Всего новостей: 2553807, выбрано 5 за 0.137 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 5 марта 2018 > № 2532509 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на церемонии открытия памятника воинам, исполнявшим интернациональный долг в Анголе, г.Луанда, 5 марта 2018 года

Уважаемый г-н Министр иностранных дел,

Уважаемый г-н Министр обороны,

Уважаемые послы Кубы и Намибии, ваши превосходительства,

Дорогие друзья,

Прежде всего хотел бы поблагодарить Союз ветеранов Анголы, Посольство России в Луанде, наших ангольских друзей за эту инициативу.

Сегодня в ходе беседы с Президентом Республики Ангола Ж.Лоуренсу и переговоров с Министром иностранных дел Республики Ангола М.Д.Аугушту подтвердилось, что мы помним наше боевое братство, которое позволило добиться освобождения Анголы и обретения ею независимости.

Цифры, которые характеризуют нашу помощь Анголе в самые трудные времена – во времена борьбы за независимость, сегодня уже прозвучали. В итоге более 100 тыс. наших граждан участвовали в этой борьбе. 80 человек сложили свои головы, сотни были ранены, включая нашего уважаемого Посла Российской Федерации в Анголе В.Н.Тарарова.

Наша помощь этой братской стране не ограничивалась только борьбой за независимость. Она продолжалась, когда Республика Ангола занималась становлением своего государства.

Разумеется, свой вклад в становление нашей дружбы и сотрудничества уже в мирное время внесла советская и российская дипломатия.

Хотел бы особо подчеркнуть, что в те тяжелые для ангольского народа времена не только наша страна оказала им помощь, но также Куба и Намибия. Мне очень приятно, что сегодня послы двух братских стран присутствуют на этой церемонии.

Не зря этот Мемориальный камень называется «В память о тех, кто боролся за независимую Анголу». Я убежден, что этот символ солидарности всех, кто борется за справедливость и за право самим распоряжаться своей судьбой, будет долгие годы служить напоминанием молодому поколению о том, что эти ценности превыше всего. Когда я вижу ребят и девчат, которые учатся в нашей школе и пришли сюда на эту церемонию, я убежден, что наше дело правое, и мы победим.

Еще раз всем огромное спасибо за эту инициативу. Желаю вам всего самого доброго, а нашим ангольским друзьям новых успехов в развитии своей независимой и самостоятельной страны.

Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 5 марта 2018 > № 2532509 Сергей Лавров


Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 5 марта 2018 > № 2532330 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Республики Ангола М.Д.Аугушту, г.Луанда, 5 марта 2018 года

Уважаемый г-н Министр,

Дамы и господа,

Дорогие друзья,

Прежде всего, хотел бы поблагодарить наших ангольских хозяев за радушие и гостеприимство.

Наши отношения, которые зародились задолго до обретения Анголой независимости, действительно многогранны и их отличает дружелюбие, взаимное доверие и нацеленность на конкретные дела.

Это в полной мере проявилось сегодня в ходе беседы с Президентом Республики Ангола Ж.Лоуренсу и во время переговоров, которые прошли в Министерстве иностранных дел Республики Ангола с участием нескольких ключевых министров Правительства, занимающихся экономикой и социальной сферой.

Мы констатировали интенсивный политический диалог, в том числе на высшем уровне. Здесь, в Луанде и недавно в Давосе состоялись встречи между Президентом Анголы Ж.Лоуренсу и заместителем Председателя Правительства Российской Федерации А.В.Дворковичем.

Сегодняшние переговоры подтвердили, что у нас совпадающие и очень близкие подходы к международным делам в ООН и на других площадках.

У нас обоюдное желание вывести экономическое взаимодействие на качественно новый уровень. Над этим активно работает Межправительственная комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству, пятое заседание которой пройдет в этом году в Москве.

Мы активно поощряем деловые круги обеих стран и их контакты. Отрадно, что осенью прошлого года в Москве под эгидой Торгово-промышленной палаты Российской Федерации состоялась встреча бизнесменов обеих стран. Очередная встреча состоится в этом месяце в Луанде.

Наше взаимодействие развивается в секторе минеральных ресурсов. В нефтегазовой области у нас намечаются хорошие перспективы, также как у нас хорошие планы по развитию высокотехнологичных отраслей, включая космос и мирное использование атомной энергии.

В связи с планами Правительства Республики Анголы мы делаем особенный акцент на газовую сферу. Мы пригласили наших ангольских друзей присоединиться к успешно функционирующему форуму стран – экспортеров нефти.

Сегодня в ходе переговоров в Министерстве иностранных дел Анголы с участием Министра образования М.Тейшейра мы говорили о необходимости и дальше наращивать контакты в сфере образования и придавать им стратегический характер. В этом есть однозначная заинтересованность.

Традиционно устойчивой, активно развивающейся сферой нашего сотрудничества является военно-техническое взаимодействие. Состояние дел в этой сфере и перспективы, на которые мы рассчитываем, будут рассмотрены в этом году на очередном заседании Российско-Ангольского Межправительственного комитета по военно-техническому сотрудничеству.

Еще раз хотел бы выразить искреннюю признательность нашим ангольским друзьям за то, как бережно они относятся к памяти тех граждан нашей страны, которые отдали свои жизни за свободу и независимость Республики Ангола. Сегодня, перед вылетом из Луанды, мы посетим территорию нашего Посольства, где откроем Мемориальный камень «В память о тех, кто боролся за независимую Анголу».

В заключение наших переговоров я пригласил Министра иностранных дел Республики Ангола М.Д.Аугушту посетить Российскую Федерацию с ответным визитом.

Вопрос: Есть ли подтверждение направления приглашения Президента России В.В.Путина Президенту Анголы Ж.Лоуренсу? Известны ли даты этого визита? Как обстоят дела с нашим спутником «Ангосат»?

С.В.Лавров: Спутник находится на геостационарной орбите и проходит техническое испытание. В апреле он будет в точке, которая позволит нам с ангольскими специалистами определить, как дальше будет развиваться проект.

Что касается приглашения Президенту Ж.Лоуренсу в Российскую Федерацию, то такое приглашение было передано Президентом России В.В.Путиным сразу после избрания Президента Анголы. Совсем недавно В.В.Путин в публичных комментариях подтвердил, что такой визит планируется. Сроки согласуем дополнительно, об этом мы сегодня договорились.

Вопрос: Вы говорили, что существуют российские компании, которые хотят инвестировать в Анголу. Какие это компании и в чем будут заключаться инвестиции?

С.В.Лавров: Таких компаний много. Это уже долго работающая здесь «Алроса», работает банк «ВТБ», есть интерес, как я уже сказал, проявившийся в ходе встречи, которую провела Торгово-промышленная палата России осенью прошлого года в Москве. Присутствовали представители руководства, в частности, таких компаний, как «Роснефть», «Зарубежнефть», «Газпром нефть», «Уралвагонзавод», «Камаз» и целый ряд других. Мы сегодня убедились, что наряду с крупными объединениями предпринимателей, здесь довольно активно и успешно работают небольшие компании. Мы это приветствуем. Они здесь нашли своих партнеров и успешно реализуют совместные планы.

Сферы инвестиций могут быть практически любыми, которые представляют интерес для Правительства Анголы и которые могут быть предметом совместных действий российских и ангольских предпринимателей и государственных структур.

Вопрос: На уже упомянутых встречах торгово-промышленных палат шел разговор о том, что Россия - стратегический партнер по реализации программы «Ангола Визау 2025-2050» и что российская сторона получит доступ ко всем профильным министерствам Анголы, которые участвуют в проекте – от рыбной ловли до туризма и обороны. Есть ли подвижки в этом вопросе?

С.В.Лавров: Весь визит посвящен движению в этом направлении. Как я сказал, г-н Министр организовал сегодня переговоры в МИД, на которые были приглашены министры, отвечающие за ключевые направления развития ангольской экономики и программы «Ангола Визау». Я уверен, что разговор сегодня был очень полезным. Подвижки есть, они очевидны.

С.В.Лавров (добавляет после Министра иностранных дел Анголы М.Д. Аугушту): Хотел бы добавить два слова по последней теме – нашему взаимодействию в ООН. Мы неизменно развиваем наши отношения с африканскими странами не только в двусторонних форматах, но и с объединениями, которые существуют на континенте: прежде всего, с Африканским союзом, но и с Сообществом развития Юга Африки (САДК).

Мы всегда выступаем за то, чтобы все африканские проблемы решались, прежде всего, самими африканцами на основе договоренностей, которые они между собой достигают, без попыток навязывать им что-то извне. Были попытки навязывать решения со стороны. Чего только стоит один пример Судана, когда внешние силы (назовем это так) навязали раздел страны и теперь не знают, что с ним делать и как предотвратить кризисные явления, прежде всего, в Южном Судане. Так что мы твердо отстаиваем принцип «африканским проблемам – африканское решение», а международное сообщество должно уважать выбор самими африканцами путей урегулирования того или иного конфликта, а также морально, политически и материально поддерживать в том, что касается содействия подготовке кадров для миротворческих операций, что активно делает Россия.

Очень хорошим примером, когда сами африканцы проявляют полезные инициативы, является конструктивная роль, которую, в частности, играет Ангола, в отношении усилий по урегулированию конфликтов в ДРК и Лесото. Совсем недавно Ангола завершила четырехлетнее председательство в Международной конференции региона Великих озер. По всеобщему признанию, это были очень успешные четыре года, которые не позволили ситуации дестабилизироваться, создали предпосылки для постепенного, но устойчивого решения всех этих проблем.

Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 5 марта 2018 > № 2532330 Сергей Лавров


Ангола > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 ноября 2017 > № 2436147 Ольга Волкова

Новый курс: дочь бывшего президента Анголы лишилась должности в госкомпании Sonangol

Ольга Волкова

Редактор Forbes Woman

Вступив в должность в сентябре 2017 года, новый президент Анголы Жуан Лоренсу взял курс на борьбу с коррупцией. В среду 15 ноября волна перестановок во главе государственных ведомств и компаний захлестнула и семью бывшего президента страны Жозе Эдуарду душ Сантуша

Президент Анголы Жуан Лоренсу 15 ноября 2017 года уволил руководство государственной нефтяной компании Sonangol, сообщил Bloomberg. В том числе своего поста председателя совета директоров второго по величине нефтепроизводителя на континенте лишилась Изабель душ Сантуш, дочь бывшего президента Анголы Жозе Эдуарду душ Сантуша, который провел у руля страны почти 40 лет – и лишь в этом году объявил, что не будет переизбираться вновь (впрочем, он получил место в Совете республики, которое гарантирует ему неприкосновенность). Изабель душ Сантуш он поставил во главе Sonangol в 2016 году. До нее эту должность занимал Карлос Сатурнино, который сейчас по решению нового президента вернулся на этот пост.

Душ Сантуш родилась в Баку: ее отец познакомился с ее матерью Татьяной Кукановой, будучи студентом Азербайджанского института нефти и химии. Сегодня 44-летняя дочь бвшего президента – самая богатая женщина Африки и участница списка Forbes самых влиятельных женщин мира 2017 года. В последний она вошла в качестве частного инвестора, по состоянию на 16 ноября 2017 года ее состояние оценивается в $3,5 млрд. По информации Forbes, отец переписал на нее доли в нескольких ангольских компаниях: ее активы в стране включают 25% в Unitel, самом крупной мобильном операторе страны, и 42% в банке Banco BIC. Помимо активов на территории Анголы у дочери бывшего президента есть целый список активов в Португалии: доля в 6% в нефтегазовой компании Galp Energia, 19% в Banco BPI, четвертом по величине активов банке государства, и контрольный пакет в телевизионной и телекоммуникационной компании Nos SGPS. В 2015 году четверо членов Европарламента выступали с призывами начать расследование легальности португальских инвестиций душ Сантуш.

После объявления о перестановках в Sonangol Министерство социальных коммуникаций страны выпустило заявление о том, что правительство также потребовало, чтобы государственная телевизионная компания разорвала контракты с двумя детьми Изабель душ Сантуш, которые управляют телеканалами.

Бывший министр обороны Анголы Жуан Лоренсу вступил в должность президента в сентябре 2017 года. Он изначально заявлял о намерении бороться с коррупцией и монополиями в стране, где семья бывшего президента фактически контролирует отдельные секторы экономики. При этом, по данным Всемирного банка, треть населения Анголы (а это 27 млн человек) живут менее чем на $2 в день. По версии Transparency International страна последние три года входила в список двадцати самых коррумпированных государств.

С момента принятия на себя правления Лоренсу сменил глав Центрального банка и алмазодобывающей компании Endiama и советы директоров всех трех государственных медиакомпаний. Объявленные в среду перестановки, впрочем, первый случай, когда решения нового президента касаются непосредственных членов семьи Жозе Эдуарду душ Сантуша.

Брат душ Сантуш Жозе Филомену душ Сантуш пока сохраняет свой пост: он с 2013 возглавляет суверенный фонд Анголы размером в $5 млрд.

Ангола > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 ноября 2017 > № 2436147 Ольга Волкова


Ангола. Китай > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > carnegie.ru, 3 марта 2017 > № 2104336 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Борьба с нефтью. Ангола: война и нефть — двойная деиндустриализация

Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Стабильно низкий уровень жизни большинства и продовольственная необеспеченность страны, растущее недовольство населения и использование репрессивного аппарата, проблемы с наполнением бюджета и рост внешнего долга, неразвитый промышленный сектор и острая необходимость реформ — все это результаты ресурсного развития Анголы

На историю независимой Анголы оказали влияние два фактора с деиндустриализирующим эффектом: война с 1975 по 2002 год и нефть с 2002 года по сегодняшний день. В первый период необходимость вести боевые действия заставляет делать выбор в пользу активов, которые легче контролировать. В мирное время растущий высокомаржинальный нефтяной сектор вызывает «голландскую болезнь», препятствующую развитию других секторов ангольской экономики.

Ангола — страна на юго-западном побережье Африки. Население — 25,8 млн человек (59-е место в мире по численности населения). Темпы роста населения с 1960 по 2015 год были значительно выше среднемировых: 2,8% в среднем в год против общемирового темпа роста в 1,66% (1,18% в 2010–2015 годах)[1]. Население молодое: медианный возраст — 16,2 года (при среднемировом 29,6 года). Самые крупные этносы — овимбунду, кимбунду и баконго. Государственный язык португальский. Основные религии — католицизм и протестантизм.

Открытие первых промышленных месторождений нефти приходится на 1950-е годы. Португальская компания SACOR для управления нефтегазовыми активами своей колонии учреждает дочернюю фирму Angol, которая в сотрудничестве с другими международными нефтяными компаниями с середины 50-х начинает добычу[2].

В эту позднеколониальную эпоху правительство Португалии стало более активно вкладываться в свои колониальные владения. В 1950-х строились дамбы, гидроэлектростанции и транспортная инфраструктура. В Анголе запускались добыча сырья и производство товаров; все это встраивалось в производственные цепочки с конечным продуктом в Португалии[3]. Во многом поэтому экономика Анголы демонстрирует хорошие темпы роста с 1961 по 1973 год, в среднем 4,7%. Основными экспортными статьями на тот момент были сизаль, кофе, хлопок, алмазы и железо. Лишь к 1973 году нефть вышла на первое место среди экспортируемых товаров с 150 тыс. б/д. Промышленность Анголы также активно росла за счет производства товаров широкого потребления и легкой промышленности. На пороге обретения независимости ангольская промышленность обеспечивала больше половины отечественного спроса, а годовые темпы ее роста составляли 6,9% в 1972-м и 14,3% в 1973 году[4].

«Революция гвоздик» 1974 года принесла независимость португальским колониям, в числе которых была и Ангола. Уже в следующем году подписывается соглашение с метрополией — и бывшая португальская нефтяная компания Angol, курировавшая нефтегазовый сектор колонии, переходит в руки нового ангольского правительства во главе с Агостиньо Нето, лидером Народного движения за освобождение Анголы (MPLA). В 1976 году он официально принял социалистическую идеологию и начал полномасштабную национализацию.

Последовавшая сразу после обретения независимости гражданская война явно не способствовала развитию разноплановой экономической деятельности с большим горизонтом планирования. К тому же доминировавшая партия MPLA нуждалась в неотложных расходах для ведения военных действий. Нефтегазовый сектор, зародившийся еще в колониальные времена, оказался как нельзя кстати. Во-первых, добыча нефти была сконцентрирована в отдельных регионах, и защищать их было легче, чем обширные сельскохозяйственные угодья. Во-вторых, цены на нефть, выросшие после Войны Судного дня, повысили значимость этих активов.

Однако отсутствие квалифицированной рабочей силы стало причиной лишь частичной национализации нефтегазового сектора. Gulf Oil, Texaco и другие международные нефтяные компании не останавливали свою работу после обретения Анголой независимости. Более того, во время войны создавались новые проекты. Так, после открытия месторождения Girassol в 1996 году в страну потекли инвестиции от таких гигантов, как BP, ExxonMobil, Royal Dutch Shell и др. Нефтегазовая компания Sonangol (бывшая Angol), национализированная после обретения независимости, первоначально ограничилась выдачей концессий и сбором налогов. Лишь со временем, перенимая опыт у итальянской ENI, алжирской Sonatrach и других компаний, Sonangol стала все чаще непосредственно участвовать в добыче[5].

Другие сферы экономики — производство сахара, кофе, сизаля и соответствующая сельскохозяйственная деятельность — оказались в упадке. По данным MPLA, сразу после обретения независимости более 80% плантаций были оставлены своими португальскими владельцами, из 692 фабричных производств лишь 284 продолжили работу, 30 тыс. квалифицированных работников покинули страну. Множество объектов и без того небогатой инфраструктуры были уничтожены[6].

Гражданская война, которую вела правящая MPLA против движения UNITA, длилась 27 лет (до 2002 года) и стала одним из локальных фронтов холодной войны. Фидель Кастро посылал целые батальоны на помощь MPLA; СССР и ГДР командировали своих военных инструкторов и летчиков. С другой стороны наступала из Намибии армия ЮАР. Крупные суммы ангольское правительство тратило на покупку советского вооружения, часть вооружения покупалась в долг.

Очевидно несовершенные данные последних 16 лет войны о структуре ВВП[7] все же отчетливо демонстрируют этот «деиндустриализирующий» эффект. Большинство производств так и не достигли довоенного уровня выпуска. В сельском хозяйстве лишь производство табака дотягивало до отметки в 50% от 1975 года. Добыча металлов, металлообработка и химическая промышленность составляли только 10–20%[8]. Относительно спокойный период 1985–1991 годов, когда доля сельского хозяйства постепенно росла с 13,8% ВВП в 1985-м до 24,2% в 1991-м, завершился спадом в 1992 году до 10%, после того как мирный договор и выборы обернулись неудачей и возобновились военные действия. На протяжении 1990-х годов доля промышленного производства в ВВП не превышала 6%[9].

Взгляд на абсолютные цифры дает особенно ясную картину влияния войны на экономику и устойчивости нефтяного сектора. Падение выпуска в сельском хозяйстве в 1992 году оказалось двукратным, что практически соответствует данным по доле в ВВП. Но если взглянуть на промышленность, к которой относится, по определению Всемирного банка, и добыча нефти, связь между выпуском ангольской промышленности и войной практически незаметна. Благодаря нефтегазовому компоненту в 1993 году выпуск незначительно снизился по сравнению с 1992 и 1991 годами, а в 1994 году вообще вырос. И действительно, как уже отмечалось выше, международные нефтяные компании с готовностью вкладывали средства в нефтяной сектор Анголы даже во время боевых действий.

На момент окончания гражданской войны (2002) государство и экономика Анголы сильно зависели от гипертрофированного нефтяного сектора: 90% экспорта составляла нефть, нефтяные доходы формировали по меньшей мере 75% бюджета, а сама нефтедобыча отвечала за половину странового ВВП[10]. В 2000 году доля граждан Анголы, проживавших менее чем на 1,9 доллара в день, составляла порядка 32%, менее чем на 3,1 доллара — около 54%.

Особый случай «голландской болезни»

За 15 лет мирной жизни структура ангольской экономики не претерпела значимых изменений: гипертрофированный ресурсный сектор продолжает доминировать. Большую часть продуктов потребления из-за нехватки и плохого качества отечественных товаров приходится импортировать за нефтедоллары. Даже строительство и сфера услуг, которые по логике «голландской болезни» должны были в нефтяной экономике получить толчок к развитию, были по большей части импортированы из Китая.

Разрушенная инфраструктура, слабое сельское хозяйство и промышленность, отсутствие квалифицированной рабочей силы, одна из самых слабых в мире систем здравоохранения — все это проблемы послевоенной Анголы. Типичные кредиторы догоняющего развития, например Международный валютный фонд, были не в лучших отношениях с авторитарным правительством Жозе Эдуарду душ Сантуша, лидера MPLA. Поэтому сразу после войны, в 2002 году, получить кредит у международных институтов не удалось. Ангольское правительство попыталось обратиться напрямую к лидерам Японии и Южной Кореи, однако получило отказ с аналогичной мотивацией: необходимо улучшить отношения с МВФ.

Решение все же пришло из Восточной Азии, и не последнюю роль тут сыграл растущий нефтяной потенциал Анголы. Средства на финансирование масштабного восстановления были найдены в 2004 году у китайского правительства, которое согласилось кредитовать Анголу под залог нефтяных контрактов.

В течение следующего десятилетия добыча нефти по меньшей мере удвоилась. В год окончания гражданской войны Ангола осуществляла добычу 800 тыс. баррелей нефти в день (для сравнения: в 1990 году — 470 тыс.). В 2008 году она уже добывала порядка 2 млн баррелей. В 2015 году Ангола стала производить нефти больше всех на Африканском континенте, опередив Нигерию (1,77 против 1,75 млн б/д), хотя пик добычи уже был пройден. По состоянию на конец 2015 года Ангола с 12,7 млрд баррелей находится на 16-й строчке по объемам доказанных запасов нефти (почти столько же у Алжира и Бразилии).

Рост добычи и цен на углеводороды сопровождался ростом экспортной выручки от нефти. В 2012 году она достигла пика в 69,4 млрд долларов, после чего вслед за падением цены на нефть стала стремительно снижаться: в 2015 году нефтяной экспорт составил скромные 31,2 млрд долларов.

Все это время Ангола была и остается заемщиком китайских банков. Общим правилом кредитных отношений двух стран стала выдача займов под низкий процент через Exim Bank, China Development Bank и другие государственные банки.

Все началось в 2003–2004 годах, когда правительства подписали соглашения о первых кредитах, подкрепленных поставками нефти. Кредитором выступил Exim Bank, предоставивший 4,4 млрд долларов по ставке Libor + 1,5%. Также по этому договору часть долга покрывалась поставками нефти: в первые два года Китай получал 15 тыс. б/д, а затем 10 тыс. б/д. Когда цена на нефть упала после кризиса 2008 года, поставки доходили до 100 тыс. б/д. В 2009 году, на фоне растущего дефицита бюджета из-за падения цен на нефть, была открыта новая кредитная линия на 6 млрд долларов.

В 2008 году China Development Bank предоставил еще 1,5 млрд долларов на строительство социального жилья, транспортной инфраструктуры и проекты в сельском хозяйстве.

China International Fund (CIF), частный банк с серьезными связями в Пекине, работал по схожей схеме: выдавал дешевые кредиты на строительство инфраструктуры, подкрепленные поставками нефти. Общий объем выданных CIF средств в 2000-е годы равен 9,8 млрд долларов. Средства пошли на строительство 215 тысяч домов в столице и 17 провинциях, создание индустриальной зоны в Виане, сооружение нового аэропорта Луанды и другие проекты.

Ангола стала самым крупным реципиентом китайских кредитов в Африке. Здравоохранение и образование также получали адресную поддержку. После окончания войны на выданный китайским правительством грант был построен самый большой госпиталь страны. Другие медицинские центры и больницы на территории страны подверглись реконструкции и частичному техническому обновлению. Кроме того, Китай стал посылать наиболее редкие медикаменты в ангольские медицинские учреждения. Китайские компании строили и обновляли университеты и школы в городах Анголы, в том числе крупнейший Университет им. Агостиньо Нето в Луанде.

Китай финансировал покупку сельскохозяйственной техники и строительство ирригационных систем в традиционно земледельческих провинциях Уамбо, Уила и Мошико.

Растущая добыча нефти служила залогом кредитоспособности Анголы. Начавшаяся в 2004 году китайская экономическая экспансия демонстрировала небывалые темпы роста. В период 2007–2008 годов Китай удвоил импорт (с 1,2 до 2,9 млрд долларов) и стал вторым по величине импортером после Португалии.

Нефтяной экспорт в Китай стал заметно расти после 2004 года, как раз когда Анголе была предоставлена первая кредитная линия из Китая.

В 2007 году продажа нефти в Китай приносила 26% всей экспортной стоимости нефти (США, ранее главный импортер ангольской нефти, были отодвинуты на вторую строчку с 24%). В 2008 году экспорт нефти в Китай составлял 72% общего товарооборота двух стран. В 2006 и 2008 годах Ангола становилась крупнейшим поставщиком нефти в Китай, оставляя позади Саудовскую Аравию. В 2008 году доля ангольской нефти на рынке Китая составила 14%. Тогда нефть сделала Анголу одним из немногих нетто-экспортеров в двусторонней торговле с Китаем (страна продавала Китаю на 19 млрд больше, чем покупала).

Китайские нефтяные компании получили непосредственный доступ к нефтедобыче и стали активно инвестировать в этот сектор. Sonangol и китайская Sinopec образовали совместную компанию Sonangol Sinopec International (SSI), через которую во второй половине 2000-х были приобретены доли в нескольких существующих проектах (50% в блоке 18 у Shell, 20% в блоке 15/06 у ENI, а также 27,5 и 40% — в блоке 17/06 у французской Total и блоке 18/06 у Petrobras соответственно)[11].

Нефтяное богатство Анголы сделало возможным привлечение дешевых кредитов на послевоенное восстановление. Но за 14 лет мирной жизни экономика страны так и не была диверсифицирована, а зависимость страны от экспорта нефти только усилилась.

В 2002 и 2014 годах доля сырой нефти в экспорте осталась неизменной — 96%. Изменению подверглись лишь абсолютные цифры. В 2002 году было экспортировано нефти на 5,7 млрд долларов, а в 2014 году почти в десять раз больше — 52 млрд. При этом в 2014 году второе место по объему экспорта занимает добыча алмазов (1,5% в экспорте), что в совокупности с нефтью, железом, алюминием и медью дает порядка 98–99% экспорта. Другими словами, в Анголе практически отсутствуют производства, способные конкурировать на мировом рынке.

Из-за отсутствия достаточного числа собственных производств большинство товаров потребления импортируется на протяжении долгих лет. Причем это относится и к наиболее важным для населения категориям товаров. К примеру, в одном лишь прошлом году было импортировано продуктов питания на 3,5 млрд евро. По меньшей мере больше половины зерновых завозилось как на момент окончания войны, так и через десять лет мирной жизни: в среднем 54% всего потребляемого в год объема в 2001–2003 годах и 56,7% в 2010–2012 годах. Озабоченный состоянием сельского хозяйства в Анголе Всемирный банк летом 2016 года одобрил выдачу кредита в размере 70 млн долларов на развитие фермерских хозяйств.

Масштабные проекты, реализуемые в первую очередь на китайские кредиты, не привели к росту местных производств, которые могли бы обеспечивать строительство поставками стройматериалов, и не повлияли значительно на занятость населения. Проекты, выполняемые на кредиты Exim Bank, имели условием 70%-ную долю найма местных работников (правда, только на самые низкие позиции, где практически не требуется квалификация). Однако зачастую лишь 30% наемных работников имели ангольское гражданство.

Доктор политических наук Люси Коркин, проинтервьюировавшая несколько высокопоставленных чиновников и крупных бизнесменов Анголы, рисует следующую картину. Частные китайские компании работают в связке с китайскими госкорпорациями — реципиентами основных инвестиций — и, предоставляя им необходимые услуги, получают таким образом свою долю инвестиционных денег.

Интервьюируемые также описывали сценарий, при котором государственное финансирование сначала привлекало частных китайских подрядчиков (чаще всего связанных с государством), а уже затем малый бизнес и предприниматели из Китая приходили на рынок и предлагали свои услуги подрядчикам. Все это гарантирует быстрое выстраивание цепочки создания стоимости, однако местных участников в этой цепочке практически нет.

Зачастую китайские компании вытесняли местных производителей. Так, ангольские кирпичные мануфактуры были быстро вытеснены китайскими машинами по производству строительных кирпичей. В итоге местные производители оказывались нужны лишь в случае дефицита. При этом проблема распространилась и на продукты питания. Одна китайская компания гордо сообщила о продовольственной независимости китайских работников, самостоятельно выращивающих в Анголе овощи. Как оказалось, часть этой огородной продукции поставлялась в Луанду и теснила местных производителей[12].

Таким образом, вместе с китайскими кредитами происходил импорт сектора строительства и сопутствующих ему сфер обслуживания. Статистические данные об импорте косвенно подтверждают это наблюдение. В 2002 году главными импортерами были ЮАР (17%), Португалия (19%) и США (13%). Китайские товары занимали лишь скромные 2% в общем объеме импорта. Однако уже в 2005 году доля Китая удваивается, и к 2014 году Китай становится лидером с 23% (следом идут Португалия и Южная Корея с 16 и 6,9% соответственно). При этом структура поставок из Китая весьма дифференцирована: машины и электрооборудование — 22%, транспорт — 13%, металлические конструкции — 13%, мебель — 14%, пластмассовые и резиновые изделия — 5–6%, бумажная продукция — 2,5%.

Роль нефтегазового экспорта в обеспечении положительного счета текущих операций и закупки импортной продукции особенно заметна в периоды падения цен. В это время возникал резкий рост отрицательного баланса текущих операций: в 2009 году он оказался равен 7,5 млрд долларов (против такого же положительного значения годом ранее), в 2014 году — 3,7 млрд (против исторического рекорда в плюс 13,9 млрд долларов двумя годами ранее).

Соответственно, правительство — крупный импортер продуктов питания и топлива — начало предпринимать шаги по стабилизации бюджета. В 2014 году было инициировано резкое сокращение запланированных ранее государственных расходов и отложены выплаты по внутреннему долгу. Притом что в среднем государственный долг держался на уровне 35% в период с 2010 по 2013 год, в 2015-м он достиг отметки в 60%. Внешний долг также начал расти из-за удешевления валюты. На этом фоне достаточно красноречиво выглядят перестановки в правительстве и крупнейших госкомпаниях. Президент считает необходимым ужесточить фискальную политику и предотвратить незаконный вывод средств. Под этим предлогом главой Sonangol Group, в которую входит, в частности, нефтяная компания Sonangol, была назначена его собственная дочь Изабелла.

В 2013 году был разработан план, который должен решить проблему нефтяной зависимости. Согласно изложенному плану правительство собирается реализовать широкий набор мер: увеличить физический капитал; снизить бюрократическое давление на бизнес; облегчить доступ к кредитованию; создать так называемые промышленные кластеры в основных сферах: сельское хозяйство и продукты питания, добыча ресурсов, водоснабжение и энергетика, переработка углеводородов, строительство жилья, сфера услуг.

Описанные выше тактические задачи, призванные решить большую стратегическую проблему диверсификации, решаются правительством при помощи уже известных в 2000-х годах методов. Значительную их часть составляют все те же фискальные стимулы: в 2014 году Комиссия реальной экономики, состоящая из представителей экономических ведомств, заявила о необходимости конкретных инвестиционных проектов в сфере инфраструктуры и промышленности (профинансированных на бюджетные средства). Другими словами, пока ничего кардинально нового эта программа не предлагает.

Осенью 2016 года министр экономики Анголы посетил Китай с предложением о сотрудничестве в реализации планов диверсификации. Это создает эффект дежавю: 13 лет назад ангольское правительство делало примерно то же самое для разгона экономики (инвестпроекты и китайское партнерство), хотя разгонялась экономика по другим причинам. Также очевидно, что вероятность успешной реализации плана снижается при столь высоком уровне коррупции. Transparency International, составляющая ежегодно индекс восприятия коррупции, ставит Анголу на 163-е место (из 167). Хуже только Судан, Сомали, Афганистан и Северная Корея.

Однако присутствуют и позитивные тенденции. Например, суверенный фонд благосостояния Fundo Soberano de Angola, формирующийся из выручки с нефтяного экспорта, принял так называемые принципы Сантьяго (правила прозрачности суверенных фондов) и весьма последовательно следует им[13]. Более того, официальным аудитором фонда стала международная компания Deloitte. Но если обратить внимание на тех, кто стоит во главе организации, вопросы о ее эффективности вновь возникают. Возглавляют фонд старший сын президента и бизнесмен из его же близкого круга, и в совокупности с должностью дочери Изабеллы это предоставляет семье президента беспрецедентный контроль над финансами Анголы. Будет ли он использован на благо или во вред ангольской экономике? Это остается вопросом. Но пока 14 лет развития при душ Сантуше сложно назвать успешными.

Национальные институты развития (Angolan Development Bank, National Development Fund, а иногда и Sonangol) в течение 2000-х ежегодно инвестировали сотни миллионов долларов в промышленные и сельскохозяйственные проекты. Однако есть серьезные сомнения в эффективности этих инвестиций: зарегулированный, по большей части государственный сектор сельского хозяйства как губка впитывал правительственные вложения при незначительной отдаче. В этом плане многообещающе выглядела приватизация 33 крупных кофейных производителей страны. Но этого явно мало, учитывая, что государство держит контрольные пакеты более чем в двухстах крупнейших компаниях в сферах энергетики, водоснабжения и транспорта.

Региональные амбиции и авторитарные тенденции

Ангола претендует на статус региональной державы, а потому в последние годы все больше инвестирует нефтяные доходы в ВПК. Внутриполитическая ситуация чревата обострением на фоне падающих доходов правительства и уменьшения распределяемой ренты. Ангольский режим, как и ранее, прибегает к насилию для подавления оппозиционных сил.

Президент душ Сантуш не раз настаивал на том, что Ангола является региональной державой, соперничающей с Нигерией и ЮАР за влияние в Африке южнее Сахары. Увеличение военных расходов — даже несмотря на ожидаемое падение цен на нефть — говорит о серьезности намерений руководства Анголы. В 2000-е годы при растущих ценах на нефть военные расходы поддерживались в среднем на уровне 4% ВВП и ежегодно увеличивались в среднем на 285 млн долларов вплоть до 2012 года (хоть и с большим разбросом по годам).

В 2013 году военный бюджет получил почти на 2 млрд долларов больше, чем в предыдущем. Тогда же Ангола закупила у России военную авиацию и другое вооружение на общую сумму 1 млрд долларов. В 2014-м, уже на фоне падающих цен на нефть, был достигнут пик военных расходов в 6,8 млрд долларов (больше военного бюджета ЮАР). Все это повышает вероятность участия Анголы в региональных конфликтах — стоит вспомнить, что правительство Анголы решило вступить во Вторую конголезскую войну, еще не окончив гражданскую.

Несмотря на ощутимое снижение оборонного бюджета в последние два года (цены на нефть взяли свое), расходы на оборону все еще больше суммарных расходов на здравоохранение и образование. Тот самый рост экономики в 2000-х, достигавший двузначных величин, едва ли можно назвать инклюзивным, и это уже представляет для правительства повод для беспокойства.

Так, несмотря на то что нефтяной бум привел страну на пятую строчку среди самых богатых стран Африки по размеру ВВП (данные за 2015 год), страна является одним из мировых лидеров по уровню детской смертности — больше, чем в Сомали и Сьерра-Леоне. При этом правительство Анголы отнюдь не выглядит в глазах населения бедным. Луанда покрывается строительными площадками, на которых растут новые бизнес-центры и правительственные здания.

Существуют различные социальные программы, через которые распределяется в качестве помощи часть ренты. Но в действительности никто точно не знает, сколько получает и тратит ангольское правительство. Тогда же, когда государство тратит деньги, зачастую неизвестно, сколько их доходит до адресата или попросту кто этот адресат. По оценкам МВФ, в период между 2007 и 2010 годом государственная нефтяная корпорация Sonangol потратила около 18,2 млрд долларов на неизвестные цели. Это, естественно, вызывает вопросы о коррупции в высших эшелонах власти.

Жители Анголы не раз высказывали недовольство происходящим, требуя увеличения прозрачности и подотчетности. Сам президент душ Сантуш так ни разу и не участвовал в выборах, хотя формально они были прописаны в законодательстве. Несколько лет назад контролируемый им парламент отменил необходимость прямых выборов главы государства — теперь им автоматически становится лидер партии, победившей на парламентских выборах.

Ангольский режим опасается общественного недовольства и по этой причине распределяет часть ренты в виде социальных программ. Крупным реципиентом являются военные ветераны: в 2012 году, когда были задержаны выплаты пособия, они переходили на сторону недовольных и участвовали в антиправительственных демонстрациях.

Правительство Анголы активно прибегало к репрессивному аппарату в предвыборный период и не только. В дома к лидерам оппозиции наведывались правоохранительные органы. Во время одной из демонстраций в Луанде, в которой участвовали около 40 молодых людей, вооруженная полиция атаковала группу протестующих.

Стабильно низкий уровень жизни большинства и продовольственная необеспеченность страны, растущее недовольство населения и использование репрессивного аппарата, проблемы с наполнением бюджета и рост внешнего долга, неразвитый промышленный сектор и острая необходимость реформ — все это результаты ресурсного развития Анголы.

[1] World Bank.

[2] De Oliveira R. S. Business Success, Angola-style: Postcolonial Politics and the Rise and Rise of Sonangol. — The Journal of Modern African Studies. — Vol. 45. № 4. 2007. — P. 595–619.

[3] Angola: A Country Study / Ed. T. Collelo. — Washington: GPO for the Library of Congress, 1991.

[4] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry, 1975–1999 // Arming the South. — Basingstoke: Palgrave Macmillan UK, 2002. — P. 251–274.

[5] De Oliveira R. S. Business success, Angola-style…

[6] Angola: A Country Study.

[7] См. в приложении график «Структура ВВП и нефтяная рента. Источник: World Bank».

[8] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry…

[9] Ferreira M. E. Angola: Civil War and the Manufacturing Industry…

[10] Ferreira M. E. Development and the Peace Dividend Insecurity Paradox in Angola. — The European Journal of Development Research. —Vol. 17. № 3. 2005. — P. 509–524.

[11] Alves A. C. The Oil Factor in Sino-Angolan Relations at the Start of the 21st Century. — Braamfontein: South African Institute of International Affairs, 2010.

[12] Corkin L. Chinese Construction Companies in Angola: a Local Linkages Perspective. — Resources Policy. — Vol. 37. № 4. 2012. — P. 475–483.

[13] В 2014 году Fundo Soberano de Angola получил 8 из 10 баллов по индексу транспарентности Линабурга — Мадуэлла.

Ангола. Китай > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > carnegie.ru, 3 марта 2017 > № 2104336 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан


Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 9 апреля 2014 > № 1052141 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Анголы Ж.Р.Шикоти, Москва, 8 апреля 2014 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы с моим ангольским коллегой Ж.Р.Шикоти провели весьма продуктивные переговоры, которые прошли в традиционно присущей диалогу между нашими странами атмосфере доверия и взаимопонимания.

Ценим высокий уровень отношений с Анголой – испытанным временем другом и партнером России. Нас радует, что эта страна уверенно встала на путь самостоятельного устойчивого национального развития.

Обсудили вопросы двусторонней повестки дня, уделив особое внимание развитию торгово-экономических связей, которые обрели хорошую динамику и развиваются в русле достигнутых в т.ч. на высшем уровне договоренностей, заключенных в 2009 г.

Товарооборот растет, но мы хотим ускорить этот процесс. Налицо интерес российских деловых кругов к работе на ангольском рынке. Наглядным подтверждением этого стали итоги прошлогоднего визита в Луанду Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Д.О.Рогозина, в состав делегации которого входили представители многих отечественных компаний.

Увеличивается количество совместных проектов, в том числе в высокотехнологичных областях. Это относится, в частности, к созданию системы спутниковой связи и вещания «АНГОСАТ». Договорились придать дополнительный импульс скорейшему запуску взаимовыгодных проектов в энергетике, геологоразведке, горнодобыче, промышленном строительстве, рыболовстве, телекоммуникациях и других сферах. Уверены в необходимости тщательной подготовки по всем этим направлениям конкретных предложений к предстоящему третьему заседанию двусторонней Межправкомиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, запланированному на вторую половину текущего года.

Договорились также ускорить подготовку целого ряда межправительственных документов, нацеленных на облегчение взаимодействия по линии деловых кругов, развитие научно-технических связей, контактов между людьми.

Обсуждение международных проблем подтвердило совпадение наших подходов по большинству вопросов, стоящих на повестке дня мирового сообщества, включая необходимость уважения верховенства права в международных делах, укрепление центральной роли ООН, мирное урегулирование споров на основе коллективных действий.

Довольны сотрудничеством наших представителей в ООН, других международных структурах. Подписанный сегодня Меморандум о политических консультациях между внешнеполитическими ведомствами будет способствовать дальнейшему совершенствованию внешнеполитического взаимодействия России и Анголы.

Обменялись мнениями о ситуации на африканском континенте. Поддерживаем последовательные усилия Анголы в региональных делах. Приоритетным направлением считаем содействие международного сообщества усилиям африканских государств по урегулированию конфликтов и кризисов и предотвращению возникновения новых.

Едины в том, что усилия самих африканцев должны получать поддержку со стороны ООН, приветствуем процессы между ООН, Африканским союзом и субрегиональными объединениями в Африке по налаживанию тесного взаимодействия, взаимодополняемого содействия по урегулированию различных конфликтов.

Переговоры в очередной раз подтвердили взаимный настрой России и Анголы на углубление сотрудничества во всех областях. Будем продолжать активизировать наши усилия по выполнению всего, о чем мы договариваемся.

Вопрос (обоим министрам): Не могли бы вы рассказать о совместном российско-ангольском проекте геостационарного спутника «АНГОСАТ»? На каком этапе находится его реализация, и когда планируется запуск?

С.В.Лавров (отвечает после Ж.Р.Шикоти): Подтверждаю информацию моего коллеги (ранее Ж.Р.Шикоти заявил о том, что Ангола находится в подготовительной фазе реализации проекта: собирается команда профессионалов, многие из которых – люди, получившие образование в России, и в течение трех лет надеется создать необходимые условия внутри страны для успешной реализации проекта, все специалисты к тому времени получат необходимое образование и подготовку).

Вопрос: Вчера состоялся Ваш разговор с Госсекретарем США Дж.Керри, после которого официальный представитель Госдепартамента Дж.Псаки заявила, что обсуждалась возможность проведения четырехсторонней встречи с участием США, ЕС, Украины и России по событиям на Украине. Так ли это? Когда и где может пройти такая встреча? Дж.Псаки также сказала, что события последних дней на Украине подготовлены Россией. Что бы Вы могли ей ответить?

С.В.Лавров: В отношении того, кто готовил и готовит события на Украине, американские партнеры, вероятно, пытаются анализировать ситуацию, «примеряя» свои привычки на других. Помимо заявления Дж.Псаки я также слышал высказывания официального представителя Белого дома Дж.Карни, что некоторые демонстрации на Востоке и Юге Украины проплачены, в них участвуют не являющиеся местными жителями люди, и за этими событиями стоят внешние силы. Звучало так, будто он вернулся на пять месяцев назад и описывает происходящие события на майдане в центре Киева.

Насчет того, кто и что проплачивал в этой истории, было достаточно информации, которая никем никогда не опровергалась. Эти «проплаты» связаны с глубинными причинами нынешнего внутриукраинского кризиса. Оставляю такие заявления на совести американских партнеров. Говоря по-русски, не надо «валить с больной головы на здоровую».

Что касается наших обсуждений с Госсекретарем США Дж.Керри, а также с германскими партнерами (вчера я общался с Министром иностранных дел ФРГ Ф.-В.Штайнмайером), то мы действительно готовы рассматривать многосторонний формат, в котором были бы представлены европейские страны, США, Россия и украинская сторона. Как объявила Дж.Псаки, американцы исходят из того, что такая встреча состоится ориентировочно через десять дней. Мы с Дж.Керри не обсуждали какую-либо конкретную дату, потому что в соответствии с нашей договоренностью сначала необходимо понять формат этого мероприятия, его повестку дня и правила процедуры.

В отношении перспективы реализации данной инициативы (к чему, повторю, мы готовы) важно иметь в виду два момента. Во-первых, что такое украинская сторона? Американские коллеги пока говорят нам, что это нынешние власти в Киеве. Мы не отказываемся от общения с ними. Несколько недель назад Президент России В.В.Путин поручил Председателю Правительства Д.А.Медведеву и членам Правительства Российской Федерации осуществлять контакты по текущим вопросам, требующим решения в сфере экономики, социальных делах и по линии внешнеполитических ведомств. (Вчера я общался с и.о. Министра иностранных дел Украины А.Б.Дещицей).

По нашему глубокому убеждению, которое пока никем не опровергнуто, нельзя достичь успокоения ситуации и ее перевода в русло национального диалога, если украинские власти будут продолжать игнорировать интересы юго-восточных регионов страны. С момента захвата власти никаких позитивных шагов в сторону Юга и Востока Украины сделано не было. Напротив, имели место в большинстве своем негативные жесты, начиная с истории об отмене закона о региональных языках (хотя никакие документы не были подписаны, но сигнал был явственно послан на Юг и Восток страны) и заканчивая заявлениями о том, что не будет никакой федерализации, особого статуса для русского языка, а этнические русские, мол, не имеют никакого отношения к украинской государственности. В отсутствие элементарного уважения по отношению к Югу и Востоку Украины такие заявления воспринимались в этих частях страны как игнорирование законных интересов, а отказ от диалога - как сигнал о том, что если они сами не позаботятся о своих правах, то никто о них не позаботится. Только когда абсолютно понятное возмущение игнорированием своих интересов вылилось в протесты, власть стала суетиться и направлять своих эмиссаров в южные и восточные регионы. Это нужно было сделать недели, если не месяцы назад, учитывая, что те, кто захватили власть, руководят Киевом уже с 22 февраля. В этой связи игнорирование законных интересов Юга и Востока, а также возмущение в этих регионах действиями по отношению к ним нынешнего киевского руководства не позволят эффективно работать в каких бы то ни было многосторонних форматах. Мы за то, чтобы Юг и Восток Украины были представлены на предстоящих мероприятиях.

Госсекретарь Дж.Керри спросил меня, как это можно сделать и кто будет представлять южные и восточные регионы, поскольку там есть губернаторы, свои стихийные собрания граждан, объявляющих о создании собственных органов власти? Как выйти из этого положения? Не думаю, что олигархи, назначенные губернаторами ряда регионов, будут достойно представлять Юг и Восток Украины. Но есть критерий другого плана – кандидаты в президенты. Практически все ведущие политические силы страны одобрили кандидатуры на президентских выборах. Как бы ни относиться к этим выборам, одобренные политическими партиями кандидаты представляют легитимные политические силы украинского государства. Речь должна идти не обо всех кандидатах (их больше 20), но от ведущих политических партий и регионов страны вполне можно определить группу лидирующих политиков, которые могли бы быть приглашены на многосторонние встречи для того, чтобы при поощрении «внешних игроков» – России, ЕС и США – начать наконец национальный диалог с властями в Киеве или положить начало процессу, который приведет к такому диалогу, итогом которого должна стать конституционная реформа.

Такой подход с определением круга украинских участников этого процесса полностью соответствовал бы совместному заявлению, которое мы с Госсекретарем США Дж.Керри приняли 30 марта в Париже. В нем, напомню, мы выразили готовность работать с нынешним украинским правительством и в более широком плане с украинским народом (каждая политическая партия, выдвигающая своих кандидатов в президенты, представляет определенную его часть), чтобы добиваться решения задач, включая обеспечение прав национальных меньшинств, языковых прав, разоружения нерегулярных формирований и провокаторов и, обращаю особое внимание, проведения инклюзивной конституционной реформы. Инклюзивность – заимствованный в русском языке термин, означающий, что все ведущие группы общества должны быть представлены в этом процессе.

Перехожу к объяснению второго аспекта, связанного с перспективами созыва многосторонней встречи. Пока конституционная реформа творится келейно. В начале марта прошло сообщение, что Верховная Рада сформировала специальную то ли группу, то ли комиссию, которая работает над проектом новой конституции. Однако, никакой информации, что конкретно обсуждается и какие концепции закладываются в этот очередной проект основного закона Украины, не поступает. Я пытался получить соответствующие разъяснения от А.Дещицы в ходе нашей недавней встречи накоротке «на полях» Саммита по ядерной безопасности в Гааге и от Дж.Керри, учитывая, насколько я понимаю, что американцы самым плотным образом вовлечены в процесс подготовки новой конституции Украины через свое влияние на нынешних руководителей в Киеве. Мы не получили внятных разъяснений, а только слышим то от А.Яценюка, то от А.Турчинова, что никакой федерализации не будет, регионам дадут какие-то новые полномочия. Но это опять подход «свысока». Если вы действительно готовы дать полномочия регионам, пригласите их, сядьте вместе с ними, услышьте, что они хотят, и потом начинайте переговоры. В пользу этого высказываются многие политики не только в России, но и в Европе и на Украине.

Если десятидневный срок, который, по словам американских представителей, требуется для того, чтобы созвать эту многостороннюю встречу, связан с тем, что А.Яценюк публично обещал завершить подготовку проекта конституции к 15 апреля, то у меня возникает вопрос: не планируется ли созыв многосторонней встречи, когда проект конституции уже будет представлен в Верховной Раде, и все регионы, не испытывающие доверия к нынешним властям, будут просто поставлены перед фактом, а Россию пригласят на эту встречу, чтобы она, по сути дела, своим присутствием «освятила» и легитимизировала проект конституции, который никто до сих пор не видел?

Вот такие у нас соображения. Я честно говорю об этом, потому что очень часто содержание наших переговоров публично искажается американскими представителями. Повторю, что необходимо внести ясность о составе участников с украинской стороны и о том, что происходит с работой над украинской конституцией, когда этот процесс будет по-настоящему инклюзивным и транспарентным, как мы договорились с Дж.Керри и объявили всему миру. Я думаю, что вполне оправданно получить ответы на эти вопросы.

Вопрос: Поддержит ли Россия референдум о независимости в юго-восточных областях Украины? Какова будет реакция России, если большинство проголосует за отделение от Украины?

С.В.Лавров: Я бы предпочел не уходить в сослагательное наклонение – всем известно, что это не очень продуктивно особенно в сфере внешней политики в период различного рода кризисов. Я бы очень не хотел очередного повторения ситуации, когда с самого начала украинского кризиса мы предупреждали наших партнеров в Европе и США о том, что губительно потакать антиконституционным действиям, о пагубных последствиях подобного рода заигрываний с участниками антиправительственных выступлений, включая откровенных радикалов и экстремистов. После того, как произошел конституционный переворот, мы также призывали вернуться к выполнению соглашений от 21 февраля. Эти призывы игнорировались. Сейчас же нам говорят, что «это дело прошлое, что случилось, то случилось, давайте думать, как действовать исходя из произошедшего». Это несерьезная и не очень честная политика «свершившихся фактов», к свершению которых приложили руку именно те, кто предлагает не ворошить прошлое.

Вместо того, чтобы гадать о том, «что будет если», мы хотим, чтобы наши партнеры выполнили все, о чем мы договаривались, включая возвращение к выполнению соглашений от 21 февраля, реализацию инклюзивной конституционной реформы при полном уважении прав и интересов всех регионов, в соответствии с договоренностью, о которой неделю назад мы объявили с Дж.Керри.

Я предпочел бы действовать именно таким образом, а не ждать развития событий по негативным сценариям.

Вопрос: Как будут развиваться отношения России и Афганистана после последних заявлений и действий НАТО, в том числе по «вертолетному» проекту? Не планирует ли Россия отзывать свой взнос из трастового фонда?

С.В.Лавров: Это не отразится на отношениях России с Афганистаном. Мы получили уведомление от руководства Североатлантического альянса о том, что они, поразмышляв какое-то время и посоветовавшись между собой, решили заморозить целый ряд направлений нашего практического взаимодействия: антитеррористическое сотрудничество, что уже само по себе указывает на готовность Запада в очередной раз использовать двойные стандарты в борьбе с терроризмом, антинаркотические проекты, что демонстрирует внимание, которое Запад уделяет нашим постоянным требованиям добиться прекращения героиновой агрессии с территории Афганистана с учетом роста в 40 раз объемов наркопроизводства и наркотрафика за период пребывания сил НАТО на территории этой страны. Было также объявлено о замораживании «вертолетного пакета» для Афганистана, который предполагал поставку запчастей для вертолетов советского и российского производства, находящихся на вооружении афганских военных и сил безопасности, и подготовку летных кадров для работы на этих машинах.

В уведомлении нам было объявлено, что этот проект прекращается в рамках Совета России-НАТО (СРН), и взносы в трастовый фонд поступать не будут. Также было сказано, что отдельные страны-участницы НАТО будут готовы продолжать с нами сотрудничество, но за рамками СРН. Это достаточно лицемерная, «страусиная» позиция.

Не буду комментировать, так как не владею практическими деталями реализации этого проекта, но скажу, что запчасти, поставлявшиеся в рамках «вертолетного пакета» в Афганистан, производились в России и поставлялись российскими предприятиями. Подготовка летных кадров осуществлялась на нашей учебной базе в Новосибирске.

Мне кажется, что деньги, выделенные в очередной раз российским Правительством на эти цели в рамках тогда еще совместного вертолетного проекта России-НАТО, вполне можно использовать для оказания напрямую поддержки афганским силам безопасности в тех же формах – поставка запчастей, обслуживание и подготовка кадров - в качестве российского вклада в стабилизацию в Афганистане.

Россия. Ангола > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 9 апреля 2014 > № 1052141 Сергей Лавров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter