Всего новостей: 2526812, выбрано 1108 за 0.193 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Швеция. Великобритания. Украина. РФ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647450

Суд Лондона заморозил британские активы «Газпрома» по иску «Нафтогаза»

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

Активы российской компании в Великобритании заморожены для обеспечения решения Стокгольмского арбитража о выплате «Нафтогазу» $2,6 млрд

Коммерческий суд Лондона разрешил заморозить активы российского «Газпрома» на территории Великобритании в рамках выполнения решения Стокгольмского арбитража по иску «Нафтогаза Украины». Об этом сообщила во вторник, 19 июня, пресс-служба украинской компании.

«Вчера по запросу «Нафтогаза» Коммерческий суд Лондона выдал распоряжение о замораживании (активов) против «Газпрома» в рамках обеспечения выполнения решения Стокгольмского арбитража», — говорится в сообщении (цитата по ТАСС).

Активы российской компании в Великобритании заморожены для обеспечения решения Стокгольмского арбитража о выплате «Нафтогазу» $2,6 млрд. «Газпром» в течение 48 часов с момента получения судебного приказа должен предоставить «Нафтогазу» список своих активов, размещенных на территории Англии и Уэльса. Стоимость этих активов, заверили в «Нафтогазе», превышает $50 000.

Суд может предоставить «Газпрому» больше времени для составления этого списка. «Однако, если «Газпром» откажется подчиниться, его могут ожидать штрафы или другие санкции», — отметили в украинской компании.

В декабре 2017 года и в феврале 2018 года арбитражный институт Торговой палаты Стокгольма вынес решения по двум спорам украинского «Нафтогаза» и российского «Газпрома». В целом Стокгольмский арбитраж удовлетворил требования украинской компании, обязав российского монополиста выплатить ей за недопоставку газа по транзитному договору $4,63 млрд. С учетом встречных требований сумма была снижена до $2,56 млрд.

Требования «Нафтогаза» по увеличению тарифа на транзит газа суд отклонил. Два арбитражных спора «Газпрома» с «Нафтогазом» продолжались в Стокгольмском арбитраже несколько лет. Суд по одному делу — о долгах за газ — с июня 2014 по декабрь 2017 года. Суд по другому — по контракту на транзит — с октября 2014 по февраль 2018 года.

«Газпром» не согласился с решением суда, увидев в нем дисбаланс в пользу Киева. «Мы категорически против того, чтобы за наш счет решались экономические проблемы Украины. В такой ситуации продолжение действия контрактов для «Газпрома» является экономически нецелесообразным и невыгодным», — заявил тогда глава российской монополии Алексей Миллер.

В начале марта 2018 года «Газпром» начал процедуру расторжения контрактов с «Нафтогазом» на поставку и транзит газа. Как пояснил 13 марта Миллер на встрече с премьер-министром Дмитрием Медведевым, такой шаг необходим, чтобы избежать будущих штрафов за транзит через Украину в объеме менее 110 млрд куб. м в год.

Также в марте «Газпром» обжаловал в суде Швеции решения Стокгольмского арбитража по спорам с «Нафтогазом».

Председатель правления «Нафтогаза» Андрей Коболев пообещал применить все доступные законные средства и инструменты, чтобы добиться выполнения решения и получить от «Газпрома» присужденную сумму.

В мае 2018 года «Нафтогаз» инициировал в суде Швейцарии процедуру принудительного взыскания по арбитражным разбирательствам. 29 мая компания Nord Stream 2 AG, являющаяся оператором проекта газопровода «Северный поток — 2» из России в Германию, получила постановление о наложении обеспечительных мер в рамках взыскания с «Газпрома» средств по иску «Нафтогаза Украины». Представитель швейцарской компании, 100-процентным акционером которой является «Газпром», заверил тогда, что полученное постановление не окажет влияния на реализацию проекта «Северный поток — 2».

В начале июня суд в Нидерландах арестовал голландские активы «Газпрома» в рамках выполнения решения Стокгольмского арбитража от февраля 2018 года. Были арестованы доли российского газового монополиста в его дочерних компаниях и задолженности этих «дочек» в Голландии.

Шесть из семи дочерних компаний «Газпрома» в Нидерландах отказались сотрудничать с судебными исполнителями.

13 июня Апелляционный суд Швеции приостановил процедуру исполнения решения Стокгольмского арбитража по ходатайству «Газпрома». «Нафтогаз Украины» расценил решение Апелляционного суда как временную приостановку дальнейших действий компании по процедуре взыскания $2,6 млрд с «Газпрома». В Киеве выразили надежду, что это решение не отменит решения арбитража и не позволит «Газпрому» востребовать от «Нафтогаза» возврата $2,1 млрд, уже зачтенных решением арбитра в качестве компенсации.

Швеция. Великобритания. Украина. РФ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647450


Россия > СМИ, ИТ. Нефть, газ, уголь > comnews.ru, 19 июня 2018 > № 2647409

Ринальд Хамидуллин возглавил ИТ-"дочку" "Лукойла"

Денис Шишулин

Ринальд Хамидуллин назначен на пост генерального директора ООО "Лукойл-Информ", дочерней ИТ-компании ПАО "Лукойл". Ранее этот пост занимал Андрей Хоробрых.

О назначении Ринальда Хамидуллина на новый пост сообщила компания "Лукойл-Информ".

Генеральным директором "Лукойл-Информа" Ринальд Хамидуллин стал, перейдя с позиции начальника центра развития информационно-технологического обеспечения департамента информационно-технологического обеспечения ПАО "Лукойл".

Напомним, что в "Лукойл" Ринальд Хамидуллин перешел в конце 2017 г., заняв вышеназванный пост начальника центра развития информационно-технологического обеспечения ПАО "Лукойл". До перехода в "Лукойл" Ринальд Хамидуллин с 2011 г. возглавлял ООО "ИТСК" - дочернюю ИТ-компанию ПАО "Газпром нефть" (см. новость ComNews от 13 декабря 2017 г.).

Ранее генеральным директором "Лукойл-Информа" был Андрей Хоробрых. Он занял этот пост в конце осени 2016 г., а до того среди прочего работал ИТ-директором во ФГУП "Почта России" и возглавлял департамент информационных технологий в Фонде социального страхования (см. новость ComNews от 15 ноября 2016 г.).

"Лукойл-Информ" - 100%-ная "дочка" "Лукойла", который является крупнейшей частной нефтяной компанией в России. "Лукойл-Информ" занимается информационно-технологическим обеспечением организаций, входящих в группу "Лукойл".

Ключевым направлением информационно-технологического обеспечения организаций группы "Лукойл" является направление "Интегрированные системы управления". Оно включает в себя разработку и поддержку всех централизованных, отраслевых и специализированных информационных систем, которые обеспечивают работу предприятий группы: от интеллектуальных решений для разведывательных и добывающих предприятий до корпоративной системы управления организациями по сбыту. Центральное место среди всех систем занимает глобальное решение - интегрированная система управления (ИСУ).

ИСУ на базе решений SAP внедрена в 118 организациях группы "Лукойл", общее количество пользователей превышает 18 тыс.

Помимо этого, "Лукойл-Информ" в интересах группы "Лукойл" занимается разработкой, развитием и поддержкой локальных информационных систем, систем управления производством и технологическими процессами, обеспечением корпоративной информационной безопасности, а также развитием и обслуживанием телекоммуникационной инфраструктуры в группе "Лукойл".

Досье ComNews

Ринальд Хамидуллин в 1996 г. получил диплом инженера по разработке месторождений в Университете нефти и газа им. И.М. Губкина (тогда - Государственной академии нефти и газа им. И.М. Губкина). В 1996-1999 гг. продолжил обучение в этом отраслевом вузе, завершив его присвоением степени магистра по разработке нефтяных месторождений с многоствольными скважинами.

Рабочую карьеру начал, еще заканчивая обучение в вузе: с 1998 г. по 2004 г. работал региональным менеджером по сервисам в компании Halliburton. В 2004-2006 гг. трудился в ОАО "ТНК-ВР", отвечая за бизнес-информацию в блоке Upstream, в 2006-2009 гг. - в телеком- и ИТ-"дочках" ТНК-ВР. В 2009-2011 гг. являлся директором департамента метрологии, автоматизации, телекоммуникаций и ИТ в ОАО "ТНК-ВР Менеджмент". В августе 2011 г. возглавил ООО "ИТСК". С 1 декабря 2017 г. - начальник Центра развития информационно-технологического обеспечения департамента информационно-технологического обеспечения ПАО "Лукойл". В июне 2018 г. назначен генеральным директором ООО "Лукойл-Информ".

Автор ряда публикаций об ИТ в ТЭК. Ведет преподавательскую работу в Университете нефти и газа им. И.М. Губкина. Создатель ряда отраслевых ИТ-разработок для нефтяных компаний, в том числе программного комплекса "Мобильный оператор", который в 2016 г. получил премию Рунета в номинации "Технологии и инновации". Имеет опыт управления отраслевыми инновационными проектами, НИОКР, R&D-проектами в сфере ИТ.

Россия > СМИ, ИТ. Нефть, газ, уголь > comnews.ru, 19 июня 2018 > № 2647409


Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 18 июня 2018 > № 2646029 Дмитрий Кипа

Бесконечный маневр: почему в России так часто меняются нефтяные налоги

Дмитрий Кипа

директор инвестиционно-банковского департамента QBF

Постоянные метания российских властей в вопросах размера акцизов и налогов на нефтяную отрасль создали ситуацию тотальной неопределенности. Правила игры меняются так часто, что даже профессиональные участники рынка перестают понимать, куда движется регулярный процесс

На этой неделе премьер-министр России Дмитрий Медведев поручил профильным министерствам подготовить документы по налоговому маневру в нефтяной отрасли. Завершить этот маневр правительство планирует к 2024 году.

В обмен на повышение налога на добычу природных ископаемых (НДПИ) в течение шести ближайших лет экспортные пошлины на нефть с нынешних 30% будут ежегодно сокращаться на 5 процентных пунктов. При этом участники отрасли смогут воспользоваться обратным акцизом: при поставке нефти на нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) компании будут выставлять акциз, который НПЗ будут уплачивать в бюджет, а после этого получать налоговый вычет.

Налог на добычу платят все участники отрасли вне зависимости от объемов экспорта, поэтому такой компромисс позволит правительству расширить фискальную базу. Компаниям он поможет поддержать на плаву нефтепереработку, рентабельность которой уменьшится из-за снижения пошлин, к которым привязана стоимость закупки сырья для НПЗ.

Обратный акциз также должен будет компенсировать переработчикам ликвидацию таможенной субсидии. Сегодня она образуется из-за разницы между более высокими пошлинами на нефть и более низкими на нефтепродукты. Согласно оценке Минфина, в 2017 году таможенная субсидия только для НПЗ составила 600 млрд рублей. В случае ее изъятия у компаний будет меньше возможностей зарабатывать на экспорте нефтепродуктов с низкой добавленной стоимостью.

Это видно на примере мазута, пошлины на который с 2017 года уравняли с пошлинами на экспорт нефти. Как следствие, по итогам прошлого года экспорт мазута снизился на 6,1%, до 39,5 млн тонн, подсчитали в Центральном диспетчерском управлении топливно-энергетического комплекса (ЦДУ ТЭК).

Как Россия экспериментирует с налогами

В случае введения обратный акциз станет очередным компромиссом, на который пойдет правительство в попытках отрегулировать налогообложение нефтяной отрасли. В последнее время подобных компромиссов было немало.

К примеру, в октябре Минфин согласился снизить для «Роснефти» отчисления по НДПИ с нефти высокообводненного Самотлорского месторождения — в течение десяти лет компания будет ежегодно получать вычет на 35 млрд рублей. Льготы для собственных обводненных месторождений просили также «Лукойл», «Газпромнефть» и «Сургутнефтегаз». Минфин ответил им отказом, однако эти компании примут участие в пилотном проекте по внедрению налога на добавленный доход (НДД), законопроект о котором в апреле в первом чтении приняла Дума.

В отличие от НДПИ налог на добавленный доход будет взиматься не с количества добытой нефти, а с доходов от ее продажи за вычетом расходов на добычу и транспортировку. Это призвано позволить адаптировать налоговую нагрузку к рентабельности добычи на том или ином месторождении без применения точечных налоговых льгот. Тем самым применение НДД должно будет упростить налогообложение нефтедобычи, в структуре которой доля льготируемых месторождений, по подсчетам VYGON Consulting, увеличилась с 1% в 2006 году до 39,5% в 2016-м (до 197,9 млн тонн без учета добычи, ведущейся в рамках соглашений о разделе продукции).

Однако на практике это приведет к сосуществованию двух налоговых режимов, один из которых влечет риски для устойчивости государственных финансов. При администрировании налога на добавленный доход регуляторы могут столкнуться со стремлением компаний раздувать издержки, занижая тем самым прибыль, модифицированным налогом на которую и является НДД.

С таким риском еще в восьмидесятые и девяностые годы прошлого века столкнулись налоговые органы стран, ведущих нефтедобычу в Северном море, в частности Великобритании. Там процесс получил название Gold plating — в наиболее близком приближении это можно перевести как «экономия на налогах».

Нивелировать новый риск может лишь усиленный контроль со стороны акционеров. В в России он ослаблен даже в случае госкомпаний — «Роснефти», которую правительство не может заставить платить дивиденды напрямую в бюджет, и «Газпромнефти», которая по итогам 2017 года направит на дивиденды 28,1% чистой прибыли по МСФО (71,1 млрд рублей), а не 50%, как того требует Минфин. Поэтому регуляторам придется не один раз взвесить все «за» и «против», прежде чем увеличивать зону применения НДД. Согласно последним планам Минэнерго, этот налог должен действовать на участках, в 2016 году обеспечивших 2,7% добычи (14,7 млн из 547,3 млн тонн).

Дилемма плавающих акцизов

На вынужденные налоговые компромиссы регуляторы идут и в отношении нефтепереработки. В конце мая правительство согласилось снизить акцизы на бензин и дизель 5-го класса на 3000 и 2000 рублей соответственно (до 8 213 и 5 665 рублей). Одновременно правительство отказалось от их планового повышения с 1 июля.

Такое решение приняли спустя неделю после того, как замминистра финансов Илья Трунин публично выразил несогласие с инициативой ввести плавающие акцизы на бензин, которую озвучил руководитель Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев. В середине мая он предложил привязать топливные акцизы к ценам на нефть, в зависимости от которых сейчас варьируются ставки НДПИ и экспортных пошлин.

Идею плавающих акцизов поддержало Минэнерго, однако Минфин выступил категорически против: их внедрение обернулось бы нестабильностью акцизных сборов, 57,1% которых сейчас поступает в региональные бюджеты, а 42,9% — в федеральный.

Однако сразу за этим последовало снижение акцизов. Из-за которого консолидированный бюджет в нынешнем году, по оценке министра финансов Антона Силуанова, недополучит 140 млрд рублей. Выпадающие доходы регионов Минфин собирается компенсировать за счет передачи им 85% сборов по акцизам на нефтепродукты. Однако такой порядок будет действовать лишь до начала следующего года, когда акцизы должны будут вернуться на прежний уровень. В результате правительству придется вновь задумываться над балансом акцизных поступлений между регионами и федеральным центром.

Что происходит с пошлинами

Подобная нестабильность характерна не только для решений по акцизам, экстренно сниженным из-за быстрого роста цен на бензин. Схожим, пусть и обратным по направлению, было решение отказаться в 2016 году от снижения экспортной пошлины на нефть с 42% до 36%, которое планировалось произвести в обмен на повышение базовой ставки НДПИ.

Такой «размен» должен был стать частью налогового маневра, начатого в 2015 году с понижения экспортных пошлин с 59% до 42% и повышения базовой ставки НДПИ с 493 до 766 рублей за тонну. В 2016 году базовую ставку НДПИ увеличили до 857 рублей за тонну, тогда как пошлины остались на уровне 42% — фактический рост налоговой нагрузки правительство обосновало девальвацией, увеличившей рублевые доходы нефтяников, получающих валютную экспортную выручку. Однако решение, целесообразное с фискальной точки зрения, не поспособствовало стабильности налоговых условий.

Риск налоговой нестабильности присущ и механизму обратного акциза, который, согласно предложению Минэнерго, должны будут получать НПЗ с глубиной переработки свыше 65%. Этому критерию не отвечают, к примеру, Куйбышевский НПЗ «Роснефти» с глубиной переработки в 60,2% (по данным самой компании) и Киришский НПЗ «Сургутнефтегаза» с 54,8% (согласно данным Минэнерго).

Регуляторы с неизбежностью столкнутся с недовольством участников отрасли при администрировании обратного акциза, конфигурация которого, скорее всего, год от года будет меняться. Результатом станет все та же фискальная неопределенность.

Как все исправить

Чтобы снизить неопределенность, регуляторам нужно перестать балансировать между желанием собрать побольше налогов, простимулировать модернизацию НПЗ и удержать цены на рынке нефтепродуктов. Именно попытка угнаться за двумя зайцами (а то и тремя) и вынуждает правительство год от года менять налоговые условия для нефтяной отрасли.

Стабилизировать ситуацию поможет использование инструментов, которые были бы нейтральны и применимы для всех игроков. В этой связи действительно целесообразно отменить экспортные пошлины на нефть и повысить НДПИ: ликвидация таможенной субсидии заставит компании обновлять перерабатывающие мощности, а расширение налоговой базы позволит снизить фискальные риски, связанные с реализацией пилотного проекта по НДД.

К внедрению же обратного акциза прибегать не стоит, иначе споров вокруг условий его получения будет не избежать. Поддержать НПЗ лучше через дальнейшее снижение топливных акцизов и определение их плавающих границ, которые бы ежемесячно менялись в зависимости от цен на нефть. Такой шаг мог бы стать компромиссом, который правительству придется искать, когда истечет срок экстренного снижения акцизов на бензин и дизель. Компромиссом, который, хочется верить, станет последним.

Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 18 июня 2018 > № 2646029 Дмитрий Кипа


Грузия. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > newsgeorgia.ru, 13 июня 2018 > № 2645376

Гаганидзе: проект TANAP утвердит позиции Грузии перед Западом

Эксперт по внешнеэкономическим вопросам Гиорги Гаганидзе считает, что чем больше у Грузии будет проектов, тем больше страна будет выглядеть привлекательной для новых инвесторов

"Во-первых, это принесет заинтересованность в Грузии как в стратегическом партнере для Запада. Это принесет нам прямые дивиденды за транзит газа через нашу территорию. Это все в общем мы должны оценивать положительно", – сказал Гаганидзе в интервью Sputnik Грузия.

В Турции открыли трубопровод для доставки азербайджанского газа в Европу

Проект "Южный газовый коридор", частью которого является TANAP, представляет большую значимость с точки зрения диверсификации и безопасности энергоснабжения Турции и стран Европейского союза и предусматривает поставки газа по Южнокавказскому трубопроводу, TANAP и TAP. TANAP предусматривает поставки газа в Турцию и Европу в рамках второго этапа разработки месторождения "Шах-Дениз". Трубопровод построен на территории Турции и подсоединится к Трансадриатическому трубопроводу (TAP).

Пропускная способность трубопровода TANAP составит 16 миллиардов кубометров в год.

Грузия. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > newsgeorgia.ru, 13 июня 2018 > № 2645376


Украина. Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 8 июня 2018 > № 2634775

Прощание с советским газом

Резюме Приходится констатировать конец сложившихся после распада СССР отношений между Россией и Украиной в сфере энергетики, когда напрямую поставлялись огромные объемы российского газа, и такие же объемы транспортировались через украинскую территорию в Европу. К такому выводу приходят эксперты Оксфордского института энергетических исследований.

Фундаментом не только экономических, но и политических отношений между Москвой и Киевом после распада СССР была торговля газом, в первую очередь – транзит российского «голубого топлива» на европейский рынок через территорию Украины. Какую роль это сыграло для выстраивания (или, напротив, разрушения) нормального взаимодействия – предмет отдельного изучения. Сегодня существенно другое – эта модель безвозвратно ушла в прошлое, энергетические связи не могут более рассматриваться как основа двусторонней политики, требуется переосмысление подходов.

Ниже публикуются краткие выдержки из доклада «Транзит российского газа через Украину после 2019 г.: сценарии трубопроводов, последствия газовых потоков и регуляторные ограничения» (Russian Gas Transit Across Ukraine Post-2019: pipeline scenarios, gas flow consequences, and regulatory constraints), выпущенного в феврале 2016 г. The Oxford Institute for Energy Studies (OIES PAPER: NG 105). Авторы – Симон Пирани и Катя Ефимова (Simon Pirani, Katya Yafimava).

Возможности «Газпрома» по диверсификации поставок газа к 2020 г. зависят от многих факторов, в числе которых политические, экономические, нормативно-регулятивные и контрактные обязательства:

a) возможность завершения строительства необходимой инфраструктуры к 2020 г. и позднее;

b) конфигурация и пропускная способность существующих европейских сетей;

c) специфика требований рынка в разных европейских странах (помимо стран-членов ЕС это относится также к странам-членам энергетического союза и общего энергетического рынка).

Перспективы отказа России от украинского транзита

Единственное реализованное масштабное расширение импортной инфраструктуры российского газа в ЕС – «Северный поток-1». Соглашение было заключено в разгар экономического кризиса, а в эксплуатацию трубопровод введен в 2010 году. Причинами запуска альтернативного трубопровода стало не только стремление увеличить пропускную способность всего трубопроводного комплекса, но и диверсифицировать поставки минуя территорию Украины, что было крайне важно для «Газпрома» и его европейских клиентов. С завершением строительства «Северного потока» ни у кого не осталось сомнений, что его пропускная способность даже выше, чем требовалось. С начала 2000-х гг. общий объем поставляемого в Европу российского газа составлял от 150 до 180 млрд куб. метров в год, при общей проектной мощности существующих газопроводов в 240 млрд куб. метров в год, из которых 120 млрд куб. метров приходилось на украинский транзит.

Главными вопросами для Газпрома оставались:

Может ли частичная диверсификация путей поставок газа гарантировать энергетическую безопасность?

Какой уровень дополнительной пропускной способности будет запрошен европейцами при диверсификации поставок (на что может рассчитывать «Газпром»)?

Выгодны, оправданы ли инвестиции в диверсификацию газопроводов с политической и экономической точек зрения?

Неожиданная отмена проекта «Южный поток» (2014 г.), замороженный процесс переговоров о его преемнике «Турецком потоке» (2015 г.) (возобновлен в 2016 г. – Ред.) и появление проекта «Северный поток-2» отражают наличие серьезных противоречий как в отношениях Россия – Украина – ЕС, так и во внутриевропейских отношениях.

Будущее российского экспорта газа в Европу после 2019 г., в частности проблема транзита через украинскую территорию, будет определяться в значительной мере изменениями в политической и экономической сферах. Перемены происходят уже сейчас.

Военно-политический конфликт России и Украины в 2014-2015 гг., помимо ухудшения отношений между этими странами, а также между Россией и Евросоюзом, привел к тому, что Россия активизировала усилия по диверсификации поставок газа в Европу, минуя украинский транзит. Россия в целом и «Газпром» в частности привержены идее значительного сокращения транзита через Украину к 2020 г., однако, есть понимание того, что полный отказ от украинского транзита невозможен до середины 2020-х годов. Во-первых, есть долгосрочные договоренности, контракты по поставкам газа в Европу. Во-вторых, полностью сократить транзитные поставки ни к 2020, ни даже к 2025 г. невозможно ввиду серьезного политического противодействия стран ЕС инициативам «Газпрома» по строительству альтернативных трубопроводов. В-третьих, транзитный маршрут через Украину является самым коротким и экономически более предпочтительным для поставок в страны юго-восточной Европы и Турцию. Однако его сохранение возможно только при согласовании приемлемых для всех сторон условий по транзитному контракту (после 2019 г.) и гарантиях безопасности транзита через Украину. К тому же, если России удастся договориться с Украиной о приемлемых условиях транзита, отход от транзитных отношений будет невыгоден экономически для России.

Роль ЕС. Противодействие политике диверсификации поставок российского газа со стороны ЕС, резко возросло вследствие украинского кризиса. До 2014 года проекты диверсификации сталкивались в основном с нормативным регулированием Европейской комиссии, заключавшемся в 50-процентном ограничении использования трубопровода OPAL (сухопутное продолжение «Северного потока») для «Газпрома», и, что важнее, в отмене проекта «Южный поток».

Начиная с 2014 г., руководство Еврокомиссии, а также отдельные лица в государствах-членах ЕС выражали откровенно политическую оппозицию диверсификационным проектам транзита. И очень маловероятно, что эта политическая оппозиция исчезнет к 2020 г., учитывая отсутствие перспектив урегулирования конфликта по украинскому вопросу – между Россией, и ЕС с одной стороны, и Россией и США в особенности – с другой.

В то же время европейские компании, потребляющие существенные объемы российского газа, поддерживают проекты по диверсификации транзитов. Яркий пример этому – соглашение, заключенное в сентябре 2015 г. акционерами Shell, Uniper, BASF, Engie, OMV и «Газпрома» о строительстве «Северного потока-2» . Кроме «Северного потока» наиболее вероятным проектом по транзитной диверсификации является «Турецкий поток», вернувшийся на повестку дня после урегулирования турецко-российского конфликта из-за инцидента с Су-24.

Еще одним крайне важным изменением в российско-европейских газоторговых отношениях стала тенденция отхода от привязки цен к нефти и от долгосрочных контрактов к краткосрочным с привязкой к стоимости газа «на хабах» и «сделкам на месте».

На фоне уменьшения спроса (с 2008 г.) и относительно низких цен на газ (с конца 2014 г.) крупные контрагенты «Газпрома» сократили закупки газа до уровня «бери или плати» и попытались пересмотреть условия контрактов. В 2015 г. стало ясно, что в особых случаях, таких как экономический кризис, контракты могут быть прерваны до истечения срока действия. «Газпром» продемонстрировал способность и готовность адаптироваться к таким рыночным изменениям, не только оставаясь активным на спотовых рынках, но и организовывая торговлю газом на аукционах (в сентябре 2015 г. прошел аукцион в Санкт-Петербурге для немецких точек доставки в Грайфсвальде и Гаспуле). В ближайшие годы большие избыточные мощности по производству газа в России позволят ей конкурировать по цене с сжиженным газом и отстаивать свою долю на рынке.

С другой стороны, будущее российского газового экспорта в Европу будет сильно осложняться стремлением ЕС максимально снизить энергетическую зависимость от России.

Сокращение поставок российского газа через Украину в Европу

Приходится констатировать конец сложившихся после распада СССР отношений между Россией и Украиной в сфере энергетики, когда напрямую поставлялись огромные объемы российского газа, и такие же объемы транспортировались через украинскую территорию в Европу.

На данный момент Россия уже продемонстрировала максимально возможный уровень транзитной диверсификации, сократив поставки газа через Украину до 62 млрд куб. метров в 2014 году. К тому же, закупки со стороны Украины резко упали как в виду кардинального снижения спроса, так и в связи с началом реверсных поставок в 2012 году. Реверсные поставки исказили форму ценовой конкуренции, что привело к тому, что в 2015 г. Россия оценила прямые поставки на уровне (или даже ниже) чистой прибыли от европейских хабов.

В любом случае, ни к 2020 г., ни после этого прямые поставки Россией газа в Украину, вероятно, не вернутся к максимуму, показанному в 2007 г., т.е. чуть больше 50 млрд куб. метров; скорее всего, они будут колебаться в пределах от нуля до 18 млрд куб. метров в год.

На данный момент известно, что «Газпром» способен удовлетворять спрос стран Северо-Западной Европы на газ в обход Украины, и потенциально мог бы это делать в отношении стран Южной и Центральной Европы, если бы было возможно использовать 100% пропускной способности OPAL. Если удастся построить новые экспортные трубопроводы, у компании появятся возможности по поставкам газа в те страны, которые в настоящее время получают его исключительно или преимущественно через Украину, что значительно снизит зависимость от украинского транзита. Две нити «Северного потока-2» позволят «Газпрому» удовлетворить спрос всех европейских стран, кроме стран Юго-Восточной Европы и Турции; две нити «Турецкого потока» позволят «Газпрому» удовлетворить спрос стран Юго-Восточной Европы и Турции; две нити «Южного потока» позволят «Газпрому» удовлетворить спрос стран Юго-Восточной Европы, а также Италии и Турции. Однако строительство новых экспортных трубопроводов сопряжено со значительными трудностями, и сейчас невозможно предположить с какой-либо степенью уверенности, какие трубопроводы будут построены к 2020 г., если будут построены вообще.

Учитывая наличие долгосрочных контрактных обязательств «Газпрома», нормативно-регулятивных ограничений Европейской комиссии и состояние политических отношений между Россией и Евросоюзом, вероятность строительства новых трубопроводов, как наземных, так и морских очень мала. Это единственный способ значительно уменьшить транзит через территорию Украины, не изменяя при этом пункты доставки и соблюдая обязательства по существующим долгосрочным договорам о поставках.

Стороны также понимают, что при прекращении использования украинского транзита и отсутствии новых трубопроводов, «Газпром» не сможет удовлетворять бóльшую часть потребностей Австрии, Венгрии, Словакии и Чехии (особенно если использование OPAL останется на 50-процентном уровне) и значительную часть итальянского спроса. А в страны Юго-Восточной Европы (Греция, Болгария, Румыния, Босния и Герцеговина, Македония и Сербия) и западную Турцию, без украинского транзита поставлять российский газ будет невозможно.

Статус трубопровода OPAL должен быть определен к 2020 году. Только при успешном разрешении данного вопроса могут предприниматься дальнейшие действия по новым проектам трубопроводов. Невозможно представить, как при использовании только 50% пропускной способности OPAL, «Северный поток-2» или любой другой проект, предусматривающий строительство и использование наземных мощностей на территории ЕС (т.е. все проекты трубопроводов, за исключением одной нити «Турецкого потока»), может быть осуществлен.

Сохранение экспортных поставок российского газа на Украину и транзита через ее территорию

В нынешнем состоянии политических взаимоотношений между Россией и Украиной модель, при которой есть единственный покупатель – участник импортного контракта, подкрепленного двусторонними межправительственными соглашениями, скорее всего, более нежизнеспособна. Законопроект о реформе украинского газового рынка, принятый в 2015 г., предусматривает структуру с несколькими покупателями. Процесс интеграции украинского и европейского энергетических рынков, хоть и медленно, но продолжается. Газ, доставленный на российско-украинскую границу, будет продаваться европейским покупателям в соответствии с украинской рыночной реформой. В таких условиях «Газпрому» придется принять экономически верное решение о том, следует ли ограничивать продажи, например, до уровней, близких к внутреннему спросу Украины, или о том, чтобы сделать газ доступным для нескольких покупателей. В настоящее время представляется, что преимущества обеспечения доступности газа для нескольких покупателей перевешиваются недостатками; однако, в конечном счете, реакция «Газпрома», вероятно, будет зависеть от прогресса в реализации стратегии продаж на европейском рынке, и от того, в какой степени она приблизится к ценам «на хабах» к 2020 году.

С другой стороны, если «Газпром» не сможет или не захочет использовать украинский газотранспортный коридор для транзита газа на условиях «бери или плати», он может пересмотреть существующие или попытаться заключить новые контракты, которые устанавливали бы российско-украинскую границу как новую точку доставки (В начале марта 2018 г. «Газпром» уведомил украинскую сторону о намерении разорвать существующие контракты. – Ред.). В этом случае объемы транзита газа через Украину европейскими покупателями могут оказаться выше объемов, которые прокачивал «Газпром», у европейцев появятся новые потенциальные возможности продажи газа, поступающего на украинско-российскую границу, поскольку они сами будут заключать договоры с украинскими операторами транзитных сетей.

Есть два варианта будущего российского газового транзита через Украину после 2019 г.:

Успешное заключение «Газпромом» нового договора о транзите (с «Укртрансгазом», в соответствии с новым законодательством Украины, после длительных переговоров на более короткий период и с большей гибкостью, в сравнении с предыдущими контрактами);

«Газпром» не заключает нового транзитного контракта. В это случае:

«Газпром» и его клиенты соглашаются перенести пункты доставки на восточную границу Украины (с минимальными поставками в 25 млрд куб. метров в год);

«Газпром» объявляет форс-мажорные обстоятельства по части своих долгосрочных контрактов, вынуждая искать политическое решение для обеспечения транзита, возможно, в форме трехсторонних переговоров между ЕС, Россией и Украиной.

Перспективы Украины сохранить транзит российского газа через свою территорию. Вопросы безопасности поставок

С момента распада СССР основу газового рынка Украины составляли двусторонние контракты между «Газпромом» и украинскими компаниями-импортерами газа. Действующий (пока еще) контракт «Газпрома» с украинским Нафтогазом истекает до конца 2019 г. одновременно с контрактом по транзиту. Можно предполагать, что с учетом перемен в политических и экономических отношениях между Россией и Украиной будущие соглашения как по поставкам газа, так и по его транзиту через украинскую территорию в ЕС будут существенно отличаться от прежних. Политический курс правительства Украины, равно как и курс Евросоюза заключаются в попытках глубже интегрировать Украину в энергетический рынок Европы. При этом и Украина, и ЕС крайне заинтересованы в сохранении значительной части транзита российского газа через территорию Украины.

Правительство Украины также настаивает, что безопасность поставок будет обеспечена за счет инвестирования в украинскую транзитную сеть и изменения юридической и договорной базы, на основе которой она функционирует. По меньшей мере часть европейской политической элиты, причем не только лица, ответственные за энергетический рынок, поддерживают данный аргумент и считают именно его предпочтительным в вопросе диверсификации поставок (в основном по политическим причинам).

При обсуждении вопросов безопасности поставок газа важно учитывать различия и взаимосвязь между:

долгосрочными стратегическими вопросами, такими как инвестиции в новую инфраструктуру;

более краткосрочными, мелкомасштабными вопросами, касающимися системного регулирования и т.п., которые важны для обеспечения наиболее рационального использования существующей инфраструктуры;

мерами по предотвращению перебоев в поставках.

Обзор подготовила Анна Жихарева

Украина. Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 8 июня 2018 > № 2634775


Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 7 июня 2018 > № 2637021 Дмитрий Голубков

Мечты о прошлом: вернет ли дорогая нефть «тучные» нулевые

Дмитрий Голубков

глава отдела инвестиционной стратегии управления по работе с финансовыми активами Ситибанка

Цены на нефть выросли. Позволит ли это вернуться к высоким темпам роста экономики?

Заметный рост цен на нефть, который наблюдается уже более двух лет (с января 2016 года по май 2018 года цены на нефть выросли примерно в 2,5 раза, или с $30 до $80 за баррель), заставляет многих экономистов задуматься над возможностью повторения в России стремительных темпов экономического роста, которые наблюдались в стране в период 2000–2008 годов.

По данным Всемирного банка, за 2000–2008 годы реальный ВВП России (пересчитанный в доллары США по курсам ППС и выраженный в ценах 2011 года) вырос на 83%. ВВП на душу населения (рассчитанный по аналогичной методике) увеличился почти на 90%, а ВВП на одного работающего — на 62%. Опережающий темп роста душевого ВВП по сравнению с общим связан с сокращением населения России за этот период примерно на 3%, притом что численность трудоспособного населения выросла примерно на 4%.

Цены на нефть в 1999–2008 годы также показали стремительный рост. В конце 1998 года нефть марки Brent стоила от $10 до $12 за баррель, а летом 2008 года ее котировки достигали $140 за баррель. Если рассчитать цену нефти в реальном выражении (то есть с учетом долларовой инфляции), то рост цен выглядит также впечатляющим: с декабря 1999 по декабрь 2007 года нефть подорожала в три раза. Учитывая, что топливный экспорт России в эти годы составлял от 16% до 20% ВВП, можно понять, какую важную роль играл рост цен на нефть в подъеме экономики России в этот период. Но есть ли шанс повторения высоких темпов роста экономики сейчас, в наши годы, на фоне высоких цен на нефть?

Назад в будущее

Экономический рост 2000–2008 годов начинался от сравнительно низкой базы. За 1991–1998 годы реальный ВВП России снизился на 42% и в 1998 году составил чуть более $1,7 трлн (по курсу ППС в ценах 2011 года). В свете либерализации внешней торговли и сокращения оборонных расходов в начале 1990-х значительная часть предприятий вынуждена была сократить или даже остановить производство. Соответственно, на конец 1990-х существовали значительные незагруженные производственные мощности, а также велика была безработица, которая, только по официальным данным, на 1999 год составила более 13% (оценки данного показателя с учетом скрытой безработицы обычно дают более высокие значения). Таким образом, в начале нулевых экономика могла расти за счет вовлечения в хозяйственный процесс существующих производственных мощностей и свободных трудовых ресурсов.

В настоящее время база для отсчета темпов экономического роста значительно выше. По предварительным оценкам, реальный ВВП России в 2017 году составил около $3,6 трлн (по курсу ППС в ценах 2011 года), что более чем в два раза превышает уровень конца 1990-х. Безработица составляет около 5%, что близко к так называемому естественному уровню, при котором дальнейшее вовлечение трудовых ресурсов в хозяйственный процесс приводит к повышению реальных ставок заработной платы. Значительного избытка производственных мощностей тоже не наблюдается. Таким образом, стимулирующее влияние высоких цен на нефть на экономику России, как предполагается, будет более скромным.

Следует отметить, что реальный ВВП России в настоящее время не вполне гибок как в сторону повышения, так и понижения. Так, ВВП оказался довольно устойчивым к падению цен на нефть в 2014–2015 годах. Тогда реальные цены на нефть (дефлированные по индексу цен ВВП США) упали примерно в три раза. Ключ к относительной устойчивости ВВП при падении цен на нефть в 2014–2015 годах главным образом кроется в девальвации рубля, которая улучшила условия для работы экспортного сектора и создала определенные условия для импортозамещения. В результате реальный ВВП упал в 2015–2016 годах всего на 3–4%, в то время как в 2009 году, когда рубль удерживали от девальвации, падение составило 8–9% (в зависимости от методики расчета). Что важно: в 2015 году цены на нефть опускались до более низких значений, чем в 2009-м.

Не нефтью единой

Наверное, значительная часть экономистов согласится с тем, что в настоящее время для активизации экономического роста в России необходимо увеличение размеров основных фондов и повышение производительности труда. Эти цели обычно достигаются с помощью инвестиций в основные фонды, превышающие годовой износ последних. В свете постепенного улучшения позиции России в рейтинге Всемирного банка Ease of Doing Business (благоприятности условий ведения бизнеса), где Россия в настоящее время находится на 35-м месте, сразу после Японии, Швейцарии и Нидерландов и опережает Италию (46-е место), Венгрию (48-е место), Израиль (54-е место) и Китай (78-е место), можно надеяться на повышение инвестиционной активности частного бизнеса. Однако следует признать, что негативное давление на инвестиционную активность оказывают периодически вводимые санкции со стороны США и ряда других стран против российских фирм и физических лиц.

Тем не менее аналитики Citi полагают, что годовой прирост инвестиций в основные фонды в России в 2018 году составит порядка 6,5%, а в 2019 году около 5%. Реальный ВВП, как предполагается, в 2018 году вырастет на 2%, в то время как в 2019–2020 годах темпы его роста, возможно, увеличатся до 2,4% годовых.

В то же время динамика цен на нефть будет по-прежнему оказывать влияние на основные макроэкономические показатели России. В свою очередь значительное влияние на нефтяные цены будет оказывать ситуация вокруг Ирана, а также перспектива сохранения соглашения ОПЕК+. Последний фактор в значительной степени зависит от степени жесткости американских санкций против Ирана и их влияния на объемы предложения иранской нефти на мировом рынке.

Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 7 июня 2018 > № 2637021 Дмитрий Голубков


Россия. ЮФО. ДФО > Транспорт. Нефть, газ, уголь > gazeta.ru, 7 июня 2018 > № 2634948 Владимир Путин

В России две беды — бензин и дороги: что ответил Путин

Эксперт прокомментировал ответ Путина о цене на бензин

Следить за ростом цен на бензин, потратить триллионы на новые дороги и оставить проезд по Крымскому мосту бесплатным: все это пообещал президент Владимир Путин, отвечая на вопросы россиян во время «прямой линии». Ответил он также и на вопрос о мосте на Сахалин, а также о развитии рынка электромобилей в стране. На что жаловались Путину водители – в материале «Газеты.Ru».

Во время ежегодной «Прямой линии» с населением страны президент Владимир Путин ответил на 79 вопросов. Многие из них напрямую касались автомобильной жизни: все рекорды побило количество вопросов о растущих ценах на бензин. Людей также волновало строительство новых дорог и то, останется ли проезд по Крымскому мосту бесплатным.

Про бензин: пригрозили экспортными пошлинами

Путину рассказали, что в городе Ачинске Красноярского края за полторы недели бензин подорожал на шесть рублей. В Татарстане пожаловались: вчера было 39, сегодня уже 41. В Анадыре 95-й стоит 55 рублей за литр. Жители Ульяновской области вообще уже устраивают акции «Месяц без бензина». А некоторые пишут, что готовы продать свои автомобили.

«45 рублей литр солярки, — сколько же можно это терпеть?» — пожаловался водитель грузовика Алексей Караваев из Санкт-Петербурга.

Ситуацию на рынке топлива Путин назвал «недопустимой» и «неправильной». Он заявил, что нынешняя кризисная ситуация на АЗС – «результат неточного, мягко говоря, регулирования, которое было введено в последнее время в сфере энергетики».

Глава государства напомнил, что правительство договорилось с нефтяниками о стабилизации ситуации, стимулируя нефтепереработку за счет снижения акцизов на бензин и солярку – на 3 тыс. и 2 тыс. рублей соответственно. Кроме того, нефтяникам пообещали не повышать акциз с 1 июля, как ранее было запланировано.

Взамен нефтяные компании обязались поставлять на внутренний рынок необходимый объем топлива и не превышать существующий уровень цен.

«К осени текущего года должны быть приняты дополнительные меры по стабилизации ситуации на рынке. Я исхожу из того, что и правительство будет за этим строго следить, и Федеральная антимонопольная служба будет принимать соответствующие решения, не будет смотреть на происходящие события сквозь пальцы», — пригрозил Путин.

Речь идет о возможности введения экспортной пошлины правительством РФ на поставку нефтепродуктов на экспорт. Уже подготовлен соответствующий проект закона, который министерство энергетики России готово внести в Госдуму.

Эксперты уже поддержали идею о введении экспортной пошлины, однако признали, что данные меры в очередной раз свидетельствуют, что решается вопрос с нефтепереработкой в стране по-прежнему лишь в ручном режиме. В частности координатор сообщества «Синие ведерки» Петр Шкуматов уверен, что экспортные пошлины лишними не будут.

«Изначально подорожание бензина связано с налоговым маневром правительства, в результате чего экспортная пошлина была обнулена. Это привело к резкому скачку цен на бензин. По моим расчетам цена за АИ-92 должна была составлять примерно 41 рубль за литр, но в реальности он стоит 45 рублей на многих заправках.

Эта разница как раз показывает эгоизм нефтяных компаний, о которой говорил Дмитрий Медведев. Я думаю, что экспортную пошлину стоило бы вернуть хотя бы ради возможности более щадящего отношения к внутреннему рынку», — сказал Шкуматов «Газете.Ru».

Про дороги: выделят около 10 трлн рублей

Много вопросов ожидаемо поступило и о качестве российских дорог. На этот раз президента спрашивали об этом не на фоне разбитых улиц, а прямо с подъездов к Крымскому мосту. Со времени открытия в середине мая по нему проехало уже более 300 тыс. автомобилей и во многом способствовало тому, что полуостров еще до начала курортного сезона посетило более миллиона туристов.

«Страна у нас огромная и транспортные вопросы всегда являются актуальными, — сказал Путин. – В силу огромности нашей территории на тех или иных площадках сделано еще недостаточно. Но исторически так сложилось. У нас еще в 60-е годы планировали построить дорогу и связать Дальний Восток с европейской частью. В 60-е годы пробовали, потом в 80-90-х, в итоге бросили эту стройку.

И только совсем недавно сделали первую дорогу Чита — Хабаровск, по которой мне пришлось проехать на Lada Kalina.

Одна из приоритетных задач, которые мы должны решать – это дорожное, в том числе, строительство.

Если сейчас дороги на федеральном уровне более-менее в приличном состоянии, то на региональном уровне количество дорог, которое соответствует нормативам, чуть ли не в два раза меньше. Мы должны добиться того, чтобы не только федеральные, но и региональные трассы были в приличном состоянии. В процентном отношении их количество должно дорасти до 70-80%. Для этого предусматриваются все необходимые ресурсы.

С 2012 до 2017 года мы истратили на дорожное строительство примерно 5,1 трлн рублей. Мы планируем почти удвоить за ближайшую шестилетку эти средства. Примерно 9,5-9,7 трлн рублей будет потрачено на дорожное строительство в разных регионах России».

Про Крымский мост: альтернативы нет

Президент успокоил тех граждан, кто спрашивал, станет ли проезд по Крымскому мосту платным. По его словам, платные дороги могут возникать только там, где есть альтернатива. Он также отметил, что в данном случае никакой альтернативы переезда на Крымский мост автомобильным транспортом не существует.

Кроме того, Путин ответил на вопрос о том, когда завышенные на ряд продуктов цены в Крыму снизятся до уровня тех, что установлены в близлежащих регионах. Он рассказал, что этому в первую очередь будет способствовать запуск движения грузового транспорта по мосту в Крым. «Взаимные потомки товаров приведут к тому, что цены стабилизируется и уровняются между близлежащими регионами», — сказал Путин.

Напомним, что чиновники обещали открыть мост для грузового транспорта осенью — по окончанию курортного сезона.

Про мост на Сахалин: надо подумать

Успел Владимир Путин прокомментировать и идею строительства моста на Сахалин. По словам Путина, он знает, что эта проблема беспокоит жителей Сахалина, а строительство моста является их давней мечтой. «…мы должны оценить эту проблему с разных сторон — с точки зрения экономической эффективности, с точки зрения загрузки этого моста», — заявил Путин. Он добавил, что власти будут учитывать геополитические обстоятельства и необходимость развития инфраструктуры в регионе.

Электрокары: вместо них лучше газомоторка

Отвечая на вопрос о субсидиях на покупку электрокаров президент дал понять, что приоритет в этом плане будет отдаваться газомоторному транспорту.

«Экологически чистые виды транспорта — это мировой тренд, — сказал Путин. — Для нас это имеет определенную специфику. Чтобы подзаряжать электроавтомобиль, нужно иметь первичный источник. И в мире больше всего для производства электроэнергии используется уголь, а он — не самый экологичный вид топлива. Если уж и говорить об улучшении экологической ситуации, то нам нужно переходить на развитие газомоторного топлива».

Россия. ЮФО. ДФО > Транспорт. Нефть, газ, уголь > gazeta.ru, 7 июня 2018 > № 2634948 Владимир Путин


Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > zavtra.ru, 6 июня 2018 > № 2634511 Михаил Хазин

Почему в стране бензиновый кризис

о совпадениях и реальных причинах

Так получилось, что история с чудесно воскресшим персонажем (имя которого я до того ни разу не слышал) затмило некоторые, куда более важные события, случившиеся в том числе, не побоюсь этого слова, на Санкт-Петербургском экономическом Форуме. Меня это, кстати, очень удивило: ну ладно западная пресса, которая многие годы делала вид, что нынешняя Украина вообще и ее пресса в частности — респектабельные явления. Но у нас-то никаких иллюзий не было, так что копья ломать. Это западные журналисты были в шоке, и то потому, что скрыть это дерьмо в очередной раз не удалось, так что пришлось изображать удивление. Но нам-то зачем? А теперь вернемся к главному моменту.

Итак, в стране бензиновый кризис. Почему?

Довольно подробно эта тема обсуждалась на Вести-24. Отметим, кстати, что у либерального лагеря есть своя версия, которую озвучил глава ФАС Артемьев: виновата Роснефть! Ну, это естественно, тут даже можно не удивляться, но я обращу внимание на описание ситуации с «налоговым маневром», которую описал Миша Делягин в упомянутой передаче.

Есть два варианта налогов на бензин. Либо высокий акциз и низкие пошлины на экспорт, либо — низкий акциз и высокие пошлины. Во втором случае цены на бензин в стране низкие и есть стимул для роста, но экспорт ограничен. В первом — цены высокие (поскольку большая часть стоимости бензина это как раз акциз), но зато стимулируется экспорт. И пресловутый «налоговый маневр» — это как раз переход от второго варианта к первому. Спрашивается зачем?

А очень просто. Вспомним, что я много раз писал про политику МВФ.

Его задача, обеспечить, чтобы Россия своими капиталами поддерживала ликвидность мировой долларовой системы. То есть — обеспечить максимальный отток капитала. Низкая цена на топливо — это поддержка национальной экономики, – если в ней все хорошо, то на фоне мирового спада капиталы пойдут в Россию, а не из нее. Значит, необходимо обеспечить у нас высокие цены на топливо. Ну и, заодно, пусть российский бензин сбивает мировые цены. И — правительство устраивает свой «налоговый маневр. Что из этого вышло? А вот что! Так что ничего личного, только бизнес.

Но может быть, это у меня такие злые и ничем не подтвержденные фантазии?

А вот тут маленький фрагмент пресловутого форума. Видный либерал Кудрин намекает, что для поддержания бюджета можно было бы изменить «цену отсечения», то есть увеличить долю нефтяных доходов, которая идет на поддержание экономики России, не вывозится из страны в виде долларов. Обратите внимание на реакцию главы МВФ Кристин Лагард:

Тут-то картина становится совершенно ясной и четкой.

Задача МВФ и находящихся под его контролем (с точки зрения определения финансовой и экономической политики) либералами становится четкой и ясной: Россия не должна оттягивать ресурсы от поддержки мировой долларовой системы, даже если это стоит для нее серьезных политических и репутационных потерь – в том числе в виде личного рейтинга Президента Путина – и приводит к затяжному экономическому спаду. Если кто-то из либералов (в нашем случае Кудрин) по локальным политическим причинам пытается только намекнуть, что можно бы от этой линии отступить, немедленно следует жесткий окрик.

И есть очень простой вывод, который из всего этого следует: нет у нас в стране проблем с бензином, инвестициями и кредитом. Все эти проблемы можно быстро и четко разрешить, но есть группа, которая (пока) определяет экономическую и финансовую политику, которая это делать не дает. В том числе потому что ее внутренние позиции сохраняются только за счет поддержки мировых финансистов, чью программу они, собственно, и реализуют.

И это не есть конспирология или пустые фантазии и приведенные выше ролики это внятно демонстрируют. Ну а более низкие функционеры либеральной команды, которые в политику не играют, делают проще, во всех бедах они винят врагов своей команды, что в свою очередь хорошо видно на примере Артемьева. Который не анализирует ошибки своих либеральных боссов, а просто перекладывает вину с больной головы на здоровую («Роснефть», кстати, чуть ли не единственная компания, которая за последние месяцы не увеличила экспорт бензина из России).

А результаты могут быть очень нехорошие. Сейчас правительство попытается подержать цены на бензин административными методами, а потом он просто исчезнет… И начнется коллапс, который очень быстро примет политические формы, как это было в конце 80-х годов (все помнят?) А в МВФ будут радостно потирать руки, поскольку, как понятно, это еще более ускорит отток капитала из России.

В общем, я считаю, что последняя неделя дала крайне много информации о том, что и как в реальности происходит в мире. Если, конечно, не отвлекаться на разный зайчиков, который умирают и оживают, как в известной песенке...

Михаил Хазин

Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > zavtra.ru, 6 июня 2018 > № 2634511 Михаил Хазин


Нидерланды. Швеция. Украина. РФ > Нефть, газ, уголь > minprom.ua, 5 июня 2018 > № 2638807

Голландский суд арестовал активы Газпрома

Голландский суд арестовал активы "Газпрома" в рамках исполнения решения Арбитражного института Торговой палаты Стокгольма о выплате 2,6 млрд долл. "Нафтогазу". Об этом говорится в сообщении "Нафтогаза".

Как говорится в сообщении, на прошлой неделе НАК "Нафтогаз Украины" подала ходатайство об аресте долей "Газпрома" в его голландских дочерних компаниях и задолженности этих дочерних компаний "Газпрома".

"Ходатайства были поданы для обеспечения права "Нафтогаза" на получение от российского монополиста 2,6 млрд долл. по решению Стокгольмского арбитража, принятым в феврале 2018 года. Голландский суд удовлетворил эти ходатайства, но шесть из семи дочерних компаний "Газпрома" в Голландии отказались сотрудничать с судебными исполнителями. Однако все это никак не повлияет на арест", – сообщает компания.

Также указано, что "Нафтогаз" инициировал арест активов в других юрисдикциях, включая доли "Газпрома" в его дочерних компаниях Nord Stream AG и Nord Stream 2 AG.

Напомним, по результатам двух арбитражных производств в Стокгольмском арбитраже "Газпром" должен заплатить 2,56 млрд долл. в пользу "Нафтогаза".

Нидерланды. Швеция. Украина. РФ > Нефть, газ, уголь > minprom.ua, 5 июня 2018 > № 2638807


Австрия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 5 июня 2018 > № 2634066 Владимир Путин

Встреча с представителями деловых кругов России и Австрии.

Владимир Путин встретился с участниками российско-австрийского делового совета, посвящённого 50-летию сотрудничества двух государств в газовой сфере.

В.Путин: Господин Федеральный канцлер перед тем, как мне выйти сюда, на ухо мне шепнул: «Буду говорить покороче, чтобы у тебя было побольше времени». Я этим воспользуюсь, но постараюсь вас тоже не утомлять особенно.

Прежде всего хочу поблагодарить господина Федерального канцлера, Президента Австрийской Республики за приглашение.

Приветствую всех, уважаемые дамы и господа, по поводу большого знакового события – 50-летия сотрудничества наших государств в энергетической, газовой сфере.

В этом зале собрались ведущие предприниматели, финансисты, инвесторы России и Австрии. Вас объединяет общее стремление к расширению взаимовыгодного экономического сотрудничества, вы реализуете совместные проекты в самых различных областях – об этом мы сегодня много говорили.

Австрия всегда была и остаётся надёжным партнёром России. На протяжении многих столетий наши страны поддерживали тесные контакты друг с другом, даже в самые непростые периоды истории, в том числе во времена «холодной войны».

Характерно, что 50 лет назад, в июне 1968 года, именно Австрия стала первой западной страной, заключившей долгосрочный договор по поставке газа из Советского Союза в Европу.

Все последующие десятилетия мы надёжно и бесперебойно обеспечивали Австрию энергоресурсами. Австрийским партнёрам поставлено более 200 миллиардов кубических метров газа. В прошлом году объём экспорта российского газа в Австрию увеличился в полтора раза и превысил девять миллиардов кубических метров.

Австрия входит в число крупнейших транзитных центров Европы, через которые российское топливо поступает потребителям в другие европейские государства. Таким образом, благодаря тесному сотрудничеству наших стран в энергетике во многом обеспечивается энергобезопасность европейского континента.

Мы заинтересованы в углублении и расширении тесного сотрудничества. В этой связи отмечу подписанное сегодня «Газпромом» и «ОМФау» новое соглашение о долгосрочных поставках российского газа до 2040 года.

Кроме того, «Газпром» и «ОМФау» готовы к совместной реализации проекта строительства трубопроводной системы «Северный поток-2». Это позволит минимизировать транзитные риски и обеспечить европейской экономике дополнительный объём в размере 55 миллиардов кубических метров экологически чистого, доступного по цене топлива.

Российский и австрийский бизнес активно взаимодействуют и в других сферах. По итогам прошлого года двусторонний товарооборот увеличился более чем на 40 процентов и составил четыре миллиарда долларов.

Россия занимает второе место среди стран – инвесторов в австрийскую экономику. Общий объём наших накопленных капиталовложений в Австрии составляет почти 24 миллиарда долларов; инвестиции из Австрии приближаются к пяти миллиардам.

У нас в стране представлены свыше 1200 австрийских фирм, зарегистрировано около 500 совместных компаний. Большая их часть действует в реальном секторе экономики – строительстве, промышленности, сфере высоких технологий.

Высоко оцениваем активное участие австрийского бизнеса в недавно состоявшемся Петербургском международном экономическом форуме. Реализация заключённых в его ходе двусторонних коммерческих контрактов приведёт к созданию новых производств и высокооплачиваемых рабочих мест как в России, так и в Австрийской Республике.

Мы, конечно же, приветствуем и поддерживаем такие взаимовыгодные проекты. Со своей стороны будем и далее делать всё необходимое для того, чтобы иностранный, в том числе и австрийский бизнес, чувствовал себя на российском рынке комфортно.

Продолжим последовательную работу по либерализации законодательства в сфере предпринимательства, снижению административной и налоговой нагрузки на бизнес, совершенствованию финансово-кредитной и банковской системы. Нацелены осуществлять модернизацию инфраструктурных и социальных сфер.

Подчеркну, экономика России демонстрирует в целом позитивную динамику. По итогам прошлого года у нас положительный рост ВВП, скромный, но стабильный – 1,5 процента, потребительский спрос увеличился на 3,4 процента.

Расширилось промышленное и сельхозпроизводство – на 1,8 и 2,6 процента соответственно. На рекордно низком уровне удерживаем инфляцию – 2,5 процента. Безработица опустилась ниже пяти процентов.

Растёт положительное сальдо торгового баланса. В 2017 году оно превысило 130 миллиардов долларов. Это на четверть больше, чем годом ранее.

В условиях плавающего курса российская валюта сохраняет устойчивость. По размерам золотовалютных резервов Россия стабильно в числе мировых лидеров. У нас один из самых низких в мире уровней государственного долга – менее 20 процентов.

Благодаря ответственной бюджетной политике сократился дефицит федерального бюджета до 1,5 процента ВВП, а в этом году будет достигнут профицит – 0,5 процента.

(Говорит по-немецки, как переведено.) Друзья мои! Наше сотрудничество действительно в очень хорошем состоянии. Однако наше сотрудничество может быть намного лучше. Мы можем этого достичь. Мы должны этого достичь – и мы этого достигнем, однако это зависит от вас.

Большое спасибо!

Австрия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 5 июня 2018 > № 2634066 Владимир Путин


Россия > Агропром. Нефть, газ, уголь. Транспорт > agronews.ru, 5 июня 2018 > № 2633357 Дмитрий Козак

Козак объяснил, почему бензин в России дорогой.

Недавно произошло распределение обязанностей между вице-премьерами. Кто же отвечает за топливо и конкретно за бензин? И к кому по коридорам Белого дома, где работает руководство правительства, недавно ходили руководители нефтегазовых компаний России? От кого зависят цены на бензин и дизель? «Вести в субботу» встретились с вице-премьером, ответственным за это теперь, Дмитрием Козаком.

— Дмитрий Николаевич, в здании правительства меня периодически охватывает чувство географического кретинизма. Я в нем теряюсь. По-моему, я пришел в тот же кабинет, где вы были до этого?

— Да, я его уже 10 лет не меняю.

— Ваше теперь — это промышленность, топливно-энергетический комплекс?

— Электроэнергетика. …

— Перейду к главному, что привело меня в ваш кабинет. Это тема бензина. Начну с причин, почему выросли цены. Я смотрел выступление представителя одной из нефтяных компаний, и он сказал удивительную вещь, если посмотреть с точки зрения привычных представлений об этом бизнесе: производство бензина в России является или являлось невыгодным. Неужели так может быть?

— Ну, может. Это зависит от мировой конъюнктуры цен. Выгодность — невыгодность, она всегда относительна. Если цены на нефть на внешних рынках выше, то это может оказаться относительно невыгодно. Поэтому, чтобы обеспечить баланс цен, нефтяники подняли цены на нефть, нефтеперерабатывающие заводы — цены на бензин, и мы получили ту ситуацию, которую имеем на оптовом рынке. Проблемы дефицита бензина нет. Мы должны понимать, что у нас розничные цены на моторное топливо далеко не самые высокие в мире. В такой нефтяной стране, как Норвегия, они в рублевом выражении в два раза выше, чем в нашей стране.

— Да, в Норвегии выше, хотя вроде сами тоже добывают.

— Конечно. В тех же Соединенных Штатах, которые занимают лидирующее место по добыче нефти, бензин подорожал вместе с мировыми ценами на нефть.

Мировые цены на нефть повыше, действительно выгодны не только России. Достаточно вспомнить обстоятельства недавнего визита в Москву наследного принца Абу-Даби. Зовут его Мухаммед Аль Нахайян. Интерес в плане удержания цен на нефть и газ взаимный, тем более что нам, нефтяным странам, есть чем друг другу подсобить. И еще от инвестиций до ненефтяного бизнеса: взять новые российские автомобили — из тех, к которым в Эмиратах имеют особую тягу. Но что же все-таки наши нефтяники и их цены на бензин и дизель внутри страны?

— Вы проводили совещание с нефтяниками в этом кабинете?

— Да, в этом кабинете мы встретились с крупнейшими нефтяными компаниями.

— А кто был?

— Все компании.

— «Роснефть», «Лукойл», «Газпромнефть». Кто еще?

— «Зарубежнефть», «Татнефть». 13 компаний.

Тонкий момент. График, составленный нами по данным из правительства России. График о поставках светлых нефтепродуктов на внутренний рынок с НПЗ, напрямую или опосредованно принадлежащих крупнейшим нефтекомпаниям. Например, «Роснефть» здесь представлена «Башнефтью». Но есть и газпромовские структуры, и татарстанские, и «Лукойл», и так далее. Вообще-то, по их соглашению с правительством, регионами и Федеральной антимонопольной службой этот объем должен составлять не менее 20% от объема добытой переработанной нефти. Но эти самые 20% — планка, которую выдерживали отнюдь не все.

— Что вы им сказали? Что сейчас есть надежда на то, что цены стабилизируются?

— Они тоже граждане нашей страны, это и национальные компании. И они понимают, что в летний период это не только нагрузка на автолюбителей, на простых граждан.

— И на экономику тоже. Урожай надо вывозить и так далее.

— Да, это существенная финансовая нагрузка прежде всего на сельское хозяйство. А оно — основной потребитель дизельного топлива в период уборочной кампании. И на реальный сектор экономики в целом. Нефтегазовая отрасль с пониманием к этому относится, балансирует с учетом того, что мы и так нефтегазовая держава, мы должны учитывать интересы нашей экономики.

Россия > Агропром. Нефть, газ, уголь. Транспорт > agronews.ru, 5 июня 2018 > № 2633357 Дмитрий Козак


Украина. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 2 июня 2018 > № 2629361 Виталий Портников

Виталий Портников: «Газпром» уничтожает сам себя

Путину и «Газпрому» нужно спешить, пока количество предателей и «полезных идиотов» в Украине еще достаточно, чтобы обеспечить управление оккупированной территорией

Виталий Портников, Еспресо, Украина

Арест активов «Газпрома» в Европе — пожалуй, самый [явный] результат судебной тяжбы российского газового монополиста и украинской компании «Нафтогаз». А то, что арест этот начался с акций «Газпрома» в проектах «Северный поток — 1» и «Северный поток — 2», может серьезно затормозить строительство новых трубопроводов.

Так что это одновременно удар и по Москве, и по позициям европейских лоббистов ее интересов. Под сомнение оказались поставлены десятилетия лоббистских усилий, миллиарды долларов, которые были потрачены на доказательство важности проектов и коррумпирование их сторонников. И все это сделал вовсе не «Нафтогаз». Все это сделал сам «Газпром».

Потому что арест активов «Газпрома» — вовсе не прямое следствие решения арбитража. Согласно этому решению «Газпром» обязан рассчитаться с «Нафтогазом». Но российский газовый монополист рассчитываться не хочет. Как известно, настоящие пацаны из питерских подворотен своих долгов никогда не отдают. Да и Путин за такое самоуправство по голове не погладит.

Так что «газпромовцам» приходится изыскивать возможности опротестовать решение арбитража. Проще говоря — тянуть время. Но обращение в апелляционный суд не отменяет решения арбитража. Этого в «Газпроме» могли просто не учесть. Как и не учесть и того, что пока апелляция будет рассматривать иск россиян, их активы будут заморожены, а строительство трубопроводов — остановлено.

Почему в «Газпроме» не могли понять такой простой вещи? А потому, что в России предпочитают жить в своей собственной реальности. Эта реальность подразумевает, что обращение в суд заканчивается победой того, кто прав. А прав, вне всякого сомнения и всегда, российский заявитель — кто же еще? Потому что судопроизводство на Западе — честное. А «Газпром» — честен всегда. Ведь он — национальное достояние.

Кому-то такой ход мыслей может показаться шизофренией. Ну а разве все остальные действия Кремля — не шизофрения? Война в Грузии, аннексия Крыма, война на Донбассе, убийства, отравления — вот это все? Имеет логическое объяснение? Политически мотивировано? Помогает росту рейтинга с 78 процентов до 89? Разве не понятно, что мы имеем дело с шизофрениками? И то, что мы до сих пор пытаемся объяснить действия безумцев с точки зрения логики и поведения психически нормального человека — это не их проблема, а наша.

Стоит Путину уйти из Донбасса — и он опять оживит пророссийскую, коллаборационистскую Украину. Она только ждёт мира, чтобы вцепиться в горло Украине настоящей, чтобы закричать во все горло «какая разница»?

Но Путин будет стоять на Донбассе насмерть.

Стоит «Газпрому» оплатить счета — и он сможет продолжить строительство «Северного потока — 2». Сможет облегчить давление на Украину и создать возможности для военного наступления. Собственно, ради этого и строятся все эти трубопроводы — чтобы там ни рассказывали россияне и их лоббисты на Западе. Но «Газпром» не хочет платить.

И так во всем.

А время идёт. Это время работает на нас. Каждый день в нашей стране становится меньше советских людей — таков неумолимый закон жизни и смерти. Меняются школьные программы, язык медиа и бытового общения, меняются миграционные потоки.

Коллаборационистская Украина — Малороссия, Новороссия — просто умирает. Тает. Пройдёт ещё несколько лет — и некому будет побеждать на выборах. И Украину незачем будет оккупировать — как незачем оккупировать Польшу или Финляндию.

А потом умрет и сам Путин. Это тоже такой закон жизни и смерти. Ты умираешь, даже если ты президент России. А преемник Путина начнёт борьбу с его культом личности и последствиями. В России ничего другого просто не умеют, кроме как бороться с последствиями правления умерших вождей. Это красиво и — главное — не опасно.

Поэтому этот преемник откажется от Крыма, уйдёт из Донбасса и поедет в Белый дом просить прощения. А «Газпром» разделит на разные компании — потому что так посоветуют в ЕС.

Путину и «Газпрому» нужно спешить. С Украиной нужно расправиться как можно скорее. Пока количество предателей и «полезных идиотов» в этой стране еще достаточно для того, чтобы обеспечить управление оккупированной территорией.

Нам повезло, что они — шизофреники.

Украина. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 2 июня 2018 > № 2629361 Виталий Портников


Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь > amurmedia.ru, 31 мая 2018 > № 2646921 Андрей Хапочкин

Андрей Хапочкин: наша задача - выйти на среднеросийский уровень газификации

Председатель Сахалинской областной думы принял участие в совещании, посвященном газификации острова

В совещании приняли участие заместитель председателя правления ПАО "Газпром" Валерий Голубев, губернатор Сахалинской области Олега Кожемяко, представители бизнес-сообщества. На мероприятии был рассмотрен план-график выполнения работ по газификации региона на 2018 год, а также перечислены объекты, которые будут построены и введены в строй до 2021 года, сообщает ИА SakhalinMedia со ссылкой на пресс-службу облдумы.

Спикер Сахалинской областной думы Андрей Хапочкин в своем выступлении на совещании отметил, что уровень газификации в Сахалинской области остается крайне низким значительно уступая среднероссийским показателям, особо заострив внимание участников на проблемы по газификации Тымовского и Смирныховском районов, южной части областного центра.

Напомним, вопросы газификация островного региона всегда занимали важное место в повестке островного парламента, Сахалинская областная провела общественные слушания по этому вопросу, направила обращения к председателю Правления ПАО "Газпром" Алексею Миллеру и Министру РФ по развитию Дальнего Востока Александра Галушко.

— Шаги по реализации программы в рамках заключенного соглашения между Сахалинской областью и ПАО "Газпром" позволят улучшит экологическую обстановку в городах и селах Сахалина, а также придадут ускорение развитию островного региона в целом. — уверен Андрей Хапочкин. — Наша задача — в ближайшее время выйти на среднероссийский уровень газификации.

В 2018-2020 годах ПАО "Газпром" должен вложить в газификацию региона примерно 4,5 млрд. рублей, а Сахалинская область около 10 млрд рублей. За три года на острове планируется газифицировать порядка 10 тысяч домовладений и построить восемь газораспределительных станций, которые будут подавать газ в населенные пункты с магистрального газопровода проекта "Сахалин-2", который идет с севера на юг острова.

К 2021 году уровень газификации Сахалинской области в рамках запланированных работ должен приблизиться к отметке в 60%, что уже совсем ненамного отличается от среднероссийских показателей.

Напомним, что при формировании регионального бюджета на 2017-2018 годы правительством Сахалинской области были поддержаны многие инициативы фракции "Единая Россия", в том числе и по увеличению на 180 миллионов программы газификации Сахалинской области. Кроме того, как пояснил Андрей Хапочкин, сейчас региональный парламент инициирует поправки на 2018 который, которые позволят островным нефтяникам провести дополнительное бурение Анивского газового месторождения и обеспечить голубым топливом южные микрорайоны островной столицы.

Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь > amurmedia.ru, 31 мая 2018 > № 2646921 Андрей Хапочкин


Россия > Нефть, газ, уголь > metalinfo.ru, 31 мая 2018 > № 2640107 Марс Хасанов

Газпром нефть – лидер технологий нефтедобычи в России

Компания Газпром нефть является одним из лидеров в нефтегазовой отрасли России по технологическому развитию. В интервью журналу «НефтеКомпас», директор по технологиям «Газпром нефти», руководитель ее научно-технического центра (НТЦ) Марс Хасанов рассказал, почему компания сегодня уделяет такое внимание развитию технологий и цифровизации.

— «Газпром нефть» в последние годы уделяет огромное внимание развитию технологий, в том числе цифровых. В этом отношении компания является одним из лидеров в нефтегазовой отрасли России. Почему сегодня развитие технологий является важным направлением развития компании?

— Развитие технологий сегодня является главной задачей в нефтяной отрасли в целом: заканчиваются так называемые легкоизвлекаемые запасы углеводородов, мы переходим к работе с совершенно новыми запасами, в новые регионы, где просто необходимы другие подходы. Говоря о технологиях, я имею в виду расширенное понятие этого термина. Это не только новое оборудование, новые материалы, это и новая организация труда, новые методы подготовки и принятия решений, обработки и хранения информации. Наша задача — добиться радикальной эффективности. Обычно, говоря про эффективность, имеют в виду 10%-15%. Однако для освоения трудноизвлекаемых запасов, доля которых растет с каждым днем, требуется увеличение на 60% и более, то есть радикальные изменения.

— Какими параметрами можно измерить эффективность?

— Если мы говорим о добыче нефти, то это ее удельная стоимость. Эффективность скважины определяется ее себестоимостью и объемом нефти, который можно добыть с её помощью. Сегодня нам приходится использовать более высокотехнологичные, более сложные и, как следствие, более дорогие скважины. Следовательно, нужно добиться, чтобы рост продуктивности скважины был больше, чем рост стоимости. Только так мы сможем повысить эффективность на 50%-100%.

— Какая роль отводится научно-техническому центру (НТЦ) под вашим руководством?

— НТЦ занимается созданием технологий, их испытанием и внедрением. Мы осуществляем процесс технологического менеджмента. То есть совместно с производственными подразделениями НТЦ формирует технологическую стратегию, отвечает за ее администрирование и актуализацию. Далее мы организуем эффективную реализацию этой стратегии.

— Что представляет из себя технологическая стратегия «Газпром нефти»?

— Технологическая стратегия — это инструмент для освоения новых классов ресурсов и повышения эффективности работы. В существующем виде она была утверждена в 2014 году и включает 9 направлений технологического развития, которые принесут нам максимальный эффект с учетом того портфеля проектов, которым располагает компания.

Стратегия формируется с двух сторон: в первую очередь мы идем от потребностей наших производственных активов. Например, мы четко знаем, сколько трудноизвлекаемых запасов, которые сейчас нерентабельно разрабатывать, находятся в копилке «Газпром нефти». Ставится задача — подобрать технологические ключи для того, чтобы сделать эксплуатацию таких месторождений рентабельной.

С другой стороны, мы изучаем новые возможности, смотрим как развивается наука, какие новые продукты и решения появляются, какие новые информационные технологии может предложить окружающая инновационная среда. И мы ищем возможности использовать эти инновации, в том числе, появляющиеся в других отраслях, чтобы повысить эффективность.

— О каких 9 направлениях стратегии идет речь?

— В числе 9 направлений Техстратегии — разработка нетрадиционных ресурсов, так называемой сланцевой нефти, аналогом которой в России считается баженовская свита. Мы работаем над созданием подходов, технологий для освоения одного из самых масштабных ресурсов: прирост запасов из нетрадиционных источников бажена может достигать 760 млн тонн нефти.

Далее, так как около 70% капитальных затрат у нас приходится на бурение скважин, одно из основных направлений технологической стратегии — это новые технологии бурения и заканчивания скважин. Задача — максимально сократить их удельную стоимость без потери качества. Безусловно, работа с новыми категориями запасов приводит к тому, что цена и сложность скважин растут. Но это должно происходить управляемым способом, и не в десятки раз. При этом мы стремимся подобрать технологии, позволяющие скважине с высокой стоимостью добывать в несколько раз больше нефти, чем традиционной. То есть скважина становится вдвое дороже, а нефти мы получаем — втрое больше. По нашим оценкам, в перспективе 2025 года эффект от этого технологического направления может достигать 100 млрд руб. Это объем потенциального снижения затрат.

Еще одно направление — методы повышения нефтеотдачи пластов (МУН), которые могут дать дополнительную добычу в более чем 60 млн тон н.э. А технологии геологоразведки — прирастить ресурсную базу компании на 100 млн т.н.э. Это тоже в перспективе 2025 года.

Безусловно, одним из важнейших направлений является цифровизация. Наша компания занималась этой работой еще в 2012 году, когда даже сам термин «цифровизация» практически не использовался. Мы назвали это направление «Электронная разработка активов». Почему оно важно? Дело в том, что нефтяная компания сама по себе не бурит, не строит скважин — это делают наши подрядчики. Основная задача нефтяников — готовить максимально эффективные инвестиционные решения. Этот процесс подразумевает работу с огромным объемом данных, моделирование, скрупулезный анализ информации. И если оборудование и материалы могут создавать сервисные компании, то алгоритмы принятия решений необходимо вырабатывать нам самим — это база для развития нашего бизнеса. Безусловно, цифровые решения, которые мы создаем на основе этих алгоритмов, позволяют оценивать наших проекты и определять, как сделать их оптимально эффективными.

— Какой эффект должна принести реализация техстратегии?

— Общий ожидаемый эффект от Техстратегии в перспективе 2025 года — вовлечение в разработку более 100 млн. тонн дополнительных запасов, более 100 млрд. руб. экономии затрат.

— Как происходит реализация техстратегии?

— Как я уже сказал, техстратегия разделена на девять направлений. В каждое входят различные проекты. За последние три года запустили более 120 проектов, которые сейчас находятся в работе. У каждого есть управляющий комитет, проектная команда, руководитель проекта. По завершении проекта мы определяем его эффективность, и, в случае успешности, передаем в широкомасштабное внедрение. При этом в первый год продолжаем наблюдать за процессом тиражирования.

— Как происходит процесс отбора технологий?

— Покажем это на примере. Предположим, что нам предлагается новая технология закачки разрывающей жидкости для разработки подгазовых залежей, чтобы при добыче нефти мы не затрагивали газовые пласты. Первый этап — оценка предлагаемой технологии, моделирование процессов, происходящих при гидроразрыве пласта по предлагаемой технологии. Сегодня мы являемся центром экспертизы, которая позволяет выполнять собственную оценку — согласны ли мы с теми результатами, которые нам обещают. Мы уже давно ушли от экспериментальных проверок «в поле» на первом этапе. Около 30% состава нашего научно-технического центра — это физики и математики с фундаментальным академическим образованием. По первой специальности они не были связаны с нефтегазовой отраслью, но теперь используют свои знания для решения задач нашего бизнеса. Они принимают большое участие в анализе технологий, проводят необходимые расчеты. Поняв, по результатам лабораторных и математических экспериментов, что технология может быть полезной, мы определяем, какой прирост добычи она позволит получить, и сколько нам это будет стоить. У нас очень хорошо развит так называемый костинжиниринг, то есть мы можем заранее просчитать стоимость различных объектов и процессов. После этого мы сможем понять, станет ли новая технология рентабельной.

— Что происходит дальше?

— Дальше мы подходим к этапу выбора. Нам предстоит сделать дизайн эксперимента. После этого мы выходим на реальные месторождения, проводим две-три операции с использованием инновации. Если прогнозы оправдываются или превосходят наши ожидания — начинается широкомасштабное внедрение.

— Вернемся к вопросу цифровизации. В каких сегментах она необходима сегодня?

— Я буду говорить о блоке, связанном с освоением месторождений. Жизненный цикл актива состоит из этапов разведки, разработки, добычи. И везде необходима цифровизация, потому что моделирование, проектирование и реализация проектов в нефтяной отрасли сопряжены с обработкой огромного объема информации. С другой стороны, этой информации постоянно не хватает, потому что большинство данных — косвенные. Мы можем завешать датчиками всю бурильную установку, измерить все, что можно измерить, но так до конца и не понять свойства пласта. Поскольку большая часть данных — это, по сути, косвенные признаки, которые необходимо дополнительно интерпретировать. Но чем больше объем косвенной информации, тем выше уверенность, что вы правильно определяете свойства пласта. Только с помощью машинного обучения и анализа взаимосвязей между косвенными данными и свойствами пласта мы можем более ли менее точно определить его прямые характеристики.

— На всех этапах?

— Безусловно. Начнем с этапа разведки. Как я сказал, свойства пласта мы можем определить только по косвенным показателям. Мы проводим сейсмику, но результаты обработки её данных могут дать только приближенное представление о структуре пласта. И в этом случае нам очень помогает априорная информация. Ее мы получаем используя бассейновое моделирование. То есть создаем модели огромных нефтегазовых бассейнов, расположенных на гигантских территориях. Смоделировав такой бассейн мы понимаем, из каких пластов может состоять конкретное месторождение. А понимая, что это за пласт, мы можем более уверенно интерпретировать сейсмические данные. Более того, используя эту информацию, мы можем существенно повысить эффективность дизайна сейсморазведочные работ (например, правильно расставить сейсмодатчики, уйдя от из равномерной расстановки). Это называется полноволновое моделирование и оно позволяет нам правильно выбрать технологию сейсмики, расстановки, дизайна сейсмических исследований, обработки сейсмических данных и их интерпретации. Это только один пример. На самом деле, все задачи разведки связаны с интерпретацией косвенных данных, привлечением аналогов и непрерывным обучением.

— Дальше идет этап разработки месторождения.

— Разработка любого месторождения начинается с концепта. Как это часть происходит в отрасли? Обычно говорят так: у нас такой-то пласт, мы на нем расположим столько-то скважин. В итоге определяется профиль добычи, под который строится инфраструктура. Но на самом деле прогноз добычи нельзя делать только исходя из оценки продуктивности пласта. Необходим интегрированный взгляд на всю систему «пласт- скважины- кусты- обустройство» в целом. Нужно оценить не только продуктивность скважин, но и их стоимость, а также стоимость объектов обустройства и инфраструктуры, которую нужно построить, чтобы обеспечить тот или иной уровень добычи нефти и газа. Таким образом, мы осуществляем системный инжиниринг. Мы принимаем решения исходя из экономики, и должны рассматривать разные варианты профиля добычи при разных вариантах обустройства. И на каждом этапе оценивать, как изменение того или иного параметра повлияет на систему в целом. К примеру — получены результаты бурения первых скважин — их сразу надо учесть и скорректировать оценки. Причем уже на этапе концепта нам необходимо знать стоимость проекта. К сожалению, эта задача не решена была в России, потому что у нас считается, что стоимость можно определить только после подготовки сметной документации.

— А вы что делаете?

— У нас работает костинжиниринг. Мы создаем стоимостные модели, программный продукт, который позволяет осуществить моделирование системы в целом и рассчитать NPV проекта при самых разных сценарных условиях и значениях параметров пласта и флюидов. Это требует огромного количества расчетов, перебор миллионов вариантов, такую работу полноценно может выполнить только машина с использованием когнитивных технологий.

Системный инжиниринг, когда мы все месторождение видим как общую систему, тоже связан с большим объемом вычислений и неотделим от цифровых технологий. И системный инжиниринг позволяет нам получить максимальный эффект от проекта: ведь именно на начальном этапе, когда еще ничего не построено, можно менять параметры так, чтобы добиться оптимума. Именно поэтому так важны программы, которые позволяют нам работать с данными на начальных этапах проекта, определяя максимально эффективные решения. Когда месторождения уже запущено, ценность IT —продуктов существенно сокращается, ведь возможностей для изменений гораздо меньше.

После того, как мы сделали концепт, мы его передаем проектно-сметным институтам, они подготовят проектно-сметную документацию, предлагают технические решения. При этом мы должны обеспечить принятие самых правильных проектных решений. Для этого мы создаем так называемые типовые технические решения. И вот мы все эти базы типовых решений храним у себя и передаем проектным институтам. В будущем, все это также смогут делать машины.

— Вот проект готов. Началась добыча. Что дальше?

— Дальше мы решаем несколько задач: безопасность и целостность оборудования, уменьшение операционных затрат и увеличение нефтеотдачи. Человек не может уследить за всеми процессами и оперативно изменить что-то в процессе добычи. Это делают машины. Опять цифровые технологии.

— Если сравнивать «Газпром нефть» с лидерами нефтяной отрасли, есть ли вам чем похвастаться?

— Во-первых, я бы отметил наши успехи в разработке низкопроницаемых пластов. Сегодня мы разрабатываем месторождение нефти, причем в режиме заводнения, где пласты имеют проницаемость около 1 миллидарси. Это уникальный опыт. На Западе практически этого нет. Второе, в чем, я считаю, мы опережаем российские компании и находимся на передовом фронте, по сравнению с Западом, это костинжиниринг и системный инжиниринг. Третье, это, конечно, цифровизация. Причем, я считаю, мы отличаемся от других компаний фокусом цифровизации. Практически все нефтяные компании, когда говорят про цифровизацию, имеют в виду цифровое месторождение. Но в это понятие вкладывается цифровизация уже разрабатываемого месторождения. Все деньги в цифровизацию вкладываются на этапе уже добычи. Но где создается ценность? Как я уже говорил, основная ценность создается на этапе концепта. На этом этапе можно достичь радикальной эффективности 50%-100%. Когда ты уже живешь в этапе реализации, тут эффективность можно поправить на 10%-15%. Практически никто в мире из мейджеров не вкладывает основные деньги в цифровизацию на этапе концепта. Наше конкурентное преимущество состоит именно в этом.

— Необходимы ли вам партнерства с другими компаниями в России и в мире?

— Безусловно. Мы сотрудничаем со всеми ведущими университетами России. Стараемся не терять связь с университетами Запада, хотя в последнее время эти связи ослабевают. Мы сотрудничаем со всеми нефтяными компаниями в России и за рубежом, с которыми у нас есть общие проекты. У нас очень большое количество контактов с сервисными компаниями.

— В прошлом году НТЦ посетила делегация Саудовской Аравии. Как развивается ваше сотрудничество?

— Мы обмениваемся опытом, думаем над запуском технологических проектов в России и Саудовской Аравии. Когда цена нефти упала до минимальных значений, все задумались о радикальной эффективности.

Недавно встретились наши специалисты и провели трехдневную техническую сессию по четырем направлениям: буровые практики, проектирование скважин и технология бурения, разработка коллекторов с низкой проницаемостью, разработка проекта многостадийного ГРП. Вот над этими направлениями мы можем совместно работать.

— Есть какие-то направления, которыми особенно интересуются саудиты?

— Например, их заинтересовали методы концептуального проектирования, методология оценки ценности информации. Геомеханика — тоже очень важное направление. Мы первые в стране создали центр по геомеханике. Эти технологии они могут получить только от сервисных компаний, а мы можем предложить наши наработки.

Россия > Нефть, газ, уголь > metalinfo.ru, 31 мая 2018 > № 2640107 Марс Хасанов


Россия > Нефть, газ, уголь. СМИ, ИТ > neftegaz.ru, 29 мая 2018 > № 2642315

Роснефть создала отраслевую площадку для развития цифровых технологии ГРП.

Роснефть создала отраслевую площадку для обмена опытом и аккумуляции знаний в сфере создания отечественных цифровых технологий гидроразрыва пласта. Являясь лидером по применению технологии ГРП, компания провела в г Уфе открытый научно-практический семинар Цифровые месторождения: математическое моделирование гидроразрыва пласта и геомеханических задач при разработке месторождений.

Об этом Роснефть сообщила 29 мая 2018 г.

В семинаре приняли участие 172 специалиста научно-исследовательских организаций, практикующие инженеры по гидроразрыва пласта (ГРП) и геомеханике, представляющие 55 нефтегазодобывающих и сервисных компаний.

Участники мероприятия обсудили перспективные направления развития симулятора ГРП и другие новые разработки.

Компания последовательно реализует стратегию развития собственных технологий моделирования с целью повышения производственно-экономической эффективности нефтегазодобычи и обеспечения независимости от импортных технологий.

На семинаре специалисты корпоративного института Роснефти УфаНИПИнефть рассказали о перспективных возможностях симулятора ГРП РН-ГРИД - 1го и единственного промышленно внедренного отечественного симулятора ГРП.

Уже к концу 2018 г ноу-хау Роснефти получит новые опции, позволяющие моделировать не только проппантные ГРП, но и кислотные, кислотно-проппантные ГРП для карбонатных месторождений, а также учитывать взаимовлияние близко расположенных трещин при многостадийном ГРП на горизонтальных скважинах.

О том что Роснефть в рамках программы импортозамещения внедрила уникальный симулятор ГРП, компания сообщила 4 мая 2018 г.

Симулятор позволяет точно описывать сложную геометрию трещины, возникающей в породе при проведении ГРП, и обеспечивает выполнение всех операций и инженерных расчетов, необходимых для проектирования гидроразрыва, в частности: визуализацию исходных данных,создание геомеханической модели пласта, анализ диагностических закачек, расчет дизайна и анализ фактически проведенных операций ГРП с использованием обширной базы данных технологических жидкостей и проппантов.

В рамках мероприятия Роснефть также представила результаты проекта по разработке корпоративного программного комплекса РН–СИГМА, предназначенного для геомеханического моделирования устойчивости ствола скважины при бурении.

Применение РН-СИГМА позволит минимизировать геологические и технические риски при бурении и сократить сроки строительства горизонтальных и наклонно-направленных скважин.

Россия > Нефть, газ, уголь. СМИ, ИТ > neftegaz.ru, 29 мая 2018 > № 2642315


Иран > Нефть, газ, уголь > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585370

Иран обнаружил большое количество запасов сланцевой нефти в Оманском заливе

Исследовательский институт нефтяной промышленности Ирана (RIPI) обнаружил большое количество запасов сланцевой нефти в Оманском заливе, рассказал глава RIPI.

"Знаменательное открытие нефтяных и газовых месторождений в регионе, проведенное в сотрудничестве с разведочным управлением Национальной иранской нефтяной компании, является крупным прорывом, достигнутым благодаря использованию отечественных передовых баз данных и геологических изысканий", - заявил Джафар Тофики, сообщает Financial Tribune в среду.

По словам чиновника, второй этап обширных исследований проводился для выявления большего количества нетрадиционных нефтяных резервуаров не только в Оманском заливе, но и в провинции Лурестан в западном Иране.

"Однако изобилие традиционных ресурсов страны означает, что разведка сланцев вряд ли сможет выйти за рамки разведки и идентификации без каких-либо планов производства", - сказал Тофики.

Это подтверждается тем фактом, что добыча обычной нефти в Персидском заливе обходится Ирану почти в 25 долларов США за баррель против 40-80 долларов США за сланцевую нефть.

Сообщается, что запасы сланцевой нефти уже подтверждены в иранском регионе гор Загрос и близ Алигударза в Лурестане.

В июле 2015 года IRNA процитировала неназванный источник, заявив, что предварительные исследования обнаружили три или четыре сланцевых бассейна вблизи города Керман и в провинции Семнан.

По словам чиновников разведочного отдела, запасы сланцевого газа также были обнаружены в провинции Лурестан недалеко от гор Загрос.

"Разведка в настоящее время проводится в четыре этапа, однако Ирану не нужно будет переходить к своим сланцевым месторождениям из-за более высоких затрат", - сказал Тофики.

Иран > Нефть, газ, уголь > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585370


США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 26 апреля 2018 > № 2583471 Константин Симонов

Новое рождение: надолго ли сланцевая революция продлила век нефти

Константин Симонов

Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности

Современная нефтянка — это высокотехнологичная индустрия, или та самая современная экономика, которую мы с лупой ищем у себя в стране.

Сланцевая индустрия в США уже несколько лет играет роль game сhanger в мировой нефтяной индустрии. Штаты за короткий срок сумели почти вдвое нарастить добычу, и это не могло не сказаться на мировом нефтяном балансе. Если основной «бензобак» мира наращивает импортозамещение нефти, это плохие новости для традиционных поставщиков. И прежде всего для Саудовской Аравии. Отсюда и то колоссальное внимание, которое приковывают к с ебе сланцевые проекты в Северной Америке.

Сразу надо оговориться, что слово «сланец» часто используется как синоним словосочетания «нетрадиционная нефть». Хотя с геологической точки зрения это неверно. Нетрадиционная нефть — более широкое понятие, оно включает в себя ряд других видов нефти, прежде всего tight oil — нефть низкопроницаемых коллекторов. В классическом понимании сланцы (shale rock) — породы с чрезвычайно низкой проницаемостью (до 100 нано-Дарси) и пористостью (от 3% до 10%). Слабопроницаемые (tight rock) — это породы, в основном песчаники, с крайне низкой проницаемостью — до 0,1 милли-Дарси и пористостью уже до 12%. Поэтому, говоря о сланце, на самом деле анализируют более широкую категорию нефтяных проектов.

Их роль велика не только с точки зрения переформатирования рынка. Сланец действительно дал новое рождение всей нефтяной индустрии, продлил век нефти. Совсем недавно доминировали теории об ограниченности и конечности нефтяных запасов, сеявшие панику среди западных обывателей и ставшие страшилкой в руках теоретиков альтернативной энергетики. Cланец же показал, что запасы нефти еще велики и, что не менее важно, они есть и у стран политического Запада.

Взгляды Трампа на энергетику — в чистом виде продукт именно сланцевой революции. Не будь ее, он бы не смог так лихо отмахиваться от зеленой энергетики, считая ее чепухой.

Кроме того, сланец показал, что современная нефтянка — это высокотехнологичная индустрия. Это как раз и есть та современная экономика, которую мы с лупой ищем у себя в стране. Это в чистом виде цифровая индустрия: добыча сланцевой нефти была бы невозможна без математического моделирования пластов. Технология требует постоянного бурения, и принципиально важно повысить продуктивность этого бурения, для чего и используется big data.

Это хороший кейс для российских любителей противопоставить сырьевой комплекс и цифровую экономику, почему-то рисуемую через отрицание добычной индустрии. А ведь понятия эти на самом деле не взаимоисключающие, а взаимодополняющие.

В 2017 году добыча нефти в Соединенных Штатах составила в среднем 8,9 млн бар­­релей в сутки, что побило прежний рекорд 2015 года. Добыча нетрадиционной нефти США в последние годы росла двузначными цифрами, за исключением 2016 года. При этом разработка месторождений Аляски и шельфовая добыча идут на убыль. Согласно отчету Фонда национальной энергетической безопасности о сланцевых проектах в США, доля добычи нетрадиционной нефти в 2017 году достигла 50% против 15% в 2010 году. Колоссальный рывок!

Главный вопрос, связанный со сланцевыми проектами, — себестоимость. Добыча традиционной нефти в Персидском заливе или Западной Сибири существенно дешевле, чем сланцевой. В сланцевых проектах весьма высокие операционные затраты: в среднем от 30% до 40% — это расходы на бурение, включая аренду буровых, закупку труб, буровые растворы, и это без учета заканчивания скважин. А вот капитальные затраты по сравнению с традиционными проектами относительно низкие. Именно поэтому сланцевое производство очень волатильно к ценам на нефть. Если цена оказывается выше себестоимости — моментально идут инвестиции и добыча растет. Ну а если ниже — сокращается. При этом рост добычи тут же оказывает давление на мировые цены — они постепенно начинают снижаться. И в свою очередь тут же влиять на уровень инвестиций в сланцевую индустрию.

При этом уровень безубыточности производства на различных формациях сильно различается. Многие американские, да и российские коллеги «забывают» об этом, довольствуясь указанием какой-то одной цифры, характерной лишь для конкретной формации, пусть даже и ведущей, то есть той, которая дает наибольший вклад в сланцевую добычу нефти или газа.

Самыми низкими показателями себестоимости могут похвастаться субформации нефтяной формации Permian в США: в среднем по трем основным формациям себестоимость добычи одного барреля нефти составила около $37, но разброс очень велик — от $23 до $58 за баррель. Себестоимость добычи нефти на Eagle Ford также различна в зависимости от участка: от $22 за баррель на DeWitt до $58 на Dimmit. Субформации Bakken отличаются хорошими геологическими характеристиками: скважины дают хороший начальный дебит, «живут» дольше остальных. Себестоимость с такими характеристиками в целом близка к Eagle Ford: в среднем составляет порядка $40–40,5 за баррель, хотя весь диапазон в зависимости от субформаций находится между $22 и $56,5 за баррель в зависимости от того, насколько хорошо или плохо «ведут себя» скважины на участке.

Наши расчеты показывают, что для поддержания добычи нетрадиционной нефти на уровне не менее 4 млн баррелей в сутки необходима цена на нефть в пределах $40–45 за баррель сорта WTI. Но надо понимать, что существуют очень разные оценки извлекаемых ресурсов месторождений, которые к тому же постоянно меняются. И это тоже сказывается на себестоимости. Да и для расширения ресурсной базы необходимо и далее изучать новые участки. Однако цена для сланца $50–55 все же выглядит относительно комфортной. Цены сейчас выше, а значит, рост добычи в Северной Америке будет продолжен. И игнорировать это обстоятельство было бы наивно.

США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 26 апреля 2018 > № 2583471 Константин Симонов


Китай. Казахстан > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча > chinapro.ru, 24 апреля 2018 > № 2585866

Дочерняя компания Китайской национальной нефтегазовой корпорации (China National Petroleum Corporation, CNPC) совместно с казахстанскими партнерами планирует построить в Казахстане завод по выпуску стальных сварных труб большого диаметра. Инвестиции на эти цели с китайской стороны составят $50 млн, сообщило Министерство по инвестициям и развитию Казахстана.

Общая стоимость проекта – $100 млн. Высокотехнологичное предприятие планируется построить к концу 2018 г. Завод обеспечит импортозамещение 70% от ввозимых в Казахстан труб. Мощность производства составит 100 000 т высококачественных труб в год.

Сварные трубы предназначены для транспортировки нефти, газа, воды и нефтепродуктов. Они могут использоваться в горнодобывающей, строительной и химической промышленности, а также в энергетике.

Напомним, что по итогам января-февраля 2018 г., объем прямых внешних инвестиций из Китая в нефинансовый сектор экономики других стран достиг $16,82 млрд. Это на 25,2% больше чем за январь-февраль 2017 г. За первые два месяца года китайские инвесторы вложили свои средства в 1429 зарубежных предприятий на территории 135 стран и районов мира. В частности, капиталовложения в страны Шелкового Пути составили $2,15 млрд. Это на 20,1% больше, чем годом ранее.

Китай. Казахстан > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча > chinapro.ru, 24 апреля 2018 > № 2585866


Россия. Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 21 апреля 2018 > № 2576692

«Северный поток-2» проливает свет на разногласия европейцев по России

Газопровод «Северный поток-2» протяженностью 1 250 километров, который должен протий из России в Германию по дну Балтийского моря, обладает ярко выраженным политическим подтекстом. И указывает на противоречия в подходах европейцев к России.

Флоран Пармантье (Florent Parmentier), Atlantico, Франция

«Атлантико»: Газопровод «Северный поток-2», который должен пройти из России в Германию по дну Балтийского моря в обход украинской территории, указывает на возникающие противоречия в отношениях между Россией, Украиной, Польшей, Германией и даже Францией и США. Какой интерес представляет для тех и других этот проект? В чем его значимость в дипломатическом плане?

Флоран Пармантье: «Северный поток-2» — газопровод, который должен доставлять российский газ на европейские рынки (наиболее платежеспособные для Газпрома) через Балтийское море. Он продолжает первый «Северный поток» (то есть, должен удвоить его мощности), который был запущен в 2011 году и функционирует с 2012 года.

В подходах европейцев действительно прослеживаются противоречия, что связано с разными экономическими интересами, а также неодинаковым восприятием концепции энергетической безопасности. Россия считает, что ответственность за предыдущие газовые кризисы (2006 и 2009 годы) лежит на Украине, которая в течение нескольких лет пользовалась льготными тарифами и в то же время откачивала предназначавшийся европейским странам газ. Украина же напирает на политический характер нового газопровода, который идет в обход ее территории, лишая ее тем самым порядка 3 миллиардов долларов в год (именно столько она получила за транзит российского газа в 2017 году). Польша занимает парадоксальную позицию: с одной стороны она недовольна энергозависимостью от России, с другой стороны она хочет зарабатывать на транзите газа через свою территорию. США добиваются срыва проекта, а пресс-секретарь американского правительства заявил, что участвующие в проекте иностранные компании могут попасть под санкции. Франция и Германия в свою очередь поддерживают «Северный поток-2» в связи с участием в нем их предприятий. В таких условиях Ангела Меркель была недавно вынуждена признать политический характер газопровода, хотя до настоящего времени настаивала его исключительно коммерческой роли.

— На прошлой неделе Ангела Меркель выразила намерение защитить интересы Украины в том, что касается «Северного потока-2». Как следует понимать эту позицию Берлина? Как способ не проявлять потворства России в как минимум напряженной геополитической обстановке? Или же эту новую позицию объясняют какие-то другие моменты?

— В немецкой энергетике запущен переходный процесс с полным отказом в 2011 году от ядерной энергетики в пользу возобновляемых источников энергии. Расширение использования нестабильной по своей сути возобновляемой энергетики (в первую очередь это касается ветряков) автоматически влечет за собой рост потребления газа и угля, причем в случае газа уровень выборов в атмосферу на порядок ниже.

Немецкие промышленники выступили за тесные отношения с Россией в сфере импорта газа. Как говорил первый президент объединенной Германии Рихард фон Вайцзеккер в начале 1990-х годов, «история связывает нас со всеми соседями, однако нет страны, с которой связи нашего прошлого были бы прочнее, чем с Россией». Все это верно и в газовой сфере, которая подразумевает взаимозависимость производителей и потребителей. Газ подразумевает активное региональное сотрудничество в связи с долгосрочным характером необходимой инфраструктуры. Поэтому его называют «энергией мира» в отличие от нефти, добыча которой может адаптироваться к политической нестабильности.

В такой обстановке стремление Меркель поспособствовать сохранению части транзита через Украину действительно является новым фактором. Как бы то ни было, в этом случае украинской инфраструктуре потребуется модернизация, что будет означать существенные инвестиции, на которые европейцы, скорее всего, не готовы. Таким образом, подлинность такого менее выгодного для Москвы и немецких предприятий поворота еще предстоит подтвердить на практике.

— Может ли реализация проекта увеличить влияние Москвы на территории бывших сателлитов? Не может ли это привести к расколу в Евросоюзе?

— Как ни парадоксально, но «Северный поток» старательно обходит бывших сателлитов (они, кстати, не чураются закупок СПГ у других стран-производителей) и сосредотачивается на крупных конечных потребителях, превращая Германию в региональный хаб. Это не представляло бы проблемы, если бы все европейские рынки были тесно связаны между собой: в таком случае риск газового конфликта сошел бы на нет, поскольку перебои в снабжении того или иного государства были бы попросту невозможны.

В случае необходимости «Северный поток» можно заменить проектом восстановления украинской газотранспортной системы (с параллельным увеличением хранилищ). Для этого потребовалось бы добиться экономического сближения России и Украины, найти европейские инвестиции и напрямую договориться с Газпромом о поставке газа к российско-украинской границе. Эта операция уменьшила бы потребность в «Северном потоке-2» и внесла бы вклад в примирение конфликтующих сторон. Пока что европейцы не уделяли должного внимания такому варианту, сосредоточившись на «Северном потоке-2».

Россия. Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 21 апреля 2018 > № 2576692


Нидерланды. Великобритания > Нефть, газ, уголь. Экология > rusbenelux.com, 13 апреля 2018 > № 2579651

Shell опубликовала отчет о том, как ее стратегия должна позволить ей процветать, в то время когда мир переходит к низкоуглеродной энергии в рамках Парижского соглашения. Shell сообщила об этом 12 апреля 2018 г.

В отчете по энергетическому переходу Shell говорится о понимании перехода и о том, что это означает для компании.

В нем также объясняется, что Shell разработала свою стратегию не только для того, чтобы создать инвестиционный портфель мирового уровня и поддержать свое социального права на работу, но также для управления рисками, связанными с изменением климата, и максимального использования возможностей переходного периода в энергетике.

В докладе приводятся примеры того, какую активность Shell уже проявляет во многих перспективных областях, которые будут способствовать ее дальнейшему успеху и устойчивости.

По словам гендиректора Shell Б. Бёрдена, понимание того, что означает изменение климата для компании, является 1м из самых важных стратегических вопросов.

- Shell полна решимости работать по этому вопросу с обществом и своими клиентами.

- Shell будет помогать, продвигать и поощрять прогресс в достижении целей Парижского соглашения по климату.

- Руководство Shell намерено и впредь обеспечивать хорошую отдачу для акционеров в будущем.

В докладе Shell демонстрируется краткосрочная и среднесрочная финансовая и портфельная устойчивость компании, даже несмотря на ее недавно опубликованный и наиболее быстрый сценарий перехода к энергетике, известный как Sky (Небо).

По словам авторов сценария Sky, его реализация перекоммутирует всю глобальную экономику в течение следующих 50 лет.

Здесь пик нефти ожидается в 2025 г, а природного газа — в 2030е гг, а выбросы парниковых газов снижаются до нуля.

Для самой Shell такое развитие событий станет большим вызовом, однако компания сможет процветать и в новых условиях, считают создатели документа.

Для Shell это означает, что компания по-прежнему будет продавать нефть и газ, которые необходимы обществу, но при этом подготовит свой портфель к переходу на низкоуглеродную энергию, когда это приобретет коммерческий смысл.

Стратегия Shell, глобальный портфель и сильная финансовая структура обеспечивают способность процветать благодаря возможным изменениям в энергосистеме до 2030 г.

Ежегодно компания оценивает свои активы по различным сценариям, включая устойчивость к длительным низким ценам на нефть и газ.

Эти оценки свидетельствуют о низком риске активов в текущем портфеле.

По состоянию на 31 декабря 2017 г Shell оценивает, что около 80% его текущих доказанных запасов нефти и газа будет разработано к 2030 г и только 20% после этого времени.

В среднесрочной перспективе Shell будет расширять свой бизнес в тех областях, которые, как ожидается, будут важны в процессе энергетического перехода.

Компания расширяется на рынке электроэнергии, поскольку ожидает, что спрос на электроэнергию будет возрастать.

Shell корректирует работу своих предприятий для удовлетворения меняющегося спроса в разных странах.

Это включает в себя инвестиции в такие области, как ветроэнергетика в Нидерландах, поставка электроэнергии розничным клиентам в Великобритании, заправочная инфраструктура для водородного автотранспорта и электромобилей.

В долгосрочной перспективе существует большая неопределенность в отношении того, как будет развиваться мировая энергетика, но Shell считает, что ее стратегическая гибкость позволит компании адаптироваться к новым условия.

Развитие компании будет пересматриваться каждые 5 лет, чтобы обеспечить постепенное продвижение вперед к цели Парижского соглашения по ограничению глобального потепления.

Нидерланды. Великобритания > Нефть, газ, уголь. Экология > rusbenelux.com, 13 апреля 2018 > № 2579651


Иран > Химпром. Нефть, газ, уголь > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569322

В Иране выпущен новый современный изоцианат для нефтехимической промышленности

Иранская нефтехимическая компания "Karoun Petrochemical Company" (KRNPC), находящаяся в Особой нефтехимической экономической зоне Махшахр, в провинции Хузестан, выпустила модифицированную версию метилендифенилдиизоцианата.

У продукта, получившего название "LMDI B", есть все необходимое, чтобы конкурировать с несколькими известными международными брендами, такими как "Isonate 143L", производимым американской "Dow Chemical Company", и "Lupranat MM103", изготовляемым немецкой BASF, сообщает Financial Tribune.

Мало того, что новый продукт поможет отечественным иранским производителям полиуретанов легче закупать свое сырье, он также поможет сэкономить для нефтехимической промышленности и экономики в целом миллионы долларов каждый год.

KRNPC является одной из ведущих нефтехимических компаний на Ближнем Востоке. Компания разрабатывает свою вторую фазу, которая после выхода на полную мощность сэкономит около 300 миллионов долларов в год для страны за счет снижения зависимости от импорта изоцианатов, сырья, используемого при производстве пластика, и в качестве связующего вещества в адгезивах, красках и лаках.

Иран имеет одни из крупнейших в мире запасы нефти и природного газа. Нефтехимия является самой важной отраслью Ирана после нефти и газа. Ожидается, что страна получит 14 миллиардов долларов дохода от экспорта нефтехимической продукции в текущем 1397 иранском календарном году (21 марта 2018- 20 марта 2019).

Иран надеется к 2022 году, к концу Шестого пятилетнего плана экономического развития Ирана, поднять номинальную выходную мощность нефтехимической продукции до 120 миллионов тонн в год.

Иран > Химпром. Нефть, газ, уголь > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569322


Россия. Франция. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 6 апреля 2018 > № 2561552 Йохан Вандерплаетсе

«Газ — это карта, которую Россия должна грамотно разыграть»

Интервью с президентом Schneider Electric по России и СНГ Йоханом Вандерплаетсе

Юлия Калачихина (Париж)

Европа делает ставку на возобновляемую энергетику. Как России в таком случае разыграть газовую карту в ЕС и почему Еврокомиссия пошла на открытое противостояние с США из-за «Северного потока — 2», рассказал в интервью «Газете.Ru» президент французской компании Schneider Electric по России и СНГ Йохан Вандерплаетсе.

— С учетом текущей экономической и геополитической ситуации продолжит ли Schneider Electric инвестировать в Россию?

— Я уже 25 лет работаю в России. И пережил много непростых моментов: дефолт в 98-м, кризис в 2008-м, сейчас опять непонятное время. И каждый раз многие компании заявляли: вот видите, ничего хорошего в России не будет, давайте мы либо уходим, либо реструктуризируемся. Однако опыт показывает, что те, кто работают здесь в долгую, всегда выигрывают. Поэтому когда я работал в 98-м в Alcatel, мы, наоборот, нанимали людей. В 2008-м году, когда я был президентом Emerson, мы тоже сделали ставку на Россию. Как раз в сложные времена необходимо показать, что являешься другом страны — русский народ, русский бизнес это очень ценит.

Для Schneider Electric Россия является четвертым по объему продаж рынком в мире. У нас здесь пять заводов, 10 тыс. сотрудников. За последние пять лет мы вложили в местные производства $1 млрд. Мы открываем новые линейки в Санкт-Петербурге, центры НИОКР в Сколково и Иннополисе (Татарстане). Так что происходящее нас не пугает: мы продолжим инвестировать в Россию.

— Насколько все-таки стало тяжелее работать с 2014-го года? Идет планомерное ужесточение санкций. На фоне дипломатического скандала Франция и ваша родная Бельгия высылают дипломатов.

— Прямого влияния на деятельность Schneider Electric немного. Больше косвенное, когда из-за санкций у российских заказчиков возникают проблемы с привлечением финансирования под крупные проекты, из-за чего сокращаются заказы уже на нашу продукцию.

Путь санкций — тупиковый. Как сказал бельгийский премьер-министр Шарль Мишель на встрече с российским президентом Владимиром Путиным в январе этого года, мы очень много говорим друг о друге, но недостаточно друг с другом. Поэтому визит французского президента Эмманюэля Макрона на предстоящий экономический форум в Санкт-Петербурге — хороший знак, что есть воля восстановить диалог между Европой и Россией.

Я считаю, что все, что сегодня происходит, во многом объясняется недопониманием позиций обеих сторон. Это кстати, одна из причин, почему Schneider Electric решила организовать в Париже форум «Умное будущее Евразии», в котором в том числе примут участие представители бизнеса, власти, науки и СМИ из России.

— Закладываете ли вы, возможно, в стрессовом бизнес-сценарии сворачивание деятельности в России?

— У нас такого стрессового сценария нет. Зачем мне это надо? В 2017 году наша компания показала двузначный рост в евро здесь.

— Начался новый президентский цикл. Как вам видятся перспективы в ближайшие шесть лет?

— Мы не ожидаем в России никакой революции. И это даже хорошо. Большие ожидания по новому правительству: кто будет премьер-министром, министром энергетики, министром торговли. Это даст определенный сигнал о будущем пути страны. Но особых сюрпризов, наверно, не будет. Продолжится фокус на ускорение модернизации и цифровизации экономики. Единственное, мы надеемся, что все-таки наладятся нормальные рабочие отношения между Западом и Россией.

— Schneider Electric является партнером «Северного потока — 2». С учетом открытого противодействия США и ряда стран ЕС вы считаете, проект все-таки случится?

— Европейские страны хотят существенно увеличить долю возобновляемой энергии. В промежуточный период перехода на более чистую энергетику, то есть в следующие 5-10 лет, газ будет играть гораздо большую роль, чем раньше. И эта та карта, которую Россия должна грамотно разыграть. Мы хотим, чтобы Россия поставляла свой газ в Европу, поэтому приветствуем такие проекты, как «Северный поток — 2», против которого выступают США.

Мы прекрасно понимаем, что их противодействие объясняется экономическими причинами: Америка хочет поставлять свой сланцевый газ в Европу. Но когда Вашингтон принял последние санкции, согласно которым будут наказываться европейские компании, которые занимаются реализацией этого проекта, Еврокомиссия открыто выразила несогласие. Высший орган Евросоюза резко заявил, что этого не будет, что у Европы есть свои экономические интересы.

Я не скрываю, что внутри ЕС есть разные мнения. Мы знаем позиции Польши и Прибалтики, которые намного ближе к Америке, чем, допустим, Франция, Греция, или Италия. Но тем не менее, есть все-таки общее мнение, что поставки газа из России должны сохраниться, в противном случае пострадает экономическое развитие самой Европы.

— Вы неоднократно называли Россию для Schneider Electric одним из быстрорастущих рынков. Экономика последние несколько лет сокращалась, сейчас понемногу восстанавливается. Но в целом есть опасение, что Россия попадет в так называемую ловушку медленного роста. С учетом этого насколько страна продолжает оставаться для вас привлекательной? Вас рост экономики в пределах двух процентов устраивает?

— Конечно, хотелось бы, чтобы рост был намного выше. И не только в России, но и во Франции и Бельгии. Но мы работаем в сегментах энергетики, модернизации, цифровизации, которые развиваются намного быстрее, чем российская экономика в целом.

— Очевидно, что с внутренним спросом в стране не очень хорошо, иначе вы бы не объявили в 17-м году о закрытии «Шнайдер Электрик Урал» в Екатеринбурге. Почему решили закрыть производство?

— Как я говорил, у Schneider Electric пять заводов: два в Санкт-Петербурге, два в Самаре и один в Козьмодемьянске. Это были инвестиции компании в Россию. В свою очередь, производство на Урале досталось нам в рамках глобальной сделки с Alstom, у которых был там актив. Мы проанализировали его и пришли к выводу, что целесообразнее перенести это маленькое производство на наш завод в Самаре. Но это дало повод для слухов: видите, как плохо идут дела у Schneider Electric, что они вынуждены закрыть завод. Ничего подобного. Это просто было наследство глобальной сделки, которое потом пришлось урегулировать.

— Есть ли у вас еще плохое наследство, от которого надо избавиться? Будете еще закрывать заводы?

— Закрывать – нет. Наоборот, у Schneider Electric есть собственный венчурный фонд, и мы сейчас включили Россию в его программу. Поэтому мы активно ищем российские технологические стартапы, где мы могли бы стать партнером.

— Была информация, что вы заморозили строительство завода в Самаре. С чем это связано?

— Только одной линейки. Мы проанализировали спрос рынка на сухие трансформаторы и поняли, что он упал. Поэтому мы отложили ее открытие. Зато запустили другие линейки, например, по производству в Санкт-Петербурге выключателей серии MTZ, который подключен к «интернету вещей». Иногда приходится адаптироваться, это естественно.

— Несколько лет назад планы Schneider Electric по развитию в России были довольно амбициозными. Но впоследствии они неоднократно корректировались…

— Если западная компания приобретает такой крупный актив, как самарский «Электрощит», то последующая реструктуризация в целях повышения эффективности неизбежна. Слишком много устаревших технологий и бизнес-процессов.

— Возможно, вы были слишком оптимистичными, переоценив возможности российской экономики и внутреннего спроса?

— Мы не прогнозировали геополитические моменты. Никто их не прогнозировал. Мы также не думали, что цены на нефть обвалятся, из-за чего мы отложили некоторые проекты. Но я люблю Россию, здесь нескучно. Как только вы думаете, что все идет гладко и хорошо, завтра будет какой-нибудь «бац». Это факт. И сюрпризы, как позитивные, так и негативные, будут и в будущем.

— С 1-го января вступил в силу закон о безопасности критической информационной структуры. Как он скажется на вашей деятельности?

— Согласно закону, российские компании обязаны закупать некоторые технологии у российских поставщиков. Но мы позиционируем себя как российская компания, мы производим внутри страны технологии и реализуем их, в том числе здесь.

— У вас настолько здесь отлажен полный цикл, что не импортируете?

— Технологии, которые поставляются для критической инфраструктуры, мы производим здесь.

— Какой у вас прогноз по российскому подразделению?

— У нас был хороший первый квартал, так что, если вдруг нефть не обвалится, для чего я не вижу причин, мы выполним наш таргет по двузначному росту выручки в 2018 году. Прогнозом на 2019-й будем заниматься в середине года.

Россия. Франция. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 6 апреля 2018 > № 2561552 Йохан Вандерплаетсе


Саудовская Аравия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 4 апреля 2018 > № 2559312 Андрей Ляхов

Широко шагая. Как Saudi Aramco готовится стать лидером нефтепереработки

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

Зачем нефтяному гиганту из Саудовской Аравии совместное предприятие с российским «Новатэком»

В конце февраля компания «Новатэк», крупнейший частный российский производитель газа, выступила с заявлением, которое удивило многих аналитиков. В своем пресс-релизе «Новатэк» (не отличавшийся до этого дня особой активностью в области международных сделок и партнерства) сообщил о подписании соглашения с государственной компанией Саудовской Аравии Saudi Aramco о «международном сотрудничестве в области реализации проектов освоения газовых месторождений, в том числе в части обеспечения поставок сжиженного природного газа (СПГ), освоения рынков СПГ, разведки и добычи газа, а также в области исследований и разработки технологий».

Мотивы, которыми руководствуется «Новатэк», кажется, вполне очевидны: «Новатэк» хочет получить средства и доступ к технологиям производства СПГ для завершения строительства терминала по перевалке СПГ («Арктик СПГ-2»), а также для судостроительного завода, который будет выпускать СПГ-танкеры. Саудовская сторона, похоже, сможет обеспечить и то, и другое. Национальная судоходная компания Саудовской Аравии (National Shipping Company of Saudi Arabia) первой в начале 1990-х занялась производством супертанкеров и СПГ-танкеров, а ее давним партнером является американская «Халлибуртон» (Halliburton) — одна из крупнейших в мире компаний, оказывающих сервисные услуги в нефте- и газодобывающей отрасли. Сама Aramco никогда не вела работы в арктическом регионе, однако она связана с обеими указанными компаниями.

А вот мотивы, которыми руководствуется Aramco, стремясь установить партнерские отношения с «Новатэком», не совсем ясны. Чтобы понять их, надо «перевернуть медаль».

Другая сторона партнерства

Сверхпредложение нефти, по-прежнему слабый спрос на нефть со стороны США, использование в Европе нормативно-правовых механизмов для снижения потребления нефти и ряд иных факторов привели к падению мирового нефтяного рынка в 2014 году. Сейчас цены на нефть демонстрируют скромный рост, отчасти благодаря заключению соглашения ОПЕК+, способствовавшего стабилизации расценок. Тем не менее стоимость барреля остается на довольно низком уровне, что представляет угрозу финансовой стабильности таких стран-экспортеров, как Саудовская Аравия. Из-за недавнего провала второго тура переговоров между «сланцевыми ковбоями» и производителями традиционной нефти, а также ввиду ожидаемого прекращения действия ОПЕК+ в конце этого года цены на нефть вряд ли будут ощутимо расти. Похоже, что оба эти события продолжат в долговременной перспективе способствовать снижению цены и спроса на нефть.

Дефицит бюджета Саудовской Аравии в прошлом году достиг $61 млрд. Чтобы закрыть бюджетную дыру, королевству пришлось запустить программу выпуска сукук. Это разрешенный законами шариата финансовый инструмент, напоминающий облигации, — благодаря очередному выпуску сукук, номинированных в саудовских риалах, некоторое время назад ближневосточное государство привлекло еще 4,85 млрд саудовских риалов ($1,29 млрд). Чтобы уменьшить дефицит бюджета, Саудовская Аравия свернула несколько крупных программ экономического развития. К примеру, программу поддержки сельского хозяйства закрыли даже до выхода на самоокупаемость. Одновременно в королевстве сократили расходы на оборону, которые усугубляли проблему возмещения ущерба, вызванного нефтяным кризисом 2014 года.

Неопределенность перспектив мирового нефтяного сектора и сильная зависимость от нефтяных доходов диктуют необходимость диверсификации экономики Саудовской Аравии с целью освобождения от нефтяной зависимости. Аналогичные процессы наблюдаются в последние годы и в других нефтедобывающих странах. Бахрейн уделяет основное внимание превращению страны в финансовый центр, а эмират Дубаи, входящий в состав ОАЭ, старается зарекомендовать себя как торговый, банковский, туристический и медиацентр.

Диверсификация экономики

В отличие от соседних стран Саудовской Аравии не удалось добиться ощутимых результатов по освобождению своей экономики от нефтяной зависимости. Исключением можно считать разве что запущенную в 1978 году программу развития сельского хозяйства. Эта программа обеспечила стране продовольственную независимость по части зерна, пшеницы и кукурузы к 2007 году. Вот лишь один пример: в 2000 году Саудовская Аравия экспортировала 1 млн тонн пшеницы. Субсидии для сельского хозяйства составляли около 20% от нефтяных доходов, стабильность которых пошатнулась после нефтяного кризиса 2014 года. Прекращение одной лишь этой программы привело к сокращению около 500 000 рабочих мест и продемонстрировало необходимость диверсификации экономики страны с целью освобождения от нефтяной зависимости.

Выход Saudi Aramco на рынок ценных бумаг и первичное размещение акций компании (IPO) правительство страны считает одним из основных методов запуска программы диверсификации своей экономики. Наследный принц Мухаммед ибн Салман, который курирует экономическую политику Саудовской Аравии и план трансформации, оценивает компанию в $2 трлн. Нынешнее намерение заключается в продаже примерно 5% акций Saudi Aramco; таким образом IPO может принести $100 млрд. Это в четыре раза больше суммы, в которую оценивалась на момент IPO компания Alibaba. Если IPO состоится, оно может оказаться крупнейшим из всех происходивших.

Саудовской Аравии IPO принесет столь необходимые ей средства для диверсификации экономики. Доходы и право собственности на Saudi Aramco перейдут к Фонду государственных инвестиций (ФГИ), государственному фонду Саудовской Аравии, который тогда станет крупнейшим в мире государственным фондом с общей ориентировочной стоимостью активов в $2 трлн, опередив аналогичный норвежский фонд общей стоимостью в $850 млрд.

ФГИ будет способствовать экономической экспансии королевства за счет увеличения объемов иностранных инвестиций, а также инвестиций в ненефтяные отрасли, такие, как финансовые услуги, горнодобывающая промышленность, технологии и другие. Еще один важный результат: после ІРО объем и качество запасов нефти Саудовской Аравии станут объектом сверхстрогого контроля и многочисленных аудиторских проверок. А это станет четким сигналом для международного бизнеса: правительство Саудовской Аравии намерено сделать все возможное и невозможное для успешной реализации плана экономических и социальных реформ с основным акцентом на избавлении от нефтезависимости и развитии сектора услуг. Эти намерения отражены в долгосрочном плане трансформации экономики под названием «Видение-2030».

Одновременно Aramco нуждается в диверсификации собственного бизнеса. Компания явно отстает от других нефтяных компаний, которые с начала 1990-х годов инвестируют в развитие альтернативных источников энергии. В отличие от остальных нефтепроизводителей Aramco не ведет сегодня и вряд ли будет осуществлять в ближайшем будущем проекты разведки и добычи за пределами своей страны.

Зачем Saudi Aramco выход на IPO

Исторически сложилось так, что Aramco всегда стремилась охватить сетью своих перерабатывающих заводов ряд других стран с очевидной целью стать крупнейшим нефтепереработчиком в мире. На сегодня ее международные нефтеперерабатывающие активы размещены на ее основных рынках: в США, Нидерландах и Китае, где Aramco удовлетворяет 10% спроса на нефть. В 2016 году, когда IPO только планировалось, компания подписала необязательный меморандум о создании совместного предприятия для строительства НПЗ в Индонезии, являющейся еще одним крупным потребителем саудовской нефти.

Эти инвестиции показывают, что Aramco стремится усилить вертикальную интеграцию и создать подразделение по производству альтернативной энергии, чтобы надолго обеспечить себе надежное существование в качестве одного из ведущих производителей энергии. Для Aramco не осталась незамеченной всеобщая тенденция к переводу большей части энергопроизводства на газовые агрегаты. Компания значительно сократила объем сжигания газа на факеле, существенно расширила свои мощности по переработке газа и в конце 2016 года приступила к строительству газового завода «Фадхили» на севере Саудовской Аравии. Капитал, который должно принести IPO, в сочетании с недавним успешным выпуском сукук поспособствует реализации этих региональных и международных проектов.

Saudi Aramco вместе с девятью другими нефтяными компаниями поддерживает Инициативу нефтегазовой промышленности в области климата — добровольную программу нефтегазовой отрасли, нацеленную на стимулирование практических действий в области изменения климата посредством сотрудничества в области развития технологий и обмена передовым опытом.

Основными сферами сотрудничества компаний — участниц программы являются:

— увеличение доли газа в глобальной структуре энергопотребления, отказ от сжигания газа на факеле и сокращение выбросов метана;

— инвестирование в научно-исследовательские работы и инновационные разработки с целью сокращения выбросов парниковых газов, постепенного увеличения объемов улавливания и хранения углерода, а также увеличения доли возобновляемых источников энергии;

— повышение собственной энергоэффективности и энергоэффективности автодорожного транспорта.

Aramco очень осторожна в выборе способов реализации поставленных целей за пределами традиционно осваиваемых территорий. Ярким примером служат соглашения с Индонезией и «Новатэком». Ни одно из них не несет за собой юридических обязательств, и Aramco вправе выйти из соглашения, если после первоначальной оценки окажется, что проекты не соответствуют ее инвестиционным критериям и ожиданиям. К тому же Aramco уделяет большое внимание синергии между партнерами и может выйти из любого из новых совместных проектов, если почувствует дискомфорт в отношениях с ними.

