Всего новостей: 2463862, выбрано 62 за 0.148 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Швейцария. США. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 9 апреля 2018 > № 2560937 Кирсан Илюмжинов

Илюмжинов: «Не собираюсь покидать пост президента ФИДЕ»

Президент Международной шахматной федерации заявил в интервью Business FM, что в сентябре снова будет баллотироваться. Досрочной отставки из-за санкций США потребовал президентский совет ФИДЕ

Кирсан Илюмжинов не только не уйдет в отставку с должности президента Международной шахматной федерации (ФИДЕ), но и будет вновь баллотироваться на этот пост. Об этом он заявил в интервью Business FM.

Президентский совет ФИДЕ 8 апреля в очередной раз потребовал от Илюмжинова уйти в отставку, ссылаясь на финансовые проблемы из-за того, что он больше двух лет находится под американскими санкциями. Финансовый директор организации Адриан Сигель предупредил, что 30 апреля имеющиеся счета федерации будут закрыты, а банки в Швейцарии и за ее пределами отказываются сотрудничать с ФИДЕ, пока она не сменит своего главу. «Трудности при исполнении финансовых обязательств плохо отражаются на нашей репутации и подрывают доверие», — говорится в обращении к Илюмжинову от имени членов совета ФИДЕ.

В середине февраля появились сообщения, согласно которым швейцарский UBS — расчетный банк Международной шахматной федерации — может разорвать отношения с ФИДЕ.

На заседании президентского совета, которое прошло 7-8 апреля, за досрочную отставку Илюмжинова проголосовали 14 человек, один — против, воздержавшихся не было. Там также постановили в кратчайшие сроки закрыть московский офис ФИДЕ. Ситуацию Business FM прокомментировал сам Кирсан Илюмжинов:

Кирсан Илюмжинов: Никаких трудностей нет, шахматная деятельность везде проходит, все турниры, соревнования, я по миру езжу. Недавно завершился кандидатский турнир в Берлине. Два месяца назад казначей ФИДЕ сказал, что якобы закрыли счета UBS. Я сказал, что никаких счетов не закрыли, все работают. Все нормально прошло, со счета ФИДЕ все оплачивали, и кандидатский турнир в Берлине прошел, там играл Сергей Карякин, Владимир Крамник, все они получили призовые. На сегодняшний день счета работают. Я никаких бумаг от UBS не получал. В той бумаге, которая пришла в ФИДЕ, не сказано, из-за чего они хотят закрыть или закрыли. На самом деле они не закрыли. Они вынуждают, хотят, чтобы я подал в отставку из-за санкций. Я не собираюсь покидать пост президента ФИДЕ. В сентябре в Грузии, в Батуми состоится Генеральная ассамблея ФИДЕ, где я буду баллотироваться на пост президента ФИДЕ. В ФИДЕ входят 188 стран мира, но Америка, наверное, довлеет над всеми, и поэтому некоторые члены ФИДЕ боятся каких-то действий со стороны США. Я езжу, пропагандирую шахматы, развиваю. Им не нравится, что я не боюсь. Кстати, мне до сих пор не прислали, почему я оказался в санкционном списке. Пишут, из-за связи с руководством Сирии. Они законно избранные люди, я как президент международной организации езжу, встречаюсь со всеми.

У них нет таких рычагов, чтобы вас без вашей воли снять?

Кирсан Илюмжинов: По уставу ФИДЕ президент избирается на четыре года делегатами Генеральной ассамблеи. Меня избрали 11 августа 2014 года в Норвегии, тогда я победил Гарри Каспарова. 110 стран проголосовали за меня, 61 страна — за Каспарова. Для победы достаточно 94 страны. Следующие выборы состоятся в Грузии. Или я подаю в отставку, или выборы на Генеральной ассамблее, или не могу исполнять свои функции в случае болезни.

Что думаете по поводу того, что ФИДЕ решила закрыть московский офис?

Кирсан Илюмжинов: Это однозначно удар, закрыли ни за что, сократили Берика Балгабаева, директора представительства ФИДЕ по России и странам СНГ. Я думаю, они выполняют инструкции. Дипломатов же отозвали, посла. Под копирку работают, что ли.

Кирсан Илюмжинов возглавляет ФИДЕ уже 22 года. Исполком организации не впервые пытается сместить его с этого поста. По словам поддерживающих Илюмжинова, выступающие против него недовольны предстоящими реформами федерации, которые он планирует провести. Как заявлял действующий глава федерации в конце марта в интервью порталу «Р-Спорт», он готов уйти в отставку, если кто-то докажет, что он является препятствием для организации из-за санкций США.

Швейцария. США. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 9 апреля 2018 > № 2560937 Кирсан Илюмжинов


Россия. Швейцария > СМИ, ИТ > mid.ru, 28 февраля 2018 > № 2513374 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на церемонии открытия фотовыставки «Когда крылья важнее. Преодолевая стереотипы», Женева, 28 февраля 2018 года

Уважаемый Директор,

Уважаемые дамы и господа,

Друзья,

Рад возможности выступить на открытии фотовыставки «Когда крылья важнее. Преодолевая стереотипы».

Прежде всего хотел бы выразить искреннюю признательность инициатору данного проекта – международному благотворительному фонду «Подари Любовь Миру», а также Всероссийскому обществу инвалидов и Союзу фотохудожников России, присоединившимся к этой инициативе и предоставившим работы финалистов фотоконкурса «Без барьеров».

Хотел бы отметить вклад российской компании «Сахалин Энерджи» в организацию выставки и, главное, в создание доступной среды для людей с инвалидностью на Сахалине. Отрадно, что это далеко не единственная российская компания, которая проявляет активную позицию в деле поощрения прав человека, включая права инвалидов. Сотрудничество государства, бизнеса и гражданского общества в деле поддержки лиц с ограниченными возможностями – в числе приоритетов социальной политики Российской Федерации.

В эти дни во Дворце Наций обсуждался доклад Российской Федерации о выполнении положений Конвенции о правах инвалидов. За шесть лет с момента ее ратификации удалось добиться значительных результатов. В российское законодательство включены положения о безбарьерной среде, инклюзивности, разумном приспособлении, обеспечении прав инвалидов в двадцати сферах – от образования и культуры до занятости и спорта.

Все это важно не только для создания комфортных условий людям с особенностями здоровья, но и для их полноценной социализации в обществе. Мы поощряем инициативы по вовлечению инвалидов в творческие и спортивные проекты, включая горные лыжи и скалолазание, поддерживаем организацию для них художественных мастер-классов, музыкальных уроков, театральных постановок. Один из таких спектаклей был показан здесь, во Дворце Наций, в ноябре прошлого года в рамках Форума по бизнесу и правам человека.

Большой общественный резонанс вызвало недавнее решение Президента Российской Федерации В.В.Путина предоставить специальный грант на проведение летом этого года межрегионального фестиваля по прыжкам с парашютом для людей с инвалидностью. Подробнее об этом проекте чуть позже расскажет президент международного благотворительного фонда «Подари Любовь Миру» Е.Волохова.

Очевидно, что спорт для многих инвалидов важен не только для поддержания физической формы, но и как возможность продемонстрировать свои достижения. Надеюсь, что, несмотря на все искусственно создаваемые препятствия, наши паралимпийцы достойно выступят в Пхёнчхане.

Россия. Швейцария > СМИ, ИТ > mid.ru, 28 февраля 2018 > № 2513374 Сергей Лавров


Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 30 января 2018 > № 2486807 Анатолий Чубайс

Анатолий Чубайс: Выборы — вещь важная, но есть кое-что поважнее.

Автор: Екатерина Дербилова

Анатолий Чубайс сетует на низкие цены на энергию в России, рассказывает о приоритетах РОСНАНО и объясняет, зачем нужно отдать управляющую компанию в частные руки.

Мы разговариваем с Анатолием Чубайсом в гостинице Waldhotel Davos, когда-то это был санаторий для больных туберкулезом, именно его описал Томас Манн в романе «Волшебная гора». Давос — далеко внизу, в этом месте с шикарным видом совсем не чувствуется суеты форума.

В этом году (23–26 января) Давосский форум — 48-й по счету. Для меня он первый, для моего собеседника — 27-й. Два года назад основатель Всемирного экономического форума Клаус Шваб вручил ему знак почетного члена Давосского клуба. Жаль, что у Чубайса не оказалось его при себе, но говорит, что значок «очень красивый».

В отличие от многих моих знакомых здесь, Чубайс ходит на сессии (в программе их, кстати, больше 400), а не только общается в кулуарах, так что после интервью вместе побежим на стратегическую дискуссию о России. А вообще в этот раз он не интересуется ни геополитикой, ни даже мировой экономикой. Все внимание он направил на энергетику; в частности — на зеленую энергетику. Вложения РОСНАНО в проекты возобновляемой энергии приближаются к 42 млрд руб. Но с классическими для РОСНАНО инвесторами Чубайс на полях форума не встречается: считает, что сейчас это дело безнадежное.

– Я в Давосе первый раз и не могу сравнивать этот форум с предыдущими. Как изменилось отношение и интерес к России? Говорят, в этом году он поубавился. Есть ли такое ощущение у вас?

— Я, можно сказать, ветеран Давосского форума. Я здесь в 27-й раз.

На ваш вопрос постараюсь ответить коротко. Экономика, конечно, связана с политикой, они не могут отдельно существовать. Сегодняшние взаимоотношения России и Запада самые плохие за 27 лет, это объективный факт. Кто-то его оценивает как большой успех, кто-то — как провал, кто-то — как вынужденную цену, которую мы должны заплатить. Но, как ни оценивай, это, конечно же, сказывается на уровне интереса инвесторов.

С другой стороны, сейчас мы имеем результат, который называется «фундаментальное макроэкономическое оздоровление в России». Я именно так оцениваю ситуацию в макроэкономике: 2,5%-я инфляция — это колоссальный успех. Его подкрепляет и бюджетная политика, которую тоже можно оценить как консервативную и высокопрофессиональную.

Как известно, инвесторы делятся на две группы: инвесторы с плохой памятью и инвесторы с полным отсутствием памяти. Эти ребята очень прагматичные — и даже циничные. И я полагаю, что некоторые инвесторы, в том числе портфельные, в принципе воспримут это позитивно. Если говорить о прямых инвестициях (тут мы уже из совсем ямы вылезаем), какой-то рост был в прошлом году, будет ли в этом году — я не знаю. Все-таки прямые инвесторы более консервативные, чем спекулятивные. Поэтому такой расклад, многослойный, но не очень оптимистичный.

– То есть если какой-то компании определенный проект интересен — там все хорошо?

— Да-да. Вот пример вам, пожалуйста, — компания Fortum, один из лидеров европейского рынка энергетики. Правда, мы сами привели ее в Россию в ходе реформы энергетики. Сейчас она вкладывает 15 млрд руб. в крупномасштабный проект по строительству ветроэнергетики вместе с РОСНАНО. Есть и другие примеры.

– Здесь с инвесторами встречаетесь?

— С классическими инвесторами, LP [limited partners], — нет, это безнадежно.

– Почему?

— Потому что РОСНАНО входит в семейство private equity фондов, у которых классические инвесторы: это негосударственные пенсионные фонды, фонды фондов, эндаументы. Ни один из этих западных институтов сейчас в Россию инвестировать не будет.

– Тогда что вы делаете тут и чего ждете от форума? Может, какие-то сессии послушать? Если да, то что именно?

— У меня две группы задач. Я в этом году не интересуюсь геополитикой, я даже не интересуюсь мировой экономикой. Потому что и там и там все понятно, в том числе с американской и европейской. Эти тренды я понимаю. Я здесь интересуюсь энергетикой. Большой энергетикой и возобновляемой энергетикой. Это сфера, в которой, мне кажется, в мире происходят крайне интересные процессы и в которой как раз Россия оказалась не изолированной от мира. Мне очень важно понимать, что происходит в мировой энергетике и как это на нас отразится, поскольку мы [РОСНАНО] в России в эту отрасль очень вовлечены. На форуме я много что понял, много что увидел. Давайте я вам про это как раз и расскажу?

– Давайте. Чубайс и энергетика — это всегда интересно.

— Есть определенные большие тренды в отрасли. Например, отчетливо просматривается новый тренд под названием, как ни странно, «электрификация». Объем электропотребления в мире растет быстрее, чем потребление первичных энергоресурсов. Иными словами, при достаточно высоких и устойчивых темпах развития мировой энергетики в целом ее электроэнергетический сегмент будет развиваться с опережением. Это очень важный тренд. Новая динамика в мировой электроэнергетике обусловлена целым набором новых технологических кластеров, начиная с автомобильного электротранспорта и заканчивая системой хранения электроэнергии. Второй момент — это завершение дискуссии о возобновляемой энергетике: «за» или «против». Она закончилась, все.

– Уже «за». Это понятно.

— Да. Когда Германия объявляет программу возобновляемой энергетики, это ожидаемо, а когда Китай на съезде принимает программу… китайский язык я не воспроизведу, но смысл такой: вернем Китаю голубое небо.

– Они замещают уголь газом. Это государственная программа.

— Не только газом, там такие объемы по возобновляемой энергии, что… Я записал цифры, но боюсь их повторить. Цифры абсолютно феерические, просто запредельные. Я проверю потом, но план ввода возобновляемой энергетики в Китае на ближайшие годы больше, чем вся установленная мощность энергосистемы в России (позднее Чубайс уточнил: по данным Системного оператора ЕЭС России — 240 ГВт на 1 января 2018 г. Установленная мощность возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в Китае на конец 2017 г. достигла 650 ГВт, на нее приходится 36,6% установленной мощности страны. — «Ведомости»). Это абсолютно немыслимая для энергетики вещь. Это Китай, но когда туда же, в программу возобновляемой энергетики, включаются Замбия, Эфиопия, Ливан и — я уже не помню — кто-то из латиноамериканцев, это, в общем, означает, что дискуссия завершена.

Что для нас важно? Две вещи. Первое: Россия успела вскочить на подножку поезда, и наша национальная программа развития возобновляемой энергетики смотрится абсолютно адекватно на мировом уровне. Мало того, мы уже являемся производителями оборудования, в том числе солнечных панелей, которые вполне конкурентоспособны на мировом уровне. Это зона, в которой мы можем говорить на равных или почти на равных, мы можем что-то предложить, нас слушают и т. д.

Но здесь у нас есть фундаментальная проблема, и особенно она видна извне. В России цена газа по сравнению с Европой ниже в 2,5 раза, цена электроэнергии для промышленных потребителей — ниже в 2 раза с небольшим, цена электроэнергии для населения — ниже в 4 раза. Вот три факта пока без оценок.

Теперь дальше: должна ли российская энергия быть по цене равна европейской? Нет, не должна, она должна быть дешевле, это наше естественное стратегическое преимущество. А должна ли она быть настолько дешевле? Конечно же, нет, это фундаментальная ошибка. Наша искусственно заниженная цена на энергоносители убивает нашу электротехническую промышленность и энергомашиностроение, подрывает стимул к энергоэффективности, тормозит развитие обрабатывающего сектора российской экономики. А это вещи фундаментальные. И это вещи, которые я не слышу во внутренних дискуссиях в России. Или я что-то пропустил?

В чем причины? Да, конечно, реформа энергетики и созданный в ходе ее конкурентный оптовый рынок сдержали рост цен на электроэнергию. Но не в меньшей степени это произошло от девальвации рубля. И сложившийся в итоге уровень цен сегодня точно нельзя считать правильным. Мы сами, своими руками, пережали и подрываем рынок собственного машиностроения. Это серьезная, большая ошибка. Во всех дискуссиях по энергетике ее нужно иметь в виду и учитывать.

– Действительно, с такими ценами на энергоносители нет никаких стимулов развиваться.

— Абсолютно. Хотите один пример приведу, очень важный. У нас большая часть тепловой электроэнергетики — газовая. Годовое потребление газа в электроэнергетике России — под 200 млрд кубов. Базовая технология в газовой энергетике — паросиловой цикл, КПД паросилового цикла — 36–38%. Мы в начале 2000-х построили первую в России станцию с новой технологией — парогазовой: Северо-Западную ТЭЦ. У парогазовой КПД — 55–60%. 38 и 60 — это колоссальная разница. Совершенно ясно, что российскую газовую энергетику полностью и целиком нужно переводить на парогазовый цикл.

Парадокс состоит в том, что с заниженными ценами на газ и электроэнергию, переходя на современный парогазовый цикл, создавая спрос на оборудование и т. д., ты не получаешь нормальную экономику — экономика не сходится, потому что ты сэкономишь в полтора раза потребление газа, который ничего не стоит. Это означает, что российская электроэнергетика будет продолжать бессмысленно сжигать ежегодно 50–60 млрд куб. м газа, а это объем потребления небольшой европейской страны. Это абсолютный диспаритет цен в энергетике. Как у нас аграрии 20 лет бились против диспаритета — сейчас энергетикам нужно то же самое. Эту картинку надо менять.

– А я уверена, что вы уже придумали, как менять.

— Нет, конечно. Это же не вопрос РОСНАНО и даже не вопрос Минэнерго. При этом надо понимать, что все потребители — и промышленные, и все остальные — всегда будут говорить, что цена очень высокая.

– А про население вообще нечего говорить…

— Естественно. Нам не надо догонять Европу по ценам, я к этому не призываю. Но мы точку оптимума стратегическую потеряли. И это большая ошибка; диспропорция, которую всерьез надо начинать исправлять. И это работа для Минэнерго, для Минэкономики, для Минпрома, для правительства в целом и даже для президента Российской Федерации.

– Вы их всех уже пугали таким заявлением?

— Я сейчас первый раз это высказал на ваших глазах.

– Прекрасно, перед выборами — прямо самое то.

— Знаете, выборы, конечно, вещь важная, но есть кое-что поважнее. Именно в силу того, что я никак не участвовал и не собираюсь участвовать в политических процессах, важно, чтобы это было сказано.

– Но до выборов вряд ли какие-то решения будут. Это вообще же длинная история.

— Да ничего и не надо решать до выборов, это на годы.

– Ну считайте дали новый повод забрасывать вас листовками — или что там в вас бросали последний раз?

— (Смеется.) Да, теперь у некоторых кандидатов будет еще один повод, они это любят. Жириновский тут сказал, что принял решение про три указа, которые он подпишет после избрания. Кажется, второй указ об увольнении Чубайса. Или об аресте, точно не помню. Вторым указом — арестовать Чубайса.

– 29 января США обещают обнародовать список бизнесменов и общественных деятелей, сотрудничество с которыми грозит санкциями. Вы лично их не боитесь?

— Новые санкции — это тема больших спекуляций и нулевого знания, я не готов их комментировать. Предпринимать специально ничего не собираюсь, тем более что никаких активов в США у меня нет и никогда не было.

Инвестиции и заводы

– Давайте про РОСНАНО. Подвели уже итоги прошлого года?

— Год был неплохой. Но еще не все итоги есть.

– Может быть, предварительными поделитесь?

— Да, предварительными готов поделиться. Начнем с того, чтобы похвалить себя немножко.

Что для нас важно. Три вещи. Первое: мы развиваем фондовый подход — создание private equity и венчурных фондов. Это суть нашей бизнес-модели, и сейчас уже можно говорить о том, что получилось. Вот несколько цифр. Мы на 1 января 2017 г. привлекли внешних инвестиций в фонды почти 20 млрд руб., на 31 декабря — 49,4 млрд, т. е. за год мы выросли почти на 30 млрд руб. Я считаю, что на фоне санкций и понятно какого инвестклимата это важный результат.

Это commitment я вам называю, обязательства, а теперь дам цифры — что мы израсходовали из вновь созданных фондов. Фонды обычно тяжело раскручиваются — год-два, пока у него пойдет реальный поток с инвестициями. В 2016-м — это первый год, когда мы из новых фондов начали инвестировать, — мы проинвестировали в технологические проекты чуть больше 1,5 млрд руб., в 2017-м — еще 6 млрд руб. А в 2018-м собираемся вложить еще 19 млрд руб. То есть мы последовательно наращиваем инвестиции в наноиндустрию, причем теперь уже с помощью нового фондового инструмента, а это означает, что вместе с нами теперь инвестируют наши партнеры.

– А план по привлечению какой?

— У нас в плане на этот год привлечение еще 20 млрд руб.

Вторая цель для нас традиционно важная — может, она не очень «фондовская» — это вводы [новых производств]. Мы построили на 31 декабря 95 новых заводов. Это накопленный итог за 10 лет, а за один прошлый год запущено 15 предприятий. Совокупный объем инвестиций РОСНАНО в наноиндустрию за все 10 лет составил 200 млрд руб.

Третье — эффективность, что становится все более важным для нас приоритетом. Мы же все-таки инвесторы и отвечаем не только за то, что построили, а за соотношение затрат и результатов. У нас есть очень важный для нас показатель — это соотношение…

– Справедливой стоимости актива с доходами?

— Соотношение объема инвестиций в проекты и поступления от них, включая доходы от выходов. Если взять все 35 проектов, из которых мы вышли, то на 31 декабря 2017 г. суммарный доход от этих проектов — выход плюс доходы за время владения — превысил объем инвестиций в эти проекты. Это деньги, которые уже фактически получены на счета РОСНАНО. Портфельный принцип впервые дал важный положительный результат, мы выходим по этому параметру в плюс.

– Вы, выводя эту цифру, дисконтируете или это просто деньги на счетах?

— Эта цифра считается без инфляции, без всего, без дисконта по времени. Плюс или минус.

– Намного выше?

— Нет, немного — около 20 млн руб. Но все равно плюс.

Вместе с тем я думаю, что прибылью по итогам прошлого года мы не сможем похвастаться. Мы еще не получили, естественно, результатов по МСФО. Тем не менее, хотя у нас в 2014-м, 2015-м, 2016-м, 2017-м предусматривались плановые убытки (конкретно в 2017 г. — 4 млрд руб.), в 2014, 2015 и 2016 гг. мы получали чистую прибыль по МСФО. Вот, собственно, основные результаты — не суперблестящие, но вполне позитивные.

Добавлю последнее: я считаю крайне важным, что нам удалось большими долгими усилиями не только в РОСНАНО, а еще в РАО «ЕЭС» при активной поддержке правительства России, губернаторов Ульяновской и Ростовской областей построить и запустить проект возобновляемой энергетики. Он для РОСНАНО сейчас стал ключевым. Мы сегодня игрок номер один в солнце, мы игрок номер один в ветре по объему выигранных ДПМ [договоров о предоставлении мощности], но это существенно не только для РОСНАНО, это касается всей страны, и это очень важный результат.

Зеленая энергетика

– Сколько сейчас на возобновляемую энергетику приходится в общем портфеле РОСНАНО?

— Давайте я вам сейчас как раз и посчитаю. Общий объем наших инвестиций — 200 млрд руб., инвестиции со стороны РОСНАНО в ветер мы не раз называли — 15 млрд, инвестиции в солнце [производитель солнечных модулей «Хевел»] — думаю, что на уровне 19 млрд. Получается, что совокупный объем ВИЭ в портфеле превысил 15%. А с учетом переработки твердых коммунальных отходов — более 20%. Это серьезная доля для нас, и, скажу прямо, мы ее собираемся наращивать. Вот, например, весной пойдем на следующий отбор проектов ВИЭ точно.

– Какой отбор?

— По солнцу и ветру, претендентов на ДПМ ВИЭ.

– А с мусором что делать будете?

— Думаю, будем делать ровно то, что собирались. Мы вместе с «Ростехом» создали Первый экологический фонд (наших инвестиций — 8 млрд руб., сторонних — 13 млрд руб.), который заточен на технологическую часть переработки твердых коммунальных отходов.

Нас, честно говоря, не очень интересуют полигоны, потому что там нет ни нанотехнологий, ни вообще хайтека. Нас интересует waste to energy [мусор в электроэнергию], заводы по переработке отходов в энергию — там есть не просто хайтековская, а нанотехнологическая часть. Значительная часть оборудования там — разные способы фильтрации жидких сред, газовых сред. Здесь, в Швейцарии, в Цюрихе, в черте города, стоит такой завод, и это нормально. Мы хотим такую же технологию — кстати, в Швейцарии ее и предполагаем брать.

– Уже есть какие-то переговоры со швейцарцами?

— Есть.

– А подробнее?

— Пока не скажу.

– А вам «Ростех» вообще нужен в этой во всей истории?

— Мы в этом фонде младшие партнеры. Старший партнер — «Ростех», который в этом проекте абсолютно необходим.

– И у вас нормальные отношения по нему с «Ростехом»?

— Да.

– «Ростех» — он довольно инертный, иногда проекты с его участием долго развиваются…

— Всякое бывает. Но я совершенно определенно могу сказать, что в этот проект мы бы без «Ростеха» не пошли.

РОСНАНО на выход

– Соотношение справедливой стоимости активов вместе с выходом и общей стоимости проинвестированных денег — какое оно сейчас? Я знаю, что вы за этим показателем очень следите.

— Да, это правда. Мы его считали на 31 декабря в 2015 и 2016 гг. В 2015-м было 97% — вложения перевешивали, а на следующий год мы впервые перешли 100%. В 2016 г. справедливая стоимость портфеля с поступлениями от выходов превысила инвестиции на 1,7 млрд руб. По 2017-му узнаем, когда будет МСФО.

– То есть по плану все, как обещали.

— Посмотрим на 2017-й… Но если не по всему портфелю, а по выходам, то этот коэффициент показывает, что мы проходим точки, когда результат от инвестиций осторожненько превышает затраты.

– По поводу следующих выходов. Вот у вас есть успешный проект «Хевел». И вы говорили, что когда-нибудь выйдете из него. Не ближайшие ли это планы?

— Вы знаете нашу бизнес-модель, она основана на принципе private equity и венчурных фондов: есть вход, а есть выход. Мы не «Ростех», не «Газпром» и не ОАК, у которых есть активы, и они их постоянно развивают. Мы отобрали проект, проинвестировали, построили завод, вывели на окупаемость и вышли. У нас не должно быть таких бизнесов, в которых мы сидим всегда. Поэтому вопрос не в том, «да» или «нет», а вопрос — «когда».

«Хевел», когда мы начинали, был рискованным проектом, даже, скажем прямо, был нашей с [Виктором] Вексельбергом авантюрой, раза два он был на грани полной катастрофы. Тогда не существовало системы господдержки ВИЭ. В безвоздушном пространстве все делали. И первый такой завод в России — колоссальная технологическая задача. На сегодняшний день «Хевел» очевидно привлекательный актив с гарантированной перспективой спроса на российском рынке и очень хорошей — на мировом. Сразу после ввода завода мы располагали мощностью 95 МВт. Сейчас у нас 160 МВт — действующие производства, а планируем довести до 250 МВт, и я уверен, что это не последнее расширение. Это по количеству модулей. По качеству панели «Хевел» основаны на технологии, разработанной в построенном «Хевел» R&D-центре в Физтехе [им. Иоффе в Санкт-Петербурге]. Там сделали физтеховцы — молодцы — замечательную панель, которая сегодня входит в топ-3 в мире по КПД: 22,7% достигнуто. Не в лаборатории — на конвейере. Это где угодно не стыдно показать.

– Хочет уже покупать кто-нибудь?

— Да, «Хевел» сейчас реально переговоры про экспорт ведет. Только нам не одну панель нужно продать, а найти серьезный заказ. В 2018 г. главная задача, которая стоит перед «Хевелом», — прорыв на зарубежные рынки.

– Хотя бы страны скажите какие.

— Латинская Америка — наиболее реалистичный рынок для нас… Итак, что это означает. Это означает, что как по количеству продукции, так и по качеству завод вышел на очевидно солидный уровень. Если мы уйдем завтра из проекта, он не развалится, он никуда уже не денется, но вопрос — [когда выходить исходя из] максимальной финансовой привлекательности. В принципе, мы изучаем предложения уже сейчас. И будем принимать решения в зависимости от того, какие условия нам на наш пакет дадут.

– Разве у вас нет с «Реновой» акционерного соглашения?

— Да, у нас есть акционерное соглашение с «Реновой» по «Хевелу». Оно предусматривает определенные права и обязанности для каждой стороны, если у кого-то из нас возникнет желание выйти из проекта.

– А ТМК вам не в этом ли году продать надо?

— Нет. По ТМК ситуация такая. У нас совсем небольшая доля — около 5%. Считаю, что там очень профессиональная команда. Я вижу результаты, поквартальные и годовые. Вижу, как компания идет вперед, модернизируется, развивается, наращивает объемы. У них хорошие результаты, поэтому у нас нет намерений немедленно выйти. Но когда-нибудь мы точно выйдем — так же как из любого другого проекта.

– Я правильно понимаю, что покупка таких миноритарных пакетов — это было своего рода квазикредитование?

— Если вы входите не через облигации и не через кредит, а в капитал (а мы вошли в капитал) и при этом у вас есть опцион или система опционов, то в некотором смысле это конструкция, максимально близкая к кредиту. Но все-таки мы же не кредит давали, а капитал покупали. Поэтому по классике назвать это кредитованием неправильно.

– А относительно сроков выхода когда решите?

— Сроки выхода у нас в этом году не стоят. Будем выбирать оптимальную для себя дату. Но нам нравится, как развивается этот проект, он позитивный, долгосрочный.

– О каких-то крупных выходах можете заявить, что они уже в этом году состоятся?

— Поймите правильно: выход — это деликатная история. И мы не должны рассказывать все наши секретные планы, потому что у нас задача — выйти наилучшим образом, максимизировать доходность. Выйдя из 35 проектов, мы уже понимаем, что это такое отдельное искусство, иногда очень непростое.

– Очень хорошие были новости по поводу сотрудничества с такими маститыми компаниями, как Lamborghini, Apple. Есть еще такие громкие проекты?

— Как правило, бренды такого уровня запрещают называть себя при продажах. Замечу, что Apple — это вы сказали, я ничего об этом не сказал. Я бы с удовольствием высыпал вам еще десяток имен такого масштаба, и это было бы чистой правдой, но они запрещают упоминать свои имена, это условие сотрудничества. По факту сегодня из топ-100 технологических компаний мира мы сотрудничаем с 75 в разных стадиях, включая прямые продажи нашей продукции.

– Вы же можете, наверное, сказать, какие из ваших проектов…

— …то же самое. Прямое нарушение. Это я по ним ударю. Сказать-то мне легко.

– Но хотя бы в какой сфере продвинулись больше всего, у кого в партнерах и контрагентах крупные мировые компании…

— OCSiAl. Это одностенные углеродные нанотрубки. Этот наномодификатор кардинально улучшает механические свойства, электро- и теплопроводность материалов.

Частная лучше государственной

– Вы обсуждали с чиновниками вопрос создания частной управляющей компании. Есть ли подвижки?

— Нет. Все в той же точке.

– Но это в той же точке уже сколько лет!

— Два года.

– Они обещали как-то побыстрее.

— Картина вот какая. Мы же тоже сами не сразу поняли, кто мы такие. Мы начинали как госкорпорация, потом преобразовались в акционерное общество. К 2014 г. мы все про себя поняли и приняли новую стратегию. Выяснилось, что мы в индустрии private equity / венчурных фондов. Этот бизнес в мире активно развивается, а в России, к сожалению, сильно недоразвит, что, на мой взгляд, серьезная недоработка моих коллег из ЦБ и правительства. Соответственно, в этом секторе есть свои лучшие бизнес-практики, есть свои стандарты, традиции, этика своя. Многое из этого мы принимаем и перенимаем. В том числе недавно приняли этический кодекс private equity бизнеса, который отличается от корпоративного этического кодекса, принятого ФКЦБ. (Кодекс корпоративного поведения разработан ФКЦБ и рекомендован к применению в марте 2002 г. — «Ведомости».)

– У вас жестче?

— Они вообще разные. Этические требования для акционерного общества, для менеджмента акционерного общества отличаются от этических требований private equity фондов, потому что здесь виды деятельности, которых не существует в обычном корпоративном бизнесе. Многие из требований этого вида индустрии мы к себе применяем, но есть два принципиальных требования, которые мы полностью нарушаем. И то и другое создает для нас очень большие проблемы. Требование номер один…

– …заемные деньги.

— Совершенно верно. Венчурный бизнес не живет на заемных деньгах, а мы на них живем частично. И это приводит к тому, что мы в год выплачиваем российским коммерческим банкам совокупный объем процентных платежей от 10 млрд до 16 млрд руб. Накопленным итогом по 2016 г. РОСНАНО заработало и выплатило российской банковской системе на обслуживание долга, на проценты и купонные выплаты 64 млрд руб. Это колоссальные деньги для нас, да и для самой банковской системы, я думаю, заметная сумма. Так что между делом мы еще развиваем наши уважаемые коммерческие банки, но мы это вынуждены делать в силу того, что так структурирован наш пассив.

Вторая принципиальная вещь. Не существует современных private equity и венчурных фондов с государственными управляющими компаниями. Управляющая компания должна быть отдельно от активов, мы ее уже выделили, это нам прозрачность резко повысило и т. д. Но [отсутствует] следующий шаг. И [его необходимость] это не вопрос желания или нежелания Чубайса все приватизировать и т. д. Это вопрос эффективности управления государственными деньгами и, соответственно, развития наноиндустрии в России.

Все очень просто на уровне здравого смысла. Нам нужно привлечь инвесторов. Инвесторы работают с нами — лично со мной и моими коллегами. Мы, как вы знаете, привлекаем не миллионы, а миллиарды. И не на полгодика и не на годик, а минимум на 8–10 лет. И здесь главный вопрос: «Ребята, а вы кто? Вас назначили, а вот тут выборы будут — вас оставят или нет?» Это подрывает всю картинку, доверие. Не потому что я хороший или я плохой. Вот если есть моя управляющая компания и я в нее деньги вложил, то я кровно заинтересован, независимо от того, где я работаю, чтобы этот бизнес рос. Конечно же, то обстоятельство, что нет продажи УК, радикально подрывает наши возможности привлечения инвестиций в российскую наноиндустрию.

– Но ее хотя бы сначала акционировать надо?

— Не надо. Она ООО. Маленькая компания с годовым доходом около 3 млрд руб.

– По сути, платили бы их как зарплату менеджерам компании?

— Считай так.

Какие фонды — правильные

– По поводу фондов вы сказали, что их уже не так просто создавать. Как с этим дела обстоят и в каком соотношении участие привлеченных инвесторов и ваше?

— Я уже начал говорить, что мы впервые в новой стратегии 2014 г. заложили создание фондов. Я вам показал цифру — рост объема привлечения в фонды, рост инвестиций из фондов в проекты. Еще один тренд внутри нашей фондовской активности — это увеличение партнерского плеча.

Мы создавали первые наши фонды в пропорции 50:50. Что, конечно, для фондового бизнеса не здорово. Нормальный бизнес в этой сфере привлекает в основном внешние деньги. И поэтому в стратегии заложена идея последовательного уменьшения доли АО «РОСНАНО» в фондах и увеличение доли привлеченных средств. Но поскольку первые полтора-два года реализации стратегии доказали, что мы их можем создавать, теперь задача — работать на качество, т. е. увеличивать плечо. В этом смысле мы уже перешли от конструкции 50:50 к более продвинутой конструкции. Я вам уже сказал, что если в Фонде развития ветроэнергетики c Fortum вклады в соотношении 50:50, то в фонде с «Ростехом» это уже 40:60 — чуть-чуть лучше. Мы, естественно, хотим улучшать эту пропорцию и дальше. У нас задача-минимум — привлечь к 2023 г. от партнеров 160 млрд руб. в совместные фонды. Чтобы это сделать, мы обязаны улучшить пропорцию.

– Как обстоят дела с созданием фондов с иностранцами?

— Я сначала вот что скажу: вообще говоря, надо понимать, что в этой сфере фондостроительства вы заходите в пять проектов, а получается один из пяти. Это нормальная воронка создания фондов.

Ситуация с арабами и с Ираном следующая. С Ираном мы достигли предварительной договоренности, но процесс затянулся, и это нам не нравится, мы не можем бесконечно висеть в неопределенной стадии. Я думаю, либо в ближайшее время мы его завершим, либо просто откажемся от этой идеи. Арабы крайне заинтересовались нашими проектами по возобновляемой энергетике. В том числе я на днях был в Дубае на форуме по возобновляемой энергетике, и мы начинаем переговоры об их привлечении в российские проекты в этой сфере.

– И последний вопрос, не очень приятный. Об энергетиках, ваших бывших коллегах, на которых заведены уголовные дела. Скажите, как вы относитесь к такому методу, зачем это все надо?

— Я вряд ли могу комментировать содержание обвинения [в отношении Евгения Ольховика и Бориса Вайнзихера], это не очень корректно. Но что я могу твердо сказать — это то, что в российской энергетике есть какой-то набор людей, известных всей отрасли. Естественно, у каждого из них своя репутация с какими-то достоинствами и недостатками. Так вот, Вайнзихера я знаю прекрасно. Я отношу Бориса к числу честнейших людей — не говоря о его профессионализме, о человеческих качествах — честнейших людей в этой сфере вообще. И думаю, если вы 10 человек — энергетиков спросите про Борю, вам все скажут абсолютно одно и то же: это уникальный случай с точки зрения репутации.

– Вы же какие-то показания…

— Я не могу давать показания в деле Вайнзихера, потому что содержание предъявленного обвинения никакого отношения не имеет к РОСНАНО и к РАО «ЕЭС».

– Но вы какие-то письма писали?

— Да, писал. Поручительства [о пересмотре меры пресечения].

Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 30 января 2018 > № 2486807 Анатолий Чубайс


США. Швейцария. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 26 января 2018 > № 2474690 Андрей Костин

Костин: «Я никогда не давал денег никому из семьи Трампа»

Президент — председатель правления ВТБ Андрей Костин дал интервью Fox Business. Он, в частности, подчеркнул, что никогда не имел дел с президентом США Дональдом Трампом. Также он назвал мошенником Феликса Сатера, который заявил, что ВТБ собирался одолжить деньги на строительство Tramp Tower в Москве.

Лиз Клемен: Президент Трамп прилетел в Давос и сейчас встречается с мировыми лидерами и представителями крупного бизнеса со всей планеты. Но только не с русскими. Один российский высокопоставленный чиновник пожаловался на то, что американцы в швейцарских Альпах избегают россиян, как только могут, отчасти из-за того, что на российскую элиту собираются наложить санкции, в том числе на самого влиятельного банкира России — Андрея Костина из банка ВТБ. Президент — председатель правления ВТБ Андрей Костин присоединяется к нам из Давоса. Андрей, американцы в Давосе и правда избегают русских?

Андрей Костин: Не знаю. Я знаю, что член нашего правительства заявил такое, но я сам не встречаюсь с чиновниками. Я встречаюсь только с банкирами, и у нас есть встречи с американскими банкирами. Они все мои коллеги, я знаю их уже более десяти лет, и бизнес обстоит как обычно. Но я никогда не просил никого из американских чиновников встречаться со мной, потому что это не является моей работой, собственно говоря.

Лиз Клемен: Какие банки? С представителями каких американских банков вы встречаетесь?

Андрей Костин: Вы знаете, мы работает со многими банками, в том числе с JPMorgan, Citigroup, Bank of America, Bank of New York. Таким образом, у всех нас есть отношения с ними, у всех нас есть бизнес с этими банками.

Лиз Клемен: Президент Трамп собирается провести обед с группой международных бизнес-лидеров. Вы нет?

Андрей Костин: Россияне не приглашены, нет. Мы понимаем, что господину Трампу было бы опасно встречаться с российскими банкирами. Ваши коллеги всегда меня спрашивают, имел ли я дело с господином Кушнером, с мистером Трампом, давал ли когда-нибудь им деньги. Никогда. Я никогда не видел никого из семьи Трампа или его окружения. Я никогда не давал денег никому из семьи Трампа. Вот почему я, вероятно, не включен, потому что я не партнер. Но я понимаю господина Трампа, который сосредоточился на европейских гендиректорах и бизнесе, в частности, пытаясь пригласить их инвестировать в Америку, и он ведет диалог с европейским бизнесом. Конечно, россияне не приглашены.

Лиз Клемен: Вы должны знать, что выходит санкционный список, и вы можете быть в нем. Этот список направлен против отдельных российских бизнес-магнатов и олигархов. Какова будет ваша реакция — в финансовом отношении, когда вы будете лишены возможности лично совершать сделки за пределами России?

Андрей Костин: Я гораздо меньше обеспокоен персональными санкциями — мы все знаем, что рано или поздно умрем. Вы боитесь этого? Думаю, нет. Санкционный лист не зависит от меня. Мой банк проводит очень хорошую политику прозрачности и открытости, мы ведем хороший бизнес, и у нас нет никаких претензий со стороны OFAC и других американских организаций о том, что мы нарушали какие-либо нормы какого-либо закона. Если я и мой банк, что намного хуже, будут наказаны из-за того, что политическая элита Америки представляет, что господин Путин делает что-то не так, то я не могу особо повлиять на это.

Лиз Клемен: Вы всегда приходите на нашу передачу. Вы никогда не отказывали мне в интервью, но есть ощущение, Андрей, что вы токсичны. Вы слишком близки к президенту России Владимиру Путину, Кремлю принадлежит более 50% вашего банка, и я уверена, что вы слышали про расследование по президенту. Вы только что сказали, что у вас нет контакта с кем-либо, с организацией Трампа, вы никогда не давали никаких денег, но есть парень по имени Феликс Сатер, который работал с организацией Трампа, сотрудничающей с министерством юстиции, и он сказал, что ВТБ собирался одолжить деньги на строительство Tramp Tower в Москве. Что вы на это скажете?

Андрей Костин: Это ложь. Он мошенник, и он лжет.

Лиз Клемен: Так просто?

Андрей Костин: Абсолютно. Так и есть.

Лиз Клемен: Они полагают, что вы шпион из КГБ. Вы когда-нибудь шпионили на КГБ?

Андрей Костин: Никогда. Абсолютно никогда. Клянусь, и вы знаете, что я никогда не вру прессе.

Лиз Клемен: Но, Андрей, я чувствую, что вы в очень трудном положении.

Андрей Костин: Почему?

Лиз Клемен: Потому что вы управляете банком, и теперь этот банк не может совершать сделки с большими возможностями здесь, в Соединенных Штатах. Вы были со мной прямо здесь, на этой телевизионной площадке в 2012 году, у вас были большие надежды. Вы собирались открыть новый филиал, и сейчас этого не произошло. Вы работаете в 20 странах. Кремлю принадлежит большая доля в вашем банке, и что делать всем вашим акционерам, чтобы выйти из-под этих санкций?

Андрей Костин: Лиз, это не моя вина. Мы проводим очень четкую политику. Мы являемся банком, как и любая другая акционерная компания в мире, и мы являемся частью этой геополитической игры. Я думаю, что российская сторона не несет ответственность за это. Полагаю, что американская сторона решила пойти на санкции, которые, я думаю, наносят ущерб мировой экономике и, конечно, России тоже. И я могу сказать вам, что ни один бизнесмен, которого я знаю, по крайней мере, не говорит, что это правильно и хорошо. Правда за нами. Вот почему я так спокоен.

Лиз Клемен: Я знаю, что у вас очень жесткий график, многие люди хотят встретиться с вами. Если вы пройдете мимо президента Трампа на улице в Давосе, вы поприветствуете его?

Андрей Костин: Господин Трамп не узнает меня, потому что мы никогда не встречались, и он меня не знает. Но я могу помахать ему. Мне интересно, как он ведет свою войну одного человека против, как кажется, всего мира».

Ранее в интервью Business FM банкир подчеркнул, что ему безразличны персональные санкции.

США. Швейцария. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 26 января 2018 > № 2474690 Андрей Костин


Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика > rusnano.com, 25 января 2018 > № 2486784 Анатолий Чубайс

Анатолий Чубайс: мир масштабным образом пошел в возобновляемую энергетику.

Автор: Николай Корженевский

Ведущая: Ну а сейчас швейцарский Давос, который на эти дни становится центром политических и финансовых новостей. Там продолжается Международный экономический форум. В этом году он посвящен созданию общего будущего в разобщенном мире. В Давосе работает мой коллега, Николай Корженевский. Сейчас он присоединяется к нам с одним из гостей форума — Председателем Правления Группы РОСНАНО Анатолием Чубайсом. Коля, передаю тебе слово.

Корр.: Спасибо, большое, Мария. Да, рядом со мной сейчас Анатолий Борисович Чубайс. Анатолий Борисович, здравствуйте.

Анатолий Чубайс: Здравствуйте.

Корр.: Давайте, начнем с Вашей повестки на Давосском форуме. В России в инвестиционных кругах есть такая поговорка: «Куда идет Чубайс, туда обязательно придут деньги инвесторов». Успешно Вы это делали еще со времен реформы электроэнергетики. Что Вы обсуждаете сейчас здесь, в Давосе? Какие сделки и какие отрасли?

Анатолий Чубайс: Вы мне немного льстите. Не всегда так получается, к сожалению. Я Вам честно скажу, для меня в этом смысле Давосский экономический форум необычный. Я не очень погружаюсь в геополитическую тематику, даже не очень погружаюсь в экономическую тематику, потому что там все ясно по-крупному. Меня очень интересует энергетика. Энергетика в целом, возобновляемая энергетика, причем, как глобальная (тренды здесь), так и в целом для нашей страны.

Корр.: Что в возобновляемой энергетике? Потому что эта история, которую периодически обсуждают очень интенсивно. Особенно, когда цены на нефть растут, все вспоминают о возобновляемой энергетике.

Анатолий Чубайс: Именно в этом смысле картинка изменилась, с моей точки, зрения радикально. Когда о больших национальных проектах возобновляемой энергетики рассказывают Германия, Австралия или Новая Зеландия, это в общем понятно. Но когда про большие национальные проекты вместе с ними рассказывает Замбия, Эфиопия, то можно для себя сделать простой и ясный вывод: развилки «за» или «против» [ВИЭ] нет. Она завершилась. Мир масштабным образом пошел в возобновляемую энергетику. Подтверждают это, в том числе, цифры, которые показывают, что уже второй год объемы ввода возобновляемой энергетики в мире больше, чем объемы ввода обычной энергетики. В этом смысле картинка развернулась, и в моем понимании, этот поворот необратим, и он много чего означает для нашей страны.

Корр.: Перейдем обязательно к нашей стране. Какие типы возобновляемой энергетики? О чем именно идет речь?

Анатолий Чубайс: Конечно, речь идет, прежде всего, про ветер и солнце как базовые виды возобновляемой энергетики. При этом понятно, что солнце сейчас по цене прямо конкурирует с атомной энергетикой и начинает цеплять угольную энергетику. Поскольку всем ясно, что потенциал технологического апгрейда у солнца больше, чем потенциал технологического апгрейда у существующей 50 или 100 лет атомной или угольной энергетики, то, в общем, ясно, что, конечно же, солнце догонит и перегонит, и солнечная энергетика уже при нашей жизни станет дешевле, чем классические виды энергетики.

Корр.: То есть, бояться нужно не сланцевой нефти?

Анатолий Чубайс: Нет, она в этом смысле никак не изменят картину. Все, что она могла сделать, уже сделала. Американцы из импортеров стали экспортерами, изменения в мире уже произошли.

Корр.: Теперь давайте по поводу нашей страны. Вы сказали, что это прямо скажется на России. Каким образом? И можем ли мы извлечь выгоду из этих процессов?

Анатолий Чубайс: Есть два важных вывода для России. Вывод номер один. Это колоссальная удача, что буквально в прошлом году, а в этом году можно теперь уже с уверенность заявить, что десятилетние усилия по созданию в России предпосылок для российского национального проекта возобновляемой энергетики увенчались успехом. Российская солнечная энергетика состоялась, включая не только построенные около 20 станций, включая российского уникального производителя солнечных панелей, компанию «Хевел».

Теперь уже ветер. Потому что первая российская ветростанция в России допущена на опт. Сейчас мы масштабно локализуем в России основные производства. Мы ведем 4–5 крупных проектов строительства заводов — по производству лопастей, по производству башен, и так далее, и так далее. Это означает, что Россия вступила в мировой клуб стран, строящих у себя возобновляемую энергетику.

Корр.: О каких масштабах рынка идет речь? Чем мы вообще оперируем? Может, быть, в производственных показателях, может быть, лучше даже в денежных, это всегда понятнее людям, далеким от энергетики. И каковы наши перспективы с глобальной точки зрения в этом бизнесе?

Анатолий Чубайс: Конечно, если нас сопоставить с Китаем или с Германией по возобновляемой энергетике, то мы не очень видны пока на этой карте даже в увеличительное стекло. Но, тем не менее, важно начать, и это произошло. Цифры, в общем, известны. Утвержденная программа в России — это 6 гигаватт. Это серьезная цифра. В деньгах, мы посчитали объемы, речь идет о совокупных инвестициях в этот рынок составят 1 триллион рублей. Это означает, что для российского ВВП проект возобновляемой энергетики даст по серьезным расчетам от 0,1 до 0,5% прироста ВВП. А, поскольку у нас в целом прирост 1,5–2% [ВВП в год], то в общем для страны это очень даже неплохо.

Корр.: РОСНАНО как-то в этом процессе будет участвовать?

Анатолий Чубайс: РОСНАНО, извините за свойственную мне нескромность, является лидером этого процесса. Мы сегодня игрок номер один в ветроэнергетике по объему мощностей, мы сегодня игрок номер один в солнечной энергетике. Да и, собственно говоря, весь проект возобновляемой энергетики в части поддержки государственной основан на том, что заложено нами в реформу энергетики в 2007-м году. Если Вы почитаете закон «об электроэнергетике», который мы создали в 2007-м году, тогда впервые появилась фундаментальная экономическая база для того, чтобы государство могло поддержать этот проект. Ну, а теперь Правительство, Минэнерго, Минпром, прямо скажу, гигантскими усилиями довели закон до реально работающего механизма.

Корр.: Откуда будут поступать эти инвестиции? Нужно потратить триллион. РОСНАНО, я смотрел последние цифры, [РОСНАНО] начинает быстрее привлекать деньги. По-моему, около 50 млрд уже привлечено от частных инвесторов. Что дальше? Кто будет финансировать такие проекты? Есть ли интерес частных денег?

Анатолий Чубайс: Ну, мы действительно увеличили объем привлеченного капитала [в новые инвестиционные фонды] за прошедший год с 20 млрд до 48 млрд. Плюс 28 млрд за год в условиях санкций, это, конечно, результат очень сильный. Кстати говоря, значительная часть этого результата — это возобновляемая энергетика, конкретно проект «ветер» — 15 млрд в этот проект вкладывает компания Fortum. У меня здесь были очень серьезные переговоры по продолжению этой работы. В этом смысле возобновляемая энергетика, конечно же, привлекает и иностранных инвесторов, и российских инвесторов. Но что для меня еще более важно, это не наши героические успехи, а то, что в эту сферу пошли частные бизнесы, не имеющие к нам никакого отношения. Буквально на днях в Подольске построен второй завод по производству солнечных панелей — российский частный инвестор вместе с китайским частным инвестором. Россия становится производителем солнечных панелей при том, что сегодня качество этих панелей находится на мировом уровне.

Корр.: Анатолий Борисович, в начале нашей беседы Вы сказали о том, что с экономикой Вам все понятно, с санкциями Вам тоже все понятно. Но не всем все понятно пока еще с экономикой и санкциями. Вот по поводу санкций, Вы говорили, что американская дочка РОСНАНО начинает ощущать на себе это влияние. Сейчас мы все здесь находимся в ожидании нового раунда санкций. Каким он будет? Что он будет в конечном итоге представлять? В чем Вы видите проявление уже существующих санкций? И вот эти новые санкции? Какого их потенциальное влияние?

Анатолий Чубайс: Ну, мы, конечно же, ощущаем на себе санкции. Если коротко, то проявляются они в том, что в нашей сфере есть классические источники привлечения капитала в фонды. Так вот все эти источники, европейские и американские, включая негосударственный пенсионный фонд, все эти источники де-факто сегодня закрыты для России. Это, конечно, очень серьезно осложняет привлечение инвестиций, но, тем не менее, какие-то инвестиции мы находим. Если говорить в более широком смысле, все, естественно, ожидают новых санкций. Насколько мне известно, речь идет о достаточно жестких мерах с еще более жестким продолжением. Посмотрим, что произойдет.

Корр.: А каково отношение к российским проектам экономики здесь, в Давосе? Как оно эволюционирует? Вы в Давосе часто появляетесь, как сейчас смотрят инвесторы, уже отчасти привыкнув к этим санкциям, на работу в России?

Анатолий Чубайс: Я, в отличие от некоторых моих коллег, не выскажу оптимизма на этот счет. Были разные этапы на разных Давосах, были плохие, были хорошие были средние. Сейчас мы, конечно же, находимся в нижней точке. Да и в целом по политике, естественно, это не может не сказаться на экономике. Другое дело, что даже это не означает тупика или катастрофы. Еще раз сошлюсь на пример, мы привлекли в проекте ветроэнергетики авторитетнейшие европейские компании, такие как Fortum, такие как Vestas, для которых российский рынок становится ключевым. Только что у меня была встреча с президентом компании Vestas — это лидер мировой по ветроэнергетике, и мы договорились о продолжении наращивания сотрудничества.

Корр.: Анатолий Борисович, спасибо Вам большое за Ваши ответы. Удачи Вам. Напомню, со мной здесь в Давосе был Анатолий Чубайс, Председатель Правления компании РОСНАНО.

Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика > rusnano.com, 25 января 2018 > № 2486784 Анатолий Чубайс


Япония. Швейцария. Весь мир > Финансы, банки > forbes.ru, 22 декабря 2017 > № 2432460 Владимир Михайлов

Трейдеры с мандатом. Как мировые центробанки надувают пузырь на рынках акций

Владимир Михайлов

исполнительный директор GL Financial Group

Крупнейшие центробанки массово скупают акции в поисках доходности и получают огромные прибыли на растущем рынке. В итоге регуляторы загнали себя в ловушку: они участвуют в раздувании пузырей, но остановиться уже не могут

Самые значимые финансовые регуляторы мира продолжают удерживать процентные ставки на сверхнизких уровнях — нулевых или даже отрицательных. Эта политика была запущена еще в 2007-2008 годах, чтобы стимулировать пострадавшую от мирового финансового кризиса экономику.

Однако среди прочего она привела к тому, что гособлигации практически перестали приносить доход и потеряли инвестиционную привлекательность.

При этом центробанкам по-прежнему надо где-то размещать свои активы. На них сильно давят собственные раздувшиеся резервы. В конце 1995 году их объемы составляли $1,4 трлн, а к концу 2016 года выросли почти в 10 раз — до $11 трлн.

Поскольку гособлигации в большинстве случаев уже не выглядят интересным инструментом, регуляторы все активнее переключаются на акции. Цели и функции центробанков меняются до неузнаваемости — главные проводники монетарной политики фактически превращаются в крупнейшие хедж-фонды, гоняясь за прибылью.

Швейцарский стандарт

Ярче всего этот процесс иллюстрирует пример SNB — Национального банка Швейцарии. Акции SNB свободно торгуются на бирже: 45% владеют кантоны, 15% — кантональные банки, еще 40% находятся у частных инвесторов.

Сейчас бумаги регулятора стоят без малого четыре тысячи франков. За год они подорожали на 126%. Причина взлета проста: инвесторы ищут безопасные инструменты на замену швейцарским гособлигациям.

Отрицательная ставка (-0,75%) привела к тому, что доходность долговых бумаг опустилась ниже нуля. А акции SNB вполне отвечают требованиям инвесторов.

Во-первых, швейцарский регулятор просто не может обанкротиться, поскольку у него есть возможность печатать одну из самых надежных валют в мире. Во-вторых, его прибыль постоянно растет. С января по сентябрь 2017 года SNB заработал почти 34 млрд франков, что уже превышает показатель за весь прошлый год — 24 млрд франков.

Прибыль SNB увеличивается благодаря операциям на фондовом рынке. Нацбанк инвестировал в акции различных компаний около $150 млрд — 20% от объема всех резервов страны.

Активную скупку бумаг швейцарский ЦБ начал в 2013 году, тогда их доля составляла 7%. На акции одних только американских корпораций сейчас приходится $88 млрд. Регулятор охотно инвестирует в бумаги лидеров рыночного роста: он вложил $3 млрд в Apple, $2,2 — в Alphabet, $2 млрд — в Microsoft.

Как и другие участники рынка, SNB оказался заложником мировой политики низких ставок и потому был вынужден искать прибыльные инструменты. Пока его стратегия себя оправдывает, а финансовые показатели швейцарского регулятора не могут не радовать инвесторов.

Проблема заключается в том, что SNB своими действиями поддерживает бычьи настроения на рынке и способствует раздуванию пузырей. И действует он не в одиночку.

Вторым заметным игроком-регулятором является Банк Японии. Он стабильно входит в десятку крупнейших акционеров компаний из индекса Nikkei 225. В частности, японский ЦБ владеет большими долями производителя музыкальных инструментов Yamaha и лидирующей в стране строительной корпорации Daiwa House.

Правда, в отличие от швейцарских коллег, он работает в основном в спасательном режиме: скупает акции при просадках и тем самым поддерживает рынок. Игроки отмечают, что ЦБ ориентируется на индексы TOPIX и Nikkei 225. Если торги завершаются падением, на следующий день Банк Японии выходит на рынок.

Итог этих спасательных операций впечатляет: к концу сентября регулятор скупил биржевые фонды (ETF) на 4,6 трлн иен ($41 млрд). В общей сложности он владеет 75% национального рыка ETF.

В едином порыве

Сложившаяся ситуация, похоже, не очень беспокоит центральные банки. Еще в 2014 году бывший управляющий резервами Банка Кореи Хен Си Чо призывал пересмотреть всю «инвестиционную вселенную» регуляторов, уйти от фиксации на облигациях с высоким рейтингом и открыться новым видам активов.

Тогда же управляющие Банка Италии констатировали, что многие центральные банки меняют инвестиционную политику. Пересмотрел ее и итальянский регулятор, вложив 6% из почти €150 млрд резервов в акции.

В начале 2017 году компания Invesco провела опрос, в котором приняли участие 18 управляющих ЦБ. Он показал, что 80% респондентов планируют наращивать инвестиции в фондовый рынок.

Примерам центральных банков следуют крупнейшие пенсионные фонды. Так, половина активов Пенсионного фонда Японии размещена в акциях. На бумаги иностранных компаний приходится почти 24% от $1,3 трлн активов фонда.

Квартальная прибыль фонда с июля по сентябрь 2017 года достигла $39 млрд (плюс 3%), японские акции в портфеле подорожали на 4,8%, иностранные — на 5,6%.

Государственный пенсионный фонд Норвегии, который по итогам полугодия отчитался о рекордной прибыли в $63 млрд, держит в акциях 65,1% своих активов. В среднем норвежскому пенсионному фонду принадлежит один процент от каждой компании в мире. Фонд Южной Кореи управляет $430 млрд, 35% из них также размещены в акциях.

В большую охоту за акциями может включиться еще один важный участник. В сентябре прошлого года глава ФРС Джанет Йеллен сделала очень важное для рынка заявление. По ее мнению, Федрезерв можно наделить функцией покупки акций ради поддержки экономики в условиях низких ставок и низкой инфляции.

Меж двух огней

В конце 2015 года начался период нормализации ставок, то есть ужесточения монетарной политики. Тогда Федрезерв осторожно поднял процентную ставку впервые за 10 лет, задав общее направление для глобального процесса.

Логичным шагом для остальных ключевых регуляторов было бы повторение действий ФРС. Но ЕЦБ пока не спешит поднимать нулевую ставку, а центральные банки Швейцарии и Японии — выводить ее из минуса.

Более того, в ЕЦБ сообщили, что остаются приверженцами идеи нормализации ставок, но все действия будут медленными и осторожными. Явный сигнал рынку — скорого и сильно ужесточения ждать не следует.

Оставаясь под действием низких ставок, которые делают акции все более привлекательным активом, регуляторы все глубже загоняют себя на фондовый рынок. И здесь для них возникает два серьезных риска. Устранить их одновременно не выйдет, фактически ЦБ оказались в ситуации «оба хуже».

С одной стороны, вкладываясь в акции, они поддерживают экономику и корпорации, поднимают рынок. Но и раздувают пузыри: недаром японские финансисты обеспокоены тем, что такая политика ведет к сильным ценовым искажениям, а стоимость бумаг все дальше уходит от фундаментально обоснованных показателей.

С другой стороны, давно назревшее повышение ставок неизбежно охладит рынок и ударит по портфелям акций некоторых регуляторов.

Открытым остается вопрос о том, что центральные банки будут делать, когда на рынке снова возобладает медвежье настроение. Как быть с позицией в акциях в таком случае? Призыв ЕЦБ к осторожности говорит о том, что регуляторам необходимо взять паузу и подумать над тем, в какой ситуации они оказались. В противном случае могут пострадать не только портфели регуляторов, но и весь глобальный рынок.

Япония. Швейцария. Весь мир > Финансы, банки > forbes.ru, 22 декабря 2017 > № 2432460 Владимир Михайлов


Украина. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interfax.com.ua, 21 декабря 2017 > № 2432915 Гийом Шойрер

Отсутствие верховенства права и коррупция являются проблемами для инвесторов в Украине – посол Швейцарии

Эксклюзивное интервью посла Швейцарии в Украине и Республике Молдова Гийома Шойрера агентству "Интерфакс-Украина"

Швейцария уделяет особое внимание реализации в Украине гуманитарных проектов. Насколько сильно несоблюдение режима тишины на Донбассе мешает реализации ваших гуманитарных проектов на востоке Украины?

Для Швейцарии гуманитарная помощь Украине стала приоритетом с начала конфликта в 2014 году и продолжает быть до сих пор. Конечно, мы говорим только о гуманитарной помощи, а не о стратегиях сотрудничества с Украиной, которые имеются у нас в течение 20 лет. С начала конфликта возникла сложная гуманитарная ситуация, и сразу же после начала конфликта мы начали программу гуманитарной помощи. Мы помогаем уже в течение четырех лет. Мы видим продолжающийся конфликт. Это не забытый конфликт, но, тем не менее, многие доноры уходят от неотложных потребностей, которые мы видим в Украине. Это проблема. Мы видим, что призывы МККК и агентств ООН не находят должного отклика.

У нас все еще очень сложная ситуация, к сожалению, и потребности все еще слишком высоки. Они не снижаются, но способность агентств реагировать ограничена.

Новый кризис вынудил СМИ обратить внимание на новые проблемы, также драматические, например, в Сирии, Африке и другие. Некоторые из этих катастроф стали результатом человеческих рук, другие – природы, но они привели к меньшей готовности доноров предоставлять средства Украине.

Конкретно, в нашем случае готовность швейцарского правительства продолжать отыгрывать важную роль все также сильна. Об этом упоминал министр иностранных дел Швейцарии. Мы настоятельно призвали уделять больше внимания и серьезно отнестись к положению гражданского населения, затронутого конфликтом в Украине. Мы настоятельно призывали государства, вовлеченные в облегчение гуманитарных последствий конфликта, и решили также внести новый вклад в программу подготовки к зиме UNICEF. Зимой есть особые потребности, и Швейцария, реагируя на призывы гуманитарных агентств, выделила 500 тыс. швейцарских франков в пользу усилий по подготовке к зиме.

В то же время, мы также указали, что не будем уменьшать нашу помощь – мы будем сохранять ее на том же уровне или, может быть, даже немного ее увеличим. В условиях, когда последствия конфликта очевидны, доноры от других государств должны продолжать проявлять солидарность с населением. Конфликт продолжается и это очень горячий конфликт. Население не только вдоль линии разграничения, но и, конечно, люди, живущие по обе стороны от линии соприкосновения, напрямую пострадали от конфликта, так же, как, по меньшей мере, 1,5 млн человек внутри страны, я имею в виду, конечно, внутренне перемещенных лиц. Таким образом, конфликт по-прежнему является гуманитарной трагедией, и я думаю, что всем нам нужно делать все возможное вместе с украинскими властями, конечно, чтобы облегчить страдания людей.

Довольны ли вы сотрудничеством с украинскими властями, в частности с Министерством по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц?

Мы очень довольны работой с министром Вадимом Чернышом. Он очень содействовал доставке гуманитарной помощи. Это очень хорошее конкретное сотрудничество, которое помогает в важных перевозках, регуляциях, обязательствах. Часто помогал как сам министр так и, конечно, все министерство, как и все министры, которые вовлечены в этот процесс. В целом реакция правительства на швейцарскую гуманитарную помощь очень хорошая.

По вашему мнению, какие шаги должно предпринять правительство Украины для разрешения конфликта на Донбассе?

Дорога ясна – это Минский процесс. Также ясно, что есть несколько сторон Минских соглашений. И я думаю, что каждая должна сыграть свою роль в Минском процессе, чтобы достичь успеха. Обязательство правительства Украины и обязательства других сторон соглашений ясны. Они просто должны быть выполнены. Но первое условие, безусловно, с обеих сторон – соблюдение режима прекращения огня. Без прекращения огня достичь результатов по обеспечению безопасности в соответствии с Минским процессом просто невозможно, не говоря о том, чтобы перейти к следующим шагам.

Некоторые политики критикуют Минский процесс за неэффективность…

Мир – это трудно. Если вы посмотрите на все мирные процессы последних лет за пределами Украины, то увидите, что мир требует много уступок, усилий, глобальных всеобъемлющих перспективных взглядов.

Я просто приведу пример мирного процесса в Колумбии, который занял много лет. Правительство в какой-то момент вынуждено было сделать первый шаг к восстановлению взаимного доверия, который в случае Колумбии оказался взаимным. Было много моментов, когда мы думали, что Мирный процесс рухнет, остановится. Некоторые люди были в отчаянии, но, в конце концов, вы всегда будете видеть свет в конце туннеля – сильных лидеров, которые готовы вести мирный процесс вперед. Мирный процесс никогда не будет легким. Это требует уступок от всех сторон, альтернативы нет.

Я не говорю, что нет альтернативы Минскому процессу, но, по моему мнению, это хорошие соглашения. Но первым шагом должно стать прекращение огня, чтобы дать шанс Минскому процессу.

Какой объем гуманитарной помощи был предоставлен Украине в 2017 году, в частности в сфере очистки питьевой воды?

Основная идея швейцарской гуманитарной помощи заключается в том, чтобы напрямую поддерживать население по обе стороны линии разграничения. В то же время, когда вы предоставляете гуманитарную помощь, также необходимо, чтобы власти с обеих сторон призывали к защите всех принципов международного гуманитарного права. В частности, это касается инфраструктуры: воды, трубопроводов, энергостанций и т.д. Данные объекты подвергались целенаправленным обстрелам. Такие действия неприемлемы и противоречат международному гуманитарному праву, и это то, что мы также отстаиваем. Речь не только о прямых действиях по отношению к населению, но и попытках повысить ответственность за нарушение международного права. Это очень важно.

Что мы сделали в 2017 году? Примерно то, чего можно добиться в Украине в сфере гуманитарной помощи с не очень большими деньгами. Швейцарское пожертвование составляет чуть более 3 млн швейцарских франков в год, но разделено на несколько основных целей, одной из которых является вода. Это ключ. Мы знаем, что без воды нет жизни. Кроме того, зимой без воды очень часто также нет системы отопления. Мы работаем с "Водой Донбасса" в частности. Таким образом, Швейцария помогла обеспечить доступ к питьевой воде для около 3,9 млн человек по обе стороны линии соприкосновения. Конкретно, мы доставили немногим менее 2 тыс. тонн химикатов для обработки воды, потому что вода должна быть очищена, чтобы быть питьевой.

Затем специальные мобильные устройства, которые могут в разных местах водопровода проверить качество воды, чтобы избежать заражения. Мы также предоставили техническое оборудование для проверки утечек, специальное лабораторное оборудования для повышения эксплуатационных возможностей "Воды Донбасса". Таким образом, вода была основным нашим приоритетом в 2017 году, также как и в 2016 году, и мы будем продолжать наши пожертвования в эту область.

Другим приоритетом является медицинское оборудование. Люди страдают, и больницам по обеим сторонам контактной линии нужно медицинское оборудование, в частности, что очень важно, - это кардиографы и устройства для тестирования на туберкулез. Оборудование, которое у них было, уничтожено в ходе конфликта. Таким образом, в настоящее время у них есть новое оборудование, которое может обнаружить туберкулез за 24 часа, а не два или три месяца, как это было с предыдущим оборудованием. 12 больниц в Мариуполе, Курахово, Донецке и Луганске были оснащены медицинским оборудованием.

Как вы работаете с неподконтрольными территориями?

Мы работаем напрямую. Мы пересекаем линию разграничения в официальных контрольных пунктах при сотрудничестве с украинским правительством. Мы часто пересекаем линию с грузовиками, ведь всего за это время перевезли около 2 тыс. тонн химикатов.

Это очень важно по гуманитарным соображениям, а также по политическим причинам, потому что это все же соединяет две стороны.

Мы также работаем в области разминирования. Это также очень важная работа с неразорвавшимися боеприпасами. Мы, безусловно, продолжим нашу поддержку в 2018 году.

Как вы оцените реформу децентрализации в Украине?

Честно говоря, очень приятно, что у нас отличное сотрудничество с министрами, за нее ответственными. В Украине много позитивных реформ, и децентрализация – одна из них. Правда, она не столь обсуждаема, потому, что немного менее заметна, особенно в Киеве. Поскольку это происходит в регионах, и вы не ощущаете ее так, как реформу здравоохранения или пенсионную. Мы видим отличный результат децентрализации по отзывам регионов. Действительно хорош тот факт, что у них стало больше финансовой автономии. Мы видим, что муниципалитеты действительно прекрасно понимают, какие новые финансовые возможности они получают и вкладывают деньги непосредственно в действия, например в, новые школы, дороги, клиники и так далее. Хотя мы по-прежнему видим отсутствие действий со стороны некоторых местных властей. Иногда они не знают, что делать с этими деньгами, которые они получают напрямую. Это то, над чем мы работаем. Но такие случаи – это скорее исключения, у большинства – отличные результаты. Я думаю, что граждане понимают положительное влияние децентрализации на их повседневную жизнь.

Еще многое предстоит сделать для укрепления системы, сделать ее лучше, но если вы подумаете, что было сделано менее чем за два года, вы поймете, что уже многое достигнуто.

Украина приняла необходимые законодательные акты для старта реформы здравоохранения. Каково ваше мнение об этой реформе?

Мы работаем очень эффективно с и.о. министра Супрун (и.о. министра здравоохранения Украины Уляной Супрун – ИФ.) и Министерством здравоохранения. Мы абсолютно уверены в той реформе, которую она начала, и которая была принята Радой. Мы считаем, что эта реформа идет в правильном направлении. Альтернативы нет. Это очень хорошая реформа.

Сфера здравоохранения также является приоритетом Швейцарии с тех пор, как мы начали наше техническое сотрудничество с Украиной. Первая часть программы, которая в основном заканчивается сейчас, была в значительной степени сосредоточена на женщинах и маленьких детях, беременности.

Это то, что мы можем делать без реформ – и это было на протяжении многих лет приоритетом Швейцарии – работать с врачами, медсестрами и менеджерами, чтобы помочь беременным женщинам, детям. И в этой сфере многое было достигнуто. Я хотел бы упомянуть одно: в Украине смертность детей в возрасте 1 года сильно уменьшалась за последние годы. Конечно, она по-прежнему высока по международным стандартам, это семь случаев на тысячу детей. Но до этого было 14. Так что это очень хороший результат. Это все было достигнуто не исключительно благодаря швейцарской помощи, но мы на самом деле работали вместе с украинцами и, я думаю, наша роль была достаточно важной.

Мы также уделяем особое внимание образованию. За прошедший год нами были созданы центры образования по всей стране специально для врачей, медсестер и медицинских менеджеров, чтобы научить, как улучшить качество услуг для детей и женщин. Это постоянная работа. Честно говоря, врачи очень часто не говорят с медсестрами и с менеджерами; менеджеры не разговаривают с медсестрами, все работают изолированно. Мы убрали эти стены, они начали общаться. Это отличный результат. Эти люди сейчас являются тренерами. В результате мы имеем эффект домино от региона к региону.

Мы также решили сосредоточить приоритеты Швейцарии на неинфекционных заболеваниях, в основном на здоровом образе жизни. Это также важная часть профилактической медицины. Сегодня неинфекционные заболевания, такие как сердечнососудистые заболевания и рак, являются причиной 90% смертей в стране. Предотвращение и борьба с этими заболеваниями требует большей информированности общества о здоровье, меньшей зависимости от табака и алкоголя и улучшения медицинского обслуживания. Содействие здоровому образу жизни наряду с превентивными мерами поможет обуздать такие заболевания, как рак и диабет, а также заболевания сердечнососудистой системы и респираторные заболевания.

Какие провалы и успехи Украины вы можете отметить в сфере энергоэффективности? Что необходимо сделать?

Мы твердо верим в важность энергоэффективности для всех стран, в частности для Украины. Двое из трех украинцев не могут позволить себе оплачивать свои счета за электроэнергию. Мы верим, что украинские домохозяйства могут сократить свои счета за электроэнергию, инвестируя в такие меры по повышению энергоэффективности, как замена окон или теплоизоляция крыши. По швейцарской инициативе более чем 250 тыс. домохозяйств были предоставлены кредиты для инвестиций в меры по энергоэффективности дома. Мы понимаем, что наша помощь не достаточно велика, чтобы изменить целую страну, но мы пытаемся идентифицировать людей или регионы, которые имеют реальную готовность и способность меняться.

Например, мы работаем с Винницой, это средний по размеру город. Там мы видели реакцию местных властей, которые хотят реализовать идеи совместно с нами. За последние 7 лет мы предоставили более 21 млн швейцарских франков для этого проекта. Мы начали с того, что предоставили 160 трамваев для города из Цюриха. Идея заключалась в том, чтобы уменьшить трафик, улучшить транспортную систему.

Затем мы решили также поддержать реабилитацию системы отопления Винницы. Мы построили, реконструировали, софинансировали три котельные, шесть новых газовых котлов, три котла на дровяном топливе. В целом вся система отопления Винницы была переосмыслена, перестроена и запущена снова. Теперь 80% проекта завершено и в результате Винница стала первым украинским городом, получившим европейскую энергетическую награду. Эту награду очень сложно получить, и не у многих городов Западной Европы есть такая.

Результат – сокращение на 27% потребления газа. Это означает также сокращение на 20 тыс. тонн уровня выделения углекислого газа, что важно для окружающей среды.

Такой же проект у нас есть в Житомире. Начался он позже – в 2014 году. И мы ожидаем, что Житомир станет вторым городом в 2018 году, который получил европейскую энергетическую награду. Помощь Житомиру составляет 15 млн швейцарских франков в год. Вероятно, после того как мы закончим и этот проект, мы сможем выбрать третий или четвертый город.

У нас также есть небольшой проект всего на 6 млн швейцарский франков для частных домов, а также есть два проекта с нашими международными партнерами, такими как ЕБРР и Германия, в Полтаве и Черновцах.

Какие препятствия видят швейцарские инвесторы в Украине? Как это можно решить?

Да, у нас есть и то, и другое – успехи и проблемы. Швейцария является важным иностранным инвестором. Швейцарские компании активно присутствуют в Украине. Очень радует то, что в принципе ни одна швейцарская компания не ушла из Украины в 2014-15 годах, когда Украине и украинцам было очень тяжело. Никто не ушел, все говорили: хорошо, давайте пройдем через это, будем придерживаться обязательств перед Украиной, перед рабочими, клиентами, и мы продолжим работать. В основном сейчас, в 2016-2017 годах, они рады, что остались. В глобальном масштабе они делают хороший бизнес, конечно, всегда могло бы быть лучше, могло бы быть меньше проблем для решения на регулярной основе.

Например, есть производственная база швейцарской компании Vetropack, производящей стеклянные бутылки. Они работают 24/7, две линии производства. Вы бы видели как это потрясающе! Они производят бутылки всех цветов и любой формы.

Другая компания немного дальше, называется Габарит. Они производят инструменты для ванных комнат, также работают 24/7.

Очень успешные производства, но, конечно, у них также есть и проблемы, как в любой стране. Ведение бизнеса – непростая задача. Все равно будут проблемы, которых вы не можете избежать в бизнес-деятельности. Но некоторых проблем можно было бы избежать. Иногда у вас чересчур много правил, бюрократии, а также коррупция, которая все еще является проблемой.

Я слышал рассказы о прямой и косвенной коррупции. Западные компании, швейцарские и другие работают в системе нулевой коррупции.

Но то, что я слышу, например, о системе пожарной сигнализации... Пример: пришел инспектор и сказал, что ваша система не соответствует законам и правилам. Швейцарская компания сказала: "ОК", мы приведем ее в соответствие правилам. Но в правилах есть пространство в толковании, инспектор всегда придирается к чему-то еще, поэтому швейцарская компания будет подчиняться, и будет оплачивать полную противопожарную систему. Конечно, необходимо защищать рабочих, и швейцарская компания сделает это. Проблема только в том, что иногда они слишком сильно поднимают пределы, при том, что вы видите другую компанию за углом, у которой есть только огнетушитель и ведро с водой. Одна компания инвестирует сотни тысяч долларов, а другая компания инвестирует 5 долл. Условия не равны. Таким образом, одна компания получает (и это непрямая коррупция), возможность для снижения цены, потому что, вероятно, они платят пожарному инспектору деньги, чтобы не иметь должной противопожарной системы. И это то, что я услышал от компаний. Это не проблема только для швейцарских компаний, но также для немецких, итальянских и других.

Украинских…

О да! И украинских. Но, безусловно, посыл тут заключается в том, что коррупция является проблемой. Факт, что нет соблюдения верховенства права. Это те два элемента, из-за которых многие бизнесмены сомневаются, приезжать ли в Украину. Они готовы иметь дело с конкуренцией, с деловыми проблемами, проблемами производства, но не с этими двумя проблемами, и у них мало возможностей для позитивного взаимодействия. И им это не нравится, потому что они находятся в руках местных властей или судей или инспекторов или кого-нибудь еще. Сигнал таков - пожалуйста, измените это, защитите и помогите тем компаниям, которые уже находятся в Украине, остаться тут. Конечно, необходимо привлечь больше компаний, и усилия правительства очень хорошие. Но первоочередной задачей было бы защитить компании в Украине, после чего вы привлечете новые.

В прошлом году у нас была проблема со швейцарской компанией, проблема абсолютно искусственная, созданная инспектором. В какой-то момент проблема стала очень серьезной, и это был не первый подобный случай. После этого руководство приняло решение уйти из Украины, поскольку они рассудили, что цена слишком высока, и они не могут в таких обстоятельствах заниматься бизнесом.

К счастью, реакция центральных властей была очень быстрой и позитивной, они отменили все принятые на местном уровне административные решения.

Вы знаете, это большая компания с контактами по всему миру. Если они уйдут, месседж будет катастрофичным для Украины, потому что все поймут, кто уходит.

Реакция – это хорошо, но мы должны предотвращать такие проблемы. Я думаю, что очень полезная инициатива – это бизнес-омбудсмен. Он делает очень хорошую работу, у него очень хорошие юристы, очень эффективные. И они могут реально взаимодействовать с министерствами напрямую, поэтому они очень помогают нам. Я думаю, что это то, что улучшает бизнес-среду в Украине, и компании также понимают его действия.

Каков уровень сотрудничества между Швейцарией и Украиной в выявлении и аресте активов, полученных незаконно в Украине и переданных в Швейцарию?

Швейцария отреагировала мгновенно и сразу же после отъезда Януковича (бывшего президента Украины Виктора Януковича – ИФ), все активы людей, связанных с предыдущим правительством, были заморожены. Это не так много, и я не думаю, что это миллиарды, это примерно 70 млн швейцарских франков. Таким образом, эти деньги были заморожены в 2014 году, но тут возникают трудности в рамках правовой системы. Мы понимаем, что, безусловно, эти деньги были незаконными, но вы должны это доказать. Либо другая сторона должна доказать обратное. Деньги были заморожены на 3 года – до 2017 года, и теперь мы решили продлить процесс замораживания. Мы получили много информации, которую запрашивали у вас, но все это сложно, потому что сложными были схемы перевода денег на счета в швейцарских банках. Они проходят через другие банки, другие страны, другие компании, имена, людей, даты... Вы должны проследить следы этих денег, чтобы четко доказать, что они незаконные.

Мы продолжим заморозку денег, пока вы не отправитесь в суд, после этого мы разблокируем счет и вернем деньги украинцам. Как мы и делали раньше, с другими странами многие годы.

Несколько месяцев назад мы вернули деньги в Нигерию, похищенные президентом Нигерии 15 лет назад. Процесс занял 15 лет с момента замораживания активов в банках до момента их возвращения. Но у нас есть терпение и сила, готовность двигаться вперед. Я не сомневаюсь, что дело будет успешно завершено, но нам нужно обратиться в суд, потому что возвращение средств требует судебного решения. Мы должны применять верховенство закона во всех случаях.

Украина. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interfax.com.ua, 21 декабря 2017 > № 2432915 Гийом Шойрер


Германия. Швейцария. Россия > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > gazeta.ru, 16 сентября 2017 > № 2312734 Сергей Недорослев

«Вы не станкостроители, а кружок юных пионеров»

Сергей Недорослев об импорте станков и потребностях ОПК

Михаил Ходаренок

«Газета.Ru» поговорила с президентом компании «СТАН» Сергеем Недорослевым о том, какие станки нужны оборонно-промышленному комплексу, в чем разница между немецкими и тайваньскими аппаратами, а также что происходит в отрасли в настоящее время.

— Как бы вы охарактеризовали отношения мировой индустрии станкостроения с компаниями, производящими продукцию оборонного назначения?

— Начну немного издалека. Любой инженер-механик или разработчик, который ищет сложных и интересных задач, мечтает работать в оборонной индустрии, в какой бы стране он ни жил. Почему? В ОПК зачастую самые сложные и продвинутые разработки. Поставленная задача — на первом месте, и чтобы она была выполнена, востребованы лучшие инженерные решения, пусть дорогие, только придумывай.

Рентабельность технологий, которые разрабатываются с целью обороны от средств поражения потенциального противника, не так уже и важна, так как цель всегда намного дороже, а ущерб, который она может причинить, огромен.

Поэтому инженеры в своем творчестве в ОПК меньше ограничены, чем их коллеги из других отраслей. Главное в ОПК — сделать механизм, способный надежно выполнить миссию, и крылья тут особо никто не подрезает. Поэтому такие производства везде в мире, и у нас в том числе, нуждаются во все более умном, точном и быстром металлообрабатывающем оборудовании, и это сильно продвигает станкостроение вперед.

— Наш станочный парк устарел?

— Здесь можно ответить и да, и нет. С одной стороны, если в станке есть компьютер, то надо предполагать, что он и его программное обеспечение очень быстро устаревают. И это действительно так. С другой стороны, большая часть станка — это все-таки металл, который должен себя хорошо вести при разных обстоятельствах и температурах, быть жестким, держать геометрию, чтобы обеспечить точность обработки изделий. Казалось бы, на любом станкостроительном предприятии априори вы должны ожидать самое лучшее оборудование, потому что странно было бы, если бы самые современные станки строили на устаревшем оборудовании.

Однако, зайдя на практически любой из станкостроительных заводов мира, если он не вчера построен, вы с удивлением обнаружите там станки и 25-летней, и 30-летней давности, очень много немецких, швейцарских, итальянских станков — отличных, но преклонного возраста. И, что любопытно, значительная часть из них и сегодня отвечает требованиям по точности обработки, и на них делаются уникальные вещи. Поэтому в некоторых сегментах иногда и нет необходимости в кардинальном обновлении станочного парка.

— То есть возраст для станка не всегда критичен?

— Именно так — не всегда критичен. Однако на рынке есть разные концепции. Как правило, швейцарские или немецкие станки очень хорошо сделаны, могут работать десятилетиями. Похоже, что другая концепция у китайских и тайваньских производителей. Они зачастую в короткие сроки делают станки, которые недорого стоят и быстро выходят из строя, или у них деградируют основные параметры.

И сейчас, и 25 лет назад швейцарцы, немцы и японцы поставляли очень хорошие станки. За этот период во многих отраслях промышленности произошел просто гигантский скачок, но станкостроение — более консервативная отрасль. Да, изменились скорости, значительно усовершенствовалось программное обеспечение, но основа осталась.

Эта консервативность и сослужила нам хорошую службу — станкостроительная школа в целом сохранилась, и это дало нам шанс вернуться в этот бизнес.

Надо прямо сказать, во многом это произошло благодаря помощи государства. Правительство совершенно четко сказало: мы защитим инвестиции тех, кто будет вкладывать в отечественное станкостроение, мы введем ограничения на закупку импортного оборудования, если вы сделаете необходимого качества станок, который нужен российскому рынку, ОПК.

— Почему именно для ОПК?

— По одной простой причине -- оборонно-промышленный комплекс закупает оборудование за бюджетные деньги, а, значит, он должен приобретать только отечественный станок.

Импортный станок закупается только в том случае, если в России нет соответствующего аналога.

— Что бы вы могли сказать о нашей школе станкостроения?

— Являясь больше аграрной страной, у нас своей школы станкостроения до определенного момента не было в принципе. Ее фундамент во многом создан специалистами из Германии, Англии еще до Первой мировой войны. Немцы — великолепные инженеры. Они, как и швейцарцы, во многих странах создавали основу национального станкостроения. Получается, что в России — немецко-швейцарская школа, на основе которой позже возникла и отечественная, советская школа станкостроения.

Считается, что вы станкостроитель только в том случае, если вы придумываете и конструируете станок. Если в стране есть компетенция разработки, конструирования станков, технология его производства, значит, страна станкостроительная. При этом что-то вы, конечно, можете сделать и по кооперации, например, заказать кому-то обработку деталей станка для вас. В данном случае это не так важно, главное, что вы идеолог, разработчик станка. Если же у вас нет опыта в разработке конструкции, то вас, конечно, «партнеры» могут научить собирать станки из деталей, но вы никогда даже не догадаетесь, как спроектировать этот станок и разобраться во всех тонкостях, в «ноу-хау».

Не имея этих компетенций и школы, с нуля это сделать невозможно. Нужны огромные вложения и собственная конструкторская школа. Иначе, если ваши «партнеры» уйдут, вы останетесь, как ребенок, с набором деталей, с красивым зданием, а что делать дальше и у кого спросить — непонятно.

Так что нужно развивать любой ценой свою, отечественную школу станкостроения. Как? Да просто поощрять компании, которые сами станки разрабатывают. Сделать так, чтобы торговать чужими и собирать чужие станки было экономически невыгодно.

— То есть станкостроителей в России не так уж и много?

— В настоящее время у нас в стране сборкой станков занимается, наверное, компаний 20, а то и 50, и почти все утверждают, что они станкостроители. Раньше большинство из них торговало импортными станками, хорошо зарабатывали. Вкладывать деньги ни во что не надо было — ни в конструкторов, ни в производство. Нужен был офис в Москве, продавцы и «инженеры по ремонту и наладке». И как раз ВПК взялся техперевооружаться, были выделены огромные деньги на станки и оборудование, и началось!

К 2010 году общими усилиями этих продавцов довели долю импортного оборудования на российском рынке до 95%.

Торговать было выгоднее, чем производить. Но потом Минпром, правительство выпустили запрет на покупку станков «нероссийского происхождения» за счет бюджета, и тогда продавцы вдруг стали отечественными станкостроителями — арендовали помещения, шоурумы и стали собирать импортные станки в России.

Что тут можно сказать? Спросите любого станкостроителя старше 50 лет с опытом разработки и производства станков. Он ответит, нет, ребята, вы не станкостроители, а кружок на станции юных пионеров с учителем-наставником из-за границы. Что вы будете делать, когда руководитель кружка уедет? Вам кажется, что всему научились, видели, как собирает станок руководитель. А смогут ли они создать, разработать с нуля под конкретные сложные задачи станок без него? Ответ однозначный — нет.

Вот почему нужно сохранять и беречь собственную компетенцию и станкостроительную школу. У нас это Стерлитамак, Коломна, Рязань, Азов, Иваново — традиционные места, где станкостроительной школе 50 лет. Это ведь было очень непросто — советская власть потратила огромные деньги на развитие станкостроения, чтобы мы сами могли задумать станок под свои задачи, сконструировать, отработать с технологами, запустить в производство. Вот это самое сложное. Нам эта школа очень тяжело далась: мы выпускали станков больше всех в мире, ошибались больше всех в мире, потратили, я думаю, тоже больше всех в мире.

— В России сегодня делаются конкурентоспособные станки?

— Да, разрабатываются и производятся. И довольно оригинальные, вот только продавать их непросто. Трудно конкурировать с мировыми гигантами, у которых и денег огромное количество, и маркетинг мощнейший, и огромный опыт продаж. Отечественным же станкостроителям почти невозможно найти деньги, профинансировать производство, даже когда найдешь заказ. Спросите наших коллег во Владимире, Липецке, Уфе и многих других местах, у них у всех одинаковые сложности.

— А почему иностранные компании проявили подобный интерес к этой сфере?

— Все очень просто. Когда было объявлено, что выделено 20 трлн рублей на реформу армии и ОПК, все сразу задали вопрос: а будет ли осуществлено техперевооружение компаний? Было публично заявлено, что на техперевооружение выделят 3,8 трлн рублей. Деньги немалые. И вот тут сразу появились иностранные компании в промышленном масштабе и стали массово поставлять станки, и, конечно, отечественным производителям реально просто невозможно было конкурировать.

— Но им же были поставлены какие-то условия?

— Сначала условий не было никаких, только позже, увидев, как импорт сметает отечественное станкостроение с рынка, правительство решило — вы ничего поставлять не будете, если не сделаете здесь заводы и не локализуете производство своих станков.

Компании посчитали, сколько они заработают на поставке. Получилось, что строительство завода и 10% не стоит от возможной прибыли, нужно просто организовывать сборку и пообещать изготовление деталей для станка в будущем. И начали собирать.

Это намного дешевле, чем содержать целое конструкторское бюро, технологов, производство. Рано или поздно они освоят все деньги, которые правительство заложило на техперевооружение, и усилят на них же станкостроение в своей стране.

Лет на двадцать поставят нас в зависимость от своих запчастей, потому что если станок собран, и он работает, то рано или поздно придется закупать запчасти. Вот какая чисто коммерческая задача была у иностранцев. И здесь нет никакого хитрого замысла. И никакие они нам не враги, наоборот, относятся дружески. Но KPI-то их менеджерам никто не отменял: им нужно мало вкладывать и много зарабатывать. Это элементарный коммерческий расчет.

— И не более того?

— А вы думаете, у них задача — строить у нас станки дешевле и потом по всему миру продавать? Нет, самые толковые специалисты находятся там, где создается вся добавочная стоимость. На операции сборки особой прибыли нет. Сборка — это, конечно, очень важный процесс, мелочей в станкостроении нет, но там нет прибыли. Нет прибыли и в изготовлении деталей, и в изготовлении самого станка.

Вся прибыль заключается в разработке станка и маркетинге, и если этого нет, то в конечном итоге не останется ничего.

Если завтра в Ульяновске, к примеру, откажутся точить детали, то разработчики закажут их в сотне других мест — от Индонезии до Мексики.

Германия. Швейцария. Россия > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > gazeta.ru, 16 сентября 2017 > № 2312734 Сергей Недорослев


Россия. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика > trud.ru, 7 июля 2017 > № 2234084 Ив Россье

«Россия неотделима от Европы. Чтобы понять это, достаточно побывать в европейском Владивостоке»

Олег Шевцов, политический обозреватель «Труда»

В начале 2017-го к работе в Москве приступил новый посол Швейцарии в РФ Ив Россье. До своего назначения он был вторым лицом швейцарского МИДа — пожалуй, впервые дипломат такого высокого уровня представляет Конфедерацию в России. А еще про него говорят (и даже критикуют!), что Ив Россье придерживается «необычно открытого и прямолинейного для высокопоставленного дипломата стиля». Впрочем, сам господин посол в одном из интервью ответил на это так: «Образ застегнутого на все пуговицы дипломата, который, отставив мизинчик, пьет шоколад из чашечки, является устаревшим... Важнейшую роль в его работе играют постоянные дискуссии и переговоры с целью нащупать какое-то решение проблемы. Точность и ясность могут оказаться очень полезными». В чем мог убедиться и обозреватель «Труда», с которым господин Россье поделился мыслями о своем назначении, о восприятии России, санкциях и о других не менее интересных и важных материях.

— Господин посол, для начала общий вопрос: что вас, юриста по профессии, успешного адвоката, толкнуло во внешнюю политику?

— Вот вам общий ответ: мне нравится работать на государство. Считаю, что государство — главный фактор политического и социального сплочения в Швейцарии. У нас так говорят, причем на латыни: «Конфедерацией управляет людской хаос и божественное провидение». А провидению помогает государство. Ну а я помогаю государству.

— А почему Москва, а не, скажем, Вашингтон? Это ваш выбор?

— Да, это мой выбор, и вот почему. Начнем с того, что Россия всегда играла определяющую роль в европейской истории. Ваша страна меня зачаровывает. Во многом воспринимаю ее через историю и русских писателей, особенно XIX века. И для меня это отличная возможность перейти от книжных впечатлений к реальным. К тому же позиция Швейцарии по отношению к России — особая, что являлось для меня дополнительным соображением при выборе назначения. Есть и личные причины. У меня пятеро взрослых детей, и мне хотелось сохранять связь с семьей, не уезжать от нее далеко. Вот и получилось, что Москва — это единственное место, где я бы хотел работать послом.

— И какие задачи вы считаете для себя приоритетными в сфере двусторонних отношений?

— Общая линия — упрочение связей между нашими странами, ведение диалога по самым актуальным проблемам — например, в борьбе с терроризмом. Вторая большая задача — поддержка швейцарских граждан и предприятий в РФ, развитие экономических отношений с Россией. У вас огромная страна, и нам важно не заклиниваться на Москве и Санкт-Петербурге, а идти в центры российских регионов, которые развиваются хорошими темпами. Есть Ростов и Краснодар, Дальний Восток, Сибирь, Казань... Я буду прилагать усилия для дальнейшего укрепления наших связей с регионами, в том числе на уровне губернаторов, мэров, местных властей. Первая задача посла — обеспечивать швейцарское присутствие, по возможности, на всей территории России. Вот, к примеру, сейчас еду на Северный Кавказ. А наш министр экономики Йоханн Шнайдер-Амман в июле побывает помимо Москвы в Екатеринбурге, на выставке «Иннопром».

— Какие сферы экономического сотрудничества наших стран вам кажутся особенно интересными и перспективными?

— Например, энергоэффективность и альтернативные источники энергии. Постепенный отказ от ядерной составляющей предполагает переход к возобновляемым источникам. Вы начали этим заниматься недавно, мы же, не имея ископаемых ресурсов, на это давно обречены. Так что просматривается очевидный резерв для технологических обменов. В области энергосбережения — это прежде всего эффективность транспортировки, энергосетей, минимизация потерь. Кроме того, в Год экологии в России важная тема — утилизация отходов с использованием вторсырья и производством энергии при сжигании. Мы в Швейцарии утилизируем все отходы, а в России еще есть свалки. Тут есть потенциал.

— «Швейцария» и «нейтралитет» — синонимы или уже не совсем? И как на практике осуществить сближение между нашими странами в контексте нынешних, весьма неблагоприятных отношений России и Запада?

— Понятие «нейтралитет» широкое, оно имеет отношение к целому ряду стран: Монголия, Туркменистан, Ирландия, Швейцария, Кипр, Австрия... Объединяющий, базовый принцип: нейтральная страна не входит в военные союзы. Швейцария ведет политику нейтралитета, которая выходит за рамки этой формулы. Исторически усилия Швейцарии, особенно на площадке Женевы, были гуманитарными, направленными на то, чтобы уменьшить негативные последствия военных конфликтов, и дипломатическими — с предоставлением места для облегчения контактов между конфликтующими сторонами. Пример — Сирия, где мы поддерживаем усилия ООН, предоставляя экспертов и площадку для переговоров, и оказываем помощь беженцам.

Что касается отношений России и стран Западной Европы или США, то между ними сегодня нет военного конфликта. Но есть глубокий политический кризис, и, в частности, санкции — лишь результат этого кризиса. Проблема не в них, а в ситуации, которая вызревала годами и достигла апогея с украинским кризисом и аннексией Крыма. Ошибочно думать, что со снятием санкций уйдет проблема. Только решив проблему, мы избавимся от санкций. А ее решение займет время.

— Но как выйти из тупика, в который загоняют диалог с Западом новые санкции против РФ, принятые недавно Конгрессом США?

— Надо продолжать искать выход. Что касается санкций, Швейцария, не входящая в экономические и политические союзы, не применяет автоматически решения, одобренные группой стран — у нас независимая внешняя политика. Каждый раз мы задаем себе вопрос, оправданны ли санкции, позволят ли они достичь цели, нужны ли они нам. В случае с санкциями против России по Крыму, на наш взгляд, имело место нарушение международного права, и мы ввели ограничения на инвестиции в Крыму. В том, что касается украинского кризиса, мы сами не вводили санкций, но для Швейцарии важно, чтобы наша страна не использовалась западноевропейскими или российскими компаниями для обхода санкционного режима. И мы ведем мониторинг сделок, которые потенциально могут совершаться в нарушение этого правила. Нас прежде всего интересует работа по преодолению кризиса, но и каналом обхода санкций мы быть не хотим.

— Известно, что США имеют привычку настаивать на обязательности своих рестрикций. Как в случае с Ираном, можно ожидать применения штрафов против иностранных банков, не присоединившихся к санкциям. Швейцария устоит?

— Проблема в поведении самих банков. Решения американской юстиции зачастую носят экстра-территориальный характер. Возможность свободно работать в долларах через американский рынок для большинства финансовых операторов в мире жизненно необходима. Поэтому банки очень осторожны, опасаются перейти красные флажки, выставленные в США. Проблема касается всех — не только европейцев, но и китайских банков, и коллег из Персидского залива, и российских банков за рубежом. В банках начинают перестраховываться, при сделках с Россией зажигается красный свет, и все начинают судорожно перепроверять параметры операции. Это увеличивает сроки и издержки. Во избежание риска легче отказать клиенту. Это психологический эффект американских санкций, замораживающий деловую активность на российском направлении.

— А разве мир не многополярен, тем более для нейтральной Швейцарии?

— Политический мир может быть многополярен, но финансовые рынки замыкаются на Нью-Йорк. Даже при наличии таких центров, как Лондон, Франкфурт и Сингапур, центр тяжести находится на рынке США.

— Тогда ваш проект по развитию экономических отношений с Россией едва ли реализуем, не так ли?

— Для швейцарских компаний, уже действующих в России (а таких немало), опасности нет. Их больше заботят слабый рубль и падение цен на нефть, что тормозит дальнейшее развитие наряду с ограниченностью доступа России к кредитованию. А вот для прихода в Россию новых игроков, возможно, риски покажутся завышенными. И здесь может помочь наше посольство, информируя о реалиях рынка и выступая в роли проводника для сомневающихся.

Я уверен в необходимости нормализации делового климата, так как Россия и остальная Европа взаимодополняемы. Россия — это не Китай и не Азия. Чтобы понять это, достаточно побывать в европейском Владивостоке. Мы исходим из того, что для Европы и России как ее неотъемлемой части политический кризис как-то разрешится. Это произойдет не так быстро, но здесь как раз и понадобится Швейцария в роли посредника, помогающего сохранить диалог и искать новые, взаимоприемлемые решения.

— Но Крым останется российским. Значит, полная нормализация отношений с Россией исключается на десятилетия?

— Когда нужно выйти из тупика, в дипломатии важно суметь разделить проблемы. Проблема Крыма очень серьезна. Но ситуация на востоке Украины и Минские соглашения — отдельная от Крыма проблема. Это две раздельные повестки, которые следует рассматривать самостоятельно. Если мы хотим остановить ухудшение российско-европейских отношений, то надо эти вещи разделять. Иначе из этого клубка никогда не выбраться. Подход, что все должно быть преодолено сразу в один прием, — это тупиковый путь.

— А может ли Швейцария стать альтернативой для российских денег, завязших в бондах казначейства США, если Москва озаботится санкционными рисками и выведет их?

— Думаю, здесь больше нужна не банковская, а крупная биржевая площадка, где сосредоточены большие сделки и денежные потоки. Проблема с размещением средств в нашем банковском секторе в том, что у нас переизбыток депозитов. Сейчас у нас отрицательная ставка по депозитам в национальной валюте. Нацбанк пытается ограничить приток инвестиций, так как репутация надежной гавани привлекает избыточные средства в экономику страны. Переоцененный швейцарский франк, особенно по отношению к евро, тормозит темпы роста и экспорт прежде всего на европейский рынок, основной для нас... Я ответил на ваш вопрос?

— Вполне, господин посол. И спасибо за откровенный разговор.

Россия. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика > trud.ru, 7 июля 2017 > № 2234084 Ив Россье


Швейцария. Россия > Агропром. Медицина > bfm.ru, 29 июня 2017 > № 2471769 Сергей Слипченко

Вице-президент Philip Morris: «Мы формируем будущее без сигаретного дыма»

Сергей Слипченко пояснил, как в компании относятся к законодательным ограничениям продажи продукции с пониженным риском и внедрению в отрасли единой информационной системы

Табачный ЕГАИС и табачное право: о чем стоит задуматься тем, кто все еще не бросил вредную привычку, в интервью Business FM рассказал вице-президент по корпоративным вопросам аффилированных компаний Philip Morris International в России Сергей Слипченко. С ним беседовал главный редактор радиостанции Илья Копелевич.

Philip Morris — табачная компания, у которой, как говорят оптимисты здорового образа жизни, нет будущего. У нас даже если законопроект о том, чтобы лет через 15-20 лицам, которые родились после 2014 года, вообще никогда не продавали сигарет. Рассматриваете ли вы перспективу, что человечество полностью откажется от курения?

Сергей Слипченко: Одними запретами полностью проблему курения решить нельзя. Как лидеры табачной отрасли мы должны предложить альтернативы, которые могут внести вклад в снижение вреда от курения сигарет. Для нас как для компании сейчас, наверное, самое интересное время в нашей истории, потому что мы стоим на пороге самых грандиозных изменений в нашем бизнесе и перемен вообще всей парадигмы нашего бизнеса. Предлагая в качестве альтернативы курения сигарет инновационные продукты с пониженным риском, мы фактически формируем будущее нашего бизнеса без сигаретного дыма. Мы об этом заявили на весь мир в январе, когда наш главный исполнительный директор, выступая на телевидении, сказал, что компания встала на путь поэтапного отказа от производства сигарет, замещая эту продукцию производством инновационных никотиносодержащих продуктов с пониженным риском.

Какова ваша, может быть, не корпоративная позиция, а личная, веры или неверия, человечество откажется полностью от курения?

Сергей Слипченко: Правильнее всего основываться на фактах. Если мы посмотрим последние 30 лет активной борьбы с курением, то увидим, что действительно потребление снижается, особенно при введении жестких запретов. Но если смотреть в целом, глобально, количество курящих людей в мире особо не снижается. Сама Всемирная организация здравоохранения, которая глобально отвечает за борьбу с курением, табаком, говорит, что даже при всех ограничительных и жестких мерах через 25-30 лет на планете останется тот же миллиард с небольшим курильщиков, который есть и сегодня.

Это будет гораздо меньшая доля населения, поскольку мы ждем, что через 25-30 лет оно увеличится до 7,5-8 миллиардов. Как происходит приспособление к новой, более здоровой реальности? Я, честно скажу, к сожалению, курильщик. Когда-то появились сигареты lights, которые затем разоблачали все та же Всемирная организация здравоохранения и различные фонды, рассказывали и объясняли, что это не более чем уловка, маркетинг. Потребителю внушают идею, что эта сигарета менее вредная, чем та, которую он курил вчера, и он может курить даже больше. Так и происходило. В результате особенно росло потребление табака в Японии, Китае. Чем новые истории о понижении риска отличаются от истории lights?

Сергей Слипченко: Прежде всего тем, что они основаны на фундаментальной научной базе и исследованиях, которые мы начали проводить около семи лет назад, серьезно занявшись поиском решения о снижении вреда сигарет. Мы инвестировали более 3 млрд долларов в создание продуктов, а также в исследования, которые бы подтверждали наши выводы о том, что эта продукция — с существенно меньшим вредом и риском для здоровья по сравнению с сигаретами. Все наши исследования проводятся по самым жестким международным фармстандартам. Они строятся на принципе поэтапного исследования, начиная с токсикологических и заканчивая клиническими исследованиями, которые необходимы для того, чтобы увидеть влияние инновационных продуктов с пониженным риском на организм курильщика по сравнению с продолжением курения сигарет. Конечно же, они не полностью безвредны. Лучший способ полностью исключить риски и вред — это отказаться от употребления никотина в любом его виде и форме. Возвращаясь к фактам, сегодня в мире курит миллиард людей, и ВОЗ сама говорит о том, что этот же миллиард будет, скорее всего, курить через 25-30 лет. Мы как компания ставим себе задачу, в том числе и социальную, разработать, научно обосновать и предложить потребителю продукт, который в среднем на 90-95% снижает риск и вред по сравнению с курением сигарет.

Вы готовы к тому, что все-таки законодатели займутся и этим продуктом?

Сергей Слипченко: Мы не только готовы, мы считаем это одним из самых важных этапов на сегодняшний момент. Любая новая категория, инновация в бизнесе, а тем более в таком чувствительном, как табачный, должна иметь четко прописанный нормативно-правовой контур. Во-первых и прежде всего, данные изделия предназначены исключительно для курильщиков, доступ к ним некурящих и несовершеннолетних должен быть ограничен.

Сейчас по закону 15-летний юноша может подойти и приобрести это устройство, оно вообще ни в какой закон не попадает?

Сергей Слипченко: Сегодня никакой нормативно-правовой базы для этих изделий нет, хотя в своей практике при продаже мы убеждаемся в том, что потребитель совершеннолетний и является курильщиком.

Вы добровольно это делаете?

Сергей Слипченко: Добровольно и считаем это нашей обязанностью. Законодательство на сегодняшний день четко не регламентирует данные инновационные продукты, тем не менее мы понимаем: чтобы это стало нормой, правилом для всех участников рынка, необходимо законодательное закрепление и жесткое регулирование доступа к этой продукции исключительно курильщиков.

Продукт относительно новый. Россия, конечно, не первая страна, где он появился, его продают и в европейских странах. Вас еще нигде не отрегулировали, даже в Швейцарии, где других проблем-то нет, кроме как регулировать эти сферы жизни?

Сергей Слипченко: Поскольку это относительно новая категория, которая начала активно развиваться и выходить на рынки около трех-четырех лет назад, сегодня дискуссия с регулятором ведется во многих странах. Если взять Швейцарию, там уже есть определенное понимание на уровне исполнительной и законодательной власти, что это продукция другая по своему влиянию на здоровье и именно поэтому она требует отдельного регулирования. Подобный диалог происходит во многих странах Европы.

Но нигде пока ничего не принято?

Сергей Слипченко: Нигде пока отдельного законодательства нет, потому что многие страны в этом вопросе ориентируются на позицию Всемирной организации здравоохранения. ВОЗ в ноябре прошлого года на конференции сторон в рамках промышленной конвенции по борьбе с табаком в Нью-Дели, во-первых, признала факт появления этих продуктов, заявила в резолюции о том, что данные продукты в случае переключения на них большинства курящего населения имеют шанс существенным образом улучшить состояние общественного здоровья, а также сказала, что исследования в этом направлении и по этим продуктам должны быть продолжены на независимых научных площадках, чтобы можно было досконально убедиться в их реальном влиянии на здоровье.

Илья Копелевич

Швейцария. Россия > Агропром. Медицина > bfm.ru, 29 июня 2017 > № 2471769 Сергей Слипченко


Швейцария. Россия > СМИ, ИТ. Агропром. Медицина > bfm.ru, 29 июня 2017 > № 2226363 Сергей Слипченко

Вице-президент Philip Morris: «Мы формируем будущее без сигаретного дыма»

Сергей Слипченко пояснил, как в компании относятся к законодательным ограничениям продажи продукции с пониженным риском и внедрению в отрасли единой информационной системы

Табачный ЕГАИС и табачное право: о чем стоит задуматься тем, кто все еще не бросил вредную привычку, в интервью Business FM рассказал вице-президент по корпоративным вопросам аффилированных компаний Philip Morris International в России Сергей Слипченко. С ним беседовал главный редактор радиостанции Илья Копелевич.

Philip Morris — табачная компания, у которой, как говорят оптимисты здорового образа жизни, нет будущего. У нас даже если законопроект о том, чтобы лет через 15-20 лицам, которые родились после 2014 года, вообще никогда не продавали сигарет. Рассматриваете ли вы перспективу, что человечество полностью откажется от курения?

Сергей Слипченко: Одними запретами полностью проблему курения решить нельзя. Как лидеры табачной отрасли мы должны предложить альтернативы, которые могут внести вклад в снижение вреда от курения сигарет. Для нас как для компании сейчас, наверное, самое интересное время в нашей истории, потому что мы стоим на пороге самых грандиозных изменений в нашем бизнесе и перемен вообще всей парадигмы нашего бизнеса. Предлагая в качестве альтернативы курения сигарет инновационные продукты с пониженным риском, мы фактически формируем будущее нашего бизнеса без сигаретного дыма. Мы об этом заявили на весь мир в январе, когда наш главный исполнительный директор, выступая на телевидении, сказал, что компания встала на путь поэтапного отказа от производства сигарет, замещая эту продукцию производством инновационных никотиносодержащих продуктов с пониженным риском.

Какова ваша, может быть, не корпоративная позиция, а личная, веры или неверия, человечество откажется полностью от курения?

Сергей Слипченко: Правильнее всего основываться на фактах. Если мы посмотрим последние 30 лет активной борьбы с курением, то увидим, что действительно потребление снижается, особенно при введении жестких запретов. Но если смотреть в целом, глобально, количество курящих людей в мире особо не снижается. Сама Всемирная организация здравоохранения, которая глобально отвечает за борьбу с курением, табаком, говорит, что даже при всех ограничительных и жестких мерах через 25-30 лет на планете останется тот же миллиард с небольшим курильщиков, который есть и сегодня.

Это будет гораздо меньшая доля населения, поскольку мы ждем, что через 25-30 лет оно увеличится до 7,5-8 миллиардов. Как происходит приспособление к новой, более здоровой реальности? Я, честно скажу, к сожалению, курильщик. Когда-то появились сигареты lights, которые затем разоблачали все та же Всемирная организация здравоохранения и различные фонды, рассказывали и объясняли, что это не более чем уловка, маркетинг. Потребителю внушают идею, что эта сигарета менее вредная, чем та, которую он курил вчера, и он может курить даже больше. Так и происходило. В результате особенно росло потребление табака в Японии, Китае. Чем новые истории о понижении риска отличаются от истории lights?

Сергей Слипченко: Прежде всего тем, что они основаны на фундаментальной научной базе и исследованиях, которые мы начали проводить около семи лет назад, серьезно занявшись поиском решения о снижении вреда сигарет. Мы инвестировали более 3 млрд долларов в создание продуктов, а также в исследования, которые бы подтверждали наши выводы о том, что эта продукция — с существенно меньшим вредом и риском для здоровья по сравнению с сигаретами. Все наши исследования проводятся по самым жестким международным фармстандартам. Они строятся на принципе поэтапного исследования, начиная с токсикологических и заканчивая клиническими исследованиями, которые необходимы для того, чтобы увидеть влияние инновационных продуктов с пониженным риском на организм курильщика по сравнению с продолжением курения сигарет. Конечно же, они не полностью безвредны. Лучший способ полностью исключить риски и вред — это отказаться от употребления никотина в любом его виде и форме. Возвращаясь к фактам, сегодня в мире курит миллиард людей, и ВОЗ сама говорит о том, что этот же миллиард будет, скорее всего, курить через 25-30 лет. Мы как компания ставим себе задачу, в том числе и социальную, разработать, научно обосновать и предложить потребителю продукт, который в среднем на 90-95% снижает риск и вред по сравнению с курением сигарет.

Вы готовы к тому, что все-таки законодатели займутся и этим продуктом?

Сергей Слипченко: Мы не только готовы, мы считаем это одним из самых важных этапов на сегодняшний момент. Любая новая категория, инновация в бизнесе, а тем более в таком чувствительном, как табачный, должна иметь четко прописанный нормативно-правовой контур. Во-первых и прежде всего, данные изделия предназначены исключительно для курильщиков, доступ к ним некурящих и несовершеннолетних должен быть ограничен.

Сейчас по закону 15-летний юноша может подойти и приобрести это устройство, оно вообще ни в какой закон не попадает?

Сергей Слипченко: Сегодня никакой нормативно-правовой базы для этих изделий нет, хотя в своей практике при продаже мы убеждаемся в том, что потребитель совершеннолетний и является курильщиком.

Вы добровольно это делаете?

Сергей Слипченко: Добровольно и считаем это нашей обязанностью. Законодательство на сегодняшний день четко не регламентирует данные инновационные продукты, тем не менее мы понимаем: чтобы это стало нормой, правилом для всех участников рынка, необходимо законодательное закрепление и жесткое регулирование доступа к этой продукции исключительно курильщиков.

Продукт относительно новый. Россия, конечно, не первая страна, где он появился, его продают и в европейских странах. Вас еще нигде не отрегулировали, даже в Швейцарии, где других проблем-то нет, кроме как регулировать эти сферы жизни?

Сергей Слипченко: Поскольку это относительно новая категория, которая начала активно развиваться и выходить на рынки около трех-четырех лет назад, сегодня дискуссия с регулятором ведется во многих странах. Если взять Швейцарию, там уже есть определенное понимание на уровне исполнительной и законодательной власти, что это продукция другая по своему влиянию на здоровье и именно поэтому она требует отдельного регулирования. Подобный диалог происходит во многих странах Европы.

Но нигде пока ничего не принято?

Сергей Слипченко: Нигде пока отдельного законодательства нет, потому что многие страны в этом вопросе ориентируются на позицию Всемирной организации здравоохранения. ВОЗ в ноябре прошлого года на конференции сторон в рамках промышленной конвенции по борьбе с табаком в Нью-Дели, во-первых, признала факт появления этих продуктов, заявила в резолюции о том, что данные продукты в случае переключения на них большинства курящего населения имеют шанс существенным образом улучшить состояние общественного здоровья, а также сказала, что исследования в этом направлении и по этим продуктам должны быть продолжены на независимых научных площадках, чтобы можно было досконально убедиться в их реальном влиянии на здоровье.

Будете ли вы предлагать законодателям, чтобы эти устройства, в отличие от сигарет, не запрещали к использованию в общественных местах, поскольку, как вы утверждаете, они бездымные?

Сергей Слипченко: Как уже я говорил, регулирование этих продуктов должно учитывать научную базу, исследования и реальные факты о воздействии их на здоровье курильщика. Соответственно, регуляторную или нормативную базу по этим продуктам должны строить, с нашей точки зрения, исходя из трех принципов. О первом я уже сказал: законодательно ограничить доступ к этим продуктам только совершеннолетних курильщиков. Второй принцип: совершеннолетние курильщики должны получать информацию о наличии таких продуктов, об их сниженном воздействии на здоровье, о том, что эти продукты менее вредны, чем продолжающееся курение сигарет, чтобы этот выбор был осознанный и информированный. И третье — создание определенных условий, при которых будет мотивация потребителя перейти на данный тип изделий. Использование должно быть ограничено в общественных местах, где это просто неуместно со всех точек зрения. В местах, где собирается совершеннолетняя аудитория — места общественного питания, досуга, рестораны, бары — с учетом того, что эти продукты действительно не влияют на качество воздуха в помещении из-за отсутствия дыма и горения...

Допустим, что это еще предстоит доказать со временем.

Сергей Слипченко: Да, при условии, что это доказано, оставить использование на усмотрение руководства заведения. По этому принципу уже пошли некоторые страны.

Будем ждать, когда будут приняты первые законодательные акты, чтобы ориентироваться. Конечно, США — страна с одним из самых жестких законодательств в области борьбы с курением, так что это, безусловно, будет показательно. В России же идет острая дискуссия насчет распространения системы ЕГАИС (Единая государственная автоматизированная информационная система) на табачные изделия. Какова ваша позиция?

Сергей Слипченко: Действительно, буквально несколько недель назад была достаточно острая дискуссия по этому вопросу. Регулировать и отслеживать табачную продукцию очень важно со всех точек зрения, в том числе и с экономической, потому что отрасль в прошлом году дала в бюджет РФ более 650 млрд рублей — это уже около 4,5% федерального бюджета.

Это акцизы.

Сергей Слипченко: Это акцизы, налоги, все бюджетные уровни. Поскольку это чувствительная, подакцизная группа товаров, нужно четко понимать всю логистическую цепочку, отслеживать то, что в обороте находится исключительно легальный товар.

По вашим оценкам, контрафакт с ростом акциза растет?

Сергей Слипченко: Контрафакт растет, это тревожная тенденция, особенно последних двух лет, на фоне существенного увеличения цены легального продукта на рынке Российской Федерации, связанного с акцизами. Но структура контрафакта, нелегального рынка в России — это преимущественно продукция, которая приходит в Россию из сопредельных государств Евразийского экономического союза, поскольку там сегодня акцизная нагрузка в разы ниже, чем в Российской Федерации. Это проблема, которая полностью ЕГАИС не решается, потому что в случае с ЕГАИС мы отслеживаем только продукт, произведенный в России. Система нужна, но ее необходимо создавать с учетом отраслевой, производственной специфики.

В чем принципиальные отличия от алкогольной продукции, которая сжилась с ЕГАИС?

Сергей Слипченко: Первое — это скорость производства. Существующее оборудование на фабриках всех крупнейших производителей позволяет производить до тысяч пачек в минуту. При таком подходе нужны решения, которые позволяют наносить и сканировать носитель с такой скоростью, чтобы автоматически считывать и забивать в систему.

А нет такого технического решения?

Сергей Слипченко: Есть. На сегодняшний день они применяются и в фарминдустрии. Например Data Matrix или DOT код наносится непосредственно на упаковку товара и содержат всю необходимую информацию, чтобы можно было идентифицировать продукцию. Это первое и очень важное условие, потому что в противном случае мы замедляем производство, а это может привести к дефициту продукции на рынке, росту цен и так далее. Второе условие — это агрегация данных. Наш товар реализуется в основном в пачках, но при этом в логистической цепочке он существует от паллет до коробов, блоков. Возможность привязать пачку к блоку и далее к коробу и идентифицировать по такой цепочке производственную линию, на которой продукт был произведен, критична, чтобы видеть полностью всю цепочку.

То есть тару тоже нужно учесть, в отличие от бутылок?

Сергей Слипченко: Фактически да. Тогда можно видеть всю сбытовую цепочку и полностью контролировать оборудование.

И в результате?

Сергей Слипченко: В результате мы считаем, что система нужна, но она должна основываться на передовых современных технологиях.

Ваша позиция: она нужна, но вопрос времени, чтобы отрасль могла подготовиться?

Сергей Слипченко: Вопрос времени, вопрос выбранного носителя. Информацию нужно наносить не на специальные или акцизные марки, а непосредственно на упаковки, чтобы эта информация была неотделима от потребительской упаковки и соответствовала нашим техническим возможностям производства и сканирования. И необходима агрегация, о которой я сказал, чтобы можно было проследить всю цепочку, в том числе среднее звено, что ЕГАИС сегодня не позволяет делать в алкогольном бизнесе: мы видим бутылку только на выходе с завода, и дальше марка гасится в рознице.

Коль скоро разногласия сугубо технологические, диалог между отраслью и регулятором происходит в нормальном режиме?

Сергей Слипченко: Я бы сказал, с регуляторами, потому что в Российской Федерации нет единого регулятора. Мы де-юре находимся в Минсельхозе, хотя табак не выращивается в РФ, а полностью завозится из-за рубежа. Есть понимание и в правительстве, прежде всего в том, что в вопросе разработки системы необходимо учитывать новейшие технологии и специфику отрасли. Мы продолжаем на эту тему диалог и благодарны, что позиция отрасли воспринимается.

Через сколько времени, с вашей точки зрения, вы могли бы безболезненно ввести эту систему, без ущерба для текущего производства и без дефицита?

Сергей Слипченко: При условии, что технология будет выбрана с учетом нашей производственной специфики и тех технических моментов, о которых я сказал чуть раньше, я допускаю возможность внедрения такой системы к середине — второй половине следующего года. Мы уже начали процесс оборудования этих линий.

То есть вы своими предложениями никак не торпедируете идею законодателей, вопрос только в том, чтобы сформулировать технологические вопросы, решить технические вопросы. Спасибо!

Сергей Слипченко: Спасибо вам!

Илья Копелевич

Швейцария. Россия > СМИ, ИТ. Агропром. Медицина > bfm.ru, 29 июня 2017 > № 2226363 Сергей Слипченко


Россия. Швейцария. Весь мир. ЦФО > Транспорт. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 23 июня 2017 > № 2220843 Дмитрий Медведев

О ходе подготовки Московского авиационного узла к проведению в 2018 году в России чемпионата мира по футболу.

Совещание в аэропорту Шереметьево.

Перед совещанием Председатель Правительства ознакомился с презентацией комплексной программы развития и модернизации аэропорта Шереметьево к чемпионату мира по футболу 2018 года, осмотрел строящиеся пассажирский терминал В и грузовой терминал «Москва Карго», а также межтерминальный переход между Северным и Южным терминальными комплексами.

Вступительное слово Дмитрия Медведева на совещании:

У нас сегодня в полном смысле производственное совещание по подготовке к проведению чемпионата мира по футболу. Но на самом деле это гораздо более широкая проблематика, а именно проблематика развития Московского авиационного узла, но в контексте тех больших событий, которые предстоят.

Я посмотрел с коллегами сейчас, как идёт реконструкция Шереметьево. Это большая стройка, она проходит в рамках Программы подготовки к проведению чемпионата мира по футболу. Давайте обсудим, как выполняются мероприятия этой программы в части развития именно Московского авиаузла.

Это банальность, но действительно любая страна начинается с аэропорта. В этом смысле и Шереметьево, и Домодедово, и Внуково, все другие аэропорты, которые будут встречать наших гостей, – это, по сути, лицо нашего государства, визитные карточки нашей страны. Аэропорт – это первое, с чем сталкиваются туристы, и на самом деле первое, что запоминается. Каждый из нас, приезжая в другие страны, обращает внимание, как выглядит аэропорт, как работают аэропортовые службы и даже какая там атмосфера. И во многом это влияет на настроение людей, задаёт тон их дальнейшему пребыванию и путешествию. В наших с вами интересах сделать всё возможное, чтобы и для наших туристов, и для иностранных гостей был обеспечен высочайший уровень сервиса и безопасности.

Развитие инфраструктуры аэропортов остаётся одной из ключевых целей государства. Мы и дальше будем принимать все необходимые решения. Сегодня коллеги затронут некоторые вопросы, связанные с необходимостью принятия ряда государственных решений. Я уже подписал распоряжение Правительства о предоставлении участка площадью 200 тыс. кв. м под строительство третьей взлётно-посадочной полосы в Шереметьево. Этот документ вышел, и, соответственно, здесь необходимая легальная основа обеспечена.

Это востребованный проект для одного из самых крупных и, наверное, лучших аэропортов Европы. На новой полосе смогут приземляться и взлетать воздушные суда практически всех типов. После ввода в строй инфраструктуры пропускная способность аэропорта существенно увеличится – до 90 взлётно-посадочных операций в час. Кроме того, должны быть созданы благоприятные условия для работы всех авиакомпаний.

Мы с вами встречаемся в разгар Кубка конфедераций FIFA. На аэропорты Московского авиационного узла приходится значительная часть пассажиропотока. Здесь делают пересадку многие российские и иностранные зрители для дальнейших полётов в Сочи, Петербург и Казань. Ежедневно в период кубка принимается около 280–290 тыс. человек, это на 20–30 тыс. превышает обычные показатели. В целом пункты пропуска через государственную границу справляются.

Кубок конфедераций является, по сути, генеральной репетицией перед мировым чемпионатом. Важно отработать все механизмы взаимодействия между организаторами транспортного обслуживания, погранобслуживания, другими сервисами. Очевидно, что во время чемпионата мира по футболу нагрузка на московские аэропорты увеличится ещё сильнее, поэтому к его началу будут введены в Шереметьево не только третья полоса, но и новый пассажирский терминал В, подземный межтерминальный переход, новые грузовой и топливозаправочный комплексы (сейчас мы их тоже смотрели). Программа модернизации инфраструктуры, которая реализуется в Шереметьево при поддержке федерального бюджета, позволит увеличить пассажиропоток до 80 млн человек в год. И объём инвестиций здесь очень значительный – почти 150 млрд рублей в общей сложности.

В Домодедово также проводится масштабная реконструкция. Выделяются деньги на строительство второй взлётно-посадочной полосы, магистральной рулёжной дорожки, сети соединительных рулёжных дорожек, в том числе скоростного схода. Там объём государственных инвестиций в 2017 году превысит 8 млрд рублей.

Что касается Внуково. В этом году планируется завершить строительство вертодрома Внуково-3. Он будет включать специальную вертолётную площадку с односторонним взлётом и посадкой. А также аэровокзальный комплекс для внутренних рейсов площадью более 1 тыс. кв. м.

Таким образом, перед нами стоит серьёзная задача – к началу чемпионата мира ввести в строй новые взлётно-посадочные полосы, новые терминалы в названных аэропортах. Поэтому очевидно, что даже малейшие отставания в графике недопустимы. Никто не будет ждать, пока мы что-то достроим. Мы с вами понимаем: всё должно пройти точно в срок.

Отдельная тема – реконструкция и обустройство пунктов пропуска через государственную границу. По данным, которые даёт Минтранс, в трёх московских аэропортах – Шереметьево, Домодедово и Внуково – необходимо увеличить пропускную способность, чтобы не создавать очередей.

В Шереметьево эта задача решается строительством терминала В. В Домодедово возводится терминал Т2, где будет предусмотрен пункт пропуска. Внуково устанавливает 45 мобильных точек паспортного контроля (предусмотрев возможность их работы в реверсивном режиме).

Ожидаем, что все эти дополнительные пункты пропуска через государственную границу будут развёрнуты в московских аэропортах к чемпионату, и это позволит принимать 16 тыс. гостей в час. Надеюсь, что все наши гости останутся довольны этой работой. А впоследствии, естественно, всё это будет служить тем, кто прилетает в нашу страну, – и нашим гражданам, и иностранным гражданам.

Россия. Швейцария. Весь мир. ЦФО > Транспорт. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 23 июня 2017 > № 2220843 Дмитрий Медведев


Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 17 июня 2017 > № 2214550 Владимир Путин

Открытие Кубка конфедераций.

Владимир Путин присутствовал на первом матче Кубка конфедераций 2017 года. Встреча сборных России и Новой Зеландии на стадионе «Санкт-Петербург» закончилась со счётом 2:0.

Для российской национальной команды игра с новозеландской сборной – дебют на «турнире чемпионов». Главный арбитр матча – Вильмар Рольдан (Колумбия).

Кубок конфедераций (FIFA Confederations Cup) – соревнование, проводимое под эгидой ФИФА в стране – организаторе чемпионата мира за год до самого турнира. В Кубке принимают участие победители каждого из шести континентальных чемпионатов (Европы, Южной Америки, Северной и Центральной Америки, Африки, Азии, стран Океании), действующий чемпион мира по футболу и команда принимающего соревнования государства – всего восемь сборных.

Кубок конфедераций 2017 года пройдёт в период с 17 июня по 2 июля в четырёх городах России: Санкт-Петербурге, Москве, Сочи и Казани. На футбольных аренах сыграют спортсмены из России, Германии, Португалии, Чили, Мексики, Камеруна, Австралии, Новой Зеландии. Всего будет проведено 16 матчей.

* * *

Выступление на церемонии открытия Кубка конфедераций

В.Путин: Уважаемые дамы и господа! Дорогие друзья!

Рад приветствовать спортсменов, болельщиков, зрителей из разных стран мира, всех наших гостей, всех, кто любит футбол.

Всего несколько минут отделяют нас от начала большого футбольного праздника – Кубка конфедераций. Впервые в истории сильнейшие команды континентов принимает наша страна, Россия.

Прежде всего позвольте высказать слова благодарности ФИФА, Вам, уважаемый господин Инфантино, за приверженность идеалам спорта, за доверие к нашей стране, за сотрудничество и помощь в подготовке этого знакового события, знаменательного первенства, которое станет генеральной репетицией к чемпионату мира 2018 года.

Футбол призван служить целям общественного развития, объединять государства и континенты, утверждать ценности честной, красивой игры – фейр-плей.

Мы едины в том, что футбол призван служить целям общественного развития, объединять государства и континенты, утверждать ценности честной, красивой игры – фейр-плей, укреплять волю и веру, вдохновлять, дарить мечту подрастающему поколению.

Сотни тысяч людей в России влюблены в футбол. Наша ответственность и решимость – провести Кубок конфедераций на самом высоком уровне. Уверен, наши гости узнают гостеприимную, радушную, открытую для мира Россию.

Санкт-Петербург и Москву, Казань и Сочи – прекрасные города со своей историей и динамичной жизнью. Именно здесь, на современных футбольных аренах будет идти бескомпромиссная, честная, справедливая борьба до последних минут матча.

Сотни тысяч людей в России влюблены в футбол. Наша ответственность и решимость – провести Кубок конфедераций на самом высоком уровне.

Убеждён, миллионы людей на планете увидят красивое, захватывающее зрелище, искусство мастеров мяча, настоящий триумф спорта. Желаю успеха и командам, и болельщикам!

Дорогие друзья! Будем смотреть футбол! Добро пожаловать в Россию!

Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 17 июня 2017 > № 2214550 Владимир Путин


Швейцария. Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165349 Василий Церетели

За что банк Credit Suisse полюбил современное русское искусство

Яна Жиляева

ForbesLife Staff

С 8 по 10 сентября в Гостином дворе при поддержке банка в пятый раз пройдет международная ярмарка современного искусства Cosmoscow

Основатель и директор Cosmoscow Маргарита Пушкина и исполнительный директор ММоМА Василий Церетели в эксклюзивном интервью Forbes Life о первом юбилее ярмарки, о партнерстве с государственными музеями и о том, как банк Credit Suisse полюбил русское искусство:

— Маргарита, что нового будет на ярмарке в этом году?

— В этом году у ярмарки несколько новых секций и много интересных начинаний. Прежде всего, у нас появится секция Collaborations, в рамках которой будут сформированы пары из российских и иностранных участников. Русские галеристы познакомят иностранных коллег, которых они пригласят на ярмарку, со всеми особенностями российского рынка современного искусства. Эту идею выдвинула член нашего экспертного совета, галерист Ольга Темникова. В мировой практике существуют аналоги такого формата. В Лондоне, к примеру, английские галереи приглашают иностранных коллег на викенд. Похожие дружественные обмены-визиты устраиваются на нью-йоркской ярмарке Independent и на ярмарке Paris Internationale.

У Cosmoscow впервые появится географический фокус: мы пригласим галереи из определенной европейской страны. Из какой именно страны, объявим позднее.

Некоммерческая программа ярмарки расширяется год от года. В этот раз она посвящена 100-летнему юбилею Октябрьской революции и объединена общей темой–вопросом «Где революция?».

Впервые в этом году будет вручен приз за лучший стенд. В жюри — искусствовед Катя Кибовская, комиссар Московской международной биеннале молодого искусства, Алексей Новоселов, руководитель выставочного отдела ММОМА, Алиса Прудникова, директор ГЦСИ и многие другие. В качестве приза мы предоставим выигравшей галерее право на бесплатное участие в 2018 году.

— Какие проекты можно назвать уже традиционными, фирменными для Cosmoscow?

— Программа ярмарки по-прежнему включает основную (Main) и специальную (Discovery) секции. В специальной программе участвуют галереи младше пяти лет, которые представляют молодых художников.

У нас по-прежнему действует строгий отбор для российских галерей, который осуществляет экспертный совет ярмарки. В него входят три человека: помимо меня это куратор и галерист Елена Селина и галерист Ольга Темникова. Среди условий, которые мы ставим перед российскими галереями: показывать на стенде одного-двух художников, не больше. И я вижу, что галереи оценили наш замысел. В ситуации, когда очень плотный календарь мировых ярмарок и арт-событий, галеристам выгоднее делать на стендах специальные проекты вместо того, чтобы показывать сразу всех своих художников. Это дает возможность максимально эффектно представить автора, составить представление о его творчестве.

Продолжит в этом году свою работу и совет коллекционеров ярмарки, куда входят Диляра Аллахвердова, Антуан Арно и Наталья Водянова, Тереза Мавика, Владимир и Екатерина Семенихины, Василий Церетели и Ольга Ващилина.

Уже сейчас участие в Cosmoscow 2017 подтвердили такие галереи, как 11.12 Gallery (Москва), Anna Nova Art Gallery (Санкт-Петербург), Artwin Gallery (Москва), Galerie Iragui (Москва), Pechersky Gallery (Москва), XL Галерея (Москва), галерея pop/off/art (Москва), галерея Ru Arts (Москва), галерея Temnikova & Kasela (Таллин), галерея Марины Гисич (Санкт-Петербург) и галерея «Риджина» (Москва). Полный список мы объявим летом.

По традиции ярмарка активно сотрудничает с ведущими музеями. В этот раз Московский музей современного искусства подготовил обширную выставочную программу, включающую в себя проект «Непокоренные» и первую в России ретроспективу Джозетты Фиорони.

Художником года Cosmoscow 2017 стал воронежский скульптор Иван Горшков. Иван готовит для ярмарки специальный site-specific проект. Масштабную инсталляцию представит Краснодарский центр современного искусства «Типография», основанный группировкой ЗИП.

Третий год продолжается сотрудничество Cosmoscow и банка Credit Suisse, который является нашим стратегическим партнером.

И мы продолжаем сотрудничать с ювелирными брендами. В этот раз нас поддерживает основанный в XVIII веке Дом Garrard, много лет бывший придворным ювелирным домом британских королей.

— Маргарита, какими достижениями за пять лет может похвастать ярмарка?

— Мы — по-прежнему единственная международная ярмарка современного искусства в Москве. В прошлом году в Cosmoscow участвовали 38 российских и международных галерей. Ярмарку посетило порядка 16 000 человек. Гостями закрытого показа для коллекционеров стали более 2 000 человек.

Нас признало профессиональное арт-сообщество. Ярмарка — это не столько продакшн, когда ты арендуешь пространство и продаешь стенды, сколько вопрос коммуникаций. Тут каждый разговор с галеристом, художником — постоянный вызов, — требует от тебя демонстрации того, что ты компетентен. На ужине, где-нибудь в Гонконге, на втором часу разговора вдруг замечаешь, что отношение к тебе изменилось, собеседники видят, что ты понимаешь, как устроена среда, как это работает и знаешь главных людей. Это признание — результат многолетней работы, естественно, помимо продюсирования, промоутирования и продаж.

Ярмарка — это платформа для общения, место, где галеристы встречаются с коллекционерами. Покупка произведения искусства — это очень эмоциональное дело. За счет новых знакомств галеристы наращивают свою аудиторию. Ведь на ярмарку приглашают не только топ-клиентов галерей, но и огромный круг людей, в том числе и тех, кто до этого был далек от современного искусства. Мы стараемся объединять усилия всех арт-профессионалов, использовать эффект синергии.

Сегодня на нашем рынке, хотя он и считается развивающимся, есть все необходимые институции: аукционный дом, частные фонды, галереи, музейные институции, центры, ярмарка. Нужно, чтобы эта инфраструктура слаженно работала. Ярмарки — универсальный инструмент для продвижения галереи. Мы стремимся стать таким инструментом в России. Когда в экспликациях выставок пишут: «Художник был представлен на стенде галереи на Cosmoscow», — я вижу, что это работает.

Василий Церетели, исполнительный директор ММОМА:

— Василий, зачем государственные музеи создают совместные проекты с коммерческими ярмарками?

— Эти совместные проекты важны для того, чтобы коммерческие ярмарки качественно были на другом уровне. Ведь с музеями появляются и специалисты, и кураторы, и художники мирового уровня, которые становятся активными участниками, спикерами этих ярмарок. Кроме того, институции привлекают свою аудиторию, предлагая ей взглянуть на искусство под другим углом: зритель оказывается вне музейных стен, на ярмарке искусство максимально приближено к каждому гостю. Сотрудничество крупных музеев и ярмарок уже стало популярным в международной практике, благодаря комплексному подходу в создании экспозиции, разработке дискуссионно-образовательных программ, работе с посетителями. В России Cosmoscow – по сути, единственная международная ярмарка современного искусства. Она уникальна своей структурой и внутренней жизнью: организаторы тщательно отбирают галереи «музейного» уровня, работают над дополнительными мероприятиями. Кроме того, эта ярмарка способствует развитию российского рынка современного искусства и его включению в глобальный контекст, тем самым предоставляя уникальные возможности художникам, в том числе и молодым.

— Зачем крупному бизнесу, банкам современное искусство? По какому расчёту построен мезальянс современного искусства и больших денег?

— Нельзя так прямолинейно судить о связи «бизнес — современное искусство». Сегодня, наоборот, мы видим, что это, скорее, сотрудничество, чем просто финансирование каких-то проектов. И сотрудничество во всех смыслах обширное: от качественной интеграции до существенной поддержки искусства. В прошлом году в Московском музее современного искусства на Петровке прошел проект Art. up Art. in, в котором приняли участие девять крупных компаний, одной из них который был Газпромбанк Private Banking, единственный банк в России, у которого есть своя корпоративная коллекция. Совместно с ним мы провели несколько мероприятий, в частности, круглый стол, посвященный стратегии формирования и специфике корпоративного коллекционирования в России и за рубежом на примере конкретных собраний современного искусства. Это один из примеров активного сотрудничества, результат которого актуален и для профессионального сообщества, и для музейного зрителя. А посмотрите на то, как Credit Suisse участвует в Cosmoscow: это полноценное сотрудничество на всех уровнях коммуникации с аудиторией. На мой взгляд, это выигрышная политика для самих банков и крупных компаний, ведь поддерживая искусство, они получают новую лояльную аудиторию. Такое взаимодействие показывает, что у банка есть интерес к новым способам визуализации, доказывает его прогрессивность. Бизнесу, которому небезразличен завтрашний день в России и в мире, очень важно быть вместе с искусством, поддерживать его и развивать.

Швейцария. Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165349 Василий Церетели


Россия. Швейцария. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > inopressa.ru, 16 марта 2017 > № 2110468 Оливье Ниггли

ВАДА "требует прозрачной системы"

Клеман Гийю | Le Monde

Обвинению Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) в слабости по отношению к России его генеральный директор Оливье Ниггли противопоставляет нерешительность Международного олимпийского комитета и ратует за выяснение ролей. Интервью с Оливье Ниггли взял специальный корреспондент Le Monde в Лозанне (Швейцария) Клеман Гийю.

На ежегодном симпозиуме агентства в Лозанне, в присутствии семисот участников антидопинговой борьбы, съехавшихся со всего мира, Оливье Ниггли прояснил корреспонденту ситуацию по двум задачам на ближайшие месяцы: это реформа полномочий ВАДА и дальнейшее развитие российского досье, за 11 месяцев до Олимпиады в южнокорейском Пхенчхане.

"Получается, что это Международный олимпийский комитет виновен в том, что он не исключил Россию из числа участников Олимпиады в Рио, а не ВАДА?" - спросил журналист.

"Я этого не говорю. Я говорю, что последствия для России были неясными, из-за этого различными структурами были приняты различные решения. Это создало большую путаницу в системе. По этой причине сегодня надо составить очень четкий список санкций. Мы прописываем в уголовном кодексе несоответствия всемирному антидопинговому кодексу. При таких-то обстоятельствах будут такие-то последствия. Чтобы каждый знал, чему он подвергнется за нарушение этих правил. Нам нужно прийти к соглашению по поводу санкций и структур, которые должны их применять. ВАДА должно четко определить, кто соответствует правилам, а кто нет", - ответил Ниггли.

"Вы хотите, чтобы ВАДА могло решать, должна ли та или иная страна быть отстранена от участия в каком-либо событии, в случае несоответствия Всемирному антидопинговому кодексу?" - спросил интервьюер.

"Я этого не требую. Мое требование в том, чтобы эта система была прозрачной, когда все знают, что и как. Если это должна решать наша организация, мы готовы... там видно будет", - ответил Ниггли.

"Какие условия должна выполнить Россия, чтобы участвовать в Олимпиаде в Пхенчхане?" - спросил журналист.

"Не мне об этом говорить. Но чтобы снова соответствовать, они должны создать на месте достаточно независимую и надежную систему, чтобы можно было поверить в то, что допинг-пробы, которые проводятся в России, являются действительными", - ответил собеседник издания.

"Согласно нашему требованию, отныне независимый комитет контролирует российское антидопинговое агентство РУСАДА, и оно теперь независимо от министерства спорта. Еще им следует нанять нейтрального и компетентного генерального директора", - заявил Ниггли.

"Какой месседж несет назначение олимпийской чемпионки в прыжках с шестом Елены Исинбаевой, открыто критикуемой ВАДА, руководителем РУСАДА?" - поинтересовался корреспондент.

"Она не играет решающей роли. Однако мы не скрываем своего мнения и прямо говорим, что это нельзя назвать хорошим знаком. Мы бы не отдали ей предпочтение, такой выбор не посылает доброго месседжа во внешний мир, но россиянам самим решать, какой имидж они хотят создавать", - ответил гендиректор ВАДА.

"Выступление нового российского министра спорта Павла Колобкова в понедельник 13 марта в Лозанне согласовывалось с выступлением Владимира Путина на прошлой неделе: многое соответствовало тому, что мы уже слышали некоторое время назад и чего мы уже достаточно наслушались (отстранение руководителя Московской антидопинговой лаборатории, обвиненного в нарушении антидопингового законодательства, из-за доклада Макларена). Однако он признает, что такая проблема действительно существует, и выражает желание сотрудничать с ВАДА, чтобы изменить ситуацию. Нельзя за несколько месяцев изменить культуру страны", - утверждает собеседник издания.

"Согласно докладу Макларена, Олимпиады в Лондоне и особенно в Сочи были отмечены махинациями с допингом со стороны России. Помимо всех усилий, которые может совершить Россия, не должна ли она быть отстранена от предстоящей зимней Олимпиады за всю совокупность своих действий?" - спросил интервьюер.

"На своем уровне мы применили все санкции, какие только возможно. Таким образом, ответ - да. Безусловно, необходимо наказывать за действия такого рода. Мы сделали все что могли, в рамках своих полномочий", - ответил гендиректор ВАДА.

"Если национальное антидопинговое агентство не объявлено соответствующим нормам Олимпиады, должна ли Россия, по вашему мнению, быть отстранена от участия?" - спросил журналист.

"На этот вопрос нельзя ответить просто так. Следует ли наказывать целое государство? Или надо создать такую возможность, чтобы спортсмены, едущие на Олимпиаду, были проверены в достаточной степени и могли предоставить необходимые гарантии?" - прокомментировал Ниггли.

Россия. Швейцария. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > inopressa.ru, 16 марта 2017 > № 2110468 Оливье Ниггли


Швейцария. Россия > Химпром > bfm.ru, 13 марта 2017 > № 2108878 Адриан Видмер

Швейцарский химконцерн Sika AG: «Россия всегда была для нас очень важным рынком»

Финансовый директор международного химического концерна Sika AG Адриан Видмер рассказал о деятельности компании в России

Финансовый директор международного химического концерна Sika AG Адриан Видмер в интервью Business FM рассказал, какая продукция пользуется наибольшей популярностью, как развивается собственное производство в России и какие инфраструктурные проекты компания реализует на местном рынке.

Компания Sika известна тем, что активно открывает собственные производства в странах присутствия. Как с этим обстоят дела в России?

Адриан Видмер: Россия всегда была для нас очень важным рынком. Несмотря на сложности, связанные с курсом рубля, которые наблюдались последние два года, мы продолжаем политику локализации производства — развиваем уже имеющиеся местные предприятия и строим новые. Сейчас в России производится 40% продукции и 60% импортируется, но мы стремимся к тому, чтобы эта пропорция изменилась в пользу локального производства. Так, мы планируем увеличить долю отечественной продукции до 50% в 2017 году. На данный момент в России Sika имеет три завода по производству добавок в бетон, два завода по производству сухих строительных смесей, один — по выпуску поликарбоксилатных эфиров. В этом году мы планируем запустить два новых направления производства: будет открыт завод по производству эпоксидных составов в Лобне, а также завод по производству полимерных мембран.

Принимает ли компания участие в крупных инфраструктурных проектах в России, например, в подготовке к ЧМ-2018?

Адриан Видмер: Конечно, у нас есть отдельное подразделение, которое непосредственно занимается только этими проектами. Например, мы участвуем в строительстве стадиона в Санкт-Петербурге, поставляя туда бетон, строительные растворы, материалы для крыши. В этой работе нам помогает крайне позитивный опыт, который компания приобрела при подготовке к Олимпиаде в Сочи. Если говорить о других крупнейших инфраструктурных проектах, Sika глобально участвует и в строительстве Крымского моста.

Как стратегия развития компании изменилась с 2003 года, когда она начала свою деятельность на российском рынке?

Адриан Видмер: Мы начинали нашу работу в России, как и положено, открывая офисы и предприятия. Сейчас стратегия компании в России соответствует глобальной стратегии Sika 2020, включающей в себя фокус на инновации и развитие местного производства, а также отвечает современным мегатрендам в части запроса на строительные материалы. При этом Sika в целом рассматривает Россию в качестве одного из важнейших рынков, постоянно инвестируя в строительство новых производств, локализацию сырьевой базы, развитие научно-исследовательского центра. Данные меры позволяют существенно сократить логистические затраты и оптимизировать стоимость материалов для российских клиентов, среди которых — крупнейшие российские государственные и частные компании.

Можно ли сказать, что российский рынок для вас сложный?

Адриан Видмер: Sika присутствует в России с 2003 года, за это время была проделана огромная работа, мы давно адаптировались под российские реалии и потребности наших клиентов. Если до 2015 года мы работали только в сегменте B2B, поставляя материалы на крупные объекты, то с 2015 года мы также вышли в сегмент частного строительства и ремонта. За год компания увеличила присутствие продукции в сети магазинов «Леруа Мерлен», а также начала сотрудничество с гипермаркетами OBI в восьми городах России, что говорит о востребованности продуктов на российском рынке.

Конечно, в последние годы в России была непростая ситуация из-за большой разницы курсовых валют, но мы всегда рассматриваем рынок в долгосрочной перспективе и уже сейчас видим улучшения и оживление российской экономики и уверены, что эта тенденция будет только укрепляться. Так, например, в 2016 выручка российского подразделения Sika составила 2,8 млрд рублей, что на 12% больше, чем в 2015 году.

Какая продукция в России наиболее востребована?

Адриан Видмер: В России много инфраструктурных проектов, поэтому, в первую очередь, возросла потребность в добавках для бетона. Пользуются спросом сухие смеси, защитные покрытия и эпоксидные полы. В 2015 году наша компания открыла уникальный для России завод по производству сырья для добавок в бетон, до этого у нас было предприятие по производству непосредственно добавок. Как мы видим, такая стратегия рассчитана на развитие не только вширь, но и вглубь. Она позволила значительно улучшить экономические показатели в этой категории, что отлично иллюстрируется конкретными цифрами: уже сейчас на заводах по добавкам в бетон используется преимущественно российское сырье, доля которого в ряде продуктов достигает 95%.

Екатерина Надрова

Швейцария. Россия > Химпром > bfm.ru, 13 марта 2017 > № 2108878 Адриан Видмер


Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев

Умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда

Данил Ибраев, экс-министр по энергетике и инфраструктуре ЕАЭС

«Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее». Жизнь в современном мире идеально соответствует цитате английского классика.

Удивительно, что это касается не отдельных личностей, а народов и государств. Глобализация оказалась мифом. Мечта о мире без границ, где люди будут жить в сопоставимых условиях при относительно равных возможностях, стремительно развеивается. Картина складывается принципиально иная: нации и государства разделяются на «макромиры», объединенные не политическими установками, а экономической моделью, укладом жизни людей, образом мыслей, уровнем технологического и нравственного развития.

Появляется первая группа стран, где инновации в науке и технике стали привычкой, достигнут небывалый в истории уровень материально-технической культуры и радикальным образом преобразуется культура человеческих отношений. Вторая группа стран, которые по бесконечному ряду причин развиваются медленнее и экстенсивнее, но идут вслед за первой группой, используя ее опыт, но стараясь сформировать собственную экономическую идентичность. И третья группа стран, где низкий уровень экономического и общественного развития не оставляет шансов на участие в глобальной конкуренции и мировом разделении труда.

Создается тревожное впечатление, что границы между этими «макромирами» становятся все более осязаемыми и скоро может статься так, что мы не будем, как сегодня, свободны в своем выборе где и как жить. У каждой страны, а, может быть, у каждого гражданина может появиться экономически обоснованный и очерченный «потолок свободы», за пределы которого уже не выпрыгнуть.

Через несколько лет может наступить «точка отсечения», после которой станет окончательно понятно, что государство и гражданин уже навсегда останутся внутри «группы», в которой они будут находиться на тот момент. Срок наступления этой «точки» может быть связан с очередным этапом научно-технической революции в странах «первой группы».

Вообразите картину: целый народ смотрит в небо и провожает взглядом беспилотные электросамолеты, грузовые дроны, пролетающие мимо его страны, сама страна такие летающие аппараты не производит и не может приобрести (может быть, потому что не хватает средств, а может, потому что передовые страны ограничат права пользования своими технологиями, также как и технический доступ к воздушному пространству), и поэтому вместо международных путешествий остается только созерцать небо.

Жители этой страны знают, что где-то за рубежом, в другом «макромире» люди левитируют на высокоскоростных поездах, автомобили сами мчатся по заданному курсу, заряжаясь на электрозаправках, где электричество берется от солнца и ветра. А внутри такой страны люди по-прежнему используют привычные, но уже не эффективные электровозы и тепловозы, и привычные автомобили с двигателями внутреннего сгорания. Проблема будет состоять в том, что дни этой инфраструктуры будут сочтены, поскольку поезда и автомобили предыдущего поколения перестанут производиться за рубежом, а произвести свои не будет возможности. В итоге пока одни будут стремительно создавать будущее, другие будут даже не стоять на месте, а столь же стремительно отходить в прошлое.

Должно быть ясно, что если страна и человек рассчитывает на лучшее будущее, то придется предъявить свое право на такую перспективу – что сделано, что делается сейчас и что планируется сделать, чтобы иметь лучшее будущее и не быть обузой для остальных стран или граждан.

Передовые страны со вчерашнего дня готовятся к жизни послезавтра. Например, Швеция вырабатывает электроэнергию уже почти без использования углеводородного топлива. К 2030 году там собираются отказаться от использования газа и нефтепродуктов в качестве автомобильного топлива.

К слову о «точке отсечения»: по мнению агентства Bloomberg, в энергетике эта точка наступила в 2013 году, когда из возобновляемых источников в мире было получено 143 ГВт электроэнергии, а из углеводородов –141 ГВт. Причем производить электричество из возобновляемых источников с каждым днем будет эффективнее и дешевле, чем из ископаемого топлива.

В части транспорта мир также меняется перед нашими глазами. Японская Toyota переходит к серийному производству автомобилей, которые работают на водороде, а вместо вредных выхлопов вырабатывают чистую воду. В ближайшее время на рынок водородных автомобилей планирует выйти и Honda. Компания уже с 2016-2017 годов собирает и начнет продажу модели FCV.

Это означает конец эпохи использования углеводородов как источников энергии и тепла, конец энергетики сегодняшнего дня. Дома и предприятия смогут вырабатывать энергию автономно с помощью генераторов на водородном топливе, возобновляемой энергетики. В итоге исчезнут гигантские отрасли современной экономики со всеми вытекающими последствиями, а цены на сырье, в том числе на металл, будут стремительно падать. Это случится с нами послезавтра. Шагнем мы на новый этап развития или будем наблюдать, как это делают другие нации, зависит от наших сегодняшних планов и действий.

Передовые страны планируют радикально поменять представление и о железнодорожном транспорте. Совсем скоро на смену привычной ж/д-инфраструктуре придут вакуумные тоннели, внутри которых поезда будут левитировать над железнодорожным полотном на магнитной подушке, развивая скорости выше 1000 км/ч. Американские компании TeslaMotors и SpaceX реализуют проект Hyperloop и планируют в самое ближайшее время перейти к испытаниям.

В то же время сегодня Китай уже опережает США. К 2015 году в КНР успели построить самую протяженную в мире сеть скоростных железных дорог. Их общая протяженность в Поднебесной составляет 12 тысяч километров, это более чем вдвое больше, чем в Европе и Японии вместе взятых. В ближайшие пять лет Китай собирается удвоить протяженность своих железных дорог и предлагает сотрудничество соседям – есть планы по строительству скоростной магистрали от Пекина до Москвы с предварительной стоимостью в $240 млрд.

Интеграция в Евразийский экономический союз для России, Казахстана, Беларуси, Армении и не в последнюю очередь для нашей маленькой, но очень перспективной страны – Кыргызстана, как мне представляется, должна стимулировать не оказаться «в хвосте», идти в ногу с передовыми странами и говорить с ними на одном языке. В своем стремлении занять достойное место «под солнцем» мы не одиноки. Во всеобщей гонке и конкуренции народов важно умение ставить перед собой не просто ясные, а – что важнее – верные цели, чтобы не оказаться в ситуации, когда тратишь все свои силы, энергию и волю, выкладываешься на полную и выворачиваешься наизнанку, чтобы достичь некоей цели, а потом понимаешь, что цель оказалась не та и жизнь прожита зря. Не хотелось бы умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда.

Постановка целей – искусство, требующее ежедневного взгляда на свое отражение в зеркале и на окружающий мир. Передовые страны вышли на алгоритм, когда каждая достигнутая цель становится инструментом для достижения новой, более амбициозной цели. А с учетом ускорения всех процессов они приходят к тому, что цель завтрашнего дня уже сегодня используется как инструмент для достижения цели послезавтрашнего дня.

Размышления об искусстве постановки целей выводят на вопрос, правильно ли поставлены цели у нас. В Евразийском экономическом союзе одной из основных задач стояло создание общих/единых рынков электроэнергии, газа, нефти и нефтепродуктов. Согласно Договору, общий рынок углеводородов должен появиться в ЕАЭС не позднее 2025 года, а электроэнергетики - к 2019 году. При этом многие эксперты называют такую задачу сверхамбициозной и ставят под сомнение ее реализуемость. Преодолеть сопротивление национальной бюрократии, усадить за общий стол так называемых «чемпионов рынка», ликвидировать барьеры, препятствующие свободному движению товаров по Союзу, а самое главное стимулировать, мультиплицировать рынок и экономики наших стран через доступную, свободно перемещаемую энергетику, по моему мнению, является обязательным сейчас для реализации без права на ожидание и сомнение.

Ведь все познается в сравнении. А сравнение – не в нашу пользу. В государствах «первой группы» споры об общих рынках – дело давнего прошлого. Общие рынки теперь – лишь инструменты для сооружения новой модели инфраструктуры. Слово «углеводороды» за границами наших стран давно не вызывает былого трепета. Развитой мир стремительно движется в сторону безуглеводородной энергетики и беспроводного электричества. Это их подлинная цель завтрашнего дня.

Возникает проблема – есть вещи, которые где-то уже становятся артефактами, и порядок вещей, который для кого-то уже является установленным по умолчанию. Наряду с этим те же самые вещи и тот же самый порядок вещей мы определяем целью послезавтрашнего дня и с трудом можем договориться о медленном движении к ней. То есть, напрягаясь и преодолевая самих себя, мы пытаемся шагнуть во вчерашний день, еще и обреченно соглашаясь, что сделать шаг будет возможно не ранее послезавтра.

Может быть нам надо пересмотреть поставленные цели с прицелом не на вчерашний, а на завтрашний день? Или приложить сверхусилия к тому, чтобы оказаться во вчерашнем дне хотя бы сегодня, а не послезавтра? Или понадеяться на «евразийский авось» и расслабиться в вихре мировой истории?

Уже созданы концепции, программы, планы мероприятий построения общих энергорынков. Это долгожданный результат работы переговорных команд пяти государств и Евразийской экономической комиссии. Мы смогли переломить ситуацию, но при этом все равно мы опаздываем – по совести говоря, сегодня нужны не концепции создания рынков, а уже сами рынки. Надо воспользоваться свободами, которые дают эти рынки, чтобы вместе договориться о будущем. Надо жить в условиях общих энергорынков, не дожидаясь 2025 года. Дедлайн является самым крайним сроком, но отнюдь не оптимальным. Если нам удастся преодолеть самих себя и бежать, как минимум, в два раза быстрее, в этом случае появится шанс на движение по верному пути. Если не удастся – то послезавтра мы, в лучшем случае, останемся на том же месте, где находимся сегодня.

«Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут».

Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев


Канада. Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 1 марта 2017 > № 2092095 Владимир Путин

О совершенствовании системы антидопингового контроля в России.

На совещании о ходе подготовки проведения XXIX Всемирной зимней универсиады 2019 года в Красноярске Владимир Путин заявил, что Россия должна признать отдельные выявленные случаи применения допинга, провести соответствующее расследование и выявить виновных. Глава государства отметил, что применение запрещённых препаратов в спорте абсолютно неприемлемо, а существовавшая до сих пор российская система контроля не сработала.

Вместе с тем, напомнив о последних оценках чиновников ВАДА и МОК относительно доказательности доклада Макларена, Президент подчеркнул, в России никогда не было, нет и не будет никакой государственной системы поддержки допинга.

Президент выразил надежду, что новая система борьбы с допингом, создаваемая в России на базе МГУ, позволит в будущем избежать жульничества в этой сфере, будет максимально строгой и эффективной, а российские власти наладят действенную работу со всеми партнёрами, включая Всемирное антидопинговое агентство и Международный олимпийский комитет.

* * *

В.Путин: <…> О чём хотел бы сказать – это о чистоте спорта. Имею в виду антидопинговые программы.

Мы с вами знаем и оценки, самые последние оценки чиновников ВАДА, и наших коллег из МОК по поводу того, что в комиссии Макларена то ли переводы были неточные, то ли доказательств недостаточно. И ещё раз хочу подчеркнуть, мы всегда об этом говорили: в России никогда не было, нет и, надеюсь, никогда не будет никакой государственной системы поддержки допинга, напротив, будет только борьба с допингом.

И конечно, это тоже вполне естественно: претензии по поводу того, что на каких–то пробах выявили какие–то царапины – мы не понимаем, что это за доказательства, потому что, когда мы эти пробы передавали, никаких претензий не было. Если бы были претензии к каким–то царапинам, то они должны были быть отмечены в соответствующих протоколах. Ничего этого не было.

Значит, они где–то хранились, и мы не несём ответственности за это хранение. Но, и сейчас я скажу самое главное, а самое главное заключается в том, что мы должны прислушаться, несмотря на эти промахи в работе этой независимой комиссии, прислушаться к тому, что она сделала, и к результатам её работы. Мы должны прислушаться к требованиям ВАДА, потому что надо признать, что у нас есть достоверные, выявленные случаи применения допинга. Это абсолютно неприемлемо.

И это значит, что имеющаяся и существовавшая до сих пор российская система контроля за неприменением допинга не сработала, и это наша вина, нужно об этом сказать прямо и это признать. Очень рассчитываю на то, что Следственный комитет доведёт соответствующее расследование до конца и выявит всех, кто виноват в ситуации, которая сложилась.

И как вы знаете, мы создаём новую систему борьбы с допингом, мы передаём эту систему из Министерства спорта, из Правительства, в независимую организацию, так, как это во многих странах мира сделано, на площадку Московского государственного университета, и не фигурально, а в прямом смысле этого слова. Мы разместим лабораторию именно на одной из площадок МГУ, поможем оснастить современной техникой, оборудованием и кадрами.

Надеюсь, что никаких жуликов, которые сами организуют допинговые программы, а потом бегут за границу, там не будет. Надеюсь, что с помощью и наших независимых специалистов, и с помощью привлекаемых иностранных специалистов будет налажена строгая, действенная, эффективная система борьбы с допингом.

Очень рассчитываю, что и комиссия Виталия Георгиевича Смирнова как общественная структура продолжит работу по надзору за деятельностью антидопинговых структур в России. И само собой разумеется, что в молодёжном, студенческом спорте мы должны сделать всё для того, чтобы в этой среде, молодёжной спортивной среде, ничего подобного никогда не было. Это молодые люди, которые только начинают свою спортивную карьеру.

Безусловно, ещё раз хочу подчеркнуть, мы всё будем делать для того, чтобы наладить позитивную, очень действенную и эффективную работу со всеми нашими партнёрами, включая ВАДА и Международный олимпийский комитет.

Канада. Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 1 марта 2017 > № 2092095 Владимир Путин


Швейцария. Китай. Саудовская Аравия. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > fingazeta.ru, 29 января 2017 > № 2067097 Николай Вардуль

Нефть давосского разлива

Границы «чуткого и ответственного руководства»

Николай Вардуль

В прошлом году темой Давосского форума была «Четвертая промышленная революция», что уже мобилизовывало и вызывало большой интерес, в этом — «чуткое и ответственное руководство». Почему именно «чуткое руководство» (как тут не вспомнить фразу героя Игоря Ильинского из старой советской комедии «Волга — Волга»: «Под моим чутким руководством…«)? Ответил завсегдатай Давоса Анатолий Чубайс. Он считает: «Мир перевернулся», форум навеял «ощущение ужаса от глобальной политической катастрофы». Понятно, что эти ощущения питали Брексит и избрание Трампа. «Ощущение катастрофы» — это признак болезненной смены политических элит. Так что именно «чуткое и ответственное руководство» сегодня в дефиците.

Вот только восполнить этот дефицит вряд ли удалось. Самое заметное выступление на форуме — это давосский дебют китайского лидера. Речь Си Цзиньпиня, который в статусе почетного гостя открыл дискуссии на форуме, была интересна своей двойственностью.

С одной стороны, Си Цзиньпин выступил как сторонник глобализации экономики. Более того, он подчеркнул: «Многие современные проблемы, беспокоящие мировое сообщество, вызваны не глобализацией». Председатель КНР выступал за свободу торговли и против протекционизма. Но, конечно, не как убежденный либерал. Его задача заключалась в демонстрации того, что торговые войны, а именно к ним могут привести идеи Дональда Трампа о введении США торговых пошлин против, в частности, Китая, принесут вред всем участникам. «В торговых войнах победителя не бывает», — предупредил Си Цзиньпин.

Другая сторона его выступления была уже вовсе не либеральной. Китайский лидер раскритиковал сегодняшнюю практику регулирования экономики. «Политика краткосрочного стимулирования экономики доказала свою неэффективность», — заявил Си Цзиньпин. По его словам, в настоящий момент глобальная экономика на пути к новым драйверам роста, где «традиционные драйверы будут играть меньшую роль». Здесь также можно было услышать некоторую критику традиционного центра регулирования, которым является ФРС США: Си Цзиньпин призвал все страны вместе бороться с экономическими проблемами и искать пути их решения. Как ни странно это может прозвучать, в этой части своего выступления Си Цзиньпин, скорее, сближался с Дональдом Трампом, чьи идеи налогового регулирования и инфраструктурных инвестиций несколько отодвигают с авансцены регулирования ФРС.

Но и Си Цзиньпин никакой революции в Давосе не совершил. Понятно, что в торговой политике Китай будет решительно отстаивать свои интересы, а эксперты напряженно приглядываются не столько к китайской модели регулирования экономики, сколько к продолжающемуся замедлению темпов роста второй экономики мира, видя в этом целый букет рисков, которые могут распуститься на самых разнообразных рынках, включая сырьевые и, конечно, нефтяной.

Именно нефтяной рынок вызвал специальный интерес на Давосском форуме. Если в прошлом году в Давосе все ждали прилива постсанкционной иранской нефти, то на этот раз в фокусе было сокращение поставок.

На Всемирном экономическом форуме выступили исполнительный директор Международного энергетического агентства Фатих Бирол и генеральный директор государственной нефтяной компании Саудовской Аравии Saudi Arabian Oil Co. Амин Нассер. Их прогнозы звучали в унисон: мировой спрос на нефть будет расти даже при учете развития возобновляемых источников энергии и постепенного перехода на электромобили.

Любопытно отметить, что практически одновременно со Всемирным экономическим форумом проходил и Всемирный энергетический форум, но не в Давосе, а в Абу-Даби. Там выступил министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалех, он анонсировал: «Саудовская Аравия в следующие несколько недель начнет проводить тендеры на участие в первом этапе масштабной программы по развитию возобновляемых источников энергии, для чего потребуется от 30 до 50 миллиардов долларов». И пригласил участников энергетического форума принять участие в программе. Аль-Фалех конкретизировал: к 2023 г. Саудовская Аравия планирует производить около 10 гигаватт энергии в стране за счет возобновляемых источников энергии, в основном солнечной и ветровой. Есть и планы строительства двух атомных реакторов совокупной мощностью 2,8 гигаватта. «В настоящее время атомные электростанции в стране находятся на стадии проектирования», — рассказал министр энергетики Саудовской Аравии.

Что ж, позиция Эр-Рияда наглядно ориентирована в будущее. «Финансовая газета» уже писала о стратегическом подходе к приватизации 49% акций компании Saudi Aramco Oil Co, которая должна проходить в течение 10 лет, вырученные капиталы (а речь идет о триллионах долларов) будут направлены на диверсификацию саудовской экономики. Диверсифицируется и ТЭК королевства. Логично.

Саудовцы готовятся участвовать и в мировом производстве энергии из возобновляемых источников. Но ТЭК и в перспективе добыча нефти остается вне конкуренции. Амин Нассер в Давосе заявил: «Будет рост в нефтяной отрасли даже в 2040 году, даже в 2060 году. Нам необходимо быть к этому готовыми, и мы наращиваем свои мощности, чтобы быть готовыми».

Это диссонирует с договоренностью о сокращении добычи нефти, гарантами которой рынок считает Саудовскую Аравию и Россию, но генеральный директор Saudi Arabian Oil Co заглядывал в более далекое будущее. Зато глава МЭА Фатих Бирол поделился более близкими прогнозами: «Я ожидаю три вещи. Первая — в этом году и в ближайшие годы я жду более значительную волатильность цен на нефть, второе — я ожидаю, что производство сланца в США возобновит рост в 2017 оду, если цены останутся на этих уровнях, третье — я ожидаю, если соглашение ОПЕК будет реализовано, мы увидим восстановление равновесия рынка в первой половине этого года».

Любопытно: с одной стороны, «восстановление равновесия рынка в первой половине этого года», с другой — «в этом году и в ближайшие годы» ожидается «более значительная волатильность цен на нефть». Вот такие они, прогнозисты.

Общий вывод такой. Цены на нефть ищут новый баланс, факторы этого баланса — сокращение добычи (если соответствующее соглашение будет выполняться) традиционных нефтедобывающих стран и возобновление сланцевой добычи, прежде всего в США. Из чего следует, что новый баланс цен будет находиться в некоем коридоре, в котром цены и будут колебаться.

Не думаю, что за таким знанием стоило ехать в Давос, но зато именно оно имеет прямое отношение к экономическим интересам России. Россия же не была в фокусе внимания Всемирного экономического форума. Конечно, звучали ожидания снятия с нашей страны санкций, говорилось о росте инвестиционного интереса к российской экономике, но, скорее, что называется, на полях форума.

В полный голос русская тема прозвучала в Альпах, пожалуй, лишь тогда, когда за рояль в Давосе сел Денис Мацуев, приветствовавший участников форума своим искусством.

Швейцария. Китай. Саудовская Аравия. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > fingazeta.ru, 29 января 2017 > № 2067097 Николай Вардуль


Швейцария. США. Китай. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > vestikavkaza.ru, 24 января 2017 > № 2058886 Алексей Фененко

Алексей Фененко: «Давос давно разошелся с реальностью»

Всемирный экономический форум в швейцарском Давосе завершился в день инаугурации 45 президента США Дональда Трампа. О новых мировых трендах в политике и экономике «Вестнику Кавказа» рассказал доцент кафедры международной безопасности факультета мировой политики МГУ им. М.В. Ломоносова Алексей Фененко.

- Хотя форум в Давосе называется экономическим, вопросы большой политики здесь обсуждались всегда. Чего больше было в этот раз?

- Закат Давосского форума начался с 2009-2010 годов. Мир накрыл финансовый кризис, обсуждался вопрос, переходить в протекционизм или нет, а Давос существовал сам по себе, делая вид, что ничего не происходит, все это мелочи. С этого момента Давос начал расходиться с реальностью. Повестка мировой экономики шла сама по себе, Давос был сам по себе. То же самое – Давос начала 2014 года. Давайте вспомним, назревает война на Украине, а Давос рассуждает об улучшении инвестиционной активности, как будто ничего и не происходит. Лишь сейчас в Давосе начинают осознавать, что повестка начала 1990-х годов начинает расходиться с реальностью, и что делать вид, что ничего не происходит, уже попросту невозможно.

- Каковы, на ваш взгляд, перспективы отмены антироссийских санкций новым президентом США?

- Если США отменят санкции, это будет выглядеть, как их внешнеполитическое поражение. Все сразу будут понимать, кто проиграл войну на Украине. Аналогично и со стороны России. Если мы пойдем на ослабление санкций, это наведет на мысль, что Россия проиграла, и тогда давление на нее только усилится. Поэтому первый шаг не сделает, думаю, никто.

- Как, по-вашему, будут развиваться китайско-американские отношения при новом руководстве в Белом доме?

- Думаю, американцы будут играть по трем направлениям. Первое – подорвать российско-китайский Большой договор 2001 года. Конечно, Вашингтону неприятен сам факт, что есть блок России и Китая. Пусть это политический, а не экономический союз, но он есть.

Второй момент – американцы будут всячески подрывать финансовую систему Китая, играть против нее.

Третий момент – американцы будут выстраивать военное окружение вокруг Китая, но при этом стараться играть не сами, а направлять на Китай своих представителей – «младших партнеров» в Восточной Азии – Японию, Вьетнам. США попытаются также улучшить отношения с Филиппинами, на запас там есть Австралия, Новая Зеландия. Словом, выбор у них весьма большой.

Швейцария. США. Китай. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > vestikavkaza.ru, 24 января 2017 > № 2058886 Алексей Фененко


Швейцария. США. Китай. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > vestikavkaza.ru, 23 января 2017 > № 2058918 Алексей Мухин

Алексей Мухин: «Мир в том виде, в каком он существовал, разрушен»

Всемирный экономический форум в швейцарском Давосе завершился в день инаугурации 45 президента США Дональда Трампа. О новых мировых трендах в политике и экономике «Вестнику Кавказа» рассказал директор Центра политической информации Алексей Мухин.

- Хотя форум в Давосе называется экономическим, вопросы большой политики здесь обсуждались всегда. Чего больше было в этот раз?

- Принято считать, что Давос – это площадка, где бизнес встречается с властью. И от этого уйти не удалось. Власть слушала, что говорил бизнес. Бизнес пытался предположить, как будет действовать власть. Понятно, что буксующий процесс глобализации – это неудавшийся проект. Судя по всему, в Давосе обсуждались вопросы несколько отхода от глобальной модели в сторону формирования глобальных экономик. Переформатирование глобальных торговых союзов в региональные, как то трансатлантическая и транстихоокеанская торговля, экономические партнерства. Создание новых форматов с учетом интересов не только США, которые, взяв на себя практически все преференции и риски развития мировой экономики, явно перенапряглись и теперь вынуждены искать опорные точки вне пределов Штатов, обращая внимание на решение внутренних проблем. Это, собственно, и является основным содержанием избирательной кампании, которая шла между Хиллари Клинтон и Дональдом Трампом. В результате Давос констатировал, что прежний мир в том виде, в каком он существовал, разрушен, и теперь необходимо формировать новый. Как это сделать, понимания еще нет. Идут переговоры. На следующем Давосе, вероятно, будут сделаны предложения, от которых уже не смогут отказаться основные экономические игроки. Так что, ждем следующего Давоса.

- Каковы, на ваш взгляд, перспективы отмены антироссийских санкций новым президентом США?

- Пока США будут думать, что санкционная политика влияет на ситуацию и наносит России определенный ущерб, эта политика будет продолжаться. Другое дело, что Трамп может попытаться обменять санкционные послабления на определенные преференции со стороны России. Инициативы демократов и республиканцев по введению новых санкций очень хорошо укладываются в эту схему. Чем больше санкций, тем больше пространства для торга с Россией. Поэтому Трамп и его оппоненты, судя по всему, уже начали играть в «плохого и хорошего полицейских». Думаю, что здесь будет, что обсудить с Россией и российским руководством.

- Как в целом будут развиваться российско-американские отношения при новом руководстве в Белом доме?

- У нас есть общие интересы. Обе страны являются геополитическими игроками. Другое дело, что США используют модель политической и экономической гегемонии, а Россия эксплуатирует такую модель, когда политика ставиться вперед экономики. Здесь есть определенные плюсы и определенные минусы. Конечно, экономика России не может даже в партнерских отношениях с другими странами (к примеру, с Индией, или странами постсоветского пространства) соперничать с американской. Но в альянсе и в партнерстве с Китаем уже может. И именно это ключевая ошибка, которую допустили два последних президента США – Джордж Буш младший и Барак Обама. Они предоставили России возможность упасть в объятья Китая. Китай с удовольствием воспринял такого рода игру, потому что это была крайне выгодная конструкция, не дававшая ему никаких отягощений, обязательств и рисков развития, давая только преференции. Это Китай и реализовал, обозначив свои геополитические и глобальные экономические амбиции.

- Какова, по вашему мнению, дальнейшая судьба НАТО?

- Скорее всего, НАТО предстоит не только глобальная реструктуризация - стоит вопрос об исчезновении этой структуры вообще. НАТО является бюрократической организацией, причем крайне затратной. Если США продолжат финансировать эту организацию, а выхлоп от нее, что называется, очень маленький, то, вполне вероятно, ее придется отменять. Смысла в существовании НАТО нет уже два десятилетия. Вопрос в том, насколько действительно целесообразно сохранение альянса. НАТО либо полностью изменит свой формат, либо исчезнет как институт.

Швейцария. США. Китай. Весь мир. РФ > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > vestikavkaza.ru, 23 января 2017 > № 2058918 Алексей Мухин


Швейцария. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 22 января 2017 > № 2049231 Пьер Хельг

«Меня поразила подвижность ума россиян»

Интервью посла Швейцарии в России Пьера Хельга

Рустем Фаляхов

Стоит ли поощрять трудовую миграцию, какая польза инновациям от беби-бума, может ли любовь к женщине быть инвестиционной идеей, чем Киргизия выгоднее Швейцарии и чей менталитет гибче — русского или швейцарца? На эти и другие вопросы «Газете.Ru» ответил Пьер Хельг, завершивший карьеру посла Швейцарской Конфедерации в России.

— Господин Хельг, признайтесь, теперь-то уж можно: когда вас назначали послом в Россию, что сказали? Хорошая новость — вы посол. Плохая — в Россию. Так было?

— Не так. Я как раз, наоборот, очень хотел попасть в Россию, очень хотелось в Москву, у вас интересная страна. Мой преемник на посту посла в России Ив Россье — это нынешний заместитель министра иностранных дел, статс-секретарь, второе лицо в нашем МИДе, или, как у нас принято говорить, самый высокопоставленный дипломат, — тоже захотел, чтобы его назначили послом именно в Россию.

— Но правда ли, что сначала речь шла о другой кандидатуре для назначения в Россию?

— Все наши дипломаты, когда начинают свою дипломатическую карьеру, подписывают документ о том, что они соглашаются на те назначения, которые производятся решением правительства. У статс-секретаря заканчивается мандат, и он, как старший по званию, имеет приоритет. А госпожа Кристина Марти Ланг, глава дипломатической миссии в Косово (ее кандидатура тоже рассматривалась на должность посла в Россию), теперь заместитель статс-секретаря.

— Какая из столиц более провинциальна: Москва или Берн?

— Берн, конечно.

— Что вам не удалось в должности посла в России?

— Поспособствовать увеличению товарооборота между Россией и Швейцарией. Когда я заступил, товарооборот составлял 4–5 млрд франков, сейчас он ниже на 25–30%. Правда, сейчас немножко восстанавливается.

— За время работы послом в России ваше отношение к россиянам изменилось?

— Да, больше всего меня поразила интеллектуальная гибкость и, так сказать, подвижность ума россиян, я этого не знал, когда заступал на службу.

Русские проживали такие сложные фазы в своей жизни! Ко многому могут адаптироваться, в отличие от швейцарцев, которые, в общем-то, все время в своих Альпах проводят, жизнь у нас протекает без особых изменений.

— Быть послом в какой стране самое ответственное или самое почетное назначение?

— В России. Для того чтобы работать здесь послом, нужно быть универсалом. Сюда не может быть назначен человек, который специализировался бы, например, на экономике или, например, был бы экспертом по правам человека. И, конечно, посол в Россию — это не может быть первым назначением в карьере. Москва — один из центров притяжения дипломатической активности, назначение в Москву — это привилегия. И она сопряжена с тем, что здесь очень много работы.

— А послом в теплую страну, с морем и пальмами, не тянуло?

— Если говорить о тех дипломатах, которые заканчивают свою карьеру, если это последний пост перед пенсией, то для них может быть привлекательна Греция. Потому что, с одной стороны, это приятно, хорошая страна, с историей. И в дипломатическом смысле тоже, кстати, достаточно интересно там работать, но менее напряженно.

— А послом в США хотелось бы?

— Теперь, с избранием Трампа, там тоже интересно.

— Вы уже задумывались о том, что будете делать по окончании карьеры?

— Я от рождения довольно динамичный человек, и мне хотелось бы свою энергию использовать не только на дипломатической службе, но и на каком-то ином поприще. В итоге я решил пораньше завершить дипломатическую карьеру, чтобы не сильно устать. Строго говоря, я мог бы выйти на пенсию досрочно и целыми днями ничего не делать и позволять себе сплошные удовольствия. Но я уверен, что через три-четыре дня я бы соскучился без дела.

— И чем же вы займетесь на досрочной пенсии?

— Бизнесом, который связан с инновациями. Моя идея заключается в том, чтобы приобрести в Швейцарии небольшое предприятие, до десяти сотрудников, больше я не смогу себе позволить. Я куплю небольшой налаженный бизнес, со своей клиентурой, и дальше буду его развивать. Кроме того, я согласился помогать некоторым швейцарским организациям, общественным и государственным, в налаживании и углублении связей с Россией. И еще я буду вести семинар в Женевском университете на тему международной политики, дипломатии, принципов ведения переговоров.

— А российскую компанию не хотели бы прикупить?

— Я не до конца еще определился с покупкой. Но это будет, скорее, швейцарское предприятие, потому что там условия ведения бизнеса лучше. В Швейцарии огромное количество небольших и микропредприятий, они производят какой-нибудь нишевый инновационный продукт. Для медицины, например. Протезы или детали для них. Такого рода предприятий насчитывается примерно 300 тысяч. В последние годы многие из них, около 45 тысяч, продаются. Их владельцы — беби-бумеры, они уже в приличном возрасте, им по 60–70 лет, они отходят от бизнеса. А следующее поколение, их дети… Далеко не все из них хотят бизнесом заниматься, продолжать дело родителей.

Сейчас в Швейцарии выставлено на продажу очень много предприятий, владельцы которых не очень знают, кому передать свое дело…

— Я предполагал, что вы займетесь чем-нибудь более «швейцарским» — сыроделием, производством шоколада, например…

— В принципе, можно и сыроделием. В любом случае, я предпочту изготавливать и продавать сыр или какие-нибудь там шоколадные конфеты, но не быть консультантом, потому что и так я слишком много в своей жизни провел за всякими разговорами и говорил беспрерывно. Поэтому я хочу теперь что-то производить, что-то такое, что можно пощупать. Хочу внести свой вклад в инновации. Это едва ли не главный предмет гордости Швейцарии.

— А разве не предмет гордости швейцарцев — возможность сидеть в собственном шале и любоваться закатом за соседней горой?

— У меня на юге Франции есть уже, можно сказать, замок. Или, точнее, дом, он имеет историческую ценность, это памятник архитектуры. Ну а в Швейцарии я буду обустраивать жилье для новой работы. А если я и куплю еще что-нибудь для наблюдения за закатами и восходами, то в Киргизии.

— В Киргизии? Шутка?

— Да, в Киргизии. Не совсем там, где горы и Иссык-Куль, а в живописной горной долине…

— Не понял. Вам, швейцарцу, нравятся просторы, плоские долины, а не горы?

— Не столько просторы, а уединенность. В Киргизии тоже красивые горы, но там совершенно пусто, почти нет людей. Там не так, как в Швейцарских Альпах, где всюду люди и дома.

В Киргизии кругом одни горы, долины, природа. Я там видел очень красивые места. И там можно купить недвижимость по цене авто.

— Вы говорили нам ранее в интервью, что швейцарцы — это вовсе не нация банкиров, что швейцарцы не любят брать или давать в долг, а сами копят всю жизнь. На что копите вы, на какую мечту?

— Меня всегда очень интересовала реставрация старинных зданий, я этим занимался, в том числе тратил средства на это. И если эти занятия принесут деньги, я стану каким-то очень богатым, то я, честно говоря, даже не знаю точно, что я буду с этим делать. Потому что у меня такая ситуация, во-первых, у меня нет семьи, я холостяк. Я не знаю, может быть, какой-нибудь благотворительный фонд создам или кому-то отдам деньги, если страшно разбогатею. Так бывает, что люди, подобные мне, создают фонд, потом они умирают, фонд остается — хотя потом про этот фонд, может, никто и не вспомнит. А может, и вспомнит. Чего-то такого, о чем бы я думал день и ночь, мечтал, такого нет.

— Не очень завидная участь состоявшегося успешного швейцарца, мечты которого, собственно, уже исполнены к 60 годам. Развиваться некуда, мечты сбылись.

— Понимаете, меня интересует путь, а не какая-то конечная цель. Интересует сам путь, который приведет к какому-то результату. Для себя, что касается бизнеса, я сформулировал цель: приобретаю предприятие и развиваю его таким образом, чтобы оно стало успешным, чтобы через какое-то время его стоимость увеличилась.

— Нормальный инвестиционный подход…

— Но это не значит, что, когда я его продам в пять раз дороже первоначальной цены, то от этой суммы я приду в состояние полного блаженства и счастья. Меня больше интересует само это новое дело, развитие, движение.

А что касается конечной цели, к которой обязательно надо стремиться, я уже давно не верю, что у людей должны быть такие цели. Нужно просто жить. Идти своим путем.

Я очень быстро теряю интерес после того, как определенный рубеж достигнут.

— Можно спросить, именно по этой причине вы — убежденный холостяк?

— Я очень восхищаюсь женщинами. Но, опять же, я встречал на своем пути множество женщин, которые очень интересны, привлекательны и с которыми можно было бы действительно построить семью. Любоваться закатами... Но дело в том, что я, доходя до определенного этапа, достаточно быстро не то чтобы разочаровываюсь, охладеваю… Это как с восхождением на гору. Любитель горных восхождений поднимается, поднимается, вот он достигает вершины. Это уже кульминация в какой-то степени. Потом ему хочется покорять новые вершины. Это не лечится.. И уж точно я не буду связывать себя прочными узами в таком достаточно уже зрелом возрасте.

— Но если посмотреть на женщин иначе, как на небольшое предприятие, требующее инвестиций. Капитализация с годами будет расти, а отдача будет в виде заботы, кофе в постель, совместного отдыха. Нормальный ход?

— Женщины примерно так и аргументируют. Когда отношения между мужчиной и женщиной достигают определенного пика. Но я остаюсь верным своей несколько отшельнической природе.

— Это чисто швейцарский подход к женщинам?

— Я швейцарец, но это, скорее, личное свойство…

— Давайте вернемся от частного к общему. Как считаете, Brexit — это устоявшийся общеевропейский тренд? Едва ли не в каждой крупной европейской стране есть своя Каталония, мечтающая отделиться. Не кажется ли вам, что процесс дробления зашел глубоко? Интересно ваше мнение по этому поводу, поскольку Швейцария находится как бы на другом конце этого тренда. Она объединила 26 регионов в одну страну…

— Действительно, некий центробежный тренд наметился. После Второй мировой войны, во время которой люди в Европе настрадались, было велико стремление к миру, было горячее желание деколонизации, желание демократизировать существующие авторитарные режимы. Всех интересовали права человека, свобода передвижения, свобода торговли, открытость границ, стабильность и тому подобные вещи. И все это стало, в общем, общепринятыми ценностями. Они не только декларировались, в большой части мира этих принципов действительно придерживались, их даже насаждали. Стало принято считать, что именно эти принципы позволят достичь мирного сосуществования народов, поднять материальное благосостояние.

Но постепенно вот эта приверженность к политкорректности, утверждение прав человека, провозглашение постоянно всех этих принципов как основного рецепта — эта тенденция постепенно выдохлась.

И есть поиск каких-то новых рецептов, благодаря которым можно будет как-то реактивировать, оживить общественные процессы. В отдельных странах и регионах. И если посмотреть на развивающиеся страны, то их все меньше удовлетворяет постоянное громогласное декларирование этих высоких принципов. То есть они от них не отказываются, они остаются высокими принципами. Но теперь людей больше интересует конкретика, воплощение высоких стремлений, переход к нормальному функционированию, к хорошей жизни на практике.

От деклараций все немножко устали. И от глобализации тоже немного устали. Это уже остывший кофе, как немцы говорят. Люди хотят чего-то другого.

— У Швейцарии, похоже, особый взгляд на решение проблемы беженцев, наводнивших Европу. Швейцария пускает к себе тех беженцев, которые имеют нужные профессии, хорошо образованны. От остальных беженцев отказывается. Мы, говорят, не для того пахали всю жизнь, чтобы кто-то чужой пришел и все это разрушил. Но швейцарцы при этом соглашаются выплачивать за непринятых беженцев штраф. Так, например, поступила коммуна Бремгартен (Bremgarten), об этом сообщали европейские СМИ.

— Я думаю, у вас не совсем верная информация. Если речь идет о беженцах, настоящих беженцах, сирийских например, или из Чехословакии, как это было в 1968 году, или даже начиная с протестантов французских, которых преследовали и которые укрывались в Швейцарии… Мы таких беженцев всегда принимали. Без различия, какая у них там профессия, какое образование. Именно беженцев, а не экономических мигрантов, которые просто ищут лучшей жизни, хорошей работы и при этом не могут доказать, что они бегут от войны. Да, мы таких не принимаем.

И еще имеется категория мигрантов, которых действительно отбирают по профессиональным признакам. Около 75 преподавателей в наших университетах — иностранцы, которые проходят через определенный отбор. Это очень высокого качества специалисты. И мы таких действительно хотим видеть у себя и приглашаем на работу. А вообще, среди всех европейских стран мы едва ли не самая интернациональная. У нас почти четверть населения — это иностранцы.

Швейцария. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 22 января 2017 > № 2049231 Пьер Хельг


Швейцария. Сирия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 января 2017 > № 2044791 Петер Маурер

Накануне встречи по Сирии в Астане 23 января президент Международного комитета Красного Креста Питер Маурер рассказал в интервью руководителю представительства МИА "Россия сегодня" Елизавете Исаковой о критике России в отношении гуманитарных организаций, будущем сирийского Дер эз-Зора и ситуации на Украине.

- В Давосе вы встречались со спецпосланником ООН по Сирии Стаффаном де Мистурой. О чем шла речь на встрече?

— Очевидно, и мы всегда говорим это, что сирийский кризис нуждается в политическом решении. И поэтому спецпосланник ООН по Сирии Стаффан де Мистура и я встречаемся регулярно. Потому что это один из наших ключевых интересов. Мы также постоянно обсуждаем перспективы политического урегулирования. Все знают, что следующий важный шаг, перекресток, будет в Астане, и я думаю, что все рассчитывают увидеть, что процесс продолжается и приведет к прекращению огня, которое будет устойчивым. И тот процесс, который будет идти в Астане, имеет тесную связь со всеми усилиями ООН по поиску мира для Сирии.

Так что мы обсудили эти вопросы и я ему рассказал о своей недавней поездке в регион.

- В Астане 23 января будут обсуждать перспективы установления режима прекращения огня в Сирии, что тесно связано с возможностью осуществлять гуманитарные операции в стране. Вы были приглашены в Астану или общались с теми, кто будет участвовать во встрече, чтобы что-то посоветовать как представитель гуманитарной организации?

— Нет, мы не были приглашены. Вопрос о прекращении боевых действий, как все знают, является высоко политизированной темой. Мы надеемся, что те, кто отвечают за эту тему, найдут способ для достижения режима прекращения огня, который будет соблюдаться. Но мы не являемся участниками этих переговоров.

- Россия в последнее время выступала с резкой критикой международных гуманитарных организаций и ООН из-за того, что они не оказывают помощь на должном уровне жителям освобожденного Алеппо. Считаете ли вы, что МККК делает все для помощи жителям города, или этого недостаточно?

— За последние 4,5 года я постоянно говорю, что нам надо делать больше в Сирии, потому что есть разрыв между тем, что делают гуманитарные организации, и тем, в чем нуждаются люди в Сирии. И это остается верным для Алеппо и сегодня.

МККК в последние недели не только помогал осуществлять эвакуацию из Алеппо, но и оказывал гуманитарную помощь в большом количестве для всех тех, к кому мы могли добраться в районе Алеппо и вне его. Мы делаем все, на что способны. Сирия является нашей самой большой гуманитарной операцией.

Все знают проблемы, которые возникают при доставке гуманитарной помощи. Иногда они бюрократические, иногда это вопрос безопасности, иногда это объективные проблемы с доступом к районам из-за неразорвавшихся снарядов на месте операции. Много факторов, которые подрывают или откладывают гуманитарную помощь. Говоря это, мы в то же время оказываем поддержку десяткам тысяч людей в Алеппо, и мы продолжим оказывать эту помощь. Но я говорю только за себя, а не за ООН.

- На этой неделе усилились бои в сирийском Дер эз-Зоре, который фактически был разделен надвое, а Минобороны РФ заявило, что в городе может произойти геноцид мирного населения. Готовы ли в МККК к подобному развитию событий?

— Вы знаете, что нашей заботой в Сирии уже много лет остаются осажденные и труднодоступные районы. Они заселены людьми, которые иногда больше симпатизируют правительству, а иногда оппозиции. Совершенно ясно, что наш постоянный подход заключается в том, что в первую очередь гуманитарным игрокам необходимо предоставить доступ в эти районы, а во вторую — гражданское население должно иметь возможность покинуть осажденные территории, если они хотят это сделать, а также получить безопасность в других частях Сирии.

То, что мы видим сегодня в Сирии — это обоюдный захват в заложники осажденных районов, что должно обсуждаться с использованием более принципиального и прагматичного подхода. Это касается и Дер эз-Зора, и других мест в Сирии.

Мы стараемся добраться до осажденных районов, предоставить гуманитарное решение, говорить с участниками боев и напоминать им об их юридических обязательствах.

- В Алеппо МККК способствовал проведению переговоров между вооруженной оппозицией и российскими и сирийскими военными. Готов ли комитет выполнить аналогичную роль в Дер эз-Зоре?

— Мы постоянно говорим об этом, и это действительно для Сирии и других конфликтов — МККК всегда готов, когда готовы стороны конфликта, сыграть свою роль и способствовать обмену позициями, чтобы гуманитарное решение было найдено.

- Так у МККК уже были контакты со сторонами на эту тему?

— Я могу только повторить, что МККК всегда готов быть взаимным посредником между воюющими сторонами для поиска конкретных решений.

- Полагаете ли вы, что в Дер эз-Зоре может повториться ситуация с эвакуацией боевиков, как это было в Алеппо?

— Я не делаю предположений о будущем Дер эз-Зора или будущем Сирии. Я сказал уже, что в Сирии десятки труднодоступных и осажденных районов. И мы полагаем, что в них должен быть осуществлен доступ для гуманитарных организаций, а мирные граждане должны иметь возможность их покинуть.

- Вы собираетесь привлекать новых инвесторов с учетом того, что конфликты, подобные сирийскому, пока не заканчиваются? Кто это может быть?

— Я бы не назвал их инвесторами. То, что мы хотим видеть для Сирии, — это больше новых доноров. Потому что, во-первых, в таких конфликтах, как Сирия, Ирак, Йемен, Украина, во многих из них поддержка должна исходить от правительства. Это операции по оказанию срочной гуманитарной помощи, которые нуждаются в публичном финансировании со стороны правительства. И мы призываем и просим оказывать финансовую поддержку этих операций со стороны всех участников женевских конвенций. Только перед Рождеством я подписал письмо для 194 стран мира с нашим бюджетом на 2017 год, в котором мы просим о добровольных пожертвованиях. Вы знаете, что МККК зависит от желания каждой страны вносить вклад в наши операции.

Мы полагаем, что МККК представляет ту форму гуманитарной деятельности, которая нужна сегодня, потому что мы достойны доверия и одновременно независимый и беспристрастный гуманитарный игрок. Мы думаем, что нас нужно щедро финансировать, и мы думаем, что нам не хватает финансирования на 2017 год.

- В Гамбии произошло свержение действующего правительства. Полагаете ли вы, что эта страна превратится в новую горячую точку в Африке?

— Всегда, когда есть внезапная смена правительства, госпереворот или другие потрясения, мы в первую очередь надеемся, что ситуация не будет ухудшаться, но и готовимся к тому, что она будет ухудшаться. Этот регион МККК знает как регион политического напряжения. Мы приняли во внимание последние события. И вы можете рассчитывать на МККК, если ситуация ухудшится. Мы готовимся к тому, что конфликт может ухудшиться.

- В Давосе вы встречались с делегацией Украины во главе с президентом Петром Порошенко. Что вы обсуждали?

— Мы поговорили о нашей гуманитарной программе. Я поделился своей оценкой ситуации с украинской делегацией, как я сделал это с руководством России в конце ноября, когда я был в Москве, — с вице-премьером, премьером и главой МИД.

По нашей оценке, ситуация в Донецке с гуманитарной точки зрения очень тяжелая, мы не можем делать столько, сколько хотели бы делать. И нам нужна лучшая политическая динамика, которая поддерживает осуществление гуманитарных операций на линии фронта между территориями, которые контролируют Донецк, Луганск и Киев.

Мы, безусловно, призываем обе стороны не блокировать взаимно эти темы.

У нас есть практические решения по другим вопросам, которые движутся в правильном направлении. Но, к сожалению, мы до сих пор видим, что наши программы в Донецке и Луганске имеют очень низкий уровень реализации. Ниже, чем другие программы по всему миру, что является показателем присутствия административных и юридических препятствий. Это с точки зрения оказания помощи.

Что касается защиты, вы знаете, что мы хотим добиться посещения заключенных, которые были захвачены во время военных действий, и мы все еще надеемся, что обязательства "нормандской четверки" и поддержка минской группы по доступу МККК ко всем заключенным на территории Украины в конце концов материализуются и МККК будет предоставлен этот доступ.

Мы будем призывать все стороны искать шаги, которые будут способствовать позитивному развитию в этом направлении.

Что касается заключенных, у МККК есть мандат проверять, чтобы с заключенными обходились гуманно. В то же время, как переговорщик, которого приняли обе стороны, мы готовы, если все стороны этого хотят, предложить свои решения по обмену или освобождению заключенных или помочь реализовать соглашение, которое заключат стороны. По моей оценке, сегодня до сих пор есть препятствия для освобождения заключенных и для доступа к ним МККК, и мы думаем, что их срочно необходимо снять.

Швейцария. Сирия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 января 2017 > № 2044791 Петер Маурер


Россия. Швейцария. Весь мир > Металлургия, горнодобыча. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > metalinfo.ru, 19 января 2017 > № 2044630 Олег Дерипаска

Для резкого роста экспорта алюминиевой продукции есть все возможности

Россия может в разы увеличить экспорт алюминиевых полуфабрикатов, сообщил президент Русала Олег Дерипаска в интервью телеканалу «Россия 24» в ходе Всемирного экономического форума в Давосе.

По его словам, в немаловажной степени экспорт сдерживается денежно-кредитной политикой Банка России, влияющей на уровень ставок коммерческих банков: они очень высокие, тогда как в Европе можно спокойно взять кредит по ставке 1,5% сроком до 10 лет.

Что же касается динамики мировых цен на алюминий, то значительного подорожания крылатого металла не предвидится.

«Большого повышения мы не ожидаем. Наш бизнес-план на 2017 г. составлен исходя из консервативного прогноза цены в $1,650 тыс. за 1 т», - отметил Олег Дерипаска.

Россия. Швейцария. Весь мир > Металлургия, горнодобыча. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > metalinfo.ru, 19 января 2017 > № 2044630 Олег Дерипаска


Швейцария. США. Россия. Весь мир > Экология. Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > bfm.ru, 19 января 2017 > № 2042298 Анатолий Чубайс

Чубайс: «Мир перевернулся. Такой ужас в Давосе я припомню только раз»

«Самое точное описание нынешнего Давоса — это ощущение ужаса от глобальной политической катастрофы», — заявил председатель правления ООО «УК «Роснано» Анатолий Чубайс. В интервью Business FM он также выразил свое мнение по главным темам Давоса: глобальное потепление и Трамп

О чем говорят на полях Давосского форума и в кулуарах, как банкиры относятся к Трампу, что ожидает Россию в плане «санкционных шагов»? Эти вопросы главный редактор Business FM Илья Копелевич задал председателю правления ООО «УК «Роснано» Анатолию Чубайсу.

Анатолий Борисович, все происходит у нас под знаком завтрашней инаугурации Трампа, и я скажу так: читая привычные нам западные издания — от CNN до Financial Times, Wall Street Journal — мы видим, что Трампа критикуют от лица прогрессивной элиты. Ваши впечатления? Его учат тому, что протекционизм — плохо, что с глобальным потеплением надо бороться, что будущее не за индустриальной экономикой, а все-таки за новыми технологиями и так далее. Его всему этому учат. Вот такое впечатление, если смотреть за этой прессой. По вашему впечатлению, Давос так же критикует Трампа, или там на это смотрят по-другому?

Анатолий Чубайс: Я думаю, что тема Трампа — это, конечно, принципиально важная вещь, с учетом завтрашней инаугурации. Но мне, честно говоря, он важен не столько сам по себе, сколько как отражение общей картинки, даже не отражение, а, может быть, концентрированное выражение этой общей картинки. Поэтому, если можно, я чуть-чуть шире отвечу на ваш вопрос, посмотрев на этот Давос в целом. Я бы начал с того, что такого ужаса, какой я ощущаю сейчас в Давосе у абсолютного большинства участников, я за все мои годы участия в Давосе припомню только один раз. А поскольку в Давосе я давно — я с ужасом посчитал, что оказывается, я 25 раз уже здесь, то, соответственно, есть длинный исторический период, в котором, пожалуй, был только один Давос с таким же ощущением ужаса. Это был Давос 2009 года, когда разворачивался глобальный мировой финансовый кризис, у всех на устах был вопрос: что это такое, это кризис в системе или кризис системы в целом? Оказалось, что это все-таки кризис в системе, а не системы в целом. Мы его как-то пережили. Так вот, степень ужаса сейчас, в 2017 году, равна степени ужаса в 2009 году. Все это выражается формулами: мир, построенный после Второй мировой войны, рушится, его больше нет. Вот, собственно, простая иллюстрация, очень хорошая: посмотрите, Давос открывал генеральный секретарь Компартии Китая — господин Си Цзиньпин речью, которая просто была великолепной, одой рыночной экономике с яркими призывами о необходимости отменять межстрановые торговые барьеры, снижать пошлины, и еще в завершение с заявлением о том, что Китай открывает целый ряд рынков, которые раньше были закрыты. То есть такая суперлиберальная речь, построенная в лучших традициях чикагской школы. Это произошло два дня назад, и практически в это же время Трамп в своем интервью заявляет, что Америку все обижают, что он будет повышать импортные пошлины, и что если немецкие или другие автомобильные концерны построят заводы в Мексике, то им придется платить гигантскую импортную пошлину, которую он введет в Америке. Мир перевернулся. Еще одна-две иллюстрации тому, что такое Трамп. Как сказала одна из крупнейших американских участниц, у Трампа-президента есть только две опции: либо он откажется от всего того, что он сказал до сих пор, либо он приведет нас всех к катастрофе. И еще одна любопытная деталь — изменение даже не просто тональности, а изменение терминологии. Авторитетнейшие мировые лидеры, аналитики, журналисты используют в описании всей нынешней ситуации термины, которые вообще запрещены были в публичной речи: «идиотское решение», «решение, сделанное идиотами», «дебилы» и так далее. Вот, пожалуй, самое точное описание нынешнего Давоса — это ощущение ужаса от глобальной политической катастрофы. Причем, заметьте, по экономике ничего катастрофического не происходит, глобальная экономика росла в прошлом году, в 2017 году ожидается рост — 3-4%, поэтому вся эта нынешняя катастрофа — это чисто политическое явление, что, пожалуй, впервые за 25 лет.

Какое у вас лично отношение к этой теме? Вы тоже воспринимаете это как катастрофу, или, может быть, это просто эффект неожиданности, испуг, и мы привыкнем и все осмыслим — не так все страшно?

Анатолий Чубайс: Я попробую очень сжато описать свою позицию. Если говорить коротко, то мы говорим с вами о глобальном историческом процессе. Сейчас не поймешь, что происходит. В историческом процессе, в котором 1970-1980 годы прошлого века были апогеем либерализма, крах коммунистической системы, «тэтчеризм», «рейганомика», а поверх этого соответствующие идеологические работы, в том числе Фрэнсис Фукуяма с книжкой «Конец истории», смысл которой в том, что история закончилась, либерализм победил везде, и больше ничего не будет. После этого, как мы видим, происходит прямо противоположное. Вместо фундаментальных ценностей либерализма, таких как глобализация, демократия, мультикультурализм и другие, им на смену приходят прямо противоположные: ценности национальной идентичности, ценности страновых национальных интересов, приоритета национальной культуры и так далее. Тут сейчас как раз у меня была горячая дискуссия, на большой сессии один из участников напал на Россию, на Путина за то, что Путин строит новый мир, который основан на национальных интересах. На что я сказал, что, может быть, вы и правы, но, в принципе, он делает это не один, у него есть хорошие партнеры, например, народ Великобритании. Я это к тому, что это, конечно же, большой цикл, и во всем нынешнем глобальном кризисе либерализма можно усматривать либо его конец, как многим бы хотелось, либо, наоборот, старт для его обновления. Я как раз считаю, что мир однозначно демонстрирует необходимость обновления фундаментальных либеральных ценностей. Это, кстати говоря, требование не только к глобальному либерализму, но и к российскому либерализму, который прошел очень похожую историю за те же самые 25 лет. Я глубоко убежден в том, что, во-первых, у либералов сейчас при всей тяжести ситуации открывается очевидный вызов, очевидный запрос, очевидная необходимость на переоценку фундаментальных либеральных ценностей. Я считаю, что если либералы в мире, и российские в том числе, окажутся адекватны этому вызову, они смогут переосмыслить что-то из догм, которые не работают, тогда весь этот негатив обернется в позитив. Тем более надо понимать, что, помимо всех этих идеологических, культурных процессов, конечно же, важнейшее значение имеют технологии, которые на наших глазах глобализуют весь мир. Мы с вами говорим по телефону из Давоса в Москву, что даже 20 лет назад было сделать не так просто. И в этом смысле все равно технологии делают мир ближе, и речь, как мне кажется, скорее, идет не о катастрофе либерализма, а о кризисе либерализма. А это разные вещи. И в этом смысле, если либералы сумеют сделать правильные для себя выводы, это означает, что они сумеют не просто из нее выбраться, а сумеют оседлать и возглавить новую волну.

Парижское соглашение, глобальное потепление — тема для вас, как для главы «Роснано», важная во всех отношениях. В России, в Новосибирске, то ли уже развернуто, то ли разворачивается очень крупное производство нанотрубок, которое, я технически не очень понимаю, будет иметь большое значение в процессе понижения выбросов, причем это, с международной точки зрения, глобальный проект, который может иметь спрос по всему миру. Если он будет, естественно, в случае выполнения Парижского соглашения. Это преамбула, а в остальном я хочу вам дать слово за подробностями.

Анатолий Чубайс: Действительно, здесь, в Давосе, тематика Парижского соглашения и глобального потепления является одной из центральных, даже на фоне всех тех политических страстей, про которые я рассказал. Буквально вчера были обнародованы данные, что, по данным НАСА, прошлый год, 2016-й, на земном шаре в истории климатических наблюдений является самым жарким. И я еще сам помню, 10-15 лет назад это было дискуссионно: кто-то был «за», а кто-то был «против». На моих глазах ситуация радикально изменилась. Сегодня среди серьезных ученых, серьезных политиков, бизнесменов — нет таких в мире, кто считал бы, что этой проблемы не существует. К сожалению, в России ситуация другая, в России эта проблема общественностью вообще не поднимается, и не осознанно, в том числе и демократической общественностью так называемой. И это очень обидно, потому что я вчера сидел на сессии, на которой премьер-министр Бангладеш заявляет, что мы очень бедная страна, но мы сделаем все, что возможно и невозможно, чтобы внести вклад в борьбу с глобальным потеплением, вот наши действия по строительству альтернативной солнечной энергетики, вот наши другие действия.

Просто в Бангладеш жарко, а у нас холодно, поэтому у нас общественность, вы знаете, думает, потеплеет, станет только лучше.

Анатолий Чубайс: Да, это правда. Вот вы сейчас на полуслове поймали. А ей вторит премьер-министр не очень южной страны, которая называется Норвегия, который заявляет, что Норвегия, благосостояние которой основано на экспорте нефти и газа, будет не просто развивать альтернативную энергетику, а считает, что ее национальный вклад в борьбу с глобальным потеплением является одним из приоритетов действующего правительства. В том-то и дело, что это диапазон — от Норвегии до Бангладеш. И в этом диапазоне у России не просто есть свое место, а у России есть своя миссия. Миссия эта, как мне кажется, все более и более ясно прочерчивается, особенно с учетом того, что Россия все-таки решила подписать Парижское соглашение, и президент Путин приезжал в Париж, что крайне важно было политически. В чем оно может состоять? Укрупненно говоря, все, что делает человечество для противостояния глобальному потеплению, делится на две части. Часть номер один — энергоэффективность и альтернативная энергетика. В этой части Россия тоже начала сдвигать ситуацию с мертвой точки. Национальный стартап возобновляемой энергетики в России развивается. Это хорошо, но мы не будем здесь лидерами. Мы здесь, скорее всего, перенимаем технологии, чем создаем новые. Есть вторая половина дела, не менее важная, чем энергетика и альтернативная энергетика, — это новые материалы. Даже на уровне здравого смысла, не будучи большим специалистом, понятно, что если человечество сумеет изобрести новые материалы с прочностными свойствами, превышающие нынешние, это будет означать снижение воздействия на окружающая среду, потому что автомобили можно будет делать легче, потому что дома можно будет делать легче, фундаменты можно делать меньше, меньше тратить материалов и энергии на их производство. Мы провели специальное исследование, которое показало, что наномодифицированные материалы способны внести вклад в борьбу с выбросами СО2 больше, чем вся альтернативная энергетика на земном шаре. И именно в этом, втором направлении, направлении материалоэффективности, если можно так сказать, мы действительно бурно продвигаемся вперед. И один из наших флагманских проектов — производство углеродных нанотрубок. Мы считаем, что созданная новосибирскими учеными промышленная технология является лучшей в мире. Мы считаем, что мы обогнали всех конкурентов минимум на три-четыре года, мы уже четвертый год ежегодно утраиваем объем производства. Мы произвели в прошлом году больше трех тонн, а в этом году произведем больше семи тонн и через год пустим новую установку — реактор мощностью 50 тонн. Ничего подобного на земном шаре не существует. И мы считаем, что в этой части борьбы с глобальным потеплением Россия может предъявить миру свой собственный вклад и всячески содействовать его распространению.

Вот эти углеродные нанотрубки, что это такое?

Анатолий Чубайс: Тут все просто. Нас в школе учили, что углерод может быть в форме графита, это один из кристаллов, которым мы пишем, когда пользуемся карандашом, а может быть и в другой — кристаллической решетке, и тогда он становится алмазом сверхпрочным. Так меня учили в школе.

А сейчас еще есть графен, тоже нам знакомое слово.

Анатолий Чубайс: Совершенно верно, вы как раз забежали вперед. А в 1990 годы выяснилось, что кроме этих двух форм, есть еще несколько кристаллических форм углерода. Одна из них — это углеродные нанотрубки, их открыл японский профессор, а другая — это как раз графен, за создание которого российские ученые, живущие в Лондоне, Гейм и Новоселов получили Нобелевскую премию. Так вот, и углеродные нанотрубки, и графен обладают уникальными свойствами прочностными, механическими, такими, что их добавка в основные материалы в долях процента радикально изменяет свойства основных материалов. Тут важно, что речь идет не о каких-то сверхуникальных материалах, каких-нибудь жаропрочных материалах для защиты спускаемого аппарата корабля при входе в плотные слои атмосферы. Речь идет о базовых материалах. Добавка в алюминий делает его прочнее, чем титан, добавка в пластик не только упрочняет пластик, но делает его электропроводным, причем речь идет о добавках в долях процента.

А в миллиардах долларов как бы вы оценили потенциал этого созданного в России производства, о котором люди должны знать?

Анатолий Чубайс: Я думаю, что если у нас будет ситуация развиваться в соответствии с нашими планами, то примерно к 2025 году капитализация компании будет измеряться несколькими миллиардами долларов, а к 2030 годам она может оказаться крупнейшей компанией в России и превысить по рыночной капитализации «Газпром», и еще может стать крупнейшим экспортером из России, но для этого нужна еще очень большая работа.

Вы могли бы назвать имена людей, чей научный и технологический вклад стал решающим?

Анатолий Чубайс: Да, конечно. Это Юрий Коропачинский, предприниматель сибирский, очень сильный и профессиональный, и Михаил Предтеченский, которого можно поздравить с тем, что на последних выборах Академии наук его избрали академиком Российской академии.

Илья Копелевич

Швейцария. США. Россия. Весь мир > Экология. Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > bfm.ru, 19 января 2017 > № 2042298 Анатолий Чубайс


Россия. Швейцария. Катар > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > fingazeta.ru, 8 января 2017 > № 2045810 Николай Вардуль

Сделка года

Как бюджет получил деньги от приватизации «Роснефти»

Николай Вардуль

Самой масштабной и вместе с тем самой любопытной сделкой уходящего года была, безусловно, приватизация «Роснефти». Формально она была завершена 16 декабря, когда Минфин отчитался о получении искомых денег в бюджет. Но и эта финальная часть проведенной сделки была выдержана в общей стилистике триллера. Который хочется еще раз перечитать или пересмотреть, для того чтобы разобраться во всех хитросплетениях сюжета.

Эпитет «самая» полностью подходит к разным (самым разным) сторонам сделки по приватизации «Роснефти». Когда-то Андрей Илларионов, тогда советник президента Путина, под Новый год проводил пресс-конференции, где представлял различные рейтинги событий года собственного сочинения. Теперь никто из чиновников больше этим не занимается, но, уверен, во всех околорейтинговых опросах, если бы они проводились, приватизация «Роснефти» заняла бы верхние позиции.

Не буду повторять детали разогрева этой сделки — приватизацию «Башнефти» и связанный с ней арест Алексея Улюкаева или сценарий самовыкупа акций самой «Роснефтью», который рассматривался на рынке как самый вероятный вплоть до момента объявления 7 декабря покупки 19,5% акций «Роснефти» консорциумом англо-швейцарского трейдера Glencore и катарского суверенного фонда Qatar Investment Authority. Все это было захватывающе.

Не менее любопытен и последний аккорд. 16 декабря «Роснефтегаз» сообщил о том, что все средства от продажи пакета «Роснефти» аккумулированы на счетах компании и готовятся к переводу в бюджет «по графику, согласованному с Минфином, с учетом поручений президента и правительства об избежании волатильности на валютном рынке». Тогда же (это произошло в Токио) главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин доложил президенту Владимиру Путину, что все средства от продажи 19,5% «Роснефти» перечислены в бюджет. Напомню, 7 декабря правительство приняло распоряжение, по которому «Роснефтегаз» обязан перечислить в бюджет 692,4 млрд руб. от сделки плюс промежуточные дивиденды на сумму 18,4 млрд руб. (итого 710,8 млрд руб.).

Позже в тот же день, 16 декабря, информацию о получении денег от приватизации «Роснефти» подтвердил Минфин. Министр финансов Антон Силуанов рассказал, что средства от приватизации «Роснефти» поступили в бюджет не в результате конвертации полученной «Роснефтегазом» от иностранных инвесторов валюты, а «из других источников». С одной стороны, ясно, что это было сделано, чтобы избежать влияния сделки на валютный рынок. С другой стороны, что это за «другие источники»?

Начнем с покупателей. Сумма сделки составила €10,2 млрд. По условиям сделки, Glencore должен заплатить €300 млн собственных средств, Катар — €2,5 млрд, а остальные €7,4 млрд обязался обеспечить итальянский банк Intesa Sanpaolo при участии неназванных российских банков. РБК выяснил, что сделку профинансирует Газпромбанк, третий по величине активов банк России.

Таким образом, покупатели заплатили живыми деньгами и акциями Glencore менее четверти от суммы сделки. Дальше в игру вступили банки. Как отметили в Росбанке 21 декабря: «Если в предшествующие месяцы был зафиксирован профицит ликвидности у крупнейших банков, а недостаток рыночного фондирования — у средних и мелких участников, то сейчас ситуация изменилась на противоположную». Но и банки расплатились не своими деньгами.

Во-первых, резко активизировались сделки РЕПО крупнейших банков с ЦБ. Стратегические аналитики Sberbank Investment Research сразу после перечисления рублевых средств в бюджет отмечали: «Поскольку рублевые балансы по операциям однодневного РЕПО российских банков с ЦБ выросли за неделю с 56 млрд до 706 млрд руб., можно предположить, что большая часть рублевых средств, необходимых для сделки (речь идет о перечислении денег в бюджет. — Н.В.), была получена благодаря операциям РЕПО госбанков с ЦБ, в рамках которых в качестве залога использовались рублевые облигации, возможно, локальные облигации «Роснефти».

Во-вторых, 19 декабря появилась информация, что «Роснефть» собирает заявки на пятилетние бонды объемом 30 млрд руб. Организатором размещения является Газпромбанк. Агентом по размещению выступает контролируемый «Роснефтью» Всероссийский банк развития регионов (ВБРР).

Общий объем данной программы биржевых бондов «Роснефти» — 1,07 трлн руб. Ранее в декабре компания разместила биржевые облигации сразу на 600 млрд руб. Участники рынка рассказывали РБК, что размещение было нерыночной сделкой. При этом они допускали, что размещение могло быть использовано в расчетах с бюджетом за приватизацию «Роснефти».

16 декабря председатель Банка России Эльвира Набиуллина говорила, что у ЦБ нет вопросов к этому размещению. «Роснефть» заранее предупреждала о своих планах, в том числе и о размещении облигаций на российском рынке.

Таким образом, происходит связываемая участниками рынка с расплатой с бюджетом за приватизацию «Роснефти» мобилизация ресурсов сразу по двум каналам: самой «Роснефтью» на долговом рынке и банками через операции РЕПО с ЦБ. Неслучайно Эльвира Набиуллина, которую цитирует РБК, напомнила: «Наверное, многие просто вспоминают и делают сравнения с декабрем 2014 г. Мне кажется, компания извлекла уроки из этого опыта. У нас никаких вопросов к этим сделкам нет». В декабре 2014 г. «Роснефть» прибегала к крупным заимствованиям, которые могли оказать, как считают некоторые аналитики, влияние на резкие колебания, произошедшие на валютном рынке.

Продолжим пытаться распутывать финансовый клубок. Если для рублевых расчетов с бюджетом не понадобилась конвертация валютных средств, уплаченных за акции «Роснефти», то куда они могли пойти? В Sberbank Investment Research отвечают: «Мы ожидаем, что приток валютных средств отчасти будет использован ВТБ для финансирования приобретения активов Essar Oil консорциумом во главе с „Роснефтью“. Газпромбанк, возможно, использовал свою часть валютных поступлений для предоставления финансирования тому же СП».

Перейдем к подведению итогов.

Первое. «Роснефть» выполнила, а возможно, даже перевыполнила свою задачу. Приватизация 19,5% акций проведена, бюджет причитающееся получил. «Роснефть» продолжает реализацию собственных планов по приобретению активов на внешнем рынке. Игорь Сечин еще раз проявил себя как эффективный менеджер.

Второе. Если приватизация — это, грубо говоря, не только смена собственника, но и уход государства от головной боли, связанной с ведением тех или иных дел, то последнего пока не произошло.

Чтобы бюджет получил свое, был задействован ЦБ (резко расширились сделки РЕПО). Возможно, к сделке в той или иной форме были привлечены и крупные госбанки. Понимаю, что сравнение некорректное, но не могу удержаться. Есть нечто общее у приватизации «Роснефти» с залоговыми аукционами. Применительно к «Роснефти», правда, никаких, даже формальных, аукционов или конкурсов не проводилось. Зато средства ЦБ (согласен, формально не вполне государственные) через операции РЕПО могли привлекаться.

Третье. Механизм приватизационной сделки получился весьма непрозрачным, что вряд ли можно считать ее достоинством.

Четвертое. Приватизация «Роснефти» имеет и политическое звучание. Неслучайно западные комментаторы посчитали ее прорывом санкционных ограничений. Сделка удачно проведена именно после победы в США Дональда Трампа и должна, как представляется, вызвать не новые разбирательства и санкции, а наоборот, привести к их раскачиванию.

Россия. Швейцария. Катар > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > fingazeta.ru, 8 января 2017 > № 2045810 Николай Вардуль


Катар. Швейцария. Россия > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 11 декабря 2016 > № 2000859 Михаил Леонтьев

«Роснефть» раскрыла новые подробности «сделки века»

Соглашение о продаже 19,5% акций «Роснефти» консорциуму Glencore и суверенного фонда Катара было подписано 7 декабря. Подробности в интервью Business FM разъяснил вице-президент «Роснефти» Михаил Леонтьев

«Роснефть» раскрыла некоторые детали сделки по продаже пакета акций международному консорциуму. Госкорпорация вечером в субботу опубликовала пресс-релиз, в котором говорится, что «Роснефть» 7 декабря подписала соглашение о продаже 19,5% акций консорциуму Glencore и суверенного фонда Катара. Соглашение называется крупнейшей приватизационной сделкой в истории России и самой крупной в мировой нефтегазовой отрасли в этом году.

Федеральный бюджет получит 10,5 млрд евро. Из них 10,2 млрд это средства от продажи акций. Еще 300 млн евро поступят за счет дополнительных дивидендов «Роснефтегаза», сообщается в пресс-релизе. Подробности в интервью Business FM разъяснил вице-президент «Роснефти» Михаил Леонтьев:

Михаил Леонтьев: Акции, зафиксированные на 6 декабря, с учетом 5% дисконта за продажу миноритарного пакета, что является вполне нормальным для сделки. Ровно по этой формуле они и были проданы инвестору. Поэтому цифра 692 — она же 10,2, которая фигурировала, это цифра, которую бюджет получил непосредственно от продажи пакета покупателю. Плюс 18 млрд рублей, которые бюджет дополнительно получил от «Роснефтегаза» в результате изменения дивидендной политики. Дело в том, что цифра 710, которую бюджет должен был получить, он ее и получил, ровно. Это 10,5, как докладывал Игорь Иванович президенту, 10,5 млрд евро.

Катар, получается, заплатит 2,5 млрд евро?

Михаил Леонтьев: Инвесторы заплатят 10,2, частично это средства кредита, частично это средства обоих участников консорциума, в разных пропорциях, которые связаны с тем, что это, безусловно, разные игроки, разного жанра. Это консорциум, между партнерами которого существует своя система взаимоотношений, свои мотивы, своя конфигурация сделки, достаточно сложная. Это их внутренние взаимоотношения, и было бы лучше, чтобы пояснения здесь давали они.

По поводу итальянского банка и участия других банков. Это российские банки?

Михаил Леонтьев: Мы не будем сейчас это уточнять, финансовые параметры сделки являются конфиденциальными в некоторой части. Важно, что деньги получены в полном объеме.

Правильно мы понимаем, что сделка была вчера подписана? Почему в субботу вечером?

Михаил Леонтьев: Вы не совсем правильно понимаете, потому что сделка сложная. Там достаточно сложный процесс, поэтому давайте мы будем опираться на пресс-релиз, который опубликован.

На рынке обсуждают, что не исключено, что нынешняя сделка лишь промежуточная, и в дальнейшем пакет в 19,5% акций может быть перепродан, в том числе может его выкупить сама «Роснефть».

Михаил Леонтьев: Это какой-то абсурд. Последнее является очередным достижением болезненных фантазий, которые вообще подлежат уже, по-моему, какой-то оценке. Либо политической, либо медицинской, одно из двух, ребята. Потому что, сначала говорилось, что мы вообще ничего не продадим. Потом — что мы сами все купим. Теперь, когда мы продали инвесторам, при этом является еще и стратегическое соглашение, сделка, безусловно, не является законченной, потому что есть стратегическое соглашение. И в ближайшее же время мы займемся реализацией этих стратегических соглашений с инвесторами, которые заинтересованы в дальнейшем инвестировании, в том числе в наши конкретные проекты, в первую очередь, Upstream.

Также в субботу Glencore сделал свое заявление. Компания объявила о создании консорциума с суверенным фондом Катара для покупки пакета «Роснефти», но указала, что сделка будет закрыта в середине декабря. В сообщении швейцарского трейдера говорится, что Glencore заплатит лишь 300 млн евро собственных средств, Катар — 2,5 млрд евро.

В пресс-релизе «Роснефти» уточняется, что основным кредитором консорциума, вместе с рядом банков, выступит итальянский банк Intesa Sanpaolo. Судя по всему, он заплатит остальные 7,4 млрд евро, как пишет РБК. В сообщении Glencore говорится, что в кредите будут участвовать российские банки, какие — не уточняется.

РБК отмечает, что катарский суверенный фонд не раскрыл никаких деталей сделки, и его доля в финансировании покупки пакета «Роснефти» остается неизвестной.

Катар. Швейцария. Россия > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 11 декабря 2016 > № 2000859 Михаил Леонтьев


Россия. Катар. Швейцария > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > fingazeta.ru, 8 декабря 2016 > № 2006584 Николай Вардуль

Как приватизировалась «Роснефть»

Бюджет получит 10,5 млрд евро

Николай Вардуль

КТО ТЕПЕРЬ ГЛАВНЫЙ ПРИВАТИЗАТОР?

Это была не приватизация, а триллер. По закону жанра, до самого последнего момента рынок пребывал в неведении, кто и как купит приватизируемые акции. Какой там конкурс или аукцион! Ничего подобного не было.

Не было ясности даже с тем, когда же наступает тот самый «последний момент». 5 декабря истек срок, установленный правительством для приватизации 19,5% акций «Роснефти» не менее чем за 710,85 млрд руб. Однако ни о какой сделке тогда объявлено не было. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков вынужден был объясняться. Но и он привнести ясность не сумел, заявив лишь, что деньги от продажи бумаг должны поступить в бюджет, «как и предполагалось», до 15 декабря, и «этот крайний срок, мы уверены, будет соблюден». Сказано это было 6 декабря, то есть за 10 дней до «крайнего», несдвигаемого, как дал понять Песков, срока, а за 10 дней до поступления денег в бюджет точно должно быть понятно, кто и как акции «Роснефти» покупает. Понятно не стало. А срок, действительно, несдвигаемый, деньги от приватизации «Роснефти», те самые 710,85 млрд руб. необходимы бюджету в начинающемся новом году. Они уже в нем учтены и расписаны. По Пескову, о том, как прошла сделка по приватизации «Роснефти», можно будет судить лишь после 15 декабря. Вот и вся прозрачность.

Правда, 1 декабря помощник президента РФ Андрей Белоусов заявил, что получил от главы «Роснефти» Игоря Сечина ответы на все вопросы относительно приватизации крупнейшей российской нефтекомпании: «На те вопросы, которые у меня были как у председателя совета директоров „Роснефти“, Игорь Иванович ответил», — сказал Белоусов, отвечая на вопросы журналистов. То есть председатель совета директоров «Роснефти» все-таки знал, как приватизируется компания. А точнее, узнал, потому что для этого ему понадобилось писать запрос Сечину. Уже хорошо. Плохо то, что комментировать какие-либо детали Белоусов отказался. Каждый вопрос знай свой поднос.

Впрочем, как только и раньше речь заходила о приватизации «Роснефти», ясность быстро улетучивалась. Когда Игорь Сечин пролоббировал создание комиссии по ТЭКу под председательством Владимира Путина, став ее ответственным секретарем, приватизация как процесс продажи акций госкомпании компаниям частным сразу едва не обрела весьма экзотические черты: «приватизатором» в ТЭКе предлагалось сделать стопроцентно государственную компанию-копилку акций «Роснефти» и «Газпрома» — «Роснефтегаз». Идея была вызывающе абсурдна, если придерживаться канонов приватизации, зато контроль за ТЭКом сохранялся. В чьих именно руках — тайна Полишинеля. Игорь Сечин не только глава «Роснефти», но и председатель совета директоров «Роснефтегаза».

Потом с длительными аппаратными боями правительство вернуло себе первую скрипку в определении политики приватизации, включая госкомпании ТЭКа. Или так казалось самому правительству.

Но тут грянула «приватизация» «Башнефти». «Приватизация» взята в кавычки вполне заслуженно. «Приватизатором» «Башнефти», как известно, выступил не «Роснефтегаз», но подконтрольная государству «Роснефть». То есть старые лекала все-таки пригодились. Президент Владимир Путин, с одной стороны, дистанцировался от такой «приватизации», публично назвав ее на последнем инвестиционном форуме «Россия зовет!», «странной» и пожурив за это правительство, но, с другой, — выдал индульгенцию, признав, что главное в конце концов — интересы бюджета.

Вскоре все получили сразу два убедительных сигнала, свидетельствующие, что когда бы то ни было становиться на пути реализации планов «Роснефти», мягко говоря, небезопасно. Сначала как гром с ясного неба последовало разоблачение «аферы Улюкаева», по версии следствия решившего получить, если не взыскать, «вознаграждение» (естественно, незаконное) за поддержку поглощения «Роснефтью» «Башнефти» под видом приватизации последней. Потом — 6 декабря — полпред президента в Приволжском федеральном округе Михаил Бабич многообещающе высказался в адрес прежней команды «Башнефти»: «Я сейчас не хочу кидать камень в сторону прошлого руководства, но, по крайней мере, те доклады, которые сегодня идут, и та информация, которой мы сегодня владеем, показывают, что очень большие вопросы есть к эффективности работы предыдущего менеджмента». Можно еще вспомнить «казус» Владимира Евтушенкова, попытавшегося первым приватизировать «Башнефть», но быстро и с оттяжкой получившего по рукам. Сделка, как известно, с привлечением правоохранительных органов была возвращена в исходную позицию.

Кто-то еще что-то не понял?

САМА-САМА…

Предыстория, а также информационный вакуум толкали на предположение, что «приватизатором» «Роснефти» выступит сама «Роснефть».

5 декабря она в излюбленной стилистике спецоперации — внезапно и в течение получаса — сумела разместить облигации на сумму 600 млрд руб. ($9,4 млрд). Выпуск является частью облигационной программы общим объемом 1,079 трлн руб. ($16,9 млрд.), недавно одобренной советом директоров «Роснефти».

Свой комментарий аналитики Sberbank Investment Research начинали так: «У „Роснефти“ есть еще несколько вариантов потратить средства, помимо выкупа своих акций». То есть сомнений в том, что главная цель мобилизации денежного ресурса — выкуп своих акций, так называемый buy back, практически не было. «По нашему мнению, — пишут аналитики, — сумма привлеченных средств позволяет предположить, что «Роснефть», возможно, готовится к сценарию, в рамках которого ей придется полностью или частично выкупить 19,5% акций (оцененных в 711 млрд руб., или $11,1 млрд) у холдинга «Роснефтегаз».

Самовыкуп рассматривался как первая вспомогательная ступень приватизации «Роснефти», как мера, вынужденная нехваткой времени для привлечения частных инвесторов, которое ожидается на второй ступени. «Роснефть», таким образом, идет на выручку бюджету.

Какой будет вторая ступень, то есть, кто будет частным инвестором в «Роснефть», было совершенно неясно. Понятно, что в России таких не найти. Представить себе крепнущий за счет акций «Роснефти» ЛУКОЙЛ, например, совершенно нереально. «Роснефть» этого попросту не допустит. А вовне санкции.

Закрадывался и такой вопрос: нужны ли индийские или китайские стратегические инвесторы «Роснефти»? Политическая «галочка» — с этим все понятно. Но какие новейшие технологии они принесут с собой? Второй свежести — те, что уже могли получить (если получили) у тех же американцев. Если вдруг они окажутся в полной мере свежайшими, американцы могут затеять разбирательство, в котором ни китайцы, ни индусы не заинтересованы.

Главное: к канонам приватизации — замене госсобственника на частного собственника, как мы уже неоднократно видели, в «Роснефти» относятся без какого бы то ни было трепета. Там, безусловно, согласны с тем, что приватизация — это передел собственности. Но контроль важнее.

Кто был бы собственником самовыкупленных акций? Сама «Роснефть». А у кого был бы контроль над этими акциями? У руководства компании. Как владел «Роснефтегаз» с председателем совета директоров в лице Игоря Сечина 19,5% акций «Роснефти», так ими же распоряжалась бы «Роснефть» во главе с Игорем Сечиным.

Контроль — только в своих руках. Разве не логично?

Характерно, что уже когда пришла нежданная информация о том, что 19,5% акций «Роснефти» купил катаро-швейцарский консорциум, глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов прокомментировал ее как «проигрыш» Сечина: «Выиграв первый раунд — борьбу за Башнефть», он все-таки проиграл второй».

Я не думаю, что амбиции Игоря Сечина, какими бы они не были, способны перевесить его представление о том, что соответствует интересам российской экономики. А для нее произошедшая сделка очевидно предпочтительнее, чем buy back с перекладыванием в конечном счете государственных денег из одного кармана в другой.

БЮДЖЕТ, РУБЛЬ, КОНТРОЛЬ

Бюджет получает искомую сумму. Возможно, открытый конкурс принес бы больше, но на него в силу решения об очередности: сначала приватизация «Башнефти», потом «Роснефти», специфики приватизации «Башнефти» и сроков бюджетного процесса просто не оставалось времени. Ситуация цейтнота была создана искусственно, но теперь победителей никто судить не будет.

Процесс перевода евро в нужные бюджету рубли никакой трудности не представляет. Будет открыто несколько свопов, «Роснефть» может поделиться с бюджетом только что взятыми на рынке рублями, ей валюта пригодится для расплаты по внешним долгам.

Шероховатость тем не менее есть. Glencore в своем официальном заявлении о сделке сообщает, что заплатит за долю в «Роснефти» 300 миллионов евро в виде собственных акций. Как быть с ними? Российскому бюджету акции нефтетрейдера не нужны, а вот «Роснефти» они, наверняка, пригодятся. Дело даже не в том, что рынок сразу отозвался значительным ростом акций Glencore. «Роснефть» в принципе заинтересована в укреплении связей с нефтетрейдером, которые были установлены еще когда одним из собственников Glencore был небезызвестный Геннадий Тимченко.

У этого интереса как минимум две стороны. Об одной прямо говорится в пресс-релизе Glencore: сделка включает в себя «новое 5-летнее соглашение с „Роснефтью“, расширяющее бизнес Glencore на 220 тысяч баррелей в день».

Вторая сторона включает в себя тему контроля над «Роснефтью», а точнее, вопрос о блокируюшем пакете акций. Сейчас ВР владеет 20% акций «Роснефти», если кто-то из новых владельцев 19,5% акций, а они не являются в полной мере стратегическими инвесторами, так как далеки от технологий добычи, перепродаст 5% ВР, то английская компания получит блокирующий пакет. «Роснефть» в этом не заинтересована, значит, в ее интересах укрепление связей и с Glencore, и с катарским фондом.

Рубль в результате сделки, скорее, укрепится. И это укрепление будет тем значительнее, чем больше валюты продаст «Роснефть», чтобы оставить акции Glencore за собой.

Россия. Катар. Швейцария > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > fingazeta.ru, 8 декабря 2016 > № 2006584 Николай Вардуль


Россия. Швейцария. Катар > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 8 декабря 2016 > № 2003305 Михаил Крутихин

Кто выиграл от частичной приватизации «Роснефти»

Михаил Крутихин

Банк, профинансировавший сделку, не назван, что заставляет по-новому взглянуть на недавнее размещение облигаций «Роснефти» на общую сумму 625 млрд рублей. Не исключено, что вырученные средства были переданы банку, который выступил кредитором сделки по приватизации. Если это так, то «Роснефть» сама профинансировала значительную часть покупки, увеличив свой долг перед банкирами

На поверхности операция по частичной приватизации «Роснефти» выглядела простой, прозрачной, обоснованной и полезной. Главной ее целью было объявлено сокращение дефицита федерального бюджета: предполагалось, что от реализации 19,5% акций госкомпании казна до конца текущего года получит более 700 млрд рублей, которые за этот пакет заплатят портфельные инвесторы или один стратегический инвестор. Однако на практике инициатива правительства столкнулась с серьезными препятствиями.

Первым из них стало явное нежелание руководителя «Роснефти» Игоря Сечина делиться хотя бы частью контроля над компанией с новыми акционерами, которые, объединившись, могли собрать блокирующий пакет акций и накладывать вето на стратегические решения менеджмента. Возникшая вдруг идея выкупить предлагаемый к приватизации пакет на средства самой «Роснефти» умерла в зародыше: часть выкупленных акций по российским законам становилась бы казначейскими (то есть предназначенными к продаже в течение года) и, главное, неголосующими. А это автоматически увеличивало бы пакет голосующих акций, которыми располагает англо-американская корпорация ВР (чуть менее 20%), и давало бы этому совладельцу право вето.

Такая ситуация породила предположения о двусмысленной позиции Сечина, который с самого начала признался, что не видит пользы в предложенной приватизации, хотя и готов выполнить решение правительства. Складывалось впечатление, что глава компании умышленно саботирует идею приватизации в ходе переговоров с потенциальными покупателями. От участия в сделке отказались японцы, вьетнамцы, индийцы, а китайцы дали понять, что миноритарный пакет, не дающий никакого права участвовать в управлении российской компанией, им неинтересен. Как пояснили китайские источники, одним из условий продажи «Роснефть» якобы сделала обязательство новых совладельцев голосовать на собраниях акционеров солидарно с представителями российского правительства. Более того, в СМИ просочились слухи о том, что Сечин, возможно, требует от покупателей обещаний не вступать в альянс с ВР, чтобы не дать посторонним возможности сформировать блокирующий пакет.

Вторым серьезным препятствием стал имидж «Роснефти», за которой давно тянется шлейф подозрений в махинациях с приобретением активов ЮКОСа. Сама госкомпания и ее глава Игорь Сечин попали под международные санкции, что затруднило сотрудничество с зарубежными партнерами и контрагентами. Например, индийские банки отказались финансировать сделки «Роснефти» с компаниями в Индии, хотя Индия не присоединилась к режиму санкций. Банкиры опасались испортить отношения с партнерами в США, где «Роснефть» включена в черные списки.

Тот факт, что ряд стратегических действий «Роснефти» – к примеру, участие в нефтяных проектах в Венесуэле – выглядят политизированными, а не коммерческими, также подрывает доверие инвесторов к российской госкомпании. Учитывая недоверие зарубежного бизнеса к инвестиционному климату России, где иностранный капитал недостаточно защищен от непредсказуемых действий властей и рейдерских захватов, осторожный подход к предлагаемой операции вполне оправдан.

В конце концов, чтобы выполнить в срок решение правительства, в обстановке полной секретности была подготовлена и осуществлена схема, которая оставила у наблюдателей больше вопросов, чем ответов. Миноритарный пакет акций «Роснефти» в объеме 19,5% на паритетных началах выкупает консорциум в составе Qatar Investment Authority (QIA), то есть государственного инвестиционного ведомства Катара, и нефтяного трейдера Glencore, зарегистрированного в Швейцарии. Главные детали сделки покрыты мраком, хотя некоторый свет на нее проливает пояснительный пресс-релиз Glencore (компания обязана раскрывать информацию, затрагивающую интересы ее акционеров).

Источники в Дохе, с которыми удалось связаться сразу после объявления о сделке, обращают внимание на напряженность в отношениях Катара с Россией в связи с военным вмешательством Москвы в сирийский конфликт. Однако, считают они, сделку можно рассматривать как желание катарских властей создать некий противовес для Вашингтона, политикой которого на Ближнем Востоке не слишком довольны в Дохе. Политический характер участия Катара в сделке с «Роснефтью» явно просматривается. Местные наблюдатели к тому же указывают на «неоправданно высокую» цену российских акций.

По словам этих источников, катарское инвестиционное ведомство серьезно отнеслось к альянсу с Glencore, согласившись потратить больше $5 млрд из своего капитала, общий размер которого около $300 млрд. Это крупное вложение для данного суверенного фонда, хотя Qatar Investment Authority, как правило, не настаивает на участии в принятии решений в компаниях, куда вкладывает деньги. Более того, катарцы вряд ли пойдут на формирование какого-либо альянса с ВР: в Дохе к англо-американскому гиганту относятся настороженно после того, как тот покинул Катар в 1980-х, сделав там крупное открытие залежей углеводородного сырья.

Второй покупатель – швейцарская компания Glencore – уже много лет торгует нефтью, которую приобретает у «Роснефти» (из официальной цены барреля нефти, отгруженного в танкер в Приморске на берегу Балтийского моря, российской компании остается не вся сумма, часть ее уходит в качестве комиссии иностранному трейдеру). В 2013 году Glencore вошла в число кредиторов, предоставивших «Роснефти» средства для поглощения активов ТНК-ВР, за что получила долгосрочный контракт на льготное приобретение нефти в объеме 190 тысяч баррелей в сутки. Финансовая помощь для «Роснефти», покупавшей ТНК-ВР, и стала предоплатой этих поставок.

Теперь, по новому контракту, Glencore будет получать от «Роснефти» еще по 220 тысяч баррелей в сутки на протяжении пяти лет. Такие объемы попадут к швейцарцам за счет сокращения поставок российской нефти через другие трейдерские компании-конкуренты. «Роснефть» фактически в очередной раз заложила посреднику свою еще не добытую нефть в обмен на участие Glencore в приватизационной сделке.

Glencore объявила, что вносит в сделку лишь 300 млн евро из собственных средств, хотя получит половину от приобретаемого пакета. Остальные деньги поступают от катарцев и в виде банковского кредита. Банк, профинансировавший сделку, не назван, что заставляет наблюдателей по-новому взглянуть на таинственную операцию, проведенную 7 декабря, по срочному, чуть ли не моментальному размещению облигаций «Роснефти» на общую сумму 625 млрд рублей. Есть весомые причины предполагать, что вырученные таким образом средства были переданы банку, который выступил кредитором сделки по приватизации. Если эти предположения верны, то «Роснефть» сама профинансировала значительную часть покупки, увеличив свой долг перед банкирами. При этом банкиры, как можно предполагать, должны представлять структуры, не попадающие под режим западных санкций против «Роснефти».

В явной выгоде – и катарский фонд, и швейцарский трейдер. Получит долгожданное финансовое вливание и российский федеральный бюджет. Остается вопрос: вместо такой сложной схемы не проще ли было напрямую перевести в бюджет колоссальные средства от дивидендов «Роснефти» за несколько лет, которые должны были накапливаться в компании-прокладке «Роснефтегаз»? Эта структура официально принадлежит государству на все сто процентов, но отчитываться перед кабинетом министров почему-то отказывается.

Россия. Швейцария. Катар > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 8 декабря 2016 > № 2003305 Михаил Крутихин


Швейцария. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 ноября 2016 > № 1981946 Джанни Инфантино

Встреча с президентом ФИФА Джанни Инфантино.

Владимир Путин принял в Кремле президента ФИФА Джанни Инфантино, прибывшего в Россию для участия в жеребьёвке Кубка конфедераций 2017 года, которая пройдёт 26 ноября в Казани. Во встрече также принял участие вице-премьер Виталий Мутко.

В.Путин: Уважаемый господин президент!

Мы, как и договаривались, встречаемся с Вами перед жеребьёвкой Кубка конфедераций. К сожалению, не смогу присутствовать на самом этом мероприятии в Казани, но я Вас уверяю: всё пройдёт самым лучшим образом.

И конечно, в ряду наших ближайших задач – организация этих масштабных соревнований: все стадионы будут готовы в четырёх городах – Москва, Петербург, Сочи и Казань, где Вы будете проводить жеребьёвку.

Нам хорошо известны и проблемы со стадионом «Зенит-Арена» в Петербурге, и единственное, что нас успокаивает, – что такой долгострой в сфере спортивного строительства иногда встречается не только у нас, хотя это очень печальная история.

Мы знаем результаты исследования стадиона вашей инспекционной группой, знаем ваши замечания по поводу выдвижного поля. Строители обещают всё поправить к концу этого года. Сегодня там работают несколько тысяч строителей.

Но это технические вопросы. Что касается организации, то мы очень рассчитываем и будем стремиться к тому, чтобы Кубок конфедераций был большим, масштабным праздником для всех любителей футбола. Будем работать, будем готовиться.

Дж.Инфантино (как переведено): Спасибо большое! Господин Президент, для меня большое удовольствие и честь быть здесь сегодня с Вами.

С нетерпением жду, что открою для себя сегодня вечером и завтра тот город России, с которым я ещё не знаком, – Казань. Слышал, что это красивый город.

В.Путин: Очень хороший. За последние годы Казань просто преобразилась, это совсем другой город. Он и древний, и современный одновременно.

Дж.Инфантино: Это также футбольный город.

В.Путин: Точно. Я закладывал этот стадион, когда ещё в том месте было просто чистое поле.

Дж.Инфантино: Да, там пройдёт жеребьёвка для Кубка конфедераций. Это будет большое событие, а чемпионат мира будет ещё более масштабным событием. Убеждён в этом на основе тех докладов, которые получаю.

Хотел бы поблагодарить лично Вас, Правительство, а также Российский футбольный союз за ту приверженность нашему делу, за ту работу, которую вы делаете для подготовки Кубка конфедераций и чемпионата мира по футболу.

Уже примерно в течение 20 лет я занимаюсь организацией футбольных мероприятий, и я должен сказать, что мой опыт сотрудничества с Российской Федерацией, тот уровень приверженности делу со стороны Правительства, на самом высоком уровне, со стороны футбольного союза, со стороны населения – это что–то беспрецедентное. Это вселяет в меня уверенность, что у нас будут два прекрасных лета, которые позволят, как я надеюсь, открыть миру ту Россию, которую, возможно, они не знают.

Спасибо большое.

Господин Президент, у меня есть маленький подарок для Вас.

(Вручает официальный мяч Кубка конфедераций.)

Это официальный мяч Кубка конфедераций «Красава», и Вы первый имеете этот мяч у себя – Вы можете начать тренировку с российской национальной сборной.

В.Путин: Спасибо.

В нашей стране очень любят футбол, и я очень рассчитываю, что эта любовь трансформируется в качество игры нашей сборной.

Швейцария. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 ноября 2016 > № 1981946 Джанни Инфантино


Швейцария > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 октября 2016 > № 1919947 Елена Краузова

Правда о прибылях: женщина-руководитель как залог успешного бизнеса

Елена Краузова

обозреватель Forbes

Специалисты исследовательского института Credit Suisse представили доклад «The CS Gender 3000: вознаграждение за перемены». В работе, которая проводится уже во второй раз, утверждается: у компаний с более высокой долей вовлечения женщин в процесс принятия решений финансовые показатели лучше, и они приносят своим акционерам более высокую прибыль.

В Credit Suisse проанализировали 3400 компаний по всему миру с общей численностью менеджеров около 27 000 человек. Предметом исследования стала взаимосвязь между гендерным разнообразием и производительностью компаний. Эксперты выяснили, что в 17% компаний женщины занимают должность финансового директора, в 10% — возглавляют бизнес-подразделения и только в 4% добились места генерального директора (СЕО). Но главным открытием стало то, что инвесторы готовы платить премиальную цену (на 19% выше) за компании, которые возглавляют женщины. У таких компаний также выше рентабельность собственного капитала (ROE, на 19% выше средних показателей). К тому же, они приносят своим владельцам на 9% больше в виде дивидендных выплат.

Что касается индустриального разнообразия, то больше всего женщин в топ-менеджменте в медиа (22% от общего числа сотрудников), в индустрии путешествий и отдыха (19,5%), бытовых услуг (18,9%), ритейла (18,4%). Наибольшего прогресса в расширении карьерных возможностей женщин за последний добились компании в страховой и нефтегазовой отрасли, а также в ИТ-бизнесе. Рывок сделал и банковский сегмент, где женщины теперь занимают почти 18% высших должностей.

В целом признание женщин в качестве равных представителей в топ-менеджменте стало следствием кризиса 2008 года: именно тогда многим стало ясно, что компетенции женщин в риск-менеджменте учитывались слишком мало.

Тем не менее сегодня решение проблем гендерного неравенства все еще идет не столь быстрыми темпами. «Мы видим мало свидетельств тому, что практика трудовых взаимоотношений принципиально меняется, — отмечают аналитики Credit Suisse Research Institute. — Вызовы и трудности для женщин в преодолении пути к вершинам огромных корпораций остаются незыблемыми».

По количеству женщин в топ-менеджменте в 2016 году так же, как и в 2014 году, лидируют Таиланд (рост с 25,1% до 27,8%), Филиппины (рост с 24,6% до 25,0%) и Норвегия (рост с 23,8% до 25,0%). Россия занимает лишь 22-ю строчку: представленность женщин на высших руководящих постах в нашей стране упала за два года с 11,7% до 9,9%. По этому показателю Россию уступаем большинству стран Европы, Канаде, США, Китаю, странам Юго-Восточной Азии и даже ЮАР.

В целом эксперты Credit Suisse Research Institute констатируют, что в решении проблем гендерного неравенства в бизнесе компаниям не хватает последовательности. Доля представительниц прекрасного пола среди менеджмента в среднем за два года не увеличилась, а даже незначительно сократилась - с 13,9% до 13,8%. Составители отчета объясняют падение тем, что хотя на топовых позициях количество женщин выросло на 16%, в отдельных отраслях (например, в телекоммуникациях) число женщин-директоров росло, а на позициях в топ-менеджменте в целом уменьшалось. Возможно, прогресс в равноправии полов в бизнесе нужно изучать на протяжении более долгого времени, приходят к выводу авторы исследования. Так, исследование 1500 компаний из списка S&P с 1997 года по 2009 год показало, что с увеличением на 10% женщин в совете директоров растет и представленность женщин в топ-менеджменте (на 1,4%) — но только с задержкой около года.

Исследователи из Credit Suisse Research Institute также подчеркивают, что чем выше доля женщин в высшем руководстве компании, тем выше прибыль ее акционеров. В целом активное участие женщин в высшем руководстве фирм улучшают их финансовые показатели. Так, за время исследования опережающая динамика компаний с 25% женщин на руководящих постах составила 2,8% ежегодного прироста (CAGR), а с более чем половиной женщин - – 10,3%. У фирм, где у руля стоят в основном женщины, и сверхдоходность по акциям – 12% ежегодно (с 2008 года), против 9% скорректированного ежегодного прироста по компаниям, входящим в индекс MSCI. Рынок готов платить за них премиальную цену в 19% по мультипликатору P/B (капитализация компании в ее отношении к балансовой стоимости).

Аналитики Credit Suisse Research Institute также разрушают несколько мифов о женщинах в бизнесе. Например, вымыслом оказалось предположение, что женщины, получившие руководящие должности, препятствуют карьерному продвижению других сотрудниц. Исследователи доказали это статистически: женщины на постах топ-менеджмента, наоборот, расширяют число женщин в своем окружении. Они в полтора раза чаще, чем руководители- мужчины, готовы поставить на должность финансового директора женщину и в 55% случаев возьмут ее в компанию в качестве главы подразделения или департамента.

Другое распространенное заблуждение, которое оказалось ошибочным, — то, что женщин ставят на руководящую должность только из-за феномена «стеклянного утеса». Этот термин впервые ввели социологи Мишель Райан и Алекс Хаслам. Он означает, что назначения женщин часто происходят от безысходности, когда в сложное время для организации требуется нестандартный ход. Действительно ли женщины приходят на топовые места только тогда, когда у компании нет иного выхода и когда компания вошла в стадию кризиса?

Авторы отчета подсчитали, что за восемь месяцев до назначения руководителя-женщины цены акций компании в среднем были на 10% ниже средних по рынку, а спустя 8-12 месяцев после назначения исполнительного директора-женщины акции компаний они уже стоили дороже (в среднем на 14,4% в годовом исчислении). С другой стороны, другая приведенная Credit Suisse Research Institute статистика не подтверждает, что женщины более успешны, чем мужчины, в «спасении» компаний. Так, если сравнить показатели рентабельности собственного капитала (ROE) в течение трех лет, предшествующих назначению нового CEO, и трех последующих лет, окажется, что различий между достижениями директоров-мужчин и женщин, возглавляющих компании, нет.

Швейцария > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 октября 2016 > № 1919947 Елена Краузова


Швейцария. Германия > Финансы, банки > vestikavkaza.ru, 25 августа 2016 > № 1870846 Сергей Хестанов

Сергей Хестанов: «Появилась техническая возможность создания денег, которые не контролируются правительством»

Несколько крупных мировых банков заявили о намерении выпустить в обращение новую цифровую валюту, основанную на технологии блокчейн, которая используется при проведении расчетов в биткоинах, и уже в 2018 году начать коммерческое использование новой цифровой валюты. Руководители швейцарского банк UBS, испанского банка Santander, немецкого Deutsche Bank, американской Bank of New York Mellon Corporation, британского брокера ICAP решили, что расчеты между банками и финансовыми институтами сложны, занимают много времени и обходятся дорого. Использование же цифровой валюты позволит существенно сократить время проведения платежей, считают инициаторы ее выпуска.

О перспективах введения новой цифровой валюты «Вестнику Кавказа» рассказал советник по макроэкономике генерального директора брокерского дома «Открытие-брокер», экономист Сергей Хестанов.

- Насколько реально необходимо введение электронной валюты для мировой финансовой системы?

- Чисто теоретически существует перспектива введения так называемых частных денег, то есть денег, которые лимитированы не государством, а каким-либо сообществом финансистов или в предельном варианте даже частных лиц. В 1974 году Фридрих фон Хайек получил нобелевскую премию в области экономики за создание теоретической базы в числе прочего этих «частных валют» или «частных денег». Тогда сама возможность создания такого финансового инструмента рассматривалась как сугубо теоретическая. Никому в голову не приходило, что когда-нибудь дойдет до практической реализации. Но с появлением интернета, мощных компьютеров, развитых алгоритмов шифрования, появилась техническая возможность создания денег, которые не ассоциируются с каким-либо органом власти, то есть в предельном варианте - не контролируются правительством.

Один из самых известных прецедентов - так называемая валюта биткойн, которая использует технологию блокчейн и собственные алгоритмы для создания этих электронных денег. Но блокчейн, при всей своей известности, обладает и недостатками. Поэтому на практике до сих пор криптовалюты были такой своеобразной игрушкой для энтузиастов, но не пользовались популярностью среди серьезных корпораций.

Это начинание очень интересно с точки зрения того, что учредители этой частной электронной валюты - крупные в мировом масштабе банки. Но как скоро им удастся ее создать, насколько их валюта будет популярной, судить еще рано.

Если вспомнить историю авиации, то полет самолета братьев Райт был очень важен, но на практике он для полетов был практически непригоден. Просто он показал принцип, на основании которого о другие компании быстро построили много других самолетов, часть из которых получили практическое применение.

Самое интересное в этой новости не сам факт, банки решили создать новые электронные деньги, а факт того, что эту достаточно перспективную технологию начали использовать крупные финансовые институты.

Скорее всего, за достаточно короткое время подобных попыток будет много, конкуренты этих банков тоже захотят сделать что-нибудь подобное. В процессе конкурентной борьбы, появятся жизнеспособные проекты «частных денег». Трудно сказать, насколько эта валюта будет популярной. Но сам факт того, что крупные, серьезные, очень консервативные банки занялись развитием такого типа проектов, открывает дорогу новому витку развития товарно-денежных отношений в мировой экономике. В любом случае должно пройти какие-то время, прежде чем можно будет делать объективные выводы.

- О каких минусах блокчейна идет речь?

- Главный минус в том, что если речь идет о традиционных деньгах, то существует веками отработанный механизм разрешения конфликтов. Не прошел платеж - идете в банк, получаете выписку, обращаетесь в учреждение Центрального банка, запрашивают там информацию из расчетно-кассового центра и все быстро выясняется. А здесь все будет непросто, и как будет, до конца не ясно. Поэтому до тех пор, пока не накопится практический опыт, просто тяжело объективно судить о том, как будут разрешаться конфликты, в случае если они возникнут.

- Будет Россия присоединиться к такой системе и принимать эту электронную валюту?

- Трудно сказать. Отношения Центральных банков, которые регулируют денежное обращение, к подобного рода проектам очень разное. Из можно разделить на три группы. Есть Центральные банки, которые очень настороженно и неодобрительно относятся идее. Китайский Центральный банк не приветствует такие инициативы, наш Минфин недавно предлагал давать семь лет за использование криптовалют. Потом он, правда, отозвал свою инициативу, но из песни слова не выкинешь. Федеральная резервная система США нейтрально относится - они не приветствуют, но и не препятствуют. Они не рассматривают эти новомодные вещи как своего товарную ценность и, соответственно, не запрещают, но и отказываются выносить какие-то регулятивные решения.

Есть Центральные банки, в основном маленьких европейских стран, таких как Дания, которые наоборот приветствуют эту технологию, и даже выдали грант университетам на ее изучение, профинансировали исследовательские работы, которые изучают эту технологию. Словом, единого подхода в мире нет. Вещь достаточно новая, поэтому, все просто наблюдают, что из этого получится, чтобы потом располагать какой-то статистикой и принять более взвешенное решение.

- Какое значение для простых людей будет иметь введение электронной валюты?

- В ближайшее время никакого. Даже технология будет популярной, она не сразу разовьется. Вспомните, как не сразу распространились компьютеры, не сразу распространился интернет, сотовые телефоны. С другой стороны, если хотя бы половина надежд, которые питают специалисты по поводу этих инструментов оправдаются, то не исключено, что лет через пять-десять мы будем этими инструментами пользоваться.

Швейцария. Германия > Финансы, банки > vestikavkaza.ru, 25 августа 2016 > № 1870846 Сергей Хестанов


Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 23 августа 2016 > № 1869505 Алексей Кыласов

«Надо признать поражение»: Паралимпиады для России не будет

Несмотря на то, что решение CAS окончательное, Паралимпийский комитет России попытается обжаловать его в Верховном суде Швейцарии. Остаются ли еще шансы?

Российским спортсменам не разрешили выступить на Паралимпиаде в Рио. Спортивный арбитражный суд (CAS) отклонил иск Паралимпийского комитета России (ПКР).

Решение об отстранении российских спортсменов, принятое после публикации доклада Макларена, было объявлено еще в начале августа, и Москва пыталась его оспорить. В самом документе Паралимпийский комитет России не упоминался ни разу, лишь в одной таблице сообщалось о сокрытии трех десятков проб паралимпийцев. Суд пришел к решению, что Международный паралимпийский комитет (МПК) имел право приостановить членство ПКР и это, согласно резолюции суда, не нарушает спортивных норм, а также правил МПК.

Юристы говорят, что еще будут обжаловать решение в суде Швейцарии и подавать в ЕСПЧ. Но одно очевидно: российские паралимпийцы не выступят в Рио. Business FM обсудила эту новость с доцентом кафедры менеджмента и маркетинга спортивной индустрии РЭУ имени Плеханова Алексеем Кыласовым. С ним беседовал Олег Булгак.

Это окончательное решение, оспорить его нельзя?

Алексей Кыласов: Собственно говоря, как любой третейский суд или арбитражный суд, это суд документов, прежде всего, и, конечно, оспорить можно и по процедуре, по каким-то нюансам, но по существу решение не меняется. То есть это кассация, это следующая инстанция, это апелляция, но это означает, что решение окончательное.

Но при этом все равно адвокаты говорят, что ПКР попытается обжаловать в Верховном суде Швейцарии.

Алексей Кыласов: Это бессмысленно. Сам по себе даже факт обращения в спортивный арбитраж уже был чем-то экстраординарным, потому что суд спортивного арбитража учрежден МОК и рассматривает какие-то споры, связанные именно с олимпийским движением в рамках непосредственно олимпийских федераций и Олимпийского комитета. А что касается всего олимпийского движения, к которому, безусловно, относится и Паралимпийский комитет, это не сфера компетенции CAS, и поэтому даже чтобы обратиться в CAS, нужно было заключить особое соглашение между МОК и Паралимпийским комитетом России. По сути это внутренние дела организации, потому что это третейский суд, и обращение в суд общей юрисдикции по факту ничего не даст. Это спор внутри одной организации. Может ли государство вмешиваться в деятельность спортивной организации? Вот вы и получили ответ. Это абсурд. Может быть, я не в курсе того, на что опираются адвокаты, но первоначально это бессмыслица.

Россия может подать иск в ЕСПЧ по защите прав паралимпийцев, которым отказано в участии в Паралимпиаде в Рио.

Алексей Кыласов: Это бесперспективно, сразу же говорю, потому что прав человека никто не нарушил: им никто не отказал в оказании медицинской помощи, в оказании каких-то программ реабилитации. Россия не отказалась, а Международный паралимпийский комитет в этом не участвует, это не программа реабилитации. Поэтому в данном случае никаких нарушений в рамках ВОЗ, в рамках различных программ ООН не произошло, поэтому это дешевый популизм на том, что люди пытаются пиариться, не понимая сути вещей, как, к сожалению, очень многое происходит в рамках предвыборной кампании.

Вот уже и заявление министра спорта Виталия Мутко: «Решение не находится в правовом поле, оно больше политическое, чем юридическое».

Алексей Кыласов: Абсолютно прав Мутко. То есть это не вне правового поля лежит проблема, потому что сегодня есть внешнее воздействие на Международный паралимпийский комитет, а то, что реализуется, просто люди видят наперед, и в данном случае, при всем уважении к Лукину, он дал слабину, не предусмотрел той ситуации, которая может сложиться. Насколько я знаю, иск был направлен против решения об отстранении, то есть речь не шла о том, было ли употребление наркотиков или нет, оспаривался аспект правомочности отказа сборной России участвовать в Играх со стороны Паралимпийского комитета. Поскольку решение было принято большинством голосов, единственное, что нужно с точки зрения устава МПК, это условие было соблюдено, то есть оснований нет. А уж были случаи допинга или нет, это не в рамках этого процесса. Паралимпийский комитет — самостоятельная, саморегулируемая общественная организация и может брать во внимание что угодно. Оспаривалось единственное решение — не допускать. Здесь тоже бессмысленны какие-то инсинуации по поводу того, был ли допинг или нет, это вторично. Есть само решение об отстранении, и именно оно оспаривалось и принято абсолютно легитимно. В этом весь парадокс.

А как объяснить такую твердую позицию суда, который все-таки шел нам навстречу в других некоторых случаях?

Алексей Кыласов: Если это решение лежит за рамками правового поля, как правильно подметил министр Мутко, политика вещь такая, что один ее разделяет, другой нет. Наивно полагать, что все люди придерживаются одной точки зрения в мире, ведь никто не отменял такие вещи, как толерантность, к которой нас призывает Запад, и среди членов суда, среди адвокатов, среди спортивных чиновников существуют совершенно разные взгляды. И это хорошо, что они существуют: это значит, что есть возможность в будущем воздействовать на изменение уставов организации, на совершенствование каких-то норм. И на это можем надеяться, но сейчас решить что-то мгновенно... Надо признать поражение.

Есть ли смысл оспаривать решение CAS, рассуждает старший партнер адвокатского бюро Forward Legal Алексей Карпенко, который представлял интересы ПКР в Спортивном арбитражном суде: «Это решение окончательное с той точки зрения, что никакая из возможных инстанций не сможет принять решение о допуске российских паралимпийцев до начала Паралимпийских игр. То есть российские паралимпийцы, к величайшему сожалению, на Паралимпиаду не поедут. Но остается возможность обжалования в Федеральном суде Швейцарии, и эту возможность будет изучать та же команда юристов, которая работала над этим делом. Сегодня был создан очень неприятный прецедент для всего спортивного права. Были проигнорированы фундаментальные принципы права и фундаментальные права человека, о которых говорят многочисленные международные конвенции. Это происходит впервые в истории паралимпийского спорта. В том вся и соль, что мы не указывали непосредственно на то, что нарушил Международный паралимпийский комитет. Безусловно, мы ссылались на то, что не доказана вина Паралимпийского комитета, мы ссылались на многочисленные нарушения процедуры, которые были допущены Международным паралимпийским комитетом, но главное, на что мы делали акцент, это нарушение прав спортсменов».

Бизнесмен и вице-президент Федерации профессионального бокса России Андрей Рябинский, который брал на себя расходы по иску Паралимпийкого комитета, рассказывает, что наблюдал за процессом. Все шло хорошо, но потом что-то произошло, описывает Рябинский: «Я знаю всю подноготную этого вопроса и могу вам сказать, что это, совершенно точно, решение несправедливое, наших ребят отстранили не по делу, это просто политическая история против страны. Больше всего возмущает, что этот вопрос касается именно паралимпийцев, людей, которые внутри сами по себе герои, которые всю жизнь сражаются, добиваются, всю жизнь показывают нам пример собственной доблести, смелости и силы характера, и вот такое отношение мы получаем к ним. В самом суде все выглядело более чем в нашу пользу. Хорошо выступили наши адвокаты, наши паралимпийцы, которые выступали в качестве свидетелей. Позиция, которая звучала со стороны Международного паралимпийского комитета, выглядела довольно слабой, наши аргументы были более чем обоснованы, грамотно представлены со всеми ссылками на нормативную документацию и так далее. Очень странно, по ходу самого заседания складывалось четкое ощущение, это мне говорили адвокаты, что решение должно быть в нашу пользу. Потом что-то произошло, что именно, не знаю».

Решение суда также прокомментировал член совета спортсменов Международного паралимпийского комитета Михаил Терентьев: «Правомерность отстранения Паралимпийского комитета находится под большим вопросом, насколько в рамках незавершенного расследования может приниматься такое решение. Это прецедент для паралимпийского движения в целом, когда отстраняет Паралимпийский комитет, а нарушаются права каждого спортсмена, который готовился честно и справедливо, который проходил через горнило отборов, через всякие разные допинг-тесты, наконец, под пристальным наблюдением не только антидопингового агентства, но и британского антидопингового агентства, как так может быть принято такое несправедливое решение? Мне тяжело понимать, на что опирался Филип Крейвен. Он является чемпионом мира по баскетболу на колясках. Но, видно, со стороны очень сильно оказывалось давление, не только в этой сфере оказывается давление на Россию, но и в различных других сферах. Видно, не справился с тем давлением СМИ, политическим давлением, принял такое поспешное решение. До 18 июля только самые восхитительные были от него слова по поводу организации Игр в Сочи, по поводу подготовки нашей команды, и он приезжал в Россию неоднократно, по-моему, чуть ли не каждый год бывает на мероприятиях. В последний раз он был в январе, когда чествовали наш Паралимпийский комитет в Кремле, никаких вопросов не было. Почему за один день на 180 градусов изменилось его отношение к России, мне непонятно, и никому, наверное, непонятно».

Международный паралимпийский комитет уже заявил, что перераспределит 267 лицензий российских спортсменов, не допущенных до Паралимпиады в Рио. «Хотя мы довольны решением, сегодня не день для празднования, мы испытываем огромное сочувствие к российским атлетам, которые пропустят Паралимпийские игры в Рио», — сказал президент МПК Филип Крейвен.

Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 23 августа 2016 > № 1869505 Алексей Кыласов


Швейцария. Евросоюз. Весь мир. РФ > Финансы, банки > gazeta.ru, 20 мая 2016 > № 1761414 Билл Коэн

«Нужна полная независимость банков от политики»

Что грозит российским банкам после перехода на базельские нормы

Рустем Фаляхов

Банковский сектор России в 2019 году полностью перейдет на нормы регулирования, разработанные Базельским комитетом по банковскому надзору. Комитет имеет репутацию «мирового центробанка» и даже «масонской ложи», которая диктует банкирам, как лучше зарабатывать и как страховать свои риски. В эксклюзивном интервью «Газете.Ru» генеральный секретарь комитета Билл Коэн рассказал, что именно подрывает стабильность финансовой системы любой страны и как в условиях кризиса совместить аппетиты банков с интересами бизнеса.

— Кризис 2007–2009 годов показал, что нормы контроля за банковским сектором только частично предотвращают пузыри на рынке недвижимости и потребкредитования. Планируется ли внести коррективы в механизм «Базель III», чтобы ограничить аппетиты банков?

— Брать на себя риски — основной бизнес банков. Это именно то, что банки делают — берут на себя риск. Они идут к людям или компаниям, которые хотят расти, и таким образом помогают экономике. «Базель III» не ограничивает аппетиты.

Он рассчитан только на то, чтобы следить: если банк берет на себя риск, у него достаточно капитала, чтобы вернуть деньги, если экономику начинает штормить.

— Какая из норм базельского механизма нуждается в срочном апгрейде, поскольку показала свою неэффективность?

— Мы провели много исследований произошедшего банковского кризиса и выяснили, что чаще всего его ядром, его корнем было кредитование. И в ряде других кризисов это было связано с проблемами рынка недвижимости и увеличением объема ипотечных займов. Хотя есть и проблемы, связанные с другими рынками — ценных бумаг, например. Но все равно видно, что основная проблема любого кризиса — такое кредитование, когда одолженные деньги не возвращают.

— В России и СНГ банки предлагают только один механизм (алгоритм) погашения кредита: аннуитетный платеж. Это когда 95% ежемесячного платежа составляет погашение процентов по кредиту, а 5% — погашение самого кредита. Не кажется ли вам, что такая схема создает дополнительные риски банкротства заемщика? Должно ли государство вмешиваться в эту проблему? Должны ли банки предлагать альтернативные схемы и не планирует ли комитет отобразить эту проблему в своих очередных рекомендациях банковскому сектору?

— Мне сложно прокомментировать конкретные страны — Россию, США или Евросоюз, я отвечаю за глобальное регулирование.

— В России было признано, что базельские нормы работают эффективно, что необходимо продолжить их внедрение. Но бизнес жалуется: банки не дают кредиты, экономика стагнирует. Есть противоречие?

— Нет, рост кредитования больше зависит не от регулирования, а от возможности самой экономической системы страны.

Проблемы в экономике при хороших показателях «Базеля III» не противоречат им: возможно, банки как раз не выдают кредиты, потому что у них недостаточно капитала. Регуляторы стремятся, чтобы состояние банковской системы было таким стабильным, чтобы она не могла рухнуть. А, например, в некоторых странах часто случается так, что спрос на кредиты невелик: компании опасаются ситуации в экономике, не хотят расти. Установленные нами минимальные стандарты низкие, некоторые [экономисты] даже придерживаются мнения, что слишком низкие.

Мы не занимаемся оценкой проблем в разных странах, это сфера компетенции национальных регуляторов — например, Банка России. У нас нет таких полномочий, все страны разные, мы не можем в достаточной степени оценить ситуацию. Если банки выполняют критерии «Базеля III», которые являются минимальными стандартами, но ситуация в экономике при этом плохая — это не проблема банков, это проблема экономики в целом. Мы разработали много методологических принципов для банков, в частности, касательно кредитов. Основнoй его принцип: долги должны быть погашены. Но мы не разрабатываем стандарты или законы, которые обязательно должны быть приняты банками на национальном уровне.

На мой взгляд, мы разрабатываем принципы, соблюдение которых в долгосрочной перспективе должно привести к поддержанию работы безопасной и стабильной финансовой системы. Мы будем стремиться не к увеличению объемов кредитования, а к надежной, стабильной банковской системе.

— Проводил ли комитет подсчеты, во что обойдется банковскому сектору введение базельских норм? В каком объеме придется делать отчисления на резервы, чтобы соответствовать нормам? Эти средства фактически изымаются из оборота, что не есть хорошо для экономики…

— Нет, мы такую оценку не проводили. Многие думают, что Базельский комитет — это кучка технократов, которые разрабатывают некие правила, понятия не имея о том, что вообще происходит в мире. Но на самом деле комитет — это 27 стран, 45 организаций, все его члены с опытом работы в банковской сфере, поэтому мы понимаем воздействие принимаемых нами норм и рекомендаций.

— После кризиса 2007–2008 годов развивающиеся рынки, страны БРИКС считались драйверами роста глобальной экономики, с ними связывали ускоренное восстановление. Сейчас стало очевидно, что это не так. Может быть, банковский сектор СНГ, БРИКС, некоторых азиатских стран нуждается в специальном регулировании, специальных рекомендациях, которые необходимы для восстановления роста?

— Развивающимся странам лучше стараться соответствовать хотя бы минимальным стандартам развитых стран.

Тем более что объем капитала у банков из таких стран обычно высокий, поэтому нет необходимости вводить дифференциацию базельских стандартов в будущем.

— Ставит ли себе Базельский комитет решение такой проблемы, как поляризация доходов бедных и богатых?

— Разрабатываем ли мы финансовую политику таким образом, чтобы сократить разрыв между богатыми и бедными? Нет. Это социальная инициатива, мы не занимаемся этим, это дело политиков и государственных деятелей, законодателей. Возвращаясь к тому, что я говорил ранее, мы разрабатываем минимальные стандарты для банковской системы, но не пытаемся влиять на социальное устройство.

— Для России актуальна такая проблема: зависимость банковской системы от политических решений при формальной независимости? Отмечает ли комитет эту проблему на глобальных рынках и планирует ли ее решать с помощью «тонкой настройки» базельских норм?

— Полная независимость банков от политической ситуации — то, чего мы хотим добиться в долгосрочной перспективе. Очень важно, чтобы на национальном уровне банки были независимы, чтобы никто не влиял на оценку их состояния органами банковского надзора. Но у комитета нет никаких юридических полномочий и прав, чтобы контролировать это. Мы не можем никого заставить применять именно эти стандарты.

У нас есть так называемые основные принципы эффективного исполнения банковского надзора. Это 29 принципов, которые существуют уже более 30 лет, и мы обновляли их примерно четыре года назад. По ним банки в разных странах оценивают, например, и сотрудники Всемирного банка. Одно из базовых требований — независимость банковского надзора и избегание столкновения с политикой.

— Заглянем в будущее. Через 50 или 100 лет, возможно, будет создан глобальный банковский комитет, требования которого станут обязательными для всех банков во всех странах?

— Это нереально. Потому что это будет означать, что страны уступят значительную часть своего суверенитета этому глобальному регулятору для управления банками, а ведь банки невероятно важны для любой страны. Даже если банк работает во всем мире, у него обязательно есть штаб-квартира, есть конкретный регулирующий орган — например, ФРС в США. Не может появиться одного банка или организации, который будет отвечать за все это. Во всем мире существует много разных правовых систем, наборов правил, которые связаны с традициями ведения торговли в каждой отдельной стране. Для единого банковского органа нужно создать единую правовую систему для всего мира. Не могу представить, чтобы это произошло.

— Это ваша личная точка зрения?

— Это моя точка зрения, и никто в комитете не хотел бы, чтобы требования «Базеля» стали всеобщими и обязательными для всего мира.

— Улавливаю иронию в вашем ответе, но Евросоюз испытывает проблемы именно потому, что страны ЕС договорились об общих таможенных границах и единых правилах торговли, а про единый банковский сектор не договорились.

— Пример с ЕЦБ как раз доказывает сложность создания подобного регулятора, ответственного за фискальный бюджет не для одной страны, а для нескольких. Это лишь одна из очередных задач, и даже с ней пока не удается справиться.

— Чем вы особенно гордитесь, каким итогом?

— Мое наследие — трое детей, это самое важное. Но если рассуждать с профессиональной точки зрения, то мне кажется, что наиболее важным было завершение внедрения «Базеля III», в частности введение нормативов для российской банковской системы.

Я впервые вошел в состав комитета в 1999 году. И каждый год происходит столько событий, нам столько всего нужно сделать. Но меня радует, что мы уже многого достигли: внедрили существенно новые банковские правила — как раз в форме «Базеля III». То, чего мы добились, серьезно повлияло на мировую банковскую систему, и я думаю, что это было положительное влияние.

Я хочу сказать, что важно было не просто разработать правила и нормативы, но удостовериться, что они действительно востребованы и используются.

Надеюсь, в долгосрочной перспективе мы увидим, что это серьезно поддержало мировую финансовую стабильность. Но это произойдет позже, прямо сейчас такие изменения не заметны.

— Когда вы планируете завершить разработку очередных норм регулирования?

— Самое важное, что я хочу сделать к концу этого года, — завершить реформу, которую мы начали.

Правила и требования должны быть четкими и понятными для банков, банки должны понимать, чего от них хотят. Важно понимать, что то, что мы делаем здесь, в Базеле, — это минимальный стандарт. Мы ожидаем, что страны — например, Россия, США, Австралия или любая другая — примут эти минимальные стандарты, но стандарты могут быть повышены с учетом местных условий каждой страны.

Многие страны стараются повышать стандарты, это важно. В некоторых странах очень быстро растет рынок недвижимости — например, в Австралии. Власти страны хотят избежать появления пузыря, поэтому они немного ужесточают правила, увеличивают количество необходимого капитала — именно так и должен работать «Базель III».

— Кризис — удобное ли это время для введения очередных норм регулирования рынка?

— «Базель III» окончательно оформился в конце 2010 года, а разрабатывали мы его во время кризиса 2007–2008 годов.

Нам пришлось это делать именно из-за кризиса! Мы предложили свой план участникам G20, и они сказали: «Давайте, сделайте это, чтобы это заработало, это важно».

Мы сразу начали работу, и за короткое время нормы «Базеля III» были приняты во многих странах, особенно в больших банках, самых крупных мировых банках, хотя им и было очень сложно соблюсти стандарты. Вот почему мы постарались дать им возможность приспособиться. Несмотря на то что «Базель III» был введен в 2010 году, мы отложили введение всех обязательных нормативов до 2018 года — чтобы банки смогли соответствовать стандартам, внедрить их.

Мне кажется, важно вводить такие требования и в кризис, чтобы немного помочь банкам, стать для них определенной опорой. Боюсь, сейчас эта поддержка, которую мы оказали ранее, начинает ослабевать, исчезать.

Швейцария. Евросоюз. Весь мир. РФ > Финансы, банки > gazeta.ru, 20 мая 2016 > № 1761414 Билл Коэн


Швейцария. Россия > СМИ, ИТ > ria.ru, 15 апреля 2016 > № 1724953 Юджин Чаплин

Первый в мире международный музей "Мир Чарли Чаплина" открывается 17 апреля в швейцарском городе Веве. Музей расположен в бывшем поместье Чаплина, где великий комик прожил значительную часть своей жизни. В комплекс входит само поместье, где выставлены фотографии семьи Чаплина и его личные вещи, административное здание и музей, в котором воссозданы сцены из фильмов с участием Чаплина ("Малыш", "Золотая лихорадка", "Новые времена", "Великий диктатор" и другие) и костюмы комика из этих фильмов.

Администрация музея рассчитывает принимать по 300 тысяч человек ежегодно. Стоимость билета для взрослого составляет 23 франка. Пока информационное сопровождение для посетителей доступно только на трех языках — английском, французском и немецком. Однако в ближайшие шесть месяцев в музее намерены начать работу и на русском языке специально для русскоязычных туристов.

Накануне торжественного открытия музея, посвященного великому комику, руководитель представительства РИА Новости в Швейцарии Елизавета Исакова поговорила с одним из его сыновей, Юджином Чаплиным, который рассказал о желании отца посетить Советский Союз, его поддержке идеологии коммунизма и популярности в России.

— Чарли Чаплин всегда поддерживал коммунистов. И после Второй мировой войны его звали приехать в СССР, но он так и не посетил страну Советов. Собирался ли он вообще приезжать в Союз?

— Я думаю, это было сложно в те времена в любом случае. Если бы он поехал, он бы точно не смог тогда вернуться в Америку, как я полагаю. Он как-то сказал в одном интервью, тогда американцы обвиняли его в поддержке коммунизма, и вот он тогда ответил: "Коммунизм — это идея, а идея — это не яд и не заболевание. Эта идея мне интересна. Так что, если вы хотите, чтобы я выступил перед комиссией по противодействию коммунизму, я готов прийти и объясниться". Но они так его ни разу и не пригласили.

— А говорил ли он в частных беседах, в семье о возможном визите в Советский Союз?

— Я думаю, он был заинтересован в этом. Потому что ему не нравилось неравенство и он не любил видеть людей в нужде. На этой почве он был большим гуманистом. И поэтому всегда защищал коммунистов. Он защищал и евреев, хотя сам евреем не был. Но он всегда верил в то, что в мире должно быть равенство. Не важно, религиозное, цвета кожи или чего-то еще.

— Он прожил долгую жизнь и был свидетелем рождения коммунизма в СССР и его упадка. Изменилось ли со временем отношение Чаплина к этой идеологии?

— Нет, не изменилось. Но он не восхвалял коммунизм. Он был очень ностальгирующим. Он читал американские газеты и иногда распалялся: "Вы только посмотрите, что президент Джонсон делает во Вьетнаме!" И все в таком роде. Но он не был очень политичным. Я думаю, он интересовался человечеством в целом и тем, как оно работает и создает неравенство.

— На его годы жизни выпало стать свидетелем и холодной войны между Штатами, куда он хотел вернуться, и Советским Союзом, чью идеологию он разделял. Говорил ли он в частных беседах, кого поддерживает в этом противостоянии?

— Он не очень много говорил про холодную войну, в это время его больше заботил Вьетнам. Он был свидетелем того, как много молодых американцев уходят на войну и их там убивают. И он это ненавидел.

— Знал ли Чаплин про свою популярность в СССР после Второй мировой? Ведь до войны в СССР его не считали гениальным комиком и актером.

— Я бы сказал, что после Второй мировой войны он знал о своей популярности в Советском Союзе, потому что к нему приезжало много артистов, которые ему говорили об этом. Даже сегодня я был поражен. Я недавно был в Екатеринбурге, там проходил фестиваль клоунов. И они сделали мероприятие в его честь. Он оказал влияние на всех русских клоунов — Карандаша, Попова, и это очень приятно.

— Да, он в последнее время стал очень популярным.

— Да, конечно, он стал более популярным после того, как заявил, что выступает против Гитлера.

— Но он тогда не очень заботился о своей популярности?

— Нет. Я думаю, он просто хотел, чтобы его помнили люди. И наследство, которое он после себя оставил, его фильмы — это то, что он хотел показать людям. Я думаю, у каждого есть своя цель в жизни и каждый хочет после себя что-то оставить, чтобы сказать, что он здесь когда-то был. И я думаю, он больше думал об этом и делал это так, как умел — снимал свои фильмы.

— У вас большая семья. Все ли родственники поддержали идею создания музея Чаплина в вашем бывшем доме?

— Да, конечно. Но все беспокоились насчет музея. Чаплин настолько сложная личность, что каждый видел свою историю и что-то свое в ней. И мы хотели, я сейчас говорю за себя, но я знаю, что мои братья и сестры поддерживают эту мысль, чтобы музей рассказывал о правильных вещах и показывал положительную сторону его характера.

— Как вы полагаете, что сегодня мир должен помнить о Чарли Чаплине?

— Я думаю, самым замечательным было то, что он оставался верен своим убеждениям. С начала и до конца. И он всегда защищал бедных и те вещи, о которых я говорил выше. Он зарабатывал деньги, он наслаждался деньгами и он наслаждался жизнью в роскоши, но его идеалы никогда не менялись.

— А есть в музее что-то особенное для вас, что связано с какими-то особыми воспоминаниями об отце?

— Тут есть очень много "оживших" фильмов, которые я, конечно же, помню. Для меня это в первую очередь фильмы, которые являются потрясающими воспоминаниями. Но тут есть и его костюмы из фильмов, костюм его героя Бродяги, и это тоже хорошо. Его все знают, и этот костюм говорит сам за себя.

Я просто рад, что мы показываем еще и семейную сторону Чаплина. Уже много книг написано о том, как он работал, но у него еще и была личная жизнь, которую мы постараемся здесь тоже показать.

— А вы сами будете появляться в музее?

— Да, конечно. Меня попросили. Если что, я готов надеть свою кепку гида и буду ходить тут с табличкой "Следуй за мной" (смеется).

Швейцария. Россия > СМИ, ИТ > ria.ru, 15 апреля 2016 > № 1724953 Юджин Чаплин


Швейцария. Евросоюз. РФ > Финансы, банки > ria.ru, 18 марта 2016 > № 1690666 Арно Леклерк

О будущих ценах на нефть, о перспективе приватизации части госпакетов акций ряда российских эмитентов, об интересных инвестиционных возможностях и о том, что поддерживает рубль и российскую экономику, рассказал в интервью РИА Новости Елене Лыковой глава развивающихся рынков швейцарского банка Lombard Odier, автор книги "Русское влияние в Евразии" Арно Леклерк.

— Волатильность с начала текущего года на всех фондовых рынках огромная, при этом неопределенность продолжает расти. Видите ли вы в этом признаки надвигающегося биржевого кризиса?

— Волатильность действительно высокая последние несколько месяцев, но это не сигнал для начала биржевого кризиса. Ее основные источники — Китай, рост экономики которого неплохой, но и не такой сильный, как был раньше; динамика экономики США, оказавшаяся слабее ожиданий; отрицательная депозитарная ставка на европейском рынке и слухи, что резервы некоторых крупнейших европейских банков не так хороши. Все это плюс нефть и геополитические риски на Ближнем Востоке дали сильную волатильность.

— Некоторые аналитики считают, что фондовый рынок США перегрет и в ближайшей или среднесрочной перспективе наступит значимая коррекция. Вы согласны с этим?

— Я не думаю, что рынок акций США сильно перегрет, но все-таки он немного дороже своей реальной стоимости, а это значит, что значительного роста не будет, хотя и ожидать резкого падения в ближайшее время не стоит. Смотрите, даже год назад мы отмечали рост производства США, а сейчас еще и невысокая стоимость нефти помогает работе предприятий. Это даже видно по снижению количества безработных в Штатах. Сейчас большой вопрос — это выборы. Как изменится рынок, если президентом станет Дональд Трамп? А если Хиллари Клинтон?

— Как вы оцениваете перспективы роста процентной ставки в США и укрепления доллара к евро? Возможен ли паритет EUR/USD в этом году?

— Пара EUR/USD, скорее всего, еще несколько месяцев будет торговаться в диапазоне 1,05-1,15 доллара за евро. Вице-председатель ФРС Стэнли Фишер недавно отметил, что Федеральный резерв начинает видеть признаки роста инфляции в США, но пока нефть торгуется за 30-40 долларов, они вряд ли будут увеличивать ставки.

— Давайте поговорим о России. ЕС и США продлили санкции против РФ. Смогла ли Россия пережить эти санкции, на ваш взгляд?

— Для страны это, конечно, плохо, но Россия переживает санкции лучше, чем все думали, как часто это и бывало в истории. Насколько затянутся санкции, трудно сказать. Но есть повод для размышления: например, в феврале этого года Евросоюз снял санкции с президента Белоруссии Александра Лукашенко. Это значит, что все возможно.

— Ранее вы говорили, что Россия должна все пристальнее смотреть на Восток, в частности на Китай. Но мы видим признаки замедляющейся экономики Поднебесной. Вы сохраняете эту точку зрения?

— Когда американский Конгресс решил в декабре экспортировать нефть, это тоже стало одним их рисков для российской экономики. Основные страны, куда Штаты могут экспортировать, — Япония, Южная Корея и страны Европы. Поэтому, если рассматривать перспективу российского экспорта черного золота, то Китай все равно остается в приоритете. Я не говорю, что нужно "закрыть дверь" на Запад, но перераспределять риски нужно — об этом я говорю.

— Аналитики отмечали, что Саудовская Аравия заинтересована была сдерживать цены на нефть низкими, чтобы уменьшить инвестиции в сланцевую энергетику США. Удалось ли им добиться своей цели?

— Это временное явление. Объемы добычи сланцевой нефти сократились, но меньше, чем ожидалось. Тем более оказалось, что капитальные затраты на добычу сланцевой нефти и газа легче сократить, что делает эту технологию более гибкой, чем традиционная добыча тяжелой нефти.

— На ваш взгляд, в среднесрочной перспективе цены за баррель Brent смогут вырасти и до какого уровня? Если нет, то почему?

— До конца этого года нефть может выйти на уровень 50-60 долларов за баррель по марке Brent, и уже сейчас видно, что баррель торгуется в районе 40 долларов, потому что есть спрос. Проблема в том, что в мире много нефти, что приводит к большому разрыву между спросом и предложением. Но если странам, в том числе и тем, которые не входят в ОПЕК, удастся договориться о заморозке объемов добычи, спрос и предложение сблизятся.

Мы сейчас рекомендуем нашим клиентам, которые раньше ушли от торговли фьючерсами на нефть и бумагами нефтяных компаний, вновь войти в рынок. Сейчас для этого хороший момент. Это рекомендация касается не всех компаний, но на рынке есть интересные предложения.

— Российское правительство планирует приватизировать часть государственного пакета акций ряда эмитентов, например "Башнефти", "Роснефти" и АЛРОСА. На ваш взгляд, насколько интересны иностранным инвесторам сейчас покупки пакетов компаний с госучастием и на каких условиях? Как это может отразиться на цене акций?

— Стоит отметить, что сейчас международный инвестор не очень голодный. Если инвестор от своего портфеля хочет инвестировать 10-20% в развивающиеся рынки, он может купить немного акций, допустим, АЛРОСА, при условии наличия хороших аналитиков, которые могут оценить перспективу компании. В целом важно, чтобы государство не изменило со временем решение и не захотело снова национализировать проданную компанию.

Мне кажется, что сейчас для приватизации компаний не очень хороший момент из-за низких цен на рынке. Но для компании, которая хочет выйти к инвесторам и предложить, например, 10% стоимости при этих ценах, это возможность быть на рынке, а когда ситуация улучшится, продать второй транш. Но это уже другая логика.

Но в целом на инвестиции в Россию я смотрю положительно.

— Курс рубля за год примерно снизился к доллару почти на 16,6%, к евро — на порядка 18,7%. При этом нефть марки Brent упала в среднем на 40%. Насколько, на ваш взгляд, курс рубля остается тесно привязанным к нефтяным колебаниям?

— Если вы посмотрите на графики, то увидите, что эта связь прослеживается с 2005 года. Но это касается не только российской валюты. Такая тенденция у валют всех развивающихся стран. Они падали более чем на 40%.

Сейчас, мы думаем, есть хороший момент, чтобы купить бонды в рублях, юанях, бразильских реалах и в некоторых других валютах. В среднем на них можно заработать порядка 6% годовых. Мы видим, что такие валюты, как рубль, начинают опять расти, так как до этого они упали так, что ниже уже практически невозможно.

— Недавно американские финансовые власти предостерегли свои компании от попыток покупки российских суверенных облигаций. На каких инвесторов может рассчитывать Россия?

— Если инвесторы понимают риски и сколько можно заработать, они все равно покупают.

— Россия может разместить облигации федеральных займов в китайских юанях. С вашей точки зрения, это перспективно?

— Я думаю, что для начала объем будет небольшим. Китай прикладывает большие усилия, чтобы сделать юань мировой резервной валютой. Недавно МВФ принял решение, что юань с октября 2016 года войдет в корзину резервных валют.

— Есть ли какие-то факторы, которые поддерживают рубль?

— Снижение Банком России ключевой ставки — это позитивный сигнал для экономики и рубля.

Швейцария. Евросоюз. РФ > Финансы, банки > ria.ru, 18 марта 2016 > № 1690666 Арно Леклерк


Швейцария > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 10 марта 2016 > № 1680851 Пьер Хельг

«2,5 тысячи франков — это не для швейцарца»

Посол Швейцарии Пьер Хельг о том, почему швейцарцам не нужен гарантированный доход

Рустем Фаляхов

Почему в Швейцарии не место коммунистам, сколько получает в стране рядовой безработный с детьми и почему на нашумевшем референдуме о гарантированном доходе в 2,5 тыс. франков (около 180 тыс. российских рублей в эквиваленте) большинство проголосует против — в эксклюзивном интервью «Газете.Ru» рассказал посол Швейцарии в России Пьер Хельг.

— Швейцария не перестает удивлять: то вдруг франк отвяжет от курса евро, то отрицательную ставку по банковским депозитам введут, или вот очередная инициатива: платить всем гражданам из бюджета по 2,5 тыс. франков каждый месяц, лишь бы не работали.

— У нас любой гражданин может вынести любую инициативу на прямое голосование, если соберет 100 тыс. подписей в течение 18 месяцев после опубликования текста инициативы.

— Предложить можно действительно любую инициативу?

— Абсолютно. Это может быть, скажем, идея ликвидировать армию, по такой инициативе уже голосовали. Или, условно говоря, чтобы все граждане в воскресенье одевались в красные одежды. Или предложение ликвидировать все автомобили в стране. Все, что угодно. И граждане активно пользуются правом выносить свои идеи на голосование с 1848 года, когда эта норма появилась в конституции.

Контроль осуществляется только с точки зрения соответствия фундаментальным принципам международного права. Например, инициатива проводить этнические чистки в Швейцарии не только не может быть принята, она даже не может быть вынесена на голосование.

— Инициатива считается одобренной, если?

— Если она получает так называемое двойное большинство: предложение должно собрать простое большинство (50% плюс 1) голосов граждан, и при этом число кантонов, в которых большинство голосовавших высказалось «за», должно быть не меньше 12.

— Чья в данном случае была инициатива — властей или граждан?

— Эту инициативу предложило не федеральное правительство, а группа граждан.

— У меня ощущение, что вы, господин посол, будете голосовать против этой инициативы?

— Возможно. Но я должен подчеркнуть, что в Швейцарии верховенство власти действительно принадлежит народу. Как решит швейцарский народ, так и будет.

— Но лично вы проголосуете против? Тогда я, как гражданин России, попробую вас убедить, что вы зря так сделать собираетесь…

— Попробуйте. Но первый вопрос, который люди у нас себе задают, — сколько это будет стоить? А это очень много, если взять количество граждан Швейцарии, около 8 млн человек. Если каждый месяц выплачивать по 2,5 тыс. франков (несовершеннолетним предлагается выплачивать примерно по 625 франков), то, по оценке Федерального совета (правительство Швейцарии), это обойдется бюджету 208 млрд франков в год. Для получения этой суммы придется ввести дополнительные налоги. Придется собрать 153 млрд франков. Еще 55 млрд франков может быть получено путем изъятия из системы социальной помощи и социального страхования.

Да, у нас высокий уровень благосостояния. По данным Allianz Global Wealth Report за 2015 год, ВВП на душу населения у нас составляет около €66 тыс., средний размер чистых финансовых активов на душу населения в Швейцарии €157 446. Но если каждому выплачивать по 2,5 тыс. франков ежемесячно, рано или поздно деньги иссякнут.

— А вот это пособие в 2,5 тыс. франков — много это или мало в условиях Швейцарии?

— Тут надо понимать, что на голосование не выносится конкретная цифра. Речь идет о том, чтобы внести в конституцию положение о выплате «безусловного дохода» каждому гражданину. А определение конкретной суммы, размера этого дохода или пособия, как его еще называют, это будет задачей законодательной и исполнительной властей.

Действительно, в прессе звучала цифра в 2,5 тыс. франков. Для жизни это самый, что называется, минимум в Швейцарии. То есть с таким доходом вы можете где-то жить, как-то минимально, так сказать, обеспечивать свои жизненные потребности, питаться.

— А съездить в отпуск?

— Ну, может быть, один раз в год можно будет куда-то съездить, но недалеко. По данным Федерального ведомства статистики, официальной чертой бедности в Швейцарии считается доход в размере 2250 франков в месяц на одного человека или 4050 франков на семью из двух взрослых и двух детей в возрасте до 14 лет.

— Прекрасно! Получаешь минимум, палец о палец не ударив.

— Это, правда, не совсем «физиологический» прожиточный минимум, это сумма для удовлетворения минимальных потребностей отдельного гражданина. Думаю, граждане Швейцарии отвергнут эту инициативу.

Вот не так давно у нас была такая идея для референдума: внести изменение в Кодекс законов о труде и сделать минимальный отпуск не четыре недели, как сейчас положено по закону, а шесть недель, плюс еще какие-то дополнительные дни, в зависимости от стажа, от категории работников и так далее…

— Еще одна прекрасная идея!

— Но граждане Швейцарии ее отвергли: слишком дорого обойдется. Причем довольно массовое было неприятие. Или вот, например, на референдуме 18 мая 2014 года граждане отказались от повсеместного введения в стране гарантированного МРОТ. Соответствующая инициатива профсоюзов была отвергнута большинством в 76,3%.

— Нет, не понимают граждане Швейцарии своего счастья…

— Мое совершенно личное, так сказать, частное мнение — введение безусловного дохода также отвергнет и большинство швейцарцев. И вполне возможно, что соотношение будет таким: 80 на 20%.

— А сколько подписей собрали в поддержку референдума?

— Нашлось 126 тыс. человек, которые подписались под этой инициативой.

— 126 тыс. правильных граждан. Они однозначно «за» пособие в 2,5 тыс. франков? Какие у них аргументы?

— Как мне кажется, они думают, что возможность не работать — это новая философия. Но надо иметь в виду, что ценность работы в Швейцарии очень высока. И не так много найдется людей, которые начали уже мечтать, что вот они будут жить на пособие, рисовать пейзажи целыми днями или просто отдыхать в кафе после обеда. Думаю, что очень мало людей, так сказать, погрузились в такие мысли. Потому что работа в Швейцарии дает очень высокий статус.

— А с этим никто не спорит, но вопрос — а всем ли интересен этот статус? А что если благодаря этому референдуму бедные получат то, что есть у богатых? Финансовую «подушку» для занятий любимым делом, а не тем, что дает доход. Может быть, немало бы нашлось швейцарцев, которые губят свой талант, работая клерком в банке или менеджером на шоколадной фабрике. Может быть, у кого-то есть призвание писать картины, сочинять стихи.

— Система господдержки различной творческой деятельности в Швейцарии в общем-то достаточная. Те, кто хочет быть поэтом, художником, творческим работником — а их, на самом деле, немало, — рано или поздно находят какую-то поддержку. Я очень мало знаю примеров, точнее, вообще не знаю, чтобы кто-то днем занимался своим творчеством, а ночью был вынужден подрабатывать в McDonald's мытьем посуды. Система поддержки творческой деятельности является составной частью нашей системы функционирования общества.

Например, если брать кино, то практически нет таких кинофильмов, которые снимались бы за собственные средства. Рано или поздно находится фонд, который поддержит творческую инициативу. Но творческий труд — это тоже труд.

У нас на ментальном уровне человек бездельничающий, человек, который не вносит свой вклад в общее благосостояние, вызывает не то чтобы резко отрицательную реакцию, но все-таки это как бы не очень хорошо в глазах населения. И такого рефлекса, что если есть возможность сидеть на пособии — буду сидеть на пособии, у нас нет, в отличие от некоторых других стран с развитой социальной системой. Люди стараются полагаться именно на заработанный доход.

Знаете, у нас даже безработные в известной степени стесняются прибегать к пособию по безработице. Бывает — и даже, можно сказать, нередко, — что безработные швейцарцы не сообщают о своем таком статусе и не оформляют пособие по безработице, а стараются как можно быстрее найти работу.

— Вы сейчас очень убедительны, господин посол. Но давайте все-таки еще раз уточним. Если большинство швейцарцев на референдуме примут решение выдавать пособие, тогда не обязательно же будет увольняться с работы? Так?

— Да. Вы совершенно правы.

— Но тогда я не понимаю пафоса про статус и горячее желание работать. Что мешает гражданину продолжать трудовые будни, получать честно заработанный доход и иметь еще дополнительно от родного щедрого правительства 2,5 тыс. франков? Сколько зарабатывает среднестатистический швейцарец?

— 10 052 франка. Я привожу средние цифры по данным Федерального ведомства статистики. Из них налоги, отчисления в социальные кассы и обязательная медицинская страховка составляют 2,7 тыс. франков. Потребительские расходы — 5481 франк (54,5%). На еду и безалкогольные напитки уходит примерно 645 франков, на алкоголь и табак — 106, на одежду и обувь — 225. На оплату жилья и электроэнергии — более 1,5 тыс. франков. Расходы на транспорт — 786. На развлечения и отдых — 605 франков и так далее. Сбережения могут составить 1329 франков в среднем.

Вот и получается, что если у вас на семью, на четверых (семья с двумя детьми) меньше 4 тыс. франков, то вы так называемые работающие бедные…

— Тогда «работающие бедные» точно должны будут голосовать за пособие и получат эти 2,5 тыс. франков, чтобы поднять свой уровень жизни…

— Но Швейцария — это не государства Персидского залива. Это у них есть социальные выплаты, не связанные с результатами работы. Разница между ними и Швейцарией заключается в том, что в Швейцарии нет природных ресурсов, полезных ископаемых. Каждый франк, который у нас есть, это франк заработанный.

И если идея о безусловном доходе будет одобрена, то, видимо, действительно, придется повышать налоги — ведь «родному щедрому», по вашему выражению, правительству больше неоткуда взять денег, только от налогоплательщиков.

— А пособие по безработице — это сколько?

— Как правило, пособие по безработице составляет около 70% средней заработной платы за последние шесть месяцев. Безработные, имеющие несовершеннолетних детей, получают 80%. Максимум заработной платы, «застрахованной» от безработицы, ограничен суммой в 12 350 франков в месяц.

Есть еще, например, такое положение, что так называемая коммуна, откуда вы происходите, то есть по вашему месту рождения, обязана вам обеспечить определенный уровень жизни, пусть даже минимальный. Например, вы всю жизнь прожили за границей и толком не платили ни в какие социальные кассы, не делали отчислений на всякие страховки. И если вы возвращаетесь в бедственном положении на родину в свою коммуну и у вас нет ни гроша, то коммуна вам обязана из общественных средств выделить что-то вроде прожиточного минимума.

Я напомню, в Швейцарии нет национального рамочного закона о социальной помощи, а потому «Швейцарская конференция по вопросам социальной помощи» сама разработала руководящие принципы в этой области для всех 26 кантонов и почти 2,4 тыс. коммун, точнее органов местного самоуправления, отвечающих за социальное обеспечение. Рекомендованный прожиточный минимум (не путать с чертой бедности) составляет сейчас 986 франков на одного человека, 1509 — на домохозяйство из двух человек, 2110 — из четырех человек.

— Вот эти категории граждан тоже отдадут свой голос «за». Наверняка в Швейцарии немало людей, которые с большим трудом зарабатывают 2,5 тыс. франков и менее этой суммы. Для них положительный исход референдума — благо.

— У нас не очень много таких людей, которые получают, например, меньше тех же 2,5 тыс. франков. Я видел данные, согласно которым социальную помощь сейчас в Швейцарии получают примерно 250 тыс. человек. Большую часть получателей пособия по бедности составляют родители-одиночки, за ними следуют одиноко живущие люди и те, кто так и не получил постоянной профессии.

— Давайте посмотрим на проблему с другой стороны. Может быть, правительству было бы даже выгоднее ввести норму о безусловных выплатах в обмен на то, что часть социальных гарантий снимается? Правительство как бы откупится этими 2,5 тыс. франками от выполнения своих обязательств по медицине, образованию, минимальному уровню оплаты труда?

— Да, эти соображения могут играть роль. И, например, если все будут получать всю жизнь по 2,5 тыс. франков дополнительно, то какие-то пособия и часть пенсионных выплат, может быть, и не очень будут нужны. И система социальной защиты, социальной помощи — она, действительно, как-то изменится, видимо. Но тут большой вопрос — а захотят ли граждане Швейцарии ее менять? Потому что система социальной защиты у нас все-таки очень мощная.

— У вас хоть какие-нибудь инициативы проходят, если они не очень нравятся властям?

— Да, вполне. Была инициатива по контролю за госрасходами. Она заключалась в том, что госдолг не должен превышать 15% ВВП, потому что обслуживание госдолга очень дорого обходится налогоплательщикам. И эта инициатива нашла поддержку на референдуме.

Но нынешняя затея с референдумом, скорее, все-таки носит характер такого цивилизационного проекта. Это попытка изменения отношения к жизни, перехода к другому функционированию цивилизации. И в этом смысле, я считаю, это интересная инициатива, это, может быть, даже шаг вперед по сравнению с нынешними государственными системами. А с другой стороны, это, скорее всего, утопия…

«За» проголосуют, вероятно, какие-то молодые идеалисты, ищущие, так сказать, другую модель общества. С другой стороны, это могут быть люди в годах, которые вели или ведут не совсем традиционный образ жизни, они могут быть «за». Разного рода эпатажные люди. И возможно, какая-то часть людей…

— С коммунистическими воззрениями? От каждого по способности, каждому по потребности?

— Коммунизм никогда не пользовался в Швейцарии особой популярностью.

— Бедный — значит честный. Это не про швейцарца?

— Если кто-то получает немного, то, как правило, это рассматривается довольно часто как его личный жизненный выбор. Если кто-то предпочитает скромно жить в горах, пасти овец, особо ни на что не претендует и рад такой работе, ему так нравится, он, может быть, имеет не очень высокий уровень дохода, но это выбор человека, и никто ему слова не скажет. Если в том смысле, что богатство связано с коррупцией? Конечно, есть люди, которые не очень честно зарабатывают. Но в Швейцарии нет такого устойчивого мнения, что если бедные, то обязательно честные, а если богатые, то обязательно нечестные.

Швейцария > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 10 марта 2016 > № 1680851 Пьер Хельг


Швейцария. Украина. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 января 2016 > № 1626216 Алан Эшлиман

Россия, отправляя на восток Украины гуманитарные конвои, оказывает "очень значительную" помощь жителям Донбасса, заявил в интервью РИА Новости глава территориальной делегации Красного Креста Алан Эшлиман. Отношения самого МККК с властями Украины и непризнанных республик он оценил как рабочие, хотя и посетовал, что Красный Крест уже год не может получить доступ к пленным, удерживаемым ополченцами. Сам же Красный Крест в наступившем году собирается перейти от срочной помощи жителям Донбасса к долгосрочным проектам — помощи по сельскому хозяйству и ремонту домов.

— Президент МККК Петер Маурер заявил, что организация расширит свою гуманитарную деятельность на Украине. В чем это расширение будет заключаться? Какие новые программы помощи будут введены?

— Масштаб деятельности Международного Красного Креста на Украине уже достаточно большой, на этом высоком уровне он и будет продолжен. Но мы собираемся теперь делать упор не на срочной помощи, например на раздаче еды, но на программах, которые помогут людям обеспечить их жизнь.

Например, будем помогать организовывать весной сельскохозяйственные работы. Будем помогать ремонтировать дома, восстанавливать инфраструктуру по водоснабжению водой, подачу газа и электричества.

— Как вы сейчас оцениваете гуманитарную обстановку на востоке Украины?

— МККК много работает в населенных пунктах, которые находятся близко к линии фронта, где много разрушенных домов, рынки не работают, время от времени происходят обстрелы, многие люди потеряли работу. Конечно, ситуация там тяжелая, несмотря на прекращение огня, а перемирие очень хрупкое. Гуманитарная ситуация сложна для многих людей. МККК старается облегчить их положение, поставляя туда продукты, инсулин и препараты для гемодиализа.

Интересно, что по сравнению со многими другими конфликтами, уровень медицины на неподконтрольных (Киеву — ред.) территориях достаточно неплох. У них достаточное количество врачей и медицинских сестер. К слову, добавлю, что восхищаюсь их тяжелой и важной работой в таких опасных условиях.

Чего не хватает, так это нового оборудования. В прифронтовой полосе не хватает мобильных госпиталей.

— Какова ситуация в прифронтовых поселках, которые находятся с украинской стороны?

— Жизнь в поселках, которые находятся у линии фронта, но с украинской стороны, выглядит довольно похожей. К счастью, в последние месяцы она улучшается, рынки и магазины возобновили работу. Во время вооруженного конфликта многие люди уехали, но теперь стали возвращаться. Но это перемирие очень хрупкое, время от времени стрельба имеет место.

— Россия регулярно отправляет на Донбасс гуманитарные конвои, их было уже 48. Как бы вы оценили их значение для жителей этой территории?

— Что касается количества оказываемой помощи, то это значительные цифры, и это очень полезно. Но мы не хотим участвовать в решении, что должно содержаться в этой гуманитарной помощи, потому что это очень тонкий вопрос отношений между Россией и Украиной.

— С украинской стороны на Донбасс поступает гуманитарная помощь?

— С украинской стороны тоже продолжают поступать гуманитарные товары. Но на самом деле есть несколько организаций, которым местные структуры на территориях, неподконтрольных правительству Украины, все еще не разрешили работать. Например, ООН не разрешено работать в Донецке и поэтому ЮНИСЕФ (Детский фонд ООН) не может там работать.

Один из самых активных — фонд Рената Ахметова, они продолжают свои поставки продуктов. На поставки гуманитарных товаров блокада никогда не вводилась. Хотя регламент, позволяющий пересекать блок-посты, очень сложный. Возникают и вопросы безопасности.

— В конце лета 2015 года Красный Крест приостанавливал свою работу в ДНР и ЛНР. Почему это произошло и как удалось возобновить работу?

— Дело в том, что местные структуры в этих регионах ввели новые правила работы, новый административный регламент. Видимо, для того, чтобы повысить уровень контроля. Чтобы местные органы на этих территориях понимали, где работает какая гуманитарная организация. Это потребовало от нас усилий и времени, но мы прошли эти процедуры, мы научились следовать этому регламенту.

В августе и сентябре (2015 года — ред.) мы не могли работать в Луганске и Донецке, но затем эта проблема была решена. Так что в целом мы чувствуем позитивное принятие нашей деятельности (со стороны властей непризнанных ДНР и ЛНР — ред.)

— Есть ли у вас сейчас какие-то сложности в работе с властями Украины, Донецка или Луганска?

— Мы нейтральная беспристрастная организация. Однако всем понятно, что мы работаем по чувствительным, конфиденциальным и сложным темам.

Поэтому иногда у нас может быть какое-то недопонимание с властями или с кем-то из их представителей. Иногда нам приходится кого-то в чем-то убеждать. Но в общем и целом нас принимают и наша работа с властями (Украины, — ред.), с оппозицией в Донецке и Луганске конструктивна. На нас позитивно реагируют и дают нам доступ.

Хотя есть одна важная проблема. Одно из традиционных направлений деятельности МККК — посещение и проверка условий содержания лиц, задержанных в ходе конфликта, чтобы убедиться, что по отношению к ним соблюдаются все гуманитарные требования и международные стандарты.

На украинской стороне у нас есть возможность посещать задержанных в СИЗО и колониях. Хотя мы пытаемся сделать так, чтобы увеличить это число и посещать их без каких-либо ограничений. Для нас очень важен систематический доступ ко всем задержанным.

Со стороны Донецка и Луганска у нас, к сожалению, нет такой возможности — нам не разрешают посещать задержанных. Только один раз у нас была такая возможность — в январе прошлого года. Тогда у нас в первый и последний раз было разрешение навестить этих людей. С тех пор мы их не навещали, пока что нам не дают такую возможность. Переговоры по этому поводу ведутся.

— Как власти ДНР и ЛНР это объясняют?

— Они не объясняют, но мы надеемся, что наши переговоры будут успешными и мы получим регулярный доступ.

— Сторона самопровозглашенных республик часто говорит, что ее пленных пытают, бьют, не дают им необходимую медицинскую помощь. Вы можете это подтвердить или опровергнуть?

— При наших посещениях задержанных один из важных моментов — возможность поговорить с задержанными конфиденциально, без чужого присутствия, спросить их о проблемах и жалобах. Потом Красный Крест включает это в свои доклады и обсуждает с властями. Но условием является то, что мы не можем это публично комментировать. Если мы видим какие-то проблемы, то мы пытаемся их решить.

— Мы знаем, что МККК оказывает содействие в поисках пропавших без вести. Сколько сейчас человек в таких списках и насколько эти списки точные и полные?

— Конечно, эти списки приблизительные. Мы основываемся на запросах со стороны самих семей, потерявших своих членов и все это время не имеющих от них никаких новостей. Таких запросов (от родственников- прим.) около 400. Кроме того, у нас есть список пропавших, поданный правительством (Украины — ред.), а также списки, поданные со стороны территорий, подконтрольных оппозиции (непризнанные ДНР и ЛНР — ред.). Всего таких людей, о которых нет никакой информации — уехали ли они куда-то, погибли или задержаны кем-то, около двух тысяч.

То есть это список с именами и всеми данными пропавших, от которых нет никаких вестей, а также с информацией о том, где его в последний раз видели.

Сейчас мы эти списки сводим воедино.

Нужно учесть, что есть большое количество до сих пор неопознанных останков, для которых надо делать анализ ДНК и проводить другую работу по их идентификации. Нам надо сделать своего рода сопоставление списков пропавших и неопознанных тел.

— Сколько из этих двух тысяч гражданских лиц, а сколько тех, кто воевал, то есть военных и ополченцев?

— Мы не различаем гражданских и военных. Очень сложно было бы различить.

— Я знаю также, что Красный Крест ведет большую работу по воссоединению семей, члены которых оказались по разные линии фронта. Каковы результаты?

— Последняя цифра — это более 200 человек, которым мы помогли воссоединиться за 2015 год. Причем среди них были не только украинцы и россияне, но и иностранцы. Например, это иностранные студенты, учившиеся в Луганске. Когда конфликт начался (весной 2014 года — ред.), многие родственники потеряли друг друга, потеряли связь, члены семей не знали, где находятся их родственники. Например, были такие студенты из Африки, которые потеряли связь со своими семьями.

Кроме того, был, например, случай с восьми-девятилетней девочкой из Италии, которая была в Донецке, и мы помогли установить контакт с ее отцом в Италии.

К сожалению, эта наша деятельность пока не очень известна, поэтому люди, потерявшие своих родственников, не всегда к нам обращаются. Хотя у нас есть офисы и в Киеве, и в Донецке, и в Луганске, и в Ростове-на-Дону, и они открыты и готовы помогать. Мы находимся на связи с властями, поэтому готовы делать все от нас зависящее. Наши сотрудники владеют реальной ситуацией и могут постараться помочь.

— Сколько среди пропавших без вести граждан России?

— К нам обращались родственники сорока человек. Восемь из них удалось найти. И мы продолжаем эту работу.

— Как бы вы оценили ход обмена пленными, которые проводят стороны?

— Очень хорошо, что этот процесс идет и стороны о нем договариваются. Нас дважды приглашали наблюдать за ним, второй раз — в середине ноября. Если еще раз позовут, мы обязательно примем участие.

— Сколько всего человек погибло в 2014-2015 годах в ходе конфликта на востоке Украины?

— У МККК нет собственных цифр, мы оперируем цифрами ООН и правительства. Они говорят примерно о восьми тысячах погибших.

Швейцария. Украина. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 января 2016 > № 1626216 Алан Эшлиман


Швейцария. США. Весь мир. РФ > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 21 января 2016 > № 1624453 Ольга Подойницына

Завтрак ВТБ «Капитал» в Давосе: люди не боялись обсуждать то, что надо

Цены на нефть, роль России на глобальных рынках, кризис в Европе. Участники мероприятия успели обсудить все

Член правления ВТБ «Капитал» Ольга Подойницына в интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу рассказала о повестке дня завтрака ВТБ «Капитал» в Давосе. Участники встречи обсудили все стоявшие перед ними вопросы: роль России, кризис в Европе, выборы президента США, а также цены на нефть.

Ольга Эдуардовна, завтрак ВТБ «Капитал» на форуме в Давосе — это событие новостное, была масса очень значимых людей. В центре внимания был Кудрин, который сказал, что допускает падение цен на нефть до 16 долларов. Все это он чуть подробнее у нас в эфире разъяснил. Какова была реакция, каков был состав, и какой вес в повестке занимает сейчас тема цен на нефть?

Ольга Подойницына: Илья, для этого мы и делаем это мероприятие. Я думаю, что, если говорить сразу о результатах, то, безусловно, пришли все иностранные инвесторы, главы компаний, были представлены все регионы. Они открыто и откровенно отвечали на вопросы, совсем непростые. Это и есть уже результат. Это результат того развивающегося диалога, который мы ведем в Давосе и в Москве уже много лет. И, конечно, та тематика, которая звучала сегодня, и та откровенность, которую мы видели со стороны и представителей Европы, и представителей Африки, Азии и России, она дорогого стоит. Цены на нефть. Кто президент США следующий и почему. Роль России на глобальных рынках и, в принципе, в геополитике, возможности ее влияния, ее сильные стороны, те триггеры, которые она должна и может использовать для усиления своих позиций. Вот эти и многие другие вопросы сегодня обсуждались, хотя и в очень быстром темпе. Вы знаете, что мы в 07:00 начинали и должны были закончить, чтобы участники успели на другие встречи. Все эти вопросы не только прозвучали, на них были даны ответы, и даже результаты голосования с удовольствием вам представят в ближайшее время. Но еще один момент очень важный, мне кажется, то, что мы не просто обсуждаем животрепещущие, злободневные темы, мы всегда отслеживаем их развитие. Например, прошлый Давос обсуждался в Москве осенью, сейчас вспоминались итоги дискуссии, это к слову, как раз, форума ВТБ «Капитал». И здесь очень коротко подводились итоги. Ну, и уже была протянута линия на следующую осень в Москву, конечно, это тоже очень важно. Но, тон в конце скажу, безусловно, был очень серьезный.

Ричард Квест проводил мероприятие, собственно, он был на форуме ВТБ «Капитал» в Москве, но для тех, кто не знает, это очень харизматичный бизнес-ведущий канала CNN, зажигательно, в том числе, ведет дискуссию. Какие основные вопросы он ставил залу, и кто, что отвечал, что запомнилось?

Ольга Подойницына: Безусловно, цены на нефть, и какого уровня они достигнут. Или будут остановлены регуляторными мерами. Дальше. Кто будет следующий президент.

Президента США, мы понимаем.

Ольга Подойницына: Президента США, безусловно. Мы говорим только об этом, потому что речь шла о том, как будет развиваться кризис, когда возможно ослабление и переход к более спокойным или, скажем так, уравновешенным рынкам. В связи с этим, затрагивалась тема — роль России, ее возможности сейчас в кризис и планы стратегического преодоления, усиления геополитического влияния. Вот это лишь немногие вопросы, которые я сейчас упомянула из того, что мы успели, а мы успели все пройти за час. И еще раз — самое главное, кстати, как сказал Ричард Квест в Давосе, правило Давоса «говорить то, что думаешь, а не то, что надо», и люди не боялись обсуждать то, что надо. Запомнилось то, что с удовольствием, например, представители Нигерии отвечали на вопрос, и прогноз, кто будет следующим президентом США, объясняя, почему они считают, что для США это будет лучше и как это повлияет на международную обстановку и, главное, экономическую ситуацию, касающуюся, в том числе, новых рынков.

Извините, Ольга, а за кого голосуют люди из Нигерии на выборах в США?

Ольга Подойницына: За консерваторов, я скажу так. Ну, голосуют, естественно, условно, но, тем не менее, они обосновали свою точку зрения. Конечно, очень серьезно был воспринят вопрос про то, выйдет ли Европа из кризиса, имеется в виду не экономический, а, конечно, политический — проблема беженцев. И вопрос был поставлен именно так, потому что варианты ответов были даны, но все равно нужно было обосновывать свою точку зрения. Выйдет ли Европа, в принципе, из кризиса, или это будет коллапс, выйдет ли она из кризиса достаточно скоро. На этот вопрос господин Тома ответил, сказав, что, в принципе, ситуация с кризисом не просто серьезна, эта ситуация, когда, возможно, будет новая Европа.

А вот вопрос перспективы отмены санкций между Россией и Западом обсуждался ли?

Ольга Подойницына: На этой встрече нет. Как вы помните, на прошлой это был один из ключевых вопросов. Он был затронут вскользь. Тут единогласно, единое мнение было у всех, что необходимо срочное решение по этому вопросу и что без решения по этому вопросу невозможно дальнейшее развитие. Поставлен был вопрос по-другому — на все ли страны или на часть влияет ситуация кризиса. Однозначно было сказано всеми представителями всех регионов, что любая страна в нашем с вами мире напрямую имеет воздействие от санкций в той или иной степени, в первую очередь, безусловно, экономическая, сказывающаяся на бизнесе и на состоянии экономики страны.

Спасибо большое.

Ольга Подойницына: Спасибо Вам. Рада приветствовать Вас из снежного, солнечного Давоса.

Швейцария. США. Весь мир. РФ > Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 21 января 2016 > № 1624453 Ольга Подойницына


Россия. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 января 2016 > № 1632328 Алексей Навальный

Навальный: «Швейцарцам нужно защититься от преступных денег из России»

Главный политический противник Владимира Путина Алексей Навальный требует возбудить дело против сына российского генпрокурора, который сейчас живет в кантоне Во.

Эммануэль Гринспан (Emmanuel Grynszpan), Le Temps, Швейцария

Лидер российской оппозиции Алексей Навальный надеется, что швейцарское гражданское общество сможет оказать достаточное давление для проведения следствия против высокопоставленных российских чиновников, у которых есть связи с организованной преступностью. Он участвовал в съемках документального фильма (его в скором времени выпустят на английском и французском языка) об обогащении сына генпрокурора России Артема Чайки, проживающего в настоящее время в кантоне Во.

Le Temps: Вы утверждаете, что сын генерального прокурора отмывает деньги в Швейцарии. Чего вы ждете от российских властей?

Алексей Навальный: Этот фильм очень важен для швейцарской общественности, потому что речь идет не просто о внутрироссийской коррупции. Это означает, что швейцарцы беззащитны перед экспортом коррупции из России. Мы хотим, чтобы Швейцария защитила не нас, а своих собственных граждан от преступников. Если будут приняты нужные меры, это поможет нам в нашей борьбе с коррупцией.

— В вашем расследовании звучат очень серьезные обвинения, в том числе в убийстве…

— Именно поэтому фильм получил большой резонанс в России, набрал 5 миллионов просмотров. Это один из редких примеров дел, которым удалось пробиться через цензуру. Путин и Чайка были вынуждены публично отреагировать. Суть в том, что юридическая база обвинений очень прочна. Связи клана Чайки с бандой Цапка не подлежат сомнению, потому что их подтверждает реестр предприятий: бизнес-партнер Артема Чайки также является акционером принадлежащей семье Цапка компании. Сомнений нет: у прокуратуры связи с бандитами. Что касается убийства в Иркутске, в котором мы обвиняем Артема Чайку, это требует более детального расследования. Но у нас уже есть конкретные факты. Сначала глава транспортной компании говорит об угрозах со стороны Артема Чайки, а на следующий день его находят повешенным. Судмедэкспертиза показала, что тот не мог повеситься сам. Как мне кажется, все этого более чем достаточно для начала расследования. Но генеральный прокурор закрыл дело, что лишь подкрепляет нашу теорию. Эта история демонстрирует, что прокуратура связана с бандой Цапка, и что сын генерального прокурора напрямую замешан в вероятных убийствах в Иркутске.

— Но швейцарские правоохранительные органы не могут заниматься убийствами, которые были совершены на территории России!

— Мы не требуем, чтобы швейцарские органы взяли на себя расследование убийств в Иркутске. Но, как нам кажется, собранных нами фактов достаточно, чтобы она вплотную занялась этими деньгами туманного происхождения, которые, возможно, отмываются в Швейцарии. Вам нужны в стране такие люди? Они не просто приобрели недвижимость в Швейцарии, но и ведут бизнес через швейцарского юриста.

Швейцарским правоохранительным органам регулярно приходится разбираться в происхождении подозрительных средств. Однако между проступками «белых воротничков» и преступлениями банды Цапка есть огромная разница. Поэтому мы написали обращение к депутатам кантонов Во и Женева. Нам бы хотелось, чтобы швейцарские власти изменили позицию по этому делу. Это не просто грязные, а кровавые деньги, которые связаны с убийствами. Швейцарии не следует предоставлять вид на жительство семье Чайки. Нужно, чтобы гражданское общество надавило на правоохранительные органы и добилось расследования. Только давление позволит продвинуть вперед ситуацию.

— Швейцария по-прежнему остается гаванью для грязных денег из России? Играет ли она ключевую роль для российской элиты?

— Швейцарский закон о банковской тайне многим по душе в России. Он очень удобен для обладателей больших состояний. Богатство в России сегодня главным образом сосредоточено в руках высокопоставленных чиновников. Им нужны юридические рамки, которые позволяют сохранить это богатство в тайне. Швейцария была и остается главной гаванью для российского правящего класса.

— Уделяет ли западное руководство достаточно внимания внутриполитическим процессам в России?

— Внимания недостаточно, но я вижу, что у западных лидеров есть и более серьезные проблемы: Путин развязал войну в Европе. На фоне аннексии Крыма вопросы прав человека отходят на второй план. Сейчас они сосредоточены на урегулировании конфликта. В Европе и в частности в Швейцарии было распространено такое мнение: «Путин создает нам проблемы, но уж лучше он, чем кто-то еще, потому что он контролирует ситуацию, ядерное оружие, не принимает резких и неожиданных решений. Его место может занять националист-империалист, который разожжет пожар». Только вот сегодня именно этим и занимается Путин.

Он вдохнул жизнь в призрак национализма, чтобы на его фоне выставить себя умеренным, но теперь сам играет роль националиста. В этом даже есть нечто ироничное, потому что высокопоставленные кремлевские чиновники долгое время пытались представить меня на Западе опасным националистом. Теперь же нет сомнений, что источником самого вредоносного национализма — империализма — является сам Путин. Он развязал войну, а западные лидеры, как мне кажется, не знают, что с ним делать. Тем не менее, думаю, не стоит игнорировать проблему нарушения прав человека в России, потому что именно внутренние проблемы подтолкнули Путина к тому, чтобы развязать войну. Он начал ее не для защиты россиян или возврата Крыма, а укрепления собственных рейтингов. В 2013 году они пошли вниз, и он решил исправить ситуацию, развязав конфликт.

— Если швейцарские правоохранительные органы предпримут шаги против высокопоставленных российских чиновников, приведет ли это к каким-то политическим последствиям в России? В этом ваша цель?

— Мы надеемся, что принятые западными правительствами меры против коррумпированных российских чиновников усилят раскол среди российской элиты, между теми, кто хочет вести бизнес честно, и теми, кто стремится сохранить сомнительные практики и кумовство, как в окружении Путина. Санкции ударили по очень многим олигархам, бизнесменам и даже обогатившимися чиновникам. Надеемся, что международное давление еще больше разделит два этих лагеря.

Россия. Швейцария > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 января 2016 > № 1632328 Алексей Навальный


Швейцария > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 23 декабря 2015 > № 1595335 Зепп Блаттер

Блаттер уходит из футбола и возлагает вину на бывших соратников

Отстраненный от футбольной деятельности босс ФИФА в своем эксклюзивном интервью говорит о Платини, Катаре и спонсорах

Джошуа Робинсон (JOSHUA ROBINSON), The Wall Street Journal, США

Небритый, в расстегнутой рубашке, с бактерицидным пластырем защитного цвета под глазом, Зепп Блаттер наклонился вперед в своем розовом кресле с мягкой обивкой. Буквально на следующий день после объявления ФИФА об отстранении его от футбольной деятельности сроком на восемь лет Блаттер выступил с заявлением, которого ждали многие.

«Я закончил свою работу в футболе», — сказал он.

79-летний Блаттер намерен подать апелляцию на запрет, введенный комитетом ФИФА по этике, и говорит, что он не знал о противоправных действиях внутри ФИФА и входящих в ее состав конфедераций. Однако его длившееся 18 лет царствование в мировом футболе подошло к концу. Блаттер дал интервью The Wall Street Journal в отеле Dolder Waldhaus, находящемся в горах под Цюрихом в четырех минутах езды от штаб-квартиры ФИФА. Блаттер о некоторых моментах говорил с пренебрежением, а один раз сравнил свою организацию с «Феррари», отношение к которой такое же, как к невзрачному «Ситроену». Но порой он вел себя вызывающе, а наложенный на него запрет назвал «чепухой».

Блаттер также рассказал о своем решении отстранить от работы бывшего генерального секретаря ФИФА Жерома Вальке (Jérôme Valcke), и о неожиданном развороте, в результате которого его бывший престолонаследник Мишель Платини решил поддержать заявку Катара на проведение чемпионата мира в 2022 году. По словам Блаттера, незадолго до того, как изменить свое мнение, Платини говорил ему: «Осторожнее. Если мы проголосуем за Катар, на следующий день все заговорят о том, что ФИФА продалась». «Так он мне и сказал, — заявил Блаттер. — Но прошла всего неделя, и он уже начал говорить о каких-то изменениях».

По словам Блаттера, Платини изменил свое мнение в 2010 году после обеда в Елисейском дворце с президентом Франции Николя Саркози и одним из членов королевской семьи Катара. Там Саркози дал Платини указание поддержать Катар. У Франции и Катара немало общих интересов в области авиастроения. «Когда я работал в ФИФА, чемпионаты мира всегда распределялись, по рекомендации правительств, если не сказать больше», — сказал Блаттер.

Саркози ранее опроверг эти утверждения. Представитель Платини на просьбу прокомментировать эти заявления не откликнулся. Ранее Платини заявлял, что всегда голосовал за интересы футбола.

Блаттер также подверг критике последние заявления главных спонсоров ФИФА, которые требуют реформ. «Компании, коммерческие партнеры выстраиваются в очередь, чтобы пробраться к нам, — сказал он. — Если американцы захотят уйти, придут другие. Но они не хотят уходить. И не уйдут».

В понедельник Блаттер провел бойкую пресс-конференцию, на которой отверг вердикт комитета ФИФА по этике. Он до конца и в высшей степени вел себя как коммуникабельный полиглот, который на протяжении сорока лет делал из ФИФА империю с денежными резервами в размере 1,52 миллиарда долларов. Но во вторник, прежде чем отправиться на Рождество домой в швейцарские Альпы, Блаттер уже меньше хорохорился, и порой казался унылым и удрученным. «Я потерял веру в нашу организацию 27 мая, когда вмешались органы юстиции США, — заявил бывший глава ФИФА, имея в виду арест в цюрихском отеле семи чиновников организации и футбольных руководителей по обвинению в коррупции. — В тот же день они представили ФИФА как мафиозную структуру».

В двух американских обвинительных заключениях, относящихся к коррупции в мировом футболе, имя Блаттера не называется, но Федеральное управление юстиции Швейцарии начало в его отношении собственное уголовное расследование. Расследования Швейцарии и ФИФА сосредоточены на «вероломных выплатах», как говорят швейцарские власти, двух миллионов швейцарских франков (около двух миллионов долларов), которые федерация в 2011 году перевела на счет Платини, возглавлявшего руководящий орган европейского футбола. Как сказал Платини, эти выплаты, о которых стало известно в сентябре, были сделаны за его консультационную работу, проведенную с 1998 по 2002 год на основании устной договоренности. Блаттер отметил, что если и были допущены какие-то ошибки, то они носят административный, а не этический характер.

В понедельник Блаттера и Платини отстранили от футбольной деятельности на восемь лет, и плюс к этому на них наложили штрафы. Блаттер должен будет выплатить 50 000 швейцарских франков, а Платини 80 000. «Он немного дороже, чем я, — со смехом заявил Блаттер. — Но все это чепуха. По швейцарским законам, чтобы тебя отстранили на восемь лет, надо совершить убийство или ограбить банк».

Во вторник Блаттер больше всего был озабочен своим горьким расставанием с Платини, который когда-то был его близким другом и помогал ему превращать ФИФА и чемпионат мира в финансовый колосс. Платини считает, что их дружба закончилась тогда, когда Блаттер в 2015 году решил снова стать президентом федерации, хотя раньше говорил, что уйдет в отставку. Во время интервью Блаттер сказал, что у него всегда были уважительные отношения с Платини, пока он «не начал всем говорить, что не надо голосовать за Блаттера».

Блаттер поделился новыми подробностями о заседании исполкома ФИФА в декабре 2010 года, когда в результате голосования было решено, что чемпионат мира 2018 года пройдет в России, а 2022-го — в Катаре. Он указал на два фактора, приведших к избранию Катара вместо Америки, которой Блаттер, по его словам, отдавал предпочтение. Первый это решение Платини поддержать катарскую заявку, а второй это договоренность между представителями Испании и Катара, что первая поддержит кандидатуру второго, а он проголосует за совместную заявку Испании и Португалии на проведение ЧМ-2018.

Не прошло и двух недель после предполагаемой встречи с Саркози, и Платини отдал свой голос за Катар, как и некоторые другие члены исполкома, о чем говорят осведомленные люди из ФИФА. Среди них был представитель Испании.

Получить комментарии у заявочных комитетов Испании и Катара не удалось. Ранее они отрицали наличие договоренности об обмене голосами. Однако Блаттер во вторник сказал, что об этой договоренности в ФИФА хорошо известно. «Они рассказали об этом в исполкоме, — заявил он. — Не секрет, что Испания была за Катар и наоборот».

За несколько недель до отстранения Блаттера и Платини первый лишился своей правой руки в ФИФА — генерального секретаря Вальке. Блаттер отстранил его от работы, когда Вальке стали обвинять в попытке личного обогащения при продаже билетов на чемпионат мира.

По словам Блаттера, Вальке не простил его за эту отставку. «На мой взгляд, билеты не имели к этому никакого отношения. Это была его личная позиция». Он сказал, что Вальке мечтал стать президентом ФИФА, из-за чего поссорился с Платини.

«Между Жеромом и Платини всегда существовала эта братская любовь, которая очень непостоянна. Сегодня ты любишь своего брата, а завтра дерешься с ним. Будучи французами, они ладили между собой. Но оба хотели получить должность президента ФИФА».

В своем сообщении по электронной почте Вальке сказал, что не разговаривает с Блаттером с 19 сентября. Вальке отметил, что никогда не мечтал стать президентом ФИФА.

Ошибки Блаттера в оценках людей были постоянной темой для обсуждения в период его руководства. Даже после того как ФИФА избавилась от предполагаемых коррупционеров, таких как Чак Блейзер (Chuck Blazer), который в Нью-Йорке признал себя виновным в коррупции, и Джек Уорнер (Jack Warner), отрицающий свою вину, скандальных фигур там осталось в избытке. Последняя волна пришла из южноамериканского футбола, и она выбросила на берег большую часть из 41 чиновника и руководителя, которым были предъявлены обвинения в рамках расследования в США.

«Я считал их замечательными людьми, тех, кого знал, — сказал Блаттер. — А теперь большую часть из них обвиняют. Одни пока не осуждены, им предъявлены обвинения — а другие уже находятся в тюрьме».

«Это точка зрения Северной и Южной Америки на то, как надо организовывать футбол, но к деятельности ФИФА это не имеет отношения, — заявил экс-президент. — Это деятельность конфедераций, которую мы никак не контролируем».

После арестов 27 мая Блаттер отказывается взять на себя всю полноту ответственности за проблемы в ФИФА. В преддверии избрания на пятый срок подряд прошлой весной он возложил вину на членов исполкома и отмел прочь заявления о том, что в его обязанности входит следить за поведением подчиненных. Моя работа в ФИФА, сказал он, была направлена на то, чтобы чемпионат мира доходил до всех уголков нашей планеты, и чтобы все 209 национальных федераций получали средства на создание футбольной инфраструктуры. Блаттер отметил, что это, на его взгляд, пик его достижений.

«Я проработал в ФИФА 40 лет, — сказал Блаттер. — Теперь меня не тревожат разговоры о прошлом, потому что оно было для меня более ярким, чем мое будущее».

Свой материал для статьи предоставил Мэтью Фаттерман (Matthew Futterman).

Швейцария > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 23 декабря 2015 > № 1595335 Зепп Блаттер


Франция. Швейцария. Весь мир > Экология > ria.ru, 27 ноября 2015 > № 1564157 Мишель Жарро

Международная конференция COP21, посвященная климатическим изменениям, пройдет с 30 ноября по 11 декабря в Париже. Целью встречи является подписание международного соглашения по удержанию роста средней температуры планеты на уровне ниже 2°C.

О том, удастся ли государствам в этот раз достичь поставленных амбициозных целей, пройдена ли точка невозврата в вопросе потепления климата и почему во время самых теплых годов за всю историю наблюдений проходят также самые суровые зимы, в интервью руководителю представительства "Россия сегодня" в Швейцарии Елизавете Исаковой рассказал генеральный секретарь Всемирной метеорологической организации Мишель Жарро.

— Господин Жарро, чего вы ждете от предстоящего саммита в Париже? Будет ли возможно достижение соглашения в этот раз?

— Я думаю. Информация, которую мы накануне распространили, является лишь дополнительным напоминанием о срочности в принятии мер (по предотвращению глобального потепления – ред.). Сейчас те обязательства, которые были взяты многими странами, большими потребителями эмиссионных квот парникового газа, еще не достаточны. Но, определенно, все движется в правильном направлении.

Однако нам нужно двигаться дальше. Нам необходимо показать данной информацией, что сейчас крайне необходимо начать действовать. Если мы не сделаем это сейчас, то платить за это придется будущим поколениям. И цена может оказаться невообразимо высокой.

Мы уже видели увеличение частоты экстремальных событий – засух, волн жары, лесных пожаров…

— Люди погибают…

— Как результат, гибнет много людей. Вы видите, где-то возвращается что-то из нашего прошлого, как голод в ряде регионов Африки из-за засухи, из-за климатических изменений. Некоторые острова в Атлантике, Индийском океане и других частях мира могут полностью исчезнуть с лица земли.

Так что да, мы обязаны действовать сейчас. Но это решение должно быть основано на всей возможной информации. И то, что мы пытаемся сделать, это сказать: посмотрите, мы не можем больше ждать! Мы не можем позволить себе ждать! Потому что этот вызов касается не только температуры и осадков, но он может изменить все человечество, отношения между людьми. Посмотрите, если проблемы с водой уже приводят к напряженности в мире, то из-за изменения климата ситуация может только ухудшиться. И я не думаю, что сейчас мир нуждается в дополнительной причине для конфликтов.

— Что насчет цели в два градуса, которую ВМО старается достичь? Температура на Земле повышается достаточно быстро. Возможно ли удержаться в пределах двух градусов в ближайшем будущем, в ближайшие пять лет?

— Для того, чтобы удержаться в пределах двух градусов, необходимо достичь пика в выбросах парникового газа максимум за ближайшие 10-20-30 лет. Чем быстрее мы его достигнем, тем лучше. После этого, в последнюю четверть века, с 2070 года и дальше, нам необходимо достичь ситуации, когда выбросы парниковых газов, как мы говорим, равны нулю. Это не значит, что выбросов не будет совсем. Но они будут компенсированы углеродными воронками, поглощением. То есть все, что выбрасывается, должно быть либо поймано, либо поглощено природной углеродной воронкой.

Все это требует широкомасштабных и быстрых решений. Потому что это очень амбициозный план. Но это возможно. Мы полагаем, что это возможно. Существуют технические решения, которые требуют своей цены. Но эта цена не должна быть расценена как трата. Она должна рассматриваться как инвестиция. Если мы не сделаем такую инвестицию сейчас, то наши дети должны будут заплатить даже больше. Это как с долгами. Если у вас есть долги, вы оставляете их своим детям. Но это долг с очень огромной процентной ставкой. Так что, если мы не сделаем это сейчас, счет будет огромный. Не только с точки зрения денег, но и с точки зрения последствий и стоимости человеческих жизней, природных катаклизмов. Так что это наше моральное обязательство — действовать сейчас.

— Когда наступит точка невозврата, когда будет уже поздно принимать решение?

— Не существует единой точки невозврата. Одна точка невозврата уже была достигнута – некоторые острова уже находятся за очень низкой чертой невозврата. И для них точка невозврата уже могла быть пройдена. Но существуют и другие точки.

Страны могут быть по-разному затронуты. В некоторых больших государствах, и Россия может быть таким примером, для части территории последствия (потепления климата – ред.) будут положительными, а для другой части – негативными. Так что это не просто черно-белая картинка.

В глобальном масштабе последствия негативные. Но есть и локальные положительные последствия. И как раз поэтому иногда столь тяжело принять решение.

— Вы заявили, что 2015 год станет самым теплым за всю историю наблюдений. Но все же зимы в мире становятся холоднее. Как это соотносится с глобальным потеплением?

— Этот парадокс не противоречит глобальному потеплению, и это очень интересный вопрос. Главный двигатель циркуляции атмосферы – это разница температур между экватором и полюсами. Вы знаете, что из-за наклона Земли экватор теплее, а полюса получают больше тепла от Солнца. Эта разница температур двигает циркуляцию атмосферы. Чем больше разница, тем сильнее циркуляция с востока на запад. Когда разница становится меньше, то осцилляция температуры больше. Другими словами, больше полярного воздуха попадет на низкие высоты.

Интересно, что глобальное потепление не однородно, а стремится быть больше на больших высотах. К примеру, наша цель — удержать потепление климата не больше, чем на два градуса, — означает, что в арктическом регионе это (потепление – ред.) будет как минимум на пять-шесть градусов. Что значительно выше. Так что разница температур снижается и таким образом. Это парадокс — последствия глобального потепления выражаются в том, что больше холодного воздуха проникает на низкие высоты.

Так что это не противоречие, а лишь подтверждение глобального потепления.

— То есть у нас будет жарче лето, но холоднее зимы?

— Не обязательно. Будет все меньше холодных зим, но будет оставаться возможность такого развития событий. Потепление не будет однородно, у нас будет повышаться температура, но все еще будут оставаться холодные периоды.

Франция. Швейцария. Весь мир > Экология > ria.ru, 27 ноября 2015 > № 1564157 Мишель Жарро


Казахстан. Швейцария. Азия > СМИ, ИТ > camonitor.com, 6 ноября 2015 > № 1541778 Гюльнар Муканова

Казахстан в фотографиях и зарисовках швейцарского путешественника 19-го века

Казахстан и Центральная Азия своим географическим положением, ресурсами, древней самобытной культурой всегда привлекали внимание путешественников. Богатые коллекции артефактов культуры, документов, мемуаров, будучи вывезены за рубеж, сохранились и ныне составляют часть собраний ведущих музеев Запада.

Одним из ранее неисследованных источников является фонд Анри Мозера, швейцарца, который в 1868-1889 годах совершил четыре путешествия в Центральную Азию и Казахстан, опубликовав по их итогам ценные мемуары. В 1914-м, когда началась первая мировая война, он предусмотрительно передал коллекцию и личный архив в Бернский исторический музей, где они и хранятся по сей день.

В ходе первой своей поездки Мозер пересек казахские степи по маршруту Оренбург - Орск - Казалинск - Ташкент в сопровождении генерала Черняева, посла Российской империи при бухарском эмире, принца Витгенштейна и полковника барона де Серме, военного атташе посольства Франции в Санкт-Петербурге. По пути следования Мозер вел наблюдения, встречался с местными управителями, делал замечательные описания быта, хозяйства и культуры казахов.

Благодаря настойчивости нашей соотечественницы, доктора исторических наук, профессора Меруерт Абусеитовой (Институт востоковедения КН МОН РК), обнаружившей уникальные артефакты в Бернском музее, удалось издать на трех языках (казахском, русском и английском) иллюстрированный отчет (472 страницы) о той поездке. Издание станет прекрасным наглядным учебно-методическим подспорьем для учителей истории, энциклопедией казахской культуры для школьников и студентов. Поражает яркость красок ковров, одежды и головных уборов казахской знати; словно черно-белая картина расцвела всеми красками - от красных маков до весеннего разнотравья! Изысканные украшения из серебра и кожи, инкрустированные бирюзой, сердоликом, оживают и радуют глаз изяществом обработки (скань, тиснение). Элегантная галантерея, браслеты, камчи, ружья, - совершенные пропорции, габариты и изящество линий!

Интересны зарисовки пейзажей, формы жилища, одежды; любопытны воспоминания о встречах с видными людьми того времени, рассказы об обычаях, нравах, традициях народа, описания миловидности и свободолюбия тюркских женщин. Мозера радушно встречали в казахских аулах, состоятельные казахи делали ему роскошные подарки: кованые мечи, тканые ковры ручной работы, одежду, украшения, конскую утварь, керамику. Часть предметов он получил в знак гостеприимства, встречаясь с султанами. На фотографиях Мозера запечатлен текстиль в убранстве юрт, белоснежные женские платки и кимешеки, вышитые шапаны султанов, меховые изделия (головные уборы, шубы). Сохранились фото на скакуне и художественный портрет казахской девушки Халисы, сделанные Мозером. Кто знает, не разбила ли его сердце одна из луноликих наших прабабушек?!.

Значимость коллекции Анри Мозера, хранящейся в Бернском историческом музее, для национальной культуры и истории верифицирована профессором М.Абусеитовой во время поездки в Западную Европу в 2005 году. Меруерт Хуатовна отмечает: "Среди экспонатов особо выделяется длинный настенный фриз с аппликационным узором, отражающим иерархический уровень сидящих (в юрте по кругу) гостей, что само по себе является новым словом в исследовании культуры казахов". Заметим, что М.Абусеитова является единственной персоной в Казахстане, которой швейцарская сторона разрешила официально представлять найденные материалы и их копии. Официальная презентация описываемой книги-альбома состоялась в Швейцарии на базе Цюрихского университета 8-11 октября т.г. Теперь предстоит аналогичное мероприятие в Казахстане. Кстати, полномасштабную презентацию книги-альбома "Рукописи и артефакты по истории и культуре Казахстана из фонда Анри Мозера" в нашей стране следовало бы провести в рамках празднования 25-летия независимости Казахстана.

На прощание профессор Абусеитова подарила мне бесценный фолиант, - весомый итог слаженной многолетней работы казахстанских и швейцарских исследователей.

Гюльнар Муканова, кандидат исторических наук, профессор КазНУ им. аль-Фараби

Казахстан. Швейцария. Азия > СМИ, ИТ > camonitor.com, 6 ноября 2015 > № 1541778 Гюльнар Муканова


Украина. Швейцария > Агропром > interfax.com.ua, 14 сентября 2015 > № 1488896 Ансгар Борнеманн

Директор компании Nestle в Украине и Молдове: Из-за кризиса украинцы стали покупать больше продукции в низком ценовом сегменте

Эксклюзивное интервью директора компании Nestle в Украине и Молдове Ансгара Борнеманна агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Как экономическая ситуация в Украине отразилась на динамике продаж компании?

Ответ: Потребители стали выбирать более тщательно то, что покупают. Первое, что я сделал, когда приехал в Украину, посетил десять семей, чтобы понять, как они справляются с этим вызовом. Я увидел, что покупатели вынуждены отказываться от того, что приносит им удовольствие и покупать базовые продукты, которые необходимы для существования в первую очередь. В тех категориях, в которых мы работаем, это значительное падение по кондитерским изделиям. Но даже там есть своя специфика. Если взять вафли "Артек", которые являются очень здоровым и качественным продуктом, то мы видим рост продаж, но по плиточному шоколаду и батончиках мы падаем. Почему? Потому что произошло резкое повышение цен, и покупатели не могут сейчас покупать столько, сколько они покупали в этой категории раньше. Для нас, в первую очередь, остаются важными продукты, которые продаются по низкой цене: "Артек", "Мивина". Мы видим рост их продаж. В 2014 году общий объем продаж Nestle в Украине составил около 5,7 млрд грн. Для нас продажи стабильны в целом, что является результатом фантастической работы всех наших сотрудников. Это большой вызов для моей компании, потому, что мы видим, что в некоторых категориях идет большей спад. Мы тяжело работаем над тем, чтобы сохранить долю рынка. В некоторых категориях даже растем.

Вопрос: Многим транснациональным компаниям в Украине пришлось заменить часть российского импорта импортом из других стран. Для вас этот вопрос тоже актуален?

Ответ: Я считаю важным сказать: Nestle всегда придерживается законов той страны, в которой работает. Если есть запрет по импорту продуктов из других стран, мы его выполняем. Если законодательство не запрещает этого делать, мы работаем. Второй момент, мы всегда хотим доставить нашим покупателям продукцию наивысшего качества. Бывают такие случаи, что продукт, который мы импортируем, можно импортировать только из одной страны. И если нет запрета на импорт, то мы поставляем то, что потребителю необходимо, не нарушая законов. Если мы можем импортировать продукты из двух разных стран, где есть фабрики Nestle, то мы это делаем, естественно, учитывая предпочтения потребителя в отношении той страны, откуда он хочет видеть товар. Наша главная задача – удовлетворить потребителя.

Вопрос: Ощутила ли на себе компания действие санкций России в отношении украинской продукции, по каким категориям?

Ответ: Да, мы столкнулись с определенными трудностями. Как известно, весь кондитерский бизнес в Украине попал под действие санкций – прекратился экспорт продукции в РФ. Мы не стали исключением по данной категории. Под запрет также попали плодоовощные консервы. В связи с этим мы перестали поставлять с фабрики "Мивина" картофельное пюре быстрого приготовления, картофельные хлопья везут к нам из Франции.

На момент введения санкций экспорт кондитерской продукции "Нестле Украина" в Российскую Федерацию составлял небольшой процент. В течение многих лет наша работа в Украине концентрировалась, прежде всего, на удовлетворении потребностей внутреннего рынка. Более 90% продукции, которую производили в Украине, мы продавали украинским потребителям. Экспорт также развивался, но не был приоритетным направлением деятельности. После отмены в прошлом году странами ЕС таможенных пошлин на украинские товары для экспорта открылись новые возможности. Определенную положительную роль сыграла и девальвация гривни.

В основном, поставки наших продуктов осуществляются в страны западной Европы – Испанию, Великобританию, Германию, Польшу, страны Балтии, Чехию, Словакию, Голландию и Швейцарию. Помимо этого, мы экспортируем в Болгарию, Молдову, Белоруссию, Казахстан, Латвию, Литву, Румынию, США, Грузию и Израиль.

Вопрос: Есть ли возможность у компании удешевить стоимость своей продукции? В каких категориях?

Ответ: Вы знаете нашу позицию – как можно больше производить продукции в стране, где мы работаем. Потому, что это часть нашей социальной ответственности: поддержать общество и страну, в которой мы работаем. Если мы хотим разворачивать больше производство в Украине, но при этом не имеем производственных мощностей, в таком случае, мы просчитываем затраты и то, какие преимущества мы получим. Если мы видим возможности по удешевлению производства в Украине, мы делаем это. Например, батончики LION мы производим на "Свиточе", KitKat импортируем, потому что у нас нет возможности производить его здесь. Мы пытаемся все больше и больше сырья и упаковки покупать у местных производителей. Это позволяет нам влиять на дизайн продуктов и на расходы, плюс цена для потребителей становится более низкой. К сожалению, мы не можем производить кофе в Украине.

Расскажу вам историю. Когда я приехал в Украину три месяца назад, будучи наивным человеком, я думал, что у нас очень большое преимущество по покупке подсолнечного масла по низкой цене. Подсолнечное масло – очень важный ингредиент в майонезе, а Украина – лидер по производству этого масла в мире. Но, к сожалению, мне пришлось узнать, что мы платим за масло в Украине мировую цену.

Вопрос: Для многих компаний девальвация открыла новые возможности по экспорту. Для вашей компании этот момент сработал?

Ответ: Мы экспортировали много и до девальвации, потому что продукты, которые мы производим в Украине: "Мивина", "Торчин", "Свиточ" – это прекрасного качества продукты, сделаны по стандартам Nestle, с низкими производственными затратами. Кроме девальвации гривни, возможности увеличиваются для тех рынков, где наши продукты не производятся. Мы экспортируем во всю Европу: Францию, Германию, Великобританию, Венгрию, Беларусь, Казахстан и даже Канаду. Мы видим большие возможности с очень конкурентной ценой. Около 30% произведенной продукции на харьковской фабрике "Мивина" поставляется в основном в ЕС. Недавно я был в отпуске в Германии и был счислив купить лапшу, произведенную в Украине.

Вопрос: Как повлияло введение дополнительного импортного сбора Украиной на стоимость вашей продукции?

Ответ: На наш взгляд, данное нововведение повлияло на ценообразование на украинском рынке. Это касается всех производителей, которые закупают сырье или оборудование за границей.

Nestle в Украине большую часть сырья покупает у украинских поставщиков. Но есть продукты, такие как шоколад, при изготовлении которого мы не можем обойтись без какао. Ввиду очевидных обстоятельств это сырье просто не производится в Украине. Мы также ни в коем случае не можем поступиться качеством продукции – не все украинское сырье соответствует требованиям Nestle, – поэтому вынуждены импортировать. У нас есть очень сильные международные категории продуктов (детское питание, сухие завтраки, кофе, шоколадные батончики, мороженое, корма для животных), производство которых находится за пределами Украины. Они также очень важны для наших потребителей.

На сегодня мы всячески стараемся удерживать цены на эти продукты за счет оптимизации расходов. Однако введение дополнительного импортного сбора для украинских производителей влечет за собой подорожание сырья, полуфабрикатов, комплектующих к оборудованию и, как следствие, сокращение внутреннего производства, увеличение цен, замедление модернизации предприятий. Если говорить о перспективе, то это может привести к падению экспорта и потере украинских позиций на традиционных рынках сбыта. Данный законопроект сводит к минимуму эффект от отмены таможенных пошлин странами ЕС.

Вопрос: Усилилась ли конкуренция за потребителя ввиду экономического кризиса в Украине?

Ответ: Конкуренция усилилась, неважно, это местные или международные компании. Особенно в продуктовых категориях, которые стабильны или падают. Потому, что никто не хочет потерять бизнес. Чтобы быть успешным, вы должны отобрать долю у конкурента либо сохранить свою. Иначе нам придется сокращать людей, а мы этого не хотим делать. Поэтому не только маркетинговая стратегия, но и продажи, логистика, закупки, финансы, HR – все работают над тем, чтобы продавать, как минимум, продукции на уровне прошлого года и сократить расходы. Если говорить о маркетинге, то у нас тоже есть видение того, что нужно делать продукты с низкой абсолютной ценой, чтобы дать возможность потребителю покупать эти продукты. Например, у NESCAFÉ мы выпустили 30-грамовую пачку. Потребитель, когда идет в магазин, хочет покупать тот продукт, который он покупал раньше. Но если цена высокая, он ее не купит. Также мы увеличили инвестиции в рекламу, чтобы привлечь покупателей.

Вопрос: Часть международных компаний сокращала персонал в Украине. Ваша компания тоже шла таким путем?

Ответ: Для Nestle это неправда. Мы смотрим в долгосрочную перспективу. Nestle Украина, наоборот увеличивает персонал. Например, в Львове у нас есть организация "Нестле Бизнес-Сервис Львов", которая предоставляет услуги предприятиям Nestle в Европе. Мы набираем больше и больше людей. Сейчас там работает 950 человек, в следующем году их количество превысит тысячу. Второй момент, Nestle обязалась во всей Европе нанять на работу тридцать тысяч человек в возрасте до 30 лет. Nestle в Украине– часть этого проекта. Мы понимаем, что молодое поколение – это будущее и любой экономический кризис когда-то заканчивается. Мы не принимаем быстрых решений из-за кризиса.

Вопрос: Вы работаете в Украине около четырех месяцев, Вам пришлось работать в тяжелое для страны время. Какие законодательные изменения Вы хотели бы видеть по продовольственному рынку?

Ответ: До прихода в Украину я работал 3,5 года в Адриатике. Был директором рынка в тех странах, которые объединяют бывшую Югославию. У меня есть опыт работы там, где проходят большие изменения. Сербия, например, на пути вступления в ЕС, как и Украина. Очень много проблем я увидел, когда пришел в Украину. Две хорошие параллели: это явное желание что-то изменить и правительство, которое готово это делать. Что мы ожидаем от правительства? Это создание среды, которая была бы благоприятной для бизнеса, что, в первую очередь, предусматривает предсказуемость. Это законы, которые не мешают делать бизнес, устраняют бюрократию, формируют ясные принципы конкуренции. Но мое впечатление после четырех месяцев – украинское правительство на правильном пути. Оно работает только год. Мой опыт из Адриатики говорит, что нужно терпение. Самое легкое – это написать стратегию, самое сложное – это воплотить ее.

Вопрос: Какие планы по развитию компании в Украине, какие направления интересны особенно?

Ответ: Прежде всего, мы должны быть уверены, что наши продажи будут минимум такими же, какими они есть в этом году или больше. Мы надеемся, что экономическая ситуация стабилизируется. Стабильная экономическая ситуация дает нам больше возможности быть предсказуемыми, но сейчас мы можем принимать решения только на четыре-пять дней, потому что не знаем, что случится через пять-шесть недель. Мы хотим сохранить минимальный рост бизнеса, надеясь, что следующий год принесет нам более стабильную ситуацию.

На ближайшие время запланированы инвестиции в модернизацию производства, новое оборудование, увеличение производственных мощностей на предприятиях Nestle в Украине.

В прошлом году инвестиции компании в производство составили около 65 млн грн. В основном, это капиталовложения, связанные с энергосбережением, защитой окружающей среды, повышением энергетической безопасности на фабриках.

В 2015 году мы ожидаем истратить чуть больше 100 млн грн на установку производственной линии на фабрике "Торчин", расширение цехов на "Свиточе". Будет установлено новое оборудование для кондиционирования на дистрибуционном центре в Смолыгове, за счет которого в помещение поддерживается необходимый воздушно-температурный баланс для лучших условий хранения продукции на складе. На производствах Nestle в Украине мы постепенно внедряем технологии, которые обеспечивают снижение потребления энергии и воды.

Кроме того, мы постоянно вкладываем средства в производственную безопасность наших сотрудников и улучшение условий труда на фабриках и в офисах. Это направления инвестиций всегда являлось приоритетным для компании.

Вопрос: Какую долю Украина занимает в общей выручке Nestle?

Ответ: В общей выручке значительно меньше, чем 1%. По Европе более 1%. Но учитывая общую экономическую ситуацию, у нас есть наибольшая возможность роста Nestle в Украине.

Мы верим в Украину, верим, что более сорока миллионов потребителей нуждается в наших продуктах.

Вопрос: Есть ли планы по приобретению новых активов в Украине?

Ответ: Nestle всегда открыта к новым приобретениям. В зависимости от того, кто готов продать, и если то, что хотят продать, соответствует нашей стратегии и мы согласны с ценой. Любая компания, которая занимает в стране первое или второе место по доле рынка, – кандидат на приобретение Nestle.

Вопрос: Хочу спросить, продает ли украинская Nestle продукцию в Крым и на неподконтрольные Украине территории в зоне АТО?

Ответ: У нас нет никакой бизнес-деятельности на оккупированной территории, мы оттуда забрали всех своих людей. Это очень опасно для наших сотрудников. В Крыму технически работать очень сложно. Но я знаю, что украинские продукты, которые производит Nestle, продаются на этих территориях. Я не знаю, как они попадают туда, но всегда есть люди, которые находят способ туда поставлять.

Вопрос: Расскажите более подробно о кондитерском направлении. Как компании удается конкурировать с крупнейшими компаниями на рынке? Какую долю Nestle занимает на рынке шоколадных изделий, как планируете развиваться в этом направлении?

Ответ: В Украине для Nestle существуют огромные возможности развития кондитерского бизнеса. Здесь есть все условия для создания здоровой конкуренции - квалифицированный персонал, качественное сырье, технологии, уникальные рецептуры и, что очень важно, потребители, у которых все возможные вкусовые предпочтения и которые очень требовательны к качеству продуктов. Я верю, что у нас есть потенциал и все возможности стать одним из наиболее развитых шоколадных бизнесов Nestle в мире.

Среди наших основных конкурентов – украинские и иностранные компании. Это сильные игроки, которые динамично развиваются и успешно работают в своем сегменте. На мой взгляд, в Украине для каждой компании найдется ниша. К примеру, мы не претендуем на категорию конфет из карамели или тортов длительного хранения – мы не производим эти продукты. Зато у нас есть хорошие технические возможности, европейские стандарты качества, согласно которым мы работаем, чтобы успешно развиваться в категории шоколада и вафель.

Сладкая продукция Nestle пользуется значительным спросом у украинцев благодаря швейцарскому качеству и разнообразному ассортименту. В прошлом году в категории кондитерских изделий Nestle показала высокий рост по сравнению с основными конкурентами – доля в денежном выражении составила 11,6%. При этом шоколадные плитки и вафли являются основным источником роста. Если же брать отдельно Львовский регион, где расположена наша фабрика, там доля составила 24%.

"Свиточ" – один из самых старых украинских брендов, шоколадное наследие страны. У нас также есть сильные международные бренды, такие как Nuts, Neskquik, Lion, KitKat, Aero. Бренд Lion, который мы производим на фабрике во Львове, на мой взгляд, самый вкусный из всех производимых Nestle в Европе. Батончики Lion, весовые конфеты, вафли и большая часть портфеля торговой марки "Свиточ" составляет 60% всего портфеля кондитерской продукции Nestle, представленной на украинском рынке.

Нашим вафлям "Артек" уже более пятидесяти лет. До сих пор у этого бренда были очень сильные конкуренты. Однако благодаря новой рецептуре и высокому качеству ингредиентов наши вафли на протяжении многих десятилетий пользуются большой популярностью среди украинцев. Спустя несколько лет после того, как "Свиточ" стал частью Nestle, компания занялась модернизацией фабрики. Одним из обновлений стала новая линия по производству вафель, которая заменила старое оборудование 60-х годов. Несколько лет назад заработала еще одна современная линия. Сегодня "Свичоч Артек" является абсолютным лидером – на украинском рынке упакованных вафель наши вафли занимают более 60%. Мы прислушиваемся к нашим потребителям – у "Артека" четыре вкуса: классический, шоколада, ореха и пломбира в удобных порционных форматах и семейной упаковке. Мы очень любим и гордимся нашим "Артеком".

Вопрос: Какую долю "Торчин" занимает на рынке кетчупа и майонеза, как развиваются эти сегменты и куда компания реализует свою продукцию, кроме внутреннего рынка?

Ответ: "Торчин" уже много лет является лидером на украинском рынке по производству холодных соусов, в частности майонезов и кетчупов. Почти четверть майонеза и 70% кетчупов, потребляемых в Украине, - это продукция "Торчин". На предприятии работает около 700 человек, которые производят половину всех соусов Украины. После приобретения предприятия в 2004 году мы начали производить соусы на основе майонеза и кетчупа, а это 50% всех соусов в Украине, горчицу, борщевые и суповые заправки, кстати, первые в мире.

Для нас очень важно, чтобы продукт попадал к потребителям максимально качественным, свежим и вкусным, и на нашей фабрике знают, как это сделать. Я считаю, что это серьезное преимущество "Торчина" по сравнению с аналогичными продуктами, представленными на других рынках. Поэтому на нашу продукцию есть спрос за границей. Экспорт "Торчина" осуществляется в Болгарию, Молдову, Белоруссию, Латвию, Литву, Румынию, Германию, Грузию, Израиль. В Казахстан мы начали поставлять небольшими партиями, постепенно нарастили поставки. Кроме того, существуют сети магазинов для эмигрантов в Америке, Канаде, где волынские майонезы и кетчупы пользуются большой популярностью на экспорт. Мы также реализуем товары и под другими марками (Maggi), и это направление планируем развивать.

Вопрос: Как развиваются продажи вермишели "Мивина", в какие страны вы ее экспортируете и какие перспективы компании в этом направлении?

Ответ: Благодаря приобретению в 2010 году ТМ "Мивина" мы завоевали абсолютное лидерство в Украине в категории продуктов быстрого приготовления, а также в категории приправ. Предприятие функционирует на двух производственных площадках в Харькове: фабрика по производству вермишели быстрого приготовления и яичной лапши быстрого приготовления и фабрика по производству приправ и картофельного пюре быстрого приготовления.

Несколько лет назад мы завершили процесс интеграции фабрик в структуру Nestlé. В результате предприятие только выиграло: производство приведено в соответствие со стандартами качества компании, установлено новое оборудование, что позволило вдвое увеличить мощности по производству сухих приправ.

В Nestle в Украине существует программа развития экспорта – качество наших продуктов соответствует мировым стандартам, поэтому нам не нужно никаких дополнительных сертификатов. Экспорт в Европу – это наш приоритет. Но и другие страны интересуются харьковскими продуктами. Например, мы уже поставляем их в страны Африки. Аналогичная ситуация с Израилем. В целом география поставок насчитывает более тридцати стран, включая Польшу, Россию, Беларусь, страны Балтии, Чехию, Венгрию, Румынию, Армению, Грузию, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан, Молдову, Кипр, Испанию.

Лапша под брендами Maggi, Buitoni, Winiary отгружается в Испанию, Великобританию, Германию, Польшу, страны Балтии, Чехию, Словакию, Голландию, Швейцарию, РФ. Кроме того, в Германию выполняются поставки продукции ТМ "Мивина". Экспорт продукции, которая производится на фабрике в Харькове, составляет около 30%.

Вопрос: Какие категории будут расти в 2015-2016 гг., по вашим ожиданиям, и почему?

Ответ: Я вижу большие возможности в напитках и кофе, но также в производстве "Мивины". Несмотря ни на что, верю, что все категории имеют потенциал для роста, учитывая наши возможности больше удовлетворять потребности потребителя, чтобы идентифицировать новые стороны их запросов. Мы всегда работаем над инновациями во всех категориях, чтобы в существующей ситуации улучшить наш бизнес. Это не только новые продукты, но и по-новому упакованные продукты, чтобы потребитель мог позволить себе его купить.

Украина. Швейцария > Агропром > interfax.com.ua, 14 сентября 2015 > № 1488896 Ансгар Борнеманн


Швейцария. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 июля 2015 > № 1442531 Владимир Путин

Интервью швейцарским СМИ.

Владимир Путин дал интервью швейцарским средствам массовой информации. Запись интервью состоялась 25 июля в Санкт-Петербурге во время посещения главой государства предварительной жеребьёвки чемпионата мира по футболу 2018 года.

Вопрос: Господин Президент, добрый вечер. Огромное спасибо за то, что Вы уделили нам время на это интервью.

В.Путин (по–французски): Bonsoir.

Вопрос: Мы сейчас находимся в городе Санкт-Петербурге, где проходит церемония жеребьёвки чемпионата мира 2018 года, который пройдёт в Российской Федерации и в который Вы вкладываете такое огромное количество энергии.

В.Путин: Да, это правда. С чем я вас и нас поздравляю.

Я должен прямо и честно сказать. Собственно говоря, это не открытие никакое: у нас нет особых амбиций в этом чемпионате, предстоящем, хотя мы, конечно, ждём от нашей команды хорошего выступления.

Цель наша при проведении этого соревнования совпала с целями ФИФА, а именно – расширение географии футбола. Я уже не говорю про то, что Россия очень большая страна, по территории – самая большая в мире, а по населению – самая крупная в Европе.

Кроме всего прочего, с бывшими республиками, а сегодня независимыми государствами, бывшими республиками Советского Союза, у нас нет, практически со всеми, визового режима – свободные перемещения. И конечно, это событие будет важным не только для России, но и для всех наших ближайших соседей.

Вопрос: Вы друг господина Блаттера, Вы поддерживали его.

В.Путин: Вы знаете, мы не были с ним раньше знакомы практически, до того как начался процесс нашей заявки, борьбы за нашу заявку на чемпионат мира 2018 года. В ходе этой совместной работы мы очень много проводили встреч с представителями исполкома ФИФА, с комиссиями, которые приезжали в нашу страну, с самим господином Блаттером встречались. У нас сложились очень добрые деловые отношения и хорошие личные отношения.

Вопрос: Что касается этого уголовного процесса, который сейчас происходит в Швейцарии, считаете ли Вы, что Соединённые Штаты Америки каким–то образом вовлечены в это?

В.Путин: Соединённые Штаты, насколько мне известно, претендовали на проведение чемпионата мира в 2022 году.

Вопрос: Вы думаете, что они отомстили?

В.Путин: Я ещё не закончил фразу… А их ближайшие союзники в Европе – Великобритания – претендовали на 2018 год. И то, как выглядит борьба с коррупцией, заставляет меня задуматься о том, не является ли это продолжением борьбы за 2018-й и 2022 год.

Ведь никто не против борьбы с коррупцией, все за. И я считаю, что нужно бороться ещё жёстче. Но есть определённые международно-правовые нормы, которые заключаются в том, что если у кого–то есть подозрения в совершении преступления кем бы то ни было, собираются определённые данные и передаются в прокуратуру того государства, гражданином которого является человек, нарушивший закон. Но это никак не связано с тем, что одна страна – большая или маленькая – ездит по всему миру, всех, кого хочет, хватает и тащит к себе в тюрьму. На мой взгляд, это неприемлемо.

Но это, повторяю, не значит, что не надо бороться с коррупцией.

Процесс закручивания новой гонки вооружений начался с момента одностороннего выхода Соединённых Штатов из Договора по противоракетной обороне.

Вопрос: Господин Президент, достаточно важный вопрос для Вас и для Соединённых Штатов Америки. Эти действия, которые сейчас производятся в рамках событий в ФИФА, является ли это возвращением некой имперской политики Соединённых Штатов Америки, на Ваш взгляд?

В.Путин: К чему возвращение? Имперская политика давно проводится, это просто закрепление этого состояния. Я уже много раз об этом публично говорил, и не только я, но и политические аналитики внутри самих Соединённых Штатов говорят именно об этом и именно такими же словами. Они считают, эти американские специалисты в области внешней и внутренней политики, что это – такой имперский уклон – наносит ущерб самим Соединённым Штатам.

Эта позиция никак не связана с каким–то антиамериканизмом, мы с уважением и большой любовью относимся и к Соединённым Штатам, и тем более к народу США. Считаю, что просто такие односторонние действия и распространение юрисдикции одной страны за территорию своих границ, на весь остальной мир является неприемлемым и разрушительным для международных отношений.

Вопрос: Мнения западных стран разделились на Ваш счёт. Как Вы знаете, некоторые восхищаются Вами, другие Вас осуждают. Когда Вы вновь заговорили о ядерном арсенале, многие стали говорить об угрозе с этой стороны.

В.Путин: Это делают люди недобросовестные или невнимательные. Процесс закручивания новой гонки вооружений начался с момента одностороннего выхода Соединённых Штатов из Договора по противоракетной обороне. Потому что этот договор был краеугольным камнем всей системы международной безопасности. И когда Соединённые Штаты из него вышли и начали создавать систему противоракетной обороны как одну из частей своей глобальной стратегической системы стратегического оружия, мы сразу тогда сказали: мы вынуждены будем делать ответные шаги, для того чтобы сохранить стратегический баланс сил.

Я сейчас хочу сказать очень важную вещь: мы делаем это и для себя – для того, чтобы обеспечить безопасность Российской Федерации, но мы это делаем и для всего другого, остального мира, потому что эта стратегическая стабильность, она обеспечивается балансом сил.

Вопрос: Мы сейчас находимся в Санкт-Петербурге, городе, который очень сильно пострадал от войны. Насколько я понимаю, Ваши дедушка с бабушкой пережили как раз…

В.Путин: Мои отец и мать. Здесь во время блокады умер мой брат, которого я никогда не видел.

Вопрос: Сейчас, сегодня возможна ли новая война в Европе?

В.Путин: Надеюсь, что нет. Но всё–таки очень бы хотелось, чтобы Европа проявляла большую независимость и суверенитет и была бы в состоянии отстаивать свои национальные интересы, интересы своих народов и своих стран.

Очень бы хотелось, чтобы Европа проявляла большую независимость и суверенитет и была бы в состоянии отстаивать свои национальные интересы.

Я всё–таки хочу вернуться к предыдущему вопросу. Так вот. Стратегический баланс – это то, что обеспечило мир во всём мире и не позволило возникнуть крупным военным конфликтам в Европе и во всём мире. И когда Соединённые Штаты выходили из этого договора, они сказали: мы создаём систему противоракетной обороны не против вас, а вы хотите развивать ударные силы – делайте, что вы хотите, мы исходим из того, что это не против нас.

И мы делаем как раз то, о чём уже давно сказали. Глобальная система противоракетной обороны дорогая и пока непонятно, насколько эффективная вещь. А мы развиваем ударные системы, способные преодолеть любые системы противоракетной обороны. И то, что я объявил совсем недавно, находится в наших планах несколько лет, уже публично давно было объявлено об этом.

Вопрос: Вы сказали о том, что хотели бы, чтобы Европа была более независимой. Например, что касается Франции, что касается тех времён, когда это было время де Голля, Миттерана. Как Вы относитесь сейчас к тому, что происходит в этом отношении?

В.Путин: Всё–таки закончу предыдущий вопрос.

Все наши действия в сфере стратегической обороны находятся в полном соответствии с международными обязательствами России, в том числе и в рамках договора с Соединёнными Штатами по стратегическому вооружению.

Теперь по поводу суверенитета. Членство в любой военно-политической организации, военно-политическом блоке сопряжено с добровольным отказом от определённой доли суверенитета.

Я думаю, что в своё время Франция вышла из военной организации НАТО по соображениям сохранения суверенитета в большей мере, чем это возможно в рамках военного блока. Анализировать внешнюю политику европейских стран не наше дело. Но согласитесь, если нам внутриевропейские дела с европейскими партнёрами нужно обсуждать в Вашингтоне, то это не очень интересно.

Вопрос: Господин Президент, сейчас происходит такой достаточно иронический, возможно, поворот в истории. Сейчас происходит то, что правые или даже крайне правые силы в европейских странах Вас поддерживают больше, чем левые, например, это и Мари Ле Пен во Франции, это и UDC в Швейцарии. Что Вы думаете по этому поводу?

В.Путин: Я думаю, что это не столько поддержка меня, сколько осознание собственных национальных интересов так, как политические силы их понимают.

В мире и в европейских странах происходят определённые тектонические изменения в общественном сознании, направленные на защиту национальных интересов. Посмотрите, сейчас Европа сталкивается с конкретной проблемой, с проблемой наплыва эмигрантов. А что, разве Европа принимала решения, которые в конечном итоге привели к этой ситуации? Надо быть откровенным и честным: эти решения принимались за океаном, а с проблемой сталкивается Европа.

Вопрос: Вы хотите сказать – США.

В.Путин: Конечно. Это только один пример, но таких много. Но это не значит, я уже об этом сказал, что мы должны как–то, я к этому не стремлюсь, демонизировать политику США. Они проводят политику так, как считают нужным в своих интересах.

Нужно стремиться к поиску баланса интересов, нужно оживить нашу работу, придать новый импульс работе на уровне Совета Безопасности Организации Объединённых Наций. Безусловно, США – великая держава, американский народ создал эту страну за несколько столетий, это просто потрясающий результат. Но это не значит, что сегодняшние власти США имеют право по всему миру ездить и кого угодно хватать и таскать к себе в тюрьму или действовать с позиции «кто не с нами, тот против нас».

Нужно набираться терпения и работать с нашими американскими коллегами по поиску решений так, как это происходит по некоторым направлениям нашего сотрудничества, скажем, так, как это произошло по иранской ядерной проблеме.

Вопрос: Вы были одним из первых, Вы в первых рядах тех людей, кто борется против исламизма. Как Вы сейчас считаете, европейцы на одной стороне с Вами в этом вопросе?

В.Путин: Вы знаете, когда мы только начинали эту борьбу и столкнулись с проблемами у нас на Кавказе, я с удивлением увидел, что даже при наличии доказательств того, что мы столкнулись с террористической угрозой, что мы воюем с представителями «Аль-Каиды», нас не поддерживали. И когда я спрашивал своих коллег, в том числе и в Европе, говорил: «Ну что, вы не видите, что происходит?» – они говорили: «Да, видим, но в силу различных обстоятельств, в том числе внутриполитических, международных, мы вас не можем поддержать». Я им тогда говорил: «Не можете поддержать – не надо, хотя бы не мешайте нам».

В интересы России не входит конфронтировать с другими странами, но мы вынуждены иногда защищать свои интересы и, безусловно, будем это делать.

Сейчас я вижу, что ситуация поменялась, действительно. Европа, Соединённые Штаты осознали реальную опасность крайних проявлений радикализма и реально включились в эту борьбу. У нас, у русского народа, говорят так: «Лучше поздно, чем никогда». Но мы очень рассчитываем, что мы не только по этому направлению, но и по другим вопросам – и по урегулированию ситуации на Украине, и по экономическим вопросам – будем вести диалог и выходить на приемлемые для всех решения.

Я думаю, что все вопросы вокруг ФИФА исчерпаны.

Вопрос: Последний вопрос, господин Президент. Мы специально поговорили о Блаттере сейчас. Что касается Ангелы Меркель, она одна из Ваших коллег, с которыми Вы очень часто общаетесь. Она говорит по–немецки, Вы с ней по–немецки обычно общаетесь?

В.Путин: Да, мы с ней, как правило, говорим по–немецки.

Что касается господина Блаттера. Вы знаете, я хотел бы этим закончить, всё–таки мы с этого начали. Мы все знаем, какая вокруг господина Блаттера сейчас обстановка складывается. Я не хочу погружаться в детали, хотя я не верю ни одному слову, связанному с коррупцией в отношении его лично.

И я думаю, что такие люди, как господин Блаттер, такие руководители других крупных международных спортивных федераций, руководители олимпийских комитетов, эти люди заслуживают особого внимания и благодарности со стороны общественных организаций. И если давать когда–то Нобелевские премии, то именно таким людям, потому что они, вот они совершенствуют механизмы сотрудничества между странами и вносят огромный гуманитарный вклад в развитие добрососедских отношений между людьми и государствами.

Вопрос: Последний вопрос, господин Президент. Последний вопрос, который я хотел бы задать. В Европе сейчас Ваш портрет рисуют как своего рода портрет нового Сталина, есть люди, которые представляют Вас империалистом. Некоторые, конечно, Вас любят и оценивают, но другие рисуют именно такой портрет. А есть даже люди, которые говорят, что после всех этих лет власти, которые Вы провели, Вы стали безумным. Что бы Вы ответили таким людям?

В.Путин: Вы после нашего интервью не считаете, что я безумен?

Вопрос: Вы улыбаетесь, несмотря на все эти предрассудки.

В.Путин: Это часть политической борьбы, часть моей жизни в течение достаточно большого количества лет. Я стараюсь на это не особенно обращать внимание. Я просто делаю то, что считаю нужным в интересах своей страны и своего народа.

В интересы России не входит конфронтировать с другими странами, но мы вынуждены иногда защищать свои интересы и, безусловно, будем это делать. Но не на путях конфронтации искать это решение, и тем более военной конфронтации, а на путях поиска компромиссов и взаимоприемлемых решений.

Я сейчас с Вашей помощью хочу обратиться не к тем, кто меня критикует, а к тем, кто поддерживает. Хочу поблагодарить за поддержку и сказать, что мы так и будем дальше вместе с ними идти вперёд. И прежде всего имею даже в виду не тех, кто рисует портреты, а тех, кто с симпатией относится к тому, что мы делаем, и внутренне с этим согласен.

Merci beaucoup (по–французски).

Швейцария. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 июля 2015 > № 1442531 Владимир Путин


Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 июля 2015 > № 1442063 Владимир Путин

Предварительная жеребьёвка чемпионата мира по футболу 2018 года

25 июля 2015 года, Санкт-Петербург

Владимир Путин посетил предварительную жеребьёвку чемпионата мира по футболу 2018 года.

Процедура жеребьёвки прошла в Константиновском дворце в Санкт-Петербурге и стала первым официальным мероприятием в рамках четырёхлетнего цикла турнира.

* * *

В.Путин: Уважаемый президент ФИФА Блаттер! Дамы и господа! Дорогие друзья! Рад приветствовать вас в России, в историческом пригороде Петербурга – в Стрельне.

Сегодня особый день для миллионов поклонников игры номер один в мире. Мы даём старт большому футбольному марафону 180 национальных сборных команд. Впереди у них 840 квалификационных матчей, в ходе которых определится 31 сильнейшая команда. И мы с нетерпением будем ждать их в 2018 году в России, на первом в истории нашей страны чемпионате мира по футболу.

Чемпионат ФИФА – одно из крупнейших спортивных событий в мире, грандиозный праздник с незабываемыми впечатлениями, особой атмосферой единства и общей радости.

Футбол – один из самых популярных видов спорта и в мире, и в нашей стране. У футбольных клубов огромная армия преданных болельщиков. Футбол входит в число наиболее приоритетных программ по развитию физической культуры и спорта в России, а также целого ряда образовательных инициатив, нацеленных на приобщение молодёжи к спорту, к здоровому образу жизни.

Наша страна имеет давние крепкие, хорошие традиции футбола. И сегодня здесь вместе с нами находятся выдающиеся представители нескольких поколений отечественного футбола. Уверен, у нас будут расти и новые таланты, которые пополнят ряды ведущих клубов и национальные сборные. Здесь нельзя не отметить успех нашей юношеской команды на недавнем чемпионате Европы – команды, которая завоевала серебряные медали.

Конечно, выбор России для проведения чемпионата ФИФА–2018 позволит повысить популярность, расширить географию футбола. Думаю, этим и руководствовались члены исполкома ФИФА, когда принимали решение о выборе страны на 2018 год. Это поднимет интерес к футболу не только в нашей стране, в России, но и у большого количества наших соседей.

Турнир 2018 года пройдёт в 11 городах. Они расположены в регионах с самобытными традициями, и гости со всего мира смогут познакомиться с уникальной историей и многообразной культурой нашей страны.

Для нас принципиально важно создать достойные условия для команд, чтобы они смогли полностью сосредоточиться на игре и показать высококлассный футбол. И конечно, мы сделаем всё, чтобы обеспечить безопасность, максимальный комфорт для болельщиков. Одним из практических шагов здесь стала отмена въездных виз для всех обладателей билетов на матчи чемпионата мира.

Хотел бы ещё раз подтвердить, что все планы по подготовке чемпионата мира будут выполнены. Его проведение – одна из ключевых наших задач, хорошая возможность показать миру многогранную и открытую Россию, способную удивлять и вдохновлять.

Желаю всем командам удачной жеребьёвки и успехов в отборочных играх.

Благодарю вас за внимание.

Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 июля 2015 > № 1442063 Владимир Путин


Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 июля 2015 > № 1442009 Йозеф Блаттер

Встреча с президентом ФИФА Йозефом Блаттером.

Перед началом предварительной жеребьёвки чемпионата мира по футболу 2018 года Владимир Путин встретился с президентом Международной федерации футбольных ассоциаций (ФИФА) Йозефом Блаттером.

В.Путин: Уважаемый господин президент!

Позвольте мне Вас поприветствовать в Петербурге.

Мы видим, что происходит вокруг футбола, но я знаю, как Вы к этому относитесь. Мы благодарны Вам за то, что Вы концентрируете своё время и внимание прежде всего на спорте. И мы очень рады принимать здесь не только представительную делегацию ФИФА, но и наших коллег из многих стран мира.

Знаю, что проводится очень большая работа подготовительного характера к чемпионату мира. И я очень рад возможности рассказать Вам о том, что делает Россия для подготовки чемпионата 2018 года, и познакомить наших коллег из национальных федераций с тем, что и как мы делаем для того, чтобы обеспечить высокий уровень проведения этого масштабного международного спортивного события.

Мы очень рады Вас видеть. Добро пожаловать!

И.Блаттер (как переведено): Уважаемый господин Президент!

Я очень рад быть сегодня здесь, встречаться с Вами. Для меня большая честь провести сегодня эту встречу.

Уважаемый господин Президент, я хотел бы заверить Вас, что мы действительно приехали сюда с представителями делегаций национальных федераций, также здесь присутствует в полном составе наш исполнительный комитет. И я хотел бы Вас проинформировать, что исполнительный комитет недавно принял новую резолюцию, в которой ФИФА заверяет Российскую Федерацию в своей полной поддержке проекта проведения чемпионата мира в России в 2018 году. Мы полностью доверяем России, российскому руководству. Эта резолюция была принята на заседании, в котором принимал участие господин Мутко.

Мы в ФИФА убеждены в том, что Россия проведёт успешный чемпионат мира. И мы говорим в этом плане России «да» – мы заверяем вас в нашей поддержке. Это особенно важно в нынешней геополитической обстановке. Здесь необходимо не просто говорить о нашем желании сделать мир лучше, мы хотели бы сделать что–то конкретное для поддержки мира, для поддержки развития футбола.

Я хотел бы поблагодарить Вас, уважаемый господин Президент, поблагодарить Российскую Федерацию и весь российский народ, который по праву может гордиться Вами и возможностью проводить чемпионат мира в 2018 году.

А сегодняшний день, в который мы собрались в Санкт-Петербурге, очень важен, поскольку сегодня будет проходить предварительная жеребьёвка среди 183 национальных команд, которые впоследствии будут бороться за то, чтобы вместе с Россией в числе 31 государства выступить на чемпионате мира по футболу в 2018 году.

В.Путин: Господин президент, как я Вам и обещал, мы сделаем всё, что от нас зависит, для того чтобы спортсмены, болельщики не только в нашей стране, но и во всём мире чувствовали себя – те, кто приедет, – как дома, а все, кто будет смотреть по телевидению, чтобы они тоже чувствовали, что присутствуют на грандиозном международном спортивном празднике.

Спасибо.

Швейцария. Весь мир. СЗФО > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 июля 2015 > № 1442009 Йозеф Блаттер


Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 июня 2015 > № 1411283 Зепп Блаттер

Гарантия №5, или Как и почему Блаттер подружился с Путиным

Константин Гаазе

Содержание правительственных гарантий, которые предоставила Россия ради получения чемпионата мира, хорошо показывает, как работает ФИФА

Пятый срок Зеппа Блаттера на посту президента ФИФА вышел не очень продолжительным. За два дня до его переизбрания, 27 мая, несколько высокопоставленных сотрудников федерации были арестованы в Швейцарии, где находится штаб-квартира ФИФА, и высланы в США. Их обвиняют в коррупции, взятках и отмывании денег, всего в деле пока фигурируют 14 человек, но американское правосудие обещает на этом не останавливаться. Блаттер сначала поддержал расследование (два таких скандала он уже пережил, причем почти безболезненно), переизбрался, правда, не с первой попытки, несколько раз заявил, что уходить сам не собирается, но 2 июня все-таки написал по собственному. Он будет руководить ФИФА до внеочередных выборов нового президента и уже попросил коллег не затягивать с их проведением.

Из-за чего именно погорел Блаттер — из-за Крыма, геополитики, собственно воровства или беспредела, который творится на стройках ЧМ-2022 в Катаре, — будут спорить до бесконечности. Но сразу кивать на большие политические резоны здесь все-таки не очень уместно. Отставка Блаттера лишь во вторую очередь бьет по России — врагу США, которые и раскрутили дело приближенных бывшего президента. В первую очередь его отставка бьет по Катару — союзнику и другу США, из-за которого США ввязались в конфликт с президентом Сирии Башаром Асадом.

Дело тут, кажется, все-таки не в политике, а в самом Блаттере.

Блаттер слишком долго паразитировал на футбольной мечте, давая своим подчиненным возможность доить эту мечту в таких масштабах, что обычному человеку и не снились. Блаттер, как и все спортивные функционеры, говорил про простых ребят из какой-нибудь мировой дыры, которые имеют право сделать свою жизнь лучше благодаря футболу. Он говорил про спорт, который может менять мир к лучшему. И он нес этот спорт прямо в ту самую дыру, где его уже заждались маленькие Пеле, Месси и Рональдо. Попутно превратив саму идею — чемпионат не где-то там в Европе или США, а здесь, в третьем мире, в Африке, Южной Америке или России, — в выгодную схему для зарабатывания огромных денег.

Из пяти чемпионатов, место проведения которых ФИФА выбрала при Блаттере, только один — ЧМ-2006 — прошел в Старой Европе. Еще два cостоялись в ЮАР и Бразилии. ЧМ-2018 достался России, следующий — Катару. Третий мир — это плохие парни, давным-давно понял Блаттер.

А плохие парни — это большой профит, свобода рук и красивый праздник, ради которого эти самые парни разобьются в лепешку.

Чтобы понять, почему Блаттер предпочел Катар и ЮАР Италии, Англии или Мексике и превратил чемпионат в странах третьего мира в выгодный бизнес, нужно сделать небольшое отступление. ФИФА, президентом которой он трудился с 1997 года, вовсе не Ватикан, не государство в государстве, которое живет по своим собственным законам. Это общественная организация, созданная по швейцарскому праву, которое одним из первых в мире признало саму возможность учреждения на территории страны особых — международных — некоммерческих организаций. У ФИФА, как и у большинства других «гостей» Швейцарии от ООН до ЦЕРНа, есть привилегии внутри страны, защищающие их статус, и определенные налоговые льготы, хотя и не очень существенные. ООН и ЦЕРН не платят вообще никаких налогов, а ФИФА их платит, в том числе и НДС, в 2011 году заплатила, например, около $5 млн в бюджет конфедерации.

Но особенность ФИФА заключается в том, что самая главная часть ее работы проходит на выезде — не в Швейцарии, а в стране, которая принимает ее чемпионат. И вот тут и начинается самое интересное. По идее, в Мексике ФИФА должна работать по мексиканским законам, в Англии — по британскому праву, в России — по российскому. Но как международная организация ФИФА имеет право договориться с правительством страны, желающей стать хозяйкой ЧМ, о том, что какая-то часть законов в отношении ФИФА и ее сотрудников во время подготовки и проведения чемпионата действовать не будет. Да и сами законы страны, безотносительно ФИФА, могут быть изменены, например, для строительства стадионов или укрепления безопасности.

Тут и появился Зепп Блаттер. А вместе с ним огромный рынок, на котором ФИФА выступала в качестве невесты, а страны, любящие футбол, — в качестве женихов, наперебой предлагающих невесте особенно выгодные условия брачного контракта. В этой гонке льгот и послаблений развитые страны были обречены на поражение.

Что могут предложить ФИФА Европа или США? Да почти ничего.

Банковское, финансовое, налоговое регулирование там очень жесткое, правила установлены давно и надолго. Правительства там, конечно, тоже любят футбол, но не будут ради права провести у себя мундиаль выпрыгивать из штанов. На другом полюсе — третий мир и плохие парни. У них нет никаких особых правил, законы они и так переписывают при любом удобном случае, а футбол любят, потому что футбол любят их избиратели. Чтобы устроить им праздник, плохие парни готовы предложить ФИФА то, что нормальным зрелым государствам и в голову не придет.

Так и поступила Россия, которая жаждала заполучить ЧМ-2018. Говоря точнее, так поступил Владимир Путин в 2010 году, когда работал премьером. Путин тогда входил в квазиизбирательную кампанию — конкурировал с президентом Медведевым за право пойти на выборы в 2012 году. Россия — щедрая душа, особенно щедрая, если это нужно ее руководителю по политическим соображениям. Путин предложил Блаттеру то, чего ему не предлагал вообще никто. И даже оформил эти предложения в виде правительственных гарантий, которые сам и подписал. Они стали частью заявочной книги России на выборах хозяйки ЧМ-2018.

Чтобы понять, насколько ФИФА алчная структура, достаточно внимательно изучить эти гарантии, подписанные Путиным. Гарантия №5 «Банковские операции и сделки с иностранной валютой» давала сотрудникам ФИФА право ввозить и вывозить из страны любые суммы в валюте и конвертировать и обменивать их внутри страны без каких-либо ограничений вообще и без таможенных деклараций. Гарантия «Защита и реализация коммерческих прав» предоставляла ФИФА возможность в нарушение российских законов рекламировать алкоголь на всех своих мероприятиях и во время телетрансляций матчей. Гарантия №3 «Освобождение от уплаты налогов» дала ФИФА, всем ее сотрудникам, сотрудникам компаний и организаций, участвующих в подготовке чемпионата, полное освобождение от всех российских налогов и сборов, в том числе и от таможенных и акцизных платежей даже на ввозимый в Россию автотранспорт.

Зачем ФИФА право ввозить и вывозить из страны кеш чемоданами?

Почему автотранспорт ФИФА можно ввезти в Россию вообще без таможенных сборов и, например, продать здесь по выгодной цене? Зачем освобождать от всех налогов не только ФИФА, но и ее «дочки», национальные ассоциации ФИФА, поставщиков услуг ФИФА и всех физических лиц, принимающих участие в организации и ЧМ, на которых ФИФА покажет пальцем? Понятно зачем. Чиновники ФИФА готовились делать в России большой бизнес: строить без налогов, выгодно реализовывать все что угодно от безакцизного алкоголя до беспошлинных автомобилей.

К слову, чтобы наверняка задобрить ФИФА, Путин в апреле 2010 года, подписывая эти гарантии, кажется, немножко превысил полномочия. Гарантия №4 «Охрана и безопасность» обязывала президента России, которым Путин тогда не являлся, сделать все для обеспечения безопасности самого чемпионата и процесса подготовки к нему. В том числе обязывала его в случае необходимости устанавливать запретные зоны в местах проведения матчей и рядом с ними, ограничивать права граждан и так далее. Гарантия эта по сути и смыслу относится не к полномочиям премьера, а к полномочиям президента страны, давать обещания за него Путин-премьер, строго говоря, права не имел. Но пренебрег формальной стороной дела ради общей пользы.

Весь этот праздник с чемоданами денег, окном на границе (пароль «ФИФА» — отзыв «Россия, вперед!»), налоговым раем и российскими силовиками, стоящими на защите прав чиновников ФИФА делать все что угодно и не нести за это ответственность (гарантия №8 «Правовые аспекты и возмещение ущерба» перекладывала вообще все риски и всю ответственность в связи с чемпионатом на плечи России), собственно, и был смыслом работы Блаттера и его окружения. Чтобы эта вечеринка состоялась, чиновники ФИФА были готовы на самую грязную работу. В том числе готовы были помочь стране, которая так щедра к родной федерации, заполучить нужные голоса на Конгрессе ФИФА, который и выбирает хозяйку чемпионата. Но нужно помнить, что эта коррупция — подкуп делегаций из Океании или Африки — всего лишь пролог, необходимое условие другой коррупции. Той самой, с чемоданами денег и полным правовым иммунитетом, аналогичным дипломатическому, который чиновники ФИФА получали в стране проведения ЧМ.

Щедрее всех к Блаттеру и его соратникам были Россия и ЮАР. Чуть менее щедрой оказалась Бразилия. Катар оставил за собой право выбирать подрядчиков и архитекторов стадионов (в России чиновники за закрытыми дверями обещали ФИФА консультироваться с федерацией по этим вопросам), но зато дал ФИФА такие финансовые права, которые она не получила даже в России. В итоге все были очень довольны. Кроме футболистов, которым в 2022 году предстояло сыграть на 40-градусной жаре в Дохе, и болельщиков, которым в 2018 году пришлось бы ощутить на себе все прелести российской транспортной и гостиничной инфраструктуры.

А еще недовольны были развитые страны — Англия, Германия, Франция, США. Родина футбола, которая последний раз принимала у себя ЧМ в 1966 году, не могла предложить Блаттеру то, что предлагали ЮАР и Россия. И поэтому раз за разом оставалась без чемпионата. Как и другие великие футбольные державы, Испания, например, или Италия. Отличная инфраструктура. Хороший транспорт. Безопасность.

Но никаких льгот для ФИФА. Нет льгот? Нет чемпионата, как бы говорил им Блаттер.

Именно за это и наказан Блаттер и его друзья. Пусть и руками американского правосудия, великие футбольные державы убрали с поста президента ФИФА человека, который превратил федерацию в огромную машину по выбиванию льгот и зарабатыванию денег. И дело тут не только и столько в Путине, сколько в понятном чувстве обиды. Мы любим футбол, умеем в него играть и живем по законам. Поэтому чемпионат мира к нам не приедет. А приедет он туда, где законы можно поменять, футбол не культура (к России это не относится), а шоу, а власти готовы на все. Этот закон обогатил соратников Блаттера и сдружил его с людьми вроде Путина лучше всякой симпатии, которая, к слову, тоже присутствовала. Теперь Блаттеру придется заплатить за эксплуатацию мечты о футбольном празднике в отдаленных уголках планеты. А России, вероятно, пора готовиться к бойкоту ЧМ по футболу 2018 года, в случае если он таки пройдет не у нас, а в Англии.

Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 июня 2015 > № 1411283 Зепп Блаттер


Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 20 апреля 2015 > № 1346693 Владимир Путин

Заседание генассамблеи Международной конвенции «СпортАккорд».

Владимир Путин принял участие в работе генеральной ассамблеи Международной конвенции «СпортАккорд», которая проходит в Сочи с 19 по 24 апреля.

Президент выразил надежду, что работа экспертов в рамках конвенции будет способствовать популяризации здорового образа жизни и развитию массового спорта во всем мире.

Позже В.Путин присутствовал на рабочем завтраке с членами МОК и руководителями международных спортивных организаций.

Глава государства подчеркнул, что в России будет сделано всё для развития физкультуры и спорта в стране и поддержки мирового спорта во всех его проявлениях, популяризации здорового образа жизни, а также для развития отношений между народами и странами, для того, чтобы сделать мир более прогнозируемым и стабильным.

Владимир Путин поблагодарил всех представителей международных спортивных организаций за поддержку усилий по развитию спорта и физической культуры в России.

Международная организация «СпортАккорд» основана в 1967 году в Лозанне. Деятельность конвенции направлена на обмен знаниями и опытом в сфере этики и социальной ответственности международного спортивного движения, а также взаимодействия спорта и бизнес-сообщества. Ежегодно деловой спортивный саммит собирает представителей более ста международных спортивных федераций и организаций.

Выступление на заседании Генеральной Ассамблеи Международной конвенции «СпортАккорд»

В.Путин: Уважаемый господин Бах! Уважаемый господин Визер! Дорогие друзья и коллеги!

Искренне рад приветствовать всех участников генеральной ассамблеи Международной конвенции «СпортАккорд». Особые слова – господину Визеру, который сегодня был переизбран на пост президента этой авторитетной международной спортивной организации. Поздравляю Вас, господин Визер.

Россия успешно и плодотворно сотрудничает со «СпортАккордом», и мы рады, что этот форум вновь собирается в России, на этот раз в её спортивной столице – городе Сочи.

Зимние игры, которые прошли здесь ровно год назад, создали все условия для успешной организации и проведения крупных международных спортивных мероприятий, других форумов, для проведения крупных выставок, презентаций. Уверен, что в ходе встречи вы сможете по достоинству оценить все возможности олимпийского наследия.

Впрочем, многим из вас Сочи хорошо знаком. И ваше желание вернуться сюда расцениваем как высокую оценку международным спортивным сообществом нашей работы по популяризации спорта и продвижению здорового образа жизни.

В Сочи были построены десятки новых, современных спортивных объектов. Но соответствующая инфраструктура – и для массового спорта, и для спорта высоких достижений – у нас активно развивается по всей стране, на территории всей Российской Федерации.

Конечно же, особое внимание уделяем подготовке крупных спортивных мероприятий, которые нам доверено проводить в России. Так, уже этим летом в Казани состоится чемпионат мира по водным видам спорта. В следующем году нам предстоит принять чемпионат мира по хоккею. Затем, в 2017-м и 2018-м ждём два важных соревнования по линии ФИФА – Кубок конфедераций и чемпионат мира по футболу, а в 2019 году Россия станет хозяйкой XXIX Всемирной зимней универсиады. Она пройдёт в одном из наших сибирских городов – Красноярске.

Работа, безусловно, предстоит большая. Но, учитывая наш опыт и умение держать слово, нет сомнений, что все эти масштабные проекты мы реализуем на самом высоком и достойном уровне.

Вместе с тем подчеркну, поддержка мирового спортивного сообщества, «СпортАккорда», МОКа для нас, безусловно, значима. И мы настроены продолжить совместную работу, готовы расширять сотрудничество в интересах спорта, мира и развития.

В современных условиях это особенно актуально. Уже давно спорт стал универсальным языком общения. Ему принадлежит особая гуманитарная миссия: он призван не разделять, а объединять людей во всём мире, дарить яркие, положительные эмоции миллионам людей.

Убеждён, что и в самом спортивном движении любые конфронтации, неумение и нежелание слышать друг друга реально угрожают единству мирового спортивного движения, мирового спорта. Потому особое внимание сегодня спортивное сообщество уделяет поиску компромиссов, соблюдению прав и интересов атлетов и зрителей, всех, кто неравнодушен к спорту.

В числе актуальных задач и дальнейшее развитие массового спорта. Важно, чтобы как можно больше людей в мире осознали необходимость регулярных занятий физической культурой, физическими упражнениями, по–новому взглянули на свой образ жизни, отказались от вредных привычек.

Рассчитываю, что работа экспертов в рамках Международной конвенции «СпортАккорд» будет способствовать достижению этих целей.

В заключение хочу пожелать вашему форуму плодотворной работы и поиска новых решений в интересах мирового спорта.

Уважаемые друзья! Уважаемые коллеги! Позвольте от всей души пожелать вам всего самого доброго, успешной работы. Благодарю вас за то, что вы сочли возможным приехать на это мероприятие именно к нам, в олимпийский Сочи, в Россию.

Спасибо вам за внимание.

Швейцария. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 20 апреля 2015 > № 1346693 Владимир Путин


Швейцария. Лихтенштейн. СЗФО > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 апреля 2015 > № 1458920 Александр Секацкий

Не только о Швейцарии

АЛЕКСАНДР СЕКАЦКИЙ

Секацкий Александр Куприянович — философ, писатель. Родился в 1958 году в Минске. Окончил философский факультет ЛГУ. Кандидат философских наук. Доцент кафедры социальной философии и философии истории СПбГУ. Автор двенадцати книг и более двухсот статей. Лауреат премии Андрея Белого (2008) и Гоголевской премии (2009). Постоянный автор «Нового мира». Живет в Санкт-Петербурге.

В доме-музее Ницше в Слимсе представлены отлитые в бронзе звери — друзья и собеседники Заратустры. Здесь же книги из камня, как бы раскрытые ветром в быстром перелистывании, но окаменевшие в этот самый момент. А как еще можно увековечить, каким еще образом сохранить присутствие того, кто десять лет жил в этих местах и где-то здесь, в окрестностях Сант-Морица и Слимса, подсмотрел пещеру Заратустры? Подобная участь постигла того, кто говорил, что главная добродетель философа — легкие ноги, кто методом своего мышления избрал панорамные альпийские виды. Вот ты восходишь на вершину, используя легкие ноги, и делаешь зарисовку открывшейся панорамы, присоединяя к своему зрению еще и зрение орла (у него большие, но в общем-то легкие крылья), а также и взгляд змеи. С соседней вершины открывается немного иной вид, порой настолько иной, что не владеющий легкими ногами может вообще ничего не узнать, счесть, что речь идет совершенно о других местах, потребовать хоть какой-то систематичности, наконец. Но Швейцария дает ключ к опыту и методу: как бы ни зачаровывал тебя, сколь ни казался бы исчерпывающим вид, открывающийся с покоренной вершины, помни, что рядом есть еще вершины. Они не обязательно выше и обзорнее, но каждая приоткрывает кое-что, прежде не замеченное. Лучшие вещи Ницше созданы методом философского альпинизма, или, если угодно, методом альпийской философии: «Утренняя заря», «Веселая наука» и, конечно же, «Так говорил Заратустра» — читателю предлагается путешествие по обзорным площадкам, его можно повторить в любое время и в любом месте, причем ино-видение лишь подтвердит верность путеводителя — но Швейцария упрощает задачу, избавляя от существенной части дидактических и вообще предварительных усилий. Швейцария воздействует на тексты Ницше, открытые читателем по принципу слогана старой рекламной кампании: просто добавь воды. И воздуха. И панорамности зрения. Сухой концентрат напитка станет пригодным к немедленному жаждоутоляющему употреблению.

Если разобраться, то ведь и аристократизм духа опирается на легкие ноги и основывается на некой технике восхождения. Это скорость, дистанция, это навык не-взаимодействия с веществом, в данном случае с веществом повседневности. Легкие ноги и знание того ландшафта, который запечатлен с нескольких возвышающихся гор, запечатлен и сведен воедино, позволяет не влипать в клейковину слишком человеческого; куда-то нога странника вообще не ступит, а где-то просто скользнет не задержавшись, чтобы не влипнуть. Описывая оптимальный режим бытия философа, Ницше говорит, что ему следует избегать слишком требовательных дружб, шумного успеха, вообще всего слишком шумного, назойливого, липнущего, отягощающего подъем.

Словом, и здесь метод альпийской философии находит применение. Восходя на вершину, бери с собой лишь самое необходимое, без чего не обойтись в дороге: аристократизм духа — это еще и правильный выбор снаряжения: только лучшие книги, избранная поэзия, заоблачная музыка. И вообще, горы не могут быть препятствием для сближения людей, но они задают прекрасную мерку: необходимость подумать, для какого сближения стоит преодолевать эти вершины и перевалы. Если стоит — то вперед.

Швейцарская демократия, пожалуй, действительно является образцовой для современного мира. И очень быстро становится понятно, что сила ее не в формальной процедуре, не в безупречной юридической обеспеченности. Сила состоит в более простых и одновременно непригодных для схематизации вещах, в чем-то ощутимом и чувственном. Ну, пожалуй, прежде всего в самоуважении. Скажем так: чтобы входить в политическую элиту Швейцарской конфедерации, недостаточно иметь солидный счет в банке, блестящее образование и специфическое умение «политиканствовать». Быть может, не менее важно иметь собственную корову и сыродельню, ну и, конечно же, доброе имя в своей коммуне. Такими именно и были те крестьяне, что несколько столетий назад образовали альпийские кантоны и объединились в конфедерацию. Собственно, подобных людей сегодня осталось совсем немного, но архетип крестьянской основательности жив до сих пор, уважение к нему как к эталону не померкло. А между тем ковбой на ранчо как этнообразующий персонаж Америки исчез — быть может, в этом дело, в этом причина того, что микроклимат демократии в Швейцарии выглядит сегодня намного более убедительно, чем в Америке, да, пожалуй, и чем где бы то ни было. Простая основа («чище правды свежего холста вряд ли где отыщется основа», как писал Мандельштам) помогает избегать затяжных хронических воспалений оторванного от жизни самозабвенного правотворчества — и в то же время сохраняет чуткость к росткам нового, многообещающего бытия. Поэтому адронный коллайдер в Женеве, знаменитый банк в Цюрихе, сыр в Грюэре должны сосуществовать, не подавляя друг друга, так же как и надежная, боеспособная армия в давным-давно уже нейтральной стране, как три, вернее, четыре равноправных языка, говорящие на которых не обязаны знать язык соседа.

Всем известно, что Господин это — тот, кто ставит жизнь на кон. Стоило бы, однако, рассмотреть более подробную дифференциацию ставок — для возможного подтверждения интуитивно ясного вывода: человек есть то, чем он рискует. Эта тема очень интересовала Чжуан-цзы и Ян Чжу, вспомним: искусный игрок при ставке на черепицу растеряется, если на кону будет золото, и потеряет все свое мастерство, всякое соображение, голову, если на кону будет стоять вся Поднебесная.

Если считать риск сознательно навлекаемой на себя опасностью и ввести понятие «ареал доступных рисков», то можно, пожалуй, сказать, что людей вообще не рискующих — нет. Не все животные питаются мясом, но все что-то едят: не так ли обстоит дело и с риском в мире людей? Они подкрепляют свое существование, которое в данном случае как раз и можно назвать экзистенцией; беда в том, что общий уровень приемлемых рисков все время понижается. И важнейшим поприщем азарта сегодня в Европе и в Америке стала неимоверно расширившаяся площадка для шопинга. Именно этот низовой жлобский азарт — ловить скидки на побрякушки — доминирует сейчас в полной мере, вполне подтверждая уже приведенный тезис «человек есть то, чем он рискует». Соответственно, аристократию можно определить как потребителей высших рисков, что создает определенную невосприимчивость к фоновому мельканию. Безусловно, Швейцария и по сей день сохраняет элементы такой невосприимчивости.

Однако многоукладность рельефа, времен, модусов бытия дает о себе знать. Новые швейцарские граждане освоили много чего необычного, если посмотреть со стороны. Взять хотя бы горы — они ведь совершенно не такие, как всего лишь три десятилетия тому назад. То есть Альпы, конечно, величественны и живописны, на них опирается многослойный рельеф присутствия народа — но они окончательно перестали быть труднодоступными. Зимой горы перечерчены лыжными маршрутами разных степеней сложности и кажется, что на склонах людей встречается чуть ли не больше, чем в городах. Кстати, в городах нередко можно увидеть граждан и гражданок, передвигающихся на костылях, в гипсе, но пребывающих при этом в хорошем настроении. Отнюдь не в диковинку услышать следующего рода диалог:

— Ну как прошел уикэнд (каникулы, отпуск)?

— Чудесно! Снег отличный, с солнцем повезло... ногу, правда, сломал, но это уже под конец.

Словом, привычная картина, не повод для переживаний. Летом, когда снег остается только на вершинах, посещаемость гор лишь незначительно снижается: на машинах, на мотоциклах и велосипедах, с легкими палатками, швейцарцы и летом не обходят горы стороной. Игорь, живущий здесь уже лет двадцать, когда вдруг речь зашла о вершине Грие (ничего себе гора), как бы между делом заметил: «Да, позавчера туда наведался. А обратно — на параплане спрыгнул».

Они пользуются своими горами как мальчишки соседними пляжами. Современным молодым швейцарцам нелегко объяснить, в чем состоял подвиг под названием «переход Суворова через Альпы» — они могут подумать: да, конечно, ребятам пришлось приложить усилия, переходя через снежные вершины, но, если это подвиг, половина Швейцарии должна относить себя к героям.

Если бы в передаче «Верите ли вы?» прозвучал такой вопрос: верите ли вы, что в одной из процветающих европейских стран сливки общества имеют обыкновение встречаться друг с другом на мусорной свалке? — мало кто решился бы поверить. Между тем в Швейцарии, по крайней мере в одном отдельно взятом городе Лозанне, именно так и обстоит дело. Коммунальные службы коммуны Экублон, последовательно работая над дифференциацией выбрасываемого населением мусора, дошли до того, что количество различаемых сортов мусора достигло нескольких десятков. Законопослушные и добропорядочные граждане лишились возможности выбрасывать в один и тот же контейнер потертые губки для посуды и саму случайно разбившуюся посуду, даже осколки фаянса и керамики требуют теперь раздельного складирования. В итоге постепенно выработался чрезвычайно экзотический modus vivendi: накопив должное количество пакетов, семейство садится в автомобиль и отвозит их в специальный пункт, где специальные специалисты занимаются консалтингом, то есть показывают, куда бросать ту или иную баночку, куда и в каком порядке следует выбрасывать ящики, хрящики, спички...

Все это вносит чрезвычайное оживление в ситуацию: люди обмениваются опытом, рассказывают о своих промашках, распорядители Больших Контейнеров журят за неосмотрительность одних и хвалят за сообразительность других, тех, кто грамотно и законопослушно распорядился собственным мусором. Удостоившиеся похвалы буквально сияют, видимо, чувствуя себя в этот момент образцовыми гражданами. А попутно происходят всякие разговоры, вращающиеся вокруг главной темы, раскладки мусора. Фантасмагория и идиллия в одном.

Скажу честно, встреча городского бомонда на свалке Лозанны произвела на меня неизгладимое впечатление. Да, набережная в Монтре, сказочный городок Сан-Сафаран, Альпы во всех видах и ракурсах — прекрасны, но они старые знакомые, символы гордой, самодостаточной Швейцарии и в данном случае играли, скорее, роль контраста по отношению к увиденной мной впервые новой площадке res publica. Для закрепления впечатления я посетил еще парочку таких же народных собраний и, разумеется, от ощущения экзотики вроде африканского сафари перешел к подозрению, что речь, быть может, идет о важнейшем феномене социальной жизни современной Европы, если угодно, о последнем майдане, на котором суждено было оказаться потомкам тех, кто мужественно и самостоятельно решал свою судьбу пред лицом империй, великих держав, королей и герцогов, монополий и корпораций, эпидемий, поветрий и прочих угроз. И вот, выходя из своих дорогих и не очень дорогих машин, свободные граждане кантонов и коммун принимают деятельное участие в обсуждении окончательной судьбы отходов жизнедеятельности.

И это в Швейцарии, даже в Швейцарии! Впрочем, замечу еще раз, что Швейцария остается самым жизнеспособным куском выдохшегося гражданского общества Запада, она не очень-то радостно идет на поводу у распорядителей мировой глобализации. Она не так далеко зашла, как Скандинавия и некоторые другие резервации для бледнолицых, однако тенденция заметна и здесь.

Наиболее точный перевод слова «республика» (res publica) звучит как «общее дело». Речь идет о круге проблем, которые решают свободные граждане, которые они вправе решать так, что принятое решение и будет иметь статус закона. В сущности, государство — это то, до чего есть дело гражданам, и Аристотель был вполне прав — это их, граждан, общение по поводу дел, требующих решения. И как же так получилось, что круг этих дел оказался, мягко говоря, столь странным?

Ну ладно, допустим, что мусорная тусовка в Лозанне относится все же к разделу, который в советские времена принято было называть «гримасы капитализма». Но если взглянуть на повестку дня обсуждаемого гражданами Евросоюза законотворчества, возникает некоторое, скажем так, смущение. Допустимо ли своих детей любить больше, чем чужих? Как предотвратить дискриминацию по признаку IQ? Каковы юридические последствия измены в однополом браке? Неужели все основные вопросы уже решены? Вопросы о войне и мире, о союзниках, о путях социального и экономического развития, словом, весь круг вопросов, веками относимых к компетенции res publica? Похоже, однако, дело в другом, если не сказать в совсем противоположном.

Последняя первичная сцена (именно такое противоречивое сочетание здесь уместно), мгновенно погруженная в подсознание, в коллективное бессознательное Европы, как и положено первичной сцене, носит название «казус Эво Моралеса» (по аналогии, например, с фрейдовским «случаем Доры К.»). Вспоминают о ней настолько неохотно и затрудненно, что действительно приходится обращаться к опыту Фрейда, тщательно описавшего возрастающее сопротивление пациента на пути к истине. Вспомним все же фабулу этих событий.

На московской встрече в конце 2012 года обсуждался вопрос о возможном политическом убежище для Эдварда Сноудена — беглый сотрудник ЦРУ еще надеялся обосноваться где-нибудь в Латинской Америке, тогда казалось, что подобная возможность существует. Однако никто из латиноамериканских лидеров не решился вызвать гнев Гегемона, выяснилось, что необходимым для этого уровнем суверенитета обладает только Россия, — и Сноуден остался в Москве. Но первичная сцена, потрясшая граждан Европы, произошла сразу после этого. В Госдепе решили, что беглец может быть вывезен из Москвы тайно, и распорядились ни больше ни меньше как досмотреть все подозрительные вылетающие из России самолеты: особое подозрение пало на борт президента Боливии Эво Моралеса. Не мудрствуя лукаво, руководители операции отдали приказ — кому бы вы думали — агентам дружественных спецслужб, резидентам АНБ на континенте? Нет, приказ был отдан суверенным правительствам суверенных государств...

То есть, скажем просто, до сведения европейских правительств довели распоряжение Госдепа, не посвящая, разумеется, в детали — еще чего? И что же, быть может, в ответ США получили ноты протеста, как это непременно было бы еще лет тридцать назад? Ничуть не бывало, европейские страны, одна за другой, послушно закрыли свое воздушное пространство для самолета президента независимой страны, как если бы речь шла о террористах. И в конце концов, после долгих приключений, боливийский борт № 1 был принудительно посажен в Вене при полной растерянности диспетчеров и других авиаслужб суверенной Австрии. После чего самолет досмотрели «при участии» представителей АНБ, которые, убедившись, что их клиента здесь нет, пренебрежительно предоставили расхлебывать все дальнейшее этим, как их там, «суверенным австриякам».

Так ненавязчиво было продемонстрировано, кто в доме хозяин и чьи в лесу шишки. Так обнаружились две стороны одной и той же медали: на одной из них граждане свободно решают, куда выбрасывать обломки битой посуды, на другой — кто-то решает, кому пролетать над их воздушным пространством.

Взять слово и высказать его — таково едва ли не основное экзистенциальное побуждение человека. Но есть сдерживающие факторы самого разного рода — среди них и ошибочные, и вполне резонные.

Допустим, в процессе аналитического круговорота мне приходит в голову множество идей или, лучше сказать, соображений довольно сомнительного свойства. Они случайны, вне моей компетенции и, скорее всего, в силу этого новы только для меня, а тем, кому надо, давно известны. Правда, остается подозрение: а вдруг? — и возникает стремление записать. Но стремление не особо сильное, легко преодолимое. Вот вчера среди прочего мне пришла в голову идея усовершенствования дорожного покрытия.

Обыкновенное шоссе, по которому мчатся машины. Двигатель внутреннего сгорания тратит энергию, в том числе и на преодоление силы трения: возникает вопрос, для чего же понапрасну шерстить асфальт, теряя совокупный КПД? Дорожное покрытие могло бы преобразовывать воздействие вращающихся колес в зарядку какого-нибудь аккумулятора или генератора. То есть преобразователем мог бы быть не только генератор внутри автомобиля, но и внешний электрогенератор. Часть энергии отбирается на то, чтобы освещать салон, она «снимается с колес», а другая часть — на то, чтобы освещать саму трассу, и она тоже снимается с колес, но только дорожным покрытием.

Дальше мне почему-то представилась картинка крошечной страны вроде Лихтенштейна, только совершенно равнинной. У нее нет других источников энергии, кроме автобанов, по которым круглосуточно проносятся автомобили, но благодаря отбору энергии «самой трассой» ее хватает для освещения улиц, для отопления, для теплиц и электроприборов...

Наверняка подобная идея приходила в голову многим, и, скорее всего, дело в том, что ее реализация просто невыгодна. Но на этот раз, вопреки обыкновению, я записываю ее в черновике, может быть, при случае наведу справки.

Суть в другом, в естественных внутренних препятствиях, необходимых для того, чтобы взять слово — публичное слово. Надо ведь иметь некоторые основания для того, чтобы совершить попытку оккупации внимания других. И тут становится понятным, что же прежде всего произошло при взрывообразном расширении блогосферы: рухнули сдерживающие барьеры и взять слово можно теперь просто так. Не имея никакого другого повода, кроме одного — «хочу взять слово!»

И такое положение вещей можно, если угодно, назвать новой диалектикой свободы. Есть на радио «Свобода» такая передача «Поверх барьеров». Удачное название, ведь для преодоления барьеров требуется прыжок, усилие отталкивания, основания для того, чтобы взять слово. Но теперь барьеры рухнули, усилий для отталкивания не нужно никаких. Весомость публичного слова не то чтобы уменьшилась, она стала прямо-таки исчезающе малой величиной. Atrium в своей экспансии захлестнул Publicum так, что над миром воцарился детский лепет. Эталонный греческий полемос, поприще высокой состязательности, стал грандиозным бла-бла-торием континуума социальных сетей, где идейные споры совершенно потонули в увлекательном противостоянии «бла-бла» и «бла-бла-бла».

Понятно, что это повлияло на диалектику свободы, но как? Сбылось пророчество Мориса Бланшо, утверждавшего, что, когда исчезнет последний Писатель, в мире воцарится вовсе не тишина, как можно было подумать, а равномерный серый шум болтовни. Ибо некого будет стыдиться. Стало быть, возникшая угроза состоит в том, что уничтожены ориентиры и уничтожена иерархия истины. Сложилась ситуация «бытия под шумок», идеальная для ловли рыбки в мутной воде. В безбрежном бла-бла-тории властвует логика подмены и в такой атмосфере очень легко работать Большому Вору, изымая под шумок подозрительное и присваивая эксклюзивное. Свобода слова сегодня куда больше страдает от засорения чистых линий ее трансляции, чем от прямых запретов.

Что ж, опасность приходит оттуда, откуда не ждали, с точки зрения метафизики в этом нет ничего необычного. Вопрос метафизической зоркости в том, чтобы первым увидеть признаки приближающейся угрозы. Ницше сделал это 150 лет назад, как раз когда смотрел с альпийских вершин: «Клянусь честью, друг, — отвечал Заратустра, — не существует ничего, о чем ты говоришь: нет ни черта, ни преисподней. Твоя душа умрет еще скорее, чем твое тело: не бойся же ничего!»[1] Философ знал, о чем говорил — и о себе тоже, разумеется. Бесстрашие такого рода составляет ту последнюю форму атеизма, которая поразительным образом еще сохраняет в себе не только интенсивность веры, но и ее смысл. Если даже нет потустороннего спасения, это не значит, что его можно заменить посюсторонним успокоением, все еще оставаясь при этом человеком. И если вера твоя лишилась всякой неистовости, все еще остается важным, насколько интенсивно ты теперь не веришь. Пока холодный лед неверия кристаллизуется в душе, работающей теперь в режиме рефрижератора, мы еще не изблеваны из уст. Но вслед за горячностью веры Европу покинула и горячность богоборчества. Сегодня граждане Европы суть подопечные, ограниченные в своей дееспособности, причем ограниченные без какого-либо решения суда, исключительно по собственному малодушию. К ним, ко всем членам гражданского общества была применена мера, практиковавшаяся когда-то диктатурой пролетариата: поражение в правах. Увы, они ее заслужили.

Очень важен момент (воистину диалектический момент), когда естественное сочувствие к маленькому человеку сменяется безграничным потворством к этому, как оказывается, вовсе не столь уж симпатичному персонажу. Посмотрим, что говорили об этом Кант и Ницше, подошедшие к вопросу как бы с противоположных сторон: «Телеология рассматривает природу как царство целей, мораль — возможное царство целей как царство природы. В первом случае царство целей есть теоретическая идея для объяснения того, что существует. Во втором оно практическая идея для того, чтобы реализовать то, что не существует, но что может стать действительным благодаря нашему поведению, и притом сообразно именно с этой идеей»[2]. Здесь все сказано предельно ясно: императив и обусловленная им сумма действий, континуум удержаний и длительностей, должны воспроизвести, воссоздать природу на новом месте. Или как Ницше описывает сверхзадачу «учредить новое небо», учредить и развернуть его над естественным ходом вещей, над всем происходящим. И это, конечно, не может не приводить в ужас богов, поскольку речь идет о покушении на их собственное небо.

Такова цель и аскетического идеала, и категорического императива. Все топографические подробности учрежденного неба излишни, они только делают кантовский проект провинциальным с точки зрения всемирной истории (и с обзорной площадки богов), собственно протестантско-бюргерская начинка императива может вызвать лишь досаду за зря потраченное время у «брахманов» всех времен и народов, у виртуозов универсального аскезиса (М. Вебер), а для свободных умов, вынужденных с ней ознакомиться, появится лишь повод для изящной иронии и тонкой язвительности — что мы и наблюдаем на примере Ницше.

Однако, если отстраниться от забракованной конкретики, которая для самого Канта чаще всего как раз и является поводом к размышлению, в формате категорического императива мы действительно получаем общее поле для сопоставления длинной воли суверена и аскетической практики, не признающей преград: и в том, и в другом случае мы видим именно категоричность императива, не признающего никаких отговорок, эта черта воистину роднит бесстрашного воина с неутомимым аскетом. «По тому, чем довольствуется дух, мы можем судить о величине его потери»[3], — говорит Гегель, и это верно. Но и о величии духа мы можем судить по тому, от чего он отказывается, что он не считает подходящим оправданием или извинительным обстоятельством.

Трудности, встающие на пути рыцаря, и те преграды, что поджидают пустынника (и даже грешника, беззаветно ушедшего в покаяние), разумеется, различны. Но есть кое-что, объединяющее этих двоих и одновременно противопоставляющее их чужеродному третьему, — маленькому человеку, а стало быть, и большому смертному человечеству, состоящему из этих маленьких человечков. Речь идет об удивительной стойкости в отношении к собственному бытию-вопреки: в то время как прочие смертные уверены, что усталость сильнее совести и высшая солидарность их милосердия состоит в том, чтобы жалеть усталые тела друг друга, и рыцарь и отшельник в равной мере следуют дополнительно взятому на себя императиву: «не уставай!»

В этой удивительной сходимости полюсов сказывается недовольство уже имеющейся природой, той, что развернула свои явления по всему универсуму, да и проникла в человека как его природа — но, конечно, в маленького человека, который потому и маленький, что ему приходится помещаться целиком в сфере явлений. Будь он большим, высоко-мерным человеком, его высокая мерка трансценденции прорвала бы нависающий над ним небосвод явлений, да и бездна инфернального оказалась бы открыта для диапазона иного присутствия, для героев и магов, если угодно.

Но внутри, между полюсами, работает сила тавтологии, великая сила инерции — назовем ее так вслед за Ницше. Когда-то она стала известна физике под именем «гравитация», когда-то она сформировала первую природу, фюзис как таковой, стянув каузальными нитями близкодействия все осколки суперпозиций (великих дальнодействий) или, говоря словами Канта, «утвердив причинную связь явлений». Лишь в этой обусловленности комфортно маленькому человеку, точнее, она задает параметры равенства, которыми связано всякое явление, в том числе и маленький человек. Потому-то во все времена он так цеплялся за теорию непреодолимых обстоятельств, за социальную обусловленность, снимающую персональную вину.

В «Критике практического разума» об этом сказано совершенно недвусмысленно: «Понятие причинности как естественной необходимости в отличие ее от причинности как свободы касается лишь существования вещей, поскольку это существование определено во времени...»[4] А регистрация во времени как раз и задает полное алиби в отношении свободы, можно сказать, что таково простейшее темпоральное вообще. Кант подтверждает свою проницательность метафизика: «…каждое событие, стало быть, и каждый поступок, который происходит в определенный момент времени, необходимо обусловлен тем, что было в предшествующее время. А так как прошедшее время уже не находится в моей власти, то каждый мой поступок необходим в силу определяющих оснований, которые не находятся в моей власти, т. е. в каждый момент времени, в который я действую, я никогда не бываю свободным»[5].

У этого кредо маленького человека есть не только своя мораль, своя социальная и юридическая адвокатура, но даже и собственная теология, которая гласит: «И сам Бог не в силах сделать бывшее небывшим». Очень важно, что «каузальность» и «прошлое» рассматриваются Кантом как факторы, работающие в одном и том же направлении и в конечном счете сходящиеся. Сколько бы позитивизм ни утверждал с мнимым глубокомыслием, что «после того не значит вследствии того», подлинная проницательность — ну, пусть с долей грусти, требует признать: в некоторых случаях значит. Погруженность в прошлое еще не обязательно создает каузальный механизм, но своего рода психологический фатализм по типу повседневной причинности возникает легко.

«...Если определяющие представления, даже по признанию этих людей, имеют основание своего существования во времени и притом в предыдущем состоянии, а это состояние — в свою очередь, в предыдущем ему и т. д., то, хотя бы эти определения и были внутренними, хотя бы они и имели психологическую, а не механическую причинность, то есть вызывали поступок через представления, а не через телесное движение, они все же определяющие основания причинности существа постольку, поскольку его существование определимо во времени, стало быть, при порождающих необходимость условиях прошедшего времени; следовательно, когда субъект должен действовать, они уже не в его власти, стало быть, не оставляют никакой трансцендентальной свободы, которую надо мыслить как независимость от всего эмпирического…»[6]

Так, стало быть, обстоит дело со всеми добрыми самаритянами и Акакиями Акакиевичами. И со всеми прочими рабами, всемирный мятеж которых («восстание рабов в морали») Ницше признал в целом успешным, и с эти трудно не согласиться. Но категорический императив по самому своему смыслу есть бунт против природы, отказ подчиниться внешним обстоятельствам. При этом он, категорический императив, конечно же, минималистичен в том смысле, что отказывается принять в сферу своей ответственности (или своей вины) внешние обстоятельства, но поле поступка он оставляет свободным и «самаритянских» оправданий не принимает — потому и оказывается общим трамплином, от которого отталкиваются, взлетая в разные стороны, воин и аскет, герой и маг. Они добиваются автономии, а то и полной суверенности вновь учрежденного мира, однако — и вот обстоятельство воистину роковое, неустранимое — для того, чтобы этот учрежденный мир стоял, стоял прочно, а не висел, как мираж или химера, — он сам должен уподобиться или быть уподоблен природе. На обслуживание этой суровой необходимости и растрачивается большая часть сил и аскезы, и суверенности.

Но никто и не говорит, что тут могут быть простые ответы, ведь тут речь идет ни больше ни меньше как о парадоксе Иисуса: прийти к униженным и последним мира сего для чего? Чтобы вывести их из униженности — этот великий смысл христианства странным образом умудрились из него не вычитать. Возвестить маленького человека даже и не пытались, но зато род его размножили как песок морской, но вот чего не ожидал Ницше, так это того, что маленького человека, погрязшего в рессентименте, в мазохизме и самоосквернении, удастся избавить от несчастного сознания. Правда, ценой избавления от сознания вообще, по крайней мере от того сознания, о котором говорил Декарт, от сознания ego cogito, но все же они, эти маленькие люди, доказавшие своим существованием, что одномерный человек Герберта Маркузе был все еще слишком многомерным, — они, некоторым образом счастливы. Не в смысле Аристотеля, прекрасно знавшего, что «счастье есть некая деятельная жизнь», но по крайней мере в смысле Смердякова, мечтавшего обрести уважение, ничего в себе не меняя, а просто переместившись в мир, где его убожество сразу обретет статус достоинства. На публичной свалке кантона Экублон Смердяков был бы прекрасен, его встретили бы дружелюбные улыбки, настоящее понимание со стороны окружающих — и, следовательно, это ему надо было ехать в Швейцарию, а не Ставрогину, которого Достоевский отправлял в кантон Ури...

Не бойся ничего, твоя душа умрет еще раньше твоего тела — говорит Ницше, но для этого душа должна хотя бы родиться, претерпев все нешуточные муки рождения и получив пожизненную родовую травму.

Пора сказать, чем же, по сути, так плох, так безнадежен гуманистический проект, приведший к добровольному поражению в правах, к утрате дееспособности наследниками величайшей в мире европейской цивилизации. Ведь намерения были исключительно благими, а средства — действенными, раз привели к повышенному содержанию «гормона счастья» в крови...

Итак, образцом для настройки всех социальных, да и, пожалуй, всех слишком человеческих регуляторов стал инвалид. Сначала инвалид в физическом смысле, а затем и в смысле более широком — тот, кого на Руси называли «убогим». Мир должен выстраиваться, выравниваться по этой планке чтобы никто не чувствовал своей лишенности и брошенности. Лифты, пандусы, стойки нужной высоты — это само собой разумеется, но ведь если ты аутист, то и для тебя должны быть оборудованы соответствующие уголки мира. А если твой кругозор на уровне плинтуса (да и потолок интересов расположен примерно там же), то и тут не надо отчаиваться: твои политкорректные соотечественники сделают все, чтобы ты этого не заметил. Они сделают даже больше, они на самом деле не заметят, что потолок опустился до плинтуса, что их общее дело, их res publica, расположена теперь в интерьере мусорных контейнеров.

В таких случаях, конечно, особенно хочется найти кукловодов, тех селекционеров, которые, по идее, должны отвечать за проект, за сектор новой алхимии, занятый выведением гомункулусов. Однако хотя по отдельным вопросам кукловоды и имеются, но ответственных за проект в целом не существует. К наличному положению вещей европейскую цивилизацию привела целая сумма превратностей, так что измельчание свободы, гражданственности, параметров бытия-в-признанности является эффектом остывающей Вселенной — социальной вселенной в данном случае. Этим же, пожалуй, обусловлено и падение присутствия духа, уменьшение его амплитуды, благодаря чему поражение в правах носит не столько внешний формальный характер, сколько характер обрушения внутреннего сознания своей правоты и правомочности.

Напрасно казалось, что круговая порука вины, Shuld, каждым актом речевого публичного присутствия, начинающегося всегда с обращения «изВИНИте», «entSHULDigen», подтверждавшая виновность в бытии, достигла пределов своего действия, в действительности сознание виновности продолжало прогрессировать и после Ницше и после Хайдеггера, в особенности же это относится к чувству виновности, которое и стало настоящим common sense, общим чувством.

Когда-то носители рессентимента потеснили и вытеснили сверхчеловека, не оставив ему места в своей тесной социальности. Но торжество изворотливости, двойного дна и неисправимо несчастного сознания продолжалось недолго. Произошло следующее форматирование поля бытия-в-признанности, и новый формат с потолком на уровне плинтуса вмещает уже только хуматонов, кротких агнцев, отличающихся прозрачностью замыслов и желаний[7].

Пришествие хуматона уже некоторое время возвещают и готовят множество мелких Зара-шустриков, с легкой руки Пелевина у них теперь есть общее имя — «активисты». Их задача — отстоять права другого, назначенного Другим, но главное — ограничить дееспособность граждан в отношении пересмотра уже принятых основных решений. Для этого необходимо обеспечить законность не на уровне сознания, а на уровне самочувствия. Врата Закона, описанные Кафкой, превратились в длинный глухой коридор, по которому нужно идти, не оглядываясь по сторонам, и только на той площадке, куда он выведет (а мы уже знаем, куда он выходит и как выглядит эта площадка), можно наконец занять активную гражданскую позицию. Ну, конечно, не только о расфасовке отходов, не будем утрировать: можно дискутировать о том, какие случаи должны входить в минимальную медицинскую страховку, а также о том, должны ли заключенные носить униформу или же имеют право на собственную цветовую дифференциацию штанов. Ведь в отношении того, что дозволено к обсуждению, должна быть полная свобода мнений — на этом твердо стоит современная демократия.

Итак, в чем же состоит порабощение граждан, населяющих колыбель свободы? В утрате подлинной государственной суверенности — это раз, и к этому мы еще вернемся. В понижении амплитуды аффектов — это два. И тут процесс, описанный еще Ницше, продолжился и в распаде антропоцентричного правосознания, происходящем ступенчато. Уже известный тезис Протагора «человек есть мера всех вещей» означал, по мнению Хайдеггера, некое понижение планки, ведь помимо простых смертных есть бессмертные боги и герои, не согласные с отведенной участью.

Но тезис Протагора воспламенил Возрождение, переход от богостоятельности к самостоятельности вызвал беспрецедентный прилив сил; такова сама суть первоначального гуманизма, внутри которого произошел надлом, раскол между горячей верой и пламенным безверием. Вся дальнейшая история гуманизма была связана как раз с остыванием — и с прогрессирующим отказом от самостоятельности, отсюда и окончательная формулировка максимы свершившегося порабощения: Другой есть мера всех вещей. И чем более непритворно звучал этот тезис, тем ниже опускался потолок самоопределения, уровень притязаний — хотя индивид, конечно, избавлялся от мук рождения души, эти муки отчасти заменил легкий метемпсихоз аватарок.

И сама суть помощи другому состоит в том, чтобы и его, этого другого, избавить от мук, разумеется, прежде всего от мук рождения души. Смысл призыва к Другому сводится фактически к следующему тезису: не надо вставать на цыпочки и лезть из кожи вон. Оставайся таким, каков ты есть, и мы постараемся ничем тебя не обидеть. Кем бы ты ни был, аутистом или негром преклонных годов, мы соизмерим свои притязания с доступными тебе. Подожди. Просто подожди, и мы к тебе подтянемся!

И в самом деле подтягиваются. Рядами и колоннами, странами и кантонами, вместе и поодиночке.

Вспоминается механизм, описанный в книге Владимира Мартынова «Пестрые прутья Иакова». Там овцы из стада Лавана во время водопоя вынуждены были смотреть на пестрые прутья, разбросанные перед ними хитроумным Иаковом, — и поневоле, преодолевая законы генетики, становились пестрыми, вернее, приносили пестрое потомство. Сам Мартынов вводит образ для того, чтобы сказать, что его поколение, глядя на «шедевры» сталинской архитектуры, стало таким, каким оно стало. Вывод Владимира Мартынова в этом случае, однако, вызывает сомнения: существует ли в действительности настолько навязчивая визуальность? Ведь человек есть существо, у которого онейрические состояния сознания перекрывают убогую видимость и уводят в иные миры. Однако, если речь идет о тех, о ком так заботишься, кто при этом является еще и мерой всех вещей, то ситуация меняется. Входя в положение аутиста, вступая в племя подросших особенных детей на правах как бы одного из них, пожизненно вникая в судьбу маленького человека, в его микроскопические политические запросы, как же тут избежать участи стада Лаванова?

Остается только спросить: где этот новый, куда более хитроумный Иаков и кто же он?

Впрочем, кто бы он ни был, если он вообще есть, он перемудрил: похоже, что сущностная мимикрия охватила не только стадо, но и его собственное потомство. Недооценил хитроумный притягательности пестрых веточек, незатейливых запросов и всякого прочего, правильно рассортированного мусора.

Жаль, что этот процесс не застал Ницше — да, в сущности, и не предугадал такого поворота. Заратустра, покоритель и завсегдатай вершин, недооценил происходящего в подполье. Он точно картографировал человеческий тип, порожденный рессентиментом, и детально описал маевтику, которой занимались переориентировщики рессентимента, принимающие роды недоношенной души — да, собственно, и провоцирующие их. Были точно зафиксированы атрибуты этого «одомашненного», «изморалившегося» существа: раздвоенность, несчастное сознание, неопределенность желаний («принеси то, сам не знаю что») и, как следствие, неустранимое беспокойство. В результате, однако, все еще слишком широк получался человек: пусть даже от длинной воли оставались одни только обрывки, но уж заскоков точно хватало, причем их топография оказалась непредсказуемой.

Однако превосхождение человека не ограничилось только выравниванием вершин и даже последующим разрыхлением сыпучих холмов. Удалось расчистить и подполье, переместить его, так сказать, на твердое гуманистическое основание. И кажется, новых радостных законопослушных индивидов удалось наконец обузить. Выстроив одновременно и уровень их притязаний, и амплитуду аффектов на уровне плинтуса.

При этом все антиутопии попали, что называется, пальцем в небо, поскольку дело обошлось, устроилось без какого-то там Старшего Брата, без фюрера, без Отца нации и без Вождя всех народов. Напротив, пока эти зловещие фигуры нависали над миром, они задавали уровень притязаний и меру сопротивления. Все было в точном соответствии с прекрасным тезисом Гегеля: наше величие определяется могуществом тех сил, которым мы бросили вызов. Но выяснилось, что наша немощь и порабощенность тоже определяется ничтожеством тех душ, которым мы отдали свою заботу и солидарность.

Наверное, Бог может воскресить мертвые души, но спасти души мертворожденные не может даже он — за отсутствием предмета спасения.

Город Монтре, набережная Женевского озера. Если бывают складки пространства, позволяющие вместить больше, чем вмещается на развернутой плоскости, то складки времени еще более удивительны. Они составляют важную разновидность памяти в человеческом мире. Швейцария, безусловно, богата и тем, и другим. Объяснить, как образуются складки времени, непросто, тут слишком много неясного — но дать почувствовать это легко, душа сама настраивается на аттракцион сверхперсональной памяти, мобилизуя мельчайшие клочки знаний, не совсем своих воспоминаний, все словно само собой происходит, когда оказываешься в таком месте, как Монтре.

Здесь, по этой набережной, гуляли Набоков, Стравинский, Чарли Чаплин, едва ли не все прародители джаза и его первосвященники. Мне не попадалось другого места, где так убедительно и отчетливо сохранилась бы belle epoche: тогда, 150 лет назад, Великобритания была представлена здесь лучше, чем в самой Великобритании. Если хочешь понять, что значит «аристократия в созданном ею мире», нужно ехать сюда. Приехать и выполнить несложное задание, как в рекламном клипе сухих концентратов сока: просто добавь воды. И, опять же, воздуха. И ты поймешь, что это было. Кажется, что именно здесь, в Монтре, произошло великое, хотя и оставшееся незаметным событие: прекрасная эпоха, belle epoche, подойдя к порогу пресыщения, обзавелась приемным сыном — им стал американский джаз. И, как это было в мифологических сюжетах на ту же тему, через него и пришла погибель. Принято считать, что с прекрасной эпохой покончила Первая мировая, а восставший пролетариат Европы довершил дело истребления. Но это были враги внешние, джаз же, вместе со всем, что ему сопутствовало, проник в самое сердце, он соблазнил и совратил все еще слишком холодную европейскую эстетику, лишив ее внутренней правоты, забраковав как выдохшуюся ее творческую интуицию, — и дальше все пошло так, как оно пошло. Произошло смешение кровей, одновременно и благодатное, и разрушительное для культуры. Взрывной процесс сопровождался сверхмощным выбросом чарующего излучения: Герман Гессе был среди тех, кто прекрасно запечатлел его следы в «Степном волке». Свою роль в этом запечатлении сыграл и город Монтре, образовавшаяся в нем складка времени предоставляет как бы эмпирическое свидетельство того, что здесь это не только произошло, но в некотором смысле все еще происходит. Можно неспешно походить по террасам роскошного отеля на склоне, затем спуститься вниз и пройтись по набережной, ничему в себе не препятствуя, и тогда произойдет... не глубоководное погружение в историю, для этого больше подходят другие города, тот же Сьон, если иметь в виду Швейцарию, а мимолетное обретение иного настоящего, которое, как вдруг выясняется, не совсем прошло и не везде, остался по крайней мере один локальный участок досягаемости, где время свернулось в тонкую серебряную ниточку, образовав, если прибегнуть к языку теории суперструн, странное свернутое измерение. При случае в него снова может провалиться целый мир, хотя этот магический театр, по словам Гессе, имеет магическую надпись:

Не для всех.

Быть может, когда-нибудь на стыке истории, театра, литературы и кино возникнет хроно-археология (или хроногеология). Она будет осуществлять поиск пластов времени и отслеживать возможные доступы к свернутым измерениям. Залежи золотоносной руды, выходящие на поверхность, суть экзистенциально-полезные ископаемые времени. Их можно найти в Петербурге, в Стамбуле, кто-нибудь скажет: да, в любом историческом месте, хоть на развалинах Карфагена или в Сарагосе, где «нашел» когда-то магическую рукопись Ян Потоцкий. Увы, не все так оптимистично. Туриндустрия загрязнила и отравила подавляющее большинство «скважин» не до конца прошедшего прошлого. Нужно быть осторожным, чутким лозоходцем истории, знатоком хроногеологии, чтобы обнаружить доступ к складкам времени, уловив остаточное излучение непрошедшего настоящего. Из всего, что мне попадалось, Монтре, быть может, самый явный случай, своеобразная хроно-геологическая аномалия, где золотоносная жила не исчезнувших событий и настроений выходит на самую поверхность, так что ее можно разрабатывать открытым способом. С местами Ницше дело обстоит уже не так просто, но даже деяние Вильгельма Телля открывается навстречу настойчивым усилиям где-нибудь в глубокой шахте, если оно не выдохлось окончательно. Сегодняшней Швейцарии очень не хватает Вильгельма Телля, ее небесного покровителя.

И кое-что о Лихтенштейне, государстве, которое даже швейцарские газеты охотно обзывают декоративным. Может, оно и так, но есть одно любопытное «но», кажущееся мне весьма значительным. Мирная, приветливая столица, мини-столица, Вадуц, расположена в небольшой долине, по сути дела, у подножья средней по альпийским меркам, но величественной горы. Гора увенчана впечатляющим княжеским замком, грозно возвышающимся над столицей. В этом замке есть что-то от детских представлений о логове дракона, возможно, с известной примесью пьесы Евгения Шварца. Начинаешь думать, что именно так и должно было выглядеть самое хищное Средневековье: сверху правитель, барон, внизу почтительные подданные, не очень заинтересованные в том, чтобы попадаться барону на глаза. Их удел — печь свои булочки, стричь овец и коз, делать сыры, играть свадьбы. История Лихтенштейна показывает, что господин (князь) был не таким уж надежным защитником, хотя, наверное, не хуже прочих феодалов, обладателей доспехов, меча, замка, твердой несокрушимой воли. И когда выпечка булочек обрела более надежную защиту, а добыча руды совершенно перестала зависеть от благосклонности князя, стало казаться, что бюргеры Вадуца и окрестные крестьяне будут терпеть князя всего лишь как сторожа-хранителя своего национального достояния, ну и еще как распорядителя церемоний для привлечения туристов. Однако на прошедшем несколько лет тому назад референдуме князю Лихтенштейна были практически единодушно возвращены средневековые полномочия абсолютного монарха. Теперь владыка этой и нескольких соседних гор может распускать парламент без объяснения причин, вносить изменения в бюджет, о которых не обязан отчитываться. В каком-то смысле ему было предоставлено право казнить и миловать. Но, как в знаменитой даосской притче, «учитель способен на это, но учитель способен и не делать этого». Князь, разумеется, ничем таким не пользуется. Он мирный, спокойный и, как говорят, отзывчивый человек — разве что тень нависающего над городом замка в результате принятого решения приобрела дополнительный холодок.

Напрашивается некий вывод, возможно, впрочем, некое предположение. Вот обитатели крошечного и по определению зависимого государства, его бакалейщики, фармацевты, учителя гимназии и все четверо полицейских, собрались на референдум — очевидно, для того, чтобы реализовать свое сокровенное чаяние, восполнить то, чего им больше всего не хватает. Речь шла не о налогах, не о страховках и пособиях — тут, кстати, имеются серьезные расхождения во мнениях. Граждане восполнили именно самую фундаментальную нехватку: они проголосовали за суверенность воли властелина, за нешуточную монархию.

Можно ли разглядеть в этом симптом, некое опережающее присутствие будущего? Ведь граждане этой страны намного раньше всех своих соседей избавились от обременительных затрат на безопасность, финансовую стабильность (принимаются на равных франки и евро), контроль над воздушным пространством и прочих того же рода обременений. Казалось бы — выпекай себе булочки и выбирай любого поставщика, выращивай овощи какие захочешь, выскажи обоснованное мнение о строительстве новой горнолыжной базы, а там, глядишь, и до референдума по утилизации отходов дело дойдет. Словом, что-то до боли знакомое. Вот только «лихие штейнцы» прошли все это намного раньше и давным-давно наелись, уже несколько поколений выросло в сознании (и в состоянии) тотальной депривации суверенности — и вот наконец фантомные боли исторической памяти побудили их определиться с главной нехваткой и провести по этому поводу референдум. Они почувствовали необходимость иметь хотя бы единственное персональное воплощение своей воли, пусть в форме ими же делегированного своеволия. Несмотря на все полномочия, князь Лихтенштейна, конечно, не сможет выбирать себе союзников и самостоятельно контролировать воздушное пространство. Не волен он, конечно, не присоединиться к санкциям, если они разработаны самим Белым Домом. И все же смысл послания понятен: при случае, где это возможно, показать фигу всем, идущим рядами и колоннами к предсказуемому прозрачному будущему. Например, в день инаугурации американского президента подписывать указ о помиловании козла, а в день избрания президента России выпускать на волю попугая...

Вопрос, однако, вот в чем. А что, если крошечный Лихтенштейн — это первая ласточка, его граждане раньше других наелись блюдами строго диетической демократии и теперь сыты по горло: они поняли, что демократия — это пустой звук без достоинства граждан. Кто-то скажет, что это слишком похоже на бурю в стакане воды. Но другие народы, помещенные под общую политическую крышу, народы, освобожденные от самостоятельности, граждане, лишенные гражданской дееспособности, — что, если они тоже решатся на нечто подобное? Вдруг и потомки Вильгельма Телля обнаружат складчатое залегание не совсем еще израсходованного времени и возжелают воздуха свободы?

Скажу честно, в Лихтенштейне больше всего впечатлил именно этот дворец на горе, дворец, используемый по назначению. Сюда может попасть лишь тот, кто приглашен (кому назначена аудиенция): один из самых величественных замков не входит в список общедоступных достопримечательностей.

В соседних «больших» странах дело обстоит не так, остающиеся на плаву владельцы замков там вынуждены держать круговую оборону от мира: и законодательство, и общественное мнение в целом пока не на их стороне. Но кто знает, быть может, такая фигура, как живущий в замке барон, пользующийся при этом уважением и почтением соседей, не окончательно ушла в прошлое — тут пример Лихтенштейна вдохновляет.

Моя родственница Елена С., давно живущая в Швейцарии, рассказала любопытную историю:

«Недавно я увлеклась швейцарскими замками и решила осмотреть все то, что находится, так сказать, в пределах досягаемости. Выяснилось, что большинство из них не входит в туристические путеводители и некоторые находятся в полуразрушенном состоянии. И вот, взобралась я на холм, где стоял настоящий, хотя и небольшой замок XV века в приличном состоянии. Я уже привычно захожу в него, вроде бы пустой, прохожу несколько залов, и вдруг вижу, что возле зеркала стоит мужчина и бреется опасной бритвой.

— Вы зачем сюда вошли? — спрашивает он меня

— Ну, я осматриваю исторические шато. Это ведь шато?

— Да. Но это мой шато».

Вроде бы в эпизоде нет ничего примечательного, сработал сформированный опытом туристический инстинкт, хотя результат оказался неожиданным. Тут турист, привыкший к своему стандартному списку прав, мог бы и задуматься: а в самом ли деле его права как туриста должны быть важнее и, так сказать, очевиднее его же прав собственника, аристократа, человека воцерковленного, автора, учредителя res publica, в конце концов?

И тут я возвращаюсь к положению дел в res publica, чтобы высказать и попробовать обосновать еще одно предположение. Остаточное присутствие, в котором укрощена амплитуда души и горизонт свободы приблизительно совпадает с потолком возможностей маленького человека, совершенно лишилось личностного начала. Общепринятое мнение о том, что нынешние европейские политики не чета прежним, отнюдь не является обычным ворчанием в духе того, что «и кипяток нынче не тот». Действительно, вспоминая Маргарет Тэтчер, Шарля де Голля, Акселя Шпрингера, даже Юргена Шредера, нельзя не поразиться, глядя на нынешних и абстрагируясь от содержания конкретных решений, прежде всего катастрофическому падению масштабов. Несмотря на несопоставимость интервалов времени, все же порой кажется, что между Вильгельмом Теллем (или Оливером Кромвелем, чтобы не настаивать на легенде) и теми, недавно ушедшими конструкторами Европы больше общего, чем между всей этой достойной плеядой и нынешними.

Когда мы смотрим на Франсуа Олланда, каждую неделю меняющего решения, отдать России «Мистрали» или нет, или оглядываемся на Ангелу Меркель, что-то обещающую сегодня, а завтра берущую слова обратно (понятно, в зависимости от силы окрика хозяина), в голову сразу приходит сравнение с трясущимися овечьими хвостами. Все они без исключения (наверное, Вацлав Гавел был последним исключением) не стратеги и не тактики, не стражи справедливости и даже не циники, все они прежде всего овечьи хвосты.

В значительной мере это, конечно, определяется отведенным им местом: все-таки хозобслуга декоративных суверенитетов немногое может себе позволить. Их «за-овеченность» такова, что они даже не пытаются укусить руку дающего, как это все же позволяли себе бедные российские литераторы и художники 90-х, — да и ничего такого не приходится в себе преодолевать этим новым европейским политикам, отведенные для них отсеки вполне соответствуют их масштабу. Под стать первым лицам страны (в сущности, любой европейской страны) и муниципальные политики — имя им — безымянность, и они тоже только хозобслуга покинутого духом социума, из которого изъята всякая инициатива и уж тем более всякая авторизация. На всех уровнях, от первичных социальных ячеек до общенациональных парламентов (включая сюда, разумеется, общеевропейские структуры), четко просматривается засилье «судейских», юристов, давно превысивших свои полномочия, состоявшие в том, чтобы оформлять волю народа-суверена. Правовой фетишизм, безраздельное господство буквы закона и его, так сказать, трактовки, все это анонимно по определению, и простая, то есть предварительно не обработанная юристами инициатива здесь исключена a priori. Если на вратах академии Платона, по преданию, было написано «не знающий геометрии да не войдет», то теперь все значимые площадки res publica окружены незримым, но непреодолимым забором с подразумеваемой надписью «не изучавший права да не приблизится» (если только за забором не расположена мусорная свалка, там каждый совет может оказаться уместным и компетентным). И чем больше всматриваешься в то, как устроено современное политическое пространство, чем дольше наблюдаешь за повадками современного zoon politicon (общественное животное), как охарактеризовал человека Аристотель, тем больше понимаешь выбор жителей Лихтенштейна, то, что они имели в виду и хотели сказать: мы должны перестать быть овечьими хвостами, ибо именно это, невероятная заниженность притязаний, и составляет главную угрозу свободе сегодня.

Если вновь сопоставить два процесса, на первый взгляд не имеющие друг с другом ничего общего, — а именно стремительное сжатие площадки для принятия ответственных решений в реальной жизни, то есть, собственно, «агоры», и столь же впечатляющее расширение права взять слово на площадке электронных коммуникаций, между ними можно заметить нечто общее. Оно и будет главным.

Это общее — редукция авторизации. Иными словами — упадок полномасштабного бытия от первого лица, уход от ответственных политических решений на всех уровнях, девальвация гражданской позиции, которая теперь состоит преимущественно в том, чтобы найти самое безобидное мнение и гордо заявить: на том стою и не могу иначе. И, вдобавок к этому, нетребовательная всеядность в электронном измерении, где всегда есть комплементарное community. Авторство здесь очень быстро приобрело «детский», невсамделишный характер. Сегодня сфера политики и сфера письма оспаривают друг у друга максимум безобидности — что заставляет нас совершить экскурс в историю или, скорее, в метаисторию.

Рассматривая происхождение авторской литературы, музыки, философии как движущей силы и одновременно торжества личности, можно прийти к любопытному и несколько неожиданному выводу: первые признаки авторизации появились не в стихосложении, не в пространстве мистерий и не в эпосе, а именно в политике. Странным образом первым автором в истории человечества был вовсе не литератор, а именно политик, точнее говоря — тиран. Ну, например, полумифологическое свидетельство о персидском царе Ксерксе, повелевшем высечь море, затопившее его флот, — разве это не образец авторизованного отношения к миру?

И вот возникает подозрение: если формат личностного бытия начинается с политики, со своевольной конфигурации властвования, отвергающей традиции, обычаи, священные ограничения и открывающей путь произвола и в сфере вещего слова (например, переход от мантры к поэзии), не следует ли ожидать, что этот формат (бытия как авторствования) и захлопнется с исчезновением последних авторизованных политических деяний? Не это ли послание пытались передать избиратели Лихтенштейна своему суверену, возвращая ему самодержавие и абсолютизм? Однако и ему, пожалуй, будет проще повелеть высечь Альпы, чем предоставить баронское достоинство, скажем, Эдварду Сноудену...

Но выхолощенность авторского начала из политики аукнулась во всех сферах символического. Любопытно было бы взглянуть, как отнесся бы, скажем, Махатма Ганди (хороший памятник ему установлен в Женеве), автор политики ненасилия, к весьма похожему, но сущностно иному принципу «не причинения неудобства». Почему-то мне кажется, что Ганди был бы в гневе: ведь он как раз считал, что политика должна причинять неудобства тому, кому следует их причинять. Себе в первую очередь.

Весь широкий фронт авторствования связан с непременным причинением неудобств себе, с необходимостью подставляться, рисковать, состязаться, с вытеснением и перепричинением. Ницше понимал это не хуже Фрейда и значительно шире, главка об аскетическом идеале в «Генеалогии морали» остается образцовым анализом сути творчества, а греческий hybris — непревзойденным образцом человеческого достоинства и соискания той высокой планки, по высоте которой как раз и опознается величие человека. Вот только Ницше — опять приходится говорить об этом — переоценил степень внутреннего беспокойства рессентимента и недооценил vis inertia. Он думал, что возможный успех авторствования (редкий, но все же случающийся), состоявшееся, признанное произведение компенсирует все затраты, возмещает все доставленные неудобства. Мы немало видели именно таких людей, они еще остались, но они — уходящая натура.

Консистенция сахарного сиропа для «взаимозачета» произведений основана на все той же стратегии избегания малейшего неудобства и беспокойства: только бы не встать в полный рост, не замахнуться на что-нибудь такое, что принципиально недоступно одному из малых сих, моему ближнему...

Что ж, придется сделать вывод, что возвращение к нормальному, подобающему человеческому масштабу должно начаться с политики. Именно здесь необходимо возобновить авторизацию мира и своего присутствия в нем. Дело это нелегкое, учитывая не просто утрату навыков, на даже и забвение утраченного. Надо преодолеть и ложные психологические барьеры, и экзистенциальную опущенность, и засилье мертвой буквы, анонимный террор законников. Неудивительно, если в ряде случаев придется последовать примеру граждан Лихтенштейна — трудное это дело, возвращение к духовным основам res publica.

Но почему-то внутреннее чувство подсказывает, что кантоны Швейцарии и сама конфедерация смогут вернуться и к внутренней и к внешней политике как к свободному выбору, остающемуся под собственным контролем. Тогда Швейцария вернет себе роль хранительницы свободы.

Опубликовано в журнале:

«Новый Мир» 2015, №4

Швейцария. Лихтенштейн. СЗФО > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 апреля 2015 > № 1458920 Александр Секацкий


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter