Эстония. Латвия. Литва. РФ > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2017 > № 2111226

Прибалтийские исследования в 2016 году

Николай Межевич, Профессор кафедры европейских исследований Санкт-Петербургского государственного университета, доктор экономических наук

Владимир Оленченко, Старший научный сотрудник Центра европейских исследований ИМЭМО РАН, кандидат юридических наук

В 2016 году в российском экспертном и научном сообществах продолжались исследования, направленные, как и ранее, на уточнение понимания процессов, происходящих в странах Балтии, прежде всего применительно к российско-прибалтийским двусторонним отношениям. Так, фокус внимания концентрировался на конкретизации степени влияния внутренних и внешних факторов, формирующих политическую линию стран Балтии и определяющих тенденции их экономического развития.

К настоящему времени ряд центров России включили в свою деятельность освещение прибалтийской проблематики. Туда входят, в частности, Российский совет по международным делам (РСМД), Фонд поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова, научный фонд «Историческая память», Центр европейских исследований ИМЭМО им. Е.М.Примакова РАН, Российский институт стратегических исследований (РИСИ), Центр североевропейских и балтийских исследований (ЦСЕБИ), действующий в рамках Института международных исследований МГИМО МИД России, МГУ им. М.В.Ломоносова, Балтийский федеральный университет им. И.Канта, Санкт-Петербургский государственный университет (СПбГУ), Псковский государственный университет (ПсковГУ), Институт языка, литературы и истории Карельского научного центра Российской академии наук (ИЯЛИ КарНЦ РАН), МНОЦ «NORDICA», издающий совместно с Петрозаводским государственным университетом (ПетрГУ) ежегодный «Альманах североевропейских и балтийских исследований» («Nordic and Baltic Studies Review»).

К наиболее значимым событиям 2016 года можно отнести мероприятия, организованные МГИМО МИД России, ИМЭМО РАН, создание Российской ассоциации прибалтийских исследований (РАПИ), ставшей своего рода объединительным центром для исследователей научных и образовательных учреждений, действующих в основном в Северо-Западном федеральном округе (СЗФО). Наблюдательный совет РАПИ возглавил посол России в Литве А.И.Удальцов. Президентом ассоциации избран доктор экономических наук, профессор факультета международных отношений, руководитель магистерской программы «Исследования балтийских и северных стран» Санкт-Петербургского государственного университета Н.М.Межевич. Ассоциация активно включилась в процесс исследований стран Балтии и продемонстрировала способность к организации масштабных форумов по прибалтийской проблематике1.

Так, по инициативе РАПИ в апреле 2016 года на базе Балтийского федерального университета им. И.Канта и при поддержке Фонда им. А.М.Горчакова проведена международная научно-практическая конференция «Прибалтийские исследования в России». В работе трех секций приняли участие 66 российских исследователей из Калининграда, Москвы, Санкт-Петербурга, Мурманска, Воронежа, Пскова, а также 13 ученых из Германии, Венгрии, Белоруссии, Эстонии, Латвии и Литвы, Финляндии и Польши. Состоялся заинтересованный и многоплановый обмен мнениями.

Полезную активность продемонстрировал Центр североевропейских и балтийских исследований, действующий в рамках Института международных исследований МГИМО. В частности, 18 апреля 2016 года состоялось обсуждение по теме «Россия и Латвия: возможности сотрудничества после кризиса?» с участием российских и латвийских профильных представителей. В МГИМО МИД России 29 марта 2016 года проведен Второй международный День культуры стран Балтии - Pax Baltica. Мероприятие было инициировано Эстонским клубом и Латвийским землячеством МГИМО при поддержке Центра североевропейских и балтийских исследований ИМИ и Фонда развития МГИМО2.

Параллельно политологическим изысканиям, осуществляемым в рамках МГИМО МИД России, РАПИ и других центров прибалтийских исследований, в июне 2016 года в ИМЭМО РАН проведен комплексный анализ экономических аспектов сегодняшнего развития стран Балтии. Рассмотрению темы «Основные направления трансформации стран Балтии после обретения независимости в 1991 г.» было целиком посвящено плановое заседание ученого совета ИМЭМО РАН. Основной доклад представил Центр европейских исследований ИМЭМО РАН. В обсуждении приняли участие представители МИД России, МГИМО МИД России. Главным итогом можно считать формулирование идей, образующих контуры возможной концепции дальнейшего развития двусторонних российско-прибалтийских отношений3.

В сентябре 2016 года в Санкт-Петербурге состоялась международная научно-практическая конференция «Будущее региона Балтийского моря: угрозы и возможности». Она была организована РАПИ и Фондом им. А.М.Горчакова. В конференции приняли участие исследователи из Москвы, Санкт-Петербурга, Калининграда, Пскова, Белоруссии, Латвии, Эстонии. Все ведущие научные организации, занимающиеся международными отношениями, - МГИМО МИД РФ, ИМЭМО РАН, Дипломатическая академия МИД России, МГУ им. М.В.Ломоносова, СПбГУ, Балтийский федеральный университет им. И.Канта, Псковский государственный университет - прислали на конференцию своих представителей. Столь масштабное участие обеспечило широкий охват тем по вопросам концептуального восприятия ситуации, складывающейся в восточной части Балтийского региона. Фокус внимания участников концентрировался на вопросах политического и экономического положения в странах Балтии, строительстве двусторонних отношений4.

Можно выделить основные тезисы, прозвучавшие на конференции и нашедшие понимание участников.

Так, отмечалось, что в настоящее время нынешние руководители стран Балтии по-прежнему придерживаются линии поведения, направленной на поддержание конфронтации в отношениях с Россией. Конфронтация генерируется в нескольких плоскостях: насаждение атмосферы русофобии, в том числе в виде дискриминации русскоязычного населения, формирование образа угрозы со стороны России, публичная и агрессивная обструкция тех российских внешнеполитических шагов, которые не совпадают с подходами стран Запада. В целом в сфере международной политики страны Балтии выбрали себе роль постоянного раздражителя России.

В то же время, как было констатировано, нельзя считать, что указанная линия поведения сформирована странами Балтии самостоятельно. Традиционно эти страны в силу своего географического положения испытывали влияние многих иностранных факторов. Наиболее весомым среди них был и остается американский фактор, который начал формироваться в 20-х годах ХХ столетия в то время, когда страны Балтии появились на международной арене как независимые государства. В дальнейшем американский фактор постепенно наращивал свое присутствие в Прибалтике и в настоящее время, безусловно, приобрел характер доминирующего.

В этом ключе, по наблюдениям участников конференции, весомую роль сыграла та категория выходцев из Прибалтики, которую условно можно назвать западными прибалтами. Речь идет в основном о прибалтийских эмигрантах, по разным причинам осевших на жительство в США, Канаде, Великобритании, Германии. Их влияние на ситуацию в Прибалтике происходило двояким образом - частично через академическую науку и СМИ, частично через реэмигрантов, вернувшихся в страны своего происхождения и занявших ключевые посты в прибалтийском госаппарате и властных структурах. И те и другие выступали носителями конфронтационного отношения к России и содействовали тому, чтобы подобные взгляды обрели характер государственной доктрины.

Особенно очевидным американский фактор стал после 2014 года, когда под предлогом украинского кризиса США и поддержавшие их ведущие западноевропейские страны прибегли к введению санкций в отношениях с Россией. В странах Балтии антироссийский санкционный режим был безоговорочно принят. Более того, нынешнее руководство балтийских государств сочло возможным присоединиться к тем странам, которые занимают непримиримую позицию по отношению к России, выдвигая, в частности, лозунг о том, что санкционный режим должен стать основой «нормальных» отношений России и Евросоюза. Политика конфронтации с Россией была расширена в военно-политической области по инициативе НАТО, которая во главу угла поставила тезис о так называемой российской «угрозе». Государства Прибалтики охотно откликнулись на натовский призыв и объявили себя «прифронтовыми» государствами, активно включившись в пропагандистские, организационные, военные мероприятия по оказанию давления на Россию.

Участники конференции справедливо задавались вопросом, в каком направлении развивается ситуация в Прибалтике. Проводимые исследования показывают, что вариантов немного. В частности, можно говорить о регулируемой конфронтации, военном противостоянии, диалоге. Однако диалог как форма поддержания двусторонних отношений пока находится на последнем месте в списке возможностей5.

Отмечалось, что улучшению понимания современных процессов, протекающих в странах Балтии, несомненно, будут способствовать исследования новейшей истории этих стран, в частности феномена возникновения их независимости в 1917-1918 годах. Важным подспорьем являются свидетельства того, как прибалтийские деятели видели то время, как они относились к России, как предполагали будущее Европы и своих стран.

Ориентиром может послужить изданная в 2016 году книга «Миссия в Москве. Донесения латвийских дипломатов из СССР. 1935-1937 гг.». Книга подготовлена на основе документов Министерства иностранных дел Латвии того периода, представляющих собой переписку с латвийским посольством в Москве. Интересно и то, что работа была выполнена известным российским исследователем В.В.Симиндеем совместно с его латвийским коллегой Н.Кабановым. Без сомнения, необходимо продолжать исследования в этой области и расширять для российской и прибалтийской общественности возможности получать объективный взгляд на историю двусторонних отношений6.

Следующим этапом панельного рассмотрения прибалтийской тематики в 2016 году стал Х Конвент (08-09.12.2016) Российской ассоциации международных исследований (РАМИ), действующей как структура МГИМО. В его рамках проведено заседание секции «Сотрудничество vs соперничество в Балтийском регионе и Россия. 1991-2016 гг.»7.

Участники представляли образовательные и академические учреждения Москвы и Северо-Западного Федерального округа, а также неправительственные общественные организации, сосредоточившие внимание своей деятельности на Прибалтике.

Они отметили эффективность подобных встреч для расширения понимания происходящих процессов в Прибалтике, сошлись во мнении, что дополнительным резервом исследований была бы интенсификация контактов с представителями стран Балтии, которые изучают Россию. Однако в настоящее время российская тематика в Прибалтике относится главным образом к пропаганде и, к сожалению, отсутствуют значимые структуры и эксперты, которые заинтересованы в объективном изучении России и поиске на этой основе рациональных путей развития двусторонних связей.

Наряду с продолжением обсуждения тем, начатых на конференциях в Калининграде и Санкт-Петербурге, ИМЭМО РАН, были затронуты вопросы перспектив прибалтийских исследований. Здесь прозвучало несколько точек зрения.

Так, исследователи, специализирующиеся на странах Северной Европы, выразили мнение о желательности включить изучение стран Балтии в североевропейский комплекс исследований, мотивируя это тем, что и те и другие являются странами Балтийского моря и так или иначе их деятельность соприкасается друг с другом и даже переплетена. Такая постановка вопроса вызвала дискуссию.

Страны Балтии действительно географически примыкают к Северной Европе, однако фактически родственной им можно твердо считать только Эстонию, которая этнически, конфессионально и культурологически не видит существенных различий между собой и североевропейскими государствами. Примечательно, что по этим же критериям Эстония при удобном случае подчеркивает линию водораздела между собой и двумя другими странами Балтии.

Особо можно выделить Литву, продолжительный этап истории которой пришелся на совместное с Польшей государственное объединение - Речь Посполитую. До сих пор связи Литвы с Польшей занимают значительное место в литовской политике и экономике. Отмеченный фактор оказывает заметное влияние на тенденции литовского развития и происходящие в Литве процессы. Другим влиятельным фактором для Литвы выступает Белоруссия, не говоря уже о России. На этом фоне включение Литвы в североевропейский комплекс исследований носило бы искусственный характер в том смысле, что исследования Литвы пришлось бы проводить по североевропейским меркам, отодвигая на второй план российский, белорусский и польский факторы8.

В более широком плане предложение о соединении североевропейских и прибалтийских исследований в единый комплекс изучения под эгидой Балтийского региона ставит в двусмысленную позицию выходы России к Балтийскому морю: Ленинградскую и Калининградскую области, а также Польшу и Германию, обладающие, как и Россия, территориями, прилегающими к Балтийскому морю. Россия, Германия, Польша приобретают в таком случае второстепенный характер в Балтийском регионе. Особенно страдают интересы России, Ленинградская, Калининградская и Псковская области которой всегда развивались в неразрывной связи с Прибалтикой. Подобная постановка вопроса не носит вид предположения, а активно популяризируется шведскими властями, которые считают, что только Швеция и Финляндия полноценно представлены в районе Балтийского моря и поэтому претендуют на то, чтобы формировать стратегии для всего региона.

Можно задаться вопросом: логично ли при таких условиях нарушать сложившееся разделение между североевропейскими и балтийскими странами? Более обоснованным видится продолжать признавать их отдельными группами государств и принимать то, что Эстония занимает между этими группами пограничное и отчасти связующее их положение.

Кроме того, насколько оправданно брать на себя ответственность девальвировать и даже упразднять объективно существующую идентичность стран Балтии и вписывать их фрагментом в культуру и политику стран Северной Европы. Опять же это получается в русле шведской политики, ведущие компании которой открыто декларируют Прибалтику сегментом экономики Швеции. Аналогичных подходов придерживается Финляндия. Как это отвечает интересам внешней политики России в Балтийском регионе?

Следует также учитывать, что предложения о включении прибалтийских исследований в североевропейские исследования соперничают с достаточно широко распространенными идеями о взаимосвязи стран Балтии со странами Восточной Европы. В частности, существуют мнения о предпочтительности рассмотрения процессов в странах Балтии, прежде всего в восточноевропейском контексте. Там опорной точкой выбирают Литву и частично Латвию. Под этим углом изложенные выше соображения о сомнительности объединения исследований стран Балтии с другими странами могут быть применимы в равной мере и к циркулирующим в экспертном сообществе идеям увязывать в единое целое страны Балтии и страны Восточной Европы.

Следует также иметь в виду, что затруднительно обнаружить в прибалтийских самооценках ссылки на то, что большинство элиты и населения стран Балтии склонны воспринимать себя частью Северной или Восточной Европы. Примечательно, что иностранные центры, занимающиеся странами Балтии, из которых наиболее авторитетным считается лондонский, не проявляют намерений по объединению исследований стран Балтии с исследованиями пограничных с ними регионов.

На этом фоне потенциальная консолидация исследований стран Балтии с исследованиями стран Северной или Восточной Европы, безусловно, приводит к дополнительным трудностям для внешней политики России. Мы как бы подтверждаем североевропейцам и восточноевропейцам то, что воспринимаем страны Балтии полностью инородным элементом и косвенно признаем право североевропейцев и восточноевропейцев доминировать в Прибалтике, ущемляя российские интересы. Становится ясным, что такой подход отвечает только интересам стран Северной и Восточной Европы и поддерживает нынешнее политическое руководство стран Балтии в его конфронтации с Россией и насаждении русофобии.

Судя по всему, для России нужно оптимально продолжать воспринимать страны Балтии как подрегион, относительно автономный от Северной и Восточной Европы, в котором Эстония и Литва играют роль своего рода связующих звеньев между Прибалтикой и пограничными регионами.

Дискуссия по вопросу контекста дальнейших прибалтийских исследований свидетельствует также о том, что пока отсутствует комплексный, аналитический взгляд на прибалтийскую проблематику. Как отмечалось на конференциях, ученом совете ИМЭМО РАН, Конвенте РАМИ, пока в России преобладает восприятие, при котором идеи и практика части прибалтийской элиты и населения воспринимаются как образ стран в целом. Необходимо более глубокое изучение структуры общества стран Балтии, представительства разных групп во властных структурах, общественных организациях, динамики развития, тенденций. Несомненный научный и практический интерес представляют прежде всего усилия по выработке концепции дальнейшего развития двусторонних российско-прибалтийских отношений. Важно максимально точно определиться с тем, кто и на каком этапе в странах Балтии выступает генератором идей двусторонних отношений с Россией и кто их реализует там в практическом плане.

Представляется перспективным сосредоточить экспертные усилия на уточнении позиционирования стран Балтии в ракурсе российской внешней политики. Следует констатировать, что в странах Балтии тема противопоставления России близка к исчерпанию. В частности, очевидным признаком является ужесточение русофобии, которая все больше опирается лишь на голые лозунги. Бросается в глаза и то, что страны Балтии прикладывают силы и средства, выходящие далеко за возможности их потенциала, для выполнения роли антироссийского раздражителя. Наблюдаются попытки дополнительного стимулирования русофобских настроений в Прибалтике извне путем преувеличения ресурса стран Балтии.

В этих условиях более продуктивным будет направить исследования не столько на критику нынешнего прибалтийского руководства, сколько на изыскания, которые способны помочь странам Балтии вернуться к своей исторической идентичности, предполагающей самостоятельность во внешней политике в виде ее многовекторности и полного использования возможностей территориально-исторического развития. Безусловно, в качестве партнеров, нам более интересны страны Балтии, придерживающиеся собственной идентичности, движение в сторону которой, несомненно, включает и объективное их позиционирование в региональном и глобальном измерениях9.

В работе на данном направлении требуется также достижение консенсуса в терминологии для описания процессов, протекающих в странах Балтии. К примеру, присутствуют разные толкования, классификации стран, образующих для нас знакомую Прибалтику. Некоторые эксперты настаивают на термине «государства Балтии», другие допускают возможности параллельного использования терминов «государства Балтии» и «страны Балтии». В то же время страны Балтии сами именуют себя республиками, что закреплено в их конституциях и международных актах. Однако термин «прибалтийские республики» болезненно воспринимается в странах Балтии, поскольку он созвучен их названиям в бытность нахождения в составе СССР.

Неурегулированность этого вопроса и его актуальность подтверждаются, в частности, тем фактом, что в январе 2017 года власти стран Балтии обратились к известной и авторитетной радиостанции «Deutsche Welle» с просьбой больше не называть их в материалах радиостанции бывшими советскими республиками. Обозначенный ряд можно продолжить. Дискуссия на эту тему могла бы стать позитивной точкой обсуждения и сближения между представителями российского и прибалтийского экспертных сообществ в данной области.

В целом, видимо, пришло время меньше уподобляться конфронтационному стилю нынешнего прибалтийского руководства и избыточно не тратить силы и средства на обличения и опровержения, а переходить к практике выработки конкретных технологий и схем для оказания концептуальной помощи странам Балтии по преодолению трудностей роста государственной самостоятельности. Имеется в виду, что систематическое введение российской стороной в международный оборот свежих концепций и взглядов на двусторонние отношения не позволит антироссийской части прибалтийской элиты замыкать население Прибалтики на теме конфронтации с Россией и вести соответствующую пропагандистскую обработку прибалтийского сообщества. Активная российская практика генерирования идей в плоскости двусторонних отношений объективно будет побуждать прибалтийские элиты искать ответы на вопросы будущего и вступать в аргументированную дискуссию, которая неизбежно приведет к налаживанию подлинно заинтересованного диалога по нормализации двусторонних отношений.

1https://vk.com/baltstudies

2http://mgimo.ru/about/structure/ucheb-nauch/imi/csbi/

3http://www.imemo.ru/index.php?page_id=495

4http://fhist.bspu.by/news/nauka/budushchee-regiona-baltiiskogo-morya

5http://gorchakovfund.ru/news/19439

6См.: Миссия в Москве. Донесения латвийских дипломатов из СССР. 1935-1937 гг. Документы и материалы / Автор-составитель Н.Н.Кабанов. Под редакцией В.В.Симиндея. М.: Ассоциация книгоиздателей «Русская книга», 2016. 390 с.

7http://mgimo.ru/about/news/conferences/x-konvent-rami/

8Павлова М.С. Литва в политике Варшавы и Москвы в 1918-1926 годах. МГИМО МИД России. М.: Аспенс Пресс, 2016. 170 с.

9Оленченко В.А. Россия и страны Балтии: контуры концепции двусторонних отношений // Международная жизнь. 2016. №9. С. 58-75.

Эстония. Латвия. Литва. РФ > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2017 > № 2111226