Если же все сделки удастся довести до конца, то приобретенные и запланированные к приобретению перерабатывающие заводы в Азии помогут саудовцам закрепиться на азиатском рынке: по условиям заключенных соглашений новые заводы должны использовать значительную часть своих мощностей для переработки добываемой Aramco сырой нефти. Если Aramco инвестирует в расширение мощностей принадлежащего «Новатэк» СПГ-завода на Ямале, она тем самым продемонстрирует свою приверженность Инициативе нефтегазовой промышленности в области климата и действительно станет транснациональной компанией.

При этом откроется дверь для российского углеводородного сектора и будет обеспечена защита от политических рисков, создаваемых США. К тому же Aramco сможет получить доступ к технологиям эксплуатации СПГ-установок в экстремальных условиях, которые могут использоваться для повышения уровня безопасности на других газоперерабатывающих предприятиях компании.

Ожидания инвесторов

Понятно, что вопрос об IPO Aramco будет основным в повестке дня наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда ибн Салмана в контексте его визита в США. Лондонские инвесторы и британский регулятор приветствуют наличие у компаний, занимающихся освоением природных ресурсов, планов диверсификации. А вот на рынках США диверсификация имеет меньшее значение, поскольку здесь инвесторов больше волнуют внутриполитические вопросы США. И хотя подписание Aramco соглашений об участии в индонезийских и российских проектах наводит на мысль о том, что Aramco склоняется к решению о листинге в Соединенном Королевстве, ввиду нынешнего масштаба и характера диверсификации ее вряд ли можно отнести к числу истинно международных компаний, которые так любят на лондонском фондовом рынке.

С другой стороны, в результате выхода из совместного предприятия с Shell Aramco оказалась единственным собственником крупнейшего нефтеперерабатывающего завода в Соединенных Штатах, что само по себе, казалось бы, достаточно для максимального увеличения привлекательности Aramco для среднестатистического американского инвестора. Белый дом, несомненно, попытается заманить Aramco на Нью-Йоркскую фондовую биржу NYSE. Но позиция членов британского парламента в отношении этого вопроса более прагматична, чем у Конгресса США, и вероятность предъявления семьями погибших 11 сентября 2001 года астрономических по объемам требований о страховом возмещении, несомненно, возрастет, если Aramco выберет NYSE своей «родиной» для международного листинга. Впрочем, прямо сейчас это лишь общие соображения о том, что движет стремлением Aramco к выходу на Лондонскую биржу. А вопрос о том, удастся ли президенту Трампу убедить наследного принца Мухаммеда ибн Салмана отдать предпочтение Нью-Йоркской бирже, остается открытым.

Кажется неизбежным, что большая часть акций Aramco будет принадлежать американским инвесторам, даже если они будут формально размещены в Лондоне. При этом инвесторы, очевидно, не забудут о недавних антикоррупционных чистках с арестами в Эр-Рияде. Инвесторы, планирующие влить в экономику Саудовской Аравии миллиарды долларов, будут особенно настороже, учитывая недавнюю статью New York Times, в которой рассказывалось о всевозможных нарушениях прав и захватах активов задержанных бизнесменов. Это может стать основной темой обсуждений в Нью-Йорке, Техасе и Калифорнии, где саудовский принц будет говорить о повышении уровня защиты для американских инвесторов в Национальной программе трансформации — 2020 и «Видении-2030».

Вне зависимости от того, состоится ли и на какой бирже будет происходить IPO Aramco, отход в долгосрочной перспективе от использования ископаемых видов топлива и движение по защите окружающей среды приобретают все большее значение для каждой нефте- и газодобывающей компании. Структуры, подобные Saudi Aramco, вместе с правительствами нефтяных стран понимают огромное значение деловой смелости и диверсифицированных операций для долгосрочного процветания. Принцу Мухаммеду необходимо убедить не только потенциальных инвесторов, но и саудовские элиты в том, что время перемен уже наступило, и любое промедление неизбежно будет равно движению назад. Aramco во многом является образцом для подражания для других нефтяных компаний, и от того, куда и как она будет развиваться, во многом зависит развитие мирового нефтяного сектора.

Саудовская Аравия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 4 апреля 2018 > № 2559312 Андрей Ляхов


Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 4 апреля 2018 > № 2557332

Назарбаев считает строительство нового НПЗ главной задачей в нефтяной отрасли

Дмитрий ПОКИДАЕВ

Президент РК Нурсултан Назарбаев назвал строительство четвертого крупного нефтеперерабатывающего завода в республике главной задачей развития нефтяной отрасли республики.

«На первом месте стоит вопрос строительства нового НПЗ», – сказал Назарбаев, выступая на торжественном приеме по случаю 25-летия ТОО «Тенгизшевройл» в Астане 4 апреля.

Впервые о необходимости строительства четвертого крупного нефтеперерабатывающего актива президент Казахстана заговорил в начале февраля этого года, заметив, что модернизация трех существующих НПЗ позволит закрыть внутреннюю потребность страны на три-четыре года, после чего снова придется импортировать российский бензин.

В середине февраля министр энергетики Казахстана Канат Бозумбаев сообщил, что предТЭО нового НПЗ будет разработано компанией «КазМунайГаз» во втором полугодии 2018 года под его личным руководством, также во втором полугодии будут приняты решения о дислокации и мощностях будущего НПЗ.

Глава государства на торжественном приеме 4 апреля заметил, что в связи с волатильностью цен на нефть и газ, а также в связи с развитием альтернативных технологий, перед Казахстаном стоят задачи глубокой переработки, а не только торговли сырой нефтью.

«Казахстан в этом заинтересован, и Chevron имеет большой опыт в этом направлении. Уверен, что компания поддерживает это направление работы в Казахстане. Я сегодня на встрече говорил, что правительству совместно с компанией необходимо проработать вопросы строительства предприятий по переработке и доложить мне об этих планах», - сказал президент.

Помимо этого, Нурсултан Назарбаев заявил, что ожидает от корпорации участия в инвестировании проектов, связанных с возобновляемыми источниками энергии, разработке сланцевой нефти, производстве современных смазочных материалов. Одновременно отметив, что за 25 лет работы на казахстанском рынке компания заняла лидирующую позицию на нефтегазовом рынке, увеличив добычу в 30 раз.

«В прошлом году она (добыча ТШО - Къ) достигла исторического рубежа — 3 млрд баррелей нефти добыто с момента запуска производства. Более трети от общего объема добычи нефти в стране приходится на ТШО», — подчеркнул Назарбаев.

Справка:

ТОО «Тенгизшевройл» было создано по в 1993 году для разработки месторождения Тенгиз. Основной продукцией компании является сырая нефть, газ и сера. Партнерами компании являются Chevron (50%), Exxon Mobil (25%), «КазМунайГаз» (20%), LukArco (5%).

Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 4 апреля 2018 > № 2557332


Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 3 апреля 2018 > № 2555970

Минэнерго: Урегулирование спора с акционерами Карачаганака продлено до конца II квартала 2018 года

Правительство Казахстана продлило меморандум об урегулировании спора вокруг калькуляции доходов от продажи нефти с акционерами месторождения Карачаганак до конца II квартала 2018 года, сообщил министр энергетики Канат Бозумбаев, передает Интерфакс Казахстан.

"Да, (продлили меморандум – ИФ-К). На квартал. Это продолжение переговоров в позитивном русле", - сказал К. Бозумбаев агентству.

В феврале на расширенном заседании правительства с участием президента Казахстана Нурсултана Назарбаева глава государства сообщил, что правительство ведет переговоры с акционерами месторождения Карачаганак о строительстве четвертого НПЗ.

"Когда я говорил, что надо строить немедленно четвертый завод, мне доказывали, что он нам не нужен. Мы начинаем работу тогда, когда проблема нас догнала. Поэтому, я знаю, что сейчас мы все работаем над этим делом, и разговор был с карачаганакскими инвесторами, то есть принятие решение по НПЗ надо ускорять", - сказал Н.Назарбаев, выступая на расширенном заседании правительства.

В апреле 2016 года Минэнерго Казахстана сообщало, что между республикой и подрядчиком Карачаганакского проекта существуют разногласия, связанные с калькуляцией доли по разделу продукции.

Как сообщала Financial Times со ссылкой на источники, консорциум KPO предложил Казахстану заплатить около $300 млн в рамках урегулирования разногласий с правительством страны по Карачаганаку, Казахстан отверг это предложение. Разногласия по Карачаганаку основываются на измерении "индекса объективности", который, согласно СРП, подписанному в 1997 году, определяет, сколько прибыли получает консорциум и сколько - правительство Казахстана. Он создан, чтобы позволить международным нефтяным гигантам вернуть свои инвестиции, прежде чем отдать прибыль государству, уточнял FT.

"Это вопрос методологии: что должно считаться "компенсационной нефтью", что должно считаться "прибыльной нефтью". У нас разные прочтения этого вопроса", - отмечал ранее К.Бозумбаев. Он сообщал, что правительство хотело найти новый метод вычисления "индекса объективности", который бы предоставил Казахстану большую долю от будущих доходов, а также возместил доходы, потерянные в прошлом.

Ранее СМИ со ссылкой на отчет "ЛУКОЙЛа" сообщали, что Казахстан требует около $1,6 млрд от компаний, вовлеченных в соглашение о разделе продукции (СРП) по месторождению Карачаганак.

К.Бозумбаев сообщал, что Казахстан готов отказаться от арбитража в случае, если правительство сочтет, что его устраивают предложения акционеров Карачаганака об урегулировании спора.

Справка:

Карачаганакское месторождение - одно из крупнейших в мире. Запасы нефти составляют 1,2 млрд тонн, газа - 1,35 трлн кубометров. Разработку Карачаганака, согласно подписанному в 1997 году и рассчитанному на 40 лет СРП, осуществляет международный консорциум KPO в составе Shell (29,25%) (через 100% аффилированную компанию "Би Джи Карачаганак Лимитед"), Eni (29,25%), Chevron (18%), НК "ЛУКОЙЛ" (13,5%), "КазМунайГаз" (10%)

Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 3 апреля 2018 > № 2555970


Турция. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 2 апреля 2018 > № 2557442 Александр Новак

Александр Новак: «По итогам января 2018 года торговый оборот между Россией и Турцией вырос к прошлому году ещё на 60%».

Интервью Министра энергетики России Александра Новака агентству «Анадолу».

Владимир Путин примет участие в работе российско-турецкого Совета сотрудничества высшего уровня, который пройдет в ближайшие дни в Турции. Как сопредседатель российско-турецкой межправительственной комиссии, скажите, какова будет основная повестка дня этой встречи? Можно ли ожидать новых договоренностей между нашими странами?

Совет сотрудничества высшего уровня - это орган, который является важным с точки зрения принятия решений о развитии взаимодействия между двумя странами в области торгово-экономических отношений, по реализации крупных проектов. Планируется подведение итогов работы за 2017 год, будут определены основные направления на текущий год и среднесрочную перспективу. По итогам прошлого года можно отметить позитивную динамику по торгово-экономическому сотрудничеству. В частности, торговый оборот вырос на более чем 40%, и, хотя мы ещё не вышли на целевые показатели, которые обозначили лидеры наших стран, тем не менее, быстро двигаемся к этому. По итогам января 2018 года торговый оборот вырос к прошлому году ещё на 60%, это хороший показатель, потому что идёт снятие ограничений, либерализация торговли по всем направлениям, увеличивается экспорт, импорт товаров. Безусловно, важным является реализация таких крупных знаковых проектов как строительство атомной электростанции Аккую, строительство подводного газопровода по дну Чёрного моря в Турецкую республику и транзит этого газа. Мы уделяем особое внимание реализации именно этих крупных проектов.

Товарооборот между Турцией и Россией неуклонно растет с момента нормализации отношений между нашими странами. Однако все еще существуют некоторые барьеры, особенно в торговле помидорами. Расскажите, пожалуйста, что мы можем ожидать в этой области в ближайшем будущем? Снимет ли Россия все ограничения на турецкую продукцию?

У нас много сфер взаимоотношений-это и промышленность, и транспорт, и связь. Сельское хозяйство, безусловно, одно из ключевых направлений развития. По нему сняты практически все ограничения - осталось несколько позиций, которые все ещё требуют дополнительных решений. В частности, мы ожидаем принятия нашими турецкими партнёрами решения о разрешении поставок мяса говядины, птицы, баранины в Турецкую республику, два российских предприятия уже прошли соответствующую проверку, ожидаем принятия по ним решения. В свою очередь, 5 марта нами было принято решение о полной либерализации и снятии всех ограничений на поставку баклажанов, гранатов, тыквы и другой плодоовощной продукции.

Что касается объема поставок - из 50 тысяч тонн сейчас выбрано 11,5 тысяч тонн. По мере окончания проверок Россельхознадзора постепенно увеличивается количество предприятий, которые имеют право поставлять продукцию в Российскую Федерацию. Мы заинтересованы, чтобы это были очень качественные продукты, и эта работа идёт, в ближайшее время будет ещё ряд предприятий проверен.

Ожидается также, что наши президенты примут участие в церемонии закладки первого бетона для АЭС "Аккую". Также было объявлено, что некоторые турецкие партнеры проекта решили отказаться. Что вы можете сказать об этом решении и перспективах проекта в целом?

Строительство первой атомной электростанции в Турецкой республике - это знаковый проект, знаковые инвестиции. Будет возведено 4 блока по 1200 мегаватт, первый блок планируется сдать в эксплуатацию в 2023 году, к столетию со дня образования Турецкой республики. Конечно, это задает серьёзный темп строительства станции с учетом необходимости исполнения всех нормативов по безопасности, строительству и так далее.

Сейчас мы двигаемся в соответствии с графиком, мы благодарны турецким партнёрам, которые придали этому проекту статус «стратегических инвестиций», это решение было принято буквально на днях путём внесения изменений в законодательство Турецкой республики. Теперь наша компания ожидает получение разрешения на строительство, есть подтверждение, что такое разрешение будет получено, что даст возможность начать строительство и заливку первого фундамента, первого бетона для строительства станции. Надеемся, что это произойдет уже в ближайшее время. Ещё раз хочу подчеркнуть, что проект реализуется в соответствии с межправсоглашением, инвестор в лице российского Росатома имеет возможность продать до 49% акций этого проекта, то есть привлечь инвесторов, сейчас такая работа проводится. Мы заинтересованы, чтобы, в первую очередь, это были турецкие инвесторы, которые бы принимали участие в строительстве и последующем эксплуатации этой станции. Идут достаточно интенсивные переговоры с турецкими компаниями, и будем надеяться на положительный результат.

"Турецкий поток" - еще один мегапроект, который важен для отношений между Россией и Турцией. Проект продолжается полным ходом. Однако, для второй линии проекта, несколько гарантий необходимы от Европы. Есть ли какие-то подвижки в переговорах с Европой по проекту?

Это действительно очень важно для того, чтобы строилась вторая нитка сухопутного участка, и обеспечивался транзит газа в страны Юго-восточной Европы. Мы сегодня видим заинтересованность стран юго-восточной Европы в строительстве подобной инфраструктуры, рассматривается несколько маршрутов поставок газа через Италию, Грецию, а также Болгарию, Сербию, Венгрию, Австрию. Коммерческие переговоры с покупателями газа ведет Газпром, Министерство энергетики принимает в них участие. Мы также в контакте с Еврокомиссией, поэтому, думаю, что будет выбран наиболее эффективный вариант поставок газа.

С нашей точки зрения, идёт нормальный переговорный процесс, мы считаем, что необходимо действовать в рамках Европейского законодательства, в рамках тех законов и той нормативной базы, которые никоим образом не ущемляют интересы как производителей и поставщиков, так и потребителей.

Еще один важный вопрос - визовый режим для граждан Турции. Это была тема обсуждения между нашими министрами иностранных дел 2 недели назад. Когда мы увидим прогресс в отношении визового режима для турецких граждан?

Безусловно, мы поддерживаем постепенное снятие визовых ограничений в части служебных паспортов, выступаем за упрощение процедуры получения виз для предпринимателей, водителей большегрузных автомобилей, перевозящих грузы из Турции в Россию и из России в Турцию. Наши предложения были переданы турецким партнёрам, ожидаем решения.

Турция. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 2 апреля 2018 > № 2557442 Александр Новак


Россия. ЦФО > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 30 марта 2018 > № 2550913 Николай Токарев

Встреча с главой компании «Транснефть» Николаем Токаревым.

Владимир Путин встретился с председателем правления публичного акционерного общества «Транснефть» Николаем Токаревым. Обсуждались достижения холдинга за 25-летнию историю и результаты работы за прошлый год.

В.Путин: Николай Петрович, в этом году компании «Транснефть» исполняется 25 лет с момента образования, создания. За эти годы она превратилась в крупнейшую мировую компанию подобного рода.

Давайте начнём с этого. Два слова скажите о том, что из себя сегодня представляет компания, я вижу, конечно, по документам, но и Ваши комментарии были бы уместны, и, конечно, по результатам работы за прошлый год.

Н.Токарев: Владимир Владимирович, прежде всего хотел бы от 115-тысячного коллектива «Транснефти» сердечно Вас поздравить с избранием на пост Президента Российской Федерации и пожелать больших успехов в деле развития, укрепления страны. «Транснефть» всегда рядом, всегда будет поддерживать Ваши усилия в этом направлении. Можете на нас полностью рассчитывать.

В.Путин: Спасибо большое.

Н.Токарев: Если говорить о таком небольшом юбилее, то, конечно, нам есть чем гордиться. За 25 лет сделано очень много. Сегодня «Транснефть» присутствует в 64 субъектах Российской Федерации, то есть это регионы нашей деятельности, это восемь федеральных округов, это 115 тысяч сотрудников.

За прошедшее время, особенно за последние 10 лет, построено 19 тысяч километров линейной части, в том числе нового строительства, в новых проектах девять тысяч километров, и замена линейной части, то есть технический ресурс, который отработан, – это ещё 10 тысяч километров; 50 нефтеперекачивающих станций.

В.Путин: Это за прошлый год?

Н.Токарев: Это за последние 10 лет.

В.Путин: А всего где-то 500?

Н.Токарев: У нас 70 тысяч километров – линейная часть, из них примерно 20 тысяч с небольшим – это нефтепродукты, и 50 тысяч километров – это нефтяные магистрали.

В.Путин: Это станции по перекачке?

Н.Токарев: 50 – это новых.

В.Путин: А всего?

Н.Токарев: А всего – более 500 нефтеперекачивающих станций разных мощностей.

И за последние десять лет, особенно с вводом новых больших проектов, которые были реализованы в это время, создано порядка 13,5 тысячи рабочих мест, из них девять тысяч – это Восточная Сибирь, Приморье, Хабаровский край, Амурский край.

Из наиболее значимых проектов благодаря Вашей поддержке – Восточная Сибирь – Тихий океан» (первая и вторая очередь), это Балтийская трубопроводная система, это отвод на Китай Сковородино – Мохэ, Заполярье – Пурпе, Пурпе – Самотлор, Куюмба – Тайшет. И новые нефтепродуктовые магистрали – это проект «Север», который позволил до 15 миллионов тонн увеличить подачу продуктов на Приморск, и проект «Юг», первая и вторая очереди, который связал в единую нитку куст южных нефтеперерабатывающих заводов начиная от Волгограда, и сегодня проводным транспортом продукты передаются в ту сторону.

Особой отличительной, для нас такой важной вехой явилась серьёзная подвижка в деле импортозамещения. Мы начали эту работу не потому, что санкции были введены, а ещё в 2008–2009 годах были приняты все необходимые решения советом директоров, руководством компании о том, что нам надо производить продукцию, которую мы можем на своей базе, базе наших заводов, и создавать совместные предприятия, производить, локализовывать в России, всё это делать. Было выделено финансирование, выделены приоритетные 26 направлений, по которым работа велась.

Сегодня мы полностью выполнили программы по 23 продуктам из этого приоритетного списка. И на сегодня в России производится 93 процента необходимого нам оборудования, которое мы закупаем. И программа предусматривает доведение этого показателя до 97 процентов через два года, в 2020 году. И мы его реально выполним, потому что результаты НИОКРов есть, они нас обнадёживают.

Совместно с итальянскими партнёрами построены интересные предприятия в Челябинске: мы теперь сами полностью удовлетворяем потребности отрасли в наших насосах, – Вы были в Челябинске, видели.

В августе этого года будет введено в эксплуатацию новое совместное предприятие с итальянцами, которое будет производить электрические двигатели, приводы для этих насосов. Производим собственную молекулу и теперь уже начали производить продукцию на её базе противотурбулентной присадки, которая позволяет увеличить объёмы прокачки. Раньше был единственный продавец и производитель на рынке, американская компания «Бейкер Хьюз», – теперь мы делаем с нашими татарскими партнёрами здесь, в России.

И в плане энергоэффективности тоже достигнуты серьёзные результаты. Мы сумели за счёт применения новых технологий и режимов работы современного оборудования с лучшими показателями добиться экономии от 16 процентов энергопотребления, то есть это порядка семи миллиардов рублей.

Работа в этом плане продолжается, и вот по аудиту, который сделал КПМГ, удельное энергопотребление на единицу товара транспортной продукции «Транснефти» сегодня является лучшим в мире. Это выводы авторитетной аудиторской компании.

Не буду останавливаться на блоке наших социальных программ, которые реализованы…

В.Путин: Какая средняя зарплата?

Н.Токарев: Средняя зарплата – 90 тысяч рублей, в зависимости от регионов.

В.Путин: В этом году планируете увеличение зарплаты?

Н.Токарев: Мы проиндексировали на текущий год. У нас на ставку инфляции всё это сделано, и мы практически ежегодно планируем эту работу проводить. В Центральной России, конечно, она немножко пониже. Дальний Восток и Восточная Сибирь, Север – в основном, конечно, там за 100 тысяч, там уже зарплата побольше.

У нас работает программа добровольного медицинского страхования, свой серьёзный, конкурентный на рынке негосударственный пенсионный фонд, он третий после «Газпрома» и «РЖД». Так что у нас замотивированы сотрудники ещё перспективой получения корпоративной пенсии.

Из последних серьёзных социальных программ я бы отметил особое внимание к поселковым школам. Мы за четыре предстоящих года планируем отремонтировать, в том числе и капитально отремонтировать, оборудовать современной техникой, интерактивными атрибутами и кабинетами (конкретно физики, химии и математики) поселковые школы. И 240 школ у нас в программе, мы уже эту работу начали, и она идёт полным ходом.

Все остальные направления: это медицина, образование, культура, спорт, есть конфессиональные сегменты, – в общем-то, всем стараемся уделять внимание, чтобы никто на нас не обижался.

В.Путин: Хорошо.

Россия. ЦФО > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 30 марта 2018 > № 2550913 Николай Токарев


Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 30 марта 2018 > № 2550780 Даурен Карабаев

В КМГ рассказали о результатах 2017

Один из лидеров в нефтегазовой отрасли страны – компания «КазМунайГаз» готовится к очередным изменениям. Через полтора года планируется выход на IPO, а значит появление новых акционеров. Мы побеседовали с исполнительным вице-президентом – финансовым директором АО НК «КазМунайГаз» Дауреном Карабаевым о том, как проходят подготовительные этапы и с какими достижениями компания подошла к этому рубежу.

– Прокомментируйте, пожалуйста, информацию о том, что Шелл возможно войдет в капитал НК КМГ?

– «КазМунайГаз» уже многие годы сотрудничает с компанией Шелл по разным направлениям, включая крупные проекты, такие как Кашаган, Карачаганак и Каспийский Трубопроводный Консорциум, а также разведочный проект Жемчужины на шельфе Каспия. Мы обсуждаем и потенциально новые проекты и направления сотрудничества.

К тому же, КМГ готовится к IPO, и в связи с этим у компании, конечно же, появится много новых акционеров. «КазМунайГаз» будет стремиться к тому, чтобы расширить круг потенциальных инвесторов IPO. Однако говорить о том, что Шелл входит в капитал КМГ еще преждевременно. Никаких конкретных предложений или договоренностей нет.

– Кстати, об IPO: как проходит подготовка?

– Выход на IPO КМГ планируетсяв конце 2019-го – начале 2020 года. Одним из важных шагов на пути к этому стал обратный выкуп и делистинг АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз». Листинг и публичный статус на уровне головной компании КМГ будет соответствовать международной практике. К примеру, у Шеврона, Эксона, Шелла нет значительных публичных дочерних компаний. Как правило, чем больше компания, тем она более привлекательна инвесторам: ее оценка выше и соответственно стоимость капитала ниже. Кроме того, привлеченный капитал можно направлять на разные проекты по всему периметру группы, и все акционеры получат положительный эффект от таких инвестиций. Информация им предоставляется из одного центра.

КМГ уже имеет листинг на Казахстанской фондовой бирже (КФБ) и, в принципе, уже сейчас готов к выполнению требований стандартной категории глобальных депозитарных расписок (ГДР) листинга Лондонской фондовой биржи (ЛФБ). Основным требованием стандартной категории ГДР листинга ЛФБ является предоставление аудированной годовой финансовой отчетности до конца апреля следующего года. КМГ публикует отчетность уже в марте.Проспект же выпуска ценных бумаг при IPO во многом похож на проспект выпуска еврооблигаций, где у НК КМГ есть значительный опыт.

– Как считаете, насколько популярны будут акции КМГ?

- В целом, у нас есть понимание того, как мы будем взаимодействовать с международными финансовыми рынками и инвесторами в качестве публичной компании. Оно основано на опыте РД КМГ как публичной компании, а также опыте НК КМГ по работе с инвесторами в еврооблигации. Кстати, объем инвестиций в еврооблигации НК КМГ даже больше (около $8 млрд) и круг инвесторов шире, чем у РД КМГ ($2 млрд). Конечно же, требования и ожидания инвесторов в еврооблигации и ГДР различаются, однако схожих моментов очень много.

Инвесторы в долевые инструменты (акции/ГДР) нацелены как на рост стоимости акций, так и на получение дивидендов. Для того чтобы выплачивать дивиденды, компания должна генерировать положительный денежный поток (операционный денежный поток за минусом капитальных вложений). В последние годы КМГ много инвестировал в такие проекты как Кашаган, модернизация НПЗ и другие. Кроме того, негативно повлияло падение цен на нефть. Также у КМГ есть значительные обязательства в социальной сфере. «КазМунайГазу» еще предстоит провести большую работу, чтобы соответствовать ожиданиям международных финансовых рынков по дивидендному потоку.

В то же время статус публичной компании позволит получить объективную оценку КМГ международными финансовыми рынками как в момент IPO, так и в будущем. В цене и относительной оценке по сравнению со схожими компаниями в нефтегазовом секторе будут отражаться результаты работы менеджмента и совета директоров. С другой стороны, усилия менеджмента и СД будут сфокусированы на проекты, которые оказывают положительное влияние на цену акции.

В целом, мы ожидаем большой интерес к IPO Национальной компании «КазМунайГаз», так как аналогичных интересных предложений на международном рынке в ближайшее время не предвидится.

– Какие дальнейшие планы по «Разведке Добыче»?

– Финансовая часть сделки по РД КМГ завершена, делистинг ожидается в первой половине мая. НК КМГ совместно с РД КМГ изучают варианты дальнейшей работы. О конкретных планах сообщим позже. В целом уже очевидно, что НК КМГ и РД КМГ нужно работать в тесном взаимодействии и устранить дублирование функций.

– Почему по РД решили сделать именно обратный выкуп?

– У РД КМГ еще с момента IPO имелся значительныйcash на балансе. Обратный выкуп является хорошим способом разово вернуть избыточный капитал акционерам компании. Хотя стоимость публичного капитала (publicequity) и ниже, чем стоимость частного капитала (privateequity/nonpublicequity), но, тем не менее, она не равна нулю и выше, например, стоимости заемного капитала. Поэтому РД, вернув избыточный капитал, сэкономил на его стоимости в будущем (меньше дивидендов). Возврат избыточного капитала не повлияет на производственные и финансовые показатели.

Рассматривался также вариант прямого или обратного поглощения (reversetakeover) в результате которого НК КМГ сразу стало бы публичной компанией. Это могло быть очень красивой сделкой, однако от него отказались ввиду сложности практического исполнения в казахстанских реалиях. Необходимо было бы второпях делать оценку НК КМГ, получать согласие кредиторов, а прохождение процедуры листинга НК КМГ на ЛФБ было бы ничуть не легче, чем при классическом IPO. Было решено двигаться небольшими шагами, но которые давали бы реальный ощутимый результат. Такой подход (agile, scrum) сейчас активно используется в проектном управлении.

– Давайте подытожим в целом результаты деятельности КМГ за 2017 год.

– Чистая прибыль по итогам периода составила 520 млрд тенге. При этом объем добычи нефти и газового конденсата составляет 23 362 тыс.тонн. Показатели транспортировки и переработки за прошедший год сложились на уровне 65 489 тыс.тонн и 12 173 тыс.тонн соответственно. В целом выручка, то есть оборот компании, составил 2 459 млрд тенге, а EBITDA (операционная прибыль до вычета расходов по выплате процентов, налогов, начисленного износа и амортизации) за 2017 год – 1 268 млрд тенге. Размер активов равен 13 389 млрд тенге, размер собственного капитала компании – 6 622 млрд тенге.

Кроме того, компания выделила около 1 млрд тенге на благотворительность и спонсорство, а также 5,5 млрд тенге на строительство Дворцаединоборств.

– Почему операционная прибыль вышла отрицательной?

– КМГ генерирует положительную операционную прибыль и EBITDA. Однако требования МСФО диктуют, чтобы все операции с «KMGInternational» (например, реализация нефти через KMGI) отражались отдельной строкой как прибыль от прекращенной деятельности в связи с тем, что «KMGInternational» находится в процессе продажи. Поэтому операционную прибыль нужно рассматривать вкупе с прибылью от прекращенной деятельности. После завершения продажи KMGI операционная прибыль нормализуется.

– Какова ситуация с долгами на сегодняшний день?

– У КМГ достаточно ресурсов, чтобы обслуживать и погасить долги. Это подтверждается тем, что чистые активы КМГ (т.е. общие активы минус долги) составляют около 6,6 трлн тенге или $20 млрд.

В прошлом КМГ привлекал значительные заемные средства на финансирование инвестиционных проектов в дополнение к реинвестированию операционной прибыли. В связи с завершением крупных инвестиционных проектов КМГ не планирует дальше наращивать чистый долг.

Однако необходимо привести график платежей и выплат по долгам в соответствие с изменившимся прогнозом ожидаемых поступлений по инвестиционным проектам, в частности Кашаган, ТШО, модернизированных НПЗ. Основная причина, по которым изменились ожидания по дивидендам от вышеуказанных инвестиционных проектов, это, конечно же, снижение мировой цены на нефть. Соответственно, КМГ требуется больше времени, чтобы заработать и накопить средства для погашения долгов.В этой связи КМГ планирует замещать краткосрочные долги долгосрочными инструментами для того, чтобы равномерно распределить нагрузку по годам.В целом компания с оптимизмом смотрит в будущее и видит реальные перспективы построения эффективной вертикально-интегрированной нефтегазовой компании. Многое уже сделало, но предстоит сделать еще больше.И эта деятельность не остановится после выхода на IPO, а скорее даже усилится.

Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 30 марта 2018 > № 2550780 Даурен Карабаев


Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > kremlin.ru, 29 марта 2018 > № 2550919 Александр Новак

Встреча с Министром энергетики Александром Новаком.

Александр Новак информировал Президента об итогах работы Министерства энергетики за 2017 год.

В.Путин: Поговорим об итогах работы Министерства.

А.Новак: Если позволите, доложу по итогам работы в 2017 году, Владимир Владимирович.

В первую очередь я хотел бы сказать, что все отрасли топливно-энергетического комплекса в прошлом году отработали стабильно и достигли даже лучших показателей, чем в предыдущие годы; и технико-экономические производственные показатели, и качественные показатели, в первую очередь по энергобезопасности нашего внутреннего рынка, [обеспеченности] энергоресурсами – такими как электроэнергия, газ, нефтепродукты, нефть на переработку. Несмотря на сложные внешние вызовы, незаконные санкции, сложности с финансированием, мы видели, что у нас и в 2017 году был рост инвестиций. Общий объём инвестиций составил 3,5 триллиона рублей во все отрасли топливно-энергетического комплекса, что почти на 10 процентов больше, чем в предыдущие годы.

В.Путин: В год, да?

А.Новак: Да, в год. И отрасли топливно-энергетического комплекса уверенно держат лидирующее положение на мировых рынках. Российская Федерация является страной номер один в мире по добыче нефти, по экспорту газа. Второе место занимаем мы по добыче газа в мире и третье место по экспорту угля. То есть действительно очень важную роль играем с точки зрения поставок энергоресурсов и обеспечения энергобезопасности, баланса спроса и предложения на всех рынках.

Что касается производственных показателей, я отметил бы в первую очередь очень высокий объём добычи газа в прошлом году – 691 миллиард кубических метров газа был добыт. И это действительно рекордный показатель, самый лучший за последние 17 лет. Почти 50 миллиардов кубических метров газа было добавлено в объёмы добычи. И рекордные показатели по экспорту – 224 миллиарда кубов было экспортировано по различным направлениям, в том числе это СПГ, и трубопроводный транспорт в Европу, новые маршруты, которые сегодня строятся.

Если брать нефтяную отрасль, объёмы добычи нефти составили 546,8 миллиона тонн. Это всего на 0,1 процента меньше, чем в 2016 году. В первую очередь это связано, конечно же, с исполнением соглашения между странами ОПЕК и не ОПЕК в целях балансировки рынка и стабилизации положения на мировых рынках.

Тем не менее я хотел бы отметить, Владимир Владимирович, что это решение, которое было и Вами поддержано, действительно сыграло позитивную роль не только в балансировке рынка, но и в дополнительных поступлениях валютной выручки в Российскую Федерацию.

По итогам 2017 года в результате более высоких цен, чем в 2016 году, а они были выше почти на 11 долларов и составили в среднем 54,7 доллара за баррель нефти, бюджет Российской Федерации получил дополнительно порядка 1 триллиона 200 миллиардов рублей, компании получили около 500 миллиардов рублей. Общая экспортная выручка была выше примерно на 31 миллиард долларов именно по нефти и по газу в результате более высоких цен. Это позитивно повлияло в том числе и на инвестиционные программы, на стабилизацию положения наших компаний и бюджетную составляющую.

Если говорить об угольной отрасли, общий объём добычи составил 409 миллионов тонн. Это тоже рекордный уровень в Российской Федерации за все годы. Мы на такие показатели планировали выйти к 2020 году в соответствии со стратегией. Здесь, конечно же, важно, что мы не только удовлетворяем внутренние потребности и обеспечиваем внутреннее потребление, но и обеспечиваем более высокий уровень поставок на экспорт. Хотя в целом в мире потребление угля не растёт, и сегодня достаточно низкие темпы роста потребления, российский уголь является конкурентоспособным. Те новые маршруты, которые сегодня открылись, особенно Азиатско-Тихоокеанский регион, позволяют нам конкурировать и поставлять в Южную Корею; в Японию увеличились объёмы; в Китайскую Народную Республику наконец-то мы согласовали, там были проблемы, связанные с технологическими проверками Китайской Народной Республикой качества нашего угля, тем не менее эти вопросы были решены и уголь идёт в этом направлении.

Я хотел бы сказать, что в прошлом году в результате тех инвестиций, о которых я сказал, было введено в эксплуатацию 55 месторождений в нефтяной отрасли. Ключевые из них – такие, как Эргинский кластер в Ханты-Мансийском автономном округе с запасами 258 миллионов тонн, это новое месторождение в Красноярском крае Лодочное группы Ванкорских месторождений, это Тазовское месторождение в Ямало-Ненецком автономном округе. Это, действительно, говорит о том, что отрасль продолжает инвестировать и развиваться.

В газовой отрасли Вами была запущена в эксплуатацию первая очередь завода «Ямал-СПГ». Это вообще новая веха в развитии газовой отрасли России. В консорциуме с китайскими партнёрами, с французскими партнёрами первая очередь общей мощностью 5,5 миллиона тонн – это начало в целом развития кластера в Ямало-Ненецком автономном округе на Гыданском полуострове.

В соответствии с Вашим поручением мы сейчас разрабатываем программу развития производства сжиженного природного газа, которая позволит нам в этом районе реализовать задачу по выходу на объёмы добычи и сжижения газа до 100 миллиардов кубических метров газа. И сегодня, если Россия занимает порядка 5 процентов на мировых рынках СПГ, мы планируем выйти на уровень от 15 до 20 процентов. Это действительно самая развивающаяся ниша, которая будет в перспективе как экологически чистое топливо. Более высокими темпами будет расти спрос на это топливо.

Я бы хотел также сказать, что и в электроэнергетике у нас было введено 3,9 гигаватта мощностей в прошлом году, Якутская ГРЭС-2 была запущена.

Мы продолжили программу по строительству и вложению инвестиций в возобновляемые источники энергии. Если за три предыдущих года до 2017 года было введено всего 130 мегаватт мощностей возобновляемых источников энергии, то только в 2017 году уже было 135 мегаватт. Важно, что появилась уже первая ветровая станция в Ульяновской области. Она была введена в эксплуатацию в декабре прошлого года, мощностью 35 мегаватт. Это тоже начало большой программы по строительству ветровых станций. В эту отрасль пришли такие крупные инвесторы, как «Росатом», «Фортум», «Энел», то есть иностранные инвесторы, заинтересованные. Самое главное, что программа строительства возобновляемых источников энергии в первую очередь направлена на создание компетенций в Российской Федерации по производству соответствующего оборудования.

Вместе с Министерством промышленности и торговли мы определили, Правительство определило, процент локализации, и мы должны выйти на уровень локализации не менее 65 процентов. Сегодня уже в Новочебоксарске открыт совершенно новый завод, российский, по производству солнечных панелей по нашим российским технологиям, которые были изобретены нашими академиками Российской академии наук. Эти технологии входят в тройку мировых технологий по коэффициенту полезного действия и в целом по эффективности (гетероструктурные технологии возобновляемых источников энергии). Первая станция на Алтае уже была введена со 100-процентной локализацией из наших составляющих, наших российских компонентов.

Владимир Владимирович, я также хотел бы сказать, что успешно в прошлом году реализовывалась программа по развитию транспортной инфраструктуры в Российской Федерации в области топливно-энергетического комплекса. Было введено 2 тысячи километров газопроводов, 1225 километров магистральных нефтепроводов, и такие ключевые из них, как Бованенково – Ухта общей протяжённостью 1260 километров.

Продолжилась реализация наших крупных инфраструктурных проектов «Сила Сибири», «Турецкий поток». Это наши два ключевых проекта, которые направлены на диверсификацию поставок наших энергоносителей. В том числе и в будущем это «Северный поток – 2», который будет реализован в консорциуме с европейскими компаниями.

Если говорить о нефтяной отрасли, важный момент был – это ввод двух нефтепроводов, Куюмба – Тайшет и Заполярье – Пурпе, который соединил месторождения севера Красноярского края и Ямало-Ненецкого автономного округа с нашей общей нефтетранспортной системой. Это позволило нам также обеспечить соединение этих месторождений и поставку этих энергоресурсов как в западном направлении, так и в восточном направлении. Было закончено расширение нефтепровода Сковородино – Мохэ, который реализуется в соответствии с соглашением с нашими китайскими партнёрами. И общая мощность этого нефтепровода составила уже 30 миллионов тонн нефти в год.

Конечно, я должен сказать и не только о производственных показателях. На мой взгляд, важной составляющей развития топливно-энергетического комплекса является, безусловно, улучшение качественных показателей работы, повышение эффективности работы. Здесь, если коротко сказать по отраслям, я хотел бы отметить, что продолжилась газификация и развитие инфраструктуры в газовой отрасли. Мы вышли на показатель уже 68,3 процента.

В нефтяной отрасли продолжилась модернизация нефтеперерабатывающих заводов, было введено восемь установок, и общая глубина переработки повысилась уже до 81,3 процента.

В.Путин: Там по некоторым компаниям есть ещё над чем работать. Нужно на это обратить внимание.

А.Новак: Да, Владимир Владимирович, на самом деле у нас не очень простая ситуация с нефтепереработкой с точки зрения того, что вот это значительное падение цен в рамках налогового манёвра, который был принят в 2014 году, сегодня, действительно, снизило стимулы для привлечения инвестиций.

Если раньше в год инвестиции составляли примерно 250 миллиардов, именно в нефтепереработку, то сегодня этот уровень снизился до 150 миллиардов. Мы сейчас разрабатываем меры поддержки по Вашему поручению по обращениям компаний, которые позволят стимулировать нефтепереработку.

Ещё осталось модернизировать 49 установок. Уже суммарно 78 модернизировано, и мы вышли на хорошие показатели. 2017 год стал первым годом, когда мы полностью обеспечили внутренний рынок нефтепродуктами (бензин и дизтопливо) пятого класса в полном объёме.

Сегодня весь внутренний рынок обеспечивается самым высокоэкологичным классом нефтепродуктов как для потребителей и населения, так и для промышленных потребителей.

Я хотел бы сказать, очень важно, что в электроэнергетике продолжается системная работа, направленная на повышение эффективности отрасли, консолидируется большое количество территориальных сетевых организаций.

С точки зрения повышения эффективности мы видим сокращение потерь примерно на 2 процента, за последние пять лет мы вышли на уровень 10 процентов. Мы продолжаем работать над тем, чтобы снижать показатели аварийности в рамках прохождения осенне-зимнего периода. И здесь тоже хорошие показатели: в генерации мы снизили [аварийность] только по прошлому году (в 2017 году) на 3,5 процента, а в сетевом комплексе – почти на 5,3 процента. И это тоже важно.

Очень важный показатель, на мой взгляд, – это подключение к инфраструктуре. Это относится в первую очередь к населению, к малому и среднему бизнесу, особенно подключение, касающееся потребителей до 15 киловатт и до 150 киловатт. Большая работа была проведена в течение нескольких лет. И на сегодняшний день Россия занимает 10-е место в мире по упрощённой процедуре подключения к электроэнергетической инфраструктуре.

В.Путин: Вот мы говорили о поставщиках и о денежных потоках, которые там фигурируют. Говорили о необходимости принятия соответствующих решений, которые бы упорядочили этот процесс.

А.Новак: Владимир Владимирович, Ваше поручение, касающееся более прозрачного прохождения денежных потоков, тоже исполнено. В 2015 году был принят специальный федеральный закон (307-й федеральный закон), который ужесточил требования к сбытовым компаниям, установил требования обеспечения гарантий для потребителей, которые потребляют энергоресурсы. По Вашему поручению уже введено в эксплуатацию 200 расчётно-кассовых центров и обеспечивается банковское сопровождение.

В.Путин: Как на практике это функционирует – работает это?

А.Новак: Конечно, Владимир Владимирович. Основные показатели, которыми мы можем оперировать, – это уровень собираемости платежей. На сегодняшний день мы вышли на показатель 99,2 процента. То есть взаиморасчёты идут, и средства контролируются, при этом обеспечивается контроль не только через РКЦ и через работу гарантирующих поставщиков с «Советом рынка», все финансовые показатели отслеживаются, происходит полный мониторинг.

Кроме этого по Вашему поручению уже принят закон в конце прошлого года о лицензировании энергосбытовой деятельности. Сейчас разрабатывается нормативная база, и в течение этого года будет проведена соответствующая работа по лицензированию энергосбытовых компаний. То есть все компании пройдут через эту процедуру.

В.Путин: И мы говорили о новых технологиях в электроэнергетике.

А.Новак: Владимир Владимирович, в Вашем Послании прозвучали, безусловно, важные посылы, касающиеся внедрения современных технологий в электроэнергетике и в других отраслях топливно-энергетического комплекса. Мы этой работой занимаемся и поставили задачу реализовать в наших отраслях самые современные технологии. Для этого у нас есть такие инструменты, как совет по модернизации. В рамках национальной технологической инициативы приняты 20 национальных проектов, я сейчас о них скажу, во всех отраслях, это ключевые проекты. Внедряются цифровые технологии, технологии искусственного интеллекта. И сегодня мы подготовили такую программу вместе с нашими компаниями, с тем чтобы систематизировать эту работу, потому что каждая компания пытается заниматься самостоятельно этой работой.

Но мы уже, тем не менее, не в начале пути, хочу сказать, что цифровые технологии внедряются при разработке месторождений. Компания «Газпромнефть», например, в Ханты-Мансийском автономном округе уже реализовала такую технологию, уже полностью оцифровано месторождение, так называемое «умное месторождение», в рамках которого искусственный интеллект тоже принимает решения о наиболее качественном извлечении нефти, разработке месторождения, повышении коэффициента извлечения. Оцифровываются нефтеперерабатывающие заводы, на сегодняшний день мы это видим, внедряются современные цифровые технологии в нефтегазохимии, компания «СИБУР» недавно представляла.

Это важно, конечно, и в электроэнергетике, это речь идёт о Smart Grid, об умных сетях, о цифровых подстанциях. Первая цифровая подстанция уже была введена в эксплуатацию в Красноярском крае, в городе Красноярске. И она позволила снизить затраты примерно на 30 процентов по отношению к обычным подстанциям. Это, конечно, будущее, это те технологии, которые будут сегодня внедряться активно, нужно помогать компаниям создавать единую платформу, стандарты, необходимую нормативную базу. И мы этим на сегодняшний день занимаемся с нашими компаниями.

Кроме этого у нас реализуется большая программа по импортозамещению и внедряются самые современные технологии в рамках этого. В частности, например, реализована программа по разработке технологий, разработке Баженовской свиты. Это залежи, которые есть в Западной Сибири. Общие залежи по запасам составляют около 2,5 миллиарда тонн, и это очень большая цифра. Если сравнить, в Западной Сибири за период с 50-х годов всего было добыто 12 миллиардов тонн, то есть мы можем получить второе рождение Западной Сибири. И для этого сейчас уже компания «Газпромнефть» совместно с нашими промышленными предприятиями, с научными организациями, при содействии Министерства энергетики, Министерства промышленности разработало такую технологию. В этом году, в 2018 году, будет запущен соответствующий полигон вместе с другими компаниями, которые будут участвовать в реализации этого проекта.

Внедряются роторные управляемые системы – это современные системы для бурения скважин вместе с телеметрическими данными. И здесь тоже наши технологии.

Сейчас одно из важных направлений – это так называемые флоты гидроразрыва пласта, которые всё более и более активно используются сегодня при разработке нефтяных и газовых месторождений. В России на сегодняшний день, к сожалению, нет таких технологий, и создана только опытная промышленная установка, флот. На сегодняшний день мы занимаемся вместе с компаниями и нашими предприятиями, с тем чтобы создать ещё две, которые будут эксплуатироваться в качестве экспериментальных. Наша задача – к 2020 году заменить до 80 процентов импортных технологий. Это вполне возможно, и уже есть такие разработки, сейчас мы их будем внедрять.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > kremlin.ru, 29 марта 2018 > № 2550919 Александр Новак


Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 29 марта 2018 > № 2550770

Прогнозные ресурсы метана в Карагандинском угольном бассейне составляют 14 млрд кубометров метана

Жанболат МАМЫШЕВ

Прогнозные ресурсы метана в Карагандинском угольном бассейне составляют 14 млрд кубических метров, сообщил председатель комитета геологии и недропользования Министерства по инвестициям и развитию РК Акбатыр Надырбаев.

«В результате геологического изучения метаноносности Карагандинского угольного бассейна было рекомендовано проведение поисковых работ на 7 перспективных участках на метан угольных пластов. Подсчитаны прогнозные ресурсы метана в количестве 14 млрд кубометров», - сказал Акбатыр Надырбаев на пресс-конференции 29 марта.

Также в результате поисковых и поисково-оценочных работ выявлены новые рудные объекты и получены прогнозные ресурсы золота – 1,5 тыс. тонн, меди – 28,2 млн тонн, полиметаллов – 22,6 млн тонн.

В 2017 году АО «Казгеология» велись работы на 14 участках. Выполнены геологоразведочные работы на 2 млрд тенге, в том числе на 10 участках работы велись в рамках государственного заказа – освоено более 1 млрд тенге.

Акбатыр Надырбаев сообщил, что в 2017 году были закрыты 32 аварийные скважины на месторождении Каратобе в Актюбинской области.

Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 29 марта 2018 > № 2550770


США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580769 Анатолий Вассерман

КОПЫТА

Тревожась за европейцев, США хотят спасти ЕС от российской агрессии «Северного потока-2»

Копыта - роговые образования на концах пальцев у некоторых млекопитающих (главным образом копытных); представляют собой видоизменённые когти. Широкие плоские копыта свойственны животным, передвигающимся преимущественно по относительно мягкому грунту (например, северным оленям); узкие, очень твёрдые по краю копыта связаны с плотным, скальным грунтом (например, у козлов).

Большая советская энциклопедия (1969-1978).

21 марта официальный представитель Госдепартамента США Хезер Науэрт заявила: «Мы как правительство США выступаем против «Северного потока-2», — приводит ее слова РИА «Новости». Науэрт заявила, что проект «подорвет в целом энергетическую безопасность и стабильность Европы» и «предоставит России еще одно средство для оказания давления на европейские страны, особенно на такие, как Украина». Представитель дипломатического ведомства также пригрозила России санкциями против компаний, работающих над строительством газопровода.

На прошлой неделе группа сенаторов от Республиканской и Демократической партий обратилась к американскому президенту Дональду Трампу с требованием заблокировать проект трубопровода «Северный поток-2». По мнению сенаторов, в случае реализации проекта «американские союзники и партнеры в Европе окажутся под еще большим злонамеренным влиянием со стороны России». Послание адресовано министру финансов Стивену Мнучину и заместителю госсекретаря Джону Салливану.

Ранее спецпредставитель Госдепартамента на Украине Курт Волкер называл проект «Северный поток-2» полностью политическим проектом.

Экспертные оценки

Анатолий Вассерман

Заявление Хизер Науэрт о противодействии «Северному потоку-2» — неприятное. Для начала мне хотелось бы понять, каким способом Соединённые Государства Америки могут заблокировать строительство газопровода?. Насколько я могу судить, Российская Федерация в целом и компания «Газпром» в частности располагают практически всей необходимой для строительства техникой и всеми необходимыми технологическими навыками. Так что это уже само по себе несколько затрудняет решение поставленной задачи, ибо, грубо говоря, не за что ухватиться, чтобы остановить.

Что касается хозяйственной, экономической стороны дела, то Западная Европа настолько остро нуждается в природном газе, что для неё остановка «Северного потока-2» — дело убийственное. Кстати, надо сказать, что тут в немалой степени приложили копыта разнообразные зелёные партии. Дело в том, что эти партии активно добиваются применения так называемой альтернативной энергетики, то есть всевозможных ветряков, солнечных батарей и так далее. Я уж не говорю о том, что при современных технологиях все эти альтернативные варианты за весь срок своей службы вырабатывают меньше электроэнергии, чем уходит на их создание, я не говорю о побочных эффектах, например, вроде агрессивной химии, выделяемой в окружающую среду при производстве солнечных батарей и тех хитрых пластмасс, которые используются в самых современных ветряках. Дело ещё и в том, что «зелёная энергия» крайне нестабильна. Она вырабатывается в соответствии с порывами ветра, движением облаков, поэтому по мере того, как мы включаем в энергосистему ветряки и солнечные батареи, приходится одновременно включать в те же энергосистемы больше компенсирующих мощностей. Чем больше «зелёной энергии» в энергобалансе, скажем, Германии, тем больше она потребляет природного газа. И, естественно, брать этот газ надо подешевле и по маршруту наиболее безопасному. Поэтому совершенно неизбежно и необходимо повышение потребления российского природного газа в той же Германии.

Понятно, что большая часть политиков Европы похожи на людей только внешне. И какие-нибудь особо фанатичные деятели могли бы всеми разумными доводами пренебречь. Смогли же террористы, захватившие Украину в феврале 2014 года, уничтожить практически всё её хозяйство — лишь бы от этого стало хуже русским (прежде всего, естественно, русскому большинству граждан самой Украины). Но товарищ Ульянов отмечал: «Политика — концентрированное выражение экономики». Экономика Европейского Союза сопоставима с экономикой Соединённых Государств Америки, а на некоторых направлениях даже превосходит их. В частности, из Европейского Союза выведена за пределы этого региона в места со сравнительно дешёвой рабочей силой заметно меньшая доля хозяйства, чем в Соединённых Государствах. Европейский Союз в большей степени заинтересован в сохранении и развитии своего собственного производства, и, соответственно, там силы, поддающейся экономическому шантажу, намного меньше, чем, скажем, на Украине, где уже давным-давно научились воровать с убытков. В одной из миниатюр Жванецкого упоминается фраза концертного администратора Одесской филармонии: «Чего вы воруете с убытков, вы воруйте с прибылей!» Так вот, на Украине, к сожалению, уже в незапамятные времена научились воровать именно с убытков, и именно поэтому там так легко согласились на экономическое самоубийство. А в Европейском Союзе, насколько я могу судить, таких людей пока всё-таки существенно меньше. На них, соответственно, существенно сложнее давить, добиваясь от них самоубийства.

Я уж не говорю о нынешней погоде. Как известно, в рамках «глобального потепления» нынешняя зима стала самой холодной за несколько десятилетий. И по этому поводу есть очень серьёзные сомнения, что даже отопление домов успешно получится без российского газа. Напомню, кстати, что и сами Соединённые Государства оказались вынуждены перекупить первую партию природного газа, вывезенную в сжиженном виде с нового месторождения на Ямале, чтобы не замёрзнуть в одночасье из-за небывалых холодов.

С учётом всего этого я совершенно уверен, что американцы будут очень долго и жёстко давить на Европейский Союз, но я совершенно не уверен, что там найдутся в товарных количествах люди, способные совершить самоубийственную уступку.

Главное в том, что ущерб в любом случае понесёт не Российская Федерация. Известно, что стремительно растёт потребление природного газа в Юго-Восточной Азии. Причём растёт уже не только в связи с экономическим ростом и ростом производства — это производство пока ориентировано в основном на экспорт в те же Соединённые Государства Америки и Европейский Союз, а потому принципиально неустойчиво. Этот экспорт может упасть, как только ослабнет коллективный Запад. Но сейчас экономический рост в этом бастионе дошёл уже до уровня, когда тамошний народ нуждается в элементарном комфорте. В Китайской Народной Республике переход на газ вызван в значительной степени тем, что в стране — совершенно катастрофический смог от местного каменного угля. Грубо говоря, люди хотят просто дышать. Одного китайского рынка вполне достаточно, чтобы заместить уже в самом ближайшем будущем даже полное прекращение поставок газа в Европу.

Полностью исключать такое прекращение нельзя. Политическая ситуация может довести и до такого. Как сказал когда-то Иосиф Виссарионович Джугашвили, «если это не исключено, то это возможно». Возможно, например, что нынешняя массированная миграция в Европейский Союз обернётся там межэтнической войной, которая убьёт большую часть экономики. Не исключаю ещё какие-то форс-мажорные и форс-минорные обстоятельства — только говорю, что даже такие катастрофы нам не повредят. И кроме того, раз уж я начал говорить о восточном рынке, замечу, что есть ещё рынок Индии, который тоже требует всё больше природного газа.

В своём письме Трампу сенаторы написали: «Мы настаиваем на том, чтобы администрация Трампа использовала все имеющиеся в её распоряжении средства для предотвращения строительства этого трубопровода». А какие это средства? Политические убийства, что ли? Или вызов на ковёр Меркель и других европейских лидеров, выкручивание им рук, пытки в секретных тюрьмах? Что именно имеется в виду за туманной фразой сенаторов?

А этого, по-моему, не знают даже сами сенаторы. Они действуют по формуле: не знаешь, что делать — делай что-нибудь. Но эта формула очень часто оборачивается против тех, кто надеется сделать что-нибудь, ибо в таком случае чаще всего делается что-нибудь, мягко говоря, ошибочное. И вообще американские пляски вокруг «Северного потока-2» чем дальше, тем больше напоминают старинный анекдот о рационе слона в зоопарке — съесть-то он съест, да кто же ему даст?

Что касается персоналий. Ангела Доротея Хорстовна Каснер, известная нам по фамилии первого мужа Меркель (потому что по-немецки это означает что-то вроде «яркий» — очень удобная фамилия для политика) известна помимо прочего ещё и тем, что её служебный телефон американцы прослушивали несколько лет. И когда это стало известно, она тут же отказалась от всех своих предыдущих возражений против различных аспектов американской политики. То есть она, несомненно, жертва американского шантажа. Соответственно, ей можно манипулировать довольно активно. Но сейчас она действует в составе коалиции с социал-демократами, настроенными значительно менее проамерикански. Уже и в предыдущем её правительстве было немало возражений против тех или иных проамериканских шагов, а в нынешнем правительстве условия коалиционного соглашения значительно жёстче, чем в предыдущем, и у Меркель, соответственно, ещё меньше возможностей действовать согласно американской диктовке. Поэтому она, даже если американцы прямо потребуют от неё удушить Германию экономически, вряд ли сможет это сделать.

Что касается главы нашего государства, то я знаю, что одно из правил, преподаваемых в любой разведывательной школе мира — поддаваться на шантаж нельзя ни при каких обстоятельствах. Потому что если поддашься, будут давить дальше, пока не выжмут из тебя всё. Соответственно, от него я тоже не ожидаю каких-либо действий, способных ослабить нашу страну. В частности, никоим образом не ожидаю возможности отказа России от «Северного потока-2» по «доброй воле». Ну, а если всё-таки наших европейских партнёров заставят отказаться от трубопровода, то, как я уже говорил, в отличие от жителей Западноевропейского полуострова, у нас альтернатива есть.

США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580769 Анатолий Вассерман


Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 28 марта 2018 > № 2553172 Михаил Крутихин

Никто в западной Европе не отказался от российского газа

Михаил Крутихин, Обозреватель, Украина

Давайте станем на позицию Германии, германских фирм, потребителей газа и тех фирм, которые отвечают за его транспортировку в Европу. Им этот проект чрезвычайно выгоден. Во-первых, они не вкладывают в него ни копейки, поскольку все расходы на себя берет российская сторона.

Во-вторых, действительно этот путь короче, без всякого транзита, без Польши, Украины, Белоруссии и других стран. Российский газ европейские страны будут получать напрямую.

В-третьих, Газпром обещает новые формы контрактов и очень гибкие и выгодные условия поставки газа. Поэтому немцы тут совершенно не проигрывают, а только выигрывают. Проигрывает российская сторона в коммерческом плане, поскольку на строительство газопровода от Ямала до Балтийского моря уже потрачено где-то 25 — 30 миллиардов долларов. Общая стоимость всего проекта, как оценивали несколько лет назад, составляет 44 миллиарда долларов. И все эти расходы берет на себя российская сторона. Конечно, немцам это выгодно.

Что будет, когда газопровод построят? Деньги в России спишут как потраченные инвестиции на строительство газопровода, и будут оперировать только операционными издержками. То есть себестоимость газа будет относительно низкой.

Для Украины это плохо. Объем транзита через украинскую газотранспортную сеть резко сократится. Останется прокачка в южном направлении, например, в Италию. Хотя не исключаю, что и там будут постепенно отказываться от российского газа не только по логистическим и коммерческим причинам, но даже и по политическим. Россия, как поставщик, выглядит не самым лучшим образом, и нет никаких надежд на стабильность поставок.

Есть заинтересованные стороны — Австрия, Германия. Те страны, которые выступают против «Северного потока — 2», сейчас не имеют никаких весомых аргументов, никаких законодательных норм в Европе, которые бы запретили этот проект. Нет никаких санкций со стороны США. У них в основном политические аргументы, некоторые деятели призывают Европу не обижать Украину и не лишать ее транзита.

Второе — это эмоции, а Газпром считается политическим инструментом Кремля. Против коммерческих соображений Германии, это как-то не тянет.

Бизнес есть бизнес. Давайте вспомним 1968 год, когда Советский Союз и страны Варшавского договора организовали вторжение в Чехословакию. Это происходило практически одновременно с началом поставок газа в Германию. И никто тогда ни в Германии, ни и западной Европе не отказался от российского газа в знак протеста против вопиющей агрессии.

Бизнес есть бизнес, а политика есть политика.

Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 28 марта 2018 > № 2553172 Михаил Крутихин


Россия. Германия. СЗФО > Нефть, газ, уголь > akm.ru, 27 марта 2018 > № 2547448

Компания Nord Stream 2 получила все разрешения от Германии на строительство "Северного потока-2". Об этом говорится в сообщении компании.

"Мы рады, что все необходимые разрешения для германского участка общей протяженностью 85 км получены", – говорит Йенс Ланге, менеджер по получению разрешений в Германии, Nord Stream 2 AG.

Эти разрешения – результат интенсивной работы, начатой в апреле 2017 и проведенной в соответствии с национальным законодательством. Процесс получения разрешений показал, что газопровод "Северный поток - 2" необходим для удовлетворения дефицита импорта газа в ЕС в будущем и повысит безопасность энергопоставок, подчёркивается в сообщении.

Процедуры получения разрешений в других четырёх странах вдоль маршрута газопровода – России, Финляндии, Швеции и Дании, идут по графику. Nord Stream 2 ожидает получить оставшиеся разрешения в ближайшие месяцы до начала строительства в 2018 году.

"Северный поток - 2" - проект строительства газопровода мощностью 55 млрд куб. м газа в год из России в Германию через Балтийское море. Предполагается, что газопровод будет введён в эксплуатацию до конца 2019 года.

Россия. Германия. СЗФО > Нефть, газ, уголь > akm.ru, 27 марта 2018 > № 2547448


Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт > mirnov.ru, 26 марта 2018 > № 2543255 Валентина Матвиенко

РОССИЮ ЖДЕТ ЕЩЕ ОДИН КРИЗИС - ТОПЛИВНЫЙ?

Вступил в силу федеральный закон о поверке бензовозов. Но как его исполнять, законодатели не подумали...

История на самом деле очень древняя. Эту своеобразную бомбу замедленного действия заложил еще первый президент России Борис Ельцин в далеком 1994 году, когда страна присоединилась к Европейскому соглашению о перевозке опасных грузов.

Спустя 17 лет вышло постановление правительства РФ, которое установило правила перевозки опасных грузов в соответствии с европейскими, в 2014-м вышел соответствующий приказ Минтранса.

Наконец, в ноябре 2017 года МВД выпустило приказ о том, что пора уже, собственно, проверять перевозчиков. И тут рвануло.

Даже спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, которая видела всякое, и та удивилась. «Строго следить за перевозкой опасных грузов, безусловно, надо. Но иногда складывается впечатление, что кто-то сидит и выдумывает, как бы помешать работе малого и среднего бизнеса», - сказала Валентина Ивановна.

Спикера, видимо, надо понимать так: эти «кто-то» - вовсе не мы, а западные ценности. Виновата, конечно, Европа с ее правилами перевозки опасных грузов. А наши товарищи только хотели привести наши правила к единому знаменателю. Вот и привели. Но кто ж знал, что дополнительные разрешительные бумажки, которых у перевозчиков и так целый увесистый портфель, вызовут такие проблемы.

С января этого года российские автобазы плотно обложили экипажи ГИБДД, которые зорко следили за соблюдением чуждых нашим перевозчикам европейских правил. Перевозчики бросились выяснять, что это за бумажки такие, которые требуют бдительные автоинспекторы. Выяснилось, что получить их... невозможно.

Оказывается, экспертов, технической базы и методик проведения подобной экспертизы не существует. Попросту чиновники забыли создать компетентный орган, который должен этим заниматься.

Дело в том, что в этих самых Европах действует целая система, которая проводит экспертизу цистерн. У нас этой инфраструктуры не существует. Но приказ есть приказ, и перевозчики его должны исполнять. А то, что исполнять его невозможно, как говорят в Америке, - это проблемы индейцев.

И самое ужасное: нет компетентного органа - некому и дать на лапу! А это уже нечто из ряда вон выходящее. Такого в России, похоже, не было никогда.

По данным Российского топливного союза, уже сейчас более 20% парка бензовозов стоят на приколе. К маю практически все бензовозы остановятся, и бензин можно будет приобрести только своими силами на неф­тебазах. Перевозчики жалуются, что терпят убытки: техника, взятая в лизинг, простаивает. Оставшиеся в строю бензовозы работают на износ и не справляются с объемами работы, что, естественно, не добавляет безопасности перевозкам. На небольших АЗС уже наблюдаются перебои с бензином. Перед перевозчиками отчетливо замаячила перспектива банкротства. Нарушены логистические схемы доставки ГСМ, не выполняются договорные поставки на АЗС, водители находятся в вынужденном отпуске. В результате - миллиардные убытки, а бюджет недополучает налогов. На дворе уже конец марта, а значит, скоро посевная.

Дальше - больше. Фактически под угрозой национальная безопасность - ведь и продукты нужно как-то доставлять. Вопрос о том, кто будет компенсировать эти убытки из-за головотяпства наших чиновников, на повестке дня, как водится, не стоит. К своим ошибкам наше государство относится по своему обыкновению снисходительно. Но и кашу, заваренную госслужащими, оперативно расхлебать тоже не получается.

МВД, Минтранс и Минэнерго еще в феврале в срочном порядке приступили к консультациям, чтобы решить созданную ими же проблему. По итогам совещаний было решено перенести это нововведение на год. Приказ об отсрочке, как утверждают, уже отправлен в Минюст. Но оказывается, что даже внести изменения они смогут не раньше апреля этого года. Что поделаешь, особенности российской бюрократии.

Вячеслав Степовой

Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт > mirnov.ru, 26 марта 2018 > № 2543255 Валентина Матвиенко


Россия. ЕАЭС. ЮФО > Нефть, газ, уголь. Транспорт. Химпром > energyland.infо, 23 марта 2018 > № 2539109

Битумное производство ЛУКОЙЛа в Волгограде приступило к выпуску дорожного битума БНД 70/100. Марка отвечает новому стандарту ГОСТ 33133-2014, утвержденному Евразийской экономической комиссией и гармонизированному с европейским отраслевым нормативом EN 12591:2009.

Использование БНД 70/100 класса ГОСТ 33133-2014 позволит увеличить гарантийные сроки эксплуатации автодорог. Новый ГОСТ соответствует вступившим в силу требованиям технического регламента Таможенного союза стран ЕАЭС «Безопасность автомобильных дорог» и по большинству показателей содержит более жесткие нормы относительно прежнего стандарта – ГОСТ 22245-90.

Как сообщили в компании ЛЛК-Интернешнл, дочерней структуре ЛУКОЙЛА, по сравнению с аналогичным продуктом БНД 60/90, выпускавшимся ранее, БНД 70/100 отличается повышенными прочностными характеристиками (более широким интервалом пластичности и высокой сдвиговой устойчивостью), а также улучшенными низкотемпературными свойствами.

Россия. ЕАЭС. ЮФО > Нефть, газ, уголь. Транспорт. Химпром > energyland.infо, 23 марта 2018 > № 2539109


Польша. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 22 марта 2018 > № 2544576 Джонатан Стерн

Спор о газопроводах

Марта Кобланьска (Marta Koblańska),  Polityka, Польша

Интервью с сотрудником Оксфордского института энергетических исследований Джонатаном Стерном (Jonathan Stern) о том, как претворение в жизнь планов по преодолению зависимости от российского газа повлияет на энергетическую и экономическую безопасность Польши.

Polityka: Если ли еще шансы на то, чтобы остановить строительство второй ветки газопровода «Северный поток»?

Джонатан Стерн: Я полагаю, что уже поздно что-то делать, хотя Польша и Дания могут отсрочить реализацию проекта. В Западной Европе существует собственное представление о том, что такое безопасность поставок газа. Многие компании, выступающие клиентами Газпрома, считают Украину серьезной проблемой. В течение многих лет между Россией и Украиной постоянно возникали политические трения, отношения между этими странами, видимо, никогда не станут нормальными. По этой причине ряд европейских стран не хочет, чтобы газ, который они покупают, шел через украинскую территорию. Они бы предпочли, чтобы он поступал непосредственно к ним или транспортировался через другие страны Евросоюза.

— Может быть, в таком случае Еврокомиссия сможет найти какой-то инструмент или хотя бы распространить на «Северный поток — 2» европейское законодательство?

— Я сомневаюсь, что Германия даст на это согласие, поскольку блокирование проекта «Северный поток — 2» было бы чисто политическим шагом. Кроме того, европейские законы, связанные с этой темой, будет сложно легитимизировать. Мы 30 лет занимались консолидацией европейских энергетических пакетов, и вдруг появится новый закон, касающийся морских газопроводов в третьих странах. Зачем он нужен? Чтобы остановить или задержать строительство «Северного потока — 2»?

Энергетическое право призвано не служить политическим целям, а упорядочивать и регулировать рынок. Юридический департамент Еврокомиссии обнародовал очень длинный документ, из которого следует, что правовых оснований для распространения действия Третьего энергетического пакета на «Северный поток — 2» нет. Если Польша хочет найти такие основания, она может попытаться, но это будет сложно. Будет гораздо лучше, если польская сторона просто заявит: «российский газ нам не нравится, мы считаем, что он представляет для Европы опасность», а потом позволит нам выработать собственную позицию.

— Польское руководство постоянно говорит о том, что нам не нравится российский газ. Стремясь обрести энергетическую независимость, мы построили в Свиноуйсьце газовый терминал и начали покупать сжиженный газ. «Польская нефтегазовая компания» (PGNiG) подписала контракт на импорт американского СПГ. Может ли это сырье конкурировать с российским?

— Нет. Цена на американский газ устанавливается обычно на транспортно-распределительном узле «Хенри Хаб» (расположенный в штате Луизиана крупный центр, в котором сходятся газопроводы разных операторов и ведутся расчеты, на его цены ориентируется весь американский газовый рынок, — прим. Polityka). Сейчас газ стоит там гораздо дешевле, чем поступающее в Европу российское сырье, однако, следует учитывать, что к этой цене нужно добавить стоимость транспортировки на территории США и через океан, сжижения и регазификации, а также маржу.

— Насколько дороже российского может оказаться американский газ?

— Зависит, какой уровень цен покажется приемлемым американским продавцам. Не следует забывать, что помимо Европы существуют другие рынки. Если в Азии цены будут выше, как в январе 2018 года, СПГ пойдет в первую очередь именно туда. Ключевой вопрос для Польши и других покупателей американского сжиженного газа выглядит так: готовы ли мы платить больше за то, что газ поступает не из России? Если российский газ не может гарантировать безопасность, то, конечно, нужно выбрать американский, но многие решают иначе и выбирают более дешевый вариант.

— Может ли американский газ в Польше стать конкурентоспособным? Многие эксперты говорят, что ставки, по которым мы покупаем российский газ, выше, чем в Западной Европе.

— На протяжении десятилетий цена на газ формировалась в привязке к ценам на нефть, в последние восемь лет ситуация изменилась. Все важнейшие рынки стран ЕС стали конкурентными. Однако во многих странах Центральной и Восточной Европы конкурентных рынков нет, поскольку доминирующую позицию занимает, как в Польше, компания, которая принадлежит государству. В такой ситуации о конкурентоспособных ценах говорить не приходится. Следует позволить выйти на рынок разным покупателям и продавцам.

— Польша придерживается концепции, что конкурентный рынок — это угроза для энергетической безопасности государства.

— Если Польша решит, что она не хочет покупать российский газ, поскольку это угрожает национальной безопасности, такое решение можно будет понять, однако, на конкурентные цены в таком случае рассчитывать сложно. Поляки просто получат ту цену, которую предлагают другие продавцы. Скорее всего (хотя все может измениться), такой газ будет дороже российского.

До тех пор пока польское руководство будет поддерживать существование централизованного, находящегося под полным контролем государства рынка, всем придется платить за газ больше. Такой подход можно называть «безопасностью», но, на мой взгляд, такая безопасность обходится слишком дорого. Полякам придется платить за газ из альтернативных источников больше. Страна может потратить миллиарды евро на инфраструктуру, но я сомневаюсь, что ее удастся эффективно использовать.

— Что дает дешевый газ экономике?

— Если страна не покупает газ по самой низкой цене из возможных, она рискует тем, что ее промышленности, жителям, всем, кто использует газ, придется платить за него больше, чем конкурентам.

— Чем опасны высокие цены?

— Когда за газ приходится платить больше, производящаяся в стране продукция становится менее конкурентоспособной, а население беднеет. Ключевой аспект — это концепция конкурентного рынка. Французские или немецкие компании не заботит цена на газ, если их конкуренты платят столько же, проблема появляется тогда, когда другие платят меньше.

— Сжиженный газ покупают многие страны. Приведет ли развитие рынка к снижению цен?

— Цена зависит от двух факторов: договора с поставщиком и спотовой цены на тот или иной день. В американские контракты, например, с компанией «Шеньер» (у нее «Польская нефтегазовая компания» покупала в прошлом году СПГ, — прим. Polityka), обычно автоматически включено сжижение вне зависимости от того, собирается ли покупатель переправлять газ дальше и, соответственно, пользоваться этой услугой. Если он принимает такое решение, он платит за транспорт и получает газ у американского производителя, а остальные вопросы уже решает сам.

— Можно ли как-то преодолеть эти проблемы?

— Единственный вариант, покупать сжиженный газ в тот момент, когда он стоит дешевле, а когда он дорожает, покупать другой, в том числе российский. Мне кажется, что угрозы, связанные с российским газом, стали для польского руководства идеей фикс. Я отвечу так: отлично, пусть Польша отказывается от российского газа, но пусть она потом не жалуется, что ей приходится платить больше, чем другим европейским странам. Правительство, которое решило отказаться от сырья из России, должно понимать, что в экономическом плане его страна может пострадать.

— Сможет ли Польша занять более сильную позицию на переговорах с россиянами, если она начнет покупать газ у разных поставщиков?

— В прошлом газ можно было купить только на основе долгосрочных 25-летних контактов, на согласование которых уходило много времени. Сейчас все сводится к вопросу: где самый дешевый газ? Что выбрать: Россию, Норвегию или СПГ? Если не мыслить такими категориями, конкурентную цену получить невозможно. Покупка газа — это выбор между конкурентным рынком с ценами дня (которые могут быть высокими или низкими) и рынком, где доминирующую позицию занимает игрок, принадлежащий государству и заключающий долгосрочные контракты, в которых зафиксированы ставки.

— Польша утверждает, что она не отказывается от спотовых поставок российского газа. Это может стать первым шагом к созданию конкурентного рынка?

— Это будет конкуренция, которую контролирует игрок, обладающий доминирующей позицией. В такой ситуации Польша может столкнуться с проблемой: российский газ окажется дешевле, она все равно будет зависеть от российского поставщика и не сможет заключить долгосрочные контракты на поставку СПГ из США или Катара. Варшаве следует ответить себе на вопрос, что она хочет получить: дешевый газ или газ, к которому не имеет отношения Россия?

— Что Вы думаете о планах по диверсификации поставок при помощи строительства газопровода, соединяющего Польшу и Данию, по которому пойдет норвежский газ?

— Я не понимаю смысла этого проекта. Дания находится на этапе отказа от газа, так что когда она перестанет производить это сырье, закончится и спрос на него. Зачем Дании участвовать в этом проекте, если там не будет рынка газа? Во-вторых, эта идея не новая, в последние 20 лет речь о нем шла как минимум три или четыре раза, но его экономическую обоснованность доказать не удалось. В-третьих, я надеюсь, что кто-то поинтересовался у норвежцев, есть ли у них 10 миллиардов кубометров газа, которые можно закачать в этот газопровод? Следующий вопрос — претворение проекта в жизнь. По моим подсчетам, на строительство этого газопровода понадобится 5 миллиардов евро. Будет прекрасно, если кто-то на самом деле решит инвестировать такие деньги, но все это выглядит слишком дорогим. Когда люди в Европе слышат польские рассуждения о газовой безопасности в контексте российского газа, у них, как мне кажется, появляются подозрения, что все эти идеи исходят от Ярослава Качиньского (Jarosław Kaczyński), а его отношение к россиянам нам известно.

— Какой совет Вы могли бы дать польскому руководству?

— Если бы польское руководство захотело услышать мое мнение, я бы описал две сцены, которые я увидел на крупнейшей европейской конференции, посвященной газовой тематике — «Флейм». Один очень известный представитель отрасли продаж сказал в своем выступлении: «В плане газового рынка Польшу можно назвать нежизнеспособной. Мы уже два года пытаемся получить там торговую лицензию, но это совершенно невозможно». Потом со своей презентацией выступала польская компания «Газ-Систем». Очень приятный человек рассказывал о «Балтийском газопроводе», разнообразных перемычках, развитии газового терминала. Кто-то из слушателей встал и спросил: «Почему вы продолжаете тратить десятки миллиардов евро на эту инфраструктуру? Если бы вы открыли ваш рынок, вы могли бы получить дешевый газ».

Польша. Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 22 марта 2018 > № 2544576 Джонатан Стерн


Киргизия. Узбекистан. СФО > Транспорт. Нефть, газ, уголь > kg.akipress.org, 22 марта 2018 > № 2539124

Первые 25 цистернов с дизтопливом из Российской федерации, вышедшие со станции Томск, прибыли на станцию Кара-Суу в Ошской области с назначением на стацию Жалал-Абад. Об этом сообщила пресс-служба Министерства транспорта и дорог.

По данным ведомства, из России также прибыли на станцию Коканд в Узбекской Республике 5 цистерн мазута для дорожников с назначением на стацию Кашгар—Кишлак в Кара-Суйском районе Ошской области КР.

Ранее 22 февраля 2018 года по 31 декабря 2018 года на перевозки всех видов грузов следуемых транзитом по территории Республики Узбекистан в направлении южных регионов Кыргызской Республики и в обратном направлении узбекская железная дорога предоставила скидки 30% на перевозку всех грузов. Такая договоренность была достигнута в целях обеспечения своевременной реализации двусторонних договоренностей достигнутых в ходе встречи на высшем уровне президентов двух стран в городе Ташкент 13-14-декабря 2017 года.

С января 2018 года Узбекская сторона предоставила скидки в размере 30% на все грузы, следуемые в направлении станций Южного отделения Кыргызской железной дороги, также в обратном направлении транзитом через территорию Республики Узбекистан.

В соответствии с этими договоренностями в настоящее время увеличился грузопоток с строительными материалами и прочими грузами на юг КР через территорию РУз.

Необходимо отметить, что в последние годы на автодороге Бишкек—Ош участились дорожно-транспортные происшествия с участием грузовых автомашин, в том числе числе бензовозов, приводящие к человеческим жертвам, в том числе со смертельным исходом. Огромный урон наносится также экологии. Кроме этого, большегрузные транспортные средства деформируют и разрушают автодорогу. Теперь с решением вопроса перевозки всех видов грузов следуемых транзитом по территории РУз в направлении южных регионов КР и в обратном направлении будет менее загружена трасса Бишкек—Ош и соответственно уменьшаться дорожно-транспортные происшествия с участием грузовых автомашин.

Ранее 30 января 2018 года Министр транспорта и дорог Ж.Калилов встретился с исполнительным директором ассоциации нефтетрейдеров Кыргызстана Уланом Куловым, а также с представителями ОсОО «Партнер нефть» и «Альфа Ойл». На встрече обсуждались вопросы организации перевозок ГСМ.

Tazabek

Киргизия. Узбекистан. СФО > Транспорт. Нефть, газ, уголь > kg.akipress.org, 22 марта 2018 > № 2539124


Россия > Нефть, газ, уголь > energyland.infо, 22 марта 2018 > № 2539112

За 2017 год чистая прибыль, относящаяся к акционерам ПАО «ЛУКОЙЛ», увеличилась более чем в два раза по сравнению с 2016 годом и составила 418,8 млрд руб.

В четвертом квартале 2017 года данный показатель составил 120,5 млрд руб., что на 23,8% выше по сравнению с третьим кварталом 2017 года.

Значительное влияние на величину и динамику чистой прибыли оказали неденежные эффекты от курсовых разниц, убытков от обесценения активов, восстановления ранее признанного обесценения, а также прибыль от продажи во втором квартале 2017 года АО «Архангельскгеолдобыча». Без учета данных факторов чистая прибыль, относящаяся к акционерам ПАО «ЛУКОЙЛ», выросла на 17,8% по сравнению с третьим кварталом 2017 года и на 31,5% по сравнению с 2016 годом.

Выручка от реализации за 2017 год выросла на 13,6% по сравнению с 2016 годом, до 5 трлн 936,7 млрд руб. В четвертом квартале 2017 года выручка составила 1 трлн 662,5 млрд руб., увеличившись на 12,1% по сравнению с третьим кварталом 2017 года.

Основное положительное влияние на динамику выручки в обоих периодах оказало увеличение цен на углеводороды, а также рост объемов трейдинга. Негативное влияние на годовую динамику оказало укрепление курса рубля и снижение объема компенсационной нефти по проекту «Западная Курна-2».

EBITDA

Показатель EBITDA за 2017 год вырос до рекордных 831,6 млрд руб., что на 13,8% больше по сравнению с 2016 годом. В четвертом квартале 2017 года показатель также вырос до рекордного квартального значения и составил 223,7 млрд руб., увеличившись на 1,2% по сравнению с третьим кварталом 2017 года.

Положительная динамика EBITDA обусловлена, главным образом, ростом цен реализации, увеличением доли высоко-маржинальных объемов в структуре добычи, ростом объемов добычи газа в России и Узбекистане, улучшением структуры выпуска продукции на собственных НПЗ и ростом объемов реализации через премиальные каналы сбыта. Значительный положительный эффект на годовую динамику EBITDA оказало также снижение транспортных, коммерческих, общехозяйственных и административных расходов. Негативное влияние на динамику показателя оказало сокращение объема компенсационной нефти по проекту «Западная Курна-2» в Ираке. Без учета данного фактора рост EBITDA за 2017 год составил 17,8% по сравнению с уровнем 2016 года.

Капитальные затраты

Капитальные затраты за 2017 год составили 511,5 млрд руб., что на 2,9% больше, чем за 2016 год. Рост затрат в сегменте «Геологоразведка и добыча», связанный в основном с развитием приоритетных проектов в России и Узбекистане, был частично компенсирован снижением затрат в сегменте «Переработка, торговля и сбыт» в результате завершения программы модернизации НПЗ, а также снижением инвестиций в прочие проекты сегмента «Геологоразведка и добыча» за рубежом.

В четвертом квартале 2017 года капитальные затраты выросли на 15,8% относительно предыдущего квартала и составили 137,7 млрд руб. Квартальная динамика обусловлена, главным образом, сезонным увеличением объема работ в традиционных регионах, а также ростом инвестиций в сегменте «Переработка, торговля и сбыт» в связи с началом работ по строительству комплекса замедленного коксования на Нижегородском НПЗ Компании.

Свободный денежный поток

Скорректированный свободный денежный поток (до изменения рабочего капитала, проекта «Западная Курна-2» и налога на прибыль от продажи активов) в четвертом квартале 2017 года составил 76,9 млрд руб. В результате, несмотря на увеличение капитальных затрат, за 2017 год показатель увеличился на 45,4% по сравнению с 2016 годом и составил рекордные 286,3 млрд руб.

В 2017 году среднесуточная добыча углеводородов группой «ЛУКОЙЛ» без учета проекта «Западная Курна-2» выросла на 2,5% по сравнению с 2016 годом, до 2 235 тыс. барр. н. э./сут. В четвертом квартале 2017 года среднесуточная добыча составила 2 286 тыс. барр. н. э./сут, увеличившись на 3,0% по сравнению с предыдущим кварталом. Рост добычи связан с развитием газовых проектов.

Жидкие углеводороды

С января 2017 года объем и динамика добычи нефти группой «ЛУКОЙЛ» в основном определяются внешними ограничениями объемов добычи российских компаний. За 2017 год добыча жидких углеводородов без учета проекта «Западная Курна-2» составила 645,8 млн барр., в том числе в четвертом квартале 2017 года было добыто 162,0 млн барр.

В 2017 году добыча нефти в Каспийском море выросла до 5,5 млн т, что практически в 2,5 раза превышает показатель 2016 года. Рост достигнут благодаря запуску месторождения им. В. Филановского, добыча на котором по итогам 2017 года составила 4,6 млн т.

В Тимано-Печоре продолжилось активное развитие проектов по добыче высоковязкой нефти. Так, рост добычи на Ярегском месторождении и пермокарбоновой залежи Усинского месторождения по сравнению с 2016 годом составил 18,5% и 6,7% соответственно.

В результате успешной реализации программы разработки Пякяхинского месторождения добыча на нем была увеличена в 2017 году до 1,5 млн тонн нефти и газового конденсата.

Газ

Добыча газа группой «ЛУКОЙЛ» в четвертом квартале 2017 года выросла по сравнению с третьим кварталом 2017 года на 12,9%, до 8,2 млрд куб. м. В результате, добыча газа за 2017 год составила рекордные 28,9 млрд куб. м, что на 15,8% выше показателя 2016 года.

Компания достигла существенного прогресса в развитии газовых проектов в Узбекистане. Так, в 2017 году добыча газа по проектам Кандым и Гиссар выросла до 8,1 млрд куб. м, или на 43,9% по сравнению с 2016 годом. Рост связан с запуском новых мощностей по подготовке газа.

Рост добычи газа в России в основном связан с запуском газового промысла Пякяхинского месторождения в январе 2017 года.

Нефтепродукты

В 2017 году выпуск нефтепродуктов на собственных НПЗ «ЛУКОЙЛа» увеличился на 1,8% по сравнению с 2016 годом, до 63,5 млн тонн, в том числе в четвертом квартале 2017 года было произведено 16,3 млн т нефтепродуктов.

Объемы переработки на российских НПЗ выросли за 2017 год на 3,2% по сравнению с 2016 годом, что в основном связано с модернизацией НПЗ в Волгограде, а также проведением плановых ремонтных работ на НПЗ в Нижнем Новгороде и Волгограде в 2016 году. Существенно улучшилась структура выпуска продукции благодаря выводу на режим новых конверсионных мощностей. В частности, за 2017 год российские НПЗ группы сократили производство мазута и вакуумного газойля на 33% по сравнению с 2016 годом, повысив выход светлых нефтепродуктов на 6 п. п., до 69%. Росту эффективности российских заводов также способствовали мероприятия по оптимизации загрузки мощностей, в том числе за счет кросс-поставок темных нефтепродуктов и изменения структуры сырьевой корзины.

Россия > Нефть, газ, уголь > energyland.infо, 22 марта 2018 > № 2539112


Россия. Весь мир. ЦФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 21 марта 2018 > № 2539212 Андрей Костин

«Завтрашний день нефтехимии: какими должны быть материалы будущего» - интервью с Андреем Костиным.

Полимерные материалы все последние десятилетия успешно теснят традиционные (металлы, стекло, бумагу и т. п.) в таких отраслях, как упаковка, автомобилестроение, авиакосмическое машиностроение. Однако, насколько потенциала замещения в этих отраслях достаточно для поддержания роста спроса на полимеры по всему миру?

В первый день конференции (12 апреля) Аналитический партнёр конференции – информационно-аналитического центра “Рупек” – представит специальное исследование на тему «Завтрашний день нефтехимии: какими должны быть материалы будущего».

В преддверии конференции руководитель конференции Артём Ким поговорил с Андреем Костиным, директором “Рупек” о том, какие тенденции определяют спрос на полимеры в России и мире.

Говоря об актуальности исследования, Андрей Костин отметил:

“Для российской отрасли очень важно сейчас верно угадать тенденцию и – раз уж мы «проспали» два окна в суперциклах в базовой нефтехимии, – верно инвестировать в разработку опережающих технологий/материалов и/или соответствующие мощности“

Согласно EY, к настоящему времени объем потребления полимеров в мире превысил 210 млн тонн. Наибольшая доля потребления приходится на полиэтилен (порядка 37%), на втором месте — полипропилен (около 26%), на третьем — поливинилхлорид (примерно 18%)*. Стоит ли ожидать значительных изменений в этом распределении спроса и что станет драйвером таких изменений?

*Источник – EY “Рынок полимеров в мире и России”

Приведенные данные не совсем точны. Мировое потребление полимерных материалов всех типов в 2016 году достигло 335 млн тонн.

Из них на основные пластики (основные термопластичные commodity и основные инженерные пластики) пришлось 84-85%. Полиэтилен в этом объеме занимает 32%, полипропилен – 23%, ПВХ – 16%, стирольные полимеры (полистиролы, САН, АБС, АСА) – 10%, ПЭТФ – 7%. Остальное (12%) – это инженерные термопласты (полиуретаны, полиамиды, поликарбонаты, полиоксиметилены, полибутилентерефталат и т. п.).

Конечно, ожидать быстрых изменений в этом раскладе трудно, что связано просто с большой инертностью основных фондов, но определенные тенденции заслуживают внимания.

В Европе это уже можно отметить: пропорция ПЭ:ПП в местном спросе в 2016 году составила 1,544:1, хотя годом ранее 1,539:1. Пожалуй, эта тенденция пока не коснется Китая, где за счет альтернативных технологий внутреннее предложение пропилена обещает чуть более быстрый рост, чем этилена в ближайшие годы. Собственно, соотношение ПЭ:ПП в Китае сейчас составляет примерно 1,19:1, и в 2025 году, по некоторым прогнозам, не изменится.

Например, можно ожидать некоторого усиления роли полиэтилена в паре ПЭ-ПП, просто из-за более быстрого роста предложения этилена, что связано с «этановым бумом» последних лет.

В одном из своих интервью Вы говорите, что «будущее химии в создании материалов парадигмально нового уровня механики для того, чтобы заменить энергоёмкую и неэкологичную сталь в строительстве домов». Не могли бы Вы поподробней рассказать об этом? Какие отрасли еще потенциально могут стать рынком для нефтехимической отрасли? Есть ли успешные примеры?

Если представить, что хотя бы 10% этой массы удастся заместить на те или иные полимеры, это двукратно расширит спрос на нефтехимию в строительстве.

В строительстве нефтехимическая продукция используется, но где? Это, в основном, отделка, коммуникации, изоляция, разные приспособления и реагенты для обеспечения самого процесса.

В итоге роль строительства в палитре потребления нефтехимии мало в какой стране дотягивает хотя бы до 30%. То есть по миру со всеми натяжками это максимум 65 млн тонн.

Теперь сравните: общее производство стали в мире – 1,6 млрд тонн, около половины используется в строительстве, то есть порядка 800 млн тонн.

Если представить, что хотя бы 10% этой массы удастся заместить на те или иные полимеры, это двукратно расширит спрос на нефтехимию в строительстве. Если не больше, учитывая различия в механических свойствах, плотности и т. п.

Но для этого необходимы новые материалы, либо же специальные изыскания по вопросу применимости полимеров в тех или иных деталях конструкций.

Пока этому препятствует разница в ценах: сталь стоит от $500 до $1000 за тонну, полимеры дороже в 1,5-2 раза и более для инженерных и высокотехнологичных типов. Однако с учетом тренда на глобальный ресурсный дефицит и экологическую озабоченность человечество рано или поздно придет к сопоставлению затрат не только на уровне прямых материальных и трудовых, но и по стоимости жизненного цикла, а также научится «оцифровывать» экологические издержки. И при таком подходе вряд ли перевес останется на стороне металлов.

Аналогичная логика применима и к бетону: его мировое производство составляет 4,2 млрд тонн – в 13 раз больше, чем полимеров, и в 80-100 раз больше, чем полимеров, используемых в строительстве. Стоит заместить лишь малую часть этой колоссальной массы, чтобы получить настоящий прорыв в спросе на нефтехимическую продукцию.

Одним строительством, конечно, вопрос не исчерпывается. Большой потенциал видится в машиностроении, где, однако, требования к температурным и механическим свойствам материалов еще выше. Впрочем, уже есть успешные примеры, прежде всего, в аэрокосмической отрасли. Например, есть кейсы изготовления лопаток турбин реактивных двигателей из полимерных композиционных материалов на основе высокотемпературных смол. Композитные корпуса транспортных средств – уже давно не новость, конструкционные полимеры все активнее проникают в сферу вооружений и военной техники и т. д. Примеров достаточно, к сожалению, все эти ниши не столь емкие, как хотелось бы.

Расскажите коротко о задаче исследования «Завтрашний день нефтехимии: какими должны быть материалы будущего», которое Вы представите на конференции 12 апреля.

Методологически наше исследование строится на последовательном структурном анализе трех этих вариантов.

Мы рассматриваем, например, куда может двигаться автомобильная или упаковочная индустрия, чтобы продолжать снижать издержки и увеличивать потребительские характеристики товаров.

Мы задались вопросом, а что вообще является драйвером появления и внедрения новых материалов. Вариантов, в принципе, всего три:

Во-первых, это стремление производителей товаров снизить свои производственные издержки, чтобы успешнее конкурировать на рынке. Яркий пример здесь – упаковка напитков, молока. Переход со стеклянной тары на полимерную преследует цель именно экономии издержек при производстве и логистике продукции.

Во-вторых, это стремление обеспечить товары более высокими потребительскими характеристиками. Пример в этом направлении: «борьба за граммы» в авиации, где вес воздушного судна прямо влияет не его топливную эффективность, а значит, и на привлекательность для потребителя. Кстати, полимеры в автомобилестроении – это гибридный пример первых двух вариантов. С одной стороны, замена, например, дерева в отделке панелей или кожи в обивке сидений на полимеры удешевляет производство и делает товар более доступным для потребителя. С другой стороны, полимерные компоненты облегчают вес автомобиля, а значит, повышают его топливную эффективность, что также важно для потребителя.

В-третьих, когда производитель только выводит на рынок принципиально новый товар, создать который просто невозможно без новых материалов. Таких примеров меньше, они в основном концентрируются в области решений для медицины, в сфере вооружений и в сфере «биоразлагаемых» пластиков.

Понимание этих векторов позволяет сформулировать и требования к абстрактным материалам, с помощью которых эти векторы могут быть реализованы. Далее мы ищем такие абстрактные материалы на карте «механика-температура-обрабатываемость» среди уже существующих, либо же перспективных, либо же вообще пока не существующих. Например, активно обсуждаемые в последнее время аддитивные технологии, то есть, по попросту говоря, новый взгляд на методы обработки материалов, – это однозначно путь для снижения издержек, особенно в товарах с малой тиражностью. При этом, мягко выражаясь, далеко не все из современных commodity-пластиков найдут свое место в этой новой промышленной концепции, зато откроется ниша для других полимеров, пока играющих крошечные роли.

Насколько российские предприятия могут конкурировать в отношении изобретения и внедрения новых материалов или все-таки это глобальный процесс, в котором Россия остаётся в арьергарде?

В России уже есть и работают научные группы и небольшие компании, выпускающие высокотехнологичные материалы, например, высокотемпературные смолы для аэрокосмических композитов, пользующихся спросом во всем мире. Складывается любопытная картина: мы испытываем очевидные трудности с внедрением производств state-of-the-art материалов «сегодняшнего дня» (это хорошо видно, например, в цепочке производства углеволокна высокого класса, необходимого для современной конкурентоспособной авиации), но в материалах «завтрашнего дня» имеем почти те же стартовые позиции, что и у всех. Для российской отрасли очень важно сейчас верно угадать тенденцию и – раз уж мы «проспали» два окна в суперциклах в базовой нефтехимии, – верно инвестировать в разработку опережающих технологий/материалов и/или соответствующие мощности. Ключевое слово тут «верно»: примеров того, как ошибки такого рода «угадывания» приводили к провалу, тоже в России достаточно, к сожалению.

Россия. Весь мир. ЦФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 21 марта 2018 > № 2539212 Андрей Костин


Россия. Китай. Арктика. УФО > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536567

Гонка за Арктику — последний рубеж планеты

Пока плавятся полярные шапки, Россия и Китай возглавили гонку за контроль над прибыльными и стратегически важными морскими путями, и природными ресурсами Крайнего Севера.

Кристина Спор (Kristina Spohr), New Statesman, Великобритания

14 декабря 2017 Владимир Путин провел свою ежегодную пресс-конференцию, которая продлилась почти 4 часа и транслировалась по всей стране. Британские и американские СМИ сосредоточились на предсказуемом объявлении Путина о том, что он будет добиваться своего переизбрания в 2018. Куда более интересная история не привлекла значительного внимания.

Всего несколькими днями ранее Путин вернулся с заснеженных пустошей Сибири, пролегающих почти 400 милями севернее Полярного круга. Он только что принял участие в открытии завода по производству сжиженного газа «Ямал-СПГ» стоимостью в 19 миллиардов фунтов. «Ямал-СПГ» был построен «Новатэк», крупнейшим частным производителем газа в России, который занял средства у государственных банков (2.8 миллиарда фунтов), Фонда национального благосостояния России (1.6 миллиарда фунтов), и, что важнее всего, 8.5 миллиарда фунтов у китайских банков.

«Новатэк» принадлежат 50.1% «Ямал-СПГ». Французскому нефтяному гиганту «Тоталь» и Китайской национальной нефтегазовой корпорации принадлежат по 20%, а подконтрольному китайским властям Фонду Шелкового пути — доля в 9.9%. Идентичный «Ямалу» завод, «Арктик СПГ-2», начнет работу в 2023 — Россия стремится обогнать Катар в качестве крупнейшего экспортера сжиженного природного газа менее, чем за десятилетие.

Перед камерами мировых СМИ в Кремле Путин процитировал российского ученого и эрудита 18 века Михаила Ломоносова, сказавшего, что Россия будет расширяться через Сибирь. Путин изменил эту фразу согласно требованиям времени: «Теперь Россия будет расширяться через Арктику».

Изменение климата для этого — необходимое условие. В августе 2017 принадлежащий России танкер «Кристоф де Маржери», первый газовоз-ледокол в мире, установил мировой рекорд, пройдя из Норвегии в Южную Корею всего за 19 дней по Северному морскому коридору (вдоль арктического побережья России, тянущегося от Мурманска до Берингова пролива). Иди он обычным путем через Суэцкий канал и Индийский океан, путешествие заняло бы почти месяц. Однако начавшееся недавно таяние арктических ледяных шапок меняет мировое судоходство и геополитику.

Россия строит 15 новых супертанкеров-газовозов, каждый из которых также является ледоколом — они пополнят уже существующий флот из 40 ледоколов. И в этом Россия не одна. В конце 19 века великие державы делили Африку. Теперь, в 21 веке, разворачивается гонка за Арктику. Посреди одного из мрачнейших пейзажей планеты развернулась борьба за газ, нефть, рыбу и контроль над зарождающимися судоходными путями Крайнего Севера.

На повестке дня Арктика возникла прежде всего потому, что она никому не принадлежит. В отличие от Антарктики, которая с 1959 управляется согласно Договору об Антарктике, превратившему континент в научный заповедник и запретившему военную деятельность, северный полярный регион — одно из самых свободных от регуляций мест в мире. Даже в космосе действует больше законов. Все арктические государства соревнуются за место в регионе, пока тот освобождается ото льда. Влияния там добиваются и некоторые страны, удаленные от Арктики — Пекин стал источником денег и стратегического видения. Западу пора внимательнее присмотреться к происходящему.

Как все это произошло? Столетие назад Крайний Север все еще был малоизвестен — грандиозный простор для приключений таких исследователей, как Фритьоф Нансен и Роальд Амундсен; родина коренных охотников и рыбаков-инуитов в Гренландии и Северной Америке, и кочевых оленеводов в Лапландии и Сибири. После 1945, однако, эта ледяная глушь приобрела стратегическое значение. Более того, в годы холодной войны Арктика стала приоритетным стратегическим направлением.

Первоначальное насыщение региона оружием началось, когда обе сверхдержавы разработали сначала стратегические бомбардировщики, а затем и баллистические ракеты, способные доставить ядерный заряд через Северный полюс. По ходу дела началось освоение свободной земли. Вскоре американские и канадские вооруженные силы установили там существенное военное присутствие, выстроив от Аляски до Ньюфаундленда цепь высокотехнологических радарных станций. НАТО также выстроило базы в Гренландии, Исландии и Норвегии. Вторая волна последовала в конце 1970-х после размещения и испытания водных и наземных крылатых ракет на подконтрольных Западу полярных территориях. Тем временем, в период между 1955 и 1990 СССР провел 130 подземных ядерных тестов в так называемом Северном испытательном полигоне на архипелаге Новая Земля.

К 1980-м арктические моря, зачастую покрытые льдом, превратились в главную площадку для нового поколения ядерных субмарин. 60 процентов подводных ядерных вооружений России было размещено в окрестностях Кольского полуострова, близ Норвегии. В результате отношения между сверхдержавами в европейских полярных водах резко обострились.

Срок правления Михаила Горбачева от 1985 по 1991 привел к историческим переменам, однако оставил спорное наследие. С одной стороны, несмотря на все договоры о сокращении вооружений и надежды на установление нового мирового порядка после распада СССР, Арктика так и не подверглась разоружению. Российские и американские подлодки и бомбардировщики с крылатыми ракетами продолжают играть там в кошки-мышки. Обе эти страны оставили свои арктические ракеты нацеленными на своих врагов со времен холодной войны. Более того, многие советские бомбардировщики, ранее располагавшиеся в Восточной Европе, а также корабли из Черноморского флота, изгнанные из Крыма, были переброшены на российский север. Морозная земля и ледяные моря за полярным кругом превратились в новое поле вероятной битвы.

Однако у наследия Горбачева есть и другая сторона — его Мурманские инициативы 1987. Он стремился превратить Арктику в международную «мирную зону», призывая к созданию свободных от ядерного вооружения территорий и введению ограничений на морские операции. Он добивался совместной разработки природных ресурсов, взаимодействия в защите окружающей среды и открытия Северного морского пути для иностранных кораблей. Инициатива Горбачева удачно совпала с озабоченностью западных борцов за экологию и растущим пониманием последствий изменения климата — в том числе таяния полярных ледяных шапок.

Таким образом, в 1990-х, несмотря на многочисленное военное наследие холодной войны в Арктике, она превратилась в испытательную площадку для международного сотрудничества. В 1991 восемь арктических страны (обладающих территорий за полярным кругом) — Норвегия, Швеция, Финляндия, Россия, США, Канада, Дания и Исландия — встретились с представителями коренных народов и подписали Стратегию защиты окружающей среды Арктики. Пять лет спустя на ее основе сформировался Арктический совет — форум для совместного управления регионом, избегающий военных вопросов.

За последнее десятилетие Арктический совет приобрел большее политическое значение, поскольку арктические льды тают с рекордной скоростью. Площадь, покрытая льдом в сентябре 2017, сократилась на 25% по сравнению со средними показателями между 1981 и 2010. Однако это геофизическое бедствие также предоставляет развитым странам новые экономические возможности, открыв новые мореходные пути и рыболовные угодья. В результате все больше стран стремится вступить в Арктический совет. 8 стран-основателей, являющихся постоянными членами совета, даровали статус наблюдателя нескольким европейским и восточноазиатским государствам. К примеру, Великобритания — постоянный наблюдатель в совете с 1998 — назвала себя «ближайшим соседом Арктики», хотя значит ли что-то эта риторика, пока неясно. Не желая уступать, Китай, являвшийся постоянным наблюдателем с 2013, объявил себя «околоарктической державой», хотя его северная граница пролегает 900 милями южнее полярного круга.

Пока что в Арктическом совете сохраняется стремление к сотрудничеству. 30 ноября 2017 пять государств с побережьем в Арктике — Канада, Гренландия (Дания), Норвегия, Россия и США — а также Китай, Япония, Южная Корея, Исландия и ЕС — завершили переговоры в Вашингтоне. Они согласились наложить 16-летний запрет на ловлю рыбы в освободившихся ото льда международных водах Крайнего Севера, примерно аналогичных по площади Средиземноморью — по крайней мере до тех пор, как ученые не проанализируют их экологию и не разработают план рыбной ловли, не угрожающей популяции рыбы.

Этому соглашению еще предстоит быть подписанным — учитывая отрицание изменения климата Трампом, задача сложная — однако успешный итог переговоров сам по себе рассматривается в качестве важного шага в борьбе за сохранение окружающей среды и образца того, что дипломаты называют «исключительностью Арктики», подразумевая готовность Москвы и Вашингтона к сотрудничеству несмотря на геополитические трения.

Соглашение о водах — одно дело, однако с землей все куда сложнее. Слишком многое стоит на конку. В 2008 Геологическая служба США оценила неразведанную в Арктике нефть в 13% от общего мирового количества, а природный газ — в 30%. По сегодняшним ценам это будет стоить порядка 12 триллионов фунтов, что сопоставимо со всей американской экономикой. Иными словами, перспектива разморозки Северного Ледовитого океана открывает невероятные богатства Северного полюса.

За них уже идет яростная борьба. Россия, Канада, Норвегия и Гренландия устремили свои взоры на хребет Ломоносова — подводную горную цепь, протянувшуюся на расстоянии 1240 миль практически в центре Северного Ледовитого океана и пересекающую Северный полюс. В окрестностях этого горного образования погребена четверть оставшегося на планете ископаемого топлива.

Конвенция ООН по морскому праву (ЮНКЛОС) была принята в 1994, установив зоны в 200 морских миль от побережья стран, в которых они имели эксклюзивное право на добычу рыбы и разработку природных ресурсов. Странам с арктическим побережьем запрещена рыбная ловля или бурение за пределами этих зон. Однако государство может добиться расширения своей зоны до 350 морских миль от побережья, а то и больше, если оно сумеет доказать существование шельфа, продолжающего его наземные территории. Подобные претензии регулирует Комиссия ООН по границам континентального шельфа, установленная в рамках ЮНКЛОС.

Соглашение было подписано почти 170 странами. США сделали это при президенте Билле Клинтоне, однако соглашение так и не получило одобрение Сената. В особенности ему сопротивлялись республиканские сенаторы, считающие, что договор подчиняет американские военные и деловые интересы ненавидимому ими ООН. Таким образом, среди стран Арктики Америка — необычное исключение.

Остальные, напротив, использовали договор в своих интересах, стремясь доказать протяженность своего шельфа и обосновать претензии на кусок Арктики согласно ЮКЛОС. В 2001 Россия предъявила претензии не только на Северный полюс, но и на половину всей Арктики — 1 325 000 квадратных километров международного района морского дна. Спустя шесть лет, чтобы придать драматизма своим претензиям, русские пробурили во льду дыру, запустили небольшую подлодку и установили нержавеющий российский триколор из титана на океанском дне под Северным полюсом, глубиной в 4300 метра. Артур Чилингаров — известный исследователь и заместитель председателя Думы — присутствовал на борту и был провозглашен национальным героем. «Если сотню или тысячу лет спустя кто-то спустится туда, где побывали бы, он увидит российский флаг», — сказал он.

Спектакль с флагом вызвал международное возмущение. «Это не 15 век, — заявил Питер Маккей, министр иностранных дел Канады. — Нельзя просто прийти куда-нибудь, воткнуть флаг и объявить эту территорию своей». Министр иностранных дел Сергей Лавров ответил: «Когда исследователи достигают места, где раньше никто не бывал, они устанавливают там флаг… К слову, именно это произошло и на Луне».

Пока что Россия и Дания заявили свои претензии на Северный полюс и хребет Ломоносова, тогда как Канада намеревается сделать это в 2018. Из двух других соседних с Арктикой государств остались США, не ратифицировавшие ЮНКЛОС, а потому лишенные возможности участвовать в процессе передела, а также Норвегия, у которой нет географических оснований для подобных заявлений. Недавно Россия надавила на Данию, пытаясь принудить ее к переговорам о двустороннем разделе Севера.

Однако датчане стремятся соблюдать процесс ООН, даже если он окажется долгим и неудобным — во многом это связано с 12 годами и 35 миллионами фунтов, которые они потратили на сбор научных данных. Они считают, что этот процесс способствует мирному разрешению территориальных требований между арктическими странами и удерживает в стороне такие хищные государства, как Китай.

Россия действовала в обоих направлениях — с одной стороны, она участвовала в дипломатическом процессе Арктического совета и решала территориальные вопросы согласно Конвенции ООН по морскому праву, с другой — постоянно демонстрировала свою мощь на мировой арене. Долгосрочной стратегией Путина было восстановление международного положения России после ее унизительного поражения в конце холодной войны. В течение последнего десятилетия, восстановив политическую и экономическую стабильности в стране, Путин начал испытывать Запад — он воспользовался возможностями, представленными ему в Крыму, на Украине и в Сирии. В 2009 «превращение России в мировую державу» было включено в стратегию национальной безопасности до 2020.

Арктика исполняет в этой стратегии ключевую роль, поскольку только там — как отметил Путин в прошлом декабре — есть простор для территориального расширения и приобретения новых ресурсов. Контроль над ней укрепит главную опору перекошенной российской экономики — добычу природного сырья, в особенности нефти и газа, зависимость от которых не смог преодолеть ни один из современных лидеров страны.

Природные ресурсы в арктическом регионе России уже составляют пятую часть ВВП страны. Нефть и газ под Северным полюсом обещают огромные новые богатства, однако их разработка потребует денег и технологий, а также продолжительных международных переговоров. Несколько более легкая добыча освобождается ото льда на северном краю Сибири — побережье длиной в 14 000 миль, которое тянется от Мурманска до Берингова пролива.

Таяние льда делает возможной добычу некоторых из ценнейших минералов в мире, к числу которых относятся золото, серебро, графит, никель, титан, уран, а также нефть и газ. Северный морской коридор, пролегающий вдоль побережья России, тоже превращается в прибыльный путь для морских перевозок, подконтрольный Кремлю. В ноябре Путин особо отметил, что использовать этот торговый путь могут только корабли под российским флагом.

В соответствии с этим экономическим сценарием, Россия разработала стратегию безопасности в Арктике, вращающуюся вокруг баз и ледоколов. В декабре 2014 Россия объявила, что намеревается разместить военные подразделения вдоль всей своей арктической границы, и начала вливать средства в аэродромы, порты, радарные станции и казармы. Новая инфраструктура включает два огромных комплекса: «Арктический трилистник» на острове Котельном, и «Северный клевер» в Земле Франца-Иосифа всего в 620 милях от Северного полюса.

Шесть крупнейших российских баз на Крайнем Севере вмещают порядка тысячи солдат, несущих службу вплоть до 18 месяцев за раз среди вечных снегов, постоянной минусовой температуры и полугодовой тьмы. Сейчас Москва стремится сделать аэродромы доступными на протяжении всего года. При Горбачеве и Ельцине «наши арктические пограничные регионы были раздеты догола, — сказал в прошлом году профессор Павел Макаревич, член Русского географического общества. — Сейчас они восстанавливаются».

Ни одна другая страна не вооружила до такой степени свои арктические владения. И ни у одной нет ничего подобного российскому флоту из 40 ледоколов, которые используются для расчистки путей как для военного, так и для гражданского пользования. Три атомных ледокола, в том числе крупнейший в мире, строятся в довесок к уже действующим шести. Также Россия оснащает ледокольным оборудованием свои военные корабли. К 2020 Северный флот, базирующийся около Мурманска, должен получить два корвета-ледокола, вооруженных крылатыми ракетами.

Чтобы прояснить масштаб российских действий: следующие по количеству ледоколов — Финляндия (восемь), Канада (семь), Швеция (четыре), Китай (три) и Америка (два). Реакция США осуществляется силами береговой охраны, чьим двум ледоколам уже несколько десятилетий — при этом они предназначены прежде всего для научных исследований и вынуждены действовать как в Арктике, так и в Антарктике. «Запад должен твердо и решительно ответить на наращивание российских вооруженных сил в Арктике», — объявил в прошлом декабря адмирал Пол Цукунфт, командующий береговой охраной США. В ответ на вопрос о том, намеревается ли Россия «посеять в Арктике хаос» и «лишить США доступа к этой области», он ответил, что должен руководствоваться именно таким предположением.

Мы говорим не о милитаризации уровня холодной войны. Размещенные в Арктике советские войска были куда мощнее, и были предназначены для ведения ядерной войны с США. Арктические базы были площадкой, с которой дальние бомбардировщики могли достигнуть Соединенных Штатов. Теперь, в эпоху тихой битвы за энергетические резервы Арктики, Россия создает небольшие мобильные подразделения с конвенциональным вооружением, способные быстро реагировать на вызовы.

Однако не стоит недооценивать масштаб арктических амбиций России. В марте 2015 Москва провела крупнейшие военные учения в Арктике со времен распада СССР. Согласно российскому министерству обороны, было развернуто 45 000 солдат, 3360 единиц военной техники, 110 самолетов, 41 корабль и 15 подлодок. В День ВМФ 30 июля 2017 Россия продемонстрировала свою военную мощь в разных уголках мира, от сирийского Тартуса до Севастополя и Владивостока — но прежде всего в балтийских водах Санкт-Петербурга под одобрительным взором Путина. В некоторой степени продемонстрированная Путиным в тот день морская мощь была потемкинской деревней. В 2018 военный бюджет России составил 32 миллиарда фунтов — небольшая сумма по сравнению с 400-миллиардным бюджетом США, или 140 миллиардами, которые тратит Китай. Однако сбрасывать возродившийся российский флот со счетов и считать его обычным блефом будет ошибкой.

Произведенное впечатление значит не меньше, чем реальные военные ресурсы. Понимая это, Кремль регулярно публикует фотографии Путина в зимнем снаряжении, снимки ледоколов в Северном Ледовитом океане и солдат в белом, участвующих в учениях и катающихся на оленьих санях с автоматами наперевес. Теперь, когда российские вооруженные силы могут быстро перемещаться и наносить точные и смертельные удары, они стали куда полезнее.

Этим силам необязательно быть многочисленными. Правильно развернутые малые силы могут успешно нанести противнику существенный ущерб — Россия сделала это на Украине и в Сирии, обыграв Запад и поймав Америку на блефе. Через свое военное присутствие в новых местах и наращивание сил в регионе, Россия может отрезать другим странам доступ к полярным территориям — как это сделал Китай в Восточном и Южно-Китайском морях.

Однако для реализации своих амбиций России требуется решить потемкинскую проблему. Ей не хватает денег и технологий, необходимых для полноценного освоения Арктики — как земли, так и водных территорий. Вдоль Северного морского коридора ей потребуются глубоководные порты, а также станции снабжения, железнодорожные пути для поездов дальнего следования, автотрассы и подводные оптоволоконные кабели. Из-за европейских и американских санкций, наложенных в 2014, Россия не может полагаться на западные инвестиции. Поэтому она начала обращаться за деньгами к Китаю.

Для Си Цзиньпина российские амбиции в Арктике — возможность воспользоваться собственной экономической мощью и увеличить мировое влияние Китая. Как и Путин, Си рассматривает Арктику в качестве ключевого элемента для геополитического будущего страны. Теперь, когда Народная Республика выросла из положения «развивающейся страны», как объявил Си в своем новогоднем выступлении в декабре 2017, она намерена стать «хранителем мирового порядка».

Таким образом, российско-китайский союз в Арктики — не просто последствие изменения климата, но и результат общих политических интересов. Связь этих двух стран укрепилась с прибытием Дональда Трампа в Белый Дом. Москва и Пекин давно стремились спихнуть США с их места в качестве самопровозглашенного мирового «гегемона» и «единственной сверхдержавы». Равнодушие Америки к развернувшейся в Арктике игре стало для них неожиданным подарком.

Масштаб планов Си впечатляет. В 2013 Китай начал реализацию своей инициативы «Один пояс — один путь» — самого дорогого инфраструктурного проекта в истории. Эта двусторонняя стратегия развития включает «Экономический пояс Шелкового пути» и «Морской Шелковый путь 21 века» — вместе они формируют сеть плотно связанных наземных и морских экономических путей, связывающих рынки на расстоянии тысяч миль друг от друга, от Азии до Западной Европы. В конце прошлого года Си призвал к тесному взаимодействию между Россией и Китаем в том, что касается Северного морского пути, для создания так-называемого «Шелкового пути на льду». Хотя «Пояс и Путь» подается как взаимовыгодная стратегия, она призвана усилить влияние Китая в значимой для него периферии.

Сделав инфраструктурный проект ключевым элементом своей стратегии и объявив, что к 2050 году Китай станет «лидирующей мировой державой», Си продемонстрировал долгосрочное и масштабное планирование. Он спровоцировал настоящий интерес к будущему, в противовес мелочному пессимизму и скорби об утерянном прошлом, которые источает Трамп.

Вашингтон не проявлял такого масштабного мышления и готовности взяться за штурвал со времен начала холодной войны, когда США переделали Западную Европу по своему образу и подобию. Когда траты на «Пояс и Путь» достигнут запланированного триллиона долларов, эта инициатива будет в восемь раз более дорогостоящей, чем американский план Маршалла.

Глобальное видение Си сочетается с хитроумными дипломатическими маневрами. Череда его межгосударственных визитов в мае 2017 — в Финляндию, Аляску и Исландию — была неслучайной. Финляндия как раз готовилась занять место председателя Арктического совета, сменив США, а спустя два года председателям должна была стать Исландия. Однако Си рассматривал свой визит в Финляндию еще и как шанс нарастить поддержку среди европейцев — главных торговых партнеров Китая. В Исландии, располагающейся на перекрестье трансатлантических морских путей и представляющей собой дверь к Северному Ледовитому океану, Китай воспользовался мировой экономической рецессией, чтобы заключить договор о беспошлинной торговле, который был подписан в 2013. Новое китайское посольство в Рейкьявике — крупнейшее в стране.

В рамках этой арктической стратегии, официально сформулированной в документе под заголовком «Полярный шелковый путь» 26 января 2018 года, Пекин избегал непосредственных столкновений с США. Однако Америка — как под властью Трампа, так и при Обаме — не проявляла особого интереса к этому региону, даже в том, что касается строительства ледоколов, что уж говорить о долгосрочной стратегии. В любом случае, Китай вполне устраивало положение, в котором он прятался за Россией. В настоящий момент союз между Китаем и Москвой выглядит взаимовыгодным.

Арктику называли «последним рубежом» планеты, «последним белым пятном на карте». Теперь его начали закрашивать. Пока меняется климат, арктические льды превращаются в моря. А регион, ранее не принадлежавший никому, будет разделен — полюбовно или агрессивно, а возможно и так, и так. Именно здесь формируется то, что может превратиться в новую, многополярную систему международных отношений, покуда Китай и Россия бросают вызов американской гегемонии, по их мнению слишком длительной.

Как Москва, так и Пекин мыслят масштабно. Однако у Китая Си куда глубже карманы, и действует он куда дипломатичнее путинской России. Сочетание видения, денег и изощренности — то, что совершенно отсутствует на Западе, в особенности этого не хватает в Вашингтоне Трампа. Что же касается Британии после Брексита, желавшей перейти в новую глобальную эпоху — пока что ей едва удается отвлечься от внутренней борьбы в Вестминстере.

Россия. Китай. Арктика. УФО > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536567


Россия. США. Весь мир > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 марта 2018 > № 2544678 Андрей Ляхов

Будущее черного золота. Почему рано ставить крест на нефтяной промышленности

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

В мировом нефтяном секторе наступает самый трудный переходный период с тех пор, как в конце 1960-х сформировался его сегодняшний облик. Пока неясно, что он будет представлять собой к 2040 году, но предрекать ему гибель еще рано

Глобальная энергетическая система как основа экономического развития человеческой цивилизации сегодня оказалась на перепутье, а различные силы и факторы подталкивают ее к движению в разных направлениях. Из всех движущих сил четко прослеживаются три основные: стремление снизить стоимость производства энергии, смещение акцентов в энергетической политике стран — потребителей энергии и качественное (если не количественное на сегодняшний день) развитие технологий.

Устойчивая тенденция к сокращению затрат на производство энергии наблюдается в каждом секторе энергетики уже около двух лет. Наибольшее снижение затрат на энергопроизводство приходится на секторы ветряной и солнечной энергетики. В секторе нефтепереработки снижение расходов в значительной степени обусловлено технологическими достижениями, массовым банкротством компаний — производителей сланцевой нефти и газа, использовавших дорогие технологии добычи, и резким снижением затрат на геологоразведку. В газовом секторе укреплению тенденции к снижению расходов существенно содействовали недавний ввод в эксплуатацию основных месторождений дешевого газа и относительно низкие затраты на техническое обслуживание и содержание газовых месторождений и ресурсов.

Новые акценты

В энергетической политике энергопотребляющих стран происходит смещение акцентов. Совершенно очевидно, что новая администрация США еще не закончила работу над энергетической политикой страны, однако ее общие контуры уже ясны. Основными ее принципами будут расширение системы трубопроводов для транспортировки углеводородов, открытие доступа к участкам федеральных земель для разведки запасов нефти и газа и усиление поддержки ядерной промышленности.

Остается только выяснить, окажется ли стремление администрации Трампа к возрождению угольной промышленности надежной страховкой от замедления темпов роста сланцевого сектора нефтяной промышленности или реальной попыткой сохранить уголь в качестве одного из основных источников энергии в условиях активно набирающего обороты движения к экологически ответственному использованию природных ресурсов. Аргументом в пользу последнего может стать официальный отказ США от Парижского соглашения. Пока также непонятно, как новая энергетическая политика отразится на структуре и объемах спроса и предложения источников энергии.

В остальных странах Организации экономического сотрудничества и развития (иными словами, в экономически развитых странах) энергетическая политика направлена на активное переориентирование на производство энергии из альтернативных источников. С апреля 2017 года Великобритания перестала использовать уголь для производства энергии, к тому же Франция и Великобритания поставили своей целью полную электрификацию дорожного транспорта к 2040 году. Ряд других развитых стран тоже поставили подобные, хоть и более скромные цели, соответствующие общему направлению энергетической политики ЕС.

Но последствия такой политики для окружающей среды пока что большей частью предугадать невозможно.

Самая очевидная проблема — это литий, который:

представляет собой легко воспламеняющийся и очень активный металл (в природе встречается в виде соединений, таких как карбонат лития; получение лития, пригодного для эксплуатации, требует химической обработки);

обычно встречается в мокрых солончаках на участках с недостаточным количеством воды, поэтому процесс добычи лития сопряжен с использованием большого количества воды; и здесь помимо главной проблемы — радиоактивного заражения воды в результате использования лития — возникнет необходимость решать проблемы истощения запасов и стоимости транспортировки.

Поскольку для кучного выщелачивания используются токсические химические вещества, возникает дополнительный риск их утечки и загрязнения ими почв и воды. К тому же процент литий-ионных аккумуляторов, которые сдают на переработку, даже в странах ОЭСР очень низкий и выражается однозначным числом. В большинстве случаев использованные аккумуляторы оказываются на свалке как обычный мусор.

Агентство США по защите окружающей среды (US EPA) и Европейский союз (исследование 2012 года под названием «Наука в области окружающей среды») пришли к выводу, что проблема утилизации литий-ионных аккумуляторов сильнее всего влияет на истощение запасов этого металла. К тому же технологически процесс производства литиевый аккумуляторов, как и никель-металл-гибридных, сопряжен с высоким энергопотреблением: на производство килограмма готовых аккумуляторов приходится затратить эквивалент 1,6 кг нефти.

Помимо этого, производство литиевых аккумуляторов имеет один из высочайших показателей выброса парниковых газов: 12,5 кг эквивалента CO2 на килограмм произведенных аккумуляторов. Учитывая эти факторы, электрификация дорожного транспорта, вероятно, вместо ожидаемого результата лишь перенесет загрязнение с дорог «на другой ландшафт». Побочный результат в этом случае тоже вполне предсказуем: транспорт и дальше будет зависеть от нефти и других углеводородов в качестве основных источников энергии.

С переходом на электротранспорт и увеличением количества бытовой электроники и всевозможных гаджетов возникает еще один фактор, последствия которого для окружающей среды пока не понятны: резкий рост спроса на сырье, поскольку для производства всей электроники нужны провода, процессоры и зарядные устройства. Компания Volvo первой из производителей автомобилей заявила в прошлом году, что с 2019 года все ее автомобили будут оснащены двигателями гибридного типа. Как будто в ответ на это заявление компания Volkswagen предприняла попытки монополизировать рынок кобальта в ожидании резкого роста спроса на этот металл. Спрос на литий, кобальт и медь уже увеличивается и, вполне ожидаемо, может достичь новых пиковых показателей по мере роста популярности электромобилей.

При бешеном росте потребления энергии из возобновляемых источников, таких как ветер и солнце, увеличивается потребление металлов, необходимых для производства турбин и панелей. Учитывая быстрый рост спроса на бытовую электронику, стоит серьезно задуматься над тем, хватит ли в будущем металлов и для нее.

По имеющимся оценкам, компании Volkswagen к 2025 году для производства электромобилей понадобится треть имеющихся на сегодня в мире запасов лития.

Строятся огромные заводы по производству аккумуляторов типа знаменитой Гигафабрики Илона Маска, им для производства тоже понадобится кобальт. Contemporary Amperex Technology Ltd. ищет $2 млрд для финансирования строительства мегафабрики по производству аккумуляторов в Китае, уступающей только Гигафабрике Тесла. Эта фабрика увеличит существующие мощности Contemporary Amperex Technology Ltd. в пять раз и создаст самое большое производство автомобильных аккумуляторных батарей в мире, во много раз превосходящее Теслу, китайскую BYD Co. Уоррена Баффета и южнокорейскую LG Chem Ltd.

Брэм Мертон (Bram Murton), геолог Британского национального океанографического центра, утверждает, что если к 2040 году все автомобили, ездящие по дорогам Европы, перейдут на электродвигатели и если они будут пользоваться аккумуляторами такого типа, как в Tesla третьей модели, понадобится в 28 раз больше кобальта, чем добывается на сегодняшний день. Основные разведанные запасы кобальта сосредоточены в Демократической Республике Конго и ряде других африканских стран. Но активная бесконтрольная добыча на африканском континенте грозит появлением еще одной Сахары.

Существует две технологические разработки, которые влияют и в будущем продолжат серьезно влиять на нефтяную промышленность: возрожденная технология гидроразрыва пластов в сочетании с горизонтальным бурением и существенное улучшение технологий производства аккумуляторов. Первая привела к увеличению предложения, а вторая постепенно снижает спрос. Вполне вероятно, что развитие этих технологий продолжится и будет менять будущее. Дальнейшее освоение возобновляемых источников энергии в сочетании со стремлением заменить двигатели внутреннего сгорания (ДВС) силовыми агрегатами на электричестве продолжат и дальше снижать спрос на нефть. Но! Даже в случае успешной реализации британско-французского сценария полной ликвидации транспортных средств на ДВС к 2040 году количество автомобилей на электродвигателях составит приблизительно 12% от общего количества транспортных средств всех стран мира.

Среди прочих факторов, существующих уже давно и, как правило, влияющих на спрос и предложение энергии (а также углеводородов как ее основного источника), следует отметить рост населения, экономический рост, политические события, погодные условия, социальную напряженность в странах — производителях нефти. И это далеко не все. Отличие на сегодня заключается в стремлении диверсифицировать источники энергии и постепенно отойти от угля и углеводородов за счет применения технологических достижений и регуляторных механизмов.

При этом зрелость мировой нефтеиндустрии означает, что любое значительное изменение требует серьезных усилий или наличия у новых товаров и технологий существенных преимуществ, благодаря которым они смогут успешно конкурировать с используемыми сейчас. Иными словами, технологии приведут к медленной эволюции нефтяного сектора, а не к взрывным революционным изменениям.

Углеводородный прогноз

Без кардинальных прорывов в области технологий производства энергии углеводородный сектор неизбежно будет оставаться основным источником производства энергии, при этом уровень спроса на 2018–2040 годы сохранится на прогнозированном показателе: 100 млн баррелей нефтяного эквивалента в день. Верно и то, что возобновляемые источники энергии будут расти самыми высокими темпами, на уровне 7%, но даже при столь высоком показателе роста на них к 2040 году будут приходиться не более 7% (по оценкам ОПЕК — 5,4%) всей производимой в мире энергии.

Основной сдвиг может произойти в секторе углеводородов при увеличении доли газа до приблизительно 25%. Такой сдвиг вызван коммодитизацией газа, меньшим вредом газа для окружающей среды, а открытие новых газовых участков и резервов почти сравняли газ по доступности и безопасности с нефтью, что ведет к увеличению его доли в общем предложении энергоносителей. Кроме того, регуляторные механизмы замены угля будут способствовать увеличению спроса на углеводороды в целом и на газ в частности, поскольку конструкция большинства современных электростанций позволяет легко и быстро перейти с угля на газ.

В 2017 году нефть составила около 34% всех потребляемых в мире энергоносителей. В 2017 году мировой спрос на нефть вырос на 1,4 млн баррелей в день, до 96,8 млн баррелей в день, вследствие чего цены на сырую нефть в течение года продемонстрировали дальнейший рост. Но даже при столь солидном росте спроса доля нефти в общем предложении энергоносителей не останется на прежнем уровне. Прогнозы по снижению доли нефти к 2040 году варьируются; приводятся разные цифры: от одной трети до чуть более одной четверти. При этом все прогнозы основаны на предположении, что и США, Индия и Китай (за счет которых на сегодня мировой спрос на нефть вырос на 56% за 2016–2017 годы) будут стимулировать развитие других источников энергии и продолжат соблюдать различные обязательства по предотвращению загрязнений окружающей среды (подобных обязательствам в рамках Парижского соглашения). Но на сегодня ни США, ни Китай не проявляют никакого интереса в этом направлении.

США активно пропагандируют добычу сланцевой нефти, благодаря которой Америка к 2022 году планирует превратиться в чистого экспортера. Стремление администрации Трампа к выходу из Парижского соглашения может в долгосрочной перспективе подталкивать рост спроса на нефть, в результате чего ее доля в общем предложении энергоносителей к 2040 году возрастет.

В то время как события, связанные с добычей нефти, широко освещаются и оцениваются, значительно меньше внимания уделяется грандиозному падению потребления нефти в США по сравнению как с недавними показателями, так и с последними прогнозами; это один из наибольших сюрпризов, преподнесенных мировым рынком нефти за последние годы. Оказалось, что в 2017 году США потребляли меньше нефти, чем в 1997 году, хотя экономика выросла за этот период почти на 50%.

Выравнивание потребления нефти в США оказалось по большей части неожиданным. В 2003 году Управление по информации в области энергетики при Министерстве энергетики США прогнозировало на ближайшие два десятилетия неуклонный рост потребления нефти в среднем на 1,8% в год. Предрекалось увеличение потребления нефти к 2025 году на 47% по сравнению с 2003 годом. Показатели разработок нефтяных месторождений и нефтедобычи основывались, главным образом, именно на этих прогнозах, поэтому низкое потребление как раз и стало одним из факторов, которые привели к краху нефтяного рынка в 2013–2014 годах.

Топливо и потребности

Удивительно, что снижение уровня потребления нефти наблюдается практически только в Америке и не коснулось других стран. Однако прогнозы спроса (и соответствующие прогнозы по добыче) в этот период основывались на предположении о том, что в США спрос будет и дальше расти. Обвал цен на нефть в 2013–2015 годах объясняется отчасти тем, что данную тенденцию не заметили, и поэтому не было предпринято соответствующих мер; ожидается, что после корректировок 2015–2017 годов мы увидим некоторый скромный рост на уровне средневзвешенного показателя экономического роста.

В США на транспорт приходится 80–90% от общего объема потребления нефти в 2017 году и (по прогнозам) в 2025 году. Остальная часть потребляется промышленностью: 20% в 2017 году и 7% в 2025 году, при этом на коммунальный и коммерческий сектор приходится в общем 4% в каждый из указанных годов. И хотя в остальных секторах в процентном соотношении наблюдались такие же сюрпризы по потреблению, как и в транспортном, поскольку они потребляют значительно меньше нефти, их показатели не влияют на общую картину.

Изменения модели пользования американцами автотранспортом и повышение эффективности топлива больше всего влияют на снижение потребления ископаемого топлива. Есть еще два фактора, которые способствовали более экономному потреблению автомобильного топлива:

стандарты эффективного использования топлива;

более высокие цены на бензин, чем ожидалось.

Стандарты эффективного использования топлива объясняют до 50% увеличения экономии топлива в период с 2007 до 2017 года; и по мере ужесточения этих норм показатель будет и дальше увеличиваться. Высокие цены на бензин по сравнению с 2003 годом объясняют на сегодня минимум 17% увеличения экономии топлива.

Причины снижения спроса

По новым аналитическим данным, которые приводит Совет экономических консультантов при президенте США, основные изменения в траектории пробега (в милях) объясняются изменениями демографического характера, такими как старение населения и выход на пенсию поколения беби-бумеров, а также изменениями экономических переменных: уровня доходов, занятости и цен на бензин (Совет экономических консультантов, 2015 год).

Имеются также свидетельства того, что влияние демографических факторов на количество пройденных миль тоже меняется. Так, например, люди в возрасте до 40 лет наездили в 2009 году на 5% меньше, чем те, кому было до 40 лет в 1990 году. Поскольку демографические и экономические факторы прогнозировать проще, чем изменения под их влиянием, значение этих изменений представляет собой проблему для прогнозирования будущего уровня потребления нефти.

Если документировать удивительное снижение потребления нефти в США как в абсолютном выражении, так и по сравнению с последними прогнозами, становится ясно, что как раз в транспортном секторе наблюдаются неожиданные отличия между прогнозами по потреблению нефти и реальными данными, а также между прошлыми и недавними прогнозами. Показатель пробега транспортных средств (в милях) имеет большое значение для транспортного сектора, но увеличивающаяся экономия топлива (читай: снижение уровня потребления топлива) имеет большее значение.

В период с 2003 по 2014 год цены на бензин объясняют увеличение экономии топлива в секторе легковых автомобилей. Но ужесточение норм экономии топлива будет все сильнее влиять на экономию топлива в целом как для легковых, так и для грузовых автомобилей. На грузовой транспорт приходится одна пятая общего потребления топлива в транспортном секторе, и это самый быстрорастущий компонент транспортного сектора. Объявленные администрацией президента США новые нормы экономии топлива для грузового транспорта снизят фактический уровень потребления в транспортном сектора даже по сравнению с прогнозами на 2025 год, в которых эти новые нормы не учитывались.

Потребности США и Китая

Застой спроса на нефть в США вряд ли сдвинет Америку в обозримом будущем с позиции второго по величине потребителя нефти в мире. По прогнозам ОПЕК, Китай к 2040 году догонит Америку в качестве крупнейшего потребителя нефти, но уровень потребления нефти Китаем составит к этому времени около 22% от общего предложения нефти, и страна сохранит лидирующие позиции по этому показателю. Совершенно очевидно, что и при Обаме, и при Трампе администрация президента стремится минимизировать зависимость США от импортной нефти, снимая для этого все ограничения на разработку сланцевой нефти и поддерживая ее производителей (что наблюдалось во время недавнего кризиса цен). Но при этом запасы американской сланцевой нефти по большей части недоразведаны и пока незначительны. Несмотря на недавно открытые новые технологии добычи, сохраняется высокий уровень расходов на добычу. В результате такой политики изменяются модели экспорта нефти и маршруты ее транспортировки, поскольку основная часть потребления нефти к 2040 году будет приходиться на развивающиеся страны.

Требования по основным капиталовложениям, отсутствие инфраструктуры и высокая стоимость производства альтернативной энергии обеспечат ископаемому топливу в обозримом будущем роль основной движущей силы экономического роста развивающихся стран. Постепенное свертывание использования угля будет уравновешиваться попытками регулятора уменьшить зависимость от нефти. Сланцевая нефть и нефтяные пески будут умеренно влиять на географию потребления и еще меньше на механизм формирования цен на нефть.

Изменение моделей потребления нефти повлияет на ценообразование и механизмы торговли. Не исключено, что мы станем свидетелями новых вызовов существующему на сегодня доминированию семи крупнейших трейдеров и «отвязке» цен на нефть от сортов Brent и WTI в качестве эталонов, поскольку объемы их добычи будут падать по сравнению с объемами добычи нефти, цены на которые привязаны к ценам на Brent и WTI.

В общем и целом в мировом нефтяном секторе, похоже, наступает самый глубокий переходный период с тех пор, как в конце 1960-х сформировался его сегодняшний облик. Пока неясно, что он будет представлять собой к 2040 году, но совершенно очевидно, что предрекать ему гибель еще рано.

Россия. США. Весь мир > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 марта 2018 > № 2544678 Андрей Ляхов


Россия. Евросоюз. США. СЗФО > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 19 марта 2018 > № 2536540 Андерс Аслунд

Политическая цель «Северного потока — 2»

Газопровод имеет яркую политическую цель. Мы на стороне российского агрессора или на защите украинских жертв?

Андерс Ослунд (Anders Åslund), The Hill, США

Какие бы эмоции ни вызвала отставка госсекретаря Рекса Тиллерсона, он соображал в энергетике, настойчиво сопротивляясь попыткам России построить новый газопровод «Северный поток — 2», который по плану должен проходить из Санкт-Петербурга через Балтийское море в Германию.

Тиллерсон говорил, что это позволит Кремлю использовать энергетику как «политический инструмент». В свою очередь колумнист Джеймс Дурсо настаивает на том, что США не должны противоречить воле Германии строить этот газопровод. Позволю себе не согласиться.

Единственная причина для построения «Северного потока — 2» — большая пропускная способность нового газопровода и желание российского правительства оплачивать это. Но почему же Россия так стремится платить? Аргументы против этого газопровода более многочисленные и веские.

«Северный поток — 2» мог бы транспортировать 80% текущего российского экспорта газа в Европу через единую систему трубопроводов. Это противоречит политике ЕС по энергетической безопасности и диверсификации поставок.

ЕС насчитывает 28 стран-членов. Среди них только три со всей очевидностью будут иметь преимущества от «Северного потока — 2»: Германия, Нидерланды и Австрия. Большие энергетические компании этих стран организовали консорциум с Газпромом и сумели убедить правительства поддержать это.

Компании «Винтершелл» (Wintershall)и «Юнипер» (Uniper) имеют значительное влияние в Германии — так же, как Оу-эм-ви (OMV) в Австрии и «Роял дойч шелл» (Royal Dutch Shell) в Нидерландах.

Газпром обеспечит им монополию на своих внутренних рынках, а заодно и замедлит развитие новых компаний. Большинство европейских правительств понимают это. 20 из 28 стран ЕС противостоят «Северному потоку — 2», еще несколько сомневаются, хотя только государства Восточной Европы выражают свою позицию четко и громко.

Как правильно отметил Тиллерсон, ключевая цель российского «Северного потока — 2» является политической. Этот проект — часть экономической войны Кремля против Украины. Благодаря жестким санкциям, Россия урезала свою торговлю с Украиной на 80%, если сравнивать с данными за 2012 год.

Теперь она хочет лишить Украину доходов от транзита, который составляет 2 — 3% украинского ВВП. Так мы на стороне российского агрессора или на защите украинских жертв?

Газпром нахваливает свою надежность. Западные партнеры подтверждают это — чего не скажешь ни об одном из восточных. Кроме того, всем известно о пресловутой привычке Газпрома сокращать поставки газа, как правило, посреди зимы.

Эксперты шведского Агентства оборонных исследований установили, что в течение периода 1991-2006 годов Россия использовала «политику принудительной энергетики» 55 раз. Газпром был главным виновником в 16 из них.

Два наиболее известных случая связаны с сокращением поставки газа на Украину в течение четырех дней в январе 2006 года и в течение двух недель в январе 2009 года, от чего пострадали 16 европейских стран.

Газпром так же ненадежен в установлении цен. Опять же, красноречивый пример из Украины. В первой четверти 2014 года, когда Кремль надеялся помочь президенту Виктору Януковичу остаться у власти, он урезал цену на газ до 268,50 доллара за тысячу кубических метров.

И 22 февраля того же года Янукович сбежал из Украины. Поэтому 1 апреля Газпром поднял цену до 385 долларов за кубический метр. Через два дня он увеличил свою цену еще на 485 долларов, утверждая, что поскольку Россия присоединила Крым, ей больше не нужно давать скидку на аренду морской базы в Севастополе, согласованную с Януковичем в апреле 2010 года. Это война, а не торговля.

Кремль контролирует Газпром, и в такой политизированной манере он ведет себя со всеми бывшими коммунистическими странами. В августе 2012 года Европейская комиссия начала расследование антиконкурентного поведения Газпрома.

Для этого она имела три основания: Газпром запретил свободную торговлю газом, цены на монополизированных рынках были слишком высокими, а Газпром использовал такую монополию для доминирования на рынке. Болгария, Эстония, Финляндия, Латвия, Литва и Словакия имели только одного поставщика — Газпром.

К счастью, теперь не Газпром, а потребительский рынок производства сжиженного природного газа устанавливает цену в Восточной Европе, что и привело к ее существенному снижению.

28 февраля Газпром проиграл Нафтогазу в серьезном арбитражном деле в Стокгольме. Характерно, что Газпром повел себя очень вероломно, на 2 дня без предупреждения перекрыв поставку газа, о которой только что договорился. На Украине это привело к недостатку газа и другим существенным затратам. Немного найдется таких ярко ненадежных и политизированных поставщиков, как Газпром.

США немало сделали для положительного развития этой истории. Госсекретарь Тиллерсон, который отходит от своих обязанностей, абсолютно прав, что «Северный поток — 2» является нежелательным и противоречит политике США в Европе. И вопрос не в том, должны ли США выступать против, а в том, удастся ли им доказать свою правоту.

Россия. Евросоюз. США. СЗФО > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 19 марта 2018 > № 2536540 Андерс Аслунд


Россия. Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 16 марта 2018 > № 2531108 Тило Виланд

«Верим, «Газпром» не оставит Европу без газа»

Член правления Wintershall Тило Виланд рассказал о перспективах «Газпрома»

Екатерина Каткова

Поставлять российский газ в Европу все сложнее: Великобритания намерена сократить закупки, США спешат на рынки ЕС со своим СПГ, Германия переходит на «зеленую» энергетику, а Польша и Украина ищут новые способы борьбы с «Северным потоком-2». Как впишется проект второго «потока», как в Европе восприняли конфликт «Газпрома» с «Нафтогазом Украины» в интервью «Газете.Ru» рассказал член правления Wintershall Тило Виланд.

Газовые перспективы Европы

— Международные эксперты прогнозируют, что в ближайшие 10-20 лет спрос на природный газ в Европе расти не будет. При этом новое правительство Германии делает ставку на зеленую энергетику и намерено к 2030 году довести ее долю в энергобалансе до 65%. Видите ли вы в этом дополнительные риски для новых газовых проектов?

— Все говорит о том, что в Европе паритет между возобновляемыми и ископаемыми источниками энергии будет сохраняться довольно долго. И если говорить о традиционных энергоресурсах, то именно природный газ является наиболее перспективным с позиции выполнения целей Парижского соглашения по климату, так как он позволяет снизить выбросы СО2. Кроме того, он поставляется в ЕС по относительно низкой цене и в достаточном объеме. По себестоимости, энергия на базе природного газа значительно дешевле возобновляемой, которая сейчас в Германии субсидируется за счет тарифной надбавки для потребителей.

Если бы мы исходили исключительно из соображений конкуренции, то на первом месте среди источников энергии стоял бы газ. Однако вступает в игру политический фактор: в Германии с самого начала ведется политика поддержки альтернативной энергетики – ветровой и солнечной, энергии биомассы.

Что касается спроса на газ, то на фоне его стабилизации будет происходить снижение собственной добычи – и в Германии, и в ЕС в целом, поэтому новые газовые проекты, в том числе и транспортные, будут оставаться перспективными. В том числе и «Северный поток-2».

— Но у него много противников. Еврочиновники в очередной раз пытаются подвести проект под действие Третьего энергопакета, США открыто заявляют о намерении противодействовать новому маршруту, не говоря уже о Польше и Украине. Как это все отражается на перспективах строительства «Северного потока-2»?

— Если говорить об уже принятых американских санкциях в отношении России, то мы исходим из того, что «Северного потока-2» они не касаются, так как наши контракты подписаны до того, как были ведены ограничения.

Что касается новых санкций со стороны США (которые ожидаются в ближайшие недели на базе так называемого «Кремлевского доклада» – «Газета.Ru»), об этом рано говорить – нужно сначала посмотреть, как это на самом деле будет выглядеть. До сих пор у нас есть только список лиц, на которые будут распространяться санкции. Как это может отразиться на «Северном потоке-2» станет понятно только, когда уже будут объявлены сами рестрикции. Но мы все же исходим из того, что ограничения не будут действовать «задним числом», а распространятся только на будущие проекты.

Что касается очередной попытки Еврокомиссии подвести под действие Третьего энергетического пакета все экспортные газопроводы, то здесь собственная юридическая служба Совета ЕС увидела противоречие конвенции ООН по морскому праву. Еще раньше против высказались большинство европейских энергокомпаний, за исключением польских.

Туго набитый проектный трубопровод

— Вносит ли режим санкций какие-то ограничения в реализацию совместных проектов с российскими компаниями и в целом в работу Wintershall в РФ?

— Нет. Нас это пока никак не ограничивает. Санкции, которые были объявлены до сих пор, касаются арктических и шельфовых проектов, а также проектов в сфере нетрадиционных источников энергии (в частности, разработки сланцевых пластов). Наши проекты в России – «Ачимгаз», блоки 4А и 5А, добыча газа на Южно-Русском месторождении – к ним не относятся, поэтому нас санкции никак не затронули.

— Как сейчас реализуется разработка ачимовских отложений Уренгойского нефтегазоконденсатного месторождения? Какие планы у Wintershall на этом направлении?

— «Ачимгаз» – наше совместное предприятие с компанией «Газпром добыча Уренгой», «дочкой» «Газпрома» — ведет сейчас разработку блока 1А ачимовских отложений. В прошлом году мы пробурили 88 скважин и увеличили объем добычи до 6,6 млрд кубометров газа. В этом году мы также ожидаем рост – по нашим расчетам, к концу 2018 года добыча на первом блоке составит намного больше 7 млрд кубометров газа и около 3 млн тонн конденсата.

Кроме того, совместно с «Газпромом» мы планируем разработку блоков 4А и 5А. В этом году там начались строительные работы. По нашим расчетам, производство газа на этих участках начнется к 2020 году. Это действительно огромный проект – согласно плану разработки, запасы сырья здесь составляют 274 млрд кубометров газа и 74 млн тонн конденсата.

— Возможно ли вхождение Wintershall в какие-то другие проекты в РФ? Рассматривает ли компания расширение своего присутствия в России?

— У нас на базе уже имеющихся проектов с «Газпромом» есть большие возможности расширить свою деятельность. Думаю, в ближайшие годы мы значительно увеличим производство.

Кроме «Ачимгаза», мы осуществляем дальнейшую разработку Южно-Русского месторождения. В рамках тестовой фазы проекта по разработке туронских отложений там сейчас пробурены несколько скважин, и начата добыча газа. Помимо этого, есть еще и иные отложения (нижнемеловые и юрские), то есть еще более низкие формации, которые подлежат освоению на Южно-Русском месторождении за горизонтом 2020 года.

Мы также ведем добычу нефти и газа в Волгоградской области с «РИТЭК», дочерней компанией «ЛУКойла», в рамках нашего СП «Волгодеминойл». В прошлом году по линии этого СП добыча составила 4,8 млн баррелей нефтяного эквивалента. И сейчас мы планируем дальнейшие совместные разведочные работы.

Как видите, у нас немало работы в России. Я бы сказал, мы имеем на этом направлении туго набитый проектный трубопровод.

— В конце прошлого года было объявлено о слиянии Wintershall и DEA. Когда процесс консолидации активов и создания объединенной компании может завершиться? Как эта сделка отразится на стратегических планах Wintershall и в том числе в России?

— Здесь мы полностью укладываемся в график. Сейчас мы проводим due diligence, и это займет несколько месяцев, окончательного решения по сделке пока нет, аналитическая работа идет, и есть возможность, что мы проведем консолидацию в этом году.

Что касается России, то сейчас на долю совместных разработок с российскими партнерами приходится свыше 50% от общего объема проектов Wintershall.

Если произойдет слияние с DEA, то относительная доля Wintershall в этом отношении сократится, хотя Россия останется самым важным приоритетным регионом. В то же время слияние высвободит резерв для освоения новых проектов в РФ. Поэтому для развития сотрудничества с Россией слияние с DEA было бы очень положительно.

Сланцевая угроза

— Видит ли Wintershall угрозу своим позициям со стороны сланцевого газа из США?

— В Европе любая дискуссия по этому вопросу начинается с того, что нужно построить терминалы по приемке сжиженного природного газа (СПГ).

Конечно, для рынка всегда хорошо иметь самые различные каналы поставок. Так же как «Северный поток-2» будет способствовать расширению инфраструктуры для снабжения Европы энергией, так же и такие терминалы способствуют диверсификации поставок.

Однако с СПГ никогда не знаешь, придет ли он действительно в место назначения, потому что танкер с сжиженным газом всегда пойдет туда, где на него самая высокая цена.

И с точки зрения стоимости российский трубопроводный газ всегда будет более конкурентоспособным, чем американский СПГ.

— Однако цены на СПГ и трубопроводный газ приближаются друг к другу. Заставит ли это «Газпром» быть более гибким в своей ценовой политике в ЕС?

— В конечном счете рынок решит, какую цену потребитель готов заплатить за газ. И в этом контексте играет роль, сколько на рынке имеется газа и какой на него спрос. В начале марта мы стали свидетелями трехкратного и даже четырехкратного увеличения цены на газ на рынке (с 16-18 евро до 85 евро за МВт*ч), связанного с тем, что стало очень холодно, намного холоднее чем за неделю до того.

Не забывайте, что для поставок СПГ нужна серьезная инфраструктура – терминал, танкеры, газопроводы-отводы, само производство. Все это стоит денег. Для трубопроводного газа нужен всего лишь трубопровод и приемка. И если сравнить эти инвестиции, все эти расходы в долгосрочном плане, то российский газ получается конкурентоспособнее, чем американский СПГ.

Без газа не останемся

— Финансовый директор компании Nord Stream 2 AG Поль Коркоран недавно заявил, что процесс привлечения проектного финансирования для «Северного потока-2» может занять около года. Может ли это отразиться на сроках реализации проекта?

— Нет, это не сказывается на сроках. Это укладывается и в наши планы финансирования. Мы планировали обеспечить финансирование к 2019 году и по-прежнему укладываемся в этот график.

То, что сказал Коркоран, касается банковского финансирования. И пока оно не согласовано окончательно, финансирование «Северного потока-2» должно обеспечиваться «Газпромом» и партнерами по проекту (Wintershall, Uniper, ENGIE, OMV и Royal Dutch Shell). В прошлом году партнеры инвестировали в проект по €324 млн, в этом году финансирование запланировано на том же уровне. В 2019 году запланировано привлечение банковского финансирования, что позволит партнерам вернуть вложенные средства.

— А если будут проблемы с привлечением проектного финансирования европейских банков из-за политических рисков? Просчитывались ли альтернативные варианты?

— Nord Stream AG ведет переговоры также параллельно с агентствами экспортного финансирования, такими как COFACE во Франции, SACE в Италии или Euler Hermes в Германии.

Но мы все же исходим из того, что для европейских банков «Северный поток-2» будет таким же привлекательным, как и первый «поток», и финансирование с их стороны будет обеспечено.

— Отразился ли новый виток кризиса между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины» на отношении к российскому холдингу в Европе? Повлияло ли заявление «Газпрома» о разрыве контракта с украинской стороной на его репутацию среди партнеров?

— «Газпром» является очень надежным партнером и поставщиком газа для Европы. Если еще раз вернуться к тому периоду в конце февраля-начале марта, когда в Европе вдруг стало очень холодно, а потребность в газе серьезно увеличилась, то единственным поставщиком, который согласился увеличить объемы поставок, был «Газпром». Тем самым «Газпром» действительно оказался самым надежным партнером и гарантом энергоснабжения Европы.

Для Wintershall за все 25 лет совместной работы «Газпром» был очень надежным партнером, и мы рассчитываем на продолжение совместной работы в течение многих лет.

Те же силы в Европе, которые и так склонны отрицательно относиться к «Газпрому», конечно, в очередной раз представят это обстоятельство в искаженном виде и воспользуются им для собственных доводов.

— Если из-за этой ситуации «Газпром» и «Нафтогаз» не смогут продлить контракт на транзит после 2019 года, а оставшейся инфраструктуры – даже с учетом «Северного потока-2» — для полного газоснабжения Европы, скорее всего, не хватит, что может ждать европейский газовый рынок?

— Давайте посмотрим на это с другой стороны. У «Газпрома» есть контракты с Европой, есть соответствующие обязательства. Я исхожу из того, что «Газпром» всегда найдет возможности выполнить свои обязательства по отношению к Европе, найдет нужные транзитные пути, чтобы выполнить имеющиеся контракты. Без газа мы не останемся, это точно.

Россия. Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 16 марта 2018 > № 2531108 Тило Виланд


Украина. Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 14 марта 2018 > № 2539509 Марош Шефчович

«Северный поток — 2» задуман как наказание для Украины

Маттиас Ауэр (Matthias Auer), Die Presse, Австрия

Die Presse: Ни один другой проект в ЕС не вызывает столь противоречивые дискуссии, как запланированный российский газопровод «Северный поток — 2». Австрия поддерживает этот проект. Концерн OMV даже участвует в его финансировании. Надо ли строить «Северный поток — 2»?

Марош Шефчович: Если этот трубопровод будет построен, то на него должны распространяться законы ЕС на нашей территории. Лучшим решением было бы обсуждение того, как это можно сделать. От защитников проекта часто можно услышать, что этот газопровод — чисто коммерческий проект. Но я могу сказать, что еще ни разу не видел коммерческого проекта, которым бы занимались столько глав государств и правительств. В случае с «Северным потоком — 2» речь идет не только о бизнесе. У этого проекта — весьма политический и раскольнический характер.

— Поскольку ЕС опасается, что Украина как транзитная страна будет обойдена?

— Когда было объявлено об этом проекте, то Россия ясно дала понять, что он задуман как наказание для Украины. Теперь ЕС с одной стороны миллиардами евро помогает Украине поднять на ноги экономические структуры, а с другой стороны мы должны поддержать проект, который лишит страну ежегодных транзитных пошлин в два миллиарда? К счастью, в ЕС существует согласие о том, что транзит газа через Украину будет иметь для ЕС приоритетное значение и после 2019 года. Такого же мнения придерживаются Австрия и Германия. И мы все чаще слышим голоса из России, которые допускают, что транзитный путь через Украину надо сохранить.

— Может, для ЕС безразлично, по какому пути к нам приходит российский газ?

— Нет. Для нас транзит газа через Украину имеет стратегическое значение также по соображениям диверсификации. Некоторые предприятия из ЕС готовы к тому, чтобы перенять транзит и обеспечить выполнение правил ЕС и бесперебойные поставки. Банки развития готовы оплатить ремонт сети трубопроводов. Это прежде всего важный сигнал для Украины. А также для всех восточноевропейских членов ЕС, которые больше платят за российский газ, чем Западная Европа, хотя географически они расположены ближе.

— Означает ли это, что «Северный поток — 2» не нужен?

— Мы хотим вести переговоры, но сначала должно быть ясно, что в конечном счете наше право будет иметь значение. Было предложено изменить директиву газового рынка ЕС, чтобы подчинить офшорные трубопроводы, такие как «Северный поток — 2», правилам ЕС. Глава «Северного потока — 2» Маттиас Варниг (Matthias Warnig) считает, что это убьет проект, потому что тогда Газпром не сможет больше быть собственником и поставщиком. Это не так. Есть одна причина, почему мы это предложили. Мы хотим пояснить, что Третий энергетический пакет ЕС полностью применим к трубопроводам, которые проходят по территории стран-членов ЕС. Более половины всех стран-членов ЕС требуют этого изменения. Или есть другая альтернатива? Если консорциум построит этот трубопровод сейчас, то он очень скоро получит жалобы от государств ЕС, общественных организаций и предприятий. Мы предлагаем переговоры, в результате которых по крайней мере будет обеспечена правовая безопасность. Мы должны также обсудить, что означает продолжение поставок газа в ЕС через Украину.

— Сколько проектов трубопроводов нам еще надо? Нет ли опасности, что дорогостоящие инвестиции будут выброшены на ветер? Каково ваше мнение? Нужно ли Европе еще больше российского газа или, например, больше американского?

— Согласно нашим анализам, в 2030 году ЕС будет потреблять 400 миллиардов кубометров природного газа в год. Это примерно уровень сегодняшнего дня. При этом известно, что запасы газа в Северном море иссякают. Поэтому мы будет больше импортировать из третьих стран. Как клиент, который в день тратит один миллиард евро на энергию, ЕС заслуживает самую лучшую цену, самое лучшее качество без всяких политических ловушек. Россия останется самым крупным поставщиком. Но наряду с этим есть Норвегия, Алжир, первые поставки сжиженного газа и то, что эксперты называют «новой Норвегией», — большие месторождения газа между Кипром и Израилем. В этом — наша безопасность снабжения.

— Сторонники энергетического поворота считают, что эту безопасность Европе может дать только полный отказ от ископаемого горючего.

— Когда речь заходит о сокращении CO2, то у Европы — самые амбициозные цели. Мы являемся единственной экономикой, которая обязалась к 2030 году побороть изменение климата. Мы переживаем глубочайшее изменение энергетической системы, которая была основана 120 лет тому назад на нефти и газе. В 2030 году мы даже по самым пессимистическим сценариям будем 70% нашей электроэнергии получать без CO2.

— Однако Брюссель разрешает шести государствам поддерживать угольные и газовые электростанции. Нет ли здесь противоречия?

— До 2020 года ЕС должен на 20% сократить выброс CO2 в атмосферу, 20% энергии получать из альтернативных источников и на 20% эффективнее использовать энергию. Двух из трех целей мы достигнем. Вот только с эффективностью использования будут проблемы. Я надеюсь, что к 2030 году мы выполним наши цели. Предприятия в отдельных странах, о которых вы говорите, — это необходимая страховка гарантированного электроснабжения в этих отдельных странах. И они получат разрешения на работу только после того, как пройдут жесткие испытания. Выиграть могут не только электростанции на ископаемом горючем, но и использующие возобновляемые источники энергии. Но здесь мы хотели бы иметь более строгие правила.

Украина. Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 14 марта 2018 > № 2539509 Марош Шефчович


Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 13 марта 2018 > № 2532826 Алексей Миллер

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления ПАО «Газпром» Алексеем Миллером.

Обсуждались итоги работы компании в зимний период на внутреннем и европейском рынках, а также вопросы сотрудничества с НАК «Нафтогаз Украины».

Из стенограммы:

Д.Медведев: Алексей Борисович, давайте начнём с подведения итогов зимнего сезона, потому что, несмотря на сохраняющуюся морозную погоду, в том числе в европейской части нашей страны, календарная зима закончилась и климатическая тоже подходит к своему завершению. Каковы итоги работы как на внутреннем рынке нашей страны, так и по экспорту?

А.Миллер: Зимний период подходит к концу, и можно подводить предварительные итоги.

Без сомнения, на поставки газа нынешней зимой оказал влияние очень холодный февраль и в России, и в Европе. «Газпром» в полном объёме удовлетворил спрос со стороны российских потребителей и потребителей на европейском рынке.

«Газпром» в феврале поставил 30,7 млрд кубометров газа потребителям Российской Федерации. Это максимальный объём за последние пять лет. При этом с начала этого года поставки газа российским потребителям из газотранспортной системы на 5,6% больше, чем в 2017 году.

Февраль, особенно конец февраля, на европейском пространстве выдался очень и очень морозным, и спрос на российский газ рос очень высокими темпами. Суммарно за февраль мы установили исторический рекорд поставок газа на европейский рынок – 17,4 млрд кубометров газа, это на 6,8% больше, чем в историческом по объёму поставок феврале 2017 года.

В течение 10 дней подряд «Газпром» обновлял исторические суточные рекорды поставки на европейский рынок. И 2 марта мы установили мегарекорд – поставили 713,4 млн кубометров газа. Это очень большие объёмы, и эти объёмы поставлены благодаря тому, что компания «Газпром», Россия располагают соответствующими мощностями для поставок газа в таких объёмах для удовлетворения пикового спроса. В годовом исчислении эти мощности составляют 260 млрд кубометров газа – с пониманием того, что в 2017 году, рекордном году, мы поставили на европейский рынок 194,4 млрд кубометров.

Без сомнения, это наша уникальная возможность. Без сомнения, это наше конкурентное преимущество. И эта уникальная возможность удовлетворять такие высокие пиковые потребности на рынке – это также и уникальная возможность для наших европейских потребителей. Нынешней зимой «Газпром» подтвердил, что является надёжным, ответственным поставщиком, который в полном объёме и в срок исполняет свои обязательства.

В подземных хранилищах Европы сегодня газа осталось очень мало – где-то 25%. В некоторых странах этот уровень вообще критический – где-то 10%. И это значит, что в предстоящий период закачки, летом, спрос на российский газ будет также высоким. Конечно, в условиях, когда добыча газа в самом Европейском союзе снижается, когда растёт спрос на российский газ и мы видим, что растёт и пиковый спрос, ещё большую актуальность приобретают новые экспортные газотранспортные проекты поставки российского газа на зарубежные рынки. Это и «Турецкий поток», и «Северный поток – 2».

Д.Медведев: Действительно, такая динамика потребления российского газа показывает, что это весьма востребованный продукт на европейском рынке. Причём объёмы потребления растут, и это, действительно, делает весьма актуальной задачу оптимизации поставок газа на европейский рынок, включая те проекты, о которых Вы сказали. Эти проекты важны.

Но есть и другие факторы, которые так или иначе сказываются на потреблении газа и о которых в последнее время достаточно много говорят. Я имею в виду решения стокгольмского Арбитражного института, арбитражного суда, в отношении вашего спора с украинской компанией. Каковы последствия для «Газпрома»? Какие шаги собирается предпринять или уже предпринял «Газпром», включая судьбу договора? Насколько я знаю, в настоящий момент вами уже практически заявлен иск о расторжении существующего договора с украинским контрагентом.

А.Миллер: Стокгольмский арбитраж принял асимметричное решение, которое нарушило баланс интересов сторон по двум контрактам – контракту на поставку газа на Украину и транзитному контракту. По решению Стокгольмского арбитража «Газпром» должен НАК «Нафтогаз Украины» 2,56 млрд долларов. И сразу НАК «Нафтогаз Украины» сделал заявление о том, что и за предстоящий 2018 год, и за 2019 год, до конца действия контрактов, НАК «Нафтогаз Украины» на основании решения Стокгольмского арбитража взыщет с нас ещё штрафы, и мы будем вынуждены заплатить ещё несколько миллиардов долларов.

Конечно, в таких условиях для нас эти контракты становятся экономически неэффективными, нецелесообразными с экономической точки зрения, и «Газпром» принял решение о начале процедуры расторжения контрактов в судебном порядке через Стокгольмский арбитраж. Мы уже подали апелляцию по контракту на поставку газа на Украину, до конца марта будет подана апелляция по контракту на транзит и инициирована процедура расторжения контрактов в установленном порядке.

Д.Медведев: А какова судьба транзита в Европу? Об этом много разговоров.

А.Миллер: Без сомнения, расторжение контрактов – это процедура не очень быстрая. По-видимому, на это уйдёт плюс-минус полтора-два года. Но для транзита газа в Европу через территорию Украины в настоящее время рисков никаких нет, если, конечно, не будет несанкционированного отбора со стороны НАК «Нафтогаз Украины». Мы, без сомнения, рассчитываем, что в рамках новых разбирательств Стокгольмский арбитраж исправит дисбаланс интересов сторон.

Д.Медведев: Все договоры имеют свойство, как говорят юристы, изменяться, и в конечном счёте они или заканчивают своё действие, или расторгаются в установленном порядке. В данном случае это судебный порядок. Это нормальный правовой путь прекращения договорных отношений. На мой взгляд, крайне важно, чтобы все эти разбирательства происходили в рамках существующего правопорядка, который определили стороны, чтобы этим непосредственно занимались сами спорящие стороны – я имею в виду «Газпром» и украинскую сторону. Это прямо предусмотрено существующими соглашениями. А что касается иных способов влияния на такие отношения, то, на мой взгляд, это абсолютно неправильно, это носит совершенно очевидный политический оттенок – я имею в виду отдельные комментарии, которые допускают должностные лица из Европейского союза и даже, что совсем парадоксально, из Государственного департамента Соединённых Штатов Америки. Ни Европейский союз, ни тем более министерства иностранных дел каких-то иных стран, к двусторонним отношениям между «Газпромом» и его украинским контрагентом отношения не имеют. Эти отношения нужно урегулировать в существующем правовом поле. Не исключая, естественно, все процедуры: и процедуры обжалования, и процедуры расторжения договора в существующих параметрах.

А.Миллер: Без сомнения, в текущих условиях уже украинская сторона должна доказывать экономическую эффективность и целесообразность продолжения транзита газа через территорию Украины, и мы готовы выслушать и рассмотреть такие предложения, если они будут.

Д.Медведев: Естественно, никаких вариантов закрывать не надо. Это вопрос просто выгодности, эффективности контракта, о чём Вы и сказали.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 13 марта 2018 > № 2532826 Алексей Миллер


Германия. Норвегия. Весь мир. РФ > Нефть, газ, уголь > energyland.infо, 8 марта 2018 > № 2522976

Немецкая Wintershall в 2017 году удвоила прибыль - до 719 млн евро

В 2017 году самая крупная нефтегазовая компания Германии с международным профилем увеличила результат хозяйственной деятельности (EBIT) до учета особых факторов на 53% (276 миллионов евро), до 793 миллионов евро (2016 г.: 517 миллионов евро).

Это обусловлено, прежде всего, ростом цен на нефть и газ, а также увеличением вклада в результат долевого участия компании в Южно-Русском газовом месторождении. Широкие меры по оптимизации проектов геологоразведки и добычи и успешная реализация оперативных мер по снижению затрат также дали положительный эффект. EBIT увеличился на 544 миллиона евро (плюс 109 процентов) и достиг 1043 миллионов евро (2016 г.: 499 миллионов евро). В нем учтены чрезвычайные доходы от повышения балансовой стоимости основных средств в Норвегии и Нидерландах, а также от продажи долей участия в лицензионном блоке Агуада-Пичана в Аргентине. Обратный эффект имела переоценка стоимости геологоразведочного потенциала в Норвегии.

Годовая прибыль после учета долей других участников увеличилась на 357 миллионов евро (плюс 99 процентов) и достигла 719 миллионов евро (2016 г.: 362 миллиона евро).

«Наша цель, а именно в 2017 году вновь достичь в нефтегазовом бизнесе значительно более высокого результата для группы BASF, была достигнута благодаря высоким достижениям коллектива Wintershall», – сказал председатель правления Wintershall Марио Мерен.

Так, оборот с третьими лицами по сравнению с предыдущим годом в результате увеличения цен и объемов увеличился на 476 миллионов евро (плюс 17 процентов) и достиг 3244 миллионов евро (2016 г.: 2768 миллионов евро). Средняя цена на нефть эталонной марки Брент в 2017 году составила 54 долл. США за баррель (2016 г.: 44 долл. США). Цены на газ на европейских спотовых рынках по сравнению с предыдущим годом выросли примерно на 24 процента. Главным фактором роста сбыта было увеличение объемов продаж газа.

Добыча нефти и газа удержалась на рекордно высоком уровне

Компании удалось удержать объем добычи нефти и газа на уровне прошлого года (2016 г.: 165 млн баррелей нефтяного эквивалента). В поиске новых месторождений нефти и газа Wintershall в 2017 году пробурила в общей сложности семь разведочных и доразведочных скважин, три из которых оказались продуктивными. Объем доказанных запасов нефти и газа компании по сравнению с концом 2016 года увеличился на три процента и достиг 1677 млн баррелей нефтяного эквивалента (б.н.э.) (2016 г.: 1622 млн б.н.э.). Коэффициент восполнения запасов в 2017 году составил 133 процента.

Расчетная кратность запасов, выведенная на базе добычи Wintershall в 2017 году и уровня запасов к концу года, составляет примерно десять лет (2016 г.: десять лет). «Мы увеличили объем добычи с 2011 года примерно на 50 процентов. И при этом мы не жили за счет будущего», – сказал Мерен. Ведь за тот же период удалось увеличить объем запасов также почти на 50 процентов. Wintershall планирует до 2022 года в общей сложности вложить примерно 3,5 миллиарда евро в развитие нефтегазового бизнеса. Это соответствует примерно пятой части (18 процентов) общей суммы инвестиций группы BASF на период 2018 – 2022 гг.

Wintershall DEA в роли ключевого игрока в Европе

В декабре 2017 года было объявлено о предстоящих фундаментальных изменениях: BASF намерен вместе с группой LetterOne объединить нефтегазовые активы двух компаний в рамках совместного предприятия. Новое предприятие, которое будет называться Wintershall DEA, должно стать одной из крупнейших независимых нефтегазовых компаний Европы – с прекрасными перспективами роста. В среднесрочной перспективе планируется выход совместного предприятия на биржу. «Портфели активов двух компаний идеально сочетаются. Мы сможем еще сильнее укрепить производство в Европе и расширить регионы добычи в Южной Америке и Северной Африке, – пояснил Мерен. – Объем добычи объединенной компании Wintershall DEA превышает 215 млн б.н.э. в год. Это примерно 600 тысяч баррелей в сутки». При этом три четверти добычи приходится на долю Wintershall.

Россия остается главным приоритетным регионом

В конце 2017 года отмечался десятилетний юбилей запуска добычи газа на Южно-Русском месторождении в Западной Сибири. Wintershall уже в 2009 году вышла на уровень проектной мощности в 250 млрд кубометров газа в год. В первой половине 2018 года будет достигнута отметка суммарной добычи в 250 млрд кубометров, что соответствует потреблению газа в Германии за последние три года. Часть добываемого на этом месторождении газа транспортируется по газопроводу «Северный поток» в Европу. Тем самым Wintershall вносит существенный вклад в надежное газоснабжение Европы.

На блоке 1 A ачимовских отложений Уренгойского месторождения, в котором Wintershall имеет долевое участие в 50 процентов, была продолжена поэтапная разработка месторождения. В итоге, к концу 2017 года добыча велась из 88 скважин, а объем добычи в 2017 году по плану вырос до 6,6 млрд кубометров газа. Помимо этого, дочернее общество BASF планирует совместно с ПАО «Газпром» разрабатывать блоки 4 А и 5 А ачимовских отложений. «Волгодеминойл», СП Wintershall с российским партнером РИТЭК на юге России, недавно отметил 25-летний юбилей своего существования. Кооперация двух компаний считается пионерским проектом совместной германо-российской добычи нефти и образцом успешного двустороннего сотрудничества и совместного экономического успеха.

«Наши проекты, а также более чем 25-летняя кооперация с нашими российскими партнерами в прошлом году в очередной раз показали, что мы можем реализовать на практике доверительное, стабильное и успешное германо-российское сотрудничество», – отметил Мерен. «Учитывая прочный фундамент партнерства и крупные запасы природного газа в Сибири, Россия останется краеугольным камнем портфеля нашей компании», – добавил Мерен.

Норвегия: ожидания превзойдены

В Норвегии Wintershall смогла еще дальше расширить свою деятельность и превзойти собственные цели. «Благодаря инновационной концепции разработки месторождения Maria и установке добычного комплекса непосредственно на морском дне с привязкой к существующей инфраструктуре существенно снижаются затраты», – сказал Мерен. Опережая график на целый год, компания приступила к добыче в Норвежском море в декабре 2017 года. Стоимость проекта составила примерно 1,2 миллиарда евро, и тем самым была более чем на 20 процентов ниже расчетной стоимости. Maria – это первый проект в Норвегии, где Wintershall управляла работами на всех этапах разработки: от геологоразведки до начала добычи.

«Успешная реализация сложного морского проекта свидетельствует о высокой эффективности и ноу-хау Wintershall, которые проявляются не только в Норвегии. Это образцовый проект для нас и всей отрасли», – отметил Мерен. Maria – самый крупный на данный момент морской инвестиционный проект, осуществленный компанией Wintershall на правах оператора. Кроме того, была продолжена разработка месторождений Ivar Aasen и Edvard Grieg бурением дополнительных скважин.

По словам Мерена, месторождения Aasta Hansteen и Nova (раньше: Skarfjell) удачно пополняют портфель будущих проектов нефтегазовой компании: «Мы стремимся к тому, чтобы в первой половине 2018 года представить план разработки Nova на рассмотрение в Министерство энергетики Норвегии», – сказал Мерен. Концепция разработки предусматривает подводное присоединение нефтегазового месторождения к расположенной рядом платформе Gjøa. В конце февраля 2018 года для этой цели были уже выданы заказы на сумму примерно 190 миллионов евро.

Крупные проекты представляют собой вехи не только в работе самой компании. Они также подтверждают большое значение добычи нефти и газа в Северном море, которое по-прежнему является одним из самых важных регионов добычи в Европе. Из Северного моря и прибрежных государств поступает примерно половина потребляемого в ЕС природного газа.

Портфель активов в Норвегии был еще дальше расширен в результате получения в январе 2018 года шести новых лицензий

на геологоразведку, выданных Министерством энергетики Норвегии в рамках лицензионного раунда APA 2017. Три лицензии наделяют Wintershall правами оператора. Все лицензионные участки распложены в коренных регионах работы Wintershall.

Южная Америка: инвестиции в будущее

Работа Wintershall в Аргентине имеет давнюю традицию: в этой стране компания уже 40 лет с большим успехом занимается геологоразведкой и добычей углеводородов. В настоящее время Wintershall в общей сложности владеет долями в 15 наземных и морских месторождениях, на двух из которых компания является оператором работ. «Мы на протяжении нескольких десятилетий вносим вклад в развитие нефтегазовой промышленности Аргентины. К тому же мы сейчас являемся оператором работ на двух лицензионных участках, где на пилотном этапе добывается нетрадиционная нефть», – сказал Мерен. Блоки Агуада-Федераль и Бандуррия-Норте расположены в провинции Неукен и относятся к перспективной структуре Вака- Mуэрта. После выполнения проекта разработки сланцевой нефти на блоке Агуада-Федераль еще в 2015 году, в 2017 году последовало бурение трех горизонтальных скважин на блоке Бандуррия-Норте. Опираясь на опыт реализации предыдущего проекта, коллектив смог завершить буровые работы раньше срока и при более низких затратах. В 2018 году планируется проведение испытаний обоих проектов. «У нас имеется технология и ноу-хау бурения скважин в сложных геологических условиях с соблюдением самых высоких стандартов HSE», – отметил Мерен.

На блоке CN-V, расположенном в провинции Мендоса, Wintershall открыла залежь нефти. В 2018 году на этом блоке планируется бурение второй разведочной скважины, после чего Wintershall станет оператором работ. На Огненной Земле начались работы по расширению мощности установок подготовки газа для лицензионного участка Куенка Марина Аустраль 1. В провинции Неукен Wintershall сократила свое долевое участие в лицензионном блоке Aгуада-Пичана. Доли в блоке Aгуада- Пичана Оесте (западный) были проданы компаниям Pan American Energy LLC, Буэнос-Айрес (Аргентина) и YPF S.A., Буэнос-Айрес (Аргентина). В начале 2018 года Wintershall незначительно сократила свое участие в блоке Aгуада-Пичана Эсте (восточный) путем продажи своих долей компании Total Austral S.A., Буэнос-Айрес (Аргентина). Помимо этого, Wintershall планирует расширение своего присутствия в Южной Америке и участие в поиске нефти и газа у побережья Бразилии. «В 2018 году мы будем участвовать в аукционе по продаже лицензий на проведение геолого- разведочных работ», – объявил председатель правления Wintershall. Побережье Бразилии считается одним из самых перспективных нефтяных регионов мира. Ближний Восток: скважина Шувайхат-6 успешно завершена В Aбу-Даби Wintershall в 2017 году успешно завершила бурение второй разведочной скважины (SH-6) на месторождении Шувайхат. Работы были выполнены раньше срока и по более низкой стоимости, чем было запланировано. Скважина SH-6 была пробурена в Персидском заливе в пяти километрах от берега. Месторождение высокосернистого газа и конденсата Шувайхат расположено в западной части Абу-Даби, примерно в 25 километрах к западу от промышленного города Рувайс.

Выполняя функцию оператора, Wintershall применяет самые высокие стандарты по HSE и пользуется опытом безопасной разработки и добычи на месторождениях высокосернистого газа, накопленным за более чем 40 лет.

Wintershall работает в Абу-Даби на протяжении нескольких лет и преследует цель расширения своего присутствия в регионе. В июне 2012 года Wintershall вместе с Национальной нефтяной компанией Абу-Даби (ADNOC) и австрийской OMV подписала соглашение о технической оценке месторождения Шувайхат. После выполнения 3D-сейсмики (2015 г.) и бурения двух разведочных скважин (2016 г. и 2017 г.) техническая оценка на данный момент считается завершенной. Процесс обработки данных пока еще продолжается. Сейчас обсуждаются дополнительные концепции разработки месторождения Шувайхат.

В Ливии Wintershall на правах оператора эксплуатирует восемь нефтяных месторождений на наземных лицензионных участках 96 и 97. В марте 2017 года добыча нефти на обоих лицензионных участках была приостановлена. По договоренности с Национальной нефтяной компанией (ННК) добыча была возобновлена в период с июня до октября 2017 года. Производительность составляла 55 тысяч баррелей нефти в сутки на лицензионном участке 96 и 10 тысяч – на участке 97. До конца января 2018 года производство на участке 96 вновь прекратилось из-за забастовки. Wintershall в настоящее время ведет переговоры с ННК о рамках будущего сотрудничества. Расположенное у побережья Ливии месторождение Аль-Джурф, в котором Wintershall имеет долевое участие, в течение 2017 года непрерывно эксплуатировалось.

Добыча в родной стране как вклад в энергобезопасность

В Германии Wintershall на производственной площадке Эмлиххайм, расположенной на германо-нидерландской границе, успешно завершила буровые работы по строительству двенадцати новых скважин, которые уже введены в эксплуатацию. Эмлиххайм – одно из самых крупных и традиционных производств в Германии. Здесь Wintershall уже более 70 лет добывает нефть на постоянно высоком уровне. Так как в нефтяном месторождении Эмлиххайм еще имеются неосвоенные запасы, Wintershall анализирует его методом современной 3D-сейсмики с высокой разрешающей способностью. Первые результаты проведенных в феврале 2018 года трансграничных измерений будут получены в начале 2019 года. Помимо этого, Wintershall успешно завершила буровые работы на месторождении Миттельплате у немецкого побережья Северного моря.

Wintershall имеет 50-процентную долю участия в самом крупном нефтяном месторождении Германии, где оператором работ является DEA. Буровая и добывающая платформа Миттельплате вносит существенный вклад в энергоснабжение Германии. С начала добычи в октябре 1987 года из нефтяного месторождения было добыто более 34 миллионов тонн нефти. Безаварийная добыча в зоне мелководья (ваттовое море) на протяжении более 30 лет свидетельствует о совместимости интересов добычи нефти и защиты окружающей среды. Для сохранения существенного вклада месторождения Миттельплате в отечественную добычу Wintershall и DEA уже в 2017 году запустили дополнительные буровые работы, которые продлятся до 2022 года. На производственной площадке в Барнсторфе (Нижняя Саксония), где находится штаб-квартира по еративной деятельности Wintershall в Германии, компания успешно завершила модернизацию установки подготовки нефти. На промысле в Бокштедте она пробурила пять новых скважин, первые из которых уже находятся в эксплуатации.

Помимо этого, Wintershall осенью 2017 года начала строить новое здание лаборатории. Открытие нового комплекса, создание которого обходится в 5,8 миллиона евро, запланировано на конец лета 2018 года. Центральная лаборатория в Барнсторфе, среди прочего, анализирует в год примерно 2 тысяч проб, поступающих от всех производственных площадок Wintershall по всему миру. Объем заказов с 2012 года вырос примерно на 30 процентов. На производственной площадке в Ландау, на юге региона Пфальц, Wintershall в начале 2017 года выполнила 3D-сейсмику. В настоящее время геологи и инженеры по разработке месторождений изучают наличие потенциала для бурения новых скважин. Wintershall добывает нефть в Ландау уже более 60 лет. Инфраструктура для надежного газоснабжения Европы В газопроводе «Северный поток», который находится в эксплуатации с 2011 года, Wintershall через компанию Nord Stream AG, г. Цуг (Швейцария) имеет долевое участие в размере 15,5 процента. Газопровод, который проходит по дну Балтийского моря из России до побережья Германии, имеет общую мощность в 55 миллиардов кубометров газа в год, и тем самым способствует повышению энергобезопасности Европы.

Кроме того, Wintershall в качестве финансового инвестора участвует в финансировании нового проекта – «Северного потока – 2». Реализация этого проекта укрепит инфраструктуру и энергобезопасность Европы; это особенно важно с учетом падающей добычи в этом регионе. Вместе с четырьмя другими европейскими энергокомпаниями Wintershall в апреле 2017 года подписала долгосрочные контракты о финансировании с проектной компанией Nord Stream 2 AG, г. Цуг (Швейцария), согласно которым компании обязались обеспечить долгосрочное финансирование 50 процентов от общей стоимости проекта, которая на данный момент оценивается в 9,5 миллиардов евро. Wintershall соответственно предоставит до 950 миллионов евро. Из этой суммы к 31 декабря 2017 года выплачено 324 миллиона евро. «Газпром» является единственным акционером проектной компании Nord Stream 2 AG. В конце января 2018 года компания Nord Stream 2 получила разрешение на строительство и эксплуатацию морской части газопровода в территориальных водах Германии и сухопутной части в районе Любмина вблизи Грайфсвальда.

Германия. Норвегия. Весь мир. РФ > Нефть, газ, уголь > energyland.infо, 8 марта 2018 > № 2522976


Россия. Украина. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > zavtra.ru, 7 марта 2018 > № 2580749 Анатолий Вассерман

ПРОИГРЫШ

Что это было: «Газпром» расторгает контракты с «Нафтогазом»

Проигрыш - положение, создавшееся в результате неблагоприятного исхода игры, состязания. Неудачный исход в каком-либо деле. Сумма проигранных денег.

Т. Ф. Ефремова. Толковый словарь русского языка (2000).

5 марта «Газпром» направил «Нафтогазу» официальное уведомление о начале процедуры расторжения контрактов.

2 марта глава правления «Газпрома» Алексей Миллер заявил журналистам: «Стокгольмский арбитраж, руководствуясь двойными стандартами, принял ассиметричное решение по контрактам на поставку и транзит газа с НАК «Нафтогаз Украины». Таким образом, решение арбитража существенно нарушило баланс интересов сторон по данным контрактам. Арбитры аргументировали свое решение резким ухудшением состояния украинской экономики. Мы категорически против того, чтобы за наш счет решались экономические проблемы Украины. В такой ситуации продолжение действия контрактов для «Газпрома» является экономически нецелесообразным и невыгодным».

Как сообщает агентство «Интерфакс» со ссылкой на представителя Минэнерго, 3 марта министр энергетики РФ Александр Новак и еврокомиссар Марош Шефчович обсудили по телефону ситуацию с поставками газа в Европу. Еврокомиссар передал обеспокоенность в связи с последними событиями вокруг решения Стокгольмского арбитража. Новак заверил, что «транзит газа из России в Европу остается таким же надежным, как и в прошлом». «До момента расторжения контракта между «Газпромом» и «Нафтогазом» в судебном порядке транзиту газа через Украину ничто не угрожает», — сказал он.

Украина закупает в Европе газ в четыре раза дороже, чем у «Газпрома», заявил 5 марта коммерческий директор «Нафтогаза» Юрий Витренко, сообщает РИА Новости. Витренко поблагодарил всех «сознательных украинцев» за снижение потребления топлива. По его словам, Украине после прекращения поставок от «Газпрома» необходимо было "продержаться одни сутки. «За сутки «Нафтогаз» заменил газ, который должен поставляться от «Газпрома», на газ из Европы. Газ в эти дни в Европе стоил тысячу долларов, то есть в четыре раза больше, чем по контракту с «Газпромом», — написал Витренко в Facebook. Помимо этого, он выразил уверенность, что «Газпром» «оказался в ловушке, которую подготовил для украинской компании», поскольку Украина смогла обеспечить импорт сырья из Европы и «слезла с газовой иглы России».

Экспертные оценки

Анатолий Вассерман

Так называемые газовые войны Украины с Российской Федерацией длятся уже десятки лет. Долгое время именно через Украину шла основная масса поставок газа в Западную Европу, поскольку через Украину проходило большинство магистральных газопроводов. Это обусловлено тем, что в советское время мы снабжали газом прежде всего балканские социалистические страны — Румынию, Болгарию, Югославию, а также Чехословакию. Восточная Германия, у которой большая часть экономики строилась на базе буро-угольных месторождений, располагала благодаря этому собственными запасами газа, получающегося при переработке того же бурого угля, и туда мы газа поставляли меньше. Правда, в начале 60-х годов мы заключили контракт и на поставку газа в Западную Германию, но всё-таки основная магистраль была именно украинская. И когда Украина отделилась от остальной России и стала всеми доступными ей способами осуществлять заведомо ложный лозунг «Украина — не Россия», газ стал одним из инструментов давления Украины на Российскую Федерацию. Именно так — Украины на Российскую Федерацию, а не наоборот, поскольку Украина имела возможность влиять на поставки нашего газа европейским потребителям. Нынешний этап скандала — лишь доведение до крайности этой газовой войны.

В чём смысл нынешнего этапа конфликта? Стокгольмский арбитраж принял противоположные решения, рассматривая два аналогичных по сути контракта, основанных на одном и том же принципе. Это принцип гарантированной минимальной оплаты потребителя поставщику. В торговом жаргоне он называется «Бери или плати», хотя никакого «или» там нет, платить обязательно, хотя можно и не брать. Почему? Потому что в газовых поставках очень велика доля затрат на создание инфраструктуры. Это и освоение самих месторождений, где нужны большие капиталовложения на подготовительном этапе, и строительство больших газопроводов. Понятно, что для того, чтобы инфраструктура окупилась, нужна уверенность в том, что будет гарантирована оплата текущих поставок. Поэтому в некоторых случаях есть минимальный объем потребления, который потребитель обязан оплатить. Даже в том случае, если реально ему в какой-то момент нужно будет меньше газа, платить он всё равно обязан, чтобы поставщик компенсировал собственные затраты.

И вот в Стокгольмский арбитраж поступили два иска. С одной стороны, «Газпром» указал, что «Нафтогаз» не оплачивал ему согласованный в контракте объём поставок. С другой стороны, «Нафтогаз» заявил, что «Газпром» не прокачивал через газотранспортную систему Украины согласованный минимальный объём газа. В первом контракте арбитраж признал, что экономическое положение Украины слабое, поэтому она не могла оплачивать контрактные суммы, и сократил для «Нафтогаза» минимальный требуемый объём платежей. Дальше было ещё веселее. Дело в том, что «Газпром» действительно прокачивал на Запад меньший объём газа, чем предусмотренный максимум поставок, но не меньший, чем согласованный в тех же контрактах минимальный объём. Кроме того, непосредственно в контракте на прокачку был указан только минимальный объем поставок через газотранспортную систему Украины на Запад — этот минимум «Газпром» исполнял. И требование «Нафтогаза» было по сути несостоятельным. Тем не менее Стокгольмский арбитраж потребовал от «Газпрома» оплатить недостающий объем прокачки, при этом он руководствовался не контрактом, заключенным непосредственно «Газпромом» и «Нафтогазом», а ориентировался на контракты, заключёнными «Газпромом» с западными потребителями. То есть арбитраж по сути вышел за пределы рассматриваемых контрактов и тем самым за пределы своих полномочий. И решение арбитража надлежит считать не правовым, а чисто политическим.

Что дальше? Вот слова главы «Газпрома» Миллера: «Продолжение действий контрактов для «Газпрома» является экономически нецелесообразным и невыгодным. «Газпром» вынужден немедленно начать процедуру расторжения контрактов с НАК «Нафтогаз Украины» на поставку и транзит газа в Стокгольмском арбитраже». Получается, что ровно та организация, которая приняла сейчас неправомерные и несправедливые решения, будет решать и вопрос расторжения контракта?

Дело в том, что в самих контрактах прописано, что все споры вокруг них решаются в Стокгольмском арбитраже. По традиции, насчитывающей уже несколько десятилетий, именно Стокгольмский арбитраж считался политически нейтральной организацией, наиболее пригодной для решения коммерческих споров. Соответственно, и досрочное расторжение этих контрактов возможно, действительно, через всё тот же Стокгольмский арбитраж. Другое дело, что теперь, очевидно, и «Газпром» будет в следующих контрактах включать рассмотрение споров в какой-то иной инстанции, и другие крупные коммерческие структуры постараются обходить Стокгольмский арбитраж десятой дорогой, ибо достаточно один раз испортить репутацию, чтобы перестали верить — если не навсегда, то по крайней мере очень надолго. Так что «Газпром» действительно вынужден для расторжения контракта обратиться в тот же самый Стокгольмский арбитраж, что принял решение, не основанное на контрактах — но что делать? Впредь мы будем умнее, а им будет хуже.

То, что Стокгольмский арбитраж включился в антироссийскую политику — это, конечно, очень неприятно. Но даже в худшем для нас случае контракты заканчиваются, если совсем точно, в 10 часов утра 1 января 2020 года. Я не исключаю, что Стокгольмский арбитраж постарается затянуть процесс именно до того момента, когда контракты умрут естественной смертью, но это опять же не так разорительно для нас, как для самого Стокгольмского арбитража.

Что же касается дешёвого российского газа для Украины, то тут картина вообще сложилась очень забавная. «Нафтогаз» перевёл «Газпрому» деньги на поставку газа с 1-го марта. «Газпром» отказался принять эти деньги, причём отказался на основании решения всё того же Стокгольмского арбитража. Дело в том, что Украина уже пару лет не покупает газ непосредственно у «Газпрома». Формально она получает газ из Словакии. Понятно, что это тот же самый российский газ из «Газпрома». Более того, хотя формально он проходит через Украину в Словакию, а уже оттуда закачивается обратно на Украину, совершенно ясно, что физически никто не гоняет газ по одной и той же трубе в двух направлениях, что Украина отбирает газ непосредственно из своих транзитных газопроводов. Украине это обходится заметно дороже, чем покупка того же газа непосредственно у «Газпрома», поскольку, во-первых, в цену входит цена транзита газа через Украину до Словакии, во-вторых, Словакия в качестве посредника берёт какую-то сумму. Тем не менее, в течение какого-то времени «Нафтогаз» платил эти деньги за глупость собственного руководства. Сейчас Украина оказалась обязана покупать какое-то количество газа у «Газпрома», хотя и меньше, чем раньше. Но поскольку старое соглашение с «Газпромом» оказалось разорвано, а сами условия поставки газа пересмотрены Стокгольмским арбитражем, то требуется заключить новое соглашение. А это сейчас для «Нафтогаза» крайне невыгодно, поскольку новое соглашение будет ориентироваться на нынешний уровень цен. Он сейчас примерно вдвое выше того, что был по старому соглашению. Поэтому «Газпром» не принял деньги от «Нафтогаза» и не возобновил свои прямые поставки. Кроме того, «Газпром» сейчас сократил объём поставок в Европу, то есть Словакия получает отныне газа столько, сколько потребляет сама, и не имеет возможности получать тот газ, который оформлялся как реэкспорт на Украину. И это опять же в точности соответствует букве всех соглашений и всех решений Стокгольмского арбитража, но оставляет Украину фактически вовсе без газа до тех пор, пока не будет заключено новое соглашение.

То есть получается, что вроде бы политический успех Украины в Стокгольмском арбитраже обернётся для неё очередными экономическими потерями. И та сумма в 2,56 миллиарда долларов, что причитается Украине как разность от двух исков, этот выигрыш немедленно обернётся для «Нафтогаза» колоссальным проигрышем из-за необходимости заключения нового контракта не поставку. И в итоге, если Стокгольмский арбитраж затянет расторжение контрактов, «Нафтогаз» останется по сумме в убытке.

За решительностью «Газпрома» видна ли уже чисто политическая (а не только экономическая) воля высшего руководства России в том, чтобы прекратить спонсировать дешёвым газом украинский нацистский режим?

Политика вообще — концентрированное выражение экономики. Решительность «Газпрома», несомненно, санкционирована свыше политическим руководством Российской Федерации, но, с другой стороны, решимость политического руководства Российской Федерации в данном случае опирается на чисто экономический фактор, а именно на скорое завершение альтернативных каналов поставки газа в Западную Европу, скорую готовность «Северного потока-2» и «Турецкого потока». А к чему приводит политическая решимость, не поддерживаемая экономически, мы видим как раз на примере последствий осуществления лозунга «Украина — не Россия».

Россия. Украина. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > zavtra.ru, 7 марта 2018 > № 2580749 Анатолий Вассерман


Украина. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > oilru.com, 7 марта 2018 > № 2544471 Александр Новак

Новак: контракт с "Нафтогазом" убыточен.

Министр энергетики РФ Александр Новак рассказал о текущих проектах и планах по развитию сотрудничества между Россией и Ираном, а также назвал причины расторжения контракта с "Нафтогазом" со стороны "Газпрома".

6 марта в Москве прошло заседание российско-иранской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Глава Минэнерго РФ отметил основные направления двустороннего сотрудничества в эксклюзивном интервью корреспонденту телеканала "Россия 24" Александре Суворовой.

В интервью также были обозначены причины расторжения газового контракта с "Нафтогазом" со стороны "Газпрома". Александр Новак отметил, что решение Стокгольмского арбитражного суда было "асимметричным", с игнорированием реальных условий контракта и попыткой привязать к нему "сложное экономическое положение Украины".

Министр выразил уверенность в том, что судебные разбирательства, подобные текущему между "Газпромом" и "Нафтогазом", показывают необходимость ускорить строительство других газопроводов, в частности "Турецкого потока" и "Северного потока-2".

– Здравствуйте, Александр Валентинович! Первый вопрос по поводу межправкомиссии: какие главные проекты можно выделить сегодня между двумя странами в энергетике, транспорте, промышленности?

– На заседании межправкомиссии мы определили основные направления в сотрудничестве, которые в дальнейшем будут развиваться. В энергетике это совместная разработка нашими компаниями с иранской нефтегазовой компанией месторождений нефти и газа. Это строительство газопровода по поставке газа из Ирана в Индию. Это возможные своповые поставки нефти и газа на север Ирана. В электроэнергетике это общий интеграционный процесс по объединению энергетических систем России, Азербайджана и Ирана. Это также строительство теплоэлектростанций, две ТЭС уже строятся. В транспортной отрасли говорили о развитии маршрута и развитии транспортного коридора между Россией, Азербайджаном и Ираном. Это дополнительная возможность по поставкам товаров из Азиатско-Тихоокеанского региона в Европу через Иран и Россию. Это будущее очень хорошее развитие нашего сотрудничества. В промышленности – поставки самолетов, поставки нашей техники, вагонов, создание совместных предприятий.

– Если говорить про поставки техники, есть ли у вас какие-либо цифры по данным поставкам?

– Конечно, есть. Сегодня, например, уже обсуждали поставки вагонов: уже 1200 вагонов поставлено, и еще в течение 2018 года будет поставлено порядка 3 тысяч вагонов будет поставлено. Также шла речь о дополнительных поставках "КамАЗов", "УАЗов", автобусов. Говорили о возможности приобретения иранскими партнерами самолетов Sukhoi Superjet 100, наметили план, по которому этот вопрос можно реализовать.

– Вопрос по теме, которая не касается сегодняшнего заседания межправкомиссии, – текущая ситуация с Украиной. Мы уже знаем решение Стокгольмского арбитража и позицию и "Нафтогаза", и "Газпрома". Как вы можете прокомментировать текущую ситуацию?

– Во-первых, мы четко понимаем, что Стокгольмский арбитраж принял асимметричное решение относительно двух разбирательств: на поставку газа и на транзит через Украину. В одном случае он не принял во внимание условия, которые прописаны в контракте, связанные с требованием "бери или плати" определенных объемов. В другом случае насчитал "Газпрому" штрафные санкции за те условия, которые не были прописаны в контракте, мотивируя это тем, что украинская экономика понесла экономический ущерб.

Таким образом, суд, по сути дела, решил, чтобы за счет "Газпрома" субсидировать украинскую экономику. Естественно, это привело к тому, что такие контракты в этих условиях становятся экономически нецелесообразными, и "Газпром" принимает правильное решение о том, чтобы начать процедуру расторжения этих контрактов.

В свою очередь это не приведет, естественно, к тому, что газ не будет поставляться европейским потребителям. Напротив, на сегодняшний день реализуются исторически самые большие объемы поставок европейским потребителям в условиях сегодняшних температур, и "Газпром" еще раз подтверждает себя как надежный поставщик газа на протяжении уже 50 лет. Единственная компания, которая имеет возможности сегодня при необходимости очень нарастить объемы поставок газа в Европу, – что, в принципе, и происходит.

Еще очень важным, на мой взгляд, является то, что такое решение суда подтверждает необходимость скорейшей реализации проектов по развитию инфраструктуры: по развитию альтернативных газопроводов, в том числе "Турецкий поток", "Северный поток-2", для того чтобы снизить транзитные риски и обеспечить конкуренцию как по поставкам газа, так и для себестоимости для конечных потребителей.

– То есть вы считаете, что на реализацию этих проектов текущая ситуация никак не повлияет? И, наоборот, может придать им какой-то импульс?

– Сейчас будут реализованы юридические процедуры по расторжению действующих контрактов, которые действуют до конца 2019 года. Сколько времени это займет, зависит от судебных процедур. Второе – будут продолжать реализовываться те проекты, которые есть. На мой взгляд, их нужно ускорять, и, наоборот, снизить те риски, которые сегодня есть.

– Вы уже общались по телефону с представителем ЕС по текущей ситуации. Есть ли в планах встреча в трехстороннем формате между Россией, Украиной и ЕС?

– Таких планов нет, все вопросы касательно судебного разбирательства решаются между компаниями "Газпром" и "Нафтогазом" через существующие правовые нормы и юридические нормы или арбитражные суды. Кстати, "Газпромом" принято решение о подаче апелляции на решения, которые были приняты Стокгольмским арбитражным судом. То есть эти процедуры будут продолжаться.

Украина. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > oilru.com, 7 марта 2018 > № 2544471 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт. СМИ, ИТ > energyland.infо, 7 марта 2018 > № 2522979

СИБУР запустил проект по цифровизации логистики для оптимизации ж/д перевозок

«Это поможет сократить привлекаемый «СИБУР-Транс» под перевозки парк, исключить порожние вагоны, сэкономить на тарифах при укрупнении отгрузок, оптимизировать логистику во время ремонтов», - рассказывает руководитель проекта Сергей Сучков.

В рамках проекта компания объединит и будет централизованно обрабатывать огромные массивы информации – об особенностях используемого подвижного состава, дислокации вагонов, заявленных и фактически выполненных перевозках – для принятия оптимальных логистических решений. Внедряемые аналитические инструменты смогут рекомендовать выбор вагонов под конкретную перевозку, определение размера партий отгрузки, прогнозирование сроков доставки груженых и порожних вагонов и другие параметры.

Кроме того, в рамках проекта цифровизации логистики планируется создать оптимизатор маневровых операций на грузовой ж/д станции «Денисовка» в Тобольске. Оптимизатор будет рассчитывать самый быстрый путь локомотива, сортирующего вагоны, сэкономив время нахождения вагона под погрузкой и затраты на маневровые операции.

«Проект поможет сократить привлекаемый «СИБУР-Транс» под перевозки парк, исключить перевозку порожних вагонов, получить эффект на тарифах при укрупнении отгрузок, оптимизировать логистику при организации ремонтов вагонов и сократить расходы на маневренную работу на станциях при подготовке к отгрузке. Мы планируем завершить проект к концу года и использовать сформированные компетенции для других цифровых проектов», - рассказывает руководитель проекта Сергей Сучков.

Проект реализуется в рамках масштабной цифровой трансформации СИБУРа.

Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт. СМИ, ИТ > energyland.infо, 7 марта 2018 > № 2522979


Украина > Нефть, газ, уголь > interfax.com.ua, 7 марта 2018 > № 2521801 Виктор Гладун

Гендиректор ПГНК: Будем бурить, развивать сервис, наращивать выпуск LPG

Эксклюзивное интервью генерального директора "Полтавской газонефтяной компании" Виктора Гладуна агентству "Интерфакс-Украина"

- С какими финансовыми и производственными показателями ваша компания закончила 2017 год?

- Озвучить точные цифры можно будет только после официального объявлениия результатов аудита. Пока могу сказать, что финансовые показатели хорошие.

Я бы разделил 2017 год условно на два периода. В первом полугодии мы зашли достаточно агрессивно в ГРП (гидроразрывы пласта – ИФ). Эти работы были технически прекрасно подготовлены, но, к сожалению, не дали запланированного результата. Поскольку мы не получили того роста дебита, на который рассчитывали, срочно разработали другую программу на второе полугодие. В ней сконцентрировались на том, чем занимались всегда - интенсификация, капремонты скважин. В итоге во второй половине года нам удалось остановить падение добычи. У нас появился прирост по газу, нефти и конденсату. Нарастили прибыль и с позитивным результатом вышли из 2017 года.

- Расскажите, пожалуйста, о производственных планах компании

- Компания имеет хорошие лицензии, активы и запасы. Но мы три года не бурили! Сейчас запланировали пробурить как минимум одну новую скважину - № 308 на Елизаветовском месторождении. Работы вот-вот начнутся – заканчиваем подготовку. Далее будем изучать ситуацию и, возможно, эта скважина станет не последней в этом году.

Мы также проводим капремонты: в конце 2017 года осуществили работы на скважине №43 (принадлежит НАК "Надра Украины") и №101, сейчас идет работа по скважине №158 (обе – принадлежат ПГНК).

Мы приняли политику геологического доизучения, чтобы минимизировать риски. Когда получим больше подтвержденной информации и снизим риски, начнем использовать привлеченную недавно кредитную линию ТАСкомбанка - на бурение, покупку оборудования.

- Какую планку ставите по добыче на 2018 год?

- Наш план – наращивать объемы добычи и производства. Как уже говорилось, на этот год запланировано бурение. Этот факт, в комбинации с успешными КРС и другими работами по интенсификации, должны способствовать приросту добычи.

- Как снижение ренты повлияло на работу компании?

- Эффект от снижения ренты существенный. Для нас эффект будет составлять около $300 тыс. на одну скважину.

Сейчас для отрасли необходимо только одно: стабильный фискальный режим - и по ренте, и по другим налогам. Чтобы стабильность была не на год, не на два, а на десятки лет. Ведь нужно учитывать, что Украина конкурирует с другими странами за привлечение инвестиций. И если у нас в стране будет стабильный налоговый режим, тогда сюда придет капитал.

- Как вы оцениваете ситуацию с Госгеонедр, аукционами, выдачей лицензий?

- Со стороны Госгеонедр мы видим обнадеживающие заявления, но бизнес ожидает конкретных результатов. Прежде всего, в вопросе аукционов.

Мы считаем, что лицензии должны быть товаром. Они должны продаваться, закладываться в банке вместе со скважиной. К сожалению, сейчас это является проблемой, которая также тормозит развитие отрасли. Формально разрешить эту ситуацию можно путем внесения изменений в законодательство, а именно- в Кодекс о недрах. Систему недропользования нужно пересматривать в принципе. Кроме того, необходимо провести комплексную дерегуляцию отрасли. Именно поэтому всегда поддерживали законопроект №3096д (который недавно принят парламентом), который позволит упростить режим получения разрешений, а также разрешит использование сервитутов в нефтегазовой сфере.

Обо всем этом мы говорим с 1996 года. И видим, что постепенное развитие есть, но необходимо двигаться намного быстрее.

- Есть ли у вас интерес к покупке лицензий у других игроков?

- За 2017 год мы рассмотрели большое количество лицензионных площадей – десятки, сотни. Как и кому-то уже принадлежащие, так и незалицензированные. Во всех случаях присутствуют риски, в том числе политического характера, идти на которые мы не можем себе позволить.

Также надеемся, что на аукционы будут выставляться новые участки. Кстати, во время Украинского энергетического форума Госгеонедр пообещали выставить на аукцион четыре участка. Будет хорошо, если это будут новые интересные участки. Тогда рынок немного зашевелится, получит глоток свежего воздуха.

- Среди тех десятков, которые просмотрели, есть что-то интересное для вас?

- Еще пока ничего не купили, но есть кандидаты, которых мы рассматриваем.

- Хотелось бы услышать вашу оценку ценовой ситуации на украинском рынке газа. В последнее время "Нафтогаз" начал вести более агрессивную ценовую политику. Повлияло ли это на ваши продажи?

- У нас есть имя и доверие покупателей, весь добытый газ реализуем абсолютно прозрачно через биржу, поэтому продаем дорого, но надежно.

Что касается цены: средняя цена в 2017 году была около $240 за 1 тыс. куб. Мы понимаем, что из-за Стокгольма, из-за более агрессивной политики "Нафтогаза" цены будут снижены. Кроме того, нужно также анализировать тенденции на макроуровне, которые влияют на цены и в стране: мировые тенденции свидетельствуют о наличии большого предложения со стороны США по LNG, это расширяет предложение на рынке. Также на цену оказывает влияние замедление роста спроса на природный газ. В период сниженного спроса и перенасыщения рынка предложением, очевидно, цены будут снижаться.

Наш прогноз на 2018 год – это около $220-230 за 1 тыс. куб.м. Вместе с тем даже в новых условиях мы считаем, что сможем эффективно торговать.

Более того, видим перспективы импорта газа, мы уже делали это в прошлом.

- Расскажите, пожалуйста, о направлении производства LPG в вашей компании.

- Наша команда занимается вопросами дозагрузки завода по производству LPG и увеличения глубины переработки. Завод был построен в 2010 году, введен в эксплуатацию в 2011 из расчетов на объемы добычи, которые были на то время. Сейчас он загружен только на 30% - очевидным решением является закупка сырья на рынке и дозагрузка завода. По данным экспертов (ExPro), в 2017 году наша компания занимает 2,5% украинского рынка LPG. Исходя из новой коммерческой стратегии компании, одной из ближайших целей является привлечение стратегических партнеров для выхода на розничный рынок – реализации конечному потребителю.

- Планируете ли развивать собственное сервисное направление?

- У нас есть практика и опыт, техника – можем смело конкурировать на этом рынке с сервисными компаниями, они к нам обращаются за экспертизой. ПГНК уже продает сервисные услуги и намерена развивать это направление в дальнейшем. В частности, по slickline, wellservice, обслуживанию скважин. Такой сервис в последние годы в нашей стране развивался неактивно из-за фискального режима. Новый фискальный режим является достаточно привлекательным как для добывающих компаний, так и для сервисных. Мы считаем, что с 2018 года начнется серьезный приплыв как сервисных компаний, так и сами добытчики начнут развивать это направление.

Украина > Нефть, газ, уголь > interfax.com.ua, 7 марта 2018 > № 2521801 Виктор Гладун


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter