Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 17 марта 2017 > № 2110417

Турция в отличие от Ирана не готова к полномасштабному сотрудничеству с Россией

Алексей Романов

Неделю назад состоялся официальный визит в Москву президента Турции. Несмотря на внешнее потепление между Москвой и Анкарой, а также координацию военных действий в Сирии в формате тройственного союза Россия – Турция – Иран, говорить о том, что сегодня дела в отношениях Москвы и Анкары все складывается удачно еще рано. Эрдоган в типичной для него манере хочет получить от российской стороны больше, чем готов дать ей взамен. Анкара сталкивает в Сирии Россию с Ираном, пытается создать трения по курдскому вопросу, обострить противоречия по сирийскому урегулированию между РФ и США, оставаясь на стороне Киева в конфликте между Россией и Украиной.

Разногласия по Сирии

Хотя ВКС России поддержали наступление турецкой армии на Аль-Баб в ущерб продвижению на этот стратегически важный город сирийских правительственных войск при поддержке частей иранского КСИР и российских же военных советников, дальнейшие действия Анкары по созданию «зоны безопасности» в Сирии на ее севере шириной в 90 км напугали Кремль.

Турки открыто пошли в сторону Евфрата для захвата г. Манбиджа, контролируемого курдами, а не исламистскими боевиками. 8 марта турецкая артиллерия обстреляла позиции правительственной сирийской армии (САА) к западу от Манбиджа в районе по соседству с поселениями, переданными под контроль Дамаска курдскими Сирийскими демократическими силами (SDF). В результате, 8 сирийских военнослужащих были убиты, десятки получили ранения. В социальных сетях получили распространение снимки железнодорожных составов со 155-миллиметровыми турецкими самоходными установками и бронетранспортёрами, перегоняемыми к границе с Сирией. Турецкие официальные лица выступили с более чем противоречивыми заявлениями по Сирии, что делает ситуацию на севере этой страны ещё более сложной и запутанной.

Владимир Путин не преминул сказать об этом Эрдогану. Тот вынужден был заявить в Кремле в ходе итоговой совместной пресс-конференции: «Сегодня есть процесс в Манбидже. Турция, так и Россия хотят сотрудничать с коалиционными силами, и в результате этого сотрудничества в Манбидже приютились хозяева этой территории, именно жители Манбиджа. Чтобы не оккупировать эти территории, мы хотим, чтобы сами жители укрепились там», – сказал Эрдоган. Хотя, скорее всего, он отреагировал не на озабоченности Москвы, а на действия Вашингтона, поскольку войска одной страны НАТО (Турции) оказались напротив вооруженных подразделений самого крупного государства НАТО (США), решившего поддержать курдов.

Взаимодействие Москвы и Анкары по сирийскому кризису, возобновление каналов информационного обмена между начальниками генеральных штабов, переговорный процесс в Астане, создание российско-турецко-иранской совместной оперативной группы по мониторингу сирийского перемирия создают в целом позитивный фон для дела сирийского урегулирования. Продвижению вперед мешает желание турецкого лидера извлечь из всего этого пользу исключительно для себя, а заодно ограничить иранское присутствие в Сирии.

Цели трех сторон по целому ряду вопросов серьёзно различаются. Если для Москвы и Тегерана важны борьба с международным терроризмом, предотвращение падения режима Асада и придание процессу национального примирения необратимого характера, то приоритет Анкары – укрепление влияния на севере Сирии и недопущение создания там независимого курдского государственного образования, опирающегося на собственные вооружённые силы.

В этом российский президент не уступил, заявив после встречи с турецким гостем: «Вследствие скоординированных действий России, Турции, Ирана перемирие в Сирии в целом соблюдается. Договорились с турецкими коллегами и далее активно взаимодействовать в борьбе с террористическими группировками, прежде всего с ИГ». Намек ясен: Иран остается партнером России по антитеррористической коалиции, и Турции придется это уважать.

Даже турецкая газета Milliyet после переговоров Эрдогана с Владимиром Путиным указала на расхождения стран по вопросу о сирийских курдах: «Можно сказать, что Владимир Путин ограничился общими тезисами, но не стал высказывать особых оценок. Таким образом, главный вопрос после встречи Эрдогана и Путина в том, будет ли решаться эта серьезная проблема. И если будет, то как?»

Ясно одно - под нажимом Эрдогана Россия не станет закрывать у себя представительство курдов. Москва ведь до сих пор и без этого вела себя пассивно в курдском вопросе и на курдском «поле», что дало США возможность закрепиться на северо-востоке Сирии, создав несколько объектов военной инфраструктуры, включая базу в 35 километрах южнее Кобани, способную принимать тяжелые транспортные самолеты. России вообще нельзя уступать Эрдогану по курдскому вопросу, учитывая, что Турция уже взяла под свой контроль две тыс. кв. км сирийской территории, в том числе благодаря ударам ВКС России захватила город Аль-Баб.

Разные подходы к экономическому сотрудничеству

Нельзя не отметить более чем слабые результаты экономической части саммита. И хотя Анкара всячески лезет из кожи вон, чтобы соперничать в этом с Ираном, и не допустить, чтобы Тегеран был для Москвы важнее Анкары как региональный партнер в экономической и политической сферах, на практике для этого делается мало. И игра все время идет в одни ворота – в интересах Турции. В основном за счет доходов от российских туристов, и за счет экспорта турецких овощей и фруктов в России. А стратегически важные для Москвы проекты - газ и ядерная энергетика – остаются на бумаге. Тогда как с Ираном сотрудничество в ядерной и других важнейших сферах успешно развивается. В нефтегазовой сфере в Иране перспективы для российских компаний также более серьезные и значимые.

Из общего объема турецкого экспорта в Россию, осуществленного в январе 2017 года, четверть пришлась на свежие фрукты и овощи. В ходе телефонных переговоров премьер-министров двух стран Дмитрий Медведев сообщил о подписании постановления, разрешающего экспорт некоторых видов турецкой сельскохозяйственной продукции в Россию. Известно и о и намерении группы турецких компаний Agaoglu строить жилье в Крыму. В то же время обозначилась неприятная проблема, также связанная с Крымом: в порту Зонгулдак за несколько дней до приезда Эрдогана в Москву наложен запрет на приём судов из этого российского региона. Официальная Анкара по-прежнему не признаёт воссоединения Крыма с Россией. Теперь поставки турецких продуктов и товаров на полуостров невозможны, и их придется вести из материковой части России. А это – дополнительные расходы.

Получается, что Эрдоган приезжал в Москву с целью возобновить поставки на российский рынок лука, брокколи, цветной капусты, гвоздик и жевательной резинки? А также добиться снятия ограничений на въезд турецкой рабочей силы в Россию?

И действительно - по завершению визита подписаны восемь незначительных документов: о сотрудничестве между ТАСС и агентством Andalou; о сотрудничестве между российской генпрокуратурой и турецким минюстом; о сотрудничестве Федеральной службы по интеллектуальной собственности и ее турецким аналогом, и т.д. А при этом Владимир Путин говорил совсем о других масштабах: Газпром готов приступить к прокладке «турецкого потока» (кстати, трубы для него уже произведены и складированы); Росатом готов начать возведение АЭС в Аккую; правительство РФ готово в скором времени снять запрет на работу в России турецких строительных компаний.

В ответ же Эрдоган выразил желание, чтобы в Москве закрыли бюро сирийских курдских организаций. Турецкий «султан» ничего конкретного для экономики России просто не привёз, и даже ничего не пообещал. Правда, на заседании Российско-турецкого совета сотрудничества высшего уровня Эрдоган выступил с призывом, причем исключительно в пользу турецкого бизнеса: «Нам необходимо убрать все препятствия на пути развития наших отношений. Те фирмы и компании, которые представлены сейчас в России, должны быть избавлены от всех санкций и ограничений, которые имеются в их отношении». По словам министра иностранных дел Мевлюта Чавушоглу, сейчас Анкара стремится «вернуть отношения до прежнего уровня и заинтересована, прежде всего, в развитии деловых контактов». А что конкретно?

А ведь еще 10 октября 2016 года в Стамбуле было подписано Соглашение о проекте газопровода «Турецкий поток»: от станции «Русская» в Краснодарском крае через акваторию Черного моря до приемного терминала на турецком побережье. Он должен состоять из двух ниток общей максимальной производительностью 31,5 млрд куб. метров газа в год. 8 декабря 2016 года входящая в «Газпром» компания South Stream Transport B.V. подписала в Амстердаме контракт со швейцарской Allseas Group S.A. на строительство первой нитки морского участка газопровода «Турецкий поток» с опционом на укладку второй нитки. Укладка первой нитки должна начаться во втором полугодии 2017 года. И только для турецких нужд. По второй ветке пока движения нет. В Анкаре не спешат предоставить маршрут для транзита российского газа в ЕС.

Ещё одним важным совместным российско-турецким проектом в сфере энергетики является строительство АЭС «Аккую», которое должно начаться силами Росатома в 2017 году с вводом в эксплуатацию первого реактора АЭС в 2023 году. Однако и здесь нет движения, хотя АЭС должна возводиться на российский кредит объемом 3 млрд. долл. И это в то время, когда в Иране уже давно пустила АЭС в Бушере и Россия приступила к строительству еще двух ядерных энергоблоков. Вот такое сотрудничество получается.

******

Визит Эрдогана в Москву не стал «историческим прорывом», и не мог таковым стать. Слишком большие различия в подходах сторон к самым различным вопросам международной политики, к тому же налицо явное нежелание Анкары удовлетворить экономические запросы Москвы. И надо помнить - рядом находится не менее важная страна – Иран, которая имеет весь потенциал для реализации экономических амбиций России в газовой сфере, ядерной энергетике, транспорте, торговле, ВТС. А овощи и фрукты по такой же цене и не худшего качества Россия может закупать в ИРИ.

Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 17 марта 2017 > № 2110417