Антон Силуанов рассказал на Сочинском инвестфоруме, что в апреле ведомство запустит облигации федерального займа для населения. Что вы думаете по поводу этой идеи, перестанут ли наши граждане держать деньги под подушкой?

— Я считаю, что это неактуально. Знаете, почему? Бюджет сформирован исходя из цены $40 за баррель. Сейчас же цена на нефть — $55 и выше. Соответственно, поступления в бюджетную систему вполне приличные. Они позволяют выполнить все свои обязательства и даже покрыть дефицит бюджета.

Поэтому сейчас привлекать средства населения — это значит отвлекать эти средства от других инструментов, в которых мы заинтересованы.

К примеру, мы пытаемся стимулировать приобретение облигаций коммерческих организаций. Мы приняли в первом чтении закон (а в марте, я уверен, мы его окончательно доработаем и примем), связанный с налогообложением купонного дохода физических лиц, которые приобрели облигации. Также в первом чтении был принят законопроект, касающийся увеличения первого взноса в индивидуальные инвестиционные счета (ИИС), с 400 тыс. до 1 млн руб. Это должно стимулировать активность населения на рынке ценных бумаг, а ОФЗ, получается, будет конкурировать с этими инструментами.

Фактически частный сектор, выпуская свои облигации, будет конкурировать за деньги населения с государством, которое не нуждается в деньгах этого населения.

ОФЗ — сам по себе инструмент нормальный, но необходимости в нем сегодня для государства не существует.

— К слову про инвестчета. Одно из преимуществ ИИС была возможность компенсировать налоговый вычет. Теперь же повышается размер взноса, но сумма для вычета остается. Вам не кажется, что вы подсовываете людям обманку?

— Мы хотим увеличить размер инвестирования в первый год до 1 млн руб., тем самым повысив интерес к этому инструменту тех, кто хотел бы играть вдолгую и получить больше, чем 52 тыс. руб., которые он получает сейчас в виде налогового вычета.

Изначальный вариант законопроекта, который я готовил, предусматривал увеличение суммы для налогового вычета тоже, но Минфин уперся. Я надеюсь, что ко второму чтению мы сможем убедить их либо дать возможность увеличить ежегодный взнос до одного миллиона на все три года, в течение которых нельзя использовать вот эту льготу по налогу, либо договориться об увеличении суммы для налогового вычета до миллиона рублей.

— На Гайдаровском форуме было решено принять в весеннюю сессию новое бюджетное правило. Как продвигается процесс?

— Мы ждем от Минфина поступления документа. В Госдуме тема уже не раз обсуждалась с Силуановым, Орешкиным, Набиуллиной. Мы считаем, что надо быстрее, конечно, прислать его в Госдуму, потому что цена на нефть оказалась выше запланированной и, очевидно, вопрос об использовании нового бюджетного правила актуализируется быстрее, чем обозначил Силуанов. Это раз.

Во-вторых, мы услышали от Медведева интересную идею, которую я бы развил. Она связана с использованием международных резервов для предоставления кредитов на покупку российских товаров. То есть для стимулирования российского экспорта. Но я бы к ней добавил другую идею: предоставление кредитов, относительно льготных, но по низкой ставке, которую за рубежом сейчас наши конкуренты могут получать, в валюте.

Эта идея уже давно предложена, причем она не инфляционная. Потому что деньги не тратятся в России, не превращаются в рубли, эта валюта, она тратится там же, за рубежом.

За счет использования этих резервов мы могли бы дать возможность нашим предприятиям получать дешевые валютные кредиты на решение своих вопросов, на экспорт российских товаров, стимулирование экспорта и на закупку современных технологий.

— На прошлой неделе в вашем комитете прошло обсуждение карты «Мир». К чему на сегодня удалось прийти?

— В первую очередь мы договорились о плавности перехода. Для пенсионеров — точно до 2020 года, по бюджетникам мы договорились пока до 1 июля 2018 года. В принципе, это реальная дата. Мы не хотим, чтобы возник так называемый горб, когда одновременная выдача карт в массовом порядке создает напряжение для кредитной организации. И это будет через каждые три года повторяться, если карточки трехлетние.

Мы будем изучать эту проблему. Также в планах — внимательно изучить тарифную политику.

Мы хотим посмотреть все тарифы, какие сейчас предлагаются населению. По информации, которую мы получили из ЦБ, тарифы на обслуживание карты «Мир», на 20–70% ниже, чем сейчас предлагают международные платежные системы. И это в нас вселяет оптимизм.

Кроме того, есть практика, когда пенсионеры не платят за обслуживание карт. Мы понимаем, что для этой категории людей ситуация не должна измениться.

— Для кого переход на карты «Мир» станет обязательным?

— Это все бюджетники, пользующиеся картами, пенсионеры, силовики, муниципальные работники в том числе.

В проекте закона еще было зафиксировано, что и разовые выплаты должны поступать на счета, привязанные к карте «Мир». Но в ходе обсуждения и с банкирами, и с экспертами мы отказались от этой идеи, чтобы не создавать людям проблемы на пустом месте.

— Как вы относитесь к идее ухода от наличных платежей?

— Концептуально я ее поддерживаю. Потому что она, во-первых, уменьшает затраты государства на производство наличных, на их утилизацию и транспортировку, это миллиардные затраты. Также это увеличение ресурсной базы кредитных организаций. Потому что деньги будут у них на счетах, соответственно, они смогут больше кредитовать население, предприятия. То есть емкость ликвидности банковского сектора увеличится. Это, я считаю, удобно населению и даже выгодно.

Но при этом я противник насильного перехода. Я думаю, можно было бы начать с крупных покупок, и то очень аккуратно. Нужно создавать инфраструктуру, разрабатывать тарифы. Потому что многие не хотят, например, платить картой за дорогой автомобиль из-за высокого эквайринга.

— Минфин еще в 2012 году говорил об ограничении расчетов наличными между людьми и компаниями, сначала установив лимит в 600 тыс. руб., потом — в 300 тыс. руб. Но к чему-то прийти так и не удалось.

— Я думаю, что это иногда специально вбрасывается, чтобы посудачили на эту тему. Но в Минфине самом нет понимания. Законопроект, который там готовили, был раскритикован и не дошел даже до правительства. Поэтому я не очень верю, что в ближайшее время этот законопроект попадет в Госдуму.

В рамках той же карты «Мир» разрабатывается программа лояльности, при которой люди будут дешевле покупать товары. Достигнуто это будет за счет заключения соглашений НСПК с федеральными сетями, которые будут зачислять бонусные баллы.

— Похожая идея — о возвращении продуктовых карточек — выдвигалась в Минпромторге.

— Да, эта идея была предложена раньше, чем появилась карта «Мир», и она отрабатывается параллельно.

Но сам Бог велел, поскольку покупки этих товаров должны финансироваться из бюджета, запускать этот проект через использование карты «Мир».

— В конце января вы поддержали идею создания банка для бедных и предложили координировать ее РПЦ. Как вы это себе представляете?

— Идею предложил патриарх, и, в принципе, она очень такая человеколюбивая, я бы так сказал. Она направлена на поддержку небогатых слоев населения, что вызывает по крайней мере сочувствие. Это первое. Во-вторых, все-таки есть практика, когда доктор Юнус реализовал эту идею в Бангладеш.

Я считаю, что если у нас есть инициатор этой идеи, благородный инициатор, который в принципе призван помогать, в том числе и неимущим, то почему бы ее не запустить. Конечно, важно, чтобы в этом проекте был задействован авторитет церкви. Но не только как учредителя проекта, а именно как участника.

— На ум тут же приходит история с банком «Пересвет».

— Согласен, это печальный опыт. Вроде бы банк был связан с РПЦ, но только тем, что в нем хранились деньги Церкви. В реальности он не был православным банком: по своей идеологии, канонам и прежде всего — по честности ведения бизнеса. Это был обычный коммерческий банк, который оперировал деньгами не только православной церкви, но и многих других уважаемых людей и организаций.

А здесь, как я понимаю, совсем другой принцип работы. Банк, где не только оперируют средствами или пожертвованиями церкви, а где во всем присутствует христианская идеология. Здесь можно было бы провести аналогию с исламским банкингом, где следуют заповедям Корана и не отступают от них.

Ну и я полагаю, что он мог бы существовать на принципах краудфандинга. Была же касса взаимопомощи, когда люди скидывались и по очереди выдавали деньги нуждающимся. Здесь что-то похожее, но все-таки на принципах окупаемости и платности.

— А кто у нас должен платить за этот банк? Если в Бангладеше был независимый бизнесмен…

— У нас тоже могут быть и независимые бизнесмены, если они придерживаются православной идеологии.

— А государство должно участвовать в банке?

— Я считаю, нет. Это дело частных физических лиц и частного бизнеса. Ну и церкви.

— Должна ли сама церковь заниматься финрегулированием?

— Я считаю, что церковь не должна регулировать этот процесс. Церковь должна входить в совет директоров, следить за тем, как ведутся бизнес-процессы, определять стратегию на заседаниях совета. Ну и следить, как выполняется эта стратегия.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > gazeta.ru, 3 марта 2017 > № 2094190 Анатолий Аксаков


Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 2 марта 2017 > № 2100620 Улан Кыдыралиев

Кыргызстан должен завершить (совершить) индустриализацию (урбанизацию)

Улан Кыдыралиев, экономист

Мы живем в бедной стране. Может быть страна у нас и не бедная, но живем мы бедно. Так называемое фактическое конечное потребление по итогам 2015 года в Кыргызстане составило всего 75 тыс. сомов на душу населения или 6250 сомов в месяц. В условиях, когда черта бедности (минимальная потребительская корзина) у нас в стране сейчас проходит на уровне 4800 сомов в месяц, приведенные цифры среднего потребления означают, что, за небольшим исключением богатой верхушки, бОльшая часть населения живет на грани бедности, а значительная - в бедности и нищете. Поэтому для улучшения положения у нас бесполезно, по аналогии с богатыми странами, придумывать отдельные программы по преодолению бедности (получается простое перетягивание одеяла), а нужно развивать страну семимильными шагами, делать «большой рывок», «кыргызское чудо», увеличивать ВВП не на проценты (мы не США или Япония, и даже не Россия, чтобы радоваться 2 или 3 процентам роста), а на десятки процентов, чтобы почувствовать какие-то положительные изменения.

Осуществимость увеличения ВВП на десятки процентов можно продемонстрировать на одном только следующем примере. В развитых странах в сельском хозяйстве трудится всего 1,5-2% трудоспособного населения. Если в Кыргызстане создать условия, чтобы в сельском хозяйстве остались 15-20% (с учетом 10-кратно низкой производительности труда) вместо нынешних 60, то можно высвободить более 1 млн трудоспособных человек, которые при обеспечении их работой могли бы удвоить наш ВВП. На сегодняшний день этот 1 млн человек официально занят в сельском хозяйстве: имеет свой крошечный земельный надел, кое-какой скот, хотя на самом деле эти люди фактически являются скрытыми безработными, которые непосредственно работают в своих хозяйствах всего 2-3 месяца в году. (К скрытым безработным смело можно относить тех, кто занят менее половины нормативного рабочего времени.)

То, что сельские жители составляют более 60 (официально 66) процентов населения Кыргызстана исторически можно объяснить недоиндустриализацией республики в советскую эпоху. Урбанизация, как следствие индустриализации, в 70-е годы прошлого века остановилась именно на этой черте и это, наверное, было связано с общесоюзными проблемами, в общем именуемыми сейчас как застой. Преобладание сельского населения в условиях, когда доходы колхозников и работников совхозов были ниже в несколько раз оплаты труда рабочих-горожан, приводило к тому, что уже тогда около 60% населения республики жили ниже черты бедности (АКИpress, №8 2004).

С тех пор соотношение городского и сельского населения страны почти не изменилось, просто на место промышленных рабочих пришли работники других отраслей, в основном торговли и сферы обслуживания. И также остается невыполнимой задача роста благосостояния наших сограждан: каким образом сельское хозяйство, которое может обеспечить работой максимум 15-20% трудоспособных, сможет обеспечить нормальный уровень доходов для 60-процентного сельского населения?

Где можно найти работу для 1 миллиона лишних рабочих рук из села:

1. Трудовая эмиграция. Вряд ли у нас еще остался потенциал — кто хотел и мог - уже уехал.

2. Создание рабочих мест там же, в селах. Это решение имеет весьма ограниченный потенциал из-за закономерностей движения инвестиций: в села, небольшие поселки идут небольшие инвестиции, большие деньги идут в большие дорогие проекты в крупных городах. Такие проекты как строительство ГЭС, освоение рудников и т.п., которые, казалось бы, осуществляются в сельской местности не имеют никакого отношения к развитию села.

3. За счет укрупнения городов.

Многие жители, например, Бишкека воскликнут: куда же более укрупняться? Уже сейчас в городе невозможно проехать, большие проблемы с экологией и коммунальным хозяйством. В городской казне вечная нехватка средств, и это в условиях, когда Бишкек является наиболее привлекательной для инвестиций административно-территориальной единицей в стране. Город окружен кольцом ущербных новостроек. О чистом и благоустроенном прошлом можно только вспоминать. И все это произошло только при росте с 500 тысяч жителей до 1 миллиона, а что будет, если горожан станет 2 миллиона?

Дело в том, что рост Бишкека на протяжении последних 20 лет не был привязан или обусловлен соответствующими планами, не сопровождался соразмерными инвестициями в городское хозяйство и инфраструктуру. В итоге не 500 тыс. сельчан стали горожанами, а как будто перенесли свои села на территорию Бишкека, сам город стал большим селом.

Как живут крупные города и горожане в других странах мира (не обязательно в развитых странах)? Также теснятся в маршрутках, стоят в пробках, шагают по грязи, смотрят на горы мусора? Или у них исправно работает общественный транспорт, городские службы, решаются проблемы экологии, а дети играют на лужайках? 1 миллион горожан или 2 - не имеет значения, если вопросы градостроительства компетентно решаются на государственном уровне. Например, для развития административного центра СУАР города Урумчи в Китае планируется инвестировать 35 млрд (!) долларов США, как говорится в заметке, на реализацию ряда важных проектов в ведущих отраслях, в сфере инфраструктурного и социального строительства (Шелковый путь, №66, 22.02.17). Мне кажется, что и в Бишкеке, и в Оше при определенном старании можно изыскать «ряд важных проектов» и средства для их осуществления.

Если при таком подходе мы увеличим население Бишкека до 2 млн человек, Оша — до 1 млн, то с остальными малыми городами долю городского населения Кыргызстана можно довести до 70%. И тогда уже можно говорить о совсем ином, современном качестве нашей экономики, об открытии перспектив для многократного увеличения ВВП, решения проблемы бедности, придания нашим городам комфорта и притягательности, как среды обитания.

Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 2 марта 2017 > № 2100620 Улан Кыдыралиев


Иран > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 1 марта 2017 > № 2093422

МВФ высоко оценил способность Ирана к экономическому восстановлению

Международный валютный фонд (МВФ) высоко оценил способность Ирана добиваться того, что он описал как впечатляющее экономическое восстановление после устранения многолетних санкций против страны, сообщает Fars News.

В своем ежегодном отчете об экономической деятельности, МВФ признал, что инфляция в Иране снижается и находится, начиная с середины 2016 года в диапазоне 9,5 процентов. МВФ отметил, что в июне 2016 года Ирану даже удалось снизить инфляцию до уровня 6,8% по сравнению с пиком, находившемся на уровне 45 % в июне 2013 года.

МВФ предсказал, что уровень инфляции будет временно увеличиваться до 11,9 % (в годовом исчислении) до апреля будущего года, подчеркнув, что инфляция вернется к однозначным цифрам в результате "разумной фискальной и денежно-кредитной политики".

МВФ заявил, что приветствует планы чиновников в Тегеране, направленные на снижение зависимости Ирана от нефти и на развитие частного сектора.

Тем не менее, Фонд предупредил, что Иран по-прежнему сталкивается с тем, что он охарактеризовал как "значительные проблемы" в реализации его полного потенциала. МВФ подчеркнул, что Ирану необходимо усиленно реформировать финансовый сектор, чтобы поддержать свою экономическую стабильность.

Фонд также подчеркнул, что он ожидает экономический рост Ирана на стабильном уровне в размере 4,5 % в среднесрочной перспективе. МВФ добавил, что реальный рост в стране может достигнуть 6,6 % к концу текущего 1395 иранского календарного года ( к 21 марта 2017 г.).

Фонд добавил, что Иран начнет наблюдать увеличение объема прямых иностранных инвестиций (ПИИ) и, в частности, постепенное улучшение внутренних финансовых условий в течение следующих двух лет. Эти факторы, в свою очередь, позволят обеспечить более высокие темпы роста ненефтяного сектора.

Иран > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 1 марта 2017 > № 2093422


Россия. Весь мир. СФО > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 1 марта 2017 > № 2092098 Владимир Путин

Совещание о подготовке к универсиаде 2019 года.

Владимир Путин провёл совещание о ходе подготовки проведения XXIX Всемирной зимней универсиады 2019 года в Красноярске.

Перед началом совещания Президент ознакомился с картой строящихся объектов универсиады–2019, в частности с макетом нового аэровокзального комплекса, спортивного тренировочного центра, спортивно-зрелищного комплекса, центра горнолыжного спорта.

Глава государства посетил также спортивный комплекс «Академия биатлона» и встретился с победителями XXVIII Всемирной зимней универсиады 2017 года, прошедшей в Алма–Ате.

* * *

Стенографический отчёт о совещании о ходе подготовки проведения XXIX Всемирной зимней универсиады 2019 года в Красноярске.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами сегодня обсудим вопросы, связанные с подготовкой универсиады 2019 года, которая состоится здесь, в Красноярске. Для России она станет второй по счёту и первой зимней универсиадой. И конечно, значимым событием не только для спортивной жизни сибирского региона, но и всей страны.

Мы уже знаем, насколько мощным стимулом инфраструктурного, инвестиционного развития территорий является проведение спортивных соревнований такого уровня. В нашем активе – наследие Олимпиады в Сочи, универсиады в Казани, которые, безусловно, преобразили эти города, позволили масштабно обновить не только спортивную, но и транспортную, туристическую, культурную, социальную городскую инфраструктуру.

И что немаловажно, все вложенные государством средства, всё, что было сделано, приносит отдачу. Много было сомнений по поводу того, как мы будем использовать, скажем, то, что создали в Сочи, меньше – в Казани, но всё активно работает так, как, может быть, не работает в других мировых центрах по проведению подобных мероприятий.

Всё загружено, всё функционирует. И транспорт работает исправно, вся транспортная инфраструктура, связь, водоснабжение, водоотведение, очистные сооружения, электроснабжение – всё функционирует, всё сегодня работает на благо людей. Надеюсь, [будет работать] и завтра, и послезавтра.

Заслуживает нового облика, новых ресурсов развития, конечно, и Красноярск – самый восточный город-миллионник нашей страны и крупнейший экономический центр Сибири. Право стать большой спортивной ареной он уже доказал успешным проведением крупных соревнований международного уровня.

И, откровенно говоря, мы сегодня уже бегло ещё раз посмотрели на то, что и где должно быть построено, – мне очень понравилось размещение объектов. Всё, что называется, практически в шаговой доступности, всё очень компактно, рядом с мегаполисом, действительно в нескольких километрах от самого центра. Людям будет очень удобно потом пользоваться всеми спортивными сооружениями. Ну и, разумеется, это будет мощным развитием Сибирского федерального университета.

Одно из крупных мероприятий – чемпионат мира по ориентированию на лыжах – начнётся в Красноярске уже через несколько дней, 5 марта. И конечно, общеизвестна огромная популярность зимних видов спорта здесь, в Сибири и в Красноярске, так же, как и хорошо известны громкие спортивные победы уроженцев края и Красноярска тоже. Эти победы действительно неоднократно прославляли Россию.

Не сомневаюсь, такая востребованность очень во многом поможет сформировать к универсиаде и достойный волонтёрский корпус. Тем более что в распоряжении организаторов обширный кадровый ресурс Сибирского федерального университета, который станет ключевой базой предстоящих соревнований, а по завершении игр примет в свой состав многие спортивные и социальные объекты универсиады.

Хочу подчеркнуть, что кроме обязательной, расписанной по объектам, у универсиады есть и дополнительная, но не менее важная программа. Жители Красноярска ждут не только современные спортивные объекты, но и новые дороги, больницы, жилые дома, используемые сначала для спортсменов, а затем и для граждан; новый аэропорт.

Они справедливо надеются – имею в виду жителей города, – что городская среда в целом станет более комфортной и безопасной. И, безусловно, ещё раз хочу подчеркнуть, как мы с вами говорили уже неоднократно в другой обстановке, такие ожидания не могут быть обманутыми, их нельзя обмануть.

Не менее важно выполнить и взятые нами обязательства перед мировым спортивным сообществом. Работу по подготовке универсиады мы ведём в самом тесном контакте, сотрудничестве с Международной федерацией студенческого спорта. Олег Васильевич Матыцин – наш соотечественник, он тоже даст свою оценку того, как идёт работа по подготовке к универсиаде.

Подчеркну, что процесс подготовки всемирных студенческих игр находится под самым пристальным вниманием государства и в целом обеспечен солидной федеральной поддержкой. Затраты федерального бюджета – ориентировочно это проектирование, строительство, реконструкция и капремонт объектов: спортивные объекты – это 14 с лишним миллиардов рублей, объекты транспортной инфраструктуры – 3,6 миллиарда рублей, медицинские объекты – 7 миллиардов рублей, объекты деревни – 6 миллиардов рублей.

На 2014–2016 годы предусматривалось 8,9 миллиарда, на 2017–2019–й – 22,2 миллиарда рублей. Всего же бюджет на универсиаду 2019 года составит 40,5 миллиарда рублей и будет включать не только строительство спортивных объектов и реконструкцию, но и организацию культурной программы, расходы на подготовку, как я уже говорил, волонтёров. Деньги это большие, и результат их вложения должен быть очевиден для всех.

До начала универсиады осталось два года. Это небольшой срок, особенно учитывая масштаб и многогранность стоящих перед нами задач. В этой связи нам необходимо понимать, как, в каком объёме и с каким качеством выполняются все намеченные в рамках этого проекта мероприятия и, что немаловажно, насколько своевременно реализуется этап за этапом этой работы.

В настоящее время – сейчас я буду говорить о грустном – есть вопросы к тому, как идёт эта работа. Отставание от двух до четырёх месяцев от графика зафиксировано по 12 из 34 объектов. Это и по спортивным сооружениям, и по медицинским, в частности нарушены сроки краевой клинической больницы, двух транспортных объектов, по некоторым спортивным сооружениям.

Давайте сегодня поговорим подробно о том, почему, чем это вызвано. Хотя, конечно, у меня это всё в документах есть, но я хотел бы услышать ваши оценки. Нужно это всё внимательно разобрать, посмотреть, что там у нас происходит и по тендерам, и по организации работы. Нужно ликвидировать эти отставания и, главное, не допускать их впредь.

Обращаю внимание, что, по предварительным прогнозам, в зимней универсиаде 2019 года примут участие порядка трёх тысяч спортивных делегатов из 50 стран мира. И мы должны сделать всё, чтобы спортивный праздник студенчества прошел на самом высоком уровне и ещё раз показал открытость и гостеприимство России, нашу готовность к созидательному партнёрству со всеми нашими друзьями.

И ещё одно, о чём хотел бы сказать, – это о чистоте спорта. Имею в виду антидопинговые программы. Сейчас мы только что с Виталием Георгиевичем [Смирновым] тоже говорили на этот счёт. Хочу его поблагодарить за ту работу, которая его комиссия проделывает по работе по этому направлению.

Мы с вами знаем и оценки, самые последние оценки чиновников ВАДА, и наших коллег из МОК по поводу того, что в комиссии Макларена то ли переводы были неточные, то ли доказательств недостаточно. И ещё раз хочу подчеркнуть, мы всегда об этом говорили: в России никогда не было, нет и, надеюсь, никогда не будет никакой государственной системы поддержки допинга, напротив, будет только борьба с допингом.

И конечно, это тоже вполне естественно: претензии по поводу того, что на каких–то пробах выявили какие–то царапины – мы не понимаем, что это за доказательства, потому что, когда мы эти пробы передавали, никаких претензий не было. Если бы были претензии к каким–то царапинам, то они должны были быть отмечены в соответствующих протоколах. Ничего этого не было. Значит, они где–то хранились, и мы не несём ответственности за это хранение.

Но, и сейчас я скажу самое главное, а самое главное заключается в том, что мы должны прислушаться, несмотря на эти промахи в работе этой независимой комиссии, прислушаться к тому, что она сделала, и к результатам её работы. Мы должны прислушаться к требованиям ВАДА, потому что надо признать, что у нас есть достоверные, выявленные случаи применения допинга. Это абсолютно неприемлемо.

И это значит, что имеющаяся и существовавшая до сих пор российская система контроля за неприменением допинга не сработала, и это наша вина, нужно об этом сказать прямо и это признать. Очень рассчитываю на то, что Следственный комитет доведёт соответствующее расследование до конца и выявит всех, кто виноват в ситуации, которая сложилась.

И как вы знаете, мы создаём новую систему борьбы с допингом, мы передаём эту систему из Министерства спорта, из Правительства, в независимую организацию, так, как это во многих странах мира сделано, на площадку Московского государственного университета, и не фигурально, а в прямом смысле этого слова. Мы разместим лабораторию именно на одной из площадок МГУ, поможем оснастить современной техникой, оборудованием и кадрами.

Надеюсь, что никаких жуликов, которые сами организуют допинговые программы, а потом бегут за границу, там не будет. Надеюсь, что с помощью и наших независимых специалистов, и с помощью привлекаемых иностранных специалистов будет налажена строгая, действенная, эффективная система борьбы с допингом.

Очень рассчитываю, что и комиссия Виталия Георгиевича Смирнова как общественная структура продолжит работу по надзору за деятельностью антидопинговых структур в России. И само собой разумеется, что в молодёжном, студенческом спорте мы должны сделать всё для того, чтобы в этой среде, молодёжной спортивной среде, ничего подобного никогда не было. Это молодые люди, которые только начинают свою спортивную карьеру.

Безусловно, ещё раз хочу подчеркнуть, мы всё будем делать для того, чтобы наладить позитивную, очень действенную и эффективную работу со всеми нашими партнёрами, включая ВАДА и Международный олимпийский комитет.

Давайте начнём работать. Слово Виталию Леонтьевичу Мутко.

В.Мутко: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Как Вы уже отметили, Владимир Владимирович, осталось ровно два года до открытия XXIX Всемирной зимней универсиады. Вы знаете, она откроется 2 марта, продлится 10 дней, будет разыграно 78 комплектов медалей в 11 видах спорта. Помните, что было восемь обязательных видов спорта, потом после консультаций с Вами, рекомендаций, мы включили ещё два выставочных, они включены в программу, – это хоккей с мячом прежде всего.

В Красноярск приедут более трёх тысяч спортсменов из 50 стран мира. Мы ожидаем порядка 170 тысяч зрителей на трибунах. Телевизионная аудитория, по последним подсчётам Алма–Аты, составила около миллиарда человек, это подтверждённый факт. Надеюсь, что так же будет и у нас.

В.Путин: Прилично.

В.Мутко: Очень прилично. Олег Васильевич, наверное, более подробно скажет об этих статистических данных, они уже подвели итоги.

Подготовка к универсиаде идёт в спокойном, плановом режиме. Правительством России в соответствии с Вашим указом 2014 года и всеми обязательствами, которые мы взяли перед FISU, приняты все организационные, правовые решения, создан организационный комитет, утверждена программа подготовки к Играм, сформированы соответствующие концепции и планы, которые нам необходимо реализовать, создана исполнительная дирекция – механизм запущен. Опирались мы на опыт, конечно, и собственной универсиады, и Олимпийских игр, опыт здесь богатый. В общем–то в организационном плане всё намечено и реализуется.

Конкретные результаты таковы, что нам в соответствии с нашим планом подготовки надо реализовать 42 мероприятия, 37 уже реализованы. План подготовки к универсиаде реализуется успешно. Утверждён ряд концепций и программ, прежде всего экологическая, транспортная, информационная, обучение волонтёров. Все эти программы запущены, работают, и каких–то сомнений здесь у нас нет. Завершена разработка культурной, маркетинговой программ, появились партнёры универсиады, символику мы уже утвердили, план коммуникаций – всё это запущено, и сейчас наша универсиада активно продвигается на всех форумах, выставках, «круглых столах», конференциях, спортивных событиях.

Вы знаете, что в Алма–Ате мэр города Красноярска получил флаг, и мы смогли представить там некую собственную презентацию всему спортивному миру. Поэтому все концепции реализуются, в ближайшее время, думаю, мы завершим оставшиеся работы – это уже полностью операционное планирование проведения игр, также две концепции телерадиовещания и метеорологическую, которую мы разрабатываем. Они тоже в высокой степени готовности.

Практическую большую помощь нам оказывает FISU, Олег Васильевич здесь присутствует. Мы уже приняли несколько контрольных операционных визитов наших коллег из FISU, тех делегатов, которые практически все трассы, объекты смотрели, все рекомендации мы имеем. В ближайшее время весь штаб FISU вместе с коллегами, которые проводили универсиаду в Алма–Ате, приедут сюда, и мы окончательно, в общем, все точки над «i», последние операционные планы скорректируем и утвердим. Поэтому я хотел, пользуясь случаем, также поблагодарить Олега Васильевича за такую поддержку.

Более того, мы договорились, что во время работы и проведения в Алма–Ате универсиады наши представители, наши специалисты исполнительной дирекции работали там, практически на всех функциональных направлениях трудились, получили опыт. Это была одна команда. Надеюсь, что так будет и здесь. Планка, надо признать, задана очень высокая нашими коллегами в Казахстане, и, естественно, уже есть ориентир, куда нам двигаться дальше.

Идёт подготовка спортивных мероприятий, конечно, это и спортивные объекты. Это сложная масштабная работа, в ней бывают сложности. Пока отставание – Вы отметили уже в своём вступительном слове – по пяти мероприятиям, в том числе это касается прежде всего концепции «Наследие». Мы договорились, что её во втором квартале будем утверждать. Мы просто не спешим только по одной причине, что очень серьёзное «Наследие» здесь создаётся, и, может быть, даже оно будет выходить за рамки студенческого спорта Красноярска, за рамки края.

Наверное, подразумевается создание ряда межрегиональных центров, федеральных центров, потому что близость с Кореей, с Азиатским регионом велика, создаются уникальные объекты. Мы о них Вам подробно сегодня ещё доложим и уже докладывали на макетах. Поэтому к «Наследию» мы относимся очень серьёзно. Практически каждый объект, который создаём, – материальный, нематериальный – мы стараемся прописать очень серьёзно в программе «Наследие». Во втором квартале мы на специальном оргкомитете утвердим, и уже будет понятно, как какой объект будет в дальнейшем эксплуатироваться.

Конечно, есть и проблемные вопросы, мы Вам в ходе поездки докладывали. Один из проблемных вопросов – обеспечение автотранспортом. Наши коллеги из Минтранса вместе с Правительством Красноярского края подсчитали: потребность в автотранспорте, прежде всего в автобусах, где–то 320 автобусов. Надо признать, что мы имеем определённый резерв. Мы с Минфином и оргкомитетом с учётом оптимизации смогли найти определённые резервы, где–то в районе 500 миллионов можем направить на приобретение. Считаем предложенный вариант аренды не совсем правильным. Думаю, что всё–таки сюда нужно приобретать транспорт.

Естественно, мы ещё раз посмотрим, может быть, за счёт увеличения доли софинансирования со стороны края нам всё–таки эту проблему решить. Это пока не до конца решённый вопрос, но мы надеемся, что сможем ещё поработать. Мы вчера посмотрели, транспорт изношен, естественно, городской транспорт. Тем более что «Наследие» остаётся социальным учреждениям, детским спортивным школам, городскому транспорту. Конечно, эту работу нам нужно будет сделать, решить эти вопросы.

Говоря о «Наследии», не могу не сказать о строительстве. Вы подробно уже сказали, огромный спортивный кластер создаётся, и не только. Мы вчера объехали практически все объекты, которые строятся: от аэропорта до больниц и студенческого кампуса. Надо сказать, что Правительство выделяет на это очень серьёзный ресурс – 31 миллиард рублей. Вы отметили некоторые задержки. Могу Вам сказать, что они были связаны с двумя причинами.

Это прежде всего прохождение через экспертизу проектно–сметной документации. Это всегда очень сложный процесс, невидимая большая работа. Дальше, конечно, требования безопасности. Многие требования, которые в последнее время применяются на крупных соревнованиях, может быть, где–то и чрезмерны, но в целом это периметры, это требования 485–го постановления Правительства. Нам пришлось немножко скорректировать проекты по ряду объектов. И где–то эти два–три месяца отставания как раз и привели к задержке по объектам.

Но могу Вас заверить, и Виктор Александрович, наверное, подтвердит, что никаких угроз здесь нет, все объекты будут сданы в срок. Это практически май, середина следующего года, мы все объекты хотим сдать. И конечно, уже провести здесь все тестовые спортивные события, которые нам необходимо решить.

Такие поручения и Правительству, и оргкомитету даны, в крае приняты дополнительные меры. Издан указ губернатора, постановление правительства, где чётко по каждому объекту установлены очень жёсткие сроки. Поэтому я не вижу здесь каких–то тревог. Мы в ежемесячный режим контроля все эти объекты поставили, видеоконтроль установили на каждом объекте. Сейчас опыт такой у нас есть по футболу. Поэтому каждый объект практически в онлайн–режиме контролируется. Каких–то тревог я здесь не вижу, мы с этим справимся.

В целом у нас налажено хорошее взаимодействие с правительством и руководителями края. Приходится очень сложные вопросы оперативно решать. И надеюсь, что мы сможем в полном объёме решить все вопросы. Как раз начиная этот проект, в связи с тем, что мы не смогли вовремя пройти экспертизу, 860 миллионов рублей не было освоено по прошлому году. С Министерством финансов мы сейчас все вопросы решили, эти ресурсы возвращены, и надеюсь, что уже в этом году мы все ресурсы и средства освоим, и никакой необходимости принимать специальные решения не будет. Надеюсь, что так и в дальнейшем будет.

Ещё, конечно, есть у нас один момент. Он связан с концепцией открытия и закрытия. Мы не до конца её сейчас утвердили, потому что нам пришлось принимать решение об изменении в целом подхода. Мы посмотрели последние церемонии открытия, закрытия. И Вашу установку мы понимаем, что сейчас на помпезные, большие церемонии открытия тратить колоссальные деньги смысла нет никакого, но должно быть достойно, солидно. Мы приняли решение, что это будет на новой, строящейся «Платинум-арене». Правительство и оргкомитет в ближайшие месяцы решат вопрос. У нас есть три концепции церемоний, мы утвердим, бюджет определён. Надеюсь, что мы эту тему в ближайший месяц снимем и закроем.

Хочу ещё раз в заключение сказать о том, что здесь – то, что Вы отметили, – через четыре дня начнётся первое тестовое соревнование «Академии биатлона». Стартует наш тестовый чемпионат мира по лыжному ориентированию – 150 участников, 22 страны. Конечно, это позволит нам очень серьёзно протестировать сейчас и студенческий кампус, они будут жить в общежитиях университета, соревноваться на «Академии биатлона». Логистику, транспорт – мы всё сейчас сможем оттестировать. Уверен, что такой подход нам позволит и впредь решать все задачи по подготовке, потому что у нас большая тестовая программа написана, мы её будем реализовывать.

И конечно, мы договорились с правительством, наверное, Виктор Александрович скажет, концепция города очень уникальная. В отличие от Алма–Аты, может быть, она очень компактная, основные объекты расположены в 10–15 минутах, максимум двадцати от деревни универсиады. Дальше есть правый берег Енисея – это минут тридцать, наверное, будет дорога занимать.

Конечно, развязки, дороги, протокольные маршруты – надо прямо сказать, что правительству и мэрии города здесь предстоит ещё очень большая работа. С учётом, может быть, инструментов, которые Правительство приняло по обустройству городской среды, предстоит ещё серьёзная работа: дороги, улично–дорожная сеть, благоустройство дворовых территорий, подъездов.

Поэтому в заключение хотел бы сказать, что никаких тревог, сомнений по ходу подготовки нет. Убеждён, что мы справимся с этой задачей и проведём на высоком уровне, оставим огромное наследие, дадим толчок к занятиям спортом в очень многих дисциплинах, потому что те объекты, которые здесь строятся, своего рода уникальные, они будут использованы, конечно, не только горожанами, но и спортом высших достижений.

В.Путин: Сомнений, конечно, нет в том, что мы всё это сделаем, но тревога всегда возникает, когда есть сбои по срокам. Очень хорошо помню, как у нас развивались события при подготовке Олимпиады в Сочи. Поэтому давайте, чтобы без нервов, нагнать нужно всё упущенное и впредь не допускать никаких сбоев, надо внимательно за этим всем следить.

Виктор Александрович, пожалуйста.

В.Толоконский: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Красноярцы понимают, насколько большая ответственность на нас возложена по подготовке Всемирной универсиады 2019 года. И в то же время очень благодарны Вам, Владимир Владимирович, Правительству России за доверие, которое нам оказано, потому что для нас подготовка к универсиаде – это мощный шанс развития всего города, всего края. Вы правильно сказали в своём вступительном слове и о преображении Сочи и Казани; Красноярск тоже стоит на пороге очень серьёзных изменений.

Свою работу по подготовке мы ведём по трём главным направлениям. Первое – это организационная работа, работа дирекции, подготовка всех организационных планов и концепций. Виталий Леонтьевич подробно об этом сказал, повторять не буду. Хочу только подчеркнуть, что у нас запущена очень мощная программа подготовки волонтёров.

Мы ожидаем примерно три тысячи участников, а готовим пять тысяч волонтёров, притом это программа и для красноярских студентов – Вы правильно сказали, в основном для студентов Сибирского федерального университета, – но привлечены и студенты всех федеральных университетов России. Они сейчас готовятся.

Привлечены студенты тех регионов, откуда будут в основном транспортные потоки в Красноярск, – Владивосток и Москва. Мы из городов и районов огромного края тоже готовим сюда молодых людей. И даже из стран – участниц универсиады будет подготовлено около 100 волонтёров, задействованы наши университеты, Олимпийский университет в Сочи. Мы по очень серьёзным программам готовим, и это вызывает большой отклик в молодёжной среде.

Второе направление – это инвестиционно-строительная программа. На этом остановлюсь подробнее. Ответственность за эту работу несёт правительство Красноярского края, мы выступаем заказчиками по этим объектам. Всего по обязательной программе универсиады нам надо построить 34 объекта. Почти все они запущены, в стройке, буквально на днях мы приступаем к строительству трёх объектов, решение по которым принималось позднее, чем решение о проведении универсиады. Это большой крытый стадион на пять тысяч зрителей для хоккея с мячом, это решение было позднее, мы проектировали; 16 марта последняя игра. Уже сегодня контракт подписывается, мы начинаем большую стройку.

Краевая клиническая больница, решение несколько позднее принимали, сейчас контракт будет подписан, и эта стройка начнётся.

И центральный стадион. В связи с принятием решения, что открытие пойдёт на закрытой арене, мы оптимизировали, уменьшили объём реконструкции, сделали новый проект и тоже сейчас приступаем.

Эти 34 объекта распределены на четыре направления. Основные – это 22 объекта спорта, кроме тех, начало которых сейчас произойдёт. Все остальные отставания, которые допустили из–за более длительного прохождения экспертизы, мы восполнили. Более того, я сегодня заверяю Вас, что мы большую часть объектов сдадим на месяц–два раньше намеченного графика, раньше намеченного срока. Ряд объектов уже будут сдаваться в этом году.

В этом году сдадим часть объектов кластера «Сопка», где фристайл и сноуборд, мы на макете с Вами смотрели, сдадим ряд объектов лыжного стадиона уже в 2017 году. Сдаётся новый корпус больницы скорой медицинской помощи, который рядом с универсиадской деревней. Это 14,5 тысячи квадратных метров. Уже сейчас для участников чемпионата мира по лыжному ориентированию мы используем вновь построенное общежитие, где будут жить участники универсиады в универсиадской деревне, в университетском кампусе.

Основная масса объектов будет сдаваться в июне–июле 2018 года, и нам хватит времени провести все необходимые тестовые соревнования. Я очень благодарен компании «Русская платина», компании «Норильский никель». «Русская платина» полностью за свои средства ведёт строительство «Ледовой арены» на семь тысяч зрителей, где пройдёт открытие и закрытие универсиады. Компания «Норильский никель» вкладывает серьёзные средства в развитие и реконструкцию горнолыжного комплекса «Бобровый лог». Это очень серьёзно укрепляет нашу инфраструктуру.

Ещё большое направление – это объекты федерального университета. Общежитие на три тысячи мест мы примерно вводим. Это многофункциональный центр, где во время универсиады будет организовано питание всех участников, примерно будет 800 единовременных посадочных мест. После завершения универсиады это будет легкоатлетический манеж с профессиональной 200–метровой дорожкой и многими спортивными залами.

Строится медицинский центр. Он тоже будет сдаваться в 2017 году. Это будет и исследовательский центр, и поликлиника для студентов и преподавателей, которая очень необходима из–за очень большого университетского кампуса, который мы здесь имеем.

Кроме медицинского центра для универсиады, третье направление – это укрепление объектов здравоохранения. Один корпус больницы скорой медицинской помощи и большой объект в краевой клинической больнице. Здесь большие ресурсы. Я очень благодарен тоже за поддержку, это крайне необходимо сегодня Красноярску.

И четвёртое – это транспортные коммуникации. Вы знаете, мы два года назад сдавали новый мост через Енисей, который, кстати, очень удачно соединяет все объекты универсиады. Сейчас строится продолжение этого моста, большая автомобильная магистраль с выходом в центр города – улица Волочаевская, и развязки на правом берегу Енисея, где у нас основная арена – «Платинум-арена». На Волочаевской осваивается семь миллиардов рублей, а на развязках – 500 миллионов рублей. Эти объекты тоже будут в этом году в основном завершены. Значительная часть финансирования идёт по федеральному бюджету, и это тоже нам серьёзно помогает.

Ещё одно большое направление – это развитие всей инфраструктуры Красноярска, улучшение его внешнего облика. Для нас один из главных объектов – это аэропорт. Мы долго не могли приступить к строительству нового аэропорта. Сейчас он уже в стадии очень высокой готовности, до конца этого года будет построен. Проект ведёт компания «Русал», я благодарен Олегу Владимировичу. Одновременно мы реконструируем всю трассу, соединяющую центр города с аэропортом: делаются новые транспортные развязки, освещение трассы.

Я очень благодарен, Владимир Владимирович, за решение о поддержке федеральным бюджетом развития дорожно–транспортной инфраструктуры крупных городов. Мы в этом году, уже в 2017 году, в Красноярске будем осваивать 1 миллиард 700 миллионов, и это в пять раз больше, чем было во все последние годы, сколько мы могли потратить в городе. Миллиард федеральных средств, миллиард мы добавляем своих средств, миллиард семьсот – это только Красноярск, ещё 300 миллионов – это прилегающие территории, так называемые агломерации, входы, связанные с аэропортом, транспортные коммуникации.

И точно так же очень нам помогает программа благоустройства дворовых территорий, внутриквартальных проездов. Город Красноярск получает около 500 миллионов рублей в 2017 году, такие же деньги будут и по дорогам, и по благоустройству на 2018–й и последующие годы. Это долговременная программа, мы её утвердили, подписали соглашения с Минтрансом и Росавтодором.

Кроме того, по инициативе жителей Красноярска, депутатов Законодательного Собрания мы принимаем сейчас программу ещё на четыре миллиарда рублей по благоустройству набережной, по благоустройству парковых зон. Очень большим разделом этой программы является расселение ветхого и аварийного жилья в центре города. Мы планируем расселить 64 дома. Требуется для этого ещё 1 миллиард 800 миллионов.

Я когда–то Вам докладывал, если позволите, я ещё письмо передам, в софинансировании мы готовы 900 миллионов выделить из бюджета края, это очень серьёзно обновило бы историческую часть, центральную часть города Красноярска. Мы понимаем, что универсиада – это не только соревнования, это молодёжный социокультурный форум. Мы готовим музеи, памятники истории, библиотеки, у нас большая реконструкция идёт, театры, концертные залы. Будет очень большая культурная программа.

Мы готовим парк универсиады в самом центре города, где будет не только награждение, но будут все массовые мероприятия. Поэтому для нас эта программа имеет очень большое значение. Мы реализуем большую программу улучшения экологического состояния города. Это мобилизует население, позволяет нам включать в орбиту этой работы очень многих людей, очень много общественных сил.

Два слова о наследии универсиады, оно очень серьёзное. Мы даже в чём–то меняем историческую парадигму развития Красноярска. Он очень долго развивался как исключительно индустриальный центр: заводы, промышленные объекты, к ним необходимая социальная сфера, всё это в разные периоды времени, несколько хаотично. Сейчас мы очень серьёзно добавляем в развитие общественных пространств, в создание условий для развития науки, образования.

Очень серьёзное значение сыграло Ваше решение десятилетней давности о создании здесь первого в России федерального университета. Новая инфраструктура, новая интеграция с научно–исследовательским комплексом, новый набор студентов. Мы ещё много не построили, но уже сейчас популярность университета растёт, конкурс растёт, приезжают студенты из других стран, других регионов, это очень важно для развития.

Красноярск становится местом, центром с очень большими возможностями развития всего человеческого потенциала за счёт появления фактически новой спортивной инфраструктуры, потому что у нас на всех объектах не только зимние виды спорта развиваются, но и летние. В ледовых дворцах – это игровые, мы делаем такой трансформер, чтобы был паркет для игровых видов спорта. На лыжном стадионе – 50–метровый спортивный бассейн. В горнолыжном комплексе на «Сопке» – акробатический зал с трамплином, поролоновой ямой, бассейном, батутами, чтобы можно было тренировать всю горнолыжную акробатику.

Мы планируем в 2019 году практически удвоить число детей, которые будут заниматься в спортивных школах, откроем новые отделения. Планируем открыть новый спортивный интернат, попросив у университета часть площадей в общежитиях. Так как у нас здесь вся спортивная инфраструктура, мы это сделаем.

Точно так же мы хотим заключить соглашение с университетами, чтобы студенты могли использовать все те объекты, которые мы строим. Мы думаем, что 80 процентов студентов дневного отделения будут регулярно заниматься физической культурой и спортом. В наших условиях это примерно 75–80 тысяч молодых людей.

Мы также, Виталий Леонтьевич сказал об этом, с Министерством спорта хотим в этом году начать работу по заявке спортивных объектов, заявке Красноярска на проведение крупных общероссийских международных соревнований, чтобы уже через три–четыре года в Красноярске были регулярно соревнования мирового уровня. Действительно, здесь можно открыть несколько отделений, центров олимпийской подготовки, потому что инфраструктура соответствует всем самым современным требованиям.

Поэтому в заключение ещё раз хочу поблагодарить Вас, Владимир Владимирович, за решение, которое было принято, доверив Красноярску эту подготовку, за поддержку при всех сложностях изменившихся сегодня внешних условий. Все те договорённости о финансировании из федерального бюджета, все безукоризненно выдерживаются.

Я благодарен всем, потому что никогда не было разговора, что что–то здесь можно уменьшить. Благодарен за поддержку крупным компаниям края. Без этого тоже нам было бы трудно построить все эти объекты. Красноярцы, поверьте, ценят это. И мы уверены, что за пятилеткой активной работы по подготовке к универсиаде наступят пятилетки очень масштабных дел по развитию всех сфер жизнедеятельности. Начало, которое сейчас происходит, очень важно для настоящего и будущего нашего большого края.

Спасибо.

В.Путин: Павел Анатольевич, есть что добавить?

П.Колобков: Да, я буквально несколько слов скажу.

Владимир Владимирович, у нас, безусловно, нет сомнений, что мы подготовим и создадим все условия для успешного проведения универсиады. Минспорт постоянно проводит мониторинг хода реализации программы подготовки.

Хотел бы остановиться на другом моменте. Конечно, не менее важно подготовить студенческую сборную команду для успешного выступления на универсиаде. Хочу сказать, что у нас участники с 17 до 25 лет. В рамках универсиады будет разыграно 79 комплектов наград в 11 видах спорта, в основном это олимпийские виды спорта и два неолимпийских – это хоккей с мячом и спортивное ориентирование.

Мы предполагаем, что российские спортсмены примут участие во всех дисциплинах универсиады. Состав команды будет порядка 400 человек, из них 300 спортсменов. Это будет самая многочисленная команда на универсиаде. Мы будет конкурентоспособны во всех видах программы.

По плану подготовки сборных команд в конце 2017 года мы утвердим расширенные списки сборных команд Российской Федерации, которые будут проходить подготовку в основном составе основной сборной команды на наших федеральных базах подготовки.

Для успешного выступления на универсиаде мы, безусловно, будем использовать тестовые мероприятия, в которых наши спортсмены примут участие практически по всем видам спорта. Основными конкурентами на завоевание медалей, как обычно, станут команды Казахстана, Республики Корея, Японии, Украины. В хоккее, как обычно, основной наш конкурент – это команды из Канады и Казахстана.

Безусловно, самое важное, конечно, что среди спортсменов у нас будут проведены профилактические мероприятия, направленные на недопустимость применения допинга. Эту работу мы сейчас проводим и с основными сборными командами совместно с федерациями. Вся подготовка к универсиаде осуществляется нами совместно с Российским студенческим союзом и федерациями по видам спорта.

Хотел бы также поблагодарить Вас за поддержку. Считаю, что проведение таких крупных международных соревнований, безусловно, способствует развитию спорта в Российской Федерации, в частности студенческого спорта.

В.Путин: Спасибо.

Вениамин Шаевич, есть что по Вашему ведомству добавить?

В.Каганов: Да, я хотел бы добавить.

Во–первых, спасибо. Благодаря этому событию мы, конечно, здорово разовьём наш Сибирский федеральный университет. Это будет очень хорошая история не только для Красноярска и Красноярского края, но и в целом для системы образования, поскольку уверены, что привлекательность российского образования будет подрастать.

Два предложения. Недавно мы запустили проект вместе с оргкомитетом по чемпионату мира по футболу – подготовка волонтёров по русскому языку. Наши новые дистанционные технологии позволяют это делать. Мы надеемся, что порядка 30 тысяч волонтёров будет вовлечено накануне этого события.

Мы могли бы пойти и дальше, здесь волонтёров не такое большое количество, но большое количество зрителей, спортсменов, и мы готовы открыть такую программу в случае Вашего одобрения и оргкомитета. Такие возможности у нас есть за счёт образовательного портала «Открытое образование на русском», и резонанс хороший.

В.Путин: А что, здесь будет недостаточное количество волонтёров?

В.Каганов: Нет. Приезжают зрители, спортсмены, те же студенты. Вполне возможно, они захотят знать немножко больше о России. И с точки зрения популяризации.

В.Путин: Да, думаю, что это можно.

В.Каганов: И второе. Видимо, уже с 2017 года нам вместе с коллегами надо активно использовать потенциал универсиады для популяризации вообще спорта, университетского спорта через уроки в школах, через встречи и так далее. Мы к этому готовы. Нам кажется, что это будет иметь очень большой эффект.

В.Путин: Хорошо. Спасибо, Вениамин Шаевич.

Мы сейчас только разговаривали с Олегом Владимировичем и Виктором Александровичем по поводу аэропорта. Очень хорошая синергия обычно возникает, если кроме одного вида транспорта можно пользоваться и другим, и доставка пассажиров, и выезды из зоны аэропорта. Речь идёт о возможной железнодорожной ветке к аэропорту.

М.Соколов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Действительно, аэропорт – это ворота Красноярска, ворота универсиады. И те темпы, которыми сегодня строится терминал, вселяют во всех надежду и уверенность, что он действительно к концу этого года будет завершён в своей строительной части. Есть вопросы, помимо транспортного обеспечения, и к самому терминалу с точки зрения организации воздушного пункта пропуска через государственную границу.

Хотел бы отметить, что изначально в программе «Госграница», которая координируется Федеральной службой безопасности, средства на организацию международного пункта пропуска были заложены. Но при бюджетном процессе 2016 года они были сокращены, и вся программа финансируется в инвестиционной части только лишь на треть.

Поэтому для того, чтобы пункт пропуска заработал одновременно с запуском самого терминала, необходимы какие–то финансовые решения. Либо Минфин восстановит секвестрированные средства в программе Федеральной службы безопасности для организации этого пункта пропуска, либо это будут внебюджетные средства оператора. Такие примеры у нас уже есть и по Южно–Сахалинску, и по аэропорту Тюмени, и по аэропортам, которые готовятся к чемпионату мира по футболу 2018 года, либо это будут средства субъекта.

В качестве истории этого вопроса хочу сказать, что из казны Российской Федерации в 2012 году субъекту переданы как раз 100 процентов акций аэропорта и все объекты имущественного комплекса аэродрома, для того чтобы был привлечён инвестор и построен новый терминал. Эта задача решается.

Но субъект для этого продал лишь 50 процентов своих акций, и 50 процентов у него ещё в активе есть. Продажа части пакета этих акций могла бы быть источником для финансирования как развития пункта пропуска, так и строительства в том числе новой железнодорожной ветки к этому аэропорту.

Конечно, мы этот вопрос дополнительно проработаем с «Российскими железными дорогами», но тех двух миллионов пассажиров, которые сегодня есть у аэропорта Красноярска – конечно, будут развиваться и прогнозироваться три, даже четыре миллиона пассажиров в конечном итоге в год, – всё равно будет недостаточно для эксплуатации такой протяжённой ветки, потому что аэропорт расположен достаточно далеко.

И как раз источником для развития, может быть, на принципах софинансирования с «РЖД» или федеральным бюджетом как раз могли бы быть те акции, которые ещё находятся в руках аэропорта, а мы их из Федерации передали как раз для того, чтобы этот аэропорт развивался. И подходящая инфраструктура, и в том числе пункт пропуска, и какие–то другие задачи, может быть, по развитию аэродрома, который тоже находится сегодня не в собственности Российской Федерации, а в собственности субъекта.

Поэтому мы эту тему обязательно проработаем и с оператором – Олегом Владимировичем, и с Виктором Александровичем, и предложим конкретные окончательные предложения.

В.Путин: Давайте мы договоримся так, что Вы возьмётесь за решение этой задачи как организатор, но с привлечением того же Минфина, края, оператора аэропорта, РАО «РЖД». Соберите всех, пообсуждайте, сколько нужно времени для того, чтобы прийти к окончательному мнению.

М.Соколов: Владимир Владимирович, по пункту пропуска это должны быть буквально недели, скажем так.

А что касается ветки, то этот вопрос надо предварительно проработать с проектировщиками, чтобы чётко понимать, что она будет представлять, хотя бы на предпроектном уровне. В течение месяца мы с этой задачей справимся.

В.Путин: Понятно, что окупаемость должна достигаться в определённые сроки и считается от объёма перевезённых пассажиров, но мы с вами также думали, стоит или не стоит строить скоростное железнодорожное сообщение с городом – кластером Сочи. Сейчас это полностью загружено.

То же самое происходит во Владивостоке, когда говорили, нужно ли нам вообще так обновлять аэропорт и нужно ли к нему подводить железнодорожную ветку. Всё загружено и эффективно работает. Эффекты произошли, которые даже и не ожидались, а именно: Владивосток используется в значительной степени как перевалочный пункт для других маршрутов, Вы это знаете лучше, чем я.

Поэтому здесь не то чтобы на вырост, но имея в виду, что это всё-таки миллионный город в самом центре страны, в центре Сибири, это всегда будет востребовано. Когда будет инфраструктура, тогда и люди появятся. А когда у нас в Дальневосточном регионе во многих субъектах Федерации вынуждены люди платить за электроэнергию больше, чем в других регионах, там и не будет притока, а отток будет продолжаться.

Решение одной проблемы сразу решает множество других. Поэтому Вы исходите из того, что это в целом надо сделать, но, конечно, с минимальными затратами и с наибольшим эффектом. Но стремиться к этому нужно, потому что развитие инфраструктуры – это то, чем мы должны заниматься всегда. Это обязанность государства прежде всего – развитие инфраструктуры. Конечно, нужно подумать о том, чтобы и оператор принимал участие, и край, и Федерация – все вместе, нужно объединять усилия. Лучше планировать сейчас.

М.Соколов: Есть, Владимир Владимирович. Задача понятна.

В.Путин: Что касается пунктов пропуска и вообще организации работы по безопасности, я бы попросил два слова сказать и Владимира Александровича и Александра Васильевича. Пожалуйста.

В.Колокольцев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Министерством внутренних дел совместно с ФСБ реализуется комплекс мероприятий по обеспечению безопасности универсиады 2019 года, подготовлен расчёт сил, средств органов внутренних дел. Информация о потребностях в дополнительных бюджетных ассигнованиях направлена в Министерство финансов и Федеральную службу безопасности, которая является головной организацией в этом вопросе. Вместе с тем до настоящего времени решение о выделении необходимых финансовых средств не принято. Хотел бы обозначить отдельные проблемы, возникшие на этапе подготовки к предстоящим мероприятиям.

В прошлом году представители МВД неоднократно выезжали в Красноярск для оказания методической помощи и непосредственного участия в проектировании временной инфраструктуры универсиады. Несмотря на это, значительная часть поступающей в наш адрес документации не отвечает установленным требованиям. Ситуацию усложняет стремление проектировщиков как можно быстрее направить проекты на согласование и доложить о выполнении работ в установленный контрактом срок. При этом они заведомо знают об имеющихся недостатках. В результате уже 15 из 17 строящихся объектов универсиады не имеют утверждённой проектной документации.

Но есть и ряд других вопросов, когда просто не хватает возможностей на проверку завозимого сырья, оборудования. С одной стороны, операторов, которые занимаются возведением этих объектом, можно укорять, с другой стороны, мы прекрасно понимаем, что всё упирается в финансовые возможности той или иной организации. Такой подход может повлечь существенное увеличение финансовых и временных затрат на их возведение с учётом внесения в последующем вынужденных конструктивных изменений. Для исправления данного положения нами совместно с Росгвардией и организациями, осуществляющими строительство, подготовлен рабочий график представления документов.

Кроме того, не в полном объёме соблюдаются меры антитеррористической защищённости строящихся зданий и сооружений. Не хватает досмотрового персонала, поискового оборудования для завозимых материалов и контроля. Это значительно осложнит процесс обследования объектов в ходе подготовки и проведения универсиады.

Также не принято окончательное решение по транспортному обеспечению предстоящего мероприятия. Не завершена разработка операционного транспортного плана, который должен учитывать существующую инфраструктуру, её пропускную способность, организацию парковочного пространства, движение пешеходных переходов. По каждой из указанных проблем МВД в инициативном порядке информирует заинтересованные ведомства для принятия необходимых мер реагирования.

Вот вкратце то, что мы сделали.

Спасибо.

В.Путин: Александр Васильевич.

А.Бортников: Владимир Владимирович, я повторяться не буду, Владимир Александрович сказал о проблемных вещах, которые имеют место быть, это объективная составляющая, прежде всего упирающаяся, конечно, в финансирование, мы это прекрасно понимаем.

Тем не менее вопросам обеспечения безопасности проектируемых и строящихся объектов уделяется должное внимание. Мы используем те наработки, которые были, опыт получен при подготовке мероприятий в Сочи, Казани. В то же время обращаем внимание всех заинтересованных, прежде всего силовиков, и непосредственно участников этого процесса на вопросы обеспечения как непосредственной безопасности, так и антитеррористической защищённости объектов с учётом складывающейся обстановки.

На данный момент создана рабочая группа по безопасности, которую возглавляет мой первый заместитель Смирнов, в которую входит весь силовой блок. Мы активно работаем и с правительством края. Все требования, которые разрабатываются по вопросам безопасности, доводятся до непосредственных исполнителей, подрядчиков, проектантов. Идём, конечно, на компромиссы в пределах разумного, чтобы уменьшить и финансовую составляющую нагрузку.

В то же время ещё раз, пользуясь случаем, хочу обратить внимание всех заинтересованных руководителей: конечно же, вопросам обеспечения безопасности, прежде всего антитеррористической защищённости объектов, нужно уделять должное внимание. Это наша общая ответственность, она касается не только того, что мы строим, но касается и того, что будет происходить. Это прежде всего обеспечение безопасности непосредственных участников и гостей, которые будут принимать участие в этом празднике.

В части, касающейся строительства или открытия пункта пропуска. Поскольку аэропорт будет иметь статус международного, конечно, надо закладывать сразу финансовые средства хотя бы в минимуме того, что этот аэропорт будет и в последующем работать, как раз обеспечивая потоки иностранцев, приезжающих сюда. Инфраструктура развивающаяся, город и край на это, естественно, будут привлекать и другие возможности, в том числе наверняка и инвестиции будут сюда идти.

Насколько изначально мы общались, я вижу заинтересованность тех лиц, которые начинают уже эксплуатировать строящиеся объекты, соответствующие заявки идут. Есть интерес и бизнеса, и, как я понимаю, других структур, которые будут использовать эту инфраструктуру в своих интересах. Поэтому в своей части будем делать всё необходимое, для того чтобы решить на должном уровне вопросы безопасности.

В.Путин: Алексей Михайлович, Ваши комментарии.

А.Лавров: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Как неоднократно подчёркивалось, федеральный бюджет выполнил абсолютно все обязательства, которые ранее были определены. Подтверждаю ещё раз, что в бюджет 2017–2019 годов тоже все необходимые средства заложены. Мы видим возможность внутреннего перераспределения внутри бюджета в размере примерно до 600 миллионов рублей, которые предлагаем в том числе прежде всего направить на обеспечение транспортной проблемы, поскольку это является изначально запланированной частью программы подготовки универсиады.

Что касается всех других вопросов, начиная с вопросов, наверно, самых важных и самых масштабных – по финансовому обеспечению безопасности. Изначально были приняты решения, что эти вопросы будут рассмотрены отдельно, вне обычного бюджета универсиады. И сейчас мы получили такие предложения и действительно начинаем их прорабатывать, с тем чтобы в рамках либо корректировки бюджета на 2017 год, либо в основном при формировании бюджета на 2018–2019 год, на 2018 год прежде всего, были предусмотрены все необходимые средства. Но этот процесс у нас только начался. Нам нужен, соответственно, перечень мероприятий, расчёт их сметной стоимости, и после этого мы выйдем на цифру, которую будем предлагать зафиксировать в бюджете как дополнительные расходы федерального бюджета.

Что касается пункта пропуска, то здесь мы считали бы правильным поддержать предложение Министерства транспорта, исходящее из того, что пункт пропуска для такого объекта является изначально необходимым элементом инфраструктуры. И, конечно, в части, касающейся именно помещений, реализовать его нужно было бы за счёт средств, которые тратятся на собственно создание этого аэропорта. Конечно, затем само функционирование пункта пропуска, как и всех других, возьмёт на себя федеральный бюджет, это тоже будут определённые дополнительные расходные обязательства.

В.Путин: Давайте мы так договоримся. Мы будем исходить из того, что после нашего сегодняшнего совещания Виталий Леонтьевич, силовые структуры, ФСБ в том числе, вы согласуете окончательные формулировки, связанные с решением этого вопроса. Потому что, конечно, можно на Дерипаску возложить и ему сказать: пусть он платит и строит. Но надо понять, за что он сам должен заплатить, а за что должна заплатить Федерация, имея в виду, что там всё-таки должны быть размещены пограничники и таможенные службы. Я сейчас не буду вам ничего навязывать, но жду от вас в течение недели окончательной, согласованной формулировки. Договорились.

Сергей Германович, пожалуйста.

С.Сейранов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

По подготовке сборной Павел Анатольевич сказал. Действительно, никакого сомнения нет, что выступит команда успешно.

Я могу сказать, на этой универсиаде, прошедшей в Алма-Ате, у меня это была уже 12–я универсиада, когда я, шеф миссии, руководитель делегации, начальник штаба, такого подъёма боевого духа у ребят не было никогда, даже в Казани. Думаю, что в Красноярске будет ещё более высокий уровень морально-волевых проявлений у спортсменов, потому что ребят мы собирали, награждали вечером в деревне, пели все гимн, скандировали «Россия!».

У ребят был такой единый настрой, что в условиях, когда на наш, российский спорт есть нападки, определённые претензии, прессуют, ребята хотели – эта молодёжь, студенты, наш резерв – доказать, что мы можем побеждать честно в яркой и бескомпромиссной борьбе. И они это успешно сделали. Во всех 12 видах спорта завоеваны медали, 109 человек – это 50 процентов команды – вернулись с медалями. Выступали не первые, не вторые и даже не третьи номера сборных команд.

Виталий Леонтьевич сказал, что у нас в основных составах будут ребята готовиться. Думаю, что да, всегда, когда домашняя универсиада, страна старается выставить сильнейших спортсменов, как было в Казани. И сомнений нет, что совместно с Министерством спорта у нас, у Российского студенческого спортивного союза, отлажена эта работа, как и с федерациями, как подготовить команду. Думаю, что выступим достойно.

В.Путин: Спасибо.

И Олег Васильевич.

О.Матыцин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Прежде всего хотел бы выразить Вам благодарность от имени моих коллег FISU за поддержку этого проекта, «Красноярск–2019», с момента заявочной кампании, мы помним Вашу встречу ещё в Казани, когда решался вопрос. Для нас, конечно, является гарантом самого высокого статуса личное внимание Президента страны к этому проекту.

И я, пользуясь случаем, конечно, хочу Вам выразить признательность за доверие ко мне, как к кандидату, когда я выдвигался на выборы президента FISU. Надеюсь, что оправдаю доверие, учитывая опыт и Казани, и развития студенческого спорта в Российской Федерации.

Взаимодействие с организационным комитетом и с Министерством спорта, со всеми структурами идёт очень позитивно, конструктивно. Сегодня Виталий Леонтьевич, Виктор Александрович говорили о том, что красноярская команда работает буквально с момента получения права на проведение универсиады. Мы взаимодействуем со всеми международными федерациями, потому что, вы, безусловно, знаете, все соревнования проходят по требованиям международных федераций. И в этом отношении все технические делегаты, которые посещали Красноярск и которые в ближайшее время приедут, они своим опытом делятся. И уже определённые коррективы в процесс подготовки внесены.

Мы сейчас в FISU приняли стратегию, которая предполагает два основных направления. Это укрепление взаимодействия в сфере международного спортивного сотрудничества с международными спортивными организациями, такими как прежде всего Международный олимпийский комитет, международные федерации.

С другой стороны, мы понимаем, что сейчас развитие студенческого спорта должно идти в основном через партнёрство с университетами. И в этом отношении проект Красноярска очень показателен, потому что здесь как бы центр студенческой жизни – это Сибирский федеральный университет, и все волонтёрские программы, инновационные программы будут разработаны здесь.

С другой стороны, наше взаимодействие с Международным олимпийским комитетом, – буквально в прошлом году мы подписали соглашение о сотрудничестве, впервые в истории. И сейчас все программы согласуются в соответствии с «повесткой-2020». Впервые на универсиаде в Алматы было приветствие Томаса Баха. Уверен, что это сотрудничество продолжится. И конечно, уверен, что в Красноярске те программы, которые заявлены, прежде всего это программа международной подготовки волонтёров, она, кстати, будет в этом году впервые реализована в Казани как наследие казанского Международного образовательного центра.

И второе: очень важно, что в этих программах принимают участие ЮНЕСКО и ВАДА. Я разделяю Ваши озабоченности, безусловно, FISU будет делать всё необходимое, чтобы спорт среди студентов был чистым. Мы уже два года назад приняли образовательную программу совместно с ВАДА. Это программа для университетов, она переведена на пять языков и сейчас активно реализуется на территории Российской Федерации и во всех странах, которые говорят на этих языках.

Очень важно, Виктор Александрович это подчеркнул, что этот проект не только спортивный. Конечно, это мультиспортивное соревнование по масштабам сравнимо с Олимпийскими играми, но ещё более важно для нас, для международной федерации, что это образовательный и культурный проект. В следующем году здесь, в Красноярске, состоится международный форум FISU, куда приедут представители 150 стран. Опыт России, прежде всего казанское наследие, сочинское наследие Олимпиады, безусловно, будет нами использован, и этому будет уделено большое внимание.

Хотел бы особо подчеркнуть опыт Красноярска по организации универсиады, имея в виду интеграцию бизнеса и государственных структур. В этом отношении, пользуясь случаем, хотел бы поблагодарить компанию «Норильский никель», через универсиаду она стала партнёром FISU. И те программы, которые я анонсировал, это и волонтёрская программа… Сейчас мы начали программу совместно с комиссией атлетов МОК «Послы FISU». Имеется в виду опыт ведущих олимпийских чемпионов, позиционирование их жизненных ценностей, ценностей олимпизма среди студентов. Поэтому надеюсь, что компания будет также и в дальнейшем нашим партнёром и будет расширено это сотрудничество.

По подготовке спортсменов, созданию такого духа и атмосферы праздника на универсиаде, не сомневаюсь, что опыт России очень богатый. Мы сейчас были вместе в Алма-Ате, тоже есть несколько предложений, которые мы уже обсуждали и с Виталием Леонтьевичем, и с Павлом Анатольевичем, и с Виктором Александровичем, как привлечь молодёжь на стадионы, как сделать так, чтобы этот праздник был для всего города и для всей страны. Надеюсь, что с опытом FISU, опытом России нам удастся действительно сделать так… Россия – это всегда открытая страна с богатейшим опытом, богатейшими традициями, к нам, безусловно, с удовольствием люди приедут.

Спасибо вам.

В.Путин: Хочу вас тоже поблагодарить, ваших коллег из FISU за доверие, которое оказано России. Уверен, что мы сделаем всё для того, чтобы это мероприятие прошло на самом высоком уровне и способствовало развитию молодёжного спорта, студенческого спорта.

Уважаемые коллеги, есть ещё что-то, что мы упустили, и кто что хотел бы сказать? Пожалуйста, Олег Владимирович.

О.Дерипаска: Поднимался вопрос по скорости оформления документов. Проблема есть небольшая с госэкспертизой. У них есть формальный срок, допустим, «рассмотреть в два месяца». Они выдают ровно за день до окончания срока. Хотя мы понимаем, что это иногда был второй заход, третий заход. Может быть, есть возможность им посоветовать, чтобы они побольше людей мобилизовали, мы тогда бы многие вопросы ускорили.

В.Путин: Хорошо.

Пожалуйста, ещё что-то? Всё?

Уважаемые коллеги! Смотрите, у нас осталось всего два года. Объектов, которые нужно закончить, ещё достаточно. Инфраструктура подлежит доведению до того уровня, который соответствовал бы проведению такого большого, мощного мероприятия.

Работы очень много, только так кажется, что стройки запущены и вроде всё в порядке. Но мы с вами хорошо знаем, что самый главный и самый ответственный период – это период завершения, даже не середина работы, а завершение. Это всегда, везде, на всех мероприятиях подобного рода и подобного масштаба происходит. Чтобы всё было без сбоев, нужно вовремя принимать решения и вовремя реализовывать намеченные планы.

Давайте договоримся так, что сегодня мы сделаем хороший протокол, который был бы ещё одной вехой в реализации всех наших масштабных мероприятий, которые мы наметили. Согласуйте, пожалуйста, Виталий Леонтьевич, со всеми коллегами, которые принимают участие в этой работе, так чтобы это был действительно согласованный документ. Чтобы потом никто не сказал, что кто-то чего-то не знал или кто-то на что-то не был готов. И представьте мне его на подписание.

И ещё хочу особые слова благодарности адресовать нашим коллегам из «Русской платины» – Мусе Юсуповичу Бажаеву, из «Базового элемента» – Олегу Владимировичу Дерипаске, и из «Норильского никеля» – Владимиру Олеговичу Потанину, за то, что они так активно включились в эту работу. Надеюсь, что также вместе будем и дальше продолжать идти к намеченным целям.

Очень надеюсь на то, что и краевые власти мобилизуют все свои ресурсы и возможности для того, чтобы эта задача была решена. Тем более мы с вами прекрасно понимаем, что спорт – чрезвычайно важная вещь, но в конечном итоге всё делается для жителей Красноярска, для тех, кто проживает в Красноярском крае, вообще для всей страны.

Потому что это существенный рост возможностей по развитию спорта вообще да и просто для того, чтобы создать благоприятные условия для жизни людей в этом регионе страны, чрезвычайно важном регионе. И это должно быть хорошим толчком для развития социальной сферы, создания благоприятных современных условий жизни.

Россия. Весь мир. СФО > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 1 марта 2017 > № 2092098 Владимир Путин


Венесуэла > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 28 февраля 2017 > № 2104443 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Борьба с нефтью. Венесуэла: нефть плюс социализм

Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Венесуэла — уникальный для XXI века случай экономического мисменеджмента. Страна с богатыми нефтяными ресурсами поставлена на грань гуманитарной катастрофы из-за социалистических экспериментов Чавеса — Мадуро. Последние вряд ли были бы возможны без финансирования их за счет нефтяной ренты

Эта публикация — первая в серии работ, объединенных проектом «Анализ исторических прецедентов и разработка рекомендаций по диверсификации ресурсной экономики». Проект, осуществляемый Московским Центром Карнеги при финансовой поддержке Министерства иностранных дел и по делам Содружества (Великобритания), рассчитан как минимум на три года. Цель его, помимо создания большого массива описательного и аналитического материала, состоит в том, чтобы сформулировать индивидуализированные рекомендации для стран с ресурсной экономикой в зависимости от таких параметров, как численность населения и масштаб экономики, институциональная база, политическая и экономическая история, доля ресурса в ВВП и прочее. Внимание авторов при этом будет в первую очередь сфокусировано на России.

Исследование ресурсозависимых экономик можно масштабировать до любого объема в зависимости от того, какие ресурсы в него включать, какой исторический период рассматривать, какой аспект изучать. Однако сегодня, на закате почти 15-летнего периода ненормально высоких цен на углеводороды, логично было бы ограничиться странами, испытавшими углеводородную зависимость в начале XXI века, и оценить степень успешности их опыта в диверсификации экономики. Тем более это актуально для России — страны, чья экономика и политический строй претерпели существенные изменения в связи с пролившимся на страну потоком нефтедолларов.

В этой работе мы провели сравнительное описание развития экономик десяти стран — лидеров в области добычи и экспорта углеводородов. Исследование охватывает период со второй половины ХХ века по сегодняшний день. Несмотря на огромное разнообразие сценариев (от гражданской войны или революции до стабильного процветания, от welfare states до государств с зашкаливающим коэффициентом Джини, от максимально открытых до совершенно изолированных экономик), из работы можно сделать ряд небезынтересных выводов.

Аномальные доходы от экспорта минеральных ресурсов, так же как избыток такого ресурса внутри страны, порождают деформацию экономики во всех случаях, вне зависимости от политического строя и экономической политики.

Достижение экономической диверсификации в странах — экспортерах нефти является сложной задачей. Стратегии диверсификации, реализуемые в большинстве из них, не увенчались успехом. Фактически нет примеров стран, которые смогли успешно диверсифицировать экономику, освободившись от нефтяной зависимости, особенно в случаях, когда добыча нефти даже на фоне снижения цен позволяла сохранять структуру экономики без социальных потрясений. Успех или неудача диверсификации зависят больше от реализации соответствующей экономической политики, чем от других обстоятельств. Тем не менее многие страны — экспортеры нефти показывают разной степени успехи в диверсификации своей экономики.

Диверсификация экономики во всех странах, даже наиболее успешных, шла очень долго и медленно, практически останавливаясь в моменты роста цен на нефть.

Открытость экономик, привлечение иностранного капитала, снятие торговых барьеров являются, безусловно, позитивными факторами. Ни в одной из исследуемых экономик такая политика не привела ни к образованию экономической зависимости, ни к изменению политической системы в связи с такой открытостью. В процессе диверсификации ключевую роль может играть наличие доминирующего партнера — страны, которая получает экономические преимущества за счет использования более дешевой рабочей силы, территориальных ресурсов и других особенностей ресурсозависимой страны. Однако в рамках наших наблюдений этот фактор не увеличивает рисков экономики.

Реформирование экономики за счет доходов от ресурсов должно проходить с учетом влияния на существующие экономические отношения. Сохранение доходов граждан должно контролироваться через механизмы социального государства, централизованное распределение или какие-то другие механизмы. Игнорирование интересов крупных социальных групп именно в процессе реформ, а не в рамках естественного развития ресурсной зависимости является опасным для стабильности государства.

Суверенные фонды, формируемые в периоды бума, — успешный инструмент, который позволяет резервировать средства; сгладить проблемы с финансированием публичного сектора, следующие за снижением доходов от экспорта ресурса; поддержать ликвидность в экономике. Но они выполняют свою роль тем успешнее, чем ближе их мандат к мандату private equity фонда.

Эффективность одних и тех же мер и начинаний может коренным образом различаться в зависимости от того, кто и как их осуществляет. Ключевыми драйверами эффективности здесь служат опыт и способности менеджмента (эффективно привлекать иностранный менеджмент на конкурентной основе), а также сокращение издержек, связанных с несоответствием мотивации элит задачам развития страны. В частности, крайне важный фактор — снижение уровня коррупции, что достигается принятием современных стандартов прозрачности, интеграцией в мировую правовую среду, принятием международных стандартов регулирования, движением в сторону правовой системы британского типа.

Ключевое значение имеет оценка инвесторами и экономическими агентами риска ведения бизнеса в стране. Главным фактором повышения уровня риска служит не только слабая система защиты прав экономических агентов, но и непоследовательность действий власти, ее неспособность нести ответственность за поддержание социального и бизнес-договора в широком смысле слова. При этом страны, добивающиеся низкого уровня риска в ведении бизнеса, показывают высокие результаты в области противодействия ресурсной зависимости и достаточно высокий уровень диверсификации экономики вне зависимости от политического строя.

В развитии ненефтяных индустрий ориентация на импортозамещение заводит развитие экономики в тупик. Создаются неконкурентоспособные производства, которые требуют дотирования со стороны ресурсного сектора и по мере увеличения доходов потребителей от распределяемой аномальной выручки за экспорт ресурсов замещаются в потреблении импортом — вне зависимости от политики. Напротив, ориентация на диверсификацию экспорта, даже в условиях изначально более слабой базы, позволяет использовать инвестиции из ресурсных секторов на создание конкурентоспособной промышленности и сервисного сектора, пусть и при возрастании доли импорта в потреблении. При этом неоправданным выглядит опасение создавать высокотехнологичные отрасли с высокой добавленной стоимостью при отсутствии видимого конкурентного преимущества: опыт показывает, что создание таких кластеров достигает успеха, если соблюдены все остальные условия.

Между тем перераспределение доходов от ресурсов может проходить двумя путями. Первый — более высокая экстракция ресурсных доходов и сокращение налогообложения. Второй — менее высокая экстракция ресурсных доходов и увеличение налогообложения. Первый путь ведет к большему расслоению, но и большей диверсификации за счет роста мотивации к созданию альтернативного бизнеса и получению нересурсного дохода. Второй — обеспечивает более равномерное распределение доходов, но снижает диверсификацию экономики.

Рост государственных расходов, в том числе в области инвестирования, независимо от направления инвестирования сдвигает экономику страны в область бизнесов с низкой добавленной стоимостью, что отрицательно сказывается на диверсификации и общем росте экономики. По-видимому, предпочтительной является политика государственного резервирования, ограничения затрат общественного сектора и создания условий для привлечения частных и иностранных инвестиций.

Для диверсификации важнейшая задача — удержание себестоимости ненефтяных производств на приемлемом уровне. Существенную часть себестоимости составляет оплата труда, поэтому эффективными методами будут:

• дифференцированное снижение налогов (в частности, на доход корпораций, на оплату труда и индивидуальный доход) в областях, не связанных с природными ресурсами;

• другие формы субсидирования, в том числе экспортное;

• привлечение дешевых трудовых ресурсов из-за рубежа в нересурсные индустрии.

При этом первые два способа чреваты снижением конкурентоспособности нересурсных производств, поэтому агрессивное привлечение трудовых мигрантов выглядит предпочтительным.

Венесуэла: нефть плюс социализм

Венесуэла на протяжении XX века пережила несколько нефтяных бумов и спадов и практически каждый раз выходила из цикла ослабленной[1]. Начало XXI века выдалось еще более сложным: нефтедоллары позволили стране экспериментировать с радикальными социалистическими практиками (боливарианский «социализм XXI века»), что в итоге поставило страну на грань гуманитарной катастрофы.

Венесуэла — латиноамериканская страна, расположенная на севере Южной Америки. Население — 31,1 млн человек. Темпы роста населения с 1950 по 2015 год значительно выше среднемировых — 2,67% в среднем в год (1,41% в 2010–2015 годах) против общемирового темпа роста в 1,66% (1,18% в 2010–2015 годах). Население достаточно молодое: медианный возраст — 27,4 года (среднемировой уровень — 29,6 года)[2]. Этнический состав его разнообразен: потомки выходцев из Испании, Италии, Португалии, Германии, Африки, арабских стран, коренных индейцев. Основной язык испанский. Основная религия католицизм.

Открытие нефтяных полей Мене-Гранде (Mene Grande) возле залива Маракайбо в 1914 году ознаменовало начало нефтяной истории Венесуэлы. Доля нефти в экспорте стремительно выросла: с 1,9 до 91,2% за 1920−1935 годы. При этом нефтяной сектор привлекал все больше рабочей силы, перетекавшей в первую очередь из сельского хозяйства (традиционно крупной статьей экспорта был кофе). Удорожание боливара по отношению к доллару приводило к потере конкурентоспособности отечественного производства. В 1940 году правительство осознало, что дешевле ввозить многие иностранные товары, чем производить у себя[3].

В 1943 году был введен повышенный налог на доходы международных нефтяных компаний. Это, в свою очередь, резко увеличило зависимость правительства от нефтяного сектора и уменьшило роль налогообложения населения. Отсутствие необходимости отчитываться об использовании малой доли налоговых доходов, поступающих от населения, вело, по мнению профессора Терри Линн Карл, к развитию нездоровой демократии с авторитарными тенденциями[4].

Осознавая зависимость экономики страны от импорта, в 1960-х годах правительство ввело модную в то время в Латинской Америке политику импортозамещения, теоретические основы которой заложил аргентинский экономист Рауль Пребиш[5]. Молодая венесуэльская промышленность, сразу же ставшая реципиентом государственных трансфертов, потеряла мотивацию к повышению качества продукции и росту производительности труда. Несмотря на рост ВВП на уровне 4,6% в год в период с 1960 по 1974 год, эффективность инвестиций падала, темпы роста подушевого ВВП снижались.

По оценкам Ричарда Аути, из-за последствий «голландской болезни» в 1972 году доля сельского хозяйства в ненефтяном ВВП была в два раза ниже ожидаемой, а промышленный сектор производил лишь две трети от ожидаемого объема. При этом, как отмечает исследователь, влияние «голландской болезни» остается недооцененным, так как следует еще учитывать протекционистскую политику государства.

Нефтяной шок 1973 года вызвал значительный рост правительственных доходов. В 1975 году в распоряжение государства переходило 9,68 доллара с каждого проданного за рубеж барреля нефти, в то время как в 1972 году — лишь 1,65 доллара. Это привело к резкому росту правительственных расходов. В 1973 году Карлос Перес выиграл президентские выборы и начал реализовывать мегапроект «Великой Венесуэлы». Этот период в стране называли «Саудовской Венесуэлой» (Venezuela Saudita). Перес создал систему субсидий, усовершенствованную позже Уго Чавесом. План подразумевал не только экспансию государства на рынке труда — создание рабочих мест и повышение зарплат, — но и попытки диверсификации экспорта путем правительственного вмешательства в ненефтяные сектора экономики. Большинство новых рабочих мест создавалось в публичном секторе и финансировалось правительством, что вызвало растущую потребность в нефтедолларах для выплаты зарплат[6].

Последующее падение нефтяных цен, очевидно, стало причиной дефицита бюджета, роста государственного долга и отказа от дальнейшей реализации масштабных планов. Начиная с 1979 года и на протяжении следующих 23 лет ненефтяной подушевой ВВП падал на 0,9% ежегодно (общее падение составило 18,6%), хотя в это время наблюдался рост рабочей силы, который при прочих равных должен был оказывать положительный эффект на данный показатель. Ненефтяной ВВП, поделенный на число работников, занятых в ненефтяных секторах экономики, падал ежегодно на 1,9%. За весь период падение составило 35,6%[7].

18 февраля 1983 года получило в Венесуэле название «черной пятницы»: в этот день резко обвалился боливар на фоне высокого внешнего долга и падающих цен на нефть. Среднегодовые цены снизились в 1983 году до 29,5 доллара (c 32 долларов в 1982 году и 33 долларов в 1981-м). Благосостояние большинства жителей страны было подорвано. Государство становилось неспособным финансировать свои социальные программы. Дни «Саудовской Венесуэлы» ушли в историю[8].

Очередной коллапс нефтяных цен в 1980-х оказал дополнительное давление на правительство. В 1989 году Центральный банк был лишен практически всех своих иностранных резервов. В Венесуэле все помнят кровавые беспорядки «Каракасо» после президентских выборов 1989 года. Тогда Карлос Андрес Перес выиграл свой второй президентский срок. Первый выпал на нефтяной бум, но в конце 1980-х нефть обвалилась — и Перес решил начать новый срок с реформ. Рост цен на бензин на 100% (с почти нулевого уровня) обернулся беспорядками, вмешательством армии и гибелью около 300 человек[9]. Кстати, именно «Каракасо» стали прологом к бунту в 1992 году и последующему приходу Чавеса к власти.

Лихие девяностые

В последнее десятилетие XX века наблюдалось постепенное падение доверия к политическому истеблишменту. Огромное нефтяное богатство и постоянные обещания политиков скорой хорошей жизни завышали общественные ожидания от экономического развития, которое постоянно наталкивалось на однобокость ресурсного пути. При этом идея реформировать экономику не пользовалась популярностью среди населения и политиков, так как была неизбежно связана с трансформационным спадом.

На этом фоне возникновение фигуры, исповедовавшей популизм социалистического толка, стало вопросом времени. Слова о том, что национальные богатства лишь потому не идут на пользу стране, что оказываются в руках коррумпированных политиков, быстро находили отклик у населения.

Такой фигурой стал офицер венесуэльской армии Уго Чавес. Еще в 1992 году он предпринял попытку государственного переворота, но потерпел неудачу и оказался в тюрьме. Однако общественное мнение было на его стороне, и уже через несколько лет он и его сторонники были амнистированы.

В 1998 году Чавес победил на выборах президента. Новой экономической программой Венесуэлы стал «боливарианский социализм XXI века». Сочетание популизма и ресурсного богатства (сопряженного с новой волной роста цен на нефть) привело к невероятного масштаба государственной экспансии, усилению авторитарных тенденций и последующему экономическому упадку.

Распределение ренты: больше народу?

Власть, обладающая большим объемом ренты, чаще всего рассчитывает на распределение ее среди сравнительно узкого круга лиц, которые гарантируют поддержку существующему режиму.

Однако в случае «социалистического проекта» Уго Чавеса рента стала поступать в первую очередь к широким слоям населения с низкими доходами. Апелляция к ним, а не к существующему истеблишменту позволила Чавесу иметь высокую поддержку населения на протяжении всего своего правления.

Сразу после выборов 1998 года Чавес начинает реализовывать план по изменению конституции. Ему удается, несмотря на сопротивление конгресса, провести референдум с предложением о созыве так называемого конституционного собрания. 87% населения голосуют «за». По итогам референдума проводятся выборы в конституционное собрание. Бойкот выборов со стороны оппозиционных партий обеспечил сторонникам президента 123 места из 131. Далее собрание принимает ряд авторитарных законов: об упразднении верхней палаты конгресса, передаче центру части полномочий от регионов, присвоении президенту права созыва референдумов. Усиливается также контроль президента над военными. За новую конституцию голосуют 79%, и уже при ней, в 2001 году, Чавес переизбирается президентом с 59,7% голосов.

Во время двухдневного переворота в апреле 2002 года, когда президентский дворец был занят оппозиционными силами, на улицы вышли тысячи его сторонников. Путч провалился. В 2003 году оппозиция потребовала объявить референдум за отставку президента (по конституционным нормам, после истечения половины срока президент может быть отозван). В 2004 году по результатам референдума Чавес вновь выиграл с 59,9%. В 2006 году он был переизбран с 63% голосов, а в 2012-м, на своих последних выборах, получил 55%. Таким образом, каждый раз так или иначе Чавесу удавалось мобилизовать нужный электорат.

Окончание каждого электорального цикла сопровождалось щедрыми социальными программами, направленными на поддержку домохозяйств с низкими доходами[10].

Чавизм соединил в себе черты партиципаторной демократии и клиентелизма. С одной стороны, режим не раз прибегал к мобилизации своих сторонников, требуя от них участия в политической жизни. С другой — доступ к ренте строго зависел от политических убеждений и поэтому формировал свою, хотя и достаточно широкую, клиентелу[11].

Официальная статистика «успехов» нефтяного развития

Многие исследователи отмечают — некоторые даже восторженно, — что при Чавесе упал уровень неравенства. Если посмотреть на коэффициент Джини[12], измеряющий этот параметр, становится заметно, что к началу 2010 годов неравенство в венесуэльском обществе действительно уменьшилось: в 1998 году индекс был равен 49,5, а в 2009-м — 41. Однако, во-первых, снижение неравенства происходило и в других латиноамериканских странах. Во-вторых, возможно, что оно происходило за счет обеднения разоренных экспроприациями венесуэльских богатых. В-третьих, качество венесуэльской статистики, мягко говоря, неидеально.

Бедность также стала ниже к концу 2000-х. В 1999 году около 42% домохозяйств считались бедными, а 17% семей относились к экстремально бедной категории. На начало 2007 года к первой категории относились уже 28% семей, а ко второй — 8%[13].

Вырос доступ к образованию. В 2006–2007 годах в университеты поступило на 86% больше студентов, чем в 1999–2000 годах. В старшие классы школ также пришло на 54% больше юношей и девушек. Начальное образование (1−9-е классы) получали также на 10% больше детей. В школах ввели бесплатное питание, которым пользовались около 3,9 млн школьников.

Официальная безработица упала благодаря социальным программам создания рабочих мест. В 1999 году, на заре эпохи чавизма, безработица составляла 15,6%. В 2008 году показатель опустился до 8,2%. Оборотная сторона этих программ — большие сложности с увольнением персонала, фактический запрет на увольнение без согласия государственных структур. Такая система, с одной стороны, защищает работников, в том числе и нерадивых, а с другой — демотивирует бизнес к созданию рабочих мест.

Изнанка боливарианского «социализма XXI века»

Все эти «успехи», к сожалению, оказались крайне нестабильными, а пристойная, на первый взгляд, статистика обманчива. Еще до падения цен на нефть страна вступила в масштабный кризис. В начале 2010-х дефицит бюджета был выше 10% ВВП, а инфляция достигала 50% в год — уже тогда боливарианский «социализм XXI века» давал сбои.

Основы чавизма не что-то уникальное для Латинской Америки, и для Венесуэлы в частности. Это стандартный латиноамериканский популизм, правда в довольно радикальном воплощении. Американские экономисты Рудигер Дорнбуш и Себастьян Эдвардс в книге «Макроэкономика популизма в Латинской Америке» определяют его так: «Политика, акцентированная на перераспределение ресурсов при невнимании к инфляционным и фискальным рискам, а также недооценивающая реакцию экономики на нерыночные меры правительства». Последствия такой политики испытали в свое время практически все страны региона.

Сама Венесуэла, как отмечает каракасский экономист Анабелла Абади, экспериментировала с регулированием цен еще с 1939 года. «Новизна» чавизма в радикализме и в том, что ко второму десятилетию XXI века Венесуэла осталась чуть ли не единственным в мире заповедником экономического абсурда.

Экономическая суть «боливарианского социализма» довольно проста. Это нерыночная система, отличительные черты которой:

— регулируемые цены на базовые товары (товары по precio justo, «справедливой цене», как правило, в несколько раз ниже рыночной);

— регулируемые курсы национальной валюты — боливара[14];

— различные программы (сомнительной эффективности) в пользу бедных;

— экспроприация частного бизнеса и земли (более 5 млн гектаров) в пользу государства. Иски к Венесуэле в International Centre for Settlement of Investment Disputes по всем экспроприациям за время правления Чавеса и Мадуро достигли 17 млрд долларов.

Увы, чавизм не работает. Заниженные цены приводят к дефициту. Кроме того, товары по заниженным ценам тормозят производство: не создаются рабочие места в промышленности и сельском хозяйстве, все импортируется. Товары, купленные по precio justo, перепродаются по рыночным ценам. Создаются предпосылки для коррупции: чиновник, имеющий доступ к дешевому рису или доллару, может стать миллионером, просто перепродавая их по ценам рынка. Экспроприированные земли и компании под чавистским руководством работают из рук вон плохо. Иностранные компании в Венесуэле испытывают сложности с репатриацией прибыли.

Чавизм при этом дорог. Бюджетный дефицит в Венесуэле с 2009 года постоянно двузначный (субсидии оцениваются экономистами Bank of America Merrill Lynch в 10% ВВП). Бюджетная дыра затыкается просто — эмиссией, которая раскручивает инфляцию.

Социалистические эксперименты вряд ли были бы жизнеспособны без денег, идущих на финансирование фантастически неэффективной и коррумпированной экономики. Источник средств — нефть (95% экспортной выручки), или «черный кокаин» (coca negra), как ее называют в стране. К популизму Чавеса — Мадуро добавились симптомы «голландской болезни»: снижение конкурентоспособности секторов экономики, не связанных с добычей сырья.

Гуманитарная катастрофа?

При падении цен на нефть вдвое с конца 2014 года все проблемы резко обострились. Доходы от экспорта упали с 74 млрд долларов в 2014-м до 37 млрд в 2015 году. Импорт сдулся, но не столь существенно — с 51 млрд долларов до 39 млрд. В самих цифрах ничего страшного нет, похожий по масштабу спад пережили многие нефтедобывающие страны, но уже в 2016-м в Венесуэле дефицит товаров по «справедливым» ценам стал запредельным.

По данным МВФ, ВВП в 2014 году упал на 3,9%, в 2015-м на 5,7%, в 2016-м прогноз падения — 8%. Якобы побежденная Чавесом бедность быстро вышла на рекордные уровни, как только цены на нефть упали. В 2015 году уровень экстремальной бедности достиг 49,9%, бедности — 23,1% (в 2007 году было 8 и 28% соответственно). В 2014 году инфляция достигла отметки в 63%, в 2015 году — 275%, а в 2016 году наблюдается настоящая гиперинфляция. Правительство прибегло к печатному станку. В 2016 году 36 самолетов ввезли в страну свежие банкноты.

Голода нет, однако есть дефицит продуктов и других товаров по государственным ценам: не хватает лекарств, риса, муки, мыла, сахара, даже туалетной бумаги. По рыночным ценам купить можно многое (так же как в СССР в конце 1980-х у кооператоров), но за огромные деньги. При этом, например, зарплата профессора химии в университете в Каракасе — 40 тыс. боливаров, или $25 по рыночному курсу, масса людей получает минимальную зарплату в $20. Здесь, кстати, и причина «успехов» чавизма в снижении бедности: ее уровень рассчитывается по официальному курсу боливара, по рыночному курсу даже высший средний класс находится на грани бедности. Для покупки товаров по presio justo небогатым людям приходится стоять в очередях по несколько часов просто в надежде, что в магазины что-то завезут. Нередко такие очереди перерастают в бунты.

«Искажения обменного курса и цен создали экономику арбитража, в которой слишком много претендентов на сократившийся поток нефтедолларов, — отмечается в докладе Bank of America Merrill Lynch „Venezuela Viewpoint: The Red Book“. — Это породило парадоксальную ситуацию: страна с импортом на 51 млрд долларов в 2014 году и 39 млрд в 2015-м (1660 и 1200 долларов на душу населения соответственно) испытывает дефицит базовых товаров, которых достаточно и в более бедных государствах».

Парадокс объясним: закупаемые чиновниками товары массово переправляются в соседнюю Колумбию, где перепродаются по нормальным рыночным ценам. Колумбийский город Кукута давно стал центром контрабандной торговли, а также крупнейшей площадкой обмена боливаров на доллары. Наживаются на контрабанде чавистские чиновники и приближенные к ним бизнесмены, так называемые болигархи, и контролирующие границу (и наркотрафик) армейские генералы. Это основные кланы, контролирующие принятие решений в стране.

Другой вариант: дешевые товары с фиксированной государственной ценой продаются на рынках внутри страны уже по рыночным ценам, переправляемые туда либо коррумпированными чиновниками напрямую, либо людьми, которые практически профессионально стоят в очередях по несколько часов в день, а потом перепродают товары на рынке, так называемыми bachaqueros. Для многих жителей крупных городов стояние в очередях и перепродажа — чуть ли не единственный способ заработка.

Дефицит при значительном потоке нефтедолларов — парадокс, свойственный социалистическому управлению экономикой. Наблюдается он и в неторгуемых секторах экономики. Пример — электроэнергетика. Электричество подается с большими перебоями по всей стране. На ГЭС «Гури» вырабатывают около 75% всей электроэнергии страны, в 2016 году засуха привела к серьезному падению уровня воды. Президент Мадуро утверждает, что все дело в погодной аномалии Эль-Ниньо.

Энергокризисов до Чавеса практически не было, зато при нем они случались, например в 2010 году. Основная энергокомпания Electricidad de Caracas при Чавесе в 2007-м была национализирована, на электричество установили заниженные цены. В итоге потребление резко подскочило (в Колумбии в расчете на душу населения потребление электричества в три раза ниже), ведь почти бесплатный ресурс незачем экономить. Средняя стоимость киловатт-часа в Венесуэле в 2014 году составила 0,03 доллара, а фактически значительно меньше, так как это пересчет в доллары по официальному, сильно заниженному еще в то время курсу (для сравнения: в Колумбии — 0,1 доллара, в Бразилии — 0,16, в Чили — 0,15 доллара). Построенное Чавесом на нефтедоллары социальное жилье для бедных Gran Mision Vivienda не оснащалось электросчетчиками, зато снабжалось массой электроприборов по сниженным ценам precio justo в рамках другой социальной программы, «Mi Casa Bien Equipada». В итоге «дешевое» электричество по бросовым ценам оказалось очень дорогим: из-за перебоев многие предприятия и даже частично метро Каракаса вынуждены ставить дизель-генераторы.

Деиндустриализация очевидна во многих отраслях. В 2000 году Венесуэла производила 21 тыс. автомобилей в год. За первое полугодие 2016-го выпущено всего 1,8 тыс. Выплавка стали в 1980-м составляла около 2 млн тонн в год, к 2006 году она поднялась приблизительно до 5 млн тонн и с тех пор начала резко снижаться: до 1,5 млн тонн в 2014 году и до 347 тыс. тонн за первые десять месяцев 2016-го. Производство цемента в 2000 году составляло 7,9 млн тонн, а за первые пять месяцев 2016-го было произведено лишь 1,2 млн тонн.

Упадок нефтедобычи

Кризис затронул и сферу нефтедобычи. На протяжении XX века Венесуэла, как и другие нефтедобывающие страны, по мере возможностей «отвоевывала» нефтяные доходы у добывающих компаний. Первоначально правительство рассчитывало лишь на плату за концессионное соглашение и небольшой процент с добычи. Однако со временем правительства притязали на все большую долю. В 1943 году в Венесуэле доходы делились уже пополам. В 1970 году правительство получало уже 55%. В 1976-м на мировой волне национализации нефтяного сектора создается государственная компания Petróleos de Venezuela (PDVSA).

Рост цен на нефть в начале 2000-х годов и, соответственно, растущие доходы от добычи нефти и газа вызвали рост притязаний государства на нефтяной сектор. Государственные расходы после прихода к власти Чавеса постоянно росли. В 2002 году Чавесу захотелось большего контроля над основным источником государственных доходов — PDVSA. Компания оказала сопротивление президенту, после чего несколько топ-менеджеров PDVSA были уволены.

В декабре 2002 года сотрудники компании организовали забастовку против политики Чавеса, требуя досрочных выборов. В итоге 19 тысяч работников были уволены и заменены неквалифицированными чавистами. Как сказал глава PDVSA чавист Рафаэль Рамирес, «все, кто не поддерживает революцию, могут убираться в Майами». Было создано профильное министерство, которое выполняло функции руководства компанией, а сама PDVSA стала крупнейшим донором социальных программ страны.

В составе компании был сформирован Фонд социального и экономического развития страны Fondespa. В период с 2003 по 2008 год PDVSA потратила более 2,3 млрд долларов на различные социальные программы. Помимо этого компания выполняла роль «работодателя последней надежды» для сторонников Чавеса[15].

В 2007 году Чавес экспроприировал нефтяные активы ExxonMobil и ConocoPhillips из-за отказа компаний предоставить PDVSA контрольный пакет акций в дельте Ориноко. Total, Chevron, Statoil и BP согласились с условиями Чавеса и сократили свои доли до миноритарных.

Венесуэла обладает крупнейшими в мире доказанными запасами нефти: по данным BP Statistical Review of World Energy, они составляют 46,6 млрд тонн (17,5% от общемировых запасов). Но эти огромные запасы, находящиеся в основном в дельте Ориноко, тяжело извлекать из-за высокой плотности нефти (нефтяные пески). Для освоения ресурсов требуются технологии, доступные, как правило, крупным международным компаниям.

Выдавливание иностранных компаний из страны не прошло даром: производство нефти в стране упало с 3,2 млн баррелей в день в 2001 году до 2,6 млн в 2015-м. Кроме того, венесуэльская нефть торгуется сейчас с огромным дисконтом к WTI (основной американский сорт). В мае он доходил до 25% (ранее венесуэльская смесь торговалась приблизительно на одном уровне с WTI, а в 2011–2013 годах с премией к WTI).

«Причин несколько, — говорит стратег венесуэльской компании Knossos Asset Management Даниэль Урданета-Зубалевич. — Во-первых, добыча легких и низкосернистых сортов постепенно замещается добычей с месторождений, где нефть хуже. Во-вторых, после ухода из страны ряда иностранных нефтесервисных компаний сложнее поддерживать требуемый уровень качества. В-третьих, венесуэльские поставщики испытывают сложности с банковским финансированием и страхованием и вынуждены предоставлять клиентам дисконты»[16].

Нефтяных доходов в Венесуэле стало меньше, а надо расплачиваться по долгам. «Выручка от экспорта нефти при текущих ценах (около 50 долл./барр. WTI) составляет около 3 млрд долларов, чистая выручка, за исключением расходов, ниже, 1,5–1,8 млрд долларов в месяц, — отмечает Урданета-Зубалевич.— Притом среднемесячные траты на выплату по долгам — 0,75 млрд долларов». Посчитать объем долга к ВВП нетривиальная задача; неизвестно, по какому курсу его считать. По рыночному Урданета-Зубалевич оценивает долг Венесуэлы в 200% ВВП.

Судя по данным МВФ, традиционный профицит текущего счета начиная с 2015 года сменился дефицитом в 7,8% ВВП в 2015-м и 3,4% в 2016 году. Видимо, это следствие снижения цен на нефть и ухудшения (с профицита в 2000–2010 годах до нуля в 2015-м) торгового баланса. Хотя опять же венесуэльская статистика крайне неточна из-за множественности курсов.

Почему Венесуэла просто не объявит дефолт ввиду критической ситуации внутри страны? У PDVSA достаточно активов за рубежом, в частности в США, включая крупного нефтепереработчика Citgo Holding Inc. В случае дефолта они будут арестованы, а сам кэш-флоу PDVSA сильно пострадает, и компании будет крайне тяжело продать нефть. Кроме того, PDVSA закупает в США легкие сорта нефти, для того чтобы смешивать со своими ультратяжелыми сортами. В случае дефолта осуществить этот процесс будет сложнее.

Впрочем, если цена на нефть опустится к 30 долл./барр., баланс может измениться и риски дефолта возрастут. Но даже при 50 долл./барр. компания не справляется с выплатами по долгам. 6 октября 2016 года PDVSA объявила своп по своим облигациям, предложив держателям заменить бумаги с погашением в 2017 году на другие — с погашением в 2020-м. При этом залогом облигаций с новым сроком погашения стали американские активы PDVSA (50,1% Citgo Holding Inc.). 39,4% держателей согласились на сделку, в итоге PDVSA сократит платежи в период 2016–2017 годов на 2,799 млрд и увеличит их на 3,367 млрд в 2020 году, без учета процентных выплат.

Революция впереди?

Нынешнюю ситуацию в Венесуэле вполне можно назвать предреволюционной. Огромные очереди в пятимиллионном Каракасе и других городах страны грозят перерасти в бунт и революцию. Однако предугадать, где и когда накопится необходимая критическая масса, невозможно[17]. Оппозиция в стране сильна[18], но фрагментирована и не имеет общепризнанного лидера. Возможный претендент — сидящий с 2014 года в тюрьме за организацию уличных протестов руководитель партии Voluntad Popular Леопольдо Лопес. Прежний лидер Энрике Каприлес Радонски за последние три года несколько утратил популярность из-за компромиссной позиции в отношении власти.

Спорадические бунты пока благополучно подавляются властями. Для разрешения ситуации критически важен другой фактор: на чьей стороне будет армия. Исследования государственных переворотов говорят, что обеспечение армии чуть ли не главный фактор, влияющий на вероятность переворота. А в Венесуэле, где военные играют огромную роль в обществе, тем более. Как замечает политолог Эрик Нордлингер в книге «Soldiers in Politics: Military Coups and Governments», президенту Венесуэлы Ромуло Бетанкуру впервые в истории страны удалось досидеть до конца свой второй президентский срок[19] (1959–1964) только благодаря «щедрым зарплатам, быстрым карьерам и возможностям получения теневых доходов в армии»[20]. Всего в Венесуэле в ХХ веке произошло 12 военных переворотов.

«Чавес, а потом и Мадуро подкупили армию, — говорит Урданета-Зубалевич. — Армии принадлежит масса бизнесов. Есть банк BANFANB, сырьевая компания Camimpeg, CASA — поставщик продовольствия в Министерство продовольствия. Кроме того, военные владеют массой компаний через подставные структуры».

Мадуро в отличие от Чавеса не является выходцем из армии. Он из семьи профсоюзного лидера. Самым же влиятельным выходцем из армейской среды в окружении Мадуро считается экс спикер парламента Венесуэлы, ушедший с поста в начале 2016 года, Диосдадо Кабельо. Этот друг Чавеса вместе с ним участвовал в неудачном путче против президента Карлоса Андреса Переса в 1992 году и позже поддержал Чавеса во время краткосрочного путча в 2002-м. С момента смерти Чавеса Кабельо стал чуть ли не более влиятельной фигурой в стране, чем Мадуро. Кабельо подозревается властями США в связи с наркоторговлей. Аналогично в наркотрафике США подозревают высших генералов Венесуэлы включая экс министра внутренних дел Рамона Родригеса Чакина и экс министра обороны Генри Ранхеля Сильву.

Несмотря на привилегированное положение армии при чавизме, исключать возможность военного переворота или поддержки восставшего народа армией нельзя. Раздробление государства по образцу Колумбии конца 1990-х вряд ли произойдет: в Венесуэле, в отличие от Колумбии, нет сильных центробежных тенденций. Двадцать лет назад Богота контролировала только 40% территории страны. Остальные 60% были под контролем леворадикальной повстанческой группировки FARC[21] и наркокартелей (парамилитарес). В Колумбии предпосылкой фактического распада страны стала особенность ресурсной базы различных групп парамилитарес, связанная с кокаином. Кокаин легок в производстве, а маршруты транспортировки гибкие. Поэтому перекрытие, например, одного из маршрутов не влияет на жизнеспособность той или иной автономной группы: будет найден другой маршрут. В случае с Венесуэлой, чей главный ресурс нефть, сильна зависимость от трубопроводов: контроль над ними государства сильно влияет на возможность существования группы, например контролирующей нефтяное месторождение.

Венесуэла — уникальный для XXI века случай экономического мисменеджмента. Страна с богатыми нефтяными ресурсами поставлена на грань гуманитарной катастрофы из-за социалистических экспериментов Чавеса — Мадуро. Последние вряд ли были бы возможны без финансирования их за счет нефтяной ренты.

Примечания

[1] В тексте использованы материалы Александра Зотина из журнала «Деньги» ИД «Коммерсантъ».

[2] World Population Prospects: The 2015 Revision. — United Nations, Department of Economic and Social Affairs, Population Division. — 2015.

[3] Timmerman K. Understanding the Resource Curse: Why Some Get More Sick Than Others. — Lehigh Review. — Vol. 20. 2012. — P. 36.

[4] Auty R. M. Natural Resource Rent — Cycling Outcomes in Botswana, Indonesia and Venezuela. — International Social Science Journal. — № 57 (s1). 2005. — P. 33–44.

[5] Prebisch R. The Economic Development of Latin America and Its Principal Problems. — Lake Success, N. Y.: United Nations, department of economic affairs, 1950.

[6] Timmerman K. Understanding the Resource Curse… P. 36–37.

[7] Hausmann R., Rodríguez F. Venezuela: Anatomy of a Collapse. — Cambridge, 2011. — P. 2.

[8] Garcia-Serra M. J. The «Enabling Law»: The Demise of the Separation of Powers in Hugo Chavez’s Venezuela. — The University of Miami Inter-American Law Review. — Vol. 32. №2. 2001. — P. 265–293.

[9] По неофициальным данным, до 2 тысяч.

[10] В преддверии референдума 2004 года Центральный банк страны и PDVSA обратились к своим резервам, накопленным благодаря экспорту нефти, чтобы профинансировать эти программы.

[11] Goldfrank B. The Left and Participatory Democracy: Brazil, Uruguay, and Venezuela // The Resurgence of the Latin American Left / S. Levitsky, K. M. Roberts (eds.). — Baltimore: John Hopkins University Press, 2011. — P. 162–183.

[12] Диапазон от 0 до 100, где 0 обозначает абсолютное равенство.

[13] Weisbrot M., Sandoval L. The Venezuelan Economy in the Chávez Years. — Center for Economic and Policy Research. — 2007 // http://www.cepr. net/content/view/1248/8.

[14] Официальных валютных курсов сейчас два. Фиксированный DIPRO — VEF10/$ (в марте 2016-го заменил фиксированный курс CENCOEX — VEF6,3/$, а также аукционный SICAD I, колебавшийся с декабря 2013-го по март 2016-го в узком диапазоне VEF11,3–13,5/$) По курсу DIPRO (а ранее CENCOEX) боливары обмениваются (в идеале) у государства импортерами продовольствия и медикаментов, которые далее продают на внутреннем рынке товары по «справедливым ценам». По прежнему курсу SICAD I государство иногда по остаточному принципу проводило аукционы для импортеров других товаров (хотя правила аукционов постоянно менялись — и далеко не всегда доллары получал предложивший наибольшую цену). Также по курсу SICAD I и частично CENCOEX (ранее CADIVI) могли совершать покупки венесуэльские туристы, выезжающие за рубеж, хотя годичная квота на эти трансакции постоянно сокращалась в связи с нехваткой валюты; также была квота на покупки в интернете — 300 долларов год. С августа 2015-го аукционы SICAD I прекратились из-за нехватки долларов. Существовал также аукционный курс SICAD II, более высокий (около VEF50/$), но доступный для большего круга участников, в феврале 2016-го его упразднили в пользу другого курса — SIMADI. Существующий на сегодня второй официальный курс, плавающий DICOM, как раз является «потомком» SIMADI. В теории этот курс определяется спросом и предложением и по нему могут покупать доллары бизнес и население (иногда по этому курсу иностранным компаниям в Венесуэле удавалось обменивать боливары на доллары для выплаты дивидендов). В марте 2016-го курс DICOM составлял около VEF300/$, в середине января 2017-го — около VEF670/$. Однако по курсу DICOM обмен затруднен, забюрократизирован и ограничен квотами. Наконец, существует не признаваемый властью рыночный курс. На середину января 2017-го — около VEF3500/$, в начале 2016-го был около VEF830/$.

[15] Corrales J., Penfold-Becerra M. Dragon in the Tropics: Hugo Chávez and the Political Economy of Revolution in Venezuela. — Washington: Brookings Institution Press, 2011.

[16] Из частной беседы.

[17] Ленин в начале 1917 года разочарованно говорил, что его поколению вряд ли удастся увидеть революцию.

[18] Коалиция античавистских партий Mesa de la Unidad Democrática получила в конце 2015 года парламентское большинство и весь 2016-й пыталась провести процедуру импичмента Мадуро, последний раз 25 октября 2016 года.

[19] После первого он был свергнут.

[20] Nordlinger E. A. Soldiers in Politics: Military Coups and Governments. — Englewood Cliffs: Prentice-Hall, 1977.

[21] Fuerzas Armadas Revolucionarias de Colombia — Революционные вооруженные силы Колумбии.

Венесуэла > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 28 февраля 2017 > № 2104443 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 28 февраля 2017 > № 2090661 Максим Орешкин

Максим Орешкин: ради легализации экономики нужно снижать страховые взносы

По словам главы МЭР, цель налоговых изменений не повышение нагрузки, а стимулирование легального бизнеса. «Главная задача — продемонстрировать, что власти не занимаются искусственной накруткой экономического роста», — подчеркнул министр в эксклюзивном интервью Business FM

Министр экономического развития России Максим Орешкин дал эксклюзивное интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу в рамках инвестиционного форума в Сочи. Как рассказал глава МЭР, налоговые изменения — самая спорная тема в правительстве, и дискуссии по этому вопросу сохраняются.

При этом, по словам Орешкина, в повестке дня нет введения прогрессивной шкалы подоходного налога. Он считает, что страховые взносы нужно снижать. Как подчеркнул министр, суть не в том, чтобы повысить общий уровень налоговой нагрузки, цель налоговых изменений — стимулировать легальный бизнес и способствовать легализации теневой части экономики. Полная ясность в том, что касается налоговых изменений, скорее всего, появится к маю 2017 года.

Проект комплексного плана правительства должен быть закончен к маю, он будет содержать меры по снятию ограничений в экономике для повышения темпов роста. Каких темпов роста мы ожидаем?

Максим Орешкин: Если смотреть на 2017 год, это уже не ожидание, это оценка, которую мы видим и основываем на текущих тенденциях, они уже складываются в начале года — и первые данные по январю, и жесткие данные по грузообороту, потреблению электроэнергии за первые два месяца. Так вот, эта оценка составляет 2%. Вопрос, на какой структурный темп роста мы будем выходить потом. Здесь как раз мы видим: отсутствие изменений будет означать стабилизацию роста, где-то около 1,5%. Хотелось бы больше. Поэтому мы эту работу ведем, смотрим на все ключевые ограничения, пытаемся разобраться, что мешает инвестициям, какие еще есть проблемы для развития экономики, пытаемся придумать меры, которые могли бы адресовать. Цель — вывод экономики на рост около 3%. Это то, где сейчас находится мировой экономический рост.

Собственно, май и ноябрь фигурируют как даты и в деловой среде, и в правительственной: к маю должны быть обозначены основные контуры программы, к ноябрю — полная их детализация. Все, естественно, ждут решения вопроса по налогам. Первый вице-премьер Игорь Шувалов сказал, что президент просил все-таки к маю определиться. Удастся ли это сделать и в каком формате?

Максим Орешкин: Это необходимо сделать просто по той причине, что бизнесу при принятии решений об инвестициях нужно понимать, в каком налоговом режиме этот бизнес-проект, инвестиционный проект будет существовать. Поэтому это именно предсказуемость, и доверие к действиям властей очень важно. Дискуссии нужно постараться завершить как можно раньше, понятно, что есть много вариантов, начиная от варианта ничего не менять до вариантов изменения некоторых налогов довольно существенно, но понятно, что очень важно: благодаря бюджету, принятому правительством в прошлом году, бюджету, который обеспечивает стабильность государственных финансов по цене в 40 долларов за баррель, разговор не идет о том, чтобы увеличивать налоговую нагрузку. Речь идет о том, как ее можно даже немножко уменьшить и при этом переструктурировать таким образом, чтобы для компаний, работающих легально, налоговая нагрузка уменьшалась.

Это актуальная тема, которая сейчас повсюду обсуждается, вы сами этому уделили несколько ярких реплик на Гайдаровском форуме — про гаражную экономику, теневую занятость и о том, как ее легализовать. Понятно, если бы это случилось, и налоговая база выросла бы. А как мы оцениваем или рассчитываем размер этой гаражной экономики?

Максим Орешкин: Это действительно очень большая проблема. Когда мы сравниваем налоговую нагрузку как процент ВВП — традиционное сравнение с другими странами мира — у нас вроде уровень выглядит довольно невысоким. Нужно понимать: те, кто платят все налоги, платят гораздо больше, а те, кто избегают налогов, платят меньше. Этот дисбаланс очень сильно бьет по экономике. Относительно размеров — есть разные оценки, но даже если, например, посмотреть на официальные оценки Росстата, который делает досчет на теневую экономику, можно увидеть, что около 5 трлн рублей заработных плат, по оценкам Росттата, приходится на выплаты в конвертах. Если бы этот объем облагался налогами, была бы совершенно другая ситуация с бюджетными поступлениями. Понятно, что теневая экономика есть в любой экономике мира, даже в развитых странах, где-то ее доля чуть больше, где-то чуть меньше, но, как нам кажется, здесь у нас есть шансы и, в принципе, рынок и компании сами созревают для того, чтобы работать в белую, не связываться с серыми схемами. Помимо той экономии, которую якобы имеют компании, они сопрягают свою деятельность с очень высокими рисками. Когда налоговая ставка ясна, ты понимаешь предсказуемо, сколько будешь платить. А тут — за наличку заплати, тут ты деньги потерял, тут схема не сработала, голова болит, куча рисков появляется. Понятно, что в таких условиях реализовывать долгосрочные инвестиционные проекты очень сложно.

А про сферу услуг мы не говорим, когда люди просто нанимают других людей, и у них даже проблемы обналичивания нет? Они просто рассчитываются с нянями, строителями...

Максим Орешкин: Это отдельная, другая история, и ее не решить методами изменения общих налоговых ставок. Здесь все-таки речь идет больше о среднем бизнесе. Многие компании в этом сегменте как раз и находятся в теневом поле. Что очень важно — в последние годы мы наблюдаем такой тренд: все больше и больше деловых ассоциаций на том или ином рынке договариваются друг с другом и начинают все вместе работать в белую. Потому что главная проблема для выхода работы в белую то, что ты оказываешься вне конкурентного поля. Если твои конкуренты продолжают работать в тени и не платить налоги и так далее, то они имеют явные конкурентные преимущества, и ты просто начинаешь проигрывать конкуренцию. Здесь как раз задача, чтобы все перешли, и тогда этот переход гораздо проще, и он не искажает конкуренцию.

Вы как раз сказали, что решить эту задачу, скорее, можно, предоставляя стимулы, нежели попыткой кнута. Какие стимулы могут перевесить дополнительные издержки в легализации?

Максим Орешкин: Как раз когда мы смотрим на стимулы, пытаемся понять, какие налоги платят меньше всего. Мы видим, что наибольший негатив и трудности с уплатой как раз вызывают так называемые страховые взносы по большей части зарплаты — это 30%. Если посмотреть на сравнимые страны, с которыми мы конкурируем на глобальных рынках, Мексику, Бразилию, Польшу, Турцию, мы видим, что нигде работодатели не платят такой же ставки, как платят у нас. Поэтому как раз мы рассуждаем, пытаемся найти какие-то варианты, которые могли бы эту несправедливость исправить.

Мы все равно говорим про налоги, я знаю, что тема эта очень бурно обсуждается внутри правительства. Естественно, пока не будет принято решения, никто из членов правительства не озвучит до конца концепцию, модель. Но все-таки, на ваш взгляд, стоит ли вводить прогрессивную шкалу НДФЛ? Или лучше потребление облагать в форме, например, повышения НДС? Тут тоже в большей степени будет налог на богатых — кто больше покупает, тот больше его заплатит.

Максим Орешкин: Нет, я на самом деле не являюсь сторонником прогрессивной шкалы НДФЛ, и дискуссии в правительстве по этому поводу даже и нет. Здесь даже мне нечего больше добавить. НДС — да, мы говорили о возможности маневров, снижении прямых налогов на труд и компенсации какими-то косвенными налогами. Одним из таких косвенных налогов может быть НДС, поэтому это всегда рассматривается в повестке.

Новый термин, который премьер в выступлении на форуме вообще назвал первым — создание устойчивой среды для бизнеса. Я от многих слышал, что вам приписывают авторство этого термина. Что вы в него вкладываете? Вроде бы у нас и так все достаточно сравнительно стабильно. Чего не хватает бизнесу, и в чем это должно воплотиться?

Максим Орешкин: Об этом я говорил еще в начале года — если посмотреть на опросы бизнеса, если посмотреть, какие причины бизнесом называются как главные, препятствующие новым инвестициям увеличения объемов производства, на первом месте стояла экономическая неопределенность.

Она экономическая — не то, чтобы действия властей и регуляторов сильно меняются.

Максим Орешкин: Абсолютно. Но снижение этой экономической неопределенности — то, что находится в руках у правительства, ЦБ и то, что власть в целом может адресовать и на самом деле успешно адресует. Если вы посмотрите на последние полгода, увидите, что финансовые рынки стабильны.

Сейчас мы уже боимся укрепления рубля, это очень чувствуется. Раньше боялись резкого падения…

Максим Орешкин: Если закончить эту тему, то финансовые рынки стабильны, инфляция в месячных выражениях уже опустилась к уровню 4%, экономика начинает потихоньку подрастать. То есть никаких шоков и резких движений уже нет. Но понятно, что два последние года были очень тяжелыми с точки зрения волатильности. Все сейчас дуют на воду и боятся поверить в то, что новая стабильность надолго. На самом деле здесь важно понимать, что вот та стабильность, которая появилась на финансовых рынках — это результат целенаправленных действий правительства и ЦБ. Здесь можно назвать три ключевых элемента, которые именно макроэкономическую стабильность обеспечивают — это переход ЦБ к политике инфляционного таргетирования с четкой целью, которой ЦБ следует — среднесрочная инфляция в 4%. Это очень важный этап — прошлогодний бюджет, который говорит о том, что при 40 долларах за баррель государственные финансы устойчивы. И третий элемент, который добавился в этом году — это покупки Минфином иностранной валюты на объем дополнительных нефтегазовых доходов в бюджет. Это механизм, который снижает влияние волатильности нефтяных цен на внутреннюю экономику в целом, но не только на валютный рынок — и на инфляцию, и на другие показатели внутри страны. Этот комплекс обеспечивает макроэкономическую стабильность. Понятно же, что помимо макроэкономической стабильности и устойчивости долгосрочной экономические агенты должны в это поверить, но требуется время для того, чтобы все привыкли — ситуация устойчивая. Мы проживаем довольно непростой период, когда уже наступила стабильность и устойчивость, понятно, что она сохранится в будущем, но не все еще в это верят. Поэтому этот болезненный момент нам нужно просто пережить, чтобы все в него поверили. Вторая часть истории — это все, что связано с условиями ведения бизнеса. Это налоговая система, неналоговые платежи, контроль-надзор, тарифы и много-много чего еще, то, что как раз и создает ту атмосферу, в которой бизнес ведет свою деятельность каждый день. Вот если по всем этим направлениям обеспечить предсказуемость, а главное — доверие экономических агентов и бизнеса к власти, тогда и инвестиционная активность будет на более высоком уровне, потому что только в устойчивой среде можно реализовывать инвестиционные проекты, имеющие горизонт пять-десять лет. Если ты ожидаешь, что у тебя через год может инфляция скакнуть до 50%, а налоги все поменяют, понятно, что никогда не будешь ввязываться в долгосрочный инвестиционный проект. Если ты понимаешь, что инфляция составит 4%, а налоговая система будет неизменна и устойчива, ты понимаешь, как с тобой будут работать контрольно-надзорные органы, конечно, в таких условиях, где все просчитано, все предсказуемо, ты будешь реализовывать долгосрочные инвестиционные проекты.

Вот этот фактор, я думаю, не случайно оказался именно на первом месте в докладе премьера, а доклад, собственно, как раз об этом комплексном плане. Какой вклад он мог бы внести в практические цифры? Или, скажем так, что мы потеряли в плане инвестиций, из-за неуверенности бизнеса? Соответственно, каковы цифры по ВВП? Есть какие-то примеры?

Максим Орешкин: Я думаю, несколько процентных пунктов ВВП инвестиционной активности за последние несколько лет на этом фоне мы, конечно, потеряли. И вот сейчас задача их восстанавливать и надеяться, что инвестиции вырастут, а более высокая доля инвестиционной активности — процент ВВП будет означать темп экономического роста на несколько десятых выше уже в самое ближайшее время.

Но цифры вы пока по экономическому развитию не называете, будем дожидаться мая?

Максим Орешкин: Цифры названы: 2% в этом году и целевой уровень в 3% — мировой экономический рост через несколько лет. Понимаете, здесь главное не уровни, а предсказуемость и устойчивость этих темпов экономического роста. Раскрутить экономику на короткий период времени можно очень просто. Как раз главная задача властей сейчас — продемонстрировать, что искусственной накруткой экономического роста власти не занимаются. Задача — создать условия, когда каждый год экономика будет расти устойчиво. И вот эта устойчивость гораздо дороже, чем всплеск на высокие значения на какой-то короткий период времени.

Еще один вопрос про устойчивость. Просто из личных наблюдений — год назад все боялись, что рубль упадет до 80-ти за доллар. Вот сейчас у меня ощущение: реально бизнес тревожится по поводу того, как бы рубль не укрепился сверх меры. Вчера не поднималась ли эта тема?

Максим Орешкин: Бизнес разный — есть тот, кто радуется укреплению рубля, есть те, кто переживают из-за этого. Но опять же, здесь важнее не уровни, а важно понимание на перспективу пять-семь лет, на каком примерно значении будет реальный курс рубля находиться. Здесь не важен курс номинальный — важно соотношение номинального курса и издержек компании. Если курс останется стабильным, а издержки вдруг вырастут в два раза, уже будет нужен совсем другой курс. Поэтому задача, с одной стороны, через снижение инфляции минимизировать темпы роста издержек, и одновременно через сглаживание влияния колебаний цен на нефть на внутреннюю экономику как раз сгладить колебания, в том числе и курса. Да, курс может отклоняться, здесь просто вся история проста и понятна. Когда мы прогнозировали значение на этот год, мы брали цены на нефть 40 долларов за баррель, курс у нас получился 67,5. Сейчас нефть торгуется на уровне 52-53 доллара, но при этом покупки Минфина равносильны изъятию двух третей прироста цен на нефть выше уровня 40 долларов за баррель. То есть де-факто мы сейчас живем, с точки зрения потоков по текущему счету, на уровне где-то 44 доллара за баррель. Народ пока это еще не совсем осознал. Осознание придет; и сезонность влияет, и краткосрочные притоки капитала. Курс остается абсолютно плавающим, поэтому здесь никаких изменений нет, и он может отклоняться от неких фундаментальных значений, но понятно: если факторы, влияющие на него, носят временный характер, как только они прекратят, курс будет сразу возвращаться к тем значениям, которые определяются платежным балансом. А цифра, знаете, разная при разных предпосылках. Там вопрос не только цены на нефть, вопросы устойчивости притоков капитала тоже влияют на эти оценки.

Оставим это на личные вычисления людей, которые могут это себе представить. По словам премьера ВЭБ должен стать фабрикой проектного финансирования. Но вы сказали, что проектное финансирование — это замкнутый круг, который надо разорвать. Как это сделать?

Максим Орешкин: Нужно создать тот механизм, который поможет активнее взращивать проекты, чтобы те компании, которые проекты подготавливают, понимали: есть понятный механизм получения финансирования под эти проекты, а банки с другой стороны также участвовали, понимая, что проекты будут качественно подготовлены, участвовали в финансировании этих проектов через механизм синдикации. Такая поддержка в ближайшие два-три года способна вывести на новый уровень, в принципе, проектную инвестиционную культуру в России на новый уровень и с точки зрения компаний, которые будут качественнее готовить проекты и ВЭБ им будет помогать, и с точки зрения банков, которые будут внутри себя взращивать экспертизу по анализу этих проектов, потому что им в любом случае придется брать на себя риски таких проектов при их финансировании.

Теперь про министерство экономического развития. Вы собираетесь организовать в нем проектный офис? Считаете, что бюджет теперь должен строиться по другому принципу: сначала госпрограммы, а потом бюджет?

Максим Орешкин: Такой принцип закладывался изначально в идеи государственных программ. Ведь что такое бюджет? Бюджет — это просто документ, где записаны строчки — кому и сколько. Но для того, чтобы достигать целей, нужно понимать, как реализуются эти цели, как они достигаются, как выстраиваются проекты, кто ответственный, какие этапы, какие меры, кроме бюджетных, должны быть в реализации этого проекта. То есть некий комплексный подход. Именно сдвиг назад к той первоначальной логике, которая закладывалась в госпрограммы, когда именно госпрограммы — это главное, изменение госпрограммы с ключевым изменением ключевых индикаторов, с понятными ответственными, с понятными этапами того или иного процесса ставятся во главу угла, а бюджет уже остается с вводом записи о том, кому и сколько. Но базовым элементом становится не бюджетная строка, а именно проект, который содержит в себе гораздо больше, чем в себе содержит бюджет.

Для широкой публики это сложный процесс, потому что возникает процесс администрирования, должны быть KPI.

Максим Орешкин: С точки зрения управленческой культуры это выход на новый уровень. Понятно, что он будет происходить постепенно. Но без ответственности, без правильной мотивации, без правильных ключевых индикаторов эффективности бюджетных расходов добиться невозможно, поэтому и стоит задача активнее внедрять этот комплексный подход к бюджетным расходам в дальнейшем и постепенно увеличивать долю таких продуманных и просчитанных расходов в бюджете.

Для широкой публики Минэкономразвития в первую очередь ассоциируется с прогнозом, особенно в последние бурные волатильные времена именно слово «прогноз» было определяющим в работе Минэка, хотя на самом деле это далеко не только так. Прогнозами занимаются очень многие: российские и международные банки, научные организации. Надо ли тратить силы чиновничьего аппарата на работу над прогнозом, или, может быть, перейти на аутсорс, собирать консенсус-прогноз различных рыночных игроков и научных организаций? Или нет таких, которым можно было бы это доверить?

Максим Орешкин: Если вы посмотрите результаты различных рейтингов экономистов инвестиционных банков за последние несколько лет, то увидите, что многие из тех, кто занимал ведущие позиции, сейчас как раз находятся в органах власти: и в Минэкономразвития, и в Минфине, и так далее. Когда ты в правительстве, тебе доступен больший объем информации, ты лучше видишь всю картину, поэтому и прогнозировать ты можешь гораздо увереннее, понимая большее количество процессов, имея доступ к большим объемам информации. Здесь очень важно иметь внешнюю аналитику, смотреть, что прогнозируют институты, банки и так далее, разговаривать со всеми этими людьми, понимать, какие они предпосылки и базовые идеи закладывают, потому что многие идеи рождаются как раз в частной среде.

Более того, они влияют на ход событий.

Максим Орешкин: О нахождении в правительстве — это как раз уникальное место, где есть возможность делать максимально качественный прогноз.

Прогноз все-таки должен делаться внутри.

Максим Орешкин: Да, но обязательно при участии внешних экспертов, потому что внешняя экспертиза очень важна.

Еще недавно вы были экономистом «ВТБ Капитала», затем не очень долго заместителем министра финансов, и сегодня мы с вами разговариваем как с министром, на котором возложена огромная, в том числе публичная ответственность, потому что общая подготовка программы — все равно это министерство экономического развития. Как это все произошло, когда вам предложили, какая была первая реакция?

Максим Орешкин: Ответ очень простой: главное — полностью отдавать себя работе, до последней капли, а все остальное будет происходить автоматически. Если ты показываешь результат, если ты эффективно работаешь, тебе будут поступать предложения.

У вас же был руководитель-министр, в другом министерстве. От него поступил звонок?

Максим Орешкин: Пусть это останется тайной. Это уже частная история.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 28 февраля 2017 > № 2090661 Максим Орешкин


США > Госбюджет, налоги, цены > americaru.com, 28 февраля 2017 > № 2089975

Как говорится в новом докладе, опубликованном журналом «News & World Report», юг Соединенных Штатов - не самое лучшее место для проживания. Список штатов, в которых лучше всего жить, был составлен на основании мнения жителей.

Каждый штат был оценен по семи категориям. Составители рейтинга учли мнение американцев относительно здравоохранения, образования, экономики, правительства, возможностей, инфраструктуры и уровня преступности в штатах. Массачусетс оказался на вершине списка за программы в областях образования и здравоохранения. Нью-Гемпшир, жители которого отметили расовое равенство в области образования и гендерное равенство, оказался на втором месте.

Южные штаты обосновались в самом конце рейтинга. По мнению американцев, Миссисипи и Луизиана – два двоечника, которые не справляются со здравоохранением и образованием. Однако их тоже есть за что похвалить: обеспечение безопасности, прозрачность деятельности правительства, доступность жилья и низкий уровень долгов за обучение среди выпускников.

США > Госбюджет, налоги, цены > americaru.com, 28 февраля 2017 > № 2089975


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 28 февраля 2017 > № 2089178 Михаил Делягин

 Адская музыка

изолгавшаяся, захлёбывающаяся от денег и разложившаяся бюрократия саботирует даже простейшие поручения

Михаил Делягин

Россию захлестнул вал хороших новостей. Нефть подорожала, рубль укрепился. Главная цель либеральных правительства и Банка России — официальная инфляция — упала до ничтожного уровня (с начала года по 20 февраля — на 0.8%, т.е. вдвое ниже прошлогоднего). Экономика стабилизировалась: спад в 2016 году сокращён до ничтожных 0,2%, а промышленность и вовсе показала символический, но рост.

"Денег нет", как объявил премьер Медведев, но мы пока держимся, — зато федеральный бюджет от них продолжает захлёбываться. Резервы на 1 февраля составили 7 трлн. рублей, дефицит в 2016 году — 3,5% ВВП (при плане в 3,7%), а в январе незаметен: 0,4% ВВП при уровне 7,4% ВВП в январе 2016 и 5,7% — в январе 2015 года.

Красок добавляет сказочный январский рост реальных доходов населения на 8,1% и рост железнодорожного грузооборота на 11,1%. Это очень инерционный показатель, рост уже на 3% вызывает поиск ошибки или структурных причин… То ли всю нефть стали возить цистернами, забросив нефтепроводы, то ли на манёвры вдруг повезли всю армию, причём туда-обратно, — но рост сногсшибательный. И это при том, что никаких новых велики… простите — имиджевых, других нет, — строек не начинали.

В общем, правительственные либералы утешили президента.

Он, похоже, подозревает: что-то в этом фейерверке радостей не так — за месяц с небольшим по завершении новогодних каникул провёл аж два совещания с экономическим блоком правительства и Банка России. Но его хором заверили, что всё просто великолепно — и лучше не бывает. А экономический рост, наконец, перестанет быть "отрицательным" (то есть спадом) и уже в 2017 году достигнет "головокружительных" 2%.

И в этом привычном благодушии не было бы ничего особо опасного, но все предметы гордости либералов оказались вызваны, насколько можно судить, всего лишь изменением методики расчётов Росстата, — например, включением в промышленное производство "кондиционирования воздуха", "сбора отходов" и ещё 109 видов "новой продукции". Менее чем за полтора месяца 2017 года Росстат дважды пересчитал спад 2015 года: сначала снизил его с 3,7 до 3,0%, а затем и вовсе до 2,8%. Промышленный же спад 2015-2016 годов на 3% волшебным образом сменился ростом на 0,5%. При этом Росстат подождал, пока президент Путин обнародует его оценку промышленного роста в 2016 году (1.1%), и лишь потом сообщил о её повышении — до 1,3%.

Реальная же ситуация настолько удручающа, что завесу над ней вынужденно приоткрыли не кто-то ещё, а сами либералы. Недавно вице-премьер Голодец, не склонная к сантиментам, выходец из олигархических структур, начала призывать к пособию по бедности и прогрессивной шкале подоходного налога, вызвав яростную отповедь премьера Медведева. А затем председатель Счётной палаты Голикова отметила: только выявленные нарушения в работе госуправления оцениваются в 2016 году в 956 млрд. рублей — почти в триллион (по сравнению с 517 млрд. за 2015 год).

Изолгавшаяся, захлёбывающаяся от денег и разложившаяся бюрократия прямо саботирует даже простейшие поручения — даже президентские. Так, поставленная президентом задача по обеспечению полной доступности детских садов в ряде регионов решалась "за счёт увеличения наполняемости групп" — но всё равно так и не решилась. Более того, к 1 ноября очередь детей до трёх лет даже выросла — почти на 20%, до 391 тысячи.

За 9 месяцев расселили лишь треть аварийных домов, намеченных к расселению на 2016 год. Площадь аварийного жилья (и не всего, а лишь подлежащего расселению до 1 сентября 2017) превышает 5 млн. кв. м…

Счётная палата выявила фантастическое завышение цены продукции на её пути к потребителю — правда, политкорректно: пока только в отношении молока. Его розничная цена превышает цену производителя в среднем более чем в 2,2 раза.

Огромная часть авансов, выданных федеральным бюджетом, осталась неотработанной. На 1 октября 2016 года просроченный долг по ним — 0,3 трлн. рублей. Выполнение федеральной адресной инвестиционной программы (ФАИП) резко упало: если в 2015 году, когда она была позорно провалена, введено в строй лишь 45,4% её объектов, то в 2016-м — и вовсе только 32,1%. Основные пороки системы госзакупок, выявленные в 2015 году, остались неприкосновенными. Так, предельные цены на одни и те же товары, закупаемые разными ведомствами, варьируются в разы: по ноутбуку для руководителя — в 7 раз, по креслу для него же — в 10 раз, а по принтеру — и вовсе в 62,5 раза.

Незаконный вывод капитала только через фиктивные экспортно-импортные операции, вопреки успокоительной официальной статистике, в 2013-2015 гг., по данным Счётной палаты, составил 1,2 трлн. рублей. Уголовный кодекс РФ, в рамках его медведевской "либерализации", за вывоз капитала по фиктивным сделкам грозит преступникам штрафом в 200-500 тыс. рублей, что может вызвать у них только здоровый смех.

Под сурдинку разговоров о необходимости конкуренции в банковском секторе продолжается его монополизация: доля пяти крупнейших банков в активах выросла с 47,9% до 56%, а число банков, на которые приходится 80% активов, сократилось с 29 до 25.

Социологи РОМИРа и вовсе поставили крест на всём казенном оптимизме, заявив о пятикратном занижении в январе официальной инфляции по сравнению с ростом цен, реально ощущаемым населением. По итогам 2016 года РОМИР оценил ощущаемую населением инфляцию лишь в 7,1% — против официальных 5,4%. Таким образом, в январе, после всех "уточнений методик", официальная статистика, похоже, перестала выражать что-либо, помимо желания начальства и придворных лизоблюдов.

При этом, по данным "Ведомостей", у половины россиян никаких сбережений нет вообще, а 70% из тех, у кого они есть, не смогут прожить на эти деньги больше месяца.

В свете изложенного получается, что контролирующие всю социально-экономическую политику государства либералы убаюкивают президента. Возможно, так на некоторых инновационных фермах коровам играют Моцарта — чтобы мясо было понежнее. А потом они сделают своё дело: доведут народ до отчаяния, когда не жалко будет не то что себя, но даже своих детей, как на Украине, — чтобы мы сорвали страну в Майдан. Который будет страшнее украинского. Они эффективные ребята, эти либералы, умные и рациональные: пока у них получается. И к их успеху надо готовиться — чтобы не дать загнать себя в ад навсегда.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 28 февраля 2017 > № 2089178 Михаил Делягин


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 28 февраля 2017 > № 2088434 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с главами регионов по вопросам межбюджетной политики.

Встреча прошла в рамках форума «Сочи-2017».

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы сегодня собрались (как и раньше это делали, на второй день работы сочинского форума) в таком составе, с участием руководителей регионов, для того чтобы поговорить на тему, которая, наверное, больше всего волнует всех руководителей субъектов Федерации, – о финансах, о совершенствовании межбюджетных отношений.

Территории у нас очень разные, тема финансов и бюджетной обеспеченности затрагивает все регионы – и самые богатые, как говорится, и те, где финансовые проблемы стоят наиболее остро. И в целом сложностей сегодня, конечно, хватает у всех.

Тем более что за последнее время в бюджетной сфере и в межбюджетных отношениях появилось довольно много новаций. Большинство этих решений – это результат нашей с вами совместной работы по инвентаризации полномочий. Мы эту работу проводили и относительно недавно завершили, хотя она в известной степени носит постоянный характер, мы к ней всё время возвращаемся. Часть этих решений вступила в силу.

Хотел бы сегодня услышать от вас, как эти решения работают на практике, что ещё можно было бы сделать. Об этом мы договаривались в декабре, когда на совещании в Правительстве обсуждали меры по сбалансированности региональных бюджетов и говорили, что продолжим обсуждение.

16 января текущего года Президент утвердил представленные Правительством Основы государственной политики регионального развития на период до 2025 года, которые касаются наиболее сложных вопросов. Сейчас Правительство разрабатывает план реализации этих основ, и, конечно, ключевым является вопрос совершенствования межбюджетных отношений.

На чём можно было бы подробнее сегодня остановиться (хотя, конечно, вы вправе затронуть любые темы)? Прежде всего это результативность мер, которые мы сообща в настоящий момент принимаем для того, чтобы достичь сбалансированности региональных бюджетов, и посмотреть, как будем работать в будущем.

Строго говоря, ситуация остаётся сложной. Есть ряд позитивных изменений, но таких изменений, на мой взгляд, должно быть больше. За прошлый год (и это отрадный факт) дефицит региональных бюджетов уменьшился практически на порядок – со 170 млрд рублей до 12,5 млрд рублей. Это, безусловно, важное позитивное достижение. Сокращается и количество проблемных регионов, где государственный долг значительно превышает доходы.

Но в целом долговая нагрузка остаётся очень и очень значимой, очень большой. Доля рыночных заимствований в общем объёме регионального долга снизилась за последнее время, но всё ещё превышает половину. Чтобы постепенно решать долговую проблему, будем продолжать практику выделения бюджетных кредитов. В текущем году на эти цели запланировано 200 млрд рублей. Но эти деньги можно будет получить не просто так, а при выполнении определённых условий, прежде всего жёстких обязательств по снижению дефицитов бюджета и снижению объёма рыночных заимствований.

Многие регионы по-прежнему сильно зависят от помощи федерального бюджета, в том числе по объективным причинам, поэтому мы расширили меры поддержки региональных бюджетов. Чтобы помочь менее обеспеченным территориям, существенно, приблизительно на 100 млрд рублей, увеличены дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности. Их общий объём в настоящий момент превышает 600 млрд рублей. На 100 млрд рублей увеличен и общий объём субсидий региональным бюджетам на софинансирование расходных обязательств. Обсуждается вопрос об уровне софинансирования из федерального бюджета начиная с 2018 года. Правительство готовит новые предложения, давайте их сегодня тоже обсудим.

Был изменён порядок переноса убытков между налоговыми периодами в целях исчисления налога на прибыль. Рассчитываем, что за счёт этой меры также увеличатся доходы примерно на 160 млрд рублей.

Начиная с этого года увеличен на 10% норматив зачисления доходов от акцизов на крепкую алкогольную продукцию. Это ещё приблизительно 25 млрд рублей дополнительных доходов.

С будущего года в бюджеты регионов планируется зачислять прирост налога на прибыль – в той части, которая зачисляется в федеральный бюджет. Я просил бы сегодня глав регионов и, конечно, Министра финансов доложить о том, какой механизм здесь было бы лучше применить.

Конечно, мы продолжим поощрять тех, кто добивается наилучших результатов. Начиная с прошлого года мы выделяем гранты регионам, которые достигли наивысших показателей по динамике экономического роста и привлечению частных инвестиций. Ещё раз хотел бы подчеркнуть, что привлечение частных инвестиций остаётся ключевым показателем вашей работы. В целом на эти цели мы планируем в текущем году направить 20 млрд рублей.

Но распределение будет осуществляться по известным правилам. Во-первых, с учётом фактических расходов органов государственной власти субъектов и органов местного самоуправления, которые они несут в связи с выполнением собственных расходных полномочий. То есть по принципу: менее обеспеченные регионы должны получать бóльший объём финансовой поддержки, а более обеспеченные регионы, соответственно, меньший.

Во-вторых, это будет происходить под обязательства руководителей регионов о выполнении целого ряда целевых показателей по развитию экономического потенциала территорий. Они в том числе касаются увеличения доходов, роста инвестиций в основной капитал и количества рабочих мест.

Большинство руководителей уже заключили соглашения, которые предусматривают и такие обязательства, и финансовую ответственность за их неисполнение. Но, скажем прямо, отдельные главы территорий пока сомневаются, стоит ли это делать, видимо, исходя из предположения о том, что в любом случае что-нибудь дадут, дотации так или иначе распределят, а финансовая поддержка из федерального бюджета никак не должна быть связана с ответственностью за социально-экономическое развитие. Это неправильно.

При формировании своих бюджетов добрая половина регионов закладывает под будущие расходы – на это тоже хотел бы специально обратить внимание – неисполнимый объём доходов, то есть доходы с явным превышением. В дальнейшем, естественно, возникает ситуация, когда ничего с этим не получается и для срочного латания дыр (все средства хороши) следуют просьбы о финансовой помощи из федерального центра. Рыночные заимствования также в этом случае востребуются, то есть регион выходит на рынок и, конечно, получает эти заимствования под рыночный процент. О накопленной долговой нагрузке я только что сказал.

Я напомню, что соглашение с федеральным центром предусматривает и обязательство обеспечить объём доходов, который установлен законом субъекта о бюджете. Это одна из причин, по которой часть соглашений пока ещё не подписана.

И ещё один, если хотите, тренд или сформировавшаяся ситуация, которая выявлена по результатам инвентаризации расходных полномочий и их фактического финансирования. И этот тренд не может не настораживать. Речь идёт о ситуации, когда регионы, не выполняя должным образом полномочия, которые возложены на них в соответствии с федеральными законами, в то же время принимают на себя дополнительные, региональные обязательства, и их, что называется, с удовольствием финансируют. Это тоже неправильная, негодная практика. Её нужно завершать. Хотел бы, чтобы Министр финансов рассказал, что планируется в этом плане сделать.

Ещё одну тему обозначу (она не является темой сегодняшнего дня, но носит системный, застарелый, если хотите, характер): каким образом вообще регламентируется исполнение всех полномочий? Порядок исполнения довольно большого числа полномочий органов региональной власти, местного самоуправления регулируется федеральными законами. Но не только законами, а ещё и ведомственными актами, всякого рода инструкциями, документами, положениями. Устанавливаются обязательные к исполнению стандарты, предписания, нормативы. По сути, это в значительной степени предопределяет расходы региональных и местных бюджетов, или, как красиво говорили в советские времена, их детерминирует. Прежде всего это касается здравоохранения, образования, социальной поддержки, занятости, транспорта, ЖКХ. В общем объёме расходных обязательств региональных и местных органов власти – а они, по данным Минфина, оцениваются приблизительно в 10 трлн рублей – доля зарегулированных с федерального уровня полномочий превышает 95%. Это в целом по стране. Для малообеспеченных регионов, по сути, это превышает объём собственных доходов.

Вопрос этот крайне непростой, его невозможно решить на этом совещании или давая те или иные поручения. Он хронический, создавался на протяжении всех лет современного российского федерализма, тем не менее на него нужно посмотреть под новым углом зрения. Может быть, его решение поможет в осуществлении региональных полномочий.

Эти позиции я хотел бы обозначить для начала. Сейчас мы послушаем несколько сообщений общего порядка, коллеги выступят, а потом уже обменяемся соображениями в целом по ситуации.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 28 февраля 2017 > № 2088434 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 28 февраля 2017 > № 2088223 Татьяна Голикова

«Майские указы с повестки дня никто не снимал»

Глава Счетной палаты Татьяна Голикова о майских указах и гомеопатии

Екатерина Копалкина

Передать администрирование страховых взносов в ФНС было правильным решением, считает председатель Счетной палаты Татьяна Голикова. В интервью «Газете.Ru» она рассказала, почему аудитор не должен заменять собой уже существующие институты, а последний скандал вокруг гомеопатии скорее похож на раздел рынка.

— Татьяна Алексеевна, на ваш взгляд, насколько рационально был составлен бюджет на 2017 год? Были ли учтены замечания Счетной палаты?

— Мы достаточно плотно работаем с Министерством финансов на стадии формирования проектов бюджета. И у нас всегда есть возможность согласовать некие подходы и какие-то законодательные решения, которые требуют регулирования в рамках закона о бюджете и Бюджетного кодекса. Но самое главное — это наши совместные предложения, которые мы в свое время инициировали, которые касались бюджетной эффективности и бюджетной консолидации. Конечно, не все удалось пока реализовать — 2016 год был первым в этом отношении, 2017 год несколько ужесточил эти подходы. Но это тоже пока не все, что еще предстоит сделать в рамках работы над расходами и в рамках более полноценного планирования доходов.

— В начале февраля Счетная палата заключила, что консолидированные бюджеты регионов исполнены с дефицитом. А Минфин, в свою очередь, наоборот, говорит об улучшении бюджетной дисциплины. Из-за чего может быть такое расхождение и кто все-таки прав?

— Здесь нет никакого спора. Действительно, дефициты региональных бюджетов по 2016 году, если сравнивать с 2015-м, сократились. Но мы сейчас говорим о том, что при таком сокращении дефицитов бюджетов собственно дефицит консолидированных бюджетов за 2016 год составил всего 12,6 млрд руб.

То есть те региональные бюджеты, которые в 2015 году были профицитными, стали дефицитными. Это, скажем, бюджет города Санкт-Петербурга, бюджет Севастополя, Сахалинской области, Ханты-Мансийского автономного округа. Первая попытка анализа того, что же произошло, говорит, что в двух регионах — ХМАО и Сахалинской области — влияние оказала конъюнктурная составляющая, цены.

Что касается Санкт-Петербурга, то пока мы наблюдаем более существенный прирост расходов, чем в предыдущие годы. Но детально это предстоит анализировать, когда будет полный годовой отчет об исполнении бюджетов этих регионов.

— В начале года у вас был довольно громкий доклад о деятельности Фонда развития моногородов. Идет ли у них сейчас какая-то работа по исправлению своих ошибок?

— Мы направили соответствующие представления, сроки исполнения которых еще не истекли. Конечно, мы будем анализировать меры, которые коллеги примут по этому поводу. Я считаю, что на заседании коллегии у нас произошло довольно серьезное обсуждение тех проблем, которые есть, и эффективности тех механизмов, которые используются для решения проблем моногородов. Вы знаете, что с 1 января 2017 года государственная поддержка моногородов включена в список приоритетных проектов. И есть новый паспорт этого приоритетного проекта, который был принят в конце октября 2016 года. Но пока, к сожалению, у нас к этому паспорту есть некие претензии.

Если говорить в целом об этой проблеме, достаточно красноречивым является то, что на 1 января 2017 года 7,2 млрд руб., которые были предусмотрены в бюджете, так и не были перечислены в моногорода. Они были предусмотрены, но остались невостребованными, хотя соглашения были заключены. Значит, что-то не срабатывает.

На сегодняшний день мы не видим такой явной заинтересованности субъектов Российской Федерации, на территории которых находятся моногорода. Потому что в основном решение проблемы моногородов — это средства федерального бюджета.

Паспорт приоритетного проекта, о котором я говорила, предполагает, что к концу 2018 года в моногородах должно быть создано 230 тыс. новых рабочих мест, не связанных с градообразующими предприятиями. А 18 моногородов должны быть более благополучными, чем сейчас. Первоначально предполагалось, что, по-моему, семь моногородов будут более благополучными. Поэтому ранее существовавшие проекты и новый паспорт проекта мало корреспондируются друг с другом. Мы пока видим только некие количественные показатели, по которым очень трудно оценить качество реализуемых мер. Но я очень рассчитываю, что приоритетный проект будет администрироваться особым образом.

— В СМИ недавно прошла информация, что сборы в Пенсионный фонд упали по сравнению с январем 2016 года на 7%. На ваш взгляд, это может быть связано с более жестким администрированием со стороны ФНС? По-вашему, это разовая практика или некая системная ошибка?

— Ну, во-первых, я считаю необходимым сказать, что это было абсолютно правильное решение — передать администрирование страховых взносов в налоговую службу.

Хотя когда-то я сама, в другой должности, забирала администрирование страховых взносов от налоговой службы в государственные внебюджетные фонды. Но тогда концепция администрирования фондами была иной: предполагалось, что будет существенно модернизирована информационная система государственных внебюджетных фондов, которая позволит улучшить администрирование, а также ускорить все процедуры. Сейчас налоговая служба набрала существенно более высокие темпы по информатизации всех процессов, которые связаны с администрированием налогов.

Что касается информации, которая появилась в СМИ.

У нас есть свои оперативные данные по исполнению бюджетов, и, по предварительным данным, цифра 7% мне не знакома. Она существенно ниже, по-моему, два с небольшим процента.

Но парадокс, и мы сейчас изучаем эту тему дополнительно, заключается в следующем. В декабре 2016 года некоторыми крупнейшими плательщиками были уплачены авансы, в которых срок платежа наступает 15 января 2017 года. То есть в декабре произошла переплата по тем срокам, по которым платежи должны были быть сделаны в январе. Сейчас мы с этим детально разбираемся. Если это подтвердится, а вероятность высока, то может оказаться, что ситуация ровно наоборот — что сборы могли бы быть выше, если бы не было этой переплаты. Что касается последующих поступлений, мне кажется, что уже в совокупности январь и февраль, по сравнению с прошлым годом, дадут прирост.

— Недавно Минэкономразвития предложило все виды торгов госимуществом перенести на электронную площадку. На ваш взгляд, это избавит от злоупотреблений?

— Когда создавались электронные площадки и мы работали и с 94-м, и с 44-м законах о закупках, многие говорили, что это панацея от всего. Да, это существенно опрозрачило процедуры. Но это не искоренило все недостатки, существующие в этой системе. Я думаю, что при принятии этого решения будет ровно то же самое. Хотя, безусловно, это правильный и существенный шаг вперед.

— В этом же законопроекте предлагается создать институт аудита торговли госимуществом, за который будет отвечать Счетная палата. Вам это известно?

— Вы знаете, иногда я страшно радуюсь оттого, что на меня наваливают все новые и новые решения вопросов. Меня это не пугает, с одной стороны, потому что на сегодняшний день мы некоторые мероприятия в этой части уже осуществляем.

Но если в такой постановке, аудит имущества, которое будет реализовываться, то мы что, будем подменять собою существующие сегодня на рынке институты, которые этим занимаются? То есть это очень специальная, я бы сказала, специализированная функция. И если вопрос звучит так, то надо хорошо подумать, прежде чем принимать такое решение.

— Осталось десять месяцев до срока выполнения майских указов, а одна из самых больных тем — это зарплаты бюджетников. По январским цифрам они еще отстают где-то на 11%. А президент предполагал, что они будут выше на 200%. На ваш взгляд, реально будет достичь таких показателей за оставшееся время?

— Могу сказать только лишь одно: задача такая стоит, и с повестки дня никто ее не снимал. В федеральном бюджете предусмотрены средства на исполнение майских указов президента по заработной плате. Повышение идет плавно, к концу 2017 и в начале 2018 года. То есть к моменту мая 2018 года, когда нужно будет подвести окончательные итоги, я думаю, что это будет реализовано.

— Вы недавно говорили о росте безработных с высшим образованием. Может, дело не только в недостатке работы по линии вузов? Играют роль имидж многих профессий, заработная плата.

— Конечно, такая проблема существует. Но мы говорили о более глубокой проблеме, которая связана со сбалансированностью рынка труда. То есть востребованностью тех или иных профессий на рынке труда. И сегодня отдельные специалисты, получающие высшее образование, себя на рынке труда не находят.

Минтруда изучает рынок, выделяя профессии, которые нужны на рынке. Но на этом все и заканчивается. А соответствующая разъяснительная и профориентационная работа не ведется на должном уровне — и получается провал.

Точно такой же провал получается со средним специальным образованием. Потому что у нас людей со средним специальным образованием существенно меньше, даже не говорю об их профессиональной принадлежности, а просто их существенно меньше, чем сегодня требуется отраслям промышленности, особенно в тех условиях, когда мы накапливаем потенциал по импортозамещению, по повышению темпов роста промышленности.

Но эта тема у нас мало обсуждается в обществе, ей мало придают значения. Все считают, что если это рабочая профессия или не очень квалифицированная, то там маленькая зарплата и туда идти не надо. На самом деле это не так. У нас недостроены механизмы ориентации учеников, начиная со школы, чтобы они могли выбрать правильное место работы и правильное место учебы.

— Но даже выпускники престижных вузов сталкиваются с тем, что их не берут из-за того, что везде требуется опыт…

— Нет, не только поэтому.

К сожалению, да не обидятся на меня выпускники, очень многие хотят сразу высокую заработную плату. А работодатель не может этого дать человеку без опыта и знаний на конкретном предприятии. Так было всегда, и сегодняшнее время — не исключение.

— Вопрос к вам как к человеку, который занимался здравоохранением. Как вы относитесь к гомеопатии?

— Как я отношусь к гомеопатии… Вы спрашиваете про недавнее заключение относительно того, что они вредны и малоэффективны?

— Да. Согласны ли вы с тем, что это не худшее из зол?

— Это не худшее из зол, весь мир этим пользуется. И предстоит еще, я думаю, очень многое научно подтвердить, чтобы сказать, что это действительно неэффективно и вредно. Во всяком случае, по тому, как это преподнесено, у меня складывается такое ощущение, что это борьба на рынке, а не вредность гомеопатии.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 28 февраля 2017 > № 2088223 Татьяна Голикова


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 февраля 2017 > № 2088425 Дмитрий Медведев

Российский инвестиционный форум «Сочи-2017».

Основная тема форума – инвестиции в регионы России: приоритеты региональной политики.

Пленарное заседание форума

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Сердечно вас приветствую на нашем инвестиционном форуме. Форум всегда хорошая площадка для того, чтобы подискутировать, посмотреть на возможных новых партнёров, презентовать экономические возможности и компании, и региона. Теперь мы решили проводить форум в феврале. Это теперь наш основной зимний форум, открытый для всех гостей и сориентированный на региональную проблематику.

Конечно, я рассчитываю и на то, что все его участники смогут насладиться зимним, можно сказать, уже почти весенним Сочи. Это должно способствовать активной работе.

Хотя время форума изменилось, мы с вами по-прежнему обсуждаем ответы на те вызовы, которые возникают перед Россией. В последние несколько лет они так или иначе касались преодоления кризисных явлений, вызванных и проблемами в мировой экономике, и нестабильностью сырьевых рынков, и структурными дисбалансами, которые существуют в нашей экономике, и, конечно, санкциями за нашу политическую позицию.

Сегодня уже можно твёрдо сказать: мы со всеми этими вызовами научились справляться. Падение валового внутреннего продукта прекратилось. Январская статистика продемонстрировала выход реальных располагаемых доходов в положительную зону – их прирост составил около 8% к уровню прошлого года. Конечно, существенную роль в этом сыграла единовременная выплата пенсии, но и без учёта этой единовременной выплаты реальные доходы наших граждан стали потихоньку повышаться. И наверное, это один из важнейших итогов текущего экономического периода. Надо все эти тенденции закрепить.

У нас уже сейчас сложилась рекордно низкая для современной России инфляция – порядка 5,4% в 2016 году и 5% по итогам января 2017 года. Напомню, что по итогам 2015 года инфляция была почти 13%. И конечно, абсолютно реальные планы довести инфляцию до 4% в год. Мы с вами понимаем, что это значит. Это означает возможность последовательно снижать процентные ставки, сделать кредитные ресурсы гораздо более доступными, а это принципиальный вопрос и для бизнеса, и для всех наших людей.

Положение на рынке труда стабильное. Мы с безработицей справились. Но сегодня мы должны думать о решении других задач. В наших среднесрочных планах содержится ряд мер по преодолению демографических ограничений, которые могут впоследствии препятствовать развитию нашей страны. Они охватывают практически все сферы: и здравоохранение, и социальную политику, и миграционную политику.

Показатели промышленного производства пока скромные – около 1% по итогам прошлого года. Хотя эти показатели в значительной степени соответствуют среднеевропейским. Но есть отрасли, и это не может не радовать, которые показывают значительно более высокие результаты. И это не только сырьевой сектор наконец-то. В транспортном и сельскохозяйственном машиностроении, в некоторых сегментах химической промышленности, в фармацевтике у нас темпы роста измеряются иногда даже двузначными величинами. Хорошо развивается сельское хозяйство (по итогам 4,8% роста) и пищевая промышленность (около 2,5%).

Поэтому в целом мы ситуацию стабилизировали, это действительно очень важно.

Но завтрашний день ставит перед нами новые вызовы. Прежде всего это повышение темпов роста экономики. Для этого требуется интенсивное развитие регионов в значительной степени за счёт привлечения новых инвестиций, а на этой основе – решение главной задачи: улучшение жизни наших людей.

На достижение всех этих стратегических целей будет направлен Комплексный план действий Правительства на период с 2017 по 2025 год. Сейчас начинается этап более широкого обсуждения предложений, которые содержатся в проекте. Я обращаюсь ко всем присутствующим, к экспертному сообществу, к деловым объединениям: нужно активно включиться в этот процесс. Ключевая задача – разработать систему действий, которая позволит достичь уже в ближайшие годы темпов роста, сопоставимых со среднемировыми, а лучше, конечно, выше среднемировых.

Подробнее остановлюсь на возможных основных направлениях плана. Сразу подчеркну, это ещё не решения, но это то, что в любом случае в плане должно быть. По итогам наших обсуждений и в Правительстве, и на форуме, и в экспертном сообществе он будет дополнен.

Первое, о чём хотел бы сказать, – это «Устойчивая среда», комплекс мер, которые направлены на обеспечение стабильности макроэкономической динамики и стабильности ведения бизнеса, в том числе устойчивости систем налоговых и неналоговых платежей, тарифов естественных монополий, принципов контрольно-надзорной деятельности и мер государственного регулирования и поддержки. Понятные правила – один из ключевых моментов для принятия инвестиционных решений как в масштабах страны, так и в региональном разрезе, да и просто на уровне отдельной компании.

Второе – «Эффективная занятость». Ближайшие пять лет будут непростыми для рынка труда. Причём речь идёт не о безработице – надеюсь, мы научились управлять этими процессами, – а скорее о дефиците квалифицированных рабочих рук. Это результат целого ряда накопившихся проблем и демографического провала 1990-х годов. В план мы заложили ряд шагов, которые позволят наиболее эффективно использовать имеющиеся трудовые ресурсы, помочь нашим гражданам максимально эффективно реализоваться. Кроме того, будем работать над тем, чтобы в Россию приезжали работать высококвалифицированные и талантливые специалисты.

Д.Медведев: «Завтрашний день ставит перед нами новые вызовы. Прежде всего это повышение темпов роста экономики. Для этого требуется интенсивное развитие регионов в значительной степени за счёт привлечения новых инвестиций, а на этой основе – решение главной задачи: улучшение жизни наших людей. На достижение этих стратегических целей будет направлен Комплексный план действий Правительства на период с 2017 по 2025 год. Ключевая задача – разработать систему действий, которая позволит достичь уже в ближайшие годы темпов роста, сопоставимых со среднемировыми, а лучше, конечно, выше среднемировых».

Третье направление, о котором хотел бы сказать, – это «Умная экономика».

Успешная страна – это не только развитая экономика, геополитическое влияние, военная мощь, что, безусловно, присуще нашему государству, но и научные достижения, которые прославляют нацию, востребованные во всём мире технологические устройства, лекарства, уникальные технологии, которые в целом делают жизнь лучше и безопаснее.

Страны, которые сегодня не способны перейти к новым технологиям, могут оказаться в очень тяжёлом положении, просто отстать безвозвратно. Их не спасёт ни дешёвая рабочая сила, ни сырьё.

У России есть все слагаемые для того, чтобы стать одной из ведущих технологических стран мира. У нас есть интеллектуальный потенциал, у нас есть ресурсы. И главное, что есть, что мы смогли за последнее время в известной степени возродить, – это психология страны-лидера. Лидера, который не раз доказывал, что может делать лучшие в мире продукты.

Сегодня ситуация такова, что нередко российские стартапы просто «утекают» за границу, потому что там сформирована максимально комфортная среда для тех, кто способен создавать революционные технологии, продукты. Государственные фонды и частные структуры вкладывают в такие проекты весьма серьёзные средства, даже если изобретатель живёт в другом государстве.

Столь же эффективную «экосистему» нам необходимо создать и в нашей стране.

Наша задача – чтобы цифровые технологии охватывали все сферы: от торговли и логистики до государственных услуг, от промышленности и образования до жилищно-коммунального сектора и здравоохранения. И поэтому в этом разделе комплексного плана речь пойдёт о создании необходимой правовой и физической инфраструктуры для перехода к цифровой экономике, а также конкретных действиях в каждой из вышеперечисленных областей.

Новый план Правительства должен содержать дополнительные меры по трансформации структуры экономики, росту несырьевого экспорта, реализации новых инвестиционных проектов, а также опережающему развитию малых и средних предприятий. В этом контексте предлагаю уже в ближайшее время реализовать ряд шагов.

Во-первых, разработать механизм, который упростит хеджирование валютных рисков для российских экспортёров. У нас этого механизма просто нет. Речь идёт о создании единого окна, через которое экспортёры смогут зафиксировать будущий денежный поток от экспортных поставок в рублевом эквиваленте.

Во-вторых, обеспечить конкурентоспособные условия кредитования потребителей российской продукции за границей. Для этого часть иностранных активов Министерства финансов может быть направлена на такое финансирование. Я поручу Минфину и Минэкономразвития проработать этот вопрос.

В-третьих, нужно создать на базе институтов развития, прежде всего ВЭБа, фабрику проектного финансирования. Финансирование проектов должно быть построено с привлечением ресурсов сторонних инвесторов на принципах синдикации, при этом риски изменения процентных ставок в будущем должно взять на себя государство. В целом государство могло бы гарантировать стабильность инфляции на определённом уровне.

В-четвёртых, можно было бы расширить программу «Шесть с половиной» по кредитованию малого и среднего бизнеса. Этот инструмент мы создали для помощи тем малым и средним компаниям, которые ведут проекты в приоритетных отраслях: аграрно-промышленном комплексе, здравоохранении, обрабатывающих производствах, целом ряде других отраслей. Я предлагаю увеличить лимит этой программы, то есть объём кредитования, на дополнительные 50 млрд рублей для выдачи кредитов региональными банками и для их использования на инвестиционные цели. Наша задача – поддержать растущую активность именно в этих сегментах. Также поручаю Минэкономразвития вместе с Министерством финансов в двухнедельный срок представить согласованные предложения по этим мерам.

Ещё одна тема. Серьёзным фактором, который сдерживает инвестиционную активность, ухудшает условия ведения бизнеса, является несовершенство государственных стандартов. Многие из них существуют ещё с советских времён, многие являются избыточными. Мы этим занимаемся уже довольно давно, во всяком случае последние 10–12 лет, но, наверное, не так интенсивно, как требуется. Поэтому я просил бы Экспертный совет при Правительстве проанализировать, какие дальнейшие шаги здесь можно было бы предложить.

Одним из ключевых вопросов, который найдёт отражение в нашем среднесрочном плане, будет дальнейшая рационализация налоговой системы. С одной стороны, мы должны обеспечить стабильность налоговой системы, с другой – стимулировать экономическую активность, то есть создать все условия, чтобы у компаний не было соблазна уходить в тень. Сейчас мы работаем вместе с бизнесом, вместе с регионами над предложениями по ключевым параметрам налоговой системы.

Вечером я планирую встретиться с представителями нашего крупного бизнеса, обсудить в том числе и эти вопросы.

Но точно могу сказать, что мы воздержимся от принятия любых решений, которые ухудшают положение предпринимателей в части неналоговых платежей. Эту тему мы неоднократно обсуждали, хотел бы это ещё раз подтвердить. Конечно, мы также продолжим сокращать отчётность, которую должен представлять бизнес.

Следующее направление – социальная сфера. Речь идёт о качественном улучшении социальной инфраструктуры в нашей стране. Мы все прекрасно знаем её недостатки, уже достаточно многое делается для того, чтобы их устранить. Но те деньги, которые мы вкладываем в социальную сферу, должны работать лучше, с большей отдачей. Это относится и к здравоохранению, и к образованию.

Сегодня мы экспортируем нефть, газ – и, к сожалению, экспортируем интеллект. Но если за первые две позиции российский бюджет получает деньги, то интеллект очень часто уходит из нашей страны бесплатно и безвозвратно. Это не просто расточительно, это недопустимо по отношению к собственной стране. Теряя талантливых учёных, специалистов, Россия теряет не только деньги, время, потраченные на их подготовку, но и позиции в конкурентной борьбе за будущее. Я напомню известные слова Сергея Капицы: «Математика – это то, что русские преподают китайцам в американских университетах». Вот такого положения быть, конечно, не должно.

Мы должны создать все условия, чтобы новое поколение могло реализовать свой потенциал именно в России. Система образования также должна исходить из того, что современная экономика требует от человека постоянной учёбы, совершенствования его знаний. Теперь, по сути, все мы учимся всю жизнь. Задача этого блока – соответствующим образом настроить всю систему образования. Мы понимаем, что главная инвестиция, если рассматривать среднесрочный период, – это грамотная система управления талантами. Чтобы за рубеж мы действительно отправляли не интеллект, а интеллектуальные товары и услуги.

Также важно, чтобы люди как можно дольше оставались активными, вели полноценную жизнь, занимались любимым делом.

Хочу отметить особо: список возможных направлений комплексного плана не является закрытым. Он, конечно, будет дополняться. Свои предложения уже частично представило деловое сообщество, стратегия обсуждается в экспертных кругах.

На данном этапе эту работу можно было бы организовать следующим образом. Текущее управление на себя возьмёт Министерство экономического развития, потому что это его функция. По ключевым направлениям можно создать профильные рабочие группы. Они доработают перечень конкретных действий плана. А общую координацию будут осуществлять заместители Председателя Правительства и я лично.

Для успешной реализации плана мы должны активнее переходить на новые управленческие технологии, активнее внедрять проектный подход. Поэтому следующий этап здесь – перевод значительной части бюджетного процесса на проектные принципы. Изменения в бюджет на предстоящую трёхлетку, (конечно, за исключением технических вопросов, особых статей бюджета типа обороны, безопасности, некоторых других), должны быть оформлены как проекты с понятными целями и ответственными за их достижение исполнителями. Поэтому я поручу Минэкономразвития вместе с Минфином в двухнедельный срок подготовить предложения, как дальше работать с проектным бюджетом, оценить степень нашей готовности к такому бюджетированию, и окончательно примем решение по этому поводу.

Результат выполнения плана должен быть таким – это должна быть новая ситуация в экономике.

Какой должна быть эта экономика? Во-первых, это должна быть экономика опережения среднемировых темпов роста. Экономика, которая открыта будущему и технологически, и по своим институтам.

Во-вторых, это должна быть экономика возможностей, чтобы вход в социальный лифт для людей был открыт в любой части нашей страны, а с этим есть проблемы.

В-третьих, экономика наша должна быть не просто свободной, она должна быть умной, и мы рассчитываем именно на такие результаты.

И, конечно, одна из основных составляющих такой экономики – это высокий уровень инвестиционной активности.

Сегодня во всём мире – и Россия не исключение – доминирует сберегательная модель экономического поведения. С чем это связано? Это, конечно, реакция экономических агентов, инвесторов на общую неопределённость. У нас это триллионы рублей, которые могли бы развивать экономику, но которые остаются без движения.

Наша задача – и федеральных, и региональных властей – сделать так, чтобы эти деньги начали работать. Привлечением инвестиций должны заниматься все.

Мы прекрасно понимаем, что исходные позиции у наших регионов разные. Это касается многих вещей, включая природные ресурсы, наличие крупных предприятий, дорог, электростанций, университетов, научных центров. У нас нет универсального механизма, который бы гарантировал нам успехи, но я уверен: в России, несмотря на текущие трудности, не существует бесперспективных регионов. Это совершенно очевидно. Да, у каждого свои особенности, но есть и свои конкурентные преимущества, это тоже очевидно, – и природные, и отраслевые, и ресурсные, и трудовые, на которых и нужно зарабатывать деньги.

Поэтому первая наша задача – выявить в каждой территории собственные точки роста. Коллеги-губернаторы, которые присутствуют на форуме, и так этим занимаются, но нужно это делать интенсивнее. Исходя из этих точек роста скорректировать государственные программы, инвестпрограммы естественных монополий, которые касаются развития федеральной транспортной, энергетической и социальной инфраструктур, и в увязке с ними – программы создания и модернизации инфраструктуры регионального и местного значения. Это позволит снять очень многие существующие ограничения, которые в целом ряде регионов просто ставят крест даже на самых интересных проектах и напрямую влияют на жизнь людей.

Те инфраструктурные проекты, которые имеют определяющее значение для развития региона, должны получить и гарантированное финансирование. Такие механизмы должны быть разработаны в ближайшее время. А то у нас очень распространённой является ситуация: начинается строительство дороги или энергетических сетей, бизнес, ориентируясь на наши планы, приступает к реализации инвестпроекта, который, по сути, опирается на эту инфраструктуру, а дальше возникают какие-то сложности, в том числе и с бюджетом, строительство замораживается, в результате проект срывается.

Сегодня мы применяем и другие инструменты, которые должны стимулировать инвестиции. Это создание территорий опережающего развития, технопарков, индустриальных парков, туристических кластеров. Это государственно-частное партнёрство – строительство объектов инфраструктуры с софинансированием из федерального бюджета.

Все эти инструменты должны быть использованы и в дальнейшем. Здесь может возникнуть проблема выбора, потому что инструментов уже довольно много. Важно, чтобы их многообразие не дезориентировало инвесторов.

Второе, о чём хотел бы сказать: должна возрасти роль региональных и местных властей в создании благоприятного инвестиционного климата. Нужно активнее работать с потенциальными инвесторами. Концентрировать и государственные, и частные деньги на приоритетных экономических направлениях, которые могут дать максимальную отдачу для города, для области, для всей страны. В инициативном порядке предлагать бизнесу инвестиционные идеи, а не просто тиражировать многочисленные инструкции или изобретать формы отчётности.

Сегодня система финансовой поддержки региональных бюджетов строится в том числе на том, чтобы стимулировать региональные власти развивать собственный экономический потенциал. Федеральный центр и регионы подписывают соглашения, согласно которым региональные власти должны добиться конкретных показателей. Это в том числе и объёмы доходов бюджетов, инвестиций в основной капитал, увеличение числа рабочих мест и некоторые другие показатели. Соглашения предусматривают и финансовую ответственность за невыполнение этих обязательств. Я прошу всех это иметь в виду.

В этом году мы увеличили общий объём дотаций и субсидий почти на 200 млрд рублей. Одновременно мы расширили возможности регионов в плане принятия решений о льготах и преференциях. На местах действительно можно более точно оценить, какие льготы дают эффект, какие полезны бизнесу, а какие не дают эффекта и являются минусом для бюджетов.

Начиная с прошлого года мы выделяем гранты тем регионам, которые достигли наивысших показателей динамики экономического развития. В 2017 году на эти цели также планируется израсходовать 20 млрд рублей. С 2018 года у регионов появляется возможность оставлять у себя часть прироста налога на прибыль (может быть, нам стоит подумать и над тем, чтобы такой подход распространить и на другие налоги и сборы, но это нужно проанализировать), часть средств оставлять в местных бюджетах. Логика здесь очень простая: больше предприятий успешно работают в регионе, стало быть, больше возможностей для строительства нового жилья, дорог, школ, больниц, других социальных объектов.

Все ключевые направления нашей работы определены Основами государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года, которые были разработаны Правительством и утверждены Президентом. Они будут детализированы в плане мероприятий по их реализации и стратегии пространственного развития нашей страны.

Следующий шаг – распространить эти подходы и на взаимоотношения региональных властей и муниципалитетов, чтобы усилить мотивацию местных властей активно работать с инвесторами, повысить их ответственность за результаты. И конечно, нужно сделать гибкость и адаптацию к новым условиям базовыми принципами работы государственного аппарата. Критериями оценки должны стать количество созданных современных компаний, рост экспорта несырьевых товаров и повышение доходов людей.

Чтобы эффективно помогать инновационным компаниям и технологическим лидерам, государство должно их по-настоящему понимать, а стало быть, также быть лидером по использованию современных методов управления и технологий.

Завтра мы встретимся с губернаторами, с коллегами из Правительства, некоторыми другими нашими коллегами, для того чтобы более предметно обсудить эти темы, потому что они на самом деле волнуют абсолютное большинство регионов.

Есть такая интересная цитата Черчилля: «Меня часто спрашивают, за что мы сражаемся. Могу ответить: "Перестанем сражаться, тогда узнаете"». Это неплохо характеризует деятельность любого правительства, да и вообще любой власти.

Так вот чтобы ни мы, ни наши дети, ни наши внуки не узнали, что такое отставшая от всего мира страна, мы должны сражаться каждый день. За каждый процент роста, за каждый регион, за каждый населённый пункт, за каждую компанию, за каждую идею, то есть сражаться за будущее России.

И.Федотов (модератор пленарного заседания, директор Ассоциации инновационных регионов России): Как было только что отмечено, перед нами стоят задачи – рост экономики, развитие регионов и повышение качества жизни. В настоящее время наша экономика находится в точке перелома. Не вызывает сомнения, что действия Правительства Российской Федерации по антикризисной программе были крайне успешными и сейчас, избежав популистских решений, мы создали плацдарм для роста. Тем не менее риски – риски длительное время сохранятся в зоне низких темпов роста – у нас есть, как у всех развитых стран. Для России это более болезненно, потому что на нас влияют ещё и внешние факторы, внешние факторы ограниченности кредитных ресурсов и трансфера современных технологий.

И основной способ заставить экономику расти – это, безусловно, инвестиции. Причём частные инвестиции для нас, может быть, даже более важны, чем государственные, потому что частные инвестиции – это, конечно, доверие к экономической политике.

Комплексный план действий Правительства до 2025 года необходим для перенастройки социально-экономической повестки так, чтобы она стимулировала рост, стимулировала приток инвестиций в регионы. И в этой связи первый вопрос, который я хотел бы задать нашим участникам, звучит так: назовите, пожалуйста, три основные причины препятствия росту инвестиций в регионах России. Давайте рассмотрим этот вопрос с точки зрения представителей бизнеса, главы субъекта и федерального центра.

Первым хочу попросить ответить Давида Михайловича Якобашвили.

Д.Якобашвили (президент ООО «Орион Наследие»): На самом деле ответ на этот вопрос сейчас был услышан из уст Дмитрия Анатольевича, даже нечего добавить в этом плане. Все точки были отмечены – в чём трудности, почему инвестиции не идут в Россию.

Хочу ещё раз отметить, что это должна быть предсказуемость. Все три площадки бизнеса и Торгово-промышленная палата, всё время мы заявляем: предсказуемость на определённый период времени. Мы должны понимать, что не изменится ничего. Да, налоги у нас не изменяются, но опять-таки, как отметил Дмитрий Анатольевич, всё-таки косвенные налоги и неналоговые платежи изменяются, и изменяются так, что даже не заметишь – и уже получается, что кадастровая оценка изменилась. «Платон», допустим: введение этого тарифа очень отразилось на пищевой промышленности.

Закон об отходах тоже отражается. Почему отражается? У нас закон выходит, а вопрос по поводу нормативно-правовых актов не догоняет закон. Пока нормативно-правовые акты вырабатываются, бизнес должен выполнять принятый закон. Он опаздывает, он не знает, как это делается, а правоохранительные органы уже это трактуют совершенно по-своему, каждый по-своему, и регион по-своему трактует. В конечном итоге бизнес боится и не знает, что сделать, и получается так, что инвестиционный климат в этом случае также падает.

С другой стороны, почему я говорю о предсказуемости? Что происходит в развитых странах: раньше было правило, американская мечта, допустим, все стремились к тому, чтобы стать богатыми. Сегодня, в общем-то, все правительства, которые приходят на Западе к власти, практикуют только, как бы всех сделать совершенно одинаково бедными, потому что основные выборщики для них – это, в общем-то, низкий слой населения или средний слой населения. Следовательно, богатых никто не любит.

Но в любом случае инвестиции должен сделать богатый человек. Следовательно, если создать в России условия для того, чтобы эти богатые люди приезжали в Россию, они с удовольствием приедут сюда и будут вкладывать деньги, если они будут иметь на определённый период времени какую-то уверенность в завтрашнем дне. Вот и всё, посеять уверенность в завтрашнем дне – это даст возможность нам двигаться вперёд.

Далее я хотел бы отметить мелкие проблемы, которые у нас существуют и которые тоже можно было убрать, – это крючкотворство и бюрократия. Почему? Вот вы приходите к какому-то окну, вы сдаёте ваши документы, их проверяют два месяца и потом находят ошибку какую-то, орфографическую, стилистическую, какую-либо ошибку просто находят, возвращают вам документы обратно, когда можно было бы и не обращать на это внимания. Но принцип «как бы чего не вышло» отнимает столько времени. Время – деньги. У нас не считается, что время – деньги и что лучше дать возможность сделать, чем не сделать. Это не зависит от Правительства, не зависит от индивидуума, это зависит от всех нас. Надо подумать о том, что мы должны стать обоюдобогатыми. Россия такая страна, её можно сделать очень богатой и раем для всех, когда такая ситуация происходит во всём мире, сюда можно привлечь огромное количество людей.Также хотелось бы сказать, что самостоятельность в принятии решений для регионов – это тоже было бы очень неплохо. Во главе регионов стоят совершенно образованные (не хочу комплименты делать) люди, понимающие, знающие, что такое бизнес. Многие из них вышли из бизнеса, многие из них всегда контактировали с бизнесом и знают, что сделать для собственного региона, понимая характер, понимая устои, понимая историю своих регионов. Больше самостоятельности, я думаю, дало бы возможность развиться быстрее намного и двигаться вперёд, оставляя какие-то финансовые активы именно в регионах.

Дмитрий Анатольевич сказал, что именно финансирование можно оставить в регионах. Вот это поддерживается. Если возможно это сделать, было бы классно. Потому что порой приходишь в регионы, а у них нет денег даже сделать какие-то мелкие вещи, в инфраструктуре что-то подправить или где-то ещё, что-то построить. Софинансирование проектов было бы даже очень удачным для регионов, а из процветания регионов складывается процветание всей страны.

Принимая какой-то закон (мы сегодня, мягко говоря, штампуем законы один за другим), было бы хорошо посоветоваться с бизнесом, создать рабочие группы. Во многих случаях это происходит, но во многих случаях не происходит, вот это очень жаль. Потому что в конечном итоге закон как-то бьёт по бизнесу в отрицательном плане. Мы, конечно, хотим идти в ногу со многими развитыми странами в этом случае, но порой не надо бы зажимать, в некоторых случаях надо дать возможность развиться.

В век технологий, когда человек через свой телефон абсолютно просвечивается, скоро частной жизни, приватной жизни практически не будет, всё будет видно и так. Так что сейчас дать больше свободы в этом плане, чтобы люди могли как-то двигаться вперёд в плане развития своих способностей и предсказуемости на определённый период времени, было бы совершенно неплохо.

И.Федотов: Антон Андреевич (Алиханов), на ваш взгляд руководителя непростого российского региона, окружённого со всех сторон нашими партнёрами, скажите, пожалуйста, что, по вашему мнению, мешает инвестиционной активности в федеральной политике, а что недорабатывает руководство региона?

А.Алиханов: По поводу «окружённого», мне кажется, напряжённость больше у них по поводу того, что мы там, а не у нас по поводу того, что они нас окружают.

На самом деле, если говорить о масштабных вещах, то, на мой взгляд, это недостаток финансового ресурса, сконцентрированного в регионах. Если посмотреть на объём остатков на корсчетах у банков, то сейчас порядка 85–87% этих остатков сконцентрировано в Москве и Московской области. В начале 2000-х эта цифра была примерно 50%.

За последние три года количество региональных банков сократилось на 40%, при этом в Москве эта цифра в два раза меньше. Понимаю и поддерживаю вопрос борьбы за чистоту рядов и в банковском, и в страховом секторе, но, если бы одновременно происходило увеличение объёма кредитования или хотя бы его сохранение, это было бы более оправданно. Но мы на своём примере видим, что частные инвестиции и внутрирегиональные инвесторы, которые готовы были бы продолжать развитие, к сожалению, опять сталкиваясь с сокращением… У нас, например, сократилось число филиалов за последние три года с 25 до 10, из двух региональных банков остался один. Дополнительных офисов 210, а три года назад их было почти 300. И вкупе с высоким банковским процентом это, скажем так, дополнительный фактор для того, чтобы отложить инвестиции и перенести реализацию инвестпроектов на более поздний срок.

Примеры, на которые мы ориентируемся, относительно высоких темпов роста – азиатских экономик, послевоенной Европы, – все происходили на фоне довольно высокого объёма инвестиций, в том числе частных, объёма сбережений. У нас, к сожалению, инвестиций сейчас где-то около 22% ВВП. На наш взгляд, каким-то образом надо это стимулировать. В то же время, например, если брать Калининград, последние три года (не беря 2016 год) довольно существенно сокращались именно частные инвестиции. И нас на плаву – спасибо федеральной целевой программе – удерживали бюджетные инвестиции, и сейчас они тоже довольно существенны, в том числе за счёт инвестиций в электроэнергетику, сетевое хозяйство. В этом смысле мы за счёт бюджетных и квазибюджетных инвестиций балансируем эту ситуацию. Но если посмотреть на ситуацию в целом, то у нас в принципе капитальные расходы, что в ФАИП, что в других программах, сокращаются примерно на 5% в год. И если мы говорим о том, что государственные инвестиции – это не панацея, как минимум, на наш взгляд, это должно быть неким дополнительным инструментом, который замещает или помогает дополнительно стимулировать, может быть, частные инвестиции в период сжатия инвестпотока.

В Калининграде продолжает действовать особая экономическая зона. Мы по поручению Дмитрия Анатольевича сейчас тоже подготовили ряд поправок в наш закон, и некоторые льготы территорий опережающего развития хотим распространить в Калининградской особой экономической зоне. Но, на наш взгляд, если смотреть немного дальше, то, возможно, эти льготы стоило бы привязывать к объёму инвестиционного потока. То есть, условно говоря, льготы освобождают от налога на имущество или на прибыль на шесть лет, но если вы через эти шесть лет увеличили инвестпоток, не дробите бизнес и не занимаетесь какими-то схемами обхода, а вкладываете дополнительно, то эти льготы каким-то образом пролонгируются. То есть сделать эту систему более гибкой, тем самым закрыв, может быть, какие-то серые схемы, но при этом простимулировав частный поток инвестиционного капитала.

И вопрос с рублём. Калининградский бизнес за 20 лет существования особой экономической зоны, свободной таможенной зоны очень сильно выстроился в импортоориентированную модель. Очень большой поток импортных товаров перерабатывался в Калининграде и дальше шёл в виде готовой продукции на территорию Евразийского экономического союза. И в этом смысле для нас, например, падение рубля, девальвация стали ночным кошмаром. Потом санкции, антисанкции. Калининград, который всегда жил на внешнеэкономической деятельности, – на нас эта ситуация особенно больно сказалась, если сравнивать с другими регионами. Но мы тоже нашли инструменты и сейчас очень активно, спасибо опять федеральным программам, развиваем сельское хозяйство и в этом смысле видим серьёзные перспективы для себя. Одновременно с этим хотелось бы переходить (для Калининграда, я думаю, это один из приоритетов) на двухскоростную модель: развивать и диверсифицировать экспорт, совершенствовать инструменты поддержки экспорта, одновременно концентрироваться на создании отраслей, которые бы обслуживали внутренний рынок. Если мы стимулируем спрос, то нам нужно понять, что эти деньги работают на отечественную экономику и нам есть что купить из простых вещей повседневного потребления.

Это федеральные, глобальные ограничения. А с точки зрения региона, конечно, это и несовершенство госуправления. Я работал когда-то в Минпромторге и помню, как у нас внедрялся электронный документооборот. Мы через месяц после того, как начали, забыли, что такое бумага в принципе, работали все на айпадах. В Калининграде мы пока не перешли на электронный документооборот, только в течение ближайшего месяца будем это делать, полностью отказываться от бумаги. Но то, что я вижу, – Кафка переворачивается в гробу: два бумажных документооборота, один электронный сверху. В этом смысле как минимум нам есть куда расти – ещё очень большой путь предстоит пройти с точки зрения внедрения IT-технологий в госсектор.

И, конечно, вопрос человеческого капитала. Это необходимость выстраивания эффективной модели привлечения специалистов в регион и, конечно, создания качественной системы постоянного повышения квалификации и обучения. Понятно: то, что ты проходил в институте 10 лет назад, возможно, тебе это уже совсем и не нужно. И у нас такая специфика – Балтийский флот, 60% населения – это служащие Балтфлота, ветераны Балтфлота и члены их семей. В этом смысле, конечно, нам очень важно создать такую систему, которая бы этих людей встраивала в экономику, после того как они выходят во вполне трудоспособном возрасте на пенсию.

И.Федотов: Максим Станиславович (Орешкин), вам проще сейчас отвечать, потому что вы услышали мнение бизнеса и мнение губернатора. И всё же: основные причины ограничения роста инвестиций с точки зрения федерального министра.

М.Орешкин: На самом деле добавить здесь что-то сложно, потому что и бизнес, и регион – это те, кто на кончиках пальцев чувствуют те проблемы и те ограничения, которые мешают экономическому росту, мешают новым инвестициям. И поэтому задача министерства – внимательно слушать, что говорит бизнес, внимательно слушать, что говорят регионы, и под это подстраиваться.

Я пару слов в развитие скажу про проблему недоступности долгосрочного проектного финансирования. Это проблема для российской экономики. Тут есть разные аспекты, есть аспект, например, недоверия экономических агентов к экономической политике. Если вспомнить ситуацию с начала 2015 года, была двузначная инфляция, и Правительство, и Центральный банк чётко заявляли цели по снижению инфляции. Не просто заявляли, а делали всё, что необходимо. Никто не верил. Те, кто поверили, в тот момент заработали довольно серьёзные деньги, а те, кто давал долгосрочные кредиты тогда, те, кто делал новые инвестиции, сейчас пожинают плоды этого.

Если вспомнить ситуацию в начале 2015 года, банки отказывали в выдаче ипотечных кредитов под 15–17%, сейчас все стоят в очередь, чтобы выдавать кредиты под 11. Прошёл всего год, те, кто выдал тогда долгосрочные кредиты, заработали на этом очень много. Поэтому тут доверие надо взращивать, Правительству и Центральному банку продолжать ту выверенную политику, которая была в последние годы, и взращивать доверие и у бизнеса, и у населения, и у региональных властей.

Ещё один момент, связанный с этим вопросом, – это так называемый заколдованный круг проектного финансирования. У нас банки говорят, что нет проектов, «поэтому мы ничего не финансируем», компании говорят: «Зачем нам проекты детально подготавливать? Всё равно никакого финансирования мы не получим». Этот заколдованный круг нужно разрывать. Я очень надеюсь на то, что обновлённый ВЭБ здесь как раз может взять на себя лидирующую роль, перезапустить и научить банки работать с проектами. Потому что у нас банки привыкли работать только по схеме «кредит под залог», более сложные продукты были непопулярны ни в 1990-е годы, ни в 2000-е годы. Сейчас выход этой культуры проектного финансирования на новый уровень очень важен, потому что именно это является основой инвестиционного развития экономики.

И добавлю пару слов про квалифицированные кадры. У нас за последние пару лет эта проблема на фоне кризисных явлений в экономике стала менее явной, но, так как экономика набирает темпы роста, через два-три года мы опять будем сталкиваться здесь с серьёзными ограничениями. Учитывая, что все меры, которые здесь можно применить, имеют долгосрочный эффект, действовать нужно уже сейчас, для того чтобы через два-три года не столкнуться с проблемами и ограничениями для роста.

И.Федотов: В связи с этим логично будет обратиться к руководителю одного из старейших институтов развития в Российской Федерации.

Сергей Николаевич (Горьков), у ВЭБа были разные времена: было время подъёма, было время непростое, сейчас, говорят, у вас опять появились деньги. Вот только что Председатель Правительства сказал, что на базе ВЭБа создаётся фабрика проектного финансирования.

Мы знаем, что принята новая стратегия, что вы внедряете новую бизнес-модель. Скажите, пожалуйста, что нового вы можете предложить для регионов?

С.Горьков: Начну с того, что деньги, конечно, появились, но их не так много.

Если говорить серьёзно, то я хотел бы прокомментировать слова Максима Станиславовича (Орешкина), он абсолютно прав. Если мы вспомним 2000-е годы, какой был срок окупаемости проектов в среднем: четыре-семь лет – проект считался хорошим по окупаемости и возвращал деньги. Сейчас сместилось от 10 до 15 лет, а то и до 20 лет. Конечно, в этих условиях у нас возникает, с одной стороны, избыточная ликвидность, с другой стороны, нет таких проектов, которые имеют такую возможность возврата средств.

В этом проблема, и, конечно, проблема – это поиск комплексных решений, потому что хотелось бы, чтобы откуда-то появились долгие и дешёвые деньги. К сожалению, просто так найти их нельзя, поэтому нужно придумать те механизмы, которых, возможно, и не было. Один из таких механизмов – это софинансирование, синдикация, которая позволит, например, на каждый вложенный рубль со стороны инвестора или со стороны ВЭБа привлекать три-четыре рубля других банков или других соинвесторов.

Мы начали такие пилотные сделки в прошлом году. Хочу сказать, что в принципе эти проекты реализуемые, даже при таких сроках окупаемости, но здесь нужна поддержка и со стороны Правительства, и со стороны изменения определённой части законодательства, прежде всего в части синдикации закона о Центральном банке.

Если говорить о регионах, давайте посмотрим наш портфель: у нас 95% портфеля – это регионы, всего 5% портфеля – это Москва. Мы работаем с 60 регионами России, поэтому могу сказать, что у нас средний срок рассмотрения проектов был ужасный – в среднем два года, то есть это невозможный срок, за это время менялась экономика, менялись условия, происходили какие-то события. Проект становился в принципе нерассматриваемым.

С чем мы приехали на форум? В прошлом году, на прошлом сочинском форуме мы объявили о том, что вместе с АСИ будем реализовывать новый механизм работы с регионами. Он предполагает более активный поиск. Раньше вы нам направляли заявку, она как-то рассматривалась, «выплёвывалась» каким-то ответом, теперь мы первую стадию рассмотрения заявки вместе с АСИ, по уникальной технологии, по которой работает АСИ, по отбору экспертов, будем реализовывать в регионах. Это позволит нам создать воронку более широкую, более короткую – раньше она была длинная и узкая. Поэтому проектов мы смотрели мало, но очень долго.

Мы надеемся, что с новыми механизмом будем смотреть большее количество проектов, при этом первичная экспертиза будет осуществляться сертифицированными менеджерами или экспертами уже в самих регионах. Более подробно мы расскажем на завтрашней презентации вместе с АСИ. Уникальность проявляется в том, что это ускоряет процесс, создаёт понимание, какие проекты могут быть рассмотрены, какие – нет, и позволяет более качественно взаимодействовать с регионом.

Потому что раньше взаимодействие ВЭБа с регионами строилось через представительства. Теперь представительств у нас не будет, у нас будет другая схема взаимодействия. Я надеюсь, что она будет более успешной, более качественной, проходить в короткое время и давать больший эффект для экономики регионов и создавать более качественный портфель для ВЭБа.

И.Федотов: Мне хочется вернуться к выступлению Дмитрия Анатольевича. Там прозвучала очень интересная фраза – о том, что каждому региону нужна своя специализация.

Антон Андреевич (Алиханов), скажите, пожалуйста, вы точки роста своего региона выявили? Это первый вопрос.

И второй, очень кратко. Прозвучало, что регионы должны инициативно работать с инвесторами. Как вы намереваетесь это делать, как, вообще, инициативно работать с инвесторами, на ваш взгляд?

А.Алиханов: Начну с точек роста. Если говорить про точки роста, про специализацию, наверное, Калининград – уникальный регион, про который нельзя сказать, что у него какая-то ярко выраженная специализация. Серьёзные инфраструктурные вложения в наш регион начались где-то с конца 70-х годов, после Хельсинки, когда уже стало понятно, что эта территория окончательно и бесповоротно вошла в состав СССР. Поэтому сказать, что у нас есть какие-то большие природные богатства… Правда, «Лукойл» огромные проекты по добыче нефти будет реализовывать в ближайшей перспективе. Надеюсь, что регион будет от этого выигрывать.

У нас очень хорошие производства, которые родились на новом законодательстве по особой экономической зоне. К сожалению, они испытывают определённые трудности в связи с трансформацией механизма особой экономической зоны, с переходом на новые механизмы субсидирования, которые были приняты в прошлом году. Но эти трансформации довольно безболезненно произошли, и мы даже увидели рост промпроизводства по итогам прошлого года. На самом деле мы сейчас концентрируем свои усилия на трёх вещах и будем концентрировать дальше. Это, конечно, дальнейшая поддержка аграрного сектора и углубление переработки, туризм, потому что в туризме мы видим довольно серьёзный мультипликативный эффект с точки зрения количества рабочих мест. В принципе у нас по итогам прошлого года где-то 30-процентный рост турпотока. Много в этом смысле делается и нашими коллегами из Ростуризма, и наше софинансирование неплохое. Возлагаем определённые надежды в этом смысле на чемпионат мира по футболу в 2018 году. Надеемся, что он послужит дополнительным драйвером для этого сектора.

И конечно, креативные технологии, креативные индустрии. К сожалению, к ним в последнее время в Калининграде не особо было приковано внимание, но сейчас активно этим вопросом занимаемся и обнаружили 300 компаний, работающих в гейм-девелопменте, с различными приложениями – в такого рода индустрии.

Атмосфера, климат, окружение, архитектура существенно влияют на желание людей перемещаться в этот регион и работать там. Люди творческих профессий довольно серьёзную составляют долю в нашей экономике. Я думаю, что мы будем смещать акцент в эту сторону тоже.

Ну и конечно, наше стандартное промпроизводство.

Про инициативность. Мы встречались с коллегами, были в Германии. Я хочу сказать, что, например, Ульяновская область, Татарстан – их, скажем так, проспекты лежат у иностранцев. Мы с вами это обсуждали, говорили, что это спам. Тем не менее самые стандартные вещи – холодные звонки, постоянные поездки и постоянное присутствие, постоянное общение с инвесторами – действительно дают плоды. Потому что, чтобы оценить, куда лучше инвестировать – в особую экономическую зону «Алабуга» или в особую экономическую зону в Калининграде, как минимум нужно знать, что есть вторая. Об «Алабуге» Татарстан рассказал уже практически всему миру. Теперь наша задача – не уповать на то, что мы такие хорошие, к нам иностранцы сами придут, а всё-таки идти в мир и рассказывать о том, какие преимущества дают те механизмы, которые действуют в данном конкретном случае в Калининграде.

И.Федотов: Одно из направлений комплексного плана действий Правительства называется «Умная экономика» и напрямую затрагивает инновационную деятельность.

Максим Станиславович (Орешкин), вопрос к Вам. Известно, что у любого инновационного продукта в нашей стране достаточно долгий путь от производства до конечного потребителя. Есть ли какие-то меры, на Ваш взгляд, которые могут этот путь сократить?

М.Орешкин: У нас на самом деле не только инновационные продукты, но и простые продукты с трудом добираются от производителя к потребителю. Если посмотреть примеры других стран: например, что Alibaba сделала для китайской экономики? Благодаря наличию развитой системы электронной торговли любой производитель из любого региона Китая может легко найти путь к своему покупателю как внутри Китая, так и за его пределами. То есть доступность информации для потребителя о том, что он может купить, что производится в его стране, кратно увеличилась. Если мы здесь тоже за ближайшую пару лет сделаем мощный шаг вперёд, это будет и мощный инструмент развития регионов, и это позволит малому и среднему бизнесу достучаться до потребителя не только внутри России, но и выйти за пределы нашей страны, а это одно из очень важных условий роста несырьевого экспорта, от которого зависят долгосрочные темпы экономического роста.

Можно поговорить и о логистике. Мы сейчас видим, что наша логистическая система не всегда эффективна. Время, которое тратится на доставку от производителя до потребителя, довольно большое. Например, у торговых сетей имеется грузовой транспорт, который возит продукты. Пустая загрузка грузового транспорта даже у лучших торговых сетей в России – не менее 40%, то есть грузовики ездят пустые и, по сути, вся экономика за этот воздух постоянно платит. Создание «умных» логистических систем, которые будут оптимизировать транспортные потоки, оптимизация тарифов, сокращение времени доставки могут для всей экономики стать очень большим драйвером роста и ускорения темпов экономического роста.

Так про каждую область можно говорить. Сокращение информационного и физического расстояния между производителем и потребителем – это то, что может помочь экономике набрать серьёзный ход уже в ближайшие годы.

<…>

И.Федотов: Дмитрий Анатольевич, прошу, подведите какие-то итоги сегодняшней беседы.

Д.Медведев: Во-первых, вынужден не до конца согласиться с Давидом Михайловичем (Якобашвили) в части того, что скоро вообще исчезнет частная жизнь. Он вначале напугал, говорит: «Частная жизнь исчезает, и её скоро не будет». Будет! Хотя насчёт вожжей, знаете, тут так: ослаблять нужно только при определённой ситуации. В некоторых случаях вожжи нужно держать очень уверенно, иначе унесёт, не успеешь оглянуться и будешь где-нибудь на обочине.

Коллеги здесь говорили о различного рода ограничениях, о возможностях, которые существуют. Я бы точно поддержал мысль, которую Антон Андреевич (Алиханов) здесь высказал, о создании в будущем гибкой системы льгот для частного капитала. Потому что уж чего нам сейчас не хватает, так это именно частных инвестиций. Да, действительно, государство в какие-то периоды может и обязано брать на себя функции инвестора, особенно в условиях такой огромной страны, как наша, где есть изначальные природные ограничители и масса других проблем. Но всё-таки частные инвестиции никто не отменял. Поэтому показатель роста частных инвестиций должен быть фундаментальным показателем развития любого региона. Просил бы на это обратить внимание всех наших коллег-губернаторов.

И конечно, нужно работать так, чтобы было как можно меньше всякого рода бюрократических решений, иначе будет происходить так, как коллега сказал: у них Кафка в гробу переворачивается. Нужно стараться делать всё, чтобы этого было меньше.

Очень важным условием диалога между бизнесом и властями – и федеральными, и региональными – является фактор доверия. В чём заключается фактор доверия? Это достаточно простая, на мой взгляд, вещь. Это та самая стабильность условий, которой нам так не хватает. Если условия соблюдаются, если правила не меняются на протяжении, например, года, двух, возникает ощущение стабильности, а стало быть, возникает та самая атмосфера доверия. В этом плане нам нужно научиться работать в стабильных условиях и, скажем прямо, стремиться к тому, чтобы как можно реже менять правила игры, если, конечно, эти правила игры разумны. Но это уже ответственность конкретных людей.

Здесь коллеги начали обмениваться всякого рода ремарками по поводу новых технологий, вы как раз их к этому подвигли. Знаете, я тоже, конечно, за новые технологии всецело. Главное, чтобы мы научились ими пользоваться, чтобы это не превращалось в бесконечную игру в термины и предложения что-либо новое внедрить. Некоторое время назад мне многие коллеги говорили: всё, что нужно для счастливого будущего в нашей стране, это создать так называемый delivery unit в Правительстве. Если он будет создан, всё будет хорошо. Но мы прекрасно понимаем: какие подразделения ни создавай, это не решит всех задач, которые существуют.

Сейчас много говорят об использовании новых управленческих приёмов типа эджайла. Я не против, я за. Но это тоже не должно подменять обычной работы, хотя это прогрессивная система управления.

Я точно так же не против использования технологий блокчейна, которые стали активно распространяться и которые действительно могут самым решительным образом поменять нашу жизнь. Кто ещё об этом не слышал, потом можно посмотреть, что означает «блокчейн». Это достаточно интересная история, хотя пока результатов мы не видим. Но очевидно, что многие бизнес-процессы и многие социальные среды будут организованы именно на этих принципах. Но самое главное, что все эти технологии не отменяют необходимости серьёзной, кропотливой работы.

Мне кажется, что последние год-два нас должны были научить вот чему. Мы в чём-то потеряли прежние иллюзии, и, на мой взгляд, это очень хорошо, утрата иллюзий очень полезна для всей страны. Раньше мы часто как рассуждали? Нужно попросить у каких-то институтов – и внутренних, и внешних, и нам дадут денег. Не дают теперь. Нужно обратиться за технологической помощью, и нам её предоставят. В ряде случаев нам говорят: нет, мы не хотим предоставлять – либо потому, что вы по каким-то причинам не годитесь для этого, либо просто потому, что это вопрос конкуренции.

Мы в какой-то момент полагали, что нам помогут в конкурентной борьбе. Никто, конечно, ни в чём не поможет абсолютно, только палки в колёса ставить будут. Поэтому ничего не дадут, как в известном классическом произведении. Наша задача – самим всего этого добиться, и в этом плане для нас сегодня сложилась уникальная ситуация: мы можем очень многого добиться сами, если будем хорошо совместно трудиться, чего я всем присутствующим желаю.

В ряде случаев мы уже чего-то достигли, это не вопрос дальнего будущего. Мы только что обсуждали угрозы, вызовы, технологические решения, но у нас есть и реальные достижения. Так всегда, и об этом, кстати, нужно помнить и культивировать истории успеха, которые достойны того, чтобы их особым образом отметили.

У нас есть Премия развития Внешэкономбанка, которую ежегодно получают компании, которые смогли внедрить современные технологии в производстве, в образовании, в инфраструктуре. Несмотря на то что было сложно и, может быть, поддержки было меньше, чем нужно, бюрократия мешала, рынки были нестабильными, – истории успеха есть и их становится всё больше и больше. И надо, чтобы мы их показывали, мне кажется, это очень важно.

Именно поэтому мы сегодня такие истории успеха должны послушать. Номинанты Премии развития предлагают решения, которые делают нашу жизнь более современной и более стабильной. Поэтому давайте эти премии вручим.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 февраля 2017 > № 2088425 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 27 февраля 2017 > № 2088422 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в работе круглого стола «"Зелёная" экономика как вектор развития».

Круглый стол состоялся в рамках форума «Сочи-2017».

Из стенограммы:

Д.Медведев: По поводу зелёной темы, зелёного тарифа, зелёных облигаций. Ещё, наверное, лет десять назад мне казалось, что всё это общие разговоры: в условиях глобализации, в условиях очень жёсткой конкуренции, а с другой стороны, протекционизма, свойственного любой стране, это работать не будет. Хотя на всех саммитах (я их немало посетил), на всех форумах всегда на эту тему дежурно «отмечались».

Но за последние десять лет оказалось, что это реально работающая история. Во многих странах и тарифы действуют вовсю, и всякого рода инструменты выпускаются, включая эти самые зелёные облигации. Причём общий объём этих облигаций огромный.

Другой вопрос, что называть этими зелёными облигациями, потому что их, конечно, никто так не маркирует, они просто направлены на определённые цели. Тем не менее очевидно, что они преследуют экологические цели, они помогают бережному отношению к природе, использованию самых современных экологически чистых технологий.

Поэтому вся тема зелёной экономики переместилась из разряда обсуждаемых в экспертных кругах в бизнес. И это, мне кажется, главное, о чём мы должны сегодня думать. Эта тема стала реально работающей коммерческой историей. А раз так, значит, государство должно каким-то образом на это реагировать, выпуская определённые правила. Это касается самых разных направлений, включая и зелёный тариф.

Меня спросили, когда он у нас будет. Но по целому ряду позиций он уже есть. Мы его используем, и надо просто посмотреть, во что это выльется. Но мы будем расширять количество тем, где используется специальный экологический тариф, естественно, не в ущерб экономическому содержанию.

По поводу НДТ и темы, связанной с использованием наилучших доступных технологий в бизнесе. Конечно, нужно сделать всё, чтобы, во-первых, бизнес понимал, чего от него хотят, чтобы бизнес был готов к внедрению наилучших технологий, чтобы это не было для него неожиданностью или непосильным бременем, но, с другой стороны, мы не должны отступать назад. Если мы для себя поставили эту временную планку – 2019 год, я думаю, что нам вполне по силам (и бизнес это подтверждает) принять все необходимые решения, договориться по ключевым условиям сотрудничества и всё-таки перейти к НДТ с 2019 года. Но мы будем, естественно, этот процесс максимально тщательно контролировать, мониторить.

И последнее, о чём коллеги здесь говорили и что перекликается с тем, о чём я говорил на пленарном заседании, – это всякого рода стандарты. Мы много в последнее время уделяли этому внимания. И считать, что наши стандарты остались незыблемыми, такими же, как были, допустим, в советский период, что техническое регулирование не изменилось, было бы нечестно. Но очевидно, что очень много проблем всё равно остаётся. Именно поэтому на пленарном заседании я сказал, что нужно ещё раз проанализировать, где мы достигли успеха в техническом регулировании, в использовании всякого рода стандартов, новых стандартов, в переходе к современным подходам, а где у нас движение весьма и весьма слабое. Потому что это регулирование выглядит по-разному, в зависимости от отраслей и от органов, которые эти решения принимают.

В любом случае мы обязательно этим будем заниматься, потому что реформу технического регулирования, реформу в целом стандартизации в нашей стране точно нельзя считать завершённой. Мы к этому обязательно вернёмся, в том числе по итогам сегодняшнего форума.

Вопрос: Я бы хотела Дениса Валентиновича Мантурова спросить по поводу новых стандартов регулирования. Всё ли здесь готово? Как выпускаются те самые справочники, чтобы бизнес, промышленность понимали, по каким правилам надо будет играть с 2019 года?

Д.Мантуров: Что касается справочников. 23 справочника утверждены, по 51 справочнику в этом году работа завершается. И то, что, как Александр Николаевич (Шохин) сказал, с 2019 года бизнес будет готов перейти на НДТ, тому подтверждение. Сложности, связанные с желанием или нежеланием, возникают только в одном случае. Естественно, это деньги. Это модернизация текущих производств или создание новых. Что касается новых, то абсолютно все стройки уже изначально закладывают новые подходы и в части экологии, и в части энергоэффективности. А при модернизации, мы посчитали, потребуется в общей сложности порядка 8,5 трлн рублей. Да, цифра большая, но это не за один год.

Это постепенная работа, которая планово закладывается в бизнес-планы предприятий. У нас закладывался инструмент, для того чтобы оказывать содействие предприятиям по переходу на НДТ. Собственно, для этого создавался Фонд развития промышленности. Но в определённый момент мы временно переключили механизмы на импортозамещение, а сейчас постепенно к этому возвращаемся и будем таким образом помогать предприятиям.

Д.Медведев: Ещё очень важны прямые коммуникации, чтобы мы все понимали, о чём мы говорим. Вот я только что сказал о том, что мы считаем правильным, как и коллеги из бизнеса, начать переход на НДТ с 2019 года, исходя из разумного предположения о том, что все знают: НДТ – это наилучшие доступные технологии.

Вопрос: Я хотела спросить Российский фонд прямых инвестиций о доступных технологиях. Вы привлекаете сюда иностранных инвесторов. Где их технологии? Почему они не пришли к нам со своими заводами по утилизации мусора? Где эти инвесторы из Азии, арабских стран? Что им мешает к нам прийти?

К.Дмитриев: Во-первых, мы уже начали инвестировать в зелёную энергетику. Например, проект по малым гидроэлектростанциям в Карелии проинвестировали суверенный фонд Эмиратов, Саудовской Аравии и китайские инвесторы. Такие проекты есть. Мы также начинаем смотреть на ветряную энергетику. Там наши партнёры – «Росатом» и ведущий инвестор ветряной энергетики в мире «Масдар». Поэтому они заинтересованы в том, чтобы приходить к нам с инвестициями. Безусловно, для них важен тот посыл, который мы услышали сегодня: инвестиции в зелёную энергетику – это бизнес, а российское государство создаст такую систему, чтобы там можно было получать привлекательную доходность.

Вопрос: Правильно ли я Вас понимаю, что пока у нас не очень привлекательные условия для иностранных инвесторов в сфере зелёных технологий?

К.Дмитриев: Наоборот. Например, проект снижения потерь в «Россетях» на 20% проинвестировали арабские инвесторы в то время, когда была очень большая волатильность рубля. Они заинтересованы, и мы уверены, что таких проектов будет больше.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, как Вы считаете, нам всё-таки важно смотреть на опыт тех, кто уже давно занимается зелёными технологиями, у кого экономика уже зелёная? Ведь в Европе давно умеют перерабатывать мусор, и в Азии умеют, и в арабских странах. Те же самые возобновляемые источники энергии. Нам эти наилучшие доступные технологии надо брать на Западе или, может быть, на Востоке, или своих Кулибиных воспитывать и готовить свои технологии в первую очередь? И успеем ли мы тогда к 2019 году?

Д.Медведев: Конечно, нам не нужно придумывать деревянный велосипед. Во многих странах использование такого рода технологий достигло совершенно фантастического уровня. Это вызывает огромное уважение. Они применяются везде, в том числе при строительстве зданий. Кстати сказать, те здания, где у нас форум проходит, тоже весьма неплохие с экологической точки зрения. Именно потому, что их создавали совсем недавно по более совершенным проектам и в соответствии с современными требованиями. Поэтому нужно максимально использовать международный опыт. В ряде случаев, конечно, с учётом специфики страны, нужно и свои решения применять.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 27 февраля 2017 > № 2088422 Дмитрий Медведев


Эстония > Госбюджет, налоги, цены > delfi.ee, 23 февраля 2017 > № 2083778

Пенсионную систему будут менять: кому это будет выгодно, а кто может оказаться в проигрыше?

В 20 лет о пенсии не задумываешься. А если и задумываешься, то очень абстрактно. Однако те, кто уже не один десяток лет отработал на благо государства и во имя собственной пенсии, о старости думают с содроганием. Потому что нынешняя система расчетов поставит большинство стариков в нищенские условия. Именно поэтому, как уверяет правительство, принято решение кардинально реформировать пенсионную систему. Вот только кому это действительно будет выгодно и на сколько больше будут получать пенсионеры в будущем?

Много лет размер пенсий в стране зависел от размера зарплат. Точнее — от размера соцналога, который за работника выплачивал работодатель. Условиями получения пенсии являлся возраст — с 63 лет официально можно было выйти на пенсию. И стаж — не менее 15 лет работы в Эстонии. Правда, пенсионный возраст тоже повышают, но это сейчас к делу относится не напрямую, пишет "МК Эстония".

Против неравенства

Сам размер пенсии высчитывается по хитрой и многим непонятной схеме, когда к базовой части пенсии (153,3 евро) добавляется стажевая часть. И выходит, что у тех, кто получает зарплату выше средней, и пенсия повыше. Правда, хорошую зарплату нужно было получать не один десяток лет — тогда разница действительно становилась ощутимой.

Однако большую часть страны перспектива старости только пугала. Примерно две трети населения Эстонии могли рассчитывать лишь на нищенское существование — у 77% работающего населения страны зарплата ниже средней. В принципе, дело можно было бы поправить, если бы не система налогообложения. Работодателю просто невыгодно платить работнику официально нормальные деньги — налоговые отчисления составляют чуть ли не половину от зарплаты. Поэтому многие хитрят. А загнанные в угол люди соглашаются на все, лишь бы работать и сводить концы с концами. Даже понимая, что в отдаленной перспективе все это ударит именно по пенсии.

”Нынешняя система начисления пенсий ставит людей в неравные условия, — комментирует руководитель пенсионной политики Министерства социальных дел Агне Неттан-Сепп. — Получающие сейчас небольшую зарплату в будущем станут получателями очень небольшой пенсии. Задача государства — дать населению чувство защищенности и уверенности в том, что с выходом на пенсию люди не станут нищими”.

По ее словам, пенсионная система должна обеспечить достойный доход. Причем таким образом, чтобы разница в зарплатах не оказывала на ее размер существенного влияния.

”Кроме того, если первая пенсионная ступень станет солидарной, то возможность прибавки никуда не денется: вторая и третья пенсионные ступени как раз дадут дополнительный доход пенсионеру”, — поясняет Неттан-Сепп.

Однако речь идет не столько о достойном доходе (он-то как раз не столь существенно изменится после реформы — см. таблицу), сколько о ликвидации неравенства. Потому что при нынешней системе разница в пенсиях низко-оплачиваемых работников и тех, кто получает хорошую зарплату, постоянно росла. Если сейчас разница между 20 процентами самых высоких и 20 процентами самых низких пенсий составляет 1,7, то через два десятка лет эта разница стала бы четырехкратной.

Раз ступенька, два ступенька…

При этом, как оказывается, народ по-прежнему не слишком понимает разницу между пенсионными ступенями.

Первая пенсионная ступень — это та самая государственная пенсия, на которую (в нынешней редакции закона) имеет право каждый, кто отработал как минимум 15 лет в Эстонии и достиг пенсионного возраста. И именно от нее зависит сейчас и то, насколько нищим окажется вышедший на пенсию человек. Даже те, кто получал зарплату выше средней, с выходом на пенсию понимают, как страшно жить. Сложные коэффициенты расчетов, на которые непосредственно влияет размер выплаченного соцналога и количество ”рабочих” лет, порождают массу путницы. Но ясно одно. Если ваша зарплата ниже средней, то в старости, надеясь только на первую пенсионную ступень, рассчитывать не на что.

Вторая пенсионная ступень (накопительная пенсия) призвана чуть скорректировать эту разницу. Тем, кто присоединился к ней, ежемесячно дополнительно ”капает” 6% накоплений. 2% от зарплаты вносит сам работник, еще 4% докладывает государство. С выходом на пенсию из накопленных паев будут совершаться выплаты к основной пенсии. Сейчас еще очень рано говорить об эффективности системы, она относительно молода, и только что вышедшие на пенсию люди, у которых была возможность присоединиться ко второй ступени, не успели накопить достаточных резервов. К тому же тут еще следует учесть кризис, когда государство на время заморозило свою часть взносов во вторую ступень.

Но в целом специалисты оптимистично смотрят в будущее, полагая, что с годами, когда нынешняя молодежь (ко второй пенсионной ступени в обязательном порядке присоединены те, кто родился в 1983 году или позже) выйдет на пенсию, у них будет накоплен достаточный резерв, который позволит им жить в относительном достатке. Напомним также и то, что сейчас те, кто не успел в свое время подключиться ко второй пенсионной системе, уже не могут это сделать. Им остается лишь третья пенсионная ступень — самая, как считается, рисковая.

Зато к ней можно подключиться в любом возрасте. Плюсы в том, что вы сами определяете размер взносов, можете менять пенсионные фонды, иметь возможность приостановить договор и начинать использовать собранную сумму уже с 55 лет. Минусы тоже имеются — начиная с условий выплат подоходного налога и заканчивая рисками. Ведь вы не просто отдаете часть своей зарплаты, и деньги лежат в банке на отдельном счету. Вы делаете инвестиции в тот или иной фонд. А он может как приносить прибыль, так и оказаться в убытке.

Не умереть на пенсии

Именно из-за того, что понятие пенсионных ступеней и механизм их работы относительно ”свежи”, на данный момент размер пенсий большей части наших пенсионеров ”привязан” к размеру получаемой зарплаты. Многие пенсионеры сегодня получают разве что 300 с небольшим евро. Правда, по данным 2016 года средняя пенсия в Эстонии составляла 391 евро. Но коммунальные платежи переваливают за сотню. А еще лекарства. А еще поесть. И одеться…

С годами ситуация будет становиться все хуже, вплоть до того, что вышедшим на пенсию людям придется ходатайствовать о прожиточном пособии.

”Поэтому было принято решение реформировать действующую пенсионную систему, — говорит Агне Неттан-Сепп из Министерства социальных дел. — Разумеется, все это будет проходить поэтапно, с достаточно длительным переходным периодом. Кстати, в ходе реформы планируется открыть возможность тем, то родился в период с 1970 по 1982 годы присоединиться ко второй пенсионной ступени”.

Как это будет?

Сразу предупредим, что сейчас сложно вести речь о каких-то конкретных пунктах и правилах. Дело в том, что проект в стадии рассмотрения, и познакомить общественность можно лишь с планами.

Пока ясно только то, что с 2037 года, согласно планам правительства, размер пенсии будет складываться наполовину из доходов человека и наполовину из количества проработанных лет — трудового стажа. Нынешний министр обороны, а в недалеком прошлом министр социальной защиты Маргус Цахкна, который предложил сделать пенсионную систему более гибкой, добавил, что классический пенсионный возраст исчезнет, вместо него появится гибкая возможность человеку самому решать, когда он пойдет на пенсию.

”Расчетный пенсионный возраст системы, или якорная точка, будет зависеть от средней ожидаемой продолжительности жизни людей. У людей ничего не заберут, наоборот, пенсии станут достойными, чтобы люди, будучи на пенсии, не должны были клянчить пособия у государства”, — добавил Цахкна.

Пока же Министерство финансов и Министерство социальных дел разрабатывают проект постановления, на детализацию которого уйдет около года.

”Планируем в первом квартале 2018 года передать проект постановления в правительство, — поясняет руководитель пенсионной политики Министерства социальных дел Агне Неттан-Сепп. — Переходный период запланирован на срок в 16 лет: с 2020 по 2036 годы. А с 2037 года начнется расчет пенсий с учетом трудового стажа”.

Реформа не затронет уже накопленные пенсионные паи или нынешних пенсионеров, получающих пенсию по старости. Но с 2037 года будет учитываться только стажевая часть.

Вообще же новая система расчета пенсий станет более гибой. Помимо того, что можно будет самому выбирать время выхода на пенсию, планируется, что человек сможет получать пенсию частично, приостанавливать ее получение или же возобновлять, когда станет необходимо. Но при этом понятие пенсионного возраста все-таки полностью не исчезнет.

”Если его убрать, то возникнет опасность того, что человек выйдет на пенсию слишком рано и его пенсии окажется недостаточно для жизни, — комментирует представитель Министерства социальных дел. — Поэтому нужно найти взвешенное решение, чтобы обеспечить достаточный доход и разумный пенсионный возраст”.

Более конкретная информация появится тогда, когда проект постановления будет передан в правительство. А на это, еще раз напомним, уйдет около года.

Эстония > Госбюджет, налоги, цены > delfi.ee, 23 февраля 2017 > № 2083778


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 февраля 2017 > № 2086513 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в заседании Российской трёхсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Председатель Правительства поздравил членов комиссии с 25-летием со дня её образования и вручил им правительственные награды.

Выступление Дмитрия Медведева:

Добрый день! У нас сегодня вроде бы и плановое, но в то же время особенное заседание, которое я не мог не посетить как Председатель Правительства: мы отмечаем 25-летие образования Российской трёхсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Я всех поздравляю с этим событием.

Конечно, жизнь изменилась за эти 25 лет. Указ Президента о создании трёхсторонней комиссии заложил тогда основы социального партнёрства работодателей, профсоюзов и Правительства. Время было очень горячим, дискуссии, наверное, были более острыми, но это было важно сделать именно в тот период истории, когда само понятие «социальная ответственность» оказалось новым для большинства людей, для большого количества участников этих отношений.

Мои коллеги, которые здесь присутствуют, всем этим занимались. Александр Николаевич (А.Шохин) тогда – в качестве вице-премьера и министра труда. И Михаил Викторович (М.Шмаков), и другие наши коллеги из профсоюзов тоже этим занимались.

Действительно, это была непростая для нашей страны ситуация, поэтому прежде всего хочу искренне поблагодарить всех участников трёхсторонней комиссии за совместную работу, которая длится уже четверть века.

Такая работа никогда не бывает абсолютно гладкой. Более того, если она становится гладкой, это признак того, что что-то не так или какая-то из сторон недорабатывает, что называется. Потому что у каждой стороны есть свои приоритеты, свои обязанности. И эти обязанности в рамках трёхсторонней комиссии должны осуществляться и у Правительства, и у работодателей, и у профсоюзов. Поэтому противоположные мнения, которые появляются, дискуссии, которые регулярно происходят, всё равно приводят к каким-то решениям. Иногда это сложные, компромиссные решения, но, наверное, в этом их особенная ценность. Для этого, собственно, комиссия и создавалась, и она действительно доказала свою эффективность.

Мы понимаем важность нашей совместной работы и будем и дальше её вести. Имею в виду работу по улучшению условий труда, ведению сбалансированной экономической политики, совершенствованию системы социального страхования и поддержке занятости.

Результаты этой деятельности находят отражение в генеральных соглашениях – документах, которые максимально учитывают интересы работников и работодателей, государства, определяют совместную политику. За 25 лет было принято 12 таких документов. Последний из них утвердили несколько лет назад с расчётом на период с 2014 по 2016 год. Мы решили продлить его действие до конца этого года, чтобы увязать новое генеральное соглашение с комплексным планом действий Правительства (план сейчас готовится на период до 2025 года) и со стратегией нашей страны, параметры которой определятся в предстоящий избирательный цикл.

Чтобы наша трёхсторонняя работа была более эффективной, в прошлом году был принят федеральный закон, который усилил роль комиссии. Теперь координаторы сторон РТК приглашаются для участия в заседаниях Правительства и участвуют в других мероприятиях. Таким образом, мы уходим от практики, когда законопроекты исчезали из поля зрения членов трёхсторонней комиссии, потому что ведомства, которые их готовят, стараются делать это максимально беспроблемно для себя. Но максимально беспроблемно для того или иного ведомства ещё не означает беспроблемно для страны. Именно поэтому и нужно рассматривать такого рода документы на РТК.

Какие задачи мне бы хотелось отметить сейчас?

Эти задачи остаются в целом прежними. Прежде всего это обеспечение достойной заработной платы и социальной защиты работников. С помощью целого ряда решений, которые мы в Правительстве обсуждаем, непростых решений, таких как повышение МРОТ, и других инструментов необходимо снижать число работников с низкой зарплатой, действовать в том направлении, о котором мы неоднократно говорили.

Второе – это повышение уровня профессиональных квалификаций работников. С этой целью мы разрабатываем и внедряем профессиональные стандарты. Сейчас таких стандартов уже утверждено 908. И в этом году нам совместно с Российским союзом промышленников и предпринимателей надо разработать ещё 50 стандартов по востребованным профессиям.

Третье, о чём хотел бы сказать, – это охрана труда. Очевидно, что это очень важная, ключевая задача для нашей страны. Мы в этом году должны разработать и утвердить программу «Безопасный труд», которая должна вывести охрану труда на новый уровень и создать условия для применения самых современных стандартов безопасности.

Очень важно, чтобы мы не выпадали из международных процессов, из международных трендов. Эти тренды направлены на общее улучшение трудового законодательства, законодательства о защите прав людей, которые трудятся, с другой стороны – на нахождение оптимального баланса между задачами, которые решают работодатели, и потребностями работников. Поэтому важно, чтобы мы во всех этих процессах участвовали (собственно, мы продолжаем это делать на различных площадках), чтобы мы внедряли у себя лучшие мировые практики. Именно на это направлена новая программа сотрудничества между нашей страной и МОТ (Международная организация труда), которая подписана в прошлом году. Она рассчитана на период до 2020 года и сконцентрирована на важнейших темах, таких как расширение занятости, социальная защита, охрана труда, международные трудовые нормы, социальный диалог.

Нужно продолжить и работу по инкорпорированию международных конвенций в ткань внутреннего российского законодательства. Это непростая работа – знаю об этом не понаслышке, мы неоднократно это обсуждали и с руководством профсоюзов, и с руководством организаций работодателей, – но она тоже должна быть продолжена.

Уважаемые коллеги! Ещё раз хочу всех поздравить с 25-летием создания РТК. Хочу ещё раз отметить, что деятельность комиссии очень важна, поскольку в конечном счёте результаты этой работы сказываются на жизни миллионов граждан нашей страны. И вы добросовестно и профессионально справляетесь с этими обязанностями. Желаю вам всего доброго!

Юбилейные мероприятия всегда ценны тем, что на них подводят итоги и отмечают людей, которые хорошо трудились. Давайте я это сделаю.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 февраля 2017 > № 2086513 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 февраля 2017 > № 2086512 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов

Заседание Правительства.

Первый вопрос повестки – о ходе заключения соглашений о предоставлении субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Мы начнём сегодня с исполнения бюджета, а именно с ситуации по заключению соглашений о субсидиях регионам. Я неоднократно и в рабочем порядке, и публично просил строго придерживаться сроков. Они в этом году жёсткие. Хотя и раньше сроки были определены, но в этом году мы правила несколько изменили. До 1 марта министерства должны заключить соглашения с регионами и начать работать по этим соглашениям. Если этого не происходит, деньги должны быть возвращены в резервный фонд Правительства. Из него мы будем также поддерживать регионы, но уже на основании отдельных решений. Ещё раз обращаю на это внимание.

В этом году на предоставление субсидий предусмотрено 416 млрд рублей. Эти средства идут на решение важнейших задач: и социальных, и отраслевых, и инфраструктурных. Это новые школы, новые дороги, это поддержка села, промышленности, целый ряд других очень важных направлений. За эти направления и за соответствующие средства федеральные министерства несут ответственность наравне с регионами. Для того чтобы деньги поступили в регионы, нужно было заключить 2785 соглашений. На сегодняшний момент подписано более 95% соглашений – это сделали регионы, федеральные органы подписали чуть больше 90%. Остальные соглашения пока дорабатываются и согласовываются, цифры меняются.

С учётом предстоящих праздников практически не осталось времени. До конца месяца всё должно быть сделано. Но важно не только своевременно выпускать финансовые документы и направлять средства в регионы, нужно, конечно, отслеживать эффективность субсидий – достигли ли они целей, которые мы перед собой поставили. С учётом этого прошу строить и работу над проектом федерального бюджета.

Кстати, эта проблематика, связанная с взаимоотношениями между федеральным бюджетом и бюджетами регионов, включая упомянутые субсидии и целый ряд других направлений, будет уже совсем скоро рассматриваться в Сочи на Российском инвестиционном форуме. Так что сегодняшнее обсуждение в известной степени предваряет то, о чём мы будем говорить и на пленарном заседании, и на встрече с губернаторами, и на других площадках.

Сегодня мы также рассмотрим законопроект, который дополняет наше законодательство в сфере таможенного регулирования. Я совсем недавно встречался с руководителем Федеральной таможенной службы. Мы говорили о том, как сделать таможенные процедуры более современными и эффективными. Это может быть сделано в том числе, если товар был ввезён на территорию Евразийского экономического союза по ставке ниже действующего таможенного тарифа, и в целом ряде других случаев.

Порядок применения запретов, включая возможные действия по таким товарам, будет дополнительно определяться решением Правительства. Предполагается, что Правительство также будет определять уполномоченный орган по контролю и надзору за соблюдением требований этого законодательства. Всё это будет способствовать более справедливой конкуренции на едином рынке Евразийского союза.

Мы также рассмотрим сегодня изменения в Налоговый кодекс, которые должны способствовать развитию экспорта. Налогоплательщики получат право не применять нулевую ставку НДС при экспорте товаров, а также при выполнении работ и услуг при перевозке таких товаров. Мы даём в этом случае бизнесу возможность выбора, потому что он сам лучше понимает, когда для него полезно применять нулевую ставку, а когда – отказываться от неё. Правом этим можно воспользоваться на основании заявления в налоговый орган. Кроме того, должна упроститься процедура подтверждения обоснованности применения нулевой ставки НДС при продаже на экспорт товаров, которые пересылаются иностранным лицам по почте.

И ещё один документ разработан для того, чтобы повысить безопасность полётов воздушных судов. Владельцы высотных зданий (сейчас их становится всё больше), различных сооружений, линий связи, электропередачи должны устанавливать на них маркировочные знаки и устройства. К сожалению, не все это соблюдают, тем самым создаётся реальная угроза авиакатастроф. Это в том числе связано с тем, что ответственность за такого рода нарушения, за неисполнение требований закона ощущается слабо. Поэтому предлагается увеличить такого рода штрафы и принять целый ряд других административных мер, направленных на то, чтобы заставить соблюдать требования этого законодательства.

Начнём с заключения соглашений о предоставлении субсидий. Пожалуйста, Антон Германович Силуанов.

А.Силуанов: В соответствии с законом о бюджете, а также с постановлением №999 на этот год установлены особенности заключения соглашений о предоставлении субсидий из федерального бюджета субъектам Российской Федерации. До 1 февраля установлен срок распределения субсидий, до 1 марта уже должно быть подписано соглашение о предоставлении субсидий. Всё это осуществляется на основании типовой формы соглашения, которая утверждена приказом Министерства финансов. Все соглашения подписываются и заключаются в электронном виде через систему «Электронный бюджет».

Введена обязательная государственная регистрация соглашений, которую осуществляет Федеральное казначейство путём внесения соответствующих изменений в реестр соглашений. Что важно, соглашение вступает в действие со дня внесения сведений о нём в этот реестр соглашений.

Вводится также связанная с данной государственной регистрацией обязательность проверки Федеральным казначейством о предоставлении субсидий.

1 марта текущего года 24 федеральными органами исполнительной власти должно быть заключено порядка 2,8 тыс. соглашений. Выполнение установленных сроков осуществляется в условиях, когда из 65 субсидий, предусмотренных в федеральном бюджете, законом о бюджете распределено только 44 субсидии, или 68%, а 21 субсидия должна быть распределена решением Правительства с соблюдением обязательного рассмотрения на трёхсторонней комиссии с участием депутатов Государственной Думы и членов Совета Федерации.

Требуется также приведение отраслевых правил предоставления и распределения субсидий в соответствие с постановлением №999. В ходе заключения соглашений было выявлено, что не все правила соответствуют этим требованиям. Так, многие правила не содержали в своих распределениях предельные уровни софинансирования, не было обязательных условий предоставления субсидий, которые прописаны в 999-м постановлении, не было предельных сроков заключения соглашений, а также показателей результативности и так далее.

Всё это было проанализировано Министерством финансов с участием соответствующих министерств и ведомств, и эти правила откорректированы. Для исключения подобных вопросов в 2018 году необходимо поручить федеральным органам исполнительной власти обеспечить распределение субсидий приложениями к закону о бюджете.

Мы считаем, что нужно максимально законом о бюджете осуществлять распределение субсидий, чтобы начинать работу с субъектами Российской Федерации по заключению соглашений, не дожидаясь этих предельных сроков, чтобы субъекты Российской Федерации знали уровень софинансирования, требования к субсидиям и, соответственно, могли учитывать необходимые ресурсы своих собственных бюджетов.

Для организации работы в Правительстве под руководством Дмитрия Николаевича Козака проведены совещания с представителями федеральных органов исполнительной власти, даны соответствующие поручения по работе над проектами соглашений и заключению соглашений. Минфином и Казначейством осуществлялась соответствующая техническая помощь и подготовка таких соглашений. У нас была организована рабочая прямая линия, были проведены три селекторных совещания, направлены телеграммы руководителям регионов о необходимости взять под личный контроль ход заключения соглашений. И эта работа, которая была организована в Правительстве, дала результаты.

По состоянию на сегодняшнее утро сформировано более 2,8 тыс. соглашений, или 99% от их общего количества. Подписано в регионах 2,7 тыс. соглашений, или 98%. Утверждено федеральными органами исполнительной власти 2,7 тыс. соглашений, или 96% от общего количества соглашений. В Казначейство направлено 2 тыс. соглашений, или 74%. Ещё есть время. И мы обращаемся к коллегам из министерств и ведомств, с тем чтобы до 1 марта все необходимые процедуры в соответствии с 999-м постановлением были соблюдены и все соглашения утверждены.

Хотелось бы особо отметить Министерство труда, которое среди ведомств первым заключило все соглашения.

К сожалению, есть и отстающие ведомства. Среди них хотелось бы назвать Росавтодор. Всего 69% соглашений Росавтодором на сегодняшний момент заключено. Необходимо подтянуться этому ведомству.

Подписаны соглашения 50 субъектами Российской Федерации, в 33 субъектах Российской Федерации подписано от 90 до 97% соглашений. Есть и регионы, которые в меньшей степени изъявили желание подписывать соглашения, например Москва. Всего 56% соглашений было подписано этим регионом. От ряда субсидий этот субъект Российской Федерации отказался, имея в виду, что у него есть свои большие ресурсы. Желания получать из федерального бюджета средства и принимать дополнительные условия у ряда субъектов не было.

Учитывая опыт текущего года, необходимо при планировании предоставления субсидий в дальнейшие бюджетные периоды обеспечивать предварительное согласование с регионами объёмов бюджетных ассигнований, необходимых для выполнения предельного уровня софинансирования, потому что те деньги, которые сегодня высвобождаются, в данном случае от незаключения Москвой соглашений, пойдут в резервный фонд. Эти деньги можно было бы на стадии предварительной проработки с субъектами Российской Федерации перераспределить более нуждающимся регионам.

Хотелось бы внести в протокол предложение. Мы считаем, что руководителям федеральных органов власти необходимо обеспечить ускорение всех процедур подписания соглашений, с тем чтобы до 28 февраля закончить эту работу. Просим дать такие поручения министерствам и ведомствам.

Также хотелось бы обратить внимание, что если эта работа не будет проделана, то 1 марта мы проанализируем весь перечень заключённых соглашений, и средства, которые не будут задействованы, будут перераспределены в резервный фонд Правительства Российской Федерации.

Дальнейшее выделение средств из резервного фонда будет сопровождаться проведением служебных проверок, если на эти же цели будет предложено министерствами и ведомствами направление средств, а также и соответствующими мерами административного воздействия на должностных лиц, допустивших нарушение сроков подписания соглашений.

Федеральное казначейство по результатам проведённых в 2016 году контрольных мероприятий неоднократно выявляло факты нарушения софинансирования субъектами Российской Федерации субсидий, которые выделялись. В текущем году возможность совершения таких правонарушений будет практически исключена, я бы сказал даже, просто исключена, потому что мы будем выделять средства субсидий только после того, как субъект Российской Федерации выделил свою часть. После этого только Казначейство будет открывать лимиты финансирования по выделению доли субсидии, приходящейся на долю Российской Федерации. Поэтому невыполнение регионами условий соглашений в части своих ресурсов в этом году будет просто исключено.

Важной задачей считаю проведение инвентаризации исполнения расходных обязательств субъектов Российской Федерации, софинансирование которых осуществляется из федерального бюджета. Просьба, Дмитрий Анатольевич, поручить Минфину совместно с Федеральным казначейством и высшими исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации провести такую инвентаризацию до 1 октября текущего года, разработав соответствующий план мероприятий по её проведению до 1 марта текущего года.

Д.Медведев: Какие будут комментарии, предложения, пожелания по тематике, связанной с заключением соглашений о субсидиях?

Пожалуйста, Дмитрий Николаевич (обращаясь к Д.Козаку).

Д.Козак: Я бы хотел поддержать предложение Минфина.

Мы вчера обсуждали вопрос по поводу того, что необходимо на стадии формирования проекта бюджета работать с субъектами Федерации, ещё до внесения закона о федеральном бюджете на очередной финансовый год, с тем чтобы эти соглашения были запарафированы субъектами Российской Федерации и мы понимали, какая сумма субсидий будет востребована. Потому что, действительно, значительная часть субъектов Российской Федерации, несмотря на то что субсидии были распределены законом о бюджете, в настоящее время не готовы их брать. Это не только Москва. И многие другие субъекты Российской Федерации не готовы брать эти субсидии, софинансировать соответствующие мероприятия из региональных бюджетов.

Поэтому можно в протокол тоже внести: дать соответствующее поручение Минфину вместе с Минэкономразвития и Минюстом – до 1 июня подготовить дополнительные поправки в правила предоставления субсидий, с тем чтобы в рамках бюджетного процесса предварительное заключение соглашений, их парафирование, ещё до закона о бюджете было осуществлено федеральными органами исполнительной власти.

Это можно сделать в период после того, как будут согласованы предельные лимиты для каждого министерства, то есть с 1 июля до 1 октября.

Д.Медведев: Вы считаете этот срок достаточным?

Д.Козак: Да, он достаточный. Мне кажется, что в период с 1 июля по 1 октября (за три месяца) можно со всеми субъектами Российской Федерации проработать этот вопрос и предварительно согласовать объём субсидий, который они готовы взять, с тем чтобы лишние деньги не планировать, не замораживать. Они могут быть востребованы на другие цели.

О.Голодец: Количество соглашений, которое пришлось на социальный блок, наверное, одно из самых больших: у нас были заключены соглашения по более чем 840 субсидиям. Сегодня с утра мы проводили селекторное совещание: у нас не заключены соглашения по трём субсидиям из более чем 840. Отказ один – это, действительно, Москва – в размере 3,5 млн рублей. Все остальные заключены и в работе.

Надо делать ещё один шаг – это необходимо обязательно обсудить, потому что заключение соглашения требует очень серьёзного напряжения организационных сил, ресурсов и так далее. Нам надо исполнять соглашения.

В этой связи, наверное, надо ставить вопрос о минимизации и человеческих, и организационных ресурсов, то есть фактически о повышении производительности труда.

Д.Медведев: С этим я не могу не согласиться, но как раз предложение Дмитрия Николаевича (Д.Козака), мне кажется, на это и направлено.

Я не возражаю, давайте проанализируем это ещё.

Есть какие-то дополнения? Если нет, тогда давайте отметим несколько факторов.

Во-первых, мы, действительно, достаточно неплохо продвинулись с точки зрения количества заключённых соглашений в начале года. В целом результаты вполне приемлемые, но нужно «дожать» по тем органам исполнительной власти, которые это не доделали – Росавтодор упоминался, все другие. Сегодня 22 февраля, осталось меньше недели, чтобы всё это сделать. Обращаю на это внимание всех руководителей федеральных органов исполнительной власти, у которых ещё эти соглашения не заключены. После этого будем рассматривать вопрос в другом ключе.

По поводу сроков, перераспределения ресурсов, инвентаризации того, что происходит, – до 1 октября, как сказал Министр финансов, я не возражаю. Давайте отразим это в протоколе, равно как и предложение, которое последним прозвучало: поправки в правила. Но обсудим ещё окончательно, какой срок требуется и какое человеческое наполнение этой работы, то есть какой персонал необходимо во всём этом использовать с учётом того, что это трудоёмкая работа.

Хорошо, решение приняли. Обсудим дальше эту проблематику в рамках форума.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 февраля 2017 > № 2086512 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов


США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083511 Михаил Делягин

 Революция Трампа

против глобальных монополий

Михаил Делягин

Смена эпохи

Форма существования капитализма — неуклонное расширение рынков для сбыта своей продукции. Создав с уничтожением Советского Союза единый глобальный рынок, капитализм достиг объективного планетарного предела своего развития. Попытка сделать его безграничным при помощи организации масштабных и многоуровневых финансовых спекуляций, а также глубокого преобразования сознания его прямых и потенциальных успехов, несмотря на колоссальные успехи и сказочное расширение ёмкости рынка, в целом провалилась: даже финансовые спекуляции нашли свой объективный предел.

Капитализм упёрся в традиционный для себя кризис сбыта (пусть и новой, финансово-информационной продукции), однако на сей раз возможности расширения рынка отсутствуют по естественным, непреодолимым причинам.

При этом на глобальном рынке сложились глобальные монополии — и, естественно, начали загнивать. Загнивание монополий непосредственно проявляется в сжатии коммерческого спроса, который становится главным дефицитом эпохи. Борьба за спрос, за рынок сбыта носит тотальный и ожесточённый характер и растаскивает единые глобальные рынки на макрорегионы. В валютной сфере это хорошо видно по выделению и обособлению зон евро и юаня, в обычной торговле все страны "большой двадцатки", вопреки официальным декларациям, с момента обострения кризиса в конце 2008 — начале 2009 года усиливают протекционистскую защиту своего рынка (единственным исключением была Россия, но санкции поставили нас в общий ряд).

Распад единых мировых рынков на макрорегионы, который завершится срывом человечества в новую глобальную депрессию, — содержание времени, в котором мы живём.

Соответственно объективной тенденции развития человечества, как обычно, меняется и его доминирующая идеология: от либерализма, обслуживавшего нужды глобального рынка, — к патриотизму, выражающему интересы не глобальных спекулянтов, а народов. Смена доминирующей идеологии и реализующей ее экономической политики, отражающая принципиальную новизну наступающей эпохи, носит, без преувеличения, революционный характер.

Когда-то, на рубеже 70-х—80-х годов ХХ века, завершающуюся сейчас либеральную контрреволюцию элит начала Маргарет Тэтчер. Разложенное социальным иждивенчеством и отсутствием внятных перспектив общество стало слабее крупного транснационального бизнеса, подчинявшего себе государства, и Тэтчер возвела этот процесс в перл творения, создав современный политический либерализм, исходящий из необходимости служения государства именно международному капиталу, а отнюдь не своему народу.

Однако глобальной эта либеральная контрреволюция элит стала лишь с приходом к власти в доминанте Запада, США, выразителя той же самой объективной тенденции — Рейгана. Уничтожение Советского Союза временно (до срыва человечества в депрессию) сделало США доминантой всего мира, и новое качественное изменение, участниками которого мы являемся, станет глобальным лишь после того, как преобразует США, подчинит их себе и превратит их в свой главный инструмент.

Подобно контрреволюции элит, патриотическая революция народов началась вне США: её объявил в своей Валдайской речи в сентябре 2013 года президент Путин. В результате украинской катастрофы слабое и во многом подчиняющееся глобальным спекулянтам с их либеральной идеологией российское государство приобрело гибридный характер: внешняя и в значительной степени внутренняя политика носят патриотический характер, а социально-экономическая остаётся всецело либеральной. Политической "ногой" наше государство стоит в третьем тысячелетии, в 10-х годах XXI века, а социально-экономическую оно оставило во втором — в 90-х годах ХХ века. Разумеется, в этой интересной позе оно не в состоянии практически реализовать потребности новой эпохи и возглавить её, и глобальной патриотическая революция Путина стала лишь тогда, когда в США к власти пришёл разделяющий её ценности Трамп.

Патриотическая революция

В результате кардинального упрощения коммуникаций в ходе глобализации сложился принципиально новый всемирно-исторический субъект: глобальный управляющий класс, обслуживающий интересы различных групп глобального бизнеса.

Упрощение коммуникаций, являющееся основным содержанием глобализации, объективно способствует сплочению представителей различных имеющих глобальное влияние управляющих систем (как государственных, так и корпоративных) и обслуживающих их деятелей спецслужб, науки, масс-медиа и культуры на основе общности личных интересов и образа жизни. Образующие его люди живут не в странах, а в пятизвёздочных отелях и закрытых резиденциях, обеспечивающих стандартный (запредельный для обычных людей) уровень комфорта вне зависимости от страны расположения, а их общие интересы обеспечивают частные наёмные армии.

Новый глобальный класс собственников и управленцев противостоит разделённым государственными границами обществам не только в качестве одновременного владельца и управленца (нерасчленённого "хозяина" сталинской эпохи, что является приметой глубокой социальной архаизации), но и в качестве глобальной, то есть всеобъемлющей структуры.

Этот глобальный господствующий класс не привязан прочно ни к одной стране и не имеет внешних для себя обязательств: у него нет ни избирателей, ни налогоплательщиков. В силу самого своего положения "над традиционным миром" он враждебно противостоит не только экономически и политически слабым обществам, разрушительно осваиваемым им, но и любой национально или культурно (тем более — территориально) самоидентифицирующейся общности как таковой и, в первую очередь, — традиционной государственности.

Под влиянием формирования этого класса, попадая в его смысловое и силовое поле, государственные управляющие системы перерождаются. Верхи госуправления начинают считать себя частью не своих народов, а глобального управляющего класса. Соответственно, они переходят от управления в интересах наций-государств, созданных Вестфальским миром, к управлению этими же нациями в его интересах, в интересах конгломерата борющихся друг с другом глобальных сетей, объединяющих представителей финансовых, политических и технологических структур и не связывающих себя с тем или иным государством. Естественно, такое управление осуществляется в пренебрежении к интересам обычных обществ, сложившихся в рамках государств, и за счёт этих интересов (а порой и за счёт их прямого подавления).

Отдельные люди и целые народы многократно восставали против этого неоколониализма, но пока питающий глобальный бизнес глобальный рынок не исчерпал свои ресурсы и не был подорван собственными порождениями — глобальными монополиями, — эти протесты были обречены на поражение.

Сегодня ситуация кардинально изменилась: глобальный рынок распадается, и глобальный бизнес (а с ним его политико-идеологический инструмент — глобальный управляющий класс) стоит перед реальной перспективой утраты среды своего обитания.

В этой ситуации он довольно чётко разделился на две группы, которые ведут друг с другом непримиримую войну по всему миру, но наиболее явно и ожесточённо — в самих США в ходе антитрамповской кампании, уже приобретшей характер "холодной гражданской войны" на уничтожение.

Первая группа пытается любой ценой сохранить "старый мир", законсервировать распадающийся глобальный рынок, чтобы продолжать получать с него привычную прибыль. Её песенка спета: неумолимо распадающийся глобальный рынок хоронит членов этой группы под своими обломками. Блестящая фраза Сороса — "музыка кончилась, а они ещё танцуют" — сегодня может быть сказана про него самого.

Вторая группа глобального бизнеса — не только производственники, но и некоторые спекулянты, — сознавая неизбежное, приняла распад и пытается приспособиться к нему. Это вполне логично: раз процесс нельзя остановить, его надо возглавить и направить в выгодную для себя сторону. Раз старый мир обречён, надо не тратить силы и ресурсы на заведомо тщетную реанимацию, а научиться извлекать новую прибыль: сначала из его краха, а потом из новой реальности, которая стабилизируется на его руинах.

Эта часть глобального бизнеса поставила на Трампа.

Он такой же системный политик, как и Хиллари Клинтон, — только "гранаты у него не той системы".

Из мира либеральных спекуляций он пытается (по-видимому, искренне) построить — по крайней мере, в Америке — мир национально ориентированного производства.

Трамп стал символом и выразителем интересов тех сил — причём не только в одних лишь США, но и в самом глобальном бизнесе, — которые не готовы жертвовать Америкой ради глобальных спекуляций и совершенно спокойно пожертвуют ими ради Америки.

Это кардинальное изменение соотношения сил на глобальной арене и, соответственно, изменение самого вектора развития человечества.

Это касается всех.

На наших глазах и с нашим непосредственным участием мир вступает в новую эпоху, основным содержанием которой становится национально-освободительная борьба обществ, разделённых государственными границами и обычаями, против общего врага: всеразрушающего господства глобального управляющего класса. Это содержание с новой остротой ставит вопрос о солидарности всех национально ориентированных сил, ибо традиционная разница между правыми и левыми, патриотами и интернационалистами, атеистами и верующими попросту теряет значение перед общей перспективой социальной утилизации, разверзающейся у человечества под ногами из-за агрессии либерально ориентированных глобальных спекулянтов.

Практически впервые в истории теряют значение противоречия между патриотами разных стран, в том числе — и прямо конкурирующих друг с другом. Они оказываются попросту незначительными перед глубиной общих противоречий между силами, стремящимися к благу отдельно взятых обществ, и глобального управляющего класса, равно враждебного любой обособленной от него общности людей. В результате появляется объективная возможность создания ещё одного — как ни парадоксально, патриотического — Интернационала, объединённого общим противостоянием глобальному управляющему классу и общим стремлением к сохранению естественного образа жизни и суверенитета своих народов.

Мы уже видим, как отчаянные попытки либералов всех мастей поссорить Россию с Трампом при помощи цитирования действительно болезненных высказываний членов его команды разбиваются (причём с обеих сторон) о равнодушное пожимание плечами: мол, ну да, конечно, у нас разные интересы, и они, конечно, будут сталкиваться, но это сущие пустяки на фоне того, что нас действительно объединяет.

Патриотическая революция носит характер национально-освободительной войны (пусть даже "холодной") против глобальных монополий — в первую очередь, против глобальных спекулянтов, привыкших уничтожать народы и зарабатывать сверхприбыли при помощи либеральной идеологии.

Эта идеология всё чаще воспринимается как кровавое мошенничество — и ничего больше.

Новая эра конфликтов

Надвигающийся новый "многополярный" мир отнюдь не благостен (о чём предупреждал ещё отчаянно выступавший против "однополярности" Е.М. Примаков). Он страшен, конфликтен и более всего напоминает межвоенный период с его яростной борьбой всех против всех, допускающей самые фантасмагорические союзы (например, польско-немецкий — против Чехословакии и Советского Союза).

Совсем не факт, что противоречия между патриотами разных стран останутся в тени на фоне их общей борьбы против либеральных глобальных спекулянтов, стремящихся любой ценой сохранить единый мировой рынок. Даже если их сегодняшняя контригра по разжиганию конфликтов между своими патриотическими оппонентами (в качестве примера можно посмотреть на отношение польских и украинских патриотов к российским) потерпит крах, конфликты между патриотами разных стран усилятся и выйдут на первый план по мере ослабления либеральных глобальных спекулянтов.

А те нелиберальные спекулянты, которые уже сейчас готовятся зарабатывать в условиях распада мира на макрорегионы, с огромным удовольствием будут подзуживать патриотов, ибо война приносит им значительно большую прибыль, чем мир.

"Трампономика", как она есть

Противостояние с Китаем, несмотря на вал обрушившейся либеральной критики, отнюдь не является новацией Трампа — он всего лишь с большей яркостью и откровенностью выразил американский внутриэлитный консенсус, основанный на полном неприятии (как несовместимой с национальным суверенитетом США) экономической зависимости от торговли с Китаем и сохранения приобретённого тем американского госдолга.

И это выражение, в отличие от многих других обещаний Трампа, пока осталось только словами: он понимает силу Китая и совершенно не хочет дразнить его сверх меры.

Экономические новации Трампа в ином, и они уже одобрены бизнесом: вопреки обещаниям либералов, победа Трампа не только не обвалила, но и, напротив, подстегнула биржевые котировки.

Ключевая экономическая идеологема Трампа — рабочие места. Ему не нужен дешёвый импорт, как Обаме, — ему нужно, чтобы Америка снова работала. Для этого нужно вернуть на её территорию производства любой ценой — даже прямым административным принуждением.

Трамп будет добиваться повышения ставки ФРС, и не только потому, что без этого не удастся поддержать даже текущий баланс распадающейся американской экономики, а бесплатные деньги обессмысливают труд и создание рабочих мест, так как единственно-разумной деятельностью становятся спекуляции с этими деньгами.

Главной мотивацией Трампа, не просто оскорблённого и ошарашенного, но испуганного развязанной против него "холодной войной", сейчас должно стать истребление противников. Как бизнесмен он должен понимать: наиболее надёжный способ победы — уничтожение экономической базы врага. А повышение учётной ставки ФРС с эффективностью огнемёта делает банкротами большинство противостоящих ему либеральных глобальных спекулянтов.

Да, повышение ставки ФРС удорожит обслуживание американского госдолга, однако, как минимум, частично проблема будет, хоть и временно, решена усилением притока в США капиталов, привлечённых ростом доходности. А на худой конец Трамп может вспомнить о своём предвыборном обещании реструктурировать американский госдолг по старому принципу "кому должен, всем прощаю".

В целом, озабоченность его политикой в профессиональной среде вызвана не только пропагандистскими мотивами, но и вполне объективными проблемами резкого сужения масштаба рынков (при переходе от глобального рынка к макрорегионам). Трамп выражает объективную тенденцию и потому собирает урожай ненависти и страха перед ней. Но тенденция объективна, и нам всем предстоит, пусть и порознь, заново учиться жить в самостоятельных экономиках, управлять ими, преодолевать их монополизм и изыскивать качественно-новый технологический базис (ибо нынешний ориентирован на глобальный рынок и в существенной части неминуемо погибнет просто из-за сужения рынка, которое лишит его критически-значимых потребителей).

В этом новом мире Россия имеет колоссальные преимущества в виде массива так называемых "закрывающих" технологий (созданных в основном в военно-промышленном комплексе, но отражающих специфику русской культуры) — дешёвых и простых, но сверхпроизводительных, способных поэтому качественно повысить эффективность и снизить потребность в людях и производственных мощностях. Однако пока в российском госаппарате просто некому использовать имеющиеся у нас предпосылки для превращения в лидеров мирового развития.

Материал подготовлен в рамках реализации проекта "Научно-просветительская программа "Государство Российское: новый этап". При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации от 05.04.2016 № 68-рп и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией "Российский союз ректоров".

США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083511 Михаил Делягин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 22 февраля 2017 > № 2083039

Налоговые маневры: как добросовестные работодатели превращаются в недобросовестных

Алексей Яковлев 

Forbes Contributor

Добровольное признание работодателем задержек выплаты НДФЛ и самостоятельная уплата налога теперь не освобождают от ответственности

Все организации-работодатели выполняют роль налоговых агентов своих работников. Это значит, что от каждой выплаты «отрезается» часть в виде НДФЛ и она должна своевременно перечисляться налоговым агентом в бюджет.

Если штат у организации многочисленный, то в силу человеческих, технических (программа глючит) и других житейско-бытовых факторов (откровенно агрессивные стратегии типа «покредитуемся за счет бюджета» оставим в стороне), вполне может случиться такое, что какая-то сумма НДФЛ не будет перечислена в бюджет вовремя. В благородном и добросовестном стремлении не допустить усугубления ситуации, многие работодатели бросаются перечислять НДФЛ немедленно после того, как обнаруживают проблему. В результате задержки в перечислении НДФЛ не превышают один-три-пять дней.

За такую задержку придется уплатить пени (1/300 ставки ЦБ РФ в день), но учитывая незначительность просрочки и то, что «счетчик» пеней выключается по факту перечисления налога, это не создает больших проблем.

Если же организация «зазевается», ей грозит штраф в размере 20% от задержанной суммы налога (ст. 123 НК РФ). Однако надеясь, что при добровольном выявлении ошибки штрафа быть не должно, добросовестные работодатели торопятся быстрее перечислить налог в бюджет. Наверное, никто не будет спорить, что для государства гораздо полезнее будет стимулирование добросовестного поведения тех, кто имеет отношение к уплате налогов, чем несение издержек по выявлению нарушений.

Определенное время формировалась практика, которая подтверждала, что факт добросовестного исправления ошибки работодателем и самостоятельная уплата им налога является основанием для освобождения от ответственности. В основу такого подхода были положены позиции Конституционного Суда РФ о том, что налоговая ответственность должна быть справедливой и соразмерной. Однако сейчас крайне редко освобождают от ответственности с подобными мотивировками. Из последних положительных примеров, можно вспомнить, пожалуй, лишь дело АО «Р-Фарм».

Видимо кто-то решил, что такой подход в наше время не нужен, хотя нормы НК РФ не менялись.

Сейчас в отношении большинства компаний, оказавшихся в подобной ситуации, самостоятельное исправление не рассматривается налоговыми органами и судами как индульгенция. То есть факт самостоятельного исправления в лучшем случае становится «нейтральным» событием, которое ни на что не влияет. Например, в деле ПАО «Аэрофлот» перечисление налога в более поздние сроки названо злоупотреблением правом, хотя такого права нет вообще.

Финансовая дисциплина безусловно важна, особенно в сегодняшнее непростое время. Однако при такой политике наших правоприменителей становится очевидным, почему, например, у нас, мягко говоря, не очень удаются налоговые амнистии. На какое доверие тех, кто платит налоги можно рассчитывать, если при раскрытии своих даже небольших оплошностей контролирующие органыавтоматически начислят штраф 20 %?

Получается, что на практике категории справедливости и соразмерности ответственности просто не работают, когда можно с лица, раскрывшего свои нарушения, без проблем взыскать штраф и включить его в результаты успешной контрольной работы. Ибо штраф очень «выгоден» для выполнения планов по доначислениям. Это отчетливо видно на примере. Предположим, что компания задержала налог с зарплаты работников на 5 дней в размере 1 млн рублей. Если исходить из упомянутого выше подхода законодателя, компания должна заплатить только пеню. Это будет чуть менее 2000 рублей. Штраф же будет 200 000 рублей. В сто раз выше!

Мотивация проверяющих более чем прозрачна. Но при тотальной поддержке судами такого подхода это превращается в мощный негативный сигнал: быть честным и добросовестным не выгодно.

И раз такой тренд остается и нет намеков на его изменение, добросовестным компаниям остается только «держаться», пока преисполненные решимости в своей строгости правоприменители не осознают простую истину, что добросовестное поведение и, в частности, добросовестное поведение работодателей (в виде самостоятельного исправления случаев задержки перечисления налога), надо приветствовать и адекватно на него реагировать.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 22 февраля 2017 > № 2083039


Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 февраля 2017 > № 2086511 Дмитрий Медведев

Заседание Правительственной комиссии по использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности.

В повестке: о закупках отечественного программного обеспечения и микроэлектроники; о создании системы «Электронный бюджет».

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Сегодня мы обсудим меры по импортозамещению при закупках программного обеспечения. Это касается не только поддержки наших разработчиков – хотя это важно, их действительно надо поддерживать, – но и вопросов безопасности. Этой темой мы начали заниматься в 2015 году, когда доля иностранной продукции в этом сегменте рынка была очень высокой. Около 75% всего софта, который приобретали для госсектора, были зарубежными программами. Теперь существуют ограничения по допуску иностранного программного обеспечения к участию в государственных закупках. Информация о существующем российском программном обеспечении вносится в специальный реестр, который существует с начала прошлого года. Он уже содержит сведения о почти 3 тыс. программных продуктов и продолжает пополняться.

За последние два года количество контрактов на покупку готового софта нашего производства выросло в два раза. Это ещё раз доказывает, что иногда импортный продукт – это просто привычка, вера в то, что иностранное всегда более высокого качества. Российские разработчики выпускают программы, которые не уступают по удобству и по функциональности зарубежным.

Сегодня ведомства используют в своей работе преимущественно российские справочно-правовые системы (так изначально и было, потому что у нас своя правовая система, и ещё в 1990-е годы эти системы были российскими), это же касается антивирусных продуктов. Надо осуществить их переход в целом на отечественные офисные пакеты, это относится и к государственным компаниям. Но делать это надо разумно, чтобы не создавать самим себе проблем.

Импортозамещение в сфере IT касается не только программного обеспечения, но и микроэлектроники. Мы поддерживаем наших производителей в этом сегменте. В мае прошлого года я утвердил план гарантированных закупок российской гражданской микроэлектронной продукции. Теперь у нас паспорта нового поколения для выезда за рубеж, водительские удостоверения, полисы обязательного медицинского страхования, платёжные карты и другие электронные документы должны изготавливаться с использованием именно российской микроэлектроники. Это действительно вопрос нашего суверенитета, нашей безопасности.

В 2016 году на закупку серверов, компьютеров, микрочипов и радиочастотных меток в общей сложности было использовано почти 4,5 млрд рублей из федерального бюджета. Тем не менее задачи, планы на прошлый год выполнены не в полном объёме. Рассчитываю услышать, почему это произошло, каковы предложения, как можно решить возникшие сложности. Потому что, как обычно, эти сложности носят и объективный характер – связаны с целым рядом технологических ограничений, – и, конечно, субъективный характер. Какие в дальнейшем шаги нужно предпринять?

И ещё один вопрос. Мы работаем над созданием системы «Электронный бюджет». Там представлены данные всех участников работы с бюджетными ресурсами, чтобы каждый мог воспользоваться порталом системы и посмотреть, как формируется бюджет, какие программы, какие проекты финансируются за счёт бюджета, в каком объёме, за счёт чего финансируются внебюджетные фонды и на что расходуются внебюджетные фонды, мог оценить эффективность расходов. Это важно не только для экспертов и аналитиков, но и для тех людей, которые хотят знать, как государство распоряжается деньгами, а значительная часть государственных денег формируется, как известно, за счёт налогов. Благодаря порталу бюджетный процесс для них должен стать максимально прозрачным.

Пока система не введена в эксплуатацию. Некоторые её модули и компоненты находятся в разработке. Нужно следить, чтобы работа шла по плану. У нас установлен срок – к 2020 году она должна быть полностью готова, тем более что эти сроки уже переносились. Для работы над электронным бюджетом у ведомств есть всё необходимое.

Мы рассмотрим также порядок работы комиссии на этот год.

Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 февраля 2017 > № 2086511 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084395 Сергей Собянин

Встреча с мэром Москвы Сергеем Собяниным.

С.Собянин информировал Президента о социально-экономическом развитии Москвы в 2016 году. Обсуждалась реализация ряда масштабных транспортных проектов, в частности запуск Московского центрального кольца [МЦК], а также программа обновления жилого фонда столицы.

В.Путин: Сергей Семёнович, поговорим о том, как прошёл 2016 год для Москвы, какие результаты получены в работе, какие задачи стоят перед столицей в 2017 году.

С.Собянин: Владимир Владимирович, год был тревожным, потому что мы не знали, как будет дальше развиваться экономика, как будут инвестиции себя вести, что будет и с курсом, и с ожиданиями различного рода. Тревог было много. Но по итогам года мы видим, что основные тренды положительные.

Промышленность, особенно обрабатывающая, начала вставать на ноги, у нас плюс 2 процента по предварительным итогам. Плюс значительно нарастили экспорт продукции обрабатывающей, что позитивно, это говорит не только об импортозамещении, но и о том, что наша промышленность становится более конкурентной на международных рынках.

С точки зрения привлечения инвестиций в экономику в этом году 3 процента прироста инвестиций, [впервые] за последние три года. В сопоставимых ценах это, собственно говоря, рекордный показатель. У нас был прирост 1 процент, 1,7 процента – мы не падали все эти годы по инвестициям, а в этом году ещё и прирост 3 процента. Причём сохраняются и иностранные инвестиции примерно в таком же объёме, как были раньше. Это говорит о стабильности притока и иностранных, и российских инвестиций. Сегодня уже ежегодный объём инвестиций в основной капитал составляет 1600 миллиардов, это достаточно большой объём.

В прошедшем году нам удалось реализовать транспортные проекты на рекордные объёмы. МЦК [Московское центральное кольцо] мы с Вами открывали, при Вашей помощи возведён уникальный объект. Сегодня уже 330 тысяч пассажиров каждый день пользуются этой транспортной магистралью. Построили 117 километров дорог, это вообще рекорд за всю историю Москвы, причём это не просто дороги в поле – это дороги в городской застройке: развязки, эстакады, тоннели, реконструкция действующих дорог. Это достаточно сложный проект, и тем не менее, несмотря на ситуацию, мы вышли на эти показатели.

Объём жилищного строительства немножко ниже, ввод, но он ниже по сравнению с рекордным прошлым годом, а если взять среднегодовой [показатель] за последние пять лет, то выше среднегодового. И объём продаж на рынке, мы видим, тоже увеличивается. Никаких сомнений нет, что эта отрасль также будет развиваться: и гражданское строительство, жилищное, и коммерческое строительство.

Немало тревог вызывал малый и средний бизнес. Вы не раз указывали нам, что надо предметно заниматься созданием соответствующей инфраструктуры, поддержкой малого и среднего бизнеса. Должен сказать, что прирост количества предприятий малого бизнеса в Москве, индивидуальных предпринимателей составляет около 10 процентов, и в прошлом году мы неплохо подросли. Объём доходов, что является более объективным показателем, от малого бизнеса в бюджет составил 17 процентов. Это говорит, что прибыльность предприятий растёт, растёт их количество. Достигли таких достаточно позитивных результатов.

Заканчиваем программу реновации жилого фонда, снос «хрущёвок». За все годы этой программы переселили 160 тысяч московских семей, это около 6 миллионов квадратных метров реновированного жилья, достаточно большой объём. Остались буквально считанные единицы домов. Думаю, что в 2017–2018 годах мы вообще полностью закончим эту программу.

Тем не менее, несмотря на то, что мы эту часть программы реализовали, в Москве немало ещё остаётся жилья, мягко говоря, некомфортного, по большому счёту ветхого, жилья. Это пятиэтажки примерно таких же серий, как мы снесли, но их значительно больше – около 25 миллионов квадратных метров, в них проживает 1 миллион 600 тысяч москвичей.

На сегодняшний день мы встали перед такой дилеммой. Мы собираем деньги с этих людей для того, чтобы капитально ремонтировать этот жилой фонд. Зайдя туда, мы увидели целый ряд серьёзных проблем. Эти пятиэтажки были построены на срок «до строительства коммунизма», как Хрущёв говорил: он предполагал, что, наверное, коммунизм наступит через 25 – максимум 50 лет. Но 50 лет прошло, коммунизм не наступил. Хочу показать, в каком виде они находятся: балконы, которые провисают, и, кроме как их срезать, больше их никак не отремонтируешь. Центральное отопление вмонтировано прямо в стены домов, и, чтобы их отремонтировать, надо выломать все стены либо разместить отопление внутри жилых помещений, что уменьшит и так небольшое пространство. Канализация вмонтирована в стены между квартирами. Чтобы её отремонтировать, надо снести перегородки между квартирами или вынести стояк. Но выносить некуда, потому что это уже купленное пространство.

Подвалов нет в пятиэтажках – есть небольшое пространство. Чтобы его отремонтировать, надо вскрыть все полы на первых этажах. Стены находятся в очень плохом состоянии. Те, которые в хорошем состоянии, – боюсь, что через 10 лет они тоже будут в таком же состоянии. Фасады: швы разошлись, стыки. Печальное зрелище.

В.Путин: Сергей Семёнович, мы с Вами уже говорили на эту тему. Я знаю настроения и ожидания москвичей. Ожидания связаны с тем, чтобы эти дома снести и на их месте новое жильё построить. Мне представляется, что это и было бы самым правильным решением. Вопрос только в возможностях столицы, в бюджетных возможностях, в возможностях привлечения инвесторов и так далее.

С.Собянин: Действительно, такой проект требует огромных финансовых ресурсов, значительных организационных, административных затрат. Мы знаем, с чем сталкиваемся. Когда проводили снос первой серии этих пятиэтажек, по масштабу он гораздо меньший, требовались просто неимоверные усилия. Многие инвесторы, которые подвизались, просто разорились на этих проектах. Мы взяли на бюджет эти проекты и доводим до логического завершения.

Сегодня бюджет Москвы достаточно устойчивый. Мы рассчитались в основном с долгами, которые нам достались с прежних лет. В этом году неплохие поступления в бюджет, как я уже говорил, налога на прибыль, подоходного налога. Мы имеем запас прочности. Поэтому с точки зрения финансового запуска видим возможности у города.

Но есть определённые проблемы, связанные с нормативным регулированием этого процесса. Например, есть законодательство, связанное со сносом аварийных домов. Есть варианты сноса в соответствии с гражданско-правовыми сделками – по сути дела, это коммерческий снос, там рыночный выкуп и так далее. Ни то, ни другое в этой ситуации неприменимо. В результате мы и как аварийные их не можем сносить, и как ветхое не можем ремонтировать, капитально ремонтировать. Получается неурегулированная ниша.

Мы сносили их в соответствии с постановлениями Правительства Москвы, законами Москвы 1990-х годов. Сегодня это уже, конечно, устарело. И, входя в такой проект, было бы хорошо отрегулировать это специальным законом, который мы можем подготовить и внести в Государственную Думу. Необходимо изменить ряд норм, регулирующих градостроительные технические нормы. Мы строим в действующей городской застройке, не в чистом поле, поэтому необходимы специальные нормы, чтобы ускорять эти процессы. Если действовать по сегодняшним нормативам, они хороши для застройки в чистом поле. Но для таких проектов они значительно удлинят и усложнят процессы строительства.

Поэтому, Владимир Владимирович, если бы можно было, я бы попросил помочь и оказать содействие в изменении этой нормативной базы, инициировании специального закона. Мы готовы подготовить такой законопроект, согласовать его так, чтобы мы могли с юридической точки зрения реализовать этот проект наиболее эффективно.

Со своей стороны все финансовые и организационные моменты мы решим самостоятельно. Конечно, это будет значительным подспорьем в обновлении всего города, улучшении экологической ситуации, транспортной ситуации, создании новой городской среды. И конечно, стоит, чтобы 1 миллион 600 тысяч жителей города получили новое современное жильё взамен этого ветхого, которое, я боюсь, через 10–20 лет просто станет аварийным, несмотря на наши потуги в его ремонте.

В.Путин: Хорошо. Давайте сделаем это, но исходим из того, и я ожидаю именно такой организации работы, при которой всё, что мы делаем, идёт на пользу людям, улучшает их жизнь. А здесь возникают вопросы, связанные с расселением, с районами будущего места жительства. Нужно сделать так, чтобы это всё людей устраивало. Поэтому нужно и с жителями это всё прорабатывать, и показывать, делать всё это прозрачно, показывать, что конкретно люди от реализации этих проектов получат и что они выиграют.

С.Собянин: Так и сделаем, Владимир Владимирович, тем более у нас опыт богатый. Мы стараемся переселять людей в те районы, где они сегодня проживают, предлагаем такие варианты, которые подавляющее большинство жителей устраивают. После реновации как минимум на 20–30 процентов стоимость этого жилья, капитализация улучшается, даже если не увеличиваем метры, но качество жилья совсем другое. Исходя из этого, конечно, это будет позитивно, мне кажется, восприниматься, тем более что мы на сегодняшний день имеем массовые обращения [по этим домам] и самих жителей, и муниципальных депутатов, и ассоциаций депутатов, и Общественной палаты Москвы. Мы имеет основание говорить, что это народный проект.

В.Путин: Хорошо, давайте сделаем.

С.Собянин: Спасибо.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084395 Сергей Собянин


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084371 Сергей Жвачкин

Встреча с губернатором Томской области Сергеем Жвачкиным.

С.Жвачкин информировал Президента о социально-экономической ситуации в регионе.

В.Путин: Сергей Анатольевич, вопрос традиционный – о социально-экономическом положении в Томской области.

С.Жвачкин: Владимир Владимирович, мы закончили 2016 год достаточно уверенно. Валовый региональный продукт – мы впервые в истории достигли полутриллиона. Надо сказать, что за четыре года он вырос на 30 процентов, и не за счёт сырьевых отраслей. Лесоперерабатывающая промышленность у нас 170 процентов за год дала результат [по темпам роста], мы построили новые заводы. И знаете, Владимир Владимирович, в прошлом году меньше 1 процента круглого леса вывезли. То есть исторически мы тоже такой рекорд поставили. Всё перерабатывается, и это замечательно.

«СИБУР» провёл крупнейшую модернизацию Томского нефтехимического комбината. Теперь это новое производство, конкурентоспособное на рынке.

Хорошо показали себя строители. Кстати, в 2015 году мы побили рекорд Советского Союза по вводу жилья. Никогда даже в Советском Союзе не вводилось столько жилья, сколько мы ввели в том году.

И другие предприятия показывают хорошие результаты. «Росатом» продолжает реализацию проекта «Прорыв» на территории региона, в рамках которого будет построен реактор на быстрых нейтронах «БРЕСТ-ОД-300», то есть учёные работают сегодня.

Хорошими темпами поднимается сельское хозяйство. Благодаря последним принятым решениям мы достаточно хорошо его перевооружили, за четыре года более 900 единиц техники закуплено сельхозпредприятиями. Есть и другие меры поддержки: это и компенсация процентной ставки, это гранты, которые сегодня фермерам идут. Благодаря этой работе за прошлый год, скажем, по маслу мы выросли на 170 процентов, по сметане – на 150. Сыры стали выпускать: импортные мы не покупаем – мы сами выпускаем (замечательная моцарелла у нас есть и так далее).

За прошлый год у нас уровень инфляции – где-то 5,3 меньше, чем общероссийский. По статистике за прошлый год по поднятию цен – самый низкий уровень с 1990 года благодаря всем совместным усилиям, которые сегодня идут в сельском хозяйстве.

Мы начали заниматься возобновляемыми источниками, имеются в виду дикоросы [дикорастущие растения], грибы и ягоды. Над нами смеялись, но мы в прошлом году налогов получили 700 миллионов [на продукцию из дикоросов]. Если такими темпами пойдём, то это примерно сравняется с [налогами] от нефти и газа, что мы получаем.

У нас замечательные люди пришли в сельское хозяйство, молодёжь, наука – и это даёт сегодня такие результаты. Могу похвастаться, по результатам 2016 года по производительности труда в сельском хозяйстве заняли [в регионе] первое место, это при том что Сибирь, где есть ещё и Алтайский край. По надоенности первое место заняли – представляете, такая гордость наших селян.

В.Путин: Неожиданно.

С.Жвачкин: Мы продолжаем сегодня это направление.

Конечно, известен наш научно-образовательный комплекс. По результатам 2016 года у нас учатся [студенты] из 75 регионов России и 60 стран мира – от Америки, Венесуэлы до Индии и Китая. Вот такая широкая география. В общем-то, это очень приятно.

Наши вузы продолжают работу в программе [поддержки крупнейших вузов] «5–100». Вообще, наука – это наш конёк. В ВРП, который я называл, 15 процентов – это наукоёмкая высокотехнологичная продукция. Мы одни из лидеров сегодня в Российской Федерации, у нас очень много различных предприятий – и в области ИТ-технологий, и других. Кстати, с Фондом перспективных исследований мы создали первый крупный центр по робототехнике. С ФАНО мы объединили шесть медицинских институтов Российской академии наук и создали крупнейший медицинский центр не только за Уралом, но и в стране.

То есть, конечно, наука – это наш конёк, продолжаем работать, завоёвываем новые рынки. В прошлом году, например, вся связь на чемпионате мира по футболу работала на нашей томской программе. Правда, это не помогло нашим футболистам, но во всяком случае факт есть факт. Сегодня это наша гордость – научно-образовательный комплекс.

Много делается для жителей в социальном плане. Например, мы ввели в эксплуатацию самый крупный за Уралом бассейн. И в прошлом году уже Кубок мира по подводному плаванию проходил у нас в Томске, в Сибири. И конечно, удивлялись люди, когда приезжали, например, из Латинской Америки, что в Сибири центр водных видов спорта олимпийского класса.

В здравоохранении в рамках выполнения Ваших майских указов у нас все показатели выполняются, всё выполнено. Делаем более доступным качество оказания медицинских услуг, ввели новый гемодиализный центр и радиологический каньон в онкологическом диспансере, много других объектов. Продолжаем работу в этом направлении.

11-й год подряд – и, насколько мы знаем, мы единственные в России – у нас демографический рост, без перерыва. За последние несколько лет на 25 тысяч увеличилась численность населения области, и не за счёт миграционных процессов, а в основном именно за счёт демографического роста. Правда, есть свои проблемы. Пришлось построить 30 детских садов за два с половиной года. Теперь мы большую программу вместе с Правительством разрабатываем по строительству школ, потому что эти дети подрастут, придут в школы.

Конечно, очень хорошо, что в результате мер, которые были приняты на государственном уровне, сегодня такой рост [населения], потому что люди нам нужны – Вы знаете, у нас такая ситуация. Конечно, есть официальный уровень безработицы – небольшой, 1,7 процента. Но на самом деле мы сегодня уже даже из города возим людей на лесоперерабатывающие заводы в тайгу, у нас не хватает рабочих рук. И мы знаем, что уже несколько десятков тысяч человек ездят к нам из соседних территорий, из Кемерово, Новосибирска. Поэтому для нас проблема не занятости – у нас, наоборот, проблема, где взять трудовые ресурсы.

На 2017 год бюджет сформировали, закон принят. Думаю, у нас никаких нет сомнений, мы уверенно смотрим не только на 2017, но и на ближайшие годы.

Сегодня занимаемся уже чисто тактическими делами, сейчас готовимся к паводку. Вы знаете, в Сибири очень большой уровень снега, поэтому мы вместе с Министром [МЧС] совещание уже провели в Томске.

Неожиданно возникла проблема, совершенно новая для нас, – это сибирский шелкопряд. Эта гусеница появилась у нас из-за того, что последние несколько лет были тёплые зимы, она обычно не доходила до нас, а сейчас появилась в достаточно большом количестве: тысячи гектаров заражены. Мы обратились в Правительство, потому что на отдельно взятой территории мы не победим эту проблему.

Но в целом я считаю, что уверенность у нас есть. Самое главное, чтобы это чувствовали жителей Томской области, все задачи выполнимы.

Владимир Владимирович, у меня 17 марта заканчивается пятилетний срок губернаторства. Согласно закону выборы в сентябре, поэтому прошу принять решение.

В.Путин: Хорошо.

Скажите, пожалуйста, – действительно, я вижу результат хороший за эти пять лет – как Вы сами настроены на следующий срок, готовы ли Вы пойти на выборы в сентябре этого года?

С.Жвачкин: Да, Владимир Владимирович. Сложная, непростая, но интересная работа. Мы работаем командой, и, конечно, хотелось бы закрепить некоторые позиции, которые удалось завоевать, вместе с томичами, потому что у нас удивительные люди, – делать так, чтобы всё-таки жизнь становилась лучше. Это самая главная задача, по-моему, для всех.

В.Путин: Хорошо. Действительно, результат, как я уже сказал, хороший. Ваша команда демонстрирует работоспособность, желание работать и умение. Я тогда подпишу соответствующий документ, указ о назначении Вас исполняющим обязанности вплоть до выборов в сентябре 2017 года. Желаю Вам успехов.

С.Жвачкин: Спасибо, Владимир Владимирович, за доверие работать в Вашей команде. Выбор сделают томичи, но я готов работать вместе с Вами, чтобы каждый томич жил лучше, так же как и каждый россиянин.

В.Путин: Хорошо.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084371 Сергей Жвачкин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082371

Поиски виноватого: есть ли пределы ответственности руководителя

Юлия Литовцева

Forbes Contributor

Изменения в налоговом и банкротном законодательстве легализовали право налоговых органов взыскивать недоимки компаний с физических лиц даже без какой-либо их трансформации в убытки. Тем самым размыт последний, еще недавно казавшийся незыблемым, барьер, разграничивавший ответственность руководителей, собственников компаний по обязательствам подконтрольных им юридических лиц

Еще сравнительно недавно смелые и инициативные сограждане достаточно легко возлагали на себя статус учредителей и директоров компаний, а те, кто уже преуспел на предпринимательской ниве, были готовы использовать различные нестандартные бизнес-решения. При этом многие исходили, в том числе, из четкого разграничения ответственности между юридическими лицами с одной стороны и их руководителями, собственниками с другой. То, что ответственность участников хозяйственных обществ ограничена размером их вклада в уставный капитал (стоимостью акций), воспринималось как аксиома и действовало лучше любого релаксанта.

Чем сложнее становилась экономическая ситуация, тем громче звучали призывы уменьшить давление на предпринимателей, не вводить новые налоги и сократить прежние, упорядочить нормотворчество, уменьшить число проверок и т. п. — казалось, бизнес могли ожидать радужные перспективы. Недавно встретилось даже предложение отменить уголовную ответственность за экономические преступления.

На этом фоне для большей части бизнес-сообщества оказалось неожиданным кардинальное изменение подходов государства к вопросу ответственности руководителей и собственников бизнеса по обязательствам компаний. Можно утверждать, что сегодня сформировался устойчивый тренд взыскания с директоров, участников и бенефициаров компаний налоговых недоимок организаций, и государство в лице всех ветвей власти держит курс на создание новых и совершенствование имеющихся механизмов пополнения бюджета за счет руководителей.

Очевидно, что с учетом исчисления налоговых обязательств компаний десятками и сотнями миллионов рублей груз финансовой ответственности, перекладываемой на физических лиц, оказывается для последних явно непомерным.

Раньше вопрос о личной имущественной ответственности директоров, членов коллегиальных органов управления, бенефициаров по обязательствам компаний если и возникал, то в ситуации банкротства подконтрольного юридического лица.

Одним из условий такой ответственности является необращение руководителя в арбитражный суд с заявлением о банкротстве после возникновения признаков неплатежеспособности компании, то есть фактически после прекращения исполнения ею своих обязательств из-за недостатка денежных средств. Размер личной ответственности в этом случае ограничен суммой обязательств, возникших после появления у организации признаков неплатежеспособности.

Но чаще всего руководителей привлекают к субсидиарной ответственности по обязательствам компании в связи с совершением действий, ставших причиной ее банкротства. Например, вывод активов, использование фирм-однодневок, повлекшее доначисление налогов и т. п. В такой ситуации объем ответственности директора соответствует разнице между общей суммой требований кредиторов и расходов на осуществление банкротства, и суммой, вырученной от продажи активов юридического лица. При этом требуется доказать виновность руководителя или иного лица, определявшего деятельность компании в банкротстве компании, а также целый ряд иных важных обстоятельств.

Сложности с доказательством оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности, а также то, что взыскиваемые в таком порядке денежные средства поступают не непосредственно кредитору, а в конкурсную массу должника с последующим пропорциональным распределением, стимулировали налоговые органы использовать другой, более действенный механизм.

Стремительно стало увеличиваться число возбужденных уголовных дел по налоговым составам, в рамках которых директору, учредителю и даже бухгалтеру компании предъявляется гражданский иск о взыскании налоговой недоимки под видом ущерба, причиненного преступлением. В надежде избежать реального уголовного наказания многие на стадии следствия признают свою вину, в красках описывают использованные схемы, создание подставных фирм. При этом чаще всего не учитывают, что все, перечисленное впоследствии, перекочует в приговор и станет основанием для взыскания налоговой недоимки компании с руководителя в рамках гражданского процесса по иску налоговой инспекции.

При этом такие аргументы, как отсутствие у привлекаемого к имущественной ответственности директора личной выгоды, невозможность возложения налоговой обязанности юридического лица на физическое лицо, не принимаются судами во внимание.

Недавно довелось столкнуться с совершенно абсурдной ситуацией, когда недоимка под видом ущерба от совершенного преступления была взыскана с 60-летней пенсионерки, внештатного бухгалтера компании, в ситуации, когда юридическое лицо самостоятельно погашало эту же самую задолженность перед бюджетом. И суды всех инстанций постановили, что это правильно и не является двойной ответственностью!

Еще одним способом пополнения бюджета за счет руководителей является взыскание с директоров налоговой недоимки возглавляемых ими организаций в отсутствие приговора и без возбуждения дела о банкротстве. Мотивация налоговых органов в подобных случаях была крайне проста: поскольку юридическое лицо не в состоянии оплатить свои налоги, а руководитель при этом не обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, недоимка может быть взыскана с директора.

Тем самым, бизнес оказался перед фактом того, что нехватка активов компании для исполнения налоговых обязательств автоматически влечет за собой взыскание недоимки с руководителей и (или) собственников организации.

Попытки переломить негативно развивающуюся судебную практику практически утратили перспективу после вступления в 2016 и 2017 годах ряда изменений в налоговом и банкротном законодательстве, легализовавших право налоговых органов взыскивать недоимки компаний с физических лиц даже без какой-либо их трансформации в убытки. Новации также позволяют привлекать руководителей и собственников компаний к субсидиарной ответственности по обязательствам организаций без возбуждения дела о банкротстве и даже после ликвидации юридического лица.

Тем самым размыт последний, еще недавно казавшийся незыблемым барьер, разграничивавший ответственность руководителей, собственников компаний по обязательствам подконтрольных им юридических лиц.

Невольно вспоминается фраза великого баснописца И.А. Крылова: «Уж тем ты виноват, что хочется мне кушать»…

Остается лишь надежда на то, что доводы пострадавших бизнесменов будут услышаны Конституционным судом РФ, на рассмотрении которого сейчас находится несколько жалоб, и цель пополнения бюджета не станет оправданием любых средств ее достижения.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082371


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082279

Нечестные работодатели: проблема с зарплатами — это серьезно

Юлия Зазуля

Forbes Contributor

Налоговая борется с «серыми» зарплатами

Федеральная налоговая служба усилила работу по сбору НДФЛ, а с января 2017 года – еще и по значительной части страховых взносов, которые перешли в ее юрисдикцию из Пенсионного фонда. Главная задача – борьба с «серой» зарплатой.

Занимаются этим так называемые «зарплатные комиссии», которые все чаще стали вызывать на встречу руководителей компаний или их представителей. Состав комиссий обычно межведомственный – к работе подключены местные проверяющие и надзорные органы.

Как свидетельствует практика, некоторые компании проводят через официальные ведомости лишь минимальный размер оплаты труда (МРОТ), остальная часть выдается в конвертах по договоренности с работником. Это не только уход недобросовестной компании от налогообложения. Люди, которые соглашаются на подобные условия, ставят себя в весьма шаткое положение.

Во-первых, они также несут ответственность за уклонение от уплаты налогов. Во-вторых, на «серые» суммы не распространяются нормы социальной защиты, такие как оплата отпуска, выходного пособия, больничного листа. Нет начислений в Пенсионный фонд, с низким уровнем дохода сложно вступить в ипотечную программу или просто получить кредит в банке. Кроме того, если работодатель не выполнит негласное соглашение, то востребовать неофициальную часть зарплаты будет очень проблематично даже в суде.

Юристы по имущественным спорам отмечают, что поскольку зарплаты в конверте не отражены в трудовом договоре, то обычно работники пытаются подтвердить их в суде показаниями свидетелей, справкой для получения кредита, электронной перепиской с бухгалтером организации. Но эти доводы, как правило, не являются для суда убедительными, потому что не доказывают устную договоренность между истцом и работодателем.

«Серая зарплата» — вне правового поля, то есть закон придает значение только официальной части зарплаты. И даже при достаточном количестве доводов со стороны пострадавшего, это, с точки зрения закона, не дает возможности взыскать недоплаченные суммы.

Так, самое распространенное доказательство – показания бывших или действующих работников. Рассматривая подобные дела, арбитражные суды обычно приходят к выводу, что из объяснений свидетелей невозможно определить точную сумму, выплаченную им предпринимателем. Инспекторы ссылаются на размытые высказывания работников: «около», «по-разному». И если других доказательств истец не представляет — суд занимает сторону предприятия.

Таким образом, повод для трудового конфликта многие люди создают сами, возможно, не сознавая всех последствий устной сделки с работодателем. Нужно учитывать, что по целому ряду инцидентов вообще нет разъяснений в Налоговом кодексе РФ, а потому дела разрешаются на усмотрение арбитража. Так, например, суд Дальневосточного округа не принял в качестве доказательства справку для получения кредита в банке, где указан более высокий уровень зарплаты работников, чем в ведомостях компании. Суд решил, что эти документы не подтверждают фактический размер выплачиваемой зарплаты (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 01.08.2007, 25.07.2007 N Ф03-А73/07-2/2900 по делу N А73-13809/2006-50).

А суд Уральского округа, оценив, в том числе сведения, указанные в кредитных анкетах, установил, что организация выплачивала сотрудникам заработную плату в большем размере. Следовательно, налоговый орган правомерно доначислил организации НДФЛ (Постановление ФАС Уральского округа от 30.10.2008 N Ф09-12287/06-С2 по делу N А71-4961/06).

В некоторых ситуациях, по свидетельству юристов, удается разрешить спор в досудебном порядке, когда работник и работодатель сумели договориться. Однако далеко не всегда у сотрудников получается «запугать» руководство компании настолько, чтобы получить свои деньги.

Что же делать? Понятно, что МРОТ – это не те деньги, на которые сегодня можно прожить. По Москве минимум сейчас составляет 17 487 рублей, а по России – 7 500 рублей в месяц. Ситуацию учитывают «зарплатные комиссии», которые в последние годы ориентируются не на минимальный размер, а на средние показатели по отрасли. Комиссия пытается убедить работодателя в том, что зарплату необходимо поднять, тем самым, увеличив отчисления в государственную казну.

У работодателя же есть четыре варианта развития событий. Во-первых, увеличить зарплату сотрудникам сразу. Второе — пообещать повысить зарплату с определенной даты и внести это в протокол встречи. В-третьих, не повышать размер оплаты труда, обосновав ситуацию экономическими причинами. И, наконец, оставить прежний уровень, зафиксировав, что он отвечает требованиям законодательства.

Хотя предложения носят рекомендательный характер, не стоит их игнорировать, а тем более избегать встречи. Неявка чревата привлечением директора фирмы к административной ответственности. За этим последуют внеочередные проверки со стороны Фонда социального страхования, УВД или прокуратуры, которые отслеживают деятельность предпринимателей и организаций.

Однако если официальный уровень зарплаты превышает минимальный размер оплаты труда, то компания имеет право сохранить его на том же уровне. И соглашаясь на неофициальную доплату, человек сам обрекает себя на действия вне правового поля, где недобросовестные работодатели действуют уверенно и часто – безнаказанно.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082279


Россия > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084375 Владимир Мау

Встреча с ректором Академии народного хозяйства и госслужбы Владимиром Мау.

Состоялась встреча Владимира Путина с ректором Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) при Президенте, членом Экономического совета при Президенте Владимиром Мау. Ректор РАНХиГС информировал главу государства о ключевых аспектах деятельности академии и путях совершенствования подготовки кадров для системы госуправления. Отдельно обсуждались итоги работы форума «Гайдаровские чтения», прошедшего в Москве в январе текущего года.

В.Путин: Владимир Александрович, мы поговорим, безусловно, о том, как развивается академия. Кроме этого Вы ещё и член Совета при Президенте по экономическому развитию, по развитию экономики, и работаете в рамках ЦСР – Центра стратегических разработок.

Сейчас там готовится целый набор программ, я с ними тоже недавно ознакомился, нахожу их интересными и перспективными. Хотя, конечно, всё это нужно дорабатывать. Совсем недавно вы проводили «Гайдаровские чтения». Давайте с этого блока начнём.

В.Мау: Владимир Владимирович, большое спасибо за возможность ответить на эти вопросы, вообще доложить о нашей работе.

Действительно, для экономистов сейчас очень серьёзный профессиональный вызов – та точка, в которой находится наша страна и глобальная экономика. Сразу скажу, в моём понимании наш тренд сопоставим с трендом развитых стран – у нас общие проблемы.

Есть, конечно, некоторая специфика, часто говорят, что она хуже (по целому ряду параметров она гораздо лучше), чем в других развитых странах. Но, несомненно, ключевой вопрос, который обсуждался и на «Гайдаровских чтениях» в январе (спасибо большое за ту поддержку, которую Вы всегда оказываете), ключевой вопрос – это перспективы экономического роста.

Причём проблема состоит в том, что впервые в истории современного экономического роста, впервые за 200 лет современного экономического роста мир понял, что остановка спада не есть автоматическое начало роста.

Вот Япония 25 лет стагнирует, Европа – пять лет. То есть мы видим, что в экономике происходят какие-то серьёзные, фундаментальные изменения: технологические, структурные, макроэкономические, которые начинают тормозить рост, темп роста начинает колебаться вокруг нуля, плюс-минус, но без того, что мир знал в предыдущие десятилетия.

Это на самом деле самая большая загадка экономического развития, вокруг которой все ведущие эксперты ведут очень интересное обсуждение. На «Гайдаровском форуме» это обсуждалось очень подробно.

Здесь есть, конечно, очень важный аспект, сформулированный Вами в Послании в декабре, о том, что российская экономика должна расти темпом несколько выше среднемирового. Это очень точное определение, потому что по уровню своего развития, действительно, российская экономика должна расти быстрее, чем в Германии, и медленнее, чем в Китае, условно говоря.

Это правильный параметр, и в этом смысле она не может расти раз и навсегда установленным темпом. Мы зависим от глобальных трендов, мы открытая экономика, мы в мировой торговле, и поэтому наш успешный рост – это мировой плюс.

И в этом смысле основная дискуссия – это механизм, инструменты, которые позволили бы расти. Тут есть набор экономических вещей, очень важна наша макроэкономическая стабильность и набор таких институциональных тезисов, о которых Вам, наверное, все докладывают.

Если можно, мне кажется важным ещё на один вопрос обратить внимание. Тоже была очень важная тема форума «Гайдаровские чтения» в этом году: удивление от успешности российской антикризисной программы. Это не комплимент, не преувеличение, но если на форуме в январе 2015 года (мы всегда его проводим за неделю до Давоса) и среди иностранных, и среди российских экспертов царили полное уныние и пессимизм – что произойдёт дальше, – то сейчас совершенно оптимистичные настроения.

Оптимистичные не потому, что у нас высокий темп. Вообще я бы не фетишизировал темпы, я всегда коллег предупреждаю, что Советский Союз провёл политику ускорения в 1986–1988 годах, темпы роста действительно возросли, но ценой резкого роста бюджетного дефицита и государственного долга, после чего экономика 10 лет падала. Мы должны понимать, что в принципе есть такие ситуации, когда вы можете два года ускоряться, а потом 10 лет падать.

Нам нужен устойчивый рост в долгосрочной перспективе. И в этом смысле очень важно, что российское Правительство продемонстрировало, что в самой тяжёлой ситуации, в ситуации двойных шоков, санкций, падения цен на нефть (кстати, в той же глубине, как это было в 1986 году) оно способно не принять ни одного неверного решения, ни одного популистского решения. Это и денежная политика Центрального банка, и финансовая политика – всё было очень точно выверено, что позволило сделать спад минимальным, не допустить рост безработицы в принципе.

Впервые, кстати, в этот кризис не произошло долларизации вкладов – этого вообще никогда не бывало. С тех пор как покупка валюты перестала быть уголовным преступлением в 1990 году, у нас всегда в кризис росли долларовые накопления, в этот раз этого не произошло. То есть в этом смысле Россия подала миру сигнал, что политика ответственна, предсказуема и понятна.

В этот раз на форуме было около двух тысяч иностранных экспертов из восьми с лишним тысяч участников вообще, были два бывших президента, пять премьер-министров, действующий второй человек в Международном валютном фонде – первый заместитель исполнительного директора.

И все задавали вопрос, с одной стороны, как нам это удалось (но это более или менее понятно), а с другой [говорили], что это очень хорошая стартовая позиция для инвестиций, экономическому курсу можно доверять.

На самом деле экономика – это на 80 процентов психология. Если есть основа для доверия… Конечно, проблема санкций, ограничены инвестиции, но инвестиции всё равно идут, всё равно российский рубль и российский фондовый рынок в последнем году демонстрируют очень позитивные тренды.

Переход от пессимизма к оптимизму – это очень важно, хотя, конечно, очень хрупко, инвесторы – это такие «стадные» люди, поэтому они смотрят и бегут один за другим. Но, в общем, в моём понимании сейчас ситуация благоприятная.

Я всегда призываю в ближайший месяц, в ближайший период, если смотреть по позитивной динамике, смотреть не столько параметры, связанные с номинальными темпами роста, сколько связанные с динамикой частных инвестиций. Краткосрочно это гораздо более точно может показывать, что происходит в экономике.

В.Путин: Вы хотели сказать об академии?

В.Мау: Владимир Владимирович, хотел осветить, с Вашего позволения, два сюжета, связанных с нашим развитием. Это вопросы достигнутых результатов после нашей последней встречи: в какой ситуации находится академия, а также некоторые предложения по совершенствованию подготовки кадров для системы госуправления, что, по определению Академии народного хозяйства и госслужбы при Президенте, является нашим основным мандатом.

Тем более если говорить об институциональных реформах и опять же возвращаться к дискуссиям. Именно дискуссия о роли госуправления и кадров для госуправления касается одной из важнейших институциональных реформ, которые предстоят.

Российская академия народного хозяйства и госслужбы является, поверьте мне, уникальным образовательным и научным учреждением. И уникальность его состоит не только в том, что это единственное [образовательное] учреждение при Президенте Российской Федерации. Это, конечно, накладывает на нас повышенную ответственность и перед Вами, и перед нашими студентами, но я приведу ряд цифр и фактов, которые говорят, что мы действительно уникальны. Это не предмет гордости, это предмет некой данности.

Прежде всего академия сочетает в себе четыре функции. Мы крупнейший международно признанный университет, у нас учится больше 100 тысяч студентов высшего образования на разных программах. Мы мощный научно-исследовательский центр, в котором, скажем, научно-исследовательские работы на одного сотрудника превышают миллион рублей (в стране немного, считаные единицы университетов, которые могут отчитаться такими цифрами).

Мы крупнейшая и старейшая в стране бизнес-школа, у нас учится более 1300 студентов MBA. И мы, наконец, национальная школа госуправления – 60 процентов слушателей Академии – это государственные и муниципальные служащие. Ни один из этих блоков не является второстепенным, каждый из них дополняет друг друга, и эта синергия даёт колоссальный эффект.

Академия стала самым крупным по масштабу учебным заведением. Я сказал, что примерно 100 тысяч студентов (чуть больше 100 тысяч студентов), а всего в год через Академию проходит 180 тысяч человек: программа переподготовки, повышение квалификации, MBA и так далее.

У нас беспрецедентная региональная сеть, у нас в настоящее время 53 филиала. Причём некоторые из них – в прошлом это крупные региональные университеты в Петербурге, Нижнем Новгороде (не буду перечислять, их 15 крупнейших), которые хорошо позиционированы на рынке образования в своих регионах. Эта сеть позволяет масштабировать программы и по единым стандартам одновременно, скажем, подготавливать госслужащих по всей территории страны.

Академия является полноценной структурой непрерывного образования. У нас можно учиться с девятого класса на протяжении всей карьеры. Для каждого этапа карьеры найдётся какая-то программа. Нередко к нам родители, которые отучились на профпереподготовке, приводят детей-школьников, дети-школьники приводят родителей. Это, конечно, источник нашей постоянной устойчивости. Мы не зависим от демографических трендов, мы не зависим от того, что количество школьников падает или растёт. Мы очень сбалансированная структура.

Академия – это единственное учебное заведение, в котором две трети контингента взрослые, то есть люди старше 25 лет. Это тоже для нас исключительно важно, поскольку к нам приходят всё-таки в основном не потому, что после школы надо пойти в вуз, не потому, что родители сказали.

К нам приходят люди для повышения устойчивости своей карьеры, для которых приход в академию – это не мода, а инвестиция: инвестиция времени или инвестиция денег, поскольку программы МВА, естественно, платные. И, Вы знаете, этот контроль качества со стороны людей, которые инвестируют, гораздо важнее, чем проверки контрольных или надзирающих органов. В этом смысле мы репутационно, конечно, очень озабочены, чтобы к нам они приходили.

Ещё одна наша особенность – мы действительно стремимся к индивидуализации образования. Современный образовательный тренд – он «доиндустриальный». Если индустриальное образование университетов второй половины XIX–XX веков – это прежде всего массовое, целостное образование, когда сотни, тысячи людей готовят по одним программам, то сейчас, когда студент поступает в вуз, многие специальности, которые через шесть лет будут, ещё не существуют.

Очень важна тонкая настройка. И в этом смысле мы предлагаем в рамках высшего и дополнительного образования около 2000 программ. Это звучит гигантски, но это то, что позволяет индивидуализировать тренд.

Не знаю, могу ли я похвастаться, но у нас уникальная финансовая модель. Мы благодарны Правительству за те бюджетные средства, которые мы получаем. Мы получаем по нормативам – всё нормально, но 64 процента мы зарабатываем на рынке образования. Таких вузов тоже нет, обычно пропорция противоположная.

И, соответственно, мы гордимся нашими выпускниками, они у нас лидеры по зарплатам. Все существующие рейтинги показывают: по основным профессиям – это экономисты, юристы, социальные работники – наши выпускники находятся в первой тройке по зарплатам на московском рынке.

В.Путин: Владимир Александрович, как сейчас организована работа по переподготовке действующих госслужащих и муниципальных служащих?

В.Мау: Вы знаете, это самый важный и самый сложный вопрос, который хотел попросить Вас обсудить. Тут есть некоторые проблемы, но всё-таки скажу пару слов о важности этого вопроса.

Дело в том, что современные технологии – не образовательные, а вообще реальные современные технологии – относительно снижают роль затрат труда, роль издержек, дешевизны рабочей силы, поскольку современные технологии, самые современные, очень гибки, легко локализуются, их можно развивать в разных секторах и они меньше зависят от труда.

Отсюда, кстати, тренд реиндустриализации. Ведь промышленники возвращаются из Китая в развитые страны не потому, что в разных странах подумали, что это хорошо, – просто появилась промышленность, где издержки труда неважны, гораздо важнее близость разработок и близость потребителя.

И в этом смысле у нас появляется очень хороший шанс, но это значит, что конкурировать начинают не по издержкам, а по моделям управления. Мы можем быстро развернуться там, где чиновники, управленцы и работники – но не в смысле издержек, а интеллекта – наиболее адекватны. И в этом смысле, конечно, задача исключительно важная.

Мы как академия сосредоточены на ряде ключевых программ, которые я бы назвал «бутиковыми». Вот есть массовые, есть «Макдоналдс», а есть бутик. Мы, особенно московский кампус, сосредоточены на «бутиковых программах». С Вашего позволения я несколько назову.

Это высшие резервы управленческих кадров, через нас прошло примерно 500 человек. Это действительно «золотой фонд», я Вам покажу некоторые имена участников, в том числе Ваши недавние назначенцы через эту программу прошли.

По Вашему поручению мы в прошлом году начали, в этом продолжим подготовку региональных инвесткоманд совместно с АСИ. За два года через нас пройдут примерно 800 человек. Это уникальная работа с региональными руководителями (примерно девять человек от региона), на которой концентрируются кадры лучших управленческих школ мира. В ней участвуют преподаватели Гарварда, INSEAD, школы Ли Куан Ю из Сингапура, ряд других ведущих школ мира и, естественно, наши практики, наши специалисты.

Я докладывал Вам об этом в Ярославле во время президиума Госсовета, это действительно формирует уникальные команды. Сейчас, в общем, главное – это командообразование, главное – это дух, способность руководителей разных направлений договориться друг с другом. Мы перемешиваем руководителей региона и руководителей федеральных органов, расположенных в регионе, и это даёт совершенно неожиданный эффект.

У нас есть большая программа – управленцы в бюджетной сфере, кстати, это тоже было [сделано] по Вашему поручению ещё как Председателя Правительства. За прошедшие шесть лет у нас уже прошло 23 тысячи руководителей школ, учреждений культуры, учреждений здравоохранения, муниципальных и региональных руководителей соответствующих отраслей.

Очень важный проект, который позволяет чувствовать новейшие управленческие технологии, и все эти программы мы всегда завершаем проектами. На самом деле в центре не лекция, а проект. Участники должны написать тот проект, который потом оказывается на портале, он открыт, который они дальше реализуют на своей работе. Сейчас мы плотно работаем над командами моногородов, управленческие команды моногородов – тоже очень важный вызов.

Антикоррупция. За последние семь лет прошло 20 тысяч человек. С тех пор как активизировалась работа по открытости данных, по антикоррупции, [появилось] очень много таких знаний, которые мы должны HR-службам, кадровым службам давать, это через нас идёт.

Очень важный проект, связанный с Крымом, но это скорее «курсы молодого бойца». Мы за год пропустили 28 тысяч региональных и муниципальных крымских чиновников: подготовка к российскому законодательству, сдаче квалификационных экзаменов на занятие соответствующих должностей. Это был настоящий вызов.

Подготовка губернаторов и их заместителей, это была традиционная линия академии. И, наконец, мы пользуемся интересом и среди руководителей силовых структур. За последние три года у нас проучилось больше двух тысяч соответствующих руководителей, по 50–60 в год на магистерских и более коротких программах.

В.Путин: Отношения с Администрацией Президента выстроены в этом смысле нормально?

В.Мау: Да, очень позитивно, спасибо большое, – и с Администрацией, и с Аппаратом Правительства. С Администрацией, кстати, мы за последние 10 лет разработали и внедрили систему личностно-профессиональной диагностики, и отбор кандидатов в резерв под патронажем Президента как раз осуществлялся на основе этих наших методик.

Очень подробно и тщательно каждый человек проходит более чем четырёхчасовое тестирование, плюс обратная связь, плюс контакты, дискуссии вокруг его деятельности. Это позволяет сформировать индивидуальную траекторию, дать советы, как ему лучше двигаться в дальнейшей работе, как ему лучше совершенствоваться в своём дальнейшем развитии.

Конечно, предстоит ещё очень много сделать в этой области, потому что я называю цифры, они довольно большие, но всё равно в стране полтора миллиона государственных и муниципальных служащих. И конечно, есть проблемы, связанные с тем, что их образованию должно уделяться гораздо больше внимания.

Мы сейчас подробно с руководством Администрации Президента прорабатываем концептуальные вопросы: как это может выстраиваться, как повысить эффективность подготовки государственных и муниципальных служащих.

Тут, конечно, есть проблемы, если можно, я бы некоторые обозначил. Если бизнес-образование, как во всех развитых странах, в кризис растёт (это парадоксально, но спрос на бизнес-образование в кризис растёт, люди платят свои деньги), переподготовка государственных и муниципальных служащих снижается, сокращаются бюджеты, сокращается численность переподготовки, сокращается число длинных программ, и, соответственно, чтобы сэкономить, растёт число очень коротких программ. То есть возникает целый ряд проблем как со стороны спроса, так и со стороны предложения.

Скажем, со стороны спроса: есть формальное требование к переподготовке каждого раз в три года (оно, как правило, не выполняется), но всё равно здесь основной спрос связан не со знаниями и квалификациями, а с тем, что в отдел кадров надо принести документ о прохождении программы. Это, конечно, проблема, от которой надо уходить, у нас есть предложения, как это сделать.

В.Путин: Давайте обсудим.

Россия > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084375 Владимир Мау


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Экология > oilru.com, 18 февраля 2017 > № 2085149 Владимир Полеванов

Золотые яйца в смятку.

О продолжающейся в РФ распродаже народного добра, климатологических мифах и наживающихся на них дельцах рассказывает в интервью Галине Платовой известный государственный деятель, доктор геолого-минералогических наук, академик РАЕН, бывший председатель Госкомитета РФ по имуществу, бывший зампред правительства РФ В.П. Полеванов.

- Владимир Павлович, вы - непримиримый критик приватизации по Чубайсу. Однако начатое в лихие 90-е продолжается и поныне. В ближайших планах правительства Медведева - распродажа акций самых ценных государственных активов: банка ВТБ, компаний "Совкомфлот", РЖД, предприятий, связанных с оборонной промышленностью. Ожесточенные споры вызвала продажа 19,5% акций "Роснефти". Есть даже "пострадавшие" - олигарх Евтушенков, владелец холдинга "Системы", он отсидел несколько месяцев под домашним арестом, и министр Улюкаев, попавшийся на взятке. Его тоже упекли под домашний арест, где он и мотает срок.

- Остановлюсь на "Роснефти", так это наше всё. Очень смущает то, что 19,5% акций компании проданы нашему стратегическому противнику - Катару. Мы же воюем с Катаром, он вооружает исламистов, которых мы выбивали из Алеппо и которых еще предстоит выбить из Сирии. Для чего было нашему противнику продавать почти 20% нашей стратегической нефтяной компании? Это равносильно тому, если бы во время войны Советский Союз продал Маннергейму или Гудериану танковый завод в Челябинске.

Катар участвовал и, думаю, будет участвовать во всех революциях в Африке, приложил руку к уничтожению Ливии, Каддафи, к войне в Йемене. И вдруг ему достаются акции нашей крупнейшей нефтяной компании. Неясно...

- Все делается под предлогом спасения нашего тощего бюджета...

- Нам так говорят. Но что получил бюджет? Акции проданы за 10,2 млрд евро, а стоили они 10,6 млрд евро, почти на 200 млн евро дороже. Бюджет недополучил эту сумму. Теперь мы вынуждены отдавать 40 млн тонн нефти в год покупателю акций, недоброжелателю России.

Думаю, когда Сечин уйдет в отставку или куда-то в другое место, можно будет выяснить детали сделки, которая проведена путано и малопрозрачно.

Такая приватизация нефтяных активов свидетельствует о полном крахе экспортной модели экономики. Продажа части "Роснефти" - попытка поддержать систему, которая не развивается, как говорят, прогнила. Поддержать систему на плаву хоть какое-то время, а там что-нибудь да произойдет. Как у Ходжи Насреддина. Главная концепция нынешней власти - показать народу, что "всё хорошо, прекрасная маркиза".

Не ради развития, а во имя сохранения никчемной социально-экономической модели идет плавная распродажа и других государственных активов. Что абсолютно недопустимо.

Единственный плюс - взятие под домашний арест Улюкаева. Он прогнозировал, что до 2030 года роста экономики в РФ не будет. Он давал прогнозы уничтожения России. На Западе его признавали лучшим министром.

- Кудрин признавался лучшим министром финансов...

- Сейчас и Набиуллина признана лучшим банкиром. Мой совет всем "лучшим": чемодан - вокзал - Лондон. Как только Запад признает кого-то "лучшим", его мгновенно надо увольнять из органов власти. Он - худший для России.

- Но "лучшие" продолжают руководить.

- К сожалению. Набиуллина игнорирует все разумные программы, которые предлагает советник президента С. Глазьев, другие авторитетные экономисты.

- Что они предлагают?

- Предлагают выйти из вашингтонского консенсуса, оторваться от доллара, дать льготные кредиты промышленности, использовать опыт правительства Примакова-Маслюкова, которое вытащило экономику после дефолта 1998 года. Меры роста расписаны Глазьевым по пунктам, доведены до президента письменно и устно. В программах оппозиции есть дельные предложения, в частности в программе КПРФ "Десять шагов к достойной жизни". Надо совместно находить выход из тупика, тогда получим нужный результат.

- Но ничего разумного не делается.

- "Лучшие" министры бездействуют. Приватизация стратегических долей экономики перечеркивает надежды на развитие страны.

- В чем выход?

- Пора задуматься не о приватизации, а о национализации, о государственном контроле в ряде отраслей. В стране десятки тысяч людей отравляются суррогатным алкоголем. Надо национализировать эту отрасль, что принесет в бюджет страны живые мгновенные деньги.

Почему не вводится прогрессивный налог на богатых? Во всем мире они платят налоги до 40-50% от доходов. А у нас что нищий учитель платит 13% от своей мизерной зарплаты, что Абрамович с Дерипаской - от миллионов долларов. Прогрессивный налог дал бы экономике необходимые деньги, и не нужно было бы распродавать госсобственность.

А наше руководство распродает акции "Роснефти" всего за 10 млрд, евро почти за 20%. Причем лет 6 назад РФ выкупила примерно такую же долю нашей компании у "Бритиш Петролеум", но за 30 млрд евро. Сейчас продаем за 10 млрд евро.

- Безумно и бесхозяйственно...

- Даже либеральные экономисты разводят руками. Все понимают, что продаются последние ценности. Так бывает в обнищавшей семье из-за мужа-алкоголика, когда на продажу идет последнее - обручальное кольцо жены. У нас этим обручальным кольцом являются нефтяные активы. Мы всё проедаем, вместо того чтобы развиваться.

Я против такой приватизации, против приватизации ОПК. Очень надеюсь, что у власти хватит ума не приватизировать важнейшие госактивы дальше и будет принята разумная программа либо Глазьева, либо программа КПРФ, либо наших экономистов.

- Наступивший год объявлен Годом экологии. И тут замаячило Парижское соглашение, пугающее людей жуткими последствиями потепления климата, наступающего якобы из-за промышленных выбросов парниковых газов. Вы - геолог, посвящены в тайны климатических перемен. Что скажете об этом соглашении?

- Что это очередная международная авантюра, требующая солидного финансирования, но не имеющая никакого обоснования. Соглашение является продолжением прежних такого же рода документов - Монреальского и Киотского протоколов, придуманных псевдоэкологами.

Монреальский протокол призывал бороться с озоноразрушающими веществами (ОРВ), требуя от государств ограничить производство и распространение фреона. А началось все с запрета полетов самолетов. Сегодня об этом мало кто помнит. Американская печать обрушила вал критики на самолеты неамериканского производства. Якобы летающие в небе "чужаки" сжигают много озона, ухудшают климат на земле, пробивают озоновые дыры. Нужно, чтобы летали только американские самолеты.

Это была вторая половина 80-х годов прошлого века, времена горбачевщины, когда мнение Запада считалось почти законом. Горбачевское руководство тупо согласилось. Впоследствии у нас была практически уничтожена авиация. До сих пор мы почти не строим свои самолеты. А "борцы" за сохранение озонового слоя разрешили строить самолеты, США - боинги и Европейскому сообществу - эйрбасы. А их конкурентов фактически устранили.

Свою выгоду извлек из Монреальского протокола Дюпон, американский холодильный магнат. Он растиражировал выводы двух средней руки ученых, которым показалось, что холодильники выпускают в воздух много фреона, разрушающего озоновый слой, и поэтому с такими выбросами надо прекращать. Ученым дали Нобеля. А Дюпон тут же объявил о создании своего, "качественного", фреона - холодильного газа СВ34А и получил преимущество в производстве холодильников, холодильных и морозильных установок.

Что получилось? Наша страна, подписавшая Монреальский протокол, уничтожила свою холодильную промышленность, с конца 80-х у нас одномоментно исчезли наши холодильники, десятилетиями работавшие безотказно. Мы потеряли холодильное производство не только бытового, но и военного назначения. Потеряли 50 тыс. рабочих мест и теряем прибыль порядка 40-50 млрд долларов в год. А Дюпон на монреальской авантюре сказочно обогатился. Избавившись от конкурентов, он только в Америке заработал около 200 млрд долларов.

Позже выяснится, что дюпоновский газ значительно более опасен, чем прежний фреон, он может взрываться, а работающие на СВ34А холодильники на 10-15% больше потребляют электроэнергии. Но это уже не имеет никакого значения для Дюпона.

В аналитическом докладе Института естественных монополий наши ученые пишут: "Дюпон стал не только монопольным поставщиком... но и обеспечил сбыт более дорогой и маржинальной продукции, гарантировал спрос на нее на долгие годы за счет замены "неэкологичных" холодильников и кондиционеров во всем мире. Монреальский протокол с изначально спорным обоснованием ... привел к переделу рынка в отдельно взятой отрасли в интересах конкретных бенефициаров. Монреальский протокол продолжает действовать. Но оценка последствий его реализации для российской экономики официально не проводилась. Наша страна уже более 20 лет практически полностью зависит от импортных поставок "озонобезопасных" фреонов, а совокупные потери экономики от этой зависимости исчисляются миллиардами долларов".

- А как же с влиянием на климат, на появление озоновых дыр?

- Человек и фреон абсолютно никакого влияния не оказывают ни на климат, ни на озон. Вулканы, например, за одно извержение выбрасывают фреона больше, чем человечество способно выбросить его за сто лет. В природе озон уничтожается, а потом образуется за счет выбросов водорода. Земля дышит водородом. Это доказано наукой, подтверждено данными спутников - наших и американских. Ученый Владимир Леонидович Сывороткин доказал, что фреон, распыленный из баллончиков с аэрозольными дезодорантами или испарившийся из морозильной камеры, не влияет на озоновые аномалии, они имеют геологическое происхождение. Тем не менее бред, запущенный хитроумными ловкачами, жаждущими извлечь прибыль, действует до сих пор. Мы так и не вышли из этого Монреальского протокола.

- Потом последовал Киотский протокол, и даже был образован Фонд по защите климата от парниковых выбросов?

- Он появился в 1997 году. Это была очередная авантюра, проспонсированная Альбертом Гором. Проиграв на президентских выборах Бушу-младшему, Гор стал главным борцом с потеплением климата. Он лично заставлял колеблющиеся страны подписывать этот протокол. Россия присоединилась к протоколу, возникшему на надуманной проблеме. Под нее были установлены квоты, и, по сути, началась торговля воздухом. Есть фантастический роман Александра Беляева "Продавец воздуха". В начале XX века, когда он появился, никто не верил, что такое возможно. Киотский протокол начала XXI века - первый в истории человечества документ о торговле воздухом. За ним нет ни малейшего научного обоснования.

Протокол утверждал, что угарный газ СО2 является основным загрязнителем воздуха и влияет на изменение климата, вызывая потепление. Однако изучение изменений климата за последние 500 млн лет показывает, что дело не в СО2. Вначале повышается температура, т.е. наступает потепление, начинается таяние мерзлоты, и только потом увеличивается в воздухе количество СО2. Но не наоборот. Опять же, СО2 - мизерная часть парникового газа, всего 5%. Главная составляющая часть парниковых газов 70% - это вода. Так что же, будем бороться с водой? На втором месте - метан - 30%. И все это вместе взятое ни малейшего отношения к изменениям климата не имеет.

- Климатом управляет природа?

- Природа сама меняет климат, действуя по своим законам. В истории Земли происходили огромные выбросы СО2, например в мезозое, несколько миллионов лет назад, - 7 тыс. ППМ (грамм на тонну воздуха), и Земля уцелела. Есть многочисленные графики и за 100 лет, за тысячу лет, за 12 тыс. лет, за 6 млн лет. На них видно, что температура - сама по себе, углекислый газ - сам по себе.

Но далекий от науки Киотский протокол получил жизнь и дал возможность развитым странам, которые к нему присоединились, диктовать свои "экологические" условия России, бедным странам, запрещать им развивать свою промышленность. Была запущена мощнейшая пиар-кампания, создана международная бюрократия, прозванная климатократией, которая ничего не производит, но за большие деньги диктует свои условия участникам протокола. Гор, убедивший многие страны присоединиться к нему, получил Нобелевскую премию.

- Торговля воздухом принесла инициаторам большие барыши?

- И еще больше разожгла непомерные аппетиты климатократов, что выразилось в появлении Парижского соглашения. Подписано оно в декабре 2015-го в Париже. Соглашение, как было заявлено, продолжает тему Киотского протокола, будет "определять характер международной климатической политики на десятилетия вперед". Задача соглашения - "борьба с потеплением климата", для чего странам придется сократить выбросы парниковых газов, другими словами, - остановить промышленность. Ученые уже назвали Парижское соглашение вершиной плутовства глобальной климатократии.

- Чем грозит соглашение России?

- В аналитическом докладе, подготовленном в 2016 году Институтом проблем естественных монополий России, дан всесторонний анализ последствий для нашей страны реализации этого соглашения. Если будем выполнять его положения, то потеряем часть ВВП, до 25% дохода бюджета, на 5-10% увеличим безработицу. Резко вздорожает электричество, для населения цена на электричество повысится на 45%, для коммерческих предприятий - на 49%. Нас обяжут выплачивать миллионы долларов за выбрасываемый СО2, платить миллиарды углеродного сбора за добычу нефти и газа, за потребленные внутри страны бензин, мазут, нефтепродукты, газ. И мы получим "эффект" в виде полной потери конкурентоспособности по всем направлениям.

Доклад подготовлен нашими учеными по заданию правительства, но его не оглашают. Надеюсь, что 200-тысячный тираж "Советской России" позволит донести до людей, что собой представляет Парижское соглашение.

У нас и так жизнь не самая лучшая. А с выплатами, к которым нас обяжет это соглашение, если будет ратифицировано нашим парламентом, мы увеличим на 10% количество нищих, потеряем независимость, и "торговцы воздухом" будут командовать нашей электроэнергетикой и даже сельским хозяйством.

- В чем "вина" сельского хозяйства?

- Авторы соглашения договорились до того, что нужно коров ликвидировать, так как коровьи отходы тоже выбрасывают угарный газ, сероводород, которые вызывают потепление климата. Смешно? Но в соглашении подобные обоснования излагаются на полном серьезе. Целая глава посвящена коровам, правительства призывают к сокращению поголовья крупного рогатого скота.

- Бред?..

- Да, и его навязывают человечеству. А правда в том, что климат на Земле зависит не от выбросов углерода, а от силы солнечных лучей, от возникновения на солнце пятен, от явлений, происходящих в космосе. Потепление климата на пару градусов никакими катаклизмами для землян не грозит. Наоборот, улучшаются условия для сельского хозяйства, для роста лесов, пшеницы, созревания арбузов, мандаринов. А "климатическое" жулье продолжает запугивать людей надуманными страхами с целью извлечения для себя доходов. Вот и всё.

Пока Парижское соглашение не ратифицировано в РФ, считаю своим долгом рассказать о его сущности общественности, депутатам Госдумы, КПРФ. Ответственно заявляю - его ратификация станет последним гвоздем, вколоченным в Россию.

- Полагаете, его могут скоро внести в Госдуму?

- Вашингтонский "консенсус" все еще в силе, поэтому вполне возможно, что Парижское соглашение попытаются внести под какой-нибудь шумок, например перед думскими каникулами, как было с законом о "реформировании" РАН или с соглашением о присоединении к ВТО. Это ж известная практика. Очень надеюсь, что депутаты не дадут свершиться этому деянию против России. Если надо, я готов выступить в Госдуме. На правительство надежды нет, оно доказало свою недееспособность.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Экология > oilru.com, 18 февраля 2017 > № 2085149 Владимир Полеванов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 17 февраля 2017 > № 2079511 Дмитрий Медведев

Заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

О ходе реализации приоритетных проектов «Малый бизнес и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы», «Чистая страна» и «Безопасные и качественные дороги».

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Рассмотрим несколько приоритетных проектов. Начнём с направления, которое касается развития малого бизнеса, индивидуального предпринимательства – той сферы экономики, с которой сталкиваются практически ежедневно многие из нас. Эта сфера даёт работу миллионам людей и делает развитие экономики в целом более устойчивым. Именно в небольших компаниях нередко рождаются различные современные и зачастую прорывные идеи, формируются рынки, концентрируются капиталы, появляются новые бизнесы. Мы все понимаем, какое значение малый бизнес имеет для страны.

Паспорт проекта мы утвердили в конце ноября, ключевая цель – обеспечить дополнительную занятость в этом секторе ещё для 1,2 млн человек, поддержать по показателям 336 тыс. индивидуальных и малых предприятий, в том числе путём расширения доступа к закупкам и мерам поддержки в рамках национальной гарантийной системы. У нас создана необходимая инфраструктура для этого, работает профильная корпорация развития, банк, принят программный документ «Стратегия развития малого и среднего бизнеса на период до 2030 года». Работает и так называемая программа «Шесть с половиной». Этот инструмент мы создали для помощи тем малым компаниям, которые ведут проекты в приоритетных отраслях – здравоохранении, аграрном секторе, обрабатывающих производствах и некоторых других.

Однако рост сектора сдерживает ситуация с доступом к кредитам. Малый бизнес далеко не всегда способен предоставить достаточное залоговое обеспечение. Для решения этой задачи мы собрали предложения и банковского, и делового сообщества. Есть разные идеи и по корректировке программы стимулирования кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства в сфере высокотехнологичных производств, и по повышению статуса гарантий и поручительств корпорации МСП и МСП Банка, и по разработке стандартов кредитования представителей сектора, и по расширению информационного обмена. Всё это, надеюсь, позволит сделать хорошую деловую репутацию реальным активом, а с другой стороны, защитить банки от недобросовестных предпринимателей. Сегодня мы об этом поговорим.

Также посмотрим, как идёт реализация проекта «Чистая страна». Он направлен на формирование в нашей экономике новой отрасли по переработке твёрдых отходов. Речь идёт о предприятиях, которые занимаются производством электроэнергии на основе возобновляемых источников. Для мощности, которая вырабатывается на основе таких источников, у нас существует и специальный механизм – так называемый зелёный тариф. Он уже применяется для солнечных и ветровых станций. Сегодня посмотрим, можно ли распространить его и на энергию, которая вырабатывается мусоросжигательными заводами.

Такой шаг в целом должен способствовать улучшению экологической ситуации в крупных городах, мегаполисах. Скажем, в Московской области почти вообще не осталось полигонов, где можно было бы захоранивать бытовые отходы без ущерба для экологии.

Кроме того, мы вносим изменения в ряд документов, в том числе по проекту «Безопасные и качественные дороги», в частности, уточняются регионы, где он будет реализован. Определимся с судьбой информационного ресурса, где будет формироваться база фото- и видеоматериалов, которые присылают люди. Внесём ряд изменений в проект по развитию и поддержке экспорта.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 17 февраля 2017 > № 2079511 Дмитрий Медведев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter