Всего новостей: 2357120, выбрано 1173 за 0.105 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Украины: Мусафирова Ольга (81)Каныгин Павел (54)Ормоцадзе Маргарита (43)Ивженко Татьяна (35)Перевозкина Марина (34)Полухина Юлия (29)Ростовский Михаил (29)Минеев Александр (28)Порошенко Петр (25)Шеремет Павел (22)Савченко Надежда (20)Латынина Юлия (18)Саакашвили Михаил (18)Ахмедова Марина (17)Лукьянов Федор (17)Ганапольский Матвей (16)Радзиховский Леонид (16)Стуруа Мэлор (16)Путин Владимир (15)Пономарев Олег (13) далее...по алфавиту
Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 января 2018 > № 2458459 Олег Пономарев

Украина отказывается от Минских соглашений и готова ввести в стране военное положение

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — Во вторник депутаты Верховной рады могут проголосовать за Закон «О реинтеграции Донбасса». Этот документ должен закрепить основы государственной политики официального Киева в отношении неподконтрольных территорий и дать юридическое обозначение России, как «стране-агрессору». По словам самих депутатов, это якобы это позволит Украине обращаться в международные суды с исками против России. Но, что примечательно — в новом законе о самой реинтеграции восточной Украины, иными словами, ее возвращение «под крыло» незалежной не говорится ни слова. Зато в документе просто в глазах рябит от слов: «агрессия», «оккупация» и военное положение.

Официальный Киев не заинтересован в мире на Донбассе и это очевидно

Немаловажно и то, что впервые в документе в отношении России употребляется термин «оккупант», а власти Донецкой и Луганской народных республик значатся в законе —»оккупационными администрациями». Именно эта терминология практически и сводит к нулю любые договоренности в рамках т.н. «Минских соглашений», под которому с «той» стороны стоят подписи глав республик — Александра Захарченко и Игоря Плотницкого. Все это было сделано украинской стороной с целью «похоронить» Минск-2 и запустить Минск-3, но уже на условиях Киева. Естественно, что ЛНДР под этим не подпишется, а значит с прекращением переговоров можно забыть и о мире на Донбассе. Минск-3 также позволит Украине избежать выборов в регионе, покуда у власти на Донбассе находятся «оккупанты», а сама территория «оккупирована». Возможно для этого все и делалось, ведь, как известно, при любых раскладах результаты местных выборов Киев не обрадуют — процент поддержки украинской власти на Донбассе сегодня ниже статистической погрешности. А после принятия данного закона и вовсе обрушится.

По дороге в Верховную раду Закон «О реинтеграции Донбасса» претерпел массу изменений, а количество внесенных в него право просто зашкаливает.

Как мы уже говорили, Россия отныне будет считаться на Украине официально «оккупирующим государством», а власти ЛНДР — «оккупационными администрациями».

Из оборота исчезнет аббревиатура АТО (Антитеррористическая операция), а вместо нее на Донбассе появится «руководящая и направляющей сила» —армия. Кстати, за именно этот пункт народных депутатов не лишним будет похвалить. Как бы Украина не пыталась доказать на мировой арене, что борется на Востоке с террористами, ни одна международная организация ополченцев Донбасса таковыми не признала. Поэтому, проводя «АТО», Украина просто выглядела по-дурацки: террористов нет, а операция есть. Таким президент Украины Петр Порошенко приоритет военных ставит в подчиненное положение полицию и Национальную гвардию — иными словами, он берет под контроль структуры своего самого опасного противника — министра внутренних дел Арсена Авакова.

Во-вторых, на армию впервые возлагается обязанность вести открытые операции на линии фронта. До сегодняшнего дня действия ВСУ, согласно украинской Конституции, были незаконны, ведь применять армию без объявления войны запрещено.

Закон также расширяет права надзорных ведомств Генеральной прокуратуры и Службы безопасности Украины. В зоне «боевых действий» силовикам могут дать право обыскивать гражданских лиц, останавливать автотранспорт или заходить в «подозрительные» дома без всяких санкций.

В законе будут прописаны критерии виновности населения Донбасса за «сотрудничество с оккупантами». В первые строки этого списка попадут лица, которые занимали или занимают сейчас руководящие или ответственные должности в ЛДНР. Всего в Законе упоминается 19 подобных критериев и в случае, если данные лица попадут в руки украинского правосудия, амнистия за здесь даже не предусмотрена — только реальные сроки тюрьмы.

Также Украина намерена усилить торговую блокаду Донбасса за счет усложнения процедуры пересечение линии соприкосновения.

Дивным образом из Закона «О реинтеграции» исчез пункт, касающийся Крыма. Согласно документу, он также считается «оккупированной территорией», но возвращать его, хотя бы на законодательном уровне сейчас никто не собирается — речь в Законе идет преимущественно о Донбассе.

Последним аккордом, по требования Блока Петра Порошенко, должен стать разрыв дипломатических отношений с Россией. И хотя в данном Законе эта норма даже не внесена, ряд депутатов Рады намерены требовать внести этот пункт «с колес» в день голосования за Закон «О реинтеграции».

Что сулит многострадальному Донбассу «закон о возвращении»

Наибольший резонанс в украинском обществе, да и у ряда народных депутатов от оппозиции вызвали нормы закона о фактическом введении на Украине военного положения и грубое попрание прав человека с расширением «полномочий» СБУ и Генпрокуратуры.

По данным депутатов, из статьи удалось изъять норму о фактическом отборе жилья у гражданских лиц. Но вот остальное — обыски домов, людей и автомобилей без решения суда — в законе осталось.

В принципе, практика незаконного «шмона» существует и так. Но с принятием данного закона любое действие силовиков оспорить в судах будет практически невозможно. Мол, все их действия проводятся в рамках закона по борьбе с сепаратизмом.

Что касается уголовной ответственности за «сотрудничество с оккупантами», то в новой редакции закона для бюджетной сферы — медиков, учителей или социальных работников сделали исключение. А вот люди, занимавшие или занимающие высокие руководящие посты, ответят перед украинским законом по всей строгости.

То, что Украина не намерена стабилизировать ситуацию на Донбассе в обозримом будущем, свидетельствует и факт отказа от переговоров в формате «Минска». А ведь именно такой формат урегулирования конфликта был официально признан крупнейшими странами мира и закреплен резолюцией Совета безопасности ООН. А ведь именно в этих документах были зафиксированы нормы, которые хотя бы наполовину, но устраивали обе стороны: амнистия, выборы, выход Украины к государственным границам с Российской Федерацией.

Что касается разрыва дипломатических отношений с Россией, то эту норму из закона также удалили в последний момент. Однако, партии «Самопомощь» и «УКРОП» будут требовать возвращения этой нормы в закон.

Как заявила представительница «Самопомощи» и вице-спикер ВР Оксана Сыроид,«Россия всегда была, есть и будет врагом Украины». И ее крайне удивляет, почему за три года «войны» официальный Киев так и не разорвал все отношения с Москвой.

Многие в украинском политикуме считают, что в первую очередь ссорится с Россией не выгодно самому Петру Порошенко. Поэтому его фракция в Верховной Раде намерена проголосовать против данной инициативы. С другой стороны, если БПП это не сделает, то у оппонентов президента будут все основания называть его «пророссийским». Особенно после его писем ФСБ, так «удачно опубликованным грузинским каналом Рустави-2 как раз накануне судьбоносного голосования.

Новая редакция закона противоречит нормам ООН и правам человека

Что примечательно, у новой редакции Закона «О реинтеграции Донбасса» противников в разы больше, чем сторонников.

Так, журналист Сергей Гармаш считает, что у украинской власти нет абсолютно никакой государственной политики по реинтеграции. «У нас есть политика по дезинтеграции, по отделению этой территории, и отделению жителей этой территории и уроженцев в том числе — я говорю о переселенцах. Это всем известный факт пенсионного обеспечения, вернее его отсутствие. Я думаю, что сегодня нужно вести речь не о том, чтобы вносить изменения в политику реинтеграции, а о том, что ее нужно формировать. Ее вообще нет. На четвертом году войны ее просто нет, как и нет государственной стратегии и понимания, что делать с этим регионом. У нас не может быть эффективной информационной политики, не может быть политики реинтеграции, потому что мы не знаем, что будет завтра с этим регионом, каким он будет. Мы его не видим», — заявил Сергей Гармаш.

По мнению политолога Александра Клюжева, принимая данный закон, власть печется не столько о жителях Донбасса и его возвращении в «лоно» Украины, сколько развязывает себе руки в безнаказанных репрессиях против «мятежного» региона:«Начинали с первого законопроекта о деоккупации, закончили уже доработкой президентского законопроекта. Мне кажется, эта неприемлемая ситуация приводит нас к тому результату, которого добивается Россия через свою пропаганду. Когда мы фактически жителей оккупированных территорий сделали ключевыми врагами в этой ситуации. Это совершенно не так, и мы это прекрасно понимаем».

По мнению большинства украинских политологов, принятие именно этой редакции закона наиболее выгодно самой России. У нее появятся огромные козыри в международном давлении на Украину, которая, мол, сама провоцирует конфликт и кровопролитие не желая идти не на какие уступки «ни с Богом, ни с Дьяволом».

Поэтому, одно лишь решение о разрыве дипломатических отношений с Россией может окончательно поставить крест на возвращении Донбасса.

Накануне, в декабре 2017 года, глава специальной мониторинговой миссии ООН по правам человека на Украине Фиона Фрейзер уже заявляла, что текущая редакция Закона «О реинтеграции Донбасса» не обеспечивает в полной мере защиту прав человека, а значит противоречит международным обязательствам Украины.

Раскритиковали законодательную инициативу и в Офисе омбудсмена Украины Валерии Лутковской. «Сегодня действительно есть угроза, что в том виде, как этот законопроект подготовлен ко второму чтению и может быть утвержден, он действительно будет нести определенные риски правам и свободам человека», — заявил представитель Уполномоченной по правам человека Михаил Чаплыга.

Он также отметил, что де-факто введение военного положения размывает понимание полномочий органов государственной власти и создает риски правам человека:

«Когда вводится военное положение, то есть не только право государства ограничивать, но также и четко прописаны обязанности (в частности, по защите населения)», — уточнил он.

А вот лидер парламентской фракции «Оппозиционный блок» Юрий Бойко видит в данном законе куда большую угрозу для самой Украины — перечеркивая все ранее достигнутые соглашения с ЛДНР официальный Киев попросту сорвет обмен пленными. Но, уже традиционно, обвинит в этом Россию, Москву и самих «сепаратистов»…

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 января 2018 > № 2458459 Олег Пономарев


Россия. Украина > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 12 января 2018 > № 2458578 Андрей Курков

Украина должна сделать русский язык своей культурной собственностью

Писатель Андрей Курков уверен, что украинский русский язык тоже должен стать инструментом борьбы против самодержавия.

Александр Куриленко, Деловая столица, Украина

«Деловая столица»: Учитывая войну, можно ли сказать, что русский язык является оружием Москвы против Украины?

Андрей Курков: Русский язык вне России является самостоятельным явлением. Но, как и в случае франкофонии 150 лет назад, Россия пытается использовать русскоязычие в своих интересах. Для ограничения возможности России защищать на Украине русский язык нужно признать украинское русскоязычие украинской «культурной собственностью» и взять украинский русский под свой филологический контроль.

— И как это сделать?

— Например, открыть институт русского языка или институт русского и других языков национальных меньшинств под крышей Института языкознания им. Александра Потебни Национальной академии наук Украины, чтобы фиксировать различие украинского русского языка, работать над созданием русскоязычной Украины уже как собственного явления, а не как части общего «русского мира» за пределами России. Тем, кого тема русского языка на Украине раздражает, хочу напомнить, что речь идет не о статусе языка, а о миллионах украинских русскоязычных граждан, избирателей, которые, если их игнорировать или показывать только как врагов Украины, могут повлиять на исход любых будущих выборов — и парламентских, и президентских.

— Если смотреть на русскоязычных писателей из Украины, то есть весьма интересные, но часто и спорные фигуры. Например, Михаил Булгаков, Константин Паустовский, Виктор Некрасов. Как вы видите пантеон русскоязычных писателей Украины?

— Я не думаю, что нужно создавать какой-то отдельный пантеон для русскоязычных писателей. Если говорить о пантеоне, то необходимо создавать пантеон русскоязычной элиты Украины — политиков, историков, археологов, писателей и поэтов. А ставить их в пантеон людей, которые давно умерли и идентифицировали себя или с Российской империей, или с Советским Союзом, как Илья Эренбург, родившийся в Киеве, — это заранее провоцировать конфликт. Нужно сказать, что, да, Украина была родиной многих талантливых русскоязычных людей. Их не нужно объявлять патриотами Украины, они могли и не быть патриотами. Хотя, безусловно, большинство любило Украину как свою «малую Родину». С другой стороны, зачем отделять русскоязычную элиту от той же еврейской элиты Украины? Например, одесская культура, она преимущественно русскоязычная, но уже с акцентом идиш. Пантеон, если он будет виртуально создан, должен быть один и для представителей титульной нации, и для представителей других народов, живущих на Украине. Он должен будет отображать историю элиты государства Украина.

— Как понять, кто такие русскоязычные, ведь все украинцы понимают русский и могут говорить? Часто приезжих из РФ или других стран русский язык в Киеве, Одессе или Днепре сбивает с толку. Они думают, что если тут говорят с ними по-русски, то перед ними такой же человек, как в каком-то провинциальном российском городе…

— Русскоязычный человек — это человек, который дома говорит по-русски, а на улице может говорить и по-русски, и по-украински, и на других языках. И это, кстати, не означает, что перед вами человек русской культуры. Многие представители русскоязычного Донбасса, Слобожанщины, Запорожья и других городов и регионов говорят на русском языке, но не имеют представления ни о классической, ни о современной русской культуре. Тут другое дело. Никто не говорит о разнице между этническими русскими и русскоязычными. Поэтому на Украине размыто понятие этнических русских. Этнические русские составляют часть русскоязычных, которые по-разному думают, имеют разные политические взгляды, разные понятия о своей роли и своем месте на Украине, о том, что такое лояльность к своему государству и что такое патриотизм. Образовательные процессы — это не марши протеста. Их за два дня не организуешь и за три часа не закончишь. Чем серьезнее подходить к таким процессам, тем важнее и устойчивее будет результат.

— Говорят, что Владимир Путин просчитался в степени поддержки его «Новороссии» русскими и русскоязычными. На ваш взгляд, его представления о том, что думают русскоязычные на Украине, оказались неверны?

— Путину не важно, что думают этнические русские или русскоговорящие. Проекты, которые ему представляли, на мой взгляд, Путину нужны были для достижения геополитических целей, а не гуманитарных. Главное — отрезать Украину от моря, создать российский «пояс» до Приднестровья. Таким образом, Украина подталкивалась бы глубже в объятия РФ или Таможенного союза. Простой шантаж: «Хотите снова получить выход к Черному морю — идите к нам на поклон и станьте к Европе задним местом!» Россия финансировала разные группы: от ассоциаций и клубов русской культуры до политических объединений. В Крыму у нее получилось достичь желаемого, но не получилось в Харьковской и Одесской областях. Люди отреагировали на все эти события как на вторжение чужаков на Украину. На каком языке говорят чужаки — это не так и важно, чужак — явление психологическое, а не лингвистическое. Например, к вам ломятся в дверь и кричат на вашем родном языке: открой двери, твою мать! Это же не значит, что вы будете впускать человека и приглашать за стол.

— Как было бы правильно оформить статус языка — второй, официальный, оставить как есть — одним предложением в Конституции?

— Сейчас статус обсуждать нет смысла. Пока не закончится война и не пройдет какое-то время, которое остудит сознание людей, говорить нет смысла. С другой стороны, есть Европейская хартия защиты региональных языков и языков меньшинств. Все равно украинцы — этническое большинство на Украине. Этнические русские — меньшинство. Поэтому речь может идти о статусе языка национального меньшинства. В Закарпатье в 2012 году проголосовали за предоставление статуса региональных языков венгерскому, румынскому и русинскому языкам. Элита каждой языковой группы прекрасно знает украинский. Почему неэлита украинского не знает? Этот вопрос — к местным органам просвещения!

— Большевики в 1920-х проводили грандиозные проекты, в том числе русификацию и украинизацию. Насколько сейчас возможна русификация или украинизация?

— Любое насильственное действие будет отталкивать. Единственный путь продвижения языка — через культуру на этом языке. Чем больше денег будет вкладываться в современную культуру, музыку, литературу, театр, тем заметнее результат. Культурой можно и нужно расширять территорию популярности языка. Культура — самый действенный и самый понятный людям политический инструмент. В свое время даже проводилась кампания по украинизации пограничных районов в Курской и Воронежской областях. Проводилась не с помощью культуры, а с помощью приказов и предписаний. Ничего она не дала.

— Проблема в том, что сегодня путинская пропаганда сюда попадет даже без перевода. Им не надо на это тратиться — украинцы и так поймут, без создания RT. Каким образом бороться против пропаганды, учитывая перевес в языке, мы-то их язык знаем, а они наш — нет, и учитывая нефтедоллары?

— Бороться симметрично нереально. Но противостоять всему этому можно и нужно. Есть инструменты вне языка, визуальное искусство — выставка фотографий или настенные газеты, которые хорошо помнят на Донбассе, хоть о них уже забыли в Киеве и Харькове. На Донбассе до сих пор стенгазеты на предприятиях. Нужно учитывать психологию реципиентов информации, работать теми способами, которые они воспринимают.

— Нет ли опасности для украинского языка из-за того, что он попадет в равные условия с русским?

— Нет, законодательно они не могут уже быть равными. Все культурные инструменты, поддерживающие украинский, не распространяются на русский или языки меньшинств. Книжки для библиотек закупаются только на украинском. Легализация иноязычной культуры происходит через украинский перевод. Радио и телевидение постепенно переходят на государственный. Усиление роли и присутствия украинского языка влияет и на подсознание, и на сознание неукраиноязычных граждан Украины.

Другое дело, что украинский язык как инструмент культуры и политики должен нести европейские смыслы. Украинский язык должен стать инструментом донесения европейских ценностей. Украинский русский язык тоже должен стать инструментом борьбы против самодержавия и всего того, что сегодня ассоциируется с «русским миром» и российской элитой, исповедующей другую политическую религию и совсем другие ценности. Если этого не случится, то война мировоззрений автоматически превращается в войну языков. Точнее, война языков у нас идет уже не первый год потому, что украинский русский язык недостаточно наполнен украинскими и европейскими смыслами.

Другое дело, что наша политическая система демократичнее российской, но во многом она фейковая — из-за отсутствия в ней идеологии. Отсутствие идеологической политики, объединений людей по идеологическому принципу является слабостью Украины. Все действующие политические силы страны не ассоциируются ни с какими политическими направлениями. Вот что такое «Батьківщина»? Это консервативная партия или либеральная? Что такое «Оппоблок»? Что такое «Воля народа»?

— Думаю, что партии могут быть идеологически какими угодно…

— Но общество должно быть структурировано политически. Если политики легко переходят из фракции во фракцию, избиратели голосуют таким же образом. Если политическая система «жидкая», где политики легко «перетекают» из партии в партию, то общество такое же — значит, нет ничего твердого, из чего может быть построен устойчивый фундамент государства. Страну можно вылить, как воду, — в любую сторону. Это дает россиянам стимул бороться дальше с Украиной, они видят, что ее можно раскатать, как тесто.

— Но ведь постмодернизм не имеет ничего твердого, только знаки. Я не большой знаток теории литературы, но, на ваш взгляд, сейчас на Украине все еще доминирует постмодернизм в литературе?

— Постмодернизм возник как своего рода культурное издевательство над реализмом и модернизмом. Сейчас опять реализм набирает силу, потому что страна в состоянии войны. Любые народные движения, как патриотизм, требуют такого отображения, чтобы это соответствовало правде народа. В искусстве, литературе, кино и во всем остальном. В России ведь с самого начала писатели работали на государство, и государство их поощряло или напрямую заказывало «правильную» культурную продукцию. Поэтому у них с 1990-х появились романы о героических российских солдатах в Чечне и о плохих чеченцах. Для них это нормально, для нас нормально, что писатели подтянулись к участию в защите страны, когда она оказалась в опасности. Территория писателя — умы читателей. Здесь постмодернизм умер. Может быть, это и хорошо. Постмодернизмы долго не живут, их выталкивают из моды, которая всегда временная, более серьезные события.

— Как бы вы себя обозначили на политическом поле?

— Я либерал, европеец. Для меня единственное будущее Украины — Европа. Демократические и либеральные ценности мне наиболее близки.

— В Европе отношение к Украине изменилось?

— Простые люди следят за новостями. Из новостей Украина исчезла уже давно. Политики, а также те, кто интересуется Украиной или Восточной Европой вообще, в курсе событий. Есть критика Украины, но она не такая уж разгромная. Но и резко уменьшилось количество защитников Путина и российской политики. Они перестали приходить на круглые столы и дискуссии, чтобы кричать там про украинских фашистов. Эта волна тоже спала.

Нужно углублять отношения с Европой и избегать таких конфликтов, как «война памятников» с Польшей, как конфликт с Венгрией из-за венгерского языка в Закарпатье. Мы сегодня делаем все, чтобы повторить худшую политику Польши в ЕС: сейчас против нее Евросоюз грозит ввести санкции, так как она принципиально не выполняет требования Европы.

Украина уже заявила, что советы Венецианской комиссии по поводу закона об образовании выполнять не будет. Так мы программируем к себе такое же отношение, как к Польше и Венгрии. Но есть один маленький минус: Польша и Венгрия уже члены ЕС, а мы — нет. Мы сейчас подталкиваем Европу к мысли, что в будущем мы можем стать «новой Польшей». А зачем Евросоюзу источник новых проблем?

— Почему страны Центрально-Восточной Европы так беспокоят Брюссель?

— Во всех странах есть как минимум одна сильная антиевропейская популистская партия, которая так зарабатывает себе политический вес и собирает под свое крыло недовольных существующей ситуацией. Так же как «Национальный фронт» Марин Ле Пен во Франции. Это общеевропейская тенденция. Но у Старой Европы есть иммунитет, критическая масса избирателей, которые не допустят потрясений. У молодых демократий иммунитета нет, экономическая ситуация ухудшается, но политики не напоминают людям, что предыдущие успехи экономики были связаны с финансированием Евросоюза. Так легче настраивать людей против идеи единой Европы.

— Евросоюз распадется?

— Нет. Он не распадется. Фундамент ЕС намного прочнее, чем мы думаем. Здание Европейского Союза на таком фундаменте может выдержать еще несколько этажей. Главное — следить за уровнем образования и вовремя замечать новые коррупционные риски и реагировать на них с точностью хирурга.

Андрей Курков, украинский писатель, преподаватель, кинематографист. Родился в 1961 г. в Ленинградской области. Окончил Киевский государственный педагогический институт иностранных языков, школу переводчиков с японского языка. С 1988-го — член английского Пен-клуба. Произведения Андрея Куркова переведены на 36 языков. По сценариям Куркова снято более 20 художественных, документальных и телевизионных фильмов. По определению самого же Куркова, он «гражданин Украины и украинский писатель русского происхождения».

Россия. Украина > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 12 января 2018 > № 2458578 Андрей Курков


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 11 января 2018 > № 2455826

Ковтонюк: "По большинству услуг политика будет следующая: выше тариф, но жестче контроль" (часть II)

Эксклюзивное интервью заместителя министра здравоохранения Павла Ковтонюка агентству "Интерфакс-Украина"

- Какие лекарственные средства будут учитываться в тарифах? Самые дешевые или самые эффективные?

- Лекарственные средства, в соответствии с Национальным перечнем. Нацперечень для того и нужен, чтобы понимать, какими препаратами будем лечить то или иное заболевание.

- Но, например, в программе реимбурсации, которая также основана на Нацперечне, возмещается самая низкая цена самого дешевого генерика. Но самая низкая цена не всегда означает, что препарат наиболее эффективный. В реимбурсации, например, нет комбинированных препаратов…

- Комбинированных нет.

- Почему?

- Потому что в государственных клиниках весь мир лечится монопрепаратами. Так же будет и у нас. Мы будем основываться на Нацперечене. Отдельная история – это дорогие лекарства. Они будут идти отдельно, мы будем рассчитывать средний тариф по лечению случая плюс отдельно препарат. Так мы пробовали делать с Академией медицинских наук, когда считали стоимость некоторых случаев, где применялись расходники, которые были в несколько раз дороже, чем сам случай лечения, тогда к себестоимости добавлялась стоимость расходника. Но это уже высокоспециализированная помощь.

- Как вы будете определять референтные клиники?

- Этого еще нет в нормативных актах, но будет. Пока мы это видим концептуально так: референтные клиники – это хорошие эффективные качественные автономные медучреждения, которые имеют и хорошую репутацию, и хорошие клинические результаты, и результаты по экономической эффективности.

Мы рассчитаем себестоимость по всем больницам Украины, возьмем пул из нескольких референтных медучреждений учреждений, добавим туда частные учреждения и из полученных данных сформируем тариф. Частные учреждения будут привлекаться по желанию и только те, которые подсчитают свою себестоимость по новой утвержденной методике.

- Сколько будет референтных учреждений?

- Мы пока не знаем. Это точно будет не по одной клинике в области, должна быть обязательно какая-то статистически значимая выборка, и это должны быть разные клиники. Нельзя взять три одинаковые районные больницы и сформировать из них пул. Поэтому возьмем городские, районные и частные больницы, которые оказывают однотипную услугу. На основе их данных сформируем тариф. Но это уже будет второй шаг, первый шаг – это себестоимость. Методика утверждена именно для нее.

- Тариф будет рассчитываться для медуслуг, которые войдут в гарантированный пакет?

- Да, но не только. На все, что входит в гарантированный пакет, будет цена, которую будет регулировать государство.

Принцип будет чем-то похож на программу "Доступные лекарства". Будет условный "нацперечень услуг", из которого часть будет включена в гарантированный пакет, часть, возможно, войдет в гарантированный пакет в будущем, а часть, скорее всего, никогда не войдет в него. Если мы в текущем году не можем что-то себе позволить покрывать государством, то это не значит, что на эту услугу должна быть свободная рыночная цена. Так нельзя делать, потому что тогда люди не получат к ней доступ, мы все равно будем регулировать ее стоимость. Но некоторые услуги, например, эстетическую хирургию, скорее, мы никогда не будем включать в гарантированный пакет. Поэтому будет три подхода. По-простому: все, что государство хочет гарантировать, оно будет регулировать.

- Тарифы будут сильно отличаться от тех, которые были рассчитаны Академией меднаук и вызвали широкий общественный резонанс?

- Эти тарифы были адекватные, но они были для Академии наук, для высокоспециализированной медицинской помощи. Если говорить о более простых услугах, например, по родам, то по коммунальным учреждениям Полтавской области мы насчитали среднюю себестоимость на уровне 3,700 тыс. грн.

Следующий шаг – реферирование этой стоимости, когда мы добавляем клиники и определяем, какой мы хотим тариф – выше или ниже себестоимости.

Думаю, по большинству услуг политика будет следующая: выше тариф, но жестче контроль и услуги только те, которые необходимы. То есть мы уберем всю гипертонию из больниц, но увеличим расходы на кардиологию. Правда, это разговор только 2020 года.

- В этой системе пока не видно медиков. Они получат какие-то стимулы?

- Мы никогда не скрывали, что не замахиваемся на все, делаем только реформу финансирования, которая повлияет и на клинические практики. Но эта реформа не является волшебной таблеткой от всех болезней.

На клинические практики, то есть на врачей, мы хотим повлиять экономическими механизмами. Мы будем подталкивать больницы и врачей к более правильным и современным клиническим практикам. Какой-то прогресс будет, потому что эта экономика не мотивирует врача к лишним назначениям, не мотивирует его к длительному ненужному пребыванию пациента в больнице, к принятию в больнице непрофильных случаев. И чисто экономически врачи начнут вести себя соответствующим образом.

Наша реформа однозначно повлечет за собой рост зарплаты медиков. Вопрос в том, каким будет этот рост. Мы хотим, чтобы он был ощутимым. Думаю, на первичке реалистично увеличить зарплату, которую мы теперь будем называть "доход". Но то, что касается клинических практик, там все сложнее. На первичке новый механизм оплаты будет мотивировать врача быть настроенным более профилактически. Но это не заменяет ему базового образования и навыков. Если он не умеет лечить или не понимает, что такое современные методы, то новая модель финансирования его не научит. Все зависит от его образования.

- Предлагаю вернуться к НСЗУ. Когда она будет создана?

В конце прошлого года, 27 декабря, Кабмин своим постановлением утвердил положение о НСЗУ. Это первый шаг к ее созданию. Вторым важным шагом будет отбор руководителя. Отбор руководителя и положение о НСЗУ дают возможность пройти регистрацию его как центрального органа исполнительной власти в органах юстиции, получить печать и начать работать. Это три больших шага

Первый шаг мы сделали. Когда постановление будет опубликовано, мы сразу же сможем объявить конкурс на руководителя. Это будет определяющий шаг, потому что от руководителя будет очень многое зависеть.

На должность руководителя мы однозначно видим технократа. Непосредственно НСЗУ не является политическим органом. Это - центральный орган исполнительной власти, который реализует политику. Он ее не формирует, не принимает решения - он должен их исполнять. Поэтому руководитель НСЗУ - это лицо, которое может иметь финансовое, юридическое, медицинское образование - любое, имеющее отношение к медицине, финансированию, страхованию либо менеджменту. Я бы хотел его извне.

- Из-за рубежа?

- Нет, не настолько. Например, из бизнеса, не из госслужбы, это не должен быть чиновник. У меня лично возникает образ человека из страхового бизнеса, из управления крупным частным медучреждением, хотя у нас таких не особо много. Очень важно получить человека с новым взглядом. У нас есть шанс с первого дня сделать все по-новому и с первого дня начать работать по-новому.

Отбор будет осуществлять Национальное агентство по вопросам государственной службы (Нацгосслужба). Очень важно иметь несколько хороших кандидатов. Как показывает практика, когда есть хорошие кандидаты, они выигрывают на таких конкурсах, когда хороших кандидатов нет или он один, хороший кандидат может где-то случайно не попасть.

- Случалось, что кандидат выигрывает конкурс, проведенный Нацгосслужбой, а Минздрав его не согласовывает…

- Тогда это была наша политическая позиция. И я рад, что мы ее заняли. Правила таковы, что Нацгосслужба проводит конкурс, выполняет технические действия. У конкурса есть победители. Двух победителей Нацгосслужба рекомендует Кабмину, а политическое решение уже принимает Кабмин. Поэтому очень важно, чтобы эти два победителя были достойными, но для этого нужно иметь пять достойных кандидатов в конкурсе.

Я не вижу большой проблемы, но действительно, на госслужбу достойные кандидаты идут плохо. Например, на конкурс в директораты Минздрава не приходят сильные люди, и ты выбираешь из слабых кандидатов или из старых чиновников, тогда не из кого выбирать. Но на два директората мы выбрали людей, когда было из кого.

Относительно НСЗУ скажу следующее: мы уже начали хэд-хантинг, приглашаем на конкурс в правильных местах, например, на встречах с бизнес-ассоциациями, в неформальном общении.

- Отклик есть?

- Да, на НСЗУ есть. К ней относятся с большим энтузиазмом, чем к директоратам Минздрава.

- Это потому, что люди хотят "сесть на финансовые потоки", ведь через НСЗУ пойдет все финансирование?

- Там не будет сильных потоков. Это мифы. Пока я не работал в Минздраве, тоже думал, что здесь все сидят и воруют. Но придя сюда, понял - это преувеличение. Действительно, были некоторые схемы, определенные сферы, которые более подвержены этим схемам, но есть такие, где сделать схему тяжело или невозможно. Например, в медицинской субвенции технически невозможно ничего украсть. В закупке лекарств раньше было можно украсть, пока не пришли международные организации, потому что там были точки, где какой-то человек мог принять субъективное решение. В медицинской субвенции схема невозможна. И в механизме финансирования, который мы вводим, тоже технически невозможно. Я не представляю себе, как это.

- Если, например, выделить больше финансирования определенной больнице, это может считаться схемой?

- Нельзя выделить кому-либо больше финансирования. Если у тебя есть формула, ты должен объяснить, почему сделал это не по формуле.

Сейчас медсубвенция, по крайней мере, на уровне министерства, рассчитывается на человека. И ты не можешь дать какой-то области больше или меньше, чем количество людей в этой области. Данные о количестве населения находятся в Госстате. Подделать Госстат мы не можем.

На местах - да, есть злоупотребления там, где есть субъективные решения. Например, когда составляют смету больницы, то можно что-то "дорисовать". Поэтому мы и меняем модель финансирования. Когда у тебя будет учет медуслуг, когда будет электронная система, подделать данные будет очень сложно, объем финансирования на больницу рассчитает компьютер по формуле, которая туда вшита и которая учитывает статистику по услугам. И НСЗУ будет переводить средства на все больницы как единый заказчик. НСЗУ будет видеть тех, кто выбивается из средних значений, и будет проводить их аудит. Опять-таки, чисто технически я не представляю, как там можно сидеть на потоках.

Но, возвращаясь к вопросу об интересе потенциальных кандидатов на пост руководителя НСЗУ, мне кажется, что люди видят в НСЗУ потенциал, независимость и какой-то шанс. К ней я вижу интерес больший, чем к работе в Минздраве.

- Может ли возникнуть ситуация, что по договору с НСЗУ клиника за какой-то пролеченный случай должна получить, например, 16 тыс. грн, а получила 2 тыс. грн? Например, потому что денег в бюджете нет.

- Если мы говорим о коррупции, то тут сложно давать преференции каким-то клиникам, потому что договор один, он типовой, тариф фиксированный, один для всех, а количество услуг считается автоматически.

Вопрос нехватки денег может существовать только в объеме для всей страны. Или денег нет для всех, или есть для всех. Для всей страны может быть такая ситуация, она будет актуальной к 2020 году, когда по новой модели заработают больницы, и мы введем гарантированный пакет услуг.

Это может случиться, если мы сделаем этот пакет очень широким, и денег не хватит на высокие тарифы. Тогда мы останемся с 3,700 тыс. грн за роды, но тогда ничего не изменится в нашей стране. Это один из самых больших стратегических рисков в нашей реформе, который есть. Мы его специально отложили на время после выборов. Сейчас перед выборами такой разговор вызовет очень много манипуляций, как это было, например, при разговоре о сооплатах.

- Кстати, сооплата осталась в медреформе?

- Сооплата не осталась. Хотя у нас было несколько социологических исследований, которые показали: люди согласны на сооплату, но парламент категорически отказался. Думаю, когда будет новый парламент и новое правительство, тогда легче будет провести еще одну волну каких-то более жестких решений. Я, кстати, думаю, что гарантированный пакет должен будет приниматься именно тогда.

- Когда будет сформирован гарантированный пакет медуслуг?

- Сейчас о гарантированном пакете речь не идет, мы запускаем только первичку и расписали для нее набор услуг.

По гарантированному пакету у нас уже есть некоторые документы, рекомендации ВООЗ. На них стоит дата, когда будет сформирован весь пакет, – апрель 2019 года. Эти документы – система нормативных актов, которые регулируют государственные гарантии на услуги. Таких актов будет не один, их будет несколько и несколько уровней этого пакета. Уровни пакета будут зависеть от разных видов помощи. Например, первичка и экстренка будут описываться общим описанием и не будут разбиваться на мелкие процедуры. А специализированная помощь, анализы будут разбиваться очень мелко. Больничные случаи будут разбиваться по группам, лекарства будут отдельно. Это будет такой набор актов, приказов, постановлений, которые будут идти пакетом.

Уточню: ВООЗ разрабатывает скелет этого пакета, а сами акты будем готовить мы. ВООЗ скажет, что у нас должен быть такой поход и такая процедура, и самое важное – процедура включения/исключения будет такая-то. И этот пакет даст нам ответы.

По первичке к гарантированным услугам будет общий подход. Мы детализировали для первички анализы, а перечень болезней, которые лечит семейный врач, детализировать не нужно, потому что туда попадает почти все.

- Какая работа ведется по закону о сельской медицине?

- По сельской медицине у нас еще не распределены расходы. Там предусмотрено огромное финансирование – 5 млрд грн на создание сети амбулаторий. Мы сейчас пытаемся сделать так, чтобы механизм их распределения был максимально правильным и прозрачным и средства без нас не распределялись. Мы создадим комиссию, которая будет по примеру Госфонда регионального развития изучать проекты и выносить решения. Мы хотим, чтобы к распределению средств был типовой подход, то есть на типовые решения деньги идут, если вы не хотите типовое решение, то деньги не идут.

И расположение этих амбулаторий также будет определяться по методике формирования сети первичной помощи, которую мы уже разработали и хотели принять 27 декабря, но ее нужно досогласовать с Минрегионом. Думаю, в январе мы примем эту методику. Она будет определять, где должна быть амбулатория, и определять это так, чтобы еще 10 лет, как минимум, она была востребована, и туда приходили люди.

Сама амбулатория будет типовая. То есть трехэтажных зданий с МРТ и джакузи не будет, а простой проект – да. Проектов будет несколько, но не будет какого-то одного подрядчика. Сейчас в наших внутренних разговорах мы бы хотели, чтобы было так: мы даем типовой проект, а вы строите, но амбулатория должна быть там, где это определено по методике.

Чтобы запустить эту систему, будет общий совместный приказ Минрегиона и Минздрава, будет постановление правительства о порядке распределения субвенции. Субвенция идет в области, а в области она расходуется на проект, который утвердила комиссия по совместному приказу.

В целом в вопросе сельской медицины я больше надеюсь именно на амбулатории.

Вопросы телемедицины мы пока изучаем. Эксперты из Канады побывали в некоторых областях. Мы ждем их рекомендаций, что нам делать в этом направлении и делать ли вообще.

- Сейчас не наблюдается особого сопротивления реформе?

- Это потому, что Новый год. Мне кажется, что на нас будет много атак. Но я всегда знал, что в Украине очень важно принять нормативный акт. После принятия закона, постановления или приказа большинство людей воспринимает реформу как реальный процесс. Когда ты предлагаешь какие-то идеи, показываешь презентации, что-то объясняешь - все только критикуют. Идеи критикуют, нормативные акты не критикуют. Мне кажется, что после принятия нормативных актов по медреформе и подписания президентом закона сопротивление примет иную форму.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 11 января 2018 > № 2455826


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452030 Дмитрий Орешкин

Большая война. Если Путин пойдет в атаку

В отношениях России и Украины вряд ли произойдут какие-то кардинальные перемены в 2018 году.

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

Российские войска не продвинутся назад, а украинские войска не начнут присоединение или возвращение Донбасса. Существенное движение скорее принесет больше негатива, чем позитива. Если Путин пойдет в атаку, он получит еще один цикл санкций, ослабление внутриполитических позиций. Второй раз в одну и ту же реку войти нельзя — вторичное присоединение Донбасса российское население не обрадует. Если Порошенко пойдет в атаку, то он не получит поддержку Запада — будут только жертвы и трудности с финансированием.

Ни Путину, ни Порошенко идти на серьезные операции неинтересно. Будет обмен взаимными обвинениями, будут обстрелы через линию разделения, будут террористические акты и диверсии — все что угодно. Но большой войны не будет, потому что она не нужна ни тому, ни другому в их ситуации.

Интерес Путина заключается в том, чтобы Запад и весь мир восприняли изменившую политическую ситуацию с присоединением Крыма и подвешенным статусом Донбасса как норму. И вернулись на этом фоне к тому, что раньше называлось business as usual.

Путину просто уже делать нечего. Он сидит и ждет, пока Запад примирится с этой ситуацией. А выходя из того, что Западу нужна российская нефть и еще что-либо, им удобно вести политику business as usual. Украина тоже пересидит-перетерпит — ничего с ней не произойдет. И Донбасс, наверное, и дальше будет в таком подвешенном состоянии как Республика Северного Кипра или Нагорный Карабах. Естественно, что никогда руководство пострадавшей страны не признает этого факта, и агрессивная страна, присоединившая себе кусок, не уступит. Вопрос в том, когда и как Путин будет это дело переваривать — пока ему нелегко, ведь ресурсов не хватает.

Что касается миссии Волкера — Суркова. Кто такой теперь Сурков? После того, как он вместе с Волкером выстраивал систему отношений, опираясь на подписавших Минские соглашения Плотницкого и Захарченко, вдруг оказывается, что Сурков вообще не контролирует ситуацию. Вдруг оказывается, что Плотницкий, всенародно избранный, олицетворяющий демократию и все такое, ушел, когда какие-то силовики дали ему пинка. И кто теперь руководит ЛНР? С кем теперь договариваться? И вообще, какой вид теперь у Суркова, которого даже никто не проинформировал о том, что происходит?

По аппаратным позициям Суркова нанесен серьезный фундаментальный удар. Представьте себя на месте Волкера: какой смысл обсуждать реальные шаги с Сурковым, если ситуацию контролирует не он, а какие-то неизвестные люди то ли с Лубянки, то ли из Ясенева. Во всяком случае — не из администрации президента.

Да, Сурков и Волкер будут встречаться. Волкер будет задавать Суркову неприятные вопросы, а тот найдет, что ответить. И ситуация будет вяло продолжаться. Понятно, что через нехватку ресурсов Москва не хочет забирать себе ЛНР и ДНР, но подписывать соглашение о возврате их Украине она тоже не станет.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452030 Дмитрий Орешкин


Россия. Евросоюз. Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452024 Александр Щерба

Что Россия понимает под «традиционными ценностями»

О дебатах в Совете Европы по вопросу о том, как обращаться с Россией.

Александр Щерба (Olexander Scherba), Die Presse, Австрия

В настоящее время в Совете Европы ведутся дебаты о направлении политики. Речь идет о возвращении России в организацию. Напомню о том, что после прозападной революции на Украине Россия аннексировала полуостров Крым и спровоцировала кровопролитие на Украине. Естественно, Европа не могла безучастно наблюдать. Пришлось ввести санкции — в той ситуации единственный способ разграничить добро и зло.

Теперь идут разговоры о том, чтобы отказаться от этого способа. Что изменилось? Зло перестало быть злом? Война наконец закончилась? Международное право восстановлено? Или просто не существует больше Европы, которую мы до недавних пор знали?

Когда «зеленые человечки» Владимира Путина провозгласили в Донбассе «Народные республики», наступил момент истины, причем не только в том, что касается готовности России применить силу и нарушить суверенитет соседнего государства. Тогда стало также понятно, что Москва имеет в виду, когда с восторгом рассуждает о Европе, основой которой являются традиционные ценности.

Представителей других религий изгнали из оккупированных территорий или же убивали (например, в июне 2014 года в Славянске были убиты четыре баптиста), международное право отменили, гомосексуальность де-факто объявили преступлением, провели «ресоветизацию». В общем, та самая модель альтернативной Европы, которую Путин мастерит в России и которую тестируют на Украине.

Кража территории — это нормально?

Санкции и храбрость украинцев предотвратили дальнейшую советизацию этой части Европы. Но взгляды Москвы не изменились. Оживление, заметное в Совете Европы, скорее вызвано изменением европейских убеждений. Немыслимое вновь стало возможным. Многих уже не шокирует то, что одна европейская стране крадет у другой кусок территории и развязывает в соседнем государстве кровавую войну.

Российские аппетиты

С Россией хотят «вести диалог на равных». Не вопрос: диалог — дело хорошее. Впрочем, есть проблема: Россия не чувствует себя равной с Европой. «С вашего разрешения, наша почтенная Европа стала незначительной. Существуют только два человека, которые что-то решают: Путин и Трамп, потому что в их руках — оружие». Это слова Алексея Пушкова, ведущего российского политика — эксперта в сфере внешней политики.

Настрой в России таков: мы переживаем подъем, вы — падение. Отмена санкций станет пугающим знаком того, что это отчасти верно. И российские аппетиты будут расти.

Первая жертва войны появилась 3 марта 2014 года. 39-летний украинец Решат Ахметов отправился на акцию протеста перед оккупированным зданием правительства Крыма. Он стоял один. Немного спустя его арестовали люди в зеленой униформе. Через две недели обнаружили его тело.

Число жертв исчисляется тысячами. Если бы суд вынес Решату смертный приговор, у России не было бы шанса находиться в Совете Европы. Это было бы несовместимо в принципами Совета Европы. «Внесудебные» убийства, перенос европейских границ, вмешательство в выборы в других государствах, запуск конвейера ненависти и лжи — кажется, это дело другое. Но совместимы ли такие вещи с принципами Совета Европы?

Александр Щерба — посол Украины в Австрии. На дипломатической службе с 1995 года.

Россия. Евросоюз. Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452024 Александр Щерба


Украина > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452023 Владимир Быстряков

Украиной руководят американцы

Алеся Бацман, Гордон, Украина

«Гордон» эксклюзивно публикует текстовую версию скандального интервью, которое композитор и шоумен Владимир Быстряков дал главному редактору интернет-издания «Гордон» Алесе Бацман в ее авторской программе на телеканале «112 Украина». После этого интервью Быстрякова внесли в базу сайта «Миротворец».

Алесе Бацман: Владимир Юрьевич, вы обижаетесь, когда вас называют ватником?

Владимир Быстряков: Я привык. Это, так сказать, сегодняшняя мода. Ватник, вышиватник, сепар-мепар… Люди сегодня находятся в очень сильной дезориентации. Кроме того, они находятся под давлением СМИ, официальных каналов с той и с этой стороны. И из России информация подается…

— Знаете, почему вас так называют?

— Ватником? Очевидно, за то, что я выступаю за мир во всем мире.

— За «русский мир» во всем мире, скорее.

— Не столько… Я считаю себя человеком, который мыслит по-русски. И то, что сегодня пытаются переформатировать наше сознание… Мы на языке не только говорим. Язык — это то, что мы думаем. Правда или нет? Если навязывают нам какие-то ценности, как, например, переименование улиц в честь каких-то западенских героев или митрополитов, которые здесь никогда не служили, — это ведь тоже насилие в какой-то степени. Это тоже агрессия со стороны людей, которые считают, что мы должны жить так, как они хотят. Еще в 1998 году я опубликовал статью, которая называлась «Зазеркалье 98». Я писал, что если одной этнической группе людей дать преференции, это моментально приведет к дисбалансу. Сразу нарушится спокойствие в обществе. Так оно, собственно говоря, и случилось.

— Но смотрите, мы с вами сегодня на центральном канале. Самая рейтинговая программа. И вы, и я говорим по-русски. У интернет-издания «Гордон» есть русская и украинская версии. Еженедельник «Бульвар Гордона», где тоже будет опубликовано ваше интервью, выходит на русском языке. В чем же тогда русский язык ущемляется? Скажите как русскоязычный.

— Хорошо, у меня тогда вопрос на засыпку. Почему в таком случае гастроли нашей народной артистки Оли Сумской то ли в Хмельницком, то ли в Переяславе-Хмельницком были отменены только потому, что она привезла «Анну Каренину» на русском языке? Мэр отменил. Скажите: это нормально?

— Ну, это вопрос к мэру.

— Как это — «вопрос к мэру»? Это значит, что у него есть поддержка сверху. Это часть идеологии, которая сегодня, кстати говоря, очень распространена. Когда навязывается как бы украинизация.

— На Украине украинизация?

— Да, украинизация. Почему бы и нет?

— Страшно!

— В Швейцарии нет швейцарского языка. Это что, парадокс?

— Я смотрела много ваших интервью. По вашей логике, Путин не вводил войска на Донбасс, из-за чего более 10 тысяч погибших. Путин не аннексировал Крым. Если бы завтра вам позвонили из администрации Владимира Путина и сказали…

— …зайдите за орденом?..

— …не готовы ли вы подписать письмо в поддержку его политики относительно Украины, вы бы согласились?

— Я бы сказал, что он — президент другой страны, и я не вправе подписывать такие письма. Не знаю, вводил ли он раньше войска в Донецк и Луганск, но в данное время их там нет. В данном случае воюют люди, которые там живут. Так называемые ополченцы.

— Так называемые сепаратисты и боевики.

— Да.

— А люди с российскими паспортами, о которых становится известно, — (Виктор) Агеев, (Александр) Александров и другие российские контрактники, военнослужащие не считаются?

— Есть такое понятие — «добровольцы». А с этой стороны тут у нас и австралийцы, и поляки, и чехи и кто хочешь воюют. Ну и что?

— Как вы относитесь к тем знаменитым россиянам — многих из них вы очень хорошо знаете лично, — которые подписали то злополучное письмо в поддержку Путина по Крыму?

— У каждого человека свой взгляд на те или иные события. Я говорил с человеком, которого назвал бы «упоротым, свидомым». Это люди, которые очень плохо поддаются аргументам. Я сказал: «Знаешь, в чем различие между нами? Я понимаю, что ты других взглядов, но я спокойно воспринимаю то, что ты живешь рядом. А ты не можешь спокойно пережить, что у меня другие взгляды и я живу рядом с тобой, нахожусь в одном с тобой информационном пространстве. Потому что ты зацикленный на идее». Я, например, более толерантный человек. Имеет человек свою точку зрения — пусть имеет. Я свою не навязываю, я не агитатор. Но высказать информацию, которую я знаю, для того, чтобы мой собеседник или оппонент мог ее переварить и сделать какие-то выводы, — это другой вопрос. Этим я отличаюсь от агитатора или проплаченного политолога.

— Допустим, Украина — большая квартира со многими комнатами. У вас не вызывает возмущения, что пришел сосед, отобрал комнату, аннексировал? Вы остались без кухни, например, или без большой комнаты, но с этим смирились?

— Ни без чего я не остался. Этот вопрос лежит в плоскости сознания людей, которые там живут. Я не живу в тех комнатах, которые, как вы говорите, отобрали.

— Но вы — собственник всей квартиры.

— Во мне есть часть Крыма, часть Донбасса, часть Луганска, где живет мой друг Миша Голубович, который, кстати, руководит Украинским музыкально-драматическим театром. Во мне это есть. Но я никогда не приеду туда для того, чтобы диктовать, как там людям жить. Этим, может быть, я отличаюсь от тех людей, которые очень предвзято за это агитируют.

— Напомню вам фразу (российского артиста и режиссера) Олега Табакова: «Украинцы в каком-то смысле убогие. Их лучшие представители всегда были на второй или третьей позиции после русских». Вы как украинец были возмущены его словами? Понимаете ли вы, что у многих россиян такое отношение к украинцам где-то внутри сидит?

— По первой сигнальной системе, конечно, да. «Украинцы убогие»… Он, очевидно, имел в виду, что за 26 лет мы так и не удосужились построить полноценное государство. Оно так и не вышло из формата коммерческого клуба для некоторых людей, которые зарабатывают на этом хорошие деньги. А с другой стороны, если взять многовековую историю, были украинские гетманы, ночевавшие в постелях российских императриц, и генсеки, вышедшие из Украины. Днепропетровск как называли? Кузницей партийных кадров, правда? И эти кадры руководили всей огромной страной.

— Так и сейчас сколько украинцев в руководстве России.

— Масса, конечно, украинцев там сидит. И в эстраде они сидят.

— Тенденция сохраняется.

— Я бы на этом не зацикливался, честно. Для меня не важно, где я родился. Для меня важно, к какой языковой культуре я отношу себя.

— Когда Дмитрий Гордон задал вопрос (экс-президенту Украины) Леониду Кучме, от кого зависит окончание войны на Донбассе, Кучма сказал: «От Господа Бога и от Путина. Господь Бог… У нас, к сожалению, нет возможности его попросить… Ну а с Путиным… у украинской стороны тоже нет возможности найти взаимоприемлемое решение». У вас есть рецепт, как заставить президента России уйти с Донбасса?

— У меня есть ощущение того, чем это все закончится. Сейчас дело стоит на стадии переговоров Волкера (спецпредставитель Госдепа США по Украине Курт Волкер — прим. ред.) с Сурковым (помощник президента РФ Владислав Сурков — прим. ред.). Сурков представляет Путина, Волкер — соответственно, (президента США Дональда) Трампа. Трамп в непростой позиции, его по рукам и ногам связали российские хакеры, потом история с самолетами из арабских стран, которые он не пускал в Америку. Там очень сильное лобби идет, и даже такой сильный человек, как Трамп, при всех его деньгах, не в состоянии рулить ситуацией. Но тем не менее, насколько я знаю, Волкер с Сурковым договорились о том, что американцы уйдут из Украины.

— В каком смысле? Где они на Украине присутствуют? В посольстве американском?

— Они на Украине находятся везде. Наша страна, по моему глубокому убеждению, находится под их протекторатом, под их управлением.

— А можно факты? Просто интересно.

— Хотел немножко сказать о (президенте Украины Петре) Порошенко, мое мнение об этом человеке.

— Конечно.

— Я его никогда в своих интервью не критиковал. Не потому, что я его люблю или боюсь. Нет. Меня интересовали моменты, которые не лежат сверху. Еще до вступления в свою должность он сказал: «За три недели восстановлю отношения с Россией и прекращу эту войну, которая началась без меня».

— Про отношения с Россией — не помню. Про войну — помню.

— Я помню и за эти слова отвечаю. На протяжении нескольких лет в ток-шоу Савика Шустера несколько депутатов от Блока Петра Порошенко высказывали мысли, что эту войну начал не он, а другие люди. Это был своеобразный месседж от президента. Дальше — больше. Возможно, вы не обратили внимание. Во время одного из котлов Порошенко высказал мысль, почему бы не ввести два официальных языка на Украине. Но дальше он не пошел, потому что ему сверху не дали, американцы.

— Два языка каких? Украинский и английский?

— Нет, украинский и русский. То, что у нас страна априори двуязычная, нельзя оспаривать.

— А где американцы, вы мне скажите.

— Стоп-стоп-стоп. Американцы могут быть, печеньки раздавать…

— «Ты суслика видишь? Нет? А он есть!»

— Ну, я так считаю. Вы считаете иначе.

— Факты! Поймайте хоть одного американца, покажите.

— Дальше. Во время одного из котлов Порошенко сказал, что федерализация — это не такое плохое дело для Украины. В свое время Чорновил сказал, что для того, чтобы свести концы с концами, запад и восток Украины, необходима федерализация. Иначе будет конфликт рано или поздно. Это сказал Вячеслав Чорновил бог знает когда, в девяносто мохнатом году. То есть я хочу сказать, что не дали Порошенко эти идеи развить. Я глубоко в этом убежден. У нас сегодня президент — мальчик для битья, потому что на него сыплется все, начиная с его конфет. Все смеются. Можете не покупать конфеты. Я бы посмеялся над теми олигархами, которые нам присылают платежки коммунальные. Это гораздо смешнее, особенно в отопительный сезон. Порошенко — формально глава государства…

— А руководит кто государством?

— Американцы. Руководят все-таки американцы.

— Каким образом они это делают?

— По телефону.

— (Смеясь). Вы присутствовали при этих разговорах или вам их сливали?

— А им обязательно нужно присутствовать на совещаниях и расставлять шашечки, как Чапаев — картошку?

— Конкретно Трамп это делает?

— Трампу сложно. Там очень сильное антитрамповское лобби. В виде Сената, в виде людей, которые постоянно хотели бы иметь Украину, враждебную России. Но если даже Яресько (министр финансов Украины в 2014-2016 годах Наталья Яресько. — прим. ред.) сказала, что без экономики, связанной с Россией, мы никуда не двинемся. Яресько, проамериканский функционер.

— Владимир Юрьевич, вы такую интересную тему затронули. У вас наверняка есть факты, раз сделали такое громкое заявление. Кто конкретно из Америки руководит Украиной, и каким образом? Фамилия, кто это?

— Руководят люди, которые в тени находятся.

— Тогда вы откуда об этом знаете?

— Бабушки рассказывают на Житном рынке.

— Да? Так бы сразу и сказали!

— Конечно. Которые семечками торгуют.

(Улыбаются).

— Тогда — правда!

— Я недавно был на ток-шоу (российского телеведущего Андрея) Малахова, разговорился с журналистами. Они же там в курсе всех вещей. Сказали мне любопытную вещь: в последнее время что-то зачастили представители буквально всех украинских политических сил в Москву. Договариваться. Вы об этом много знаете?

— Расскажите, что вам известно.

— Я ничего не знаю.

— То, что наши политики туда летают, я знаю.

— Все время летают. Кого-то из них принимают, кого-то — нет. Они же чувствуют…

— А пофамильно вам не назвали, кто был и в каких кабинетах?

— Зачем подводить людей? Это их бизнес.

— Но бизнес, влияющий на наше с вами благосостояние.

— Слово «благосостояние» относится к ним. Если у них телосложение, то у нас, так сказать, теловычитание. Это люди, которые от нашего имени руководят государством и принимают решения. Они себя вот так (проводит ладонью по горлу) упаковали. Вы же не будете с этим спорить? А мы чем дальше, тем хуже живем. Факт есть факт.

— Вы упомянули российские ток-шоу. Я практически каждый день смотрю политические ток-шоу российского ТВ в прайм-тайм. Все четыре года — вы не поверите — главная тема там — Украина. Ни одного дня не проходит без нее.

— Да.

— Причем такие отборные информационные помои выливаются на Украину и украинцев, даже придумать сложно. Скажите: неужели в России нет никаких проблем, нет своей коррупции, своих пенсионеров, своей социалки и дыры в Пенсионном фонде, что для них главная тема — это Украина?

— Если брать среднюю прослойку, не политологов, а обычных людей, они относятся к нам, как к братьям, во-первых. А с другой стороны, они нас жалеют, потому что видят, как разваливается наше государство. Как мы сами себе обрубаем руки. Распиливаем заводы и так далее.

— Но брат не приходит к брату убивать его.

— Понимаю, да, хорошо. Вам нужно было (журналиста) Матвея Ганапольского вместо меня пригласить, и вы бы с ним сливались в экстазе.

— Приглашала. Не слились.

— Вот видите как, значит, у него своя тональность. Я бы не поехал ни на одно ток-шоу. Они крикливые, все друг друга перебивают, мне не нравится этот формат. Я и здесь не хожу. Меня приглашали несколько раз. Почему не хожу? Не люблю, когда напротив меня сидит дебил, который за это получает деньги, политолог, и говорит мне, что я несу полную чушь и абсурд.

— Но почему у них все — об Украине, объясните.

— Получается следующая штука… (Пауза). Слетел с мысли. Я говорил о людях, а мы перешли на политиков.

— Ну, ничего страшного. Для россиян настолько важна тема Украины, что они каждый день перемывают кости и говорят, какая она плохая?

— Стала плохой благодаря политике своей. И они разделяют, между прочим, — у них это separated называется — простой народ Украины и власти, которые с ними не дружат. Мягко выражаясь. К властям они относятся, конечно, с большой долей критики. Жириновский (лидер российской партии ЛДПР Владимир Жириновский — прим. ред.) хамит, а есть люди, которые менее хамски относятся. Я уверен, что Путин не собирается стать гетманом Украины, не собирается носить гетманскую шапку и грозить булавой. Им нужна та Украина, которая была. Добропорядочная, добрососедская, с которой были бы общие экономические связи…

— …в которой министры на ключевых постах имеют российские паспорта и работают на благо России.

— Это тоже. Я о чем хотел сказать? У них там есть коррупция. И у нас есть коррупция. Но у них коррупционеры сидят. Им дают реальные сроки.

— В каких кабинетах они сидят?

— Да просто в тюрьме сидят. Знаю, интересовался этим. Министры, губернаторы проворовавшиеся. БТРы тянули к Рублевке, когда брали там кого-то очередного. Действительно, сидят.

— Сидят некоторые, чтобы остальным неповадно было. Вы же понимаете, что это игры?

— Давайте последим, какие у нас игры хорошие. У нас берут с фургалом, как говорят в Одессе, очередного коррупционера, показывают его подвалы, набитые золотом и бриллиантами, волокут его в суд. В суде — обязательно! — у него припадок сердечный.

— Плед!

— Они все сердечные. После чего его отправляют в больничку, вешают на ногу браслет. Через два дня он этот браслет дарит бабушке на память и куда-то сбривается, предварительно, как говорят злые языки, подсчитавши немножко с половинки. Уезжает куда-то за границу, и его объявляют в розыск. Это наша система борьбы с коррупцией. У нас кто-то сидит? Скажите. Думаю, что нет. У нас сидят мелкие сошки-пешки.

— У нас сидят в прекрасных мягких креслах.

— Да.

— Кто виноват в том, что с 2014 года убито больше 10 тысяч украинцев? И продолжают люди гибнуть каждый день?

— Не сказал бы, что продолжают тысячи гибнуть каждый день. Основная кровь пришлась на 2015 год. Действительно, очень много было погибших. Мне приходится много ездить с концертами. В частности, я ездил по Луганской области, в той части, что находится под контролем киевских властей. Видел отношение местных людей к тому, что там делали добробаты. Почему, кстати, «Новая почта» там работала с перегрузками, день и ночь? Потому что шли оттуда, так сказать, посылки на родину. Я говорил с людьми, хоронившими своих детей на огородах, потому что не могли поднять голову из-за обстрелов. Народ пострадал больше всего. Я не уверен, что они после этого очень полюбят Украину в том плане, как мы ее любим. Украинскую Украину.

— Кто виноват?

— Политики виноваты.

— Какие политики?

— Политики с этой стороны.

— Украинские политики?

— Начали конфликт с обстрелов Луганска с самолетов. Это были русские самолеты или наши?

— А если бы, Владимир Юрьевич, вы на этот вопрос не мне отвечали, а напротив вас сидела бы, допустим, киевлянка, мать, сын которой…

— …отправила туда сына, правильно?

— Да.

— И которая бы мне сказала, что из-за таких, как я, война?

— Нет, что ее сын пошел защищать целостность Украины, а погиб от пули, которую выпустил парень с российским паспортом из российского оружия? Что бы вы ей ответили?

— Можно, я другой факт приведу?

— Пожалуйста, у нас демократия.

— Когда (российский актер Михаил) Пореченков позировал с ружьем, не понятно куда направленным, никого не убил, не ранил, может, по воронам стрелял, а может, вообще не стрелял, у нас раздули кампанию.

— Да. А зачем позировал?

— Ну, позировал, бывает, мало ли что.

— Просто дурак?

— У нас раздули, что Пореченков — враг украинского государства. Но Александр Александрович Омельченко (мэр Киева в 1999-2006 годах — прим. ред.) задавил двух человек, будучи в нетрезвом состоянии, с разницей в полгода, и до сих пор ходит на свободе. В чем, скажите, суть нашей юриспруденции? У нас двойные стандарты, получается?

— Тройные.

— Если нашего парня убили, то это сделал обязательно кто-то с русским паспортом? А может, кто-то убил, защищаясь? Такое может быть? Такой анекдот: «Куме, начистимо пику тому москалику?» — «А якщо він — нам?» — «А нам за що?» Из этой серии, понимаете? Украина все же пришла туда с оружием.

— У Украины там было свое оружие, а пришла туда с оружием Россия.

— Стоп. Как я понимаю, началось все с обстрела Луганска самолетами.

— Бабушки на лавочке сказали?

— Нет. Су-25 или Су-29. Были ракеты, действительно было вооруженное нападение на своей же территории. Вы не будете это отрицать?

— А не началось ли все с захвата луганского (управления) СБУ? Было не одно интервью, и у нас, в этой студии, с главой СБУ Луганской и Донецкой областей (Александром) Петрулевичем, который в подробностях рассказывал, каким образом началось все это. Людей с какими паспортами он там ловил. Шесть часов держал осаду в луганском СБУ, когда те люди захватили склад оружия. Речь идет о российских спецслужбах, которые руководили всей этой операцией. Таковы факты, это не бабушки с лавочек…

— Хорошо. Но незадолго до этого были точно такие же захваты во Львовской области. 4 миллиона стволов на Украине сегодня — это результат и того, что захватывали в западных областях. А то, что есть у нас элементы скрытого сепаратизма в Закарпатской области, где у каждого венгерского товарища паспорт, где они ездят туда на выборы и голосуют за Виктора Орбана (премьер-министр Венгрии — прим. ред.)? Мы это дело упускаем?

— Владимир Путин говорит, что самая большая его трагедия — это развал Советского Союза. Ваша тоже?

— Я считаю, да. Развалилась великая страна. Развалилась благодаря алкоголику Ельцину (президент России в 1991-1999 годах Борис Ельцин — прим. ред.). Мне рассказывали, как это было в Беловежской пуще, когда Ельцин сказал: «Завалим сегодня кабана — значит, подпишем Беловежское соглашение». Все делалось под этим делом. (Показывает жест, символизирующий употребление алкоголя).

— Судя по всему, завалили. Жирного.

— Завалили кабана, да. Я не приветствую развал больших государств. Тем более государство было достаточно мощное. Мы — местами — жили лучше, чем сейчас. Не платили заоблачной коммуналки, у нас не было голодных и нищих стариков, не было такого роста преступности, была нормальная социалка. Молодежь, которая выросла за 26 лет, знает только одно: Советский Союз — это голодомор, сталинские репрессии, расстрелы. И все. На этом зациклены. Не знают о том, что было самое качественное искусство в мире. Был кинематограф шикарный, была музыка, были Шостакович, Таривердиев…

— А какой ценой, Владимир Юрьевич? Сколько миллионов за время советской власти полегло? Вы же читаете разных историков.

— Большевизм для меня так же отвратителен, как и национализм, как и национал-социализм. Любое насилие, которое совершается над мирными жителями, невинные жертвы, любой геноцид — это отвратительно. Но при чем тут «какой ценой»? Параллельно с этими расстрелами развивалось искусство. А что делать?

— То есть расстрелы — хорошо, если есть искусство?

— Нет, это не так.

— Что важнее для молодого украинца сегодня: знать английский язык или русский?

— Это смотря для кого. Кто как ориентируется. Кто-то хочет на Западе учиться, а кто-то — в России.

— Есть на Украине те, кто хочет учиться в России и уехать туда? Из молодежи?

— Я как-то обратил внимание на то, что в списке звезд советского театра процентов 70-80 — выходцы из Украины. Но почему-то они отсюда уехали. Хотя не было еще тогда ни Порошенко, ни Путина.

— Традиционно в Москву все уезжали в советские времена.

— А почему? Потому что ехали в центр культуры.

— Сегодня кто-то уезжает в Москву?

— Там сегодня работают почти все наши звезды эстрады, которые выбились в первые ряды.

— Они и раньше там работали, это был их традиционный рынок. Больше денег. Они выбирают рубль.

— Ну, у меня статистики нет, кто сегодня едет учиться в Москву, а кто — в Варшаву или, допустим, в Нью-Йорк. Но, наверно, едут. А здесь учеба есть какая-нибудь? У Поплавского (ректор Киевского государственного института культуры Михаил Поплавский — прим. ред.) учиться?

— Не нравится?

— Очень нравится. Как он поет — особенно. Он меня вдохновил, кстати, я сам запел. Услышал, как он поет, и понял, что нечего стыдиться.

(Улыбаются).

— У наших политиков дети учатся за границей, счета и шопинг за границей, но это хотя бы понятно: они же декларируют европейские ценности, говорят, чтобы мы смотрели на Запад. У меня вопрос: почему у российских политиков, у руководства России дети за границей? У Лаврова (министр иностранных дел РФ Сергей Лавров — прим. ред.) дочка плохо говорит по-русски, у Пескова (пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков — прим. ред.) дочка во Франции, у Путина дочка на Западе жила. Эти политики декларируют «русский мир», любовь к России и ее ценностям, но их дети учатся за границей, деньги они держат за границей, лечиться ездят на «загнивающий Запад». Откуда такие двойные стандарты?

— Это не двойные стандарты, а традиция. Петр I отправлял всех учиться за границу, в Голландию, в Германию, чтобы потом они приносили пользу России.

— Так почему же они критикуют Запад и борются против него?

— Они не борются против Запада. Они борются против политики тех же американцев, которые после себя оставляют выжженные земли. Ливия, Сомали, Судан. Югославию разбомбили. Они вмешиваются. Мне Америка нравится сама по себе, как она устроена. Там закон всех защищает, перед ним все равны. В разных штатах — разные законы, и они этим очень гордятся. Но американские политики — это за гранью. Они — не по душе. Россия — единственная, кто им сопротивляется. Еще арабы и Китай.

— Отличная компания!

— Ну, это такое дело… Сегодня компания, завтра не компания.

— (Писатель) Виктор Шендерович блестяще, на мой взгляд, сформулировал в интервью Дмитрию Гордону национальную идею России: «Для начала — за собой воду спускать, а потом уже начинать учить мир духовности». А (журналист) Александр Невзоров добавил, что российская национальная идея должна быть — обогнать Америку по количеству нобелевских лауреатов. Что мешает сегодня России обогнать США по количеству лауреатов Нобелевской премии?

— Это к России вопрос, не ко мне. У них развивается образование, насколько я знаю, у них достаточно спокойно. Я бывал в Москве. И не надо говорить: «Вам здесь не нравится? Чемодан — вокзал — Россия!» Я это слышу. И это тоже ненормально.

— Вас приглашали в Россию? Говорили «приезжайте, мы вам и театр, и звание дадим»? Наверняка было?

— Я к званиям отношусь критически. Мне недавно намекнули, что, мол, неплохо бы вам на звание подать. Я сказал: от этой власти я не хочу получать ничего, ни званий, ни преференций. (В Россию) меня звали давно. Когда еще был Гавриил Попов…

— …мэром Москвы…

— …мне даже предлагали там квартиру. И (Алла) Пугачева сказала мне однажды: «Володя, а что ты делаешь в этой черной дыре?» Я говорю: «Черная дыра — это мой Киев, моя родина». Она ответила: «Там ты не сделаешь карьеры». И, собственно говоря, в чем-то была права. Я даже в одной энциклопедии — знаете, как пишусь? «Бистряков Володимир Юрійович, російськомовний композитор». Понимаете, что это такое? Это Южная Африка со скамеечками для белых.

— Жалеете, что не уехали?

— Нет, не жалею. Я люблю преодолевать трудности. Мои песни не звучат на официальных концертах 25 лет, но я пробил себе «Золотой гусь». И выступаю на концертах неофициальных.

— Что должен сделать Петр Порошенко для того, чтобы вы на следующих выборах за него проголосовали?

— (Пауза). Я не успел закончить мысль о том, чем это все может закончиться. Если действительно американцы начнут уходить из Киева, то здесь произойдет мягкий переворот.

— Уходить?

— Да, уходить из нашей парадигмы. Будет переворот. Начнут уходить из верхних эшелонов власти люди, неугодные Москве, которые наиболее радикально выступали против сближения с Россией. Я не имею в виду Порошенко и премьер-министра. Имею в виду других людей, которые сегодня тоже очень влияют и, может, мешают Порошенко сделать то, что он бы хотел. Я вижу, как этот человек изменился, и не в лучшую сторону. Так не может выглядеть успешный бизнесмен, понимаете. Не может злоупотреблять алкоголем при наличии болячек типа диабета.

— Вы имеете в виду, что Порошенко злоупотребляет?

— Да, имею в виду Порошенко. Я сегодня говорю так, что многие из моих «фейсбучных» друзей от меня, возможно, отвернутся. Но я пытаюсь всегда вещи анализировать. Кстати, Порошенко — единственный из политиков, который повинился за преступления УПА (запрещенная в России организация — прим. ред.), у памятника жертвам Волынской резни преклонил колено. Это я не выдумал. А остальные этого не сделали, остальные оправдывают эти вещи. Не все так однозначно. Если он восстановит экономические отношения с Россией, я за него буду голосовать. Не потому, что я ватник, а потому, что хочу, чтобы наш народ жил нормально, чтобы люди имели работу. А не так, как сейчас: распилили заводы, повыбрасывали всех на улицу, начиная с «Азовмаша» и заканчивая «Мотор Сiччю». Люди остались без работы. Во имя чего это делается и кому это интересно?

— У вас в «Фейсбуке», раз уж вы вспомнили, много поклонников, которые вас поддерживают и разделяют ваши идеи. Я говорю не о россиянах, а именно об украинцах. Вы не думали пойти в политику? В тот же Оппозиционный блок?

— Отвечу цинично, хорошо?

— Давайте.

— Для того, чтобы идти в политику, нужно иметь спонсора и бюджет. Сейчас вот тянут (Святослава) Вакарчука в политику. Я не думаю, что он пойдет тратить деньги, заработанные на корпоративах или на концертах вместе со своей успешной командой. Правда? В него вкладывают деньги. В меня деньги не вложит никто. Почему? Потому что я человек достаточно твердых принципов и убеждений. Я за них не получаю денег, я не политолог. Мне просто иногда очень обидно и жалко смотреть на то, что происходит с Украиной.

— А были предложения от политических партий?

— Я же шел в Верховную раду в 2002 году в составе партии «СЛОн» (на самом деле — в 1998 году — прим. ред.), в первой пятерке. Эта партия, кстати, выступала в защиту русского языка. Сейчас такой партии нет. Я считаю, что Россия прошляпила Украину в этом плане. Отдали на откуп западным идеологам.

— Процитирую еще одного умного человека. В интервью мне (экс-премьер-министр Украины) Евгений Марчук сказал: «Много ли среди украинских политиков агентов ФСБ? Россия на данном этапе намного эффективнее использует агентов влияния. Это очень серьезно готовится. Есть технология у разведки, она называлась «агенты на оседание» и «агентура на консервацию». Такие агенты очень легко поддаются вербовке». А Петр Копка, экс-глава разведки СБУ, рассказывал: «После 2014 года кремлевская агентура никуда из Украины не делась, по-прежнему сидит в ключевых ведомствах». Скажите честно: вы понимаете, что процентов 98-99 скандалов, факельных шествий, других мероприятий для камер провоцирует и осуществляет российская агентура? Агенты влияния России, которые добиваются того, чтобы, например, вы сидели и говорили: «Ребята, тут по улицам бандеровцы бегают, запрещают разговаривать по-русски, скоро убивать будут, вешать». То есть идет разжигание.

— Вы сейчас, наверное, удивитесь. Я с вами соглашусь. У меня была мысль, что некоторые акции, особенно те, которые проводит партия «Свобода»… Вы помните, как была создана «Свобода»? Она появилась из Партии регионов для того, чтобы оттенить доброго дядю Витю на выборах. Потом их спонсоры пошли на создание Радикальной партии. Как бы вам сказать? За «Свободой» кровавых подвигов нет. Есть отвинчивание голов у товарища Ленина и его соратников. Частично, может быть, и есть такое, что активизирует вот эти… Но вместе с тем… Переименование улиц в честь Бандеры и Шухевича — это тоже дело рук Путина и Суркова?

— Ну а чьими руками это делалось?

— Та це ж свої роблять хлопці. Те, что хотят отчитаться перед американцами за займы МВФ, которые они успешно переправляют в офшоры. Надо же чем-то отчитываться. Не будут же они отчитываться поднятием общего благосостояния?

— Шухевичем и Бандерой отчитываются?

— Конечно. Они рассказывают, что побили морду директору «Першого» канала прилюдно. Это — акция! Что перекрасили в национальные цвета мосты, туалеты и что-то еще. Это все — тюлькина, филькина грамота. На самом деле, я убежден, политики сегодня нет. Есть только борьба за денежные знаки.

— А здесь я с вами соглашусь.

— А под какими лозунгами и знаменами она идет — все делается для пипла. Пипл хавает. Я был на корпоративах в недавние времена, где вместе заседали «Батьківщина» с Партией регионов. Целовались, обнимались, обсуждали рыбалку, охоту. Потом они расходились и в Верховной раде начинали показательно друг другу бить морды. Это все — «Свадьба в Малиновке». Когда-нибудь, если доживем, мы будем это все вспоминать с легкой улыбкой, как время царства абсурда.

— Еще одна цитата напоследок. В интервью изданию «Гордон» (российский политик) Константин Боровой сказал, обращаясь к россиянам: «Немцы, чтобы искупить свою вину, руками раскапывали могилы расстрелянных евреев, партизан — руками! Чтобы перезахоронить. На колени, твари, и просить прощения у нескольких поколений украинцев. Пока граждане России не начнут настоящее покаяние, произнося проклятья в адрес Путина, исполнившего роль Гитлера, никто никого не должен прощать». Вы согласны, что примирение российского и украинского народов может произойти, когда закончится война и Россия попросит прощения?

— Дело даже не в том, кто у кого будет просить прощения. Народ в массе своей аполитичен. Он хочет просто хорошо жить, чего ему не дают. Четыре года не дают нормально жить. Все хуже и хуже. Что касается дружбы… Народ, который сегодня миллионами ездит на заработки в Россию, — это уже частичный ответ на ваш вопрос. Это первое. Второе. В 1969 году была страшная война с китайцами. Кто-то сейчас об этом помнит? Нет. Дружат, и все нормально. Трамп краеугольным камнем своей политики хотел поставить — вместе с Россией противостоять Китаю. Это тоже новый поворот совершенно. Сегодня умерили антироссийскую риторику у нас в прессе. (Вячеслав) Пиховшек говорит, что «я могу не любить Путина, но не могу его не уважать». Говорит на одном из центральных каналов, и его за это не растерзали.

— Он всегда так говорил.

— Раньше явился бы к нему отряд красно-черных хлопцев, и начали бы метелить и мутузить. Сегодня это проглотили почему-то, а?

— Какой должна быть национальная идея Украины, по-вашему?

— Национальная идея Украины — это терпимость друг к другу прежде всего. Не надо говорить о национальностях. Желтые, черные, серые. Если люди будут уважать мнение друг друга, не навязывать свою точку зрения… Я не навязываю никому и никому не позволю себе навязывать. У каждого человека есть определенный круг, ареал его свободы, его личных прав. Правда или нет? Толерантность — основа национальной идеи, по мне.

— Спасибо!

— Пожалуйста!

(Публикуется с незначительными сокращениями).

Украина > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 11 января 2018 > № 2452023 Владимир Быстряков


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 10 января 2018 > № 2455827 Павел Ковтонюк

Ковтонюк: "Существующие механизмы содержания медучреждений закончатся" (часть І)

Эксклюзивное интервью заместителя министра здравоохранения Павла Ковтонюка агентству "Интерфакс-Украина"

- Регионы готовы к реформированию?

- По-разному. Некоторые готовы к автономизации клиник уже сейчас, некоторые нет. Многое зависит от управления. Там, где хорошие управленцы, - там готовы. Необязательно, чтобы это был богатый регион. Например, в Полтавской области, которая достаточно скромная по экономике, но имеет хорошее руководство в сфере здравоохранения, готова лучше. В регионах, которые инвестировали в медицину, не возникает сомнений.

- Что нужно для фактического начала медреформы?

- Первое, что нужно для реформы, - провести автономизацию медучреждений на первичке, без этого мы технически не можем работать.

Второе –оснащение и комплектация медучреждения первичного уровня согласно установленным требованиям. Эти требования уже утверждены. В первую очередь, речь идет о компьютерах и кадрах. Компьютеры обычные, но на каждого врача. Мы ужесточили это требование. Раньше планировали, что пусть будет один компьютер на все медучреждение для регистрации пациентов, но сейчас хотим, чтобы у каждого врача было рабочее место. У местных властей есть время заложить в свои бюджеты 2018 года средства для этого.

- Сколько средств, примерно, понадобится на эти цели?

- Это не какие-то страшные деньги, это стоимость обычного ноутбука. А их на медучреждение нужно 5-7-10 шт. Это не является, по большому счету, очень большими деньгами. Это немалые деньги, но и не покупка аппарата МРТ. У нас достаточно скромные требования к оснащению первички, мы решили, что необходимо оснастить базовым оборудованием, но всех. Во многих местах это уже есть. Там, где первичке внимание не уделяли, придется поработать. Нет ничего сложного, и за полгода с этим справиться вполне реально. План внедрения, прежде чем представить на Кабмине, обсуждали с регионамию Ни один не сказал, что это неподъемно. Они все сказали: "Да, за полгода реально сделать".

- Кто конкретно высказывался от регионов?

- Были города, были области, были представители отдельных медучреждений. Мы приглашали также городские управления, а с территориальными громадами встречались отдельно. И все говорили: это вполне реальный план.

- Кто-то конкретно будет отвечать за внедрение реформы?

- Ответственные – это областные и районные администрации.

- Есть какие-то нормативные акты, которые обяжут их заниматься реформированием?

- Будет поручение Кабмина. Мы не можем напрямую обязывать местные власти что-то делать, но мы можем дать поручение администрации. Поэтому с формальной точки зрения ответственной будет обладминистрация. В то же время все понимают, что в предвыборный год именно ответственность местного совета перед своими избирателями станет главным драйвером. Поэтому реформа фактически начнется с громады.

- В предвыборный год местные власти могут не начать реформу, чтобы сохранить статус-кво…

- Тогда это будет политическое решение этой конкретной громады. Все должны понимать: существующие механизмы содержания медучреждений закончатся. Мы хотим, чтобы они закончились с января 2019 года. После этого субвенции для первички не будет, будут только договора. То есть если медучреждения не перешли на договора, они должны делать это осознанно. С одной стороны, это не является жестким контролем, но, с другой стороны, это будет намного более сильным мотиватором, чем просто дать указание.

- Но в Украине люди любят указания…

- Мы верим, что намного лучше сработает соревновательность. Мы это увидели по децентрализации, когда громады стремились пройти эти процессы быстрее.

Мы говорим об общей автономизации, которая нам нужна для реформы в будущем, но к июлю нужна первичка. К июлю не обязательно автономизировать больницы, но в принципе это надо сделать. Поэтому мы не говорим регионам: "Делайте только первичку и больше ничего". Мы говорим: "Делайте все". Если первичку не сделаете – не будет у вас реформы. То есть нужно, чтобы до 1 июля 2018 года все местные советы приняли соответствующие решения по медучреждениям первичной помощи.

Думаю, к концу 2018 года соберется какое-то количество проблемных регионов. По ним нужно будет принимать какие-то отдельные решения. Но надеюсь, что в массе все будет сделано, тем более что мы к этому готовились: есть вся методологическая поддержка, есть все методические рекомендации.

- Вы будете их рассылать по регионам?

- Мы уже их раздаем. Более того, есть отдельные энтузиасты, которые этим занимаются помимо нас. Например, в Харькове эксперты проводят какие-то семинары, объясняют. Местные советы иногда чувствуют себя некомфортно, иногда недопонимают. Например, недавно к нам поступило письмо с вопросом, мол, мы не хотим автономизировать, поскольку это означает, что у нас не будет денег, мы должны будем зарабатывать, а мы не готовы. То есть на местах часто не понимают, что автономный статус – это не зарабатывание на пациентах, это те же механизмы финансирования, которые были раньше, те же субвенции, но плюс к ним свобода в управлении. Но ничего, со временем в регионах и клиниках это поймут.

- Какими вы видите взаимоотношения автономизированных учреждений первички с еще неавтономизированными медучреждениями вторички?

- Сама автономность еще ничего существенного в этих отношениях не меняет. Меняется модель финансирования. Если первичка переходит на новую модель финансирования, а вторичка нет, это будет создавать некоторую напряженность. Тем более, если все пройдет так, как мы планируем, и первичка будет работать эффективнее, а вторичка - еще нет, тогда будет какая-то напряженность. Но мы этот риск уменьшаем за счет того, что постоянно объясняем, как будет работать система. У каждого звена свой год начала реформы: у диагностических лабораторий - 2019 год, у больниц - 2020 год, они все знают, что тоже будут так работать. Поэтому нам важно успешно запустить первичку, чтобы больницы тоже поверили в реформу. Я за первичку не очень переживаю, я переживаю за больницы - им нужно дать позитивный сигнал.

- Какие риски могут возникнуть при запуске реформы первички, какие - на вторичке? Чего опасаетесь?

- Пока что все риски я делю на несколько групп.

Первая – технические риски. Нам нужно в сжатые сроки выполнить большой объем технической работы, кто-то можем не успеть. Самая объемная техническая работа для регионов –автономизация. Нам нужно, чтобы до июля автономными стали учреждения первички. Считаю, что реформа не будет успешной, если автономизировать будут единицы городов или районов, их должно быть десятки, сотни городов и районов. То есть автономизация должна начаться относительно массово, но регионы могут не успеть и это - риск.

Вторая группа рисков, что мы, Минздрав, можем не успеть. Нам нужно создать Национальную службу здоровья Украины (НСЗУ) и систему электронного здравоохранения. Без этих двух компонентов реформа не начнется. Пока мы соблюдаем график, но на разных этапах есть опасность, например, если создание НСЗУ будет сопровождаться бюрократическими проволочками. Создание электронной системы – это технические проволочки, технические риски.

То есть на данном этапе я вижу риски только в этих местах. Дальше будут другие риски, политические риски. Если мы выдержим – будет хорошо. Будет волна атак, которая будет усиливаться к концу года. Часть наших противников будет говорить, что реформа плохо стартовала, другие будут говорить, что правильно стартовала. Но нам нужно будет получить результаты. Мы хотим сохранять высокую динамику, чтобы в 2019 году закрыть уже медицинскую субвенцию на первичке и пользоваться уже только новыми механизмами финансирования, чтобы не затягивать переходной период, чтобы пациент ощутил следующий шаг. Поэтому нам очень важно начать уверенно и бодро.

- Если вернутся к первичке, будет ли какой-то типовой договор с врачами, который вы разошлете по поликлиникам?

- Это декларация.

- Будет ли типовая, стандартная декларация или она в каждом регионе разная?

- Нет, она будет типовая, она будет в электронном виде, физически ее нельзя менять. В бумажном виде она может существовать только после печати из системы электронного здравоохранения. В некоторых случаях ее будут подписывать вручную на бумаге, но только после распечатки, менять ее нельзя. Она уже есть.

- Изменение финансирования первички может заработать без Национальной службы здоровья (НСЗУ)?

- Нет. Чисто технически можно изменить финансирование без НСЗУ, но мы не хотим. Нам нужно, чтобы все новое уже ассоциировалось с НСЗУ, чтобы все уже привыкли, что она есть и она - их партнер.

- Когда будут сформированы тарифы за медуслуги?

- Для первички тариф уже рассчитан, 370 грн базовая ставка за пациента, коэффициенты озвучим немного позже. Сейчас их немного корректируем, например, мы поняли, что нужно пересчитать коэффициент по детям. Когда мы просчитали педиатрическую практику, то поняли, что им будет не очень выгодно, поэтому хотим увеличить коэффициент на маленьких детей.

- На днях была опубликована новая методика расчета услуг. В ней упоминается так называемое "референтное учреждение здравоохранения". Что это будут за медучреждения? Это будет клиника, которая диктует стоимость медуслуги по всей стране?

- Первое, что нужно знать об этой методике, – это методика для больниц, она будет работать с 2020 года и на первичке не нужна. Второе: это не методика цен, это методика расчета затрат, себестоимости, которая позволяет выяснить, сколько мы тратим при оказании той или иной медуслуги, чтобы сделать следующий шаг и сказать, какой будет цена, будет ли она меньше или больше того, что вы тратите.

- Кто это будет определять?

- По нашему закону, предлагать тарифы будут Минздрав и Минфин, а утверждать их будут в бюджетном процессе Кабмин и парламент. Важно другое: решение о тарифе, о цене услуги, которая будет оплачиваться за нее больнице, это совершенно иное, чем себестоимость. Тариф будет использоваться как элемент политики в здравоохранении. Например, если себестоимость раздута, если в нее заложено много лишних составляющих и ее можно уменьшать, тогда тариф может быть установлен ниже себестоимости, чтобы все больницы становились более экономичными. Тогда они начнут экономить на электроэнергии, утепляться, сокращать пребывание в больнице лиц, которым нужно лечиться амбулаторно.

Но может быть обратная ситуация, когда себестоимость слишком низкая, но мы хотим оживить это направление. Тогда мы ставим тариф выше себестоимости. Если же мы хотим сохранить ситуацию, то оставляем тариф на уровне себестоимости.

Это управление. В любой системе здравоохранения нет свободного рынка, нигде в мире. Сейчас государства управляют рынком медуслуг подобными инструментами. Думаю, когда мы определим себестоимость медуслуги, она просто даст понимание того, что происходит на рынке в целом.

Мы апробируем методику в медучреждениях Полтавской области. Они работают по субвенции, но мы анализируем данные, в том числе и так, как будто они уже получают оплату за услугу. Таким образом, мы получаем две цифры: одна - через субвенцию, вторая - через оплату за медуслугу. Мы хотим распространить этот пилот и на другие области, возможно, на Львовскую.

Мы очень внимательно анализируем данные по регионам, видим, где какая себестоимость той или иной медуслуги, где наиболее эффективно используется коечный фонд. Мы видим, что для большинства больниц себестоимость примерно одинакова, но есть клиники, где показатели выбиваются, где они намного выше или намного ниже. Тогда мы делаем ряд предположений, почему так происходит, и проверяем их. Иногда оказывается, что в клинике действительно лечат сложные случаи, но бывает, что там просто занимают койки, "капая гипертонию". Когда мы подсчитаем себестоимость на практике, когда поймем и увидим все эти разбросы, тогда и определим тариф. Если окажется, что в какой-то клинике затраты намного выше тарифа, они рискуют обанкротиться. Поэтому мы должны обеспечить качественный квалифицированный учет, чтобы можно было подсчитать действительную, реальную себестоимость. Например, Полтава год вгоняла все свои данные в новые формулы, чтобы мы получили адекватные цифры.

Вот в чем будет заключаться подготовка больниц к 2020 году.

- Эти тарифы будут рассчитаны по отдельным нозологиям?

- По группам нозологий, по так называемым "диагностически родственным группам" (DRG), группам заболеваний, схожих между собой финансово и клинически. Сначала группируются все клинические параметры, например, все, что касается аппендицитов. И уже среди аппендицитов группируются еще две группы - одна дешевая, вторая дорогая. Тариф будет рассчитываться так: базовая ставка, умноженная на коэффициент. Базовая ставка - это как бы средняя стоимость среднего случая по стране. Коэффициенты будут формироваться в зависимости от сложности, по группе заболеваний, типу больницы. Кроме того, коэффициент может быть также частью политики.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 10 января 2018 > № 2455827 Павел Ковтонюк


Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 января 2018 > № 2450555 Николай Маломуж

Оборонный бюджет врага на 2018 год: к чему готовиться Украине

Россия готовится к сценарию, который предполагает попытку Украины освобождения оккупированных районов Донецкой и Луганской областей.

Николай Маломуж, Главред, Украина

Несмотря на то, что российское руководство заявляло о сокращении оборонного бюджета Российской Федерации на 2018 год в связи с завершением военной операции в Сирии, затраты на оборону у России остаются практически на прежнем уровне. Так, в новом году на оборону российское руководство планирует потратить 2,7 триллионов рублей (в 2017 году эта сумма составляла 2,8 триллионов рублей).

Как отмечали руководители российских военных ведомств, эти деньги пойдут на приоритетные для безопасности РФ направления: наращивание высокоточного вооружения, модернизацию ядерного вооружения, наращивание сил быстрого реагирования (спецподразделений, способных действовать в нестандартных ситуациях), укрепление обороноспособности России на важных для нее направлениях (в частности, в Крыму, в котором РФ уже разместила свои ракетные комплексы и войска, и в западных округах Российской Федерации, куда уже стянуты внушительное количество военнослужащих), а также на размещение контингентов, призванных действовать против НАТО и Украины.

В данной ситуации, с учетом завершения сирийской операции, оборонный бюджет России не сокращается, а, скорее, наоборот, увеличивается по некоторым направлениям. В 2018 году Россия планирует усилить качественную составляющую своих вооруженных сил, повысив боеспособность контингентов, призванных противодействовать НАТО и Украине. Москва собирается активно вкладывать бюджетные средства в высокоточное оружие, новые самолеты Су-35, новые ракетные комплексы и модернизацию сил быстрого реагирования, снабдив их новым вооружением, новой моделью радиоразведки и системы коммуникации.

Так что, даже учитывая некоторое уменьшение бюджетных затрат на оборону в целом, финансирование приоритетных для России направлений будет наращиваться. Потому нет оснований ожидать снижения милитаризации России. Модернизация российской армии будет продолжаться.

Кроме того, суммы, которые в 2018 году Россия планирует выделять из бюджета на оборону, свидетельствуют о том, что она будет способна проводить специальные операции локального характера, в частности, усиливать боевиков на оккупированных территориях Донбасса. Также нам следует быть готовыми к тому, что Россия будет размещать дополнительные контингенты и наращивать их наступательные способности в западных округах России, то есть на границе с Украиной. И, естественно, наращивание российского контингента у наших границ, поставки боевикам новейшего вооружения, в том числе наращивание вооружения в Крыму, будут представлять потенциальную угрозу для безопасности Украины.

Кроме того, Россия, имея финансирование обороны на таком уровне, сможет отрабатывать различные модели и ситуации, например, препятствовать попыткам украинской стороны освободить часть своих ныне неподконтрольных территорий. При этом РФ будет вынуждена использовать более многочисленные контингенты, что потребует большего финансирования, и оно оборонным бюджетом предусмотрено. Так что мы должны понимать: Россия готовится к сценарию, который предполагает попытку Украины освободить свои ныне оккупированные районы Донецкой и Луганской областей.

Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 января 2018 > № 2450555 Николай Маломуж


Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 января 2018 > № 2447927 Максим Артемьев

Итоги блокады Донбасса. Украинская экономика усиливает связи с Россией

Максим Артемьев

Историк, журналист

Вступление Украины в Евросоюз обозримом будущем вряд ли возможно, а оказывать ей необходимую помощь он не способен

2017-й год начался для Украины с объявления блокады Донбасса. Инициативу проявили оппозиционные общественники во главе с Семеном Семенченко — бывшим командиром батальона «Донбасс», а ныне депутатом Верховной Рады. Украинское правительство поначалу восприняло это крайне негативно, как говорил тогда его глава Владимир Гройсман: «Речь идет о том, что, по предварительным расчетам, 75 тысяч [человек] могут потерять работу. Мы потеряем $3,5 млрд — это валютные поступления, что негативно повлияет на курс гривны».

Но напор общественности был так силен, что 15 марта Кабмин принял решение ввести блокаду на экономическое сообщение с неподконтрольным Юго-Востоком Украины. Каковы же итоги принятого решения? Ситуацию необходимо рассматривать шире — в свете российско-украинского конфликта.

Начиная с 2014 года, на положение украинской экономики напрямую влияют два новых фактора — переход Крыма в состав России и война на Донбассе и его раскол. На стороне ДНР-ЛНР оказались основные населенные пункты — Донецкая агломерация с самим Донецком, Макеевкой, Енакиево и Горловкой, то есть с тремя из пяти крупнейших городов Донецкой области, а также Луганск и агломерация Алчевск-Стаханов с примыкающим к ним городами. Но при этом под контролем Украины остались Мариуполь (главный металлургический центр страны), Краматорск, Славянск и Константиновка в Донецкой области, и Лисичанск, Рубежное, Северодонецк (химический и нефтеперерабатывающий кластер) в Луганской. Также основные электростанции региона находятся на украинской стороне.

Ситуация характеризуется разрывом «по живому» давно устоявшихся коммуникаций. Угольная, металлургическая, коксохимическая отрасли Донбасса, равно как электроэнергетика и железные дороги действовали в едином комплексе. Теперь они разобщены.

Более того, невозможно инвестировать в модернизацию металлургических заводов Мариуполя — «Азовстали» и ММК, поскольку они фактически находятся на линии фронта с неопределенным будущим. То же самое касается Углегорской и Луганской ТЭС.

Таким образом, Донбасс, будучи старопромышленным районом с избыточным населением и ветхой инфраструктурой, и оттого находившийся в кризисе все время после распада СССР, получил еще шоковые удары. Блокада стала лишь последним из них. Прямой ущерб от нее составил, по оценке Нацбанка Украина, $1,8 млрд в 2017 году и $500 млн в 2018. Премьер-министр Украины Владимир Гройсман, подводя итоги года, сказал 27 декабря о сокращении ВВП Украины на 1% как результате блокирования неконтролируемых территорий.

Однако каковы же общие итоги года для экономики Украины? А они достаточно любопытны, если рассматривать их через призму российско-украинских отношений. Ведь Киев сделал ставку на минимизацию экономического сотрудничества между двумя странами. При этом надо учитывать, что с 2015 года действует запрет на прямое авиасообщение между Россией и Украиной, уменьшилось количество поездов, из Киева регулярно звучать призывы вообще запретить железнодорожное сообщение.

В 2016 году товарооборот России с Украиной сократился на 31,64% по сравнению с 2015 годом, а в течение 2017 наблюдался его резкий рост: в I квартале — на 38,17%, во II квартале — на 28,59%, в III квартале — на 14,72%. Таковы парадоксальные итоги.

В чем-то путь Украины повторяет путь государств Прибалтики, которые также резко оборвали в начале 90-х экономические связи с Россией, переориентировавшись на Евросоюз и другие страны Запада. Но есть и важные отличия. Во-первых, деиндустриализация Прибалтике далась довольно легко. На заводах работали в основном представители русскоязычных, и сокращения не приводили к значимым социальным конфликтам. Во-вторых, в силу малой численности населения этим странам было возможно принять модель посреднической экономики, обслуживая транспортные потоки между Россией и Западом. В-третьих, Евросоюз оказывал им с самых первых шагов значительную финансовую и иную помощь и они сравнительно быстро стали его членами.

Этих факторов на Украине нет. Деиндустрилизация приводит к серьезным трудовым конфликтам, как, например, в самом конце декабря на судостроительном заводе в Николаеве, в который был вынужден вмешиваться премьер Гройсман. Большинство украинских заводов, особенно в ВПК, предназначались для работы в тесной кооперации с предприятиями на территории России, и разрыв отношений приводит к тому, что, например, самый крупный завод Украины — «Южмаш», все время лихорадит.

От посреднической модели, которая позволяла как-то существовать в 90-е — начале 2000-х, получая по очень сниженным ценам российский газ, Украина также отказалась. Роль транзитера ее не устраивает, равно как и Россию, которая не хочет продолжения логистической зависимости от Украины.

Что касается Евросоюза, то вступление в обозримом будущем в его члены Украине не грозит, а в силу ее размеров оказывать ей необходимую помощь он не способен.

Кроме того, Украина — де-факто воюющее государство. Рост расходов на оборону происходит опережающими темпами, и она уже входит в пятерку первых государств на планете по проценту от ВВП, направляемого на нужды военных. Это резко сужает «горизонт» бюджетных маневров. Поэтому в экономике происходят совершенно естественные восстановительные процессы — а именно усиление экономических связей с Россией, которые резко «просели» в 2014-2016 годах. Усиление экономических связей с Россией происходит в рамках восстановления экономики вообще: экспорт по итогам десяти месяцев вырос на 20% и примерно так же выросла заработная плата.

Что бы не говорили политики, а человеческие и иные связи в одночасье не оборвать, как не оборвались они с той же Прибалтикой, которая стала важным центром туристического притяжения для россиян. Недаром в 2017 году только за девять месяцев Россию посетило больше граждан Украины (5,7 млн) чем за весь 2016 — 4,1 млн. Переводы от гастарбайтеров, в том числе из России, продолжают оставаться важнейшим средством пополнения валюты и поддержания курса гривны.

Но при этом надо понимать, что российско-украинские экономические отношения стабилизируются на уровне, значительно ниже предыдущего. Если в 2013 году Украина занимала 4,7% во внешнеторговом обороте России, то теперь только 2,2%.

Можно сделать следующие выводы. Несмотря на политические сложности и призывы, между Украиной и Россией останется весьма значительный спектр экономических связей, который будет основываться как на исторической преемственности, так и втекать из географии и гуманитарных связей.

Этот объем, достигнув своего восстановительного максимума на рубеже 2017-2018 годов, будет оставаться в ближайшие годы неизменным, если только не произойдет каких-либо чрезвычайных политических происшествий.

Ситуация на Донбассе может влиять больше на украинский ВВП, чем на внешнеторговый оборот между двумя странами. Регион, по сути, «выключается» из большой экономики в силу своего неопределенного статуса, и закрытия большинства предприятий на своей территории. Соответственно, продолжение блокады в перспективе мало воздействует на Россию или, даже, на Украину.

Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 января 2018 > № 2447927 Максим Артемьев


Украина > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 4 января 2018 > № 2455828 Олег Мистюк

Глава Киевского инвестагентства: В 2018 запланировано подписание соглашений объемом около $4 млрд на 3-5 лет

Эксклюзивное интервью генерального директора Киевского инвестиционного агентства Олега Мистюка агентству "Интерфакс-Украина"

- На прошлой неделе мы наблюдали борьбу Киева за возможность списания госдолга. Изначально было предложение списать 1 млрд грн в счет стоимости строительства Подольско-Воскресенского моста и 2,6 млрд грн - в счет строительства метро на Виноградарь. Минфин эти 2,6 млрд грн убрал из проекта госбюджета, но депутаты в бюджетном комитете их вернули и даже добавили 300 млн грн на замену освещения в городе.

- Мост нужен. Без него Трам-Трейн (месяцем ранее подписан Меморандум с МФК) останется не в полном формате, соединяя полупетлей Троещину с деловым центром города - через Дарницу и Батыеву Гору до Караваевых дач. С мостом Трам-Трейн стал бы полноценной кольцевой наземной веткой метро, а пассажиропоток вырос бы с 290 тыс. почти до миллиона в день. Это порядком бы разгрузило переполненные существующие ветки метрополитена, не говоря уже о дополнительном комфорте для автомобилистов, пересекающих реку. Но достраивать мост еще 10 лет скоростью $40 млн в год - непозволительная роскошь. Поэтому Кабмину, конечно, спасибо за возможность возобновить строительство моста против списания долга муниципалитета перед Минфином, но с нас никто не снимал задачи найти более быстрое решение вопроса завершения строительства. Особенно с учетом того, что к концу весны уже будет полноценное ТЭО Трам-Трейна, с которым уже можно обращаться к "Укрзализныци" за согласием на использование ее железнодорожных путей в Киеве, а затем - к кредитному комитету IFC за $160-200 млн (большая часть средств пойдет на закупку подвижного состава), проектировать и, наконец, начать реализовывать проект "в железе", хотя бы в виде (пока мост не построен полностью) полукольца.

Возвращаясь к достройке моста, на которую необходимо до $400 млн… Мэр Киева прилагает серьезные усилия, для того чтобы вовлечь Германию и немецких инвесторов в этот проект. Киевское инвестиционное агентство (КИА) тоже не спит. В 2016 году отрабатывали варианты совместить длительную рассрочку от турецких подрядчиков с возможным кредитом от ЕИБ. Но это требует дополнительной госгарантии, что является вопросом приоритетности проекта на уровне государства и МВФ. Там политика ориентирована на поддержку самоокупающихся проектов, коим мост сам по себе не является, если не вводить плату за проезд.

Поэтому КИА пришло к другой идее: совместить потребность достройки моста с другим проектом, одобренным распоряжением КГГА - строительством ультрасовременной энергостанции на основе CFB-технологии с химической очисткой, по самым жестким экологическим стандартам ЕС. С момента строительства ТЭЦ-5 и ТЭЦ-6 в 80-х Киев вырос в разы, многократно увеличилось потребление энергии, особенно в центре города, а инфраструктура изношена и неэффективна. Цель проекта - модернизировать ТЭЦ-6 на Троещине, добавить два блока мощностью 600 МВт, подвести тепло и электричество в центр города, соединить его с энергокольцом вокруг Киева. И все это можно сделать без копейки из городского бюджета, только за счет инвестора, который будет оператором этой новой современной инфраструктуры. Следующая задача - удержать, а по возможности снизить тариф на отопление, улучшить экологическую ситуацию за счет использования лучших мировых технологий теплогенерации. И вместе с тем завершить процесс деиндустриализации Подола, избавившись от ржавых корпусов и труб Станции теплоснабжения-2 в районе Рыбальского острова - сооружения постройки 30-х годов прошлого века - трижды исчерпавшей свой проектный ресурс. Кстати, в Лондоне из подобной энергофабрики получился очень популярный музей современного искусства!

Теперь, чтобы завести тепло от этой новой станции в центр через Днепр, нужны три трубы метрового диаметра, проходящие под мостом, например, Подольско-Воскресенским. То есть мост может быть предусловием. Финансовое моделирование объединенной сделки подтверждает: при тарифе 1200 грн за гигакалорию (на ТЭЦ5/6 сейчас порядка 1400 грн), на инвестора в энергостанцию можно возложить затраты по самостоятельной достройке моста в размере $300 млн за первые два года реализации проекта. Даже при этом инвестору остается вполне ощутимая норма доходности по всей сделке.

Единственный вопрос - кто даст на проект в Украине $1,5 млрд? Над этим сейчас и работаем, ведь системных игроков, способных осуществлять такие масштабные инфраструктурные проекты без госгарантии, вкладывая свои собственные средства, не так уж и много. Будем объединять усилия с офисом Национального инвестиционного совета при президенте Украины.

Как показывает опыт других стран, для появления инвесторов такого масштаба, притока средств в реальный сектор экономики и создания рабочих мест требуются консолидированные усилия всех ключевых лиц государства. В конце концов, давайте дадим себе ответ на вопрос: мы действительно хотим, чтобы в Украину пришли серьезные крупные зарубежные инвесторы?

- Какова позиция "Киевэнерго" как нынешнего оператора энергосистемы Киева? Им нужен приход такого конкурента - ведь эта новая станция будет частная?

- Договор "Киевэнерго" на управление городскими тепловыми сетями истекает 26 апреля 2018 года. После этого ТЭЦ5/6, теплосети с котельными и завод "Энергия" должны вернуться в управление города.

- Это означает, что Киев будет сам заниматься теплохозяйством или будет все же привлечена какая-то частная компания?

- Два года назад я говорил, что прежде чем приглашать инвесторов, нам необходимо убедить их, что Киев долгосрочно может быть надежным партнером. Это упирается в банальные вещи, на которые мы наткнулись еще в 2014 году, работая над этим вопросом с международными консультантами. Сначала вместе с ними, а уже с прошлого года за счет города мы профинансировали годовой отчет муниципалитета, сделанный по международным стандартам. Это еще пока не полноценный аудит, но уже консолидированный отчет, необходимый банкирам и инвесторам для понимания того, как ведет себя город. Без этого невозможно привлечь сотни миллионов долларов, которые требуется вложить в модернизацию теплового хозяйства Киева.

Публичная статистика говорит, что у Киева, наконец-то, с финансами все хорошо, позитивный остаток на казначейском счете, бюджет Киева - профицитный второй год подряд. И теперь международные финансовые организации (МФО) приходят к нам с предложением кредитовать городские проекты.

Но если речь идет о долгосрочных сделках - на 25 лет и более, какой является реновация теплоэнергетики Киева с инвестициями $200-300 млн и выше, то финансирующим банкам необходима полная уверенность в том, что все последующие решения по управлению инвестициями будет принимать квалифицированная команда, понятная этим банкирам. Поэтому изначальная модель, которую мы отрабатывали вместе с IFC и USAID в соответствии с подписанными меморандумом 2015 года, и по итогам всех due diligence и анализа различных сценариев в отношении активов "Киевэнерго", заканчивалась концессионным конкурсом. Предполагалось, что Нацкомиссия регулирования рынка электроэнергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ) к концу 2017 года должна была одобрить RAB-методологию для теплоснабжения, которая к тому времени была бы испробована на энергодистрибуции. Но вы сами знаете, в каком сейчас состоянии пребывает НКРЭКУ: со стимулирующим RAB-регулированием пока все осталось на уровне презентаций.

В результате RAB у нас нет, а соответственно, нет понимания прибыльности бизнеса теплоснабжения и теплогенерации для инвестора, что делает рассмотрение вопроса о рациональности инвестирования бессмысленным. Надеюсь, RAB-методология появится через год-полтора, если верить международным донорам - спонсорам проекта по ее разработке, и мы проведем концессионный конкурс через полтора-два года. Но их нужно как-то прожить, так как договор с "Киевэнерго" завершается 27 апреля текущего года.

Поэтому одно из решений, которое мы нащупали и хотим закрепить дополнением к меморандуму с международными партнерами, это сценарий, при котором город 27 апреля забирает на себя активы в теплохозяйстве, которыми сейчас управляет "Киевэнерго", или даже все "Киевэнерго" как компанию-лицензиата. Но забирает с четким с пониманием, что сразу же или в ближайшем будущем будет проведен конкурс по привлечению так называемого management contractor (MC) - операционной команды, которая управляет этим хозяйством на аутсорсе. Отбор этот будет вестись среди именитых европейских, а, может быть, еще азиатских или американских профильных компаний, которые обладают компетенцией в этой сфере. Фактически, это те же самые компании, которых мы активно звали в планируемую концессионную сделку, которую мы сейчас провести не можем не по своей вине. Так что объявим конкурс на MC, выберем лучшего, кто даст больше ноу-хау, сможет эффективно управлять этим хозяйством и получать за это плату.

Одним из критериев эффективности (KPI) будет не возрастание результирующего тарифа. RAB-методология означает некоторое поднятие тарифов за счет включения инвестнадбавки, которая позволит привлекать инвестиции и затем возвращать их за счет тарифа. Это не означает кардинального повышения, как в случае с "Роттердам+". По нашим с IFC расчетам, в случае вложения $300 млн в теплоснабжение Киева тариф мог бы вырасти всего лишь на 7%, что по сравнению с предыдущими подъемами тарифа на 40-60% не столь существенно. Это не такая большая плата за новые трубопроводы и кардинальное сокращение количество аварий.

С другой стороны, эти 7% -- пока виртуальное увеличение тарифа и могут быть компенсированы таким же 7%-ным уменьшением объемов потребляемого газа на ТЭЦ5/6 и сотнях районных котельных за счет этой модернизации. То есть де-факто нетто-эффект может быть нулевым, если эти $300 млн, которые МФО может профинансировать, будут рационально вложены квалифицированной командой. Поэтому и у нас, и у банкиров есть требование, чтобы управлением активов "Киевэнерго" занималась квалифицированная команда.

Повторюсь, банки готовы при условии "белой", проверенной в боях компании-управленца финансировать модернизацию, направленную на повышение энергоэффективности системы централизованного теплоснабжения Киева (между прочим, третьей по величине в мире!). Консультанты определили ее стоимость в $300 млн, "Киевэнерго" - до $600 млн, а в самых ярких инженерных мечтах - до $1 млрд. Стоимость упирается в повышение тарифа: при $300 млн мы вышли на 7%.

- А какова позиция ДТЭК: готовы они отдавать все или только часть? "Киевэнерго" ведь уже объявило о делении на две компании.

- Нынешнее деление - это выполнение требования Третьего энергопакета, и они должны были приступить к этому давно. До 27 апреля, наверное, успеют. Часть электродистрибуции, для которой будет применяться RAB-методология, находится в собственности ДТЭК, и город не имеет к ней отношения.

Электродистрибуции у нас нет, за исключением небольшой части, которую мы планируем продать через инвестконкурс, с привлечением правильных оценщиков, о чем мы начали переговоры с Фондом государственного имущества Украины.

Но отсутствие у города собственной электродистрибуции не несет большой угрозы, так как мы можем брать электричество из кольца, которое идет вокруг города, если сможем сделать проект новой CFB станции. Первая часть проекта - это провести 18 км кабеля на 330 кВ в центр города и поставить в районе Петровки подстанцию, таким образом, обеспечив канал подключения Киева к "кольцу". То есть, появится альтернатива сетям ДТЭКа. К тому же частная элеткродистрибуционная сетка является монополией и четко регулируется НКРЭКУ в части тарифов.

Что касается теплоснабжения, то от решения этой проблемы город так абстрагироваться не может. Эта часть была и есть городской, вернется обратно к нам, и нам нужно принимать решение в ближайшее время. Но при этом, честно говоря, самостоятельно вложить в модернизацию 2-3 млрд грн в следующем году из городского бюджета, без поддержки международных финансовых институтов, мы вряд ли сможем. Таких свободных денег у города просто нет. Поэтому с учетом наличия возможного длинного долгосрочного инфраструктурного финансирования со стороны МФО (которое может прийти вместе с существенной донорской невозвратной помощью из экологических фондов Евросоюза, одним из распорядителей которых выступает ЕБРР, или соответствующих американских и других глобальных фондов охраны окружающей среды), мы создадим максимально либеральные, лояльные и выгодные для города условия прихода такого финансирования.

- Концессионный конкурс будет уже после выборов мэра - в 2019-2020 году?

- В микросценарии хотя бы НКРЭКУ должно заработать. Пока именно это тормозит работу над концессионным тендером. Без этого нам нечего будет предложить участникам конкурса.

- Эксперты и консалтинговые компании утверждают, что инфраструктурные объекты могут стать драйверами развития коммерческой недвижимости в Украине в ближайшие годы. Какую работу ведет КИА по освоению транспортных узлов в качестве площадок для строительства торговых объектов?

- В декабре мы вынесли на инвесткомиссию разработку предпроектных предложений с конкретными локациями и техническими просчетами для коммерческой недвижимости, которая может находиться в пределах или рядом с будущими тремя-четырьмя станциями метро на Виноградарь. "Киевское инвестиционное агентство" занималось тем, чтобы часть бюджета на эти станции возложить на плечи будущего инвестора. Каждая из четырех планируемых станций анализировалась метрополитеном, но при этом мы синхронизировали, каким образом частники не будут мешать, а будут помогать в этом проекте и возьмут на себя часть затрат. Это же касается Львовской Брамы - пытаемся развязать проблему с предыдущим инвестором, который не выполнил своих обязательств, но какие-то деньги в бюджет уплатил. Видя возобновление интереса к транспортно-коммерческим проектам, разогреваем интерес среди институциональных инвесторов, в основном из стран ЕС.

- Какие перспективы строительства четвертой ветки метро в ближайшие годы?

- Если мы говорим о проекте, в котором есть частный инвестор, то есть государственно-частное партнерство, или концессия, то один проект может готовиться 1,5 года. К тому же покупательная способность населения пока еще не настолько высокая и добраться до уровня стоимости билета, как, к примеру, в Варшаве - $1, мы не можем. Поэтому с точки зрения инвестиционной привлекательности к четвертой ветке пока есть вопросы.

- Почему тогда ведутся переговоры с китайцами о финансировании новой линии метро?

- Смотрите, Трам-Трейн - это, по сути, кольцевая ветка, которая подбирает пассажиров, выезжая на трамвайные пути дальних районов Троещины. Кольцо не может заменить радиальную отдельную ветку метро полностью, верно? В данном случае, мы говорим о радиалке от Жулян до Троещины. С точки зрения урбанистики Киев фактически везде по периферии ограничен смежными поселками и, по разным причинам, расширяться не хочет или не будет. Поэтому одно из немногих направлений, где возможно расширение, - это Троещина. Но у нее транспортная проблема. В Киеве достаточно большой приток населения и нагрузка на инфраструктуру, в том числе транспортную, серьезная. Поэтому город пытается балансировать между скоростью и ростом жилой застройки и ремонтом хотя бы существующей инфраструктуры. Мы понимаем, что нужно дать хотя бы два новых вида транспорта, но они должны быть самоокупаемыми. Даже если предположим, что стоимость проезда будет 10 грн, то умножив на потенциальных 300 тыс. пассажиров на новой ветке метро за 20 лет получим выручку (без учета затрат) меньшей, чем минимальные затраты на строительство этой ветки. С точки зрения экономики проект будет убыточный.

- То есть, в проекте с китайцами платить будет только город Киев?

- Если он состоится, да. Частично это ляжет на плечи горожан, которые будут пользоваться этим видом транспорта. Но надо посмотреть, а потянет ли бюджет, или может госбюджет присоединится к этому инфраструктурному проекту, который даст приток инвестиций в экономику почти $2 млрд? Украине нужно разогнаться на пару-тройку миллиардов желательно самоокупающихся проектов, чтобы увидеть эффект на всеукраинском ВВП. В настоящее время это могут сделать немногие учреждения - госбанки, муниципалитеты, крупнейшие госкомпании.

- В таком случае будет смысл в строительстве индустриального парка "Киевская бизнес-гавань"?

- Именно. Мы проконсультировались не только с голландцами, не только с корейцами, но даже с гаитянами. В Гаити за средства инвесторов построен один из самых инновационных технопарков стоимостью $2 млрд. Когда они узнали, что мы на Троещине на 270 га хотим строить, они выразили огромную заинтересованность. Они нам посоветовали разместить индустриальную зону максимально близко к теплостанции, которая вырабатывает пар. Большое количество новых индустрий, легкая промышленность, производство пластика и обуви используют не электричество, а именно пар. Поэтому я сейчас пытаюсь максимально отработать с корейским "Эксимбанком" возможность совместно с ЕБРР профинансировать участие в этом проекте одного из потенциальных инвесторов - Posco Daewoo. Одновременно повторно просим корейское правительство профинансировать наш бизнес-план.

- Какие перспективы увидеть в ближайшее время в столице качественную трансформацию промышленных зон, к примеру, какова судьба Телички?

- Если город в стране с развитой экономикой видит спрос от глобального инвестора, способного оперировать суммами по $1 млрд в год, он должен оперативно найти ресурсы для того, чтобы за 1-3 года выкупить и вернуть в коммунальную собственность земельный участок, изучить, как объект вписывается в урбанистику, провести коммуникации, и тогда предложить сделку такому инвестору. На Теличке находится 14 арендаторов, собрать их в одну сделку достаточно тяжело.

По украинскому законодательству вся процедура по принудительному выкупу территории занимает три года. Тем не менее, за 2017 год два инвестора обозначенного масштаба проявили интерес к тому, чтобы сделать новый район в Киеве, и намерены заняться этим в 2018 году. На Теличке есть замороженная станция метро и практически каждый с 14 арендаторов земли нашел, куда переехать, включая даже "Ковальскую". Они уже готовы к переезду, но де-факто он еще не произошел.

- Вы уже говорили, что в Киеве наметился дефицит офисной недвижимости. Как вы видите восстановление этого сектора рынка?

- Город владеет большими площадями: у нас 10,5 млн кв. м недвижимости, половина из которых - больницы, школы и садики, которые никуда не денутся - но примерно 1-2 млн кв. м - потенциально освобождаемые площади.

В прошлом месяце на голосование Киевсовета планировалось вынести одобрение проекта "Єдиної будівлі": сделки по приобретению здания бизнес-центра "Виктори Тауэрс" на Воздухофлотском проспекте (27 этажей, две башни). Сейчас владельцем является выходец из "КДД Групп", проект полностью закредитован государственным Укрэксимбанком. Переезд в это здание позволит консолидировать муниципалитет и освободить центральную часть города от бюрократов с возможным перепрофилированием коммунальных помещений в офисы, в том числе для стартапов, айтишников, малого и среднего бизнеса. Мы вышли на финальную точку в переговорах с собственником и банком по коммерческим условиям относительно финансирования достройки здания. Нам не хватает только решения Киевсовета, которое позволит подписать контракт на $370 млн. В результате этого будет осуществлен вывод 26 департаментов КГГА из центра города, чтобы продать, реконструировать или просто сдать в аренду порядка 160 тыс. кв. м муниципальной недвижимости в условиях растущего спроса на офисную недвижимость в центре Киева. Мы получили предварительное согласие Минфина, что он будет закладывать в бюджет министерств соответствующую статью, позволяющую им арендовать офисы там, где они сочтут нужным. Мы, со своей стороны, сделаем дисконт в нашем новом здании. Уже есть предварительная коммуникация с несколькими министерствами, что они предпочли бы сидеть в бизнес-центре класса А и эффективно взаимодействовать между собой. Общая площадь нового здания составляет 260 тыс. кв. м, арендная - 179 тыс. кв. м. Муниципалитету хватает 40 тыс. кв. м. Город является одним из лучших заемщиков, Укрэксимбанк очень заинтересован в таком сценарии решения проблемы недостроя. Ведь город не только подберет под себя объект, но и решит вопрос с наполняемостью.

- Какова судьба ТРЦ "Республика" в Киеве?

- Как мне сказали в Фонде гарантирования вкладов, есть большие шансы, что сделку по продаже ТРЦ "Республика" подпишут в начале этого года. Фонд в два или три раза снизил начальную цену - до $67-70 млн, что уже достаточно привлекательно для инвестора, готового выкупить за эти деньги, а после вложить еще сотню миллионов долларов в достройку, согласно проекту.

- Какие еще есть интересные проекты, за которые вы готовы взяться?

- Любое ТЭО по индустриальному или инфраструктурному проекту должно иметь мультисценарный анализ. Даже в случае "Єдиної будівлі" мы анализировали три варианта: свежая постройка, репрофайл Телички и здания "Нафтогаза" на Левом берегу.

Мы, кстати, пытаемся работать с "Нафтогазом" по продаже этого непрофильного актива. Не уверен, что у "Нафтогаза" достройка этого здания может быть стратегической задачей в нынешних условиях. Ищем инвестора, который осилит проект: пусть там будет гостиница или что-то другое.

- Видите ли вы заинтересованность со стороны инвесторов в рекреационных проектах Киева?

- В июле 2017 года мы заключили сделку с компанией "А Скай" на $17 млн по строительству мультифункциональной спортивной арены напротив ТРЦ Sky Mall. Функционал здания четко прописан для проведения спортивных соревнований, оно также может использоваться как недостающий Киеву концертный зал.

Планируем презентовать инвестконкурс по строительству канатной дороги с Почтовой площади через Днепр на Труханов остров, стоимостью $21-22 млн. И затем - проект на семь пересадочных станций через Березняки на Русановку. Это позволит горожанам быстро доехать с Русановки или Березняков до Европейской площади. Я подключил к анализу этой сделки один из украинских госбанков, а также мы собираемся попросить IFC рассмотреть, насколько востребован этот проект как транспортной инструмент.

- Расскажите, как обстоит ситуация со строительством сети WiFi компанией Mosquito Mobile в киевском метрополитене? Говорят, собственник компании Александр Адарич прекратил финансирование проекта.

- Да, сделка должна быть пересмотрена и, возможно, даже расторгнута. За последний год Mosquito перестал заниматься расширением из-за финансовых проблем. Александр Адарич рефинансировал за счет своих собственных денег все задолженности проектной компании Mosquito Mobile перед Фидобанком, полностью очистил компанию от банковских долгов, но $5 млн для завершения проекта у него не было. Эту сделку просмотрели с четырьмя инвесторами из Швейцарии, Украины и США, но перепродать ее было непросто.

- А нужен ли WiFi, если уже есть 3G, а скоро будет и 4G-интернет?

- Мы консультировались с операторами на начальных стадиях проекта. По их неформальному утверждению, 3G в закрытых помещениях не работает. 4G может иметь такую же ширину канала, как у WiFi, но посмотрим, чем закончатся аукционы на 4G частоты, которые запланировала НКРСИ на этот год.

Я надеюсь, что на следующую инвесткомиссию придет Mosquito Mobile с подписанным обязывающим соглашением с тем из четырех инвесторов, кто вышел в финал. Стимулирую его завершить проект как можно скорее, но у города, честно говоря, за год терпение уже исчерпано и есть желание самостоятельно закончить проект. Это желание связана с растущей необходимостью развития проекта "Смарт-сити". Если говорить о станциях метрополитена, то это камеры наблюдения. Можно критиковать наш "Смарт-сити", но статистика показывает, что там, где есть камеры, краж немного меньше. У нас в рамках проекта WiFi в метрополитене было условие для инвестора, чтобы он поставил камеры с распознаванием лица. Город постепенно своими камерами приближается к метрополитену, которые инвестор должен был поставить за свой счет.

- На какую общую сумму сделок вы планируете выйти по результатам 2017 года?

- Мы фиксируем более 700 млн грн подписанных сделок, в которых частный инвестор заменил бюджетное ассигнование. Но реально объем инвестиций выше. К примеру, мы заложили уровень инвестиций в строительство больницы 170 млн грн, а де-факто инвестор вложит 1 млрд грн, потому что оборудование стоит гораздо дороже. Поэтому наши сухие формальные 700 млн грн - это далеко за 1,5 млрд грн, которые придут в новые объекты инфраструктуры.

- Каковы планы по инвестициям на следующий год?

- В 2018 году запланировано подписание нескольких десятков соглашений как в сфере недвижимости, так и по системным инфраструктурным проектам, общий объем финансирования которых составит около $4 млрд. Проекты рассчитаны на 3-5 лет.

- Говорят, в КГГА изучается возможность внедрения системы "деньги ходят за ребенком". Может ли она стимулировать приток инвестиций в строительство детских образовательных учреждений?

- Перспективное направление, в котором были сделки в 2017 году, -- это образование: на рынке есть около 50 инвесторов, обозначивших свой интерес в проектах образования в Киеве.

Мы рассматриваем возможность внедрения системы ваучеров. Дело в том, что сейчас только в центральных районах Киева существует спрос, позволяющий инвесторам создать частную школу, тогда как в других районах найти инвестора на строительство школ очень сложно. Школы нужно субсидировать. Мы подсчитали, что затраты на одного ученика составляют около 12 тыс. грн в год. Если частники построят за свои деньги большую школу на 1000 детей, а муниципалитет следующие 15-10 лет будет выделять по 12 млн грн субсидий на бесплатное их обучение, то это существенно расширит круг потенциальных инвесторов. Если у нас будет ваучер, когда "деньги ходят за детьми", мы это сделаем. В городе осталось не так уже много площадок для строительства школ, мы параллельно ищем частных инвесторов и строим школы своими силами.

- Какие достижения КИА за последние три года, которые могут ощутить киевляне?

- За три последних года мы заключили 26 инвестиционных соглашений, в подавляющем большинстве которых частный инвестор взял на себя бюджетные расходы по инфраструктурным объектам столицы. Например, в результате привлеченных инвестиций на строительство нового медицинского центра на безе городской больницы №14 киевляне получат не только современную больницу, - медцентр также обеспечит работой более 450 специалистов, а на лечение будут приезжать даже иностранцы.

- Этот и следующий год прогнозируются достаточно сложными для Украины как в геополитическом измерении, так и с учетом будущих выборов. Как может повлиять политическая конъюнктура на деятельность КИА?

- Местное самоуправление должно быть отделено от политических процессов и ориентироваться исключительно на те достижения, которые полезны для территориальной общины, для горожан.

В последние три года "Киевское инвестиционное агентство" не ориентировалось на политическую конъюнктуру. Мы смогли выстроить системную коммуникацию со всеми без исключения фракциями, представленными в Киевсовете, потому что аргументировали не политической целесообразностью, а мотивировали исключительно экономическими фактами и целесообразностью реализации проектов, которые стоят над политикой и настоящими вызовами, и несут стратегический и необходимый для города характер.

Такая равноудаленность от всех фракций послужила залогом того, что мы продолжаем успешно работать, ведь мы знаем, что инвестиционным банкирам перестают доверять, как только они начинают поддерживать хоть какую-то из политических сил. Поэтому банкиры должны находиться вне политики. Собственно, такое понимание было у мэра Виталия Кличко, когда он пригласил меня возглавить "Киевское инвестиционное агентство".

Украина > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 4 января 2018 > № 2455828 Олег Мистюк


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 3 января 2018 > № 2445362 Сергей Феофилов

Сергей Феофилов: Аграрный 2017 год был годом великого перелома? Прогноз на 2018 г.

Декабрь - это традиционное время для новых прогнозов и подведения итогов года. Мы полагаем, что оценки и ожидания на 2018 г. от Cергея Феофилова, учредителя и генерального директора компании «УкрАгроКонсалт», к.э.н. будут представлять интерес для наших коллег и читателей.

УкрАгроКонсалт: Насколько оправдались Ваши прогнозы на 2017 год? Расскажите о характерных чертах прошедшего 2017 г. и о тенденциях следующего 2018 г.

Сергей Феофилов: Большинство ожиданий на 2017 г. осуществилось .В частности, мой прогноз о переломном характере 2017 г. полностью оправдался. Именно в текущем 2017 г. сформировались фундаментально новые тенденции.

Прежде всего, следует отметить продолжение кардинального падения рентабельности растениеводства. Налогообложение аграрного сектора было в центре внимания всего рынка. Это автоматический возврат НДС экспортёрам и упразднение льготного налогообложения аграриям в начале года. В конце года – отмена возмещения НДС для экспортеров ключевых масличных культур.

Это подтверждает отсутствие прозрачных стратегий по развитию аграрного сектора, критически высокий уровень нестабильности законодательства, рост доли неконтролируемого рынка.

Далеко не все осознают последствия и масштаб тех изменений, которые начались в 2017 году, в году, если можно сказать, великого перелома. Аграрный сектор все еще не вполне понял основные последствия изменений в налоговой системе в 2017 г.

УкрАгроКонсалт: Аграрии Украины уже три года собирают рекордные урожаи. Реализуется ли данная тенденция в следующем 2018 г.? Какова цена этих рекордов? Кто заплатил за столь высокие урожаи?

Урожай 2018 г., скорее всего, будет на уровне 60-65 млн. тонн, экспорт зерна – 39-43 млн. тонн. Рост ВВП составит около 2%, хотя фактически это означает стагнацию экономики. Цены глобальных сырьевых рынков будут незначительно колебаться на низких уровнях. В портах Украины будут завершены ряд крупных проектов по расширению мощностей по перевалке зерна.

Структура посевов будет сформирована под воздействием фактора прибыльности той или иной культуры.

Аграрный сектор Украины достиг беспрецедентных результатов, в первую очередь, на основе применения передовых технологий. Но любые технологии дороги, и платили за технологии фермеры, аграрные предприятия из своей прибыли, из своего кармана, так как банковский сектор Украины только начал восстановление. А прибыль снижается уже второй год подряд, и мы прогнозируем, что показатели рентабельности и в следующем 2018 г. будут не лучшими.

Вопрос финансирования обострился также из-за крайне незначительных размеров государственной поддержки аграриев и роста цен на ресурсы. Поэтому в следующие 2-4 года успешными будут только те предприятия, которые вовремя осознали важность факторов прибыли и доступа к финансам и которые адаптировали стратегию своего роста к долгосрочной тенденции низких цен.

Конкурентоспособность возможно будет повысить на основе еще большего применения передовых аграрных технологий. Это неминуемо приведет к росту внимания к вопросам финансирования производства, его кредитования банковским сектором, расширению инвестиций в производство и переработку.

УкрАгроКонсалт: Какие ключевые события или поворотные моменты 2018 г. Вы можете прогнозировать уже сейчас?

Я хотел бы остановиться на прогнозе логистики. Растет осознание того факта, что трейдеры не могут возить зерно по-старому, а перевозчики не готовы полностью ответить на требования экспортеров.

Столь высокий рост затрат на внутренние перевозки зерна буквально заставляет операторов рынка искать альтернативные пути развития бизнеса.

Уверен, что большинство экспортеров не замечает, что неразвитая внутренняя логистика может сделать прямой экспорт менее выгодным против локализации переработки на месте.

УкрАгроКонсалт в течение длительного времени в своих исследованиях акцентировал внимание на высокой прибыльности производства продуктов с высокой добавленной стоимостью. В 2018 г. мы увидим новые инвестиции в переработку сырья на территории Украины.

Другим следствием логистического тупика будет рост инвестиций в подвижной состав, локомотивы, хранение зерна, одним словом во внутреннюю инфраструктуру, что тоже будет переломным моментом в следующем 2018 г.

Я не думаю, что открытие рынка земли будет ключевым событием 2018 и даже 2019 года. Впрочем, это будет зависеть скорее от политических факторов, чем от экономических.

Из экономических последствий открытия рынка земли можно с уверенностью назвать дальнейший рост затрат производства, адаптация к рынку земли займет не менее 3-5-7 лет. Это будет период наибольших рисков для предприятий всех размеров.

По завершению этого периода следующий рывок в урожайности и экспорте мы прогнозируем на 2024-2027 гг., когда урожай может достигнуть 75-80 млн. тонн при сырьевом экспорте более 55 млн. тонн.

УкрАгроКонсалт: И традиционный вопрос – о новых тенденциях консалтингового рынка.

Сергей Феофилов: Да, я отмечал в декабре 2016 г. в своем годовом прогнозе, что возрастет спрос на качественную аналитику. Это продолжается и в текущем году, я надеюсь продлится и в 2018 г. Мы заметили, что новый спрос генерируется, прежде всего, новичками и представителями смежных отраслей экономики Украины. Причем новички заходят как из совершенно другого бизнеса, так и из смежных подотраслей аграрного сектора.

Конечно же, факторы развития постоянно меняются, и эффективными будут только те аграрные компании, которые особое внимание обращают на долгосрочные аспекты своего бизнеса. Это возможно достичь на основе использования новых инструментов для обработки громадного количества фактов. Компания «УкрАгроКонсалт» сделала в этом направлении крупный шаг, предлагая рынку принципиально новую аналитическую платформу AgriSupp. Мы получили целый ряд позитивных отзывов по этому продукту, что подтверждает правильность нашей стратегии.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 3 января 2018 > № 2445362 Сергей Феофилов


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 31 декабря 2017 > № 2443384 Олег Жданов

Россия пошла на хитрость по Донбассу: опасность, о которой нужно знать Украине

Олег Жданов, Апостроф, Украина

Обмен пленными 27 декабря — огромная моральная победа Украины. Вместе с тем, президент России Владимир Путин уже пытается хитро использовать эту ситуацию в свою пользу. Украине нужно иметь в виду и реагировать на данную угрозу и будущий шантаж со стороны РФ в вопросе Донбасса. Такое мнение «Апострофу» высказал военный эксперт Олег Жданов.

На сегодняшний день это (обмен пленными, прошедший 27 декабря, — «Апостроф») — тот максимум, на который решился Путин. Потому что результат наших усилий — это лишь переговорная группа в Минске, которая показывает свою безрезультатную деятельность.

Пленных можно было получить при двух вариантах. Первый — отстранение Путина от власти. Но мы понимаем, что на сегодня это на уровне фантастики.

И второй вариант — это высокая политическая мотивация Путина, потому что лично он принимает решения по Донбассу и ситуации в регионе. Все управляется исключительно из башни Кремля. Не нужно строить иллюзий и надеяться на какие-то чудеса.

А мотивация Путина в данном случае заключалась в том, что, во-первых, он показал всему миру, что Россия якобы не является стороной конфликта. Они даже не прислали своего представителя на переговоры, заставив представителя Украины в лице Виктора Медведчука сесть за стол переговоров напрямую с главарями псевдореспублик. А в качестве российского следа в этом переговорном процессе выступил патриарх Кирилл. То есть «высокая духовность», «моральность», «гуманизм» в лице РПЦ.

Второе — Путин показал всему миру, что он является «миротворцем» и может решать такие вопросы. Потому что Медведчук его попросил, а тот в ответ сказал, что переговорит с этими ребятами (главарями так называемых ДНР-ЛНР, — «Апостроф»), чтобы они сели за стол переговоров. Тут же Россия анонсирует телефонные переговоры Путина с главарями боевиков, вскоре вопрос решается — и мы получаем пленных. Тем более, не пленных, а незаконно удерживаемых.

При этом наша роль сводится к тому, что мы — получатели. Кроме того, мы скромно умалчиваем о том, что обменяли украинских граждан на украинских граждан. А во всем мире это раструбили — и в России в том числе. Выходит, что конфликт «гражданский» (как его хочет подать пропаганда Кремля, — «Апостроф»).

Еще одна мотивация Путина — показать всему миру что Россия «ни при чем» и надо снимать санкции. Вот поговорить с «республиками» и их услышать — здесь пожалуйста, Путин поговорил и услышал, а они «пошли навстречу».

В моральном плане, конечно, это наша победа. Но в политическом — это победа РФ. В этом плане, надо отдать им должное, они сделали все для победы, вплоть до предательств. Это их рабочий девиз.

К тому же, Кремль откатал такой момент, как политическое давление и шантаж. То есть, мы готовы идти на переговорный процесс на любых условиях, чтобы получить своих людей. И тут же слушаем заявление представителя РФ в переговорной группе в Минске Бориса Грызлова. А он говорит, что на 2018 год РФ ставит перед собой такие задачи, как особый статус оккупированных территорий и полная амнистия. Также полное выполнение Минских договоренностей по «плану Штайнмайера» (сначала выборы, а потом все остальное). А это для нас абсолютно неприемлемо, потому что приведет к федерализации страны. И это тот хвост, за который они будут держать собаку.

Если бы к Путину обратился Петр Порошенко, то это была бы наша большая политическая победа. Мы бы показали всему миру, что Россия является стороной конфликта, что два президента выходят на прямой разговор по гуманитарному вопросу обмена пленными по формуле «всех на всех» и тем самым выполняются Минские договоренности. Вот это была бы победа.

А теперь все лавры достались Виктору Медведчуку. Сейчас, если, не дай Бог, будут выборы в Верховную Раду, то Медведчук скажет: «Я же на щелчок пальцев договорился с Путиным, голосуйте за меня и я привезу всех остальных». Тем более, Россия уже сказала, что у них есть незаконно удерживаемые 103 человека. Наша песня хороша — начинай сначала. Можно же бесконечно ловить людей на улице и говорить: «Мы удерживаем граждан Украины, надо их менять».

А они тут списки пишут нам. Потом Ирина Геращенко говорит, что мы действуем в правовом поле согласно законодательства. Возникает вопрос — какого законодательства? Если эти люди незаконно удерживаемые, это идет по статьям «терроризм», «похищение» и так далее. А среди тех, кого оттуда в этот список включают (тех, кого отдали боевикам в обмен на украинских заложников, — «Апостроф») — большая часть уголовников, которые сидят в тюрьмах и отбывают наказание за определенные уголовно наказуемые деяния. Так по какому закону мы их меняем? Что может быть в рамках закона, если здесь правового поля вообще, как такового, нет?

Конечно, Петр Алексеевич «ленточку перерезал», расцеловал всех. Но он ведь расцеловал тех ребят, которые попали в плен из-за того, что в Иловайске был котел, из-за того, что в Дебальцево был котел, из-за того, что ДАП бросили на произвол судьбы. А он их всех расцеловал, сейчас раздаст ордена и будет счастлив…

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 31 декабря 2017 > № 2443384 Олег Жданов


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 30 декабря 2017 > № 2443245 Виталий Портников

Путин-«миротворец» опаснее Путина-агрессора

Виталий Портников, LB.ua, Украина

Владимир Путин не блефовал, когда в присутствии московского патриарха Кирилла и своих ближайших соратников Дмитрия Медведева и Виктора Медведчука анонсировал возможный обмен пленными между Россией и Украиной. Накануне Нового года этот обмен действительно состоялся. Очевидно, что любой нормальный человек не может ощущать ничего, кроме чувства огромного облегчения — наши защитники вместе с другими заложниками Кремля оказались дома и им больше ничего не грозит. И, тем не менее, необходимо ответить самим себе на один очень простой вопрос: почему Путин пошёл на это?

На протяжении нескольких лет не было никаких обменов. Представители Москвы и ее марионетки придумывали самые разнообразные поводы для того, чтобы не освобождать людей. Даже когда сами российские представители выступали с предложениями об обмене, их инициативы на поверку оказывались самым обыкновенным блефом. И вот — все произошло на самом деле. Но почему? Можно, конечно, успокаивать себя тем, что Путин просто поддался под давлением Запада, что он боится санкций и поэтому должен идти навстречу. Отчасти это будет правдой. Путину действительно не нужны санкции — тем более новые санкции американцев. Однако важно понять, каким путём пойдёт российский правитель, чтобы добиться отмены этих санкций. То, как произошёл обмен пленных — по просьбе любимого Путиным украинского (условно говоря) политика, с участием патриарха, позволяет дать ответ на этот вопрос. Путин решил быть миротворцем. Разумеется, в своём понимании этого термина. Но путинского понимания вполне может оказаться достаточно и для Запада, где стремление к восстановлению нормальной атмосферы в отношениях с Россией достаточно велико.

Уже приходилось объяснять, почему я считаю заключение Минских соглашений позитивным фактором для Украины. Не только потому, что они позволили остановить военные действия в неблагоприятной для нас ситуации и заняться созданием полноценной современной армии. Но и потому, что они позволили интернационализировать конфликт и превратились в орудие продления санкций против России. Каждый раз европейцам — в том числе и благожелательно настроенным к Кремлю — приходилось констатировать, что соглашения не выполняются, а санкции продлеваются. И так — до бесконечности.

Но бесконечность быстро утрачивает смысл, если Кремль начинает Минские соглашения выполнять. Или делать вид, что выполняет. Мы прекрасно знаем, что в этих документах есть целый ряд пунктов, политически невыполнимых для украинской стороны. Да, эти пункты теряют смысл в случае восстановления украинского контроля над территорией. Понятно, что не существует местной власти в Донецке или Луганске, которая без контроля Москвы будет требовать особый статус в составе Украины. Но если российский контроль сменится международным — теми же наблюдателями ООН? А украинский контроль над территорией пообещают восстановить только после выполнения нами Минских соглашений во всей их безумной полноте? Тогда то, что казалось ловушкой для России, станет ловушкой уже для нас самих.

Могут спросить — а что будет, если Путин не будет действовать столь хитроумно, а просто предпочтёт оставить Донбасс ради отмены санкций и примирения с Западом? И никто при этом не станет требовать от нас ни особого статуса для Донбасса, ни языковой автономии, ни прочей лабуды? Что тогда?

Тогда может сложиться ситуация, в которой огромное количество наших соотечественников вновь вспомнит, какая Россия замечательная страна, как важно с ней дружить, как важно забыть о войне, когда наступил мир, как важно восстановить экономические связи и вместе помочь восточным областям — тем более, что в Евросоюз нас не берут, как оказалось. Если Путин не допустит никаких ошибок, то уже на следующих парламентских и президентских выборов «партия мира» — то есть объединённые силы коллаборационистов и агентов Кремля разгромят «партию войны» — то есть не таких уж и многочисленных украинских государственников. Реванш в новом виде состоится.

Что сделать, чтобы его не допустить? На самом деле, возможностей у нас не так уж много. Нам противостоит сильная и укоренившаяся в украинском обществе государственная машина бывшей метрополии. В конце концов, мы выигрывали все эти годы только потому, что Путин допускал ошибки. Страшно подумать, что будет, если он начнёт играть безошибочно — даже от безысходности.

И, тем не менее, не попытаться выиграть мы не можем. Первое, что нужно сделать — это начать переносить акценты с Донбасса на Крым. Это очевидное нарушение международного права вкупе с репрессиями против коренного населения и попытками изменить демографическую картину с помощью новых колонистов. Классический случай оккупации, которую из-за включения Крыма в состав России не так-то просто преодолеть.

Нужно приучать и своё общество, и Запад к тому, что даже после окончания конфликта на Донбассе российский режим остаётся оккупантом и врагом.

Второе — это целенаправленная работа против российской политической и информационной агентуры в стране. Необходимо принять целый ряд законодательных актов, которые чётко определили бы понятие агрессии и оккупации и затруднили бы существование на территории Украины политических партий, общественных организаций и СМИ, которые ставят под сомнение саму оккупацию. Никто не может запретить полемики об украинской истории — но любое государство способно защитить представление о своём актуальном положении.

Третье — необходимо начать говорить с обществом о приоритетах. Сами граждане должны, наконец-то, определиться — какое государство они строят, богатое или все же свое. Конечно, эти задачи могут и совпадать, но совершенно не обязательно из одного следует другое. Если украинцам не нужна Украина, а нужно просто хорошо жить, то никакой Путин им не поможет — даже если завоюет половину страны. Тогда можно констатировать, что цивилизационный шанс 2014 года не использован, и Украина обречена на вечную роль полуколонии. Но если все же наши сограждане хотят построить Украину, а не «вообще богатую страну», то им придется понять, что только свободная страна может стать успешной. И что только освобождение от России в широком смысле — от ее армии, наемников, пропаганды и исторических мифов — может стать залогом украинского будущего. Попросту говоря, нельзя на месте Украины выстроить большую некоррумпированную Брянскую область. Не получится. И тех, кто утверждает обратное, можно со спокойной совестью зачислить в союзники Путина. Как и тех во власти, кто до сих пор пытается с Путиным договориться.

Потому что договориться не получится. Можно только разойтись, избегая путинских ловушек. И с точки зрения расстановок этих ловушек следующий год будет куда сложнее уходящего. Путин-«миротворец» куда опаснее Путина-агрессора.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 30 декабря 2017 > № 2443245 Виталий Портников


Украина > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455831 Вадим Гулько

Исполнительный директор УГЦР: более трети наших торгов в ProZorro не состоялись из-за отсутствия участников или документарной халатности

Эксклюзивное интервью исполнительного директора Украинского государственного центра радиочастот (УГЦР) Вадима Гулько агентству "Интерфакс-Украина"

К каким финансовым показателям УГЦР удалось прийти в этом году?

Точные цифры сейчас сложно назвать, они будут известны после формирования финотчетности предприятия ближе к февралю. Но мы ожидаем, что сможем перевыполнить план по основным финансовым показателям деятельности предприятия. Так, по доходной части ожидается перевыполнение плана почти на 11%, при этом прирост доходов по сравнению с полученными предприятием в 2016 году ожидается на уровне 7%.

За 11 месяцев 2017 года УГЦР перечислил более 199 млн грн налогов и сборов в бюджеты всех уровней и государственные целевые фонды, что уже на 12,6% превышает аналогичный показатель предыдущего года. При этом только за девять месяцев этого года капиталовложения на развитие материально-технической базы УГЦР составили 118 млн грн, а рентабельность деятельности центра - 18%. Это дает нам шанс рассчитывать, что мы снова сможем войти в ТОП-100 лучших государственных предприятий Украины.

Если сравнивать с прошлым годом – насколько увеличился ваш бюджет по проводимым центром закупкам?

Если в прошлом году у нас было предусмотрено около 340 млн грн на закупки, то в этом году – более 400 млн грн. Экономия также увеличилась больше, чем в 4 раза.

В основном увеличение бюджета на закупки произошло за счет девальвации национальной валюты и роста цен на электроэнергию, коммунальные услуги. А вот расширение наших возможностей обеспечить эти закупки – за счет обеспечения доходной и рентабельной работы предприятия.

А сколько вам удалось сэкономить?

Если в прошлом году мы сэкономили около 5 млн грн, то в этом году реальная экономия УГЦР на торгах в ProZorro уже превысила 21 млн грн – почти в четыре раза больше. Я считаю, что это колоссальное достижение – и это те средства, которые мы сможем вложить в обновление технической составляющей центра.

Если говорить об общем количестве торгов через систему ProZorro: сколько в 2017 году УГЦР провел торгов и сколько из них были успешными?

В этом году мы провели более 270 закупок в системе ProZorro, и по их результатам подписали 160 договоров. К сожалению, около 100 закупок не состоялись – это около 35% всех объявленных торгов.

Основных причин – две. На часть торгов просто не приходит более одного участника. Второй проблемой является некачественная подготовка документов участниками. А система не позволяет запросить у участника недостающий документ.

Были ли у вас в этом году внеаукционные закупки и сколько?

Их было не очень много, поскольку мы сами для себя установили, что все закупки товаров от 3 тыс. грн и услуг от 10 тыс. грн мы будем проводить исключительно через ProZorro. Закон, при этом, устанавливает планку в 200 тыс. грн.

Насколько, по вашему мнению, электронные закупки в Украине прозрачны?

О коррупционных схемах в основном говорят компании, которые не умеют пользоваться ProZorro. Название системы, как по мне, соответствует ее сути. В системе можно отследить каждый шаг как заказчика, так и участников.

А как на счет жалоб о прописывании условий тендеров под определенные компании?

Я не исключаю, что заказчики могут играться с этим. Но вся документация, опять же, прозрачна. И Антимонопольный комитет работает по этому направлению даже слишком эффективно. По моей оценке, в большинстве случаев решения АМКУ принимается в пользу компании, которая подает жалобу. И документация, если она действительно содержит неправомерные требования, меняется очень быстро. Это занимает около 15 рабочих дней, что достаточно быстро для рынка.

Сталкивался ли УГЦР с какими-либо проблемами на ProZorro и если да, то с какими?

Не бывает закона, который нельзя улучшить, как и механизмов, кторые нельзя было бы изменить в лучшую сторону. Факт, что у нас есть определенные технические проблемы с площадками-участниками ProZorro. Они не влияют на результат торгов, но усложняют нам работу непосредственно с тендерами. В частности, это требование электронной формы указывать точную дату исполнения договора. Когда мы заполняем документы – по ряду тендеров у нас предусматривается дата, например, "через 60 дней после подписания договора". И мы не можем назвать точную дату, поскольку мы не знаем, когда конкретно будет заключен договор. Это не проблема, скорее неудобство. Но оно есть.

В части законодательства нам стало намного сложнее работать с онлайн-закупками после того, как государство приняло решение определять предмет закупки по четвертому знаку государственного классификатора товаров. Цель этого решения была благородной и правильной. Например, она сделала невозможным "разбитие" закупки офисной бумаги по десяткам разных названий. Но, в то же время, нам, как компании, работающей, в первую очередь, с электроникой, это решение очень усложнило работу. Потому, что мы вынуждены закупать через ProZorro как аккумуляторы для вычислительных приборов более чем на миллион гривень, так и батарейки для микрофонов за 3 тыс. грн. Но на тендер суммарной стоимостью всего три тысячи гривень не пойдет ни одна компания. Но по четвертому знаку государственного классификатора товаров и батарейки, и специализированные серверные аккумуляторы – один код.

Такие ситуации в целом усложняют производственные процессы компаний. Я считаю, что госкомпании стоило обязать проводить тендера на продукцию, стоимостью от 20 тыс. грн за единицу. Но не по юридическим нормам, прописанным в законе, а просто через электронную систему торгов. Это позволило бы и показать экономию, и оперативно проводить торги на более простые вещи.

А насколько результативными можно назвать попытки закупать через ProZorro уникальную технику или ПО?

Сложно. Но сложно было и до ProZorro. Эти закупки требуют очень тщательной подготовки: иногда нужно проанализировать рынок, которого в принципе не существует. Или существует, но не в нашей стране. Расписать все, до малейшего винтика.

У нас есть закупки, к которым мы готовимся по полгода, анализируем, встречаемся с вендорами, ездим в коммандировки к европейским коллегам.

Я не уверен, что в подобных закупках очень помогает система ProZorro, поскольку перечень компаний, способных проводить уникальные работы, разрабатывать уникальные продукты – очень мал. И их приходится уговаривать принять участие в торгах – просто смотреть в ProZorro в поисках интересующих их закупок они не будут.

По проекту "ProZorro.Продажи": участвуете ли вы в нем, удалось ли реализовать что-либо из устаревших активов? Чем он отличается от биржевых торгов?

УГЦР, конечно, не огромное предприятие, с тоннами металлолома, который можно продавать. Но у нас очень много автомобилей и устаревшего компьютерного оборудования, которое можно было бы продать. Но система реализации такого оборудования через биржи давно себя изжила: работа бирж непрозрачна, о них мало кто знает, там мало что продается.

"ProZorro.Продажи" – это позитивное новшество для продающих компаний, почти что "государственный OLX". Мы активно начали сотрудничать с ними сразу же с момента запуска этой площадки и планируем реализовывать весь свой устаревший автопарк исключительно через "ProZorro.Продажи". Недавно мы, наконец, осуществили невыполнимую миссию – продали автомобиль ГАЗель 2006 года выпуска. Да, мы получили всего на 1 тыс. грн больше оценочной стоимости, но шансы продать такой автомобиль через биржи близок к нулю, а на "ProZorro.Продажи" нам удалось закрыть сделку через семь рабочих дней после объявления торгов.

А как УГЦР относится к инициативе "Купуй українське"?

Скажу однозначно – украинского производителя нужно поддерживать. Но, его нужно поддерживать с помощью исключительно рыночных методов и механизмов. Предоставлять какие-либо преимущества, заводить инвестиции в Украину. Этот законопроект вопроса не решит.

Когда закон предусматривает определенные справки, наличие которых дает определенное преимущество на тендере, что мешает заказчику скооперироваться с такой компанией, предложить цену в два раза выше, но ты только принеси мне эту справку, а разницу поделим напополам? Это просто нивелирует все, что было сделано за последнее время при помощи ProZorro. Так что депутатам стоит очень взвешено подойти к этому закону и еще раз подумать, не приведет ли этот механизм к крушению и так эффективной системы государственных электронных закупок, и не вызовет ли коррупционных рисков?

Назовите основные достижения центра в 2017-м?

На наш взгляд, важнейшим событием 2017 года для специалистов УГЦР стало обеспечение успешного проведения "Евровидения-2017" в Киеве. Именно наши сотрудники смогли согласовать связь всех радиоэлектронных средств, которые использовались исполнителями, и организаторами мероприятия. Для этого были задействованы около двух десятков специалистов по радиочастотному мониторингу УГЦР.

В 2017 году для нужд испытательного центра Центра по сертификации УГЦР мы приобрели уникальный, единственный в Украине специализированный измерительный комплекс для тестирования базовых станций и абонентских терминалов четвертого поколения мобильной связи (LTE) модели Keysight E7515A UXM Wireless (США).

А насколько успешной была услуга по комплексному тестированию продукции, которую предоставляет УГЦР, в этом году?

По заказу украинских производителей центр сертификации УГЦР ежегодно проводит десятки работ по комплексному тестированию продукции, предназначенной для экспорта в ЕС. В 2017 году объем таких работ возрос почти в три раза. Кроме того, ЦС проводит аналогичные работы и для зарубежных производителей.

Украина > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455831 Вадим Гулько


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455830 Максим Мартынюк

Первый замминистра аграрной политики: Мы хотим сделать кредиты на инвестпроекты в животноводстве по-настоящему дешевыми

Эксклюзивное интервью первого заместителя министра аграрной политики и продовольствия Максима Мартынюка агентству "Интерфакс-Украина"

Когда будет разработан порядок распределения средств по госпрограмме поддержки животноводства на 4 млрд грн?

Порядки разрабатывает наше Министерство совместно с Министерством экономического развития и торговли. У нас есть четкое понимание цели, которой мы хотим достичь, потратив 4 млрд грн: сделать кредиты на инвестпроекты в отрасли по-настоящему дешевыми. Исходя из этого, формируется порядок реализации госпрограммы поддержки. Государство будет компенсировать стоимость кредитов, привлеченных под строительство и реконструкцию животноводческих комплексов. Для бизнеса цена займа должна составить 3-4% годовых. При этом кредит должен быть взят в украинском банке. Для участия в программе будут отобраны плюс-минус 10 финансовых учреждений, в том числе и негосударственные банки. Понятно, что не всем банкам это интересно, да и не у всех есть клиенты-аграрии, но никто никого не будет принуждать.

Мы знаем, что финучреждения мелким шрифтом могут вписать скрытые комиссии, штрафные санкции и т.д. так, что заемщик вместо 3-4% будет платить больше, чем платил бы по ординарному кредиту, привлеченному без помощи государства. Так быть не должно, правительство и банки должны играть как сработанный оркестр. Если мы даем деньги, то хотим, чтобы банки выдерживали условия. Банки должны четко осознавать этот факт и быть готовыми эти обязательства выполнять. Если у нас с государственными банками априори более тесная взаимосвязь и кооперация, то с частными ситуация другая, и мы бы хотели от них просто фиксированных условий по этому сотрудничеству.

Максимальная сумма кредита, которую может получить компания по программе поддержки животноводства на строительство и реконструкцию фермы, может быть ограничена 150 млн грн.

150 млн грн достаточно, чтобы построить ферму или реконструировать старую?

Вполне. Расходы по реконструкции фермы на одно скотоместо составляют $2,5 тыс.

Почему отказались от программы дотаций на 2018 год?

Давайте посмотрим на ее результат по итогам 2017 года – рост цен на мясопродукцию, в первую очередь мясо птицы, и отсутствие внятного прогресса в животноводстве, вместо ценовой стабильности и позитивной динамики поголовья. Кроме того, средние товаропроизводители получили несопоставимо низкие суммы дотаций.

Из корпоративного сектора поступали предложения сохранить квазиакуммуляцию, введя ограничение в 150 млн грн на одного получателя. Но в этом случае мы бы не смогли администрировать получение госпомощи большими агрохолдингами, потому что у государства нет реестров связанных лиц. Никто не может выдать, условно говоря, справку с печатью и подписью, о том, что эти компании объединены между собой одним собственником. Банки, когда оценивают кредитные риски, собирают информацию о группе компаний. У них эта информация есть, но она не пригодна для использования государственными органами в той парадигме, в которой мы живем.

Новая программа поддержки животноводства построена так, что сама экономическая природа кредита станет защитой от всевозможных злоупотреблений. Зачем набираться кредитов, не выполнять по ним обязательства, иметь проблемы с банком, государственными органами, ухудшать кредитные рейтинги - одним словом, оно того не стоит. Мы же говорим не о 150 млн грн, а о снижении процентной ставки, это деньги совершенно другого порядка.

Насколько эффективна система господдержки сельского хозяйства в Украине вообще?

Нужно думать об инновационном развитии сельского хозяйства, при этом нам точно не нужно выстраивать модель, когда сельское хозяйство зависит от бюджетных дотаций. Эти инфантильные попытки – наследие советского подхода, который сводится к высасыванию денег из госбюджета. Украина владеет плодородными землями, у нас благоприятный для сельского хозяйства климат, но мы не до конца используем этот потенциал. Неэффективность сельхоздеятельности мы покрываем за счет госбюджета во имя каких-то мифических целей. Наше агропроизводство может быть эффективным и его нужно таким строить. Ведь когда нет дотаций, фермер должен сам анализировать, что сеять и как обрабатывать свои поля. Бюджетные дотации в целом правительством воспринимаются как инструмент поддержки точек роста. Да, на каком-то этапе отрасль нужно поддержать. Но дальше она должна идти самостоятельно.

Те, кто говорят о EUR700 на гектар господдержки в ЕС, вводят всех в заблуждение. Дотации в ЕС, где фермер с 20 га считается уже лендлордом, направлены на поддержку фермерства как образа жизни. Там фермер всю жизнь может делать определенный вид сыра бри. Но у нас, в силу разных причин, развивается индустриальное сельское хозяйство, и оно достаточно интенсивное, чтобы быть рентабельным, прибыльным и востребованным на мировых рынках и без системы бюджетных дотаций. Дотации должны быть направлены в те секторы, где мы хотим видеть рост и действовать только до выхода на точку безубыточности.

Как были освоены средства по программам господдержки в 2017 году?

По прошлому году около 0,5 млрд грн мы вернем в госбюджет, но это с учетом всех подконтрольных Минагропроду госорганов. В разрезе отдельных бюджетных статей: Ликвидация и экологическая реабилитация территории влияния горных работ государственного предприятия "Солотвиниский солерудник" Тячевского района Закарпатской области – 3,3 млн грн; Финансовая поддержка сельхозтоваропроизводителей (частичная компенсация стоимости сельскохозяйственной техники и оборудования отечественного производства) – 426,5 млн грн; Селекция в рыбном хозяйстве и воспроизводство водных биоресурсов во внутренних водоемах и Азово-Черноморском бассейне - 40 млн грн.

Очень показательна ситуация с Гослесагентством, которое громко заявляет о недостаточном бюджетном финансировании на будущий год, но которое не смогло освоить 100% средств, заложенных в предыдущем. По итогам 2017 года мы возвращаем в госбюджет 25 млн грн по статье "Ведение лесного и охотничьего хозяйства, охрана и защита лесов в лесном фонде".

Какая ситуация с экспортом зерна из Украины и каков прогноз министерства на текущий сезон?

Мы прогнозируем экспорт на уровне 41 млн тонн. Фактор риска для реализации этого прогноза – рост проблем с логистикой, особенно остро стоит вопрос дефицита вагонов и локомотивов. В Украине компании уже закупают свои вагоны, но частные локомотивы на рельсы выйти не могут. По моему мнению, "Укрзализныця" должна сосредоточится на развитии инфраструктуры и продаже услуг по доступу к железной дороге.

На каком этапе сейчас вопрос запуска земельной реформы?

Мораторий продлен еще на год. Мы не просили об этой отсрочке, но раз уж депутаты ее предоставили, то в течение следующих 12 месяцев сосредоточимся на создании Государственного сельскохозяйственного гарантийного агентства (это очень условное название). Эта структура может быть государственным финансовым учреждением, которое выступало бы гарантом по кредитам, которые хотят взять аграрии. Уставный капитал агентства может формироваться за счет 1% ВВП на поддержку АПК. Если мы дадим возможность получить кредиты, и они будут дешевыми, то думаю, что это снимет вопрос популистов "Где фермер возьмет деньги, чтобы купить землю?".

Чем для решения этих задач не подошел Госзембанк, который не так давно ликвидировали?

Банк и гарантийное агентство - это разные вещи. Госзембанк пал жертвой имиджа системы предыдущего режима. Он ничего не сделал, но его признали абсолютным злом, а потом ликвидировали.

В Госгеокадастре есть понимание ситуации с управлением землями государственной собственности? Кто их обрабатывает и по каким арендным ставкам?

Это понимание формируется в ходе проверок, которые проводит Госгеокадастр и тех нарушений, которые он выявляет. Поменялся сам подход к этим проверкам: они стали реальным инструментом улучшения ситуации в отрасли. Если пастбище распахано и там уже засеян рапс, то можно бесконечно долго искать, кто же собственник рапса. Так работала Госсельхозинспекция и большей частью этот подход был направлен на получение взятки. Мы не ставим себе цель найти собственника рапса и договориться. Мы находим эти площади и выставляем их на аукцион, и тогда тот, кто засеял, находится сам. Он идет на аукцион, платит штраф и дальше обрабатывает эту землю "в белую".

Земельные аукционы с каждым годом становятся все более конкурентными. Если в 2016 году у нас был один аукцион, который завершился с показателем больше 145% годовых, и это был уникальный случай, то в этом году прошел целый ряд таких аукционов с результатом 160-180%. Я не знаю, может там золото в земле закопано, но, тем не менее, это факт. Средняя ставка по передаче госземли в аренду - 14%.

Сейчас много скандалов возникает вокруг нецелевого использования земель Национальной академией аграрных наук. Вы можете прокомментировать ситуацию?

Академия наук является саморегулируемой организацией, которая управляет госимуществом, в том числе землями исследовательских хозяйств. Я могу судить об эффективности их использования по результатам проверок НААН, которые проводил Госгеокадастр. В течение года было проведено 202 проверки ГП, относящихся к сфере управления НААН на площади 251,860 тыс. га. На большинстве предприятий обнаружились неоформленные земли, нецелевое их использование, странные договора о совместной деятельности. В результате было установлено 65 нарушений требований земельного законодательства на площади 95,079 тыс. га. В том числе, самовольное занятие земельных участков на площади 12,129 тыс. га; использование земельных участков не по целевому назначению на площади 1050 га; использование земельных участков теневым способом, привело к снижению плодородия почв на площади 13,815 тыс. га; использование земельных участков без государственной регистрации права на них на площади 68,085 тыс. га. Начисленный ущерб составил 16,240 млн грн.

Можете рассказать, на каком этапе сейчас подготовка крупнейших госпредприятий отрасли к приватизации?

Ситуация сложная. Со всей долговой нагрузкой, со всеми недостачами, которые были образованы фактически в результате краж в особо крупных размерах, на сегодня стоимость ГПЗКУ является отрицательной. Корпорация - это дистресовый актив, он ничего не стоит, несмотря на то, что компания контролирует 10% номинальных элеваторных мощностей. Поэтому тому, кто захочет ее забрать, нужно будет еще и доплатить.

ПАО "Аграрный фонд" - чистый зернотрейдер, который ориентирован на внутренний рынок, он контролирует более 12% рынка муки, занимает значительные позиции на рынке пшеницы, имеет форвардные контракты и взаимоотношения с агропроизводителями, работает в прибыль. Там неплохой менеджмент. Но меня бы на месте потенциального покупателя был бы один вопрос: где у меня гарантии, что после того, как я его куплю, вся команда Аграрного фонда не встанет и не уйдет. А у ПАО ничего, кроме команды, нет, это единственный актив. Мы стоим перед дилеммой как продавец: либо мы имеем дивиденды от прибыли, которую генерирует ПАО и имеем влияние на ценовую стабильность хотя бы по муке и гречке, поскольку "Аграрный фонд" может использовать свои запасы зерна и муки для погашения спекулятивных ценовых волн, либо выставляем на продажу оболочку с очень сомнительным финансовым успехом ее продажи. Скорее всего, приватизация "Аграрного фонда" должна сопровождаться его реструктуризацией в том смысле, что к нему нужно добавить реальные активы. Мы попытаемся передать им производственные мощности для того, чтобы дать возможность более ритмично обеспечивать себя готовой продукцией и посмотрим, какой эффект это даст для предприятия в целом.

Когда можно ожидать рассмотрение парламентом законопроекта о приватизации "Укрспирта"?

Я считаю, что у "Укрспирта" нет другого пути, кроме как приватизация. Та модель, которая прописана в правительственном законопроекте, является оптимальной. Надеемся, что в 2018 году парламент его рассмотрит.

Заявления "Укрспирта" о том, что они против ликвидации монополии на производство спирта или, наоборот, за ее существование, о том, что им не нравится правительственный законопроект, а нравится депутатский, находятся, мягко говоря, не в их компетенции. "Укрспирт" - это госпредприятие, оно не должно, не может и не будет формировать государственную политику. В их компетенции купить зерно, газ, сделать спирт и продать его.

На сегодня не завершена процедура ликвидации и передачи целостных имущественных комплексов, которые входили в концерн "Укрспирт". На это были разные причины, одна из которых – неэффективная работа ликвидационных комиссий. Сейчас мы обновили состав комиссий, и они должны работать. Нужно быстрее завершить передачу этих предприятий на ГП и забыть об этом.

Уже более двух лет ключевые предприятия в подчинении Минагропрода возглавляют исполняющие обязанности руководителей, это проблема реформы госслужбы?

В государственном секторе решения о назначении принимаются достаточно сложно, с учетом бюрократических процедур и политических течений, хотя влияние последнего фактора постепенно уменьшается. Именно в силу этих условий государство не является эффективным собственником. Не потому, что все сидят на потоках, а потому что есть куча ограничений в администрировании. Принципы корпоративного управления в государственном секторе невозможно применить в полной мере.

У Минагропрода в подчинении четыре крупных предприятия "Аграрный фонд", "Артемсоль", "Укрспирт" и ГПЗКУ.

У "Аграрного фонда" давно есть руководитель, без всякой приставки и.о.

По "Артемсоли" и.о. назначена Виктория Луценко из числа заместителей. Это предприятие достаточно специфическое в силу своего социального значения - оно градообразующие и находится в 20 км от зоны конфликта. Там любые резкие движения, кадровые перестановки, намеки на сокращение персонала – опасная, в прямом смысле, вещь. Пока там все спокойно и это главное наше достижение. К "Артемсоли" нужно применять совсем другие подходы к корпоративному управлению, создавать наблюдательный совет, объявлять конкурс на руководителя, и тд.

По "Укрспирту" конкурс объявлен, кадровая комиссия отобрала финалистов, кандидатуры которых будут рассмотрены номинационным комитетом.

По ГПЗКУ аналогичная ситуация, уже отобраны пять финалистов, ждем заседания номинационного комитета. Мы просили объявить, и правительство пошло нам на встречу, конкурс на независимых членов наблюдательного совета ГПЗКУ, но этот конкурс, к сожалению, в силу непонятных для меня причин, пока не сдвинулся с места.

В целом мы хотим на всех предприятиях повысить стандарты корпоративного управления и создать наблюдательные советы, оставив за государством как за органом управления лишь ограниченный набор функций: утверждение стратегических планов развития, согласование финпалнов и отбор аудитора.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455830 Максим Мартынюк


Украина. Россия > Армия, полиция > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455829 Василий Грицак

Глава СБУ: РФ активно пытается вербовать украинских топ-чиновников для влияния на политические процессы

Интервью главы Службы безопасности Украины Василия Грицака агентству "Интерфакс-Украина"

В канун Нового года состоялся долгожданный обмен, 73 украинца вернулись домой. Но 103 человека все еще остаются в заложниках на неподконтрольных Украине территориях Донбасса. Какие шаги будут предприняты для их освобождения?

Произошло знаменательное событие, думаю, что событие года: благодаря титаническим усилиям и нашего политического руководства, и международных партнеров удалось вернуть домой 74 наших граждан, которые так долго находились в плену. Освободили 74, не 73, одна женщина не захотела возвращаться, так как у нее в Донецке семья, де-факто она тоже освобождена из плена.

Да, по нашим данным, 103 человека все еще остаются в плену. По состоянию на несколько дней назад, боевики подтверждали данные по 94-м. А по данным нашего Центра мы понимаем местонахождение 108 человек на территории так называемых отдельных районов Донецкой и Луганской областей.

Над возвращением этих людей мы обязательно будем продолжать работу и приложим к этому максимум усилий.

Когда может быть следующий этап обмена?

Следующий этап обмена, надеюсь, произойдет в кратчайшие сроки, мы активизировали эту работу. С учетом того, что мы вернули наших ребят, я подготовил соответствующее указание, чтобы максимально эффективно использовать этот шанс для ускорения очередного этапа обмена.

Мы обязательно поработаем с теми, кто вернулся домой, проведем детальный опрос: где, с кем, в каких местах они, возможно, имели контакты с теми людьми, кто считается сейчас в плену или пропавшими без вести (а таковых, по нашим данным, 402 человека). Возможно, судьбу некоторых из них нам удастся выяснить.

Но для начала освобожденным ребятам необходимо предоставить возможность обследоваться, поправить здоровье, стабилизировать психологическое состояние, после этого мы будем с ними общаться и работать.

То есть, опрос освобожденных поможет получить информацию относительно других заложников и тех, кто считается пропавшими без вести?

Однозначно! Мы будем прилагать максимум усилий во время общения с этими ребятами, чтобы они могли максимально вспомнить информацию о том, где, с каким количеством людей пересекались в застенках "ЛНР/ДНР". Конечно, будем делать поправку на возможное психологическое и физическое давление за время пребывания в плену.

Будет ли СБУ проверять их на возможную вербовку Российской Федерацией?

Конечно, мы будем их опрашивать относительно обстоятельств пребывания в плену. Есть такое понятие, как контрразведывательный опрос, и мы обязательно его проведем. Есть случаи, к примеру, когда наш боец, будучи раненым, без сознания, попал в плен, и тут не возникает никаких вопросов.

Если же обстоятельства попадания в плен не до конца выяснены, или же есть показания других военнослужащих об определенных проблемных вопросах, то контрразведывательный опрос будет проводиться.

Кроме того, мы прекрасно понимаем, что в отношении наших военнослужащих, да и всех граждан Украины, которые находятся или находились в плену, осуществляется не только физическое и психологическое давление, но и проводится вербовка.

Такие вербовочные подходы, и я тут не открою тайну, осуществляются, как мы считаем, в 90% случаев во время пребывания на заработках в Российской Федерации.

Говорят о нескольких миллионах украинцев, которые находятся в РФ, и я убежден, что далеко не всех агентов вражеских спецслужб из числа граждан Украины мы на сегодня раскрыли.

К примеру, та же история с полковником Безъязыковым?

Да, это классический пример того, как украинский военнослужащий стал объектом для подозрения в государственной измене. Конечно, я не могу обвинять этого человека, пока степень его вины не будет определена или подтверждена судом.

К слову о получении информации о пленных и пропавших без вести. Служба безопасности Украины сегодня (27 декабря - ИФ) задержала боевика, который пытался пересечь линию столкновения. Этот человек принимал непосредственное участие в удержании и пытках пленных, вооруженном штурме админзданий в Должанске, в том числе пограничного отряда, конвоировании по указанию российских кураторов военнопленных Вооруженных сил Украины на территорию РФ.

Официально нам известно, что на территории России находится 10 граждан Украины, но это только то, что нам известно. Мы подозреваем, что многие из этих 402-х, которых мы считаем без вести пропавшими, могут находиться на территории Российской Федерации, или, как они говорят, "союзных республик". Думаю, что этот задержанный нами боевик расскажет что-то по этому поводу.

Есть информация, что в списках на обмен со стороны ОРДЛО был заявлен человек, который якобы имел отношение к уничтожению малазийского "Боинга" в 2014 году... Это правда?

Стороной ОРДЛО был заявлен человек, который действительно проходит как свидетель по делу малазийского "Боинга". Конечно же, мы не отдали этого человека. Он остался у нас. Мы не могли этого сделать ни при каких обстоятельствах.

У нас есть, как мы говорим, "в активе", граждане Российской Федерации. Они пройдут соответствующие процедуры, суды, и мы используем все возможности для возвращения наших заложников, которые находятся на территории Российской Федерации. Россиян мы не должны отдавать в ОРДЛО, их надо передавать либо консулу, либо самим россиянам.

Украина запускает систему биометрического контроля для иностранцев, в частности граждан РФ. Какого эффекта ожидаете? Не произойдет ли так, что с уменьшением количества диверсантов в Украине снизится число туристов?

Я убежден, что введение биометрических паспортов для пересечения границы с Российской Федерацией будет содействовать укреплению национальной безопасности страны. Это значительно осложнит работу, в первую очередь, российских спецслужб. Также даст нам возможность ускорить процесс идентификации прибывших на территорию Украины людей, причастных к различным видам преступлений.

Может ли быть миграционный ответ России в зеркальном плане еще худшим, к примеру, не введет ли Россия первой визовый режим? В таком случае могут пострадать сами украинцы.

Уверен, что Россия будет предпринимать меры в ответ, но что это будет – увидим. Осталось ждать совсем недолго. Конечно, кто-то от введения биометрического контроля будет иметь дополнительные трудности при пересечении границы с Россией. Но тем людям, которые не нарушают закон, бояться нечего.

Выход российских представителей из СЦКК ухудшает ситуацию на Донбассе: усиливаются обстрелы, снижается безопасность наблюдателей…

Это не очень хорошее политическое решение Москвы – отозвать офицеров с территории Украины. Это был очередной этап эскалации напряжения отношений между Украиной и Россией, и под угрозой была даже возможность проведения обмена.

Что делать в этой ситуации? Следует ли Украине настаивать на возвращении россиян в СЦКК?

Убежден, что это надо делать, поскольку на сегодняшний день мониторинговая миссия ОБСЕ и Красный Крест могут попасть далеко не во все районы Луганской и Донецкой областей.

Но к процессу возвращения представителей РФ СЦКК СБУ приобщаться не будет, это работа МИД.

Актуален ли вопрос переформатирования АТО, каково ваше видение нового формата противодействия гибридной войне?

Конечно, всё станет на свои места, если будет принят закон о деоккупации, потому что на то время, когда вводилась АТО, никто до конца не осознавал масштабы, в которые перерастет захват админзданий в Донецкой, Луганской, Харьковской областях. Режим проведения АТО дал возможность провести выборы президента Украины, Верховной Рады, местных советов и сохранить все демократические завоевания.

Мы не снимаем с себя ответственности. Ключевая роль в военном конфликте принадлежит военным, а в гибридной войне – СБУ. Мы будем продолжать противодействовать агрессии РФ, независимо от того, в каком формате наша работа будет проводиться.

Есть ли угроза национальной безопасности на западе Украины, в южной части? Кроме российской агрессии, существуют ли другие вызовы?

Да, угроза такая существует. Россия вкладывает немалые ресурсы: финансовые, интеллектуальные, информационные в дестабилизацию процессов на западе и юге нашего государства. Вы знаете о намерениях создания так называемых "Бессарабского народного совета", "Одесской народной республики", знаете об определенных процессах на Закарпатье. Россия щедро финансирует даже некоторые общественно-политические структуры в западных странах, чтобы через их возможности дестабилизировать процессы на западе и юге нашей страны, где представлены национальные меньшинства, - на Закарпатье, в Одессе, Черновцах.

Правительства западных стран понимают угрозу, которую в себе несут эти процессы, поскольку после выполнения заданий российских спецслужб на территории Украины эти же пророссийские структуры могут быть направлены уже против правительств своих стран.

У нас есть задокументированные факты надругательств над памятниками, повреждения государственных символов, культовых сооружений.

За всеми этими событиями стоит только Россия?

У нас задокументирована, как правило, Россия, зафиксированы факты причастности российских спецслужб.

История с Саакашвили не в лучшем свете показала работу правоохранительных органов Украины, в частности, СБУ. Допрос он тоже игнорирует…

Мне тоже не все нравится в этой истории с попыткой задержания Саакашвили и уведомления его о подозрении.

Производство на то время осуществляла Генеральная прокуратура Украины, и процессуальные действия проводились под ее непосредственным руководством. Могу сказать только то, что никто не рассчитывал, что Саакашвили не откроет двери квартиры и начнет убегать. Человек, который ни в чем не виновен, убежден в своей правоте, не должен бегать от правоохранителей.

Что касается дальнейшей его перевозки в место, где с ним должны были проводиться процессуальные действия, то в компетенцию СБУ не входит работа по разблокированию дороги и толпы. Офицеры, которые находились в автомобилях, прошли АТО и много видели в своей жизни, но они сдержались и не совершали никаких насильственных действий, и это было правильно.

К примеру, представьте себе следующую ситуацию. Наши офицеры, к сожалению, тоже нарушают закон, и у нас есть более 80 уголовных производств, по которым они привлекаются к ответственности. Так вот, кто-то приходит на процессуальное действие к нашему офицеру, и он зовет на помощь своих побратимов, с которыми вчера воевал в АТО. Во что мы тогда превратим наше государство? Свою невиновность надо доказывать в судах, и тогда все станет на свои места, мы ведь строим правовое государство.

Каковы судебные перспективы этого дела, с учетом сомнений в аутентичности записей разговора Саакашвили и Курченко?

Не могу давать оценку, это должен делать следователь. Сначала Саакашвили пришел в Генеральную прокуратуру, там с ним процессуальные действия проведены не были, потом ему со второго раза была вручена повестка, он принял ее и пришел в Главное управление СБУ в Киеве и Киевской области, но снова-таки не зашел.

Такая позиция, конечно же, не совсем нравится следователю, потому что, если человеку есть что сказать, он должен аргументированно отстаивать свою правоту, а не просто собирать митинги.

Следователи, расследующие уголовное производство, назначили экспертизу аутентичности голосов, которые звучат на пленке. Она проходит в Институте судебно-технических экспертиз, о ее результатах будет уведомлен следователь, который ведет это дело. Пока она не завершена. И я надеюсь на объективный результат.

На минувшей неделе был задержан переводчик премьер-министра, работавший на российские спецслужбы. Наверняка он не единственный потенциальный подозреваемый в связях со спецслужбами РФ в высокопоставленных кругах…

Эта проблема остается очень серьезной, несмотря на то, что с 2014 года СБУ проводит масштабную работу, и большое количество тех, кто работал на Россию, привлечены к уголовной ответственности.

Переводчик премьера - это действительно довольно-таки большая "рыба", пойманная на госизмене за годы независимости.

Один ли он? Нет, конечно, не один. Я не открою большую тайну, если скажу, что в работе Службы безопасности есть много дел, по которым проходят граждане Украины, обоснованно подозреваемые в государственной измене. Среди них есть и те, кто занимает высокие должности.

Нет ничего удивительного в том, что и в СБУ остались так называемые "кроты". До Революции Достоинства для спецслужб России, к сожалению, были созданы максимально благоприятные условия относительно агентуры. Именно поэтому мы задерживаем собственных сотрудников. Задерживаем самих же контрразведчиков, которые должны работать в первую очередь против нашего внешнего врага. Среди задержанных сотрудников СБУ - полковники, подполковники. Эта работа проводится на постоянной основе, мы очищаемся.

Часть 2 статьи 111 Уголовного кодекса предусматривает освобождение от уголовной ответственности человека, который добровольно сообщил СБУ о том, что он работает на другое государство. И, пользуясь случаем, я советую таким гражданам лучше обратиться в СБУ с заявлением, чтобы потом не получать серьезные сроки заключения.

Россия использует любые механизмы, чтобы вмешиваться в наши дела, и, конечно же, для нее является приоритетом вербовка топовых чиновников, правоохранителей, судей, депутатов, для того, чтобы не только иметь информацию, но и пытаться формировать общественное мнение, влиять на политические процессы в нашем государстве.

Чем больше увеличивается уровень нашего противодействия, тем больше возрастают усилия России по агентурному проникновению в органы власти нашего государства.

Можем ли ожидать новых задержаний подобного рода?

Убежден, что да.

Каковы результаты расследования масштабной кибератаки, которая была летом этого года? Есть ли доказательства того, что за этими действиями действительно стоит Россия?

Россия использует Украину как полигон, в том числе для проведения кибератак. В то же время я считаю, что мы неплохо справились с последней кибератакой Petya, смогли упредить негативные последствия.

СБУ - не единственный правоохранительный орган, который противодействует киберпреступности. Государственная служба по защите информации в этом плане является первым номером, но у нас есть хорошие возможности и специалисты, мы наращиваем усилия в этом направлении, также пользуемся помощью стран НАТО.

Установлено ли происхождение последних хакерских атак на инфраструктурные информационные системы?

Осенью произошла массовая фишинговая рассылка на официальные электронные адреса центральных органов исполнительной власти, которая содержала вредоносное программное обеспечение для похищения уязвимой информации.

Сотрудники СБУ установили, что после открытия вредоносного приложения реализовывался механизм полного удаленного управления пораженным компьютером. В частности, мы выяснили, что клиентская часть хакерского программного обеспечения "DarkTrack" после установки на компьютеры соединялась с серверным оборудованием с российскими IP-адресами. Фактически подконтрольные Кремлю российские хакеры могли получать возможность скрыто и удаленно администрировать украинские веб-ресурсы и получать с них информацию.

Кроме того, СБУ зафиксировала организованные спецслужбами РФ кибератаки двумя разновидностями вируса типа "PSCrypt".

Хакеры отправляли файлы с вредоносным программным обеспечением, предназначенным для шифрования информационных систем региональных объектов критической инфраструктуры. После запуска приложения загружался вредоносный файл, который шифровал содержимое дисков и размещал на рабочем столе информацию о необходимости оплаты средств для дешифровки через анонимные электронные счета, и в большинстве случаев эти фишинговые электронные письма поступали через российские почтовые серверы.

Таким образом, можно говорить о российском происхождении этих хакерских атак.

Какие конкретно меры предпринимаются СБУ для предотвращения подобного рода кибератак, можно ли сделать что-то для полной безопасности?

В этом плане никто не может чувствовать себя в полной безопасности, и это касается не только Украины. Россия апробирует какие-то методы в Украине, в частности, вирус Black Energy - для атаки на наши генерирующие предприятия, а потом использует его для атаки на такие же предприятия в других странах.

Также вы знаете, что кибератакам были подвержены многие правительственные учреждения мира, в том числе были зафиксированы и вмешательства в выборы.

Можем ли мы надеяться на то, что атаки такого масштаба, как вирус Petya, не повторятся?

Мы делаем все для этого: общаемся не только с нашими партнерскими спецслужбами, но и с бизнесом, предлагаем наши услуги для того, чтобы построить систему безопасности на больших предприятиях, говорим о том, какие программы не следует использовать…

С учетом того, что Украину ожидают президентские и парламентские выборы, насколько масштабным может быть использование Россией социальных сетей для вмешательства в предвыборную кампанию, как СБУ может этому противодействовать?

Россия использует все методы гибридной войны, в том числе, конечно, и свои кибервозможности, а они возросли в разы, начиная с 2014 года.

Да, создаются фейковые аккаунты, создаются сайты. Помните сайт "Украинская революция", сайт "Майдан 3:0", которые призывали к вооруженному восстанию, насильственному изменению власти? Наше киберподразделение вместе с подразделениями защиты национальной государственности выяснило, что за этими сайтами стоял российский гражданин.

Мы мониторим информационное пространство на предмет выявления угроз национальной безопасности. С одной стороны, у нас нет цензуры, люди могут свободно высказывать свои мысли, но в то же время в их высказываниях не должно быть призывов к насильственному свержению государственного устройства. И как только мы находим такую информацию, конечно, проверяем, кто стоит за этим аккаунтом. Часто видим, что следы ведут далеко, даже не в Россию, а куда-нибудь, к примеру, в Бразилию. Но потом при помощи наших международных партнеров мы устанавливаем, что концы все-таки находятся в РФ. Иногда нам удается установить конечный IP-адрес того, кто создает эти аккаунты, и тогда мы можем даже установить имя того человека, который его создал.

Россия точно будет предпринимать попытки вмешаться в украинские выборы в этом направлении, так как они уже пробовали влиять на избирательный процесс и за океаном, и в Европе. И эти факты вмешательства документируются в уголовных производствах в этих странах.

Есть ли у вас информация об использовании Россией для дестабилизации ситуации в Украине организаций национально-патриотической направленности?

Конечно. Если российские спецслужбы стремятся использовать офицеров СБУ, высокопоставленных должностных лиц как своих агентов не только для получения информации, но и для влияния на процессы, которые происходят в Украине, то они могут использовать и национал-патриотические силы. К сожалению, это - правда, и многие из тех, кто находится в этих организациях, ни сном, ни духом не ведают, кто на самом деле стоит за кулисами этой деятельности.

Ярким примером этого может быть гражданин Дульский, бывший лидер "Наждака", который сейчас скрывается в России. Ему и еще пяти его так называемым сподвижникам объявлено подозрение, в отношении некоторых из них избрана мера пресечения за антиукраинские акции, целью которых было, например, поссорить Украину с Польшей, с Болгарией. По итогам расследования уголовных производств эти люди, я думаю, будут привлечены к уголовной ответственности.

А как отделить тех людей, которые "ни сном ни духом", от тех, кто работает на спецслужбы РФ?

На самом деле, это очень сложная задача. И в этом заключается работа СБУ: не просто выделить по контрразведывательным признакам, но и начать оперативно-розыскное дело, получить соответствующие определения судов и тщательно проверить информацию о возможной причастности к деятельности иностранных спецслужб или деятельности во вред интересам украинского государства. И это документируется очень сложно.

В выявлении таких граждан должны помогать и государственные органы, и общественно- политические объединения, и тогда нам будет намного легче пресекать такие преступления.

Я вам скажу без преувеличения, что документировать чиновника из Кабмина нам помогал сам Кабмин. Премьер об этом знал и содействовал тому, чтобы мы могли качественно зафиксировать деятельность его переводчика, не допустить утечки информации врагу.

Надругательства над памятниками, синагогами – это действия российской агентуры?

Да, и это не просто мои слова. У нас есть задокументированные заказы от граждан Украины, которые находятся в РФ. Как правило, российские спецслужбы используют тех, кто имеет связи в Украине, привлекают политических беглецов режима Януковича для организации каналов финансирования, для непосредственной организации и проведения заказных акций на территории Украины, которыми они хотят поссорить Украину со своими соседями.

Что вы думаете об организации "С14"?

Они допускают деструктивные вещи, к сожалению… Нельзя сказать однозначно, что это не патриотическая организация. Она несколько радикализирована. Но я убежден, что в этой организации есть много патриотов Украины, которые искренне верят в то, что своими действиями они могут сделать что-то полезное для государства. Их бы энергию да в правильное русло…

Установлены ли новые факты деятельности в Украине "ЧВК Вагнера"?

Мы продолжаем работу по установлению членов "ЧВК Вагнера" к военным преступлениям на территории Украины и на территории других государств. На сегодняшний день нами установлено уже более 2 тысяч человек из ЧВК. Это частная армия Кремля, и когда начинается военный конфликт в какой-то стране, то первыми от имени России заходят "зеленые человечки" "ЧВК Вагнера".

По той информации, которая у нас есть, часть этой кампании используется в Африке, в Судане и Йемене.

А буквально на днях мы выявили следующий факт. Вы помните сбитый Ил-76 над Луганским аэропортом в июне 2014 года, когда погибло 40 десантников и 9 членов экипажа? Среди погибших был и командир отделения 25-й Днепровской воздушно-десантной бригады ВСУ старший солдат Олег Лифинцев, родом из Каховки. Мы установили, что его родственник Алексей Лифинцов - предатель Украины из Севастополя, проходит службу в "ЧВК Вагнера" и занимает должность командира минометной батареи, его личный номер М1184.

У нас есть документальная информация, что часть его коллег из ЧВК почти каждый день летом 2014 года обстреливали Луганский аэропорт.

Мы устанавливаем степень родства этих людей, но могу сказать, что это близкий родственник. Представьте себе: десантник был в Ил-76, а его родственник – в ЧВК…

В контексте создания Национального бюро финансовой безопасности есть ли единое видение функционала структуры? Готова ли СБУ к передаче своих подразделений по борьбе с преступлениями экономической направленности?

В случае принятия закона и создания этого органа, конечно, какая-то часть полномочий перейдет им. Но, я убежден, что за Службой безопасности останутся вопросы защиты объектов критичной инфраструктуры, то есть, экономическая контрразведка.

Мы уже сейчас максимально отходим от документирования просто экономических преступлений, поскольку этим занимаются другие государственные органы. Мы интересуемся вопросами, связанными, к примеру, с тем, в каком состоянии дамба Киевской ГЭС, какого качества и откуда завозятся ТВЭЛы для атомных электростанций, - это то, чем должна заниматься экономическая контрразведка.

Есть концепция реформирования Службы безопасности, которую подготовили и направили на рассмотрение в высшие инстанции – в СНБО и на утверждение президенту Украины. Концепция предусматривает поэтапное реформирование Службы безопасности, и в случае принятия этих нормативных актов часть функций СБУ перейдет другим органам.

Подытоживая, какие сейчас ключевые, наиболее серьезные угрозы национальной безопасности, на что в первую очередь будет обращать внимание СБУ в следующем году?

За почти четыре года гибридной войны методы РФ сильно изменились. Если до осени 2015 года это были в первую очередь боевые действия, то потом акценты сместились в сторону попыток дестабилизации внутри нашего государства. И таким образом, сейчас угроза, которая стоит на первом месте, - диверсионная террористическая активность России.

Следующий пункт – попытки России дестабилизировать ситуацию внутри нашего государства разными способами. Мы фиксировали высокую активность России, финансовую поддержку процессов, связанных с попытками дестабилизации ситуации на почве межнациональных отношений – между Украиной и Польшей, Болгарией. Мы выяснили, что целый ряд акций щедро финансировался Россией для того, чтобы поссорить нас с нашими соседями.

Еще одна угроза национальной безопасности – это коррупция, и политическая в том числе.

Украина. Россия > Армия, полиция > interfax.com.ua, 29 декабря 2017 > № 2455829 Василий Грицак


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 29 декабря 2017 > № 2443269 Татьяна Кузнецова

Большой обмен

Татьяна Кузнецова, УНИАН, Украина

Тот факт, что 74 человека встретят Новый год в кругу своих семей, а не в тюремных застенках боевиков «ДНР» и «ЛНР», пожалуй, можно считать одним из главных позитивных событий уходящего года. Вместе с тем, очень жаль, что речь пока не идет об обмене «всех на всех».

В среду, 27 декабря, Украина обменяла 306 человек из списков «ДНР» и «ЛНР» на 74 украинцев, которые незаконно удерживались боевиками. «У нас есть планы и предложения, как освободить всех. И как сделать это как можно скорее. Отдадут только 74, мы должны были разблокировать процесс освобождения. Но должны освободить всех», — заявила накануне обмена представитель Украины в гуманитарной подгруппе Трехсторонней контактной группы по Донбассу, первый вице-спикер Верховной рады Ирина Геращенко.

Процесс обмена длился несколько часов, и около пяти вечера представитель президента Украины в Верховной раде Ирина Луценко сообщила на своей странице в Facebook, что все 74 украинских заложника, которые находились в плену на оккупированной территории Донбасса, освобождены. «Хорошие новости, о которых уже можно говорить. Процесс обмена завершился. Украинская сторона получила 74 заложников, которые находились в плену на оккупированной части Донбасса. Они возвращаются домой!» — написала она.

Тема освобождения украинцев, которых незаконно удерживают боевики на неподконтрольных территориях Донбасса, давно не сходила с повестки дня переговоров в Минске. Списки людей «на обмен» обсуждались как два года назад, так обсуждаются и сегодня. Правда, за это время Украине удалось продвинуться в этом вопросе хотя бы в том смысле, что боевики немного поумерили свои «аппетиты»: если еще в начале 2017 года «ДНР» требовали освободить 524 человека, а «ЛНР» 377 человек, то к концу года общий список уменьшился до приблизительно трех сотен. Что же касается граждан Украины, незаконно удерживаемых контролируемыми Россией боевиками, то их в ОРДЛО, по разным подсчетам, около 170 человек.

Впрочем, сепаратисты это не подтверждают. Количество людей, которых они, теоретически, готовы были отдать Киеву, в течение 2017 года колебалось от семи десятков до сотни человек. Стоит отметить, что Украина не раз предлагала провести обмен хотя бы этого количества граждан, и готова была отдать взамен втрое больше человек. К сожалению, довести такие переговоры до логического завершения не удалось ни разу. Читайте также Названы имена украинцев, освобожденных из плена боевиков на Донбассе Впрочем, чтобы разблокировать процесс обмена и освободить своих заложников, Киев шел и на откровенные уступки — освобождал людей из списков боевиков в одностороннем порядке.

Так, год назад Украина отдала сепаратистам 15 человек. К сожалению, это не стало поводом для ускорения переговоров и освобождения заложников фейковыми «ДНР» и «ЛНР». Одной из причин срыва предшествующих попыток обмена можно считать манипулирование списками. В частности, сепаратисты раз за разом включали в свои «метрики» людей, которые не только не связаны с конфликтом на Донбассе, а являются отпетыми преступниками, получившими свои сроки за совершение особо тяжких преступлений. Исключить из списка лиц, освобождения которых они требуют, два десятка уголовных преступников, не имеющих отношения к событиям на Донбассе, сепаратисты согласились только летом текущего года. «Это важный и конструктивный момент», — заявила тогда Ирина Геращенко.

Но уточнила, что при этом «представители ОРДЛО продолжают требовать амнистии и освобождения еще 45 человек, не имеющих отношения к конфликту и совершивших тяжкие преступления, — бывших «беркутовцев», которые расстреливали «Небесную сотню», организаторов терактов в Одессе и Харькове», а также кадрового российского военного Виктора Агеева, задержанного украинскими военными в Луганской области. «Но здесь позиция Украины однозначна — это военный преступник. Мы ожидаем, что власти РФ признают его нахождение на Украине, суд должен определить меру его преступления, мир должен знать детали преступления, потому что это факты российской военного присутствия на Донбассе», — отметила она.

В целом, по словам Ирины Геращенко, переговоры об обмене неоднократно заходили в тупик, поскольку боевики слишком часто меняли свои запросы. «Подают нам фантасмагорический список из 600 человек, половины из которого просто не существует, мы не знаем, кто это и где эти люди», — рассказывала она после одной из встреч в Минске.

Такое поведение «переговорщиков» из фейковых «республик», вероятно, достало не только представителей Украины в контактной группе, но и международных участников минских встреч. Можно только гадать, кто, где и как сильно надавил на Кремль, но весной стороны договорились о верификации (уточнении) списков, поданных боевиками. Было принято решение, что собирать эту информацию по СИЗО и тюрьмам Украины будет офис уполномоченного Верховной рады по правам человека при участии членов наблюдательной миссии ОБСЕ и родственников тех, кого желают обменять сепаратисты.

В мае верификация стартовала. Впрочем, это вовсе не гарантировало положительных результатов новых переговоров об обмене. Пример? Под угрозой срыва был и нынешний обмен. Дело в том, что буквально за неделю до него, когда «списки заложников» были согласованы сторонами, боевики неожиданно снова расширили свои требования.

«Украина подтвердила готовность к освобождению заложников до новогодних и рождественских праздников, мы настроены сделать все как можно скорее и даже раньше. Вместе с тем от представителей ОРДЛО в последние дни, 14-15 декабря, минская группа получила еще дополнительные списки с требованием обязательно включить этих людей в списки на освобождение. И это, по сути, вносит серьезную сумятицу в определение даты обмена. И по сути, ведет к срыву процесса», — заявила тогда Ирина Геращенко.

Еще одна неожиданная проблема в вопросе обмена заложниками — нежелание некоторых людей из списков «ДНР» и «ЛНР» возвращаться в фейковые республики. Так, в июле, после верификации, выяснилось, что 100 человек из заявленных боевиками на обмен предпочли бы оставаться на контролируемых Украиной территориях. К декабрю ситуация не сильно изменилась. «Некоторые из лиц, включенных в списки ОРДЛО, категорически отказываются перемещаться на временно оккупированные территории. И о своем нежелании они заявили только сейчас, а не в мае, когда проводилась верификация…

ОРДЛО, по сути, настаивает на том, чтобы украинская сторона тащила на линию соприкосновения свободных людей», — рассказала Геращенко. Естественно, этот факт сепаратисты тут же попытались использовать против Киева. Мол, заявляя об этом, Украина сама занимается затягиванием обмена. Такое же обвинение в адрес Украины озвучил и президент РФ Владимир Путин на своей большой пресс-конференции в середине декабря. Прикинувшись «миротворцем», кукловод бандитов из «ДНР» и «ЛНР» Путин заявил, что «надо действительно хоть в преддверии Нового года, Рождества сделать этот добрый шаг навстречу друг другу» и освободить пленных.

Отметим, что это «миротворчество» хозяина Кремля никак не связано с гуманностью или сочувствием к заложникам. Это — новый образ Путина накануне президентских выборов в России, которые состоятся в марте будущего года. Своим новым амплуа президент РФ, с одной стороны, демонстрирует российскому избирателю, что он «многое решает». С другой стороны, показывает ЕС и США, что делает шаги по «урегулированию ситуации» на Донбассе. Мол, теперь — очередь за Украиной. Хочется надеяться, что и на Украине, и на запад от ее границ, все понимают, что действия Путина — притворство. Вместе с тем, разумно было бы использовать эти интересы хозяина Кремля для того, чтобы освободить всех заложников.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 29 декабря 2017 > № 2443269 Татьяна Кузнецова


Украина > Транспорт > ukragroconsult.com, 28 декабря 2017 > № 2445323 Райвис Вецкаганс

Как меняется портовая отрасль Украины — интервью главы АМПУ

С главой Администрации морских портов Украины Райвисом Вецкагансом встречаемся в здании Министерства инфраструктуры. Поздоровавшись, он все еще вглядывается в документы на рабочем столе — от срочных дел оторваться сложно. 12 января у него годовщина пребывания на должности. Говорим о том, насколько удалось реформировать АМПУ, о проблемах в портовой отрасли и их решениях.

— Обычно руководители госкомпаний жалуются на то, что подолгу находятся с приставкой и. о. — мол, это мешает полноценно работать. А вам как работается?

— Конечно, увереннее себя чувствуешь, когда уже утвержден на должности, есть долгосрочный контракт. Но, несмотря на любые приставки, наша команда настроена на активную работу и долгосрочную стратегию развития. Планы у нас довольно амбициозные, и не на один год.

— Какие у вас были ожидания, когда вы согласились работать в Украине? Какие представления оправдались, а какие — нет?

— Все процессы лучше начинаешь понимать, когда уже какое-то время поработаешь на должности. Во многом мои представления оправдались. В то же время я не ожидал, насколько сложным будет согласование большинства вопросов хозяйственной деятельности, необходимых законодательных изменений, стратегии развития и т. д. Тем не менее, за этот год мне удалось перенастроить внутренние процедуры и наладить достаточно тесную связь с Министерством инфраструктуры и правительством, что помогает ускорить процессы согласования нужных нам документов, на которые ранее уходило по несколько месяцев.

— Насколько реально проходит реформа АМПУ? Какие достижения можно отметить уже сейчас?

— Основная задача, которую мы ставили перед собой, — повышение эффективности АМПУ. Оптимизация внутренних процессов, обеспечение тех функций, которые на нас возлагаются согласно законодательству. Изменения юридического статуса пока не произошло, но мы ориентируемся не на это, а на изменение компании изнутри. Как раз с этим мы справляемся. Мы инвестируем в человеческий ресурс, повышение компетенции сотрудников, усовершенствование управления активами, закупками. Все эти изменения себя оправдывают. Мы сконцентрировали усилия на основной деятельности, направленной на развитие портов, — это и проекты по дноуглублению и реконструкция причалов, и реализация инвестиционных проектов в портах для развития портовой инфраструктуры, и привлечение в украинские порты международных инвесторов.

В рамках процесса внутренних изменений начата процедура создания двух новых филиалов — дноуглубительной службы и службы капитанов морских портов, что обеспечит повышение эффективности имеющегося дноуглубительного флота, а также его обновление и выполнение требований Закона «О морских портах Украины» в части обеспечения безопасности судоходства.

Одновременно мы инициировали процесс объединения филиалов АМПУ, деятельность которых убыточна. Планируется, что в будущем прибыльные порты будут выступать как опорные, а присоединенные небольшие филиалы — как портовые пункты.

Мы инвестируем в человеческий ресурс, повышение компетенции сотрудников, усовершенствование управления

Кроме того, прорабатывается вопрос присоединения к филиалам АМПУ некоторых государственных стивидорных компаний, которые фактически не осуществляют погрузочных операций, но являются стороной договорных отношений в рамках аренды и пользования их движимым и недвижимым имуществом.

На сегодня по каждому из этих вопросов пакет документов с соответствующими обоснованиями направлен в Министерство инфраструктуры для принятия решения. В следующем году также планируем активно заняться подготовкой к процессу корпоратизации АМПУ с привлечением технической помощи европейских доноров для подготовки ТЕО.

— Раньше АМПУ называли неповоротливой и забюрократизированной. За последний год компания стала более прозрачной. Насколько она стала гибкой?

— Это, конечно, лучше спрашивать у бизнеса, партнеров, которые с нами работают. Есть много вещей в законодательстве, которые цепляются друг за друга и не дают возможности реализовывать все планы так быстро, как хотелось бы. Но я могу отметить кардинальное изменение отношения к нашим партнерам, бизнесу, и мы постоянно над этим работаем. Большую роль в повышении гибкости компании сыграл также перенос нашего главного офиса в Киев — многие вопросы мы стали решать гораздо оперативнее, что также влияет на результат в целом.

С точки зрения эффективности внутренних процессов, должен констатировать, что, к сожалению, у нас до сих пор нет внутреннего электронного документооборота. Но если до нас об этом не думали, мы сегодня уже это внедряем. Мы внедряем IT-систему управления компанией, которая нам поможет в онлайн-режиме контролировать все наши процессы.

К тому же мы изменили порядок организации договорной работы и закупок. Все наши проекты по дноуглублению и другие закупки проводим через систему ProZorro. В этом году по результатам открытых торгов уже заключили больше 580 договоров на общую сумму около 3,7 млрд грн, сэкономив при этом более 600 млн грн.

— Есть мнение, что штат АМПУ раздут, что вы думаете по этому поводу?

— Штат зависит от нашего функционала и от объектов, которые находятся на нашем балансе. Одним из направлений, которое поможет нам перейти к еще более эффективному управлению, видим передачу непрофильных активов в коммунальную собственность или их приватизацию. У нас два десятка активов, управление которыми не является нашим прямым функционалом — базы отдыха, лагеря, поликлиника. Конечно, с их передачей в коммунальную собственность количество штатных единиц АМПУ значительно сократится. Для того, чтобы реализовать эти изменения, сохранив социальные гарантии работникам, на данный момент ведем дискуссии с профсоюзами и местными властями.

— АМПУ уже передает часть объектов на баланс госстивидоров, но и они передают часть инфраструктуры на баланс АМПУ. Насколько болезненным оказался процесс перераспределения имущества?

— У нас были определенные проблемы из-за имущественных взаимоотношений госстивидоров и филиалов АМПУ, но на сегодняшний день они решены. Этому способствовало обновление команды на местах, в государственных стивидорных компаниях и филиалах АМПУ. Работы по перераспределению имущества ведутся, и я надеюсь, что к лету следующего года мы их закончим. Быстро этот процесс завершить невозможно из-за земельных вопросов. Но дорожная карта уже есть по каждому филиалу.

— Ожидается, что после принятия соответствующих законодательных норм из АМПУ выйдет ряд предприятий («Дельта-лоцман» и т. д.). Как в самой администрации это воспринимают?

— Вопрос передачи лоцманских услуг даже не обсуждается. Филиал «Дельта-Лоцман» остается в составе АМПУ. Что касается непрофильного функционала, то ряд функций мы в будущем хотим передать морской администрации и сконцентрировать свои усилия на развитии портов и инфраструктуры. Кроме этого, после принятия соответствующих нормативных документов планируется передача АМПУ и функции осуществления лоцманских проводок по реке. Мы к этому готовы.

— Ранее бизнес, портовых операторов не устраивало, что АМПУ, получая солидные прибыли со сборов, не тратила их эффективно на ремонт причалов и т. д. Много денег просто шло в госбюджет, а еще не всегда вовремя осваивались даже доступные средства. Какая ситуация в этом году: что удалось сделать, насколько успеваете освоить средства до конца года?

— В этом году мы закладывали в финансовом плане порядка 3,9 млрд грн капитальных инвестиций. Но, поскольку финплан был утвержден в середине года, соответственно, многие проекты нам удалось запустить только со второго полугодия. Тем не менее, по нашим прогнозам, общая сумма капиталовложений, направленных на проведение ремонтных работ и реализацию дноуглубительных проектов, на конец года составит около 1,8 млрд грн. Если сравнивать с 2016-м, когда в развитие портов было инвестировано всего 650 млн, то видим отличный рост по темпу освоения. По объему работ выйдем на 7 млн куб. м, что почти в два раза больше показателей прошлого года. Я этой работой удовлетворен. В «Южном», например, ведутся два проекта капитального дноуглубления, которые на 30% опережают график. Для реализации этих проектов нам удалось привлечь международные компании, которые такими темпами работы ежедневно подтверждают свою надежность и профессионализм.

На 100% свою задачу по всем портам мы не смогли выполнить из-за задержек при согласовании некоторых документов. Плюс есть проблемы с контрагентами, привлеченными еще в 2016 году, по работе которых в предыдущие периоды ведется расследование. Тем не менее, нам удалось провести своими силами дноуглубление в Белгород-Днестровском, «Ольвии», Одессе, «Черноморске». До конца года объявим тендеры по Бердянску и Мариуполю.

— Юристы говорят, что нужно, чтобы портовые сборы не считались доходной частью АМПУ, тогда она сможет ими распоряжаться. Это возможно?

— Если обратиться к мировой практике, то, например, европейские порты получают финансирование от структурных фондов плюс госфинансирование, многие администрации портов также имеют возможность брать кредиты, кто-то освобожден от налогов. У нас же нет никаких дотаций, и при этом мы платим налоги (НДС, налог на прибыль и т. д.) и дивиденды. В этом году в госбюджет, с учетом всех налогов, дивидендов и сборов, мы уплатили почти 4,8 млрд грн. Постепенно мы должны менять эту схему. Сборы должны тратиться на инфраструктуру портов. Первый шаг уже есть — дивиденды со следующего года будут составлять не 75%, а 50%. Но мы продолжим работать над снижением и налоговой нагрузки, и портовых сборов.

— Когда реально ждать снижения портовых сборов? Вроде как с 1-го января уже должны действовать, но методика начисления еще в разработке...

— Мы на завершающей стадии официального оформления решения о снижении портовых сборов до 20% с 1 января. Нужно изменить приказ Мининфраструктуры. До конца года должны это сделать. К тому же, проект методики мы уже передали в Министерство, и в ближайшее время он должен быть опубликован. Тогда мы перейдем к документу, который регламентирует ее применение. Обязательно проведем публичное обсуждение с бизнесом всего пакета документов.

— Расскажите детальнее о том, как реализовывается программа обновления флота АМПУ. Были ли уже тендеры?

— Объявили тендер на покупку землесоса с объемом трюма не менее 1800 куб. м. Наша тендерная документация прописана таким образом, что выйти с предложением могут как украинские, так и зарубежные компании. Ключевым и важным фактором является цена, а будет это национальная компания или нет, для нас не принципиально. Мы создаем максимально прозрачные условия для привлечения наиболее широкого пула потенциальных подрядчиков. Сроки поставки будут понятны после того, как в начале следующего года мы рассмотрим предложения.

Будем также вкладывать средства в ремонт имеющегося у нас флота. Хотя в следующем году нам пока еще придется привлекать подрядчиков на проведение эксплуатационного дноуглубления.

— В МИУ рассматривалась возможность передачи АМПУ дноуглубительного флота «Укрводпути» и функции по содержанию внутренних водных путей. Вы заинтересованы в этом? Будет ли реализована эта идея?

— Да, дискуссии ведутся, и, я уверен, мы можем это реализовать. Планируется передача 38 единиц флота «Укрводпути», который в последние годы не восстанавливался из-за нехватки финансирования. Думаю, этот процесс мы завершим уже в ближайшие полгода, и займемся восстановлением судов. Сейчас, как я уже говорил, работаем над созданием отдельного филиала по дноуглублению, который будет поддерживать глубины в наших портах и на внутренних водных путях.

— Что делается в направлении развития припортовых территорий как «инвестиционных площадок»? Помнится, вы говорили о необходимости строительства производственных комплексов возле портов. Насколько это возможно осуществить — неужели у нас достаточно свободных площадок для этого?

— Прямого влияния на эти участки АМПУ не имеет. Мы только начинаем движение к лендлорд-модели — утверждаем территории портов, корректируем границы акваторий. На данный момент есть две свободные экономические зоны — в Рени и Одессе (Порто-Франко). СЭЗ должны увеличить грузопотоки, привлечь инвестиции. Есть закон о СЭЗ Рени, мы предложили внести в него изменения и продлить срок действия этой зоны на 25 лет. Еще одно изменение, надеемся, коснется органа управления Ренийской СЭЗ. Мы предложили передать ее в управление АМПУ. Хотим сделать СЭЗ более привлекательной для инвесторов.

Что касается второй СЭЗ в Одессе, то это небольшая площадь. Порто-Франко занимает всего 32,5 га, которые уже полностью освоены, и дальнейшее развитие невозможно без расширения этой территории. Мы же видим возможности для расширения этой зоны и уже обратились к местным властям с предложением использовать для развития транспортно-логистической и производственной инфраструктуры бывшие поля орошения. На наш взгляд, эта территория гармонично вписывается в перспективные планы развития.

Также для повышения эффективности морского порта Николаев обратились к местной администрации с просьбой отвести в пользование АМПУ земельный участок в размере 32 га для строительства там накопительной площадки для автотранспорта, следующего в порт. На сегодня проект создания такой площадки предложено включить в план перспективного развития порта. В дальнейшем предполагается соответствующее проектирование и строительство самого объекта, стоимость которого на сегодня оценивается в 150 млн грн. Для его проектирования в финансовом плане на 2018 год мы заложили капитальные расходы в размере 1,4 млн грн.

— Недавно вы говорили о том, что специалисты АМПУ и «Укрзализныци» изучают правовые возможности финансирования припортовой инфраструктуры. Это при том, что УЗ и так должна тратить часть заработанных средств именно на эти цели. Неужели нет возможности просто добиться этого от УЗ?

— Проблема была в том, что при планировании ж/д и перевалочных мощностей в портах не было координации. Я считаю, что мы можем достичь успеха в этом направлении, если скоординируем действия и улучшим технологии. Поэтому мы наладили работу с руководством УЗ — создали две рабочие межведомственные группы, которые должны скоординировать существующие проекты и выработать модель ж/д узла. Мы регулярно встречаемся, обмениваемся данными, изучаем варианты финансирования. В принципе, в тарифе уже есть инвестиционная составляющая, и за эти деньги должно финансироваться создание новых припортовых станций и т. д. Но у УЗ на сегодня в приоритете обновление тяги и вагонного парка, а мы ждать не можем. Тем не менее, нас готовы поддерживать стивидоры. Возможно, совместными усилиями найдем оптимальный юридический инструмент — концессию, консорциум и т. д. Мы недавно провели встречу с Deutsche Bahn, они готовы как минимум оказать нам техническую помощь, дать предложения по увеличению пропускной способности припортовых станций в Одессе.

— Какая именно сумма, по оценкам АМПУ, необходима для того, чтобы, скажем так, расширить узкие места на подъезде к основным портам — портам Большой Одессы, Николаева и т. д.?

— По нашим оценкам, около $50 млн — на инфраструктуру и обновление парка маневровых локомотивов.

— Какие ожидания и планы на следующий год?

— Продолжим дноуглубление в портах — планируем в следующем году провести дноуглубительные работы в общем объеме 11 млн куб. м. Важной задачей считаем восстановление глубин в Азовском регионе.

Надеемся на утверждение обновленной стратегии развития портов до 2038 года, разрабатываем также стратегию развития АМПУ. Плюс ожидаем принятие законопроекта №7385, направленного на гармонизацию основных нормативно-правовых документов отрасли. Эти законодательные изменения необходимы для дальнейшей эффективной реализации наших стратегических задач.

Параллельно займемся подготовкой к корпоратизации АМПУ, реализации концессионных проектов в Херсоне, «Ольвии» и «Черноморске», аудиту Международной морской организации (IMO).

Кроме этого, учитывая ситуацию со значительным падением объемов перевалки госстивидорами — на 12% по сравнению с прошлым годом, считаем необходимым провести в следующем году приватизацию малых и средних государственных стивидорных компаний.

Украина > Транспорт > ukragroconsult.com, 28 декабря 2017 > № 2445323 Райвис Вецкаганс


Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 декабря 2017 > № 2440671 Владимир Огрызко

Задача для Украины на 2018 год

В отношениях с Западом нам следует быть честными и откровенными, не нужно говорить одно, а делать другое.

Владимир Огрызко, Новое время страны, Украина

Если рассматривать общие внешнеполитические дела, то ситуацию будут определять несколько моментов. В частности, что будет происходить по линии отношений России и США. Уже в январе — феврале мы увидим, что антироссийские санкции, принятые США еще полгода назад, начнут давать результаты, особенно после опубликования списка коррупционеров в высшем российском руководстве, которые прячут свои деньги на Западе. Это будет одним из важных факторов, которые будут влиять на российско-американские отношения, и, так или иначе, отразятся на Украине.

Мне кажется, что в следующем году санкции США против России будут продолжаться. А раз так, то и влияние США на позицию ЕС также будет достаточно весомым. Приведет ли это к кардинальным изменениям в позиции России? Возможно. Не исключаю, что именно эти вещи, а также ужесточение санкций в таких сферах, как банковская, энергетическая и ноу-хау, все-таки заставят Россию постепенно отступить, стараясь при этом сохранить лицо. Каким образом это будет сделано? Здесь вопрос остается открытым. Путину важно считаться победителем, а не лузером. И вряд ли это будет легкая ситуация для Кремля. Но я не исключаю, что под давлением санкций ему придется отступить. И это тоже будет для Украины чрезвычайно важным внешнеполитическим результатом. Мне кажется, что задача Украины в этом плане — максимально способствовать тому, чтобы антипутинские санкции усиливались.

В отношениях с Западом в 2018 году нам следует быть честными и откровенными. Нам не нужно говорить одно, а делать другое. И в этом плане, пожалуй, проблем не избежать. Потому что, к сожалению, правильные лозунги, которые провозглашаются, не всегда совпадают с конкретными действиями, которые от нас ждут. Те проблемы, с которыми мы сегодня боремся, — коррупция, неэффективность управления — все это могло бы делаться гораздо быстрее и успешнее. И Запад нам этого прощать не собирается, так же, как и делать скидку на войну. Нам неоднократно говорили о том, что коррупция в большей степени негативно влияет на нас, чем война на Востоке.

Если говорить о Западе, не могу не добавить о проблемах, которые возникли с нашими ближайшими соседями — Польшей и Венгрией. Вот как раз в этом вопросе власти нужно быть спокойной и последовательной, не бояться четко говорить о том, Украина — это страна, где есть своя история, культура, язык и традиции, которые мы будем защищать. Здесь линия должна быть твердой. И это тоже наша задача на 2018 год.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 декабря 2017 > № 2440671 Владимир Огрызко


Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 28 декабря 2017 > № 2440629 Штефан Шолль

Методы террора в Донбассе

Восточная Украина. Телеканалы мятежной Донецкой Республики показали авторитетного врача и ее мужа как украинских шпионов. Хотя их признания кажутся сомнительными, им грозит 20 лет лишения свободы.

Штефан Шолль (Stefan Scholl), Дмитрий Дурнев, Luzerner Zeitung, Швейцария

Кто знает, симпатизировали ли они втайне Украине или твердо верили в повстанческую Донецкую Народную Республику (ДНР)? Как и многие жители Донецка, они редко говорили о политике. Во всяком случае, когда в апреле 2014 года в Донецке разразился пророссийский мятеж, направленный против Украины, 50-летняя Елена Лазарева и 46-летний Андрей Кочмурадов остались там. Город был их жизнью: она работала врачом, у него был интернет-бизнес, у них был сын и два внука. Они владели квартирой и двумя французскими автомобилями.

На видео, показанном телеканалами ДНР, на лицах Елены и Андрея не видно раскаяния или даже паники. Скорее они послушно и старательно пытаются изложить логически связанное признание. Кажется, что их воля к самозащите основательно сломлена.

По данным МГБ, Министерства государственной безопасности мятежников, сотрудники украинской спецслужбы СБУ арестовали супружескую пару на украинском блокпосту и завербовали их. «С июля 2016 года я через приложение Whatsapp регулярно отправляла сотрудникам СБУ информацию о военнослужащих, которые находились на лечении в нашем отделении», — говорит Елена. Украинцев интересовали анкетные данные, воинские части, адреса и характер ранений пациентов.

Андрей рассказал, что от него люди из СБУ требовали файлы клиентов провайдера, на которого он работал. Но есть один изъян: Елена говорит, что СБУ завербовала ее и ее мужа в июле 2016 года. Ее муж, в свою очередь, говорит про декабрь 2016 года. Как будто им продиктовали выдуманные и небрежно согласованные признания.

Огромный страх перед крайне жестокими наказаниями

Каналы мятежников регулярно передают по телевидению такие признания. По собственным данным, МГБ раскрыло в этом году 45 дел, в которых речь шла об измене родине и шпионаже. 14 человек получили сроки лишения свободы от 12 до 18 лет. Многие жители ДНР живут в страхе, потому что их могут похитить, арестовать, пытать и крайне жестоко наказать как предателей.

В середине октября Елена не возвратилась из контролируемого украинцами Покровска, куда она ездила на годовщину смерти матери, умершей два года назад. «Она прошла пост ДНР, позвонила сыну, чтобы сказать, что она почти дома, — рассказывает бывший коллега Андрея. — Но затем она позвонила своему мужу: „Есть проблемы, ты должен приехать и разобраться"». После этого Елена и Андрей пропали вместе со своими машинами. Родственники, коллеги, друзья начали поиски, но тщетно.

Андрей и Елена снова появились только в середине декабря, в роли сознавшихся предателей. Хотя то, что СБУ действительно имела потребность в ее историях болезни и медкартах, кажется сомнительным. В Донбассе тоже давно уже шпионят через интернет. В мае 2016 года все госслужащие ДНР получили свои зарплаты с опозданием: украинские хакеры взломали сервер Министерства информации и скачали оттуда файлы Министерства финансов.

Мятежники многих сажают в тюрьму. Критически настроенный донецкий блоггер Станислав Асеев исчез в начале июня, ДНР подтвердила, что держит его в заключении. Даже министры, которые слишком громко говорили о проблемах, оказались в тюрьме. Согласно данным представителя Украины на Минских переговорах Ирины Геращенко, на контролируемой мятежниками территории бесследно исчезли 403 человека. Остается неясным, сколько из них на самом деле потеряли свою свободу или даже жизнь.

Сообщения о пытках и угрозах

Российский политолог Роман Манекин, ярый сторонник сепаратистов, который в 2014 году переехал в Донецк, в сентябре написал о том, что у него есть список, состоящий из 300 только российских граждан, сидящих в тюрьмах ДНР. Вскоре после этого он и сам оказался за решеткой. Потом он жаловался, что ему на голову надели пластиковый пакет, избили до вывиха конечности. «Если я еще раз там окажусь, — говорит освобожденный заключенный о тюрьме города Горловка, — я повешусь в камере».

Кто знает, что делали люди из службы безопасности ДНР с Еленой и Андреем? Ясно то, что мятежники осудят их по уголовному кодексу Украинской ССР 1961 года, предусматривающему за «измену родине» от 12 до 20 лет лишения свободы. В отличие от солдат, у супружеской пары практически нет шансов попасть под обмен пленными, потому что передача гражданских лиц украинской «оккупационной власти» противоречит идеологии сепаратистов. На украинской стороне тоже есть черные списки, в Киеве были убиты несколько критически настроенных журналистов, в украинских СИЗО ждут своих процессов или обмена предполагаемые сепаратисты.

Врачи тоже больше не доверяют друг другу

Но на Украине больше гласности, больше правовой защиты, чем в ДНР. А в донецком окружении Елены и Андрея растет страх. Многие их друзья спрашивали наводили о них справки в органах власти, теперь и они сами могут попасть под подозрение как сочувствующие. Все шокированы тем, что это коснулось и Елены, уважаемого врача, которая на протяжении 27 лет работала в нейрохирургическом отделении интенсивной терапии донецкой областной больницы имени Калинина. С 2014 года там лечатся и многие раненные на войне.

Медики чувствовали себя неприкасаемыми, но теперь разговоры в кругу коллег Елены стали короче и формальнее. «Она передает украинцам по Whatsapp медкарты», — утверждает заведующий отделением в больнице. В Донецкой Республике мятежников врачи тоже больше не доверяют друг другу.

Соавтором нашего московского корреспондента Штефана Шолля является Дмитрий Дурнев — корреспондент в Донбассе российской газеты «Московский Комсомолец». Ранее он работал врачом в нейрохирургическом отделении интенсивной терапии известной донецкой областной больницы имени Калинина.

Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 28 декабря 2017 > № 2440629 Штефан Шолль


Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 27 декабря 2017 > № 2440293 Сергей Сидоренко

Реформа, которой не избежать Украине: 10 примеров объединения общин в странах Европы

Сергей Сидоренко, Українська правда, Украина

Украинское правительство уже не первый год с гордостью отчитывается об успехе реформ в сфере децентрализации и в некоторой степени имеет на это право. Киев более десяти лет подряд говорит о необходимости объединения (или укрупнения) городов, поселков и сел. Каждый раз это вызывало протесты, находились те, кто выводил людей на улицы, и реформа останавливалась, так и не начавшись.

В 2014 году этот процесс все же стартовал, и прогресс стоит того, чтобы Киев гордился изменениями. Хотя до его завершения пока еще очень далеко.

Когда в Украине говорят о «европейском опыте админреформы», то обычно вспоминают о Польше, и только о ней. Это довольно странно, ведь ситуация в этой стране была принципиально иной, там не было потребности в массовом объединении городов и сел. Но есть другие европейские примеры, на которых нам стоит поучиться.

В последние 10-20 лет по Европе прокатилась настоящая «эпидемия» объединения общин.

Эти изменения коснулись не менее полутора десятков стран — от юга до крайнего севера, от Восточной Европы до Западной, и в ЕС, и за его пределами.

Используя свежий отчет Совета Европы, «Европейская правда» выбрала 10 примеров стран, опыт которых Украине стоит изучить, чтобы избежать чужих ошибок и перенять рецепты успеха.

Прочь от СССР

Украина, Грузия, Латвия, Эстония — эти страны объединяет не только желание отойти подальше от так называемого «старшего брата». В этих четырех государствах поняли, что советское административное деление просто несовместимо с новой реальностью.

Проще всего сделали в Грузии.

Каким бы ни было сейчас отношение к Саакашвили, какие бы политические ошибки он ни совершал в Украине, нельзя отрицать тот факт, что после 2003 года его команда построила новую Грузию — вопреки всем стереотипам и ожиданиям.

Грузинское правительство не стало «заморачиваться» общественными консультациями, добровольными объединениями. В 2006 году тут произошла быстрая директивная реформа, которая просто ликвидировала самый низкий уровень самоуправления — сельский и поселковый. То есть сами села остались, а вот депутатов и сельского главу там теперь не выбирают.

65 бывших районов Грузии, по сути, превратились в 65 крупных муниципалитетов и стали базовым звеном местного самоуправления.

Пример Латвии — еще более неожиданный и неоднозначный. «Европейская правда» подробно писала о «странной» латвийской административно-территориальной реформе и ее недостатках в статье «Как не стоит проводить админреформу, или Повторит ли Украина ошибки Латвии?».

Но даже несмотря на критику и недостатки латвийского подхода, следует признать: в конце концов, страна больше выиграла от реформы, чем проиграла. До 2009 года здесь было более 500 муниципалитетов. Небольшая балтийская страна просто не могла существовать дальше с таким количеством местных властей.

После реформы в Латвии остались 118 общин, то есть объединение произошло в пропорции примерно 1 к 5. А еще во время реформы были ликвидированы районы и приравненные к районам города — в них просто исчезла потребность, их полномочия перешли «вниз», к общинам.

Среди стран Балтии есть и более позитивный пример админтерреформы. Это — пример Эстонии. Он, к слову, будет во многом полезен для Украины.

Эстония долгое время «проталкивала» добровольное объединение общин. Но за 18 лет (с 1996 по 2014) количество муниципалитетов сократилось лишь на 16%, с 254 до 213. Но недавно там решились на добровольно-принудительную реформу. В итоге за год число общин сократилось до 79. Районы здесь также ликвидируют — в следующем году. Большинство их функций перейдет «вниз», и только отдельные услуги (прежде всего, связанные со здравоохранением) будут управляться на уровне государства.

Для тех, кто хочет разобраться в эстонском опыте, советуем наши статьи: «Как уволить большинство мэров, не разрушив государство», а также «Интернет-управление и украинские реалии: возможно ли повторить образцовую эстонскую реформу».

Зачем все это?

«Эпидемия» слияния общин, которая прошла в разных странах, не удивительна.

В Совете Европы отмечают, что это не первая большая волна муниципальных объединений в Европе. Была еще одна, в 1960-70 годах; тогда она затронула преимущественно североевропейские страны.

В комментарии «Европейской правде» Даниэль Попеску, бывший спецсоветник правительства Украины по вопросам децентрализации, а ныне — руководитель профильного департамента (по вопросам демократического управления) в Генеральном секретариате Совета Европы, назвал несколько причин.

По сути, старые общины оказались слишком малы для новых реалий. Игнорировать это Украина не имеет права.

«Снизилось значение традиционной сельскохозяйственной экономики, для которой нужны небольшие села с быстрым доступом к окружающим полям; сельские жители, которые когда-то жили обособленно от мира, теперь рассчитывают получать государственные услуги наравне с теми, кто живет в городах, кроме того, государственное управление становится все сложнее как технически, так и юридически», — перечислил эксперт.

«Современная волна объединений была обусловлена главным образом финансовым и экономическим кризисами», — подчеркнул он.

Невозможно эффективно управлять финансами и обеспечивать качественные услуги в поселке на 1000 жителей — конечно, если речь не идет о сверхбогатых государствах, которые не считают свои расходы.

Поэтому неудивительно, что «эпидемия объединений» больше всего затронула Восточную и Южную Европу, где порой не хватает денег на неотложные нужды — а значит, приходится искать скрытые резервы.

Опыт Балкан

Пожалуй, наиболее радикальное уменьшение количества муниципалитетов произошло в Греции. После кризиса 2008-2009 годов эта страна испытывала острую потребность в экономии средств.

Хотя реформа здесь началась еще в «богатые времена». Ведь маленькие деревни как самостоятельные единицы не только экономически невыгодны, но и просто неэффективны.

На первом этапе реформы, в 1999 году, количество муниципалитетов сократилось в пять раз, с 5825 до 1033. Второй этап продолжил сокращение: число муниципалитетов уменьшилось с 1033 до 325, а регионов — с 50 до 13. Некоторые функции, которые ранее осуществлялись на региональном уровне, были переданы укрупненным муниципалитетам.

Масштаб реформы действительно впечатляет: в два этапа количество местных общин сократилось почти в 18 раз, с 5825 до 325.

Греция, конечно, стала не единственной страной Балкан, которую зацепила «мода» на укрупнение общин. В 2015 году в Албании произошло радикальное объединение муниципалитетов, их количество сократилось с 380 до 61.

Интересен также пример Македонии. В начале 1990-х годов эта страна решила идти «против течения». В то время как государства Западной и Северной Европы работали над слиянием общин, здесь решили разделить их. Вместо 34 муниципалитетов здесь создали 123, почти в четыре раза увеличив количество органов местного самоуправления… Но через 10 лет страна была вынуждена признать ошибку.

Разрозненные общины пришлось заново объединять. После реформы 2002 года здесь осталось 80 муниципалитетов.

Запад в теме

Конечно же, «старая Европа» не осталась в стороне от этого процесса. Наоборот — здесь реформа началась раньше.

Мы уже упоминали, что первая волна объединений прошла еще в 60-70-х годах прошлого столетия, но кое-где этот процесс продолжается. Например, в Норвегии, где недавно начался амбициозный процесс объединения муниципалитетов.

В Ирландии (которая, к слову, тоже сложно пережила финансовый кризис) муниципалитеты уже были достаточно большими, по украинским меркам, но их дополнительно сократили — с 85 муниципальных единиц до 31. Дания в 2006 году уменьшила количество муниципалитетов с 271 до 98, а 19 областей заменила пятью регионами.

Не все государства решились на принудительное объединение регионов.

В Финляндии продолжается постепенная реформа, в результате которой количество муниципалитетов сократилось с 460 в 1990 году до 320 в 2014 году. Нидерланды также длительное время постепенно сокращали их количество — с 672 в 1990-м до 403 в 2014 году.

Но, конечно же, эти масштабы объединения несопоставимы со «странами-лидерами».

«Все государства, которые достигли успеха в объединении общин, прошли через этап их обязательного слияния. Исключением являются разве что страны, которые за 20-25 лет уменьшили количество муниципалитетов на 20-25%, как Нидерланды», — объясняет Даниэль Попеску.

Решится ли Киев на добровольно-принудительный этап (например, как в Эстонии)? Вопрос остается открытым. Следует подчеркнуть, что Совет Европы не требует от нас выбрать тот или иной сценарий.

К тому же Украина может с гордостью говорить, что по темпам добровольного объединения мы уже стали лидерами в Европе. С 2015 года в Украине создано почти 700 ОТГ, то есть почти 30% сел, поселков и городов за три года договорились о слиянии.

Но как уговорить присоединиться к ним остальные 60%?

Ни одному государству Европы не удалось довести добровольный процесс до завершения.

«Если Украина на чисто добровольной основе завершит широкомасштабное объединение общин за короткий срок, она может стать первой страной в мире, которая достигнет этого», — говорит Попеску, один из ключевых экспертов Совета Европы по этому вопросу.

Что ж, посмотрим. Возможно, Украина действительно будет первой.

Или, возможно, мы все-таки выберем испытанный путь, и одно из следующих правительств объявит принудительную реформу.

Сейчас можно утверждать одно: для Украины эта реформа неизбежна, и рано или поздно она произойдет. И на этом пути опыт других стран (соседей и не только их) очень важен. Тем более что приведенные 10 примеров (Грузия, Латвия, Эстония, Греция, Македония, Албания, Ирландия, Дания, Нидерланды и Финляндия) — это не исчерпывающий перечень стран, которые проводили подобную реформу.

Изучать и учитывать их опыт нужно прежде всего нам самим.

Сергей Сидоренко — редактор «Европейской правды».

Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 27 декабря 2017 > № 2440293 Сергей Сидоренко


Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 27 декабря 2017 > № 2440266 Слава Рабинович

Если Москва двинет войска на Мариуполь и Крым, все взорвется изнутри

О реакции России на предоставление Украине «Джавелинов».

Слава Рабинович, Апостроф, Украина

Предоставление Украине летального оружия и, тем более, ПТРК «Джавелин», является поводом для угроз с российской стороны. Но у Москвы нет возможностей для очередного военного удара по Украине. Такое мнение высказал «Апострофу» российский блогер и финансист Слава Рабинович.

Предоставление комплексов «Джавелин» Украине, судя по тому, что я читаю в прессе, это done deal, то есть действие, которое совершенно точно произойдет. Это, во-первых. Во-вторых, это то, какой может быть реакция России на такой шаг. Действия РФ против Украины в 2014 году были встречены украинской властью, украинским обществом и украинской армией таким образом, что это может быть названо week and meek, то есть слабо и вяло. Сейчас не будем вдаваться в подробности, почему так получилось, но это уже давно описано.

Все, что может сделать Россия сейчас по поводу предоставления летального оружия, в том числе противотанкового, Украине — это пыжиться, тужиться, что угодно говорить, но она ничего больше не может сделать против Украины, по многим причинам. Во-первых, украинская армия сейчас не та, которая была весной-летом 2014 года.

Во-вторых, совершенно понятна позиция мирового сообщества.

И, в-третьих, самое главное — это те дополнительные санкции, которые будут введены в этом случае против путинской ОПГ, вплоть до отключения «СВИФТ» (SWIFT), частичного или полного эмбарго на основные товары экспорта РФ.

Тем не менее, мне кажется, что было бы неплохо протестировать путинскую ОПГ на инстинкт самосохранения. Потому что если они его потеряли полностью — как было похоже в конце зимы-в начале лета 2014 года — эта ОПГ полностью взорвет собственный режим.

Что может сделать Россия? Начать военное вторжение в сторону Мариуполя и пробивать сухопутный коридор в Крым, как это планировали в 2014 году? Тогда будет обрушена банковская система в России, будет закрыт «СВИФТ», будут широчайшие секторальные санкции…

Военная операция не может идти отдельно от того, что случится в России в этот момент. Несколько дней назад в тысячах или десятках тысяч кассовых аппаратов по всей России случился программный сбой, и российские ритейлеры потеряли десятки миллиардов рублей просто за полдня. Отключение «СВИФТ» и какие-то другие санкции повергнут в полный хаос всю российскую финансовую систему и не только.

Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 27 декабря 2017 > № 2440266 Слава Рабинович


Украина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 декабря 2017 > № 2437940 Александр Квасьневский

Александр Квасьневский: ЕС сделал для Украины больше, чем я ожидал, и даже больше, чем ожидал Путин

Элина Бекетова, 112.ua, Украина

Президент Польши в 1995-2005 годах Александр Квасьневский вошел в историю Украины как один из посредников во время политического кризиса в Киеве во время Оранжевой революции. Польша под его руководством окончательно перешла на рыночные рельсы, вступила в ЕС и НАТО. В это непростое для Киева и Варшавы время Квасьневский рассказал, как закончить конфликт между Украиной и Польшей вокруг исторического наследия, что может побудить Владимира Путина закончить войну на Донбассе, а также о перспективах вступления Украины в ЕС и НАТО.

«Нельзя отдавать диалог в руки националистов»

«112»: Когда мы с вами общались в сентябре, вы уже тогда сказали, что между Польшей и Украиной могут возникнуть напряженные отношения на почве национализма. Сейчас мы видим непростую ситуацию в отношениях. Что необходимо сделать, чтобы убрать эти разногласия, и может ли в этой истории каким-то образом быть задействована Россия?

Александр Квасьневский: По-моему все, что сейчас происходит, помогает России. Я не знаю, насколько они влияют на это, везде в мире говорят, что Россия влияет на все. И на выборы, и так далее, но я смотрю на это спокойно. И повторю то, что сказал вам в сентябре: будет большой ошибкой политических лидеров наших стран, если польско-украинский диалог будет в руках националистов с двух сторон, потому что тогда мы не найдем ответа, как разговаривать, не найдем идеи, как создать будущее, как организовать сотрудничество. Я бы предлагал лидерам наших стран начать серьезный диалог об истории. Историю мы уже не изменим. Она была очень трагическая, оценки были разные. Но она уже была. Есть хороший пример того, что произошло между Польшей и Германией или между Германией и Францией после войны. Это называется процесс примирения. И он связан с тем, что начинается диалог, что нет никаких табу, что спокойно среди академиков, историков, артистов, людей молодого поколения мы говорим обо всем, что произошло, какие факты, почему это так, что случилось, и тогда можно выработать взаимопонимание. И вот уже когда есть диалог и начинается взаимопонимание, только тогда уже возможен шаг к примирению. Я думаю, что есть много примеров в мире, как можно это делать, я думаю, что мы много сделали во время моего президентства и Леонида Кучмы, мы подписывали разные документы, открыли польское кладбище во Львове, а в Польше — кладбище украинцев. Думаю, было много небольших фактов, но таких, которые изменяли положение к лучшему. И теперь нужно вернуться к этой политике. Но самое главное — нельзя отдать эту тему в руки националистов. Потому что будет только хуже.

— Мы знаем, что будет работать комиссия на уровне вице-премьеров. Вы считаете, этого достаточно? Или президентам Порошенко и Дуде нужно придумать что-то еще?

— Это надо делать, конечно, такая комиссия должна быть, но это только одна метода. Важно тоже, чтобы эта комиссия пригласила к работе хороших историков с двух сторон. Я вам скажу так, мы в Польше придумали такую идею, что хотели написать книгу о польско-немецкой истории, которая была совместной книгой двух стран, чтобы там принимали участие и немецкие, и польские историки. Конечно, эта идея выглядела немножко странно. Я думал, что если они начнут работу и не будет согласия, то две стороны напишут свою версию. Я думал, что эта книга будет поделена, будут разные оценки. А в итоге оказалось, что этих разных оценок очень немного. Все, что касается фактов — для двух сторон ясно, что касается политических, исторических оценок, они более-менее совпадают. Я думаю, такая работа не для политиков, она для историков важна. Следующее, что нужно будет сделать — пригласить артистов, чтобы они тоже разговаривали об этом. Чтобы показать, как эта история выглядела, и посмотреть на гуманитарные элементы. Но и очень важно образование молодых людей, потому что без образования молодых людей, без исторической правды, без дискуссии не будет понимания всех этих проблем. Не будет настоящего примирения. Я думаю, нужно работать с учителями, надо работать со студентами. Надо спокойно об этом говорить, не использовать твердых аргументов. Только диалог поможет нам понять, какая сложная и трагическая у нас история. И это наша задача. И тех, кто являются лидерами наших стран, и молодого поколения, которое должно создать лучшее будущее, чтобы никогда мы не могли уже вернуться к этим страшным временам, которые были во время Второй мировой войны.

— Господин президент, спасибо за эти советы. Мы знаем, что сейчас в Польше новое правительство. Как вы считаете, какой будет политика Матеуша Моравецкого относительно Украины?

— Надеюсь, что не будет изменений. Я не хочу говорить про наших внутренних политиков. Как Черчилль когда-то сказал: я никогда за рубежом иностранным журналистам не говорю критически о своем правительстве, потому что я могу это сделать у себя дома. Но что касается Украины, я не беспокоюсь. По-моему, политика Польши на Украине более-менее стабильна. Лех Качиньский, брат-близнец (нынешнего лидера правящей партии «ПиС» Ярослава Качиньского, — прим. ред.), тоже шел в этом направлении, добавил своей активности к процессу, следующий президент Коморовский тоже это делал, надеюсь, что эта политика не будет меняться. Если бы я мог что-либо советовать премьеру Моравецкому и Дуде, то только то, чтобы активность этих отношений была более сильная… Я понимаю, почему она не такая сильная, потому что первые два года правительство занято теми делами, которые здесь в Польше. И, конечно, это понятно. Но стратегически Украина является нашим очень важным партнером, для нас ваш украинский суверенитет — это вопрос нашей безопасности. Я думаю, Моравецкий это понимает и будет развивать отношения как премьер-министр.

После выборов, возможно, Путин изменит стратегию в отношении Украины

— Анджей Дуда говорил в Харькове о том, что Польша поддержит инициативу Украины относительно введения миротворческой миссии на всей территории Донбасса. Польша уже в следующем году будет непостоянным членом Совета Безопасности ООН. Как можно повлиять на Россию?

— Каждый голос в рамках Совета Безопасности важен, но он не решающий, потому что решение может быть только тогда, когда все страны, которые имеют право вето, скажут для какого-то проекта «да».

— Или «нет», как это может сказать Россия…

— Или «нет»… К сожалению, я не вижу ничего, что может измениться в российской политике. Наверное, это не изменится до президентских выборов, которые, слава Богу, будут в марте следующего года. Нам нужно выдержать эти несколько месяцев, а потом конечно возникнет вопрос — что будет делать новый президент России. Я не знаю, как вам, но мне кажется, что это будет Владимир Путин, здесь сюрпризов никаких не будет (улыбается, — прим. ред.). Вопрос в том, насколько он может открыть новые возможности для отношения с миром. Без решения вопроса по Украине, без положительных шагов — например, миротворческие силы или конец помощи для всех этих сепаратистов, денег, оружия, которые он отправляет туда — без изменения этого украинский кризис и кризис отношений с Россией будет продолжаться, война и замороженный конфликт в Донбассе будет сохраняться, и это будет большой проблемой для Путина, которому надо провести модернизацию своей страны, а для этого нужны партнеры на Западе.

— А на что может пойти Путин, если будет понимать, что ему нужно показать Западу, что он демократический правитель?

— Я думаю, номер один — это решить вопрос Украины. Не думаю, что тут можно много сделать относительно Крыма, но что касается Донбасса, минского договора, конца поддержки сепаратистов и понимания со стороны Москвы, что Луганск и Донецк остаются частью Украины, имея какой-то специальный статус, форму своего самоуправления… И если он не будет этого понимать, не будет хотеть сделать, то будет это многолетний замороженный конфликт. Вы знаете, что Россия — это хороший специалист по замороженным конфликтам. Нагорный Карабах с 1991 года, Приднестровье с 1991 года, Осетия и Абхазия с 2008. Россия не боится замороженных конфликтов, они для других регионов и тех стран, где есть замороженный конфликт, и это страшно…

— А вы давно общались с Владимиром Путиным?

— Давно. У нас были хорошие отношения, встречал его, когда он был еще премьер-министром, а потом, когда в 2005 году завершил свое президентство после второго срока, согласно польской Конституции, у нас отношения были не такие хорошие, потому что первый кризис наших отношений — это была Оранжевая революция, потому что моя поддержка компромисса, круглый стол в Киеве, Путину это не понравилось, и с этого момента у нас тоже замороженные отношения.

— Вот вы говорите, господин президент, что необходимо подождать несколько месяцев до выборов…

— Но это недолго. 4-5 месяцев…

— А потом Путин что решит сделать? Отказаться от Донбасса, вернуть Крым? Или что он может сделать?

— Возможности такие… Первое — будет так, как теперь. Ничего не изменится, потому что по этой стратегии никаких шагов не будет…

— Будет держать Донбасс?

— Держать Донбасс — это означает дестабилизацию Украины, ограничение возможностей этой страны. Он может, конечно, считать, что будет новый кризис внутри Украины, и тогда новые политики, которые будут избраны во время следующих выборов, они будут более гибкие для Москвы, лояльные, дружеские… Такая возможность есть, но есть также такой сценарий: Путин понимает, он моложе уже не будет, для него важно, что он сделает для истории своей страны. Конечно, он может сказать, ничего другого не нужно делать, потому что такого популярного политика в России не было, не знаю, сколько десятков лет. Он очень популярный, и это не искусственная популярность. Он популярный.

— Это почему? Потому что есть Донбасс, Крым?

— И поэтому тоже. Сильный лидер, который борется за гордость. Россияне уважают таких сильных лидеров. И это очень интересно, что в других странах, например, если были бы санкции, то были бы экономические проблемы после такой политики, а сам политик имел бы какие-то проблемы, чтобы объяснить, зачем мы это делаем, мы живем хуже, у нас стандарты снижаются, но в России этого пока нет…

Смотрите, весь мир против нас…

— А мы воюем… И мы выдержим!

— А действительно ли выдержат? Как российская экономика справляется с санкциями?

— Это второй сценарий, о котором хочу рассказать. По-моему, он понимает тоже, что это большая страна, что нужно сделать глубокую модернизацию. И это модернизация не только промышленности — для России нужна модернизация государства, управления государством, децентрализация этой страны. Нужна глубокая реформа юридической системы. Один из близких сотрудников Путина мне сказал: «Теперь система управления России — это такая гибридная, между советской и ельциновской. Это не может работать в 21 веке. Это неэффективно. И по-моему, если Путин понимает, что этой стране необходима модернизация, что это нужно для эффективности этой страны, что это нужно, чтобы продемонстрировать серьезную роль этой страны. Смотрите, другой пример. Теперь никто в мире не знает российских товаров, которые были бы на международном рынке, хотя еще в 60-х годах Россия гордилась спутниками, космонавтами, конечно, оружием. А теперь нет. В 21 веке думать, что мы хотим быть суперсилой, имея только ядерное оружие, газ и нефть — этого мало.

— Что-то еще надо?

— Новые технологии, новые товары, новые идеи…

— А с этим у России не очень?

— Совсем нет! Я надеюсь, что Путин это понимает. И он будет хотеть сделать такие шаги, чтобы эта модернизация началась и чтобы он мог занять свое место в истории как человек, который не только возвратился к этой российской исторической гордости, но сделал современную страну, которая имеет эффективную экономику и так далее. Но если он пойдет в эту сторону, конечно, ему нужны нормальные отношения с миром, ему нужны тогда отношения с Западом, потому что Запад — это и политическая поддержка, и деньги, и технологии, и ноу-хау, и все-все-все… И если бы он выбрал после выборов такой проект, тогда надо найти выход из этого конфликта. Он должен предложить что-то, что будет приемлемо для Украины и что мир будет понимать, что это выход из замороженного конфликта.

— То есть, в ближайшие время не стоит ожидать быстрых решений по Донбассу и Крыму? Сколько необходимо лет, чтобы Украина восстановила там свой контроль?

— Никто этого не знает, одно могу точно сказать: ничего не нужно ожидать до выборов. Потому что сегодня каждый шаг на компромисс с Украиной избиратели Путина будут воспринимать не как силу и мудрость, а как слабость. Но выборы — это март следующего года, ну пусть еще один или два месяца будет реорганизация какая-то, хотя там вроде ничего не надо, Путин сидит в Кремле и будет сидеть в Кремле… Я думаю, первые интересные идеи будут перед летом следующего года. Но они как могут быть, так могут и не быть. Если такой замороженный конфликт будет продолжаться и это будет для него интересно, это может затянуться на много лет. Это может быть весь срок Путина как президента или еще дальше. Поэтому повторяю еще раз: Россия — хороший специалист по замороженным конфликтам. Они этого не боятся, они этим управляют.

— Шансов у российской оппозиции никаких нет?

— Конечно, нет. Первое — популярность Путина высокая, второе — это система так организована, что оппозиция — как коммунисты и Жириновский, которые имеют свое место в этой системе, так и те, кто хочет организовать демонстрации на улице — они пока шанса не имеют. Если страна не будет модернизироваться, почему так много молодых людей пошло с протестами не только в Москве и Петербурге, но и в других городах? Этого никогда не было, чтобы во многих городах молодые люди пошли показать, что они думают. Потому что этот лозунг борьбы с коррупцией, — это первая правда и это сильно организует все эти эмоции, и конечно, это большая проблема, что с этим делать. Но пока еще в следующем году для оппозиции никаких серьезных шансов нет.

Киев должен выполнять домашние задания

— Если Россия — это специалист по замороженным конфликтам, то как необходимо дальше действовать Европе? Достаточно ли делает Европейский Союз для Украины и, например, Польша?

— Скажу как реалист — мечтать можно, многие мои украинские друзья мечтают о том, что ЕС может сделать. Я вам скажу, что с моей точки зрения, Европейский Союз сделал больше, чем я ожидал, я думаю, сделал больше, чем думал Путин. Потому что Путин после Крыма и после Донецка был уверен, что атака не может пойти со стороны Германии, потому что у него всегда были близкие отношения с Германией. Первая сильная критика со стороны Меркель — он был уверен, что ЕС такая структура, что поболтают, поговорят, ничего не будет. А тут ЕС показал, что принимают санкции, все принимают санкции, даже такие страны, которые всегда к России имели теплое отношение, как Италия, как Испания, я думаю, что он не ожидал, что реакция будет такая…

— Кардинально жесткая?

— Да-да, жесткая и объединенная. Пока ЕС держит это, а нужно сказать, что для многих европейских лидеров это очень неудобно, их бизнес, предприниматели все время говорят, мол, уходите от этих санкций, нам этот российский рынок нужен. Они под сильным нажимом своих крупных бизнесменов. Второе, что касается отношений ЕС и Украины, шаг по безвизовому режиму — исторический, это помогает миллионам людей учиться, путешествовать, работать. Третье — если Украина будет проводить реформы, исполнять условия Соглашения об ассоциации, европейских законов, сотрудничество ЕС и Украины будет теснее… Этот процесс долгий. Мы подписали первый договор с ЕС в 1991 году, мы стали членом ЕС в 2004, нужно было 13 лет, а все говорят в мире и в Европе, что Польша была самым хорошим учеником в этой школе. И все-таки надо было 13 лет. Надо понимать, что если этот процесс идет положительно с двух сторон, все равно это не будет через месяц или год, это будет через несколько лет. Но это, конечно, будет процесс сближения.

— Интересно, сколько тогда Украине понадобится лет, чтобы стать членом ЕС и НАТО?

— Европейский Союз — это легче представить себе, если Европейский Союз будет развиваться нормально. Парадокс, но для вас есть новый шанс, потому что Европейский Союз без Великобритании создает немножко больше пространства для новых стран, для таких больших стран, как Украина.

— Думаю, можно представить Украину в близких отношениях в течение следующих 10-15 лет.

— Важно, чтобы в это время ЕС не вошел в следующий кризис, или, например, волна мигрантов не была такая сильная. Ведь тогда в ЕС скажут, что не можем никого принимать, это зависит от многих факторов. Но самое главное, чтобы, несмотря на все факторы, которые очень сложно предусмотреть, надо делать свое. Я вам скажу такую вещь — во время вступления Польши в ЕС я разговаривал со многими лидерами, и они все время мне говорили: «Александр, вам надо делать домашнее задание!» Я чувствовал себя как ученик. Но после этого, я вам скажу, хорошо сделанное домашнее задание очень помогает. И все эти скучные политики, которые говорили о домашнем задании, они были правы.

— Это помогало или мешало?

— Это помогало, потому что это надо было делать… Если этого не сделаешь, опоздаешь, не можешь использовать деньги, которые приходят. Первое, что Украина должна знать и делать — это выполнить свою домашнюю работу, тогда будут неплохие условия, чтобы сделать этот окончательный шаг. Что касается НАТО, по-моему, здесь проблема сложнее, потому что здесь Россия. Да, они не хотят ЕС и Украины в ЕС. По-моему, Россия заинтересована, чтобы ЕС был в каком-то постоянном кризисе и не мог идти вперед. Им такой сценарий, что Украина будет в ЕС, не понравится, но его еще можно принять. Но что касается НАТО, их позиция жесткая. Потому что они были против расширения НАТО, я это понимаю хорошо, я боролся за это, помню наши разговоры с Ельциным, главный аргумент был, что во время объединения Германии Запад обещал Горбачеву, что как бывшая Германская демократическая республика дальше НАТО не пойдет. А пошло — в Польшу и так далее.

И, конечно, многие политики на Западе имеют такое впечатление, что уже тогда это было таким большим риском сделать, а теперь пойти еще дальше, еще ближе к России, это будет очень большой риск и может быть ошибкой. Я думаю, это серьезная проблема и в отношениях с Америкой, и со многими странами НАТО. Но это не проблема с Польшей, очень важно для Польши, чтобы Украина была в НАТО. Что касается НАТО, здесь проблема сложная, здесь очень важно посмотреть, как будут эти все вопросы безопасности развиваться, потому что теперь видно, что Европа подписывала документы о том, как организовать свою структуру безопасности. Не думать, что вот есть НАТО, что оно нам поможет, а организовать европейские силы, европейский потенциал, потому что американская политика меняется. Это началось еще перед Трампом, они теперь фокусируются не только на атлантической зоне, они смотрят больше в сторону Азии. И здесь тоже будет важно, может быть, в этой системе безопасности и военного сотрудничества Европы можно найти какое-то место, которое будет хорошей гарантией безопасности для Украины.

— Но это получается не НАТО, а отдельная система безопасности в Европе?

— Это все может быть. Несмотря на Украину, этот процесс уже пошел, здесь будет много чего меняться, вам на это тоже нужно смотреть. Запад, конечно, имеет большую проблему с Украиной. Почему? Потому что все гарантии, которые дали члены Совета безопасности ООН и которые были подписаны в Будапеште, после того, как Украина отказалась от ядерного оружия, они были только на бумаге. Во время кризиса в Крыму оказалось, что бумага — это только бумага… И теперь, конечно, найти какую-то новую форму гарантий безопасности для Украины — не принимая Украину в НАТО — это вопрос сложный, потому что надо ответить тогда и вам, и украинским лидерам, на какие гарантии будет подписана следующая бумага?

— То есть, можно сказать, та бумага была не выполнена…

— И другая тоже не будет. Здесь очень тонкая проблема.

— А вот если мы говорим о том, НАТО вообще нужна Украина? Или там не особо видят Украину?

— Конечно, для безопасности в Европе Украина очень важна. Потому что это большая страна в центре Европы, между Россией и Западом и так далее. Проблема в том, что при такой реакции России, конечно, очень сложно решать этот вопрос. Идеальное положение, которые мы можем изобразить — это хорошие отношения НАТО и России, все вместе работаем над безопасностью, и Украина тогда может быть членом НАТО, а Россия говорит: «Нам это не мешает, мы работаем хорошо с НАТО, пусть будет». Но она так не скажет. Мы хорошо знаем, что они говорят все время «Нет!» То есть Украина в НАТО — нет!

— То есть, Россия всегда будет ставить палки в колеса?

— Это 100%! Но вопрос в том, какие будут отношения между миром и Россией? И какая будет возможность решения этого вопроса. Если, конечно, ценой за это решение будет какая-то новая война, тогда все будут бояться это сделать… Если же это можно будет сделать, как в нашем случае, для Польши, Чехии, Словакии, Венгрии, мы вошли в НАТО, и ничего плохого не случилось… Живем, работаем. Но это были другие времена, конец 20-го века, теперь уже будет 20 лет нового века, он сложнее и хуже. Проблема безопасности сегодня выглядит гораздо сложнее и хуже, чем 20 лет назад.

— Господин президент, вы вспомнили о безвизовом режиме. Что означает для Польши больше миллиона украинцев разных специальностей?

— Это означает хорошую вещь. Первое — они помогают нашей экономике. Вам надо знать, что после входа Польши в ЕС, более 2,5 миллиона поляков поехали работать, прежде всего, в Великобританию, Ирландию, Францию, и, конечно, сегодня без наших украинских друзей очень тяжело развивать строительство. Это нормально. Это, по-моему, такой свободный рынок труда, где украинцы находят в Польше хорошую работу с лучшей зарплатой, чем у себя. А для нашей экономики они очень важны. Я думаю, что это будет продолжаться. Это не создает никаких проблем в смысле каких-то напряжений, какого-то там культурного конфликта. Надо сказать, что мы люди очень похожие, языки похожие, это не создает никаких больших проблем. Есть какой-то один или второй случай, который кому-то может не понравиться, но я думаю, что этот миллион украинцев, который здесь работает, который заработал деньги и помогает своим семьям на Украине, — это часть нормальности 21 века.

«Шанс стать генсеком ООН потерял в Киеве»

— Сменим тему. Смоленская трагедия. Появились новые подробности, мол, на крыле Ту-154М нашли следы взрыва. Весной еще будут детали. Будут какие-то неожиданности? И если Польше удастся доказать, что Россия виновата в этой катастрофе, какие могут быть последствия для России?

— Нет никого в Польше, кто больше бы использовал этот самолет, чем я. Я его хорошо знаю, летал 10 лет, был в Азии, Южной Америке. По-моему, все, что раньше сказала комиссия, которой руководил господин Миллер, это все правильно — это был несчастный случай, много сделано ошибок, по-моему, здесь не было никакого взрыва, не было никакого политического заговора или чего-то такого… Я не ожидаю, что много серьезного можно еще найти… Посмотрим, что эта комиссия, которую создал уже после выборов министр обороны, что она нам скажет. Конечно, все что говорится в Польше об этой катастрофе, не помогает отношениям между Польшей и Россией. Но эти отношения и раньше были на таком уровне. Уровень отношений был совсем низкий. Я хотел бы, чтобы был положен конец этой политической игре вокруг этой катастрофы. Для жертв, для их семей было бы важно сказать, что это было большое несчастье, трагедия, но не используйте больше это для политических целей, потому что это плохо.

— Господин президент, давайте о вас поговорим. Вот вы не планируете вернуться в активную политику? Потому что после президентства в 2005 году вы говорили, что не против стать генеральным секретарем ООН. Такое желание еще есть?

— Тогда такая возможность была. Говоря откровенно, я потерял эту возможность в Киеве. Потому что тогда Черномырдин, который был послом России в Киеве, он даже спрашивал меня, а не заинтересован ли я. Но я знал, в чем дело, во время вашего круглого стола. Это было мне понятно. Если бы я сказал, что я заинтересован, тогда надо было работать в этом конфликте совсем по-другому. Я абсолютно не имею с этим проблемы, горжусь тем, что помог тогда Украине выйти из того конфликта. Теперь не думаю ни о чем таком конкретном, потому что быть бывшим президентом — это тоже политика.

— Не планируете баллотироваться в президенты в Польше?

— Нельзя. Я вам расскажу такую историю. Перед выборами в 1995 году я был председателем конституционной комиссии, и мы там написали, что в Польше можно быть избранным президентом два раза, по очереди, не по очереди — просто два раза. Я вам расскажу хорошую историю. Я прощался в 2005 году с Бушем в Америке, и в Белом доме был организован хороший обед, и он там спросил:

— Александр, вот ты такой хороший президент, скажи, почему ты не можешь еще быть в третий раз президентом?

А я говорю, мол, знаешь, такая у нас Конституция, у нас нельзя.

— Какой дурак написал эту Конституцию?

— Тихо, этот дурак сидит рядом с тобой.

Это был я. Но я думаю, что это правильно. Я абсолютно уверен, что для здоровой демократии два раза по 5 лет — это хорошо, достаточно, чтобы много сделать и уйти и чтобы люди вспоминали хорошо. Я много раз на улице встречаюсь с людьми, и они спрашивают, мол, господин президент, почему вы не можете еще раз. Мне это приятно… Лучше жить с такой мыслью, чтобы все думали, почему я не могу еще раз, чем быть три ли четыре раза президентом, и все думали, когда же он уйдет, когда уже будет его конец. Для демократии это правильно.

Украина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 декабря 2017 > № 2437940 Александр Квасьневский


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433226 Олег Жданов

Война на Донбассе: кто даст Украине оружие, которого боится Россия

Олег Жданов, Апостроф, Украина

Госдепартамент США одобрил продажу Украине летального оборонительного оружия. Киев сможет купить некоторые легкие вооружения и стрелковое оружие, но для него по-прежнему недоступны противотанковые ракетные комплексы Javelin. Правда оружие, которого боятся военные Владимира Путина, Украина может получить и не от Соединенных Штатов. Такое мнение высказал «Апострофу» военный эксперт Олег Жданов.

Вы выходите на рыцарский бой не с деревянным мечом, а с железным. То же самое — Javelin и наши противотанковые комплексы, он на целое поколение лучше. Javelin для ведения боевых действий — это довольно критично для РФ. Имея, допустим, эти комплексы, мы спокойно выбиваем бронеобъекты из их системы обороны или, не дай Бог, боевых порядков наступающих войск. Тогда наступление сводится к нулю. Поэтому, может быть, Javelin не включили в список разрешенных к продаже вооружений, чтобы не дразнить Россию.

Но это абсолютно не принципиально. Для нас принципиально, что Дональд Трамп дал официальное разрешение на поставки летальных видов вооружений для Украины. Не забывайте, что Канада включила нас в список стран, которым можно продавать любые виды вооружений. Поэтому получить Javelin мы можем и у Канады. Получить мы их, в конечном итоге, можем и через Чехию, которая также включила Украину в список стран, которым можно продавать летальные виды вооружений.

Поэтому то, что США пока не разрешили своим компаниям продавать нам Javelin — совершенно не принципиальный момент. И здесь надо отдать должное американской президентской администрации, что уже наконец-то есть официальное решение. Теперь все зависит только от нас.

В этом году мы уже получили 350 млн долларов военно-технической помощи — не деньгами, а именно помощью. В том числе, Соединенные Штаты поставляли нам санитарные Hummer и снайперские винтовки. Правда, у нас немножко неправильно это преподносят: как будто это президент (Петр Порошенко) дарит Вооруженным силам, а не США. Но 350 млн они реализовали. На следующий год включено летальное вооружение — и системы ПВО, и стрелковое оружие. Список уже согласован Пентагоном и Генеральным штабом ВСУ. Поэтому вопрос лишь в том, что мы хотим попросить и что они готовы нам в рамках этой помощи предоставить.

Вопрос — куда мы собираемся тратить, вопрос нашего поведения. В 2014 году Канада нам предлагает истребители F-16 — мы спускаем на тормозах, делаем вид, что не слышим. В 2015 году нам предлагают те же Javelin — мы же быстро принимаем на вооружение ПТУР (противотанковая управляемая ракета, — «Апостроф») «Стугна», говорим, что он лучше в десять раз, хотя он хуже на целое поколение. В этом году опять весной была волна: Javelin — дадут или не дадут. Мы сразу же что сделали? Приняли на вооружение ПТУР «Корсар» и сказали: «А он еще лучше, чем Javelin». То есть мы сами, с одной стороны, бегаем-просим (правда, внутри страны), а когда нам за рубежом говорят: берите, ребята, деньги на помощь и вот, пожалуйста, покупайте, — мы говорим: не-не-не, у нас все есть свое, самое лучшее.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433226 Олег Жданов


Украина. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433224 Валентин Гайдай

Резолюция ООН по Крыму: действительно ли весь мир с нами?

Украина это мячик на поле большой геополитической игры.

Валентин Гайдай, Корреспондент, Украина

19 декабря этого года Генеральная Ассамблея ООН приняла очередную декларацию по Крыму. Украинская сторона отмечает победу. Но так ли это на самом деле? Попробуем разобраться.

Вначале несколько слов о самой резолюции. Это была очередная резолюция, касающаяся аннексии Крыма и нарушения прав человека на полуострове. Документ поддержали 70 стран-членов ООН, воздержались 76, еще 26 стран выступили против, так же несколько стран вообще не принимали участие в голосовании.

Президент Украины Порошенко, естественно, приветствовал принятие этой резолюции, отметив, что данная резолюция это «сигнал агрессору как оккупационной власти, что за нами верховенство международного права, правда и справедливость», а министр иностранных дел Украины П. Климкин и вовсе назвал принятый ГА ООН документ «самым сильным по Крыму» и отметил, то международное давление на РФ касаемо крымского вопроса усиливается.

Но, увы, на самом деле, все выдается не таким гладким.

С одной стороны все прошло вроде бы ожидаемо — за украинскую резолюцию выступили ожидаемо подавляющее большинство стран Европы, Северной Америки, Турция, ряд арабских государств, Япония, Южная Корея. Но вот количество стран воздержавшихся от голосования или проголосовавших против, свидетельствует не только о поляризации мира, усиления противоречий между Западом и другими геополитическими центрами, но и о падении имиджа Украины на международной арене, ее провальной внешней политики. Ведь если бы наша дипломатия была на порядок эффективнее, а Украина проводила многовекторную внешнюю политику — возможно, мы бы имели в своей когорте значительно больше сторонников и/или добились бы нейтралитета ключевых государств, нажавших на красную кнопку во время голосования за резолюцию по Крыму. Ведь сложно не согласится, что сторона России выглядит более уверенной, когда в одном ряду с ней стоит не только КНДР, Сирия, пара-тройка банановых республик, но и Китай, Индия, ЮАР, Казахстан.

Главная проблема внешней политики Украины — ее зацикленность на западном векторе. Уже минимум 4-й год Киев жадным взглядом смотрит на Запад и не обращает внимание на альтернативные направления внешней политики. Такими альтернативными направлениями являются в первую очередь — ряд азиатских государств — КНР, Индия, Пакистан, Казахстан, во вторую — страны Латинской Америки, некоторые страны Африки. Практически со всеми этими государствами у Украины либо вообще отсутствует какой-либо плодотворный диалог, либо нынешние отношения вряд ли можно называть партнерскими и стратегическими. Следовательно, принимая то или иное решение по Украине, эти государства не могут руководствоваться мотивацией сохранения нормальных отношений с Киевом, поскольку их нет в принципе.

Таким образом, если бы украинские власти перестали различать только одну сторону света — Запад и устремили бы свой взор на другие страны, вполне возможно, что наш международный авторитет вырос, а резолюции ООН по Украине принимались с гораздо большим количеством голосов.

Несколько примеров

На сегодня между Украиной с одной стороны и такими странами, как Китай, Индия и Пакистан есть интерес в сотрудничестве в таких отраслях как машиностроение, космической, авиационной отраслях, аграрном секторе; потенциально может появится интерес в военно-промышленном сотрудничестве, научной сфере. Но давайте теперь вспомним, какие и, главное, на каком уровне были контакты с этими государствами у Украины за последние даже 5-6 лет, не говоря о периоде после второго майдана. Ответ очевидный — плодотворных контактов и стратегии взаимоотношений с ними нет.

Поэтому, почему нас удивляет нейтралитет по Крыму Пакистана или голосование против Индии и Китая? Безусловно, они голосовали не столько против Украины, сколько против мнения Запада, решив укрепить альтернативную ему сторону — Российскую федерацию. Но, вполне можно предположить, что некоторые из этих стран можно было бы или вывести в нейтралитет (КНР, Индию, страны Центральной Азии) или, даже, принять украинскую сторону.

Это же касается и стран Латинской Америки, некоторых арабских государств, которые не нажали зеленую кнопку. Да, США, Европа, Канада, Япония — это очень важно. Но мы так же должны понимать, что голосовали «За» они не от большой любви к Украине, а из тех же соображений, что и голосовавшие «Против» — в связи с геополитическим противостоянием Запада и России, в котором Украина, увы, субъект.

Другой пример — Сербия. Сербия — одно из немногих европейских государств, голосовавших против резолюции. Наверное, всем известны стратегические отношения Белграда и Москвы, но даже тут Украина могла бы договорится с Сербией по крымскому вопросу и так же вывести ее в нейтралитет. Несложно догадаться, что в этом бы ей помог вопрос Косова. Как известно, Украина до сих пор не признала независимость Косово и считает его частью Сербии, в то время, как практически все европейские страны независимость Косово признали. Таким образом, можно было бы дать сигнал Белграду о том, что либо отношения между двумя странами будут развиваться по принципу «Косово — это Сербия, Крым — это Украина», либо Украина оставляет за собой право признать независимость Косово в случае, если Сербия и дальше будет голосовать против резолюций, касающихся территориальной целостности Украины.

Это всего пара примеров того, как можно реально расширить круг друзей и партнеров Украины проводя разновекторуную политику и расширяя сотрудничество с азиатскими, южноамериканскими и, даже, африканскими странами.

Таким образом, именно на это и должна быть ориентирована внешняя политика Украины. Но вместо этого мы, к сожалению, наблюдаем то, что украинские власти смотрят на мировые процессы сквозь розовые очки наивно считая (или делая вид), что весь мир с нами. На самом же деле — Украина это мячик на поле большой геополитической игры.

Украина. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433224 Валентин Гайдай


Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433220 Степан Полторак

«Мы должны рассчитывать на собственные силы»

Министр обороны Украины Степан Полторак — об итогах года для армии

Геннадий Карпюк, День, Украина

2017-й год был важным для нашей армии. Мужество и победа обновленного войска дали государству бесценный ресурс — время. Украинские защитники не только не отступили, но и ощутимо улучшили тактическое положение на линии столкновения. Цена такой непоколебимости невероятно высока — жизнь и здоровье многих воинов-патриотов. В это время отечественные Вооруженные силы учились, совершенствовали возможности, наполняли конкретным содержанием запланированные оборонной реформой стратегические шаги. Они значительно приблизились к образцу армии, построенной на фундаменте натовских стандартов и подходов. Конечно, были и проблемы, потери, что-то не удалось, но Украину не остановить — она поднялась, распрямилась. Ее уже никогда не придавит груз колониального прошлого. О том, каким выдался еще один год украинского войска, на какие перспективы следует надеяться в будущем, мы спросили у главы Министерства обороны генерала армии Украины Степана Полторака.

«ВПЕРВЫЕ ЗА ВРЕМЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ПРЕДОСТАВЛЕНО 3 МЛД ГРИВЕН В ГОД НА СТРОИТЕЛЬСТВО ЖИЛЬЯ ДЛЯ ВОЕННЫХ»

— Степан Тимофеевич, сначала поинтересуюсь перспективой. Скажите, пожалуйста, насколько оборонный бюджет 2018-го отличается от текущего? Как в нем поддержаны потребности ведомства?

— На 2017-й мы получили 69,2 миллиарда гривен, что составляет 2,43% ВВП. Израсходовали их следующим образом. 13,5 миллиардов — на закупку и модернизацию вооружения и военной техники, 43 миллиарда пошли на содержание персонала, 9,5 — это эксплуатационные расходы, а 2,9 миллиарда направилы на поддержку инфраструктуры. Почти 3 миллиарда из этой суммы перенесены на 2018-й. Наш минимальный запрос на следующий год составлял 141,2 миллиарда гривен. Фактически из госбюджета Минобороны получило 86 миллиарда, что составляет 2,58% ВВП. И даже этот финансовый ресурс дает возможность значительно увеличить — на 21% — объем закупки и модернизации вооружений и военной техники. Выросли и расходы на развитие инфраструктуры и эксплуатационные расходы. Больше средств запланировано на содержание персонала, повышение живучести баз и арсеналов, строительство жилья и подготовку личного состава. Расходы на 2018 год планировали в соответствии с нашими возможностями. С учетом уже полученного бюджета, основные расходы распределили так, чтобы обеспечить выполнение Вооруженными силами боевых задач. Кстати, за времена независимости впервые выделено столько средств — 3 миллиарда гривен в год — на строительство жилья для военных. Конечно, мы нуждаемся в значительно большем ресурсе, но следует учитывать и возможности нашей экономики.

Основными приоритетами финансирования Министерства обороны на следующий год является оснастка войск современными образцами вооружения и военной техники, надлежащее тыловое обеспечение и повышение соцзащиты военнослужащих. Так, на 2018 год предусмотрено 300 миллионов гривен на закупку танков «Оплот».

— Подведем итоги 2017-го. С какими главными достижениями он войдет в историю нашего войска?

— Я выделил бы десять основных достижений года.

Прежде всего, это достижение высшего уровня социальных гарантий военнослужащих, в частности увеличение денежного довольствия. Особенно это почувствовал тот, кто находится на линии столкновения, сержанты и военнослужащие, выполняющие опасные задания. Правительством усовершенствован порядок начисления денежного довольствия, который не изменялся десятилетиями. Это позволит установить зависимость размеров окладов — должностного и по воинскому званию — от прожиточного минимума, будет гарантировать ежегодный рост размера денежного довольствия в зависимости от улучшения социальных стандартов в государстве. С начала года военнослужащим выделены 928 квартир, обеспечены жильем 433 участника АТО, продолжается строительство 91 жилого комплекса для размещения наших контрактников и работа на 430 объектах военной инфраструктуры.

Во-вторых, укомплектованность войска стала лучше. В этом году с Вооруженными силами заключили контракт 34 тысячи человек. Если учесть показатель прошлого года, то всего мы взяли на контракт более 100 тысяч человек, перейдя таким образом на контрактную армию. Напомню: 20 тысяч строковиков не принимают участия в АТО. Сформирован и оперативный резерв численностью 136 тысяч человек, большинство из которых зачислены в первую очередь резерва бригад и полков. На базе Черниговского областного военкомата завершен эксперимент по созданию территориального центра комплектования и социальной поддержки. Так мы отходим от несколько негативного восприятия обществом военкоматов. Практически осуществлены отдельные меры по реализации Закона Украины «О Едином государственном реестре военнообязанных». В частности, завершена работа по запуску автоматизированной системы упомянутого реестра.

В-третьих, удалось оптимизировать структуру и численность аппарата Минобороны. Более 40% подразделений Генштаба и других органов военного управления приведены к типичной структуре штабов НАТО, унифицирована структура воинских частей боевого состава. Ранее здесь было много проблем. Активно реформируется система управления государством в условиях чрезвычайного положения и особого периода. Разработаны принципы оборонного планирования на основе возможностей в Министерстве обороны и Вооруженных силах, утвержден каталог таких возможностей и рекомендации по их оцениванию. Фактически заложен фундамент следующих этапов оборонной реформы. Сейчас работаем над организацией высших академических курсов по вопросам оборонного планирования по стандартам НАТО и Школы оборонного менеджмента.

Четвертое важное достижение — это улучшение обеспечения Вооруженных сил вооружением и военной техникой. На протяжении года в войска поставлено 1,4 тысячи новейших и модернизированных ее образцов. Мы расширяем сотрудничество в военно-технической сфере с иностранными партнерами, прежде всего со США, Канадой, Польшей, Литвой. В частности, правительство Канады включило Украину в перечень стран, в которые разрешен экспорт стрелкового оружия и оборудования.

Следующая позиция успеха — высшее качество учений благодаря изменению их методов и форм. В этом году количество учений в составе бригад или полков выросло на 65%. Во время подготовки используется почти 670 стандартов НАТО на разных уровнях. Чтобы решить проблему взаимодействия между силовиками, в 2017-м проведено более 30 учений с коллегами из других силовых структур.

Пункт шестой — создание фундамента эффективной системы логистики и создание Главного управления логистики Вооруженных сил. 23 военных части перешли на новую систему питания, в следующем году на нее перейдут еще 80 частей. Седьмое достижение — улучшение медицинского обеспечения, а восьмое — успешное восстановление военной инфраструктуры: учебных центров, полигонов. Отмечу отдельно расширение сети военных вузов и изменение подходов к отбору и обучению будущих офицеров. И завершает этот перечень дальнейшее укрепление международной поддержки нашей оборонной реформы.

Считаю: задачи, которые мы ставили в Стратегическом оборонном бюллетене на 2017 год, выполнены на 90%. А трудности в основном касались законодательной базы. Например, до сих пор не принят закон о военной полиции, который очень нужен. На следующий год запланировано много работы. В частности, до конца 2018-го министром обороны должно быть гражданское лицо.

«НАТО ПОМОЖЕТ, НО СЛЕДУЕТ УСИЛИТЬ ВОЗМОЖНОСТИ УКРАИНЫ»

— Кстати, о поддержке партнеров. Конгресс США предусмотрел предоставление в 2018 году 350 млн долларов помощи украинской армии. Как эти средства будут расходоваться?

— Сразу отмечу: эти деньги назначены на весь сектор безопасности и обороны. И поступят они в два этапа. Что касается первых 175 миллионов долларов, решение уже есть. Летом рассмотрят вопрос по второй половине суммы — по итогам оценки динамики оборонной реформы и согласования Конгресса. Мы обратились к коллегам из Минобороны США и указали, что нам требуется. Прежде всего, средства РЭБ, связи, беспилотники. Причем от американской стороны получаем не средства, а только определенную продукцию. А вот предоставление летального вооружения требует политического решения американского руководства. Министр обороны США Джеймс Мэттис, председатель объединенного комитета начальников штабов генерал Джозеф Данфорд, поддерживая идею предоставления Украине вооружения, отмечают наличие политической воли Белого дома. Надеюсь, решение будет позитивным. С 2014-го Вооруженные силы Украины получили американской гуманитарной и материально-технической помощи на около 240 миллионов долларов. В частности, это станции контрбатарейной борьбы, средства связи, бронированные автомобили, медицинское оборудование, системы имитации боевых действий.

— Многих волнует вопрос, когда же наконец нам будут поставлять ПТРК «Джавелин»?

— В упомянутом списке есть и «Джавелин» как эффективное средство противотанковой борьбы. Все зависит от решения американской стороны. Но сейчас мы делаем ставку на отечественные средства, которые прошли существенную доработку. Это «Стугна», «Корсар» и «Скиф». Кстати, недавно значительно увеличен заказ по ним на следующий год.

— Каким может быть ответ России на поставки «Джавелинов»?

— Честно говоря, предусмотреть реакцию России трудно, если учесть, что она завела на оккупированную часть Донбасса более 1,3 тысячи единиц бронетехники, почти 700 танков, 650 систем залпового огня, средств ПВО. Чем еще способна удивить Россия? Она столько оружия и техники здесь сконцентрировала, что по ее количеству силы оккупанта сопоставимы даже с некоторыми странами НАТО.

— Что из вооружения и военной техники страны НАТО поставили нам за три года?

— В основном сотрудничаем в вопросах нелетальных вооружений. Что касается летальных, имеем дело лишь с Литвой, которая первой и до сих пор единственной поставила противотанковые средства и стрелковое вооружение. Недавно Вильнюс еще предоставил определенные вооружения. Сейчас решаем, как их перевезти. В целом, Литва в 2014 и 2016 годах передала Украине в пределах материально-технической помощи стрелковое оружие и заряды к нему. В частности, 104 пулемета ДШК, 60 — КПВТ, более 358 тысяч зарядов калибра 12,7 мм и почти 336 тысяч — калибра 14,5 мм Это сотрудничество мы продолжим.

«В 2018-м УКРАИНА БУДЕТ СТРОИТЬ СУПЕРХРАНИЛИЩА СОБСТВЕННЫЙ ЗАВОД ПО ПРОИЗВОДСТВУ БОЕПРИПАСОВ»

— Какие выводы сделало Минобороны после взрывов на складах под Калиновкой и других похожих инцидентах?

— Порядок хранения боеприпасов и поддержания живучести баз и арсеналов является проблемой государственного значения. Она ярко проявилась с началом вывода советских войск из Центральной Европы, когда сотни тысяч тонн боеприпасов складировали на неподготовленных хранилищах, базах, часто на земле. Ресурс на эти объекты выделяли минимальный, что привело к ужасным последствиям.

По каждой такому чрезвычайному происшествию инспекционные группы провели служебные расследования. Есть мои приказы в соответствии с выводами проверок и привлечение к ответственности должностных лиц. Были серьезные кадровые решения. Только после инцидента в Сватово я уволил заместителя начальника Генерального штаба, привлек к ответственности еще четверых генералов, уже не говоря о непосредственных руководителях, отвечавших за это хранилище. Правоохранительные органы должны закончить расследование, однако наши данные дают основания говорить о совершении диверсий на упомянутых объектах. Но мы еще не получили ответа на вопрос, каким образом их осуществили.

Чтобы кардинально изменить ситуацию, по поручению Президента принято комплексное решение. Завершаем проектирование закрытых железобетонных подземных хранилищ, которые обеспечат надежность охраны и живучесть арсеналов. В прошлые годы на решение этой проблемы выделяли всего 10-20 миллионов гривен. В этом году пришло вместе с дополнительными поступлениями приблизительно 300 миллионов, а на год следующий запланировано выделение 500 миллионов бюджетных гривен. За них мы построим хранилища, способные защитить боеприпасы даже от авиаударов. Будет происходить и определенная передислокация боеприпасов на другие склады, где существует возможность их хранить.

Существуют отработанные Генеральным штабом планы отражения внешней агрессии, которые предусматривают наличие определенных объемов материально-технических средств. Количество имеющихся боеприпасов достаточно для ведения боевых действий. Конечно, если они будут длительными, возникнет необходимость постоянных поставок боеприпасов. Однако предпосылок для их нехватки на линии столкновения нет.

— То есть Украина нуждается в строительстве собственного завода по производству боеприпасов? Какие известны подробности этого проекта?

— Да, принято решение о создании производства боеприпасов на фондах Минобороны. Также организуется производство пороха, взрывчатых веществ, гильз и других комплектующих боеприпасов на отечественных предприятиях. На строительство такого завода уже выделены 1,4 миллиарда гривен. А начнем его строить в 2018-м. Но это еще не все средства, необходимые для этой цели, их также будут искать. Прежде всего, на упомянутом предприятии будут выпускать дефицитные для нас боеприпасы, как старого образца, так и в процессе того, как будем покупать современное вооружение, будем начинать и производство новой номенклатуры боеприпасов. Например, тех же снарядов калибра 155-мм, конечно, с началом закупки соответствующих пушек. Иногда слышу критику, мол, зачем строить завод, если у нас много запасов тех же патронов калибра 5,45-мм, которых есть более 5 миллиардов! Конечно, такие патроны точно не будем выпускать, а только те, которые нужны, чтобы не покупать за рубежом. А решать вопрос перехода на натовские калибры целесообразно системно, потому что это однозначно длительный во времени и дорогостоящий процесс. Например, Польша почти 20 лет в Альянсе, а в вооружении она до сих пор полностью не перешла на калибры НАТО.

«Я ГОТОВ ПОДАТЬ В ОТСТАВКУ, ЕСЛИ ДОКАЖУТ, ЧТО ГЕНЕРАЛ ПАВЛОВСКИЙ ПРИЧАСТЕН К КОРРУПЦИИ»

— Как прокомментируете историю с так называемым топливным скандалом?

— Борьба с коррупцией является одним из приоритетов моей работы. За три года многое сделано. Сотни должностных лиц уволены, привлечены к ответственности. В основе действий всех должностных лиц, которые работают в Министерстве обороны, должна быть законность. Но только закон и суд, после надлежащего расследования, уполномочен определять виновность кого-либо. В частности, и генерала Павловского. Как только моему заместителю выдвинули обвинение, я выразил собственную точку зрения: если виновен, следует привлекать к ответственности. Если нет — не стоит наклеивать ярлыки до решения суда. Генерал Павловский — боевой опытный офицер, он руководил сектором «М» в АТО, в отношении него в России открыто несколько уголовных производств. Насколько я знаю, его за два месяца ни разуа не допросили. То есть мы слышали громкий скандал и обвинения на всю страну в огромной коррупции. А юридической оценки, подкрепления этим словам до сих пор нет. Что касается того горючего, отмечу: тогда его закупили по самой низкой цене в Украине. Дешевле никто не покупал! Но, если там произошли нарушения, правоохранительные органы обязаны это доказать и привлечь виновных к ответственности. Знаете, я готов подать в отставку, если докажут, что генерал Павловский причастен к коррупции. Однако хочу, чтобы те люди, которые сейчас публично его обвиняют, тоже понесли определенную ответственность, если их слова не найдут подтверждения. Кстати, это касается не только Павловского, а всех без исключения, кого обвиняют в нарушении закона. Хочется, чтобы в правоохранительных органах не делали политических заявлений, а оперировали исключительно фактами.

Во всех остальных случаях, когда находили нарушения у наших поставщиков, мы проводили расследование, формировали претензионное дело и возвращали некачественный продукт, заставляя предоставлять качественный. В целом, нужно доработать нормативную базу таких поставок, иначе подобным обвинениям не будет конца. Например, в том, что Минобороны закупило плохую тушенку или пошило некачественную форму. Но почему-то ничего не слышно о вине поставщика. Это неправильно. Если мы закупили 6 миллионов банок тушенки, нельзя проверить каждую, хотя у нас есть соответствующие лаборатории. Поставщик должен отвечать за выполнение своих обязательств. Минобороны проводит претензионную работу, но почему-то общество не задает таких же каверзных вопросов производителю. Мы в этой теме выиграли много судов, и я хочу, чтобы общество нас здесь поддержало. А спрашивать следует не только за некачественную тушенку, но и за некачественное вооружение и технику, поставленные в Вооруженные силы.

— Можете самокритично отметить, что не успели реализовать в этом году?

— Нам нужно улучшить состояние дисциплины и правопорядка в Вооруженных силах: они должны быть лучше, чем в сейчас. И здесь нам есть над чем работать. Нужно улучшать социальную защиту наших военных: обеспечение жильем, надлежащих условий прохождения службы и уверенности в завтрашнем дне. Должны эффективнее работать на рынке модернизации и закупки новейшего вооружения и военной техники. Это основные приоритеты, над которыми впереди много работы.

Уверенность в нашей победе предает сил и вдохновения в том, что делаем. Мы должны рассчитывать прежде всего на собственные силы и ресурсы. Не стоит считать деньги, которые кто-то и когда-то даст нам в долг, подарит или продаст оружие. Нужно разрабатывать собственные вооружения, строить свой ОПК, развивать экономику. И, чтобы выстоять перед угрозами, стоящими перед Украиной, нам нужно объединяться. Победа на 90% зависит от нас с вами. И только остальное — от влияния наших соседей или партнеров. Если будем думать иначе, нам точно ничего не удастся. Это чисто наша работа.

«День» размещает официальную часть интервью министра обороны, но предложил Степану Полтораку ответить на дополнительные вопросы издания.

«У НАС ПРОЦЕСС ЭВОЛЮЦИОННЫЙ — НА «РЕВОЛЮЦИЮ», К СОЖАЛЕНИЮ, НЕ ХВАТАЕТ СРЕДСТВ»

— Недавно экс-советник президента РФ Андрей Илларионов в эфире одного из телеканалов заявил: «Сейчас расходы на одного военнослужащего в Украине (оружие, техника, экипировка.) в 6-7 раз ниже, чем на одного военнослужащего в России». Почему? Способны ли мы обеспечить хотя бы паритет?

— Чтобы сравнивать определенные данные, нужно знать, какое содержание вкладывал этот эксперт в такую оценку, и иметь представление об источниках его информации. Было бы неправильно считать определенные расходы, которые идут на перевооружение, например, танковых войск, развитие полигонной инфраструктуры, на денежное содержание всей армии, средства на модернизацию логистической системы и на специальные операции, а затем «размазывать» их равномерно по всему личному составу, чтобы выйти на определенную усредненную цифру. Так трудно дойти до реальной оценки, которую нам действительно нужно учитывать. Да и она не является определенным абсолютным показателем. Украинская армия, как и любая другая, имеет определенные приоритеты, куда направляется основной ресурс, который может позволить состояние экономики государства. Действительно, российские Вооруженные силы обладают значительным потенциалом, который является производным от общего объема экономики, которая все больше милитаризируется. Не будем оценивать «стоимость солдата», здесь легко увязнуть в дискуссионных контраверсиях, следует понять, что их войско чисто физически больше, но «размер» — не самое главное. И это неоднократно доказывали разнообразные военные кампании «крупных» государств наподобие финской и афганской для СССР и вьетнамской для США. Нужно, прежде всего, заботиться об эффективности войска, реально прогнозировать будущие угрозы, целенаправленно готовиться к ним. Именно это мы и проводим, постепенно увеличивая, о чем я уже говорил, расходы на наиболее важные секторы нашей обороны. Это процесс эволюционный — на «революцию», к сожалению, не хватает средств.

— В интервью «Дню» военные люди и военные эксперты неоднократно отмечали проблему по адаптации к мирной жизни (психологической реабилитации, лечения, получения жилья и тому подобное) военнослужащих, заключивших контракт с ВСУ. Как решается этот вопрос?

— В отличие от ситуации 2014-го, усилиями Министерства обороны, органов местного самоуправления, ряда профильных ведомств, волонтеров, общественных организаций и наших зарубежных партнеров, Украина на данный момент имеет несравненно более действенную систему реабилитации и социализации военных, воевавших в районе проведения АТО. Это отдельная тема. Были преодолены многие проблемы, в частности системные и законодательные. Хотя еще немало нужно решить. Наши психологи теперь знают, как работать с людьми, страдающими посттравматическим синдром, действуют разнообразные программы возвращения таких военных к мирной жизни, их трудоустройства. Немало предприятий даже держат определенные квоты для атошников, существуют и грантовые программы стартового развития собственного дела таких ветеранов. На сегодняшний день есть значительная реабилитационная база Минобороны, которая составляет около 1,5 тысячи коек. Ведущими здесь является санаторное отделение военно-медицинского клинического центра в Виннице, госпиталь в городе Ирпене, где действует Центр психофизической реабилитации для пострадавших в АТО, и специализированное отделение для лечения нейротравм во Львове. Эти учреждения созданы практически «с нуля» с использованием передового опыта стран НАТО. В целом, действует целая системы отделений психологической реабилитации, которая охватывает практически все регионы государства, — таких, как отделение психоневрологической реабилитации в госпитале в г. Староконстантинов на Хмельниччине и отделение психосоматической патологии в Военно-медицинском клиническом центре Западного региона во Львове. Кроме того, значительно должно улучшить эту работу внедрение медицинской информационной системы «Е-здоровье», которое осуществляет Проектный офис реформ при Министерстве обороны Украины.

Вопрос социальной защиты участников боевых действий урегулирован Законом Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты». Перечень льгот и компенсации, которые предоставлены участникам боевых действий, определены ст. 12 упомянутого закона. Никаких ограничений относительно предоставления льгот участникам боевых действий нет.

В 2017-м из фондов Минобороны Украины были обеспечены жильем почти 400 участников АТО — именно столько нам позволил имеющийся государственный ресурс. Наиболее действенным механизмом решения квартирной проблемы военных является полное выполнение бюджетной программы «Строительство (приобретение) жилья для военнослужащих Вооруженных сил Украины». Это могло бы стать гарантированной частью мотивационной программы службы в войске. Но законодательные ограничения снижают эффективность выполнения этой бюджетной программы. Например, для согласования распределения средств на такое строительство (реконструкцию), после его утверждения, остается около 6-7 месяцев, что недостаточно для осуществления эффективного строительства жилья. Сейчас мы прорабатываем проект Закона Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины по вопросам обеспечения жильем граждан». Он предусматривает, что начиная с 01 января 2020-го военнослужащие на время прохождения службы будут обеспечиваться штатно- должностным служебным жильем на территории или вблизи воинских частей. Это жилье закрепят за соответствующими должностями, и оно не будет подлежать передаче в коммунальную или частную собственность. До того военнослужащих не будут зачислять на квартучет граждан, а после достижения 20 календарных лет выслуги они будут иметь право получить одноразовое пособие на решение жилищного вопроса, что позволит им приобрести собственные квартиры. Также проект закона предусматривает норму по предоставлению военнослужащим компенсации кредита на приобретение жилья и процентов по нему в зависимости от выслуги лет. Замечу, что сейчас мы возобновляем фонды военных городков для размещения новосформированных воинских частей и строительство лагерных городков для проведения боевого слаживания.

— Украинские военные воюют за свою родную землю в прямом и переносном смысле. Государство обещало выделить земельные участки, но в последнее время этот процесс затормозился, многие участники АТО жалуются, что до сих пор не получили обещанный земельный участок. Почему?

— Сразу замечу, что обеспечение земельными участками военнослужащих — участников боевых действий не относится к компетенции Минобороны. В соответствии со ст. 122 Земельного кодекса Украины передача земельных участков в собственность или пользование относится исключительно к сфере полномочий органов исполнительной власти и местного самоуправления. Однако мы проводим мероприятия по информированию участников боевых действий относительно права на льготы и компенсации, в частности, относительно обеспечения соответствующими земельными участками. То есть все законные основания для реализации упомянутой льготы у атошников есть, однако существуют проблемные вопросы в ее реализации в отдельных громадах и территориях. И о причинах такого положения нужно спрашивать именно с них, поскольку такие участки выделяются из земель государственной или коммунальной собственности.

Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433220 Степан Полторак


Украина. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433209 Николас Гвоздев

Решение о поставке Украине летального оружия не изменит ситуацию

Николас Гвоздев (Nikolas K. Gvosdev), The National Interest, США

Когда начали поступать сообщения о том, что США предоставят летальное оружие вооруженным силам Украины, я предположил, что в американской политике произошел серьезный сдвиг. Но, когда я начал детально анализировать эти сообщения, мне стало ясно, что все не так однозначно, как может показаться на первый взгляд.

Оказалось, что спустя несколько месяцев бумажной работы и консультаций с президентом, Дональд Трамп поставил свою подпись под указом, который разрешает Госдепартаменту США выдавать экспортные лицензии, необходимые для продажи снайперских винтовок вооруженным силам Украины. Это действительно является отходом от политики администрации Обамы, которая не разрешала продажу американского огнестрельного оружия Украине и ограничивала военную помощь США поставками продуктов питания и технического оборудования. Однако эта перемена является вовсе не такой значительной, как утверждают некоторые эксперты и пользователи Твиттера.

Во-первых, экспортные лицензии на большую часть «более тяжелого» военного оборудования, которое Украина просит у США — начиная с противотанковых ракетных комплексов «Джавелин» — до сих пор не одобрены. Более того, хотя президент поставил свою подпись под указом, разрешающим выдавать лицензии на продажу снайперских систем, каким образом Украина будет платить за это оружие, до сих пор остается неясным. В контексте пассивно-агрессивного подхода Трампа к политике в отношении России, он, вполне возможно, решил больше не растрачивать политический капитал зря, «блокируя» продажу оружия, которую поддерживают обе палаты Конгресса США, а настоять на том, чтобы Украина заплатила за предоставляемое Америкой военное оборудование. Трамп вполне может поднять вопрос о том, почему американские налогоплательщики должны платить за это оружие, в то время как Украина до сих пор занимает 11 место в списке крупнейших экспортеров оружия в мире — и в то время как президент Украины Петр Порошенко инициировал реализацию планов, в рамках которых украинские предприятия оборонного комплекса должны поднять страну в первую пятерку мировых поставщиков оружия.

Таким образом, до сих пор остается огромный разрыв между одобрением экспортных лицензий и фактическим началом поставок оружия на Украину.

Возможно, Трамп пытается придерживаться принципа разумных ограничений — то есть одобряет экспортные лицензии на продажу Украине некоторых видов летального оружия при условии соответствующей оплаты, но при этом отказывается одобрить продажу таких систем, как «Джавелин», чтобы продемонстрировать, что в отличие от Барака Обамы он готов предоставить некоторое оружие, но не такое, которое потенциально может коренным образом изменить ситуацию на местах и спровоцировать Россию на эскалацию. Мы уже наблюдали такой подход в случае с решением касательно Иерусалима — когда Иерусалим был признан столицей Израиля в соответствии с законом, принятым Конгрессом, но за этим не последовало никаких конкретных действий со стороны американских консульств в Тель-Авиве. Может быть, Трамп надеется, что ограниченные продажи летального оружия Украине позволят наладить отношения с двухпартийным истеблишментом национальной безопасности, который до сих пор с подозрением относится к его российской политике, и при этом не перечеркнут полностью его стремление заключать «сделки» с Россией?

Рассчитывает ли он получить больше свободы действий в вопросе введения новых санкций, на которых настаивает Конгресс?

Как отреагирует Москва? Смирится ли Кремль с политической реальностью ограниченных продаж летального оружия Украине, поняв при этом, что такие продажи не могут коренным образом поменять баланс сил на местах? Попытается ли Россия использовать это решение о продаже оружия, чтобы расколоть евро-американский консенсус в вопросе санкций — особенно теперь, когда политические позиции Ангелы Меркель, главного сторонника сохранения антироссийских санкций в Европе, серьезно пострадали в результате неудачной попытки сформировать новую коалицию в Германии? Ранее на этой неделе российские военные прекратили работу в Совместном центре по контролю и координации режима прекращения огня на юго-востоке Украины — некоторые украинские эксперты полагают, что этот шаг является предвестником роста интенсивности конфликта, ожидаемого ими в ближайшие несколько недель. Может быть, Россия уже пытается изменить фактическую ситуацию на местах?

Многое зависит от того, как Россия истолкует трамповский стиль принятия решений. Удар, нанесенный США в Сирии, может стать своего рода подсказкой для Кремля. Согласившись нанести удар по сирийской военной базе, Трамп хотел четко обозначить тот факт, что его стиль принятия решений существенно отличается от стиля Обамы, однако он решительно отказался пойти дальше, то есть нанести удары по другим целям или активизировать усилия по свержению Башара аль-Асада.

Итак, применим ли сирийский прецедент к ситуации на Украине? Вполне возможно, это является ключевым вопросом — вопросом, ответ на который мы узнаем в ближайшие несколько недель.

Украина. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 23 декабря 2017 > № 2433209 Николас Гвоздев


Украина. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 22 декабря 2017 > № 2433180 Олег Пономарев

Граждан Украины массово депортируют из ЕС

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — Согласно данным украинской Государственной пограничной служба за первые шесть месяцев действия безвизового режима со странами Европейского союза, (начиная с 11 июня 2017 г.), в Европе побывало 355 тысяч человек. Львиная доля туристов (277 тысяч человек) пересекли сухопутную границу с Румынией и Польшей, а еще 128 тысяч человек воспользовались авиасообщением. При этом, по данным украинской стороны, количество отказов во въезде украинцам составляет «меньше статистической погрешности». А вот по данным европейского агентства по пограничной и береговой охране FRONTEX за тот же период по числу отказов во въезде, депортациям и нелегальному пребыванию в ЕС украинцы стали абсолютными лидерами среди всех остальных стран. Еще хуже ситуация обстоит в Израиле — украинцев оттуда целыми самолетами возвращают на родину прямо из аэропорта, а количество нелегалов, которым грозит депортация, исчисляется десятками тысяч человек.

Европа уже сама не рада, что отменила визы для Украины

По сравнению с первом кварталом 2017 г., (январь-март), к апрелю-июню количество отказов украинцам во въезде на территорию ЕС увеличилось на 5%. При этом, что ранее всегда благосклонная к Украине Польша, раздававшая мультивизы тысячами, стала также лидером — 36% от всех отказов. По данным FRONTEX 64% всех отказов было выдано при пересечении сухопутных границ с ЕС, 30% — при авиаперелетах, 5,6% — на водных границах. Стоит отметить, что в 2016 г., когда между Украиной и ЕС действовал визовый режим, украинцев все равно тысячами разворачивали на границе. Но тогда по этому показателю Украина уступала Российской Федерации, а во втором квартале вырвались вперед. Выходит, что украинцам стали чаще отказывать во въезде, чем, когда они путешествовали по Европе с визами. Если же смотреть картину в целом, то Украина по количеству отказов на первом месте, Россия на втором, Албания на третьем.

С одной стороны, значительный рост отказов можно было бы связать именно с отменой виз, а значит ростом количества путешественников. Но с другой, до отмены безвизового режима украинцы спокойно ездили в Европу и так, а процент отказов был минимальный. Значит проблема не в визах или их отсутствия.

Если смотреть на цифры в развитии, то становится очевидным не резкий всплеск отказов, а их планомерный рост начиная еще с прошлого года. По сравнению с 2016 г. количество отказов во въезде возросло на 34%. А по сравнению с началом 2017 г. — на 6,4%.

При этом из более 9 тысяч отказов большинство (4 тысячи 334 случая), связаны с неподтвержденной целю и длительностью поездки. Например, у «туристов» не было брони гостиницы, обратного билета или достаточной для пребывания в ЕС суммы денег. 2 тыс. 260 украинцам отказано во въезде было по причине отсутствия действующей визы или разрешения на пребывание.

Напомним, что согласно статистике Госпогранслужбы Украины, за первый месяц действия безвизового режима с ЕС (11 июня —11 июля 2017 г.) им воспользовались почти 95,5 тысячи украинцев. При этом пресс-секретарь ведомства Олег Слободян заявил, что из этого числа отказов было всего пятьдесят.

Украинцы массово едут в Европу на заработки и не хотят возвращаться любой ценой

Еще до введения безвизового режима, (во втором квартале 2017 г.), на территории ЕС было выявлено больше 8 тыс. нелегалов именно из Украины. Среди национальностей, чьи граждане нелегально пребывали в ЕС, Украина занимает второе место после Марокко, обгоняя Албанию, Афганистан, Пакистан, Алжир, Ирак, Судан, Нигерию и Сирию. В целом же, по разным оценкам, сегодня в ЕС находится до 30 тысяч нелегалов-украинцев. Это можно объяснить частично тем, что после введения безвизового режима к т.н. «нелегальным мигрантам» причисляют не только тех, у кого закончится срок действия визы или разрешения на проживание, но и тех, кто превысил лимит краткосрочного пребывания в ЕС без визы (не более 90 дней на протяжении каждых 180-ти).

Однако с точки зрения экспертов, в первую очередь показатель выявленных украинских нелегалов в ЕС возрастает за счет трудовых мигрантов, которые пытаются использовать безвизовый режим для упрощенного пересечения границы с целью нелегального трудоустройства.

При этом эксперты FRONTEX отмечают значительный рост случаев использования украинцами поддельных документов при пересечении границ. Так, во втором квартале 2017 г. 1 тыс. 682 человека проникли в ЕС по поддельным документам, что на 4% больше, чем в первом квартале 2017 г. Среди таких нелегалов — представители 101 национальности, из которых большинство — украинцы (252 человека). Далее дут марокканцы (147 человек) и иранцы (88 человек).

«Но количество случаев мошенничества украинцев с документами, которое снизится при въезде в Шенгенскую зону, вероятно, уравновесится с другой стороны более высоким числом таких обнаружений при выходе из Шенгена в направлении Соединенного Королевства и Ирландии, где визовая политика остается неизменной», — прогнозируют эксперты FRONTEX.

Во втором квартале 2017 г. власти ЕС издали 69 тысячи 674 решений о депортации граждан третьих стран.

При этом во FRONTEX отмечают, что соотношение эффективных (то есть реально осуществленных) возвратов к возвратным решениям снизилось по сравнению с первым кварталом 2017 г. Число лиц, фактически вернувшихся во втором квартале, составляют менее 50% от выданных возвратных решений. Во втором квартале 2016 г. эта цифра достигала 63%. Это говорит о том, что властям ЕС все сложнее обеспечить соблюдение решений о депортациях и выпроводить «гостей» из страны. И в этом рейтинге Украина, кстати, занимает вторую позицию — после Албании. При этом если в случае с Албанией тенденция идет на спад, то с Украиной дела обстоят печальней — с каждым годом депортаций украинцев становится все больше.

Даже Святая земля не принимает украинцев

17 октября 2017 г. МВД Израиля также ввело в действие новое правило, позволяющее рассматривать по ускоренной процедуре ходатайства граждан Украины, которые претендуют на статус беженца. Это решение позволяет депортировать тех, кто не соответствует установленным властями критериям, сообщают израильские СМИ.

В последнее время в Израиле значительно увеличилось количество просьб на получение статуса беженца от граждан Украины, которое достигло уже 15 тысяч. Только с начала текущего года количество таких заявлений составило семь тысяч. И если ранее проверка каждого заявления могла длиться по нескольку лет, то теперь, благодаря статусу безопасной страны, этот процесс продлится всего неделю. Соответственно, можно будет значительно скорее депортировать на Украину лиц, которым отказали в предоставлении статуса беженца.

Напомним, что октябре 2017 г. Израиль внес Украину в список стран, граждане которой живут в безопасности, а значит право на статус беженца не имеют.

С началом боевых действий на Донбассе израильские ведомства не решались признать Украину безопасной страной, рассматривая каждое заявление на получение статуса беженца от украинцев, по существу. Однако, несмотря на принятое решение, уроженцы Луганской и Донецкой областей не будут подпадать под статус лиц, прибывших из безопасной страны, поэтому их заявления на получение убежища будут рассматривать, как и до этого времени, по индивидуальной процедуре, отметили представители Управления регистрации населения и миграции Израиля.

Посол Украины в Государстве Израиль Геннадий Надоленко в интервью радиостанции «КАН-РЭКА» заявил, что украинская сторона была партнером в выработке такой политики. Ситуацию, при которой граждане Украины могли без всяких на то оснований претендовать на статус в Израиле, он назвал ненормальной. Дипломат также посетовал на то, что вокруг этой проблемы сложилась целая индустрия нелегальной миграции.

В то же время, как пишет украинское издание «Страна», многие прикидываются беженцами, чтобы потянуть время с оформлением рабочей визы. Рассмотрение их заявления занимает месяцы, за которые они успевают неплохо заработать. Трюк с беженцами поставили на поток фирмы-посредники. В интернете можно найти сотни объявлений с обещаниями легализации в Израиле за несколько тысяч долларов без гарантий.

«Людям обещают работу, а по прибытии советуют подавать на статус беженца. Мол, нужно говорить, что они из Донбасса, там война и опасно и для жизни. А пока дойдет до рассмотрения их заявления и собеседования, пройдут месяцы, за которые они успеют неплохо заработать. Фактически они нелегалы, но юридически к ним вопросов не было. Едут и по одному, и парами», — рассказывает израильский журналист Ян Штеренберг.

По словам главы МВД Израиля Арье Дери, депортация — вынужденная мера, так как число украинцев и грузин, незаконно оставшихся в стране, уже превысило число беженцев из Африки.

«Мы задействуем все средства, которые есть в нашем распоряжении, чтобы положить конец этому явлению. Тысячи таких заявок, большинство из которых лишены всякого основания, затрудняют работу системы и не дают нашим специалистам заниматься реальными обращениями. В случае отказа в статусе беженца человек обязан покинуть Израиль в течение семи дней. Если он отказывается это сделать добровольно, выдается ордер на его арест. И из тюрьмы нелегала доставляют в аэропорт и отправляют на родину», — отметил глава израильского ведомства.

Украина. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 22 декабря 2017 > № 2433180 Олег Пономарев


Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 21 декабря 2017 > № 2433243 Александр Данилюк

Александр Данилюк: «На Украине система сопротивляется, потому что ощущает угрозу»

Министр финансов Украины отвечает на критику медленной реализации реформ.

Бенуа Виткин (Benoît Vitkine), Le Monde, Франция

42-летний Александр Данилюк занимает пост министра финансов Украины с апреля 2016 года. Он пришел во власть из частного сектора и относится к лагерю либеральных реформаторов, чье влияние в Киеве в последнее время идет на спад. Он рассказывает «Монд» о встающих на его пути трудностях.

«Монд»: Ваша предшественница Наталья Яресько выступала с резкой критикой свободы маневра и реформаторских планов власти. Каковы ваши шансы на то, чтобы добиться результатов?

Александр Данилюк: Результаты уже есть. Как мне кажется, самая важная реформа моей команды касается механизма возврата НДС. Старая система определенно была главным источником коррупции для предпринимателей. Сегодня же новая система гарантирует полную прозрачность и совершенно непроницаема для коррупции. В бюджетной сфере мы ввели трехлетнее планирование, которое позволяет открыть перспективы для экономических деятелей и наших партнеров.

Обстановка, в которой работала Наталья Яресько, не слишком отличается от той, в которой работаю я. Я не боюсь ни конфликтов, ни работы с парламентом. Или против парламента, при необходимости. Когда депутаты пытались заблокировать нашу реформу налоговой полиции, известной своей коррумпированностью, я пошел в парламент и добился своего. Старую систему не победить партизанской войной. Выставить конфликт на всеобщее обозрение — это способ получить результаты, заставить противников отступить.

— Каким грузом лежит война на украинском бюджете?

— На безопасность уходит 5% нашего бюджета. Оккупация Крыма и части Донбасса означает потерю 20% нашего промышленного потенциала. С 2014 года доля России в нашей внешней торговле сократилась до 10%, хотя раньше она была главным торговым партнером [почти 35% в 2014 году, прим.ред.]. Мы уже больше двух лет не покупаем российский газ.

— Европейский союз приостановил выделение 600 миллионов финансовой помощи, поскольку Киев не выполнил все поставленные условия, в частности по реформам для утверждения прозрачности… Вы не боитесь, что ваши западные союзники могут от этого устать?

— Мы выполнили 19 из 21 условия, которые были поставлены для выделения этого транша. Эта приостановка — разумеется, не лучший сигнал, но мы сохраняем самые доверительные отношения с ЕС. Брюссель дал согласие на новый план помощи на ближайшие два года, чьи объемы сравнимы с предыдущим [1,8 миллиарда евро].

Мы понимаем, что у Европы есть собственные проблемы, но мы все еще нуждаемся в вашей помощи, причем не только финансовой. Опыт ЕС жизненно важен для проведения некоторых реформ, например, масштабной реформы здравоохранения, которую мы сейчас реализуем. Как бы то ни было, мы знаем, что в конечном итоге должны сами продвигаться вперед и выбирать свой путь.

— Такое давление со стороны Брюсселя и МВФ зачастую были единственным способом добиться полной реализации реформ. С кем и чем, по-вашему, связано это сопротивление?

— Последние 25 лет Украина строилась и развивалась с опорой на коррумпированную и нездоровую систему. Чем дальше мы продвигаемся в борьбе с этой системой, чем ближе приближаемся к ее центру, тем сложнее все становится. Мы проигрываем одни битвы, выигрываем другие. Мне кажется, что такое сопротивление системы — признак того, что она ощущает угрозу со стороны реформ.

Представители этой системы — повсюду. Как на нижних уровнях администрации, так и среди высокопоставленных чиновников. Как в спецслужбах, так и в парламенте. Причем, это зависит не только от поколения. Даже среди молодых есть те, кто прекрасно находят себе место в старой системе. Отчасти проблема в том, что мы не в силах предложить им достойные зарплаты. Нам нужен специальный антикоррупционный суд, чтобы более эффективно наводить порядок.

— По-вашему, преследование бывшего президента Грузии Михаила Саакашвили, который сейчас стал оппозиционером и выступает с резкой критикой коррупции, отражает эту борьбу старой и новой системы?

— Я считаю, что речь идет о политической борьбе. У Михаила Саакашвили есть свои собственные планы. Я не в том положении, чтобы комментировать эту ситуацию.

— Ряд государственных ведомств регулярно устраивают нападки на Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ), пытаясь ограничить его полномочия и независимость. Оказываются под прицелом и другие участники борьбы с коррупцией. Что скрывается за этой борьбой?

— НАБУ могло допускать ошибки, но оно все равно является самой эффективной и независимой антикоррупционной организацией в стране. Когда я работал в президентской администрации, то был одним из тех, кто готовил этот проект. Мы знали, что ему необходимо предоставить все возможные средства защиты. Его роль крайне важна, оно становится угрозой для всей системы. Именно поэтому оно становится целью.

Последнее наступление на бюро шло через парламент посредством поправок в законодательство. Оно потерпело неудачу лишь благодаря вмешательству наших западных партнеров [угроза перекрыть все предназначенное Киеву финансирование]. Это неприемлемо, но главное — это победа.

— Только вот часть этих нападок исходит с самых верхов государственной власти. Среди друзей и союзников президента есть ярые противники НАБУ.

— Старый менталитет может сохраниться и в самых верхах.

— Уже давно упоминавшееся решение о том, как обезопасить целые отрасли экономики от коррупции, это приватизация. В этой работе тоже накопилось большое опоздание.

— В этом заключается один из главных приоритетов правительства. Не только бороться с коррупцией, но и придать экономике динамизм и привлечь инвесторов. Процесс приватизации начнется с будущего года под эгидой Министерства экономики и должен будет по большей части подойти к концу в 2019 году. Он охватит сотни предприятий разных размеров.

— Одно из последствий политики, которую вы проводите в том числе по требованию МВФ, заключается в обеднении населения. Коммунальные тарифы и цены на газ выросли просто в огромных пропорциях… Получится ли у вас придерживаться ее в долгосрочной перспективе?

— В противном случае мы бы ее не проводили. Сегодня социальные льготы получает слишком большая часть населения, до 60% в том, что касается газа. Это слишком много. Нам нужно предоставить помощь тем, кому она действительно необходима, и предложить больше возможностей другим. Кроме того, с восстановлением экономического роста бедность идет на спад.

Как бы то ни было, нам нужно быть честными с согражданами: перемены в стране будут долгими и болезненными. Популисты сулят чудеса, подъем уровня жизни за четыре месяца, тогда как мы стремимся к глубинным реформам. И мы проводим их в стране, ведущей войну, когда экономика переживает ремиссию.

— Каковы перспективы украинской экономики? Российский рынок для вас практически закрыт. Предоставило ли соглашение об ассоциации с ЕС достаточную альтернативу?

— Соглашение об ассоциации уже сейчас помогает нам и формирует обнадеживающую динамику. Оно позволяет привлечь инвесторов, причем не только из Европы. Мы наблюдаем в частности рост инвестиций из Японии, для которой Украина — удобная дверь в Европу. Потеря российского рынка стала серьезным ударом, однако она открывает новые возможности. Она заставляет нас быть более конкурентоспособными и открывает для нас более предсказуемые рынки, которые не зависят от перемен в политике. Ряд отраслей уже заявили о себе: это касается в первую очередь сельского хозяйства, высоких технологий и легкой промышленности.

Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 21 декабря 2017 > № 2433243 Александр Данилюк


Украина. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interfax.com.ua, 21 декабря 2017 > № 2432915 Гийом Шойрер

Отсутствие верховенства права и коррупция являются проблемами для инвесторов в Украине – посол Швейцарии

Эксклюзивное интервью посла Швейцарии в Украине и Республике Молдова Гийома Шойрера агентству "Интерфакс-Украина"

Швейцария уделяет особое внимание реализации в Украине гуманитарных проектов. Насколько сильно несоблюдение режима тишины на Донбассе мешает реализации ваших гуманитарных проектов на востоке Украины?

Для Швейцарии гуманитарная помощь Украине стала приоритетом с начала конфликта в 2014 году и продолжает быть до сих пор. Конечно, мы говорим только о гуманитарной помощи, а не о стратегиях сотрудничества с Украиной, которые имеются у нас в течение 20 лет. С начала конфликта возникла сложная гуманитарная ситуация, и сразу же после начала конфликта мы начали программу гуманитарной помощи. Мы помогаем уже в течение четырех лет. Мы видим продолжающийся конфликт. Это не забытый конфликт, но, тем не менее, многие доноры уходят от неотложных потребностей, которые мы видим в Украине. Это проблема. Мы видим, что призывы МККК и агентств ООН не находят должного отклика.

У нас все еще очень сложная ситуация, к сожалению, и потребности все еще слишком высоки. Они не снижаются, но способность агентств реагировать ограничена.

Новый кризис вынудил СМИ обратить внимание на новые проблемы, также драматические, например, в Сирии, Африке и другие. Некоторые из этих катастроф стали результатом человеческих рук, другие – природы, но они привели к меньшей готовности доноров предоставлять средства Украине.

Конкретно, в нашем случае готовность швейцарского правительства продолжать отыгрывать важную роль все также сильна. Об этом упоминал министр иностранных дел Швейцарии. Мы настоятельно призвали уделять больше внимания и серьезно отнестись к положению гражданского населения, затронутого конфликтом в Украине. Мы настоятельно призывали государства, вовлеченные в облегчение гуманитарных последствий конфликта, и решили также внести новый вклад в программу подготовки к зиме UNICEF. Зимой есть особые потребности, и Швейцария, реагируя на призывы гуманитарных агентств, выделила 500 тыс. швейцарских франков в пользу усилий по подготовке к зиме.

В то же время, мы также указали, что не будем уменьшать нашу помощь – мы будем сохранять ее на том же уровне или, может быть, даже немного ее увеличим. В условиях, когда последствия конфликта очевидны, доноры от других государств должны продолжать проявлять солидарность с населением. Конфликт продолжается и это очень горячий конфликт. Население не только вдоль линии разграничения, но и, конечно, люди, живущие по обе стороны от линии соприкосновения, напрямую пострадали от конфликта, так же, как, по меньшей мере, 1,5 млн человек внутри страны, я имею в виду, конечно, внутренне перемещенных лиц. Таким образом, конфликт по-прежнему является гуманитарной трагедией, и я думаю, что всем нам нужно делать все возможное вместе с украинскими властями, конечно, чтобы облегчить страдания людей.

Довольны ли вы сотрудничеством с украинскими властями, в частности с Министерством по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц?

Мы очень довольны работой с министром Вадимом Чернышом. Он очень содействовал доставке гуманитарной помощи. Это очень хорошее конкретное сотрудничество, которое помогает в важных перевозках, регуляциях, обязательствах. Часто помогал как сам министр так и, конечно, все министерство, как и все министры, которые вовлечены в этот процесс. В целом реакция правительства на швейцарскую гуманитарную помощь очень хорошая.

По вашему мнению, какие шаги должно предпринять правительство Украины для разрешения конфликта на Донбассе?

Дорога ясна – это Минский процесс. Также ясно, что есть несколько сторон Минских соглашений. И я думаю, что каждая должна сыграть свою роль в Минском процессе, чтобы достичь успеха. Обязательство правительства Украины и обязательства других сторон соглашений ясны. Они просто должны быть выполнены. Но первое условие, безусловно, с обеих сторон – соблюдение режима прекращения огня. Без прекращения огня достичь результатов по обеспечению безопасности в соответствии с Минским процессом просто невозможно, не говоря о том, чтобы перейти к следующим шагам.

Некоторые политики критикуют Минский процесс за неэффективность…

Мир – это трудно. Если вы посмотрите на все мирные процессы последних лет за пределами Украины, то увидите, что мир требует много уступок, усилий, глобальных всеобъемлющих перспективных взглядов.

Я просто приведу пример мирного процесса в Колумбии, который занял много лет. Правительство в какой-то момент вынуждено было сделать первый шаг к восстановлению взаимного доверия, который в случае Колумбии оказался взаимным. Было много моментов, когда мы думали, что Мирный процесс рухнет, остановится. Некоторые люди были в отчаянии, но, в конце концов, вы всегда будете видеть свет в конце туннеля – сильных лидеров, которые готовы вести мирный процесс вперед. Мирный процесс никогда не будет легким. Это требует уступок от всех сторон, альтернативы нет.

Я не говорю, что нет альтернативы Минскому процессу, но, по моему мнению, это хорошие соглашения. Но первым шагом должно стать прекращение огня, чтобы дать шанс Минскому процессу.

Какой объем гуманитарной помощи был предоставлен Украине в 2017 году, в частности в сфере очистки питьевой воды?

Основная идея швейцарской гуманитарной помощи заключается в том, чтобы напрямую поддерживать население по обе стороны линии разграничения. В то же время, когда вы предоставляете гуманитарную помощь, также необходимо, чтобы власти с обеих сторон призывали к защите всех принципов международного гуманитарного права. В частности, это касается инфраструктуры: воды, трубопроводов, энергостанций и т.д. Данные объекты подвергались целенаправленным обстрелам. Такие действия неприемлемы и противоречат международному гуманитарному праву, и это то, что мы также отстаиваем. Речь не только о прямых действиях по отношению к населению, но и попытках повысить ответственность за нарушение международного права. Это очень важно.

Что мы сделали в 2017 году? Примерно то, чего можно добиться в Украине в сфере гуманитарной помощи с не очень большими деньгами. Швейцарское пожертвование составляет чуть более 3 млн швейцарских франков в год, но разделено на несколько основных целей, одной из которых является вода. Это ключ. Мы знаем, что без воды нет жизни. Кроме того, зимой без воды очень часто также нет системы отопления. Мы работаем с "Водой Донбасса" в частности. Таким образом, Швейцария помогла обеспечить доступ к питьевой воде для около 3,9 млн человек по обе стороны линии соприкосновения. Конкретно, мы доставили немногим менее 2 тыс. тонн химикатов для обработки воды, потому что вода должна быть очищена, чтобы быть питьевой.

Затем специальные мобильные устройства, которые могут в разных местах водопровода проверить качество воды, чтобы избежать заражения. Мы также предоставили техническое оборудование для проверки утечек, специальное лабораторное оборудования для повышения эксплуатационных возможностей "Воды Донбасса". Таким образом, вода была основным нашим приоритетом в 2017 году, также как и в 2016 году, и мы будем продолжать наши пожертвования в эту область.

Другим приоритетом является медицинское оборудование. Люди страдают, и больницам по обеим сторонам контактной линии нужно медицинское оборудование, в частности, что очень важно, - это кардиографы и устройства для тестирования на туберкулез. Оборудование, которое у них было, уничтожено в ходе конфликта. Таким образом, в настоящее время у них есть новое оборудование, которое может обнаружить туберкулез за 24 часа, а не два или три месяца, как это было с предыдущим оборудованием. 12 больниц в Мариуполе, Курахово, Донецке и Луганске были оснащены медицинским оборудованием.

Как вы работаете с неподконтрольными территориями?

Мы работаем напрямую. Мы пересекаем линию разграничения в официальных контрольных пунктах при сотрудничестве с украинским правительством. Мы часто пересекаем линию с грузовиками, ведь всего за это время перевезли около 2 тыс. тонн химикатов.

Это очень важно по гуманитарным соображениям, а также по политическим причинам, потому что это все же соединяет две стороны.

Мы также работаем в области разминирования. Это также очень важная работа с неразорвавшимися боеприпасами. Мы, безусловно, продолжим нашу поддержку в 2018 году.

Как вы оцените реформу децентрализации в Украине?

Честно говоря, очень приятно, что у нас отличное сотрудничество с министрами, за нее ответственными. В Украине много позитивных реформ, и децентрализация – одна из них. Правда, она не столь обсуждаема, потому, что немного менее заметна, особенно в Киеве. Поскольку это происходит в регионах, и вы не ощущаете ее так, как реформу здравоохранения или пенсионную. Мы видим отличный результат децентрализации по отзывам регионов. Действительно хорош тот факт, что у них стало больше финансовой автономии. Мы видим, что муниципалитеты действительно прекрасно понимают, какие новые финансовые возможности они получают и вкладывают деньги непосредственно в действия, например в, новые школы, дороги, клиники и так далее. Хотя мы по-прежнему видим отсутствие действий со стороны некоторых местных властей. Иногда они не знают, что делать с этими деньгами, которые они получают напрямую. Это то, над чем мы работаем. Но такие случаи – это скорее исключения, у большинства – отличные результаты. Я думаю, что граждане понимают положительное влияние децентрализации на их повседневную жизнь.

Еще многое предстоит сделать для укрепления системы, сделать ее лучше, но если вы подумаете, что было сделано менее чем за два года, вы поймете, что уже многое достигнуто.

Украина приняла необходимые законодательные акты для старта реформы здравоохранения. Каково ваше мнение об этой реформе?

Мы работаем очень эффективно с и.о. министра Супрун (и.о. министра здравоохранения Украины Уляной Супрун – ИФ.) и Министерством здравоохранения. Мы абсолютно уверены в той реформе, которую она начала, и которая была принята Радой. Мы считаем, что эта реформа идет в правильном направлении. Альтернативы нет. Это очень хорошая реформа.

Сфера здравоохранения также является приоритетом Швейцарии с тех пор, как мы начали наше техническое сотрудничество с Украиной. Первая часть программы, которая в основном заканчивается сейчас, была в значительной степени сосредоточена на женщинах и маленьких детях, беременности.

Это то, что мы можем делать без реформ – и это было на протяжении многих лет приоритетом Швейцарии – работать с врачами, медсестрами и менеджерами, чтобы помочь беременным женщинам, детям. И в этой сфере многое было достигнуто. Я хотел бы упомянуть одно: в Украине смертность детей в возрасте 1 года сильно уменьшалась за последние годы. Конечно, она по-прежнему высока по международным стандартам, это семь случаев на тысячу детей. Но до этого было 14. Так что это очень хороший результат. Это все было достигнуто не исключительно благодаря швейцарской помощи, но мы на самом деле работали вместе с украинцами и, я думаю, наша роль была достаточно важной.

Мы также уделяем особое внимание образованию. За прошедший год нами были созданы центры образования по всей стране специально для врачей, медсестер и медицинских менеджеров, чтобы научить, как улучшить качество услуг для детей и женщин. Это постоянная работа. Честно говоря, врачи очень часто не говорят с медсестрами и с менеджерами; менеджеры не разговаривают с медсестрами, все работают изолированно. Мы убрали эти стены, они начали общаться. Это отличный результат. Эти люди сейчас являются тренерами. В результате мы имеем эффект домино от региона к региону.

Мы также решили сосредоточить приоритеты Швейцарии на неинфекционных заболеваниях, в основном на здоровом образе жизни. Это также важная часть профилактической медицины. Сегодня неинфекционные заболевания, такие как сердечнососудистые заболевания и рак, являются причиной 90% смертей в стране. Предотвращение и борьба с этими заболеваниями требует большей информированности общества о здоровье, меньшей зависимости от табака и алкоголя и улучшения медицинского обслуживания. Содействие здоровому образу жизни наряду с превентивными мерами поможет обуздать такие заболевания, как рак и диабет, а также заболевания сердечнососудистой системы и респираторные заболевания.

Какие провалы и успехи Украины вы можете отметить в сфере энергоэффективности? Что необходимо сделать?

Мы твердо верим в важность энергоэффективности для всех стран, в частности для Украины. Двое из трех украинцев не могут позволить себе оплачивать свои счета за электроэнергию. Мы верим, что украинские домохозяйства могут сократить свои счета за электроэнергию, инвестируя в такие меры по повышению энергоэффективности, как замена окон или теплоизоляция крыши. По швейцарской инициативе более чем 250 тыс. домохозяйств были предоставлены кредиты для инвестиций в меры по энергоэффективности дома. Мы понимаем, что наша помощь не достаточно велика, чтобы изменить целую страну, но мы пытаемся идентифицировать людей или регионы, которые имеют реальную готовность и способность меняться.

Например, мы работаем с Винницой, это средний по размеру город. Там мы видели реакцию местных властей, которые хотят реализовать идеи совместно с нами. За последние 7 лет мы предоставили более 21 млн швейцарских франков для этого проекта. Мы начали с того, что предоставили 160 трамваев для города из Цюриха. Идея заключалась в том, чтобы уменьшить трафик, улучшить транспортную систему.

Затем мы решили также поддержать реабилитацию системы отопления Винницы. Мы построили, реконструировали, софинансировали три котельные, шесть новых газовых котлов, три котла на дровяном топливе. В целом вся система отопления Винницы была переосмыслена, перестроена и запущена снова. Теперь 80% проекта завершено и в результате Винница стала первым украинским городом, получившим европейскую энергетическую награду. Эту награду очень сложно получить, и не у многих городов Западной Европы есть такая.

Результат – сокращение на 27% потребления газа. Это означает также сокращение на 20 тыс. тонн уровня выделения углекислого газа, что важно для окружающей среды.

Такой же проект у нас есть в Житомире. Начался он позже – в 2014 году. И мы ожидаем, что Житомир станет вторым городом в 2018 году, который получил европейскую энергетическую награду. Помощь Житомиру составляет 15 млн швейцарских франков в год. Вероятно, после того как мы закончим и этот проект, мы сможем выбрать третий или четвертый город.

У нас также есть небольшой проект всего на 6 млн швейцарский франков для частных домов, а также есть два проекта с нашими международными партнерами, такими как ЕБРР и Германия, в Полтаве и Черновцах.

Какие препятствия видят швейцарские инвесторы в Украине? Как это можно решить?

Да, у нас есть и то, и другое – успехи и проблемы. Швейцария является важным иностранным инвестором. Швейцарские компании активно присутствуют в Украине. Очень радует то, что в принципе ни одна швейцарская компания не ушла из Украины в 2014-15 годах, когда Украине и украинцам было очень тяжело. Никто не ушел, все говорили: хорошо, давайте пройдем через это, будем придерживаться обязательств перед Украиной, перед рабочими, клиентами, и мы продолжим работать. В основном сейчас, в 2016-2017 годах, они рады, что остались. В глобальном масштабе они делают хороший бизнес, конечно, всегда могло бы быть лучше, могло бы быть меньше проблем для решения на регулярной основе.

Например, есть производственная база швейцарской компании Vetropack, производящей стеклянные бутылки. Они работают 24/7, две линии производства. Вы бы видели как это потрясающе! Они производят бутылки всех цветов и любой формы.

Другая компания немного дальше, называется Габарит. Они производят инструменты для ванных комнат, также работают 24/7.

Очень успешные производства, но, конечно, у них также есть и проблемы, как в любой стране. Ведение бизнеса – непростая задача. Все равно будут проблемы, которых вы не можете избежать в бизнес-деятельности. Но некоторых проблем можно было бы избежать. Иногда у вас чересчур много правил, бюрократии, а также коррупция, которая все еще является проблемой.

Я слышал рассказы о прямой и косвенной коррупции. Западные компании, швейцарские и другие работают в системе нулевой коррупции.

Но то, что я слышу, например, о системе пожарной сигнализации... Пример: пришел инспектор и сказал, что ваша система не соответствует законам и правилам. Швейцарская компания сказала: "ОК", мы приведем ее в соответствие правилам. Но в правилах есть пространство в толковании, инспектор всегда придирается к чему-то еще, поэтому швейцарская компания будет подчиняться, и будет оплачивать полную противопожарную систему. Конечно, необходимо защищать рабочих, и швейцарская компания сделает это. Проблема только в том, что иногда они слишком сильно поднимают пределы, при том, что вы видите другую компанию за углом, у которой есть только огнетушитель и ведро с водой. Одна компания инвестирует сотни тысяч долларов, а другая компания инвестирует 5 долл. Условия не равны. Таким образом, одна компания получает (и это непрямая коррупция), возможность для снижения цены, потому что, вероятно, они платят пожарному инспектору деньги, чтобы не иметь должной противопожарной системы. И это то, что я услышал от компаний. Это не проблема только для швейцарских компаний, но также для немецких, итальянских и других.

Украинских…

О да! И украинских. Но, безусловно, посыл тут заключается в том, что коррупция является проблемой. Факт, что нет соблюдения верховенства права. Это те два элемента, из-за которых многие бизнесмены сомневаются, приезжать ли в Украину. Они готовы иметь дело с конкуренцией, с деловыми проблемами, проблемами производства, но не с этими двумя проблемами, и у них мало возможностей для позитивного взаимодействия. И им это не нравится, потому что они находятся в руках местных властей или судей или инспекторов или кого-нибудь еще. Сигнал таков - пожалуйста, измените это, защитите и помогите тем компаниям, которые уже находятся в Украине, остаться тут. Конечно, необходимо привлечь больше компаний, и усилия правительства очень хорошие. Но первоочередной задачей было бы защитить компании в Украине, после чего вы привлечете новые.

В прошлом году у нас была проблема со швейцарской компанией, проблема абсолютно искусственная, созданная инспектором. В какой-то момент проблема стала очень серьезной, и это был не первый подобный случай. После этого руководство приняло решение уйти из Украины, поскольку они рассудили, что цена слишком высока, и они не могут в таких обстоятельствах заниматься бизнесом.

К счастью, реакция центральных властей была очень быстрой и позитивной, они отменили все принятые на местном уровне административные решения.

Вы знаете, это большая компания с контактами по всему миру. Если они уйдут, месседж будет катастрофичным для Украины, потому что все поймут, кто уходит.

Реакция – это хорошо, но мы должны предотвращать такие проблемы. Я думаю, что очень полезная инициатива – это бизнес-омбудсмен. Он делает очень хорошую работу, у него очень хорошие юристы, очень эффективные. И они могут реально взаимодействовать с министерствами напрямую, поэтому они очень помогают нам. Я думаю, что это то, что улучшает бизнес-среду в Украине, и компании также понимают его действия.

Каков уровень сотрудничества между Швейцарией и Украиной в выявлении и аресте активов, полученных незаконно в Украине и переданных в Швейцарию?

Швейцария отреагировала мгновенно и сразу же после отъезда Януковича (бывшего президента Украины Виктора Януковича – ИФ), все активы людей, связанных с предыдущим правительством, были заморожены. Это не так много, и я не думаю, что это миллиарды, это примерно 70 млн швейцарских франков. Таким образом, эти деньги были заморожены в 2014 году, но тут возникают трудности в рамках правовой системы. Мы понимаем, что, безусловно, эти деньги были незаконными, но вы должны это доказать. Либо другая сторона должна доказать обратное. Деньги были заморожены на 3 года – до 2017 года, и теперь мы решили продлить процесс замораживания. Мы получили много информации, которую запрашивали у вас, но все это сложно, потому что сложными были схемы перевода денег на счета в швейцарских банках. Они проходят через другие банки, другие страны, другие компании, имена, людей, даты... Вы должны проследить следы этих денег, чтобы четко доказать, что они незаконные.

Мы продолжим заморозку денег, пока вы не отправитесь в суд, после этого мы разблокируем счет и вернем деньги украинцам. Как мы и делали раньше, с другими странами многие годы.

Несколько месяцев назад мы вернули деньги в Нигерию, похищенные президентом Нигерии 15 лет назад. Процесс занял 15 лет с момента замораживания активов в банках до момента их возвращения. Но у нас есть терпение и сила, готовность двигаться вперед. Я не сомневаюсь, что дело будет успешно завершено, но нам нужно обратиться в суд, потому что возвращение средств требует судебного решения. Мы должны применять верховенство закона во всех случаях.

Украина. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interfax.com.ua, 21 декабря 2017 > № 2432915 Гийом Шойрер


Евросоюз. Россия. Украина. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 декабря 2017 > № 2430095 Андрей Девятков

В поисках modus vivendi: как Россия и ЕС продвигаются к «общему соседству»

Андрей Девятков

ЕС и Россия осознали, что ни одна из сторон не сможет полностью реализовать свои ожидания, которые были у них, когда они поставили страны общего соседства перед жестким геополитическим выбором. И хотя сейчас стороны по-прежнему не готовы к радикальным шагам для выхода из конфронтации, они постепенно начинают ощущать все издержки и риски, связанные с сохранением противостояния в регионе общего соседства

Без малого через 14 лет после большого восточного расширения Евросоюза в 2004 году концепция «общего соседства» России и ЕС так и остается красивым политическим лозунгом. В 2013 году, после вильнюсского саммита Восточного партнерства судьба пограничных стран, в первую очередь Украины, Молдавии и Армении, стала предметом открытой конфронтации Москвы и Брюсселя.

Кажется, что эта ситуация остается неизменной до сих пор: Евросоюз продолжает настаивать, что его отношения с восточными соседями не касаются России, а Россия до сих пор применяет торгово-экономические ограничения против Украины и Молдавии в ответ на их сближение с ЕС и ожидает от Брюсселя полноценного признания Евразийского экономического союза.

Однако при более внимательном рассмотрении можно заметить, что в последние месяцы и у Москвы, и у Брюсселя наметились определенные подвижки в подходе к проблематике «общего соседства», которые дают надежду на возможное улучшение в будущем.

Другое видение?

Так, в этом году Евросоюз в преддверии ноябрьского саммита Восточного партнерства в Брюсселе попытался активизировать отношения с Арменией и Белоруссией, учитывая и де-факто признавая их членство в ЕАЭС. Белорусского президента Александра Лукашенко даже впервые пригласили на саммит, где представители ЕС, скорее всего, предложили бы Минску дополнительные опции для сотрудничества в условиях, когда Белоруссия явно не соответствует экономическим и политическим представлениям, доминирующим в Евросоюзе.

Эта инициатива ЕС в отношении Минска является продолжением политики, первые контуры которой были заданы еще в начале 2016 года, когда с Белоруссии, ранее считавшейся «последней диктатурой Европы», сняли большую часть санкций. Своей основной задачей на белорусском направлении Брюссель теперь видит не столько демократизацию страны, сколько предотвращение там социально-экономической и тем более политической дестабилизации.

Что касается Армении, то Брюссель и Ереван смогли выработать новое соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве, которое, с одной стороны, не предполагает создания зоны свободной торговли и не делает Армению ассоциированным партнером ЕС, но с другой – дает сторонам много возможностей для взаимодействия по приоритетным направлениям, таким как реформа госсектора и рынка электроэнергетики, сотрудничество в борьбе с нелегальной миграцией, а также в образовательной сфере.

Тут показательны слова бывшего канцлера Австрии Кристиана Керна, который в связи с подписанием этого документа заявил: «Я думаю, мы сделали выводы после событий на Украине». Кроме того, соглашение Армении и ЕС даже в резолюции Европарламента по Восточному партнерству было отмечено как положительный пример одновременного участия страны и в Евразийском экономическом союзе, и в Восточном партнерстве. Всего год назад такую формулировку было сложно себе представить в европейских документах.

В свою очередь, в России в целом спокойно отнеслись к подписанию соглашения между Арменией и ЕС. Министр по интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии Татьяна Валовая не только заявила, что между обязательствами Армении в ЕАЭС и подписанием ею рамочного договора с ЕС нет каких-либо противоречий, но даже приветствовала заключение такого соглашения.

Нельзя не увидеть сдвиги и в российской политике по отношению к другим проблемным вопросам, касающимся стран «общего соседства». На украинском направлении Москва выступила с проектом резолюции по размещению миротворцев ООН в Донбассе, в целом согласившись с тем, что эти миротворцы могут быть введены везде, где действует наблюдательная миссия ОБСЕ. Позднее появилась инициатива активизировать обмен военнопленными, которую министры иностранных дел России и Украины смогли обсудить на отдельной встрече, первой за последние несколько лет.

В других постсоветских конфликтах также развивается сотрудничество между Россией и ЕС. Особенно хорошо это видно на примере приднестровского конфликта. Именно с подачи ОБСЕ, России, ЕС и США Кишинев и Тирасполь смогли в ноябре согласовать пакет решений, снимающих ряд проблемных вопросов практического характера между двумя берегами Днестра. Причем Москва выступала одним из главных инициаторов этих переговоров, настаивая в том числе на выработке механизма внедрения принимаемых решений во внутреннее законодательство конфликтующих сторон.

Кроме того, Москва не стала чрезмерно политизировать вопросы, связанные с размещением молдавско-украинских таможенных постов на приднестровском участке границы, а также с постепенным де-факто вхождением Приднестровья в зону свободной торговли между Молдавией и Евросоюзом.

Усталость от конфронтации

С чем связаны все эти хоть и робкие, но положительные тенденции? По всей видимости, и Россия, и Европейский союз по-прежнему не готовы к радикальным шагам для выхода из нынешней конфронтации, но постепенно начинают ощущать все издержки и риски, связанные с сохранением противостояния в регионе общего соседства.

Во-первых, и для России, и для Евросоюза крайне опасен сценарий, когда новое военное обострение на Украине может не только усилить санкционное давление на Москву (чреватое угрозами для энергетической безопасности самого ЕС), но и привести к прямому вмешательству России в конфликт в Донбассе. Если же США в такой ситуации начнут поставки летального оружия Киеву, последствия могут быть непредсказуемыми.

Во-вторых, и в Евросоюзе, и в России, видимо, осознали, что ни одна из сторон не сможет полностью реализовать свои ожидания, которые были у них, когда они поставили страны общего соседства перед жестким геополитическим выбором. Москва не может не видеть, что Украина, Молдавия и Грузия, несмотря на отсутствие перспектив вступить в ЕС и дискредитацию их национальными политиками европейской идеи, вряд ли откажутся в обозримой перспективе от сближения с Евросоюзом и согласятся на те формулы урегулирования конфликтов, которые Россия считает желательными. При этом сохранение статус-кво в этих конфликтах будет означать для Москвы лишь рост финансовых издержек.

С другой стороны, для Евросоюза становится очевидным, что ключевые страны программы Восточного партнерства – Молдавия, Украина и Грузия – не смогут реализовать все намеченные реформы, которые сблизили бы их с ЕС и стали бы серьезной имиджевой потерей для Москвы. Причем этот провал реформ связан не столько с отсутствием перспективы вступить в ЕС, сколько с доминированием олигархических интересов и институциональной незрелостью этих стран. Знаковым событием в этом контексте стал отказ Брюсселя предоставить Украине третий транш макрофинансовой помощи на 600 млн евро.

Кроме того, в ЕС не могут не понимать, что в среднесрочной перспективе европейский рынок не способен заместить российский по всем традиционным для Украины и Молдавии статьям экспорта. Это неизбежно создаст проблемы в экономике, решение которых потребует постоянной финансовой поддержки со стороны Брюсселя. А у Евросоюза вряд ли есть желание бесконечно долго сохранять такую финансовую зависимость.

Наконец, в-третьих, сохранение конфронтации между странами соседства и ЕС, с одной стороны, и Россией – с другой, неизбежно приведет к упущенной экономической выгоде. Так, реализация проекта транспортного коридора «Север – Юг» через Армению, что связало бы Россию не только с Ереваном, но и с Тегераном, стопорится во многом из-за нерешенности вопроса о восстановлении железнодорожного транзита через территорию Абхазии. Россия и Грузия за последний год провели несколько раундов переговоров по этому вопросу, но пока так и не договорились. При этом Москва и Тбилиси в январе 2017 года смогли решить другой существенный и крайне политизированный в Грузии вопрос – о переводе на коммерческую основу расчетов за транзит российского газа в Армению через Грузию.

Все эти факторы подталкивают Москву и Брюссель к тому, чтобы постепенно осознать необходимость договариваться. Неслучайно между Евразийской экономической комиссией и Европейской комиссией начались технические консультации, хотя пока они касаются в основном вопросов работы европейского бизнеса в странах ЕАЭС. Министр ЕЭК Татьяна Валовая и комиссар ЕС по вопросам расширения и политики соседства Йоханнес Хан недавно даже выступили на одном мероприятии в Вене (хотя и не пытались продемонстрировать какое-либо единство в подходах), что раньше трудно было представить. Участились и контакты на уровне экспертных сообществ.

Трудности начала

Тем не менее пока не приходится говорить о том, что в отношениях России и ЕС накопилось достаточно позитива для начала полноценного диалога, особенно о регионе общего соседства. Внутри Евросоюза нет консенсуса по поводу отношений с Россией, и вряд ли даже такой прагматичный политик, как Жан-Клод Юнкер, пытавшийся в 2015 году запустить диалог, сможет с этим что-то сделать.

Препятствуют диалогу и правящие элиты в ключевых государствах Восточного партнерства, так как геополитическая повестка во многом служит основой их внутренней легитимности. Да и в самой России не выработано какое-либо понимание, как можно нормализовать отношения с Евросоюзом, против которого продолжает действовать логика позиционной войны.

Поэтому «большие сделки» сейчас вряд ли возможны. Не стоит в обозримой перспективе ожидать и каких-либо глобальных соглашений между ЕС и ЕАЭС или совмещения двух зон свободной торговли (ЕС и СНГ). Россия не отменит введенный в отношении Молдавии и Украины режим наибольшего благоприятствования, а также вряд ли откажется от дополнительных ограничений на их товары: в украинском случае из-за того, что Киев присоединился к санкциям ЕС против Москвы, а в молдавском – из-за ухудшающихся двусторонних отношений.

Речь сегодня идет скорее о том, чтобы создать механизмы, препятствующие дальнейшей деградации отношений между Россией и ЕС в зоне общего соседства, и решить некоторые вопросы, представляющие интерес для всех сторон.

В экономической сфере ключевым проектом сотрудничества могло бы стать обеспечение транзита российского газа через территорию Украины после 2018 года. Россия вряд ли сможет полностью отказаться от украинского маршрута, а для Киева транзит важен для пополнения госбюджета.

Евросоюз также заинтересован в сохранении транзита, поэтому при поддержке Еврокомиссии ряд компаний уже предложили Киеву в соответствии с нормами Третьего энергопакета создать независимого оператора, который при их инвестиционных вложениях на долгосрочной основе закупал бы газ у «Газпрома» не на западной, а на восточной границе Украины. Пока все вовлеченные стороны не ведут открытых переговоров, предпочитая находить решение только в случае кризисных ситуаций. Так как контракт «Газпрома» и «Нафтогаза» скоро заканчивается, такая кризисная ситуация, очевидно, возникнет и потребует взвешенных решений.

В сфере безопасности ключевой темой не может не стать украинское урегулирование. И в России, и на Западе вряд ли кто-то ожидает полной реализации Минских соглашений, но есть большой запрос на стабилизацию военно-политической ситуации. В Евросоюзе с большим вниманием отнеслись к предложению Москвы по размещению миротворцев в зоне конфликта, возражения были высказаны открыто скорее со стороны Украины и США.

В дальнейшем переговоры между США и Россией будут продолжены, но ЕС мог бы сформулировать свою общую позицию и открыто представить ее Вашингтону и Киеву. Что касается Москвы, то она могла бы согласиться на некую формулу присутствия миротворцев за пределами линии разграничения, например в виде мобильных групп. Конечно, размещение миротворцев не решило, а только заморозило бы конфликт в Донбассе, но по крайней мере сделало бы его более предсказуемым.

Евросоюз. Россия. Украина. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 декабря 2017 > № 2430095 Андрей Девятков


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 18 декабря 2017 > № 2432916 Максим Соколов

Эксперт рабгруппы по кардиологии при Минздраве: Стенты получат клиники, которые лечат экстренных пациентов

Эксклюзивное интервью эксперта рабочей группы по кардиологии при Министерстве здравоохранения, доктора медицинских наук Максима Соколова о программе создания сети реперфузинных центров для экстренного лечения острого инфаркта миокарда

- Вы говорили об изменении подхода к распределению стентов. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее?

- Раньше при распределении стентов мы (рабочая группа по кардиологии Министерства здравоохранения Украины) сталкивались, к сожалению, с критериями, которые во многом можно назвать субъективными. Мы имели дело с тем, что доктор, решал, кому достанется стент, решал какие-то свои личные задачи, иногда это было не очень справедливо. Кроме того, мы имели дело с тем, что на распределение влияли администраторы. Например, облздрав распределял стенты исходя из каких-то своих соображений: ты хороший парень – дадим, в вашем отделении сложные пациенты – поэтому мы вам дадим. Но до лечения инфарктов, до "скорой помощи", как правило, не доходило. Новый поход заключается в том, что стенты будут получать клиники, которые постоянно лечат экстренных пациентов. Мы покроем Украину работающей сетью центров, специализирующихся именно на лечении инфарктов со стойкой элевацией сегмента ST (STEMI) и стентировании.

Попытки создания такой сети были и раньше, но из-за субъективного распределения стентов система развивалась медленно. У всех областей уровень разный. Какие-то отставали в этом отношении, сколько бы стентов туда не направили. Например, в Житомирской области ангиограф есть уже девять лет, но за это время система там не развилась, хотя стенты распределялись пропорционально количеству населения. Сейчас там будет два центра, заработает система и инфраструктура, которая позволит ставить стенты.

- Очень часто пациенты жалуются, что в государственных клиниках им предлагают поставить стенты за деньги. Прокомментируйте, пожалуйста, такие заявления.

- Продавать государственные стенты - это уголовное преступление. Но нужно понимать, что есть много нюансов. Во-первых, нет ни одной страны в мире, где бы все это было бесплатно, какой-то процент пациентов во всем мире оплачивают стенты, на всех бюджетных ресурсов не хватает. Чтобы система помощи при остром инфаркте в Украине развивалась, мы решили сначала помочь тем людям, у которых эта проблема стоит остро.

Я немного проясню медицинскую сторону. Есть плановые больные, которым не нужно экстренно спасать жизнь, но есть больные, которым нужно оказать безотлагательную и наиболее эффективную помощь. Последние делятся на две категории, в зависимости от типа инфаркта: с элевацией ST сегмента (специфические отклонения на кардиограмме, характерные для некоторых заболеваний), признаки которой видны на ЭКГ, и без элевации. Смертность среди пациентов второй категории в стационаре около 1-3%, а среди первой - 14-15%. Такие пациенты больше нуждаются в стентировании потому, что оно эффективнее для спасения их жизни. Поэтому стенты по государственной программе будут получать в первую очередь, именно они. Конечно, есть разные случаи, свести смертность при инфаркте до нуля практически невозможно, но благодаря стентированию именно среди пациентов с элевацией ST сегмента может существенно снизится смертность.

- Ваши рекомендации нашли отражение в нормативной базе, каких-то документах, которые станут обязательными к применению? Ведь врачи и раньше знали, кому стентирование может спасти жизнь…

Мы понимаем, что намерения – это хорошо, но нужны документы, которые обяжут врачей оказывать помощь именно так, и создадут им для этого условия. Для развития кардиопомощи нужна инфраструктура, создание региональной реперфузионной сети, в центре которой находится реперфузионный центр, где проводятся вмешательства. Там должен быть ангиограф, лучше два, чтобы центр бесперебойно работал, подготовленные люди и налаженное дежурство врачей 24 часа в сутки семь дней в неделю. Пациенты должны быть доставлены в реперфузионный центр максимально быстро, в течение 1,5-2 часов от первого контакта с медицинским персоналом экстренной медицинской помощи.

Казалось бы, что тут сложного? Все есть: врачи, ангиографы, пациенты, а экстренных вмешательств в первые часы начала симптомов острого инфаркта миокарда в Украине долгое время не было. И для того, чтобы она была, должна быть создана система, которой до сих пор не существовало.

В ходе работы экспертной группы Министерства здравоохранения мы поняли, что если мы просто закупим и раздадим стенты в существующую систему, у медиков не будет мотивации для лечения "острых" пациентов, для которых стентирование – вопрос жизни. Ранее стенты выделялись тем клиникам, которые их запросили, стентирование проводилось не по "скорой помощи", а плановым больным (ведение плановых пациентов для врача гораздо проще и лучше). Сейчас же, согласно новой стратегии, стенты нужно выделять тем больницам, которые сформировали систему оказания экстренной медпомощи при остром инфаркте миокарда.

- Было много критики относительно того, что Минздрав закупает только стенты, а все необходимые расходные материалы пациент должен покупать сам. Так ли это?

- Министерство здравоохранения за средства госбюджета 2016 года закупило полный комплект, необходимый для оперативного стентирования.

Тут нам пришлось бороться с некоторыми манипуляциями. Например, пациенту говорили, что клинике выделили 100 стентов, но только 80 балончиков (расходные материалы), и что баллончики как раз закончились, и их нужно закупать.

- Это правда?

- Да, когда закупали по заказам регионов, и регионы, и больницы так формировали заказ: 100 стентов и 80 балончиков. Мы анализировали закупки, и нигде не видели, чтобы был закуплен полный комплект. Но мы должны понимать, что процедура стентирования далеко не всегда идет по плану, который создан в рекомендациях, администрацией клиники или клиническими протоколами. Иногда требуется дополнительный стент или дополнительный баллон или что-то еще, что не планировалось. Дело не в формировании плана закупок, а в желании сделать процедуру стентирования у пациентов с острым инфарктом бесплатной. Объяснять это можно как угодно – есть остатки, местный бюджет поможет и т.д. Но, фактически, получалось, что стент шел бесплатно, а все остальное пациенту нужно было покупать самому. Тут происходили достаточно масштабные злоупотребления. Даже при закупках за бюджет 2016 года регионы подавали заявки в разнобой – где-то больше стентов, где-то больше баллончиков.

Сейчас, благодаря сэкономленным Crown Agents деньгам, мы постараемся выровнять комплектацию, чтобы ни в одной клинике не было "нехватки баллончиков", добавляем расходные материалы, чтобы клиники были обеспечены полными комплектами, и стентирование при остром инфаркте проводилось полностью бесплатно.

- Закупаются ли наборы для стентирования за счет местных бюджетов?

- Да, но объем закупок зависит от бюджета области. Например, Черновцы – самая маленькая область, не самая богатая, там закупалось ничтожно мало. Да и ангиографической аппаратуры там пока нет, в Черновицкой области в государственной клинике пользовались частным аппаратом. Ангиографии практически не было также в Сумской области. Но есть регионы, где ангиографическое оборудование есть, но недостаточно используется для лечения острого инфаркта миокарда. В Житомирской и Николаевской областях стентирование при инфаркте недостаточно развито.

В Харькове или Днепропетровске, в больших индустриальных городах, проводили свои тендеры на закупку стентов. Но они, к сожалению, не были такими прозрачными, насколько хотелось бы.

- По вашему мнению, тендер, который провело агентство Crown Agents, как-то повлияет на местные тендеры?

- Безусловно. Рабочая группа Минздрава будет знать, сколько реально стоят расходные материалы для стентирования. Конечно, цен, которые удалось получить Crown Agents, не будет в локальных тендерах (т.к. закупки идут напрямую от производителя, без НДС и т.д.), но они будут ориентиром. Цены могут вырасти на 10-15%, но стенты не станут дороже на 200-300%. Я надеюсь, что закупка Crown Agents серьезно пошатнет "схемы".

Мы рассчитываем, что местные власти присоединятся к нашей инициативе, и будут дополнять ее местными бюджетами.

- Как вы подходили к выбору поставщиков ангиографического оборудования?

- На рынке работают пять крупных международных компаний, которые производят такое оборудование. Первое-второе место делят "Филипс" и "Сименс", третье-четвертое – "Дженерал Электрик" и "Тошиба", на пятом месте японская "Шимадзу".

Производители очень хорошо восприняли нашу программу. Мы проводили специальные совещания в Минздраве, на которых присутствовали представители всех пяти компаний. Мы предложили им универсальное техзадание, которое все поддержали.

Правда, когда деньги по этой программе пришли в регионы (программа предусматривает софинансирование из государственного и местных бюджетов - ИФ), некоторые из них начали отказываться от этого техзадания, так как оно слишком универсально. Очевидно, не везде на местах были готовы проводить прозрачные тендеры.

Мы пока не знаем, как препятствовать этому, потому что юридически в регионах на это имеют право. Если бы решение о закупке ангиографов принималось централизовано, в Минздраве или Кабмине, то мы смогли бы получить огромную скидку, выбрав одного поставщика. К сожалению, так не получается.

- Учитываете ли вы сервисное обслуживание ангиографов?

Универсальное техзадание позволяет сделать выбор на основании надежности техники, особенностей круглосуточной бесперебойной работы – она забивается в техзадание. Производители восприняли техзадание очень позитивно. Сервисное обслуживание техники крайне необходимо клиническим центрам, которые работают круглосуточно. Но центральные органы власти (Кабмин, Минздрав) не могут решать вопросы сервисного обслуживания, нельзя думать и принимать решения за всех, это задача местных руководителей. Серьезный администратор должен понимать, что если не будет достойного сервиса, то оборудование очень быстро перестанет работать.

Сколько нужно докупить?

Для покрытия всей территории Украины необходима сеть из 60 специализированных государственных кардиоцентров (реперфузионных центров), в каждом из которых должен быть минимум один ангиограф. На сегодня есть 23 таких центра, которые принимают пациентов в режиме 24/7/365. Сейчас программа предусматривает закупку 13 ангиографов. Бюджетный комитет Верховной Рады принял решение продлить эту программу и на следующий год заложено еще 13. Итого добавится 26. Это огромный прорыв. Если мы сможем реализовать эту программу, мы принципиально изменим кардиологию в стране.

Вписываются ли в государственную стратегию снижения смертности от инфаркта частные ангиографы?

Конечно. В некоторых регионах ангиография держится именно на частных ангиографах. Так, в Одессе ангиографией занимаются три или четыре частные компании. Город даже проводит тендеры среди этих компаний, закупая у них услуги. Правда, к этим тендерам есть вопросы. Например, простое стентирование стоит около 14 тыс. грн, плюс зарплата персонала, расходы. Итого получаем около 20 тыс. грн, а тендер проходит при цене 45 тыс. грн. Почему государство должно оплачивать частный бизнес? Мы готовы платить частной клинике, но, если там цена будет такая, как в государственной.

За те деньги, которые в Одессе потратили на расходники и закупки услуг у частных компаний, можно было купить два ангиографа и сделать государственный или коммунальный городской ангиографический центр, но его в Одессе нет (есть только центр в областной больнице). Планируется, что он будет создан в 2018 году, но я боюсь, что там придется преодолеть большое сопротивление.

Теоретически закупать ангиографию у частных клиник можно, весь мира так делает, но тогда расценки должны быть сопоставимы. У нас в этом отношении есть злоупотребления.

Минздрав опубликовал методику расчета стоимости медуслуги. Какова стоимость стентирования?

В какой-то момент существовали три методики. В нашем институте (Институт кардиологии им. Стражеско) мы использовали одну из них. По этим расчетам получалось, что стоимость самой коронарографии около 5 тыс. грн. Это не дешево, но и не супердорого, однако, когда эта цифра проходила все инстанции, она превращалась в 10 тыс. Оказывается, на всех этапах согласований к ней, например, добавляли НДС, отчисления на развитие (19,9%), зарплаты семи человек, хотя реально процедуру проводят два, амортизацию оборудования и другие расходы. Уверен, такую "пищевую цепочку", которая влияет на стоимость процедуры, можно оптимизировать. Какой-то компромисс должен быть, понимая, что простой случай может стоить 5 тыс. грн, а на сложный случай мы потратим больше 20 тыс. Со временем мы выйдем на среднюю цену, но пока слишком большие перепады.

Кстати, повышение зарплаты в эти расчеты не были заложены, но все время на энтузиастах нельзя выезжать.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 18 декабря 2017 > № 2432916 Максим Соколов


Украина. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 декабря 2017 > № 2427765 Виталий Портников

Два события в следующем году могут стать решающими для Украины

Известный журналист об уходящем годе и том, что важного будет в 2018-м

Виталий Портников, Екатерина Шумило, Апостроф, Украина

Новый президент США, выборы в ведущих европейских странах, попытка перезагрузить переговоры по Донбассу, внутриполитические интриги в Украине — все это принес уходящий 2017 год. Разобраться, какие события были определяющими, чего можно ждать в приближающемся 2018-м и при каких условиях выборы в Соединенных Штатах и России могут стать очень важными для Украины, «Апострофу» помог известный украинский журналист и публицист Виталий Портников.

На самом деле 2017 год с точки зрения исторической ретроспективы, я думаю, будет восприниматься как год очень спокойный. Вот нам, тем, кто сейчас живет в 2017 году, кто готовится к встрече 2018 года, конечно, кажется (так всегда бывает, это психологический эффект), что мы жили в каких-то бурных событиях. На самом деле ничего особо бурного не было, потому что за этот год практически ничего не изменилось серьезно. И если мы сравним ситуацию декабря 2016 года с декабрем 2017-го, то увидим, что нам, в общем, не о чем разговаривать. Понятно, что мы можем себе придумать целый ряд событий, которые были в этом году и которые действительно на первый взгляд были важными. Это и инаугурация нового американского президента Дональда Трампа, и начало российско-американского диалога по Донбассу, и голосование украинским парламентом целого ряда реформ, о которых говорили долгие годы, и конфликт правоохранительных органов, и ситуация вокруг Михеила Саакашвили. Обычные политические события обычного года. По той простой причине, что они не имеют никакого результата. Событие имеет значение, когда есть результат. А все эти события, о которых я вам сказал, никакого особого результата пока что, в принципе, не имеют.

Дональд Трамп, став президентом США, отнюдь не смог оказаться лидером, способным (в силу даже не личных качеств, а институциональных проблем) выполнить свои предвыборные обещания. Чего мы ждали? Какой-то особой американо-российской сделки. Этого не произошло. Произошло, скорее, ужесточение санкций против России. Но это продолжение политики Соединенных Штатов, а не ее изменение.

Или, допустим, российско-американские консультации по Донбассу. Да, они начались. Да, они во многом заместили собой «нормандский формат». Но они пока что ни к чему не привели.

Президентские выборы во Франции, сенсационные, появление нового лидера — Эммануэля Макрона. С одной стороны, это событие. С другой стороны, Макрону тоже пока что не удается реально осуществить ни один из своих шагов, которые он обещал избирателям. Это может получиться в будущем. Как в будущем может многое получиться у Трампа. А мы говорим не о будущем, а о прошлом.

И та реформа Европейского союза, с инициативой которой выступает Макрон, не осуществлена. А, конечно, эта реформа имела бы большое значение для нашего будущего.

Парламентские выборы в Германии — событие для Европы решающего значения. Но по итогам этих выборов не сформировано правительство. Мы не знаем, будет ли оно сформировано. Даже если предположить, что переговоры Христианско-демократического союза и Социал-демократической партии Германии о формировании большой коалиции закончатся успешно, мы узнаем об этом только весной. А если не закончатся успешно, то формирование нового немецкого правительства отодвинется еще на несколько месяцев. Это тоже не произошло. Это тоже в развитии.

Ситуация с бывшим президентом Грузии [Михеилом Саакашвили в Украине] тоже не имеет развития. Не привели к какому-либо видимому успеху организованные под его именем акции протеста, но, с другой стороны, не привела к какому-либо видимому успеху борьба правоохранительных структур и самой власти против Саакашвили. Тут тоже ничего не происходит.

Конфликт правоохранительных органов (НАБУ и ГПУ, — «Апостроф») тоже не привел к тому, что в этом конфликте есть какой-то победитель.

Реформы. Да, можно по-разному относиться к самой сути этих реформ, можно говорить, что это, скорее, перекладывание денег. И они не привели пока что ни при той, ни при другой интерпретации ни к какому результату. Эти результаты могут появиться в будущем, и они могут быть как положительными, так и отрицательными. Но это уже не вопрос разговоров о том, что было, а о том, что может быть или не может быть.

В принципе, то же самое мы можем сказать и о политике России по отношению к Украине, по отношению к Донбассу. В конце года мы услышали на заключительной пресс-конференции Владимира Путина слова, которые позволят, возможно, в будущем говорить о некоем внешнеполитическом повороте. Но этого не произошло. Это пока что еще слова. Путин говорил огромное количество слов за всю свою политическую карьеру, но отнюдь не все из этих слов реализовывались в конкретные политические намерения.

Я в этом году знаю только одно событие, которое для меня имело реальный результат. Это мое собственное 50-летие. Вот мне стало 50 — и это факт. Тут ничего не поделаешь, это имеет свои последствия для самоощущения, для оценки своей жизни, своей карьеры. Это состоялось. И в следующем году мне уже 50 лет не будет. И когда я сравниваю это свое ощущение с политическими и экономическими событиями, я еще в большей степени ощущаю пустоту года. Придумывать какие-то вещи — задача политологов. Это их хлеб. Я имею в виду тех, кто здесь себя считает политологом, потому что в цивилизованном мире политолог — это человек, занимающийся наукой, политологией, пишущий диссертации. У нас же это политические эксперты, оказывающие услуги разнообразным лагерям политиков и предпринимателей. Оказалось, что даже Пол Манафорт — политолог. Хотя он был, понятно, политическим экспертом. Так его в Америке и называют.

Вот, кстати, Манафорт — это тоже интересная история. Ведь это же событие года — начало преследования Манафорта американской правоохранительной системой. Но оно еще не имеет результата. Мы еще не знаем, выйдет Манафорт сухим из воды или не выйдет. И вообще к чему приведет расследование ситуации вокруг Дональда Трампа и окружения американского президента. Это расследование началось, но не закончилось.

Весь 2017 год — это год отложенных событий. Кстати, то же самое было в 1917 году. Я не буду говорить, что это был пустой год. Боже упаси. Вот если бы мы с вами сидели в декабре 1917-го, о чем бы мы с вами говорили? Да, великая русская революция, февраль 1917 года, свержение царизма, большевистский переворот. Но будущее России, мы бы так считали, определится на выборах в Учредительное собрание 1918 года. Вот если бы я был политологом в Петрограде, я бы так говорил. Электоральный год начинается, 1918 год, за кого проголосуют в Российской империи? Какую модель устройства со своей стороны они выберут?

А если бы я был киевским политическим экспертом или журналистом, я бы говорил: смотрите, в Киеве сформирована Центральная рада, она уже объявила об автономии украинских земель, она уже хочет, чтобы автономная Украинская народная республика существовала в составе будущей России, это очень важное событие. Какой вид будет иметь эта республика после выборов в Учредительное собрание, как будет реализована автономия украинцев?

А все события 1918 года вообще не имели никакого отношения ко всей этой болтовне, потому что Учредительное собрание, выборы в которое действительно состоялись, было разогнано большевиками. И будущее Российской империи определили не выборы и не волеизъявление российских избирателей, а гражданская война.

А украинская Центральная рада буквально в первые дни 1918 года провозгласила независимость Украинской народной республики, что в свою очередь привело к нападению большевистских войск на украинские земли. И будущее Украины было определено не вот этим вот актом Центральной рады и не тем, как голосовали украинские избиратели на выборах в Учредительное собрание новой российской демократии, а тем, что большевикам в 1920 году удалось победить здесь окончательно маршала Пилсудского и атамана Симона Петлюру.

Вот так иногда развиваются события. Поэтому если мы подумаем о 1918 годе, то поймем, насколько все эти прогнозы бессмысленны, когда ты не учитываешь тенденции. Ведь самое главное — это тенденции.

Мы приближаемся к 2018 году. Это год электорального цикла, начало электорального цикла повсюду.

Если в 2018 году — и это, конечно, самое главное — на довыборах в Сенат США победят демократы, и республиканцы лишатся большинства в Сенате, которое и сейчас у них очень хрупкое, то это будет совсем другая Америка. Мало того, что у президента Трампа нет решающей поддержки в кругах Республиканской партии, так у него просто не будет никакой поддержки в Сенате. Там появится устойчивое антипрезидентское большинство. И все возможные инициативы президента будут блокироваться по определению. Фактически будет три года перетягивания каната между президентской администрацией и Конгрессом. Это может очень серьезно быть связано и с нашими будущими геополитическими перспективами. Мы в следующем году можем получить слабую американскую администрацию, а можем — усилившуюся, потому что могут быть такие довыборы в Сенат, которые помогут республиканцам победить, и среди этих республиканцев будет достаточное количество сторонников Трампа.

Пока эти выборы не пройдут, говорить о том, как будет выглядеть Америка, рано. Пока не завершится расследование, которое проводится специальным прокурором [Робертом] Мюллером (насчет вмешательства России в американские выборы, — «Апостроф»), тоже невозможно говорить о том, какой будет Америка, какими будут последствия расследования для всех — для президента Трампа, для вице-президента [Майка] Пенса, в случае, если у Трампа будут какие-то реальные угрозы, для Манафорта, для самой Америки. Мы вообще находимся в ситуации неопределенности. А мы прекрасно понимаем, что ситуация в верхах американской власти определяет американскую поддержку Украины и американскую реакцию на Россию. Это раз.

Два — это президентские выборы в Российской Федерации. Это вообще один из решающих моментов в нашем существовании, как это странно ни прозвучит. Скажут: ну, подумаешь, какое значение имеют президентские выборы у россиян, это же аккламация, это не выборы. Уже понятно, что на этих выборах Владимир Путин победит, и я думаю, что у руководителей президентской администрации сейчас есть процент тех, кто за него проголосует.

Но ведь дело же не в этом. В России всегда эти аккламации используются как повод для коррекции курса, если такая необходимость есть. А я считаю, что такая необходимость есть. И, опять-таки, все действия Владимира Путина последнего времени — от его реакции на бойкот Олимпиады, через его полет в Сирию на авиабазу и его слова о том, что он выводит войска из Сирии, и до пресс-конференции, на которой он сказал о возможности полного международного контроля над территорией Донбасса — показывают, что Путин готов к коррекции в случае, если он достигнет необходимого компромисса с США. Я подчеркну, именно с Соединенными Штатами, не с Западом в целом.

Но удастся ли такого компромисса достичь? Каким он будет? Будет ли он за счет Украины или американцы его не захотят достигать за счет Украины? В какой мере там будут учтены наши интересы, не окажется ли этот компромисс серьезной ловушкой собственно для Украины? Потому что даже если предположить, что будет обеспечен полный международный контроль на территории Донбасса без восстановления там украинского контроля, с уходом россиян, но при сохранении электоральных прав проживающих там жителей, которые одновременно не будут интегрированной частью украинского государственного механизма, это может привести к победе пророссийских сил на выборах в Украине уже в 2019 году. У нас будут пророссийский президент и пророссийский парламент. Это не исключено. И я вполне допускаю, что Россия может думать о такой ловушке, об обеспечении такой возможности уже в следующем году. Но станет ли это реальным результатом, я не знаю.

Точно так же, как очень трудно говорить, что 2018 год принесет для украинского политического класса. С одной стороны, тема внеочередных выборов начинает исчезать из повестки дня, уже очень близко очередные выборы. Уже никто ничего особенно не достигает, если добивается выборов на несколько месяцев раньше положенного срока.

Скорее всего, будут говорить о другом. Тут уже вся власть и вся оппозиция должны будут думать о своих электоральных результатах. В украинских условиях, в условиях обеднения значительной части населения, в условиях разочарования значительной части населения в результатах изменений, в условиях того, что стараниями и Москвы, и целого ряда доморощенных политиков и активистов тема войны ушла на второй план по сравнению с темой антикоррупционной борьбы и так далее, конечно, такие выборы могут быть торжеством популизма. Но и подготовка к выборам может быть торжеством популизма. Стороны будут соревноваться между собой в обещаниях, в задержаниях, в компрометирующих материалах. И этим может, безусловно, воспользоваться враг.

Если серьезно говорить об этом, в воюющей стране демократические процессы вообще очень часто приводят к разрушению самого государственного организма. Это надо понимать. Не надо обвинять меня в том, что я — какой-то противник демократии. Просто есть объективные вещи. Вот в США, которые, наверное, никто не будет обвинять в том, что это недемократическое государство, был только один единственный случай за всю их историю, когда президент избирался четыре раза подряд. Это был Франклин Делано Рузвельт. Это была Вторая мировая война. И в конце концов президент Рузвельт умер на посту. И, кстати, именно после этого было принято правило, согласно которому президент США не может баллотироваться больше двух сроков. Если бы это правило не действовало, я могу предположить, что сейчас мы бы жили в эпоху Барака Обамы. Но именно война позволила столь длительное продолжение правления. Именно война поставила под сомнение прочность самих американских институций в угоду сохранения преемственности власти и силе личности.

Тут могут быть самые разные коррективы, мы об этом не думаем, потому что мы как бы живем в гибридной войне, а вообще в войне не живем, и о последствиях тех или иных проблем для нашего политического организма мы не задумываемся. Но если мы о них не задумываемся, это не значит, что их не будет. Так что, я думаю, нас ждет неспокойный год. Но я совершенно не готов предсказывать его события.

Украина. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 декабря 2017 > № 2427765 Виталий Портников


Украина. Канада > Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2017 > № 2427750 Кристель Неан

Война в Донбассе — Канада готова стать соучастницей преступлений против человечности

Несмотря на то, что Россия неоднократно предостерегала западных партнеров от поставок летального оружия Киеву, Канада добровольно взяла на себя роль поджигателя.

Кристель Неан (Christelle Néant), AgoraVox, Франция

Выполнение Минских соглашений так и не сдвинулось с мертвой точки, и даже обмен заключенными, намеченный на конец года, похоже, не состоится. В свете этих событий — принять решение о поставках летального оружия Украине, это все равно, что выдать Киеву карт-бланш на продолжение кровопролития в Донбассе.

Несмотря на неофициальные поставки оружия в Украину, США до сих пор отказывались принимать неоднократные просьбы Киева об официальном разрешении на поставку оружия в Украину. Надо сказать, что Вашингтон прекрасно отдает себе отчет о последствиях этого шага, учитывая неоднократные предупреждения России по этому вопросу.

И потом, продолжать кричать на каждом углу, что Минские соглашения должны выполняться и поставлять при этом вооружения Украине, создало бы впечатление, что Вашингтон просто смеется над остальными. Но это не помеха — если хозяин не хочет пачкать руки, достаточно отправить слугу.

И для этой роли Канада идеально подходит. Следует напомнить, что в Канаде существует большая украинская диаспора, представители которой вращаются в высших кругах власти. Некоторые министры и высокопоставленные чиновники имеют украинское происхождение, а у некоторых в роду есть даже бандеровцы, что многое объясняет.

13 декабря Канада внесла Украину в список стран, которым разрешается продавать канадское автоматическое оружие. Таким образом, действия канадских властей все больше втягивают Оттаву в конфликт в Донбассе. Не будем забывать, что с 2015 года на Украине постоянно находятся около 200 канадских инструкторов. Они занимаются обучением солдат украинской армии, чтобы те могли лучше убивать гражданское население Донбасса. Это уже делает Канаду соучастником военных преступлений украинской армии. Если мы добавим сюда официальную поставку летального оружия украинской армии, которая участвует в гражданской войне, то это означает, что Канада поддерживает геноцид против населения Донбасса, что делает ее официальным соучастником!

Россия немедленно осудила это решение Канады. В частности, российский сенатор Франц Клинцевич заявил, что это вовлечет Канаду в конфликт в Донбассе.

«Официально одобрив поставки летального оружия Киеву, правительство Канады, на мой взгляд, не до конца понимает, во что оно втягивает свою страну. Не исключено, что эти поставки способны в какой-то мере изменить соотношение сил, противостоящих друг другу сторон в Донбассе (для этого они и затеяны), но дело все-таки в другом. Создается очень опасный прецедент. По сути, Канада становится стороной внутриукраинского конфликта со всеми вытекающими отсюда последствиями. Если называть вещи своими именами, Канада прямо выступила против Минских соглашений», — заявил Клинцевич.

Мария Захарова, официальный представитель МИД России, резко высказалась по этому поводу: «Мы рекомендуем тем, кто подталкивает к таким решениям и их принимает, остановиться и задуматься о своей личной ответственности. Совершенно очевидно, что поставки американского и канадского военного оборудования толкает руководство Украины, саботирующее мирное урегулирование конфликта на востоке страны, на необдуманные военные авантюры. В Вашингтоне и Оттаве должны понимать, что конфликт в Донбассе, ставший следствием государственного переворота в Киеве, силой не решить, но вина за гибель людей ляжет и на тех, кто даст в руки убийцам оружие».

Мария Захарова заявила, что Канада и США использовали ложные отговорки, чтобы оправдать поставки оружия, обвиняя ДНР и ЛНР в обстрелах, которые ведут украинские силы!

К ней присоединился Леонид Слуцкий, председатель комитета ГД по международным делам, который подчеркнул, что эти поставки окончательно похоронят Минские соглашения, усугубят конфликт и увеличат количество жертв среди гражданского населения.

«Решение Канады о разрешении поставок летального оружия на Украину, а также увеличение расходов в оборонном бюджете США на помощь Киеву показывают, что Запад не заинтересован в мирном решении конфликта на Донбассе. Безусловно, такая военная помощь лишь обострит ситуацию на юго-востоке Украины и отдалит выполнение Минских соглашений», — заявил Слуцкий.

«Самое опасное в этом решении — это неминуемое увеличение числа жертв от применения летальных вооружений на Донбассе. Против кого будет направлено западное оружие на Украине? Очевидно, против мирного населения. Но западным политикам по-прежнему наплевать на гибель стариков, женщин и детей. Вместо того чтобы приложить все усилия и оказать давление для выполнения Киевом Минских соглашений, они лишь подогревают градус конфликта под благодарные аплодисменты Порошенко», — подытожил Слуцкий.

Реакция в ДНР была аналогичной. Денис Пушилин, официальный представитель ДНР, заявил, что это вредоносное решение приведет к обострению конфликта.

Со своей стороны, я не думаю, что канадское оружие сильно повлияет на изменение баланса сил в Донбассе. С другой стороны, это будет ясно воспринято Киевом как карт-бланш, чтобы возобновить войну и окончательно похоронить Минские соглашения. Такое решение неизбежно вызовет кровопролитие среди гражданского населения.

Но принимая такое решение, Канада допустила ряд ошибок. Во-первых, она официально стала соучастником Киева в преступлениях против человечности. В тот день, когда эти военные преступления будут судить, канадские официальные лица рискуют оказаться на одной скамье подсудимых вместе с Порошенко, Турчиновым, Полтораком и другими украинскими официальными лицами.

Во-вторых, официально поставляя Украине летальное оружие, Канада только что подтвердила то, о чем Россия давно говорила, а именно: западное вмешательство в этот конфликт и тот факт, что на Западе абсолютно не хотят урегулировать конфликт на Донбассе мирным путем.

Канада только что вскрыла двойной западный дискурс о Донбассе, и теперь Западу станет гораздо сложнее спекулировать на невыполнении Минских соглашений или на предполагаемой помощи России ДНР и ЛНР, чтобы оправдать тот или иной шаг во время международных переговоров с Россией. Теперь Россия сможет ссылаться на официальное участие Канады в массовом убийстве гражданского населения Донбасса, опираясь на подтвержденные факты.

И уже неважно, будут или нет, осуществлены эти поставки. Слишком поздно. Запад дал Киеву зеленый свет и в скором будущем война с новой силой возобновиться в Донбассе.

Украина. Канада > Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2017 > № 2427750 Кристель Неан


Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 декабря 2017 > № 2426436 Олег Морозов

Пожертвовать частью, чтобы не потерять все: Порошенко предложили поделиться властью

Олег Морозов, Вести.ua, Украина

Михаил Саакашвили вышел на свободу, Юлии Тимошенко простили прорыв границы, Павел Петренко обещает Антикоррупционный суд к февралю. Все это выглядит как полная капитуляция Банковой по всем фронтам. Но только выглядит. На самом деле Петр Порошенко снова пошел по уже дважды опробованному пути: отступление — перегруппировка сил — контратака.

Опробовал этот путь украинский президент в Минске — в сентябре 2014-го и в феврале 2015-го. Под угрозой полного поражения подписывал условия «капитуляции», но вместо их выполнения создавал базу для отвоевания сданных позиций. Теперь пришло время для «Минских соглашений» внутри страны.

Враг системы

До Михомайдана и атаки НАБУ на верхние эшелоны власти жизнь в Украине шла по заведенному еще со времен Леонида Кучмы распорядку: президент, пришедший к власти в результате компромисса элит, рвал договоренности, расширял сферу своей власти и отжимал бизнес у недавних союзников.

Недавним союзникам это не нравилось, но все они понимали, что таковы принципы существования Украины — введенные Леонидом Кучмой, они использовались и Виктором Януковичем. Виктор Ющенко не смог так действовать только потому, что оказался слишком слаб — и в силу полномочий, и как лидер.

Саакашвили, еврооптимисты и НАБУ долгое время казались элементом декора этой системы — вроде «Озимого поколения», «Народной Самообороны» или добробатов. То есть подмастерья, которые используют новые тренды, но потом вписываются в систему.

Однако события осени 2017-го показали, что недавние «подмастерья» превратились в независимых игроков, которые отказались вписываться в систему и даже — с опорой на Штаты — сделали заявку на ее слом.

Из этого Порошенко не мог не сделать два вывода. Первый: войну на всех фронтах он проиграет. Второй: слом системы означает реальную смену всей элиты, а не ее размывание (как в 2014-м), — и потому всем старым союзникам, ставшим противниками, выгодно объединиться с президентом ради самосохранения в «антиамериканский фронт».

Ради усиления для борьбы с основным противником Порошенко предложил заключить мир всем остальным — от «Народного фронта» и «Батькивщины» до Оппозиционного блока.

Прощение Тимошенко за прорыв границы — это тоже отступление, но отступление для предложения мира и союза. И это не единственный видимый элемент новой политической стратегии: за последние дни в эфир прошли заявления Юрия Луценко об отсутствии у ГПУ претензий к отдельным представителям Оппозиционного блока, прекратились взаимные пикировки между «Народным фронтом» и Оппоблоком, Радикальной партией и Оппоблоком, Радикальной партией и «Батькивщиной».

В принципе, все основные игроки сегодняшней политики — птенцы гнезда Кучмы, и угрозу всей элите они понимают. Однако Порошенко слишком часто «кидал» партнеров, чтобы ему поверили. Поэтому то, что происходит сегодня, — не мир, а перемирие.

Обрезание или обезглавливание

Каждый исходит из своего видения политического будущего. Самая серьезная дилемма стоит сегодня перед Тимошенко: она-то нацелилась на Банковую и до осени 2017-го использовала любые возможности, чтобы ослабить Порошенко и усилиться самой.

Отказ от использования Михомайдана и переход (пусть даже скрытый) в ряды союзников президента равносилен отказу от своих планов. С другой стороны, опора на Михомайдан несет риски того, что с ней поступят так же, как сейчас поступают с Порошенко.

Отсюда и двойственность поведения Тимошенко: с одной стороны, она защищает Саакашвили и еврооптимистов на суде и при голосованиях, с другой — практически ничего не говорит на эту тему.

У остальных участников перемирия такой дилеммы нет. Ни в «Народном фронте», ни во всех осколках Партии регионов нет политиков, претендующих на президентский пост с таким же рвением и основанием, как Порошенко и Тимошенко. Поэтому у них — свое видение.

Это видение уже не раз высказывали Арсений Яценюк и Юрий Бойко, Арсен Аваков и Борис Колесников. И даже у Юлии Тимошенко подобные мысли проскальзывали, чередуясь с воспоминаниями о президентских амбициях.

Речь идет о новом компромиссе элит на условиях парламентской республики, в которой пост президента будет сведен к контрольным функциям — как в Германии или Италии. В такой системе, когда все зависят от всех, беспредел одного становится невозможным. Или хотя бы сводится к минимуму.

Слово — за президентом. Ему предлагают пожертвовать частью, чтобы не потерять все. Порошенко 2014 года на такой компромисс пошел бы, не раздумывая. Для президента, уже вкусившего полноту власти и — как все на четвертом году пребывания на Банковой — потерявшего связь с реальностью, такая жертва кажется чрезмерной.

Но если он не пойдет на нее, Тимошенко объединится с Саакашвили, а остальные — в лучшем для Порошенко случае — просто отойдут в сторону. В худшем против президента будут все. Со всеми вытекающими последствиями.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 декабря 2017 > № 2426436 Олег Морозов


Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 декабря 2017 > № 2425657 Дмитрий Орешкин

Путин готовит ДНР-ЛНР к сливу: что задумали в Кремле

Дмитрий Орешкин о политике Путина по миротворцам на Донбассе

Дмитрий Орешкин, Апостроф, Украина

Президент РФ Владимир Путин готовит российскую общественность к сливу так называемых ДНР и ЛНР. Такое мнение высказал «Апострофу» российский политолог Дмитрий Орешкин, комментируя заявление главы Кремля о миротворческой миссии ООН на Донбассе (Путин сказал, что не против размещения миссии на всей территории оккупированного Донбасса, но Киев должен договориться об этом с боевиками).

Четыре года подряд я говорил, что Донбасс будет находится в каком-то промежуточном статусе — типа Приднестровья. Потому что вернуть его безоговорочно Украине Путин не может без потери лица. Взять Донбасс под свой патронаж и в свою территориальную структуру безоговорочно он, опять же, не может, потому что это будет сопровождаться слишком серьезными издержками. Соответственно, теперь вопрос, в какой именно степени.

Не следует верить тому, что говорит Путин. Он делает одно, говорит другое и считает это абсолютно нормальным. Его слова, скорее, означают некоторую работу с общественным мнением. Он одновременно дает сигналы, что «присоединять» Донбасс не будем, и что украинских войск (на оккупированную часть востока Украины, — «Апостроф») не допустим, потому что будет резня. И самый главный сигнал — миротворческий: он хочет выступать миротворцем. Что вполне естественно, потому что за прошедшие с начала этой кампании три года Россия потерпела очень серьезные экономические поражения, и население это чувствует. Воевать дальше у Путина нет ресурсов — ни идеологических, ни политических, ни финансовых, ни даже военных.

Ему остается лишь маневрировать, что он и делает. Да, идет какая-то закулисная торговля с Соединенными Штатами. К сожалению для Путина, США хорошо поняли, что с ним надо вести себя примерно так, как с Ким Чен Ыном — договариваться бессмысленно, надо давить довольно жестко. У Путина очень слабые переговорные позиции: над ним нависает «Бук», который приехал из России (соответственно, кто-то подписал документ, отправляющий этот «Бук», из которого сбили Boeing MH17 летом 2014 года на Донбассе), нависают обвинения во вмешательстве в выборы в Европе и в США (и они делаются все правдоподобнее с каждым шагом)…

Сейчас его задача — как бы понемножку подготовить так называемые ДНР и ЛНР если не к тотальному сливу, то к какому-то поиску компромисса, главным образом с Западом. И он понемножку отступает, стараясь не делать этого слишком резко, потому что тогда возникнет когнитивный диссонанс. Потом нам (россиянам, — «Апостроф»), думаю, даже расскажут, что в «республиках» очень неэффективное управление, коррупция слишком большая — вот пусть и отваливаются к Украине. Глупее всего в этой ситуации, естественно, выглядят «патриоты» из ДНР и ЛНР.

Мне кажется, он понемножку начинает приучать общественное мнение, что, в общем, эта ноша россиянам не по карману, что мы вовсе не хотим убивать братский украинский народ. А чтобы остановить кровопролитие, нужно подключить иностранных наблюдателей. Но это все работа с общественным мнением.

Очень интересный и сложный вопрос, как будут реально договариваться Волкер с Сурковым. Потому что Волкер — человек, достаточно ясно понимающий, что теперь от Суркова мало что зависит. После того, как (экс-главаря так называемой ЛНР Игоря, — «Апостроф») Плотницкого, как бы «избранного всенародным голосованием» и подписавшего Минские соглашения, удивительно легко взяли и вышвырнули из ЛНР, и, к тому же, сразу выяснилось, что вокруг него было гнездо ядовитых наемников «укрофашистской хунты», любому человеку понятно, с кем договариваться — с тем, кто курирует этих самых лидеров ЛНР-ДНР (а они сидят на Лубянке), или с тем, кто от Кремля отвечает за минский процесс, и фамилия его — Сурков. Но его реальные полномочия и реальный контроль над происходящим вызывают все больше сомнений.

Ситуация делается все менее понятной и все более бесперспективной для того спектра электората, который воспринимает это в терминах патриотизма и борьбы за «русский мир».

Для Путина общественное мнение — объект глубокого и искреннего презрения. Он легко поменяет риторику и легко забудет, что говорил, в тот самый момент, как у него появятся реальные материальные возможности, чтобы держать эти территории под контролем. Поскольку они вряд ли появятся, то есть смысл ожидать смягчения риторики и подготовки общественного мнения к сливу. Но следить надо не за тем, что он говорит. А за тем, что делает и какими располагает ресурсами.

Никто не скажет, на каком этапе переговорного процесса будет найден компромисс. Наверное, он будет найден. Но еще десятилетия конфликт будет находиться в замороженном состоянии — Путин совсем не может уйти просто так, ему ДНР и ЛНР нужны как нарыв в теле Украины, но не в теле России. Поэтому он будет впихивать их формально в тело Украины, чтобы по возможности распространять вокруг заразу. Но ключевые позиции Путин хочет оставить за собой, или, скорее, за ФСБ.

Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 декабря 2017 > № 2425657 Дмитрий Орешкин


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 декабря 2017 > № 2425656 Виталий Портников

Решение о том, как действовать на украинском направлении, Путин принял — и готов его осуществлять.

Виталий Портников, Главред, Украина

На первый взгляд, итоговая пресс-конференция Владимира Путина не внесла каких-либо новых акцентов в украинскую политику российского правителя. Путин все также привычно говорил об «одном народе», обвинял во всех возможных грехах «киевскую власть», предупреждал об опасности «резни» на территории Донбасса в случае, если оккупированные Россией районы будут возвращены под контроль Украины.

Все это было бы так, если бы мы не учитывали сам политический стиль Путина, его стремление говорить сигналами. И в том, что для направления таких сигналов он выбрал своё ежедневное шоу, которое непонятно почему называют пресс-конференцией, тоже есть своеобразный сигнал. Он состоит в том, что Путин начинает готовить общественное мнение России к своему новому развороту. Потому что если бы российский президент хотел бы направить сигнал Западу или Киеву, он избрал бы другой формат.

Первый, самый важный сигнал Путина на этой пресс-конференции — это его согласие с полным международным контролем над территорией Донбасса. Да, это согласие обуславливается привычным требованием имплементировать Минские соглашения и предоставить оккупированной территории особый статус. Да, при этом говорится об отсутствии российских войск на Донбассе — привычное «ихтамнет». Но сам факт возможности контроля, в том числе и на границе, говорит о том, какой вариант урегулирования может избрать Кремль в наступающем году. Это не вариант поглощения. Это вариант ухода с недопущением восстановления украинского контроля, подменой оккупантов миротворцами ООН. И это то, чего Путин будет пытаться добиться в контактах с американцами.

Кстати, об американцах. Второй сигнал, который послал Владимир Путин — это признание американской роли в украинском урегулировании. Полноправной роли, как сказал сам российский правитель. Путин утверждает, что никогда не протестовал против такого участия, но мы хорошо помним, что это не так. Сам нормандский формат сложился именно потому, что Кремль отчаянно сопротивлялся американской вовлечённости в решение кризиса. Слова Путина свидетельствуют о том, что он намерен договориться по Донбассу — причём именно с американцами, а не с европейцами или нами. Нормандский формат был для Путина политическим рычагом воздействия на ситуацию. Консультации с американцами — это путь к получению гарантий, в том числе и личным. По крайней мере, становится понятным, каким именно путём собирается идти Путин.

Третий важный сигнал, который послал Путин, связан с фактическим признанием права Украины на независимость и самостоятельный выбор. Да, этот сигнал был обвёрнут в знакомые лозунги об «одном народе». Причём нетрудно было заметить, что аудитория аплодировала именно этим словам правителя. Это тоже нельзя игнорировать: шовинизм — это не личная болезнь Путина. Шовинизмом, как раковой опухолью, поражён сам русский национальный и российский государственный организм. Тем не менее, Путину-шовинисту приходится уступать Путину-политику. Путин говорил об украинских особенностях, «западных границах России» и праве на свой выбор с видимым отвращением, было ясно, что сам этот ходячий мертвец думает иначе. Но — говорил! И это тоже будет частью его политической программы после выборов. Другой вопрос — какой хочет Путин видеть самостоятельную Украину, каким видится ему ее выбор. Ведь Украина Медведчука или Бойко для Путина — тоже Украина, как была Украиной страна Януковича и Азарова. Но здесь уже многое зависит он нас, а не от него.

Таким образом, на итоговой пресс-конференции Путина мы увидели своеобразный эскиз его возможного политического разворота в украинском вопросе. Да, многое будет зависеть от того, на каких условиях Путин договорится с Западом, точнее — с Вашингтоном. Не исключены и отступления от избранного курса и попытки эскалации напряженности для того, чтобы сделать оппонентов более уступчивыми и продемонстрировать слабость Украинского государства.

Конечно, важная часть нового путинского подхода — дестабилизация Украины с помощью внутренних агентов и провокаций. Об этом Путин, понятное дело, не сказал.

И, тем не менее, мы можем сказать что решение о том, как действовать на украинском направлении, Путин принял — и готов его осуществлять.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 декабря 2017 > № 2425656 Виталий Портников


Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 15 декабря 2017 > № 2424930 Михаил Саакашвили

Михаил Саакашвили: Как я попал из губернаторского кресла в тюремную камеру

Михаил Саакашвили | The New York Times

"Возможно, я первый со времен Габсбургов экс-глава государства, который сделался лицом без гражданства", - пишет в своей статье в The New York Times экс-президент Грузии и экс-губернатор Одесской области Михаил Саакашвили.

"В прошлом меня также называли одним из злейших врагов президента Владимира Путина. И все же недавно я провел три дня в одиночной камере, куда меня заключила Служба безопасности Украины, обвинившая меня, в частности, в том, что я агент российской спецслужбы", - говорится в статье.

Напомнив, как он начал участвовать в украинских реформах и получил украинское гражданство, отказавшись при этом от гражданства Грузии, Саакашвили пишет: "Я добровольно вызвался стать губернатором Одесской области, чтобы защитить ее от российских попыток взять ее под контроль, а также чтобы дать быстрый старт реформам в ней".

"Все шло хорошо, но к концу 2016 года мы обнаружили, что центральное правительство преграждает путь нашим попыткам осуществления реформ. Порошенко - олигарх, разбогатевший при старой системе, - и его окружение не только перестали помогать моей команде в Одессе и другим реформаторам в правительстве, но также стали прямо подрывать некоторые из наших первоначальных достижений", - заявляет автор. По мнению Саакашвили, причины в том, что расширение транспарентности сужало простор для обогащения этих лиц, а Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ), созданное при его содействии, преследовало некоторых приближенных Порошенко.

Саакашвили напоминает хронику дальнейших событий (ушел в отставку, основал оппозиционную партию, был лишен гражданства, НАБУ подверглось атаке).

На прошлой неделе Саакашвили задержали.

"Генпрокурор объявил, что я - агент российской секретной полиции, а моя цель - дестабилизация Украины", - отмечает Саакашвили.

"Украина действительно дестабилизируется Россией. И у России действительно есть могущественные союзники по этой дестабилизации: отечественная, алчная и коррумпированная элита Украины, превратившая страну, которая могла быть одной из богатейших в Европе, в одну из беднейших", - комментирует Саакашвили.

"Я верю в великое будущее Украины. На мой взгляд, как и в других странах Восточной Европы, ключ к ее успеху в том, чтобы переломить тенденцию, при которой побеждают олигархи, умеющие манипулировать выборами", - пишет Саакашвили.

Напомнив, что судья Лариса Цокол отказалась вынести решение о его аресте, Саакашвили сообщает: "Теперь я буду оспаривать предъявленные мне обвинения, и я уверен, что буду полностью оправдан. Судья Цокол - лишь одна из множества храбрых людей, которые есть на Украине. Эти люди - надежда и будущее страны".

Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 15 декабря 2017 > № 2424930 Михаил Саакашвили


Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 декабря 2017 > № 2423364 Штефан Шолль

Порошенко играет со своим будущим

Штефан Шолль (Stefan Scholl), Frankfurter Rundschau, Германия

Суд явно склонялся к смягчению наказания. В понедельник Михаилу Саакашвили пришлось лишь ненадолго сесть на скамью подсудимых в стеклянной клетке. Затем ему позволили занять место между его адвокатами. Генпрокуратура потребовала для него лишь два месяца домашнего ареста и никакого выдворения в Польшу или вообще в Грузию. В понедельник вечером судья отменила и это решение и снова освободила Саакашвили.

Тем самым государственная власть Украины пока не стала обострять конфликт с грузином, находящимся в эпицентре сегодняшних беспорядков в стране. Они начались после задержания Саакашвили. Генпрокуратура обвиняет его в получении денег от сбежавшего в Москву олигарха и намерении свергнуть президента Петра Порошенко.

Десятки тысяч вышли в Киеве на улицы

Но очень многие украинцы в эти обвинения не верят. В воскресенье десятки тысяч вышли на улицы Киева, выступая за освобождение Саакашвили и отставку Порошенко.

«Я — не убежденный сторонник Саакашвили, — говорит в беседе с газетой Frankfurter Rundschau крымскотатарский активист Эрфан Кудусов. — Но Порошенко ведет себя так, как будто подражает Януковичу». По его словам, Порошенко натравливает сейчас на демонстрантов провокаторов, прямо как Виктор Янукович, который был свергнут в феврале 2014 года после многомесячных протестных акций, которые закончились кровопролитием.

По мнению многих наблюдателей, Порошенко, повторяя ошибки Януковича, раз в десять увеличил число тех, кто вышел на улицу с протестом против него. Жителей Киева возмутило применение слезоточивого газа при задержании Саакашвили, как в свое время жестокое применение резиновых дубинок против студентов в 2013 году.

Повторение ошибок 2013 года

Тогда Янукович вывел украинцев на баррикады, неожиданно отказавшись подписывать давно обещанное Соглашение об ассоциации с ЕС. Сегодня Порошенко препятствует реализации громко объявленной реформе по противодействию коррупции. Генпрокуратура задержала недавно одного агента независимого Национального антикоррупционного бюро (НАБУ), предположительно из-за дачи взятки.

«Порошенко контролирует Генпрокуратуру и пытается с ее помощью взять под свой контроль также и НАБУ», — считает политолог Юрий Карасев. Вопреки своим обещаниям, Порошенко делает все, чтобы защитить от борцов с коррупцией своих близких друзей, уверен политолог. «При этом он попал в ситуацию, похожую на ту, в какую когда-то попал Янукович, и вынужден принять решение. Если он не проявит жесткость в отношении Саакашвили, его заклеймят как слабака и он потеряет шанс на переизбрание в 2018 году. Если же он будет судить Саакашвили, то протестное движение еще больше радикализируется».

Пока украинские власти выиграли время, выпустив Саакашвили. Но перед Порошенко впервые замаячила перспектива завершить свою политическую карьеру так же бесславно, как закончил ее Виктор Янукович.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 декабря 2017 > № 2423364 Штефан Шолль


Украина > Агропром. Транспорт > interfax.com.ua, 12 декабря 2017 > № 2432914 Борис Марков

Гендиректор корпорации "АТБ": Товарооборот нашей сети в 2017 году вырос на 37%

Эксклюзивное интервью генерального директора корпорации "АТБ" Бориса Маркова агентству «Интерфакс-Украина»

Поделитесь, пожалуйста, собственным видением развития продуктового ритейла в Украине.

На рынке наблюдается активное перераспределение доли сетевой и несетевой розницы. По разным экспертным оценкам, доля организованной розничной торговли на сегодня составляет около 50%, остальная часть продаж осуществляется через локальные торговые точки. Пока жесткого противостояния между игроками розничной торговли нет, но это перспектива ближайших пяти лет.

Расскажите о результатах деятельности сети "АТБ" в 2017 году.

По предварительным прогнозам, общая сумма отчислений налогов и сборов группы компаний "АТБ" в 2017 году составит более чем 6,3 млрд грн – это на 15% больше чем в 2016 году. Товарооборот торговой сети "АТБ", по прогнозам, составит около 80,2 млрд грн с НДС, что на 37% больше показателей 2016 года. Кроме того, как и годом ранее, наша корпорация заняла топовые позиции в рейтинге компаний, создающих наибольшее количество рабочих мест – более 7 тыс. новых рабочих мест в 2017 году. Таким образом, по состоянию на начало декабря штат корпорации "АТБ" насчитывает около 58 тыс. сотрудников

Сколько новых магазинов пополнят в 2017 году сеть "АТБ"?

По состоянию на начало декабря торговая сеть "АТБ" насчитывает 899 магазинов. В планах компании – к концу 2017 года открыть еще как минимум 15 магазинов торговой сети. Рассчитываем, что к концу года торговая сеть составить 914 объектов, соответственно, за год будет открыто 82 новых магазина.

В этом году компания приобрела два складских комплекса для обеспечения потребностей сети "АТБ". Сколько средств потребуется на их реконструкцию?

Логистический парк "Копылов" в Киевской области кардинально отличается от объекта, который мы купили во Львове, в лучшую сторону. Компания намерена инвестировать в приобретенный многофункциональный логистический комплекс во Львове до 200 млн. грн. Эти средства понадобятся на то, чтобы его реконструировать и привести к стандартам категории "А".

Планирует ли компания строить логистический центр в Одессе?

В апреле 2017 года в Одессе уже начал работу арендуемый складской комплекс класса "А". Площадь данного распределительного центра составляет порядка 18 тыс. кв. м., грузооборот – более 310 тонн/сутки. Он обеспечивает текущие потребности торговой сети АТБ в регионе. В планах компании на 2018-2019 годы – приобретение складского комплекса в Одесской области площадью около 35 тыс. кв. м. и мощностью более 1,5 тыс. тонн среднесуточной отгрузки. Складской комплекс необходим для обеспечения, как стратегии развития сети, так и комплексной обработки продукции, поступающей в сеть через Одесский морской порт. Сегодня мы видим дефицит складских помещений в Одесской области, соответствующих нашим требованиям. Поэтому, компания рассматривает более сложный, но более качественный путь – строительство собственного объекта.

Многие поставщики говорят, что зайти на полку "АТБ" очень сложно. Рассматриваете ли возможность упрощения формата сотрудничества по поставкам?

Требования компании к поставщикам по качеству предлагаемого товара будут не упрощаться, а только повышаться, и при этом существенно. С прошлого года компания активно внедряет систему безопасности пищевой продукции по международному стандарту ISO 22000:2005, в котором лежат принципы НАССР. Что касается объемов и частоты поставки — безусловно, с компанией непросто работать. Однако это вынужденная мера. Поскольку у нас системный бизнес, с достаточно развитой региональной структурой распределительных центров, компания зарабатывает не на марже, а на быстром товарообороте. Именно этим объясняется наличие ограничений по запасам в магазинах. Компания не может позволить себе работать с теми поставщиками, товар которых не будет продаваться. Приходится отбирать только самый востребованный и ликвидный товар.

Есть также следующие причины, по которым поставщику не просто попасть на полку нашей торговой сети. Во-первых, формат дискаунтера, который четко определяет количество представленного в нем ассортимента продукции. Во-вторых, высокая конкуренция за место на полке в нашей сети. Новый производитель должен доказать, что он будет продаваться не хуже, а даже лучше, чем его конкурент.

С другой стороны, с учетом расширения географии, развития торговой сети в новых регионах, компания пересматривает свой подход к формированию регионального ассортимента. Планируется создавать определенные преференции для региональных поставщиков, в первую очередь таких групп товаров, как овощи, фрукты, молочная, рыбная, мясная продукция.

У вашей корпорации есть собственное производство, зачем оно компании, которая занимается в основном торговлей?

Так сложилось исторически. Корпорации "АТБ" принадлежит кондитерская фабрика "Квітень" и мясная фабрика "Фаворит Плюс", которые продолжают активно наращивать свою долю на рынке Украины.

По результатам работы за 9 мес. 2017 года, кондитерская фабрика "Квітень" реализовала более 5,5 тыс. тонн кондитерских изделий и около 99,6 тыс. тонн фасованной продукции. К концу 2017 года прогнозируется объем реализации продукции в 7,5 тыс. тонн, что составит 2,04% всего кондитерского рынка Украины.

"Фаворит Плюс" – лидер мясоперерабатывающей отрасли по объемам производства и один их крупнейших в стране импортеров мяса. Фабрика также получила разрешение на поставки своей продукции в ЕС.

Вы рассматривали возможность приобретения других производственных мощностей?

Ранее мы активно изучали такую возможность, но потом решили сконцентрироваться на сетевой рознице и отказались от развития других видов производства.

Продукция, которую производит "Фаворит Плюс" реализуется только в сети "АТБ"?

Нет, она продается и по другим каналам, но ключевой покупатель – корпорация "АТБ", которая приобретает примерно 80% всего производства.

А по кондитерским изделиям такая же ситуация?

Кондитерская фабрика занимается двумя направлениями: непосредственно производством кондитерских изделий, а также направлением фасовки. Практически 100% продукции кондитерской фабрики идет в магазины "АТБ".

Вы изучали возможность экспортных поставок с ваших предприятий?

Да, изучали, и компания может это делать. Однако этот вопрос не на ближайшую перспективу. На сегодня, мощностей предприятий пока недостаточно для удовлетворения потребностей, как самой торговой сети, так и покупателей на внутреннем рынке. Для возможности экспорта мы планируем расширение производственных мощностей по мясопереработке в следующем году до 250 тонн в сутки, с 200 тонн в нынешнем. Это будет реализовываться за счет внутренних источников финансирования.

Какие объемы инвестиций запланированы по предприятиям в 2018 году?

В планах кондитерской фабрики "Квитень" – приобретение современного оборудования для фасовки кофе и пакетированного чая, изготовления круасанов. Объем инвестиций составит около 20 млн грн.

Мясная фабрика "Фаворит плюс" планирует установить и ввести в эксплуатацию современные линии для производства мясоколбасных изделий от ведущих европейских производителей. Объем запланированных инвестиций на модернизацию и развитие составит порядка 10 млн грн.

Какие планы компании по развитию товаров под СТМ?

На сегодняшний день товары СТМ представлены практически во всех товарных категориях. Доля СТМ в ассортименте занимает более 23%. В планах компании "АТБ-маркет" развитие СТМ с основным акцентом на инновационные товары в категории "Фреш". Сейчас активно развивается собственная торговая марка "Спецзамовлення АТБ". В ее ассортименте представлены молочные продукты от фермерских хозяйств из молока высшего сорта, колбасные изделия, изготовленные по ГОСТ, натуральное сгущенное молоко. На 2018 год запланировано расширение ассортимента "Спецзамовлення АТБ", а также выпуск новых товаров под СТМ. Приоритетным направлением является выпуск качественных товаров для здорового питания – без содержания пальмового масла, вредных красителей, пищевых добавок и консервантов.

Вырастет ли доля собственных торговых марок в общем обороте компании в ближайший год?

Я думаю, что к концу 2018 года доля вырастет до 25% от общего товарооборота торговой сети.

Какая стоимость входа на вашу полку?

У нас нет стоимости входа на полку как таковой. Товар, который не пользуется спросом, компания никогда не возьмет на полку в магазине. Для каждого конкретного предложения предусмотрена определенная процедура, связанная с проведением эксперимента – тестированием товара для выявления его уровня продаваемости. Такая процедура для поставщиков – платная. Полученные от проведенного эксперимента средства не являются источником дохода компании, а лишь обеспечивают его администрирование. В результате проведения подобных экспериментов, определяется потенциал товара, его рейтинг в соответствующей категории.

Как проходят тендеры по отбору поставщиков?

У компании есть собственная электронная торговая площадка, где проходящие тендеры строго контролируются.

Какую долю продукции компания импортирует?

Мы импортируем продукцию из нескольких стран. В основном это товары, которые не производятся в Украине. Я говорю об определенных видах овощей и фруктов, разных видов грибов. Доля импортных товаров в общих продажах небольшая – до 5%, в ближайшем будущем она может вырасти, но революции там не будет.

После подписания зоны свободной торговли с ЕС стало легче работать с импортерами, но это далеко не "зеленый коридор", который мы хотели бы видеть. Пока мы сами ищем поставщиков в ЕС.

АТБ работает с Китаем?

Да, безусловно, и много лет. Мы никогда не пытали иллюзий в отношении того, что европейские поставщики смогут заменить китайские товары. Мы являлись пионерами в прямом импорте непродуктовой группы из Китая в Украину. Это так называемые товары временного ассортимента, когда 50-60 позиций каждую неделю меняются. Это позволяет максимально удовлетворить спрос покупателя по минимально возможным ценам. Корпорация считает это направление очень перспективным и активно его развивает на протяжении последних 5-7 лет, являясь безусловным лидером в Украине.

Корпорация пыталась выйти на рынок Китая с собственной продукцией?

Ни одно из предприятий корпорации не занималось прямым экспортом брендированных товаров, или товаров собственного производства на рынки Китая. Что касается возможности таких перспектив – никогда не говори никогда.

Экспансию на другие рынки с торговыми точками не рассматриваете?

В перспективе ближайших лет таких планов у нас нет.

Можете прокомментировать информацию о недавней продаже крымской сети магазинов "Продукты у дома".

Предприятие "АТБ-маркет", управляющее торговой сетью "АТБ", прекратило операционную деятельность на территории полуострова Крым с середины 2014 года. На сегодняшний день не существует активов, принадлежащих корпорации "АТБ" на крымском полуострове.

Корпорация привлекает внешние средства для развития?

Нет, на сегодня долг корпорации равен нулю. Мы не выпускаем облигации, не привлекаем кредиты. Как и другие участники рынка, мы, безусловно, привлекаем какие-то товарные кредиты от поставщиков, но речь не идет о больших суммах.

Как изменилась стоимость аренды торговых помещений, в которых вы работаете, за последние 2-3 года?

Мы заключаем договора аренды с фиксированными арендными ставками на свои торговые площади минимум на 10 лет. Сегодняшний рынок уже адаптировался к тому, что валютной привязки при заключении подобных сделок уже нет, а в подавляющем большинстве есть привязка к национальной валюте и ее ежегодная индексация на уровень инфляции.

Есть ли у вашей компания кадровые проблемы? Ощущаете ли вы отток кадров в связи с введением безвизового режима с ЕС?

По мнению многих экспертов и по нашим наблюдениям, кадровая проблема существует у всей отрасли, и мы ожидаем лишь ее усугубления. Пока единственным решением этой проблемы является увеличение уровня оплаты труда. За последний период, наша компания суммарно увеличила доход персонала в магазинах торговой сети "АТБ" до 50%. Безусловно, не только наша компания, но и вся отрасль будет вынуждена повышать этот показатель, пока он не выйдет на какой-то баланс хотя бы по сравнению со странами ближнего зарубежья – Польшей, Чехией, Прибалтикой и т.д.

Насколько своевременным для отрасли является принятие закона о внутренней торговле?

За всю историю Украины было несколько попыток принять закон, регулирующий внутреннюю торговлю. В большинстве случаев, такого рода законодательные инициативы носили абсолютно популистский характер, имея под собой откровенные попытки со стороны производителей пролоббировать собственные интересы. Но как показывает мировая практика – заставить торговые сети брать товар, который не имеет спроса у покупателя, или товар, на невыгодных для торговой сети условиях – невозможно. Лучший регулятор рынка в данном случае – честные и прозрачные рыночные условия.

Украина > Агропром. Транспорт > interfax.com.ua, 12 декабря 2017 > № 2432914 Борис Марков


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421602 Олег Жданов

Россия готовится к новой войне: Украина получает шансы на Донбассе

Военный эксперт о политике Путина на Ближнем Востоке и угрозе Третьей мировой.

Олег Жданов, Апостроф, Украина

Россия не будет выводить войска из Сирии. Более того, сейчас президент РФ Владимир Путин готовится к новой войне на Ближнем Востоке, которая может перерасти в Третью мировую. В связи с последними событиями обострения на Донбассе не будет, а Украина даже получает новые возможности и шансы в отношении оккупированных территорий. Об этом «Апострофу» заявил военный эксперт Олег Жданов, комментируя заявление Путина по выводу российских войск из Сирии.

Во-первых, это политический ход и никакие войска из Сирии не уйдут. Возможно, даже дойдет до того, что они снимут шевроны и поменяют их на сирийские, чтобы не выделяться и чтобы было как на Донбассе — «ихтамнет».

Почему? Потому что сегодня Путин уже в Египте. Он собирает антиизраильскую коалицию. Сейчас Израиль усиленно хочет втянуть Иран в новую израильско-арабскую войну и, вполне возможно, она начнется, потому что ее хотят и США, и Израиль. И поэтому Путин может демонстрировать любые мирные намерения, но из Сирии он не уйдет никогда. Как только он уйдет из Сирии, то [сирийский президент Башар] Асад на следующий день перестанет быть президентом. Или его вообще ликвидируют.

На сейчас я скажу даже так: в связи ротацией командиров в Луганской области («переворотом» в так называемой ЛНР — прим. ред.) возможна конфронтация на Донбассе, потому что они изучают наш передок. Им надо доразведать цели, понять, кто и где стоит. Поэтому мы сейчас получили там небольшую эскалацию в плане увеличения обстрелов и, соответственно, потери в связи с этим.

А на перспективу я думаю, что сейчас Ближний Восток оттянет большую часть проблем и мы не будем иметь увеличения эскалации. Это должно успокоиться. То есть к Новому году абсолютно не стоит ожидать усиления действий российских войск на Донбассе.

Что касается усиления конфликта на Ближнем Востоке, то у России нет другого выбора. Эта война затевается для того, чтобы оторвать Иран от Российской Федерации и, в первую очередь, разбомбить все его ядерные объекты, втянув Иран в войну. И Россия это прекрасно понимает. Поэтому Россия будет в любом случае поддерживать Иран. А Иран, если клюнет на эту провокацию, то подпишется сейчас за Палестину. Если нет, тогда, может быть, мы не будем стоять на грани Третьей мировой войны.

Будет ли это звонок насчет Третьей мировой? Это будет фактически Третья мировая война. Уже сегодня Беньямин Нетаньяху в Европе ищет союзников со своей стороны в плане того, что уговаривает Европу признать Иерусалим столицей Израиля. А это красная тряпка для арабского мира.

Саудовская Аравия останется в стороне, потому что они со США договорились. У них там свои аферы в размере 140 млрд долларов с нефтяными, газовыми фьючерсами и другими вариантами. Плюс США помогают Саудовской Аравии поменять порядок наследования престола. Они не будут вмешиваться.

А весь остальной арабский мир сейчас опять восстанет против государства Израиль. В первую очередь, лидером восстания будет Иран как самая сильная страна. Далее их вероятно поддержат Иордания, Египет. Путин ведь не зря начал турне по Ближнему Востоку — он собирает. Ну и, соответственно, Россия подпишется за свое детище Иран. И это будет не звоночек, а Третья мировая война, которая может начаться с Ближнего Востока.

Перебросит ли Путин с Донбасса войска на Ближний Восток? Все зависит от нашего желания. Мы можем воспользоваться моментом и решить этот вопрос вплоть до военной операции. Но Россия сама оттуда никогда не уйдет. Либо это будет жесточайшее давление, то есть угроза развала России или что-то аналогичное, либо смена политического руководства РФ. По-другому мы Россию с территории Донбасса никогда в жизни не выдавим. Либо военная операция при хороших обстоятельствах и хорошей подготовке.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421602 Олег Жданов


Украина. Россия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421556 Олег Пономарев

Венецианская комиссия признала дискриминацию русского языка на Украине

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — 10 декабря Венецианская комиссии опубликовала отчет о фактах грубой дискриминации русского языка и языков национальных меньшинств, зафиксированных в т. н. «Законе об образовании». Наибольший градус возмущения вызывала 7-я статья данного закона, утверждающая, что перевод школ нацменьшинств на украинский язык обучения, правомерно защищает украинский язык и позволяет иноязычным детям быстрее вливаться в общество. Более того, украинский МИД и Министерство образование в своих пресс-релизах солгали, что Европа безоговорочно поддержала Украину в данной законодательной инициативе. Текст решения Венецианской комиссии прямо противоречит словам украинской власти и в очередной раз доказывает ее ложь и двойственность стандартов.

Благими намерениями выстелена дорога только в ад

И так, вернемся немного в историю. 5 сентября 2017 г. Верховная рада Украины приняла Закон «Об образовании», согласно которому на Украине будет создана система образования «нового поколения, которая обеспечит условия для получения образования всеми категориями населения Украины, эффективной системы обеспечения всестороннего развития человека и способствованию существенному росту интеллектуального, культурного, духовно-нравственного потенциала общества и личности». Об этом говорится в пояснительной записке к закону.

По задумке авторов Закона, украинская школа станет трехуровневой: начальная — 4 года, вводится с 2018 г., базовое среднее образование — 5 лет (гимназии), вводится с 2022 г., профильное среднее образование — 3 года (лицеи и учреждения профессионального среднего образования), вводится с 2027 г. Поэтому и школа станет профильной, ученик сможет выбирать: учиться в академическом лицее или профессиональном колледже. И исчезнет необходимость «зубрить» предметы, которые в профессиональной деятельности человеку не понадобятся.

Но за ворохом новшеств и явно позитивных моментов скрылась скандальная ст. 7, согласно которой, единственным языком преподавания на Украине может быть только украинский язык. Первым на этот закон отреагировали в Румынии и Венгрии: на Украине проживает сотни тысяч этнических венгров и румын. Более того, как заявили в Будапеште, Украина ударила Венгрию в спину, внеся поправки в закон об образовании, который сильно нарушает права венгерского меньшинства.

Об этом заявил министр иностранных дел и торговли Венгрии Петер Сиджарто. «Мы считаем позорным, что изменения (в закон) сильно нарушают права венгерского меньшинства, и позорно, что страна, которая стремится развивать все более тесные отношения с Европейским Союзом, приняла решение, которое полностью противоречит европейским ценностям. Недопустимо, что Украина лишила венгров права получать образование на родном языке в школах и университетах, и оставила им возможность сделать это в детских садах и начальных классах», — отметил он.

В МИД Румынии также напомнили, что в соответствии с Конвенцией о защите нацменьшинств, государство должно признавать право представителя нацменьшинств на обучение на родном языке. «Министерство иностранных дел Румынии обеспокоено принятым 5 сентября Верховной Радой законом об образовании, в частности, статьей 7, которая касается обучения на языках национальных меньшинств», — говорится в заявлении МИД Румынии.

С резкой критикой Закона выступили и в Российской Федерации. Родным языком на Украине считаю большинство граждан страны, а до 80% населения свободно общается, как на украинском, так и на русском языке.

В результате, Украина дала «заднюю» и направила данный закон на анализ в Венецианскую комиссию, результаты которой резко отличаются от заявлений официального Киева. Иными словами, Украина вновь солгала.

Закон об образовании — это прямая дискриминация русского языка

Напомним, что Венецианская комиссия — это официальная Европейская комиссия за демократию через право. Является консультативным органом по конституционному праву, созданном при Совете Европы в 1990 г. Как и ожидалось, особое внимание Венецианская комиссия уделила вопросу явной дискриминации русского языка на Украине.

В ВК заявили, что, если для изучения официальных языков Европейского Союза в скандальной 7-й статье еще есть лазейки (параграф №4, который позволяет изучать на них несколько предметов), то для русского языка, на котором говорят миллионы украинцев, не предусмотрено даже этого. Поэтому, в Венецианской комиссии украинский закон прямо называют дискриминацией.

«Параграф 4 статьи 7 предусматривает правовую основу для преподавания других предметов на официальных языках ЕС. Однако этот пункт не предусматривает решения для языков, не являющихся официальными языками ЕС, в частности для русского, как наиболее широко используемого на Украине языка после государственного», — говорится в выводах Комиссии.

«Менее благоприятное отношение к этим языкам сложно оправдать, и поэтому оно поднимает вопрос о дискриминационности нормы», — говорится в документе.

При этом в комиссии далеки от того, чтобы приветствовать простую замену языков нацменьшинств на государственный язык. «Статья 7 нового закона, уменьшив объемы образования на языках меньшинств, особенно после завершения начальной школы, вызвала сильную критику… Эта критика в значительной степени оправданна», — говорится в заявлении. По мнению Европы, данный закон приведет к серьезному уменьшению возможностей, предоставляемых лицам, относящимся к национальным меньшинствам, для обучения на их языках, что представляет собой непропорциональное вмешательство в существующие права. Кроме того, комиссию не устраивает слишком короткий срок на внедрение новых языковых правил.

Одно из основных замечаний к языковой статье закона — это ее вольное толкование. По сути, украинская власть, если захочет, может повернуть процесс в любом выгодном для себя направлении. «Статья 7 содержит важные двусмысленности и, как представляется, не обеспечивает соблюдение ключевых принципов, необходимых для выполнения рамочного закона в контексте международных и конституционных обязательств страны», — говорится в выводах комиссии.

И, хотя статья и содержит определенный набор гарантий (например, официальным языкам ЕС, о чем говорилось выше), точный объем таких гарантий не настолько предельно ясен, как это должно быть в законе.

Европа против. Украина — «за». Кто врет?

Предложения Венецианской комиссии только в одном позитивны для Министерства образования Украины — в ЕС не требуют отмены скандальной статьи. Но требуют дополнить ее такими подзаконными нормами, которые на деле реализуют едва ли не больше языковой свободы, чем есть сейчас:

— В частности, ЕС требует обеспечить в полной мере возможность преподавания на языках ЕС, которая уже заложена в закон (пункт 4 седьмой статьи). Здесь Венецианская комиссия идет навстречу Венгрии.

— Обеспечивать достаточную долю образования на языках меньшинств в средней школе, в дополнение к изучению государственного языка.

— Улучшить качество преподавания государственного языка (для представителей меньшинств).

— Растянуть период адаптации.

— Внести изменения в переходные положения закона «Об образовании», обеспечив более долгий переходный период для постепенной реализации реформы.

— Освободить частные школы от новых языковых требований. То есть позволить частным школам вести обучения на любом языке, на котором они пожелают.

— Начать новый диалог с представителями нацменьшинств и всех заинтересованных сторон по языковому вопросу в образовании.

— Обеспечить, чтобы выполнение закона об образовании не угрожало сохранению культурного наследия меньшинств и непрерывности изучения языков меньшинств в школах.

Именно отсутствие требования отменить скандальный закон Украина и преподносит как наибольшее свое достижения, но при этом лжет о требуемых изменениях. «Венецианская комиссия на стороне справедливости, и называется это «демократия через право». Поэтому мы обратились и получили результат. Над его реализацией и будем работать с общинами. Точка», — написал в своем Twitter министр иностранных дел Украины Павел Климкин.

При этом, слова Климкина расходятся с заявлением, которое сделал чуть ранее спикер Верховной рады Андрей Парубий.

Согласно сообщению аппарата ВР Украины у А. Парубия состоялся разговор с представителями Венецианской комиссии, в ходе которого «было согласовано, что седьмая статья закона «Об образовании» меняться не будет». Мол, она останется в принятой редакции.

Венецианская комиссия в своем заключении, в частности, посчитала, что закон в своем итоговом варианте «сильно отличается от проекта, по которому проводились консультации с нацменьшинствами». Для языков, которые не являются официальными языками ЕС, в законе нет никаких решений, отмечается в выводах.

«Новый закон не дает решений для языков, которые не являются официальными языками ЕС, в частности для русского языка как наиболее широко используемого негосударственного языка. Менее благоприятное отношение к таким языкам трудно оправдать, и, следовательно, это порождает проблемы дискриминации», — отмечает Венецианская комиссия.

В итоге комиссия порекомендовала Киеву продолжить консультации с национальными меньшинствами и внести в закон поправки, чтобы сделать его более сбалансированным.

Закон об образовании, который исключает возможность обучения на языке национальных меньшинств начиная с пятого класса, президент Украины Петр Порошенко подписал 25 сентября 2017 г. С критикой этого закона ранее выступили, в частности, Венгрия, Румыния, Греция, Болгария, а также Россия.

Украина. Россия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421556 Олег Пономарев


Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 декабря 2017 > № 2420992 Илья Пономарев

Госдумы РФ Илья Пономарев о жизни и работе на Украине, об убийствах и следе Кремля.

Екатерина Шумило, Апостроф, Украина

Бывший депутат Госдумы России, бизнесмен Илья Пономаревв рассказал о роли Кремля и людей из системы, созданной Владимиром Путиным, в громких убийствах и происшествиях на Украине, о достижениях украинской власти за последние годы, а также о том, в каких секторах украинской экономики заинтересованы западные инвесторы.

«Апостроф»: Илья, на Украине вы уже живете полтора года. Как вы оцениваете политическую обстановку в стране?

Илья Пономарев: Вы знаете, есть такой советский анекдот, который приобрел в России второе дыхание, когда у нас господин [Дмитрий] Медведев затеял реформу часовых поясов. Анекдот такой: пьяный на Белорусском вокзале слушает сигналы точного времени. Там говорят: «В столице нашей родины, городе-герое Москве 3 часа дня, в Самаре 4 часа дня, в Екатеринбурге 5 часов… — и так далее. — В Петропавловске-Камчатском полночь». Пьяный это слушает и говорит: «Ну, бардак в стране».

— А, как вы считаете, настоящие реформы, преобразования в стране обязательно должны быть болезненны и непопулярны?

— Спасибо за этот любимый вопрос. Я считаю, что они почти обязательно должны обществом поддерживаться. Бывают исключения, которые непопулярны в обществе, это реформы [чилийского диктатора Аугусто] Пиночета или реформы [премьер-министра Великобритании Маргарет] Тэтчер. Но реформы, например, [американского президента Франклина] Рузвельта в США были безумно популярны, реформы Наполеона во Франции были безумно популярны, реформы [Отто фон] Бисмарка в Германии были безумно популярны. Когда проходили самые резонансные, знаковые реформы, они поддерживались большинством населения. Ключевой вопрос для успеха любой государственной политики — не важно, реформаторской, консервативной, любой другой — это доверие населения. Государство же — это слуга народа, оно должно обслуживать интересы граждан. Тем более, если государство претендует на то, чтобы быть демократическим.

Если мы вообще задумаемся над этим вопросом, то поймем, что господин [Владимир] Путин был выбран семьей [Бориса] Ельцина и его ближним окружением в преемники ровно потому, что нужен был человек, который жесткой рукой не даст возможности по-настоящему популярным политикам, как Евгений Примаков, который реализовал очень успешные экономические преобразования после дефолта 1998 года, как коммунисты, которые пользовались большой поддержкой народа, быть у власти, который гарантирует создавшимся олигархам их собственность. И Путин эту задачу выполнил. Его появление было абсолютно запрограммировано, нужен был человек, который свернет демократические процедуры во имя сохранения непопулярных реформ, которые проходили в 90-е годы. При этом Ельцин был идеалистом и действительно верил в демократию, целый ряд реформ он не смог довести до конца, потому что встречал сопротивление народа, парламента и так далее. При нем институт парламента был живой. А Путин не обладал такой рефлексией, он превратил парламент в чистую декорацию. И все эти преобразования, которые были Гайдаром написаны для Ельцина, довел до конца именно Путин. Он провел именно ту политику, которую хотел проводить Ельцин.

Поэтому, если мы хотим жить в демократическом государстве, то мы должны говорить о тех преобразованиях, которые граждане должны поддерживать. Если они что-то не поддерживают, значит, они не дозрели, нужно им объяснять, мол, давайте это делать. Если люди на это не готовы, значит, не готовы.

— На Украине как раз граждане не поддерживают большинство реформ, которые сейчас проводят.

— Потому что им никто не говорит, никто им не объясняет.

— А, может, реформы не настолько хороши?

— Они не настолько хороши, и их не объясняют. Хороши они или не хороши — это вам решать. Я, в общем, достаточно скептически отношусь ко многим инициативам такого очень правого характера, которые были продиктованы МВФ и всем прочим.

— Это вы сейчас о повышении тарифов?

— В том числе. Я считаю, что сначала нужно было проводить структурную реформу монополий, а потом повышать тарифы. Сначала создать конкурентный рынок, а не монополии на блюдечке подносить деньги. Это касается и реформы образования, и пенсионной, и медицинской. Я внимательно за этим смотрю, хотя, опять-таки, это ваша жизнь, вы сами принимаете эти решения. Мы в России очень сильно ругались, что аналогичные реформы образования, медицины и т.д. недостаточно обсуждаются, но по сравнению с вами мы их обмусолили со всех сторон. А у вас было с самого начала сказано: кто не с нами, тот против нас. Кто против этой реформы, тот — враг народа и сторонник Януковича. Всех заклеймили, пошли и проголосовали.

— Одно из самых больших достижений, которые называет президент Петр Порошенко, помимо того, что мы теперь движемся в Европу, то, что Украина слезла с газовой иглы России.

— Частично слезли, да. Физически газ, который вы получаете, все равно российский, но покупаете вы его в Европе. Вы за это платите дополнительные деньги, поэтому это такой налог на независимость, который платит каждый украинец. За это выходили люди на Майдан, вы хотели быть независимыми, и вы ими стали. И это действительно достижение, потому что это было поставлено в качестве цели политики. Эта цель реализована, достигнута, это можно записать себе в актив. И, наверное, это правильно в долгосрочном ключе. Хотя, конечно, для многих рядовых украинцев совершенно не лишние деньги, которые они за это платят. Но вы этого достигли, и это хороший результат.

Важно теперь, чтобы этот результат работал не в интересах монополий, а в интересах собственного производства. Очень долгое время газодобыча на Украине не развивалась, потому что ее заливали дешевым российским газом, который поставлялся, по сравнению с европейской, по демпинговой цене. Своя добыча не шла, ведь зачем этим заниматься, если и так все дешево? Сейчас вы платите рыночную цену. И, конечно, на мой взгляд, настало время, когда необходимо устранить монополию производителя, превратить это в конкурентный рынок. Создать условия для того, чтобы на этом конкурентном рынке действовали независимые производители. Тогда вы можете не закупать газ извне, а потреблять свой газ. Это и рабочие места, это и налоги, и на самом деле это снижение тарифов.

— Илья, еще хотелось бы вернуться к не очень приятной теме. В марте этого года в Киеве был убит Денис Вороненков, экс-депутат Госдумы России. И в тот день у вас как раз должна была быть с ним встреча. Вы помните, кто первый вам сообщил об этой трагедии, что вы тогда чувствовали и какие у вас были первые мысли?

— Первым подтвердил мне, что убит Денис, Руслан Кравченко, прокурор военной прокуратуры. Я пришел буквально через 5-7 минут после того, как его убили. Видел тело, но он так лежал, что не было видно лица. И поэтому я забеспокоился, потому что одет как-то похоже, как одевался Денис. Но я у всех спросил, кто это, никто не знал.

— А вы звонили ему?

— Да, звонил, телефон не отвечал. Я подождал, потому что пришел чуть раньше того времени, на которое мы назначили встречу. Дождался того времени, а его нет. И еще раз пошел, посмотрел, потом начал уже всюду звонить. Но просто думал, если все-таки это он, то об этом было бы уже известно. А раз никто не знает, кто там, то, наверное, не он. Поэтому я сначала успокоился, а потом начал звонить [нардепу] Антону Геращенко, который все знает как первый советник [министра внутренних дел Арсена] Авакова. Начал звонить в военную прокуратуру, и тот же самый Кравченко мне сначала сказал, что все нормально, он с ним недавно разговаривал.

— И Геращенко тогда вам тоже не подтвердил?

— Он сначала об этом не знал. Руслан сказал сначала, что это не он, а потом непосредственно в процессе нашего разговора кто-то принес новость о том, что это Денис, и он мне сразу сказал: да, это Денис.

— Когда вы об этом услышали, вы наверняка знали о том, что ему поступали угрозы. У вас не было страха за свою жизнь? Получали ли вы за время проживания на Украине какие-либо угрозы?

— Я так скажу, был один эпизод, который, как я теперь знаю, был очень опасным. Я не могу об этом говорить публично, мне для этого нужно разрешение Нацполиции, они знают, о чем идет речь. Но я все равно считаю, что системной команды, которая бы шла от первого лица, в моем отношении нет. Я и в отношении Дениса считаю, что, скорее всего, это была инициатива на очень высоком, но не на высшем уровне. Есть человек, которого Денис все время обвинял во всей этой истории, генерал (ФСБ — прим. ред.) Олег Феоктистов. Я думаю, что искать нужно где-то там. Только он и мог с Тюриным этот вопрос решить (по версии ГПУ, убийство организовал Владимир Тюрин, бывший супруг вдовы Вороненкова Марии Максаковой — прим. ред.). У Тюрина не было своего мотива, а следствие доказало, что это Тюрин чисто с точки зрения улик. Технически это дело рук Тюрина. Почему он это делал? Ему должен был кто-то сказать.

Страшна работа инициативщиков, потому что Путин создал такую систему, при которой их не наказывают за какие-то убийства, покушения и так далее, а, наоборот, вознаграждают, дают ордена, погоны, звания, какие-то плюшки на родине. В худшем случае ничего не происходит, но точно не наказывают. Вот такие люди действительно опасны, от них невозможно защититься. Если кто-то по какой-то причине решит это сделать, то будь у меня хоть полк охраны — значит, будет просто другой способ выбран.

— Кстати, после убийства вам назначили охрану. Сейчас вы ходите с охраной?

— Давайте я не буду отвечать на этот вопрос, каким образом организована охрана. Да, она была выделена. Но про техническую организацию меня просили не говорить. Я так скажу: я чувствую позитивное внимание со стороны украинских спецслужб, которые об этом беспокоятся. Я им за это признателен.

— А сегодня вы чувствуете себя в безопасности?

— Ровно так же, как и до того. Более того, я скажу, что на Западе, в США, я себя чувствую в меньшей безопасности, чем на Украине.

— За тот период, который вы живете на Украине, вы можете наблюдать повышенную криминогенную обстановку. В центре Киева взрывают машины, происходят убийства. При этом еще до окончания расследования украинская власть говорит о том, что это «рука Кремля», «российский след». Как вы оцениваете такую риторику?

— Прежде всего, я хочу сказать, что криминальная ситуация становится лучше. Это показывает статистика, которую недавно опубликовал министр Аваков.

— Вы же знаете, что статистика не всегда отражает действительность.

— Я знаю, но тем не менее есть объективные вещи. В данном случае я в это верю. Просто есть резонансные убийства, которые, безусловно, не идут на спад, а вообще этот год был особенно в плохом смысле слова на это «урожайный». Но это резонансные убийства, громкие, однако их очень мало в процентном отношении. Украина — небезопасная страна в целом, в целом очень высокий уровень криминальной активности. Но общий криминальный тренд идет на спад, а резонансные убийства действительно происходят — потому что страна воюет. Есть известная фраза: то, что у вас паранойя, еще не означает, что за вами не следят. То, что людям удобно обвинять Россию, еще не означает, что это не Россия, которая стоит за рядом из этих историй.

Верю ли я в то, что, грубо говоря, склад оружия взлетел на воздух из-за того, что кто-нибудь окурок кинул? Нет, я в это не верю. Я считаю очевидным (тем более, что несколько одинаковых событий было в разных частях страны), что это — диверсия. А вот кто совершил диверсию? Солдат НАТО? Понятно, что это совершил тот противник, с которым вы сейчас воюете. Тут линия рассуждения очевидна. По заказным убийствам тоже, соответственно, отрабатываются разные версии. Какие-то версии сразу лежат на поверхности, и они озвучиваются. Где-то непонятно, и это озвучивается не сразу. Но тем не менее резонансные убийства, как правило, действительно связаны с политикой, с безопасностью. И, к сожалению, мои соотечественники — первые подозреваемые в списке.

— Но версии — это одно, а вот закрытых дел по этим громким убийствам практически нет.

— Я с вами опять не согласен, вы упоминали дело Вороненкова, его довели до конца. Я могу отвечать за то, в чем я непосредственно участвовал. В этом деле я участвовал. Я работал вместе с прокуратурой. Помогал чем мог. Дело доведено до логического конца.

— С Вороненковым — да. А помимо?

— Я же там внутри не участвовал. Просто могу сказать: а как в принципе раскрывать заказные убийства? Ведь убийцу ловят тогда, когда он как-то с жертвой, во-первых, связан, а, во-вторых, по мотиву. Когда вы за деньги кому-то заказываете убийство, и вообще нет никакой взаимосвязи одного с другим, такие убийства раскрываются крайне редко. Даже если это чистый бизнес. А тут еще и спецслужба в этом участвовала.

— Илья, расскажите, чем вы занимаетесь сейчас?

— Я занимаюсь бизнесом, стараюсь не учить никого здесь жить, а помочь материально, привлечь на Украину западные деньги.

— А каким образом вы планируете привлекать западные инвестиции?

— Создана специальная инвестиционная компания. Это длинный разговор.

— В двух словах.

— Есть инвестиционная компания, есть американские инвесторы, которые готовы вложить в украинскую экономику до 200 миллионв долларов.

— В какие именно секторы?

— Меня больше всего интересует направление, которое я хорошо понимаю. Это направление — как раз нефтегазодобыча. Я в нем разбираюсь, поэтому это для меня является приоритетом. Но у западных товарищей, конечно, есть большой интерес к сельскому хозяйству, к инфраструктурным проектам на территории страны. Главное, сейчас они заинтересованы в том, чтобы здесь начался рост. Многие из этих людей — это чисто финансовые инвесторы, которые хотят зарабатывать от общего роста рынка. Это не стратегические инвесторы, которые, как например, Cargill или Bunge, делают портовые или торговые сооружения под свой конкретно бизнес. Это как раз те люди, которые заинтересованы на Украине в целом, в том, чтобы страна начала расти. К сожалению, могу сказать, что большая часть вашей политической и экономической элиты на данный момент склонна сама грабить страну и не хочет никаких реальных помощников.

— Говорят, что нужно привлекать западные инвестиции, а на деле…

— Конечно, они хотят сами брать в долг, а потом сами решать, что они делают. Помощников, которые бы свои деньги здесь тратили, они не очень хотят.

— Что с этим нужно делать?

— Лаской, терпением, потихонечку мы это, конечно, пробьем. Эта дамба не будет вечной, напор воды будет расти. Чем больше Украина будет развиваться, тем больше будет соответствующего давления, рано или поздно это перельется. Кто захочет в этом участвовать — будет участвовать. А кто не захочет — того смоет.

Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 декабря 2017 > № 2420992 Илья Пономарев


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 декабря 2017 > № 2420973 Андрей Илларионов

В один «прекрасный» день Украина может проснуться и увидеть, что держателем ее долга являются кредиторы из Кремля

112.ua, Украина

Экс-советник президента Путина по экономике Андрей Илларионов в интервью программе «Гордон» на телеканале «112 Украина» рассказал о неутешительной экономической ситуации в Украине, о качествах, которыми должен обладать новый украинский президент, а также о том, что может заставить Путина отказаться от власти.

Гордон: В эфире программа «Гордон». Сегодня мой гость — экс-советник президента Путина по экономике Андрей Илларионов.

Андрей Николаевич, добрый вечер. Мне приходилось слышать от украинских экономистов, что украинская экономика наконец-то оттолкнулась от дна, начала рост. Это так?

Андрей Илларионов: И да, и нет. С формальной точки зрения — да, поскольку и в этом, и в прошлом году темпы экономического роста формально являются положительными — чуть более 2% роста в прошлом году и примерно 1,75% роста в этом году. Но учитывая тот масштаб падения, который произошел за предшествующие годы, учитывая низкий стартовый уровень Украины, — эти показатели, конечно, ни о чем. Фактически продолжение стагнации, которое не может удовлетворить украинских граждан, украинское общество, потому что это не то, что необходимо Украине сегодня.

— Но хуже уже не будет?

— Почему же? Всегда может быть хуже. Более того, есть несколько явных признаков, что ситуация ухудшается. Например, в 4-м квартале 2016 года темпы роста украинской экономики превышали 4%, а сейчас — 1,7%. То есть после некоторого оживления, которое давало некую надежду на то, что начинается более-менее приличный рост, темпы экономического роста упали. Они снижаются последние три квартала и не исключено, что темпы упадут до нуля. Что еще более беспокоит — нарастающая пирамида государственного долга. После того, как власти Украины взяли совершенно ненужный новый кредит на три миллиарда долларов два с лишним месяца тому назад, государственный долг Украины по отношению к ВВП достиг небывало рекордной величины — 86%. А это находится за пределами приличных критериев допустимого государственного долга даже высокоразвитых стран. Скажем, австрийские критерии говорят о 60% отношения государственного долга к ВВП как предел для высокоразвитых стран. А Украине очень далеко до таких стран, как Швеция, Нидерланды и т. д.

— А сумма долга?

— Сумма долга составляет сейчас порядка 90 миллиардов долларов — если мы переводим все средства: и деноминированные в иностранной валюте, и деноминированные в гривне. 70% из этого долга деноминировано в иностранной валюте и находится в собственности кредиторов, большая часть которых за пределами Украины. Сейчас только для обслуживания государственного долга Украина тратит (вот в этом году) — 4,2% ВВП. На оборону Украина тратит 2% ВВП, а на обслуживание долга в два раза больше. И если это будет продолжаться, поскольку новый кредит был получен под 7,4%, то Украина будет тратить еще большие суммы. Таким образом, даже тот ничтожный рост, который начался якобы, полностью уходит на погашение долга, а также изымает из того, что остается в Украине, дополнительные средства. Поэтому даже при некотором экономическом росте общий объем потребления инвестиций в Украине продолжает снижаться.

— Так может, «добрые» дяди-капиталисты спишут нам долги?

— Нет, не спишут. Такого рода мероприятия если и проводятся, то по отношению к очень слаборазвитым бедным странам, с высоким уровнем задолженности, например к африканским — в них уровень задолженности составляет 600-800%. Во-вторых, Украина все-таки в состоянии иметь более высокий уровень экономического развития, чем те африканские страны, по отношению к которым такие мероприятия проводятся. И наконец, Украина только что совершила дефолт, в 2015-м году, который политически корректно был назван «реструктуризация». Дефолт был проведен бывшим министром финансов и отрезал Украину от источников внешнего финансирования на несколько лет, тем самым усугубив экономический кризис в Украине.

— За 26 лет независимости Украину покинуло 10-11 миллионов человек. Это трагедия для молодой страны?

— Естественно. Это трагедия для любой страны. Можно спорить по поводу цифр, и точной цифры мы сейчас сказать не можем. По оценкам польских эмиграционных властей на территории Польши легально находится более миллиона украинцев. Люди, которые уезжают из Украины, — это прежде всего молодые и взрослые, предприимчивые, квалифицированные, образованные. Это те люди, которые создавали бы новое качество жизни в Украине. К сожалению, они уезжают за рубеж, и вносят свой вклад в успех других наций, не Украины.

— За какой срок можно провести в Украине быстрые эффективные реформы?

— Некоторые реформы надо проводить постоянно. Но принципиальные, главные вещи, которые сегодня нужны для Украины, — это год-полтора, максимум. Для некоторых мероприятий требуется принятие законодательства. В демократической стране нужно всеобщее национальное общественно-политическое обсуждение для принятия соответствующих решений. Но если бы основные реформы были проведены в период с марта до конца 2014-го года, когда для этого существовало политическое окно возможностей, то большую часть этих реформ можно было провести за эти 8-9 месяцев.

— Почему не провели?

— Люди, которые оказались во главе украинской власти в 2014-м году, отказались от осуществления абсолютно необходимых мер. Они прождали это время, и когда наступила возможность для их осуществления, они стали осуществлять другие меры, а не те, которые надо было.

— Я предлагал, чтобы мы перешли под внешнее управление США, естественно, чтобы руководителями были украинцы. Но советниками к ним были бы приставлены опытные «дядьки» из-за океана. Как вы к этому относитесь?

— Нечто подобное было осуществлено в 2014-2015 годах, когда при участии администрации США на ключевые экономические посты были рекомендованы такие люди, как госпожа Яресько и госпожа Гонтарева. Я обращаю внимание на эти две фигуры, потому что именно их действия нанесли наибольший экономический ущерб Украине. Искусственная девальвация, которая была проведена Национальным банком, уничтожение валютных резервов, наращивание государственного долга, ликвидация половины банковского сектора Украины, национализация крупнейшего частного коммерческого банка и принятие на себя государством обязательств в размере 5% ВВП — каждое из этих мероприятий преступление против экономики, против общества и против народа Украины. То же самое можно сказать и относительно действий бывшего министра финансов, которой на пустом месте, искусственно, был проведен дефолт Украины — в этом необходимости не было. В результате Украина оказалась отрезанной от источников внешнего финансирования, а платежи по долгу нисколько не уменьшились. А общий объем государственного долга увеличился и стал сейчас запредельным — за пределами существования украинского государства. Поэтому та попытка, которая была осуществлена с помощью левой, популистской администрации Обамы (по сути дела, они свои вредные искаженные ошибочные представления об экономической политике, которые они частично реализовали у себя в США, и в большой степени попытались применить в Украине), привела к такому же результату — к экономической катастрофе. Поэтому если предложение заключается в том, чтобы передать внешнее управление некомпетентным непрофессиональным людям с левацкой идеологией, то результаты будут такими же. Но сейчас угрозой становится не столько внешнее управление из Вашингтона или Брюсселя, а из другого места. Я обращу внимание на цифры — 90 миллиардов совокупный долг и порядка 60 —65 млрд номинировано в иностранной валюте. Если бы, например, сосед с северо-востока решил бы выкупить этот долг, по номиналу или даже с дисконтом, то для этого у него есть все средства, потому что валютные резервы России составляют сегодня 426 миллиардов долларов. Это примерно 15% от имеющихся на сей момент золотовалютных резервов России. Если бы такая операция была осуществлена, то с макроэкономической точки зрения Россия этого даже не заметит. Но в один «прекрасный» день Украина может проснуться и увидеть, что держателем ее долга являются не люди из Вашингтона, Брюсселя или из других мест, а кредиторы из Кремля. И тогда уж вопросы управления не в «ЛНР-ДНР», Крыму, а в Киеве будут определяться уже теми, кто является держателями этого долга. И тогда на стороне новых кредиторов будет не только сила, не только танки, но и международное право, потому что международное право требует соблюдения обязательств, в том числе финансовых. Это та яма, та уловка, в которую затащила Украину вот эта крайне некомпетентная экономическая политика: финансовая, бюджетно-денежная, которая проводилась экономическими властями последние три с половиной года.

— Президент Украины Петр Порошенко сегодня силен, на Ваш взгляд?

— Судя по тому, что он способствовал (точно не препятствовал) этим действиям, то он оказался силен в том, что подталкивал Украину (или не мешал подталкивать) в эту самую долговую яму, в то, что называется затягиванием долговой петли на шее украинской экономики, на шее украинского народа. В этом он оказался силен. Он оказался слабым в противостоянии агентам собственной некомпетентности — мы не видели ни одной попытки, ни одного желания, даже на словах, противодействовать этому. Мы хорошо помним, что он выступал в защиту самых некомпетентных, в том числе и преступных действий. Национализация крупнейшего коммерческого банка была представлена как победа — а это преступление. Получение нового кредита на 3 млрд долл. было представлено как победа, а это преступление. Дефолт по украинскому долгу — преступление. В том, что делает администрация, мы не видим позиции, защищающей интересы украинского общества, украинской экономики, украинского народа.

— В чем заключается, на Ваш взгляд, миссия Михаила Саакашвили в Украине? И есть ли она?

— Саакашвили попытался и по-прежнему пытается реализовать в Украине частично то, что ему удалось сделать в Грузии. В Грузии те реформы, которые были осуществлены им и его командой, привели к грузинскому экономическому чуду. К созданию совершенно новой институциональной системы, которая не была ликвидирована его последователями. Хотя к власти пришли его противники, несмотря на то, что они обещали демонтировать то, что было сделано Саакашвили, — они сохранили все. Во времена Саакашвили грузинская экономика росла на 12% в год. Это — экономическое чудо, экономический бум, которому на постсоветском пространстве примеров нет. Поэтому когда М. Саакашвили приехал в Украину, его явным намерением было повторить успех, который был им достигнут в Грузии, здесь, в Украине. В том числе и ликвидацию коррупции. Однако это не удалось. Мы видим политическую борьбу, в которую он ввязался, в неравных силах. Мы видим, к сожалению, что нынешние украинские власти применяют по отношению к нему методы и действия, которые в любом цивилизованном обществе являются абсолютно неприемлемыми.

— Чем закончит Саакашвили в Украине?

— Мы не можем это сейчас предсказать. Мне хотелось бы надеяться на то, что политика, которую предлагает Саакашвили с украинскими коллегами, рано или поздно будет осуществлена в Украине, потому что это политика экономического роста, экономического благосостояния, это политика отсутствия или существенного снижения коррупции. Если эта политика будет осуществлена в том виде, как это предлагает сейчас Саакашвили, широкой коалицией, то это был бы идеальный вариант для страны.

— Кого Вы видите в будущем президентом Украины?

— Это выбор украинского народа. Но, судя по тем разговорам, которые я имел, мне кажется, украинским гражданам будет трудно повторить тот выбор, который они делали в 2014-м году. Хотя, возможно, у лица, которое они тогда выбрали, другое мнение по этому поводу.

— Мне приходилось слышать, что США, разочаровавшись в украинском руководстве, решили подготовить двух человек для будущей президентской кампании — это Святослав Вакарчук и Владимир Кличко. Они оба находятся в США, в процессе обучения. Что Вы об этом думаете?

— Я только сейчас об этом услышал. Это новая ситуация. Но в соответствии с украинской Конституцией и украинскими законами любой гражданин Украины имеет право участвовать в президентских выборах. Для меня важнее было бы посмотреть не только на то, как и чему они научатся, а на то, какую программу они будут предлагать, какие цели они собираются ставить, и насколько последовательными и честными в осуществлении этой программы они будут. Потому что самое главное требование к лицу номер один, к первому человеку в любой стране — личная честность, личная порядочность. Идеальных не бывает, но чем ближе первые лица находятся к идеалу, тем лучше. Важно, чтобы в личных своих действиях, в кадровых назначениях, действиях по осуществлению экономической политики, внутренней и внешней политики, первое лицо придерживалось принципов порядочности и честности.

— Российская экономика сегодня в порядке или нет?

— В течение двух лет российская экономика находилась в состоянии тяжелого кризиса. Затем в течение года она демонстрировала невысокие, но положительные темпы экономического роста, что позволило российскому президенту сделать заявление, что российская экономика вышла из стагнации. Но российская экономика, выйдя из стагнации, вошла в следующий кризис. Данные последних четырех месяцев говорят о том, что кризис в промышленности усугубляется, происходит сокращение объемов производства, продолжается сокращение важнейших социальных индикаторов, которые сегодня находятся на уровне 12-15% ниже пиковых значений, которые наблюдались в России до начала агрессии против Украины. Таким образом, российская экономика, российские граждане уже в течение четвертого года платят за внешнеполитические авантюры, осуществляемые Кремлем против соседей.

— Ваш прогноз: в России будет хуже или лучше?

— Этот кризис может продолжаться. Он, может быть, будет не таким глубоким, как были предшествующие кризисы, может возобновиться стагнация — колебания вокруг нуля. Может даже возобновится небольшой экономический рост — на уровне 1-2,5% ежегодно. Чего точно не будет — высокого, устойчивого, быстрого экономического роста, который наблюдался в России между 1998-2008 годами. И это говорит о том, что экономика наказывает агрессора. Экономика наказывает авторитарные режимы. Экономика не слушается и не доверяет властям, которые нарушают базовые нормы права внутри страны и за рубежом. Нет ни одной авторитарной страны, которая бы, достигнув уровня 30-35% от уровня развития США, продолжала бы сокращать разрыв от США. Бедные авторитарные страны вроде Китая могут развиваться достаточно быстро, но когда достигают определенного уровня развития, требующего высокого уровня защиты творчества, защиты прав собственности, разделения властей и защиты свободы слова, быстрый экономический рост прекращается.

— 2 февраля 2018 года будет оглашен список людей из окружения Путина, которые имеют недвижимость, деньги в США, на Западе. Это будет проблемой для них?

— Это закон, 33-64, обязывающий администрацию США в лице Госдепа, министерства финансов и национальной разведки подготовить доклад со списком лиц. Часть этого списка может быть закрытой — это оговорено. А часть списка открыта, причем это не только список, а и активы, операции этих лиц на территории США и в других странах. Это уже оказывает воздействие на российскую власть. В Москве многие люди очень взволнованы тем, что может оказаться в этом докладе. И, если они там окажутся, различные меры в последующем могут принять американские международные органы, следящие за нелегальными финансовыми операциями, за операциями по отмыванию денег, различные санкции могут быть применены по отношению к этим людям. Многие из крупных российских бизнесменов проводят большое количество операций, занимаются международным бизнесом, не говоря о том, что многие из них и члены их семей любят проводить значительную часть времени за пределами родины, поэтому они болезненно относятся к тому, что некоторые из них могут оказаться в этом списке.

— Они могут как-то давить на Путина, чтобы обезопасить себя?

— Нет, думаю, что они не в состоянии это сделать. Они предпринимают действия, пытаясь оказывать воздействие на тех или иных лиц, чтобы не попасть в этот список. Я думаю, что для некоторых людей, действительно озабоченных собственной репутацией, но в гораздо большей степени собственным бизнесом, собственными интересами и интересами родственников, возможно, это будет для них важным фактором, позволяющим дистанцироваться от лиц, принимающих нелегальные, криминальные, агрессивные решения в Кремле.

— Один из российских олигархов сказал, что Путин заявил, что если американцы наложат лапу на их деньги и недвижимость, то они наложат лапу на их недвижимость и их деньги в России. Может быть такой ответ?

— У американцев нет недвижимости в России, нет активов. Так же, как у подавляющего большинства российских бизнесменов нет активов в Иране, КНДР, Зимбабве, на Кубе и т. д. Некоторые активы у бизнесменов есть, частные иностранные инвестиции, но это не имеет никакого отношения к действиям американской администрации.

— Кто сбил над Донбассом «Боинг» MH17? Вам это известно?

— Это известно уже всему миру. Это экипаж установки "Бук-1«- регулярные части российских вооруженных сил.

— Кто сбил самолет с польским руководством во главе с президентом Качиньским?

— Здесь мы не знаем на 100%, но, судя по тем расследованиям, которые проводились в течение семи с лишним лет Польшей и другими, складывается, что на борту был взрыв или два взрыва. Причем, скорее всего, эти взрывы происходили внутри салона самолета. Таким образом, причиной взрыва самолета Леха Качиньского стали взрывные устройства, оказавшиеся на борту самолета. Вопрос — как они там оказались, как были туда доставлены? Важной задачей для любого серьезного расследования является попытка установить кто, когда, как, установил эти взрывные устройства. В зависимости от этого можно будет получить ответ, кто прежде всего несет ответственность за гибель президента Польши и почти ста человек польской политической и военной элиты.

— Это был теракт?

— Естественно.

— У Вас есть версия, кто его осуществил?

— Сейчас, пожалуй, я бы не стал этого делать, но я бы обратил внимание на то, что в последние годы сегодняшняя Польша является примером беспрецедентного противостояния двух политических лагерей, каждый из которых получает практически поддержку равного количества сторонников в обществе — 50 на 50. Степень жесткости политической борьбы достигла такого накала, что эта борьба получила название «холодной гражданской войны в Польше». Я не исключаю того, что то, что произошло в апреле 2010 года, могло быть связано с той самой «войной», о которой мы более полно узнали только после 2015-го года. После того, как политическая сила, базировавшаяся на так называемой борющейся «Солидарности», впервые пришла к власти.

— Поляки дадут ответ на вопрос о том, кто осуществил этот теракт?

— Это очень тяжелый вопрос для Польши и очень тяжелый ответ. Но, быть может, надо разделять ответственность за, может быть, осуществленный теракт и ответственность за сокрытие теракта и помощь в сокрытии теракта, которые, в данном случае, должны разделить с непосредственными организаторами и российские власти.

— Чемпионат мира по футболу в 2018 году в России состоится?

— Не знаю.

— Мир будет бойкотировать этот чемпионат?

— Часть стран может бойкотировать.

— Санкции лично против Путина, на ваш взгляд, возможны?

— Я не исключаю того, что в том списке, который готовится и который может быть обнародован в феврале, фамилия «Путин» будет. Сам этот факт хотя и не означает автоматического введения санкций, но будет иметь, конечно, качественный характер, потому что до этого момента он никогда не оказывался не только в санкционном списке, но и в списке, который имел совершенно четкую, однозначную привязку к длительному списку криминальных, коррупционных, агрессивных действий. Более чем полтора года назад, когда Надежда Савченко еще находилась в российской тюрьме, был подготовлен вслед за списком Магнитского список Савченко. Этот список включал более 80 фамилий и начинался с фамилии Путина. Это был рабочий проект, и он был разослан в парламенты европейских государств, в правительства, в США. Примерно через десять дней после того, как этот список начал интенсивно обсуждаться, не публично, а в правительственных кругах, Путин отдал распоряжение начать процедуру освобождения Савченко. Поэтому хотя с одной стороны санкционные действия оказывают ограниченное воздействие на замедление экономического роста в России, последствия персональных санкций, которые касаются лиц, непосредственно ответственных за принятие криминальных, коррупционных, агрессивных действий (как говорит закон 33-64), могут быть не вполне ожидаемые.

— Путин пойдет на президентские выборы в марте?

— Естественно. Но только я бы не стал использовать термин «выборы» без кавычек в России. Это можно назвать «шоу», «концерт», «цирк», «вертеп», «бордель». Кандидаты, уже заявившие о своем желании участвовать в этом мероприятии, вне всякого сомнения, позволяют именовать это действо вот этими терминами.

— Вы более шести лет были советником Путина по экономике. Он вас часто «разводил»?

— Были попытки предложить мне некоторые версии событий, но он понимал, что это достаточно бесполезно, и не злоупотреблял этим. Для него было более важно, чтобы у нас сохранялось рабочее взаимодействие, поэтому по отношению ко мне он этим занимался гораздо реже, чем по отношению к другим гражданам.

— Что может удержать Путина от того, чтобы пойти на выборы?

— Физическая смерть только. Своими действиями он довел ситуацию до такого положения, что он не может уйти из власти. Теоретически у него был шанс не возвращаться во власть в 2007-2008 годах, но он не смог тогда принять этого решения — он опасался, что, уйдя из власти тогда, он сильно рискует здоровьем, имуществом и жизнью, не только политической, но и физической. А после этого поворота назад нет.

— Навального на выборы пустят?

— Нет.

— Несмотря на то, что он работает с Кремлем?

— Он работает с Кремлем, но не в том плане, что он выполняет приказы Кремля. Администрация ставит его в такие рамки, которые заставляют его совершать шаги, выгодные для Кремля. А он продолжает это делать, несмотря на то, что понимает, что эти действия сильно помогают Кремлю. Это такая игра понимающих людей — с обеих сторон. Все понимают, что его участие в такого рода кампаниях — это кампания на разогрев общественности, на повышение явки, на представление о том, что в России действительно существуют настоящие выборы. Хотя после появления в этом шоу еще одного персонажа (Ксении Собчак), роль Навального существенно снижается.

— Сколько процентов наберет Собчак?

— Это не так существенно. Более существенны не количественные показатели, а качественные результаты ее участия. Важно то, что она покажет российскому обществу, что достаточно молодая девушка, с либеральной, западной репутацией может участвовать в выборах. На самом деле она тоже выступает на «разогреве» главного персонажа.

— Насколько верны слухи, что на следующих выборах этим главным персонажем станет дочь Путина — Екатерина?

— Из тех гипотез, которые высказывались в последнее время относительно непосредственных причин, заставивших администрацию президента попросить Ксению Анатольевну участвовать в этих выборах, я вижу эту причину, как наиболее разумную, рациональную.

— Вы думаете, что российский народ может проголосовать на следующих выборах за дочь Путина?

— Это не так я думаю — так полагает администрация президента, считая, что им необходимо сейчас выпустить Собчак и проверить, насколько российское общество способно сейчас воспринимать и не отторгать женщину, прозападную, в том числе с определенным шлейфом, предлагающую некоторый набор мягко либеральных, мягко западных ценностей. Если выяснится, что госпожа Собчак в состоянии собрать голоса достаточного количества молодого поколения, ориентирующегося на запад, на либеральные ценности, несмотря на весь шлейф, то понятно, что человек, у которого этого шлейфа нет, но обладающий всеми другими характеристиками этого кандидата плюс еще освященный функцией наследника при наличии финансовой и информационной поддержки, выглядит не бессмысленным. В истории России, в начале 1996-го, уровень поддержки Бориса Ельцина был 4%. А потом оказалась победа. Технологические возможности обеспечивают почти все.

— Кто убил Бориса Немцова? Вы для себя знаете?

— В течение трех лет шло и идет достаточно интенсивное общественное расследование. По мнению адвокатов пострадавших, которые в целом поддержали официальное обвинение, даже они были вынуждены сказать, что с их точки зрения один из чеченцев невиновен. Это не помешало адвокатам и родственнице Бориса Немцова потребовать пересмотра дела с ужесточением наказания тем людям, которые оказались осужденными, в том числе и тому невиновному человеку с их точки зрения.

— Но Вы знаете, кто выступил заказчиком этого преступления?

— Наиболее подробную детальную и обоснованную картину убийства Бориса Немцова воспроизвел в недавней своей статье американский журналист Дэвид Сэттер. Он говорит, что по всем признакам это убийство не могло быть осуществлено без специальной группы численностью не менее 30-40 человек, профессиональных сотрудников спецслужб, которые могли относиться к ФСО и ФСБ. У ФСО и ФСБ есть свои руководители, а у них свои руководители, которые хорошо известны.

— Путин Брежневым, на Ваш взгляд, не становится?

— Пока нет. В том, как он себя ведет, он, естественно, не Брежнев. Но с точки зрения экономических результатов последние 8 лет власти Путина уже хуже, чем последние 8 лет власти Брежнева. За период брежневской стагнации ВВП Советского Союза вырос на 16%. А за последние 8 лет Путина он вырос на 0,2%. В этом случае Путин побил рекорд Брежнева.

— Как Вы думаете, о чем сейчас думает Путин?

— Я думаю, что некоторое время назад он серьезно раздумывал, зачем он в это ввязался и нет ли какого-то хорошего варианта уйти из этого, для того чтобы обеспечить себе спокойную жизнь. Но сейчас, поскольку он совершил слишком много действий, которые оказываются не прощаемыми очень многими людьми, по отношению к которым были совершены преступления, он понимает, что нет пути назад. Поэтому он в какой-то степени оказывается в тупике, потому что единственный способ продлить его политическую и физическую жизнь — оставаться у власти. Осознание этой мысли его очень серьезно гложет. Внешне в этом смысле он очень концентрированный человек и этого не показывает, хотя для самого себя он понимает, что это тупик, в который он сам себя завел. И из которого выхода нет.

— Он жалеет, на Ваш взгляд, о том, что совершил?

— Даже если такая мысль ему приходит в голову, он ее немедленно гонит прочь. Он считает, что это слабость, и если эта слабость будет заметна окружающим, то это будет начало его конца. Психологически он себя настраивает, что все в порядке, что все еще лучше, чем было вчера. И нет никакого кризиса. Но каждый новый шаг ухудшает его положение.

— Как Путин закончит, на Ваш взгляд?

— Боюсь, что у него хороших вариантов не осталось.

— Сейчас Вы часто вспоминаете Путина после стольких лет плотного с ним общения?

— Его приходится вспоминать в связи с тем, сколько преступлений совершено, какие потери нанесены стране, обществу, России, соседям России. Насколько уничтожены добрые отношения между российскими и украинскими народами, которые не могут быть вылечены, может быть, никогда. Ущерб, нанесенный одним человеком такому огромному количеству людей, не поддается полному осознанию. Когда человек, обличенный властью, совершает поступки, действия, нанесшие непоправимый ущерб десяткам, сотням миллионов людей, — это заставляет меня думать постоянно.

— Спасибо большое.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 декабря 2017 > № 2420973 Андрей Илларионов


Польша. Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 декабря 2017 > № 2427333 Олег Пономарев

Терпение Варшавы закончилось

Польша отгораживается от Украины глухой стеной в прямом и переносном смысле.

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — Похоже, что некогда надежные партнеры и «заклятые друзья» — Польша и Украина, окончательно могут разорвать отношения. И вина в этом, в большей мере лежит на украинской власти. Назвать официальную политику Варшавы гибкой и дипломатической также нельзя. Но во многих спорных вопросах и трактовке общей истории именно Украина ведет себя как слон в посудной лавке. Героизация Бандеры, переименование улиц и проспектов в честь карателей УПА (экстремистская, запрещенная в России организация — прим. ред.), наплевательское отношение к могилам поляков и садистское давление на их наиболее чувствительные «мозоли» — все это рано или поздно должно было привести к взрыву. И этот врыв произошел

МИД Польши: «Наше ангельское терпение закончилось»

Буквально на днях в издании Polska The Times вышло очередное интервью министра иностранных дел Польши Витольда Ващиковского, ставшее просто оплеухой в адрес официальных украинских властей. По словам дипломата, «ангельское терпение» (дословно) Польши закончилось, и Украина даже не представляет, чем все это для нее может закончится. Мол, мы просили, мы умоляли, давали десятки «последних шансов». Но…

Ващиковский уверен, что проблемы между странами начались еще тогда, когда Украина запретила въезд мэру Перемышля и отозвала решение о разрешениях на эксгумацию польских могил на территории Украины. «Позже появились странные рассказы об истории», — сказал он, добавив, что до сих пор существуют проблемы с обучением польскому языку поляков, проживающих на Украине, и запретом эксгумации жертв Второй мировой войны.

«Мы показали наше ангельское терпение Киеву, мы пытались действовать конструктивно. Но в течение двух лет на наши предложения не было ответа или реакция была отрицательной. В какой-то момент нам пришлось реагировать на это. И мы делаем это гораздо мягче, чем другие, — сказал он. — Мы видим проблемы, но мы намеренно не разглашаем их. Мы разговаривали с партнерами из Украины, и они просили не разглашать эти темы, потому что у них война и конфликт будет служить только на пользу россиянам. Мы выполнили эти запросы».

Ранее Польша первой пошла навстречу Киеву, анонсировав польско-украинские переговоры. На них планировалось обсудить вопрос по восстановлению эксгумации поляков на территории Украины. Ващиковский также ожидал от украинской стороны реальных шагов по украинско-польскому примирению в вопросах совместного исторического прошлого.

Но ввиду скандальной трактовки общей истории именно со стороны Украины, МИД Польши не выдержал и запретил въезд на территорию страны главе Украинского института национальной памяти Владимиру Вятровичу.

Понимая угрозу, нависшую над Украиной, президент Петр Порошенко «включил заднюю» и инициировал проведение чрезвычайного заседания Консультационного комитета президентов Украины и Польши. Вот только состоится ли эта встреча в сложившейся ситуации — вопрос более чем риторический…

Польша составила «черный список»

Возвращаясь к запрету на въезд Вятровичу, стоит напомнить, что в Польше вступил в силу закон о запрете на въезд украинцам с антипольской позицией. Об этом заявил заместитель министра иностранных дел республики Бартош Чихоцкий в интервью агентству РАР. При этом дипломаты не разглашают имен персон нон-грата, но уверяют, что такой список есть и в нем десятки имен.

По данным СМИ наиболее громко в свете запрета звучит имя главы Института национальной памяти Украины Владимира Вятровича, который регулярно выступает с критикой в адрес Варшавы. «Да, действует», — сказал Чихоцкий, отвечая на вопрос о том, вступил ли в силу соответствующий запрет. При этом он отметил, что Польша не будет заранее информировать лиц, которым запрещен въезд. «Мы не обязаны информировать. Этот запрет будет вручен при попытке пересечения границы», — пояснил заместитель министра иностранных дел Польши.

По его словам, в запретительный список внесены, в основном, украинские чиновники. «Мы говорим здесь о правительственных чиновниках, представителях украинского государства, а не газет, аналитических центров, университетов или ансамблей песни и пляски. О тех, кто принимает решения, которые не только оскорбляют чувства поляков, речь идет в том числе об оспаривании Волынского преступления, но прославляют украинские формирования, сотрудничавшие с нацистской Германией», — добавил он. При этом дипломат подчеркнул, что данное решение не является односторонним, так как подобный «черный список» в отношении поляков составила и Украина.

Глухая стена от «украинских свиней»

Вслед за «антиукраинскими» заявлениями Польша приступила и к другим, более эффективным средствам противодействия Украине. Так, правительство Польши утвердило проект закона, предусматривающего строительство стены на восточной границе Польши с Белоруссией и Украиной якобы в рамках борьбы с африканской чумой свиней (АЧС). Об этом журналистам сообщил заместитель министра сельского хозяйства Польши Рафал Романовский. «Ее не будет на самой границе, а в пограничной черте», — отметил чиновник.

По его словам, стена будет выглядеть так, как ограждены большинство автобанов в Европейском Союзе — глухое заграждение высотой до 4-5 метров. Длина заграждения составит 1 тысячу км и обойдется государственному бюджету в 37 миллионов долларов. Еще 54 миллиона долларов в год Польше будет обходится содержание этой стены. Тем не менее, поляки готовы пойти на такие жертвы ради собственного покоя и благополучия. И их можно понять. Начало проекта запланировано на 2018 г. А завершить строительство ограждения от Украины планируют к 2021 г.

В рамках реализации проекта правительство Польши также примет еще один дополнительный специальный закон, который будет регулировать все юридические процедуры. В частности, закон позволит частичный отстрел диких кабанов на территориях, которые находятся под охраной. Для этого охотникам будут предложены дополнительные оплачиваемые отпуска сроком до шести дней. В целом, в Польше до этого времени зафиксированы 104 очага АЧС, при этом 81 — в этом году. В последний раз случай АЧС подтвержден у дикого кабана в лесу вблизи границы 21 ноября 2017 г. Напомним, что по данным Государственной службы по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты потребителей Украины, в течение второго полугодия 2017 г. в стране зафиксирован 41 случай заболевания африканской чумы свиней (АЧС) среди домашних свиней, что почти на треть меньше, чем в первом полугодии текущего года (70 случаев) и втором полугодии 2016 г. (73 случая).

Европа давно устала от Украины

Ну и напоследок напомним, что наиболее громким заявлением официальной Польши стало недавно заявление о том, что Европа от Украины просто устала. Более того, некоторые страны Евросоюза в случае необходимости выбора между партнерством с Россией или Украиной, могут выбрать Москву. Об этом в интервью журналу «Sieci» заявил глава канцелярии президента Польши Кшиштоф Щерский, сообщает польское издание TVP Info.

«Только для стран нашего региона отношения с Киевом не являются функцией отношений с Москвой. Боюсь, что если дойдет до ситуации, в которой Европа будет вынуждена выбирать между Украиной и Россией, другие столицы, на которые рассчитывает сегодня Киев, выберут Москву», — заявил Щерский. По его словам, даже если украинская власть вновь, как во время первого и второго «Майданов», обратится за помощью к Европе, Польша может не поддержать украинскую власть, как это было раньше и не раз.

Полным провалом для Украины и ярким подтверждением угроз со стороны Европы стал саммит Восточного партнерства, который Петр Порошенко попытался представить, как небывалую победу. Также в отношение Украины сменился и официальный курс Брюсселя. Произошло это после ухода с должности посла ЕС Яна Томбинского. Пришедший ему на смену Хьюг Мингарелли смотрит на действия украинской власти куда более трезво и расчетливо.

Саммит Восточного партнерства также показал, что надеждам Украины на членства в ЕС в обозримом будущем сбыться не суждено. Более того, как заявил еврокомиссар Хан, Украине, Молдавии и Грузии стоило бы воздержаться от заявлений о «скором» вступлении в ЕС. Не хотят этого европейцы, не пойдет против воли народа и власть. Последним гвоздем в «крышку гроба» стало и заявление ЕС о невозможности подключения Украины к Таможенному союзу ЕС и Шенгенскому соглашению.

Ну а «вишенкой на торте» стал отказ в предоставлении Украине третьего транша макрофинансовой помощи в размере в 600 миллионов евро на которую так рассчитывал Порошенко. Европа четко дала понять, что Киев не выполнил 4 из 22 критериев ЕС для получения этих денег. В частности, в стране через «отстань» проверяют электронные декларации чиновников, а борьба с коррупцией и вовсе напоминает борьбу с ветряными мельницами.

Польша. Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 декабря 2017 > № 2427333 Олег Пономарев


Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 декабря 2017 > № 2434347 Олег Пономарев

Несвободная Украина

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — Украинская власть, как мантру, любит повторять, что со свержением «кровавого режима» Януковича страна не только поднялась с колен, но и стремительно ворвалась во все мировые рейтинги, в том числе и по беспрецедентной свободе слова. Это было бы смешно, если бы не было так грустно. По данным рейтинга «Репортеров без границ», проведенного в апреле 2107 г., Украина заняла 102 место в мире и180 стран по уровню свободы слова. Однако, учитывая стремительное наступление на СМИ и целый ряд резонансных убийств журналистов, данные рейтинга явно устарели и требуют пересмотра. И даже ранее лояльные к Украине правозащитные организации уже не могут умалчивать значительного ухудшения ситуации.

Даже в Непале и Тунисе со свободой слова все в порядке

По свежим данным правозащитной организации «Article 19», цитируемым британским изданием The Guardian, глобальная свобода СМИ за последнее десятилетие упала до самого низкого уровня. Журналистам грозят государственная цензура, организованная преступность и коммерческое давление, вызванное ростом влияния интернета.

«Глобальная свобода средств массовой информации находится на самом низком с начала века уровне», — говорится в докладе. Авторы исследования измеряли свободу выражения мнений в 172 странах мира в течение 2006-2016 гг., а их метрика базируется на 32 таких социальных и политических показателях, как предвзятость в СМИ и коррупция, цензура в интернете, доступ к правосудию, преследование журналистов, а также равенство социальных классов и гендерное равенство.

Наибольший спад свободы слова, по данным Article 19, в течение последнего десятилетия наблюдается в Турции. Однако согласно докладу, Бразилия, Бурунди, Египет, Польша, Венесуэла и Бангладеш также получили тревожный сигнал относительно разнообразия мнений и независимости средств массовой информации.

«К сожалению, наши выводы свидетельствуют, что свобода выражения мнений и взглядов подвергается атаке как в демократических государствах, так и в авторитарных режимах», — отметил исполнительный директор «Article 19» Томас Хьюз. По его словам, журналистам грозят запугивание, преследование и даже убийства в некоторых частях мира. В частности, в Мексике только в 2016 г. произошло 426 нападений на журналистов и представителей СМИ. Кроме того, по данным исследования, в прошлом году в мире 259 журналистов были заключены под стражу, а 79 — убиты. При этом, авторы исследования зафиксировали и положительные тенденции. Например, в Тунисе, Шри-Ланка и Непале со свободой слова дела обстоят весьма неплохо.

Еженедельно на Украине нападают на двух журналистов

К сожалению, в большинстве рейтингов по свободе слова Украина если и упоминается, то весьма обтекаемо и без фактажа. Реальную же картину дня сегодняшнего могут описать оппозиционные СМИ или организации, но их отчеты властью или игнорируются, или вовсе задвигаются на задний план.

«Национальный союз журналистов Украины с начала 2017 г. зафиксировал 85 случаев избиения и проявлений физической агрессии по отношению к журналистам, пять из них — в ноябре», сообщает сегодня пресс-служба Союза.

В пресс-службе также отметили, что в ноябре 2017 г. были избиты пять журналистов. По данным Союза, инциденты произошли в Киеве, Николаеве, во Львовской области и Черновцах.

Далеко не редкостью на Украине стало и физическое устранение журналистов. Так, 20 июля 2016 г. в Киеве в результате взрыва автомобиля погиб журналист Павел Шеремет. 18 апреля 2015 г. был убит киевский журналист Олесь Бузина. В 2014 г., исполняя свой профессиональный долг, на юго-востоке Украины погибли российские журналисты: специальный фотокорреспондент «России сегодня» Андрей Стенин, оператор «Первого канала» Анатолий Клян, корреспондент и звукооператор телеканала «Россия» Игорь Корнелюк и Антон Волошин. Все они посмертно были награждены орденом Мужества.

Еще одно громкое убийство произошло 19 февраля 2014 г. на перекрестке ул. Большая Житомирская и Владимирская в самом центре Киева был расстрелян журналист Вячеслав Веремий, с которым автор данного материала был знаком лично и несколько лет проработал в одной редакции. Сначала Вячеслава вытянули из такси, в котором он возвращался домой, жестоко избили металлическими прутьями, а после — выстрелили в грудь. Журналист скончался в столичной Больнице скорой помощи от потери крови и полученных травм, несовместимых с жизнью.

Суммируя все вышесказанное, следует обратить внимания, что эти преступления против СМИ были совершены уже после свержения президента Украины Виктора Януковича — начиная с 2014 г.

Украинские активисты предпочитают «воевать» в Киеве, а не на Донбассе

Еще сложнее ситуация сегодня обстоит с печатными или электронными СМИ, а также телеканалами, в эфирах которых, не дай Бог может прозвучать нечто, что идет вразрез с «линии партии». Яркий тому пример — недавнее блокирование радикалами телеканала «NewsOne». 3 декабря 2017 г. неожиданно для всех группа людей в камуфляже и балаклавах заблокировала телеканал «NewsOne». Радикалы потребовали, чтобы собственник канала, народный депутат Евгений Мураев покаялся за высказывание, сделанное на минувшей неделе в эфире программы «Украинский формат», в котором он назвал Майдан 2013-2014 гг. госпереворотом. Протестующие принесли под здание канала мешки с песком и заблокировали въезды и выезды колючей проволокой.

Мураев в ответ на блокирование канала заявил, что к этому причастны люди националиста Дмитрия Корчинского, а сама акция проплачена из Администрации президента. Глава министерства внутренних дел Арсен Аваков призвал националистов прекратить блокирование телеканала, а Мураева обозвал мерзавцем и провокатором. В свою очередь президент Петр Порошенко назвал недопустимым любое давление на СМИ, а тем более их блокирование.

Через два дня, так же неожиданно, блокада телеканала была снята, а Е. Мураев вылетел в Брюссель на встречу с еврокомиссарами для обсуждения вопроса свободы работы украинских средств массовой информации.

«Основные встречи пройдут в среду и в четверг, а после этого я вернусь в страну и буду разговаривать с этими псевдоактивистами. Я считаю, что если человек стоит в балаклаве и в полной экипировке, то он должен защищать свою родину там, где должен быть в этот момент, а не терроризировать мирную столицу и неприкрытым способом давить на альтернативную точку зрения политиков или на информационную политику, которую делает канал. Я считаю, что NewsOne — самый честный в стране канал. Он предоставляет площадку абсолютно всем политическим силам и людям с различными взглядами, а это и есть демократия и свобода слова — каждый может давать свою оценку, а народ Украины уже будет решать после этого самостоятельно кто прав, а кто нет, делать свои выводы», — заявил политик.

Как отмечают многие украинские эксперты, снятие блокады с телеканала произошло явно по указке «западных партнеров», которых выход украинской власти за рамки закона и морали действительно возмутил и шел в разрез с образом «демократической и свободной Украины».

Хроника репрессий, хроника убийства свободных СМИ

По данным украинского Центра свободы слова на сегодняшний день украинская власть бросила за решетку десятки людей с отличной от общепринятой точкой зрения. Многие из них за свое инакомыслие без суда и следствия находятся в СИЗ по нескольку лет. Вот только «демократические» страны об этом молчат.

1. Дмитрий Василец задержан СБУ 24 ноября 2015 г. по подозрению СБУ в создании канала «Новороссия-ТВ». Медиа-правозащитник, журналист, общественный деятель, основатель объединения «Медиа-люстрация», ведущий программ "Музей Информационной Войны" и "О чем молчат СМИ".

2. Александр Бондарчук задержан 18 марта 2015 г. за «Своду слова» на Украине по подозрению в сепаратизме. Опубликовал в газете «Рабочий класс», где был редактором, перепечатку интервью с Губаревым (лидером непризнанных республик ДНР). Главный редактор газеты «Рабочий класс» и народного депутата Украины V и IV созывов.

3. Евгений Тимонин был задержан СБУ 24.11.2015 г. Проходит по одному делу с Дмитрием Васильцом по статье 258 ч.3 — другая помощь террористическим организациям. Основная причина задержания — инакомыслие.

4. Роман Колесник был лишен свободы на 4 года за собственное мнение, высказанное в соцсетях — том, что крымчане имеют право на самоопределение и то, что АТО на Востоке Украины может привести к разделению Украины на две части.

5. Василий Муравицкий — оппозиционный журналист, блогер, арестован СБУ в августе 2017 г. по подозрению в измене родины, изменению границ Украины и содействии террористам. Журналист никогда не брал оружия в руках, но писал статьи, содержащие критику действующей власти.

6. Спартак Головачев уже более двух лет (с 2014 г.) Спартак сидит в камере-одиночке колонии № 100 г. Харькова, суды затягивают рассмотрения дела.

7. Дмитрий и Ярослав Лужецкие — инакомыслящие граждане Украины, которых Тернопольский городской суд в спешном порядке 18 февраля 2016 г. приговорил к 15 и 14 годам лишения свободы в колониях строгого режима.

8. Сергей Долженков проходит по делу «2 мая» в Одессе. По версии следствия, «Капитан Какао», возглавил колонну сторонников «Куликова поля» и спровоцировал массовые беспорядки в центре Одессы 2 мая 2014 г.

9. Сергей Ткаченко и Денис Тимофеев. По сфабрикованным материалам в Заводском районном суде Днепродзержинска открыт судебный процесс над молодыми коммунистами — Сергеем Ткаченко, первым секретарем городского комитета КПУ, депутатом горсовета и Денисом Тимофеевым, вторым секретарем Баглейского районного комитета КПУ г. Днепродзержинска, депутатом райсовета.

10. Владимир Грубник арестован осенью 2015 г., ему инкриминируется участие в террористической деятельности, хотя он сам эту вину полностью отрицает. Во время задержания Владимир был сильно избит.

11. Максим Супруненко и Вадим Бакуменко арестованы 17 и 24 июня 2014 г. Обвиняются в планировании осуществления террористических актов на территории Днепропетровской области с целью дестабилизации ситуации в регионе.

12. Юрий Апухтин — координатор общественного движения «Юго-Восток», Харьковский общественный деятель, антифашист.

13. Екатерина Фотьева арестована 22.04.2015 г ст. 258 ч. 2 (терроризм).

14. Сергей Юдаев — стример, вел свои репортажи из очагов напряжения в Харькове в 2014 г.

15. Александр Ефремов задержан 30 июля 2016 г. Генпрокуратурой Украины по обвинению в посягательство на территориальную целостность Украины.

16. Александр Щеголев задержан в феврале 2015 г., суды затягивают дело, решений по сути нет. Обвиняется в действиях, направленных на разгон митингующих с Майдана Независимости и освобождении зданий, в которых они разместились. В отношении него сознательно сформирован образ «убийцы Майдана».

И это далеко не полный список «прессуемых» сегодня украинской властью журналистов….

Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 декабря 2017 > № 2434347 Олег Пономарев


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 8 декабря 2017 > № 2419260 Александр Линчевский

Замминистра здравоохранения: Трансплантация в Украине будет развиваться, остается решить вопрос мотивации врачей и организации работы клиник

Интервью заместителя министра здравоохранения Александра Линчевского агентству Интерфакс-Украина

- Заработает ли система трансплантации в Украине с 1 января?

- В полном масштабе - нет, ведь в Украине все еще не принят новый закон о трансплантации, который как раз и должен заложить юридические основы для развития такой системы. Закон проголосован в первом чтении, полностью подготовлен ко второму, но когда он будет принят и вступит в силу, пока не понятно.

Тем не менее, мы уже предприняли ряд шагов для реализации пилотного проекта на базе существующих центров трансплантации в пяти регионах и Киеве. Это позволит проводить трансплантацию почки от неродственного донора даже до принятия нового закона.

- Что это за шаги?

- Сейчас мы говорим о развитии трупной трансплантации. Прежде чем произвести забор анатомического материала у подходящего донора, нужно констатировать смерть головного мозга. Мы внесли изменения в должностные инструкции - теперь анестезиолог имеет право это делать.

Далее возникает еще несколько вопросов. Что происходит после констатации смерти мозга? Кто должен принять решение о трансплантации, связаться с родными потенциального донора, найти реципиента и в случае необходимости организовать транспортировку? Все это – сфера ответственности трансплант-координатора. Предполагается, что его функции будут выполнять врачи анестезиологи-реаниматологи. Но им также придется пройти специальную программу подготовки.

Далее трансплант-координатор будет связываться с координационным центром трансплантации. Сейчас эта структура существует формально, это, скорее, научное учреждение, без каких-либо полномочий, финансовых рычагов, да и, по правде говоря, без особых научных достижений. После принятия закона придется менять статут, полномочия и правила работы этого центра.

Помимо этого, нужен работающий реестр доноров и пациентов, нуждающихся в трансплантации. И, совсем не в последнюю очередь, готовность общества к жертвованию органов или принятию решения о таковом в отношении своих близких.

Одним словом, дело не только лишь в принятии закона о трансплантации - под него необходимо практически с нуля создавать действующую систему.

- Сколько времени нужно для запуска системы?

- Сейчас сложно назвать конкретные сроки. Для сравнения: инсулиновый реестр запускался около полугода. Пока мы говорим об апробировании системы в шести центрах, где теоретически можно проводить трупную трансплантацию - Запорожье, Киев, Днепр, Харьков, Львов и Одесса. Там уже существуют некоторые списки ожидания, специалисты. Хотя специальная аппаратура для констатации смерти мозга есть не везде. Да и анестезиологов еще нужно научить работать на ней, они этого никогда раньше не делали, их этому в медвузе не учили.

В Запорожье, которое фактически является центром трансплантологии в Украине, создана программа обучения анестезиологов и трансплант-координаторов. Туда нужно будет направлять и действующих, и будущих анестезиологов. Запорожье – единственный город в Украине, где проводится трупная трансплантация, но и там - это всего 4-6 пациентов в год, хотя потребность исчисляется тысячами.

- Анестезиологам будут доплачивать за трансплант-координацию?

- Внести этот пункт в само положение по трансплант-координации было невозможно с юридической точки зрения. Но это будет сделано, обязательно.

Кстати, о деньгах. Кто будет оплачивать операции, медикаменты, шприцы, бинты? Пациент не должен платить за это, все затраты берет на себя государство. Мы предусмотрели, чтобы в госбюджет на 2018 год были заложены 112 млн грн на проект по трансплантации почки, приблизительно такие же суммы планируются на последующие два года.

Но, откровенно говоря, успех этой программы зависит от работы на местах, от врачей и руководства медучреждений. Пока, к сожалению, я не вижу у них особого желания заниматься развитием такой системы.

Со своей стороны мы делаем все, что зависит от Минздрава: готовим нормативные акты, убеждаем в необходимости принятия закона, добиваемся выделения финансирования, разрабатываем порядок его использования, готовим инструкции, положения, формы заявок и техзадание на разработку реестра. Нам еще предстоит научиться мотивировать врачей и больницы.

- Так все-таки: мы ждем принятия закона о трансплантации или можно работать без него?

- Мотивированная и организованная больница может и сейчас делать пересадку органов от неродственного донора, но ей придется значительно сложнее. Между тем новый закон даст возможность решить много организационных вопросов, например, в отношении забора трупного материала. Заработает ли пилотный проект с 1 января, во многом зависит от врачей.

- Но ведь в бюджет все-таки закладываются деньги, какова вероятность того, что они будут освоены?

- Мы заложили деньги с запасом. Было бы хуже, если бы их не хватило. Мы уверены, что трансплантация в Украине будет развиваться, остается решить вопрос мотивации врачей и организации работы клиник.

- В бюджете 2017 года были заложены деньги для создания реперфузионных центров, в частности, для закупки ангиографов. Сколько их было закуплено по этой программе?

- Деньги в бюджете были выделены, ангиографы закупаются совместно с областями, объявляются тендеры. Первый ангиограф был закуплен в Мариуполе. Сама тендерная процедура достаточно длительная, нужно ждать два-три месяца, но процесс идет.

- Но если еще не куплены ангиографы, то зачем эти стенты распределяются между регионами?

- Стенты с недавнего времени распределяются по новым правилам – только в клиники, где проводится стентирование. Раньше они распределялись вне зависимости от того, есть ли в клинике ангиографы или нет - просто исходя из численности населения.

- Можно ли говорить об эффективности этой программы?

- Эта программа позволяет снизить уровень смертности, но чтобы оценить этот показатель, должно пройти какое-то время. По нашим приблизительным подсчетам, мы имеем около 20 тыс. инфарктов в год, которые нуждаются в неотложном стентировании. Если мы поставим стенты всем этим пациентам, то, согласно мировой статистике, около 1 тыс. пациентов все равно не удастся спасти. Но если мы не поставим стенты никому, то умрут 4 тыс. Цена вопроса – три тысячи жизней. Мы знаем, что эта программа правильная - своевременное стентирование будет спасать как минимум 3 тыс. чел. в год и обеспечивать доинфарктное качество жизни большинству пациентов.

- И все же, эта система уже заработала?

- Система неотложной кардиологической помощи предполагает, кроме закупки ангиографов, еще ряд обязательных мероприятий, в том числе подготовку нормативных актов. Уже сегодня действует приказ, который регулирует создание реперфузионных центров. Приказ не говорит, где их нужно создавать, приказ говорит, о том, как это делать и как оны должны работать. Есть также второй приказ, который регулирует работу системы неотложной помощи в случае инфаркта. Теперь скорая помощь знает, в какую клинику везти больного, чтобы ему поставили стент и спасли жизнь.

Наша конечная цель – ангиограф в каждом госпитальном округе. Их должно быть около 100. Сейчас их 40, из них только 20 работают правильно. Например, в Виннице такой центр давно работает, там прекрасно все организовано. Но если такой центр захотят создать в Умани или в любом другом городе, то приказы покажут, как это нужно сделать правильно. Когда пациента вечером кладут в больницу с инфарктом, а на следующий день ему предлагают стентирование, то это неэффективно. Стентирование нужно делать своевременно – в идеале в течение двух часов после инфаркта. Мы для этого создали нормативную базу, обеспечили стентами, ангиографами реперфузионные центры, защитили скорую, которая будет везти пациента туда, где есть ангиограф. На самом деле, это революционная штука.

-Что происходит с расчетом стоимости медуслуги?

- Этот вопрос не входит в сферу моей ответственности. Этим занимается другой заместитель министра - Павел Ковтонюк.

-А пилотный проект з НАМНУ?

- Также.

Сегодня я вплотную занимаюсь изменением системы подготовки врачей – и вопросами поступления в медвузы, знаменитые 150 баллов ВНО, и вопросами повышения квалификации медиков и последипломной подготовки.

Подготовлен совместный приказ Минздрава и Минобразования по правилам приема на медспециальности, но пока он не опубликован. Ходят слухи, что в последний момент в него было внесено изменение, 150 баллов по ВНО установлено лишь по двум предметам, а не по трем, исключая украинский язык. Сейчас мы ждем публикации приказа.

Ректоры медвузов, конечно, не очень довольны, но приказ есть и его нужно выполнять. Кстати, за время подготовки этого новшества мы получили полную картину того, кто из ректоров поддерживает изменения, а кто-то - нет.

Думаю, что активное сопротивление этому новшеству начнется, примерно, в апреле-мае, когда кто-то увидит, что чей-то ребенок не проходит в медицинский вуз.

В следующем году планируем уделить еще больше внимания образованию, внести изменения в систему непрерывного профессионального обучения. По нашему глубокому убеждению, в медицину должны приходить только те, кто готов развиваться и помогать своим пациентам.

-Как проходят конкурсы на замещение вакансий руководителей директоратов Минздрава?

- Мало желающих идти сюда. Те, кто пришел, завалили конкурсные задания, продемонстрировали достаточно низкий уровень. Был объявлен повторный конкурс, прием документов завершился 7 декабря. На этой неделе Центр общественного здоровья возглавил Владимир Курпита. Ожидаем, что удастся также подобрать достойных руководителей директоратов.

Пользуясь случаем, хочу пригласить всех, кому небезразлично реформирование медицины, и тех, кто подавался, но не прошел на должность главы директората, принять участие в конкурсах на должности экспертов.

-Возможно, у вас завышенные требования?

- Требования высокие. Но мы ищем людей, от которых зависит медицинская реформа. Я политическая фигура – сегодня есть, завтра нет. А от них будет зависеть реформа. Они должны генерировать идеи, а политические фигуры – министры и заместители - должны их принимать или нет.

-Вам нравится работать в Минздраве?

-Нет (смеется). Но именно здесь я нужен и наиболее полезен в данный момент.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 8 декабря 2017 > № 2419260 Александр Линчевский


Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434287 Виктор Ющенко

С нами происходит что-то роковое и патологическое

Алеся Бацман, 112.ua, Украина

Третий президент Украины Виктор Ющенко в интервью программе «Бацман» на телеканале «112 Украина» рассказал о проблемах украинской экономики, о важности исторического примирения с соседями, а также об ошибках постмайданной власти.

«112»: В эфире программа «Бацман». В студии — третий президент Украины Виктор Ющенко. Добрый вечер. Вы у всего украинского народа ассоциируетесь со всем украинским. Украинская национальная идея для вас, какая она?

Виктор Ющенко: Национальная идея любой нации — то, что в повестке дня является самым главным вопросом. Если мы спросим себя, чего нам больше всего сегодня не хватает, то я бы сказал, что национальной целостности и политического суверенитета — того, что называется в истории национальным становлением. Борьба за украинское национальное становление в действительности дело не календарное — 24 августа 1991 года. Нам нужно, чтобы каждый из 45 миллионов понял, что он не население, а гражданин, и Украина начинается с него, как учил Вячеслав Максимович Чорновил. Поэтому политический суверенитет и настоящая независимость для меня сегодня является сутью национальной идеи.

— Некоторые источники утверждают, что вы пойдете на следующие президентские выборы и вас поддержат США. Это правда?

— Свят-свят-свят.

— Вам не хочется прийти и реально навести порядок?

— Это не от меня зависит. Это зависит по крайней мере от 10-15 миллионов. Кто им нужен? Выборы — это такая штука, когда очень часто побеждают те, кто не имеет плана, доктрины, кто занимается другими вещами, а не тем, о чем, на мой взгляд, надо было бы беспокоиться, если мы говорим об обычной украинской власти. Мне удобнее было бы говорить, почему в такое время, когда моя страна потеряла 7% территории, когда 60 тысяч украинцев убиты, ранены, когда мы потеряли треть экономики и для того, чтобы вернуться к уровню 2013 года, нам с такими экономическими темпами, как сегодня, надо жить до 2032 года, мы не вместе сегодня, за круглым национальным столом? Мы все понимаем, что если мы такими темпами будем развиваться, как развиваемся сейчас, то все проиграем, потому что экономика — это второй фронт, это мышцы войны. Если вы проиграете экономику — вы проиграете все. Над нами смеются. Мы третьи в мире по теневой экономике, первые по коррупции. 56% национальной экономики в тени. У нас действительно война идет? Дефицит бюджета — 77-100 миллиардов. С нами происходит что-то роковое и патологическое. Конечно, хотелось бы говорить о том, сколько сегодня трезвых, вменяемых людей надо пригласить за круглый стол. У нас 5-6 базовых вызовов. Давайте мы каждый вызов обсудим.

— А вы Порошенко предлагали что-то сделать?

— Одна встреча у меня была с ним, давно. Была встреча с премьером, много встреч в Национальном банке с предыдущим председателем. Меня беспокоит, что у нас нет плана для страны, если говорить об экономике. На самом деле у нас сегодня столько ресурсов, сколько не было никогда за 26 лет. На руках у населения 120 миллиардов долларов — примерно по 3 тысячи на человека. На счетах за рубежом, в том числе и в так называемых офшорах, — 140 миллиардов. А в прошлом году инвестиции на Украину — всего лишь 800 миллионов. Копейки! У нас такая большая самодостаточность в ответах на вызовы, стоящие перед нами: и рабочие места, и пенсии с зарплатами. У нас есть возможность гораздо серьезнее отвечать на эти вызовы, чем на самом деле мы это делаем.

— Но нынешняя власть вас не слышит?

— Во-первых, я не громко говорю. Я говорю это шепотом, потому что мне кажется, что кому это больше нужно, так это власти. Я не претендую ни на какую корону, у меня нет цели кого-то девальвировать, дискредитировать. Но, например, такой специалист, как Пинзеник. Кому он мешает? Я думаю, что это лучший министр финансов, которого знала Украина за 26 лет. Хотя у нас был не один толковый министр финансов. Почему он без дела? Или такой премьер-министр как Ехануров? Все злосчастные структуры были под руководством этого человека. Прошел честно испытание властью, был одним из успешных премьер-министров, а сейчас ходит по Киеву с портфелем, лекции читает.

— А вам какое-то кресло предлагали после Майдана?

— Нет, уже все было поделено. Мы часто возвращаемся к тому великому времени, потому что в действительности у нас был один шаг к тому, чтобы вернуться в московскую колонию. И спасли Украину с 13 на 14 ноября именно молодое, преданное, интересное поколение. Это лучшее поколение. Но когда мы говорим о политической конструкции, то после Майдана для того чтобы отфильтровать эти таланты и не пустить их во власть, надо было сделать две вещи: 1) пятипроцентный барьер (конечно, ни одна политическая сила с Майдана 5% не берет); 2) партия, выдвигающая своих кандидатов в парламент, должна иметь регистрацию не менее 12 месяцев. Молодая волна создала уникальное политическое движение. Но ты его не формализуешь в партию, потому что твоя партия на выборах ничего не стоит. Даже если ты купишь чьи-то документы, партии, 5% ты не возьмешь. Это и привело к тому, что мы имеем сегодня слабую политическую систему.

— Когда вы в последний раз были в России?

— Последняя (или предпоследняя) встреча — май 2008 года.

— Вы тогда могли себе представить, что через несколько лет Россия пойдет войной на Украину?

— Нет. Предыстория отношений, которые сложились у нас с президентом России, была специфической. Когда я был премьер-министром, у нас были очень хорошие отношения с премьер-министром Михаилом Михайловичем Касьяновым. Мы вели реформирование газовых отношений, отказались от государственных долгов, провели большую реформу. Как нам казалось, диверсифицировали. Оттуда начались хорошие отношения, знакомство с президентом России. Когда были выборы, Путин трижды «по ошибке» поздравлял Януковича. Мое появление в Москве вызвало неприятие. Я помню каждую минуту той встречи. Нам надо было побыть один на один.

— Что было тяжелее всего?

— Не было тяжелого. То, что было со здоровьем… Понятно, с кем связывают эту историю моего отравления: нежелание российской стороны видеть Ющенко президентом Украины, потому что это другой стратегический курс, новая стратегия. Но ощущения того, что я нежелателен, у меня не было. Мы с президентом России сидели очень долго, один на один, и пришлось наши отношения зачистить, начиная от тех приветствий некстати. И в конце концов я услышал слова, которые были достойными, с точки зрения той глупой политической ситуации. Это было сделано должным образом, достойно, и я сказал, что отношения с Россией входят в структуру украинского национального интереса. Поэтому то, что было некстати, — это не так важно. Было бы очень хорошо, если бы мы сейчас открыли новую страницу. Я дал ему лист бумаги и сказал: «Владимир Владимирович, сформулируйте десять приоритетов, которые вы хотели бы реализовать в следующем году как руководитель России, а я напишу десять своих приоритетов, которые я хочу реализовать как стратегические задачи для нашего национального интереса». И так мы вышли на то, что у нас получился план из 27 пунктов.

— Он хотел вам понравиться? Как разведчик, он вас подвербовывал?

— Он был очень тактичным. Не было такого банально грубого обхождения. Из практики: когда мы готовим украино-российские переговоры, я всегда 30-40 листов карандашом выписываю. По каждому вопросу 2-3 абзаца, чтобы восстановить мнение. Мы встречались 7-8 раз, и каждый раз разговор начинался так: «Виктор Андреевич, начинайте». Я беру бумаги, дохожу до двадцатого вопроса и говорю: «Я попросил бы, чтобы вы комментарий вели». Это мне тоже очень нравилось в наших отношениях: у него тоже были маленькие листы, как перфокарты, которые он носил во внутреннем кармане. Он их достает (а на каждом листе было по вопросу) и начинает откладывать в сторону. Пачка заканчивается, и он потом говорит: «Виктор Андреевич, вы все сказали». Я никогда не слышал от него слова «нет».

Хотя в мае 2008 года… в 2009 году было 300-летие Полтавской битвы. Имперская Россия началась с победы в полтавском бою. Перед тем российский император проигрывал все бои, бежал в Европу месяца на три, потом возвращался. Полтава — первый день имперского календаря, и Россия очень хотела это отпраздновать. Я Путину говорю: «Полтава начинается с Батурина». А он задает вопрос, неожиданный для меня: «А что такое Батурин?» И сидит Черномырдин, который приходил ко мне перед моей поездкой в Москву, и мы с ним два-три часа говорили по повестке дня, какие вопросы я хотел бы задать. И здесь Черномырдин говорит: «Владимир Владимирович, я вам объясню, что такое Батурин». А я говорю: «Виктор Степанович, вы сами это узнали три дня назад. Давайте я это объясню». Я объясняю, что это трагедия моей нации, и если вы, Владимир Владимирович, хотите приехать в украинский парламент и чтобы украинские парламентарии 15 минут аплодировали вам, то подарите Украине батуринский архив Ивана Степановича Мазепы.

И здесь наступает пауза, которая уже выходит за пределы дипломатической. Чтобы исправить ситуацию, говорю: «Если там есть какие-то проблемы в российском законодательстве, что нельзя передать гетманский архив, может быть, подарите копии нам». Опять пауза. Я говорю: «Мы договорились с королем Швеции, что они привезут на три месяца выставку украинских знамен, архивов, и мы показываем в музее истории эти страницы наших отношений. Может, вы тот архив выставили бы на три месяца в Батурине?». Молчок, а потом: «Надо подумать». Я жалею до сих пор, что не удалось сделать этого, потому что я вообще на каждой второй встрече поднимал вопросы исторического примирения. И все время приводил пример, как мы сделали с поляками. Потому что бóльших конфликтов в Европе, чем были между украинцами и поляками, ни у кого не было. И мы вышли к прощению, подали друг другу руки — прошли историческое примирение. Нам надо было это с Россией пройти.

— Но тогда он этого не понял?

— Не понял. Меня глубоко не удовлетворило, когда он сказал, что «ну почему я буду извиняться за царское правительство?». Это непонимание постановки вопроса. Мы говорим о наследственности независимо от того, фараоны там были или императоры.

— Империя не приносит извинений. Он снова стопроцентно станет президентом России?

— Без сомнения, да, потому что российская нация не любит свободу, волю. Она любит царя. А Путин сегодня хорошо соответствует статусу русского царя.

— После выборов он может как-то изменить риторику в отношении Украины?

— Надо проанализировать мотивы. Если мир консолидируется настолько, что это станет ощутимо не Путину, не верхушке, а российской нации, то можно ожидать пересмотра позиций. Есть две вещи, которых опасается Путин как президент: это реакция собственного народа и реакция мира. Реакцию собственного народа мы не будем комментировать, потому что она очень зависима внутренне, и нет тех факторов (пропаганда хорошо работает). А вот внешнюю реакцию трудно выстраивать. Происходит определенная консолидация (но далеко не та, какую бы хотелось видеть) в Европе или в странах-гарантах нашей территориальной целостности.

У нас много конференций происходит в Европе, и когда подходим к теме «Конфликт на востоке Украины», я привожу своим коллегам, президентам из Восточной Европы, статистику: 82% энергоресурсов, которые производит Россия, она продает в ЕС. А ЕС, если взять энергетический баланс, только 30% заполняет за счет ресурсов России (остальные из Африки, Северного моря и др.). Европа осознает, что она является крупнейшим кредитором российской агрессии на Донбассе, в Крыму, Нагорном Карабахе, Абхазии — там, где военные базы, российское военное присутствие. А за счет чего питается российская политика? Россия — не империя, у нее лишь остался имперский дух. Вопрос: откуда финансово этот дух? Из Европы. Поэтому если нам удастся эту часть дебатов донести до Европы: мы даже не просим оружия у вас, не просим, чтобы вы жизни положили за нашу территорию, просто не финансируйте! Российская экономика состоит из двух труб (газовой и нефтяной) и леса-кругляка. Вот и вся экономика. А Европа — главный потребитель этой экономики.

— Сможет ли третий фактор — недовольство элит — заставить Путина дать задний ход и уйти из Украины?

— Американские санкции — это то, что будет дразнить несколько десятков российских олигархов. Но надо отметить одну особенность российской олигархии, которой нет у нашей. Российская олигархия — национальна. Она не просто является дополнением к путинской политике, она — одна из первых и лучших реализаторов путинской экономической и колониальной политики на любой территории мира. Они выполняют директиву Кремля, они — продолжение политики Путина, как и российская церковь.

— Сейчас Польша дала второе дыхание расследованию трагедии под Смоленском. Что вы думаете о причинах этой катастрофы, в которой погиб ваш друг, президент Польши Качиньский?

— Мое мнение является субъективным, хотя я общаюсь с теми людьми, которые принимают участие в расследовании этого дела. У меня нет сомнения, что с польским правым крылом Россия расправилась очень удачно. Авария первого борта — это не случайность. Новая волна расследований ведет к тому, о чем несколько лет перед тем говорили. Такое грубое обращение российской стороны, когда до сих пор польскому следствию не предоставили останков самолета, о чем-то да говорит. Или новые обстоятельства вероятного взрыва внутри салона? Об этих обстоятельствах много лет говорят, но исследования провели несколько месяцев назад. За три дня перед тем на том же аэродроме Путин встречал премьер-министра Польши. Слишком много случайностей. Но когда я был на похоронах Леха и Марии Качиньских, больше всего меня удивила пассивная польская реакция. Меня очень удивила польская благодарность за то, что российская сторона безвозмездно предоставила гробы, доставила тела. Этот именно тот неуместный российский гуманизм! Мне казалось, что тогда надо было другие вопросы задавать. Держать эмоции совсем в другом плане. Но выглядело это как очень гуманизированный шаг, который надо должным образом оценить. В этом рейсе погиб цвет польского правого движения, церковного движения, Сейма, вооруженных сил.

— А если Польша сможет доказать, что в той трагедии виновата Россия, то что это для России в мировом значении может означать?

— В Польше исторически очень сильны антироссийские настроения. Поляки не забыли потери Речи Посполитой и того, кто был причиной этого. Поляки, в противовес украинцам, удивительно знают свою историю. Они на рядовом уровне аж с перебором аналитически глубоко ее знают. Что такое Россия, в Польше сегодня оценено обществом достаточно адекватно. Поэтому очередной факт того, что российская политика была направлена против польских интересов, только укрепит это извечное убеждение польской нации в отношении россиян.

— Расскажите, как вы познакомили Лукашенко с Ежи Бузеком. Он попросил вас об этом, чтобы как-то наладить отношения с ЕС?

— Ежи Бузек тогда руководил Европейским парламентом и был моим другом. Тогда настроения в Белоруссии были примерно такие, как сейчас. Я был глубоко убежден, что если бы тогда европейская сторона протянула Белоруссии руку в чем-то, хоть малом, то мы бы видели Белоруссию в другом политическом спектре. Это было то время, когда со стороны президента Белоруссии я интуитивно чувствовал, что он склоняется в нашу сторону. Мы были в России после очередного саммита, сидели вчетвером за одним столом: я, Саакашвили, Алиев, Лукашенко. А Путин и руководители Средней Азии — за другим. Лукашенко взял что-то в буфете, идет, а я ему говорю: «Ты столы не перепутал?», потому что он направлялся к нам. А он говорит: «Нет». И садится возле нас. Было ощущение, что Белоруссии уже нужна новая политика. Примерно так же сейчас происходит. И если бы Европа руководствовалась не таким каноническим, хрестоматийным инструментарием, а продвигала более активно свои интересы на восток, то, думаю, Белоруссия уже была бы в другом измерении.

— Какие свои встречи со времен Майдана вы можете вспомнить? Какие из них были очень важными или показательными?

— Пригласил Янукович трех бывших президентов к себе в Межигорье. Это было где-то дней за семь до Вильнюсского саммита. Я тогда пришел последним и удивился: не знал, что мы идем на эфир. Кравчук мне стал рассказывать, что Янукович вычитал, что экономическое соглашение о зоне свободной торговли выписано неправильно, с большим нарушением украинских национальных интересов, и поэтому он не может его подписать. Я говорю: когда в октябре 2008 года мы с Саркози подписывали заявление об ассоциации, о либерализации визового режима и о свободной экономической зоне, то этот пакет нам достался, как приз, потому что все страны 3-4-го филиала имели только политическую ассоциацию. Если какие-то экономические расчеты там неправильны, то давайте подпишем политическую ассоциацию, а остальные можно не подписывать. Хотя я убежден, что поскольку наше экономическое соглашение вел толковый, грамотный заместитель министра экономики Пятницкий, суперпрофи, он ни на какое нарушение не пошел бы. Мы сидели, три президента, зашел Янукович, и я ему сказал, что если у него есть подозрения, что в Минэкономики не сработали профессионально, то отложите это, езжайте в Вильнюс и подписывайте пункт № 1 — «Политическая ассоциация». Виктор Федорович сказал: «Надо думать». Мы пошли на эфир, и Янукович посадил возле себя Леонида Макаровича и Леонида Даниловича. А меня, как «оппозиционера», — сбоку.

— Украинские олигархи финансировали Майдан?

— Думаю, что да. Это не была какая-то технократическая цель. Олигархи неравнодушны к политическим движениям. Пока они будут во власти, они будут раскладывать яйца во все корзины.

— Кто из украинских олигархов хитер?

— Я персонифицированно не могу говорить, потому что это несолидно будет.

— Самый мудрый?

— Они все не дураки. Но всех надо держать равноудаленно от власти. Вот тогда они будут в лучшей форме национальных интересов.

— Есть ли у вас формула, как можно использовать олигархов, чтобы это было на пользу государству?

— Есть. Каждая страна, которая переходила от плановой к олигархической, а затем к рыночной, открытой, конкурентной экономике, проходила 5 этапов: 1) детенизация; 2) деолигархизация или демонополизация (там, где нет контроля олигархов); 3) легитимизация капитала (каждый капитал, который вывезен, должен быть возвращен на Украину, а для этого надо вести продуманную политику фискальной амнистии и нулевого декларирования для граждан). Если мы хотим начать новое время, мы должны заложить принципы, которые работают в отношении всех: от первого олигарха до последнего. Нельзя допускать избирательность: одна группа олигархов остается, а вторая — нет. Я думаю, что нам надо деолигархизировать телевидение и СМИ, потому что это ящик, который очень часто может воспроизводить не ту политику, которая может называться национальной. Олигарх не должен пребывать во власти.

— За кого лично вы будете голосовать на президентских выборах?

— Сейчас надо избирать не персону. У нас еще полтора года до выборов. Весь мир выбирает программу. Мы научились голосовать, однако еще не научились выбирать. Выбирают не по возрасту. Потому что, когда говорят «я хочу молодое лицо», простите, — это не принцип. В китайском политбюро кандидатами становятся только после 70, но приходят с концептами, которые страну двигают десяток лет. Мы должны выбирать дорогу, путь, план для страны.

— А из тех, кого сейчас считают лидерами президентской гонки, кто опасен для страны?

— Будет большой трагедией, если мы от демократии скатимся в автократию, а затем в политический режим. Я думаю, это то, что в 2004 году нас побудило принять концепцию парламентского государства и передать президентские полномочия парламенту, понимая, что парламент — это хороший предохранитель от узурпации. Мы тогда бежали от опасностей авторитарного и политического режима. Большая беда будет, если мы сейчас вернемся к этому и нами будет управлять царь.

— А кто может стать таким царем?

— Я знаю, но не скажу.

— Три ошибки постмайданной власти по вашему мнению?

— Глобальной ошибкой является то, что они не пошли в политику, не создали политической силы, которая пришла бы как парламентская сила для формирования того плана — экономического, по безопасности, социального. Случилось так, что они вынуждены стать «приемышами»: в БПП, НФ, «Батькивщине». Их, маленьких, свежих, красивых, как будто бросили в бочку соленых огурцов, и они через два дня стали такими, как предыдущие монстры. Этот Майдан потерял тогда политический шанс. И мы в итоге подошли к слабой политической системе, которая на сегодня не может дать ответ, как выиграть войну, каков план победы, как запустить экономику или как проводить национально осознанную политику. Мы говорим, что живем при парламентском строе, но у нас на столе нет ни одной реализуемой программы парламентского большинства.

— Как закончить войну быстрее? Рецепт от Виктора Ющенко?

— Одноходовки нет. Не надо искать легких ответов. Когда сегодня говорят, что дипломатия безальтернативна, мне кажется, что это очень короткий, неосмысленный, далеко не полный ответ. Мы надеемся на то, что никогда не даст полного плода. Есть компонент внешний, без которого мы не обойдемся. Я не хочу давать оценку «Минску», но мы потеряли 60 тысяч человек, убитыми и ранеными. Мы потеряли больше, чем Советский Союз за 10 лет в афганской войне. На самом деле у нас продолжается мощная — на уничтожение — война. Но надо помнить, что из шести конфликтов, которые есть сегодня на востоке Европы, только один конфликт, на украинской территории, обеспечен гарантиями стран ядерного клуба. Почему к этим гарантиям никто не апеллирует?

Я, прежде всего, этот вопрос адресую парламенту, потому что парламент несет полную ответственность за ситуацию в теме: война, победа, политика безопасности. Ни правительство, ни СНБО ни разу не апеллировали к гаранту — ни к кому из тех, кто подписал гарантии нашей территориальной целостности. Эту тему можно развивать и дальше: адекватны ли наши отношения с Россией, безвизовый режим в условиях войны, Россия 2014-2016 гг. — первый торговый партнер. Мы тем занимаемся? Те четыре свободы (торговля товарами, услугами, обмен капиталом, обмен людьми) в условиях войны являются допустимыми или нет? Грузия нам дает ответ, что этого нельзя допускать. Когда мы говорим о внутреннем компоненте, надо иметь в виду, что нам следует активно развивать дипломатический компонент, милитаристский компонент (в том числе той пассивной обороны, о которой много говорят), экономический компонент. Здесь можно провести параллель со Второй мировой войной.

Почему у Сталина не было девальвации денег? Почему у нас 350% девальвация денег за последние 3 года? Почему у нас нет ни одной облигации? У Сталина все работало на войну. У нас должна быть военная экономика, и не 3% прироста, как запланировано, а минимум 5-7%. У нас должны быть здоровые финансы. Если идет война, а 56% в тени, то у нас всегда будет дефицит бюджета, инфляция и девальвация. Но если вы «осветлите» теневую экономику хотя бы на 20%, то будет профицит бюджета. И не нужен МВФ, не нужны какие-то заимствования, которые уже дошли до объема валового внутреннего продукта. Здесь есть очень четкая причинно-следственная система связей. Ее надо просто соблюдать. Бить надо по причине, а не по результату, и тогда все оптимизируется. И так мы дойдем до гуманитарного компонента, где 1,7 млн переселенцев, а у нас нет программы, которая дает рабочие места, которая дает образование, медицину и тому подобное. Это все на двух листах — очень ясный, многокомпонентный план, как шаг за шагом говорить и добиваться победы.

— Господин президент, я вам очень благодарна за этот разговор.

— Спасибо и вам.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434287 Виктор Ющенко


Россия. Сирия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434282 Леонид Бершидский

Путин хочет победить, но не любой ценой

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Россия пытается убедить весь мир в том, что ее военная мощь растет, но при этом она скрывает свои расходы с точки зрения потерь и затрат. Однако опубликованные недавно статистические данные демонстрируют удивительно низкий уровень потерь, несмотря на участие России в вооруженных конфликтах в Крыму, на востоке Украины и в Сирии.

Это стало еще одним свидетельством того, что военная стратегия Владимира Путина является намного более продуманной, чем стратегии его предшественников, которые хотели победить любой ценой. Поражение Бориса Ельцина в Чечне лишило его поддержки общества, а дорогостоящая и провальная авантюра Советского Союза в Афганистане ускорила разрушение империи. Позиция Путина намного более безопасна, что значительно усложняет попытки объяснить его подход к войне.

Россия не сообщает о своих боевых потерях с 2010 года, и это не происходило даже в тот момент, когда она расширила свои военные операции на нескольких фронтах. В 2015 году Путина обвинили в попытке скрыть потери в восточной Украине (хотя вовлеченность в конфликт там Россия упрямо отрицает), и сделано это было за счет признания секретными данных о потерях «в мирное время в период проведения военных операций».

На этой неделе ежедневная газета «Ведомости» обнаружила данные о потерях на сайте российского правительства, посвященном закупкам. В октябре страховая компания «Согаз», владельцами которой являются несколько близких к Путину инвесторов, выиграла тендер на страхование российских военнослужащих на случай смерти и ранений. Все находящиеся на действительной службе застрахованы. Это призывники, профессиональные контрактники, офицеры. В 2016 году общее количество застрахованных составило 1191085 человек.

Помимо требований и таблиц вероятности, Министерство обороны, организовавшее этот тендер, опубликовало данные о количестве заявлений о выплате страхового возмещения за период с 2012-го по 2016 годы. Из этих заявлений 3198 имели отношение к гибели военнослужащих. Смерть людей необязательно приходится на тот же год, когда было подано требование, однако их число должно быть близким к истинному количеству потерь.

Эти цифры оказались ниже предыдущих показателей. Так, например, в 2000 году, согласно официальным статистическим данным, российские военные потеряли в Чечне 1310 человек.

В 2014 году Украина обвинила Россию в отправке своих солдат для того, чтобы не дать Киеву разгромить две пророссийские сепаратистские «народные республики» в восточной части страны. Судя по всему, регулярные российские войска действительно появлялись на востоке Украины в критические моменты этого конфликта, в том числе во время окружения украинских военных под Иловайском в августе и в сентябре 2014 года, а также во время их разгрома в Дебальцево в январе и в феврале 2015 года. По данным Министерства обороны Украины, в этих двух сражениях украинская сторона потеряла 432 солдат. Если небольшое увеличение числа погибших россиян в 2014 году касается Иловайска и если считать 650 смертей в год в 2012 году и в 2013 году стандартными потерями в мирное время, то в таком случае Россия во время событий в Иловайске потеряла около 170 человек. Потери в Дебальцево были ничтожно малы с точки зрения статистики.

Столь же незначительными оказались и военные потери в Сирии, где Россия в сентябре 2015 года начала проводить, в основном, воздушные операции в поддержку президента Башара аль-Асада.

Когда Путин пришел на помощь Асаду, многие россияне — включая некоторых сторонников Путина — опасались того, что он может увязнуть там, как это произошло с СССР в Афганистане в 1980-е годы. Потери Советского Союза составили более 15 тысяч человек за 10 лет военных действий — достаточно для того, чтобы их заметили большинство россиян. Лауреат Нобелевской премии Светлана Алексиевич описала эту скорбь и этот гнев в своей книге «Цинковые мальчики». Однако с точки зрения военных потерь сирийская кампания Путина мало чего стоила его режиму, а теперь, когда бои почти закончились, какой-либо ущерб его репутации внутри страны представляется весьма маловероятным.

Российская военная традиция — по крайней мере, в войнах 20-го столетия — была направлена не на сохранение живыми солдат, а на достижение поставленных целей любой ценой. Приведенные данные свидетельствуют об изменении — но, возможно, оно не является полностью позитивным. При Путине Россия ведет войны по-другому.

На Украине на сепаратистские силы, состоящие из украинцев, националистически настроенных российских добровольцев и наемников, приходится основное количество потерь в войне, жертвами которой стали уже более 10 тысяч человек. В Сирии русские сапоги на земле — в отличие от самолетов в небе — это, в основном, не регулярные военнослужащие, в бойцы «Группы Вагнера» — частной военной компании, возглавляемой Дмитрием Уткиным, бывшим подполковником российской военной разведки. По имеющимся данным, его подразделение в составе 6 тысяч наемников, среди которых не все — россияне, принимало также участие в вооруженном конфликте на Украине, в том числе во время захвата Крыма. Официальной информации относительно потерь «Группы Вагнера» нет, хотя эти сведения, конечно же, гораздо менее важны с политической точки зрения.

В то время как Путин занимался увеличением и переоснащением российской армии, он также стал использовать концепцию гибридной войны, переместив значительную часть бремени на плечи нерегулярных формирований. Частично благодаря этому сдвигу российские военные потери в 2014 году — они были самыми большими за последние пять лет — составили всего 68,8 на 100 тысяч военных. Это значительно ниже показателя 88,1 на 100 тысяч военных: таковы американские потери в 2010 году. Это последние имеющиеся данные, обнародованные Службой анализа потерь Министерства обороны США.

Вопреки существующей практике, российское Министерство обороны не попыталось опровергнуть информацию, полученную газетой «Ведомости» на основе документации о проведении тендеров. Поэтому данная утечка, возможно, не была случайной — Путин готовится объявить о том, что он в четвертый раз будет претендовать на пост президента страны, и относительно небольшие потери могут помочь ему подчеркнуть свой профессионализм в качестве главнокомандующего. Однако они не смогут оправдать участие России в действиях на Украине, как и человеческую, экономическую и дипломатическую цену, которую России пришлось заплатить в результате этого катастрофического решения Путина.

Россия. Сирия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434282 Леонид Бершидский


Украина. США > Агропром. Химпром > interfax.com.ua, 7 декабря 2017 > № 2419190 Пьерр Флие Сант Мари

Руководитель сельхозподразделения DowDuPont в регионе ЕМЕА: Украина – один из самых быстрорастущих для нас рынков

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" руководителя сельскохозяйственного подразделения DowDuPont в регионе ЕМЕА (Европа, Ближний Восток и Африка) Пьерра Флие Сант Мари.

-Какое место занимает Украина в общем объеме продаж компании? Насколько важен этот рынок и почему?

Украина – один из самых быстрорастущих и стратегически важных сельскохозяйственных рынков в мире. Вклад украинской команды – это более 1% от глобального оборота сельскохозяйственного подразделения DowDuPont. Ваша страна может стать ведущим мировым производителем и экспортером сельскохозяйственной продукции. Что нужно для этого? Считаю, что главное - прозрачный инвестиционный климат и поддержка правительства; во-вторых, где мы как компания можем помочь - это устойчивое предложение высококачественных семян и средств защиты растений. Могу заверить, что вклад Украины в наши продажи в Европе, на Ближнем Востоке, в Африке и в глобальном масштабе очень велик. У нас есть крупное производство в с. Стаси (Полтавская обл.) и огромные возможности для исследований, а также очень опытная команда и расширенные сервисные предложения. Таким образом, мы стремимся продолжать развитие нашего бизнеса в Украине и сотрудничество с фермерами, деловыми партнерами, помогая Украине полностью реализовать свой сельскохозяйственный потенциал.

- Существуют какие-либо трудности в объединении DowDuPont в разных странах с точки зрения антимонопольного законодательства?

Мы уже завершили слияние 31 августа 2017 года, с 1 сентября 2017 года компания DowDuPont начала торговать на Нью-Йоркской фондовой бирже под символом "DWDP". В Украине также требовалось разрешение Антимонопольного комитета на концентрацию, оно было получено надлежащим образом.

- Какие активы в мире обе компании должны были продать для получения разрешений на транзакцию?

DuPont продала портфолио своих гербицидов для защиты посевов зерновых культур от широколистных сорняков и инсектицидов для борьбы с грызущими насекомыми. DuPont также отделит исследования по защите растений, за исключением направления обработки семян, нематоцидов и программ научных исследований, находящихся на поздней стадии, которые мы продолжим развивать и выводить на рынок. Весь персонал, необходимый для поддержки продвижения продуктов и научно-исследовательских программ, останется с DuPont.

- Какова будет доля DowDuPont на рынке пестицидов и семян после слияния, как изменится доля оставшихся игроков после их транзакций?

Наше подразделение сельского хозяйства состоит из двух направлений – "Защита растений" и "Семена и трейты". Совокупный чистый объем продаж, за исключением отчуждаемых активов по защите растений, составляет около $16 млрд со скорректированной доналоговой прибылью (EBITDA) в размере около $3 млрд. Новое подразделение включает в себя наследие сельскохозяйственного сегмента DuPont и наследие бизнеса сельскохозяйственных наук Dow. Будущая независимая сельскохозяйственная компания будет глобальным лидером. Мы будем обладать теми масштабами, которые необходимы для обеспечения большой ценности и выбора для производителей во всем мире, а также будем конкурировать с крупнейшими компаниями в мире.

- Какие преимущества принесет слияние Dow и DuPont? Какие задачи управления стоят перед руководством обеих компаний?

Объединяя дополняющие друг друга портфели Dow и DuPont, мы создаем три сильных конкурента в сфере сельского хозяйства, материаловедения и специальных продуктов. Они будут обеспечивать долгосрочную ценность для всех заинтересованных сторон. У нас будут усовершенствованные инновации с исследованиями и разработками, которые более сфокусированы на клиента. Кроме того, компания получит расширенный доступ к рынкам благодаря уравновешенным клиентским отношениям и дистрибьюторским сетям DuPont и Dow. У нас будет финансовая выгода благодаря эффективной организационной структуре и запланированной синергии затрат в размере $3 млрд и прибыли в $1 млрд.

Если говорить о наших сотрудниках, то они, конечно, выиграют от того, что будут работать в одной из трех конкурентоспособных компаний-лидеров. А клиенты, как я уже упоминал, получат преимущества от превосходных решений и расширенных предложений продуктов. Объединив наши взаимодополняющие преимущества, мы сможем быстрее и эффективнее реагировать на быстроменяющиеся условия с инновационными продуктами, большим выбором и конкурентоспособной ценой.

- Как будут интегрированы команды Dow и DuPont?

Каждое из подразделений, возможно, будет двигаться разными темпами, выстраивая структуру и разделение в дальнейшем в зависимости от уникальных факторов, которые им необходимо учесть. И Dow, и DuPont имеют опыт работы с крупными транзакциями и достаточно немалый послужной список операционных достижений. Говоря о подразделении сельского хозяйства, мы работаем над созданием новой культуры компании. Мы все понимаем, за что боремся. Наша цель - обогатить жизнь тех, кто выращивает, и тех, кто потребляет, обеспечивая развитие будущих поколений. Все наши ценности и задачи согласованы с этой целью.

Думаю, для людей из обеих компаний не будет проблемой работать вместе, поскольку наше мышление очень схожее. В Украине уже создана единая команда, коммерческая организационная структура, и я должен сказать, что все прошло очень естественно.

- На какой мировой бирже будет представлено сельскохозяйственное подразделение DowDuPont?

Пока не приняты каких-либо решения относительно предполагаемых независимых компаний, в том числе на какой бирже они будут котироваться. Что касается DowDuPont, то компания начала торговать под символом "DWDP" 1 сентября 2017 года на Нью-Йоркской фондовой бирже.

- Сельскохозяйственное подразделение будет отвечать за бизнес семян и средств защиты растений. DuPont Pioneer в Украине имеет завод по производству семян. Планирует ли компания инвестировать в дальнейшее наращивание мощностей или строительство завода по производству пестицидов или работу по давальческим схемам с украинскими заводами?

Как сельскохозяйственное подразделение мы рассматриваем разные решения. Семена, защита растений, цифровые технологии - все это часть нашего бизнеса. Важно разрабатывать инновации, постоянно работать над решениями, которые принесут пользу потребителям, клиентам, деловым партнерам и внешним заинтересованным сторонам. Вы правы, у нас есть предприятие по производству семян в Украине, и в последнее время мы добавили к этим инвестициям почти $5 млн. Мы открыли новую линию по производству подсолнечника и таким образом дополнительно создали в регионе до 40 новых рабочих мест. Всего в эту страну мы уже вложили более $55 млн и рассматриваем возможность расширения инвестиций. Украинский объект полностью интегрирован в нашу глобальную сеть производственных комплексов, чтобы при необходимости была возможность удовлетворить потребности других стран. К настоящему времени несколько грузовиков с украинской кукурузой Pioneer уже отправлены в Румынию и Болгарию, в качестве пилотного проекта - в Венгрию. Система работает, поэтому в случае необходимости мы можем отправлять семена кукурузы из Украины в другие страны. Если украинские стандарты будут соответствовать нормативам OECD по подсолнечнику, мы можем сделать это и для этой культуры. Как я уже сказал, Украина является одним из самых быстрорастущих и стратегически важных рынков для нас, поэтому, учитывая этот потенциал роста, мы, конечно, постоянно ищем дальнейшие инвестиционные возможности.

- Каковы особенности украинского рынка, если вы знакомы с ним? Может быть, вы сравните его с сельскохозяйственным сектором своей родной страны – Франции?

Говоря о сельском хозяйстве Франции, нужно отметить различие климатических и почвенных условий в разных регионах. Баланс между полевыми и специализированными культурами присутствует в большей степени, чем в Украине. В целом во Франции сегмент специализированных культур более развит, он более зрелый. Очевидно, что инфраструктура более современна, да и средний размер хозяйства другой. Во Франции средний размер фермерского хозяйства намного меньше, чем в Украине. Тем не менее, удельный вес сельского хозяйства в ВВП национальной экономики намного больше в Украине, чем во Франции.

Украина хорошо известна в мире как страна с богатыми черноземами и большими пахотными землями. Более 70% украинских земель находятся под сельскохозяйственным производством. Здесь сосредоточено 28% мировых черноземов. Я был впечатлен тем, что площадь украинских черноземов примерно равна, например, площади Великобритании.

Очень благоприятные климатические условия, идеальное месторасположение, которое соединяет Украину с основными экспортными рынками, с сельскохозяйственной, профессиональной точки зрения - очень образованные, квалифицированные, трудолюбивые люди.

Сейчас сельское хозяйство в Украине является эффективным, продуктивным сектором, в то же время есть возможности для улучшения. Очевидно, что инфраструктура - это одна из областей, требующая инвестиций, модернизации. Отсутствие доступа к финансам и кредитам также является проблемой, фермерам нужны лучшие варианты финансирования. Также необходимо улучшить нормативную, законодательную базу. Мы хотим, чтобы украинские фермеры получили доступ к новейшим инновациям, решениям в сельском хозяйстве. Чтобы обеспечить этот доступ, нам нужны правила, которые защищают права на интеллектуальную собственность и нашу продукцию от подделок.

- Зачастую украинские фермеры недоверчивы к продукции, производимой в Украине. Как изменить такое отношение? В конце концов, французы всегда будут покупать французские семена, но в Украине это правило не всегда работает.

Это вопрос мышления и времени. Думаю, что ситуация в Украине за последние 10 лет значительно улучшилась в этой перспективе. Для производства высококачественных семян и средств защиты растений нужны ноу-хау и навыки. Компании начали инвестировать в местное производство - и не просто капитал, но еще и образование, передачу знаний, развитие навыков. И результаты уже заметны, мы производим семена такого же качества в Украине, как и в любой другой стране. Я могу сказать, что у нас одинаковые стандарты качества в каждой стране, где мы работаем. Наши украинские клиенты получают такую же качественную продукцию, как и другие клиенты в мире. Это важно - следует доверять брендам, а не месту производства.

- Какие доли DowDuPont планирует занять на мировом рынке пестицидов и семян в ближайшие пять лет, в частности в Украине?

В Украине, очевидно, мы хотим быть лидирующей компанией в сельском хозяйстве. Позвольте мне повторить нашу цель: мы хотим обогатить жизнь тех, кто выращивает, и тех, кто потребляет, обеспечивая развитие будущих поколений. Мы способны предоставить расширенные предложения по продуктам и услугам с надежным портфолио семенной зародышевой плазмы, трейтов, защиты растений, семян и цифровых сельскохозяйственных технологий – предложить нашим клиентам превосходные решения, больший выбор и ценность. У нас есть объединенные возможности научных исследований мирового класса, поддерживающие сельскохозяйственные инновации и перспективные технологии. Мы работаем через оптимизированные глобальные цепочки поставок и ориентированные на клиента продажи, дистрибуцию и каналы. Это основа нашего стремления стать ведущей компанией в сельском хозяйстве (согласно данным Kleffmann, доля Dow и DuPont на суммарном рынке СЗР в Украине составляет 11,3%; доля DuPont Pioneer и Dow на украинском рынке семян подсолнечника, кукурузы, озимого рапса - 18,8% - прим. ред.).

.- Поменяется ли стратегия продаж DowDuPont в Украине после слияния, как она будет отличаться?

Наши клиенты должны по-прежнему ощущать тот же уровень прямой вовлеченности, который позволяет нам предлагать решения с высокой добавленной стоимостью и высококачественный сервис, который они всегда ожидали от компаний-наследодателей (Dow и DuPont). По мере движения вперед мы считаем, что преимущества для клиентов будут становиться все более очевидными. В Украине наша компания продолжает работать с таким подходом к продажам, который наилучшим образом соответствует текущим условиям на рынке страны. Таким образом, наша стратегия продаж в предстоящем сезоне 2018 года будет аналогична той, которую мы применяли в предыдущем сезоне.

Украина. США > Агропром. Химпром > interfax.com.ua, 7 декабря 2017 > № 2419190 Пьерр Флие Сант Мари


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter