Сербия. Косово. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 22 августа 2017 > № 2281246 Георгий Энгельгардт

Реинкарнации Югославии? Зачем Сербию заставляют признать Косово

Президент Сербии Александр Вучич недавно заявил о необходимости поиска компромисса в конфликте с албанцами вокруг Косово. Эксперты предположили, что таким образом глава государства под влиянием Запада готовит общественное мнение к признанию независимости отделившейся республики. В то же время звучат предложения вернуть Сербии северную часть Косово, где живут в основном сербы. Какое решение более вероятно – признание или разделение? Готовят ли Сербию к вступлению в НАТО и что означает план по реинкарнации Югославии? Об этом в интервью корреспонденту «Евразия.Эксперт» рассказал научный сотрудник Отдела современной истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы Института славяноведения РАН Георгий Энгельгардт.

- Президент Сербии Александр Вучич недавно заявил, что готов искать компромиссное решение в конфликте с албанцами вокруг Косово, а в сентябре он намерен открыть широкую дискуссию в стране по этому вопросу. Может ли это означать, что он готовит сербское общественное мнение к признанию Косово?

- Это обработка общественного мнения не столько по признанию независимости Косово, но для крупных уступок в этом направлении. Многие сербские эксперты и политики упоминают модель «двух Германий» по аналогии с Основополагающим договором ГДР и ФРГ 1972 г. Тогда проблема взаимного непризнания двух немецких государств была решена путем полной нормализации отношений, установления дипломатических отношений, признания равноправия, полного снятия возможности конфликта и согласия на самостоятельное участие в международных организациях. И все это без окончательного формального признания независимости друг друга.

Применительно к Косово это может означать отказ Белграда от блокирования приема Косово в ООН, ЮНЕСКО, европейские организации. Такая уступка Сербии может быть использована для пересмотра позиции стран ЕС, выступающих против признания независимости Косова (Греции, Испании, Кипра, Румынии, Словакии), тем самым укрепив единство ЕС.

Давление Брюсселя связано с идеей крупных уступок со стороны Сербии в развитие Брюссельского соглашения 2013 г. Вучич демонстрирует свою активность в рамках исполнения этих требований Евросоюза и в первую очередь Германии.

- Что может помешать реализации такой модели?

- Очень сильно этому может помешать неприятие сербским населением нынешней ситуации, которую задает Брюссельское соглашение, не говоря уже о каких-то дополнительных шагах в пользу косовских албанцев. Такое недовольство в Сербии существует.

- Глава МИД Сербии Ивица Дачич предлагает разделить Косово на сербскую и албанскую части. Северная часть, где живут в основном сербы, остается в составе Сербии, а остальное – республика Косово. Возможно ли такое?

- Такой вариант внешне выглядит логичным, но вопрос в его реальности. Дачич такую позицию озвучивал последовательно на протяжении последних пяти-шести лет. Если бы что-то зависело от Белграда, то это решение имело бы реальные шансы.

Но сейчас мы видим, что от Сербии требуют «признать реальность» – то, что отделенная часть страны будет существовать как отдельное государство.

С той же настойчивостью требуют не допустить пересмотра границ нового государства. И проблема Белграда в том, что у него нет союзников, в первую очередь на Западе, которые поддерживали бы идею территориальной коррекции. Обычно Запад говорит, что время для этого уже давно прошло, вопрос границ вторичен, стоит обсуждать вопросы статуса сербских районов, гарантии их интересов, возможный статус ограниченной автономии.

Будет большой сенсацией, если предложение Дачича получит какую-то международную поддержку. Не случайно оно было сделано в сербской прессе в газете «Вечерне новости» – значит в европейской или американской прессе Дачич свою программную статью разместить не смог. Статья же в очередной раз показывает сербской аудитории, как глава Соцпартии борется за национальные интересы, но не все получается.

- Не опасна ли для Вучича попытка угодить всем – с одной стороны, сближаться с ЕС, договорившись по Косово, с другой стороны, сохранять одобрение сербами и сотрудничать с Россией?

- Что касается отношений с Россией, то Сербия сегодня подвергается международному давлению, и это осложняет ее положение. Поэтому здесь Вучич выстраивает формулу уступок перед Западом по российскому вопросу. Нужно понимать, что Вучич зависит скорее не от России как государства. Для него большей политической проблемой являются прочные русофильские настроения в сербском обществе. В его избрании президентом значительную роль сыграла политическая поддержка Москвы, потому что она обеспечила ему голоса многих сербов, дружественно настроенных к России.

Цена разрыва с Россией будет не в том, что порвутся двусторонние связи, а в том, что это будет иметь внутриполитические последствия. Поэтому руководство Сербии очень аккуратно в этом вопросе.

Что касается диалога по Косово, то речь идет не об очередном раунде переговоров между Приштиной и Белградом, на котором Приштина может пойти на некие уступки. Фактически идет очередная фаза одностороннего диктата, на котором все уступки предполагаются исключительно со стороны Белграда.

Никто из западных игроков сейчас от Приштины не требует не то что новых уступок, а просто исполнения тех ограниченных шагов, на которые она пошла по Брюссельскому соглашению. В первую очередь, это Ассоциация сербских общин – политическая структура, предусмотренная для сербских районов на севере Косово. В соглашении эта структура была описана в очень жестких и ограниченных рамках, но даже в таком куцем виде она до сих пор остается лишь на бумаге. Пока нет признаков того, что на Приштину будет оказано давление, и она пойдет на создание этой ассоциации.

- Какую цель преследует Запад, оказывая на Сербию давление по Косово? Есть ли намерение принять Сербию если не в ЕС, то хотя бы в НАТО?

- Речь идет о другом. Задача взять Сербию в НАТО частично потеряла смысл, потому что в 2015 г. Сербия и НАТО подписали Индивидуальный план партнерства, а парламент страны ратифицировал договор о статусе сил альянса в Сербии. Они фактически дали НАТО все привилегии на территории Сербии без каких-либо обратных обязательств со стороны блока.

О вступлении Сербии в Евросоюз тоже речь не идет, несмотря на переговоры. Пока ЕС изобрел в качестве паллиатива идею «реинкарнации Югославии», создания из территорий на Балканах, которую Евросоюз не примет в свой состав, региональной интеграционной структуры. В нее вошли бы Сербия, Македония, Босния и Герцеговина, Албания и Косово – некий утешительный приз. Это очень удобно для Евросоюза, так как он получает возможности экономического присутствия и контроля рынка, но никаких обязательств социально-экономического и инфраструктурного характера перед этими государствами на себя не берет.

Пока речь идет о том, что ЕС хочет «зацементировать» результаты распада Югославии и отторжения Косово, потому что до сих пор эта проблема сохраняется.

Запад постоянно повторяет, что нужно завершить незаконченные дела, оставшиеся в регионе с конца XX века, в частности вопросы Македонии и Боснии и Герцеговины. Наиболее проблемным и горячим вопросом является Косово.

Также в последние годы на Западе открыто ставят задачу ликвидации российского присутствия и влияния в регионе, причем основной опорой этого присутствия называется именно Сербия и Республика Сербская в соседней Боснии. Прочность русофильских симпатий в сербском обществе все более воспринимается как подлежащая устранению угроза.

Беседовала Юлия Рулева

Георгий Энгельгардт

Источник – Евразия.Эксперт

Сербия. Косово. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 22 августа 2017 > № 2281246 Георгий Энгельгардт