Всего новостей: 2576788, выбрано 111 за 0.178 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 3 августа 2018 > № 2692635 Джеймс Браун

Что будет со сближением России и Японии после премьерства Абэ

Джеймс Браун

Годы премьерства Синдзо Абэ благодаря его личной и семейной симпатии к России создали реальную возможность навсегда трансформировать отношения между двумя странами. Но теперь, когда правление Абэ подходит к концу, двусторонние отношения, скорее всего, вернутся к прежней холодности и регулярным кризисам. Кажется, российская сторона полностью оценит возможности, которые открывало премьерство Абэ только тогда, когда оно уже закончится

Многолетнее премьерство Синдзо Абэ в Японии оказалось на редкость позитивным для России. Абэ сделал улучшение связей с Москвой приоритетом своей внешней политики, заявив, что «отношения между Японией и Россией имеют наибольший потенциал по сравнению с любыми другими двусторонними отношениями».

В рамках «нового подхода» к России Абэ предложил план экономического сотрудничества и создал новую должность министра по делам сотрудничества с Россией в области экономики. Также Абэ семь раз посетил Россию после возвращения к власти в декабре 2012 года. Под его руководством Япония дистанцировалась от антироссийских шагов Запада и не критиковала Москву ни за Украину, ни за Скрипалей, ни за малайзийский «боинг». Санкции, введенные Японией против России, были минимальными и принимались под сильным давлением Запада.

Однако чем дальше, тем более актуальным становится вопрос, что стоит за этим сближением: долгосрочный сдвиг в японской внешней политике или личные пристрастия премьера Абэ? Потому что срок полномочий Абэ не безграничен: он и так занимает пост премьера второй раз и почти шесть лет подряд, что большая редкость для Японии, где премьеры обычно меняются ежегодно. В сентябре пройдут выборы президента правящей Либерально-демократической партии (ЛДП). Скорее всего, Абэ их выиграет, но серия коррупционных скандалов серьезно подорвала его популярность, и в любом случае уже в 2021 году ему наверняка придется уйти.

Конечно, у стремления Японии улучшить отношения с Россией есть объективные, никак не связанные с личностью Абэ причины. Во-первых, японское правительство хочет диверсифицировать свой импорт энергоносителей, потому что сейчас на Ближний Восток приходится целых 87% импортируемой Японией нефти и 22,5% сжиженного природного газа. Во-вторых, Япония стремится сохранять дружеские отношения с Россией, чтобы Москва оставалась нейтральной и не поддерживала Пекин в случае возможного обострения между Японией и Китаем.

Этих причин достаточно, чтобы любой разумный японский лидер старался избежать ненужной конфронтации с Россией. Но их явно мало для того, чтобы объяснить то огромное внимание, которое нынешнее правительство Японии уделяет отношениям с Россией, и большое количество встреч (всего 21) между Абэ и Путиным. Поэтому трудно отрицать личный вклад Абэ в нынешнее сближение.

Это личное

У особого отношения Абэ к России есть две главные причины. Во-первых, по сравнению с большинством его послевоенных предшественников Абэ – необычайно амбициозный японский лидер, который намерен использовать свой срок полномочий, чтобы пересмотреть место Японии в мире. За годы премьерства Абэ пытался решить все самые сложные внешнеполитические проблемы: разобраться с конституционной поправкой о вооруженных силах, урегулировать с Южной Кореей вопрос так называемых женщин для утешения, выработать стабильный компромисс с Китаем по спорным островам Сэнкаку.

К этому списку можно добавить и территориальный спор с Россией из-за Южных Курил, который уже больше 70 лет мешает странам заключить мирный договор. Если Абэ сможет урегулировать спор и подписать мирный договор, то войдет в историю как один из самых выдающихся японских премьеров. Для такого амбициозного политика, как Абэ, это очень привлекательная цель.

Во-вторых, помимо исторических амбиций, у Абэ есть еще и семейные связи с Россией. Его отец Синтаро Абэ был министром иностранных дел Японии в 1982–1986 годах и генеральным секретарем правящей ЛДП с 1987 по 1989 год. На этих постах он активно добивался прорыва в отношениях с Москвой и даже после того, как ушел из политики из-за финансового скандала, продолжал работать над этим вопросом.

В январе 1990 года во время поездки в Москву Синтаро Абэ заявил: «Горбачевская эра – это шанс для японско-советского мирного договора. Даже если это будет стоить мне жизни, я хочу добиться этого». Это были не просто слова – Синтаро Абэ тогда умирал от рака. В апреле 1991 года Синтаро Абэ покинул больницу, чтобы встретиться с Горбачевым и сделать последнюю попытку урегулировать спор двух стран. Но это не помогло, через три недели Синтаро Абэ умер, а мирный договор не заключен до сих пор.

Эта семейная история сильно влияет на подход нынешнего премьера Синдзо Абэ к России. Он часто говорит, что хочет завершить работу своего отца, и в интервью в мае 2018 года заявил, что благодаря своему отцу позитивно относится к России и русским: «Когда я слышу слова «Россия» или «русские люди», то первое, что приходит на ум, – это образ очень терпеливого и чрезвычайно волевого народа. Первый опыт личного общения с русскими у меня был, когда я посетил вашу страну вместе с моим отцом. ...Накануне той поездки он сказал мне, что русские ценят дружбу и искренность, а еще они обязательно держат свое слово».

В политике Синдзо Абэ в отношении России также заметно влияние его отца. Так же, как его отец подчеркивал важность личных связей с Горбачевым, Синдзо Абэ пытается выстроить личные доверительные отношения с Путиным, которого он описывает как человека, «который держит слово». Kак и отец, Абэ избегает громких требований о возвращении четырех спорных островов, предпочитая постепенное развитие сотрудничества в самых разных областях (экономике, политике, культуре) для прогресса в разрешении территориального спора. Даже план экономического сотрудничества из восьми пунктов, который Абэ представил в 2016 году, заимствован непосредственно у его отца, который в свое время тоже предложил Горбачеву свой собственный план сотрудничества из восьми пунктов.

После Абэ

Маловероятно, что следующий премьер Японии будет придавать отношениям с Россией такое же огромное значение, как Абэ. Таких склонностей не заметно ни у одного из трех наиболее вероятных кандидатов на премьерский пост.

Фаворитом считается Сигэру Исиба, который проиграл Абэ выборы на пост президента ЛДП в 2012 году, хотя набрал больше голосов в первом туре голосования. Исиба по-прежнему популярен в японском обществе, а по некоторым недавним опросам, даже популярнее, чем Абэ.

Исиба – бывший министр обороны и известен как большой любитель всего военного. Если он станет премьером, то, скорее всего, сделает главным приоритетом углубление военного союза с США. Исиба активно поддерживает идею развертывания дополнительных систем американской ПРО в Японии, включая вызывающие особое возражение комплексы, такие как спорный комплекс Aegis Ashore. Исиба также позитивно относится к ядерному оружию. Он заявлял, что Япония должна сохранить способность разрабатывать свое ядерное оружие и подумать о том, чтобы США развернули свои ядерные ракеты на японской территории.

На российском направлении Исиба критиковал политику Абэ, уверяя, что экономическое сотрудничество не приведет к прогрессу в разрешении территориального спора. Также у Исибы нет особой личной привязанности к России. Тем не менее в начале 2000-х годов, когда Исиба был генеральным директором Японского агентства обороны, говорили, что он проработал две ночи без сна, чтобы успеть собрать пластиковую модель российского авианосца «Адмирал Кузнецов» к приезду тогда еще министра обороны РФ Сергея Иванова.

Второй вероятный кандидат на премьерский пост – это бывший министр иностранных дел Фумио Кисида. Он не так харизматичен и популярен у избирателей, как Исиба, но зато возглавляет одну из основных фракций ЛДП. Влияние всех этих фракций сейчас стало куда слабее, чем раньше, но они продолжают играть важную роль в выборе президента партии.

Фракция Кисиды называется Кочикай и в целом известна как группа, поддерживающая мягкую внешнюю политику в отношении стран, с которыми у Японии традиционно сложные отношения – сюда входит Китай, Корея, Россия. Несмотря на это, сам Кисида не проявляет большого энтузиазма по поводу отношений с Россией. На посту министра иностранных дел (2012–2017) Кисида реализовывал внешнюю политику премьера Абэ, но не демонстрировал личного интереса к отношениям с Россией. Например, он много раз встречался с Сергеем Лавровым, но незаметно, чтобы между ними наладились теплые отношения.

Сейчас Кисида решил не выставлять свою кандидатуру против Абэ на выборах президента ЛДП. Скорее всего, в обмен он надеется на то, что в 2012 году Абэ назовет его своим преемником. Но такое преемничество совсем не означает, что Кисида будет продолжать пророссийскую политику Абэ.

Третий претендент – это Синдзиро Коидзуми. Ему всего 37 лет, и у него мало политического опыта. Сейчас он занимает пост первого зама генерального секретаря ЛДП и еще никогда не был министром. Тем не менее его шансы стать премьером в будущем очень высоки, потому что он сын Дзюнъитиро Коидзуми, популярного японского премьера в 2001–2006 годах. Синдзиро Коидзуми, как и его отец, полагается на эффектную внешность и ораторские таланты.

Политические взгляды Синдзиро Коидзуми тоже близки к взглядам его отца. Во-первых, он позитивно относится к Соединенным Штатам. Получил степень магистра в Колумбийском университете в Нью-Йорке и год проработал в Центре стратегических и международных исследований (CSIS), одном из ведущих аналитических центров в Вашингтоне. Как и отец, Коидзуми придерживается консервативных взглядов на историю и регулярно посещает скандально известный храм Ясукуни, который ассоциируется с японским милитаризмом из-за того, что там поклоняются душам погибших за Японскую империю, включая 14 военных преступников класса «А».

Что касается России, то Коидзуми-отец во время своего премьерства занял жесткую позицию и прекратил мягкую политику своего предшественника Ёсиро Мори, которого называли другом России. Дзюнъитиро Коидзуми также отказался от поиска компромисса в территориальном споре, а в 2004 году он осмотрел острова с борта корабля, хотя и не покидал японские воды. Таким образом, если младший Коидзуми станет премьер-министром и добросовестно последует примеру своего отца, вполне вероятно, что нынешняя позитивная динамика в отношениях между Японией и Россией закончится.

Упущенная возможность

Российские дипломаты могут гордиться тем, каких успехов им удалось добиться в отношениях с Японией за последние годы. Они действительно смогли использовать личный интерес Абэ к России для радикального улучшения двусторонних отношений. Однако за эти годы Москва так и не смогла предложить Токио реалистичный компромисс по территориальному спору. Присутствие российских военных на Курильских островах, наоборот, расширяется.

А в том, что касается совместных экономических проектов на спорных островах, которые Абэ сделал главным пунктом своей политики в отношении России, российское руководство говорит, что любые проекты должны проводиться в соответствии с российским законодательством, а не в рамках специальной правовой базы, как это предлагает Абэ.

В краткосрочной перспективе отношения России с Японией выглядят хорошо, но маловероятно, что такая ситуация сохранится надолго. Вероятные преемники Абэ не просто не разделяют его интереса к России – они будут исходить из его негативного опыта, когда дружественный подход, предложения экономического сотрудничества и отказ от критики России не принесли Японии никаких реальных выгод. Поэтому, скорее всего, они придут к выводу, что российское руководство уважает только силу и что Японии нужно проводить более жесткую политику.

Годы премьерства Синдзо Абэ создали реальную возможность навсегда трансформировать отношения между Россией и Японией. Но теперь, когда правление Абэ подходит к концу, двусторонние отношения, скорее всего, вернутся к прежней холодности и регулярным кризисам. Кажется, российская сторона полностью оценит премьерство Абэ только тогда, когда оно уже закончится.

Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 3 августа 2018 > № 2692635 Джеймс Браун


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 31 июля 2018 > № 2694596 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам российско-японских консультаций глав внешнеполитических и оборонных ведомств в формате «два плюс два», Москва, 31 июля 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

В соответствии с решением Президента Российской Федерации В.В.Путина и Премьер-министра Японии С.Абэ, которое было принято в ходе их переговоров в Москве в конце мая этого года, мы сегодня провели третий раунд консультаций глав внешнеполитических и оборонных ведомств в формате «два плюс два».

С обеих сторон была выражена готовность к расширению практического сотрудничества в сфере безопасности. Мы едины в том, что в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) ситуация весьма непростая, как и на мировой арене в целом.

Подчеркнули особую важность повышения в современных условиях уровня взаимного доверия, развития совместной работы по тем вопросам, где позиции наших стран близки или совпадают, а также по тем проблемам, где предстоит эти позиции еще сближать.

Дали высокую оценку российско-японскому взаимодействию в борьбе с новыми вызовами и угрозами. Договорились продолжать сотрудничество в рамках успешно реализуемого проекта России, Японии и ООН по подготовке наркополицейских для Афганистана и государств Центральной Азии на базе Всероссийского института повышения квалификации сотрудников МВД России в Домодедово.

Подтвердили нацеленность на взаимодействие в сфере борьбы с терроризмом, обеспечения международной информационной безопасности и противодействия коррупции. В будущем году Япония будет возглавлять «Группу двадцати». Мы будем активно поддерживать инициативы японского Председательства по всем этим направлениям. До конца текущего года договорились провести двусторонние экспертные консультации по указанным темам.

Приветствовали позитивные тенденции, которые наметились в ситуации вокруг Корейского полуострова. Призываем все вовлеченные стороны проявлять сдержанность и гибкость, чтобы не допустить срыва пока еще очень «хрупкого» процесса. Россия и Япония выступают за то, чтобы проблемы полуострова решались комплексно с учетом интересов всех расположенных в Северо-Восточной Азии государств.

Со своей стороны мы вновь привлекли внимание к тем озабоченностям, которые российская сторона уже высказывала в связи с развертыванием в регионе элементов глобальной ПРО США.

Обменялись мнениями по ситуации на Ближнем Востоке, в частности, в Сирии. Особое внимание уделили гуманитарным задачам и задачам создания максимально благоприятных и комфортных условий для возвращения беженцев. Япония проявила интерес к инициативе Российской Федерации в этой сфере, а также к работе Центра приема беженцев, который Министерство обороны Российской Федерации при поддержке МИД России сформировало в Сирии. Договорились, что задачи разминирования, повышения гуманитарной помощи, направляемой сирийскому народу, восстановления инфраструктуры будут рассматриваться в рамках наших двусторонних контактов с прицелом на разработку тех или иных совместных инициатив и акций в упомянутых сферах.

В ходе отдельной двусторонней беседы с моим коллегой Министром иностранных дел Японии Т.Коно мы предметно обсудили ход реализации договоренностей, достигнутых по итогам майской встречи Президента России В.В.Путина и Премьер-министра Японии С.Абэ, касающихся, в частности, укрепления доверия через продвижение гуманитарных проектов, развития контактов между людьми, облегчения общения между нашими гражданами, в сфере расширения торгово-экономических и инвестиционных связей.

Особое внимание уделили ходу осуществления совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах в рамках договоренности двух лидеров по проблематике мирного договора.

Уделили внимание реализации программы мероприятий объявленных двумя лидерами в конце мая в Москве «перекрёстных» годов России в Японии и Японии в России.

По итогам наших переговоров мы договорились, что третья бизнес-миссия японских предпринимателей с участием российских партнеров состоится 16-20 августа этого года в рамках подготовки проектов совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах. По итогам бизнес-миссии мы согласуем даты очередного раунда консультаций по совместной хозяйственной деятельности в рамках работы над мирным договором. Одновременно согласуем консультации заместителей министров по вопросам безопасности. Все это будем делать с таким расчетом, чтобы по всем этим вопросам мы могли бы доложить о достигнутых результатах нашим руководителям, когда они встретятся во Владивостоке в первой декаде сентября на Четвертом Восточном экономическом форуме.

В целом я считаю, что переговоры были очень полезными. Подтвердили обоюдную готовность к взаимодействию по широкому спектру актуальных двусторонних и международных проблем. Мы будем продолжать поддерживать диалог в сфере безопасности по различным каналам.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 31 июля 2018 > № 2694596 Сергей Лавров


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 июля 2018 > № 2696087 Михаил Галузин

Михаил Галузин: размещение ПРО США в Японии нарушит стабильность в регионе

В ближайшее время Россия и Япония планируют провести переговоры министров иностранных дел и обороны в формате "2+2". О перспективах заключения мирного договора, о совместном освоении южных Курил, о том, какую угрозу несет американская ПРО в Японии, о переговорах по безвизовым поездкам, а также о том, чего не хватает российско-японским отношениям, в интервью корреспонденту РИА Новости Алану Булкаты рассказал посол России в Японии Михаил Галузин.

— Есть ли понимание, когда пройдут переговоры министров иностранных дел и глав минобороны России и Японии в формате "2+2"? Что планируется обсудить в ходе этого раунда?

— Сам факт того, что такой формат совместных встреч министров иностранных дел и обороны существует в российско-японском диалоге, существует в системе российско-японских отношений, уже говорит о многом. Прежде всего, он говорит о позитивном характере наших отношений, о позитивной доверительной атмосфере наших отношений, которая сформирована, прежде всего, благодаря регулярному системному диалогу между нашими лидерами, президентом РФ Владимиром Путиным и премьер-министром Японии Синдзо Абэ.

И ярким примером такого диалога лидеров, конструктивного и ориентированного на результат, были переговоры наших лидеров в ходе визита премьер-министра Японии в Москву и Санкт-Петербург в мае этого года. Как мы помним, тогда премьер-министр Японии впервые в истории российско-японских отношений принял участие в ПМЭФ, состоялись переговоры на высшем уровне в Москве. И в Москве же лидерами в историческом здании Большого театра был дан старт программе перекрестных годов России в Японии и Японии в России. Это тоже уникальное для наших отношений масштабное мероприятие, которого раньше в наших отношениях не было.

Тогда же по итогам встречи на высшем уровне и была зафиксирована договоренность о том, что вскоре пройдет встреча министров иностранных дел и обороны в формате "2+2". Я вам могу сказать, что эта встреча состоится в ближайшее время, но официально дата будет объявлена в установленном порядке по линии МИД и Минобороны.

Будет визит председателя верхней палаты японского парламента в Москву в следующий понедельник-вторник.

— Обращалась ли японская сторона к России с приглашением принять участие в формировании новой международной структуры или фонда для финансирования ядерного разоружения КНДР, о которой заявил не так давно премьер-министр Японии Синдзо Абэ?

— Как заявил президент Владимир Путин в интервью Fox News, для того, чтобы добиться полной денуклеаризации Корейского полуострова, безусловно, потребуются международные гарантии, и Россия готова внести свой вклад в том объеме, который от нее будет требоваться.

После того или параллельно с тем, как будет проходить денуклеаризация Корейского полуострова, мы считаем необходимым наладить в многостороннем формате обсуждение вопроса о том, каким должен быть механизм обеспечения устойчивого мира, безопасности и стабильности в Северо-Восточной Азии и прежде всего на Корейском полуострове и вокруг него.

Я очень надеюсь, что в этой части, как и в части в целом необходимости денуклеаризации Корейского полуострова, наши подходы, наши взгляды с Японией достаточно близки.

Что же касается упомянутой вами идеи премьер-министра Японии, то, насколько я могу судить, пока она носит самый общий характер. Я не слышал, чтобы она была конкретизирована. Поэтому что-либо конкретное об этом сказать трудно. Не припоминаю я и каких-то адресных обращений к России в этой связи. Это идея японской стороны, озвучена на высшем уровне, но пока она, насколько я знаю, не конкретизирована.

— Как продвигаются переговоры России с Японией о возможности введения взаимных краткосрочных безвизовых поездок? Как к этому относятся в Токио?

— Мы вообще в принципиальном плане являемся сторонниками максимально возможной либерализации визового режима с Японией, рассматривая такую либерализацию как важный фактор активизации общения между нашими гражданами, активизации туристических потоков, активизации бизнес-контактов, активизации официальных контактов по линии правительственных министерств и ведомств. И здесь мы готовы идти настолько далеко, насколько к этому будет готова японская сторона. Вариантов здесь может быть немало. Это и формат безвизового въезда на 72 часа при наличии действующих транспортных документов, билетов для дальнейшего следования за пределы страны. От такого варианта до, предположим, введения безвизового въезда для туристов на достаточно большой срок — 30, 60 дней. Мы здесь готовы к максимально конструктивному, максимально ориентированному на результат диалогу.

Мы надеемся на то, что наши японские коллеги на каком-то этапе тоже проявят готовность к этому.

— Известны ли точные сроки визита Абэ в Россию? Будет ли он принимать участие только ВЭФ или запланирована еще какая-то программа?

— Вы правы, есть даты Восточного экономического форума во Владивостоке. Есть достигнутая в мае на высшем уровне договоренность о том, что господин Абэ воспользуется переданным ему приглашением и приедет на ВЭФ. Это важно для содержательной дискуссии на форуме, это важно для российско-японских отношений — то, что у нас такой регулярный диалог на высшем уровне. Это пока все, что я могу вам сказать.

— А японские коллеги не сообщали о какой-то программе Абэ помимо участия в ВЭФ?

— Еще почти два месяца до форума и говорить пока о деталях программы господина Абэ во Владивостоке, на мой взгляд, достаточно сложно. Главное, что он едет. Уверен, что он примет активное участие в форуме. Уверен, что будет диалог на высшем уровне между Россией и Японией во Владивостоке. Но о каких-то конкретных модальностях программы говорить пока просто рано.

— А о какой-то программе российско-японских контактов, помимо диалога на высшем уровне, в рамках ВЭФ что-то известно?

— Форум пока готовится. Сказать что-то конкретное трудно, но я очень рассчитываю, что с японской стороны прибудет представительная бизнес-делегация, которая активно поучаствует в работе форума, будет иметь широкие контакты с представителями российского бизнеса, с представителями администраций регионов Дальнего Востока России.

Пока я не располагаю сведениями о составе японской делегации.

— Известно ли вам что-нибудь о том, готовятся ли какие-то крупные соглашения к подписанию в рамках ВЭФ?

— Мы, конечно же, в режиме постоянного диалога с нашими японскими партнерами, в том числе и по вопросам укрепления договорно-правовой базы наших отношений, проработки возможных к подписанию бизнес-контрактов. Это та работа, которой мы занимаемся постоянно, но я не хотел бы предвосхищать какие бы то ни было результаты с тем, чтобы просто не дезориентировать общественность.

— Москва ведет какую-либо подготовку к возможным трехсторонним встречам на каком бы то ни было уровне между Японией, Россией и КНДР в рамках ВЭФ?

— Я об этом не слышал. Я лишь знаю о том, что лидер КНДР приглашен посетить Россию с визитом.

— Японская сторона в последнее время начала заявлять о готовности к налаживанию контактов с КНДР. Какие-то сигналы вы, как посол, видите со стороны Токио о том, что Япония была бы готова как-то осуществить эти контакты с представителями КНДР в рамках ВЭФ?

— Кроме сообщений японской прессы о том, что в качестве одного из гипотетически возможных мест для контакта японской и северокорейской сторон может быть ВЭФ, я не видел. Сообщения японской прессы были. Но я не знаю, насколько это соответствует действительности.

— Вам известно, в какие даты пройдет третий визит японской бизнес-миссии на Южные Курилы? Чему будет посвящена эта поездка?

— Я надеюсь, что она состоится в самом недалеком будущем.

— А чему конкретно будет посвящена эта поездка?

— Это вопрос в отборе и проработке проектов сотрудничества требует внимания, тщательного обсуждения с заинтересованными лицами и, прежде всего, предпринимателями с российской стороны.

— Почему пробуксовывает начало совместной хозяйственной деятельности на островах? Вроде бы определили пять сфер для совместной работы…

— Ну, это должен быть разговор практиков об очень конкретных проектах на земле в обозначенных вами сферах — это тепличное хозяйство, это ветроэнергетика, утилизация бытовых отходов, рыборазведение, туризм. Здесь на первый план выходит конкретный разговор практиков.

— Ваши собеседники в Токио не говорили, сколько японская сторона готова инвестировать в развитие Южных Курил?

— Я не располагаю данными о каких-то конкретных цифрах, потому что пока нет конкретных проектов. Но, на мой взгляд, дело не в конкретной цифре, а в том, насколько тот или иной проект будет выгоден российской стороне и японской стороне. И именно об этом идет разговор. Я вообще полагаю, что цифры появятся на том этапе, когда будут проекты. Потому что речь идет о проектах между хозяйствующими субъектами.

— Одним из препятствий к совместной хозяйственной деятельности на островах был вопрос правового режима, в рамках которого будет работать японский бизнес. Как предполагается решать вопрос с правовыми рамками? Есть ли вероятность того, что японцы согласятся работать все-таки в рамках российского законодательства?

— Мы исходим из того, что российская правовая база, российское правовое поле предоставляет все возможности для самой продуктивной, самой эффективной хозяйственной деятельности зарубежных субъектов на российской территории. Есть законы, вводящие льготный режим в рамках территорий опережающего развития. Этим тоже можно воспользоваться. Так что в целом мы считаем, что у нас есть все инструменты для того, чтобы российско-японская совместная хозяйственная деятельность на Южных Курилах происходила в формате, не противоречащем российскому законодательству.

— Но японская сторона не готова пока…

— Вот, диалог идет.

— Идет ли в конкретном плане обсуждение с японскими коллегами возможного строительства моста с Сахалина на Хоккайдо? Заинтересованы ли японцы?

— Естественно, эта тема в числе других потенциальных российско-японских проектов обсуждается и по каналам межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам. Фигурирует она и в бизнес-диалоге. Надеемся, что этот знаковый, уникальный для российско-японских отношений проект и дальше будет предметом, прежде всего конструктивного обсуждения, и в перспективе будет реализован.

— Япония планирует к 2023 году разместить два комплекса ПРО Aegis Ashore на противоположных концах острова Хонсю. Готова ли Япония при каких-либо обстоятельства отказаться или отсрочить размещение этих комплексов? Учитывая, что главным аргументом в пользу их размещения является КНДР, а на этом треке сейчас наметилось улучшение?

— Мы считаем, что размещение такого рода объектов на территории Японии означает де-факто развертывание азиатско-тихоокеанского сегмента глобальной системы противоракетной обороны США. А таковое (то есть, развертывание глобальной системы противоракетной обороны США) мы считаем одним из главных факторов, дестабилизирующих обстановку в сфере глобальной безопасности.

И, честно говоря, у нас не получается верить тому, что говорят американские партнеры, в том смысле, что эта система противоракетной обороны не направлена против России, а ориентирована на Иран и КНДР.

Как известно, иранская ядерная программа была поставлена под контроль. Она полностью проверяется МАГАТЭ, никаких нарушений не выявлено. Получается, что оружейной и ядерной программы у Ирана нет, а система глобальной ПРО продолжает жить и развиваться. То есть это наводит на подозрения относительно того, против кого же на самом деле направлены все эти изыскания в области глобальной ПРО, включая установку "Иджис Эшор" на территории Японии.

Поэтому, конечно, этот фактор вызывает у нас озабоченность. Мы откровенно говорим об этом японским партнерам. Вот и все. Пока я слышал о планах развертывания этих систем японской стороной, но не о планах ее демонтажа.

— В Токио пытаются успокоить Москву и заявляют, что только Япония единолично будет управлять этими комплексами. В связи с этим Россия хотела бы получить от Японии какие-то гарантии, что этими комплексами будет управлять только японская сторона, а они не станут частью системы глобальной ПРО США?

— Памятуя о том, насколько тесен японо-американский военный союз и каково в нем реальное распределение ролей, трудно поверить в то, что американская сторона передаст кому бы то ни было возможность для контроля ее глобальной ПРО в том числе в ее региональных сегментах

— Не вызовет ли размещение этих комплексов дисбаланс в стратегической стабильности АТР?

— На мой взгляд, вызовет. Глобальная ПРО США — это один из наиболее серьезных факторов, дестабилизирующих систему глобальной безопасности. И, соответственно, размещение объектов глобально ПРО США где бы то ни было — в Польше, в Румынии, в Японии, в Южной Корее — это все очень серьезный дестабилизирующий фактор.

— Как будет реагировать Москва на размещение этих комплексов в Японии?

— Это вопрос к министерству обороны.

— Премьер-министр Абэ заявил, что хочет решить проблему мирного договора при власти Владимира Путина. Но ведь решение установить "Иджис Эшор" явно не приблизит заключение договора.

— Я тут с вами полностью согласен. Размещение этих систем не приблизит решение проблемы мирного договора. Мы считаем необходимым культивировать в наших отношениях позитивную атмосферу и, конечно, такой шаг, как размещение элементов американской глобальной ПРО на территории Японии, созданию такой атмосферы не способствует.

— Как вы оцениваете заявления японского премьера о том, что Россия и Япония должны решить проблему мирного договора при власти Путина и Абэ? Для этого есть ресурсы, возможности?

— Надеюсь, что есть взаимопонимание между сторонами относительно того, что для решения столь чувствительной, деликатной проблемы, как проблема мирного договора, требуется формировать в двусторонних отношениях новую, доброжелательную, конструктивную атмосферу. И сейчас, на мой взгляд, не загоняя себя в какие-то временные рамки, надо сосредоточиться именно на этом. Это означает, что надо развивать отношения без предварительных условий, без каких-то увязок, без попыток создавать какие-то искусственные препятствия для развития отношений.

Я имею в виду то, что в Японии порой звучат голоса тех, кто считает, что предпосылкой поступательного, полноценного, полнокровного развития российско-японских отношений является решение проблемы мирного договора. Мне же кажется, что ситуация как раз обстоит наоборот, что только полнокровное, без всяких искусственных ограничителей развитие отношений между Россией и Японией и способно создать новую, позитивную, конструктивную атмосферу, в которой будет гораздо проще искать решение деликатных сложных проблем, уходящих своими корнями в драматичное прошлое, связанное со Второй мировой войной.

И если наши отношения будут развиваться по такому сценарию, то я надеюсь, что мы выйдем на решение проблемы мирного договора. Но о сроках я не готов говорить, естественно.

— Чего не хватает российско-японским отношениям, на ваш взгляд?

— Хотелось бы видеть больше поступательной динамики по всем направлениям — и по экономическому, и по военно-политическому, и по культурно-гуманитарному направлениям.

— То есть они могли бы развиваться динамичнее в этих сферах?

— Уверен в этом.

Алан Булкаты

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 июля 2018 > № 2696087 Михаил Галузин


Япония. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 июля 2018 > № 2680067 Алексей Никифоров

Безопасный спорт: какие технологии защищали гостей чемпионата мира

Алексей Никифоров

руководитель департамента технологических решений Hitachi Vantara в России и странах СНГ

Как искусственный интеллект, аналитические программы и камеры видеонаблюдения, взятые на вооружение организаторами спортивных мероприятий, помогли им обезопасить многотысячную аудиторию

ИТ-инфраструктура чемпионата мира-2018 подверглась атакам хакеров. Президент России Владимир Путин сообщил, что за время соревнования кибератаки совершались 25 млн раз, но все были предотвращены. Мы обобщили, с помощью каких технологий соблюдалась безопасность на стадионах России и в виртуальном пространстве.

Обеспечение безопасности на спортивных мероприятиях, где присутствуют тысячи людей, становится все более важным. Даже такой инцидент, как забег на поле, предается широкой огласке и наносит урон репутации организаторов, не говоря уже о возможных последствиях для болельщиков и спортсменов.

На данный момент одним из гарантов безопасности людей на подобных мероприятиях являются современные технологии. В 2017 году на 86-й сессии генеральной ассамблеи «Интерпола» Майкл Хершман, генеральный директор Международного центра по обеспечению безопасности на спортивных мероприятиях (ICSS), подчеркнул ключевую роль искусственного интеллекта в этой области, а также призвал руководство принимающих стран включить новейшие технологии в создание стратегий обеспечения безопасности.

Действительно, использование новейших технологий становится повсеместной практикой: например, на Олимпиаде в Бразилии в 2016 году были протестированы умные очки с фотокамерой наподобие Google Glass. Они позволили распознавать лица, вести фотосъемку и снимать видео в HD-качестве. А на Олимпиаде в Корее в этом году за безопасность спортсменов и зрителей отвечали дроны-перехватчики, которые могли обнаружить и уничтожить любой неопознанный объект. Однако подлинно безопасный стадион не ограничивается умными очками и беспилотниками.

Безопасность начинается с проекта

Усилению безопасности в большей степени способствует оптимизация технологий на всех этапах проекта. Постройка современного технологичного стадиона начинается с сотрудничества между владельцами и проектно-конструкторскими группами задолго до проведения каких-либо соревнований. Исходя из данных о требованиях безопасности, энергоснабжения, территориального размещения инженеры, дизайнеры и технологи принимают решение об окончательной планировке стадиона. Уже на ранних этапах проекта есть возможность избежать проблем, которые могут вызвать недостаточно широкие лестницы и эвакуационные выходы и т.п.

Одним из примеров продуманного проекта служит построенный к ЧМ-2018 в Екатеринбурге стадион «Центральный». В народе его прозвали «ушастым»: из-за фасада торчат будто бы не поместившиеся внутрь временные трибуны, однако это одно из прекрасных технологичных решений мировой практики, отвечающее всем требованиям безопасности и нормативам ФИФА. Дело в том, что для проведения чемпионата этот стадион должен был иметь как минимум 35 000 мест, однако с убранными трибунами «Центральный» рассчитан на 23 00 человек, что рационально: в обычное время там собирается лишь около тысячи человек, и что делать с оставшимися 34 000 мест, непонятно.

Тестирование проекта

Программы-симуляторы нацелены на тестирование объекта на предмет его безопасности при возникновении чрезвычайных ситуаций. Одной из наиболее популярных на данный момент программ-симуляторов является SportEvac, разработанная в Национальном центре охраны и безопасности зрителей (NCS) в Университете Южного Миссисипи. Разработчики программы создают виртуальные трехмерные стадионы, на которых может быть собрано до 70 000 анимационных изображений людей, запрограммированных на непредсказуемые реакции.

Планировщики стадиона могут увидеть, как будут себя вести люди, если возникнет угроза, и спроектировать объект таким образом, чтобы эвакуация проходила как можно быстрее. Трудно заставить тысячи людей прийти и посидеть на стадионе, однако можно смоделировать свой стадион и наполнить его, например, имитационным отравляющим веществом. Симулятор позволит понять, сколько времени потребуется, чтобы люди вошли, и сколько уйдет на эвакуацию.

Камеры для охраны и развлечения

Одной из наиболее важных технологий при обеспечении безопасности на стадионах являются веб-камеры. В настоящее время множество специалистов занято разработкой разнообразного аналитического оснащения камер. Сейчас их можно запрограммировать не только на обнаружение огнестрельного оружия, распознавание номеров машин или лиц, но даже на фиксацию определенных типов поведения.

По мере развития индустрии появляются камеры с более высоким разрешением, которые обеспечивают как широкий охват, так и отличную детализацию изображения, что раньше, в эпоху малоразмерных камер, было невозможно. Кроме этого, постепенно решается проблема и большого количества записанных видеоданных, которые редко просматриваются или просматриваются поверхностно, что очень часто связано с постепенным снижением внимания сотрудников безопасности во время рабочего дня.

Системы с включением элементов искусственного интеллекта (ИИ) позволяют освободить сотрудников службы безопасности от рутинных задач, позволив им сосредоточиться на принятии критически важных решений и реагировании на события в реальном времени.

На стадионах ЧМ-2018 нет слепых зон, недоступных камерам. Казалось бы, невозможно уследить за десятками тысяч людей, однако насколько хорошо отлажен этот процесс, можно судить по забавной демонстрации: на открытии «Екатеринбург-Арены» операторы выводили на экран целующиеся пары, что дважды обернулось предложением руки и сердца.

Из неиспользованных на ЧМ-2018 арен отмечу стадион клуба «Локомотив». Установленные на нем камеры с разрешением Full HD (1920х1080 точек) оснащены 20-кратными объективами. А программное обеспечение позволяет еще и автоматически идентифицировать объекты на картинке в режимах: «Лица», «Опасные предметы», «Опасное направление». Такие технологии полностью соответствуют всем нормативам ФИФА. Система распознавания лиц включена и на ЧМ: если человеку из черного списка удалось бы пробраться на трибуну, там его обнаружили бы камеры.

Стадион ФК «Краснодар», открытый в 2016 году, считается одной из самых технологичных арен в мире. Видео- и аудиосистемы от компании Bosch, использованные на стадионе клуба «Краснодар», вращаются на 360 градусов. Около 1000 камер передают со стадиона всю информацию в Центр управления, который интегрирован с инженерной инфраструктурой, камерами, пожарными, охранными и другими системами. Также там установлен самый большой в мире круговой экран. Актуальная информация о работе всех систем отображается на так называемой видеостене в Центре управления.

Безопасность кроется в деталях

Вышеуказанные действия при создании стадиона — это только основа, которую должны дополнить рамки металлодетекторов на входе, цифровые рации с локаторами GPS (помогают диспетчерам направить ближайшего сотрудника службы безопасности к месту происшествия), инженерные системы обнаружения взрывчатых веществ и оружия, а также крупномасштабная техника, например, беспилотники, вертолеты и даже подлодки, которые были задействованы на Олимпиаде в Сочи в 2014 году.

На ЧМ-2018 устроены два контура безопасности — красный и зелёный периметры. Красный периметр — это внешний контур безопасности, оборудованный датчиком радиоактивных веществ, и проходные группы. Зелёный периметр — проход болельщиков на сектора и считывание билетов. Турникеты реагируют на паспорт болельщика (FAN ID): считывают штрих-код и RFID-метку, и сличает их с двумя базами данных: с базой данных билетов, подтверждающей право доступа конкретного человека в буферную зону в конкретный день на конкретный матч, и с базой данных МВД и ФСБ, уточняющей, находится ли болельщик в черном списке. Таким образом служба безопасности узнает, в какой сектор зашел зритель, чтобы затем отслеживать его по камерам, а система контроля собирает полную статистику по посещаемости и динамике входа/выхода.

Важную роль играет отслеживание интернет-трафика и телефонных разговоров во время проведения крупных спортивных мероприятий, а также наличие как на объекте, так и в городском пространстве большого числа сотрудников правопорядка. Но и это еще не все: для проведения безопасного мероприятия требуются инфраструктурные изменения городского пространства. При проведении ЧМ-2018 в городах-участниках осуществляется повышенный контроль за автотранспортом, в том числе ограничен въезд туристических автобусов. Ограничения касаются и продажи алкоголя в стеклянной таре, которая запрещена на самих стадионах, в кафе и ресторанах поблизости и местах большого скопления людей.

Кроме того, вместо полицейских порядок на стадионах обеспечивают специально обученные люди, принципиально отличающиеся от полицейских и спецслужб, — стюарды или контролеры-распорядители.

Вследствие столь тщательного подхода к обеспечению безопасности на ЧМ-2018 не было зафиксировано ни одной крупной драки, а все инциденты, связанные с применением физической силы, как, например, потасовка между болельщиками на матче Аргентина — Хорватия, моментально блокировались и решались на месте.

Таким образом, для обеспечения высокого уровня безопасности при проведении спортивных мероприятий изначально требуется комплексный подход — от момента проектирования стадионов до внедрения современных технологий и подготовки специальных сотрудников непосредственно перед проведением спортивных мероприятий.

Япония. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 июля 2018 > № 2680067 Алексей Никифоров


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 26 мая 2018 > № 2623503 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Заявления для прессы по итогам российско-японских переговоров.

По завершении российско-японских переговоров Владимир Путин и Премьер-министр Японии Синдзо Абэ сделали заявления для прессы.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр, дорогой Синдзо! Уважаемые дамы и господа!

Переговоры с Премьер-министром Японии носили, как обычно, деловой, конструктивный характер. Мы предметно обсудили состояние и перспективы российско-японских отношений, обменялись мнениями по ряду актуальных международных проблем.

Как вы знаете, вчера мы вместе приняли участие в Петербургском международном экономическом форуме, а также провели встречу с представителями деловых кругов наших стран. А сегодня ещё предстоит открыть в Большом театре Год России в Японии и Год Японии в Российской Федерации.

Хотел бы с удовлетворением констатировать поступательное развитие российско-японского сотрудничества. Между нашими странами поддерживается постоянный политический диалог, налажено взаимодействие между отраслевыми министерствами и ведомствами, развиваются межпарламентские и межрегиональные связи.

Мы добиваемся хороших результатов и в экономической сфере. В прошлом году двусторонний товарооборот вырос на 14 процентов и превысил 18 миллиардов долларов. Растёт и объём накопленных японских инвестиций в российскую экономику. Налажено тесное взаимодействие между Российским фондом прямых инвестиций и Японским банком международного сотрудничества. Учреждённый ими Российско-японский инвестиционный фонд оказывает практическое содействие компаниям двух стран в привлечении кредитных ресурсов под перспективные совместные проекты.

Отмечу, что японские партнёры работают в самых разных отраслях производства и сельском хозяйстве. Около ста проектов реализуются в рамках предложенного Премьер-министром Абэ плана сотрудничества по восьми направлениям, а также российского перечня приоритетных инвестиционных проектов.

Одним из приоритетных направлений является энергетика. Россия поставляет в Японию около 10 процентов потребностей японского рынка в природном газе. В свою очередь японские компании участвуют в добыче и переработке газа на предприятиях «Ямал–СПГ», «Сахалин–1» и «Сахалин–2».

Говоря о сотрудничестве в сфере науки и образования, хотел бы упомянуть, что учёные наших стран сообща работают в рамках более чем ста проектов. Это исследования в области физики плазмы, мирного атома, экологии, сейсмологии, освоения космического пространства.

Отмечу и активное развитие гуманитарных связей. Это и прошедшие в 2017 году в Японии «Русские сезоны», 12–й Фестиваль русской культуры и, конечно, открывающиеся сегодня российско-японские перекрёстные годы.

В ходе переговоров обсудили вопросы, касающиеся мирного договора. Считаем важным терпеливо продолжать поиск решения, которое отвечало бы стратегическим интересам и России, и Японии и было бы принято народами обеих стран.

В этом контексте рассмотрели ход реализации договорённостей о совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах. Удовлетворены состоянием диалога по пяти утверждённым ранее направлениям: аквакультуре, тепличным хозяйствам, пакетным турам, ветроэнергетике и переработке отходов.

Поддержали и предложение об осуществлении третьей японской бизнес-миссии на острова во второй половине этого года. Будем и дальше решать вопросы, связанные с гуманитарной стороной этого дела, будем способствовать посещению этих островов японскими гражданами.

При обсуждении актуальных международных проблем особое внимание уделили ситуации вокруг Корейского полуострова. Подтвердили заинтересованность в сохранении в этом регионе атмосферы мира.

Считаем, что все участники процесса должны проявлять сдержанность, не допускать нового витка конфронтации и в целом удерживать ситуацию в политико-дипломатическом поле.

В заключение хотел бы поблагодарить господина Премьер-министра за открытые, откровенные и очень полезные переговоры.

Благодарю вас за внимание.

C.Абэ (как переведено): Мне вновь удалось посетить Москву. Она утопает в ослепительной зелени. Вчера я был на родине Президента Путина, стал первым Премьер-министром Японии, принимавшим участие в работе Петербургского экономического форума. Это для меня большая честь. Захватывающее впечатление произвёл на меня концерт «Белая ночь». Я очень благодарен за тёплый приём.

Этот год для японо-российских отношений особый. Сегодня вечером в Большом театре мы с Владимиром откроем перекрёстный год. Скоро в России начинается чемпионат мира по футболу, на который приедет много наших болельщиков. Всё это укрепит доверие и дружбу между нашими народами. Меня это очень радует.

У России богатые природные ресурсы, рынок с населением более 140 миллионов человек, выдающиеся кадры. А у Японии есть свои сильные стороны, которые можно сочетать с ними. Цветы нашего сотрудничества распускаются один за другим. Два года прошло после того, как я предложил план сотрудничества из восьми пунктов в области медицины, городской среды, энергетики и других.

Проекты, полезные для жителей, постепенно приобретают конкретные очертания. Провозглашённая Президентом Путиным политика, цель которой повышение качества жизни граждан, созвучна с идеями, заложенными в план сотрудничества из восьми пунктов. Теперь давайте начнём интенсивно сотрудничать в области цифровизации экономики и повышения производительности труда.

Полтора года назад в Нагато – помнится, там шёл снег – мы с Президентом Путиным поговорили с глазу на глаз, а затем заявили о своей искренней готовности решить проблему заключения мирного договора, что дало старт работам по новым направлениям.

Одно из таких направлений – совместная хозяйственная деятельность на четырёх островах. Японцы и россияне смогут на этих островах пожинать плоды совместной работы. Тогда люди осознают, что если сотрудничать, то можно добиться больших результатов, приносящих обоюдную выгоду. Именно в таких условиях мы сможем найти решение, приемлемое для обеих сторон.

Сегодня мы вновь договорились ускорить процесс реализации совместных проектов на пяти направлениях: аквакультура, тепличное выращивание овощей, организация туристических поездок на лоно прекрасной природы, ветроэнергетика и утилизация мусора. Для этого мы договорились направить на острова, возможно, в июле или августе бизнес-миссию потенциальных участников проектов.

Для отлаженного осуществления совместной деятельности давайте создадим режим, позволяющий людям действовать более свободно. Мы ускорим обсуждение этого вопроса.

В Нагато мы приняли важное решение: идти навстречу чаяниям и исполнить желание бывших жителей островов. В прошлом году впервые организован авиаперелёт для посещения ими мест захоронения предков.

Я вновь хочу выразить российской стороне благодарность за содействие в этом. Мы снова подтвердили готовность организовать посещение мест захоронений с помощью самолётов в июле этого года. Будем срочно определять даты данных мер.

Несмотря на трудные проблемы, мы должны начать с того, что возможно реализовывать наш план без ущемления юридических позиций обеих сторон. Если сделать первый шаг, перед нами непременно откроется дальнейший путь. Основываться на принципе взаимодоверия – вот такая позиция приносит нам плоды.

Как я уже отметил, в городе Нагато на моей родине, мы с Президентом господином Путиным договорились выразить свою искреннюю позицию, стремиться к заключению мирного договора. Именно такой волей, нашей волей, силой воли открывается новый путь взаимоотношений между Японией и Россией. Поэтому мы вместе ещё раз удостоверились в решимости с новым подходом последовательно идти вперёд к заключению мирного договора.

Япония и Россия призваны ещё больше углубить взаимоотношения и формировать доверительные отношения между нами в качестве истинных друзей. Давайте ещё больше углублять идеологию и в области безопасности. Третью встречу в формате «два плюс два» мы планируем провести во второй половине этого года.

И в области борьбы с терроризмом, наркобизнесом и отмыванием денег, то есть нетрадиционными угрозами, мы будем расширять конкретное взаимодействие.

О ситуации в Северной Корее, показывающей новое движение, мы провели углублённую дискуссию. В соответствии с Пхеньянской декларацией между Японией и КНДР необходимо принять комплексное решение по ядерно-ракетным проблемам, вопросам похищения, ликвидировать несчастное прошлое и стремиться к нормализации государственных отношений. Уверен, что к такой последовательной позиции нашей страны проявляет понимание Президент Путин.

Главное, чтобы Северная Корея, как и гласит Резолюция Совета Безопасности ООН, осуществила полную верифицированную и необратимую денуклеаризацию. И для того, чтобы Северная Корея шла по правильному направлению, Япония и Россия будут поддерживать тесные контакты.

В ноябре прошлого года на встрече во Вьетнаме Президент Путин сказал мне, что теперь можно надеяться на реализацию всех наших планов. Сегодня избранному уважаемому Президенту я хочу сказать такие же слова.

Вопрос мирного договора, неподписанного в течение более чем 70 лет, решить нелегко, однако в нашем поколении мы хотим поставить точку в решении этой проблемы. Это и есть главнейшая задача нашего плана.

У нас с Владимиром состоялась уже 21–я наша встреча, и мы уже смогли установить полные доверительные отношения. Как уже отметил Владимир, действительно, сегодня нам тоже удалось обменяться самыми откровенными мнениями. С уважением и терпением буду ждать следующей встречи в сентябре во Владивостоке.

Большое спасибо!

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 26 мая 2018 > № 2623503 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Япония. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 26 мая 2018 > № 2619897 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Заявления для прессы по итогам российско-японских переговоров.

По завершении российско-японских переговоров Владимир Путин и Премьер-министр Японии Синдзо Абэ сделали заявления для прессы.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Дорогой Синдзо! Уважаемые дамы и господа!

Переговоры с Премьер-министром Японии носили, как обычно, деловой, конструктивный характер. Мы предметно обсудили состояние и перспективы российско-японских отношений, обменялись мнениями по ряду актуальных международных проблем.

Как вы знаете, вчера мы вместе приняли участие в Петербургском международном экономическом форуме, а также провели встречу с представителями деловых кругов наших стран. А сегодня ещё предстоит открыть в Большом театре Год России в Японии и Год Японии в Российской Федерации.

Хотел бы с удовлетворением констатировать поступательное развитие российско-японского сотрудничества. Между нашими странами поддерживается постоянный политический диалог, налажено взаимодействие между отраслевыми министерствами и ведомствами, развиваются межпарламентские и межрегиональные связи.

Мы добиваемся хороших результатов и в экономической сфере. В прошлом году двусторонний товарооборот вырос на 14 процентов и превысил 18 миллиардов долларов. Растёт и объём накопленных японских инвестиций в российскую экономику. Налажено тесное взаимодействие между Российским фондом прямых инвестиций и Японским банком международного сотрудничества. Учреждённый ими Российско-японский инвестиционный фонд оказывает практическое содействие компаниям двух стран в привлечении кредитных ресурсов под перспективные совместные проекты.

Отмечу, что японские партнеры работают в самых разных отраслях производства и сельском хозяйстве. Около 100 проектов реализуются в рамках предложенного Премьер-министром Абэ Плана сотрудничества по восьми направлениям, а также российского перечня приоритетных инвестиционных проектов.

Одним из приоритетных направлений является энергетика. Россия поставляет в Японию около 10 процентов потребностей японского рынка в природном газе. В свою очередь японские компании участвуют в добыче и переработке газа на предприятиях «Ямал-СПГ», «Сахалин-1» и «Сахалин-2».

Говоря о сотрудничестве в сфере науки и образования, хотел бы упомянуть, что учёные наших стран сообща работают в рамках более чем 100 проектов. Это исследования в области физики плазмы, мирного атома, экологии, сейсмологии, освоения космического пространства.

Отмечу и активное развитие гуманитарных связей. Это и прошедшие в 2017 году в Японии «Русские сезоны», 12-й Фестиваль русской культуры, и, конечно, открывающиеся сегодня российско-японские «перекрестные» годы.

В ходе переговоров обсудили вопросы, касающиеся мирного договора. Считаем важным терпеливо продолжать поиск решения, которое отвечало бы стратегическим интересам и России, и Японии, и было бы принято народами обеих стран.

В этом контексте рассмотрели ход реализации договоренностей о совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах. Удовлетворены состоянием диалога по пяти утверждённым ранее направлениям – аквакультуре, тепличным хозяйствам, пакетным турам, ветроэнергетике и переработке отходов.

Поддержали и предложение об осуществлении третьей японской бизнес-миссии на острова во второй половине этого года. Будем и дальше решать вопросы, связанные с гуманитарной стороной этого дела, будем способствовать посещению этих островов японскими гражданами.

При обсуждении актуальных международных проблем особое внимание уделили ситуации вокруг Корейского полуострова. Подтвердили заинтересованность в сохранении в этом регионе атмосферы мира.

Считаем, что все участники процесса должны проявлять сдержанность, не допускать нового витка конфронтации и в целом удерживать ситуацию в политико-дипломатическом поле.

В заключение хотел бы поблагодарить господина Премьер-министра за открытые, откровенные и очень полезные переговоры.

Благодарю вас за внимание.

C.Абэ (как переведено): Мне вновь удалось посетить Москву. Она утопает в ослепительной зелени. Вчера я был на родине Президента Путина, стал первым Премьер-министром Японии, принимавшем участие в работе Петербургского экономического форума. Это для меня большая часть. Захватывающее впечатление произвел на меня концерт «Белая ночь». Я очень благодарен за теплый прием.

Этот год для японо-российских отношений особый. Сегодня вечером в Большом театре мы с Владимиром откроем «перекрестный» год. Скоро в России начинается чемпионат мира по футболу, на который приедет много наших болельщиков. Все это укрепит доверие и дружбу между нашими народами. Меня это очень радует.

У России богатые природные ресурсы, рынок с населением более 140 миллионов человек, выдающиеся кадры. А у Японии есть свои сильные стороны, которые можно сочетать с ними. Цветы нашего сотрудничества распускаются один за другим. Два года прошло после того, как я предложил План сотрудничества из восьми пунктов в области медицины, городской среды, энергетики и других.

Проекты, полезные для жителей, постепенно приобретают конкретные очертания. Провозглашенная Президентом Путиным политика, цель которой повышение качества жизни граждан, созвучна с идеями, заложенными в План сотрудничества из восьми пунктов. Теперь давайте начнем интенсивно сотрудничать в области цифровизации экономик и повышения производительности труда.

Полтора года назад в Нагато (помнится, там шел снег) мы с Президентом Путиным поговорили с глазу на глаз, а затем заявили о своей искренней готовности решить проблему заключения мирного договора, что дало старт работам по новым направлениям.

Одно из таких направлений – совместная хозяйственная деятельность на четырех островах. Японцы и россияне смогут на этих островах пожинать плоды совместной работы. Тогда люди осознают, что если сотрудничать, то можно добиться больших результатов, приносящих обоюдную выгоду. Именно в таких условиях мы сможем найти решение, приемлемое для обеих сторон.

Сегодня мы вновь договорились ускорить процесс реализации совместных проектов на пяти направлениях: аквакультура, тепличное выращивание овощей, организация туристических поездок на лоно прекрасной природы, ветроэнергетика и утилизация мусора. Для этого мы договорились направить на острова, возможно, в июле или августе бизнес-миссию потенциальных участников проектов.

Для отлаженного осуществления совместной деятельности давайте создадим режим, позволяющий людям действовать более свободно. Мы ускорим обсуждение этого вопроса.

В Нагато мы приняли важное решение: идти навстречу чаяниям и исполнить желание бывших жителей островов. В прошлом году впервые организован авиаперелет для посещения ими мест захоронения предков.

Я вновь хочу выразить российской стороне благодарность за содействие в этом. Мы снова подтвердили готовность организовать посещение мест захоронений с помощью самолетов в июле этого года. Будем срочно определять даты данных мер.

Несмотря на трудные проблемы, мы должны начать с того, что возможно реализовывать наш План без ущемления юридических позиций обеих сторон. Если сделать первый шаг, перед нами непременно откроется дальнейший путь. Основываться на принципе взаимодоверия – вот такая позиция приносит нам плоды.

Как я уже отметил, в городе Нагато на моей родине мы с Президентом господином Путиным договорились выразить свою искреннюю позицию, стремиться к заключению мирного договора. Именно такой волей, нашей волей, силой воли открывается новый путь взаимоотношений между Японией и Россией. Поэтому мы вместе еще раз удостоверились в решимости с новым подходом последовательно идти вперед к заключению мирного договора.

Япония и Россия призваны еще больше углубить взаимоотношения и формировать доверительные отношения между нами в качестве истинных друзей. Давайте еще больше углублять идеологию и в области безопасности. Третью встречу в формате «Два плюс два» мы планируем провести во второй половине этого года.

И в области борьбы с терроризмом, наркобизнесом и отмыванием денег, то есть нетрадиционными угрозами, мы будем расширять конкретное взаимодействие.

О ситуации в Северной Корее, показывающей новое движение, мы провели углубленную дискуссию. В соответствии с Пхеньянской декларацией между Японией и КНДР необходимо принять комплексное решение по ядерно-ракетным проблемам, вопросам похищения, ликвидировать несчастное прошлое и стремиться к нормализации государственных отношений. Уверен, что к такой последовательной позиции нашей страны проявляет понимание Президент Путин.

Главное, чтобы Северная Корея, как и гласит Резолюция Совета Безопасности ООН, осуществила полную верифицированную и необратимую денуклеаризацию. И для того, чтобы Северная Корея шла по правильному направлению, Япония и Россия будут поддерживать тесные контакты.

В ноябре прошлого года на встрече во Вьетнаме Президент Путин сказал мне, что теперь можно надеяться на реализацию всех наших планов. Сегодня избранному уважаемому Президенту я хочу сказать такие же слова.

Вопрос Мирного договора, неподписанного в течение более чем 70 лет, решить нелегко, однако в нашем поколении мы хотим поставить точку в решении этой проблемы. Это и есть главнейшая задача нашего Плана.

У нас с Владимиром состоялась уже 21-я наша встреча, и мы уже смогли установить полные доверительные отношения. Как уже отметил Владимир, действительно, сегодня нам тоже удалось обменяться самыми откровенными мнениями. С уважением и терпением буду ждать следующей встречи в сентябре во Владивостоке.

Большое спасибо!

Япония. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 26 мая 2018 > № 2619897 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 мая 2018 > № 2618155 Максим Орешкин

Министр экономического развития РФ: на российском рынке намного меньше японских компаний, чем на китайском

Томоё Огава (Tomoyo Ogawa), «Нихон кэйдзай», Япония

В преддверии визита премьер-министра Японии Синдзо Абэ в Россию на вопросы газеты «Нихон кэйдзай» ответил министр экономического развития РФ Максим Орешкин. Он считает, что на развитие экономического сотрудничества между Россией и Японией уйдет время. Приводим ключевые моменты интервью.

— Как вы оцениваете развитие экономического сотрудничества?

— В 2017 году объемы торговли между Россией и Японией начали расти в сравнении с предыдущими годами. В первом квартале 2018 годы они увеличились на 15%. Развитие не всегда соответствует ожиданиям, однако мы движемся в правильном направлении. Это — результаты плана экономического сотрудничества из восьми пунктов, предложенного Японией. Реализуются различные проекты во всех сферах: финансирование компанией «Мицуи Буссан» крупных фармацевтических предприятий, участие в строительстве заводов по производству СПГ в Арктике и так далее. Мы приступили к обсуждению повышения производительности труда в приоритетных сферах и цифровой экономике. Япония славится своими технологическими инновациями. Развитие цифровой экономики — одна из приоритетных сфер политики президента Путина. Различные проекты будут реализовываться во всех восьми сферах: медицина, развитие городов, энергетика и так далее. В ходе визита премьера Абэ в Россию мы надеемся достичь определенных соглашений по нескольким проектам. Подпишем обновленную программу экономического сотрудничества из восьми пунктов.

— Существует ли возможность финансового участия японских компаний в арктических СПГ-проектах?

— У СПГ-проектов в Арктике большие перспективы. Мы планируем построить не только вторую базу вслед за уже работающим проектом «Ямал СПГ», но и терминал по перевалке СПГ на Камчатке. Мы ведем переговоры с японскими компаниями, которые обдумывают финансовое участие. Возможно более углубленное участие в сравнении с «Ямал СПГ». Мы надеемся, что в ближайшее время придем к соглашению.

— Российская сторона недовольна тем, что российско-японское экономическое сотрудничество не может похвастаться ощутимыми результатами; что доля японских инвестиций на Дальнем Востоке составляет всего 2% от общего объема.

— Количество японских компаний, работающих на российском рынке ощутимо меньше, чем на китайском. Мы понимаем, что японские компании не могут принять быстрое решение о выходе на новые рынки. Наша задача заключается в терпеливом ожидании. Мы постоянно предоставляем японской стороне всю необходимую информацию и устраняем препятствия. Вместе с министром экономики, торговли и промышленности Японии Хиросигэ Сэко (Hiroshige Seko) мы прилагаем усилия к тому, чтобы по максимуму устранить риски для быстрого принятия решений. Некоторые мои коллеги хотят показать результаты как можно быстрее. Мы всегда понимали, что нельзя надеется на то, что японские компании и бизнес будут действовать быстро. Будучи ответственным за торгово-экономическое сотрудничество с Японией, я всем доволен.

— Россия не приняла японский проект реконструкции хабаровского аэропорта, по которому Россия и Япония когда-то подписали протокол о намерениях.

— Японская сторона принимала решения медленно. Это один из примеров, когда российской стороне, у которой уже было все готово, просто не хватило терпения. У российских и японских компаний возникло расхождение во мнениях, что привело к нежелательному результату. Ведутся активные переговоры. У японской стороны много шансов принять участие в будущих проектах.

— Экономическое сотрудничество на «северных территориях» также не приносит ощутимых результатов.

— За кулисами проводится большой объем работы. В ходе совещаний российско-японской рабочей группы мы пытаемся решить амбициозные задачи. Скорее всего, в ближайшее время будут результаты. Российская сторона делает все для того, чтобы как можно скорее реализовать конкретные проекты.

— Какое влияние оказывают западные санкции против России на экономическое сотрудничество с Японией?

— В основном они влияют психологически. Увеличивается количество рисков, что замедляет принятие решений. В некоторых случаях решения не принимаются вообще. Японский банк международного сотрудничества и правительственный фонд прямых инвестиций в Россию создали совместный капитал, размер которого составляет один миллиард долларов. Большая часть денег инвестируется в различные проекты. Была создана мощная структура для устранения рисков и предоставления информации японским компаниям, которые выходят на неизведанные рынки.

— Один из факторов, который сдерживает японский бизнес, — туманные перспективы экономического роста. Какие прогнозы на будущее?

— В 2014-2015 году произошел обвал цен на нефть, и российская экономика оказалась в непростой ситуации. Реформы макроэкономики приносят плоды. В отличие от большинства развивающихся стран, которые сталкиваются с проблемой высокой инфляции и резкого развития, Россия создала систему стабильного роста при низкой инфляции. Это необходимые условия для инвестиционной деятельности. На сокращение трудоспособного населения мы отвечаем повышением производительности труда. Мы изучаем опыт «Тойоты» и других компаний в области повышения производительности. Мы стремимся к 3% росту в 2021 году.

— Можно ли рассчитывать на перемены в экономической политике при новой власти?

— Никто не предполагает глобальных перемен. Дело в том, что прошедшие шесть лет принесли результаты. Теперь необходимо стратегическое мышление и повышение эффективности конкретных проектов.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 мая 2018 > № 2618155 Максим Орешкин


Япония. Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Медицина. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 27 апреля 2018 > № 2593114 Алексей Изотов

Алексей Изотов: «Мы хотим собрать все самое лучшее, что есть в мире»

Начальник Главного управления по обслуживанию дипломатического корпуса рассказал Business FM о Медицинском центре российско-японской дружбы, который появится в Москве

Главное управление по обслуживанию дипломатического корпуса (ГлавУпДК) при Министерстве иностранных дел РФ объявило о создании в Москве Медицинского центра российско-японской дружбы, который будет построен вместе с японскими партнерами. Объем инвестиций в проект оценивается на уровне 5-6 млрд рублей, половину из которых берут на себя японские инвесторы. О деталях этого знакового проекта в эксклюзивном интервью Business FM рассказал начальник ГлавУпДК Алексей Изотов.

Алексей, если честно, российско-японский медицинский центр — это потому, что Год Японии в России? То есть был бы Год Бразилии, был бы российско-бразильский центр?

Алексей Изотов: Очень хороший вопрос. Конечно же, нет. Наш проект достаточно глубоко проработан, наши эксперты внимательно изучили опыт различных стран, и выбор был сделан в пользу Японии. Безусловно, не последнюю роль в принятии этого решения сыграли политические факторы: хорошо известно, что медицина является одной из важнейших составляющих плана российского-японского экономического сотрудничества, известного как «восемь пунктов премьер-министра Японии Синдзо Абэ».

Но ГлавУпДК не медицинская структура. Почему вдруг вы стали инициатором этого проекта?

Алексей Изотов: Позвольте с вами не согласиться. Медицинские услуги — одно из стареших направлений нашей деятельности: наш филиал, Медицинский центр, был создан в 1948 году и в марте этого года отпраздновал свое 70-летие. Сегодня это крупный клинико-диагностический центр и стационар на тысячу мест с пропускной способностью около тысячи пациентов в сутки. У нас работают более 550 высококвалифицированных специалистов-медиков, есть собственная лаборатория, служба скорой помощи и множество клиентов: это и российские граждане, и иностранные представители из 142 стран — сотрудники дипломатических миссий, международных организаций, иностранных фирм и корреспондентских пунктов.

Убедили. Создание российско-японского медицинского центра называли едва ли не главной медицинской новостью последнего времени. Не перебор? Что такого в этом центре, что заставляет говорить о нем в столь превосходных тонах?

Алексей Изотов: Я думаю, не перебор. Это, несомненно, новость, и особенно важно, что она из хороших, позитивных новостей, которых в последнее время, как мы все знаем, не так уж и много. Дан старт масштабному гуманитарному, неполитизированному проекту. А участие в нем Японии вызывает в различных кругах российского общества особый, неподдельный интерес. Ведь к Японии наши граждане еще со времен Советского Союза относятся не только с большим интересом, но и с большим доверием. Согласитесь, ведь мы именно с доверием всегда относились и к японской технике, и к различным японским разработкам, и к японским автомобилям, и ко многим вещам, которые связаны с Японией.

Что будет представлять собой новый центр, кто в нем будет работать — наши врачи, японские врачи или все вместе? Какие услуги он будет предоставлять, какая там будет техника, препараты? В общем, что будет составлять суть этого проекта?

Алексей Изотов: Давайте начнем с того, кто, как мы предполагаем, будет обслуживаться в нашем центре. По оценкам наших специалистов, это будут российские граждане, клиенты страховых компаний, и на их долю будет отводиться около 60%. Около 13-15% составят иностранные граждане: сотрудники дипломатических представительств, различных компаний и так далее. Около 15% — сотрудники ГлавУпДК, которые традиционно также пользуются услугами нашего центра, и члены их семей. И еще оставшиеся несколько процентов — это различные категории граждан, включая физлиц и многих других.

Если говорить о самом проекте, это многофункциональный медицинский комплекс, включая стационар. В нем будут работать врачи с российскими дипломами, но имеющие возможность проходить обучение в Японии и быть в постоянном контакте со своими японскими коллегами, в том числе с использованием возможностей телемедицины. Центр будет оснащен самой передовой техникой, причем — мы об этом уже договорились с нашими японскими коллегами — это будет не обязательно техника японского производства. Мы хотим собрать все самое лучшее, что есть в мире. И, естественно, препараты мы сможем использовать только сертифицированные в Российской Федерации.

Насчет сертификации всегда отдельный вопрос. Вы не предвидите здесь никаких проблем?

Алексей Изотов: Серьезных проблем, по нашему мнению, быть не должно. Более того, мы сейчас в Токио провели целую серию двусторонних переговоров и в том числе делали особый акцент на переговоры с компаниями, которые имеют большой опыт, по несколько десятков лет, по сертифицированию различных японских продуктов на территории РФ.

В посольстве Японии недавно прошла пресс-конференция, которая была посвящена этому проекту. Вы там говорили, что нам не хватает японской логистической организации процесса оказания медуслуг. Что вы имели в виду, чего нам именно не хватает?

Алексей Изотов: Японская организация — это высокая степень рациональности, большое уважение к времени пациента, максимальная автоматизация и стандартизирование всех процессов. Недаром, как мы с вами хорошо знаем, во многих российских компаниях сейчас берут на вооружение японскую систему управления кайдзен. Могу сказать по собственному опыту, что в Японии полная диспансеризация одного отдельно взятого человека занимает всего один день!

Это внушает…

Алексей Изотов: Да, и именно поэтому Япония очень гордится, что они диагностируют все сложные заболевания на ранних стадиях развития.

Уже было объявлено, что 49% финансирования проекта берет на себя японская сторона, японские компании, соответственно, 51% наш. Может быть, уже есть какие-то конкретные договоренности? Я знаю, что должны были состояться двусторонние переговоры по этому поводу.

Алексей Изотов: Конкретные двусторонние переговоры в Токио прошли. Интерес к нашему проекту проявили более 20 японских компаний. С руководством каждой из них проведены детальные переговоры, и, что самое главное, по итогам была определена компания-агрегатор, которая будет выступать от лица японской стороны. Сегодня впервые и специально для Business FM могу сказать, что это корпорация «Соджитсу» — один из крупнейших торговых домов Японии с годовым оборотом более 30 млрд долларов. Между УпДК и «Соджитсу» уже подписан меморандум о намерениях.

И в чем будет заключаться роль агрегатора?

Алексей Изотов: Он будет собирать все компании, заинтересованные в сотрудничестве с нами, и возьмет на себя роль организатора всех процессов внутри Японии. Более того, «Соджитсу» имеет большой опыт строительства именно медицинских центров за рубежом. Например, недавно они закончили очень масштабный аналогичный проект в Турции.

Раз уж мы заговорили о строительстве, не могу не спросить: кто архитектор проекта, кто будет подрядчиком, кто будет строить?

Алексей Изотов: На данной стадии говорить о генподрядчике рано. А вот архитектурный проект у нас уже есть. Он разработан российскими архитекторами и получил очень высокую оценку наших японских партнеров. Все японские ноу-хау будут использоваться во внутренних планировочных решениях — наши специалисты более восьми месяцев согласовывали их с японской стороной. Приведу очень короткий, но понятный и простой пример: если в японском госпитале есть операционная, то рядом обязательно должна быть комната, в которой родственники пациента ожидают результатов операции.

То есть не как у нас, в коридоре, все вместе?

Алексей Изотов: Да. Но у нас такого предусмотрено не было, поэтому первоначально этот огромный проект был практически весь в красных линиях, и наши архитекторы согласовывали с японцами буквально каждый квадратный метр. Опять же, например, у японцев операционная может быть меньше 13 квадратных метров, а у нас она должна быть больше 15 квадратных метров. И такие примеры я могу приводить до бесконечности.

Но сейчас проект согласован окончательно?

Алексей Изотов: Да, проект согласован окончательно.

Вы будете проводить тендер на выбор генподрядчика?

Алексей Изотов: Конечно, мы же на территории Российской Федерации, поэтому мы, соответственно, должны полностью действовать в рамках российского законодательства.

Когда примерно этот тендер может состояться?

Алексей Изотов: Я думаю, достаточно скоро, потому что времени у нас особенно нет и никто ждать и затягивать процесс не хочет.

Вы уже говорили, что если центр окажется успешным, то возможно повторение этого опыта в других городах России и странах СНГ. А что значит «успешный», как это оценить?

Алексей Изотов: Успешность проекта, естественно, так как проект коммерческий, определяется нормой прибыли. Но мы четко отдаем себе отчет, что это первый, пилотный проект и он будет самым сложным. Когда будут отточены все детали, будет определена оптимальная площадь земельного участка, этажность, планировочные решения, комплектация оборудования, штатное расписание персонала и многие другие вещи, аналогичные клиники можно будет «собирать», как конструктор, и открывать их достаточно быстро. Думаю, что многие наши губернаторы захотят иметь российско-японские медицинские центры в своих крупных городах.

То есть вы будете готовы отдать этот проект, сделав его проектом повторного применения?

Алексей Изотов: Да, абсолютно правильно.

Осталось спросить, когда планируется открытие центра.

Алексей Изотов: Скажу откровенно, наши японские партнеры крайне оптимистичны и планируют перерезать ленточку уже во второй половине 2021 года. Мы, со своей стороны, хотели бы также разделить их оптимизм.

Валерия Мозганова

Япония. Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Медицина. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 27 апреля 2018 > № 2593114 Алексей Изотов


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579565 Александр Илышев-Введенский

По следам публикации

Александр Илышев-Введенский, Начальник отдела Японии Третьего департамента Азии МИД России

После публикации статьи А.В.Илышева-Введенского и М.Е.Швыдкого «Россия - Япония: исторические перекрестки» поступили отклики читателей, проявивших интерес к описываемому авторами эпизоду единственной в истории встречи российской и японской высших августейших особ - цесаревича Николая и императора Мэйдзи. В частности, слушательница Дипломатической академии МИД России, специализирующаяся на японоведении, Дарья Алдошкина задает вопрос: как могло случиться, что не осталось ни одной фотографии от этой уникальной встречи, хотя других снимков, сделанных во время пребывания цесаревича в Японии, немало?

Благодарны читателям за интерес к статье. Вопросы, касающиеся встречи цесаревича Николая и императора Мэйдзи, вполне логичны. Она действительно была уникальной и по формату, и по месту проведения. Изначально торжественный прием цесаревича императором планировалось провести в Токио. Но, как известно, обстоятельства сложились иначе. После нападения японского полицейского на наследника российского престола в городе Оцу император Александр III дал указание о срочном возвращении Николая на родину. 18 мая 1891 года цесаревич телеграфировал об этом императору Мэйдзи, пригласив его для встречи непосредственно на корабле «Память Азова». Приглашение было незамедлительно принято. Уже на следующий день Мэйдзи впервые в истории поднялся на борт иностранного военного корабля.

С учетом сложившейся нестандартной ситуации, а также неформального характера самой аудиенции (к примеру, император был вынужден снять фуражку, поскольку сам Николай был с забинтованной головой и не мог одеть головной убор) фотографирования не предусматривалось. Но встречу запротоколировали как с японской, так и российской сторон. Опираясь на эти отчеты, можно представить, как она проходила. Любопытное описание, в частности, содержится в письме российского посланника в Японии Д.Е.Шевича (оно хранится в Архиве внешней политики Российской империи). Обратимся к этому документу:

«На следующий день, 19 мая, в 12,5 часов император Японии в сопровождении принцев Арисугавы Старшего [Тарухито Арисугава] и Китасиракавы, обер-гофмаршала, министра двора и двух адъютантов приехал на фрегат «Память Азова» при салюте со всех расцветившихся флагами судов нашей и японской эскадр, люди которых, посланные по реям, приветствовали Его Величество громким «ура». Японский императорский штандарт был поднят на грот-мачте возле флага наследника цесаревича. Его Императорское Высочество в ленте ордена «Астры» [по всей видимости, ордена Хризантемы на Большой ленте, которым награждались в Японии главы иностранных государств], окруженный лицами свиты и адмиралами, также надевшими японские ордена, пожалованные им всем накануне, встретил императора у трапа и проследовал с ним, при звуках японского гимна, в покои Его Величества.

Состоявшийся затем завтрак имел весьма задушевный характер. В течение оного наследник цесаревич пил за здоровье императора и императрицы Японии, на что гость Его Высочества отвечал тостом за Государя Императора и Государыню Императрицу. По окончании завтрака Высочайшие Особы распрощались самым сердечным образом, и император съехал с фрегата.

В исходе 5 часа этого же дня эскадра наша снялась с якоря и направилась через внутреннее море во Владивосток»1.

Сложно судить, насколько глубокие впечатления оставил данный контакт у его главных участников. Свидетельств об этом не сохранилось. Но, думается, в определенном смысле доверительные отношения между главами государств (Николай стал государем уже через пять лет) сформировались. Возможно, этого не хватило, чтобы предотвратить военный конфликт 1904-1905 годов - слишком сильны были объективные причины, но по тому, как, на удивление многих, отношения между двумя странами не только быстро восстановились после подписания мирного договора 5 сентября 1905 года, но и за короткий период достигли высшей ступени - стали фактически союзническими (именно в таком качестве Российская империя и Япония выступали во время Первой мировой войны), можно заключить, что «зерна доверия», посеянные в 1891 году, дали свои всходы и проложили непростой путь к добрососедству.

 1Выписка из донесения посланника в Токио за №№38, 39 и 40 (май 1891 г.) // АВПРИ. Ф. Японский стол. №1746. Оп. 493. Л. 241-242.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579565 Александр Илышев-Введенский


Китай. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 11 апреля 2018 > № 2564287 Ясуо Фукуда

Концепция человеческого сообщества с единой судьбой принесет счастье всем людям

Цель выдвинутой председателем КНР Си Цзиньпином концепции человеческого сообщества с единой судьбой в том, чтобы сделать счастливыми всех людей в мире. Строительство «Одного пояса, одного пути» – это конкретная мера, с помощью которой удастся стимулировать сотрудничество между всеми странами, добиться взаимовыгодного развития. Строительство «Одного пояса, одного пути», опираясь на принципы совместного обсуждения, совместного строительства, совместного использования, несет выгоду всем странам-участникам и даже всему миру, повышает уровень счастья народов всех стран мира. С этой точки зрения, «Один пояс, один путь» имеет эпохальное значение, это невероятная инициатива. Будучи соседней страной, Япония, естественно, должна присоединиться к инициативе «Один пояс, один путь», и в сотрудничестве с Китаем приносить счастье народам всех стран.

Сейчас у Китая есть торговый профицит не только с США, но и со многими другими странами. Это означает, что в системе глобализации Китай очень хорошо развивается, значит, что китайские предприятия уловили саму суть глобализации, получили выгоду. Что такое глобализация? Глобализация – это возможность по низкой стоимости производить качественную продукцию. Всем людям в мире нравятся хорошие и недорогие товары, и, само собой, у стран, которые способны производить такие товары, растет торговый профицит. И дефицит торгового баланса США частично связан с тем, что качественные и недорогие китайские товары пользуются глубокой популярностью у американского населения. Столкнувшись с глубокой проблемой торгового дефицита, США стоит переосмыслить свою модель производства.

Нельзя недооценивать вред торгового протекционизма и важность свободной торговли. На данный момент все страны мира очень обеспокоены тем, что тенденции торгового протекционизма вновь набирают силу. Китай и США уже давно стали тесно связанными между собой партнерами по сотрудничеству. Многие индустрии США опираются на продукцию, импортируемую из Китая, и, в то же время, США серьезно зависит от китайского рынка в сельском хозяйстве и других многочисленных отраслях. Правительство Д.Трампа проявляет излишнюю торопливость, использует меры торгового протекционизма, возможно, это временно поможет смягчить торговый дефицит США, но если не изменить производственную структуру США, то не получится разрешить эту проблему в корне. Мы верим, что внутри США будет звучать все больше призывов остановить меры торгового протекционизма, правительство США должно будет своевременно внести изменения в свою политику.

Постоянное развитие Китая принесло всем странам мира большое количество возможностей для развития. И, в то же время, некоторые страны волнуются, не зная, к чему приведет такое укрепление Китая. В ключевой момент председатель КНР Си Цзиньпин своевременно выдвинул инициативу строительства человеческого сообщества с единой судьбой и международных отношений нового типа, продемонстрировав миру твердое намерение Китая следовать пути мирного развития – не важно, насколько развитым станет Китай, он никогда не будет стремиться к господству, никогда не будет прибегать к экспансии. Дипломатическая концепция председателя Си Цзиньпина имеет важное значение для того, чтобы развеять опасения международного сообщества.

В октябре 2017 года генеральный секретарь ЦК КПК Си Цзиньпин выступил на 19-м съезде КПК с блестящим докладом, в котором не только наметил курс для дальнейшего развития Китая, но и предоставил китайский план для решения мировых проблем. Международное сообщество надеется услышать еще больше китайских мнений и предложений, и ежегодная конференция Боаоского азиатского форума этого года – как раз таки отличная возможность. Мы верим, что с помощью точных и объективных репортажей СМИ все страны мира еще лучше познакомятся с Китаем.

Ясуо Фукуда, председатель правления Боаоского азиатского форума, бывший премьер-министр Японии

Китай. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 11 апреля 2018 > № 2564287 Ясуо Фукуда


США. Япония. Индия. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 марта 2018 > № 2539121 Антон Цветов

Индо-Тихоокеанский фронт: зачем на геополитической карте появился новый регион и что это сулит России?

Антон Цветов

Новый Индо-Тихоокеанский мегарегион появился в момент, когда Россия пытается использовать в своей восточной стратегии ведущие позиции страны в процессах евразийской интеграции и выходить на азиатские рынки вместе со всем Евразийским экономическим союзом, одновременно стараясь кооптировать китайскую инициативу Пояса и Пути. Россия стремится своей инициативой Большого евразийского партнерства притянуть собирание стран Евразии на север, в то время как концепция Индо-Тихоокеанского региона скорее тянет такое собирание на юг, к Индийскому океану

В ноябре 2017 года на полях Восточноазиатского саммита (ВАС) в Маниле прошла рабочая встреча дипломатов США, Японии, Индии и Австралии, которая вызвала огромный экспертный переполох и целый вал публикаций, предвещавших едва ли не очередной геополитический сдвиг в Азии.

После этого в американском внешнеполитическом лексиконе стало все чаще использоваться понятие «Индо-Тихоокеанский регион», раньше бывшее довольно маргинальным. Теперь концепция «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» (free and open Indo-Pacific) закрепилась и в официальных американских документах, и в риторике большинства крупных держав этого самого региона.

В России к новым терминам по традиции отнеслись с подозрением. Что означает появление этих новых концепций и стратегий и что оно меняет для российской политики в Азии?

Десять лет вчетвером

Идея формата США – Япония – Индия – Австралия совсем не нова. Во время своего первого премьерского срока в 2006–2007 годах ее активно пропагандировал глава правительства Японии Синдзо Абэ. Выступая в августе 2007 года в индийском парламенте с речью «Слияние двух морей», он говорил о появлении «большой Азии» и призывал создать на ее просторах «дугу свободы и процветания».

Упор на стратегический характер взаимодействия четырех стран и сам их выбор очевидно указывал на главную цель формата – если не выстроить систему сдерживания Китая, то по крайней мере послать ему сигнал, что его рост будет сопровождаться появлением противовеса. Пекин сигнал уловил и накануне первой же официальной встречи группы устроил каждой из четырех стран демарш. Через месяц Абэ покинул свой пост, да и Австралия быстро потеряла интерес к четырехстороннему формату.

Вернувшись к власти в 2012 году, Синдзо Абэ вернул и идею «четверки», в этот раз назвав ее «азиатским демократическим бриллиантом безопасности». В качестве raison d'être стратегического взаимодействия четырех морских демократий снова была заявлена китайская угроза. В первых абзацах своей программной статьи Абэ прямо указывал на тревожные тенденции в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях. Последнее Китай, по словам Абэ, намеревался превратить в «Пекинское озеро» по модели Охотского моря в руках СССР.

Однако новый четырехсторонний формат напоминал японский сад камней, где с какой стороны ни посмотри, один камень ускользает от взгляда. В практической плоскости либо Австралия, либо Индия обязательно выпадали из конкретных проектов сотрудничества (правда, у четырех стран есть опыт реального военно-морского взаимодействия, но еще до концептуального оформления: в 2004 году они работали вместе над ликвидацией последствий цунами).

Тем не менее в последние годы идея более тесного взаимодействия «четверки» витала в воздухе. Возросшая активность Китая и быстрый рост его военного потенциала, повинуясь логике баланса сил, неизбежно должны были вызвать противодействие. Попытки симметричного американского ответа в виде политики поворота (pivot to Asia) и перебалансировки (rebalancing) в Азию, похоже, имели едва ли не обратный эффект.

В новой парадигме «местные» державы должны взять на себя больше ответственности за балансирование Китая. Этим, пожалуй, и можно объяснить живую реакцию наблюдателей на рядовую встречу «четверки» в Маниле: возникший ажиотаж говорит не столько о том, что произошло что-то важное, сколько о том, что чего-то подобного давно ждали как неизбежной реакции на более смелое и уверенное применение Китаем своей объективно возросшей мощи.

К концу 2017 – началу 2018 года созрели условия для нового рождения «четверки». В Японии Синдзо Абэ снова выиграл выборы и подтвердил свой мандат на правление, при этом с явным намерением оставить после себя страну, представляющую серьезную стратегическую конкуренцию Китаю: отсюда и его стратегия «проактивного миротворчества», и упорные попытки добиться пересмотра антивоенной статьи японской Конституции.

Австралия хочет сбалансировать экономическую зависимость от Китая собственной активной стратегической позицией и более живым участием в сохранении хотя бы видимости региональных правил игры. Последние скандалы с китайским влиянием на австралийскую политику только усиливают подозрительность местных элит в отношении Пекина.

Индия, похоже, начинает как раз подходить к тому моменту, когда интерес к происходящему в западной части Тихого океана перестает быть праздным.

Соединяющим клеем нового-старого формата в этот раз могут стать США, для которых возрождение интереса к «четверке» как нельзя кстати. Весь прошедший год администрацию Трампа критиковали за слабую азиатскую политику. В лучшем случае о ней говорили как о летящей на автопилоте: по сути, США делали все то же самое, что делала администрация Обамы, только чуть менее осознанно.

В худшем случае говорили, что Трамп «покинул» Азию и оставил ее на съедение Китаю, когда вышел из Транстихоокеанского партнерства и стал требовать от Японии и Южной Кореи большей ответственности за благополучие их военных союзов с США. Особым предметом критики стало толерантное отношение Трампа к лидерам стран Азии, проблемным с точки зрения идеалов демократии и прав человека, вроде филиппинского президента Родриго Дутерте или премьера Малайзии Наджиба Разака.

Встреча «четверки» в Маниле дала трамповской стратегии в Азии новую надежду, и к концу года администрация уже всерьез взялась продвигать концепцию «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» (ИТР). Новое понятие прочно закрепилось и в устной риторике, и в концептуальных документах: свежие «Стратегия национальной безопасности» и «Стратегия национальной обороны» США говорят о построении «свободного и открытого ИТР» как о приоритетной цели американской внешней политики.

Слова и смыслы

Возможное возрождение «четверки» США – Индия – Япония – Австралия и необычайно активное использование термина «Индо-Тихоокеанский регион» – безусловно, связанные между собой феномены. Оба они пока пребывают скорее в мире идей и слов, однако могут иметь и вполне реальное воздействие на динамику процессов в регионе и мире.

В российской экспертной традиции с подозрением относиться к американским лексическим построениям. Беспокойство вокруг термина «Индо-Тихоокеанский регион» чем-то похоже на то, как в свое время возмущались понятием «большого Ближнего Востока». Подразумевается, что объединение стран в умственный конструкт региона должно обязательно влечь за собой политические последствия, а раз конструкт построен внешнеполитическими конкурентами России, следовательно, он ее интересам враждебен.

Правда, как это часто бывает, Россия и сама не чурается использовать такое «терминологическое оружие», например, выдвигая концепцию «большой Евразии», где процессы межгосударственного взаимодействия должны вращаться вокруг России и Китая или кого угодно еще, только бы не США.

Однако отрицать логические последствия объединения стран в Индо-Тихоокеанский регион тоже неразумно. Сам термин довольно давно используется в австралийском внешнеполитическом лексиконе. В силу особенностей географии австралийские стратеги видят не столько привычные нам четыре стороны света, сколько расходящиеся полукруги. В оборонной «Белой книге» 2016 года Индо-Тихоокеанский регион – как раз самый дальний и самый большой из таких полукругов.

Объединение ИТР в единую аналитическую сущность подчеркивает растущую экономическую и стратегическую взаимосвязь между пространствами Индийского и Тихого океана. Например, Тихоокеанское командование США (US PACOM) в качестве зоны ответственности имеет и большую часть Индийского океана – до линии, уходящей на юг от западной границы Индии. Поэтому и в лексиконе PACOM термин «Индо-Азиатско-Тихоокеанский регион» тоже уже довольно давно присутствовал.

В принятии на вооружение нового термина есть и очевидный геополитический сигнал. В Индо-Тихоокеанском регионе Китай не единственная восходящая держава. США уже много лет торопят Индию взять на себя роль, соответствующую ее демографическому и экономическому потенциалу. Американские политологи ставят в заслугу Бараку Обаме придание Индии статуса «важного партнера в сфере обороны» (major defense partner). Не исключено, что в ближайшие 15 лет мы увидим и придание Индии статуса «основного союзника вне НАТО» (major non-NATO ally, MNNA).

Возрождение «четверки» как главного защитника того самого «свободного и открытого» ИТР – видимо, есть новый способ выстроить более изящную и тонкую систему сдерживания региональных амбиций Китая. Военные союзы не самый эффективный инструмент, если страны региона хотят сохранить конструктивные торгово-экономические отношения с Китаем.

Многие страны Азии также хотят сохранить максимально возможную внешнеполитическую автономию в условиях, когда американское присутствие в Азии будет колебаться от администрации к администрации. Поэтому возникает естественное желание переложить часть ответственности на местные державы, чья принадлежность региону сделает их более легитимными агентами «умного сдерживания» Китая (вспомним концепцию leading from behind). Но чем бы ни стала «четверка», она точно не будет военным союзом.

Новая Индо-Тихоокеанская «четверка» будет построена не на ценностях, а на интересах и будет иметь более гибкую структуру. В этом смысле она в чем-то продолжает логику «сети безопасности» экс министра обороны США Эштона Картера (principled security network) – не особо взлетевшей инициативы времен перебалансировки. Прагматичный характер нового четырехстороннего формата подчеркивается тем, что никто уже не говорит о «морских демократиях». Вместо этого словосочетания активно используется формула «страны-единомышленники» (like-minded states).

«Четверка» неизбежно будет обрастать вторым кругом региональных партнеров, среди которых эталонных демократий особо не осталось, так что лишние критерии вводить не совсем удобно. Такими партнерами, видимо, в первом ряду станут Сингапур, Индонезия, Вьетнам, Таиланд. Посещая Вьетнам вскоре после публикации новой СНБ, министр обороны США Джеймс Мэттис уже назвал Вьетнам «партнером-единомышленником» США. Страны Юго-Восточной Азии вроде Вьетнама наверняка с интересом отнесутся к возможности укрепить свой потенциал сдерживания амбиций Китая, например, в территориальных спорах в Южно-Китайском море.

Такое обращение к форматам с узким кругом участников может иметь в качестве непреднамеренного последствия очередное ослабление многосторонних механизмов безопасности вокруг АСЕАН (ВАС, АРФ, СМОА+). Пресловутая «центральная роль» АСЕАН в системе безопасности в АТР и без того часто сводится к организации саммитов, встреч и семинаров и плохо срабатывает в случае реальных кризисов в регионе, будь то Южно-Китайское море или кризис рохинджа в Мьянме.

Энтузиазм стран вроде Вьетнама и Сингапура по поводу «силового» в своей изначальной задумке формата США – Индия – Япония – Австралия станет новым свидетельством слабости того самого регионального «порядка, основанного на правилах» (rules-based order), который «четверка» вроде как собирается защищать. Получается, что отстаивать верховенство международного права будут не универсальные для участия многосторонние механизмы, а полузакрытые «коалиции желающих».

Индо-Тихоокеанская «четверка» в качестве поля для координации своей деятельности видит не только сферу безопасности. Речь идет и об усилении конкурентоспособности в столь популярной сегодня «взаимосвязанности». Здесь США и их партнеры, видимо, хотят сыграть на том же поле, что и Китай с его инициативой Пояса и Пути. В американском заявлении по итогам четырехсторонней встречи в Маниле говорилось об укреплении «взаимосвязанности на основе международного права и стандартов и с разумным (prudent) финансированием».

Уже в феврале 2018 года стало известно, что «четверка» обсуждает некий инфраструктурный план, «альтернативный» Поясу и Пути. Интересно, что инфраструктурное строительство поставлено в один ряд с вопросами безопасности и воспринимается как однозначно стратегическая область.

Экономическое крыло «четверки» может появиться в момент, когда растет беспокойство по поводу китайских инвестиций по всему миру, от Евросоюза и Африки до Юго-Восточной Азии и Австралии. Крупные китайские проекты воспринимаются как покупка лояльности основным конкурентом «лидеров свободного мира». Видимо, «четверка» рассчитывает, что страны-получатели неизбежно захотят диверсифицировать источники инвестиций в инфраструктуру.

Конкретных очертаний того, чем будет «четверка», у нас нет. Самой высокоуровневой встречей представителей США, Индии, Японии и Австралии после манильского рабочего совещания стала январская панель по теме морской безопасности с четырьмя адмиралами-командующими военно-морскими силами стран «четверки» на «Диалоге Райсина» в Дели.

После всех выступлений было очевидно, что четыре адмирала не имеют общего понимания форматов будущего взаимодействия. Кстати, США представлял глава Тихоокеанского командования Харри Харрис, номинированный недавно послом в Австралию – такое назначение должно, видимо, усилить индо-тихоокеанскую стратегию администрации Трампа.

Тем не менее новые встречи в четырехстороннем формате неизбежны, о чем сообщают японские собеседники. Первым прорывным событием в реальном взаимодействии «четверки» может стать подключение Австралии на постоянной основе к трехсторонним учениям «Малабар» (до сих пор это не происходило из-за осторожной позиции Индии).

Низ Большой Евразии

Что все это значит для России и ее позиций в Азии? В первом приближении это закрепляет тенденцию на превращение именно морского пространства в основную арену конкуренции в большом азиатском регионе, а значит, хотя бы немного сместит внимание США и Китая к Индийскому океану. Это может дать России немного больше свободы действий в центральной части Евразии, поможет удержать эту часть света от новой волны великодержавной конкуренции.

То, что Россия не ключевой игрок в стратегической конкуренции в Тихом и Индийском океанах и особенно в соединяющем их Южно-Китайском море, может стать для страны преимуществом. Скорее всего, соревнование на этом поле будет отвлекать серьезные ресурсы региональных игроков, а лишних ресурсов сегодня у России нет.

В то же время новый удар по многосторонней системе безопасности в Азии – плохие новости для Москвы. Ее дипломатический потенциал, опыт работы в многосторонних институтах и относительная отстраненность от многих региональных проблем – одно из важнейших конкурентных преимуществ России. Ослабление многосторонних механизмов вокруг АСЕАН, развитие системы «умного сдерживания» Китая – все это плохо ложится в российские инициативы по созданию многосторонней архитектуры равной и неделимой безопасности в АТР и может в итоге привести к маргинализации России в регионе.

Акцент на роль локальных и средних держав в сдерживании Китая будет иметь двоякий эффект для российских интересов. С одной стороны, если произойдет активное подключение Индии к работе «четверки», то глубина ее отношений с Россией будет неизбежно уменьшаться вплоть до состояния, когда от отношений, по сути, останутся одни формулировки и высокий формальный статус «привилегированного» партнерства. С другой стороны, перекладывание части ответственности за региональные дела на Японию и ее усиление, необходимое для такой роли, повысит ее стратегическую автономию, а значит, в долгосрочной перспективе откроет новые возможности для взаимодействия с Россией.

В самом общем виде нетрудно предсказать негативную реакцию Китая на появление дееспособной Индо-Тихоокеанской «четверки». В конечном счете это новое сдерживание останется сдерживанием, китайское чувство незащищенности только усилится и может повлечь за собой новый виток усиления китайских позиций в Восточно- и Южно-Китайском морях, а также политические и экономические «операции влияния» на китайской периферии – в Камбодже, Лаосе, Таиланде, Мьянме, в Центральной Азии.

Новый Индо-Тихоокеанский мегарегион появился в момент, когда Россия пытается использовать в своей восточной стратегии ведущие позиции страны в процессах евразийской интеграции и выходить на азиатские рынки вместе со всем Евразийским экономическим союзом (ЕЭАС), одновременно стараясь кооптировать китайскую инициативу Пояса и Пути. Россия стремится своей инициативой Большого евразийского партнерства притянуть собирание стран Евразии на север, в то время как концепция Индо-Тихоокеанского региона скорее тянет такое собирание на юг, к Индийскому океану.

Если США и их партнеры в регионе все же смогут оформить индо-тихоокеанскую стратегию в набор конкретных институтов и практик, то важнейшим вызовом для России станет ее ограниченное понимание своей роли в будущем региона. Способность России сформулировать понятное и привлекательное предложение странам Азии по-прежнему будет иметь решающее значение.

Усложнение системы сдерживания Китая и подключение к этому процессу Индии, видимо, достаточно привлекательно для многих стран региона, а потому этот процесс неизбежно продолжится, в Индо-Тихоокеанской или иной форме. России выгоднее использовать свой дипломатический вес для защиты классической многосторонней системы безопасности, наполняя ее практическим взаимодействием и созданием действительно необходимых правил. Играть на поле закрытых и узких форматов России сегодня просто незачем.

США. Япония. Индия. Азия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 марта 2018 > № 2539121 Антон Цветов


США. Япония. Чили. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 20 марта 2018 > № 2536856 Никита Пыжиков

ТТП живо. Как «золотой стандарт» торговых соглашений смогли доделать без США

Никита Пыжиков

Хотя Трамп вывел США из Транстихоокеанского партнерства, сделка не развалилась и получила вторую жизнь. Япония, Чили и Новая Зеландия оказались настолько заинтересованы в соглашении, что смогли и без Вашингтона собрать остальных 11 его участников и согласовать новый, более гибкий вариант ТТП, ожидая, что после ухода Трампа из Белого дома к нему может присоединиться и Америка

Целый год эксперты гадали, какая судьба ждет внешнеторговую сделку века – Транстихоокеанское партнерство (ТТП) – после того, как по воле Трампа из нее вышел ее главный организатор Соединенные Штаты. Уход главного автора и локомотива соглашения делал участие остальных стран в нем намного менее выгодным. Изначально они шли на эту сделку прежде всего ради доступа на рынок США, крупнейшего импортера, на которого приходится почти 14% всех мировых поставок товаров. В обмен на этот доступ остальные участники переговоров по ТТП были готовы пожертвовать своими интересами в наиболее чувствительных сферах и согласиться с правилами торговли нового поколения, продвигаемыми США и выходящими за рамки привычной повестки ВТО.

После того как Дональд Трамп отказался от ратификации соглашения и вывел США из ТТП, терялся смысл сделанных ранее уступок. Ожидалось, что в результате Транстихоокеанское партнерство постепенно трансформируется в традиционную зону свободной торговли. Однако вопреки прогнозам оставшиеся 11 стран ТТП, при лидирующей роли Японии, смогли повернуть процесс в другую сторону и с незначительными изменениями сформировали Всеобъемлющее и прогрессивное Транстихоокеанское партнерство (ВПТТП), соглашение о котором было подписано 8 марта в чилийском Сантьяго.

Подписанию предшествовала череда полусекретных встреч и переговоров, результаты которых были недоступны широкой публике вплоть до ноября 2017 года. Лишь изредка сообщалось о закрытых собраниях министров торговли, а также лидеров стран-участниц на полях международных форумов.

Интрига подогревалась неоднозначными жестами участников: например, канадский премьер Джастин Трюдо отказался явиться на встречу лидеров тогда еще Транстихоокеанского партнерства на полях саммита АТЭС в Дананге. А разваливший соглашение Трамп использовал любую удобную возможность, чтобы подчеркнуть невыгодность сделки. Так как же одиннадцати участникам соглашения удалось довести дело до конца и что осталось от первоначальной версии ТТП?

Второе дыхание ТТП

Еще в конце 2016 года стало понятно, что шансы на вступление ТТП в силу тают на глазах. Девятого декабря японский парламент ратифицировал текст соглашения, чтобы сподвигнуть уходящую администрацию Барака Обамы на скорейшее завершение аналогичной процедуры до окончания срока его полномочий. Однако этого оказалось недостаточно, и 23 января, в первый же день на президентском посту, Дональд Трамп подписал указ о выходе США из ТТП.

Этот шаг ознаменовал начало новой торговой политики США, ориентированной на двусторонние торговые соглашения. Текущая риторика администрации Трампа предполагает, что ВТО, а также многосторонняя торговая система в целом не способна генерировать выгодные для Америки условия торговли и требует серьезных реформ.

Итоги почти шести лет переговоров были поставлены под угрозу. Первой попытку реанимировать ТТП предприняли в Чили, организовав 14–15 марта 2017 года диалог высокого уровня по интеграционным инициативам в Азиатско-Техоокеанском регионе (АТР). По итогам мероприятия стороны признали высокое стратегическое и экономическое значение ТТП.

Показательно, что приглашение в Чили получили не только 11 участников соглашения, но также Китай, Колумбия и Южная Корея, то есть эти страны теперь тоже рассматривались как потенциальные участники партнерства. Далее, 20–21 мая на полях АТЭС состоялась вторая официальная встреча министров торговли стран ТТП-11, где стороны подтвердили свои намерения продолжить формирование ТТП в его текущем составе.

За сохранение оригинального текста изначально выступили Австралия, Япония и Новая Зеландия. На тот момент Токио и Веллингтон уже ратифицировали соглашение. Остальные участники, которые ранее шли на серьезные уступки в обмен на доступ к рынку США, отклонили подобную идею. Компромисс был найден в конце августа, когда с подачи Японии участникам переговоров предложили заморозить некоторые элементы соглашения, представляющие наибольшую ценность для США и риски для других участников сделки, создав тем самым возможность для возвращения США к сделке.

Список элементов для замораживания был окончательно согласован уже в ноябре на полях саммита АТЭС в Дананге, там же ТТП получило приставку «всеобъемлющего и прогрессивного». Этому предшествовал демарш канадского премьер-министра Джастина Трюдо, который пропустил встречу лидеров 11 стран соглашения 10 ноября. Трюдо хотел продемонстрировать, что Канада не будет присоединяться к соглашению до тех пор, пока не учтут ее интересы в наиболее важных сферах. Разрешив оставшиеся разногласия, 23 января 2018 года 11 стран завершили переговорный процесс по ВПТТП – ровно через год после подписания Трампом указа о выходе США из партнерства.

В чем разница

Текст подписанного соглашения инкорпорирует положения оригинального ТТП с рядом замороженных элементов, а также изменений, внесенных его участниками по итогам дополнительных переговоров. Неизменными остались специфические обязательства участников соглашения по доступу на рынки товаров и услуг, инвестиций, государственным закупкам и государственным предприятиям. Размораживание отдельных положений возможно только с согласия всех сторон соглашения. Очевидно, что страны все еще надеются на возвращение США.

Большинство изъятий коснулись главы по интеллектуальной собственности. Регулирование защиты прав интеллектуальной собственности – та область, в которой США традиционно являются лидером и драйвером реформ, проводимых в странах – партнерах по торговым соглашениям. Экспансия лучших практик и правил США в части интеллектуальной собственности также планировалась в рамках ТТП: именно поэтому 18 страниц текста соответствующей главы были заморожены.

В новой версии соглашения страны исключили возможность продления срока действия патентов в случае «необоснованной» задержки процесса их регистрации национальными ведомствами по интеллектуальной собственности. Таким образом, если в оригинальном ТТП изобретатель имел право потребовать увеличить срок действия патента, если его регистрация заняла более пяти лет со дня подачи заявки, то, согласно новым договоренностям стран ВПТТП, сделать это уже не получится, а период защиты патента составит стандартные для торговых соглашений 20 лет, никак не учитывая время, потраченное на регистрацию.

Следом за патентами участники ВПТТП заморозили добавленные США статьи по защите данных клинических испытаний для новой фармацевтической продукции, а также в целом возможность защиты биологических препаратов. Таким образом, участники нового соглашения сохранили более благоприятные условия для производства непатентованных лекарственных средств или дженериков, чья доля на рынках отдельных стран ВПТТП достигает более 50% (например, в Малайзии).

Существенные изменения коснулись регулирования авторских прав. Стороны нового соглашения снизили максимальный срок их защиты с 70 до 50 лет со дня смерти автора, что соответствует условиям Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений, участниками которой являются все подписанты ВПТТП.

В список изъятий также попали меры, направленные на борьбу со средствами, используемыми для взлома защиты цифровых носителей. Ранее предполагалось, что физические и юридические лица могут быть привлечены к административной или уголовной ответственности за распространение подобных средств.

Наконец, были заморожены правила, ограничивающие ответственность интернет-провайдеров услуг. Положения о «безопасной гавани» предоставляют иммунитет подобным компаниям в том случае, если материал, нарушающий авторские права, загружался и публиковался пользователем, а провайдер в свою очередь не обработал указанный контент и не хранил на сервере его копию. Яркими примерами бенефициаров подобных положений являются Facebook и YouTube, которые преимущественно состоят из пользовательского контента, но при этом не подвергаются административной ответственности за материалы, которые могут нарушать авторские права. Однако важно отметить, что, если правообладатель направит соответствующее уведомление о нарушении его авторских прав провайдеру, тот будет обязан приостановить доступ к указанному материалу.

Несмотря на произошедшие изменения, глава ВПТТП по интеллектуальной собственности сохранила ряд элементов нового поколения, которые редко встречаются в современных торговых соглашениях. Например, стороны не стали отказываться от мер по защите от киберсквоттинга, а ратификация Международной конвенции по охране новых сортов растений 1991 года все еще входит в число обязательств сторон. Последний шаг, вероятнее всего, приведет к удорожанию сельскохозяйственной продукции, так как Конвенция запрещает фермерам сохранять или обмениваться семенами растений, которые уже зарегистрированы правообладателем. Из-за этого они будут вынуждены каждый раз покупать новые семена.

Кроме того, каждая сторона должна предусмотреть возможность применения таможенными органами процедуры ex-officio, которая позволяет им без заявления правообладателя приостанавливать выпуск товаров (включая транзит), в отношении которых есть подозрения, что они нарушают авторские права или права на товарные знаки. В Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) ВТО также есть статья по таможенным процедурам ex-officio, но в отличие от ТТП соглашение лишь говорит о том, что стороны могут использовать подобные процедуры, без каких-либо обязательств по их обеспечению. Более того, в ТРИПС говорится, что подобная процедура может быть инициирована только при наличии prima facie (кажущихся достоверными) доказательств, в то время как в ТТП достаточно лишь подозрения.

Изменения, затрагивающие инвестиционную главу, не столь многочисленны и сводятся к замораживанию понятий «инвестиционное соглашение» и «разрешенные инвестиции», а также их упоминаний на протяжении всей главы. Эти определения используются в торговых соглашениях, как правило, для сделок в сырьевых отраслях (добыча полезных ископаемых, нефти, газа и т.д.), чтобы сформировать рамочную основу для их реализации в будущем. Заморозив эти определения, стороны тем самым исключили возможность их применения в механизме разрешения споров между инвестором и государством (ISDS), который в свое время сильно затянул переговоры по ТТП.

В чем опасность такого механизма? Представим ситуацию, в которой государство проводит, например, экономическую политику с сопутствующими изменениями в национальном законодательстве, которые идут вразрез с текущими планами иностранной компании и не просто приводят, а гипотетически могут привести к потере не только настоящей, но и будущей прибыли и/или стоимости ее активов. В таком случае иностранный инвестор, используя ISDS, имеет полное право инициировать разбирательство с участием принимающей страны в специальном арбитраже ad hoc, минуя национальные суды.

Устроен этот арбитраж следующим образом: инвестор и государство назначают по одному арбитру, которые затем выбирают третьего. После завершения разбирательства арбитраж распускается, а стороны оплачивают его работу. Размер выплат каждой стороны зависит от конкретного дела, в некоторых случаях выплаты ложатся полностью на плечи проигравшей стороны, в других – делятся.

Проблема с действующим сегодня механизмом ISDS заключается в том, что в текущем виде он ведет к росту противоречивых и непоследовательных интерпретаций судами стандартных принципов защиты инвестиций, а его использование расценивается компаниями в том числе как возможность генерации дополнительной прибыли под прикрытием несоответствия государственной политики их «бизнес-ожиданиям».

Вероятнее всего, инициатором замораживания определений из инвестиционной главы выступила Новая Зеландия. Новый премьер Джасинда Ардерн активно поддерживала запрет на приобретение нерезидентами собственности на территории страны, чтобы замедлить рост цен на новозеландскую недвижимость (на 50% в Окленде за последние 10 лет). Новая Зеландия занимает шестое место по популярности у китайских инвесторов в недвижимость.

Теперь, если Новая Зеландия все-таки примет закон о запрете на приобретение недвижимости нерезидентами, изъятия в ВПТПП помогут правительству избежать многомиллионных исков со стороны иностранных инвесторов.

Одним из нововведений оригинального ТТП был ускоренный таможенный режим для экспресс-поставок (мелкие посылки). Тогда стороны договорились устранить любые существующие ограничения по части таможенных процедур, применяемых к этому виду поставок, а также обязались не взимать таможенные пошлины с экспресс-поставок стоимостью ниже значения, зафиксированного правительством каждой из сторон. Это положение почти в неизменном виде перекочевало в ВПТТП, за исключением того, что теперь стороны не обязаны пересматривать нижний порог стоимости для определения принадлежности товара к экспресс-поставке.

Регулирование трансграничной торговли услугами также претерпело изменения. Замораживание коснулось положений, ограничивающих действия почтовых монополий. Изначально государственным почтовым службам, обладающим монопольным положением на рынке, запрещалось использовать механизмы перекрестного субсидирования, то есть финансировать убыточные услуги экспресс-доставки за счет прибыли, получаемой от оказания традиционных почтовых услуг. В новом соглашении этот запрет снят.

В новом соглашении изменились специфические обязательства Брунея, Перу, Чили и Мексики в секторе финансовых услуг, для которых ранее предусматривался переходный период. С выходом США эти страны согласились открыть свои рынки для иностранных финансовых компаний сразу после вступления ВПТТП в силу.

В части телекоммуникационных услуг одно изменение коснулось статьи, регулирующей порядок разрешения споров: было заморожено положение, по которому телекоммуникационные компании могли подавать апелляционные жалобы на решение суда страны-партнера.

Оставшиеся сферы регулирования, указанные в тексте ВПТТП, не подверглись серьезным изменениям. Стороны полностью сохранили главу по госпредприятиям, которую активно продвигали США. Положения данной главы затрудняют получение льготного финансирования и преференций для госкомпаний. В частности, прописаны ситуации, которые могут являться индикаторами негативных эффектов, вызванных оказанием некоммерческой помощи госпредприятию со стороны государства, также выделены правила по определению ущерба, нанесенного стране-партнеру по ТТП в связи с оказанием такой помощи.

Подтверждая статус торгового соглашения нового поколения, ВПТТП сохранило в нетронутом виде главу по электронной коммерции. Это значит, что вводится постоянный мораторий на взимание сторонами таможенных пошлин на электронные трансмиссии, включая цифровой контент, передаваемый электронным способом (книги, фильмы, программы). В ВТО подобный мораторий носит временный характер и продлевается каждые два года по итогам министерских конференций (последний раз до декабря 2019 года).

Помимо моратория, вводятся требования по юридическому признанию электронной цифровой подписи, а также положения о необходимости сближения и обеспечения совместимости различных правовых подходов сторон в области защиты персональных данных, положения о защите прав потребителей.

Наконец, не допускается введение требований по локализации данных, когда компании обязывают содержать серверы с данными пользователей внутри страны, вводятся положения по возможности требования раскрытия исходного кода программного обеспечения при осуществлении импорта.

Последние споры

Помимо окончательного списка замороженных положений ВПТТП, дольше всего пришлось разбираться с отдельными претензиями Канады, Вьетнама, Малайзии и Брунея.

Вьетнам требовал исключить возможность штрафов за нарушение трудовых стандартов. Вьетнамские представители ссылались на нехватку времени для приведения своего трудового законодательства в соответствии с обязательствами соглашения в части труда. Так, согласно ВПТТП Вьетнам должен ратифицировать все восемь основополагающих конвенций Международной организации труда. Вьетнамские представители отмечали особые сложности в пересмотре механизма формирования профсоюзов и органа по разрешению трудовых споров.

По итогам переговоров было принято решение оставить соответствующую статью без замораживания. В качестве контраргумента вьетнамским представителям объяснили, что у них будет два года на ратификацию соглашения и еще дополнительно пять лет до начала действия торговых санкций. Таким образом, семи лет должно хватить для необходимых изменений в законодательстве.

Малайзия и Бруней требовали переходный период для национальных государственных компаний, чтобы те постепенно адаптировались к новым условиям конкуренции. Малайзия – для государственных энергетических компаний, Бруней – для компаний, занятых добычей угля. В финальной версии ВПТТП их пожелания учли в полной мере. Но конкретные временные рамки для адаптации в тексте не были обозначены.

Если требования Вьетнама, Малайзии и Брунея были четко сформулированы с указанием на соответствующие части соглашения, то Канада поступила наоборот. Свою претензию она оформила как «культурные изъятия». Канада хотела предусмотреть в тексте ВПТТП возможность вводить торговые ограничения в области искусства и культуры (например, квоты на показ иностранных фильмов).

Канадские представители использовали сопроводительные письма (формируют обязательства) для обсуждения условий с каждой страной ВПТТП, которые были опубликованы в день подписания соглашения. Условия, согласованные в рамках двусторонних договоренностей, совпадают для всех партнеров Канады по ВПТТП и заключаются в следующем: Канада может принимать или поддерживать дискриминационные требования к поставщикам услуг или инвесторам для внесения финансовых взносов в развитие канадского контента и может принимать или поддерживать меры, которые ограничивают доступ к зарубежному аудиовизуальному контенту.

Что дальше?

Чтобы не повторять ошибок оригинального соглашения, стороны сразу обозначили более гибкие условия вступления ВПТПП в силу. Теперь оно начинает действовать через 60 дней с даты ратификации ВПТТП шестью странами-участницами или как минимум 50% подписантов (не обязательно оригинальных).

Последнее условие дает больше пространства для маневра в случае выхода одного или сразу нескольких партнеров из соглашения, чтобы не повторилась ситуация с Трампом и США. В оригинальном тексте ТТП вступление в силу соглашения было возможно только после ратификации шестью участниками, представляющими минимум 85% регионального ВВП изначальных подписантов с использованием данных за 2013 год.

Теперь страны ВПТТП должны в очередной раз ратифицировать соглашение. Главная интрига заключается в том, кто из участников нового соглашения в итоге его ратифицирует и вернутся ли США.

Вероятнее всего, до конца ратификации дойдет большая часть подписантов, в особенности Япония, Чили и Новая Зеландия. Первые две страны, по сути, возобновили переговоры по соглашению, а значит, всерьез заинтересованы в его реализации. Япония и Новая Зеландия уже ратифицировали первую версию ТТП, то есть теперь им нужно будет лишь внести незначительные поправки в национальное законодательство.

Ясного ответа на второй вопрос пока нет. Дональд Трамп на протяжении всего 2017 года повторял, что ТТП – невыгодное для США соглашение. На Всемирном экономическом форуме в Давосе он заявил, что США вернулись бы в ТТП, если бы условия соглашения были лучше для страны. Тем не менее в конце февраля министр финансов США Стивен Мнучин сказал, что переговоры о возможном возвращении страны в ТТП ведутся на «очень высоком» уровне с коллегами из стран-участниц его новой версии.

Если США все-таки решат вернуться, то на нынешней поздней стадии переговоров соглашения придется снова пересматривать. И, судя по позиции Трампа, простого размораживания положений ВПТТП тут будет явно недостаточно. Поэтому, скорее всего, США снова присоединятся к ВПТТП только после ухода Дональда Трампа с поста президента.

США. Япония. Чили. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 20 марта 2018 > № 2536856 Никита Пыжиков


Россия. Вьетнам. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532549 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова вьетнамским и японским СМИ, Москва, 16 марта 2018 года

Вопрос: Как Вы оцениваете роль и значение Вашего предстоящего визита во Вьетнам? Какова роль России в АТР?

С.В.Лавров: У нас с нашими вьетнамскими друзьями очень тесные отношения. Мы их называем отношениями стратегического партнерства. Регулярно общаются руководители наших стран – президенты. Президент России В.В.Путин неоднократно встречался с Генеральным секретарем Коммунистической партии Вьетнама, министры иностранных дел находятся в очень тесном контакте, равно как и руководители практически всех других ведомств – министерств промышленности и торговли, экономического развития, финансов, транспорта, связи. По сути дела, нет ни одного подразделения нашего Правительства, которое бы не имело контакта со своими вьетнамскими партнерами.

Безусловно, сфера образования, культурных обменов, гуманитарного сотрудничества является традиционно очень насыщенной в нашем стратегическом партнёрстве с Социалистической Республикой Вьетнам. Одним из знаковых событий, которое мы будем в том числе обсуждать в ходе моего визита во Вьетнам, является подготовка «перекрестного» Года Вьетнама в России и России во Вьетнаме. Он планируется на 2019 г., когда мы будем отмечать 25-летие межгосударственного Договора об основах дружественных отношений.

Что касается Азиатско-Тихоокеанского региона, то и здесь мы стараемся вместе с нашими друзьями не только из Вьетнама, но и из АСЕАН, с государствами-партнерами АСЕАН поднимать повестку дня, которая будет объединительной и нацеленной на обеспечение устойчивой, стабильной архитектуры безопасности и сотрудничества, чтобы положение в этом важнейшем регионе мира, который сейчас является локомотивом мировой экономики, определялось не договоренностями закрытого, блокового характера, а диалогом, в котором могут участвовать все без исключения расположенные здесь страны. Мы очень ценим центральную роль АСЕАН в организации усилий по созданию условий для такого диалога – ежегодный форум АСЕАН по вопросам региональной безопасности, ежегодные встречи министров обороны АСЕАН с участием министров обороны государств-партнеров Ассоциации и целый ряд встреч между АСЕАН и индивидуальными диалоговыми партнёрами, каковым является и Россия.

Хочу также сказать, что одним из весьма перспективных форматов, который был инициирован странами, являются Восточноазиатские саммиты. В рамках таких саммитов АСЕАН с главными своими партнёрами, включая Россию, Китай, США, Индию, Японию и ряд других стран (Австралию, Южную Корею), уже несколько лет обсуждает необходимость формирования в АТР открытой системы безопасности и сотрудничества, которая будет опираться на принцип равноправия всех участников и неделимости безопасности, чтобы никто не пытался обеспечить свою безопасность за счет ущемления безопасности других.

Если коротко, это те темы, которые мы будем гораздо подробнее, чем я сейчас их изложил, обсуждать во Вьетнаме.

Вопрос: Как Вы оцениваете торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Вьетнамом, а также между Вьетнамом и ЕАЭС? Каковы перспективы двусторонних отношений между Вьетнамом и Россией?

С.В.Лавров: Я уже частично затронул тему двусторонних отношений. Если говорить более подробно о нашем торгово-экономическом взаимодействии, то в прошлом году наш товарооборот вырос более, чем на 35% и достиг исторического максимума после 1991 г., когда Россия стала тем государством, которое существует сейчас. В прошлом товарооборот был порядка 5 млрд. 350 млн. долл. США. Повторю, это рекорд с 1991 г. Конечно, такой результат (более чем 35%-ый рост) мы в значительной степени связываем с Соглашением о зоне свободной торговли (ЗСТ), которое Вьетнам заключил с ЕАЭС в 2015 г. и которое вступило в силу в 2016 г. Убежден, что если посмотреть на статистику торговых отношений Вьетнама с другими членами ЕАЭС, там будут похожие данные, свидетельствующие о том, что эта ЗСТ работает на благо всех участников ЕАЭС и, конечно же, Вьетнама.

Из тех вещей, которые можно делать дополнительно, это стимулирование регулярных прямых связей между деловыми кругами. Здесь тоже есть заделы. Чем больше таких прямых контактов будет, тем больше наши бизнесмены найдут взаимовыгодных проектов для совместной реализации. Важно поощрять встречи, бизнес-форумы, круглые столы, выставки, ярмарки. Нет недостатка возможностей в приложении усилий для сближения бизнеса наших стран. Особенно с учетом того, что в дополнение к уже ставшему традиционным Петербургскому международному экономическому форуму (ПМЭФ), куда приезжают наши вьетнамские друзья, теперь есть еще и новая площадка, поближе к вам – Восточный экономический форум (ВЭФ), который в этом году, как и три года до этого, в сентябре состоится во Владивостоке.

Есть еще один очень перспективный потенциальный формат. Мы сформировали с вьетнамскими друзьями Рабочую группу высокого уровня под председательством министров промышленности и торговли, которые занимаются конкретными инвестиционными проектами, помогают расширению связей между экономическими операторами в таких областях, как добыча углеводородов, нефтепереработка, другие сферы энергетики, инфраструктура, транспорт, связь, телекоммуникации. У нас есть, во-первых, хорошие результаты, во-вторых, понятно, что это далеко не предел. Очень важно, что у нас есть очень хорошие заделы, которые наверняка дадут позитивную отдачу в самом ближайшем будущем.

Вопрос: Мы слышали такое выражение: «Кто не хочет говорить с Лавровым, будет говорить с Шойгу». К счастью, с японскими партнерами переговоры ведете и Вы, и Сергей Кужугетович в формате «2+2». Как Вы оцениваете такой вид переговоров в качестве способа укрепления доверия? Какие перспективы у такого сотрудничества?

С.В.Лавров: Мы бы вообще хотели, чтобы все наши ключевые партнёры были заинтересованы в том, чтобы одновременно говорить и с С.К.Шойгу, и с С.В.Лавровым, потому что я убежден, что формат «2+2» (а он у нас был создан не только с Японией) позволяет очень комплексно и продуктивно не просто обсуждать вопросы военно-политической безопасности, урегулирования разных конфликтных ситуаций в тех или иных регионах, но и помимо обсуждения принимать достаточно конкретные и оперативные решения. Когда отдельно работают министры иностранных дел, им нужно время, чтобы свериться, как то, о чем они договариваются, будет сопрягаться с военными планами. Когда отдельно говорят министры обороны, они тоже должны потом смотреть, как это будет преломляться в дипломатической деятельности своих государств. А когда министры обороны и иностранных дел собираются за одним столом в формате «2+2», это всегда позволяет не только обмениваться мнениями, но и по целому ряду вопросов, без задержек, принимать решения.

Мы ценим, что именно Япония стала инициатором возобновления деятельности этого формата. Год назад мы с С.К.Шойгу были в Токио. Сейчас мы согласовываем сроки ответного визита наших японских коллег – министров иностранных дел и обороны. Мы довольны тем, что период, когда этот формат был поставлен на паузу по известным причинам, которые не имеют никакого отношения к российско-японским связям, позади.

Рассчитываю, что и другие страны, с которыми мы создали такой формат, поступят таким же образом. Прежде всего, это европейские страны – у них тоже возобновился интерес к тому, чтобы начать работать в таком формате. Они понимают, что замораживать каналы сотрудничества по меньшей мере недальновидно, контрпродуктивно, во вред тому, кто этим занимается.

Вопрос: Премьер-министр Японии С.Абэ предложил России свой План из 8 пунктов, который предполагает существенное продвижение экономического сотрудничества и деловых связей. Таким образом Россия и Япония налаживают атмосферу доверия, укрепляют свои отношения. Это могло бы способствовать решению самых сложных вопросов – и территориального, и вопроса мирного договора. С другой стороны, существует такая вещь, как договор между Японией и США, согласно которому США могут размещать свои базы на японской территории. Как Вы смотрите на существование таких двояких вещей: с одной стороны – необходимость укрепления доверия в отношениях с Японией, с другой – фактор договора между Японией с США?

1 марта Президент России В.В.Путин презентовал новое оружие в ходе Послания Федеральному Собранию Российской Федерации. Он сказал, что новое оружие делает бессмысленным существование ПРО США. Как Вы считаете, снимает ли это озабоченности России в связи с размещением ПРО США, в том числе рядом с Японией?

С.В.Лавров: Что касается первой части вопроса, то у нас действительно в основе торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества лежат документы, которые призваны перевести в фактическую плоскость договоренность Президента России и Премьер-министра Японии о налаживании совместной хозяйственной деятельности на Южных Курильских островах. Но в гораздо более широком плане есть документы с перечнем приоритетных проектов, которые сформулировала Россия, есть известные «8 пунктов», которые сформулировала Япония. Они уже составляют основу всего нашего движения по развитию хозяйственного взаимодействия в самых разных областях.

Скажу, что у большинства этих инициатив уже есть хорошие результаты. Мы бы точно хотели, чтобы они были более весомыми. Надеюсь, что это отвечает интересам наших японских коллег. По крайней мере, товарооборот растет достаточно уверенно, ближайшие контакты по линии министерств, ведомств, мой визит посвящены тому, чтобы посмотреть, какие предложения мы сможем вынести на очередной саммит Президента России и Премьер-Министра Японии. Сейчас в рамках общей линии на расширение и углубление экономического сотрудничества мы особое внимание уделяем совместной хозяйственной деятельности на четырёх известных островах.

Что касается вопроса о договоре о безопасности, который существует между Японией и США, если не ошибаюсь, с 1960 года, то, безусловно, Япония – суверенное государство, которое самостоятельно принимает решения на основе своей внешней и оборонной политики. Это в полной мере относится и к тому, на каких условиях функционирует альянс Японии с США. Ни здесь, ни в каком-либо другом случае мы не можем диктовать – это не наши методы выступать с требованиями, ультиматумами. Мы откровенно говорим нашим японским друзьям, что отношения Японии с США в военной сфере, в том числе планы, которые уже начинают материализовываться по развёртыванию на японских островах, наряду с Республикой Кореей, азиатского сегмента глобальной противоракетной обороны США, напрямую затрагивают вопросы обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.

Вы совершенно правы, 1 марта в своём Послании Федеральному Собранию Президент России В.В.Путин это откровенно в очередной раз подчеркнул, ретроспективно показав, как многие годы, минимум 15 лет, когда американцы объявили о выходе из договора об ограничении систем противоракетной обороны, мы пытались убедить их в пагубности такого шага. Затем мы пытались создать механизм совместного рассмотрения вопросов защиты от баллистических ракет. Все наши усилия были тщетны. Всё, что делали наши американские коллеги, убеждало нас, что эта глобальная система противоракетной обороны создаётся не для парирования угроз, исходящих от Ирана и Северной Кореи, а для того, чтобы окружить Российскую Федерацию по всему периметру этими противоракетными системами, которые, по оценке наших военных, реально были нацелены на то, чтобы обесценить наш стратегический ядерный потенциал.

Мы об этом честно говорим нашим японским друзьям. Объясняем, что для того, чтобы снять все раздражители в наших отношениях с Японией, о чём договаривались Президент России и Премьер-министр Японии – убирать раздражители, углублять сотрудничество, наращивать стратегические и дружественные отношения для того, чтобы к этой цели двигаться, придётся рассматривать те вопросы, которые мы сейчас обсуждаем – как сопоставлять задачи снятия проблем в наших отношениях с тем, что американская противоракетная оборона, представляющая угрозу для нас, будет находиться на японской территории.

Поэтому мы говорим о том, что все вопросы безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, включая Юго-Восточную Азию, Восточную Азию, Северо-Восточную Азию, если мы хотим устойчивых решений, единственно возможно урегулировать не через блоковый подход, военные альянсы, каковые есть между Японией и США, Республикой Кореей и США (Австралия также задействована в этих закрытых блоковых форматах), а только на инклюзивной основе, когда все заинтересованные стороны садятся за одним столом, излагают свои озабоченности и начинают переговоры, призванные выработать общий знаменатель, чтобы все озабоченности были адекватно урегулированы на основе баланса интересов и никто не пытался укреплять свою безопасность за счёт безопасности других. Мы можем ошибаться, но это японское суверенное право - принимать решения о военных альянсах, наше суверенное право – делать выводы, насколько эти договорённости, в частности, система противоракетной обороны, влияет на нашу безопасность. Думаю, ни у кого здесь не должно быть никаких обид. Мы готовы к диалогу, в том числе и по этой теме. Но, наверное, в данной конкретной ситуации Япония едва ли сможет решать за США, а США от диалога по противоракетной обороне, собственно как и по большинству других вопросов, сейчас последовательно уклоняются. Правда, недавно они вновь подтвердили заинтересованность возобновить консультации по вопросам стратегической стабильности с Российской Федерацией. Мы к этому готовы и будем в контакте с нашими японскими соседями, информировать их о наших оценках того, как эти консультации с американцами развиваются. Не будем делать из этого каких-то секретов.

Вопрос: Это сложное противоречие?

С.В.Лавров: Надеюсь, я достаточно понятно говорил. Мы уважаем право Японии на выбор методов обеспечения своей безопасности, выбор своих партнёров, форм сотрудничества с ними в военной сфере. Мы, конечно, имеем полное право оценивать, как эти договорённости на наших границах влияют на безопасность Российской Федерации.

Вопрос: У меня вопрос о планах совместной хозяйственной деятельности на спорных островах. В своём интервью от 11 февраля этого года Вы сказали, что нет никакой необходимости создавать некий наднациональный орган. Как нужно понимать Ваши слова? Как Вы относитесь к японской позиции? Согласны ли Вы, что необходимо создать специальные системы, на которых делает акцент японская сторона? Хочет ли Россия достичь договорённостей, направленных на то, чтобы не затрагивать вопрос принадлежности островов? Например, похожее на русско-японское соглашение по рыболовству от 1998 года, где есть прямое указание – не наносить ущерб позициям обеих стран.

С.В.Лавров: Во-первых, как я уже сказал, наши лидеры, президенты, премьер-министры в ходе их встречи в Японии в декабре 2016 года, договорились о том, чтобы развивать совместную хозяйственную деятельность на этих островах. Там даже было принято короткое заявление, в котором очень конкретно изложена последовательность действий. Она заключается в том, чтобы сначала определить перечень экономически значимых совместных проектов, которые будут поддержаны Москвой и Токио, а потом, в зависимости от масштаба этих проектов, определять на какой юридической основе они должны реализовываться. Во главу угла надо ставить не одержимость юридической стороной дела, а, прежде всего, совместную хозяйственную деятельность. В этом суть договорённости. Если окончательный список согласованных проектов будет внушительным (пока обсуждаются 5 очень важных, конкретных, но не очень масштабных проектов, таких, как культура, туризм) и наши японские друзья увидят возможность реализовать эти проекты в том, что касается японского участия на основе имеющихся привилегий в этой части Российской Федерации, предоставляемых нашим законодательством (это, прежде всего, режим территорий опережающего социально-экономического развития (ТОР) и Свободного Порта Владивосток (СПВ), то эти льготы будут применяться. Если вдруг масштаб тех экономических проектов, которые мы согласуем будет таков, что потребует дополнительных льгот, то мы будем готовы, как я уже сказал, подписать межправительственное соглашение специально по этому вопросу, по дополнительным благоприятным условиям в реализации экономических проектов в рамках совместной хозяйственной деятельности на четырёх островах. Не видим необходимости в создании какого-либо наднационального органа. Повторюсь, есть нынешний режим, включающий в себя льготы СПВ (это полтора десятка портов на всём дальневосточном пространстве Российской Федерации) и режим ТОР. Если будут настолько крупные проекты, что этого окажется мало, мы будем готовы подписать с нашими японскими друзьями межправительственное соглашение.

Мы исходим из того, что японская сторона не будет вступать в договорённости, которые будут для неё юридически неприемлемы. Но сейчас рано об этом говорить. Прежде чем начать что-то оформлять юридически, надо это «что-то» иметь. Мы это пока ещё не согласовали. Пока обсуждается пять достаточно интересных, но скромных и не очень масштабных проектов.

Вопрос: Что Вы ожидаете от предстоящей встречи лидеров США и КНДР? Повлияет ли отставка Госсекретаря США Р.Тиллерсона на этот процесс? Есть ли изменения в российской позиции по вопросу КНДР? Россия и Япония являются участниками шестисторонних переговоров. Будет ли Россия сотрудничать с Японией для возобновления этого формата?

С.В.Лавров: Во-первых, мы приветствуем то движение, которое началось накануне Олимпийских игр в Пхёнчхане и продолжается уже независимо от Паралимпийских игр. Момент движения был задан, по нашей оценке, именно благодаря тому, что стороны нашли в себе ответственность воспользоваться олимпийским перемирием и послать друг другу взаимные, очень позитивные сигналы. Мы одобряем и желаем успеха предстоящим контактам, прежде всего, межкорейскому саммиту, который, как нам сказали наши коллеги, состоится в апреле с.г. Мы были обнадёжены тем, что лидеры КНДР Ким Чем Ын и США Д.Трамп объявили о готовности встретиться лично. Если такая встреча состоится, мы будем только рады.

Странно было видеть вчера в Совете Безопасности ООН ситуацию, когда Россия и Китай предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности ООН, которое в самой общей форме поддерживало бы договорённости, пусть предварительные, но уже достигнутые, о проведении межкорейского саммита, возможность проведения встречи лидеров КНДР и США и выражало бы поощрительное отношение Совета Безопасности ООН к этому движению от военной напряжённости к политическому урегулированию, а это заявление было заблокировано именно американской делегацией. Поэтому мне очень трудно судить, кто конкретно решает в каком направлении двигаться по проблемам Корейского полуострова. В принципе, это не наше дело. Бывший Госсекретарь США Р.Тиллерсон, вновь назначенный на этот пост М.Помпео или Директор ЦРУ Дж.Хаспел, кто из них будет отвечать за формирование политики – решать Президенту США Д.Трампу. Мы будем смотреть на то, как формируется позиция США. Может, там будет несколько позиций. Не могу здесь гадать. Посмотрим, как Вашингтон будет действовать, и кто там возьмёт верх. Даже в период, когда Президент США Д.Трамп сказал, что готов встретиться с руководителем КНДР Ким Чен Ыном и решать все проблемы, тут же представители Администрации Президента США заявляют, что надо продолжать дополнительно оказывать давление на Пхеньян, утверждая, что он дрогнул. Это не очень принято в дипломатии. Когда договариваются о встрече, то стараются беречь эту договорённость, а не пытаются призывать к действиям, которые могут быть расценены как провокации, нацеленные на срыв саммита. Повторю, это дело американской Администрации. Мы внимательно это изучаем, будучи не меньше других заинтересованными в мирном урегулировании и избежании катастрофического военного сценария, в том, что касается Корейского полуострова. Мы граничим с Северной Кореей. Целый ряд наших населённых пунктов и промышленных объектов находится совсем близко. Если что-то случится и начнутся военные действия, нас это абсолютно не устраивает. Поэтому мы, как вы знаете, вместе с КНР последовательно, ещё несколько лет назад стали предлагать концентрироваться на политическом процессе, на урегулировании. Этот подход мы регулярно обсуждаем со всеми странами, которые участвовали и, надеюсь, будут участвовать в так называемых шестисторонних переговорах, включая Японию. У нас регулярно проходят консультации между дипломатами, которые отвечают за это направление работы. Рассчитываю, что «партия мира» в корейском урегулировании возобладает во всех столицах.

Вопрос: Вы говорили, что у России нет никакого мотива и назвали чушью обвинения, которые выдвигает Великобритания в адрес России. Как Вы считаете, какие шаги может предпринять Россия в сложившейся ситуации? Что может сделать Россия, чтобы истина была установлена?

С.В.Лавров: Россия не то что может, но и делает больше, чем кто-либо другой, включая Соединенное Королевство. В Великобритании заявили, что это происшествие (когда обнаружили мужчину с его дочерью) явилось результатом отравления, что они сами провели расследование, выявили и решили, что отравляющее вещество было произведено в СССР и оказалось у россиян потому, что не все запасы химического оружия были уничтожены. Поэтому не остается никакого другого вывода, кроме того, что это сделала Россия либо по поручению руководства государства, либо по причине утраты контроля над запасами химического оружия. Но и в этом случае Россия виновата, потому что она должна была все химическое оружие уничтожить.

Просто практически каждое слово в перечислении этих обвинений требует подтверждения. Никто никому ничего не показывает. Когда в британском парламенте обсуждался этот вопрос, лидер лейбористов г-н Дж. Корбин попросил ознакомить парламент с результатами расследования. Ему тоже отказали. Так что как минимум это уже должно вызывать вопросы в традиционных и устоявшихся демократиях.

Что касается остального, то мы ждем от Соединенного Королевства официального обращения, задействования процедур Конвенции о запрещении химического оружия (там все эти процедуры прописаны). Нам же говорят, что заявление Премьер-министра Т.Мэй в парламенте и вызов нашего посла к Министру иностранных дел Б.Джонсону это и есть официальное обращение. Это не так, это абсолютно безграмотное заявление. По Конвенции сторона, которая хочет разобраться в чем-то, происшедшем на ее территории, обязана сделать это официально, письменно. Я не сомневаюсь, что наши британские коллеги все прекрасно знают – там сидят умные люди. То, что они категорически отказываются от оформления официального запроса и буквально сознательно и аррогантно идут на раздувание антироссийской риторики в публичном пространстве вплоть до истерики, говорит о том, что они прекрасно понимают, что у них отсутствует формальный повод для того, чтобы идти юридическим путем. Они пытаются все это свалить в сферу политической риторики, в русофобию в надежде на то, что, как и в целом ряде других случаев, западный мир построится в одну шеренгу и «возьмет под козырек», тем более, что Соединенные Штаты заявили, что они полностью поддерживают позицию Великобритании.

Мы представили множество фактов, которые нельзя игнорировать, в том числе почерпнутые из западных научных журналов последних 15 лет, повторю еще раз, западных публикаций, посвященных работе над отравляющими веществами, которые в Великобритании решили называть «Новичок». После того, как химическое оружие было уничтожено в Российской Федерации, эти работы продолжались и продолжаются, если верить западным публикациям в США, Великобритании, Чехии, Швеции. Началось это все в 1991-1992 гг., когда Советский Союз распался, а лаборатории по производству отравляющих веществ той категории, которую сейчас упоминают в качестве имеющей отношение к «новичку», остались в целом ряде других республик, помимо Российской Федерации, включая страны Балтии, Узбекистан. Узбекистанскую лабораторию, узбекистанские склады ликвидировали как раз при участии специалистов из США. Так что кто, что, где сумел увидеть, забрать, увезти – сейчас очень трудно с этим разбираться. Но факт остается фактом – небезызвестный химик, который сейчас живет в США и который уехал из СССР, г-н В.Мирзоянов (и он не один, там еще как минимум два-три химика было) вывезен вместе с документами, кстати сказать, на Запад. Мы все эти факты представили. А то, что от них открещиваются и даже не хотят их обсуждать, наводит на мысли.

Вот такой факт – С.Скрипаль жив и дочь его жива. Наверное, если, я надеюсь, их вылечат, они тоже смогут пролить какой-то свет на все происшедшее. Никто не хочет этого дожидаться. Все уже решено и, как сказали британские коллеги, нам ничего не покажут, они все знают, а нам остается сознаться в содеянном, после чего они будут нас наказывать. Это буквальный перевод с английского того, что они говорят.

При этом на вопрос насколько они уверены, что все это так (причем вопрос звучит не от нас, а от тех же западных экспертов), они отвечают «весьма вероятно» (highly possible). Но учитывая гибкость английского языка, для тех обвинений, для тех абсолютно провокационных действий, включая высылку дипломатов и угрозы дальнейшего ухудшения отношений, все строить вокруг «хайли поссибл» – это несерьезно.

Вчера в Гааге заседал Исполнительный Совет ОЗХО. Мы в очередной раз предложили задействовать процедуры, которые прописаны в Конвенции о запрещении химического оружия. Британский представитель высокомерно заявил, что Британия это делать не обязана (почему – не знаю) и делать этого не будет. В принципе, наверное, у страны-участницы Конвенции есть возможность сказать, что она не хочет обращаться в этот орган. Но они же в него обратились! А раз ты в эту организацию обратился, то ты обязан руководствоваться пунктами Конвенции, которые предполагают обращение к нам с запросом, поскольку нас подозревают, в том, что мы страна происхождения и даже страна применения этого отравляющего вещества, предоставление нам этого вещества, чтобы мы вместе с экспертами ОЗХО проанализировали его химический состав. Затем, после официального поступления запроса от британской стороны, у нас есть 10 дней по этой Конвенции, в течение которых мы точно дадим ответ. Более того, в соответствии с конвенционными процедурами, если этот ответ не устроит британскую сторону, по той же Конвенции у них есть право обратиться с предложением о созыве чрезвычайной сессии Исполнительного Совета ОЗХО, который будет принимать соответствующее решение. Ничего из этого англичане использовать не хотят, и об этом они сказали в микрофон. Если после такой позиции, такого поведения у каких-то других стран поворачивается язык говорить, что они солидарны с Лондоном, это, знаете, полная профанация и издевательство над здравым смыслом.

Есть еще другие способы. Если их не устраивает ОЗХО и Конвенция, которая лежит в основе ее работы, есть еще Конвенция Совета Европы 1959 года об оказании взаимной помощи по уголовным делам. Можно задействовать механизм этой Конвенции. Но весь пафос британских речей и риторики сводится к тому, что они ни нам, ни вообще никому ничего показывать не обязаны. Они решили, что они вне всяких сомнений и подозрений, и поэтому требуют от всех наказывать Российскую Федерацию. Смешно.

Вы упомянули про отсутствие мотива. Если уж говорить честно, то его действительно нет. В принципе, ни в какой ситуации нельзя предположить, что Российская Федерация будет этим заниматься. Но даже если гипотетически взять эту больную извращенную логику западных коллег, то кто в здравом уме может предположить, что Российская Федерация накануне выборов Президента, накануне Чемпионата мира по футболу вдруг решает создавать какие бы то ни было проблемы? Нет никакого мотива. Мотив есть у тех, кто продолжает на нас «наседать», в том числе, ищет новые поводы (вслед за допингом, за другими вещами), как осложнить проведение Чемпионата мира по футболу. Это всем известно. Но думая о том, какой же мотив все-таки у британского правительства, правительства консерваторов (это уже прозвучало косвенно в комментариях многих обозревателей западных СМИ), наверное, понятно, что Лондон оказался в очень тяжелой ситуации на переговорах с ЕС по «Брекзиту». Популярность этого правительства стремится вниз. О том, что не удается вырвать из Брюсселя то, что они обещали своему народу, своим избирателям, это известно общественному мнению Великобритании. А такой ход с организацией провокации вокруг С.Скрипаля отвлекает внимание. Второй причиной является (может, это мое субъективное мнение, я немного знаю британцев) их желание, чтобы о них не забыли, их желание лидировать. В данном случае была выбрана «поляна» русофобии потому что, наверное, других площадок, где Британия могла бы осмысленно лидировать, становится все меньше и меньше. Повторю, мы открыты к диалогу, мы заявили об этом в Гааге, в Исполнительном Совете ОЗХО, предложив использовать все (а их там немало) возможности, которые предоставляет Конвенция для исследования и расследования этого вопроса, мы предлагаем использовать и Конвенцию Совета Европы об оказании помощи по уголовным делам. Вчера в СБ ООН мы предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности, которое призывало бы к сотрудничеству всех сторон для того, чтобы установить истину. Это заявление было заблокировано нашими британскими коллегами, что лишний раз подтверждает то, о чем я уже сказал - что они не хотят установления истины, а хотят, чтобы все приняли то, что они распространяют по миру «за чистую монету». Я не думаю, что у них это получится.

Россия. Вьетнам. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532549 Сергей Лавров


Сингапур. Япония. Саудовская Аравия. Весь мир > Недвижимость, строительство > kursiv.kz, 15 марта 2018 > № 2697987 Айша Еркебулан

Простор для фантазии

Айша Еркебулан

корреспондент Forbes Kazakhstan

Где в мире строят самые дорогие футуристические проекты

Осенью прошлого года стало известно, что бульвар Нуржол в Астане планируют накрыть стеклянным куполом. По словам главы государства, жители центральных районов смогут гулять по закрытому проспекту в любое время года без верхней одежды. Под куполом построят магазины, паркинг и, возможно, школы. Объявлено, что проектом займется бюро известного испанского архитектора Сантьяго Калатравы, однако точные даты реализации пока неизвестны. Forbes Kazakhstan решил узнать, какие еще грандиозные и дорогостоящие проекты были осуществлены в мире в текущем столетии.

Сингапур можно по праву считать центром современной архитектуры – три из пяти объектов списка находятся в этой стране. Схожую с планируемым в Астане куполом функцию там выполняет Хеликс – крытый пешеходный мост с климат-контролем. Он ведет к одному из самых дорогих в истории и самых больших по площади зданий – курорту Marina Bay Sands. Три башни высотой 200 метров соединяет терраса в виде гондолы. При создании проекта архитектор Сафди вдохновлялся колодой карт. Сингапурский парк «Сады у залива» площадью 101 га включает теплицы «Цветочный купол» и «Облачный лес» с куполо­образными стеклянными крышами, которые не имеют дополнительных опор. Энергоэффективная технология позволяет собирать воду с поверхности теплиц, направляя ее на поддержание благоприятной для растений температуры. На оранжереи ушло больше половины бюджета всего комплекса, годовое содержание которого обходится в $53 млн.

Самый «свежий» объект нашего списка – центр нефтяных исследований в Саудовской Аравии по проекту бюро Захи Хадид площадью 530 тыс. кв. м. Кампус, по виду напоминающий медовые соты, удостоился сертификации LEED (международная система для зеленых зданий). Благодаря солнечным панелям энергоэффективность здания повысилась на 45%, почти половина материалов сделана из вторсырья.

Экологично и решение японского проекта Oasis 21. Стеклянная крыша комплекса, накрывающая магазины и автобусную станцию, заполнена водой. Искусственное озеро охлаждает помещение в жару и защищает от солнца. При этом стекло имеет высокую сейсмоустойчивость.

Сингапур. Япония. Саудовская Аравия. Весь мир > Недвижимость, строительство > kursiv.kz, 15 марта 2018 > № 2697987 Айша Еркебулан


Великобритания. Вьетнам. Япония. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > newizv.ru, 15 марта 2018 > № 2529982 Сергей Лавров

"НИ" публикует полный ответ Сергея Лаврова на обвинения Терезы Мэй

Ответ министра иностранных дел России С.В. Лаврова на вопрос вьетнамских и японских СМИ об отношении к обвинениям Великобритании.

Вопрос: Вы говорили, что у России нет никакого мотива и назвали чушью обвинения, которые выдвигает Великобритания в адрес России. Как Вы считаете, какие шаги может предпринять Россия в сложившей ситуации? Что может сделать Россия, чтобы истина была установлена?

С.В.Лавров: Россия не то что может, но и делает больше, чем кто-либо другой, включая Соединенное Королевство. В Великобритании заявили, что это происшествие (когда обнаружили мужчину с его дочерью) явилось результатом отравления, что они сами провели расследование, выявили и решили, что отравляющее вещество было произведено в СССР и оказалось у россиян потому, что не все запасы химического оружия были уничтожены. Поэтому не остается никакого другого вывода, кроме того, что это сделала Россия либо по поручению руководства государства, либо по причине утраты контроля над запасами химического оружия. Но и в этом случае Россия виновата, потому что она должна была все химическое оружие уничтожить.

Просто практически каждое слово в перечислении этих обвинений требует подтверждения. Никто никому ничего не показывает. Когда в британском парламенте обсуждался этот вопрос, лидер лейбористов г-н Дж. Корбин попросил ознакомить парламент с результатами расследования. Ему тоже отказали. Так что как минимум это уже должно вызывать вопросы в традиционных и устоявшихся демократиях.Что касается остального, то мы ждем от Соединенного Королевства официального обращения, задействования процедур Конвенции о запрещении химического оружия (там все эти процедуры прописаны).

Нам же говорят, что заявление Премьер-министра Т. Мэй в парламенте и вызов нашего посла к Министру иностранных дел Б. Джонсону это и есть официальное обращение. Это не так, это абсолютно безграмотное заявление. По Конвенции сторона, которая хочет разобраться в чём-то, происшедшем на её территории, обязана сделать это официально, письменно. Я не сомневаюсь, что наши британские коллеги всё прекрасно знают – там сидят умные люди. То, что они категорически отказываются от оформления официального запроса и буквально сознательно и аррогантно идут на раздувание антироссийской риторики в публичном пространстве вплоть до истерики, говорит о том, что они прекрасно понимают, что у них отсутствует формальный повод для того, чтобы идти юридическим путем. Они пытаются всё это свалить в сферу политической риторики, в русофобию в надежде на то, что, как и в целом ряде других случаев, западный мир построится в одну шеренгу и «возьмет под козырек», тем более, что Соединенные Штаты заявили, что они полностью поддерживают позицию Великобритании.

Мы представили множество фактов, которые нельзя игнорировать, в том числе почерпнутые из западных научных журналов последних 15 лет, повторю еще раз, западных публикаций, посвященных работе над отравляющими веществами, которые в Великобритании решили называть «Новичок». После того, как химическое оружие было уничтожено в Российской Федерации, эти работы продолжались и продолжаются, если верить западным публикациям в США, Великобритании, Чехии, Швеции. Началось это все в 1991-1992 гг., когда Советский Союз распался, а лаборатории по производству отравляющих веществ той категории, которую сейчас упоминают в качестве имеющей отношение к «новичку», остались в целом ряде других республик, помимо Российской Федерации, включая страны Балтии, Узбекистан. Узбекистанскую лабораторию, узбекистанские склады ликвидировали как раз при участии специалистов из США. Так что кто, что, где сумел увидеть, забрать, увезти – сейчас очень трудно с этим разбираться. Но факт остается фактом – небезызвестный химик, который сейчас живет в США и который уехал из СССР, г-н В.Мирзоянов (и он не один, там ещё как минимум два-три химика было) вывезен вместе с документами, кстати сказать, на Запад. Мы все эти факты представили. А то, что от них открещиваются и даже не хотят их обсуждать, наводит на мысли.

Вот такой факт – С. Скрипаль жив и дочь его жива. Наверное, если, я надеюсь, их вылечат, они тоже смогут пролить какой-то свет на все происшедшее. Никто не хочет этого дожидаться. Всё уже решено и, как сказали британские коллеги, нам ничего не покажут, они все знают, а нам остается сознаться в содеянном, после чего они будут нас наказывать. Это буквальный перевод с английского того, что они говорят.При этом на вопрос насколько они уверены, что все это так (причем вопрос звучит не от нас, а от тех же западных экспертов), они отвечают «весьма вероятно» (highly possible). Но учитывая гибкость английского языка, для тех обвинений, для тех абсолютно провокационных действий, включая высылку дипломатов и угрозы дальнейшего ухудшения отношений, все строить вокруг «хайли поссибл» – это несерьезно.Вчера в Гааге заседал Исполнительный Совет ОЗХО. Мы в очередной раз предложили задействовать процедуры, которые прописаны в Конвенции о запрещении химического оружия. Британский представитель высокомерно заявил, что Британия это делать не обязана (почему – не знаю) и делать этого не будет. В принципе, наверное, у страны-участницы Конвенции есть возможность сказать, что она не хочет обращаться в этот орган. Но они же в него обратились! А раз ты в эту организацию обратился, то ты обязан руководствоваться пунктами Конвенции, которые предполагают обращение к нам с запросом, поскольку нас подозревают, в том, что мы страна происхождения и даже страна применения этого отравляющего вещества, предоставление нам этого вещества, чтобы мы вместе с экспертами ОЗХО проанализировали его химический состав. Затем, после официального поступления запроса от британской стороны, у нас есть 10 дней по этой Конвенции, в течение которых мы точно дадим ответ.

Более того, в соответствии с конвенционными процедурами, если этот ответ не устроит британскую сторону, по той же Конвенции у них есть право обратиться с предложением о созыве чрезвычайной сессии Исполнительного Совета ОЗХО, который будет принимать соответствующее решение. Ничего из этого англичане использовать не хотят, и об этом они сказали в микрофон. Если после такой позиции, такого поведения у каких-то других стран поворачивается язык говорить, что они солидарны с Лондоном, это, знаете, полная профанация и издевательство над здравым смыслом.

Есть ещё другие способы. Если их не устраивает ОЗХО и Конвенция, которая лежит в основе ее работы, есть еще Конвенция Совета Европы 1959 года об оказании взаимной помощи по уголовным делам. Можно задействовать механизм этой Конвенции. Но весь пафос британских речей и риторики сводится к тому, что они ни нам, ни вообще никому ничего показывать не обязаны. Они решили, что они вне всяких сомнений и подозрений, и поэтому требуют от всех наказывать Российскую Федерацию. Смешно.Вы упомянули про отсутствие мотива. Если уж говорить честно, то его действительно нет. В принципе, ни в какой ситуации нельзя предположить, что Российская Федерация будет этим заниматься. Но даже если гипотетически взять эту больную извращенную логику западных коллег, то кто в здравом уме может предположить, что Российская Федерация накануне выборов Президента, накануне Чемпионата мира по футболу вдруг решает создавать какие бы то ни было проблемы? Нет никакого мотива. Мотив есть у тех, кто продолжает на нас «наседать», в том числе, ищет новые поводы (вслед за допингом, за другими вещами), как осложнить проведение Чемпионата мира по футболу. Это всем известно. Но думая о том, какой же мотив все-таки у британского правительства, правительства консерваторов (это уже прозвучало косвенно в комментариях многих обозревателей западных СМИ), наверное, понятно, что Лондон оказался в очень тяжелой ситуации на переговорах с ЕС по «Брекзиту». Популярность этого правительства стремится вниз. О том, что не удается вырвать из Брюсселя то, что они обещали своему народу, своим избирателям, это известно общественному мнению Великобритании. А такой ход с организацией провокации вокруг С.Скрипаля отвлекает внимание.

Второй причиной является (может, это мое субъективное мнение, я немного знаю британцев) их желание, чтобы о них не забыли, их желание лидировать. В данном случае была выбрана «поляна» русофобии потому что, наверное, других площадок, где Британия могла бы осмысленно лидировать, становится все меньше и меньше. Повторю, мы открыты к диалогу, мы заявили об этом в Гааге, в Исполнительном Совете ОЗХО, предложив использовать все (а их там немало) возможности, которые предоставляет Конвенция для исследования и расследования этого вопроса, мы предлагаем использовать и Конвенцию Совета Европы об оказании помощи по уголовным делам. Вчера в СБ ООН мы предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности, которое призывало бы к сотрудничеству всех сторон для того, чтобы установить истину. Это заявление было заблокировано нашими британскими коллегами, что лишний раз подтверждает то, о чем я уже сказал - что они не хотят установления истины, а хотят, чтобы все приняли то, что они распространяют по миру, «за чистую монету». Я не думаю, что у них это получится.

Великобритания. Вьетнам. Япония. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > newizv.ru, 15 марта 2018 > № 2529982 Сергей Лавров


Казахстан. Япония > Образование, наука. Миграция, виза, туризм > camonitor.com, 31 января 2018 > № 2482658 Куаныш Тастанбекова

Почему провалились реформы образования в Казахстане: взгляд из Японии Куаныш Тастанбековой

Казахстан сейчас пожинает плоды реформ 1990-х в сфере образования, проводившихся под диктовку Азиатского банка развития и Всемирного банка (которые и одолжили деньги молодому государству) без учета имеющейся у нас специфики. Так считает старший преподаватель кафедры международного образования и сравнительной педагогики университета Цукуба (Япония) Куаныш Тастанбекова. Основной сферой ее исследовательского интереса является Казахстан.

В поисках знаний

Вначале рассказ о том, как она оказалась в стране, чья образовательная система считается одной из лучших в мире.

- В 1998 году я поступила на факультет востоковедения Казахского государственного университета международных отношений и мировых языков имени Абылай-хана, - вспоминает Куаныш. - По первой специальности выбрала японский язык, по второй – китайский. В 2001-м по программе японского правительства поехала на годичную стажировку в Университет Цукуба, где познакомилась с профессором Акико Минеи, которая на протяжении многих лет изучала систему образования в Советском Союзе. Когда уезжала в Казахстан, она сказала, что если у меня будет желание продолжить учебу в магистратуре и докторантуре, то будет рада видеть меня в своей лаборатории.

Окончив в 2003 году свой университет, я осталась там преподавать и сразу подала заявку на стипендию стажера-исследователя, что подразумевало дальнейшее обучение в магистратуре и докторантуре японских вузов, если оттуда поступит приглашение. Написала об этом профессору Минеи, она с удовольствием согласилась быть моим научным руководителем, и в 2004-м я снова уехала в Японию. Через три года окончила магистратуру по специальности «образовательная политика и сравнительная педагогика» и поступила в докторантуру. В 2012-м после недолгого перерыва, вызванного семейными обстоятельствами, защитила степень PHD, и у меня появился шанс стать преподавателем Университета Цукуба. Но мне хотелось домой, к семье (к тому времени я вышла замуж, у меня родилась дочь). Вернувшись в Алматы, первым делом обратилась в КазГУ, там мне сказали, что есть должность преподавателя японского языка, но она не связана с моей специальностью. А я к тому времени увлеклась компаративистикой - исследованиями сравнительного характера в образовательной политике. В общем, предложение КазГУ я отклонила и стала экспертом Национального технического центра научной экспертизы по оценке и анализу заявок, которые подают наши вузовские преподаватели на получение грантов. Оттуда я ушла не то чтобы в очередной декрет, а в никуда, поскольку меня никто в Казахстане на постоянную работу и не нанимал.

Незадолго до этого поступило уже официальное приглашение из университета Цукубы на преподавательскую должность. И весной 2013 года мы всей семьей (я, муж и двое детей) перебрались в Японию. Муж, выпускник Казахского политехнического института, окончил в этой стране магистратуру по специальности риск-инжиниринг и защитил степень доктора PHD. Сейчас он работает в консалтинговой сфере.

- То есть, корни в стране Восходящего солнца вы пускаете глубоко?

- Мы здесь востребованы, к тому же вся наша работа так или иначе связана с Казахстаном. Я, например, вывожу свой университет на сотрудничество в сфере образования с казахстанскими и центрально-азиатскими вузами. Сегодня налажены связи с КазНПУ имени Абая, ЕНУ имени Гумилева и некоторыми университетами Узбекистана. Организую для наших вузовских и школьных преподавателей стажировки в Японии, чтобы они могли познакомиться со здешней системой образования. То есть мы не оторваны от родины, хотя живем, работаем и платим налоги в Японии. Часто (самое меньшее, три раза в год) ездим на родину, потому что в Казахстане живут все наши родственники. Как известно, человек ищет где лучше, а Япония предложила нам максимально комфортные условия. В Казахстане же сейчас сложилась такая ситуация, что не всем нравится, когда специалисты говорят об истинных причинах серьезных проблем в основных сферах жизнедеятельности страны.

Под диктовку Всемирного банка

- Я так понимаю, что речь идет о системе образования?

- Конечно. Основное направление моего исследовательского интереса в области образовательной политики - Казахстан. На постсоветском пространстве после развала СССР стали переходить к свободному рынку. Его принципы взяты за основу и в сфере образования. Но сделано это было, мягко говоря, не совсем правильно. Не проведя глубокого анализа ситуации и не составив прогнозы на долгосрочную перспективу, погнались за интернационализацией образования и подтягиванием его к международным стандартам. Между тем в условиях Казахстана, где на 2,5 млн. детей приходится 7,5 тысячи школ, 70 процентов из которых сельские (а половина их – малокомплектные), говорить о создании школ по образу и подобию, допустим, финских или японских, - несерьезно. У нас совершенно несопоставимые с этими странами географические, климатические, экономические, социальные и этнокультурные условия. И сейчас мы пожинаем плоды того, что в 1990-е работа была проделана не то чтобы неглубоко, она, скорее всего, была продиктована необходимостью реструктуризации системы образования под требования принципов рыночной экономики и освоения тех денег, которые молодому государству дали в долг такие организации, как Азиатский банк развития и Всемирный банк. А раз так, то, естественно, реформы проводились под их диктовку без учета имеющейся у нас специфики. И сейчас происходит то же самое.

Свежий пример. В августе прошлого года правительство Казахстана подписало договор на 66 млн. долларов со Всемирным банком на модернизацию среднего образования. И теперь учителей гоняют на курсы повышения квалификации или же в ускоренном темпе выпускают учебники, вызывающие волну возмущения в обществе. То есть даже те деньги, которые выделяются якобы с благими намерениями, осваиваются по принципу «хотели как лучше, а получилось еще хуже».

Вот истинные причины, которые удерживают меня от участия во всем этом абсурде. Но даже если я вернусь сейчас в Казахстан, то не могу быть уверенной в том, что у меня появятся шансы устроиться в той сфере, где я могла бы применить свои знания, а главное – что мои знания будут востребованы. Ведь в нашей стране критика, даже конструктивная, всегда воспринимается в штыки. Я с этим уже сталкивалась. Когда пытаюсь говорить о качестве казахстанского образования, ура-патриоты спрашивают с упреком: «А что ты сделала для родины, сидя в Японии?». Я не ворочаю миллионами, работа у меня негромкая, я приглашаю ежегодно по 15-20 казахстанских педагогов в Японию, поднимаю проблемы Аральского моря на уровне японского министерства образования, принимаю студентов из казахстанских вузов на кратко- и долгосрочные стажировки ...

- Раз уж зашел разговор об этом, то каков статус учителя в Японии?

- Этой профессии здесь отдают приоритет. Сама культура японской школы тоже отличается от нашей: учителя дают не только знания - они прививают детям навыки выживания и адаптации в экстремальной ситуации, учат детей вести себя в обществе и бережно относиться к окружающей среде. Все это отнимает больше времени, чем заложено в рабочей неделе японских педагогов. И тем не менее, чтобы стать учителем, выпускник университета должен пройти трехуровневый экзамен по найму, включающий в себя знание психологии, педагогики и содержание своего предмета. Этот качественный отбор и позволяет японцам быть уверенными в том, что деньги, которые платят учителям, окупятся их достойным трудом. Учительская зарплата выше средней по стране, плюс хороший социальный пакет в виде пенсии и медицинской страховки.

А в Казахстане никто не задумывается над тем, что требования, предъявляемые к педагогам, не соответствуют международным стандартам, на которые так любят ссылаться наши реформаторы. Согласно этим стандартам, учитель должен получать зарплату не за базовую 18-часовую ставку (40 тысяч тенге плюс надбавки за классное руководство и проверку тетрадей), а за 40-часовую рабочую неделю. Будь у нас так, мы тоже могли бы говорить о качественном отборе абитуриентов на педагогические специальности. Сейчас в школы приходят те, кто не любит ни детей, ни свою работу. Такие люди дают учащимся неверные и ненужные знания.

- Но как разорвать этот замкнутый круг?

- Чтобы кардинально все изменить, нужны политическая воля и глубокий анализ, на который уйдет немало времени и денег. Если этого не произойдет, то завтра в сфере образования будет еще хуже, чем сегодня.

С языка на язык

- Кстати, об учебниках, вызывающих возмущение в обществе. А как они пишутся в других странах?

- Что такое вообще учебник? Это определенный объем знаний, опирающийся на обязательный госстандарт. В Японии при неизменном базовом содержании раз в 10 лет меняют в нем только структурное содержание в соответствии с требованиями времени – развитием IT-технологий и появлением новых коммуникаций. Но это не значит, что в спешном порядке, дней за 10-20, собирают докторов наук, и те начинают торопливо обновлять учебники.

Последний госстандарт по школьным учебникам в Японии приняли в 2010-м. За три года до этого собрали группу экспертов, состоящую из школьных учителей, преподавателей университетов педагогического профиля, чиновников министерства, работодателей, книгоиздателей и специалистов, занимающихся повышением квалификации учителей. Сам процесс написания учебников с учетом зарубежного опыта и данных, полученных в местных школах, занял примерно два года, затем еще год ушел на апробацию в школах. Только после того, как измененные учебники стали соответствовать требованиям работодателя, школы и государства, они были внедрены на общегосударственном уровне.

В Казахстане в период с 2000-го по 2017-й республиканский госстандарт образования обновлялся не менее семи раз. И каждый раз речь шла не об изменениях в базовом содержании учебников, а о полном их переписывании. Они стремительно (примерно за три месяца!) безо всякого анализа - какие знания, умения и навыки требуются на казахстанском рынке труда с учетом потребностей настоящего дня – и без проверки на наличие фактологических, грамматических, стилистических ошибок внедрялись в школы. В погоне за быстрым освоением денег далеко на заднем плане остался вопрос, насколько хорошо группа авторов владеет инструментарием написания учебников. А ведь люди, которых допустили к этому, должны хорошо знать особенности психофизического развития ребенка в соответствии с его возрастом.

- Казахстанские школы в скором времени перейдут на трехъязычие. А как в Японии обстоят дела с изучением иностранных языков?

- Здесь все образование - дошкольное, школьное и университетское - идет только на японском. Иностранцев в стране немного: на 127 млн. коренного населения их приходится всего 2 млн. Из них около 500 тысяч – этнические корейцы и китайцы, чьи предки проживали в Маньчжурии и на Корейском полуострове, которые были оккупированы японцами во время второй мировой войны. Сейчас они большей частью ассимилировались среди коренного населения. Родному языку, истории, этнографии и культуре детей обучают на курсах или в воскресных школах, но они не признаны государством как образовательная структура. Есть еще частные школы, где язык обучения английский, но их единицы. Из иностранных языков в школах преподается только один - английский. Он вводился как предмет примерно с 7-го класса (если спроецировать на возрастную градацию, принятую в казахстанских школах), но после долгих обсуждений с 2014 года в пятых классах ввели так называемый час общения с носителями языка. С 2020 года такого рода познавательные уроки на английском в японских школах будут вводиться с третьего класса, а изучение языка как предмета начнется с 5-го, однако ни о каком преподавании предметов и уж тем более научно-естественного цикла (химия, биология, информатика) на английском даже речи не идет. Во-первых, нет такой потребности, чтобы на нем говорили все японцы. Во-вторых, английский – иностранный язык, а здесь во главу ставится прежде всего развитие родного.

Опять же, с точки зрения психолингвистики, у ребенка вначале должно быть сформировано абстрактное мышление на родном языке, а уж потом должен вводиться второй язык. Первый этап формирования такого мышления завершается где-то к девяти годам. То, что многие водят детей на английский язык чуть ли не с рождения, можно одобрить только в качестве дополнительного развития слуха. Но если мы говорим об интеллектуальном развитии ребенка, то введение иностранного языка с его грамматической структурой, логической системой, стилистикой, фразеологизмами и т.д. нарушит процесс освоения обоих языков – как родного, так и второго. На выходе мы получим так называемых семилингвов - людей, которые не владеют ни одним языком в объеме, достаточном для того, чтобы ясно выражать свои мысли как в устной, так и в письменной форме.

Ссылки некоторых казахстанских экспертов на опыт Сингапура или Малайзии по введению обучения на английском языке несостоятельны. В Сингапуре английский язык – официальный, он - как русский в Казахстане, поэтому сингапурские дети являются билингвами, но никак не трилингвами. В Малайзии перед началом повсеместного внедрения в школах обучения на английском была проведена полномасштабная работа по подготовке учителей в педагогических вузах и повышению их квалификации на местах, были выпущены тысячи новых учебников и методических пособий. Но через пять лет в этой стране отказались от преподавания предметов на английском языке. Причина - у выпускников школ оказался очень низкий интеллектуальный уровень. И это при том, что тамошние реформаторы хотели, чтобы дети были билингвами, но никак не трилингвами. Директор инновационного агентства Малайзии, отвечавшего за внедрение обучения на английском языке, сказал буквально следующее: «Мы не гордые. Коль допустили ошибку, то постараемся ее исправить, поскольку несем ответственность за нынешнее и будущие поколения малазийцев». У нас, я боюсь, казахский «намыс» и «уят» не позволят отечественным реформаторам признать ошибку.

Автор: Сара Садык

Казахстан. Япония > Образование, наука. Миграция, виза, туризм > camonitor.com, 31 января 2018 > № 2482658 Куаныш Тастанбекова


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481665 Александр Илышев-Введенский, Михаил Швыдкой

Россия - Япония: исторические перекрестки. К открытию Года России в Японии и Года Японии в России

Александр Илышев-Введенский, Начальник отдела Японии Третьего департамента Азии МИД России

Михаил Швыдкой, Специальный представитель Президента Российской Федерации по международному культурному сотрудничеству

Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету.
Исса Кабаяси

Россия и Япония, несмотря на то что их географическое положение формировалось по-разному, соответственно как континентального и морского государства, являются близкими соседями. Их разделяет в самом узком месте всего несколько километров водного пространства, а объединяет широкая сеть связей и сотрудничества.

2018 год - в соответствии с российско-японской договоренностью на высшем уровне, достигнутой в сентябре 2017 года во Владивостоке, - объявлен Годом России в Японии и Годом Японии в России.

Это поистине знаковое событие, которое свидетельствует о растущем уровне доверия между двумя странами. Оно проводится впервые в истории двусторонних отношений. В отличие от ежегодных культурных фестивалей в обеих странах нынешний проект охватывает все сферы российско-японского взаимодействия - политику, экономику, науку и технику, культуру, общественные связи.

Предваряя данное масштабное мероприятие, стоит вспомнить этапы истории развития отношений между Россией и Японией, насчитывающей без малого четыре столетия. Еще в середине XVI века представители народов двух стран имели опосредованные контакты друг с другом, в том числе в ходе крупных европейских экспедиций по освоению новых земель в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Впервые упоминание о Японии в российских официальных документах встречается в 1675 году. Это была инструкция переводчику Посольского приказа Н.Г.Спафарию, направлявшемуся с миссией в Китай.

Первые попытки установить прямые связи на межгосударственном уровне были предприняты в конце XVII века, когда в Россию попал потерпевший кораблекрушение японский торговец Дэмбэй, имевший аудиенцию у Петра I в селе Преображенское под Москвой. Русский царь буквально загорелся идеей направить экспедицию в Японию и предпринял для этого реальные шаги. В частности, по его указанию была открыта школа по изучению японского языка. И хотя в период правления Петра I этот замысел осуществить так и не удалось, была создана основа для подготовки успешных миссий В.И.Беринга и М.П.Шпанберга в 1730-1740-х годах.

В указе императрицы Анны Иоанновны 1732 года из Сената Коллегии иностранных дел об отправлении русского мореплавателя В.И.Беринга во вторую камчатскую экспедицию было сказано о необходимости установления добрососедских отношений с Японией.

Радушно приняли в Санкт-Петербурге и двух спасенных на Камчатке японцев - Гондзу и Содзу, основавших в 1736 году первую в России школу японского языка.

19 июня 1739 года состоялось знакомство россиян и японцев уже на японской территории. Именно в тот день отряд штурмана Казимерова с одномачтового пакет-бота «Святой Гавриил» под командованием лейтенанта В.Вальтона из экспедиции М.Шпанберга высадился на берег в районе близ деревни Амацу в провинции Ава (ныне - префектура Тиба, окрестности Токио). На этом месте в настоящее время установлена памятная стела.

Императрица Екатерина II в 1792 году отправила в Японию миссию для осуществления этих целей. С ней был возвращен на родину еще один японец, потерпевший кораблекрушение, - Дайкокуя Кодаю, история о котором легла в основу знаменитого произведения японского писателя Ясуси Иноуэ и одноименного советского фильма «Сны о России». Как свидетельствуют хроники российско-японских контактов, «императрица Екатерина Великая в знак благоприятственный в 1791 году возвращала в отечество тех японцев, кои несчастным случаем претерпели кораблекрушение, судьбою брошены были на берега [русского] царства, и тогда посланные российские подданные, будучи дружелюбно приняты, получили от японского правительства лист, коим позволено было одному судну приходить в Нангасакскую гавань невозбранно»1

В данном случае речь шла о грамоте японских властей 1793 года, выданной главе русской миссии мореплавателю А.Лаксману, о разрешении захода русскому судну в японский порт Нагасаки. Она гласила: «Позволяя одному великороссийского Государства судну иметь вход в гавань Нангасакскую, изъяснив уже, что, исключая оной, в прочие места иностранным судам приставать возбранно, и повторяя о нетерпимой Христианской вере в Государстве нашем; то с тем, чтобы по прибытии к нам, оной образам служения не было: а во всем, есть ли какое условие будет, чтобы поступать не в противность нашего закона по врученному от нас предписанию. По прибытии в указанный порт, при соблюдении данных условий, после соответствующего рассмотрения, будет также разрешен сход на берег. С чем для следования и грамоту сию препоручаем Адаму Лаксману»2

Это уже было большим достижением, поскольку военно-феодальное правительство Японии (Токугавский сёгунат) проводило тогда политику самоизоляции. Контакты японцев с иностранными государствами были запрещены. Исключение было сделано только для голландцев, которых весьма ценил японский сёгун, поскольку они, предоставив военное снаряжение, помогли ему выиграть ключевое сражение с другими японскими кланами в битве при Сэкигахара, что обеспечило ему единоличную власть. Грамота, полученная А.Лаксманом, стала, по существу, отправной точкой для начала отношений между Россией и Японией как двух соседних государств. Благодаря столь вескому основанию началась подготовка экспедиции в Японию русского посланника, камергера Н.П.Резанова.

Миссия готовилась уже в период правления Александра I. В 1802 году в соответствии с его манифестом было создано Министерство иностранных дел, которое возглавил граф А.Р.Воронцов. Он сформировал в министерстве «четыре экспедиции» (департамента), сделав первой из них - азиатскую. Одновременно другой известный государственный деятель, министр коммерции, ставший позже министром иностранных дел, граф Н.П.Румянцев разрабатывал планы установления торговых отношений с Японией. В записке императору Александру I «О торге с Японией» от 20 февраля 1803 года он писал: «Долгом себе поставляю всеподданнейше представить Вашему императорскому высочеству письмо о торговле с Япониею, которую… можно бы кажется основать прочным образом и поставить в позднем потомстве памятником монаршего о благе империи попечении»3.

С русским посланником Александр I передал японскому императору специальное послание, где упоминал о грамоте, полученной А.Лаксманом, рассчитывая наладить на этой основе торговые связи. Но в тот момент две страны, видимо по объективным обстоятельствам, к полноценным контактам были еще не готовы.

Хотя миссия Н.П.Резанова не принесла ожидаемых российской стороной результатов, она дала импульс взаимному изучению и сближению двух стран. На основе ее результатов, в том числе научно-географических (тогда были составлены подробные навигационные карты японских берегов), велась подготовка экспедиции вице-адмирала, генерал-адъютанта Е.В.Путятина, которая состоялась через полвека, в 1853-1855 годах. Она стала важной вехой в истории российско-японских отношений. В августе 1853 года русские корабли встали у входа в порт Нагасаки.

Первая часть этой героической эпопеи, включая прибытие миссии Е.В.Путятина в Японию, красочно описана в романе «Фрегат «Паллада» И.А.Гончарова - первого сотрудника Министерства иностранных дел, посетившего Страну восходящего солнца. Писатель поэтично называл ее «запертым ларцом с потерянным ключом»4. Тем не менее русским дипломатам удалось найти ключи к переговорам с японской стороной, и 7 февраля 1855 года были установлены межгосударственные отношения между Россией и Японией. В этот день был подписан первый русско-японский договор о мире и дружбе (Симодский трактат), ставший итогом выдающейся дипломатической миссии вице-адмирала Е.В.Путятина. Японские власти тогда добровольно (в отличие от аналогичного японо-американского договора, навязанного Японии силовым путем) прекратили изоляцию от внешнего мира и установили официальные контакты с соседним государством. Симодский трактат открыл путь к развитию торговли, консульских, культурных и гуманитарных связей между двумя странами.

Подписанию договора предшествовали драматические события. Фрегат «Диана», на котором прибыла русская миссия, затонул в бухте Симода (расположена недалеко от Токио) из-за цунами, вызванного сильным землетрясением в декабре 1854 года. Почти всей команде корабля удалось спастись. При этом русские моряки проявили мужество и оказали большую помощь в спасении японских рыбаков и простых жителей Симоды, пострадавших от стихийного бедствия. Почти полгода все члены русской миссии (более 500 человек) во главе с Е.В.Путятиным жили на японской территории (что ранее категорически запрещалось японскими властями из-за изоляции страны), вели переговоры с японской стороной, а также сумели совместно с японскими мастерами из подручных средств построить шхуну, получившую название «Хэда» (по месту соседней бухты, где строился корабль). На ней возвратились в Россию сам Е.В.Путятин и часть команды5

Спустя совсем непродолжительное время были установлены и дипломатические контакты, которые в этом году отметят 160-летний юбилей.

24 октября 1858 года (по ст. стилю) миссия первого российского консульства во главе с коллежским советником И.А.Гошкевичем на судне «Джигит» Российско-американской компании прибыла в японский город Хакодатэ. Город предстал в своей подлинной красе. Узкая полоса пологого берега примыкала к живописной горе Хакодатэ высотой более 300 метров, на которой уже начали раскрашиваться в красно-желтые цвета японские клены.

Российская миссия временно разместилась в местных буддийских храмах. Вскоре русский консул в соответствии с инструкцией своего Министерства иностранных дел приступил к переговорам с японскими властями о выделении участка для миссии на одной из городских улиц, расположенных по склонам горы. И уже в апреле 1860 года сотрудники российского консульства переехали в новые здания. Как писал очевидец, «мы стоим на якоре в Хакодате, но видим только один дом европейской архитектуры, командующий всем городом, поставленный выше всех, красивее и удобнее всех, это дом нашего консула». Неудивительно, что здания российского консульства и церковь в Хакодатэ послужили для японцев «образцами европейского зодчества»6.

Стоит вспомнить и замечательную историю святителя Николая Японского (в миру - Ивана Дмитриевича Касаткина), благодаря стараниям которого в Токио в 1891 году был воздвигнут православный собор Воскресения Христова, относящийся к числу главных достопримечательностей японской столицы. В 2018 году исполнится и еще один юбилей - 150-летие крещения первых японцев отцом Николаем в Токио7.

Два события в истории связей между нашими странами стоят особняком. Первое - из истории культурных контактов. В 1875 году в Японии с большим успехом прошли гастроли выдающейся русской оперной певицы Д.М.Леоновой. Ее концерты всюду проходили при переполненных залах, масса народа стояла и слушала певицу под окнами. Сам император Мэйдзи аплодировал нашей оперной диве, а затем пригласил ее на прием в императорский дворец.

После прощального концерта Леонова отправила на свою дачу в Ораниенбаум вещи, приобретенные в ходе поездки. Но случилось так, что багаж благополучно прибыл, а вслед за ним в Петербург пришла весть о гибели певицы. Корабль, где она забронировала каюту, отплыл от японского берега, попал в сильнейший океанский шторм и затонул вместе со всеми пассажирами. Но Леонову… спасла Япония. Купив билет, артистка поехала в гостиницу за вещами в коляске с рикшей. На одном из спусков коляска не удержалась, врезалась в стену, и в результате певица попала в больницу, а не на корабль.

Другой случай произошел уже в 1891 году, во время посещения Японии молодым цесаревичем Николаем (будущим императором Николаем II). В небольшом городке Оцу японский полицейский нанес наследнику российского престола два неожиданных удара саблей. Лишь счастливое стечение обстоятельств, в том числе хладнокровие, проявленное ехавшим позади Николая его двоюродным братом, греческим принцем Георгом, который вместе с рикшами сумел обезвредить полицейского, позволило избежать трагических последствий.

Тогда это событие вызвало бурю эмоций и волнений как в России, так и Японии. Александр III, узнав об этом, приказал немедленно прекратить кругосветное путешествие сына. Японский полицейский был схвачен, допрошен и назван «очевидным фанатиком»8. Ни его показания, ни сохранившиеся вещественные доказательства - окровавленные сабля и платок, который японский принц Арисугава отдал раненому Николаю, - так и не смогли тогда ясно объяснить, почему полицейский, который должен был защищать русского цесаревича, напал на него.

Однако существовала одна любопытная версия. Накануне прибытия цесаревича Николая в японских газетах был опубликован очень правдоподобный рисунок с изображением цесаревича, который сходит с корабля в сопровождении Такамори Сайго, легендарного героя японской «революции Мэйдзи» 1868 года.

Японское общество было взбудоражено. Сайго, который был кумиром для многих японцев, после этой революции ушел в оппозицию к власти и поднял против своих бывших союзников мятеж, названный 
«юго-западной войной», во время которого был убит. Однако в народе еще долго жила легенда, что он выжил, перебрался на один из отдаленных островов и даже… прибыл на русском военном корабле во Владивосток, где занялся обучением русской армии.

Японцы еще больше поверили, что Такамори Сайго жив, когда русская эскадра подошла не к Токио или Киото, а к южной префектуре Кагосима, где раньше располагался штаб мятежников Сайго. Но на этом череда странных совпадений не заканчивается.

По пути в Киото цесаревич решил в городке Оцу посетить один из храмов, рядом с которым находился обелиск в память о погибших на той самой «юго-западной войне». У этого обелиска дежурил Цуда Сандзо, который и напал на Николая. На допросе японец заявил, что его возмутило, что, подойдя к памятнику, «иностранцы не нашли нужным хотя бы склонить головы». Сам Цуда участвовал в той же самой войне, был ранен и даже получил награду.

Сопровождавший цесаревича князь Э.Ухтомский позже вспоминал, что его удивило официальное решение до прибытия в Токио и Киото зайти в Кагосиму к местному князю, чьи владения «долго служили рассадником нелюбви ко всему иноземному». Ухтомский не исключал и «косвенной связи между этим фактом и покушением на жизнь цесаревича».

Как бы то ни было, в конечном итоге император Мэйдзи решил лично выразить сочувствие наследнику российского престола и - что было беспрецедентно для японского императорского протокола - поднялся на борт иностранного военного корабля. Именно там и состоялась единственная в истории встреча высших августейших особ двух стран.

В летописи российско-японских отношений в XX веке есть и такая примечательная страница, как спасение японских детей от эпидемии полиомиелита благодаря передаче СССР Японии вакцины от этой болезни в 1960-х годах9

После завершения Второй мировой войны отношения между нашими странами развивались весьма непросто. Как известно, до сих пор между Россией и Японией не заключен мирный договор. Несмотря на это, расширялись экономические, научные и культурные связи. Первые гастроли Большого театра состоялись в Токио еще в 1957 году - знаменитое «Лебединое озеро» с Галиной Улановой покорило японских зрителей. С тех пор советская, а затем и российская культура в разных своих проявлениях - от ее классических до популярных родов и видов - постоянно присутствует в Японии, а японская культура - традиционный театр, Но и Кабуки, классическая и современная литература, кинематограф - обрели многочисленных почитателей в СССР, а затем и в России. За минувшие четверть века (с 1992 г., когда Япония официально признала Российскую Федерацию государством - продолжателем СССР) значительно увеличился товарооборот между нашими странами - достаточно взглянуть на автопарк российских граждан, чтобы убедиться в справедливости этого суждения.

В настоящее время отношения между Россией и Японией подходят к важному рубежу, открывающему возможности для выхода на качественно новый уровень - подлинного партнерства. В апреле 2013 года на высшем уровне было принято Совместное заявление о развитии партнерства между двумя странами, в котором определены принципиальные направления для реализации этой задачи. Несмотря на ряд неблагоприятных факторов, создавших определенные препятствия для движения двух стран к этой цели (в частности, связанные с санкционными решениями стран «семерки», включая Японию), в последнее время российско-японские отношения стремительно набирают обороты.

Поступательно и динамично развиваются связи в самых различных областях. Мощный импульс этому процессу придали итоги официального визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Японию в декабре 2016 года. Был, в частности, подписан внушительный пакет из 80 межправительственных и межведомственных документов, а также коммерческих соглашений.

Активизировался политический диалог. В прошлом году состоялось четыре встречи на высшем уровне - в апреле в Москве, в июле в Гамбурге, во Владивостоке в сентябре и в Дананге в ноябре. Возобновлена работа механизма глав внешнеполитических и оборонных ведомств, а также ряда других важных форматов по ключевым вопросам международной и двусторонней повестки дня. Регулярно встречаются министры иностранных дел двух стран. Переговоры министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова с министром иностранных дел Японии Т.Коно прошли в ноябре 2017 года в Москве.

Поддерживаются контакты на уровне руководства Советов безопасности. Консультации секретаря Совета безопасности Российской Федерации Н.П.Патрушева с генеральным секретарем Совета национальной безопасности Японии С.Яти состоялись в декабре прошлого года в Москве. «Разморозились» связи по военной линии. В конце 2017 года состоялись визиты в Японию начальника Генерального штаба Вооруженных сил России и главнокомандующего сухопутными войсками.

В торгово-инвестиционной сфере идет активная работа по реализации предложенного С.Абэ плана сотрудничества по восьми направлениям и проектов из российского приоритетного инвестиционного списка. Предприняты конкретные шаги по укреплению договорно-правовой базы двусторонних отношений - подписана Конвенция об устранении двойного налогообложения.

Япония входит в группу крупнейших внешнеторговых партнеров России. В России осуществляют деятельность около 270 компаний с участием японского капитала, интересы которых распространяются от промышленного производства до интернет-торговли и ресторанного бизнеса.

Направляющую роль в развитии двустороннего экономического сотрудничества играет деятельность учрежденной в 1994 году Российско-японской межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам (МПК). Председателем российской части является первый заместитель председателя Правительства Российской Федерации И.И.Шувалов. Совсем недавно в Москве прошло очередное заседание Межправкомиссии (сопредседатель с японской стороны - министр иностранных дел Т.Коно).

Развиваются контакты по линии деловых кругов, прежде всего в рамках Российско-японского и Японо-российского комитетов по экономическому сотрудничеству (РЯКЭС-ЯРКЭС) (созданы соответственно при Российском союзе промышленников и предпринимателей и Федерации экономических организаций Японии).

Стратегической сферой двустороннего сотрудничества, его «мотором», по-прежнему остается топливно-энергетический комплекс. Реализуются нефтегазовые проекты «Сахалин-1» и «Сахалин-2», где доля японских компаний составляет 30 и 22,5% соответственно. Уже заключенные с крупнейшими электроэнергетическими и газовыми компаниями Японии контракты в рамках проекта «Сахалин-2» предусматривают общий ежегодный объем поставок СПГ в 6,5 млн. тонн (около 8% потребностей японского рынка в этом виде энергоносителей).

Российская компания «Роснефть» совместно с Консорциумом «Сахалин-1», акционером которого является японская компания «Содэко», разрабатывает проект строительства завода «Дальневосточный СПГ» (проектная мощность - 5 млн. тонн в год, планируемое начало коммерческих поставок - 2019 г.). Одним из основных целевых рынков сбыта продукции будет японский. В 2013 году ОАО «НК «Роснефть» подписало соглашение о сотрудничестве с японской компанией «Импекс» по созданию совместного предприятия с целью освоения лицензионных участков «Магадан-2» и «Магадан-3» российского шельфа Охотского моря с извлекаемыми запасами 1,540 млрд. нефтяного эквивалента. Японские компании выражают заинтересованность в подключении к новым инфраструктурным проектам «Роснефти» на российском Дальнем Востоке.

С 2012 года ПАО «Газпром» и Агентство природных ресурсов и энергетики Японии работают над аналогичным проектом строительства завода по сжижению природного газа в районе Владивостока.

ПАО «РусГидро», ПАО «Интер РАО» совместно с другими российскими компаниями предложили японским партнерам проект строительства энергомоста Россия - Япония, реализация которого предполагается в рамках существующих планов по развитию энергосистемы Сахалинской области.

Активно обсуждаются на различных уровнях и масштабные перспективные проекты, предполагающие связать Сахалин и Хоккайдо трубопроводом и железнодорожным сообщением.

Россия и Япония успешно сотрудничают в области мирного атома, космоса, улучшения городской среды и во многих других практических сферах. При этом хотелось бы надеяться, что перекрестный год поможет еще более интенсифицировать усилия по укреплению договорно-правовой базы сотрудничества.

На территории Российской Федерации действуют заводы по выпуску автомобилей японских концернов «Тойота», «Ниссан», «Мицубиси Моторс», «Исудзу», «Мазда», сборочное предприятие «Комацу» по производству экскаваторов и погрузчиков. В 2014 году состоялось официальное открытие завода по производству строительной техники компании «Хитати» в Твери.

Осуществляется взаимодействие японской компании «Джэпэн пост» и ФГУП «Почта России» в сфере автоматизации почтовой службы в России. С начала 2014 года японская компания «Тосиба» осуществляла поставки автоматического сортировочного оборудования для Московского автоматизированного сортировочного центра.

Продолжают активно развиваться экономические связи между регионами России и Японии. Одним из основных инструментов продвижения кооперации являются регулярные презентации для японской стороны инвестиционного потенциала субъектов Российской Федерации.

В рамках диалога по проблеме мирного договора продолжается работа по вопросам налаживания совместной хозяйственной деятельности (СХД) на южных Курильских островах. 26-30 октября была организована поездка второй японской бизнес-миссии. Обсуждались практические аспекты подготовки проектов в утвержденных лидерами пяти областях - по марикультуре, ветроэнергетике, тепличным хозяйствам, утилизации мусора, организации пакетных туров. Следующий этап - проведение заседаний двух рабочих групп: по коммерческим аспектам СХД и запуску режима местного приграничного передвижения между Сахалинской областью и префектурой Хоккайдо.

Заметно укрепилась кооперация Москвы и Токио на международной арене, в том числе в Совете Безопасности ООН, где Япония являлась непостоянным членом в 2016-2017 годах. Успешно реализуется совместный проект УНП ООН, России и Японии по подготовке афганских наркополицейских на базе института повышения квалификации МВД в городе Домодедове. При поддержке УНП ООН активизировалась работа по проекту создания кинологического центра для Антинаркотической полиции МВД Афганистана.

В прошедшем году в Японии реализованы два крупных культурных проекта: «Русские сезоны» и 12-й Фестиваль российской культуры в Японии. Их роль и значение выходят за пределы чисто культурных мероприятий. Это связано с тем, что в Японии понятие «культура» рассматривается более широко, фактически как сфера повседневной жизнедеятельности человека, его взаимодействия с природой, как своего рода система ценностей, взглядов и представлений, созданная на основе изучения человеком окружающего мира. Известный японовед Н.И.Конрад называл культуру основой японской цивилизации10. Культура в Японии исторически связана с духовной (нематериальной) деятельностью человека, например японские праздники изначально представляли собой обряды поклонения божествам, а сейчас они воплощают многообразие традиций в таких видах искусства, как театр, живопись, музыка и боевые единоборства (карате, дзюдо, сумо и т. д.). При этом высок интерес японцев к культуре других народов. Именно через ее понимание прокладывается путь к развитию связей и контактов в других областях. Неслучайно логотип перекрестного Года России и Японии символизирует стремление народов обеих стран больше узнать друг о друге, в том числе путем выявления уже имеющихся точек соприкосновения, а девиз звучит так: «Есть Япония/Россия, которую Вы не знаете».

Именно поэтому организация столь масштабного проекта призвана придать мощный позитивный импульс двусторонним отношениям за счет реализации крупных мероприятий, прежде всего в политике, экономике, науке и технике, способствовать укреплению атмосферы доверия между народами двух государств.

Церемония открытия перекрестного Года России и Японии намечена на 26 мая 2018 года и пройдет в Большом театре в Москве. В ней примут участие Президент Российской Федерации и премьер-министр Японии. Каждая из стран готовит обширную программу мероприятий. Среди них немало и совместных, в частности запланированы проведение российско-японского форума по линии «Российской газеты» и газеты «Майнити симбун» в апреле этого года в Москве, в котором примут участие влиятельные политические, экономические и общественные деятели с обеих сторон. Небольшое, но весьма символичное событие состоится в июле и в курортном городке Хэда префектуры Сидзуока - колыбели российско-японских связей. В Хэду приедут парламентарии двух стран, которые откроют выставку в местном музее, посвященную истории российско-японских отношений, а также проведут «круглый стол» по линии Консультативного совета по содействию российско-японскому межпарламентскому и межрегиональному сотрудничеству Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (председатель - К.И.Косачев) и «Дискуссионного клуба» Палаты советников Парламента Японии (председатель - Х.Сэко) о путях развития российско-японских отношений в будущем.

Краеведческий музей Хэды - единственный уникальный музей Японии, почти полностью посвященный России. Разумеется, его экспонаты рассказывают о выдающейся странице российско-японской истории - экспедиции Е.В.Путятина. Но самого Симодского трактата там нет. В Японии оригинал был уничтожен во время пожара в государственном архиве в период американских бомбардировок в марте 1945 года. Специально для июльской выставки будет выставлена реплика договора на японском языке, хранящегося в Архиве внешней политики Российской империи. Кроме того, будет представлен ряд других документов из истории отношений между двумя странами.

По информации организаторов выставки, в МИД Японии запрошены для экспонирования также материалы о миссии Е.В.Путятина (вырезки из журнала «Морской сборник» и др.) из личного архива Президента России, подаренные В.В.Путиным премьер-министру Японии С.Абэ в ходе официального обеда в Кремле 29 апреля 2013 года.

В рамках перекрестного Года предусмотрены также такие важные мероприятия по укреплению доверия между двумя странами, как дружественные заходы военных кораблей, конференции и симпозиумы деловых кругов, выпуск телепрограмм и кинофильмов, выступление крупнейших театральных коллективов, выставки ведущих музейных коллекций, гастрономические фестивали и многое другое.

Не хотелось бы выделять какую-то конкретную область, которую охватит предстоящий проект, но тем не менее важно отметить особую роль музыкальной культуры в контактах народов двух стран. В силу исторических и языковых традиций и россияне, и японцы очень музыкальны и считаются весьма высокими ценителями музыки. Достаточно вспомнить, что первые русские песни, которые пришли в Японию благодаря офицерам и морякам из экспедиции Е.В.Путятина, полюбились японцам и дали толчок для развития собственной музыкальной культуры. Как известно, судя по сохранившимся свидетельствам, Д.Леоновой в 1875 году пытался подпевать даже сам легендарный японский император Мэйдзи. Естественно, что в культурной программе перекрестного Года предусмотрено немало концертов выдающихся российских и японских исполнителей, искусство которых, как говорится, не требует перевода.

Это само по себе прекрасно, но важно и другое. Стремление петь «в унисон» охватывает сейчас не только музыкантов двух стран, но и политиков, экономистов, другими словами, практиков, тех, кто реально создает «ткань» российско-японского сотрудничества. Недаром Президент Российской Федерации В.В.Путин в июле прошлого года в Гамбурге, отвечая на вопрос премьер-министра Японии С.Абэ, стоит ли им продолжать встречу или пойти на запланированный немецким председательством концерт Л.Бетховена, с юмором сказал: «Мы сами прекрасные исполнители. И в балете разбираемся, и спеть можем вместе», с чем С.Абэ с воодушевлением согласился. Это еще раз свидетельствует о том, что в российско-японских отношениях становится все больше гармонии, которая, как известно, является основой для любого развития.

 1Российско-японские контакты // Илышев А. Японская государственная служба. М., 2009. С. 166.

 2Там же. С.167.

 3Там же.

 4Там же. С. 63.

 5Россия - Япония: Исторический путь к доверию. М.: издательство «Япония сегодня», 2008. C. 4-92.

 6Первые российские здания в Японии // http://ricolor.org/rz/iaponia/jr/ist/dip/1/

 7В слове и камне. М.: издательство «Япония сегодня», 2017. C. 102-107.

 8Ёсимура Акира. Никорай-сонан (на япон. яз.). Токио, 1993. С. 196.

 9Более подробно см. на сайте компании «Искра» www.iskra.co.jp/ru/tabid/134/Default.aspx.

10Конрад Н.И. Очерк истории и культуры средневековой Японии. М., 1960. С. 16.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481665 Александр Илышев-Введенский, Михаил Швыдкой


Япония. Швейцария. Весь мир > Финансы, банки > forbes.ru, 22 декабря 2017 > № 2432460 Владимир Михайлов

Трейдеры с мандатом. Как мировые центробанки надувают пузырь на рынках акций

Владимир Михайлов

исполнительный директор GL Financial Group

Крупнейшие центробанки массово скупают акции в поисках доходности и получают огромные прибыли на растущем рынке. В итоге регуляторы загнали себя в ловушку: они участвуют в раздувании пузырей, но остановиться уже не могут

Самые значимые финансовые регуляторы мира продолжают удерживать процентные ставки на сверхнизких уровнях — нулевых или даже отрицательных. Эта политика была запущена еще в 2007-2008 годах, чтобы стимулировать пострадавшую от мирового финансового кризиса экономику.

Однако среди прочего она привела к тому, что гособлигации практически перестали приносить доход и потеряли инвестиционную привлекательность.

При этом центробанкам по-прежнему надо где-то размещать свои активы. На них сильно давят собственные раздувшиеся резервы. В конце 1995 году их объемы составляли $1,4 трлн, а к концу 2016 года выросли почти в 10 раз — до $11 трлн.

Поскольку гособлигации в большинстве случаев уже не выглядят интересным инструментом, регуляторы все активнее переключаются на акции. Цели и функции центробанков меняются до неузнаваемости — главные проводники монетарной политики фактически превращаются в крупнейшие хедж-фонды, гоняясь за прибылью.

Швейцарский стандарт

Ярче всего этот процесс иллюстрирует пример SNB — Национального банка Швейцарии. Акции SNB свободно торгуются на бирже: 45% владеют кантоны, 15% — кантональные банки, еще 40% находятся у частных инвесторов.

Сейчас бумаги регулятора стоят без малого четыре тысячи франков. За год они подорожали на 126%. Причина взлета проста: инвесторы ищут безопасные инструменты на замену швейцарским гособлигациям.

Отрицательная ставка (-0,75%) привела к тому, что доходность долговых бумаг опустилась ниже нуля. А акции SNB вполне отвечают требованиям инвесторов.

Во-первых, швейцарский регулятор просто не может обанкротиться, поскольку у него есть возможность печатать одну из самых надежных валют в мире. Во-вторых, его прибыль постоянно растет. С января по сентябрь 2017 года SNB заработал почти 34 млрд франков, что уже превышает показатель за весь прошлый год — 24 млрд франков.

Прибыль SNB увеличивается благодаря операциям на фондовом рынке. Нацбанк инвестировал в акции различных компаний около $150 млрд — 20% от объема всех резервов страны.

Активную скупку бумаг швейцарский ЦБ начал в 2013 году, тогда их доля составляла 7%. На акции одних только американских корпораций сейчас приходится $88 млрд. Регулятор охотно инвестирует в бумаги лидеров рыночного роста: он вложил $3 млрд в Apple, $2,2 — в Alphabet, $2 млрд — в Microsoft.

Как и другие участники рынка, SNB оказался заложником мировой политики низких ставок и потому был вынужден искать прибыльные инструменты. Пока его стратегия себя оправдывает, а финансовые показатели швейцарского регулятора не могут не радовать инвесторов.

Проблема заключается в том, что SNB своими действиями поддерживает бычьи настроения на рынке и способствует раздуванию пузырей. И действует он не в одиночку.

Вторым заметным игроком-регулятором является Банк Японии. Он стабильно входит в десятку крупнейших акционеров компаний из индекса Nikkei 225. В частности, японский ЦБ владеет большими долями производителя музыкальных инструментов Yamaha и лидирующей в стране строительной корпорации Daiwa House.

Правда, в отличие от швейцарских коллег, он работает в основном в спасательном режиме: скупает акции при просадках и тем самым поддерживает рынок. Игроки отмечают, что ЦБ ориентируется на индексы TOPIX и Nikkei 225. Если торги завершаются падением, на следующий день Банк Японии выходит на рынок.

Итог этих спасательных операций впечатляет: к концу сентября регулятор скупил биржевые фонды (ETF) на 4,6 трлн иен ($41 млрд). В общей сложности он владеет 75% национального рыка ETF.

В едином порыве

Сложившаяся ситуация, похоже, не очень беспокоит центральные банки. Еще в 2014 году бывший управляющий резервами Банка Кореи Хен Си Чо призывал пересмотреть всю «инвестиционную вселенную» регуляторов, уйти от фиксации на облигациях с высоким рейтингом и открыться новым видам активов.

Тогда же управляющие Банка Италии констатировали, что многие центральные банки меняют инвестиционную политику. Пересмотрел ее и итальянский регулятор, вложив 6% из почти €150 млрд резервов в акции.

В начале 2017 году компания Invesco провела опрос, в котором приняли участие 18 управляющих ЦБ. Он показал, что 80% респондентов планируют наращивать инвестиции в фондовый рынок.

Примерам центральных банков следуют крупнейшие пенсионные фонды. Так, половина активов Пенсионного фонда Японии размещена в акциях. На бумаги иностранных компаний приходится почти 24% от $1,3 трлн активов фонда.

Квартальная прибыль фонда с июля по сентябрь 2017 года достигла $39 млрд (плюс 3%), японские акции в портфеле подорожали на 4,8%, иностранные — на 5,6%.

Государственный пенсионный фонд Норвегии, который по итогам полугодия отчитался о рекордной прибыли в $63 млрд, держит в акциях 65,1% своих активов. В среднем норвежскому пенсионному фонду принадлежит один процент от каждой компании в мире. Фонд Южной Кореи управляет $430 млрд, 35% из них также размещены в акциях.

В большую охоту за акциями может включиться еще один важный участник. В сентябре прошлого года глава ФРС Джанет Йеллен сделала очень важное для рынка заявление. По ее мнению, Федрезерв можно наделить функцией покупки акций ради поддержки экономики в условиях низких ставок и низкой инфляции.

Меж двух огней

В конце 2015 года начался период нормализации ставок, то есть ужесточения монетарной политики. Тогда Федрезерв осторожно поднял процентную ставку впервые за 10 лет, задав общее направление для глобального процесса.

Логичным шагом для остальных ключевых регуляторов было бы повторение действий ФРС. Но ЕЦБ пока не спешит поднимать нулевую ставку, а центральные банки Швейцарии и Японии — выводить ее из минуса.

Более того, в ЕЦБ сообщили, что остаются приверженцами идеи нормализации ставок, но все действия будут медленными и осторожными. Явный сигнал рынку — скорого и сильно ужесточения ждать не следует.

Оставаясь под действием низких ставок, которые делают акции все более привлекательным активом, регуляторы все глубже загоняют себя на фондовый рынок. И здесь для них возникает два серьезных риска. Устранить их одновременно не выйдет, фактически ЦБ оказались в ситуации «оба хуже».

С одной стороны, вкладываясь в акции, они поддерживают экономику и корпорации, поднимают рынок. Но и раздувают пузыри: недаром японские финансисты обеспокоены тем, что такая политика ведет к сильным ценовым искажениям, а стоимость бумаг все дальше уходит от фундаментально обоснованных показателей.

С другой стороны, давно назревшее повышение ставок неизбежно охладит рынок и ударит по портфелям акций некоторых регуляторов.

Открытым остается вопрос о том, что центральные банки будут делать, когда на рынке снова возобладает медвежье настроение. Как быть с позицией в акциях в таком случае? Призыв ЕЦБ к осторожности говорит о том, что регуляторам необходимо взять паузу и подумать над тем, в какой ситуации они оказались. В противном случае могут пострадать не только портфели регуляторов, но и весь глобальный рынок.

Япония. Швейцария. Весь мир > Финансы, банки > forbes.ru, 22 декабря 2017 > № 2432460 Владимир Михайлов


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 ноября 2017 > № 2398322 Сергей Лавров

Выступление и ответ на вопрос СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Японии Т.Коно, Москва, 24 ноября 2017 года

Уважаемые дамы и господа,

Наши переговоры с Министром иностранных дел Японии Т.Коно прошли в конструктивном ключе и были весьма обстоятельными.

В качестве приоритетных рассмотрели вопросы реализации тех договорённостей, которые достигаются лидерами наших стран. Их контакты весьма интенсивные. Совсем недавно, 10 ноября, они встречались «на полях» саммита АТЭС в Дананге.

В соответствии с поручениями, принятыми Президентом Российской Федерации В.В.Путиным и Премьер-министром Японии С.Абэ, мы выразили обоюдную заинтересованность наращивать торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество, объемы которого в последнее время снизились. Конкретные меры по исправлению этой ситуации будут подробно обсуждаться сегодня на заседании Межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам, которую с российской стороны вместе с Министром иностранных дел Японии Т.Коно возглавляет Первый заместитель Председателя Правительства Российской Федерации И.И.Шувалов. Нахождению дополнительных путей наращивания торгово-экономических и инвестиционных связей через прямые контакты между деловыми кругами двух стран поможет намеченная на конец месяца 14-я встреча российско-японского и японо-российского комитетов по экономическому сотрудничеству. Надеемся, что этой же цели будет способствовать предстоящий в декабре «День японского инвестора» с участием заместителя Председателя Правительства, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе Ю.П.Трутнева. Мы рассчитываем, что все эти мероприятия позволят обеспечить солидное наполнение очередного визита Премьер-министра Японии С.Абэ в Российскую Федерацию, который он осуществит в соответствии с приглашением Президента Российской Федерации В.В.Путина, в том числе для участия в Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) в следующем году. Для обеспечения должной подготовки визита Премьер-министра Японии С.Абэ мы договорились продолжить встречи по линии министров иностранных дел.

Мы дали высокую оценку межведомственному взаимодействию. Регулярный характер приобрели консультации на уровне руководства Советов Безопасности. Под их эгидой фактически создан межведомственный механизм по проблемам борьбы с терроризмом, наркотрафиком, организованной преступностью. Сегодня было решено добавить к перечню этих функций еще и борьбу с коррупцией. Мы приветствовали присоединение Японии к Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции 2003 г.

В этом году возобновилась работа механизма глав внешнеполитических и оборонных ведомств в т.н. формате «два плюс два». Приветствовали активизацию связей по военной линии. До конца года запланированы визиты в Токио Начальника Генерального Штаба Вооруженных Сил России В.В.Герасимова и главнокомандующего сухопутными войсками О.Л.Салюкова.

Насыщенный диалог традиционно проводится по линии наших министерств, между дипломатическими службами. Это ежегодные встречи на уровне первых заместителей министров иностранных дел, которые обсуждают стратегические вопросы, регулярные консультации между департаментами по вопросам разоружения и нераспространения, внешнеполитического планирования.

Продвигаются контакты по линии парламентариев. В январе 2018 г. в Токио пройдет очередная сессия Азиатско-Тихоокеанского парламентского форума, в которой примет участие Председатель Комитета по международным делам Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации К.И.Косачев.

У нас очень богатые культурные и гуманитарные связи. В этом году в Токио стартовали «Русские сезоны» и Фестиваль российской культуры. В мае 2018 г. в Москве состоится открытие Года России в Японии и Года Японии в России.

На международной арене у нас очень неплохое взаимодействие в многосторонних структурах, таких как ООН, Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество, а также взаимодействие с асеаноцентричными механизмами. В качестве одного из перспективных направлений выделю участие в Восточноазиатском саммите.

Договорились расширять проект, который Россия и Япония осуществляют совместно под эгидой ООН по подготовке наркополицейских для Афганистана, с его распространением теперь и на Центральную Азию. Рассмотрели перспективы строительства кинологического центра в Кабуле под эгидой УНП ООН.

Говорили о ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) в широком контексте, а также в контексте тех проблем, которые накапливаются в Северо-Восточной Азии в связи с происходящим на Корейском полуострове и вокруг него.

Как и все другие члены мирового сообщества Россия не приемлет ракетных и ядерных авантюр КНДР в грубое нарушение резолюций СБ ООН. Мы также вместе с Китаем и целым рядом других государств настаиваем на выполнении и других положений этих резолюций, которые требуют возобновления переговоров.

Мы вновь привлекли внимание наших японских коллег к российско-китайским предложениям о мирном урегулировании северокорейской ядерной проблемы и ядерной проблемы Корейского полуострова. Обратили внимание партнеров на недопустимость попыток безмерного «накачивания» этого региона вооружениями, военной техникой и в целом милитаризации этого региона под предлогом противодействия северокорейской ядерной угрозе. Мы считаем, что меры, которые предпринимают США со своими союзниками в регионе, абсолютно непропорциональны тому, что необходимо сделать.

Особую озабоченность вызывают планы США, которые уже активно реализуются на практике, по размещению элементов глобальной системы американской ПРО в этом регионе. Привлекли внимание к крайне негативному влиянию этих действий на безопасность в АТР.

Мы убеждены, что укреплять безопасность в этом регионе нужно не через наращивание сотрудничества в рамках военно-политических закрытых блоков, а на транспаретной, инклюзивной и общерегиональной основе в русле того диалога, который был начат в рамках Восточноазиатских саммитов по архитектуре безопасности в АТР и который сейчас систематизирован на площадке штаб-квартиры АСЕАН в Джакарте.

При обсуждении темы мирного договора сосредоточились, как это решили Президент России В.В.Путин и Премьер-министр Японии С.Абэ, на рассмотрении путей практической реализации договоренностей лидеров о налаживании совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах. Эта тематика рассматривается по переговорному каналу на уровне заместителей министров иностранных дел. Для ее более предметной проработки созданы две рабочие группы. Одна по коммерческим аспектам совместной хозяйственной деятельности, а вторая по консульско-логистическим вопросам, которые необходимо решать для реализации соответствующих проектов на островах. Мы поддержали предложение наших японских коллег провести заседание двух рабочих групп в декабре, а уже по их итогам будем планировать сроки очередного раунда переговоров под руководством заместителей министров иностранных дел, думаю, в начале следующего года.

Я считаю, что переговоры были очень полезными. В целом визит Министра иностранных дел Японии Т.Коно, включая переговоры в МИД России и предстоящее заседание Межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам, конечно же, будут очень важным шагом по продвижению к реализации тех задач, которые поставлены на встречах наших руководителей.

Вопрос: Как известно, по итогам визита Президента США Д.Трампа в Японию была достигнута договоренность об уничтожении напрямую ракет КНДР и о закупках Токио оружия у США. Обсуждался ли этот вопрос в ходе сегодняшних переговоров? Какова реакция Москвы на эти договоренности? Допускает ли Токио возможность силового решения кризиса на Корейском полуострове?

С.В.Лавров: Мы обсуждали эти темы. Между прочим, если был правильно переведен вопрос корреспондента «Эн-Эйч-Кей», который констатировал, что «Россия осуждает Японию», мы никогда не говорим, что осуждаем Японию. Мы высказываем очень глубокую озабоченность с фактами в руках по поводу того, что Япония, как и Южная Корея, становится территорией, на которой размещаются элементы глобальной американской системы противоракетной обороны, развертываемой в этом регионе под предлогом угроз Северной Кореи (в Европе – под предлогом иранской угрозы). Однако на деле, если вы посмотрите на карту, то увидите, что это американская система ПРО «чудесным» образом окружает Российскую Федерацию и КНР.

Зная американцев, у нас есть очень серьезные сомнения, что они согласятся передать кому бы то ни было контроль за каким-либо элементом этой глобальной системы противоракетной обороны. В Европе они объявили для проформы о создании системы противоракетной обороны НАТО. Но всем хорошо известно, что все рычаги, так или иначе связанные с принятием решения о функционировании этой натовской системы, находятся в руках американцев. Честно говоря, думаю, что так будет и в Азии.

Сегодня мы в очередной раз выразили озабоченность по этому поводу, тем более что для целей противоракетной обороны системы «Иджис Эшор» вполне могут снаряжаться, помимо перехватчиков СМ-3, крылатыми ракетами, «Томагавками», которые уже являются оружием, запрещенным в качестве наземных систем российско-американским Договором о ракетах средней и меньшей дальности.

Как сказал мой коллега Т.Коно, эти вопросы будут и далее обсуждаться в рамках специального канала, который у нас есть для рассмотрения проблем безопасности в двусторонних отношениях.

Подчеркну еще раз, непосредственно с Японией у нас не просматривается никаких проблем и рисков. Риски просматриваются в результате распространения глобальной американской системы ПРО на территории соседних с Российской Федерацией государств, включая Японию. Озабоченность вызывает и то, что мы не можем понять, кто выступает в Вашингтоне за разумные подходы, нацеленные на создание условий для возобновления переговоров.

Очень тревожит, что в течение последних двух месяцев, когда КНДР не производила ни испытаний, ни запусков ракет, Вашингтон будто был этому не рад и стремился сделать что-то раздражающее и провоцирующее Пхеньян. В середине октября состоялись необъявленные внеочередные учения. Совсем недавно был опубликован новый список антисеверокорейских санкций. США будто ждут, чтобы Северная Корея сорвалась еще раз, и можно было бы, наконец, заниматься военными опциями. Как вы знаете, американское руководство не раз заявляло о том, что «на столе» находятся все варианты, включая военный.

Мы обратили внимание на то, что Премьер-министр Японии С.Абэ на встрече с Президентом США Д.Трампом в начале ноября сказал, что на сто процентов поддержит американскую позицию. Нельзя не учитывать, что все ведущие специалисты и представители Администрации США признают, что любой военный сценарий будет сопряжен с катастрофическими последствиями – уже в первый день возможного (упаси Бог!) вооруженного конфликта будет более сотни тысяч, если не миллиона жертв. В состоявшемся три дня назад телефонном разговоре Президент России В.В.Путин и Президент США Д.Трамп среди прочих затрагивали тему денуклеаризации Корейского полуострова. Наша позиция была подробно донесена до Президента Д.Трампа.

Надеемся, что в конечном итоге все же удастся найти способ выйти из этой спирали конфронтации и постараться отыскать пути возобновления переговорного процесса. Мы готовы делать для этого все необходимое. Надеемся, что так же будут поступать и другие непосредственно заинтересованные стороны.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 ноября 2017 > № 2398322 Сергей Лавров


Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 20 октября 2017 > № 2358450 Николай Мурашкин

Перезагрузка Японии. Чем рискует Абэ на досрочных выборах

Николай Мурашкин

Главный риск для Абэ на этих выборах – невнятная победа, при которой представительство либерал-демократов в парламенте уменьшится, что снизит его шансы переизбраться в следующем году лидером партии. Для собранной наспех оппозиционной коалиции основная опасность — это повторение ситуации 1993—1994 годов, когда антиправительственный блок победил на выборах, но затем, из-за своей разнородности, постепенно уступил ЛДП

В конце сентября, по инициативе премьер-министра Синдзо Абэ, император Японии распустил нижнюю палату японского парламента, а правительство назначило внеочередные выборы на 22 октября. С одной стороны, такое решение Абэ может показаться рискованным и поспешным: рейтинги кабинета министров только-только восстановились до 45—50% после летних коррупционных скандалов, а также неожиданной победы оппозиции на выборах в законодательное собрание Токио. С другой стороны, момент для риска сейчас благоприятный: экономика растет, оппозиция в замешательстве, а ракеты КНДР пролетают над Японией, мобилизуя население против внешней угрозы. Вот японский премьер и решил поскорее провести генеральное сражение, чтобы выиграть время для продолжения непопулярных реформ. Однако в ответ на брошенный Абэ вызов часть разрозненной оппозиции все-таки смогла объединиться.

И вновь продолжается бой

Сам по себе досрочный роспуск палаты представителей в Японии – скорее правило, чем исключение. Политики распускали нижнюю палату парламента досрочно по самым разным причинам – от слабых рейтингов до желания заручиться дополнительной поддержкой для своего курса реформ. Режим правления в стране — парламентский, правительство формируется по итогам выборов в нижнюю палату, а последний раз, когда японские народные избранники дорабатывали до конца всю четырехлетнюю легислатуру, был в далеком 1976 году.

После своего возвращения на пост премьера в 2012 году Абэ один раз уже успел таким образом подтвердить свой мандат в 2014 году. Если учесть выборы в верхнюю палату парламента в 2013-м и 2016-м, то получится, что избиратели в Японии ходят к урнам почти ежегодно, причем с явкой в 52—59%.

По подсчетам The Economist, выборы 2014 года обошлись японским налогоплательщикам в $550 млн. Несомненно японская оппозиция еще не раз припомнит Абэ это обстоятельство, особенно в контексте и без того огромного госдолга Японии. Тем более что премьер вместо погашения этого долга собирается тратить деньги на социалку и образование. Да и международный опыт досрочных выборов, проведенных властями превентивно, богат примерами того, как правящие политики переоценивали свои силы: от Шарля де Голля почти полвека назад до Терезы Мэй в июне текущего года.

Впрочем, японская оппозиция сейчас переживает не лучшие времена, и это один из стимулов – наряду с кризисом вокруг КНДР, — побудивших премьера рискнуть досрочным голосованием. В свое время, еще в середине 2000-х Абэ пробивался на вершины японской политики именно на теме похищенных КНДР японцев. Особого успеха ему достигнуть не удалось, зато получилось засветиться в эфире, рассуждая на резонансную тему.

Ставка здесь делается на то, что в условиях внешней угрозы правящей партии всегда легче выиграть выборы. В неделю, предшествующую роспуску, опросы отдавали победу правящей партии с относительным большинством в 38—44%, хотя 64—70% респондентов были недовольны самим решением о роспуске. Пока противники собираются с силами, а Пхеньян поддерживает у японского общества ощущение «отечество в опасности», у Абэ появился шанс нейтрализовать внутрипартийную оппозицию и расколоть внешнюю.

Игра на опережение

Однако политики активизировались и внутри правящей Либерально-демократической партии, причем как союзники Абэ, так и его противники. Бывший глава МИДа Фумио Кисида, сподвижник и даже потенциальный преемник премьера, не вошел в состав перетасованного в августе правительства, но согласился пока не торопить смену власти, заняв важный партийный пост председателя политсовета. Давний оппонент Абэ, бывший министр обороны Сигэру Исиба, напротив, стал активнее критиковать правительство. В 2018 году Абэ может переизбраться на третий – и последний – срок в качестве председателя партии либерал-демократов. Хотя летние коррупционные скандалы поставили казавшееся до того автоматическим переизбрание под вопрос.

В этом свете успешные итоги выборов могут укрепить позиции Абэ не только в парламенте, но и в партии. Там уже начинают готовиться к эпохе «после Абэ», а значит, могут и отказать в поддержке таких малопопулярных преобразований, как повышение налога на потребление и реформа корпоративного управления. В случае победы Абэ может продлить срок работы нижней палаты до 2021 года, а также свое председательство в ЛДП. А если победа окажется неполной и ЛДП утратит ее нынешнее абсолютное большинство в парламенте, то это, наоборот, может ускорить передачу власти внутри правящей партии.

Демократическая партия, еще недавно считавшаяся ведущей оппозиционной силой Японии, пока так и не оправилась после своего проигрыша на выборах 2012 года. Не помогло даже объединение с Партией инноваций. За пять лет у руля Демпартии перебывало четыре лидера, а рейтинги поддержки у нее упали до 7—8%.

Едва Демпартия определилась с новым лидером в сентябре 2017 года, как ее ряды покинуло несколько политиков. Они примкнули к политическим силам, поддерживающим губернатора Токио Юрико Коикэ, которая метит на пост премьер-министра Японии.

А после сентябрьского роспуска парламента дело чуть не дошло до окончательного исчезновения Демпартии, которая была правящей еще 5 лет назад. Председатель Демпартии Сэйдзи Маэхара сам решил баллотироваться как независимый кандидат, а партийное руководство одобрило его предложение позволить соратникам идти на выборы от «Надежды» – новой партии Коикэ. К этому альянсу готовы присоединиться две небольшие правые партии: Либеральная партия бывшего «теневого сёгуна» ДП Итиро Одзавы, а также Партия японского возрождения.

Звезда Юрико Коикэ

Столичная градоначальница Коикэ – харизматичный политик с хваткой «железной леди». Токийский губернатор имеет очевидный потенциал для высших постов, но пока неясно, как она до них доберется. После ухода из правящей ЛДП Коикэ уже дважды успела переиграть бывших однопартийцев: в прошлом году избралась губернатором Токио, а в нынешнем привела городскую партию «Токийцы – превыше всего» к победе над ЛДП на выборах в столичный парламент.

Юрико Коикэ вернула интригу в японскую политику. Прежде новые малые партии создавались с ограниченными перспективами, а доминирование ЛДП во многом основывалось на том, что избиратели не видели серьезной альтернативы правящему альянсу. После успехов Коикэ в Токио наблюдатели поспешили авансом выдать ей оптимистические прогнозы о превращении локального успеха в национальный. Кроме того, если раньше опросы отдавали Коикэ вместе с Демпартией 8%, то в более поздних исследованиях поддержка Коикэ уже составляла 18%.

Сама по себе победа кандидатов не из ЛДП на губернаторских, мэрских и законодательных выборах японских городов – не такая уж и новость. Прецеденты были в Токио, Осаке, Иокогаме, Нагое и других городах. Но правящая партия все равно сохраняла свои позиции на национальном уровне. Трансформировать успешную региональную партию в общенациональную – довольно трудная и кропотливая задача в государстве, где последние 60 лет с небольшими перерывами доминировала одна партия с многолетними патронажными сетями в регионах.

Досрочный роспуск парламента оставил Коикэ и ее соратникам совсем немного времени на подготовку к выборам. Новую Партию надежды формально учредили за день до роспуска правительства и всего за три недели до выборов, причем ключевые соратники узнали о церемонии за час до ее проведения. Кроме того, в токийском парламенте городская партия Коикэ находится в блоке с партией Комэйто – партнером ЛДП по национальной правящей коалиции и потенциальным рычагом давления на токийского губернатора.

Битва популизмов

Грядущие выборы в нижнюю палату станут первыми, на которых после избирательной реформы 2015 года смогут голосовать 18- и 19-летние граждане (это около двух миллионов голосов). В сложной избирательной системе Японии незначительные изменения предпочтений могут сильно повлиять на распределение мест, поэтому дорог каждый голос.

Однако самый высокий уровень явки все равно приходится на тех, кому за 60 (около 75% в 2012 году), а из 20-летних проголосовало только 38%. Поэтому не исключено, что политики в своей агитации будут прежде всего ориентироваться на старшие возрастные группы. Так, Абэ пообещал потратить поступления от запланированного повышения налога с продаж на увеличение финансирования социальных программ и образования – пусть и в ущерб выплате государственного долга.

Еще в середине сентября казалось, что главным противником Абэ будет он сам, но уже в конце месяца ситуация стала менее предсказуемой из-за перегруппировки в рядах оппозиции. Обещанный Абэ курс преобразований вызывает немало вопросов. В декабре закончится первая пятилетка «абэномики», но ее ключевые направления пробуксовывают: например, реформа корпоративного управления и борьба с дефляцией. К внедрению обещанной реформы призывают многие экономисты, включая зарубежных, но политик, принявшийся внедрять ее на практике, может легко навлечь на себя гнев бизнеса и профсоюзов.

В политических и бюрократических кругах растет недовольство усилением полномочий правительства: многие решения продавливаются правящей коалицией благодаря большинству в обеих палатах парламента без должных консультаций с оппозицией. Непотопляемый генсек кабмина Ёсихидэ Суга превратил премьерскую администрацию в настоящую машину по инициированию и продвижению законопроектов. Как отмечает австралийский японовед Аурелия Джордж Малган, если раньше министерства проводили предварительное обсуждение новых инициатив, то теперь правительство самостоятельно задает направление, по которому действуют чиновники. Оппозиция будет строить кампанию именно на критике авторитарных замашек Абэ. Роспуск парламента был воспринят в схожем ключе – как произвол со стороны правительства.

Альянс между оппозиционными партиями и токийским губернатором Коикэ подрывает расчет Абэ на раскол оппозиции и ее внутреннюю конкуренцию. Партнерство с Демпартией может сильно помочь токийскому губернатору, хотя окончательные контуры объединения пока неясны. При таком раскладе «Надежда» может получить доступ к региональной сети и фондам демократов ($88 млн), а те смогли бы стать частью более свежего и растущего бренда Коикэ. Риск состоит в том, что оппозиция не успеет перегруппироваться, а токсичный имидж Демпартии снизит символический капитал «Надежды».

Коикэ будет стараться бить врага его же оружием и делать упор на консервативный популизм: она обещает постепенные реформы и обновление, поддержку бизнеса, продвижение женщин, заморозку повышения налога на потребление, запланированного на 2019 год, и отказ от атомной энергетики. На учредительной пресс-конференции лидер Партии надежды призывала к перезапуску Японии, в том числе намекая на сохраняющийся стеклянный потолок для женщин.

Абэ может парировать своей политикой womenomics, которая подразумевает расширение участия женщин в экономике и госаппарате. Однако реальность пока явно не дотягивает до риторики премьера: в столичном парламенте доля женщин значительно выше, чем в национальном (32% против 9%), а после августовской перетасовки правительства число женщин-министров сократилось с трех до двух.

Еще одно де-факто ограничение японской политики – семейственность. Например, баллотироваться от ЛДП собрался Ясутака Накасонэ – внук бывшего премьера Ясухиро Накасонэ и сын бывшего главы МИДа Хирофуми Накасонэ. Другой пример — политический долгожитель и зампред ЛДП Масахико Комура решил не баллотироваться и уйти на покой, но при этом внес на рассмотрение кандидатуру своего сына Масахиро в качестве преемника. В обоих случаях партия может и не одобрить выдвижение депутатов в третьем поколении, причем не только из-за семейственности, но и из-за внутренней конкуренции, но тенденция все равно просматривается.

Коикэ также призывает к децентрализации государственного управления и создала блок из губернаторов трех крупнейших регионов страны, куда вошли глава префектуры Айти Хидэаки Омура и глава префектуры Осака Итиро Мацуи. Примечательно здесь то, что в свое время ЛДП долго адаптировалась к постепенному перемещению своего ядерного электората из сельских районов в города, а недавняя реформа сократила количество мест в нижней палате с 475 до 465, чтобы урезать представительство деревни в пользу городов.

Слабости оппозиции

Обещания Коикэ отказаться от атомной энергетики в целом совпадают с антиядерными настроениями японского общества, но плохо конвертируются в голоса избирателей. Как отмечает Эйдзи Огума, профессор университета Кэйо, антиядерное протестное голосование обычно дробится между самыми разными политическими партиями, включая правящую ЛДП.

Заигрывание с бизнесом тоже может выйти Коикэ боком. Прежде всего, здесь факты на стороне Абэ: активное лоббирование японских компаний за рубежом, повышение курса их акций вместе с прибылью, затягивание обещанной реформы корпоративного управления, рост экономики на протяжении последних шести кварталов подряд – последний раз нечто подобное в Японии было 10 лет назад. Во втором квартале текущего года японский ВВП вырос на 4% в годовом выражении. Это очень впечатляющая цифра для экономики, которая пытается оставить позади два потерянных десятилетия. Абэ в своей предвыборной риторике прямо называет времена, когда ЛДП оттесняли от власти (начало 1990-х и 2009—1912 годы), периодами неразберихи и замедления экономического роста.

Также неясно, как поведет себя японская федерация профсоюзов Рэнго – главный соратник и мобилизационный ресурс Демпартии. К Абэ они настроены критично, но могут воспринять в штыки и Коикэ: она планирует проводить жесткий отбор среди демократов, стремящихся в ее новую партию. И даже если руководство Рэнго договорится с «Надеждой», местные профсоюзные организации могут не поддержать эту позицию: минувшим летом они уже критиковали центральные органы за сговор с правительством по трудовой реформе.

Вопрос с профсоюзами составляет часть большой проблемы – судьбы оппозиционного левого электората, который в основном делится между Демократической и Коммунистической партиями Японии. Газета «Асахи» пишет, что представители «Надежды» решили не брать [лево]либералов в объединенную партию, а у самой Коикэ натянутые отношения с главой Компартии. В итоге оппозиционный альянс рискует потерять значительное количество голосов с левой части политического спектра.

Кроме того, представители Демпартии в верхней палате недовольны объединением с «Надеждой». А это значит, что даже в случае успеха на выборах разнородной оппозиции будет трудно вырабатывать единый курс. Этим смогут воспользоваться ЛДП и Комэйто, разделяя, властвуя и потворствуя личным амбициям Коикэ в ущерб ее новой партии, с многими из правоконсервативных членов которой им будет несложно договориться.

Сама Коикэ пока тоже не борется в полную силу. В создании ее общенациональной партии активнее всех были бывшие деятели Демпартии Госи Хосоно и Акихиса Нагасима и бывший член ЛДП Масару Вакаса. Они выстраивали партию под Коикэ, та выражала поддержку, однако сама решила на грядущих парламентских выборах не баллотироваться. В этом есть своя логика: в эпоху «после Абэ» Коикэ будут судить по результатам губернаторства, включая проведение Олимпиады-2020, а они пока еще не превратились в твердую валюту. Несмотря на разнос, устроенный предыдущим властям по ряду городских проблем, в деле их разрешения Коикэ пока не продемонстрировала принципиальных отличий от прежних градоначальников. Выстраивание доверия с новыми союзниками, решившими вскочить на подножку ее партийного стартапа, потребует времени. Свидетельством этого является поспешность и скрытность губернатора при создании «Надежды» и то, что сначала она и вовсе не хотела сотрудничать с демократами.

Противоборство Коикэ с ЛДП может оказаться не долгосрочным, а ситуативным, и нельзя исключать их возможное сотрудничество в будущем, вплоть до формирования коалиций. Вместе с тем Коикэ может оказаться выгодным партнером и для Демпартии: если в обмен на свой приход на высший пост она даст новым союзникам возможность разрабатывать политический курс.

Оттенки консерватизма

Коикэ и многим выходцам из Демпартии будет непросто объяснить избирателям, чем они отличаются от правящей ЛДП. Обе партии придерживаются консервативных взглядов, а позиционирование Демпартии как левоцентристской оппозиции становится все более пустой формальностью. Помимо описанного сходства позиций по отношению к бизнесу, и ДП, и ЛДП обещали направить средства от повышения потребительского налога на образование. Впрочем, Коикэ предлагает это повышение и вовсе заморозить. И Коикэ, и Абэ хотят пересмотреть Конституцию страны, хотя, в случае плохих результатов на выборах, нынешнему премьеру, возможно, придется отказаться от этих планов.

Во внешней же политике, менее важной для предвыборных баталий в Японии, Коикэ, Нагасима и Маэхара близки с Абэ в том, что тоже входят в правоконсервативную ассоциацию «Ниппон Кайги». Организация считается ревизионистской, выступает за тесный союз с США и отстаивает жесткую позицию в отношении Китая и КНДР.

А вот чего от оппонентов Абэ, особенно Коикэ, ожидать не стоит, — так это аналогичного энтузиазма на российском направлении. Вместе с тем прагматизм тут может сохраниться, если вспомнить, что Нагасима был внешнеполитическим советником премьера Ёсихико Ноды, взявшего курс на осторожную нормализацию отношений с РФ.

Абэ с его многолетним премьерским опытом будет легче играть на внешнеполитическом поле, чем оппозиционерам: попытки Демпартии в свое время примириться с Китаем и Россией были неудачными и незавершенными, в то время как Абэ, несмотря на репутацию ястреба, постоянно поддерживал рабочий диалог с Пекином и устраивал мини-разрядки через советников. В отношениях с Москвой многого стоит уже одно только создание особого министерского портфеля по России для главы Минэкономики.

Главный риск для Абэ на этих выборах – невнятная победа, при которой представительство ЛДП в парламенте уменьшится, что снизит его шансы переизбраться в следующем году лидером партии. Для собранной наспех оппозиционной коалиции основная опасность — это повторение ситуации 1993—1994 годов, когда антиправительственный блок победил на выборах, но затем, из-за своей разнородности, постепенно уступил ЛДП. Тогда у ЛДП все равно оказалось значительно больше мест, чем у любого участника мозаичной коалиции оппозиционеров в отдельности. Хотя политическая карьера Коикэ, похоже, выиграет при любом раскладе – если только губернатор не потеряет осторожность или большинство в токийском парламенте из-за трений с Комэйто.

Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 20 октября 2017 > № 2358450 Николай Мурашкин


Япония. Россия > Авиапром, автопром > forbes.ru, 20 сентября 2017 > № 2317609 Осаму Масуко

Президент Mitsubishi Motors Осаму Масуко: «Меры господдержки считаю недостаточными»

Алексей Сивашенков

Корреспондент Forbes

Российский авторынок возрождается, но сможет ли он выйти на докризисные показатели, зависит не от усилий автокомпаний, а от долгосрочной политики государства.

Производство внедорожника Mitsubishi Pajero Sport на заводе в Калуге, ранее замороженное из-за экономического кризиса, будет возобновлено. Предполагается, что в год будет выпускаться 7000 автомобилей. Для этих целей штат «ПСМА Рус» будет увеличен на 440 человек, предприятие перейдет на двусменный режим работы. Кроме того, японская компания заявила об увеличении прогноза продаж с 20 000 до 30 000 автомобилей до конца текущего финансового года. Все говорит о том, что отечественный авторынок постепенно возрождается, но сможет ли он выйти на докризисные показатели и продолжить развитие, зависит не от усилий автокомпаний, а от долгосрочной политики государства. Об этом Forbes рассказал президент Mitsubishi Motors Corporation Осаму Масуко.

Возобновление производства Mitsubishi Pajero Sport в Калуге свидетельствует об оптимистичном видении российского рынка. Наблюдающееся сейчас восстановление спроса — устойчивый тренд?

Не сомневаюсь в грядущем росте продаж: в прошлом году мы реализовали 16 000 автомобилей, планы на 2017 год — уже 30 000. Однако в истории нашей компании были периоды, когда мы продавали в России более 100 000 машин за год. То есть мы знаем, что ваш рынок обладает мощным потенциалом. Но будет ли он в полной мере реализован, зависит от государства.

Скажется ли запланированное увеличение продаж на дилерской сети?

Конечно, мы думаем о расширении. Не так давно у нас появился партнер в Новосибирске, сегодня практически достигнута договоренность с компанией в Нижнем Новгороде. Параллельно ведутся переговоры с дилерами в еще нескольких городах.

Как вы оцениваете действующие меры государственной поддержки?

Считаю их недостаточными. Речь, впрочем, идет не о стимулировании покупательского спроса или поддержке автокомпаний, а о развитии производства автокомпонентов. Эта индустрия является ключевой для отрасли, однако реализуемая в России политика слабо ее охватывает.

Почему она так важна?

Собственное автомобилестроение — то, к чему стремится любая развитая страна. Это один из локомотивов роста экономики. Однако ничего не может расти без корней: в данном случае, индустрия выпуска автокомпонентов выступает в роли густой корневой системы, обеспечивающей приток инвестиций, создание дополнительных рабочих мест, и так далее. Если вы не выпускаете 100% компонентов внутри страны, происходит дисбаланс.

Решает ли проблему стратегия развития автомобильной промышленности до 2025 года, представленная Минпромторгом?

Заложенные в ней идеи фундаментально правильные. Но автомобилестроение требует определенных масштабов. То есть 2-3 компании, производящие детали, это неподходящий для нас масштаб. Нужно, чтобы такое производство не просто появилось в России, но стало действительно конкурентной отраслью промышленности.

Без этого документ начинает расходиться с реальностью. Например, российское правительство планирует расширять экспорт автомобилей. Однако для реализации этого плана необходимо добиться конкурентоспособной цены без потери качества. Как можно об этом говорить, если до сих пор автокомпании вынуждены импортировать детали?

Что можно было бы предпринять?

Одним из вариантом могло бы стать привлечение иностранных компаний разнообразными преференциями. Например, снижением или даже полной отменой пошлин на ввоз оборудования для подобных производств. Если не заниматься этим, выпуск автокомпонентов так и останется на сегодняшнем — довольно низком — уровне.

Почему налаживанием локального производства не могут заняться автопроизводители, уже пользующиеся поддержкой государства?

У нас просто нет интеллектуальных прав на выпуск целого ряда компонентов. Ведь самая типичная модель развития авторынков в мире — это когда сначала появляются компании-производители компонентов, а вслед за ними в страну приходят автокомпании и налаживают сборочное производство из выпускаемых деталей.

То есть мы с самого начала пошли не по тому пути?

Нет, я не скажу, что Россия ошиблась. Вы сейчас на пути, который проходят многие страны. Это как притча про курицу и яйцо: чтобы зайти на рынок, производителям автокомпонентов требуются определенные объемы выпуска машин. Но мы не можем их обеспечить, пока они не придут. Получается дилемма, которая должна быть решена государством. Некоторые страны выходят из положения, создавая индустриальные парки, предлагающие резидентам значительные налоговые и таможенные льготы.

Такие парки создаются в России, но взрывного интереса со стороны компаний-производителей не наблюдается.

Посмотрите как это сделано в Японии. Они открываются везде, где существуют крупные автомобильные кластеры: под Иокогамой, Наго и так далее. Это упрощает логистику, позволяет предприятиям работать, не имея товарных запасов. Соответственно, в России такие территории должны появиться под Санкт-Петербургом, около Калуги, там, где есть потребность в автокомпонентах.

Япония. Россия > Авиапром, автопром > forbes.ru, 20 сентября 2017 > № 2317609 Осаму Масуко


КНДР. Япония > Армия, полиция > inopressa.ru, 18 сентября 2017 > № 2314506 Синдзо Абэ

Солидарность перед лицом северокорейской угрозы

Синдзо Абэ | The New York Times

"Весь мир столкнулся с беспрецедентной, серьезной, безотлагательной угрозой, которая исходит от Северной Кореи", - пишет в статье, опубликованной в The New York Times, премьер-министр Японии Синдзо Абэ. Он называет важным шагом новые санкции СБ ООН, принятые 11 сентября, но подчеркивает: "Официальный Пхеньян неуклонно игнорировал предыдущие резолюции. Международное сообщество должно сохранять единство и добиваться соблюдения санкций".

Абэ отмечает, что все надеются на мирное урегулирование северокорейского кризиса. Но, считает он, дальнейший диалог с Северной Кореей - тупиковый путь: "Пхеньян воспринял бы новые переговоры как доказательство того, что другие страны пошли на уступки под давлением успешных северокорейских ракетных пусков и ядерных испытаний. Пришло время оказать на Северную Корею максимальное давление. Никаких отсрочек больше не должно быть".

Абэ вопрошает, каким образом Северная Корея, несмотря на санкции, получает сырье, компоненты и двигатели. И отвечает: "Статистика демонстрирует, что некоторые страны, преимущественно страны Азии, продолжают торговать с Северной Кореей". "По данным ООН, в баллистических ракетах Северной Кореи использовались компоненты зарубежного производства. Некоторые страны покупают северокорейские товары, платят за услуги этой страны или принимают рабочих из нее. Подставные фирмы, зарегистрированные в Азии, обеспечивают Северной Корее доступ к иностранным валютам", - поясняет японский премьер.

Абэ сообщает, что Япония в ответ еще более упрочила альянс с США и координирует свои действия с США и Южной Кореей. "Я твердо поддерживаю позицию США, которая гласит, что рассматриваются все варианты действий", - пишет японский премьер.

Абэ призывает "добиться досконального выполнения всей череды резолюций [СБ ООН], чтобы не позволить Северной Корее приобрести товары, технологии, деньги и кадровые ресурсы для дальнейшего развития ее ракетной и ядерной программ".

По словам Абэ, необходимо как можно скорее "добиться, чтобы Северная Корея прекратила провокации, отказалась от разработок ядерного оружия и баллистических ракет и вернула похищенных лиц на родину".

КНДР. Япония > Армия, полиция > inopressa.ru, 18 сентября 2017 > № 2314506 Синдзо Абэ


Япония. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 7 сентября 2017 > № 2301451 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Настало время подвести итоги работы по восьми направлениям российско-японского сотрудничества

В ходе работы на Восточном экономическом форуме Министр экономического развития РФ Максим Орешкин открыл бизнес-диалог Россия-Япония.

Спустя год после запуска совместной работы по плану экономического сотрудничества из 8 пунктов, предложенного Премьер-министром Японии Синдзо Абэ, можно говорить о значительной активизации взаимодействия бизнес-сообществ двух стран.

В практическую стадию перешло обсуждение совместных инвестиционных проектов в нефтегазовой отрасли, сельском хозяйстве, здравоохранении, инфраструктуре.

Многие из проектов связаны с Дальним Востоком России. В активной фазе находятся переговоры российских и японских компаний по строительству газотранспортной магистрали и морского энергомоста для поставок электричества в Японию. Особый интерес представляет развитие сотрудничества в области возобновляемых источников энергии.

Участники бизнес-диалога говорили о том, какие проекты японских компаний уже реализуются на Дальнем Востоке и в чём залог их успеха, какие сомнения мешают японским компаниям делать инвестиции в Дальний Восток, какие отрасли являются наиболее перспективными.

Стенограмма выступления Министра экономического развития РФ Максима Орешкина:

Доброе утро! Рад приветствовать, уважаемые дамы и господа, гости из Японии, на третьем Восточном экономическом форуме во Владивостоке. Это крупнейшее мероприятие здесь.

Алексей Евгеньевич сказал про большую работу, на самом деле, работу проделали мы все вместе. И на уровне правительств, и на уровне бизнеса идёт большое движение вперёд. Но здесь останавливаться не нужно.

Ещё раз рад всех приветствовать во Владивостоке. Владивосток традиционно называется российскими вратами в Азию. Мы видим очень много коллег из Азиатско-Тихоокеанского региона. И очень радует, что японская делегация всегда одна из самых представительных. Поэтому еще раз хочу выразить благодарность японским коллегам за их участие в программе форума.

С точки зрения российско-японского сотрудничества форум особенный. Настало время подвести итоги работы по восьми направлениям российско-японского сотрудничества, предложенным Премьер-министром Абэ в мае 2016 года.

Если посмотреть на экономические отношения, то они демонстрируют положительную динамику.Товарооборот за первые шесть месяцев увеличился на 15%. Это большая динамика по сравнению с 2016 годом, когда мы не могли похвастаться увеличением товарооборота. Но, к сожалению, это показатели, которые отстают от показателей товарооборота России с рядом других стран.

За последний год было подписано около 100 коммерческих и межведомственных соглашений.

«На полях» этого Форума будет подписано еще около 40.

Важно, что некоторые из них переводят наши экономические отношения на новый уровень. Например, запланированная к подписанию сегодня конвенция об устранении двойного налогообложения соответствует всем современным международным стандартам и существенно облегчит деятельность наших компаний. Будет проще работать японским компаниям на российском рынке, российским компаниям на японском рынке.

Мы ведем активные консультации по тематике торговли услугами и инвестиций, ориентируясь на передовой международный опыт.

Отмечу также большое количество коммерческих соглашений в таких областях как энергетика, финансы, медицина, высокие технологии.

За последние месяцы произошли такие знаковые сделки, как, например, вхождение японской компании «Мицуи» в капитал российской фармацевтической компании «Р-Фарм». Произошло приобретение 10% акций. Компания «Эйдос-медицина» и научный институт РИКЕН разрабатывают уникальный продукт – портативную тест-систему для диагностики широкого перечня заболеваний.

Единый институт развития в жилищной сфере и японское архитектурное бюро «Никкэн сэккэй» завершили разработку концепции развития города Владивостока. Всем на форуме рекомендую посетить специальный павильон, который посвящён этому проекту. Этот проект, по моему мнению, очень важен для развития Дальнего Востока, потому что, организовав его, мы сможем сделать большой шаг вперед с точки зрения качества городской среды Владивостока. Это значит, сделать жизнь для жителей Дальнего Востока гораздо комфортнее, что позволит развивать активнее совместные бизнес-проекты.

В июле этого года Япония стала страной-партнёром в международной индустриальной выставке «Иннопром-2017». Продолжается программа проведения технологического аудита 12 российских предприятий японскими специалистами. В рамках программы кадровой подготовки сотрудники 26 российских предприятий посещают передовые японские производственные площадки. Мы также договорились с нашими японскими друзьями активно работать по двум новым направлениям для программ, которые были утверждены в последние месяцы – по повышению производительности труда и развитию цифровой экономики.

Отмечу открытие завода по производству шин японской компании «Бриджстоун». Оно состоялось в мае 2017 года в Ульяновске.

Свидетельством взаимного доверия между нашими странами выступают и шаги, направленные на снятие торговых ограничений. В этой связи отмечу открытие японского рынка термически обработанного мяса для российских производителей. В июне этого года в Японию была поставлена первая партия российских колбасных изделий производства ООО «Ратимир».

Развивается сотрудничество в области финансов. Российский фонд прямых инвестиций и Японский банк международного сотрудничества создали совместный фонд с капиталом в 1 млрд. долларов. Стороны уже анализируют приоритетные проекты на территории России. Подписано кредитное соглашение между «Альфа-банком», Государственным экспортно-кредитным агентством Японии и Сумитомо Мицуи Банкинг.

Отмечу, что по многим проектам ведутся переговоры, но важно, чтобы они достигали результатов. В настоящее время переговоры продолжаются по проекту модернизации Хабаровского аэропорта, созданию центра инноваций в Санкт-Петербурге по автоматизации производства «Газпромнефти», внедрению технологий искусственного интеллекта компании «Абби» в Японии.

Еще раз подчеркну, что сегодня сложились все условия для активизации торговли и инвестиционного сотрудничества между нашими странами. А здесь ключевой составляющей – и это показывают приведенные мной примеры – должен стать диалог между бизнес-ассоциациями, между японскими и российскими предпринимателями.

Поэтому желаю участникам сегодняшнего форума плодотворной работы, конкретных договоренностей и проектов, которые обеспечат развитие российско-японского экономического взаимодействия.

А мы с господином Сэко будем стараться всесторонне поддерживать такие проекты.

Япония. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 7 сентября 2017 > № 2301451 Максим Орешкин


Россия. Япония > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > economy.gov.ru, 7 сентября 2017 > № 2301448 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Россия и Япония должны активнее сотрудничать в сфере цифровой экономики

Министр экономического развития РФ Максим Орешкин в ходе Восточного экономического форума провел переговоры с Министром экономики, промышленности и торговли Японии Хиросигэ Сэко.

Россия и Япония будут сотрудничать в области цифровой экономики, стимулировать развитие технологий, в том числе в сфере безопасности цифровой инфраструктуры и в энергетике.

Соглашение об этом в рамках Восточного экономического форума подписали глава Минэкономразвития РФ Максим Орешкин и Министр экономики, торговли и промышленности Японии Хиросигэ Сэко, отвечающий за экономическое взаимодействие с Россией.

Министры договорились сотрудничать по ряду направлений. В частности, Россия и Япония будут обмениваться информацией по национальным инициативам и программам в области цифровой экономики, таким как российская программа "Цифровая экономика" и инициатива Японии "Общество 5.0".

"Стороны согласились о таких целях сотрудничества, как развитие стабильной, надежной и безопасной цифровой инфраструктуры для преодоления цифрового разрыва, повышения производительности и развития человеческих ресурсов", - отмечается в Соглашении. Кроме того, Россия и Япония расширят взаимодействие бизнеса в цифровой экономике, будут обеспечивать свободный поток информации и обмениваться опытом в сфере государственной политики в области цифровой экономики.

В частности, будут продвигать сотрудничество в сфере цифровой экономики в таких областях как здравоохранение, включая телемедицину, развитие городской среды, малый и средний бизнес, энергоресурсы, включая возобновляемые источники энергии и цифровизацию нефтегазовых отраслей, а также в промышленности. В области передовых технологий Россия и Япония будут продвигать инновации, такие как облачные вычисления, интернет вещей, большие данные, открытые данные и искусственный интеллект.

Максим Орешкин и Хиросигэ Сэко подписали и Меморандум о взаимопонимании по обмену опытом в области повышения производительности труда, подтверждая, что высокая производительность труда вносит значительный вклад в социально-экономическое развитие обеих стран. Документ предусматривает обмен опытом в области производительности труда, включая обмен информацией о предприятиях с высокими показателями производительности труда.

Планируется обмен опытом по вопросам государственной политики в этой сфере, в том числе на региональном уровне. Обсуждение тематики повышения производительности труда станет регулярным в рамках Российско-японской группы высокого уровня по реализации Плана сотрудничества.

Россия. Япония > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > economy.gov.ru, 7 сентября 2017 > № 2301448 Максим Орешкин


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 сентября 2017 > № 2300346 Синдзо Абэ

Выступление Премьер-министра Японии Синдзо Абэ на пленарной сессии 3-го Восточного экономического форума — 2017

Иомиури симбун, Япония

Господин Ронни Чан! Благодарю Вас, что представили меня. Господин Путин, я вернулся в этот зал, как и обещал год тому назад. Этот форум проводится уже в третий раз и он становится все более насыщенным. Искренне поздравляю вас. Господин Президент Мун Чжэ Ин, господин Президент Халтмаагийн Баттулга, для меня большая честь видеть вас.

Уважаемые дамы и господа, как вы знаете, президент Путин имеет черный пояс по дзюдо. Хочу отметить, что Президент Баттулга тоже имеет черный пояс. Насколько я знаю, в этом зале находится еще один черный пояс по дзюдо. Это золотой медалист Олимпийских игр Ясухиро Ямасита, обладатель восьмого дана. Вы в зале? Не могу не обратиться к Ямасита-сан с восьмым даном с таким предложением. Ямасита-сан, не могли бы Вы непременно пригласить двух президентов — черных поясов в Японию по линии Японской федерации дзюдо? Тогда господин Ямасита и два президента могли бы показать нам тренировочные схватки. Как вы? Мне кажется, всем здесь присутствующим тоже было бы интересно посмотреть. Я позволю себе лишь тихо наблюдать за схватками, так как не обладаю черным поясом и не хочу получить травму.

Итак, в декабре прошлого года президент Путин посетил мою родину, город Нагато. Это небольшой городок на побережье Японского моря. Под холодным снегом с дождем жители моего родного города стояли вдоль дороги, чтобы встретить и поприветствовать Президента Путина. Прошла ночь, наступил рассвет, и мы с господином Путиным, взглянув на сад, увидели, что он полностью белый. В середине ночи снег с дождем сменился настоящим снегом.

«Красиво. Как будто в сказке», — обронил господин президент. Все эти виды стали для нас обоих незабываемыми воспоминаниями. Дамы и господа, тогда президент Путин и я говорили друг с другом в течение пяти часов. Мы твердо решили пристально смотреть только в будущее, а не в прошлое. Какое же плодородное поле возможностей появится после того, как будет раскрыт потенциал Японо-российских отношений! Стремясь к этому, мы решили определить, что необходимо делать сейчас.

История японо-российских отношений тогда вступила в свою новую эру. Динамика набирает силы и, одно за другим, приносит новое развитие. Когда я готовился сегодня к этому докладу перед вами, произошло радостное событие.

Дамы и господа! Порадуйтесь: наша команда Samurai Blue добилась права участвовать в Чемпионате мира по футболу в 2018 году!!! Из Японии в Россию приедет много молодежи. На стадионе молодые люди Японии и России будут болеть друг за друга, будут радоваться успехам друг друга. Такие картины встают у меня перед глазами.

Президент Путин, наша цель все более и более ясна. Сейчас мы должны продолжать наши серьезные усилия, в первую очередь, ради живущей сейчас молодежи, ради их будущего. В прошлом году Правительство Японии, выбрав восемт областей, в которых сильны частные японские компании, выступило с предложением и добиться результатов путем сотрудничества с российской стороной.

Чтобы построить взаимное доверие, лучше всего работать сообща и разделить успех друг с другом. Мы выбрали взаимовыгодные области и проекты, которые принесут взаимный выигрыш. К тому же мы выбрали области, которые непосредственно касаются каждого человека, который живет в России, и его жизни. Мы хотели бы на уровне наших народов взрастить уверенность в том, что если делать сообща, то можно сделать многое.

Такое желание появилось у президента Путина и меня. В первую очередь было названо повышение уровня медицинского обслуживания и увеличение продолжительности здоровой жизни. Мы воспользовались этим экраном. В Университете Ойта в Японии есть врачи, которые раньше всех в мире добились успеха в проведении операций при раке желудка с помощью только эндоскопа. Сотрудничество японской стороны во главе с этим Университетом Ойта с находящимся в Москве Национальным исследовательским медицинским университетом имени Пирогова принесло свои плоды. Далее — туберкулез. Я слышал, что в России ежегодно более 15 тысяч человек уходят из жизни из-за тяжелых форм туберкулеза. Новый лекарственный препарат одной японской компании эффективно действует против микобактерий туберкулеза, которые обладают резистентностью к уже существующим лекарствам. Позволю себе сообщить, что в июне этого года эта компания, название которой «Оцука Фармасьютикал», заключила контракт с российской компанией «Р-Фарм». Предстоит борьба с туберкулезом в сотрудничестве между Японией и Россией. Расположенные в Москве Научный центр имени Кулакова, специализирующий на акушерстве, Российский геронтологический научно-клинический центр при Правительстве Российской Федерации. А также, конечно, расположенный в Москве педиатрический центр имени Рогачева. Его я попросил посетить свою супругу Акиэ в апреле этого года.

В клиниках, являющихся центрами, отвечающими за лечение детей и престарелых, мы объединим свои знания и опыт. Японо-российское сотрудничество по спасению детских жизней и увеличению продолжительности здоровой жизни продвинется вперед. Вторым пунктом было названо сотрудничество по созданию комфортной городской среды. Год назад здесь я обратился к Президенту Путину с просьбой. Владивосток — город, полный безграничных возможностей для развития в качестве туристической столицы, транспортного и торгового центра. Это искреннее желание: позвольте Японии принять участие в работе, которая раскроет потенциал, которым обладает этот прекрасный, имеющий ностальгическую атмосферу, великий город. Вот с такой просьбой я обратился.

Прошел один год, и уже появились предварительные намётки. На побережье будет создан торгово-курортный кластер — здесь будет зона отдыха. Что касается исторических видов города, мы придадим им еще большую красоту. Сейчас вы видите план по улучшению почтовых услуг путем сотрудничества двух стран. Посылки будут доставляться точно в назначенный день. И тогда вот такая милая девочка одарит нас своей замечательной улыбкой в день рождения.

Концепция предполагает превращение Владивостока в образцовый город Дальнего Востока и в плане обращения с отходами. Следующее место действия — Воронеж. Как всем известно, это важный транспортный узел. В моем Кабинете есть министр, который специально занимается развитием сотрудничества между Японией и Россией. Это министр Хиросигэ Сэко. Недавно он побывал в Воронеже. «Этот город станет моделью японо-российского сотрудничества», — сказал он. Там много замечательных церквей, повсюду парки. Как красиво! Но проблемы Воронежа с населением в один миллион человек — это автомобильные пробки.

Давайте введем сюда новую систему, которая будет изменять время действия зеленого сигнала светофора путем обмена информацией об интенсивности движения между светофорами, расположенными впереди и сзади по ходу движения. Зеленый сигнал будет действовать столько времени, сколько необходимо для беспрепятственного движения одной группы автомобилей, поэтому пробки уменьшатся. Это позволит также снизить количество выхлопных газов, выделяемых при начале движения и остановке.

Устаревшая система водоотведения. В городе с древней историей трудно вести инженерные работы. В таком случае мы предложим технологию замены канализационных водопроводов на новые без вскрытия грунта. Это не нанесет ущерба городскому пейзажу. Мы также разработали план совершенствования железных дорог в комплексе с развитием привокзального пространства. Есть вокзал, и вокруг него — город. Мы попробуем создать новый городской дизайн. Именно так. К технологиям Японии — мудрость России. Цель правительств обеих стран — городское развитие, которым будет гордиться каждый житель России перед всем миром и перед будущими поколениями. С другой стороны, Екатеринбург в этом июле посетили многочисленные представители японских компаний.

На промышленной выставке «Иннопром» Япония впервые выступила страной-партнером, посетил выставку и Президент Путин. От Японии 168 компаний и организаций представили свои экспозиции. Из них 108 были предприятиями малого и среднего бизнеса. В Японии появляется все более широкий интерес к России. Если японские и российские предприниматели захотят начать что-то вместе, то несомненно пригодится созданный совместно двумя странами фонд, это около одного миллиарда долларов. И Президент Путин, и я занимаемся развитием цифровой экономики. Дамы и господа, хотел бы сообщить вам, что между правительствами двух стран был только что подписан меморандум о сотрудничестве в этой сфере. По каждому из 8 пунктов ведется очень большая работа. Все ее примеры не перечислишь. Всего за 1 год добиться такого! Мы вместе с Президентом Путиным не можем скрыть своего удивления. И как раз в тот самый момент, когда мы, пристально вглядываясь в будущее, пытаемся заложить основы для процветания, Северная Корея бросила мировому сообществу вызов, превратившись в беспрецедентную, серьезную и неотложную угрозу.

29 августа Северная Корея произвела пуск баллистической ракеты средней дальности, которая пролетела над воздушным пространством Японии. 3 сентября Северная Корея форсировала проведение шестого ядерного испытания в точке на расстоянии всего 300 км отсюда, от Владивостока, а мощность взрыва заметно превысила предыдущие. Северная Корея проводит курс эскалации открытых вызовов миру, процветанию и правопорядку не только в регионе, но и во всем мире. Необходимо заставить Северную Корею незамедлительно и полностью выполнить все соответствующие резолюции Совета Безопасности ООН, а также отказаться от всех программ по созданию ядерного оружия и баллистических ракет полноценным, проверяемым и необратимым способом. Для этого международное сообщество должно объединиться и оказать на Северную Корею максимальное давление. Ни в коем случае нельзя допускать, чтобы они угрожали миру и процветанию Северо-Восточной Азии.

Япония и Россия должны, все более углубляя свое доверие, укрепить свои отношения в обеих областях — экономики и обеспечения безопасности и заложить краеугольный камень прочной стабильности в Северо-Восточной Азии. Я также хочу продвигать усилия по налаживанию верховенства права в области порядка на море с помощью японо-российского сотрудничества. Я намерен беспрестанно продолжать эту работу в рамках диалога по вопросам обеспечения безопасности.

Всего лишь за один этот год между Японией и Россией начали движение многие вещи, которые мы не могли сделать в течение последних 70 лет. И если продолжать шаги ещё один год, а затем ещё один год, то мы увидим впереди блестящее будущее японо-российских отношений, раскрывших в полной мере имеющийся потенциал. Именно ради этого мы обязаны поставить точку в такой ненормальной ситуации, когда у нас до сих пор нет мирного договора.

Владимир! Давай, мы вдвоем выполним эту обязанность. Преодолим все трудности, оставим молодым людям следующего поколения мир, в котором два государства, Япония и Россия, в полной мере раскроют свой потенциал. Обращаюсь и ко всем присутствующим в зале. Давайте, мы японцы и россияне работаем вместе, рука об руку, и откроем новую эру японо-российских отношений.

Спасибо за внимание.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 сентября 2017 > № 2300346 Синдзо Абэ


Япония > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 6 сентября 2017 > № 2464676 Таро Коно

Глава МИД Японии в интервью ТАСС рассказал о личной важности развития отношений Москвы и Токио, ожиданиях от участия в ВЭФ и встрече с Сергеем Лавровым

Новый министр иностранных дел Японии Таро Коно в первом интервью российским СМИ с момента своего назначения рассказал ТАСС о личной эмоциональной связи с российско-японскими отношениями, перспективах дальнейшего развития отношений между Москвой и Токио, ожиданиях от участия японской стороны в Восточном экономическом форуме и возможных путях решения обострившейся до предела ситуации на Корейском полуострове.

— Господин Коно, ваш дед и отец в свое время активно занимались развитием российско-японских отношений. Не могли бы вы немного рассказать об этом? Вы чувствуете в этой связи личное отношение к теме двусторонних отношений?

— И мой дед, и мой отец, которые были политиками, были глубоко вовлечены в развитие японско-советских и японско-российских отношений.

И я лично ощущаю большую эмоциональную связь с будущим японско-российских отношений. Конечно, это не только мои личные мысли, я как нынешний министр иностранных дел Японии ощущаю ответственность за то, чтобы углублять и продвигать вперед японско-российские отношения в широком спектре областей, включая проблему мирного договора, в такой форме, чтобы это шло на пользу обеим сторонам.

В таких обстоятельствах участие в Восточном экономическом форуме (ВЭФ) во Владивостоке стало для меня первым визитом в Россию в качестве министра иностранных дел. И Япония, и Россия являются членами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), на которых лежит ответственность. Построение устойчивых отношений между двумя странами как между важными партнерами крайне важно для стабильности и развития региона.

— В российско-японских отношениях сейчас наблюдается заметный подъем. Ведется активная работа по развитию сотрудничества в различных областях. Какие темы на данном этапе кажутся вам самыми важными?

— При том что [Россия] является важным партнером [Японии] в Азиатско-Тихоокеанском регионе и развитие сотрудничества происходит в различных сферах, наиболее важным вопросом для двух стран, за который следует взяться, является заключение мирного договора. Ситуация, когда мирный договор не подписан на протяжении более чем 70 лет, ненормальная.

Во время визита президента РФ [Владимира] Путина в Японию в декабре прошлого года лидеры двух стран продемонстрировали искреннюю решимость подписать этот документ. Во время совместной пресс-конференции президент Путин особо отметил, что "самым главным является заключение мирного договора".

Что касается экономической сферы, то надо отметить межправительственную комиссию по торгово-экономическим вопросам, сопредседателями которой выступаю я и первый вице-премьер РФ [Игорь] Шувалов. Я намерен и дальше тесно сотрудничать с господином Шуваловым. К тому же план сотрудничества из восьми пунктов, который предложил премьер-министр Японии [Синдзо] Абэ в прошлом году, наполняется содержанием быстрыми темпами. Активно продвигается и сотрудничество, которое может быть полезно для улучшения условий повседневной жизни простых граждан, к примеру в сфере медицины и развития городской инфраструктуры на примере Владивостока и Воронежа.

По линии гуманитарных обменов в следующем году будет проведен Год Японии в России и Год России в Японии. В этих рамках планируется провести ряд обменов в области политики, экономики, науки, образования, спорта, среди муниципалитетов и молодежи.

В марте этого года Россия и Япония провели встречу в формате "два плюс два" с участием глав МИД и Минобороны. Для России и Японии очень полезно продвигать диалог в сфере безопасности.

Мы надеемся, что лидеры наших стран проведут содержательную дискуссию на встрече во Владивостоке по поводу сотрудничества в столь широком спектре областей, что в свою очередь должно поспособствовать заключению мирного договора.

— Одним из самых заметных вопросов в двусторонней повестке является перспектива совместной хозяйственной деятельности на островах. Какие сферы деятельности кажутся вам самыми перспективными? Когда вы ожидаете первых ощутимых результатов?

— Во время визита президента России Путина в Японию в декабре прошлого года лидеры двух стран договорились проводить консультации о совместной экономической деятельности в сфере рыболовства, марикультуры, туризма, медицины, экологии и в других областях. С учетом такого скрытого потенциала этих четырех островов, как богатая природа и географические условия этого района, все эти области являются многообещающими.

И на моей встрече в Маниле 7 августа с главой МИД Лавровым мы договорились продвигать рассмотрение возможности в как можно более скорые сроки реализовать проекты, имеющие смысл с экономической точки зрения, на основе такой работы, как изучение (возможностей для совместной деятельности) на месте на четырех островах в конце июня, и в такой форме, чтобы это не наносило вреда юридическим позициям обеих стран.

Нельзя спрогнозировать, когда будут достигнуты результаты. Однако я думаю, что Япония и Россия, рисуя образ будущего четырех островов, смогут наконец-то достичь общей цели заключения мирного договора благодаря направленному в будущее устремлению поиска взаимоприемлемого решения [этого вопроса].

— К настоящему моменту вы встречались с Лавровым только один раз. Какие впечатления у вас остались о российском министре после этого знакомства? Когда в ближайшем будущем вы планируете следующую встречу с ним или визит в Москву?

— 7 июля я провел первую встречу с главой МИД РФ [Сергеем] Лавровым. Переговоры длились порядка 30 минут, однако они были очень содержательными и поспособствовали установлению личных отношений. Во время той встречи мы обсудили двусторонние отношения, включая совместную экономическую деятельность на четырех островах, а также провели обмен мнениями по проблеме Северной Кореи, высоко оценили принятие резолюции [по КНДР] и подтвердили намерение и дальше взаимодействовать в различных областях.

Кроме того, 1 сентября я провел телефонные переговоры с министром иностранных дел Лавровым в связи с ракетным пуском Северной Кореи.

Лавров — политик с богатым опытом, который служит главой Министерства иностранных дел России уже более 13 лет, и я на первой же встрече почувствовал его вес. Я хочу и в будущем проводить с Лавровым откровенные дискуссии и еще дальше продвигать японско-российские отношения. Я получил от него приглашение посетить Россию, и поэтому я с нетерпением жду возможности совершить визит в Москву в скором времени.

— В последнее время внимание всего мирового сообщества приковано к ситуации вокруг КНДР. Япония неоднократно называла необходимым дальнейшее усиление давления на Пхеньян, однако до настоящего момента ситуация лишь обострялась. Вы считаете это (усиление давление) эффективным методом для фундаментального решения вопроса? Как вы относитесь к предложенной Россией и Китаем инициативе урегулирования?

— Ядерное испытание 3 сентября — это откровенный и прямой вызов международному сообществу. Это угроза небывалого до сих пор уровня, стоящая перед всем регионом, включая Японию.

КНДР продолжает игнорировать предупреждения и провоцирует международное сообщество, что включает в себя и последнее ядерное испытание. И это совершенно неприемлемо. Необходимо, чтобы все международное сообщество оказало максимально возможное давление на Пхеньян для того, чтобы он предпринял конкретные шаги по денуклеаризации.

Мы в курсе того, что Китай и Россия выступают за диалог как средство снижения уровня напряженности на Корейском полуострове.

Однако нельзя обсуждать в одной плоскости военные учения США и Южной Кореи, направленные на защиту от северокорейской ракетно-ядерной угрозы, и северокорейские ракетные пуски и ядерные испытания, которые являются прямым нарушением действующих резолюций Совета Безопасности ООН.

Япония продолжит усиливать на Северную Корею давление и требовать конкретных действий, направленных на разрешение существующих проблем, активно сотрудничая с мировым сообществом, включая не только США и Южную Корею, но и Китай с Россией.

Кирилл Агафонов, Игорь Беляев, Алексей Заврачаев

Япония > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 6 сентября 2017 > № 2464676 Таро Коно


Япония. Россия. ДФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2017 > № 2464533 Ясухиро Ямасита

Первый в истории Международный турнир имени основателя дзюдо Дзигоро Кано среди юниоров стартует во Владивостоке в рамках Восточного экономического форума. Совместный российско-японский оргкомитет турнира возглавили глава Российской федерации дзюдо Василий Анисимов и член исполнительного комитета Международной федерации дзюдо, олимпийский чемпион Ясухиро Ямасита. В интервью ТАСС Ямасита рассказал о задачах нового турнира, кодексе дзюдоиста, развитии мирового дзюдо, а также об укреплении взаимоотношений между Россией и Японией посредством спорта.

— Господин Ямасита, вы являетесь идеологом и организатором предстоящих соревнований. Расскажите, как появилась идея провести его именно в нынешнем году и именно во Владивостоке?

— Этот турнир посвящен 100-летию первого международного состязания дзюдоистов России и Японии, который прошел в 1917 году во Владивостоке. Тогда его организовывал Василий Ощепков, который учился в Кодокане, основанном создателем дзюдо Дзигоро Кано. Ощепков в будущем создал советскую систему самообороны без оружия — самбо. Та встреча имела огромное значение и наследие для двух наших государств. А два года назад, когда я находился во Владивостоке, появилась идея создать мемориал в память о той встрече.

Россия и Япония — две великие державы, которые разделяет только Японское море. Важно понимать, что наши страны имеют богатую историю, культурные ценности. А дружественные взаимоотношения невозможны без взаимоуважения культур. Россия одной из первых начала развивать дзюдо и проповедовать его ценности. И меня сегодня очень радует тот факт, что Россия и Япония могут обмениваться опытом в таком прекрасном виде спорта, как дзюдо.

Немаловажным фактором наших взаимоотношений также является забота о здоровом образе жизни молодежи, передача молодому поколению дзюдоистов бесценного опыта наших спортсменов. Это стало одним из основных стимулов, повлиявших на решение об организации турнира во Владивостоке. Ведь он будет организован именно для юниоров.

— Это единственный подобный российско-японский проект дзюдо?

— Сейчас у нас есть целый ряд проектов, причем проводить такие турниры мы планируем и в других странах мира. Переговоры об этом идут с главой Европейского союза дзюдо Сергеем Соловейчиком. Также есть идея пригласить юношескую сборную России в Японию для обмена опытом, мы обсуждали это с генеральным менеджером сборной России Эцио Гамбой.

— Буквально три дня назад в Будапеште завершился чемпионат мира, приуроченный к 65-летию Международной федерации дзюдо. Вы воочию наблюдали схватки. Что думаете о нынешнем уровне дзюдоистов?

— Во-первых, я хочу сказать, что меня очень порадовала организация турнира. Понравился и спортивный уровень его участников, все показали высокий класс, доказав в очередной раз, что дзюдо очень популярный и интересный вид спорта и единоборств.

— Безоговорочным лидером турнира стали именно японцы, завоевавшие семь золотых медалей, четыре серебра и бронзу.

— Да, Япония взяла большое количество золотых наград, но в некоторых весовых категориях команде еще есть куда расти. Россия, несмотря на 10-е место в общекомандном зачете, показала хорошую школу. Видно, что проблем с развитием дзюдо в вашей стране нет.

Мы помним, что на Олимпийских играх в Лондоне Япония завоевала всего одно золото, куда меньше, чем ваша страна. Но я считаю, что всем нам не стоит оглядываться на прошлые результаты. В целом у большинства стран есть хорошие шансы на медали во всех весовых категориях, но, как вы понимаете, для этого нужно тренироваться.

Думаю, в 2019 году, за год до Игр в Токио, уже будет понятно, какие страны покажут себя на Олимпиаде. А сейчас, за два с лишним года до этого события, еще многое может произойти.

— Дзюдо на Играх в Токио — это, наверное, будет что-то особенное?

— Дзюдо на Олимпиаде — это очень важно для нас. У нашего вида спорта строгая философия, многое из нее мы переносим в повседневную жизнь. Дзюдо учит нас терпению и мудрости. Но, смотря на всю видимую консервативность, мы не стоим на месте, продолжаем развиваться.

Обратите внимание, что все, что происходит на татами, остается на татами. А за пределами ковра вся семья дзюдо очень дружна. Мы обмениваемся опытом, навещаем друг друга в свободное от тренировок время.

Вот поэтому на предстоящей Олимпиаде мы постараемся показать именно дух дзюдо. Возможно, сделаем показательное открытие, темой которого станет история, истоки нашего вида спорта. И я очень надеюсь, что после Игр-2020 года дзюдо станет еще более популярным в мире, еще больше самых юных заинтересуются им, захотят познать его философию.

— Именно в Токио состоится олимпийская премьера новой дисциплины — командного смешанного турнира. В Будапеште на чемпионате впервые был опробован новый формат, посмотреть на это приехал даже глава Международного олимпийского комитета Томас Бах. Вам понравилось?

— Было очень интересно и, на мой взгляд, у такого формата хорошее будущее. Спорт объединяет, в дзюдо нет различий по гендерному признаку. Думаю, именно смешанные команды в первую очередь дадут толчок развитию дзюдо.

— Мы все любим дзюдо за дух борьбы, за зрелищность, за эффектные броски. Что нужно сделать, чтобы мы чаще видели дзюдо именно таким? Чтобы мы видели как можно больше бросков на иппон?

— Дзюдо нуждается в постоянном развитии. На мой взгляд, имеет смысл отказаться от дополнительного времени ("голден скор"). Порой на пьедестале оказываются далеко не самые сильные спортсмены. Почему? Когда дзюдоист выступает "от обороны", надеется на "шидо" (замечание), соперник начинает сильно изматываться.

В один соревновательный день у дзюдоиста зачастую несколько серьезных схваток, и на "голден скор", который порой достигает 12 минут, дзюдоист может потратить изрядное количество сил. Так у его следующего соперника уже будет преимущество.

Что уж говорить о финалах. Нам всем нужно найти решение этой проблемы и общими усилиями добиться революционных изменений, чтобы дзюдо оставалось спортом воли и силы духа.

Вероника Советова

Япония. Россия. ДФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2017 > № 2464533 Ясухиро Ямасита


Россия. Япония. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 5 сентября 2017 > № 2464710 Тэруо Асада

В преддверии третьего по счету Восточного экономического форума (ВЭФ) руководитель японо-российского экономического комитета Японской федерации бизнеса (Кэйданрэн) рассказал о сотрудничестве в области бизнеса

В преддверии третьего по счету Восточного экономического форума (ВЭФ) руководитель японо-российского экономического комитета Японской федерации бизнеса (Кэйданрэн), председатель совета директоров Marubeni Corporation Тэруо Асада дал эксклюзивное интервью ТАСС. В нем он рассказал, как развивается сотрудничество в области бизнеса между двумя странами, какие проблемы существуют и что необходимо сделать для их решения.

— Господин Асада, прошло уже больше года с тех пор, как премьер-министр Японии Синдзо Абэ предложил в Сочи план развития сотрудничества между нашими странами, состоящий из восьми пунктов. Как вы оцениваете развитие японско-российского экономического сотрудничества за это время, в том числе работу в РФ компании Marubeni?

— После японско-российской встречи на высшем уровне в Сочи (в мае 2016 года — прим. ТАСС) Кэйданрэн в июне прошлого года впервые за пять лет отправил в Москву делегацию со мной во главе. Мы провели открытый обмен мнениями с четырьмя российскими министрами, отвечающими за экономику, в том числе с вице-премьером Аркадием Дворковичем, и я почувствовал, что японско-российские отношения начали движение на новый уровень.

Во время визита президента России Владимира Путина в Японию в декабре прошлого года мы пригласили около 400 человек — членов японского и российского правительств, в том числе премьер-министра Синдзо Абэ, а также руководящих представителей деловых кругов — и провели небывалое по масштабам заседание "Японско-российского бизнес-диалога". В год шестидесятилетия японско-советской совместной декларации (подписана в 1956 году — прим. ТАСС) представители деловых кругов Японии и России при участии лидеров двух стран провели диалог и благодаря этому вывели двусторонние отношения на новый уровень. Я думаю, это дало возможность для расширения и развития отношений экономического сотрудничества между нашими странами.

И компания Marubeni, председателем совета директоров которой я являюсь, во время визита господина Путина в Японию подписала с российскими партнерами шесть документов по различным направлениям.

Мы — Кэйданрэн, используя этот импульс, хотим конструктивно поддержать реализацию плана из восьми пунктов в условиях тесной кооперации между правительствами и деловыми кругами Японии и России.

— В прошлом году вы рассказывали нам в интервью о тех проблемах, с которыми сталкиваются японские инвесторы при работе с Россией. Это и вопросы финансирования, и сложные административные процедуры. Как вы считаете, за минувший год удалось ли решить, хотя бы частично, некоторые из них? Работать с Россией постепенно становится легче?

— В рейтинге делового климата, составленного Всемирным банком, Россия поднялась до 40-го места. И такой результат стал возможен благодаря неустанным усилиям по улучшению бизнес-климата, которые предпринимались после присоединения России к ВТО в 2012 году. В этом смысле я выражаю признательность всем, кто принимал в этом участие. Что касается проблемы финансирования, которую мы поднимали в интервью год назад, то примеры соглашений о финансировании больших проектов со стороны Японского банка для международного сотрудничества (JBIC) и других встречаются то тут, то там. Это и другие моменты являются явными признаками медленного прогресса.

Однако японские компании, которые осуществляют долгосрочные инвестиции на основе глобальной стратегии, очень надеются на создание в России, в частности, механизма возврата инвестиций. К примеру, ранее компания Marubeni планировала принять участие в частно-государственном проекте строительства скоростной автомобильной дороги и в проекте по строительству линий легкорельсового транспорта в Санкт-Петербурге. Однако, к сожалению, до реализации дело не дошло. Принимая во внимание опыт других стран, я думаю, что результат был бы другим, если бы в России была система фиксированной оплаты, а также система государственных гарантий.

Если говорить конкретно, то это такая система, при которой правительство, выступающее партнером, в течение определенного срока после запуска сервиса выплачивало бы определенную сумму, чтобы частные компании, принимающие участие в частно-государственном партнерстве, могли гарантированно вернуть часть инвестиций, в том числе проценты. Благодаря этому значительно снижаются риски иностранных частных компаний при участии в проектах. И я думаю, что благодаря этому стало бы возможным позитивное рассмотрение (возможности участия — прим. ТАСС) в различных проектах частно-государственного партнерства со стороны японских компаний. Думается, что и для российской стороны это имело бы смысл, поскольку благодаря участию иностранного капитала снижается инвестиционное бремя, передаются различные ноу-хау.

— Как меняются настроения японского бизнеса в отношении работы с Россией? Оказывает ли на это влияние геополитическая ситуация?

— Как вы упомянули, нет сомнений, что в японско-российских экономических отношениях сейчас возник очень удобный момент. Однако, с другой стороны, многие японские компании не пользуются этой атмосферой и с полным равнодушием смотрят в сторону российского бизнеса. Это мое откровенное мнение как главы японо-российского экономического комитета.

К примеру, если взять объем товарооборота между Японией и Россией, то на протяжении двух лет — с 2014 года, когда были достигнуты пиковые показатели, — он сильно снижался. В 2016 году объем торговли составил около 16,1 млрд долларов, сократившись на 29,4% по сравнению с 2015 годом. При этом экспорт из России в Японию опустился на 35,6%, а импорт японской продукции — на 10,2%. Учитывая нынешние активные контакты между нашими странами на различных уровнях, в первую очередь между лидерами двух государств, довольно неожиданно видеть такое реальное положение дел в области торговли и инвестиций. Тем не менее, согласно данным опроса Кэйданрэн относительно бизнес-климата в РФ, видны признаки его улучшения по сравнению с предыдущими годами. В то же время мы, как и в прошлом году, фиксируем множество замечаний о ведении бизнеса в России, касающихся административных процедур, в частности получения разрешений, и сложной для понимания законодательной системы, в которой есть двусмысленные моменты с точки зрения их трактования.

Кэйданрэн продолжит тесно работать со всеми заинтересованными сторонами, включая российское правительство, придерживаясь концепции, что улучшение бизнес-климата в России — это скорейший путь к восстановлению экономики. Также мы считаем, что улучшение логистики Дальнего Востока, в частности повышение эффективности железнодорожной сети и развитие портовой инфраструктуры, является крайне важным для роста объемов торговли между Японией и Россией.

— Для улучшения инвестиционного климата на Дальнем Востоке российские власти использовали некоторые специальные меры. Например, были созданы специальные экономические зоны. Удается ли японскому бизнесу воспользоваться их преимуществами?

— Рассматривая Дальний Восток как ворота для расширения и углубления связей в области бизнеса между Японией и РФ, мы в Кэйданрэн высоко оцениваем активные действия России, такие как создание территорий опережающего развития (ТОР) и учреждение свободного порта Владивосток. Кроме того, мы активно повышаем осведомленность японских компаний о территориях опережающего развития и свободном порте. К примеру, в начале июля мы проводили специальный семинар во время визита российской делегации среди деловых кругов и чиновников, в том числе из Корпорации по развитию Дальнего Востока.

Однако сложно сказать, что сейчас осведомленность японских компаний о ТОР и свободном порте высокая — ситуация такова, что пользуются ими лишь некоторые предприятия. Кэйданрэн продолжит прилагать усилия для повышения осведомленности о каждой из инициатив. Вместе с тем мы будем и дальше требовать от российского правительства прислушиваться к мнению японских компаний и продвигать различные меры для создания удобной в использовании системы для инвесторов, при которой они смогут получить гарантии возврата инвестиций.

— В настоящее время Россия и Япония обсуждают перспективы совместной экономической деятельности на южных Курильских островах. Как вы считаете, это будет способствовать развитию и углублению сотрудничества между двумя странами? С точки зрения бизнеса, какие проекты могли бы быть самыми интересными?

— Кэйданрэн не принимал участия в поездке делегации представителей правительства и бизнеса относительно совместной экономической деятельности, и поэтому у нас нет понимания действительного положения вещей. Я бы воздержался от комментариев относительно перспектив отдельных проектов и двустороннего сотрудничества в этой сфере.

Алексей Заврачаев, Кирилл Агафонов

Россия. Япония. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 5 сентября 2017 > № 2464710 Тэруо Асада


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 4 сентября 2017 > № 2464766 Сигэру Мураяма

Президент Японской ассоциации по торговле с Россией и новыми независимыми государствами рассказал в интервью ТАСС о перспективах двустороннего сотрудничества и проблемах, которые стоят на этом пути

В преддверии Восточного экономического форума президент Японской ассоциации по торговле с Россией и новыми независимыми государствами (РОТОБО), председатель совета директоров корпорации Kawasaki Heavy Industries Сигэру Мураяма рассказал в интервью ТАСС, какие перспективы открываются для двустороннего сотрудничества, какие проблемы стоят на этом пути и что еще надо сделать для дальнейшего развития экономических связей.

— Господин Мураяма, вы уже в третий раз принимаете участие в Восточном экономическом форуме. В каком-то смысле эта площадка уже стала традиционной для обмена мнениями между представителями Японии и России. Российская сторона продолжает предпринимать усилия для повышения инвестиционной привлекательности, в первую очередь Дальнего Востока. Как вы оцениваете изменения, которые произошли за минувший год?

— С тех пор как в мае 2016 года премьер-министр Японии Синдзо Абэ в Сочи представил президенту России Владимиру Путину план сотрудничества из восьми пунктов, японско-российское взаимодействие при лидирующей инициативной роли лидеров двух стран необычайно активизировалось.

Потом, в декабре 2016 года, во время визита Путина в Японию вместе с ним приехали около 300 представителей российского бизнеса. Стороны тогда подписали 80 соглашений в соответствии с планом из восьми пунктов, в том числе 68 соглашений с участием частных компаний.

На Дальнем Востоке России уверенно продвигается российско-японское сотрудничество в таких областях, как сельское хозяйство и медицина, хотя нельзя сказать, что количество подобных проектов велико.

К примеру, в сфере сельского хозяйства в Хабаровске и Республике Саха реализуется проект по круглогодичному тепличному хозяйству, ведется экспорт в Японию сосисок, произведенных в Приморском крае; а в области медицины — подготовка к открытию реабилитационного центра во Владивостоке и диагностического центра превентивной медицины в Хабаровске.

Кроме того, Япония и Россия изучают семь проектов в области улучшения городской инфраструктуры Владивостока как модельного города. Эти устремления, которых раньше не было, являются новыми начинаниями.

В прошлом году премьер-министр Абэ призвал президента Путина на следующем Восточном экономическом форуме в 2017 году проверить, как продвигается работа по плану из восьми пунктов. Я очень жду, о каком же результате объявят лидеры двух стран во Владивостоке.

— В последнее время отмечается некоторый рост товарооборота между Россией и Японией. Как вы оцениваете эту динамику?

— По данным торговой статистики Министерства финансов Японии, в период с января по июнь 2017 года внешнеторговый оборот между Японией и Россией вырос на 35,7% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

При этом экспорт из Японии в Россию вырос на 26,1%, а импорт из России в Японию — на 40%.

Думаю, можно сказать, что это происходит из-за того, что экономика России в 2017 году хоть и медленно, но все же росла, а экономика Японии благоприятно развивается.

В структуре экспорта в Россию заметно выросли поставки двигателей и строительной техники, что можно назвать свидетельством активизации инвестиционной деятельности и строительства в России.

Кроме того, таким же образом растут поставки автомобильных деталей, что можно считать признаком восстановления производства японских автомобильных компаний в России.

В структуре импорта из России, с учетом тенденции к восстановлению мирового рынка ресурсов, поставки нефти и угля растут не в количественном, а в стоимостном выражении.

Что касается импорта сжиженного природного газа, который после аварии на АЭС "Фукусима-1" имеет для Японии большое значение, здесь стабильный рост был отмечен как в количественном, так и в стоимостном выражении.

— Японская сторона неоднократно отмечала, что до сих пор остается много проблем, которые необходимо решить, чтобы расширить российско-японское сотрудничество в целом и на Дальнем Востоке в частности. С какими трудностями сталкиваются японские компании?

— Российский Дальний Восток — это очень большая территория, на которой проживает всего около шести миллионов человек, и для японского бизнеса, за исключением некоторой части малых и средних компаний, он не является привлекательным рынком.

Однако Дальний Восток является сокровищницей, хранящей такие ресурсы, как нефть, природный газ, уголь, металлы, дерево и морские ресурсы. Для Японии, которая практически лишена собственных природных ресурсов, российский Дальний Восток — это очень привлекательный регион.

Вместе с тем Россия не хочет оставаться для мирового рынка лишь поставщиком одного только сырья. Она хочет перерабатывать добытые ресурсы у себя в стране и поставлять их на рынок с добавленной стоимостью.

Дальний Восток с точки зрения размеров рынка маленький, поэтому важно создать модель экспорта именно готовых товаров в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, в первую очередь в Японию и Китай.

В таком случае, если обработка будет производиться на Дальнем Востоке, ключевым моментом станет снижение стоимости производства и повышение качества продукции. Другими словами, это международная конкуренция.

Я думаю, что раньше на Дальнем Востоке были условия, при которых было сложно производить конкурентные с точки зрения цены готовые товары — инфраструктура была не налажена, стоимость логистики высокая, расходы на персонал тоже относительно высоки.

Однако, как мне кажется, благодаря предпринимаемой в последние годы российскими властями волевой политике по развитию Дальнего Востока, включающей создание территорий опережающего развития и введение системы свободных портов, значимость этих ценовых факторов снижается и появляются возможности.

Чтобы эти всходы проросли, важно, чтобы продолжалась надежная поддержка и построение системы со стороны правительства.

— Россия и Япония приступили к обсуждению перспектив совместной экономической деятельности на южных Курильских островах. Есть ли среди входящих в состав РОТОБО компаний такие фирмы, которые хотели бы принять участие в этом масштабном проекте? Какие сферы вам кажутся самыми интересными и перспективными? Как вы оцениваете политическую и экономическую составляющую совместной экономической деятельности?

— Что касается совместной экономической деятельности на четырех северных островах (Южных Курилах — прим. ТАСС), то я искренне надеюсь, что и Япония, и Россия объединят свою мудрость и создадут такой механизм, с которым будут согласны обе стороны, и в результате смогут наслаждаться взаимными выгодами от этого.

Предполагается, что сотрудничество в этом районе будет осуществляться в таких областях, как рыбный промысел, туризм, медицина, сельское хозяйство и строительство инфраструктуры: дорог, портов, электростанций и так далее.

В этом случае ожидается активность компаний с Хоккайдо, которые имеют богатый опыт в рыболовстве и оказании медицинских услуг в отдаленных регионах, а также обладают технологиями в области сельского хозяйства и строительства инфраструктуры в регионах с холодным климатом.

Я думаю, что совместная экономическая деятельность должна осуществляться на основе идеи о региональном развитии путем создания рабочих мест, начиная с сотрудничества между четырьмя северными островами и компаниями с Хоккайдо при поддержке правительств Японии и России.

— В прошлом году вы отмечали, что одной из важных задач, в том числе вашей организации, является оказание поддержки малому и среднему бизнесу. Удалось ли продвинуть вопрос сотрудничества малых и средних компаний?

— В Японии ассортимент продукции, производимой малыми и средними компаниями, не очень широк. Однако есть немало компаний, которые обладают специализированными технологиями производства мирового уровня, уникальными технологиями.

Обмены между бизнесом Японии и России раньше в основном развивались между крупными компаниями. Однако я надеюсь, что в будущем такие малые и средние предприятия, обладающие превосходными технологиями, войдут в бизнес с Россией.

Слабое место малых и средних компаний заключается в ограниченности их возможностей, поскольку им не хватает людей, финансовых средств, времени. Поэтому я считаю необходимой поддержку со стороны государства и общественных организаций.

Обмены между малыми и средними компаниями являются одной из частей плана из восьми пунктов.

В июле этого года многие японские малые и средние компании приняли участие в выставке "Иннопром", и РОТОБО совместно с Jetro организовали встречи между представителями японского малого и среднего бизнеса с российскими компаниями, помогая таким образом их продвижению в Россию. Я считаю важным продолжение таких усилий.

— Россия и Япония ведут работу по развитию сотрудничества в соответствии с планом из восьми пунктов, который был предложен премьер-министром Синдзо Абэ. По какому из этих направлений работа ведется наиболее активно? В какой сфере удалось добиться конкретных результатов? Ранее сообщалось, что большое внимание уделяется повышению производительности российских предприятий и подготовке российских специалистов в Японии.

— Что касается сотрудничества между Японией и Россией в промышленной области, РОТОБО проводит диагностику производительности российских предприятий и стажировки в Японии в рамках подготовки сотрудников предприятий вспомогательных отраслей.

Эти действия предпринимаются в качестве проекта, призванного внести вклад в диверсификацию российской промышленности и повышение ее производительности, что является частью плана из восьми пунктов.

В рамках диагностики производительности на 12 российских предприятий из Японии были направлены консультанты, которые дают советы по повышению их производительности. Кроме того, в рамках подготовки сотрудников для предприятий вспомогательных отраслей в Японию были приглашены более 100 специалистов с 25 российских предприятий, проводится их подготовка в различных областях.

Беседовал Кирилл Агафонов

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 4 сентября 2017 > № 2464766 Сигэру Мураяма


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 сентября 2017 > № 2332622 Игорь Моргулов

Интервью заместителя Министра иностранных дел России И.В.Моргулова японской газете «Токио симбун», опубликованное 4 сентября 2017 года

Вопрос: Согласно сообщениям японской стороны, на консультациях заместителей министров иностранных дел 17 августа обсуждался пакет проектов совместной экономической деятельности на южных Курильских островах, а также ее правовая основа.

Ответ: В целом мы удовлетворены ходом обсуждения с японской стороной вопросов СХД. Базовым документом для нашей работы является заявление Президента России и Премьер-министра Японии от 16 декабря 2016 г., где содержится своего рода «дорожная карта» последовательного продвижения к взаимовыгодному сотрудничеству на островах. Она предусматривает, что сначала будут определены конкретные проекты сотрудничества, и только затем будут рассмотрены условия, в том числе правовая основа, их осуществления. Мы твердо придерживаемся согласованного на высшем уровне алгоритма.

В ходе первого раунда переговоров с моим коллегой, заместителем Министра иностранных дел Японии Т.Акибой 18 марта с.г. в Токио мы обменялись «пакетами» предложений по конкретным областям взаимодействия, а затем внимательно их изучили в межведомственном формате. 17 августа с.г. в Москве был проведен второй раунд с участием представителей заинтересованных ведомств. Состоялась предметная дискуссия, продемонстрировавшая обоюдный интерес к скорейшему запуску пилотных проектов. Мы очертили их круг и планируем доложить об этом лидерам двух стран в ходе их встречи «на полях» Восточного экономического форума во Владивостоке в сентябре с.г.

Вопрос: Совместная экономическая деятельность оценивается лидерами двух стран как важный шаг на пути к заключению мирного договора. Каково Ваше представление об особой правовой основе, которая «не должна противоречить российскому законодательству, но должна быть приемлемой для Японии? В то же время Россия в вопросах заключения мирного договора и принадлежности территорий прежде всего настаивает на признании Японией итогов Второй мировой войны. Будет ли Россия настаивать на своей принципиальной позиции по вопросу суверенитета во время консультаций по правовой основе деятельности? Или же для создания атмосферы доверия этот вопрос не будет затронут? Нам хотелось бы узнать Ваш подход.

Ответ: Как я уже сказал, на нынешнем этапе основные переговорные усилия сконцентрированы на проработке практических коммерческих аспектов будущей совместной хозяйственной деятельности на южных Курилах, которая, разумеется, должна быть взаимовыгодной. Бизнес-структуры должны определиться, какие инвестиционные форматы могли бы быть наиболее эффективными, как отладить каналы сбыта продукции и обеспечить финансирование. Все эти моменты будут затем внимательно учитываться на этапе согласования юридических рамок по каждому из проектов, ведь их основная задача – создать максимально благоприятные хозяйственные условия для экономических субъектов двух стран.

Понятно, что такие условия должны быть приемлемы для обеих сторон. Реальность такова, что на этих островах в полном объеме действует российское законодательство. Любые будущие договоренности по СХД не должны ему противоречить.

Относительно проблемы мирного договора наша позиция хорошо известна и остается неизменной. Будем последовательно добиваться признания японской стороной итогов Второй мировой войны. При этом уверены, что наращивание экономического взаимодействия, опыт успешно реализованных совместных проектов могли бы в наибольшей степени способствовать укреплению доверия, атмосферы дружбы и добрососедства между нашими странами, стать шагом на пути к заключению мирного договора.

Вопрос: Будет ли Япония иметь приоритет в рамках Территории опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации?

Ответ: Основная цель создания любой ТОР – формирование благоприятной экономической среды для деятельности хозяйствующих субъектов на конкретной территории. В этом смысле идея учреждения ТОР на Курилах – не исключение. Данная мера, в дополнение к успешно реализуемой Федеральной целевой программе социально-экономического развития островов, должна в первую очередь «подтолкнуть» инвестиционную активность российских бизнесменов. Сегодня они демонстрируют высокую заинтересованность в создании новых предприятий на Курилах. Будем и далее их поддерживать, в том числе в контексте расширения связей дальневосточных регионов России с зарубежными партнерами, прежде всего из стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 сентября 2017 > № 2332622 Игорь Моргулов


Франция. Германия. Япония. РФ > Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 29 августа 2017 > № 2504207 Руслан Гринберг

РАЗРЫВ В ДОХОДАХ РОССИЯН ПРОДОЛЖАЕТ РАСТИ

Специалисты Российской академии народного хозяйства и госслужбы при президенте РФ (РАНХиГС) подсчитали коэффициент дифференциации доходов населения, устанавливающий разницу в доходах между 10% самых состоятельных и самых неимущих граждан страны.

За первое полугодие 2017 г. показатель оказался равен 14,3. Этот разрыв в доходах весьма значительный. Больше того, оказывается, мы по нему чуть ли не впереди планеты всей.

Для сравнения: в Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), объединяющей 35 развитых и развивающихся стран (Россия туда не входит), средний размер «социального расслоения» составляет 9-9,5. Во Франции он, к примеру, 7,4, в Германии - 6,4, в Японии - 4,9.

В том, что у наших богатых соотечественников все в ажуре, сомневаться не приходится. Статистика свидетельствует, что долларовых миллионеров и миллиардеров у нас с каждым годом становится все больше. Что же касается россиян, с трудом сводящих концы с концами, то и их число неуклонно растет. В стране сегодня почти 23 млн человек живут ниже черты бедности, получая ежемесячный доход меньше прожиточного.

Научный руководитель Института экономики РАН, член-корреспондент РАН, д. э. н. Руслан Гринберг назвал степень социального расслоения россиян скандальным показателем.

«У нас асоциальный капитализм, да еще с феодальной окраской, настоящее господство несправедливости», - заявил Р. Гринберг. - Рост числа бедных людей, отказывающих себе и своим семьям практически во всем, - очень плохой симптом для экономики.

Известно, что самый мощный стимул для ее развития - рост потребительского спроса. О каком росте можно говорить, когда доходы населения РФ падают четвертый год подряд? Кроме экономических есть у растущего разрыва в доходах также и негативные социальные последствия. Когда человек не может получать достойную оплату за свой труд, у него пропадает желание работать больше и лучше. Люди наливаются злобой, подсчитывая свои заработанные гроши и читая о заработках топ-менеджеров, нередко составляющих по нескольку миллионов рублей в день.

Общество теряет веру в справедливость, все больше маргинализируется. Человек, загнанный в угол условиями своей безотрадной жизни, становится способен на все что угодно, даже на преступление. Растет риск социальных катаклизмов, того самого русского бунта - «бессмысленного и беспощадного».

Игорь Минаев

Франция. Германия. Япония. РФ > Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 29 августа 2017 > № 2504207 Руслан Гринберг


США. Япония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 августа 2017 > № 2338721 Джеймс Браун

Общая оборона без общих ценностей: новые проблемы в альянсе Японии и США

Джеймс Браун, Carnegie Moscow Center, Россия

Японию в отличие от Европы не объединяет с США общая приверженность либеральной демократии. Поэтому альянс с Вашингтоном может оказаться куда более хрупким, чем кажется. Если в будущем США перестанут восприниматься в Токио как важный союзник в области безопасности, то Япония может начать искать себе других партнеров в регионе, даже если те не будут разделять либерально-демократические ценности.

В большинстве развитых государств демократическая форма правления складывалась органически, формируясь веками через борьбу и революции. За это время демократические ценности глубоко укоренялись в обществе, становились частью культуры и традиций страны.

Похожий внутренний процесс в свое время шел и в Японии — в период так называемой демократии Тайсё в 1912-1926 годах. Но в конце 1920-х годов он был прерван с приходом к власти милитаристов: новое военное руководство ликвидировало независимые общественные организации и использовало пресловутый Закон о сохранении мира для подавления политических оппонентов, в частности социалистов. Отказ Японии от ценностей либеральной демократии стал окончательным после выхода страны из Лиги Наций в 1933 году.

Когда демократия вернулась в Японию после Второй мировой войны, это было не результатом внутрияпонских процессов, а скорее следствием американской оккупации. У новой демократической системы не было ни единодушного одобрения политической элиты, ни таких глубоких корней, как в других развитых странах. До сих пор многие японские политики не то чтобы хотят полностью отказаться от демократических процедур, но считают, что либеральная демократия американского типа чужда культуре Японии. И как это ни странно, большинство тех, кто придерживается такой точки зрения, состоит в правящей Либерально-демократической партии (ЛДПЯ).

Хорошо известно, что многие политики ЛДПЯ, включая самого премьер-министра Абэ, собираются изменить девятую статью Конституции, запрещающую Японии использовать военную силу. Гораздо меньше на слуху то, что этим их планы изменений не ограничиваются. Еще в 2012 году ЛДПЯ опубликовала собственный проект новой Конституции, который в случае реализации коренным образом преобразит характер японской демократии.

Внутренние тенденции

В преамбуле к действующей Конституции Японии написано, что «ни одна нация не несет ответственность за себя в одиночку, законы политической морали являются универсальными». В проекте ЛДПЯ акценты совсем другие: там принципы Основного закона вытекают не из универсальных ценностей, a из долгой истории и уникальной культуры Японии. То есть главный упор переносится с прав личности на интересы всего сообщества.

Также в проекте ЛДПЯ исчезает статья 97 — о неприкосновенности основных прав человека. Изменения вносятся в статью 13, где базовой единицей японского общества вместо «личности» становится «семья, где все помогают друг другу». Этот акцент на семейных ценностях явно стал результатом влияния «Ниппон Кайги», консервативной политической группы, которая проводит кампанию по изменению Конституции. В нее входят многие политики ЛДПЯ, включая премьера Абэ.

У нового проекта есть и другие спорные аспекты: положение, позволяющее руководству страны приостановить соблюдение определенных прав человека во время чрезвычайных ситуаций, и намерение вернуть императору статус главы государства (сейчас он официально является символом японского государства).

Политическая система, которую предлагает построить ЛДПЯ, во многом похожа на то, что Владислав Сурков описывал как «суверенную демократию». То есть сами по себе демократические процедуры сохраняются, но отвергаются некоторые либеральные ценности, продвигаемые США. Демократию как бы приспосабливают к конкретным потребностям страны. В случае России это означало укрепление центральной власти и правящей партии за счет независимых организаций якобы ради обеспечения стабильности.

Многие влиятельные политики ЛДПЯ вполне разделяют сурковскую концепцию суверенной демократии, но до недавнего времени они были сильно ограничены в возможности навязывать стране свою повестку. Проект Конституции считался чем-то вроде списка пожеланий ЛДПЯ, и никто всерьез не ожидал, что он может быть реализован в полном объеме. Однако под руководством Абэ, вернувшегося на пост премьера в декабре 2012 года, правительство ЛДПЯ одну за одной начало проводить реформы, постепенно отдаляющие Японию от либеральной демократии.

Несмотря на активное сопротивление правозащитников, в 2013 году правительство Абэ одобрило новый спорный закон о государственной тайне. В ЛДПЯ уверяют, что закон необходим для обеспечения национальной безопасности, но критики опасаются, что власти могут злоупотребить своими новыми полномочиями для ограничения свободы слова, ведь теперь правительство имеет право скрыть даже ту информацию, которая напрямую не связана с национальной безопасностью. Есть предположения, что ЛДПЯ не хочет, чтобы достоянием общественности стали, например, доказательства коррупционных сделок.

Международные организации также отмечают снижение уровня свободы СМИ в Японии за годы правления Абэ. Например, во Всемирном индексе свободы прессы Япония опустилась с 10-го места в 2010 году на 72-е в 2017-м. За этим снижением стоят вполне реальные факты: например, в 2014 году президентом Общественной телерадиовещательной организации Японии стал Момий Кацуо, известный сторонник премьера Абэ.

Эта организация, контролирующая японские общественные СМИ, должна быть независимой и свободной от какого-либо политического влияния. Однако новый президент открыто заявляет, что информация в общественных СМИ «не должна расходиться с позицией правительства». Более того, в феврале 2016 года министр связи Санаэ Такаичи угрожала закрыть те СМИ, которые, по мнению государства, виновны в трансляции «предвзятых политических новостей».

В мае этого года специальный докладчик ООН Дэвид Кей выпустил доклад о снижении стандартов свободы слова, заявив Японии, что эта негативная тенденция «может подорвать основы демократии». Японские власти этот доклад жестко раскритиковали.

Далеко отходит от стандартов либеральной демократии и новое антитеррористическое законодательство Японии. Введенный в июне 2017 года, этот закон предусматривает уголовную ответственность уже за одну подготовку преступлений, даже если они еще не совершены.

Правительство настаивает, что эта строгая мера будет использоваться только для борьбы с тяжкими преступлениями, вроде терроризма и организованной преступности. Но критики отмечают, что закон может применяться к 277 различным видам преступлений, определения которых даны очень широко. Есть опасения, что новый закон может быть использован для подавления политических оппонентов — например, профсоюзов или активистов, выступающих против американских баз на Окинаве.

Приняли этот закон тоже не самым лучшим образом. Правительство постаралось свести к минимуму его общественное обсуждение — закон спешно провели через парламент даже без предварительного одобрения в соответствующем комитете верхней палаты.

Внешние последствия

Конечно, все эти меры пока имеют очень ограниченный эффект, и в целом Япония по-прежнему остается демократической страной, особенно на фоне большинства соседей по региону. Но тут важно то, что антилиберальные тенденции во внутренней политике Японии могут сказаться и на ее политике внешней.

Со времен Второй мировой войны основой японской внешней политики был союз с Соединенными Штатами. Тем не менее постепенный отход от принципов либеральной демократии в последние годы показывает, что в области политических ценностей Япония и США отходят куда дальше друг от друга, чем многие думают.

На самом деле представления многих японских политиков об идеальной системе государственного устройства куда ближе к российским или турецким, где стабильность государства в целом считается более важной, чем права отдельных граждан. Даже при налаживании личных контактов Абэ, кажется, чувствует себя комфортнее с Путиным или Эрдоганом, чем с европейскими лидерами. Отношения с Обамой у Абэ тоже были холодными.

Относительно низкий уровень важности либеральных ценностей для руководства Японии подтверждается также тем, что японское правительство, в отличие от США или ЕС, в своих отношениях с Москвой практически не затрагивает тему прав человека в России или российских действий в Сирии или на Украине. Японские санкции против России были введены в 2014 году скорее под давлением США и других стран G7, а не исходя из личных убеждений руководства Японии. Мало того, несмотря на санкции, последние пара лет стали одним из самых благоприятных периодов для развития российско-японских отношений с многочисленными новыми инициативами по сотрудничеству и частыми личными встречами двух лидеров.

Сейчас альянс между Японией и Соединенными Штатами по-прежнему крепок, а обострение ситуации вокруг Северной Кореи только усиливает зависимость Токио от военной поддержки Вашингтона. Тем не менее этот союз основан прежде всего на интересах взаимной безопасности, а не на общих политических ценностях. В этом смысле отношения между Японией и США принципиально отличаются от отношений между США и Западной Европой, где стороны объединяет общая приверженность либеральной демократии. Из-за этого альянс Японии и США может оказаться куда более хрупким, чем многие ожидают. Например, если в будущем все более склонные к изоляционизму США перестанут восприниматься в Токио как важный союзник в области безопасности, то вполне вероятно, что Япония решит поискать себе других партнеров в регионе, даже если те не будут разделять либерально-демократические ценности.

США. Япония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 августа 2017 > № 2338721 Джеймс Браун


Япония. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 17 августа 2017 > № 2277409 Джеймс Браун

Общая оборона без общих ценностей: новые проблемы в альянсе Японии и США

Джеймс Браун

Японию, в отличие от Европы, не объединяет с США общая приверженность либеральной демократии. Поэтому альянс с Вашингтоном может оказаться куда более хрупким, чем кажется. Если в будущем США перестанут восприниматься в Токио как важный союзник в области безопасности, то Япония может начать искать себе других партнеров в регионе, даже если те не будут разделять либерально-демократические ценности

В большинстве развитых государств демократическая форма правления складывалась органически, формируясь веками через борьбу и революции. За это время демократические ценности глубоко укоренялись в обществе, становились частью культуры и традиций страны.

Похожий внутренний процесс в свое время шел и в Японии – в период так называемой демократии Тайсё в 1912–1926 годах. Но в конце 1920-х годов он был прерван с приходом к власти милитаристов: новое военное руководство ликвидировало независимые общественные организации и использовало пресловутый Закон о сохранении мира для подавления политических оппонентов, в частности социалистов. Отказ Японии от ценностей либеральной демократии стал окончательным после выхода страны из Лиги Наций в 1933 году.

Когда демократия вернулась в Японию после Второй мировой войны, это было не результатом внутрияпонских процессов, а скорее следствием американской оккупации. У новой демократической системы не было ни единодушного одобрения политической элиты, ни таких глубоких корней, как в других развитых странах. До сих пор многие японские политики не то чтобы хотят полностью отказаться от демократических процедур, но считают, что либеральная демократия американского типа чужда культуре Японии. И как это ни странно, большинство тех, кто придерживается такой точки зрения, состоит в правящей Либерально-демократической партии (ЛДПЯ).

Хорошо известно, что многие политики ЛДПЯ, включая самого премьер-министра Абэ, собираются изменить девятую статью Конституции, запрещающую Японии использовать военную силу. Гораздо меньше на слуху то, что этим их планы изменений не ограничиваются. Еще в 2012 году ЛДПЯ опубликовала собственный проект новой Конституции, который в случае реализации коренным образом преобразит характер японской демократии.

Внутренние тенденции

В преамбуле к действующей Конституции Японии написано, что «ни одна нация не несет ответственность за себя в одиночку, законы политической морали являются универсальными». В проекте ЛДПЯ акценты совсем другие: там принципы Основного закона вытекают не из универсальных ценностей, a из долгой истории и уникальной культуры Японии. То есть главный упор переносится с прав личности на интересы всего сообщества.

Также в проекте ЛДПЯ исчезает статья 97 – о неприкосновенности основных прав человека. Изменения вносятся в статью 13, где базовой единицей японского общества вместо «личности» становится «семья, где все помогают друг другу». Этот акцент на семейных ценностях явно стал результатом влияния «Ниппон Кайги», консервативной политической группы, которая проводит кампанию по изменению Конституции. В нее входят многие политики ЛДПЯ, включая премьера Абэ

У нового проекта есть и другие спорные аспекты: положение, позволяющее руководству страны приостановить соблюдение определенных прав человека во время чрезвычайных ситуаций, и намерение вернуть императору статус главы государства (сейчас он официально является символом японского государства).

Политическая система, которую предлагает построить ЛДПЯ, во многом похожа на то, что Владислав Сурков описывал как «суверенную демократию». То есть сами по себе демократические процедуры сохраняются, но отвергаются некоторые либеральные ценности, продвигаемые США. Демократию как бы приспосабливают к конкретным потребностям страны. В случае России это означало укрепление центральной власти и правящей партии за счет независимых организаций якобы ради обеспечения стабильности.

Многие влиятельные политики ЛДПЯ вполне разделяют сурковскую концепцию суверенной демократии, но до недавнего времени они были сильно ограничены в возможности навязывать стране свою повестку. Проект Конституции считался чем-то вроде списка пожеланий ЛДПЯ, и никто всерьез не ожидал, что он может быть реализован в полном объеме. Однако под руководством Абэ, вернувшегося на пост премьера в декабре 2012 года, правительство ЛДПЯ одну за одной начало проводить реформы, постепенно отдаляющие Японию от либеральной демократии.

Несмотря на активное сопротивление правозащитников, в 2013 году правительство Абэ одобрило новый спорный закон о государственной тайне. В ЛДПЯ уверяют, что закон необходим для обеспечения национальной безопасности, но критики опасаются, что власти могут злоупотребить своими новыми полномочиями для ограничения свободы слова, ведь теперь правительство имеет право скрыть даже ту информацию, которая напрямую не связана с национальной безопасностью. Есть предположения, что ЛДПЯ не хочет, чтобы достоянием общественности стали, например, доказательства коррупционных сделок.

Международные организации также отмечают снижение уровня свободы СМИ в Японии за годы правления Абэ. Например, во Всемирном индексе свободы прессы Япония опустилась с 10-го места в 2010 году на 72-е в 2017-м. За этим снижением стоят вполне реальные факты: например, в 2014 году президентом Общественной телерадиовещательной организации Японии стал Момий Кацуо, известный сторонник премьера Абэ.

Эта организация, контролирующая японские общественные СМИ, должна быть независимой и свободной от какого-либо политического влияния. Однако новый президент открыто заявляет, что информация в общественных СМИ «не должна расходиться с позицией правительства». Более того, в феврале 2016 года министр связи Санаэ Такаичи угрожала закрыть те СМИ, которые, по мнению государства, виновны в трансляции «предвзятых политических новостей».

В мае этого года специальный докладчик ООН Дэвид Кей выпустил доклад о снижении стандартов свободы слова, заявив Японии, что эта негативная тенденция «может подорвать основы демократии». Японские власти этот доклад жестко раскритиковали.

Далеко отходит от стандартов либеральной демократии и новое антитеррористическое законодательство Японии. Введенный в июне 2017 года, этот закон предусматривает уголовную ответственность уже за одну подготовку преступлений, даже если они еще не совершены.

Правительство настаивает, что эта строгая мера будет использоваться только для борьбы с тяжкими преступлениями, вроде терроризма и организованной преступности. Но критики отмечают, что закон может применяться к 277 различным видам преступлений, определения которых даны очень широко. Есть опасения, что новый закон может быть использован для подавления политических оппонентов – например, профсоюзов или активистов, выступающих против американских баз на Окинаве.

Приняли этот закон тоже не самым лучшим образом. Правительство постаралось свести к минимуму его общественное обсуждение – закон спешно провели через парламент даже без предварительного одобрения в соответствующем комитете верхней палаты.

Внешние последствия

Конечно, все эти меры пока имеют очень ограниченный эффект, и в целом Япония по-прежнему остается демократической страной, особенно на фоне большинства соседей по региону. Но тут важно то, что антилиберальные тенденции во внутренней политике Японии могут сказаться и на ее политике внешней.

Со времен Второй мировой войны основой японской внешней политики был союз с Соединенными Штатами. Тем не менее постепенный отход от принципов либеральной демократии в последние годы показывает, что в области политических ценностей Япония и США отходят куда дальше друг от друга, чем многие думают.

На самом деле представления многих японских политиков об идеальной системе государственного устройства куда ближе к российским или турецким, где стабильность государства в целом считается более важной, чем права отдельных граждан. Даже при налаживании личных контактов Абэ, кажется, чувствует себя комфортнее с Путиным или Эрдоганом, чем с европейскими лидерами. Отношения с Обамой у Абэ тоже были холодными.

Относительно низкий уровень важности либеральных ценностей для руководства Японии подтверждается также тем, что японское правительство, в отличие от США или ЕС, в своих отношениях с Москвой практически не затрагивает тему прав человека в России или российских действий в Сирии или на Украине. Японские санкции против России были введены в 2014 году скорее под давлением США и других стран G7, а не исходя из личных убеждений руководства Японии. Мало того, несмотря на санкции, последние пара лет стали одним из самых благоприятных периодов для развития российско-японских отношений с многочисленными новыми инициативами по сотрудничеству и частыми личными встречами двух лидеров.

Сейчас альянс между Японией и Соединенными Штатами по-прежнему крепок, а обострение ситуации вокруг Северной Кореи только усиливает зависимость Токио от военной поддержки Вашингтона. Тем не менее этот союз основан прежде всего на интересах взаимной безопасности, а не на общих политических ценностях. В этом смысле отношения между Японией и США принципиально отличаются от отношений между США и Западной Европой, где стороны объединяет общая приверженность либеральной демократии. Из-за этого альянс Японии и США может оказаться куда более хрупким, чем многие ожидают. Например, если в будущем все более склонные к изоляционизму США перестанут восприниматься в Токио как важный союзник в области безопасности, то вполне вероятно, что Япония решит поискать себе других партнеров в регионе, даже если те не будут разделять либерально-демократические ценности.

Япония. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 17 августа 2017 > № 2277409 Джеймс Браун


Россия. Япония. УФО > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 10 июля 2017 > № 2238403 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Россия и Япония завершают работу над соглашением об избежании двойного налогообложения

Министр экономического развития РФ Максим Орешкин выступил с приветственным словом на Российско-японском промышленном форуме «Оптимизация торгово-промышленных связей» в рамках Международной промышленной выставки Иннопром-2017.

Максим Орешкин:

Уважаемый господин Сэко!

Уважаемые дамы и господа!

Рад видеть вас на выставке ИННОПРОМ в Екатеринбурге – одном из самых крупных промышленных центров России.

Хочу обратить ваше внимание, что в 2017 году было проведено исследование Российской академией наук, которое показало, что Екатеринбург входит в ТОП-4 городов России по уровню комфортности проживания. Одним из 25 критериев этого рейтинга был показатель «коммерческой привлекательности», и тут Екатеринбург занял третье место после Москвы и Санкт-Петербурга.

Именно поэтому я с особой радостью приветствую здесь представителей японского бизнеса и выражаю особую благодарность нашим японским коллегам за их партнёрство в организации нынешнего мероприятия. 170 японских компаний и 800 представителей японского бизнеса, которые сейчас находятся в Екатеринбурге – это лучшее доказательство успехов и активности японо-российского экономического сотрудничества. Удалось пройти по выставке, посмотреть стенды наших японских коллег. Приехали многие компании, со многими мы уже знакомы, нам удалось пообщаться. Поэтому, действительно, представительство японской стороны очень хорошее.

Надеюсь, что представители японского бизнеса смогут не только в эти дни насладиться красотами уральской столицы, но и положат начало длительным и серьезным контактам с российскими партнерами.

Если говорить о российской экономике, то она, как я уже неоднократно говорил, находится в «уникальной точке» - без структурных дисбалансов и перегревов. В перспективе ее ожидает длительный рост. Можно с уверенностью говорить, что после двух непростых лет началась фаза подъема, ярким доказательством этого является тот факт, что рост инвестиционной активности сейчас превышает рост темпов ВВП.

Экономические показатели российско-японского взаимодействия в 2017 году также находятся в положительной динамике - товарооборот за январь-апрель у нас увеличился больше чем на 6% по сравнению с уровнем прошлого года. Понятно, что потенциал здесь далеко не раскрыт, поэтому больше бизнес-контактов, больше взаимоотношений между российским и японским бизнесом – это то, что позволит наращивать товарооборот в дальнейшем.

За последний год было подписано около 100 коммерческих и межведомственных соглашений, которые не только модернизировали нормативно-правовую базу нашего взаимодействия, но и заложили долгосрочные основы инвестиционного сотрудничества. Завершается работа над соглашением об избежании двойного налогообложения. Этот документ, который обновит соглашение от 1985 года, станет одним из самых современных, отвечающих международным практикам, и позволит совместно работать на рынках компаниям из двух стран с гораздо большим удобством, без административных барьеров и проблем.

Наш бизнес подписал большое количество коммерческих соглашений в таких областях как энергетика, автомобилестроение, химическая промышленность, медицина, высокие технологии. Движение идёт по всем ключевым направлениям.

Сейчас многие документы являются декларациями и намерениях, но мы рассчитываем, что в сентябре на Дальневосточном экономическом форуме мы сделаем шаг вперед, и все больше соглашений о намерениях будут заканчиваться конкретными сделками. И мы увидим начало инвестиционного потока как из Японии в Россию, так и из России в Японию.

Одним из таких конкретных результатов стал договор о покупке 10% акций российской фармацевтической компании «Р-Фарм» японской компанией «Мицуи Корпорейшн», который был подписан в апреле этого года. Это соглашение подтверждает готовность крупного японского бизнеса к ведению дел в России и даже к участию в управлении российскими компаниями. Надеюсь, к концу этого года мы увидим больше примеров такого рода сделок.

Открытие японского рынка термически обработанного мяса для российских производителей также является свидетельством взаимного доверия между нашими странами. Действительно, здесь проделана огромная работа за последние кварталы. Сейчас российские производители уже могут поставлять свою продукцию на такой интересный и непростой с конкурентной точки зрения рынок как японский.

Отдельного внимания заслуживает проект по технологическому аудиту российских предприятий японскими специалистами. Интересно, что результатом аудита становятся не просто полезные рекомендации, но и договорённости о создании совместных производств, как, например, в случае с компанией «Исток-Аудио», специализирующейся на производстве слуховых аппаратов. В рамках программы «Подготовка кадров в смежных отраслях» сотрудники 6 российских предприятий – это Северсталь, Магнитогорский металлургический комбинат, НЛМК, НТМК, Мотопирс и Автоэлектроника - прошли стажировки в Японии. Тут хочу отдельно отметить высокий профессионализм специалистов японской ассоциации РОТОБО, которые качественно и в срок обеспечили проведение стажировки. Считаю, что подобный диалог между бизнес-ассоциациями позволит отдельным компаниям добиться максимальных результатов. Такую практику, мне кажется, нужно расширять.

Хочу сказать, что сегодняшний форум был также организован при участии бизнес-ассоциаций, и это во многом ключевая составляющая успеха этого мероприятия.

Желаю участникам плодотворной работы, результатом которой должны стать конкретные договоренности и проекты. Только так мы сможем поддерживать активную динамику развития российско-японского экономического взаимодействия.

Спасибо!

Россия. Япония. УФО > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 10 июля 2017 > № 2238403 Максим Орешкин


КНДР. Япония. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208649 Джеймс Браун

Как изменил Японию конфликт США и Северной Кореи

Джеймс Браун

Независимо от своего исхода, кризис на Корейском полуострове уже заставляет Японию играть все более активную роль в региональной безопасности. Это проявляется в закупках новой ПРО, изменении военных статей Конституции и даже в дискуссиях о необходимости ядерного оружия, что неизбежно вызовет ответную реакцию соседних держав

Северная Корея полна решимости разработать межконтинентальную баллистическую ракету, способную ударить по материковой Америке ядерной боеголовкой. В своем новогоднем выступлении Ким Чен Ын заявил, что страна находится на заключительной стадии разработки подобного оружия. С начала 2017 года Пхеньян уже провел 12 испытаний ракет меньшей дальности, включая запуск ракеты высокой точности 29 мая.

Одновременно президент США Дональд Трамп пообещал, что во время своего президентства не допустит запуска межконтинентальной ракеты Пхеньяном, и заявил, что администрация готовa рассмотреть все варианты, включая военные, чтобы предотвратить это. Как объяснил Ван И, министр иностранных дел Китая, «стороны похожи на два ускоряющихся поезда, летящих друг на друга». Если они столкнутся, то последствия почувствует на себе весь мир, но одной из самых пострадавших неизбежно будет Япония, поэтому в Токио уже активно начали готовиться к худшему.

Быть авианосцем

Если между США и Северной Кореей дойдет до войны, то Япония тоже будет втянута в конфликт. У США десятки военных баз в Японии и более 40 тысяч военнослужащих. В случае войны на Корейском полуострове эти силы будут наносить удары по военным объектам в Северной Корее, а силам самообороны Японии придется играть поддерживающую роль.

По девятой статье японской Конституции, написанной американцами во время оккупации после Второй мировой войны, «японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров». Кроме того, Япония «никогда впредь не будет создавать сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны». Тем не менее устав ООН дает всем странам право на самооборону, поэтому для Японии считается допустимым иметь вооруженные силы, но только для защиты страны. Даже сегодня японские вооруженные силы официально называются Силами самообороны Японии.

С момента их создания в 1954 году задачей сил самообороны было защищать японский архипелаг и его прибрежные воды от вражеских атак. Взамен США взяли на себя ответственность за наступательные операции за пределами Японии. Это остается основным принципом разделения труда внутри альянса, но ситуация начала значительно меняться в 2015 году, когда правительство Синдзо Абэ ввело новую интерпретацию Конституции, которая разрешает так называемую коллективную самооборону.

По новым законам Япония может, впервые после окончания Второй мировой войны, использовать вооруженную силу не только для защиты себя, но и для защиты союзников, при условии, что ситуация также влияет на безопасность Японии. Это значит, что в случае конфликта на Корейском полуострове, даже если войска КНДР не нападут на Японию, а только на американские силы в Южной Корее, Япония примет ответные военные меры против Северной Кореи.

В любом случае, учитывая, что американские военные используют Японию в качестве «непотопляемого авианосца», независимо от действий японского правительства северокорейские силы все равно атаковали бы американские базы в Японии в случае конфликта. Пхеньян пригрозил этим 11 апреля, когда государственные СМИ КНДР заявили, что «северокорейский ядерный прицел нацелен на американские базы вторжения, и не только в Южной Корее».

Япония располагает системой противоракетной обороны, включая комплексы Aegis, которые работают с судов и перехватывают ракеты во время их средней фазы, и Patriot PAC-3, расположенные на суше и перехватывающие ракеты непосредственно перед их приземлением. Тем не менее эти системы не способны остановить концентрированную атаку нескольких ракет одновременно. В марте этого года КНДР смоделировала такую атаку четырьмя ракетами на базу морской пехоты США в Ивакуни, префектура Ямагути.

Хотя американские базы были бы главной целью атаки КНДР, любые ракетные удары приведут к значительным жертвам среди гражданского населения. Ракеты КНДР не очень точные, а американские базы находятся рядом с японскими городами. Например, авиационная станция морской пехоты Футенма расположена в центре города Гинован, на острове Окинава. В 2004 году вертолет американской армии врезался в университет, который находится всего в трехстах метрах от базы.

Кроме того, главная военно-морская база США Йокосука расположена в столичной зоне Токио – Йокогама, население которой составляет около 38 млн человек. Сейчас в Японии есть опасения, что Северная Корея будет атаковать именно эту густонаселенную область, поэтому во время ракетных испытаний КНДР 29 апреля токийское метро было временно остановлено, пока не стало известно, что запуск не был началом атаки на японскую столицу.

До сих пор у Пхеньяна не получалось освоить технологии размещения ядерного оружия на ракетах. Тем не менее огромный ущерб может быть нанесен и обычными ракетами Северной Кореи, включая ракеты «Нодон» и Scud-ER, которые могут долететь до любого японского города. Также есть опасения, что Пхеньян может использовать ракеты, вооруженные таким химическим оружием, как зарин или VX, – их у Северной Кореи большие запасы.

Помимо ракетной угрозы, в случае конфликта японскому правительству нужно будет репатриировать своих граждан из Южной Кореи, а их там почти 60 тысяч человек. Также война приведет к большому потоку беженцев из обеих частей Кореи. Среди них могут быть переодетые северокорейские военные, представляющие угрозу для внутренней безопасности Японии. В апреле Совет национальной безопасности Японии провел совещание для обсуждения этих вопросов.

Новые покупки

Конечно, несмотря на нынешнюю напряженность, вероятность войны на Корейском полуострове по-прежнему остается довольно низкой – Пхеньян хорошо понимает, что сможет победить США, Южную Корею и Японию. Тем не менее даже без вооруженного конфликта нынешний кризис сильно меняет подходы Японии к вопросам безопасности.

Прежде всего, Япония начинает играть гораздо более активную роль в региональной безопасности. Это включает в себя использование нового права на коллективную самооборону. Поправка уже была использована 1 мая, когда Япония впервые поручила военному кораблю сопровождать военно-морское судно снабжения США в Японском море для встречи с авианосной ударной группой для демонстрации Северной Корее американских военных сил. Ранее такая активная защита союзника считалась неконституционной.

Из-за кризиса на Корейском полуострове Япония все активнее закупает новые виды оружия. Японское правительство рассматривает возможность купить Aegis Ashore, американскую систему ПРО наземного базирования, аналогичную той, что установлена в Румынии и Польше. В Японии хотят, чтобы эта новая система была установлена и введена в эксплуатацию не позднее 2023 года. Япония предпочитает Aegis Ashore системе THAAD, которая установлена в Южной Корее, потому что она дешевле, а диапазон у нее шире.

Такие системы американской ПРО, скорее всего, повысят региональную напряженность из-за того, что и Москва, и Пекин считают, что настоящая цель этих систем в Азии не ракеты Пхеньяна, а ядерное оружие России и Китая. Двадцатого марта российский министр обороны Сергей Шойгу предупредил своего японского коллегу Томоми Инаду в отношении развертывания системы ПРО Японией: «Есть опасения, что это повлияет на баланс сил в АТР».

К тому же в начале мая стало известно, что японское правительство рассматривает возможность приобрести «Томагавки», крылатые ракеты, запускаемые с кораблей или подводных лодок. Сейчас у Японии нет такого оружия, потому что оно всегда считалось наступательным, а не оборонительным. Но в этом году премьер Абэ заявил, что крылатые ракеты могут быть использованы для ударов по местам запуска ракет в Северной Корее. Если альтернативы не будет, то такие удары можно будет классифицировать как акт самообороны, что соответствует Конституции.

В Японии идут активные споры вокруг концепции превентивной самообороны, потому что она может быть использована для узаконивания широкого спектра военных действий, как произошло в случае вторжения США в Ирак в 2003 году. Также приобретение крылатых ракет Японией может еще больше усилить региональную напряженность, потому что в принципе это оружие может быть использовано не только против КНДР, но также против России или Китая.

Помимо открытых дискуссий о системах ПРО и крылатых ракетах, некоторые политики в Токио неофициально начали говорить о том, что в будущем Япония может разработать собственное ядерное оружие. Для Японии, единственной страны, пострадавшей от атомной атаки, тема ядерного оружия очень чувствительная, и правительство официально выступает за полное ядерное разоружение. Но на деле известно, что некоторые члены правящей Либерально-демократической партии (ЛДП) считают, что поддержка США в ядерном вопросе может быть недостаточной для Японии, окруженной тремя государствами, обладающими ядерным оружием.

Например, Шигеру Ишиба, бывший министр обороны и вероятный кандидат на пост премьер-министра после Абэ, ранее высказывался, что «важно, чтобы мы сохраняли свои коммерческие реакторы, потому что они позволили бы нам быстро разработать ядерную боеголовку. Это средство так называемого ядерного сдерживания». В этом году Япония отказалась участвовать в переговорах в ООН о потенциальном договоре о запрете любого ядерного оружия. По словам министра иностранных дел Фумио Кисиды, причина в том, что «если мы продолжаем эту инициативу, то разрыв между ядерными и неядерными странами будет все более серьезным».

Еще Нобусукэ Киси, премьер-министр Японии с 1957 по 1960 год, выступал за создание Японией собственного «оборонительного» ядерного оружия, утверждая, что, по его мнению, приобретение такого оружия не было запрещено Конституцией. Мнение этого давно умершего политика важно, потому что Киси – родной дедушка нынешнего премьер-министра, и Синдзо Абэ считает его своим политическим образцом для подражания.

Особенности восприятия

Помимо закупок новых видов оружия, нынешний кризис может сильно изменить японское законодательство. С самого своего основания в 1955 году Либерально-демократическая партия хотела изменить девятую статью Конституции, чтобы Япония получила право официально обладать военными силами и использовать их так же, как и другие страны. Хотя ЛДП доминировала в японской политике на протяжении практически всей послевоенной эпохи, до сих пор они не смогли внести эти поправки из-за оппозиции в парламенте и в обществе в целом. Изменение Конституции требует поддержки двух третей обеих палат парламента, а также одобрения на референдуме. Из-за таких высоких требований Конституция Японии никогда не менялась, но кажется, что руководители ЛДП считают, что нынешний кризис представляет для этого неплохую возможность.

В начале мая премьер Абэ воспользовался 70-й годовщиной вступления в силу японской Конституции, чтобы заявить, что он хочет внести в нее поправки до 2020 года. Как он объяснил потом, он хотел бы изменить в том числе девятую статью, чтобы создать более прочную правовую основу для военных сил страны. Что касается сроков, то Абэ сказал, что поправки должны быть одобрены до 2020 года, потому что именно в этом году в Токио пройдут Олимпийские игры.

Объяснение довольно странное, скорее Абэ хочет действовать быстро, пока сторонники изменения Конституции составляют две трети в обеих палатах. Он также надеется, что нынешний кризис на Корейском полуострове убедит население в том, что японским вооруженным силам необходимо играть более активную роль. Есть некоторые признаки, что это ему удается. По опросу, проведенному в мае информационным агентством «Киодо», 56% японцев поддерживают изменение девятой статьи. Кроме этого, Абэ явно хочет, чтобы первые в истории поправки в Конституцию внес именно он, а у него полномочия истекают в 2021 году.

Нынешний кризис на Корейском полуострове станет переломным моментом в истории послевоенной Японии. Решение японцев активнее заняться своей обороной обусловлено чувством угрозы, но некоторые из соседних стран неизбежно воспримут эти шаги как агрессивные и предпримут ответные меры. Северная Корея, безусловно, увидит угрозу в японских закупках оружия и поправках в Конституцию и будет продолжать свои ракетные и ядерные программы. Также, вероятнее всего, посчитают и в Китае, решив, что японские шаги – это признаки, что Япония возвращается к милитаризму 1930-х. В ответ правительство Китая займется дальнейшим укреплением собственных военных ресурсов. Также и Россия вряд ли станет игнорировать растущую военную роль союзника США, расположенного на ее дальневосточной границе. В результате реакция Японии на корейский кризис может привести к более широкой гонке вооружений с серьезными дестабилизирующими последствиями для всего региона.

КНДР. Япония. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208649 Джеймс Браун


Казахстан. Япония. Польша. РФ > Транспорт. Нефть, газ, уголь > ved.gov.ru, 30 мая 2017 > № 2320602 Николай Радостовец

Проблему с транзитом угля через Россию предлагается решать на правительственном уровне.

«Российские железные дороги» (РЖД) не способны пропустить весь объем транзитного казахстанского угля. Об этом заявил в интервью LS исполнительный директор Республиканской ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николай Радостовец.

Он рассказал о наиболее острых проблемах горно-металлургического сектора.

— Николай Владимирович, почему РЖД ограничивает казахстанский транзит?

— Раньше мы имели проблемы с перевалкой груза в России, а сейчас с тем, что у РЖД не хватает объемов для поставки нашего твердого топлива до морских портов. Угольщики Казахстана сейчас ставят этот вопрос как наиболее острый, потому что в будущем мы все равно будем транспортировать через Россию, от этого никуда не деться.

Сказать, на сколько россиянам нужно увеличить пропускную способность, я сейчас не смогу, так как у каждого направления свои объемы. К примеру, через станцию «Лужская» мы увеличили объемы поставок шубаркульского угля в четыре раза в этом году! Конечно, России тяжело справиться с такими объемами, я понимаю, но мы должны просить, чтобы они постарались, потому что на кону контракты на огромные суммы.

Вообще, по этой товарной группе РЖД следует проработать конкретные маршруты и обеспечить туда увеличение поставок подвижного состава и подачу вагонов.

Ведь если у нас все пойдет хорошо и угольщики не сорвут поставки, то, может, они и в следующем году останутся на этих контрактах. Для самих «Российских железных дорог» это все тоже выгодно, поскольку они зарабатывают на транспортировке и понимают, что нужно принимать меры по увеличению поставок. Это не только новые рабочие места для россиян, но и поступления в их бюджет.

— Как вы предлагаете решить эту проблему?

— Мы хотим, чтобы к проблеме подключилось правительство, к примеру, вице-премьер Аскар Мамин мог бы взяться за урегулирование данного вопроса.

Возможно, нужны какие-то межгосударственные соглашения либо необходимо обсудить это на межправительственном совете с участием премьер-министров двух стран.

Хочу сразу подчеркнуть: проблемы возникли не из-за того, что в договоре о ЕАЭС Казахстан что-то не учел. Это просто наши конструктивные потребности, мы развиваемся, увеличиваются объемы поставок, и пришло время усовершенствовать нормативно-правовую базу Евразийского союза в этом направлении.

— А куда вообще уходит этот уголь?

— Он идет в Японию транзитом через Россию, а также у нас есть рынки сбыта в Польше.

Россия постепенно сокращает потребление казахстанского угля на своих станциях, меняет технологии и включает в оборот большее количество своего сырья. Такая ситуация начала негативно отражаться на наших компаниях, поэтому сейчас ищем новые рынки сбыта, чтобы не потерять конкурентоспособность.

Перед нами закрываются российские двери, а мы лезем через окно на японский рынок. Но для этого все экспортные возможности должны быть открыты, в частности, теперь у нас появилась большая потребность в водном транспорте и морских портах.

— Кстати, как сейчас складывается ситуация с доступом на российские морские порты? Помнится, вы ранее заявляли об ограничениях.

— Да, пока это потенциальные риски, но они есть. В союзных правилах пользования морскими портами недискриминационный доступ прописан, но там зафиксирована действующая ситуация. Она предполагает, что в России самые крупные игроки, которые имеют свои порты и компании по продвижению операторских грузов. Соответственно, им дано преимущество проходить перевалку первыми и занимать около 30% мощностей порта.

Но мы понимаем, что если они пойдут первыми, то для казахстанских компаний мощностей может просто не хватить. Поэтому мы просим россиян сделать правила недискриминационного доступа к услугам субъектов естественных монополий в портах справедливыми. Но они уже 2 года обещают пересмотреть этот документ, пока никаких подвижек так и нет. Ситуация до сих пор не урегулирована.

— Почему вы не поднимали данный вопрос тогда, когда только обсуждались эти правила? Почему только сейчас, через три года, вспомнили о них?

— В то время никто и не предполагал, что у нас могут возникнуть вопросы по портам, тогда особой необходимости в них не было. Но сейчас сама жизнь продиктовала эти вопросы, так как расширился экспорт, мы начали выходить на рынки дальнего зарубежья через море.

Сейчас нам нужно попытаться откорректировать союзное законодательство, может, даже ввести новый раздел по морским портам.

Автор: Джамиля Каримова / LSM.kz.

Казахстан. Япония. Польша. РФ > Транспорт. Нефть, газ, уголь > ved.gov.ru, 30 мая 2017 > № 2320602 Николай Радостовец


Китай. Корея. Япония. РФ > Электроэнергетика > carnegie.ru, 5 мая 2017 > № 2164097 Татьяна Щенкова

Братство кольца: сможет ли Россия пробиться в электроэнергетику Восточной Азии

Татьяна Щенкова

Обострение ситуации вокруг КНДР может окончательно похоронить усилия России по созданию объединенной энергосистемы в Северо-Восточной Азии, которая бы также включала Китай, Японию и Южную Корею. Технические параметры проекта давно разработаны, но просчитать политические риски сейчас не может ни одна из сторон

Проект Азиатского энергокольца долгое время оставался прерогативой частного бизнеса и узкого круга специалистов, но в прошлом году обрел вторую жизнь. В марте 2016 года «Россети», китайская China State Grid, корейская Korea Electric Power Corporation и японская Softbank Group подписали меморандум о совместном развитии электрической энергосистемы в Северо-Восточной Азии. Одновременно свой интерес к соединению энергосистем подтвердил Китай: в Пекине прошла первая международная конференция по глобальному объединению энергосистем (Global Energy Interconnection, GEI) под эгидой китайской Организации по развитию и сотрудничеству в сфере глобального объединения энергосистем (Global Energy Interconnection Development and Cooperation Organization, GEIDCO).

Кульминацией процесса стало выступление Владимира Путина на Восточном экономическом форуме в сентябре, в ходе которого он поддержал инициативу компаний четырех стран по созданию «энергетического суперкольца» и призвал их сформировать межправительственную рабочую группу для детальной проработки проекта. Отдельно российский президент пообещал предоставить конкурентную для Азиатско-Тихоокеанского региона цену на российскую электроэнергию и зафиксировать ее на долгосрочный период.

Прошлогодний успех Азиатского энергокольца выглядит неожиданным только на первый взгляд. В изменившихся реалиях проект стал нужен всем: Китаю – для борьбы с экологическим кризисом и продвижения новых технологий; Южной Корее – для доступа к поставкам электроэнергии; Японии – для снижения цен на электричество на внутреннем рынке; России – для привлечения инвестиций на Дальний Восток. Впрочем, для успешной реализации проекта осознания собственных экономических интересов может оказаться мало: уровень политического доверия между участниками по-прежнему крайне низок.

Замкнуть кольцо

Создать энергетическое кольцо Россия, Китай, Южная Корея и Япония пытаются с середины 2000-х годов. В преддверии саммита АТЭС во Владивостоке идея соединить национальные энергетические системы выглядела актуально, особенно на фоне энергодефицита, с которым столкнулась Япония после аварии на АЭС в Фукусиме.

Японская сторона первой предложила построить энергомост между Сахалином и Хоккайдо, к проекту подключилась российская «Интер РАО», но дальше технико-экономического обоснования стороны не продвинулись: выяснилось, что японское законодательство не предусматривает возможность импорта электроэнергии из-за рубежа. На прошлогоднем ВЭФ о проработке поставок до двух гигаватт по подводному кабелю из Советской Гавани или с острова Сахалин на Хоккайдо заявили «Россети» и японский Soft Bank, но правовые основы для реализации проекта, как и межправительственный механизм для их обсуждения, по-прежнему отсутствуют.

На фоне провалов с Японией диалог России и Китая о развитии электроэнергетических связей выглядел более перспективным: с 2008 года между странами действует межправительственная комиссия по сотрудничеству в сфере энергетики; за годы работы российские и китайские компании накопили опыт совместной реализации проектов, а общий благоприятный фон двусторонних отношений позволял надеяться на скорое продвижение концепции энергокольца.

В 2012 году Восточная энергетическая компания (ВЭК) и China State Grid заключили контракт о поставках в Китай не менее 100 млрд кВт?ч на 25 лет. Однако попытки российских компаний пойти дальше и наладить межгосударственный экспорт электроэнергии в Северо-Восточной Азии не встретили поддержки у китайских партнеров.

В 2013 году российская En+ Group, корейская корпорация Korea Electric Power Corporation и Сколковский институт науки и технологий разработали маршруты поставки электроэнергии из Владивостока, Читы или Благовещенска транзитом через Харбин – Шэньян и Пхеньян на Сеул и далее в Японию. Китайская сторона от обсуждения проекта формально не отказывалась, но процесс затянулся настолько, что его перспективы становились все более туманными. Впрочем, довольно скоро выяснилось, что интерес к проекту, только в другом виде, у Китая все же есть.

Электрический Шелковый путь

В марте 2016 года Китай представил собственную инициативу глобального объединения энергосистем на базе возобновляемой энергии и современных технологий передачи сверх- и ультравысокого напряжения (global energy interconnection, GEI). Политическую поддержку проект получил после выступления Си Цзиньпина на Генассамблее ООН осенью 2015 года. Вскоре для продвижения инициативы была создана Global Energy Interconnection Development and Cooperation Organization, во главе которой встал бывший председатель госкомпании China State Grid Лю Чжэнья.

За витиеватыми формулировками об «энергетического шелкового пути» и о глобальном объединении арктического пояса ветрогенерации, экваториального пояса солнечной генерации и других центров возобновляемой энергии с основными центрами потребления и развитии интеллектуальных распределительных сетей (Smart Grid) лежит стремление Китая максимально использовать создаваемую внутри страны сеть ультравысокого напряжения (UHV), которая должна связать промышленные центры на востоке с энергетическими ресурсными базами в северных и западных регионах и превратить Китай в экспортера электроэнергии, а также продвинуть свои технологии на международный рынок.

На развитие сетей ультравысокого напряжения China State Grid до 2020 года потратит $88 млрд и уже в следующем году введет в эксплуатацию первую в мире ЛЭП ультравысокого напряжения 1100 кВ мощностью 12 ГВт между Синьцзяном и провинцией Аньхой (ЛЭП Чанцзи – Гуцюань), протяженность которой составляет 3400 км. Всего же в соответствии с последним планом Главного энергетического управления, с 2015 до 2020 год Китай вложит $315 млрд в модернизацию сетевой инфраструктуры. За рубежом China State Grid пока реализует только проект Бело-Монте в Бразилии с общей протяженностью двух ЛЭП свыше 4500 км.

Вместе с тем сети сверх- и ультравысокого напряжения в Северо-Восточной Азии Китай стремится развивать в кооперации со странами региона. В состав GEIDCO вошли «Россети» и корейская KEPCO, а заместителем председателя GEIDCO стал глава японского Soft Bank Масаёси Сон. Китайская версия Азиатского энергокольца на первом этапе предполагает строительство линии Вэйхай – Сеул, а затем объединение национальных энергосистем Китая, Южной Кореи, Японии и, в отдаленной перспективе, России в точках выдачи в Шэньяне, Сеуле, Токио, на Хоккайдо, Сахалине и российском Дальнем Востоке. Отдельная линия должна соединить станции в Монголии с китайским Тяньцзинем (проект Сибэ-Обо).

Чего ждать

Обсуждение Азиатского энергокольца традиционно велось в рамках бизнес-логики: представители компаний согласовывали параметры экономической эффективности проекта и ждали договоренностей на межгосударственном уровне. Создание Китаем международной площадки под эгидой GEIDCO для продвижения собственного видения мало что изменило: участниками дискуссии по-прежнему остаются представители бизнеса и исследовательских организаций. Объединение усилий со стороны представителей China State Grid и Soft Bank является примером именно частной инициативы.

Что всерьез мешает проекту, так это политические риски. Один из главных факторов – крайне низкий уровень политического доверия между Китаем, Южной Кореей и Японией. Любое обсуждение совместной энергетической инфраструктуры между этими странами сразу упирается в вопросы национальной безопасности (притом что опыт создания общего рынка электроэнергии Скандинавских стран Nord Pool, с которым хорошо знакомы все участники переговоров, подтверждает – создание общей системы передачи энергии снижает риски, а не повышает их).

Опасения постоянно подогреваются локальными обострениями вроде китайско-южнокорейского спора из-за американских противоракет THAAD или японо-южнокорейской перепалки по поводу сексуального рабства во время Второй мировой войны. Другой извечной головной болью для энергокольца остается вопрос ядерной программы Северной Кореи, которая в последние месяцы вышла на передний план.

В этих условиях России, которая продолжает продвигать Азиатское энергокольцо как потенциальную основу для системы энергетической безопасности в Северо-Восточной Азии, следует быть реалистичной в своих ожиданиях. Сейчас реализация двусторонних проектов, будь то строительство линии Вэйхай – Сеул или энергомоста Сахалин – Хоккайдо, выглядит все более возможной. Поэтому Москве необходимо отказаться от громких политических лозунгов и, держа в уме стратегическую цель построить региональную энергосистему, сосредоточиться на двусторонней работе с партнерами, чтобы избежать ситуации, когда азиатские страны договариваются между собой без учета российских интересов.

Китай. Корея. Япония. РФ > Электроэнергетика > carnegie.ru, 5 мая 2017 > № 2164097 Татьяна Щенкова


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 апреля 2017 > № 2160821 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Заявления для прессы по итогам российско-японских переговоров.

По окончании переговоров Владимир Путин и Премьер-министр Японии Синдзо Абэ сделали заявления для прессы.

В.Путин: Добрый день!

Уважаемые дамы и господа! Уважаемый господин Премьер-министр!

Переговоры с Премьер-министром Японии господином Синдзо Абэ прошли в конструктивной атмосфере. Сразу отмечу, что с российской и с японской стороны был продемонстрирован настрой на дальнейшее развитие взаимовыгодного и многопланового сотрудничества.

Япония – важный, перспективный партнёр для России, и мы готовы работать вместе, решать любые, даже самые сложные вопросы двусторонних отношений на принципах взаимного уважения, равноправия, учёта интересов друг друга.

Сегодня – вначале в узком составе, а затем с участием ключевых министров и руководителей крупных компаний – подробно обсудили текущее состояние российско-японских связей, рассмотрели итоги реализации договорённостей, достигнутых в ходе нашего визита в Японию в декабре прошлого года, определили приоритеты взаимодействия на ближайшую и более отдалённую перспективу.

С удовлетворением констатировали с господином Абэ, что за последнее время контакты между нашими странами активизировались. Возобновлена, в частности, практика встреч министров иностранных дел и обороны в формате «два плюс два», налаживается диалог между советами безопасности, укрепляется сотрудничество по парламентской линии.

Отрадно, что после определённого спада начала выправляться ситуация и в сфере экономического сотрудничества. В январе-феврале текущего года отмечен рост взаимной торговли. При этом объём накопленных японских инвестиций в России также растёт. В 2015 году он был 1,3 миллиарда, в прошлом – 1,7.

Япония – важный, перспективный партнёр для России, и мы готовы работать вместе, решать любые, даже самые сложные вопросы двусторонних отношений на принципах взаимного уважения, равноправия, учёта интересов друг друга.

В рамках Межправительственной комиссии согласован и реализуется масштабный План совместной работы и сводный перечень, включающий 80 приоритетных проектов в области промышленности, сельского хозяйства, здравоохранения, инфраструктуры, инноваций, малого бизнеса, гуманитарных обменов.

Финансовую поддержку реализации двусторонних деловых инициатив призван обеспечить новый Российско-японский инвестиционный фонд объёмом в 1 миллиард долларов. Кроме того, Агентство привлечения инвестиций и Фонд развития Дальнего Востока совместно с Банком международного сотрудничества Японии окажут содействие в осуществлении капиталовложений в экономику дальневосточного региона России.

Разумеется, предметно обсудили с японскими партнёрами вопросы углубления взаимодействия в такой стратегической сфере, как энергетика. Россия является надёжным поставщиком углеводородов в Японию и обеспечивает порядка 8 процентов потребностей внутреннего рынка этой страны в сжиженном природном газе.

В свою очередь, японский бизнес участвует в разработке нефтегазовых месторождений «Сахалин-1», «Сахалин-2», в строительстве завода сжиженного природного газа на полуострове Ямал. Говорили с Премьер-министром Абэ и о планах совместного возведения газопровода «Сахалин – Хоккайдо», создания морского энергомоста для поставок электричества из России в Японию, кооперации в области возобновляемых и нетрадиционных источников энергии. Реализация этих перспективных проектов поможет обеспечить японских потребителей дополнительными энергоресурсами по кратчайшим маршрутам и по доступным ценам.

Хорошие возможности для взаимодействия открываются в области мирного атома. Россия готова оказать Японии помощь в восстановлении АЭС «Фукусима-1» и предлагает самые современные технологии для очистки загрязнённого грунта, переработки радиоактивных отходов.

В ходе переговоров были предметно рассмотрены вопросы углубления двусторонней промышленной кооперации. В России в настоящее время обеспечены максимально комфортные условия для привлечения передовых технологий и создания новых инновационных производств. В особых экономических зонах и на территориях опережающего развития на Дальнем Востоке иностранным инвесторам предоставляются налоговые преференции, упрощённый административный режим, модернизируется инфраструктура за счёт государства. Рассчитываем, что этими уникальными возможностями в полной мере воспользуются наши японские партнёры. Они получат не только прямой выход на российский рынок, но и доступ к потребителям из стран Евразийского экономического союза и СНГ.

Ожидаем масштабного представительства японских компаний и банковского сектора на крупнейших экономических форумах в России – Петербургском и Восточном. Ценим решение Японии принять участие в международной промышленной выставке в Екатеринбурге «ИННОПРОМ-2017» в качестве страны-партнёра.

Приветствуем активизацию межрегиональных связей. В рамках нынешнего визита подписано соглашение о сотрудничестве между Краснодарским краем и префектурой Ямагути. Таким образом, реализация личной инициативы Премьер-министра Японии, с которой он выступил на переговорах в декабре прошлого года, вступила в свою завершающую фазу в этой части.

Отметили с господином Абэ рост культурных и гуманитарных обменов. В июне в Японии откроется фестиваль «Русские сезоны». В его рамках 40 городов страны будут охвачены различными мероприятиями, их всего 250. Они познакомят японскую публику с выдающимися образцами российской культуры и искусства. Мне было очень приятно услышать, что господин Премьер-министр любезно согласился принять участие в открытии этих мероприятий в Токио. В следующем году условились провести «перекрёстные года» России и Японии.

Конечно, шла речь и о проблеме мирного договора, решение которой должно отвечать стратегическим интересам и России, и Японии и быть принято народами обеих стран. В этом контексте обсудили тематику совместной хозяйственной деятельности на Южных Курилах, о чём мы договорились с господином Абэ ещё в декабре в Токио. Согласились продолжить начатую совместную работу и сформировать в ближайшее время перечень приоритетных проектов. Для изучения конкретных возможностей взаимодействия этим летом будет организована поездка на Южные Курилы группы японских чиновников и бизнесменов. Кроме того, Россия обеспечит прямой авиаперелёт для доставки бывших японских жителей островов с целью посещения могил их предков. Это гуманитарные вопросы, о решении которых мы также неоднократно говорили с господином Премьер-министром. Он ставил эти вопросы, я с ним согласен, что они должны быть решены. Рассчитываем, что всё это будет способствовать созданию атмосферы доверия и взаимопонимания между нашими государствами.

Естественно, большое место на переговорах заняла и международная проблематика. Обсуждались вопросы сотрудничества в многосторонних организациях, прежде всего в ООН, Совете Безопасности, где Япония является непостоянным членом [в 2016–2017 годах].

Отдельно затрагивалась ситуация на Корейском полуострове, которая, по нашему с Премьер-министром мнению, к сожалению, серьёзно деградировала. Призываем все государства, вовлечённые в региональные дела, воздерживаться от воинственной риторики и стремиться к спокойному, конструктивному диалогу. Видим в качестве общей задачи скорейшее возобновление шестисторонних переговоров.

В заключение хотел бы ещё раз выразить признательность господину Премьер-министру, всем японским коллегам за заинтересованный и деловой разговор. Мы договорились продолжить наши контакты во Владивостоке на полях Третьего Восточного экономического форума, и надеюсь на встречу в рамках «двадцатки» в Гамбурге.

Большое спасибо за внимание.

Синдзо Абэ (как переведено): Очень рад, что через четыре года смог вновь посетить Москву. От всей души благодарю Президента Путина, российский народ за то, что тепло меня приняли.

В первую очередь я хочу ещё раз выразить скорбь по жертвам зверского теракта, случившегося в метро Санкт-Петербурга, выразить сочувствие тем, кто получил ранения, и пожелать им скорейшего восстановления и выздоравливания. Такого рода теракт является атакой против человечества в целом, и я решительно его осуждаю. В это трудное время Япония с вами, Россия. Япония во взаимодействии с Россией и международным сообществом будет вносить свой вклад в борьбу с терроризмом.

В декабре прошлого года я приветствовал Президента Путина в Нагато. Шёл снег. На моей родине Президент Путин прочёл письмо от бывших жителей островов, от бывших жителей северных территорий, четырёх северных островов, в котором они делились с ним своей болью, своими сокровенными мыслями. Глаза Президента Путина были внимательны и серьёзны. Твой взгляд в тот момент, весь твой облик я и сейчас очень хорошо помню. Люди писали: «Хочу без стеснения, свободно посетить могилу своих предков, родные края, хочу встретить утро на своей малой родине».

Решено впервые в истории (на пресс-конференции Президент Путин честно и откровенно сказал, что он был глубоко тронут) [организовать перевозку] самолётом и осуществить посещение могил родственников бывшими жителями островов. Я хочу, чтобы в погожий июньский день бывшие жители островов посетили могилы своих предков на Кунашире и Итурупе. В течение многих лет пункт процедуры въезда и выезда был только один, а теперь и количество пунктов увеличится. Мы согласовали, что в этом году такой пункт будет открыт вблизи островов Хабомаи. Хочу, чтобы это было реализовано уже в августе.

Мы углублённо обсудили и совместную хозяйственную деятельность на четырёх северных островах. Японцы и российские граждане вместе будут заниматься разведением рыб и морских ежей, будут развивать уникальный для четырёх северных островов туризм, в том числе это туризм с использованием богатой природы. Будут повышать жизненный уровень и удобство проживающих там российских граждан, а также создавать много новых возможностей для японцев, которые будут приезжать и заниматься экономической деятельностью. Мы хотели бы вместе создать такое будущее, надежды.

В качестве первого шага мы согласились на отправление туда исследовательской делегации с участием представителей правительства и частных кругов до конца мая. Руками представителей обеих стран начнётся конкретизация проектов. Будем накапливать вначале маленькое сотрудничество и достигнем большого развития в совместной экономической деятельности. За общими усилиями есть мирный договор, к чему стремимся мы с Владимиром. Это взаимовыгодная для обеих стран историческая попытка. Мы с Владимиром хотим укрепить взаимное доверие между нашими народами посредством нового подхода, не зависящего от прежних идей, и заключить мирный договор. На основе взаимоуважения и взаимных выгод, а также взаимного доверия мы с Владимиром хотим рука об руку вдвоём идти по пути к заключению мирного договора.

Что касается плана сотрудничества из восьми пунктов, предложенного мною в прошлом году в Сочи, то наблюдается его верное продвижение. Мы с Президентом поделились формами сотрудничества в областях медицины и городской среды. Будем дальше конкретизировать наши планы сотрудничества так, чтобы многие российские граждане реально могли чувствовать развитие японско-российских отношений.

В 2018 году запланировано одновременное проведение Года Японии в России и Года России в Японии. Это важное мероприятие для стремительного расширения культурных связей обеих стран, и мы надеемся на то, чтобы посредством культуры больше японцев ещё больше полюбили Россию, а больше российских граждан испытали ещё большее чувство близости к японцам.

Владимир, мы в моём родном городе Нагато объявили свою честную решимость разрешить вопрос мирного договора нашими собственными руками. С тех пор прошло четыре месяца, и я приехал в Москву, выполнив своё обещание. За прошедшие четыре месяца достигнуты конкретные пошаговые продвижения к нашей общей цели. Основываясь на соглашении, достигнутом в городе Нагато, усилим эти шаги к окончательной цели.

На сегодняшней встрече мы с Президентом довольно долго обсуждали северокорейский вопрос. Россия является постоянным членом Совбеза ООН и важным партнёром шестисторонних переговоров. Мы с Президентом Путиным согласились, что Япония и Россия и дальше тесно будут сотрудничать и обращаться к КНДР, чтобы она полностью соблюдала резолюции Совбеза ООН и воздерживалась от дальнейших провокационных действий.

Мир сталкивается с такими задачами, как ситуация в Сирии и борьба с терроризмом, которые невозможно разрешить без конструктивной роли России. Мы серьёзно и откровенно дискутировали о том, как Япония и Россия должны сотрудничать в международном сообществе.

Мы с Владимиром договорились о следующей встрече один на один во время саммита «большой двадцатки» в Гамбурге в июле этого года. Я также с нетерпением жду встречи с ним на сентябрьском Восточном экономическом форуме во Владивостоке. И в этом году, пользуясь всеми возможностями, мы продвинем японско-российские отношения в широком спектре областей. Я сейчас обновляю эту твёрдую решимость.

Спасибо.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 апреля 2017 > № 2160821 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 апреля 2017 > № 2160820 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Встреча с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ.

В Кремле состоялась встреча Владимира Путина с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ.

На повестке дня – вопросы реализации договорённостей, достигнутых во время визита главы Российского государства в Японию 15–16 декабря 2016 года, перспективы развития российско-японского сотрудничества в политической, торгово-экономической и гуманитарной сферах.

По окончании переговоров Президент России и Премьер-министр Японии сделали заявления для прессы.

* * *

Начало беседы с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Уважаемые коллеги!

Позвольте всех вас поприветствовать в Москве. Мы очень рады вас видеть в столице России. Вспоминаем, как тепло, Синдзо, ты принимал нас в Японии, в твоём родном департаменте.

Япония – наш добрый сосед и очень перспективный партнёр. В прошлую нашу встречу в Ямагути, а затем и в ходе переговоров мы договорились об активизации наших отношений и наших контактов, нашей совместной работы и уже можем подвести определённые итоги. Движение вперёд есть.

Надеюсь, что и этот визит столь представительной японской делегации во главе с тобой принесёт свои плоды и мы наметим следующие шаги по совместной работе.

Добро пожаловать.

Синдзо Абэ (как переведено): Это первый раз за последние четыре года, когда я посещаю Москву. Очень рад тому, что встречаюсь с Владимиром в прекрасной столице России.

Пользуясь случаем, хотел бы передать искренние соболезнования близким погибших в результате взрыва в метро в Санкт-Петербурге. Мы не можем допустить такой подлый теракт и непоколебимо осуждаем такое поведение. Японцы – вместе и рядом с народом России. Позвольте выразить нашу тесную солидарность.

Что касается двусторонних отношений, в марте у нас состоялись консультации в формате «2+2», впервые за последние три года и четыре месяца. И благодаря этому мы смогли достичь хорошего результата по линии министров иностранных дел и обороны.

Экономические отношения тоже развиваются в соответствии с планом сотрудничества из восьми направлений. После нашей встречи в Нагато двусторонние отношения развиваются как следует. Я ценю этот поступательный шаг вперёд в японско-российских отношениях.

Сегодня хотел бы обсудить ряд вопросов двусторонних отношений, включая проблему заключения мирного договора, обеспечения безопасности и региональную ситуацию.

Предлагаю переговорить сначала в узком составе, затем – вдвоём.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 27 апреля 2017 > № 2160820 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Япония. Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 апреля 2017 > № 2144085 Джеймс Браун

Как Трамп может повлиять на сближение России и Японии

Джеймс Браун

Напряженность между США и Россией сохранится и при Трампе. А это создает неизбежные проблемы для «нового подхода» Абэ к России. Ни один японский премьер-министр не может вести политическое и экономическое сближение с Россией, если США активно этому противодействуют. А значит, у Токио не будет выбора, кроме как отказаться от попыток улучшить отношения с Москвой и занять более жесткую позицию

В 2016 году отношения России и Японии значительно улучшились. Лидеры двух стран несколько раз встречались, премьер Абэ объявил о «новом подходе» к России, стороны начали продвигать экономическое сотрудничество в восьми основных областях и согласились начать переговоры о совместной экономической деятельности на Южных Курилах. Абэ также подчеркнул важность создания хороших личных отношений с президентом Путиным.

Япония готова улучшить отношения с Россией, несмотря на то что та находится под западными санкциями, а российско-американские отношения переживают тяжелый кризис. Тем не менее США по-прежнему обеспечивают безопасность Японии, и Вашингтон может оказывать сильное влияние на японскую внешнюю политику. В прошлом США неоднократно использовали это влияние, чтобы не допустить сближения между Токио и Москвой. Самым ярким примером был 1956 год, когда госсекретарь Даллес успешно предотвратил решение территориального спора, пригрозив, что если Япония официально признает Итуруп и Кунашир частью Советского Союза, то США не вернут ей Окинаву.

В 2016 году Вашингтон мало вмешивался в отношения Японии и России из-за выборов и смены президентских администраций. Это дало Японии больше простора для самостоятельных действий, поэтому «новый подход» к России был объявлен именно в 2016-м, а не в каком-то другом году. В Токио рассудили, что нужно добиться как можно большего прогресса до того, как новая американская администрация придет к власти в январе 2017 года. Японское руководство рассчитывало, что президентские выборы выиграет Хиллари Клинтон, известная своим негативным отношением к России, и она начнет давить на Японию, чтобы та отказалась от сближения с Россией. Поэтому японская сторона так стремилась к прорыву в территориальном споре во время саммита в декабре 2016 года, чтобы поставить новую администрацию в Вашингтоне перед свершившимся фактом.

Но японская стратегия не сработала: прорыва в территориальном споре добиться не удалось. Вместо этого Япония только получила от России согласие начать переговоры о совместной экономической деятельности на Южных Курилах. Хотя некоторые японские оптимисты верят, что это большое достижение, на деле из-за трудностей с вопросом правовой юрисдикции, вероятно, эти переговоры не дадут конкретных результатов.

Тем не менее кажется, что у Японии будет второй шанс. Вместо ожидаемой Хиллари Клинтон в Вашингтоне у власти новый президент – Дональд Трамп, который во время своей президентской кампании поддерживал более мягкую политику на российском направлении. Что это значит для японской политики в отношении России?

В Японии есть две точки зрения по этому вопросу. Согласно первой – победа Трампа должна негативно повлиять на японские планы по улучшению отношений с Россией. По этой логике Россия приветствовала более тесные связи с Японией в 2016 году именно потому, что отношения с США были так напряжены. То есть сближение с Японией было для Москвы способом избежать изоляции после украинского кризиса. А значит, если отношения США и России при Трампе будут улучшаться, то Москва потеряет интерес к Японии.

Но есть и другая точка зрения: президентство Трампа скажется на российско-японских отношениях благотворно или, по крайней мере, нейтрально. Причина тут не только в том, что Трамп в отличие от большинства американских политиков не имеет изначально отрицательного отношения к России, но и в общем транзакционном подходе нового президента США к внешней политике. Иными словами, Трамп верит, что цель внешней политики не защита туманных моральных принципов, а заключение конкретных сделок, которые продвигают национальные интересы. Исходя из этого он может с одобрением отнестись к попыткам Абэ использовать экономические стимулы, чтобы получить от России уступки по территориальному вопросу.

Из этих двух точек зрения вторая, скорее всего, более точная. Это стало ясно во время первой встречи между Трампом и Абэ в феврале. Лидеры обсудили отношения с Россией, после чего Абэ сообщил японским СМИ: «Президент Трамп понимает японскую политику продвижения диалога с президентом Путиным о разрешении территориального спора». Высокопоставленный чиновник Белого дома также заявил: «Мы, конечно, понимаем, что Япония как сосед России придает большое значение их двусторонним отношениям. США уважают это и не планируют вмешиваться в приоритетную для премьер-министра Абэ политику относительно России».

Получив благословение администрации Трампа, японское правительство ускоряет сотрудничество с Россией. В середине марта в Токио стороны провели первый раунд переговоров о совместной экономической деятельности на Южных Курилах. Особое внимание уделили возможности совместных проектов в рыболовстве, туризме, здравоохранении и экологии. Через несколько дней министры иностранных дел и обороны двух стран встретились в формате «два плюс два», чтобы обсудить сотрудничество в области безопасности. Первая встреча в подобном формате прошла в ноябре 2013 года, но позже Япония отказалась провести еще одну из-за начала украинского кризиса. Поэтому решение возобновить встречи «два плюс два» можно рассматривать как еще одно подтверждение того, что Япония хочет вернуться к российско-японским отношениям в том виде, в каком они были до введения против России западных санкций. Кроме того, стало понятно, что Абэ в 2017 году собирается посетить Россию дважды: Москву в конце апреля, чтобы провести встречу с Путиным, и Владивосток в сентябре, чтобы принять участие в Восточном экономическом форуме.

Таким образом, перспективы развития отношений между Японией и Россией в течение следующих шести месяцев выглядят неплохо. Хотя пока есть немало сомнений, что это может привести к долгосрочной трансформации двусторонних связей, – слишком многое будет зависеть от новой американской политики в отношении России.

Пока ситуация выглядит так, что Трамп готов пересмотреть свои предвыборные заявления и пойти на обострение отношений с Россией, чтобы показать, что он не ставленник Кремля. То есть серьезная напряженность между США и Россией сохранится и при Трампе. А это создает неизбежные проблемы для «нового подхода» Абэ к России. Ни один японский премьер-министр не может вести политическое и экономическое сближение с Россией, если США активно этому противодействуют. Причина тут в том, что Вашингтон всегда может пригрозить Японии тем, что станет менее активно обеспечивать ее безопасность, и тогда Токио придется пересмотреть свою внешнюю политику. В этом смысле Япония независима только отчасти.

Противоречия в действиях Японии и США заметны уже сейчас. Например, всего за несколько дней до начала переговоров между Японией и Россией по совместной экономической деятельности на Южных Курилах Министерство юстиции США обвинило двух офицеров ФСБ в участии в масштабном взломе интернет-компании Yahoo в 2014 году. Новости получили большую огласку в Японии, потому что дочерняя компания Yahoo – самый посещаемый сайт в стране. Другой пример: в тот же день, когда состоялась встреча в Токио в формате «два плюс два», комитет по разведке Палаты представителей США начал открытые слушания по делу о предполагаемом вмешательстве России в президентские выборы 2016 года.

Из-за такой атмосферы в Вашингтоне премьер Абэ рискует попасть под серьезную критику за свои дружеские отношения с президентом Путиным. Не исключено, что новые обвинения во вмешательстве в выборы или незаконных связях между помощниками Трампа и Кремлем могут появиться во время визита Абэ в Россию. Если это произойдет, многие в США могут засомневаться в лояльности Японии как американского союзника. И тогда у Японии не будет выбора, кроме как отказаться от попыток улучшить отношения с Россией и занять более жесткую позицию.

До тех пор, пока Япония продолжает так сильно зависеть от США в области безопасности, отношения между Японией и Россией не могут развиваться свободно. Это правило действует и при Трампе, и при любом другом президенте США. Как говорят у нас в Британии, когда дело касается отношений, «двое – это компания, но трое – уже толпа».

Япония. Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 апреля 2017 > № 2144085 Джеймс Браун


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 20 марта 2017 > № 2113111 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам российско-японских консультаций в формате «два плюс два», Токио, 20 марта 2017 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы признательны нашим японским коллегам за приглашение, гостеприимство и очень содержательные переговоры.

Возобновление после длительного перерыва работы формата «два плюс два», как и договаривались Президент Российской Федерации В.В.Путин и Премьер-министр Японии С.Абэ, безусловно, было весьма полезным. Главное внимание в дискуссии четырех министров было уделено проблемам безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Мы выразили наши озабоченности сохранением тенденции к блоковым подходам к этому важнейшему вопросу, тогда как для успешного противодействия современным вызовам и угрозам необходимы только коллективные меры.

Подробно рассказали о позициях, которые Российская Федерация продвигает вместе с Китайской Народной Республикой и другими государствами, входящими в механизм Восточноазиатских саммитов, для обеспечения безопасности на внеблоковой основе, на основе принципа неделимости безопасности, без вмешательства во внутренние дела и через многосторонние усилия.

Мы обратили внимание на серьезные риски, которыми чревато развертывание в АТР элементов глобальной ПРО США. Изложили наши оценки, которые показывают, что если речь идет о противодействии угрозам, исходящим из КНДР, то создание подобной системы ПРО, равно как и «накачивание» вооружений в этом регионе, является совсем непропорциональным ответом.

Мы едины с нашими японскими партнерами в том, что Северная Корея должна неукоснительно выполнять все резолюции Совета Безопасности ООН. При этом считаем, что санкции, которые СБ ООН ввел в отношении Пхеньяна, должны рассматриваться не как инструмент наказания, а как стимул для того, чтобы вернуть ситуацию в политико-переговорное русло.

Обсудили задачи наращивания эффективности борьбы с терроризмом, другими новыми вызовами и угрозами, включая наркотрафик.

Договорились продолжать российско-японский проект под эгидой Управления по наркотикам и преступности ООН, связанный с подготовкой кадров наркополицейских для Афганистана и стран Центральной Азии.

По просьбе наших японских коллег мы подробно рассказали об усилиях, которые предпринимает Российская Федерация для пресечения террористической угрозы в Сирии и обеспечения политического урегулирования этого кризиса через активное задействование площадок Астаны и Женевы.

Обменялись также мнениями о ситуации на Украине. У нас единая позиция, заключающаяся в необходимости полного всестороннего выполнения Минских договоренностей. Наши японские коллеги заверили нас, что, общаясь с представителями украинского руководства, они неизменно указывают им на необходимость выполнять свою часть этих договоренностей.

В ходе двусторонней встречи министров иностранных дел мы рассмотрели ход выполнения договоренностей Президента Российской Федерации В.В.Путина и Премьер-министра Японии С.Абэ, которые были достигнуты в декабре прошлого года во время визита В.В.Путина в Японию. Особое внимание уделили работе, начатой нашими заместителями, по проработке вариантов осуществления совместной хозяйственной деятельности на Южных Курилах. Мы передали японским коллегам разработанные в межведомственном формате предложения о конкретных проектах для совместной хозяйственной деятельности. В ответ получили встречные идеи. Договорились, что оперативно будет организована профессиональная проработка этих вопросов.

По поручению лидеров также предпринимаются меры по упрощению и облегчению процедур посещения Южных Курил японскими гражданами, которые ранее жили на этих островах. Обсудили задачи дальнейшего упрощения общения между гражданами Японии и Российской Федерации в целом, включая возможности безвизового режима между Сахалинской областью и префектурой Хоккайдо.

В заключение договорились провести следующую министерскую встречу в формате «два плюс два» в Российской Федерации. Наше приглашение было принято нашими коллегами.

Вопрос: Российско-японская встреча в формате «два плюс два» была проведена во второй раз. Первая встреча состоялась в 2013 г. Какой вклад продолжающийся на столь высоком уровне диалог вносит в дело заключения мирного договора между нашими странами?

В ноябре 2016 г. российская сторона установила на островах Итуруп и Кунашир ракетную установку «земля-воздух», а в прошлом месяце на парламентских слушаниях Россия заявила о своем намерении дислоцировать на Курильских островах новую дивизию. Обсуждался ли этот вопрос на встрече?

С.В.Лавров (отвечает после Ф.Кисиды): Как известно, формат «два плюс два» создавался не для решения вопросов, связанных с заключением мирного договора. Он создавался для того, чтобы Россия и Япония взаимодействовали более эффективно в сфере обеспечения безопасности.

Как абсолютно справедливо сказал мой коллега Министр иностранных дел Японии Ф.Кисида, развитие диалога в этом формате вносит вклад в решение той задачи, которую поставили наши лидеры, а именно в развитие глубоких, дружеских отношений нового качества между Россией и Японией по всем направлениям, во всех сферах, в интересах российского и японского народов, а не в интересах какой-то третьей страны.

Как неоднократно подчеркивал Президент России В.В.Путин, именно такое всестороннее, полноценное развитие наших отношений, перевод их в новое качество в интересах российского и японского народов позволит гораздо эффективнее и легче решать любые сложные вопросы.

Что касается вопроса относительного того, какие давались пояснения на предмет того, что мы делаем на той или иной части Российской Федерации, то и на эту тему многократно высказывалось российское руководство. Но учитывая, что затронутые Вами аспекты связаны с военным строительством, может, Министр обороны России С.К.Шойгу добавит пару слов.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 20 марта 2017 > № 2113111 Сергей Лавров


Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев

Умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда

Данил Ибраев, экс-министр по энергетике и инфраструктуре ЕАЭС

«Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее». Жизнь в современном мире идеально соответствует цитате английского классика.

Удивительно, что это касается не отдельных личностей, а народов и государств. Глобализация оказалась мифом. Мечта о мире без границ, где люди будут жить в сопоставимых условиях при относительно равных возможностях, стремительно развеивается. Картина складывается принципиально иная: нации и государства разделяются на «макромиры», объединенные не политическими установками, а экономической моделью, укладом жизни людей, образом мыслей, уровнем технологического и нравственного развития.

Появляется первая группа стран, где инновации в науке и технике стали привычкой, достигнут небывалый в истории уровень материально-технической культуры и радикальным образом преобразуется культура человеческих отношений. Вторая группа стран, которые по бесконечному ряду причин развиваются медленнее и экстенсивнее, но идут вслед за первой группой, используя ее опыт, но стараясь сформировать собственную экономическую идентичность. И третья группа стран, где низкий уровень экономического и общественного развития не оставляет шансов на участие в глобальной конкуренции и мировом разделении труда.

Создается тревожное впечатление, что границы между этими «макромирами» становятся все более осязаемыми и скоро может статься так, что мы не будем, как сегодня, свободны в своем выборе где и как жить. У каждой страны, а, может быть, у каждого гражданина может появиться экономически обоснованный и очерченный «потолок свободы», за пределы которого уже не выпрыгнуть.

Через несколько лет может наступить «точка отсечения», после которой станет окончательно понятно, что государство и гражданин уже навсегда останутся внутри «группы», в которой они будут находиться на тот момент. Срок наступления этой «точки» может быть связан с очередным этапом научно-технической революции в странах «первой группы».

Вообразите картину: целый народ смотрит в небо и провожает взглядом беспилотные электросамолеты, грузовые дроны, пролетающие мимо его страны, сама страна такие летающие аппараты не производит и не может приобрести (может быть, потому что не хватает средств, а может, потому что передовые страны ограничат права пользования своими технологиями, также как и технический доступ к воздушному пространству), и поэтому вместо международных путешествий остается только созерцать небо.

Жители этой страны знают, что где-то за рубежом, в другом «макромире» люди левитируют на высокоскоростных поездах, автомобили сами мчатся по заданному курсу, заряжаясь на электрозаправках, где электричество берется от солнца и ветра. А внутри такой страны люди по-прежнему используют привычные, но уже не эффективные электровозы и тепловозы, и привычные автомобили с двигателями внутреннего сгорания. Проблема будет состоять в том, что дни этой инфраструктуры будут сочтены, поскольку поезда и автомобили предыдущего поколения перестанут производиться за рубежом, а произвести свои не будет возможности. В итоге пока одни будут стремительно создавать будущее, другие будут даже не стоять на месте, а столь же стремительно отходить в прошлое.

Должно быть ясно, что если страна и человек рассчитывает на лучшее будущее, то придется предъявить свое право на такую перспективу – что сделано, что делается сейчас и что планируется сделать, чтобы иметь лучшее будущее и не быть обузой для остальных стран или граждан.

Передовые страны со вчерашнего дня готовятся к жизни послезавтра. Например, Швеция вырабатывает электроэнергию уже почти без использования углеводородного топлива. К 2030 году там собираются отказаться от использования газа и нефтепродуктов в качестве автомобильного топлива.

К слову о «точке отсечения»: по мнению агентства Bloomberg, в энергетике эта точка наступила в 2013 году, когда из возобновляемых источников в мире было получено 143 ГВт электроэнергии, а из углеводородов –141 ГВт. Причем производить электричество из возобновляемых источников с каждым днем будет эффективнее и дешевле, чем из ископаемого топлива.

В части транспорта мир также меняется перед нашими глазами. Японская Toyota переходит к серийному производству автомобилей, которые работают на водороде, а вместо вредных выхлопов вырабатывают чистую воду. В ближайшее время на рынок водородных автомобилей планирует выйти и Honda. Компания уже с 2016-2017 годов собирает и начнет продажу модели FCV.

Это означает конец эпохи использования углеводородов как источников энергии и тепла, конец энергетики сегодняшнего дня. Дома и предприятия смогут вырабатывать энергию автономно с помощью генераторов на водородном топливе, возобновляемой энергетики. В итоге исчезнут гигантские отрасли современной экономики со всеми вытекающими последствиями, а цены на сырье, в том числе на металл, будут стремительно падать. Это случится с нами послезавтра. Шагнем мы на новый этап развития или будем наблюдать, как это делают другие нации, зависит от наших сегодняшних планов и действий.

Передовые страны планируют радикально поменять представление и о железнодорожном транспорте. Совсем скоро на смену привычной ж/д-инфраструктуре придут вакуумные тоннели, внутри которых поезда будут левитировать над железнодорожным полотном на магнитной подушке, развивая скорости выше 1000 км/ч. Американские компании TeslaMotors и SpaceX реализуют проект Hyperloop и планируют в самое ближайшее время перейти к испытаниям.

В то же время сегодня Китай уже опережает США. К 2015 году в КНР успели построить самую протяженную в мире сеть скоростных железных дорог. Их общая протяженность в Поднебесной составляет 12 тысяч километров, это более чем вдвое больше, чем в Европе и Японии вместе взятых. В ближайшие пять лет Китай собирается удвоить протяженность своих железных дорог и предлагает сотрудничество соседям – есть планы по строительству скоростной магистрали от Пекина до Москвы с предварительной стоимостью в $240 млрд.

Интеграция в Евразийский экономический союз для России, Казахстана, Беларуси, Армении и не в последнюю очередь для нашей маленькой, но очень перспективной страны – Кыргызстана, как мне представляется, должна стимулировать не оказаться «в хвосте», идти в ногу с передовыми странами и говорить с ними на одном языке. В своем стремлении занять достойное место «под солнцем» мы не одиноки. Во всеобщей гонке и конкуренции народов важно умение ставить перед собой не просто ясные, а – что важнее – верные цели, чтобы не оказаться в ситуации, когда тратишь все свои силы, энергию и волю, выкладываешься на полную и выворачиваешься наизнанку, чтобы достичь некоей цели, а потом понимаешь, что цель оказалась не та и жизнь прожита зря. Не хотелось бы умереть, чтобы не опоздать на поезд, который идет не туда.

Постановка целей – искусство, требующее ежедневного взгляда на свое отражение в зеркале и на окружающий мир. Передовые страны вышли на алгоритм, когда каждая достигнутая цель становится инструментом для достижения новой, более амбициозной цели. А с учетом ускорения всех процессов они приходят к тому, что цель завтрашнего дня уже сегодня используется как инструмент для достижения цели послезавтрашнего дня.

Размышления об искусстве постановки целей выводят на вопрос, правильно ли поставлены цели у нас. В Евразийском экономическом союзе одной из основных задач стояло создание общих/единых рынков электроэнергии, газа, нефти и нефтепродуктов. Согласно Договору, общий рынок углеводородов должен появиться в ЕАЭС не позднее 2025 года, а электроэнергетики - к 2019 году. При этом многие эксперты называют такую задачу сверхамбициозной и ставят под сомнение ее реализуемость. Преодолеть сопротивление национальной бюрократии, усадить за общий стол так называемых «чемпионов рынка», ликвидировать барьеры, препятствующие свободному движению товаров по Союзу, а самое главное стимулировать, мультиплицировать рынок и экономики наших стран через доступную, свободно перемещаемую энергетику, по моему мнению, является обязательным сейчас для реализации без права на ожидание и сомнение.

Ведь все познается в сравнении. А сравнение – не в нашу пользу. В государствах «первой группы» споры об общих рынках – дело давнего прошлого. Общие рынки теперь – лишь инструменты для сооружения новой модели инфраструктуры. Слово «углеводороды» за границами наших стран давно не вызывает былого трепета. Развитой мир стремительно движется в сторону безуглеводородной энергетики и беспроводного электричества. Это их подлинная цель завтрашнего дня.

Возникает проблема – есть вещи, которые где-то уже становятся артефактами, и порядок вещей, который для кого-то уже является установленным по умолчанию. Наряду с этим те же самые вещи и тот же самый порядок вещей мы определяем целью послезавтрашнего дня и с трудом можем договориться о медленном движении к ней. То есть, напрягаясь и преодолевая самих себя, мы пытаемся шагнуть во вчерашний день, еще и обреченно соглашаясь, что сделать шаг будет возможно не ранее послезавтра.

Может быть нам надо пересмотреть поставленные цели с прицелом не на вчерашний, а на завтрашний день? Или приложить сверхусилия к тому, чтобы оказаться во вчерашнем дне хотя бы сегодня, а не послезавтра? Или понадеяться на «евразийский авось» и расслабиться в вихре мировой истории?

Уже созданы концепции, программы, планы мероприятий построения общих энергорынков. Это долгожданный результат работы переговорных команд пяти государств и Евразийской экономической комиссии. Мы смогли переломить ситуацию, но при этом все равно мы опаздываем – по совести говоря, сегодня нужны не концепции создания рынков, а уже сами рынки. Надо воспользоваться свободами, которые дают эти рынки, чтобы вместе договориться о будущем. Надо жить в условиях общих энергорынков, не дожидаясь 2025 года. Дедлайн является самым крайним сроком, но отнюдь не оптимальным. Если нам удастся преодолеть самих себя и бежать, как минимум, в два раза быстрее, в этом случае появится шанс на движение по верному пути. Если не удастся – то послезавтра мы, в лучшем случае, останемся на том же месте, где находимся сегодня.

«Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут».

Киргизия. Швейцария. Япония. ЕАЭС > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 9 марта 2017 > № 2100634 Данил Ибраев


США. Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 6 марта 2017 > № 2104347 Максим Крылов

Почему Япония так старается подружиться с Трампом

Максим Крылов

Трансформация «азиатского века Америки» в «китайский век Азии» – самый неприятный из возможных сценариев для Японии, поскольку в этом случае противостоять Китаю ей придется в одиночку. А отчаянные попытки Токио не дать Америке уйти покорно в мрак ночной говорят, помимо прочего, и о том, что к подобному развитию событий Япония пока не готова

Новому американскому госсекретарю Рексу Тиллерсону не позавидуешь: с момента его вступления в должность прошел всего месяц, а отношения США со многими соседями и союзниками уже испортились настолько основательно, что и не знаешь, с чего начать их исправлять. «Одолжил бы и у кошки лапу», – говорят о подобных кризисных ситуациях японцы, но ближайший кот с опытом работы на столь высоком уровне уже трудоустроен на полную ставку в Лондоне на Даунинг-стрит, и взять хоть какую-то часть этого кота в аренду не представляется возможным.

Даже краткий список внешнеполитических кризисов, устроенных Дональдом Трампом на ровном месте, выглядит впечатляюще: помимо прочего, Трамп успел назвать НАТО устаревшей организацией, пригрозить Мексике вооруженной интервенцией, оттолкнуть Канаду требованиями пересмотреть Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА) и даже поругаться с Австралией, что вообще до сих пор мало кому в мире удавалось.

И без того не испытывавшие особой симпатии к Трампу зарубежные партнеры в долгу оставались недолго: Ангела Меркель выступила с лекцией о Женевской конвенции о статусе беженцев, спикер Палаты общин Джон Беркоу не выразил желания видеть Трампа в стенах британского парламента, а бывший президент Мексики Висенте Фокс заявил, что его страна ни при каких обстоятельствах не будет платить за обещанную Трампом стену на американо-мексиканской границе, попутно снабдив вышеозначенный памятник архитектуры непечатным эпитетом. «В мыслях имея всегда непристойные многие речи, вечно искал он царей оскорблять, презирая пристойность».

Японии от Трампа тоже досталось (и не однажды), но в отличие от столиц упомянутых выше стран в Токио хулу восприняли стоически, о беженцах вежливо промолчали (да и сами их приняли в минувшем году всего 28 человек) и даже начали всеми возможными способами добиваться расположения новой американской администрации. В феврале эти усилия увенчались успехом: Синдзо Абэ не только посетил Вашингтон с официальным визитом, но и, судя по отзывам, весьма приятно и с пользой провел время в компании Трампа в загородной резиденции Мар-а-Лаго.

Почему Япония изо всех сил старается не испортить отношения со столь неудобным партнером, уже умудрившимся поругаться с половиной мира? Вернемся на три месяца назад и посмотрим на ситуацию глазами японского руководства.

Мелкие неприятности

То памятное утро 9 ноября 2016 года началось для премьер-министра Синдзо Абэ вполне стандартно – с рабочих и протокольных встреч. К 9:00 по токийскому времени в США только начинался подсчет голосов, и сенсаций от президентских выборов никто не ожидал: бронепоезд «Дональд Трамп» должен был остаться на запасном пути на станции Невозможное.

У бронепоезда, как оказалось, были другие планы. Выехав со станции Невозможное, к полудню по Токио он без остановки пролетел станцию Маловероятное, попутно обрушив котировки японских акций и отправив курс иены в стратосферу, а еще через три часа добрался до конечной станции Неизбежное. В 15:00 Абэ вызвал к себе советника по особым поручениям Кацуюки Каваи и велел тому лететь в Вашингтон устанавливать контакт с новой администрацией.

Примерно в это же время в резиденцию премьера прибыл для совещания директор департамента Северной Америки японского МИДа Такэо Мори. Отправив Каваи паковать чемоданы и посовещавшись с Мори, в 18:29 Абэ вышел к журналистам, сказал дежурные банальности, после чего уехал домой крепко думать о случившемся.

Победа Трампа создала для Японии две проблемы: тактическую и стратегическую. Тактическая неприятность заключалась в том, что к такому исходу американских выборов в Токио никто не готовился. Еще 19 сентября Абэ встретился в Нью-Йорке с Хиллари Клинтон и договорился с ней обо всем хорошем против всего плохого. Удовлетворившись полученными результатами, Абэ вернулся домой, а о наличии еще одного кандидата в президенты США японцы, судя по всему, забыли. Девятого ноября эта самая забывчивость обернулась для Японии потерей лица, а для Кацуюки Каваи – незапланированной командировкой в Вашингтон. Новая глава в отношениях Японии с ее единственным союзником началась даже не с чистого листа, а с серьезного конфуза.

Оплошность, впрочем, удалось довольно быстро исправить стараниями самого Абэ, отправившегося 18 ноября в Нью-Йорк на встречу с избранным президентом. Растопить лед помогло общее хобби двух лидеров: в подарок Трампу Абэ привез позолоченную клюшку для гольфа японского производства, приобретенную им (по словам самого японского премьера) на личные средства. Особое внимание наблюдателей в Токио привлекло то, что на встрече присутствовала Иванка Трамп, которой, если верить ее отцу, Абэ очень понравился. Саму Иванку после этого некоторое время даже прочили в новые американские послы в Японии, на смену дочери другого американского президента, Кэролайн Кеннеди.

Тем не менее ни позолота на клюшке, ни благорасположение Иванки не решили главной проблемы для Токио. Риторические выпады Трампа в адрес почти всего, что принято считать статус-кво в международной политике и экономике (если они хоть в какой-то мере отражают его истинные взгляды и намерения), означают отказ США от двух важных принципов, которые в Токио привыкли считать аксиомами. Катет короче гипотенузы, Миссури впадает в Миссисипи, Соединенные Штаты всегда будут выполнять свои союзнические обязательства и выступать за свободу международной торговли. Правильно? Неправильно.

Большие проблемы

Поначалу Японию более всего беспокоили, мягко говоря, неортодоксальные взгляды Трампа на роль США в мире: не хочу быть мировым жандармом, а хочу делать Америку снова великой. Хватит охранять Европу с Азией не пойми от чего, когда у нас тут одеяло убежало, улетела простыня и даже подушка задумалась о выводе активов за рубеж. Применительно к Японии все это вылилось в уже порядком подзабытое в Токио требование больше платить за содержание американских военных баз и совсем уж экзотическую рекомендацию обзавестись ядерным оружием. Не то чтобы у последней идеи в Японии совсем не было поклонников, но с учетом не очень давней истории взаимоотношений двух стран в ядерной области прозвучало сие как предложение открыть магазин веревочной продукции в доме повешенного.

Дальше было хуже: разобравшись с внешней политикой, Трамп озаботился вопросами международной торговли. Здесь он обвинил Японию в искусственном занижении курса иены к доллару (не совсем безосновательно), в создании барьеров для экспорта американских автомобилей (к числу барьеров, вероятно, относится правостороннее движение) и злоупотреблении режимом свободной торговли в рамках НАФТА (по словам Трампа, минимальные пошлины на ввоз автомобилей позволяют японским автопроизводителям размещать производственные мощности в Мексике и почти беспрепятственно экспортировать оттуда свою продукцию в США).

Все эти инвективы крайне неудачно совпали с публикацией последних данных по торговому балансу Соединенных Штатов, из которых следовало, что по объему профицита в торговле с Америкой Япония вышла на второе место, обойдя Германию и уступая теперь лишь Китаю.

Всем упомянутым выше безобразиям Трамп пообещал положить конец, кардинально пересмотрев базовые принципы американской оборонной и торговой политики. Подобные инициативы крайне болезненны лично для Синдзо Абэ уже потому, что он потратил два последних года и значительную часть своего политического капитала на укрепление американо-японских отношений именно в этих двух плоскостях.

Так, в 2015 году Абэ с боями протащил через парламент пакет законов, позволяющих японским Силам самообороны участвовать в военных операциях за рубежом в случае, если японские союзники (50 штатов и округ Колумбия) подвергнутся вооруженной агрессии со стороны третьих стран (той же Австралии, например). Эта спорная с точки зрения действующей японской Конституции инициатива встретила ожесточенное сопротивление оппозиции, но Абэ был непреклонен: нарастающее давление со стороны Китая и непредсказуемое поведение Северной Кореи требовали неотложных действий по укреплению американо-японского союза, а для этого Токио должен был продемонстрировать Вашингтону свою готовность быть более активным его участником.

Годом позже Япония подписала и ратифицировала соглашение о создании Транстихоокеанского партнерства (ТТП) – торгового блока исполинских масштабов, включающего в себя, помимо Японии и США, еще 10 стран Тихого океана с совокупным ВВП 40% от мирового. Прописанное в соглашении снижение тарифных и административных барьеров означало, что Токио придется пустить под нож и значительную часть мелких и средних фермерских хозяйств внутри страны, неспособных конкурировать с зарубежными производителями без запретительных импортных тарифов.

Соглашение готовили несколько лет, фермеры волновались, оппозиция негодовала, но Абэ терпел, не без оснований рассчитывая, что ТТП станет одним из драйверов роста японской экономики. А Трамп терпеть не стал и заявил о выходе США из ТТП в первый же понедельник после инаугурации, похоронив все соглашение целиком. Усилия Абэ пошли прахом, а тут еще и подоспели разговоры об искусственно заниженном курсе иены, который, строго говоря, был почти единственным успешным компонентом абэномики и основным фактором, поддерживающим слабый экономический рост в Японии.

Если для европейских стран избрание Трампа оказалось неприятным сюрпризом и источником неопределенности, то из Японии все это выглядело скорее как знакомый сюжет с падением метеорита в Тихий океан и последующим пробуждением Годзиллы. В последний раз Япония сталкивалась с американским изоляционизмом в межвоенный период, и окончилось это для нее не очень приятно. Поэтому с Годзиллой было решено дружить. Любой ценой.

Тактические успехи

Учитывая описанные выше проблемы, Синдзо Абэ отправился в Вашингтон с двумя задачами. Во-первых, от него требовалось не допустить одностороннего пересмотра Америкой базовых положений японо-американского союза и по возможности сохранить положительную динамику последних четырех лет в двусторонних политических отношениях. Во-вторых, японский премьер должен был предотвратить перерастание антияпонской риторики Трампа в ощутимые экономические потери для Японии.

Первая задача была частично решена уже в ходе визита нового министра обороны США Джеймса Мэттиса в Токио в начале февраля. Мэттис подтвердил важную роль японо-американского союза в обеспечении безопасности и стабильности в Азии, согласился с японской трактовкой основных угроз (Северная Корея и Китай) и заверил японское руководство в том, что США готовы защищать острова Сэнкаку – предмет японо-китайского территориального спора – от посягательств со стороны Пекина в соответствии с положениями статьи 5 Договора о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности между США и Японией от 1960 года.

В Вашингтоне Абэ добился аналогичных заверений и от Трампа. Разговорам об увеличении расходов на содержание американских баз, по словам Абэ, также был положен конец. По всей вероятности, японская сторона просто ознакомила американского президента со статистикой, говорящей о том, что Япония уже сейчас оплачивает 75% этих расходов – намного больше, чем другие американские союзники, такие как Южная Корея (40%) или Германия (30%).

В экономической плоскости японская стратегия сводилась к следующему. Во-первых, Абэ должен был убедить Трампа в том, что активность японского бизнеса в США не сводится к похищению сабинянок и американских рабочих мест. Что и было сделано: в ходе визита японский премьер сообщил американскому президенту, что одни только японские автопроизводители в настоящее время трудоустраивают в общей сложности более полутора миллионов американцев.

Во-вторых, Абэ должен был добиться расположения американского президента, пообещав японские инвестиции в инфраструктуру и промышленность США. Для этого японское правительство подготовило пакет предложений о расширении американской сети скоростных железных дорог с участием японского капитала и с применением японских технологий. Также за неделю до отлета в Вашингтон Абэ встретился с президентом Toyota Motor Corporation Акио Тоёдой, чтобы получить из первых рук детальную информацию об инвестиционных планах компании в США.

Третий пункт был самым деликатным: нужно было, с одной стороны, отсрочить разговор о наиболее неприятных для Японии аспектах двусторонних экономических отношений (курсе иены и тарифах), а с другой – по возможности исключить склонного к демагогии и не любящего нюансы Трампа из участия в этой дискуссии. И то и другое Абэ, похоже, удалось: в совместном заявлении для прессы по итогам визита стороны ограничились упоминанием новой рабочей группы по вопросам экономического сотрудничества, возглавить которую должны вице-президент Пенс и вице-премьер Асо.

Стратегическая неопределенность

С одной стороны, итоги первого американо-японского саммита при новом хозяине Белого дома должны обнадеживать японское руководство: разногласия в оборонной политике сняты, диалог об экономическом сотрудничестве будет продолжен в более спокойной обстановке без участия Трампа. Личные отношения двух лидеров также выглядят многообещающе: последний раз президент США и премьер-министр Японии вместе играли в гольф в 1957 году, и тогда это помогло добиться доверительных отношений между Дуайтом Эйзенхауэром и дедом Абэ Нобусукэ Киси.

Абэ, похоже, удалось найти путь к сердцу Трампа, у которого пока катастрофически мало друзей на международной арене: японский премьер без устали нахваливал своего партнера, вчистую проиграл ему раунд из 18 лунок и целых 19 секунд жал ему руку под камеры. За подобные вещи Абэ уже досталось от прессы и оппозиции, но тут уж ничего не попишешь – Трампа нужно было очаровать во избежание дальнейших проблем.

С другой стороны, на дне этой бочки меда плещется не одна ложка дегтя. Во-первых, Японии пришлось заплатить за снятие напряженности обещаниями инвестиций в американскую экономику и серьезными уступками – например, необходимостью пожертвовать ТТП в пользу переговоров о двустороннем соглашении о свободной торговле с США, где японские переговорные позиции будут намного слабее. Парадоксальная ситуация, при которой японский премьер говорит о необходимости участия Японии в создании рабочих мест в США (учитывая, что американская экономика растет быстрее японской при уже почти полной занятости), точно не добавила ему популярности дома.

Во-вторых, и в-главных, сам факт, что казавшиеся незыблемыми основы двусторонних отношений, опираясь на которые Япония строила планы на будущее, оказались под угрозой пересмотра из-за итогов американских президентских выборов, весьма настораживает все заинтересованные лица в Токио. И радует все заинтересованные лица в Пекине.

Почившее по милости Трампа в бозе ТТП если и не задумывалось (как проект ЦРУ) как альтернатива нарастающему экономическому влиянию Китая в АТР, то точно стало подобной альтернативой после того, как к нему подключились Япония и США. Сейчас на его месте образовался вакуум, который китайское руководство с радостью заполнит собственными интеграционными инициативами.

Любое возможное ослабление военного и политического присутствия США в регионе также играет на руку Пекину, предпочитающему решать проблемы с соседями в двустороннем формате без посторонних лиц. Если эти процессы зайдут достаточно далеко, то обозначенная в 2009 году доктрина «азиатского века Америки», на которую в Токио очень рассчитывали, станет, по меткому японскому выражению, пеной на воде.

Трансформация «азиатского века Америки» в «китайский век Азии» – самый неприятный из возможных сценариев для Японии, поскольку в этом случае противостоять Китаю ей придется в одиночку. Отчаянные попытки не дать Америке, по Дилану Томасу, уйти покорно в мрак ночной говорят, помимо прочего, и о том, что к подобному развитию событий Япония пока не готова.

США. Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 6 марта 2017 > № 2104347 Максим Крылов


США. Испания. Япония. ДФО. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 3 марта 2017 > № 2512224 Алексей Самохвалов

ПЕНСИОНЕРОВ ПРЕДЛАГАЮТ ПЕРЕСЕЛИТЬ В СПЕЦГОРОДА

Российские чиновники предлагают заселять «дальневосточные гектары» пенсионерами.

Судя по тому, что эту идею в свое время поддержал мэр Москвы Сергей Собянин, переселение в первую очередь должно коснуться пенсионеров столицы и других городов с недешевой жилплощадью.

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский предложил выселять пенсионеров из крупных мегаполисов в малые города. По словам самого депутата, он решил выступить с подобной инициативой, чтобы «посмотреть на реакцию людей». «Пенсионер не работает и не очень привязан к местности», - объяснил идею Жириновский.

Председатель регионального отделения Союза пенсионеров России по Москве Игорь Корнеев поддержал главу ЛДПР: «Мы можем, конечно, посоветоваться, переговорить с нашим активом, с пенсионерами на эту тему... Из трех с половиной миллионов пенсионеров найдутся уж желающие!»

НОВОСТЬ С БОРОДОЙ

Идея создавать в России специальные города для пенсионеров бродит в головах российских чиновников уже не первый год - освободившиеся квартиры пенсионеров в крупных городах предлагается передавать трудоспособным гражданам.

Так, мэр Москвы озвучил подобную инициативу еще в 2010 году. Тогда на Сергея Собянина накинулись с критикой: мол, готов выгонять пенсионеров из комфортной столицы в какие-то непонятные гетто! Однако города для пенсионеров кажутся чем-то новым и непотребным только для жителей России. По всему миру подобная практика распространена уже более полувека. «Мир Новостей» писал ранее о городах пенсионеров в Европе и США.

Первые города для пожилых появились в США, самый известный - Сан-Сити. Живется в нем пенсионерам не так уж и плохо. В городе построено множество площадок для развлечений, в том числе для игры в гольф, проводятся дискотеки. Случаются и вспышки венерических заболеваний. Одинокие пенсионеры могут завести тут роман или даже найти вторую половину.

Стоит дом в городе пенсионеров относительно недорого - в среднем 100-150 тыс. долларов. Самые дешевые дома продают от 30 тысяч. Но есть города и для элиты - там цена дома начинается от 2 млн долларов. Обычно город пенсионеров состоит из 3-5 тыс. домов. А это уже позволяет жителям не просто развлекаться и жить в свое удовольствие, а и найти работу по душе. Кто-то вспоминает, что был учителем музыки, и начинает учить музицировать других горожан. Кто-то открывает небольшое производство ретро-скамеек: почти все города пенсионеров оформляются в ретростиле.

ДОХОДНЫЙ БИЗНЕС

Строительство городов для пенсионеров уже давно стало в США прибыльным бизнесом. Не прочь переселиться в города для пожилых и японские пенсионеры. Правда, они больше предпочитают Европу.

Некоторые курортные европейские города для пожилых (в отличие от городов для пенсионеров в США) не были изначально таковыми. Их перестроили из-за наплыва иностранцев, желающих провести здесь свои последние годы жизни.

Самый известный город - испанская Коста-дель-Соль, которую в последние десятилетия называют домом престарелых всей Европы, впрочем, больше всего здесь пенсионеров все-таки из Англии.

Японским домом престарелых называют голландский Хавстенбаш. Японские традиции сюда почти не пришли. Зато западная культура процветает вовсю: японские пенсионеры ведут здесь вполне европейский образ жизни, действует парк экстремальных развлечений.

Чаще всего города для пенсионеров строят возле океана. Американские города для пенсионеров порой растягиваются вдоль побережья на 10-20 км.

В России морей и океанов тоже хватает. Другое дело, что о комфортной жизни на российском побережье приходится только мечтать. Более-менее достойным уровнем сервиса могут похвастаться только курорты, однако цены там... А вот медицина, наоборот, не на высоте.

Что же касается переселения российских пенсионеров на «дальневосточные гектары», то Жириновский уверен: пенсионерам создадут здесь высокий уровень социальной инфраструктуры, впрочем, заметив при этом, что «все, что нужно пожилому человеку, - это комфортная теплая квартира и магазины, чтобы купить себе все необходимое, все это государство предоставит, и пусть себе доживают свои года».

ВОСТОК – ДЕЛО ДОХЛОЕ

Одним словом, надеяться на площадки для гольфа и дискотеки дальневосточным переселенцам не стоит. По оценке аналитиков рынка недвижимости, строительство небольшого дома площадью 50 кв. м на «дальневосточном гектаре» обойдется в среднем в миллион рублей. При этом любая, даже однокомнатная квартира в большинстве российских городов стоит дороже этой суммы.

«Я бы не советовал московским пенсионерам менять свое жилье на Дальний Восток. За те деньги, которые стоит столичная недвижимость, можно купить дом в Европе в настоящем городе для пенсионеров. Правда, открытым остается вопрос с медстраховкой: при наших российских пенсиях купить ее в ЕС невозможно. К тому же пожилых останавливает незнание иностранных языков. Так что пока доживать свой век в Европе или США могут себе позволить только пенсионеры уровня Юрия Лужкова», - комментирует глава Общества защиты прав потребителей Алексей Самохвалов.

Аделаида Сигида

США. Испания. Япония. ДФО. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 3 марта 2017 > № 2512224 Алексей Самохвалов


Япония. Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 14 февраля 2017 > № 2105423 Джеймс Браун

Чего хочет Япония от России в области безопасности

Джеймс Браун

Вместо России главными угрозами в глазах японского руководства стали Китай и Северная Корея. Для Японии главная защита от китайской активности в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях и от ядерной программы Пхеньяна – это военный альянс с США. Но Токио все больше понимает, что Россия тоже может играть полезную роль в решении этих проблем в области безопасности

Последний год премьер-министр Японии Синдзо Абэ придерживается «нового подхода» к отношениям с Россией. Объявленная официально в мае 2016 года, эта политика включает в себя регулярные личные встречи между лидерами и создание более тесных связей между странами, особенно в сфере экономики. На Западе этот «новый подход» считают спорным из-за введенных против России санкций и обвиняют японцев в том, что они подрывают попытки изолировать Россию. И действительно, такое поведение Японии может показаться удивительным, ведь эта страна традиционно очень внимательно следила за внешней политикой США как главного гаранта ее безопасности.

Главная причина японского своеволия – это сильное желание решить курильский вопрос в период, когда низкие цены на нефть и западные санкции делают Москву более сговорчивой. Но эта причина не единственная – Япония хочет развивать более тесные связи с Россией для обеспечения своей безопасности.

Во время холодной войны Япония считала Советский Союз серьезной угрозой национальной безопасности. Одним из главных военных приоритетов той эпохи для японцев была защита Хоккайдо (северный остров Японского архипелага) от советского вторжения. Но сейчас, несмотря на кризис в отношениях России и Запада, Япония уже не считает Россию вероятным противником и передислоцировала многие военные мощности с Хоккайдо в юго-западную часть страны. Более того, японская стратегия национальной безопасности 2013 года представляет Россию не в качестве угрозы, а в качестве важного партнера в работе по сохранению мира и стабильности в Восточной Азии.

Вместо России главными угрозами в глазах японского руководства стали Китай и Северная Корея. Для Японии главная защита от китайской активности в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях и от ядерной программы Пхеньяна – это военный альянс с США. Но Токио все больше понимает, что Россия тоже может играть полезную роль в решении этих проблем в области безопасности.

В том, что касается Северной Кореи, Япония надеется, что Россия может использовать свое оставшееся влияние для сдерживания агрессивного поведения Пхеньяна. В отношении Китая цель Японии – противодействовать все большему сближению между Москвой и Пекином. Токио считает такой союз угрозой для себя, потому что, как объясняет Томохико Танигути, ведущий советник премьера Абэ, «это первый раз в современной истории Японии, когда она находится между северным медведем и южным драконом, когда обе страны сильны в одно и то же время». В частности, Токио боится, что Россия будет поддерживать действия Китая в отношении спорных с Японией островов Сенкаку и китайские попытки доминировать в Южно-Китайском море, через которое проходит большая часть торговли Японии, в том числе импорта нефти и газа из стран Ближнего Востока.

Цель отделить Россию от Китая может стать для Токио еще более важной, если под руководством Трампа Америка возьмет курс на изоляцию и будет меньше заботиться о безопасности Японии. Например, интересно будет узнать, повторит ли Трамп обещание Обамы защищать острова Сенкаку, хотя официально США не признают суверенитет Японии над ними?

Именно по этим причинам Япония перешла к новому подходу к России в 2016 году. Японское руководство боялось, что из-за западных санкций и кризиса в отношениях с США Россия будет вынуждена двигаться еще ближе к Китаю. Поэтому японские аналитики решили, что нужно быстро принять меры, чтобы предотвратить развитие квазиальянса между Россией и Китаем.

По этим же причинам в ближайшем будущем можно ожидать продолжение русско-японского сотрудничества в области безопасности. Например, вполне возможно, что переговоры в формате «два плюс два» между главами МИД и министрами обороны Японии и России будут возобновлены в 2017 году. Эти переговоры последний раз прошли в конце 2013 года, но во время визита Путина в Японию в декабре 2016 года российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что стороны договорились провести еще одну встречу в ближайшее время. Есть много тем, которые Россия и Япония могут плодотворно обсуждать. Например, ядерная угроза Северной Кореи и ситуация в Сирии. Также не исключено, что Япония начнет обращать больше внимания на украинский кризис.

Помимо перезапуска формата «два плюс два», у двух стран есть возможность расширить сотрудничество в других областях, например в борьбе с пиратством, в антинаркотических и поисково-спасательных операциях. Стороны могут вернуться к обсуждению договора о предотвращении опасной военной деятельности. Эти переговоры были приостановлены в марте 2014 года из-за украинского кризиса, но могут быть возобновлены в ближайшее время.

Скорее всего, отношения между Японией и Россией в области безопасности станут в 2017 году более тесными. Это будет выгодно для обеих стран. Но у этого сотрудничества есть четкие границы. Во-первых, хотя Япония и хочет расширить связи в области безопасности с другими странами региона, включая Россию, но ее главным союзником все равно останутся США. Япония по-прежнему зависит от американской армии в вопросе национальной безопасности. И если между сотрудничеством с Россией и с США возникнет серьезное противоречие, то Япония всегда выберет Америку.

Аналогичным образом для России отношения с Китаем важнее, чем с Японией. Это прямо подтвердил президент Путин в интервью, которое он дал японским журналистам накануне визитa в Японию в декабре. Журналисты спросили его: «Китай действительно главный партнер России? Мы правильно понимаем?» На что российский президент ответил: «Абсолютно». То есть Россия не будет сотрудничать с Японией в области безопасности в тех вопросах, где это может нанести ущерб ее отношениям с Китаем. Например, японская сторона хотела бы обсуждать тему Китая в формате «два плюс два», но Россия на это не согласится.

Также сотрудничеству двух стран будет мешать вопрос американской противоракетной обороны. С точки зрения России попытки США развернуть элементы своей системы ПРО в Восточной Азии – это угроза для России и для всего региона. Однако Япония считает, что эта система очень полезна для ее национальной безопасности, особенно чтобы защищать страну от ракет Северной Кореи. Японский министр обороны Инада проявила интерес к покупке американской системы ПРО THAAD. Это та же самая система, которую уже решила приобрести Южная Корея, чем вызвала напряженность в отношениях с Китаем.

Вопросы безопасности стали важной областью для потенциального сотрудничества между Россией и Японией – в дополнение к экономической сфере и переговорам о заключении мирного договора. Скорее всего, этот вид сотрудничества будет постепенно развиваться, потому что Япония продолжает бояться Китая и хочет усилить связи с другими партнерами в регионе. Тем не менее геополитические позиции России и Японии остаются во многом несовместимыми, и четкие границы для такого сотрудничества хорошо видны уже сейчас.

Япония. Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 14 февраля 2017 > № 2105423 Джеймс Браун


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 декабря 2016 > № 2015769 Александр Габуев

Вернуть нельзя сотрудничать: чем важны новые договоренности России и Японии

Александр Габуев

Японские инвестиции в Курилы при сохранении суверенитета РФ, миллиардные сделки с подсанкционными компаниями, радушный прием в одной из стран G7 без упоминания Украины и Алеппо – Путин увез из Токио все, что только возможно. Многое из подписанного – лишь меморандумы, часть из которых никогда не дойдет до реализации. Но для Москвы и Токио послать нужный сигнал пока важнее, чем конкретные результаты

Приветствуя Владимира Путина в родном Нагато, Синдзо Абэ уже в первые минуты встречи несколько раз произнес слово «онсэн». Идею «онсэн-саммита» с Путиным японский премьер придумал лично – он сам любитель горячих источников и знает, что его гость тоже охотно ходит в баню. Особые надежды, судя по отзывам японских переговорщиков, возлагались на чудесные способности этих источников сближать людей и прочищать мышление. Погрузив Владимира Путина в онсэн (а еще лучше – погрузившись вместе с ним), Абэ надеялся донести до российского лидера, насколько он ценит отношения с ним и с его страной и насколько Москве и Токио нужно по-новому взглянуть на свои отношения.

Похожую мысль Абэ озвучивал и публично, выступая в сентябре на экономическом форуме во Владивостоке. «Онсэн-дипломатия» – очень характерное проявление подхода Абэ к отношениям с Россией и ее лидером. Все японские русисты признают: нынешнее сближение – личный проект Синдзо Абэ, в то время как для значительной части японского внешнеполитического истеблишмента и бизнес-сообщества необходимость искать близости с Москвой далеко не очевидна.

Личный проект премьера

Из-за военного союза с США и особого значения американского рынка для японских компаний (торговый оборот в 2015 году составил $197,5 млрд) большая часть деловой и политической элиты Японии ориентирована на Америку. Поэтому демонстративное сближение с противником своего главного союзника не та идея, которая находит широкую поддержку. К тому же у многих в Токио до сих пор возникает вопрос: а что конкретно получит Япония в обмен на те знаки внимания, которые Абэ оказывает Москве? Например, в японском МИДе, который был гарантом преемственности во внешней политике, когда премьеры менялись каждый год, никогда не испытывали иллюзий, будто Москва пойдет на уступки и вернет Южные Курилы на приемлемых условиях. А раз территориальная проблема не имеет удобного для Японии решения, то нечего и тратить время на уговоры Москвы. Гораздо важнее сохранять принципиальную позицию и не терять лица.

Учитывая, что итоги Второй мировой войны до сих пор болезненная и во многом табуированная в японской общественной дискуссии тема (по крайней мере, ее обсуждение не идет ни в какое сравнение с немецкой), а подробно обсуждать бомбардировку Хиросимы и Нагасаки невозможно, вопрос «вероломно аннексированных СССР северных территорий» – символ того, что и Япония была жертвой.

В таких условиях развитие отношений с Россией – спецоперация, которой управляет лично Абэ с помощью нескольких доверенных людей. Даже МИД, главный носитель экспертных знаний по России и территориальному вопросу, во многом превратился в техническое ведомство, в то время как главную роль играет часть Совета национальной безопасности во главе с премьером.

Другой чертой российской политики Абэ стало участие в ее формулировании отдельных фигур из деловых кругов вроде гендиректора Японского банка международного сотрудничества (JBIC) Тадаси Маэды, а также особая опора на Министерство экономики, главу которого, Хиросигэ Сэко, премьер назначил министром по развитию сотрудничества с Россией.

В чем заключается особый подход Абэ к России? По отзывам японских экспертов и переговорщиков, премьер и правда считает, что в его силах договориться с Путиным о решении территориального вопроса. Сам Абэ – первый сильный премьер после череды глав правительств, большинство из которых не задержались у власти дольше года. У него есть достаточно политического капитала и времени, чтобы брать на себя обязательства и выполнять их. Путин в его глазах сильный и прагматичный лидер, который действует в национальных интересах России, но при этом хорошо относится к Японии, имеет опыт отдачи территорий (в ходе пограничного размежевания с Китаем), а также достаточно популярный и контролирующий СМИ, чтобы объяснить населению любое свое решение. Второго такого шанса может и не представиться.

Кроме того, отношения с Россией для Абэ – часть гораздо более широкой геополитической картины. В ней главной угрозой для Японии становится набирающий силы Китай, и вот эту установку уже разделяет подавляющее большинство японской элиты. Именно при Абэ курс на сдерживание Китая приобретает все более яркие очертания. Например, в ответ на создание Пекином Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ) Токио объявил о запуске инициативы по развитию качественной инфраструктуры. Причем $110 млрд, изначально выделенные на ее развитие, – это на $10 млрд больше, чем уставный капитал китайского АБИИ.

Японская дипломатия активизировалась и в Центральной Азии, и в тропической Африке – в тех регионах, где у Японии вроде бы нет жизненно важных коммерческих интересов, зато есть растущее китайское присутствие. Любой разговор в Токио на внешнеполитическую тему заканчивается фразой, что «Япония никогда не признает китаецентричный порядок в Азии», хотя о сути этого «китаецентричного порядка» никто не может сказать ничего конкретного.

Большой повод для беспокойства – это будущее отношений США и Китая. В Токио были всерьез напуганы концепцией G2, изложенной Збигневом Бжезинским, и восприняли ее как призыв к американо-китайскому кондоминиуму в АТР без учета интересов Японии. Вялая реакция администрации Барака Обамы на китайские действия в Южно-Китайском море только укрепила Токио в мысли, что в любом случае Японии стоит заняться развитием своих вооруженных сил, созданием правовой базы для развития армии и внешней разведки, а также выстраиванием собственных партнерств со странами АСЕАН, Индией и Австралией.

Россия в этом раскладе играет очень важную роль. С середины 2000-х в Токио с нарастающим беспокойством наблюдали за российско-китайским сближением, а после 2014 года оно стало вызывать откровенную тревогу. Японские дипломаты много раз пытались убедить американских коллег воспринимать всерьез отношения Москвы и Пекина, особо указывая на оружейные сделки вроде продажи Китаю комплексов ПВО С-400 или самолетов Су-35 (правда, на Госдеп и американский СНБ эти аргументы впечатления не произвели).

Премьер Абэ считает, что Японии по силам если не вовлечь Россию в коалицию стран для сдерживания Китая, то хотя бы вернуть отношения РФ и КНР на докрымский уровень, то есть без развития масштабного военно-технического сотрудничества и без строительства труб, которые привяжут нефтегазовые богатства Сибири исключительно к Китаю. Именно поэтому развитие отношений с Москвой в контексте сдерживания Китая – самостоятельная ценность для японского премьера.

Целевая аудитория разворота

Именно этими соображениями руководствовался Синдзо Абэ, когда не хотел присоединяться к санкциям G7 против России (присоединился только после нескольких жестких разговоров Сьюзан Райс с его советником по национальной безопасности Сетаро Яти) и когда делал эти санкции заведомо мягкими и непубличными. Именно поэтому, почувствовав в начале 2016 года, что уходящей администрации США сейчас не до жесткого давления на остальные страны «семерки» по поводу санкций, он отправился на встречу с Путиным в Сочи, везя с собой план из восьми пунктов по урегулированию отношений.

То, что японский премьер не послушал увещеваний Барака Обамы и нарушил просьбу старшего партнера не ехать к Путину, вызвало уважение не только в Москве, но и среди многих соратников в Либерально-демократической партии. Тем самым премьер показал, что Япония снова становится нормальной страной со своими национальными интересами, которые порой могут отличаться от интересов США.

Но как же пробраться в душу к Владимиру Путину, помимо входа через онсэн? Здесь для Абэ важную роль сыграли советы бизнесменов. Выстраивая свою российскую стратегию, Абэ исходил из того, что Россия находится в тяжелом экономическом положении и, кроме того, все больше попадает в лапы КНР, особенно на Дальнем Востоке. А значит, первый шаг – наладить экономическое сотрудничество. Особенно показать Москве, что Япония может быть альтернативой Китаю при освоении Сибири и Дальнего Востока.

Если раньше японские инвестиции рассматривались как приз за решение территориального вопроса на японских условиях, то теперь они стали условием для изменения общего фона в отношениях, в результате которого можно было бы и вернуть территории, и отдалить Москву от Пекина. План из восьми направлений, который Абэ в мае привез на встречу с Путиным в Сочи, как раз об этом.

Изначально подход японских переговорщиков был во многом наивен: они внимательно изучили все выступления российского президента и его чиновников, отвечающих за Дальний Восток, нашли конкретные обещания по улучшению жизни местного населения и придумали список проектов вроде улучшения работы почты или доступа к современным медицинским технологиям, которые помогли бы Москве в связке с Японией показать заботу о гражданах накануне выборов.

Правда, вскоре советники премьера из числа бизнесменов убедили Абэ, что Путин больше всего ценит не маленькие высокотехнологичные инициативы для граждан, а мегапроекты с участием госкомпаний или компаний его давних знакомых: такие проекты японские переговорщики иногда в шутку называют «подарками царю».

Российская сторона довольно умело играла на чувствах Абэ и его окружения. Весь 2014 и 2015 годы на различных уровнях японцев то корили за принятие санкций (роль злого полицейского в основном досталась дипломатам), то рассказывали, как удачно развивается сотрудничество с Китаем, то предлагали, что японцы могли бы сделать, если они хотят развивать бизнес и хоть немного конкурировать с китайцами. На японское направление была брошена команда наиболее умелых российских чиновников во главе с первым вице-премьером Игорем Шуваловым (он возглавляет межправительственную комиссию), а также отечественных бизнесменов – Российско-японский деловой совет во главе с Алексеем Репиком, по отзывам многих, является самым успешным среди подобных советов с различными странами АТР.

Пожалуй, российские чиновники смогли продать тему сближения с Китаем именно японцам гораздо успешнее, чем скептичным европейцам и даже российскому бизнес-сообществу. В итоге японские компании, желая угодить премьеру и надеясь на государственное финансирование от JBIC, бросились в Россию искать партнеров, хотя до бюрократического нажима в особом рвении инвестировать замечены были далеко не все.

Лучше, чем с китайцами

Кипевшая с мая в Москве и Токио работа по созданию списка совместных проектов закончилась всего за неделю до визита. Процесс не смог затормозить даже сильно обеспокоивший японцев арест формального куратора этой работы Алексея Улюкаева – находившийся в то время в Токио Игорь Шувалов заявил, что он и команда во главе с замминистра Станиславом Воскресенским доведут дело до конца. В итоге к поездке готовых для подписания документов набралось 120, подписали из них 80 (12 межведомственных документов и 68 коммерческих). Тем самым были побиты даже рекорды российско-китайских саммитов, включая эпохальную встречу Путина и Си Цзиньпина в мае 2014 года в Шанхае, где количество подписанных документов перевалило за полсотни.

Подписанные 16 декабря 80 документов российские и японские переговорщики не без оснований считают главным результатом президентского визита. Впрочем, внимательное чтение этого списка и общение с японским бизнесом успокаивает эмоции не хуже, чем онсэн. Прежде всего, несмотря на гору документов, итоговая сумма оказалась довольно скромной – по словам заместителя генсека японского кабинета министров Котаро Ногами, она составила $2,54 млрд. Значительная часть реальных денег приходится на «подарки царю», хотя они оказались куда более скромными, чем дары китайского лидера Си Цзиньпина. Таким, например, выглядит соглашение JBIC и РФПИ о создании совместного фонда на $1 млрд (опыт похожего фонда с Китаем показывает, что искать проекты для него можно довольно долго), а также соглашение с JBIC о предоставлении 200 млн евро проекту «Ямал СПГ» (хотя это немногим больше 1% от необходимого проекту финансирования, а китайские банки предоставили уже свыше $10 млрд). Самое главное в этих документах даже не размер сумм, а то, что они подписаны с компаниями, находящимися под американскими санкциями.

Остальные документы в основном обозначают возможное меню будущего сотрудничества. Сорок три из 68 корпоративных документов – это либо меморандумы, либо соглашения о намерениях (иногда просто захватывающие дух востоковеда, вроде развития российских заводов по методике кайдзен), причем многие из них базируются на уже ранее подписанных документах (например, проекты «Роснефти» и «Газпрома»). Если исполнение многочисленных меморандумов, подписанных с Китаем в 2014–2016 годах с неменьшей помпой, может служить тут каким-то индикатором, то в реальные проекты эти меморандумы могут воплощаться долгие годы – или вообще никогда не воплотиться. В этой связи российские переговорщики полушутя говорят, что «меморандумы с японцами – это более надежно, чем многие соглашения с китайцами». Но еще неизвестно, насколько это верно.

Многие из анонсированных планов сконцентрированы на Дальнем Востоке в территориях опережающего развития (ТОР) или свободном порту Владивосток. Но, как показывают фокус-группы среди японских предпринимателей, проводившиеся Московским центром Карнеги в начале 2016 года в Москве, Владивостоке и Токио, японский бизнес крайне консервативно относится к потенциальным проектам в РФ. Среди основных рисков бизнесмены называют частые изменения правил игры и тарифов, а также высокие бюрократические барьеры и прямую коррупцию (похожие результаты дают и опросы японских ведомств). То, что экономическое сотрудничество за последние два года развивается не очень хорошо, признавали даже Путин и Абэ на итоговой пресс-конференции. За 2015 год торговля между двумя странами упала с рекордных $34 млрд до $20,9 млрд из-за дешевой нефти и девальвации рубля, а за девять месяцев этого года падение продолжилось – еще на 40%.

Скептики среди японских бизнесменов говорят, что важным индикатором будут истории успеха среди уже анонсированных флагманских проектов. Тут бывает по-разному. Например, овощные теплицы компании JGC вполне процветают, и японцы собираются их расширять. А вот завод по производству моторов для автомобилей Mazda, который, по словам Владимира Путина, «строится» и служит предметом гордости многих российских чиновников, чувствует себя не очень. В 2015 году на заводе «Соллерс» в Приморье, где и собираются устанавливать оборудование для производства двигателей, закрылись линии по производству автомобилей Toyota и SsangYong, а затем в Mazda отменили льготы на перевозку собранных машин в Центральную Россию и нулевой НДС на таможне – экономику завода поддержала на плаву правительственная компенсация по выплате утилизационного сбора. Сейчас на заводе некоторые рабочие находятся в отпуске, а с будущего года последнюю на заводе сборочную линию Mazda, возможно, переведут на четырехдневную рабочую неделю. Новостей об установке оборудования для производства двигателей завод не публикует.

Торг за острова

На этом фоне неожиданно оптимистичными выглядят договоренности, которые удалось достичь по самому сложному вопросу – территориальному. Путин и Абэ подписали два заявления на этот счет. Первое – с поручением начать консультации о совместном хозяйственном освоении Южных Курил, прежде всего в сфере рыболовства, выращивания рыбы и морепродуктов, а также туризма. Долгое время эту тему продвигала Москва, однако японцы всегда отказывались – инвестировать предлагалось по российским законам, а согласие на это отчасти подразумевало признание суверенитета РФ над спорными территориями. Теперь же Москва и Токио зафиксировали, что совместная хозяйственная деятельность не будет противоречить их принципиальным позициям по вопросу суверенитета, а для работы на островах может быть заключено отдельное международное соглашение.

Если условия для японских инвесторов на Курилах будут напоминать ТОР или свободный порт Владивосток (то есть налоговые каникулы и отмена многих регулирующих норм), это позволит им как можно меньше сталкиваться с российскими чиновниками и делать вид, что работают они как бы не по российским правилам, а потому и суверенитет РФ над «северными территориями» вроде как не признают. Не очень ясно, кто больше выигрывает от этой договоренности: Россия может получить инвестиции в острова, многие жители которых находятся в довольно незавидном экономическом положении, а Токио может рассказывать гражданам, что вернул острова хотя бы частично – в виде рыбы и гребешка.

Второе не менее важное соглашение – согласие России допустить на острова их бывших японских жителей в упрощенном порядке, оформленное в виде отдельного заявления. «Мы договорились о том, что максимально обеспечим свободный доступ даже в те районы, которые до сих пор были для них закрыты», – сказал Путин. Этой теме очень много внимания уделил на пресс-конференции и Абэ. С его слов выходило так, что больше всего решение курильского вопроса в той или иной форме нужно как раз их бывшим японским жителям и именно для них он выбил из Путина новые уступки (в обмен Япония упростит визовые требования для всех россиян).

Конечно, все эти шаги (кстати, тоже пока не необратимые) никак не приближают Москву и Токио к решению главного вопроса – разделу спорных территорий и юридическому оформлению этого раздела. Здесь сплелось сразу столько проблем, что разрубить этот узел не представляется возможным. Суверенитет над всеми Южными Курилами позволяет России считать Охотское море своим внутренним морем. К тому же здесь расположены проливы, наиболее удобные (и незаметные для американских спутников) для выхода российских подлодок на патрулирование в Тихий океан.

Возможно, Россия готова вернуться к формуле декларации 1956 года, передав Шикотан и Хабомаи после заключения мирного договора. Но здесь всплывают другие трудности. Прежде всего, последовательность шагов имеет значение: Москва настаивает, что исходным пунктом должно стать признание итогов Второй мировой войны и суверенитета РФ над всеми четырьмя островами, а после подписания договора Россия «передаст» маленький Шикотан и гряду Хабомаи в качестве жеста доброй воли. Япония же настаивает именно на «возвращении» островов, причем уже соглашаясь порой принять Шикотан и Хабомаи в обмен на мирный договор и инвестиции. Но полностью отказываться от хотя бы символических претензий на Кунашир и Итуруп для Токио сейчас невозможно из-за общественного мнения в Японии.

Наконец, для России важно, будут ли на Шикотан и Хабомаи в случае их передачи распространяться гарантии американо-японского договора и не появится ли на островах военная инфраструктура США. Для Японии такие оговорки неприемлемы – принимать острова с ограниченным суверенитетом там пока никто не готов. Не говоря уже о том, что о возвращении даже двух островов, согласно майским данным Левада-центра, не хотят слышать 71% россиян. Хотя, согласно ноябрьскому опросу японской газеты «Майнити», за более гибкую формулу решения спора, не предусматривающую возвращение четырех островов, выступают уже 57% японцев.

Неслучайно Москва и Токио пытаются найти решение не первый десяток лет и никак не находят. Оба государства нередко бывают уверены, что противоположная сторона находится в более слабой позиции и вот-вот уступит – и всякий раз эти надежды оказываются напрасными. На сей раз Путин и Абэ по крайней мере честно говорили, что быстрого решения проблемы не будет, даже несмотря на целебные свойства онсэн, тем более Путин туда так и не сходил. «Мне удалось прикоснуться только к одному горячему источнику, – признался российский президент. – Это саке местного производства, называется «Восточная красавица». Очень рекомендую, но думаю, что нужно знать меру».

Теперь стороны, очевидно, займутся анализом результатов визита и символической продажей их населению и целевым аудиториям в Пекине и Вашингтоне. А заодно последят за общественной реакцией. Как всегда в случае громких прорывов в российском «повороте на Восток», истинную реакцию Москвы оценить пока сложно – мешает победный треск государственных СМИ и искренний энтузиазм измотанных переговорщиков, для которых визит увенчался успехом.

А вот в Японии, судя по первой реакции, переговоры большого восторга не вызвали. Генеральный секретарь правящей ЛДПЯ Тосихиро Нокай уже признал, что «большинство граждан разочарованы итогами саммита». Публикации во многих японских СМИ также представляли итоги саммита как дипломатическую победу Путина и проигрыш Абэ. Пока из-за общей глобальной неопределенности, барометром которой стал твиттер Дональда Трампа, делать какие-то выводы рано.

В октябре ЛДПЯ изменила партийный устав под Абэ, и теперь он сможет возглавлять партию и правительство до сентября 2021 года, так что время на переговоры с Путиным у него еще есть. Но если прогресс на переговорах по территориальному вопросу окажется слишком медленным и отколоть Россию от Китая за это время не удастся (а сворачивание военно-технического сотрудничества между Москвой и Пекином выглядит маловероятно даже после победы Трампа), не исключено, что в будущем Синдзо Абэ будет не готов тратить слишком много времени и политического капитала на сближение с Москвой.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 19 декабря 2016 > № 2015769 Александр Габуев


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 декабря 2016 > № 2012231 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Заявления для прессы и ответы на вопросы журналистов по итогам российско-японских переговоров.

С.Абэ (как переведено): Хотел бы ещё раз сказать добро пожаловать Вам, Президент России Путин, тебе, Владимир. Мы искренне рады этому визиту.

Я в 2013 году посетил Россию, и после этого мы проводили интенсивные переговоры. И наконец мы сумели встретиться в Японии. Три года потребовалось для того, чтобы осуществить этот визит. И мы смогли осуществить этот визит на фоне активного развития отношений и создания условий для развития сотрудничества.

Мы проводили различные встречи, в ходе которых обсуждали перспективы развития двусторонних отношений. Главная задача заключается в том, что на протяжении последних 70 лет между Россией и Японией так и не подписан мирный договор, и те люди, которые раньше жили на островах Итуруп, Кунашир, Хабомаи и Шикотан, с нетерпением ждут того часа, когда будет подписан мирный договор.

И я сумел донести их чаяния до Президента Российской Федерации в ходе наших встреч. Их средний возраст уже превышает 81 год. Времени на заключение договора не остаётся. Их искреннее желание – при жизни увидеть этот договор – донесено до Президента Российской Федерации.

После окончания войны были различные события, в том числе печальные, но теперь мы смогли найти путь к тому, чтобы укрепить доверие и успешно развивать сотрудничество в различных областях. И мне хотелось сделать так, чтобы те, кто раньше жили на островах, и те, кто сейчас живут на островах, смогли на основе доверия развивать связи и сотрудничество и создать условия, при которых они могли бы жить, совместно работать и думать о будущем этих островов. Поэтому говорили о том, чтобы сделать из этих островов зону совместного проживания, совместного процветания. Это моё искреннее желание, которое я донёс до Президента России.

На протяжении этого года мы хотели сделать так, чтобы эти люди смогли посетить те места, где они раньше жили, и, для того чтобы осуществить эту мечту, мы посвятили немало времени обсуждению гуманитарных вопросов и смогли договориться о тех положениях, которые мы могли бы реализовать для осуществления этих обменов.

Сейчас, после 71 года – периода отсутствия мирного договора, – мы переходим к тому периоду, когда мы сможем постепенно, шаг за шагом своими руками осуществить те действия, которые позволят нам реализовать мечту бывших и нынешних жителей островов.

Относительно территориальной проблемы – я ещё раз изложил позицию японской стороны по данной проблеме. И также полагаю, что у российской стороны есть своя позиция по этому вопросу, но мы могли бы подумать о том, чтобы, невзирая на эти противоречия, осуществить шаги в сторону решения этой проблемы.

Если бы мы только говорили о тех позициях, которые мы имеем, мы вряд ли бы продвинулись. Мы должны идти в другом направлении. Мы должны прилагать максимальные усилия, совместные усилия для того, чтобы Россия и японцы смогли бы построить отношения по принципу win-win (совместной победы) и открыть светлые перспективы для будущего, в том числе для решения этого вопроса в будущем. Для этого нам потребуется новый подход.

Я договорился с Президентом России о том, чтобы создать особый режим для налаживания совместной хозяйственной деятельности на этих островах. Мы об этом договорились. Эта совместная хозяйственная деятельность будет осуществляться не в ущерб позициям обеих сторон по проблеме мирного договора.

Этот особый режим будет направлен на то, чтобы создать условия для будущего решения проблемы, и станет очень важным шагом для решения в будущем проблемы мирного договора. И наши мнения с Владимиром в этом вопросе полностью совпали. Поэтому для решения проблемы мирного договора мы выразили самое искреннее стремление и смогли это продемонстрировать.

То, что мы не могли решить на протяжении 71 года, означает, что это очень непростая проблема. На этих островах сейчас японцы не живут, а живут многие россияне, и это продолжается уже более 70 лет.

На основе этого опыта, преодолевая этот сложный период, мы могли бы развивать обмены между жителями нынешними и бывшими, преодолевать недопонимание, строить доверие и развивать сотрудничество. Без доверия между странами и народами не найти решения такой очень трудной проблемы, и мы не сможем пройти этот путь.

Но сегодня мы договорились о новых перспективах на основе сотрудничества в рамках плана из восьми пунктов, которые я предложил. Он включает много конкретных проектов в важнейших областях, и реализация этих проектов, безусловно, принесёт выгоду России и Японии и, убеждён, укрепит доверие между нашими странами.

Думаю, что мы сможем поехать вместе после пресс-конференции в «Кодокан», центр дзюдо, и почувствовать философию и идеи основателя дзюдо Дзигоро Кано, которого уважает Владимир Путин, и сможем таким образом преисполниться важности российско-японских отношений.

Давай, Владимир, будем развивать наше доверие и сотрудничество и работать на благо наших стран.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Дамы и господа!

Прежде всего хотел бы выразить признательность японской стороне за тёплый, радушный приём. Программа визита была весьма насыщенной, содержательной. И вчера на родине господина Абэ, в городе Нагато в Ямагути, мы в дружественной атмосфере обсудили ключевые аспекты российско-японского сотрудничества, затронули ряд актуальных международных и региональных проблем.

Это замечательное место. Я, Синдзо, благодарен тебе за приглашение посетить твою малую родину. Очень красиво, особенно сегодня утром – снег пошёл, там просто сказочная атмосфера. И хочу поблагодарить жителей провинции и города. Очень тёплый приём, это было видно.

Одна из жительниц на улице приветствовала наш кортеж, держа на руках щенка акита-ину, – было очень приятно. Хочу только её предупредить, если она нас услышит: внешне это выглядит как игрушка, на самом деле это серьёзная собака, нужно с уважением к ней относиться. Это так, лирическое отступление. Хотел бы сказать теперь по сути.

Сегодня в Токио с участием руководителей министерств, а также представителей крупного бизнеса мы в деталях рассмотрели весь комплекс торгово-инвестиционных связей, наметили конкретные ориентиры для дальнейшей совместной работы.

По итогам переговоров и двустороннего бизнес-форума подписан солидный пакет межведомственных и коммерческих соглашений. Вы только что это видели. Мы также поручили профильным министрам проработать ряд новых договорённостей в инвестиционной, налоговой и трудовой сферах.

Япония – сосед и важный партнёр России в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В последнее время между нашими странами оживился политический диалог – эта встреча с господином Абэ уже четвёртая в текущем году.

Налаживаются контакты по линии парламентов, советов безопасности, министерств иностранных дел, отраслевых министерств и ведомств. При этом предстоит ещё многое сделать, чтобы вывести двустороннее сотрудничество на уровень подлинного партнёрства, и прежде всего качественно улучшить наши экономические связи.

К сожалению, в текущем году двусторонний товарооборот снизился на 28 процентов. Такая негативная динамика обусловлена не только объективными причинами, среди которых колебания валютных курсов и нестабильность цен на сырьевые товары. Сказывается и санкционная политика в отношении России, к которой Япония также присоединилась.

Для наращивания встречных потоков товаров, услуг и капиталов по линии межправкомиссии согласован масштабный план совместной работы и сводный перечень, включающий несколько десятков приоритетных проектов по восьми магистральным направлениям. Это энергетика, промышленность, сельское хозяйство, инфраструктура, инновации, гуманитарные обмены.

Финансовую поддержку реализации этих и других перспективных деловых инициатив призван обеспечить и новый инвестиционный фонд. Сейчас только подписаны документы о его учреждении, с миллиардом долларов, создаваемый РФПИ и Японским банком международного сотрудничества.

Стратегической сферой российско-японского взаимодействия является энергетика. Россия – надёжный поставщик углеводородов в Японию. За счёт российских ресурсов обеспечивается около восьми процентов потребностей Японии в сжиженном природном газе.

Японские партнёры участвуют в крупнейшем в России проекте по производству сжиженного газа на Ямале. «Газпром» начал возведение Амурского газоперерабатывающего комплекса, продукция которого будет поставляться на рынки Азии, в том числе и в Японию.

«Роснефть» ведёт переговоры о привлечении японских инвесторов к добыче нефти и газа на шельфе Охотского моря, а также к строительству «Дальневосточного СПГ» на Сахалине. Изучается возможность создания энергомоста «Россия – Япония» и газопровода «Сахалин – Хоккайдо».

Реализация этих масштабных проектов обеспечит японских потребителей дополнительными поставками газа и электроэнергии по доступным ценам и по кратчайшим маршрутам.

Российская и японская стороны настроены на дальнейшее укрепление производственного и технологического взаимодействия. Признательны Японии за готовность стать страной-партнёром в международной индустриальной выставке «Иннопром-2017», которая пройдёт в Екатеринбурге в июле 2017 года.

Расширяется двусторонняя кооперация в автопроме. В Чувашии и Ульяновской области заработали три новых завода по выпуску автомобильной продукции. Во Владивостоке строится предприятие по сборке автодвигателей.

Перспективным является сотрудничество в сфере медицины и охраны здоровья. На основе японских технологий ведётся создание московского медицинского центра, а также центра диагностики сердечно-сосудистых заболеваний. Прорабатывается идея сооружения онкологического кластера во Владивостоке.

Ещё одна актуальная тема, которая рассмотрена в ходе переговоров, – взаимодействие в агропромышленном комплексе. Россия располагает значительными свободными сельхозугодьями, что открывает возможности для совместного производства продуктов питания и наращивания их экспорта в Японию.

Приветствуем интерес японской стороны к программам развития Дальнего Востока России и интеграции этого российского региона в производственно-сбытовые цепочки и транспортно-логистическую инфраструктуру стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Отдельно обсуждена тема формирования зоны свободной торговли между Японией и Евразийским экономическим союзом.

Особое значение для развития тесных партнёрских отношений между Россией и Японией имеет сотрудничество в гуманитарной сфере, контакты между людьми, культурные, научные и образовательные обмены. Ежегодно организуются форумы ректоров вузов. В июне в Японии открылся одиннадцатый Фестиваль российской культуры.

Убеждён, укреплению связей в этих сферах будет содействовать и проведение в 2017 году фестиваля «Русские сезоны в Японии», а в 2018 году – «перекрёстных годов» двух стран. Безусловно, мы с господином Премьер-министром будем уделять этому направлению нужное внимание.

В предстоящий период и Россия, и Япония будут принимать крупнейшие спортивные соревнования – чемпионат мира по футболу и Олимпийские игры в Токио в 2020 году. Наши страны заинтересованы сотрудничать в подготовке к этим мероприятиям, включая обмен опытом, обеспечение безопасности и логистики.

Естественно, большое место на переговорах заняла и международная проблематика. Тесное взаимодействие России и Японии по актуальным вопросам мировой политики является существенным фактором обеспечения глобальной и региональной безопасности, стабильности. Обсуждались вопросы сотрудничества в многосторонних организациях. В числе других, конечно, затронут и вопрос ситуации на Корейском полуострове, борьба с международным терроризмом.

Разумеется, речь шла и о проблеме мирного договора. Господин Премьер-министр сейчас уделил этому достаточно внимания. Как известно, этот вопрос обсуждается уже более семидесяти лет. Было бы наивно полагать, что мы можем в одночасье его урегулировать. Но искать решение, которое отвечало бы стратегическим интересам и России, и Японии, было бы принято народами обеих стран, безусловно, необходимо. Отсутствие до сих пор мирного договора между Россией и Японией, безусловно, является анахронизмом прошлого.

Для решения этого вопроса требуется кропотливая работа по укреплению взаимного доверия, всестороннему развитию всего комплекса российско-японских отношений. В этом контексте вместе с господином Абэ поддержали инициативу налаживания совместной хозяйственной деятельности на Южных Курилах. Рассчитываем, что такое сотрудничество будет способствовать созданию благоприятной атмосферы для продолжения переговоров по заключению мирного договора.

С учётом обращения Премьер-министра Японии дали поручения министерствам иностранных дел обсудить возможность упростить порядок посещения гражданами Японии могил своих родственников. И господин Премьер-министр вчера в беседе с глазу на глаз уделил этому много внимания, передал мне письма граждан Японии, которые стремятся к такому неформальному взаимодействию с российскими гражданами на этих островах.

Мы договорились о том, что максимально обеспечим свободный доступ даже в те районы, которые до сих пор были для них закрыты. И я со своей стороны предложил ввести режим свободного приграничного перемещения жителей Сахалинской области и Хоккайдо.

И в заключение хочу ещё раз поблагодарить японских коллег, лично господина Абэ за гостеприимство, плодотворную работу и деловой, конструктивный подход ко всем обсуждавшимся вопросам.

И хотел бы пригласить господина Премьер-министра посетить Россию в удобное для Вас время, имею в виду и Восточный экономический форум, и другие мероприятия, которые мы будем проводить в Российской Федерации.

Благодарю Вас за внимание.

Вопрос (как переведено): У меня вопрос к Премьер-министру Японии.

Вы уже 16 раз встречаетесь с Президентом России и говорите каждый раз, что вы обсуждали проблему мирного договора и наметили какую-то перспективу, но в то же время позиции расходятся. Скажите чётко, насколько они расходятся.

Вы сказали, что времени на решение проблемы уже нет. А как же вы собираетесь дальше это решать? И какое влияние окажет на решение этого вопроса налаживание совместной хозяйственной деятельности? Вы сказали, что будет особый режим, и это не будет затрагивать принципиальные позиции. Но как это будет реально осуществляться?

С.Абэ (как переведено): В этот раз мы с Владимиром в моей родной префектуре Ямагути очень подробно обсуждали этот вопрос. Мы до 23.30 (пять часов) обсуждали этот вопрос. Даже в ходе встречи один на один в течение 95 минут очень откровенно побеседовали. Думаю, что мы смогли понять друг друга.

Проблема мирного договора и её решение – это наше искреннее стремление. Мы смогли открыто выразить это стремление, но пока говорить о решении вопроса рано. Предстоит трудный путь. Если мы не смогли её решить в течение 71 года, мы её не можем решить очень быстро сейчас, в ходе одного или двух раундов переговоров. Но мы должны наметить перспективу решения этого вопроса.

И я уже сказал о том, передал искренние пожелания бывших жителей островов в отношении проблемы мирного договора непосредственно Президенту России, и это настроение, эти пожелания дошли до сердца Президента Путина. Поэтому мы договорились о том, чтобы бывшие жители могли свободно посещать те места, где они раньше проживали, и захоронения своих предков.

Мы договорились, исходя из гуманитарных соображений, немедленно приступить к переговорам относительно того, как обеспечить этот свободный доступ, и тем самым мы хотя бы чуть-чуть, но сможем удовлетворить пожелания бывших жителей островов.

Кроме того, мы договорились об особом режиме совместной хозяйственной деятельности на островах. Принципиальная позиция Японии относительно четырёх северных островов остаётся неизменной. Но совместная хозяйственная деятельность не наносит ущерба этой позиции, наоборот, её налаживание будет шагом вперёд, нестандартным таким шагом, который отличается от тех подходов, которые раньше стороны демонстрировали на переговорах. Мы продемонстрировали новый подход, а именно, обращённый в будущее, нацеленный на будущее перспективное, взаимоприемлемое решение этого вопроса, думаю, мы его найдём.

Вопрос: Господин Президент! Хотела бы вернуться к вопросам международной проблематики. Вы вчера в ходе переговоров обменялись мнениями о ситуации в Сирии, в частности. Но ситуация в Сирии постоянно меняется, оттуда приходят разные и иногда противоречивые новости. Например, у сирийской армии есть какие-то успехи в Алеппо, бои продолжаются за Пальмиру. Как Вы оцениваете ситуацию там, как Вы видите её развитие, какие перспективы, удастся ли удержать Алеппо и снова получить Пальмиру?

В.Путин: Что касается ситуации в Сирии и конкретно по этим пунктам. Всё, что происходит в Пальмире, это результат несогласованных действий между так называемой международной коалицией, сирийскими властями, Россией. Я уже много раз говорил о том, что для того, чтобы быть эффективными в борьбе с террористами, нужно объединять усилия. Вопрос Пальмиры, мне кажется, чисто символический.

Что касается военно-политического значения, то в этом смысле Алеппо, конечно, гораздо более важная тема. И я самых последних событий там не знаю, поскольку здесь уже нахожусь сутки, но, судя по тому, что я вижу, происходит именно то, о чём мы договаривались в том числе с Президентом Турции ещё во время его посещения Петербурга. Мы договорились о том, что Турция окажет всяческое содействие в выводе тех боевиков, которые будут готовы сложить в Алеппо оружие, прежде всего для сохранения жизни мирных граждан. Это первое.

И второе (это состоялось после наших последних переговоров) – я очень рассчитываю на то, что сирийской армии после, безусловно, успешных боевых действий в Алеппо удастся закрепиться, а мирные граждане смогут перейти к нормальной жизни. Уже несколько тысяч человек вернулись в свои дома, даже полуразрушенные.

Следующий этап – это достижение договорённости о полном прекращении огня на территории всей Сирии. Мы ведём очень активные переговоры с представителями вооружённой оппозиции, тоже при посредничестве Турции. И позавчера в своём телефонном разговоре мы договорились с Президентом Эрдоганом о том, что будем предлагать конфликтующим сторонам (мы со своей стороны – правительству Сирии, а Президент Турции – представителям вооружённой оппозиции) продолжить процесс мирных переговоров на новой площадке.

В качестве такой площадки могла бы быть столица Казахстана – Астана. Если стороны конфликта согласятся, то мы обратимся к Президенту Назарбаеву с просьбой поддержать этот процесс. Если это произойдёт, то это не будет площадка, которая будет конкурировать, скажем, с женевской, но это будет дополнять женевские переговоры. Во всяком случае, где бы ни встречались конфликтующие стороны, на мой взгляд, было бы правильно это делать и стремиться к политическому урегулированию.

Вот так мне видится перспектива.

Вопрос (как переведено): Хотел бы обратиться к Президенту Путину. Вы и в Ямагути, и в Токио долго беседовали на политические, экономические и другие темы. В чём Вы видите главный результат этих встреч? Как Вы могли бы это соединить, совместить с необходимостью решения проблемы мирного договора? Вы в ходе интервью японским СМИ сказали, что многое зависит от гибкости партнёра при решении этого вопроса, и в том числе использовали термин «ничья» («хикиваки»). Для японской стороны ваши слова означают некоторый отход от прежней позиции России. Скажите, какой уступки Вы ждёте с японской стороны, что Вы хотите?

В.Путин: Для того чтобы полноценно ответить на Ваш вопрос, мне придётся хотя бы очень коротко, хотя бы в двух словах, но всё-таки обратиться к истории.

Уважаемый господин Абер (да, я так расслышал Вашу фамилию?)! Уважаемые коллеги, друзья!

Ведь Япония впервые получила острова южнокурильской гряды в 1855 году, когда адмирал Путятин окончательно, по согласованию с правительством России и императором, передал эти острова под японскую юрисдикцию, потому что до тех пор Россия считала, что эти острова принадлежат ей, поскольку открыты русскими мореплавателями.

Для того чтобы заключить мирный договор, Россия эти острова передала. Ровно через 50 лет Япония посчитала, что этого недостаточно, и после войны 1905 года получила ещё, как результат этих военных действий, ещё и пол-Сахалина (граница тогда прошла по 50-й параллели северной широты), и ещё взяла в конце всю северную часть Сахалина.

Кстати говоря, в одной из статей Портсмутского мирного договора Япония получила право также экстрадировать с этой территории и русских подданных. Они могли оставаться, но Япония получила право и русских подданных экстрадировать с этой территории, с Сахалина. Ещё через 40 лет, после войны 1945 года, теперь уже Советский Союз не только вернул себе Сахалин, но и вернул острова южнокурильской гряды.

Мы с господином Премьер-министром вчера говорили, я читал эти очень трогательные письма бывших жителей Южных Курил. На наш взгляд, нужно прекратить исторический пинг-понг по этим территориям. Нужно, в конце концов, как-то понять, что фундаментальные интересы и Японии, и России требуют окончательного долгосрочного урегулирования, вот в чём всё дело.

Но вопросов здесь много, в том числе это и вопросы хозяйственной деятельности, и вопросы безопасности. Например, в 1956 году, когда Советский Союз и Япония близко подошли к разрешению этого спора и подписали (и не только подписали, но и ратифицировали) Декларацию 1956 года, как мы знаем, это исторический факт, Соединённые Штаты, которые считают, что у них есть интересы в этом регионе, практически устами тогдашнего госсекретаря господина Даллеса объявили ультиматум Японии: если в Японии сделают что-то, что противоречит интересам Соединённых Штатов, то тогда Окинава уйдёт полностью под юрисдикцию США.

Почему я это говорю? Мы должны с уважением относиться ко всем государствам региона, в том числе и к интересам Соединённых Штатов. Это совершенно очевидно. Но что это означает? Это означает, что у нас, например, во Владивостоке, чуть севернее, две большие базы флота, наши корабли океанской зоны выходят в Тихий океан, мы должны понимать, что будет происходить в этой сфере. Но в этом отношении, имея в виду особый характер отношений между Японией и Соединёнными Штатами и договорные обязательства в рамках Договора о безопасности между США и Японией, как будут строиться эти отношения, мы не знаем.

Когда мы говорим о гибкости, мы хотим, чтобы наши японские коллеги и друзья учитывали все эти тонкости и все озабоченности российской стороны. Кроме того, мы вернулись к переговорам на базе Декларации 1956 года, которая предполагала, если вы помните, возвращение Японии двух островов, правда, непонятно, на какой основе. Но окончательно Декларация вступала в силу, и там это написано, после заключения мирного договора.

Там много, очень много нюансов и проблем, которые мы должны профессионально, но очень доброжелательно в отношении друг друга, главное, в отношении людей, которые так или иначе связаны с этими территориями, действовать для достижения конечной цели. Какая это конечная цель? Я вначале уже об этом сказал, сейчас ещё раз хочу повторить. Эти острова вполне, если будем реализовывать планы господина Премьер-министра, могут стать не яблоком раздора между Россией и Японией, а наоборот, нечто объединяющим и Россию, и Японию.

Если мы сделаем правильные шаги в направлении плана, предложенного Премьер-министром (он предложил создать отдельную структуру по хозяйственной деятельности на островах, заключить межправсоглашение, отработать механизм взаимодействия), на этой базе формировать такие условия, которые позволили бы нам добиться окончательного решения по мирному договору.

Если кто-то считает, что мы заинтересованы исключительно в налаживании экономических связей, а мирный договор откладываем на второй план, – это не так. На мой взгляд, самым главным является заключение мирного договора, потому что это создаст нам условия для долгосрочного взаимодействия в исторической перспективе, на среднюю и долгосрочную перспективу. Это важнее, чем деятельность на островах.

Япония жила без сотрудничества с Россией 70 лет, без глубокого сотрудничества, и мы жили. Мы можем так жить дальше? Можем. Но это будет правильно? Нет, неправильно, потому что если мы объединим усилия, конкурентоспособность наших стран и экономик многократно возрастёт. К этому мы и должны стремиться.

Вопрос: Добрый день! У меня вопрос к обоим лидерам. Вы сегодня уже несколько раз говорили о плане из восьми пунктов, который в мае представил Премьер Абэ. И, как мы видим, в рамках этого плана сейчас уже под сотню совместных проектов. Но вот вопрос: есть ли реальное будущее у этих проектов, и какие из них вы считаете главными?

И вопрос российскому Президенту (Вы уже несколько слов об этом говорили): как Вам японское гостеприимство, кухня, горячие источники? Что Вы успели попробовать, а может быть, даже испробовать на себе?

С.Абэ (как переведено): Хотел бы начать отвечать на этот вопрос.

Думаю, что есть будущее у моего плана из восьми пунктов и у тех проектов, которые будут осуществляться в рамках этого плана.

Я с давних времён считал, что российско-японские отношения обладают огромным потенциалом для развития, и прежде всего в области развития экономического сотрудничества мы можем осуществлять взаимодействие по принципу win-win (совместной победы). И если мы сможем открыть эти возможности, это будет огромной выгодой для народов двух стран.

В мае в Сочи я предложил план из восьми пунктов и также непосредственно проекты, связанные с осуществлением этого плана. Думаю, благодаря этой реализации углубится взаимодействие между Россией и Японией, а также жизнь россиян станет лучше, они почувствуют эффект от такого сотрудничества. И кроме этого будет укрепляться доверие между двумя странами, я в этом убеждён.

Только что мы обменялись документами в приоритетных областях между правительствами, между организациями, между компаниями, более 80 проектов подписаны и выдвинуты к реализации. Это беспрецедентно для истории российско-японских отношений, это уже есть конкретное свидетельство того, что план из восьми пунктов не просто бумажка, а это реальная платформа для реализации сотрудничества. Есть душа у этого сотрудничества, которое будет развиваться в будущем. И, как я обещал Владимиру, я буду готов подъехать на Восточный экономический форум в будущем году в сентябре и провести обзор реализации того, что мы наметили. Спасибо.

В.Путин: Что касается совместных проектов, то господин Премьер-министр уже сказал.

По поводу горячих источников: мне удалось прикоснуться только к одному горячему источнику – это саке местного производства, называется «Восточная красавица». Очень рекомендую, но думаю, что нужно знать меру, как у нас говорят. Спасибо.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 декабря 2016 > № 2012231 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 декабря 2016 > № 2012227 Владимир Путин, Синдзо Абэ

Начало российско-японских переговоров.

С.Абэ (как переведено): Уважаемый господин Президент, уважаемые коллеги!

Спасибо всем присутствующим за то, что сегодня по случаю визита Владимира в Японию здесь собрались высокопоставленные лица и представители японского и российского бизнеса.

В этом году состоялось много визитов представителей высокого уровня двух стран, в том числе – посещение Японии председателями Госдумы и Совета Федерации России, взаимное посещение сегодня присутствующими министрами и другие.

Одним из факторов, способствовавших такой положительной динамике, являлась экономика.

Когда я говорю о японо-российских отношениях, я использую фразу «двусторонние отношения, обладающие самыми огромными возможностями», поскольку я уверен, что страны-соседи Япония и Россия имеют большой, но не раскрытый в широких областях потенциал.

Я считаю, что мы как руководители двух стран обязаны раскрыть такой потенциал японо-российских отношений, именно поэтому в мае в Сочи я решил предложить Владимиру план сотрудничества из восьми направлений, выгодный для активизации экономики и реставрации жизни простого народа и других.

Данный план сотрудничества из восьми направлений основывается на деловых отношениях, построенных усилиями сегодня присутствующих коллег из двух стран. Благодаря этому данный план сотрудничества может предоставлять пользу японцам и россиянам.

Например, в рамках недавнего Послания Федеральному Собранию господин Президент, перечисляя задачи в сфере медицины, отметил необходимости, связанные с передовой медициной, повышением качества кадров в медицинской сфере, телемедициной и другими.

В плане сотрудничества есть направление «Увеличение продолжительности здоровой жизни». В рамках этого мы будем проводить консультации и конкретизировать взаимодействие в этой сфере.

Кроме того, я хотел бы отметить важность предоставления японскими компаниями качественной занятости и найма на российском рынке; там уже создали приблизительно 13 тысяч рабочих мест. Также, благодаря дальнейшему выходу японских компаний на российский рынок, мы можем ожидать больше в плане улучшения условий жизни простого народа.

Прошло семь месяцев после того, как я предложил план сотрудничества. За это время мы беспрецедентно быстро конкретизировали данный план с активным участием и содействием заинтересованных предприятий двух стран. В результате сегодня мы приветствуем более 60 проектов в качестве результатов. Потом, в ходе церемонии обмена документами, мы подтвердим их как результаты визита Владимира в Японию.

Здесь хочу затронуть тему межправкомиссии по торгово-экономическим вопросам. Данная комиссия поддерживала и поддерживает сегодня развитие японо-российских экономических отношений под эгидой сопредседателей: Министра иностранных дел Кисиды и господина Шувалова. В рамках этого были обсуждены вопросы с целью развития наших связей в экономической сфере и были достигнуты договорённости в 12 межведомственных документах двух стран, и сегодня мы подтверждаем их как результаты.

Пользуясь этим случаем, ещё раз хотел бы выразить свою искреннюю благодарность всем коллегам из деловых кругов за вашу деятельность, а также за ваше содействие для конкретизации и расширения результатов по линии плана сотрудничества из восьми направлений. Спасибо.

В наших экономических отношениях на основе данного плана сотрудничества можно ожидать дальнейшую конкретизацию и увеличение проектов всё больше и больше. Вчера мы с Владимиром пришли к единому мнению – развивать наши двусторонние отношения и после данного визита Президента в Японию на основе такого мышления.

Сегодня здесь присутствуют министры, заинтересованные в данном плане сотрудничества из восьми направлений. Я рассчитываю, что мы можем дискутировать вместе с представителями деловых кругов о будущем двусторонних отношений на основе уже достигнутых результатов.

Кстати, с учётом важности и двусторонних межрегиональных обменов сегодня здесь присутствует губернатор Хоккайдо госпожа Такахаси и губернатор префектуры Мияги господин Мураи.

Спасибо за ваше внимание.

Теперь позвольте мне представить вам Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина, впервые за эти 11 лет посетившего Японию.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Уважаемые коллеги!

Мы вчера в Нагато провели обстоятельные переговоры с господином Премьер-министром, в ходе которых обсудили состояние всего комплекса российско-японских отношений, в том числе вопросы политического характера и возможность заключения мирного договора. Хочу поблагодарить тебя, Синдзо, и твоих коллег за очень тёплую атмосферу, которая была вчера создана в ходе нашей работы.

Теперь есть возможность для более детального разговора по вопросам торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества с участием как представителей правительств, так и деловых кругов. Полагаю, что именно совместная работа на экономическом треке поможет создать фундамент, необходимый для налаживания подлинно партнёрских отношений между нашими странами.

Экономики России и Японии взаимодополняемы и практически лишены конкурентных противоречий. Но, как только что Синдзо сказал, нам предстоит потрудиться над раскрытием потенциала двусторонних связей. Хорошей основой для этого мог бы стать и предложенный господином Премьер-министром план действий на восьми магистральных направлениях, и наши встречные предложения по приоритетным проектам.

Правительствами двух стран уже подготовлен обобщённый перечень совместных инициатив в энергетике, промышленности, медицине, сельском хозяйстве, сферах малого и среднего бизнеса. Рассчитываю, что сегодняшний диалог может не только помочь нам предметно обсудить текущее состояние дел, но и наметить новые цели для совместной работы.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 декабря 2016 > № 2012227 Владимир Путин, Синдзо Абэ


Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 13 декабря 2016 > № 2005385 Владимир Путин

Интервью Владимира Путина телекомпании «Ниппон» и газете «Иомиури».

В преддверии официального визита в Японию Владимир Путин дал интервью японским СМИ – телекомпании «Ниппон» и газете «Иомиури».

В.Путин: Мне сказали, что вы хотели посмотреть Юмэ, пожалуйста, я вам её представил – она в отличной форме.

Реплика: Спасибо большое. Действительно, собачка очень бодрая.

Ещё раз хотели выразить благодарность за то, что Вы, несмотря на свою занятость, нашли время дать интервью японскому телевидению «Ниппон» и газете «Иомиури». Это собачка породы акита из префектуры Акита, мы очень рады видеть Юмэ весёлой и бодрой. Однако мы немного удивились и испугались, что начало встречи будет такое.

В.Путин: Правильно испугались, потому что она строгая собака. Очень много народу здесь, камеры работают, софиты светят, фотоаппараты стучат, и она выполняет охранные функции.

Реплика: Да, я думаю, что всегда она Вас так защищает.

В.Путин: Да, так оно и есть.

Вопрос: Итак, уже совсем скоро Вы посетите Японию в качестве Президента. Мы видим, что Вы очень заняты.

В.Путин: Я в последний раз в качестве Президента был в Японии, по-моему, 11 лет назад. Потом, правда, приезжал в качестве Председателя Правительства России. Но с Премьер-министром Абэ у нас очень частые контакты: мы несколько раз уже виделись в этом году.

Вопрос: В этот раз Вы будете встречаться и беседовать с Премьер-министром Абэ в его родной префектуре Ямагути. Чего Вы ожидаете от этой встречи?

В.Путин: Я вообще с большим интересом к Японии отношусь, это общеизвестно, к истории, к культуре Японии, поэтому мне, конечно, было бы интересно посмотреть, расширить свои знания о Японии. Я был в Токио, был ещё в паре городов, но в этой префектуре не был никогда, и мне просто интересно, как это выглядит, что там есть интересного, но я уверен, что премьер мне подробно об этом обо всём расскажет.

Вопрос: Там есть и горячие источники. Вы любите горячие источники?

В.Путин: Как-то я об этом не думал, но в принципе это интересно, конечно.

Вопрос: Вы очень известны в Японии как дзюдоист. В 2000 году в зале института «Кодокан» Вы продемонстрировали технику броска. Ваш облик спортсмена глубоко запечатлелся в глазах японцев. Позвольте немного коснуться темы дзюдо. Мы обратились к известному и уважаемому нами мастеру господину Ямасите с просьбой поделиться его впечатлениями от общения с Вами. Мы записали интервью, посмотрите, пожалуйста, это всего около минуты.

Я.Ямасита (запись): Мы часто общаемся и не только как спортсмены. Президент – удивительный человек. Когда мы с ним говорим, он всегда такой, каким я его раньше знал. Были, конечно, моменты, когда его слова звучали несколько холодно, но в целом у нас очень тёплые хорошие разговоры. Конечно, он прежде всего преследует интересы России, но для Японии он тоже, наверное, что-то хочет сделать.

Вопрос: Что Вы думаете по этому поводу?

В.Путин: Да, мне очень приятно это слышать. Господин Ямасита – действительно признанный мастер не только в Японии, но и во всём мире, поэтому в известном смысле он и для меня пример великолепного спортсмена и очень хорошего человека.

Дзюдо – это часть японской культуры уже, давно стало такой частью. И не случайно, мне кажется, этот вид спорта появился именно в Японии со всем его не только спортивным, но и философским содержанием. Это уважение к партнёру, уважение к старшему как к тренеру прежде всего, это очень важно и даёт хороший, позитивный заряд в отношениях с людьми и в других сферах, не только в спорте. И я очень доволен, что судьба сложилась именно таким образом, что ещё в детстве я занялся этим замечательным видом спорта. Это, безусловно, то, что называется первая любовь. Я люблю заниматься и другими видами спорта: и горными лыжами, и плавать люблю, и вот сейчас учусь играть в хоккей на льду с шайбой. Но дзюдо – это, безусловно, часть моей жизни, очень большая часть, и я очень доволен, что именно с этого начались мои занятия спортом, регулярные и серьёзные. И за это я тоже Японии очень благодарен.

Вопрос: Когда Вы были в Японии в 2000 году, Вы посетили «Кодокан». А в этот раз Вы планируете побывать там?

В.Путин: Я, честно говоря, даже не знаю, входит ли это в программу визита, но если время будет, с удовольствием заехал бы в «Кодокан». «Кодокан» – это для любого человека, который увлекается дзюдо, любит дзюдо, особое место. «Кодокан» – в значительной степени законодатель мод в этом виде спорта, из этой школы вышли выдающиеся мастера, и в известной степени для дзюдоистов это Мекка. Конечно, если время будет, с удовольствием заеду.

Вопрос: Мы очень надеемся, что у Вас будет такая возможность.

Позвольте затронуть тему японско-российских отношений. 15 декабря Вы будете в родной для господина Абэ префектуре Ямагути. В этом году это уже четвёртая встреча на высшем уровне. Мы все надеемся, что такой формат встречи имеет очень глубокий смысл.

Как Вы на это смотрите?

В.Путин: Мне кажется, что встречи на высшем уровне вообще в относительно неформальной обстановке всегда полезны, и есть основание ожидать, что мы продвинемся в решении вопросов, над которыми будем работать. Я помню своё самое первое знакомство с Японией. Я работал ещё в Петербурге и был заместителем мэра. Вдруг, неожиданно генеральный консул Японии в Петербурге пришёл ко мне в кабинет и сказал, что Министерство иностранных дел Японии хочет пригласить меня в Японию. Я очень удивился, потому что к Японии не имел никакого отношения, кроме того что занимался борьбой дзюдо. И тогда была возможность посетить и Токио, и пару других городов. И Вы знаете, столица – везде столица: официоз, определённый протокол. В провинции всегда легче разговаривается, легче складывается разговор. Так что я надеюсь, что в родных местах господина Премьер-министра обстановка будет такая, которая настроит нас на откровенный, очень предметный и, надеюсь, результативный разговор.

Вопрос: В этом году исполняется 60 лет с того дня, когда премьер-министр Хатояма и премьер-министр Булганин подписали Совместную японско-советскую декларацию 1956 года. Японский народ встречает этот исторический рубеж огромными надеждами.

Как Вы думаете, может он ждать этого «чего-то особого»?

В.Путин: Вы знаете, ведь Вы сейчас вспомнили про 60 лет и подписание декларации. Кстати говоря, 60 лет восстановления дипломатических отношений, но отношения между Японией и Россией имеют гораздо более глубокие корни. Мы в целом имеем дипломатические отношения в течение 150 лет, уже более чем 150 лет. Поэтому, мне кажется, нам не нужно такой экскурс делать только на 60 лет, надо посмотреть глубже, в века. Может быть, это даст нам возможность посмотреть на более отдалённую перспективу в будущем.

Что касается этих 60 лет и вообще за более чем вековую историю, у нас были разные отношения, были и трагические страницы нашей истории, но начиная с 1956 года когда мы восстановили дипотношения, у нас, к сожалению, до сих пор нет такой базовой основы, на которой мы могли бы строить отношения, соответствующие нашим желаниям и соответствующие тому, что востребовано на сегодняшний день в плане двустороннего взаимодействия. В мире, в регионе Дальнего Востока мы естественные партнёры, но отсутствие мирного договора не даёт нам возможности многопланово и многосторонне развивать наши отношения. Поэтому мы, разумеется, будем стремиться к заключению этого договора. Мы хотим полной нормализации отношений.

Отсутствие мирного договора между Россией и Японией – это анахронизм, доставшийся из прошлого, и этот анахронизм должен быть устранён. Но как это сделать – это вопрос сложный. Вы вспомнили про декларацию 1956 года, и в декларации были прописаны правила, которые подлежали исполнению с обеих сторон и которые должны были быть положены в основу заключения мирного договора. Там, если Вы помните, если Вы посмотрите внимательно текст этой декларации, написано, что мы сначала заключаем мирный договор, потом вступает в действие декларация, и два острова передаются Японии. Не сказано, на каких условиях передаются, под чьим суверенитетом это остаётся. Но тем не менее такой документ был подписан. Но он был не только подписан, он был ратифицирован как Верховным Советом СССР, то есть парламентом Советского Союза тогда, так и парламентом Японии.

Но после этого японская сторона заявила о том, что она эту декларацию выполнять не будет, а позднее и Советский Союз тоже заявил о том, что декларация не может быть исполнена в одностороннем порядке, только Советским Союзом. Но в 2000 году тогдашний премьер Японии обратился ко мне с просьбой вернуться к этому процессу, к этому разговору, к этим переговорам, кстати говоря, на основе декларации 1956 года. Я согласился. С тех пор мы ведем диалог на этот счёт, но не могу сказать, что наши японские партнёры и друзья остаются как раз в рамках этой декларации 1956 года. Мне кажется, предвосхищать наши переговоры с господином Премьер-министром слишком рано, но мы, разумеется, рассчитываем на то, что будем двигаться вперёд.

Вопрос: Вы сказали, что совместная декларация 1956 года является базовым документом. Вы, господин Президент, многократно обсуждали эту тему со многими японскими премьер-министрами начиная с 2000 года. Нынешний Премьер-министр Абэ исходит из того, что мирный договор может быть подписан на основе решения вопроса о принадлежности четырёх островов. Как мы понимаем, между Вами и господином Абэ больше года эта тема обсуждалась: в прошлом году осенью в Нью-Йорке – правда, только 10 минут, – в этом году в Сочи, во Владивостоке, в Лиме вы обсуждали эту проблему «один на один». Мы посчитали, в таком формате беседы длились в общем 2 часа 15 минут. Видно, что это была очень детальная дискуссия. Какие есть, по Вашему мнению, перспективы на предстоящей встрече определиться с подписанием мирного договора?

В.Путин: Конечно, мы будем к этому стремиться. Конечно, будем стремиться именно к такому результату. Но Вы вспомнили сейчас про соглашение 56–го года, а я напомню, что практически по инициативе Японии эти переговоры были позднее прекращены. И по просьбе моих японских коллег в 2000 году мы вернулись к обсуждению возможности заключения мирного договора на основе соглашения 56–го года. Но в соглашении 56–го года говорится о двух островах, а Вы сейчас сами сказали о том, что Премьер-министр ставит вопрос о четырёх островах. Значит, мы уже вышли за рамки соглашения 56–го года, это совсем другая ситуация и другая постановка вопроса.

Я думаю, что это не секрет, я очень люблю Японию, японскую культуру, спорт, в том числе дзюдо, но ничего обидного не скажу, если отмечу, что Россию я люблю ещё больше. И вести переговоры и господин Премьер-министр, и я будем исходя из наших национальных интересов – из интересов России, из интересов Японии. Мы должны найти компромисс. Мы должны понимать, что результаты той ужасной трагедии XX века, которой является Вторая мировая война, закреплены в соответствующих международных документах и это очень тонкая вещь, как отрегулировать все спорные вопросы, не разрушая всего фундамента международной правовой базы, возникшей в результате Второй мировой войны. Поэтому ещё раз хочу сказать: мы не можем предвосхищать хода и тем более результатов наших переговоров. Всё, о чём мы говорим, досталось нам в результате событий 70–летней давности. Так или иначе, в течение этих 70 лет мы вели какой-то диалог на этот счёт, в том числе насчёт заключения мирного договора. Но очень бы хотелось, чтобы в ходе моей поездки в родные места господина Премьер-министра мы вдруг достигли ясного понимания, как мы можем эту проблему решить. Если это произойдёт, мы будем очень рады. Есть ли шансы? Наверное. Шансы всегда есть, иначе нечего разговаривать. Насколько они велики? Мне сейчас трудно сказать, потому что это будет зависеть в том числе от гибкости наших партнёров.

Вопрос: Я не политик, не дипломат и не участник переговоров. Однако как гражданин Японии и как представитель журналистской профессии хотел бы отметить, что сложилась очень благоприятная ситуация: 60–летие декларации 1956 года. Вы, господин Президент, пользуетесь необычайно высокой политической поддержкой у себя в стране, которая выше 80 процентов. И правительство Абэ среди японских прежних правительств имеет самую прочную политическую позицию в Японии. По опросам общественного мнения, поддержка составляет 50 или 52 процента.

Если учесть эти факторы, этот временной момент, если к этому добавить и третье условие, я имею в виду то, что прежде большинство придерживалось позиции одновременного возврата четырёх островов, а теперь, согласно опросу, гораздо большее количество граждан Японии выступает за возврат сначала двух островов, я как представитель СМИ полагаю, что именно сейчас имеются нужные три условия.

И если столько условий сложилось вместе, конечно, хочется ожидать того, что эта сложная ситуация, которая, как я понял из Ваших слов, пока ещё имеется, как-то была преодолена.

В.Путин: Да, Вы заметили совершенно точно: и у господина Премьер-министра, и у меня здесь, на родине, достаточно большой уровень доверия со стороны наших граждан, но я лично для себя это трактую так, что я не имею права злоупотреблять этим доверием, и любое решение, которое будет найдено, должно соответствовать национальным интересам Российской Федерации.

Но в наши интересы, в интересы Российской Федерации, входит не в последнюю очередь нормализация отношений с Японией. Весь комплекс, который будет предложен для решения, весь комплекс, связанный с нормализацией наших отношений, с тем, что за этим последует, за этой нормализацией, – это целый большой набор вопросов, которые должны быть обсуждены и по которым должны быть приняты решения, причём эти решения должны быть практического характера.

Ведь мы, допустим, с господином Премьер-министром много говорили и очень правильно, я считаю, говорили о создании атмосферы доверия, дружбы между двумя странами и народами. На почву вот этого доверия должны ложиться и наши договорённости по созданию условий для подготовки мирного договора. Это, например, может быть достигнуто в результате масштабной совместной экономической деятельности, в том числе на южных Курильских островах. Это может быть достигнуто в результате решения вопросов чисто гуманитарного характера, например, беспрепятственных безвизовых поездок бывших жителей южных Курильских островов к местам своего прежнего проживания: посещения кладбищ, своих родных мест и так далее.

Это целый большой комплекс вопросов, который мы должны обсудить и по каждому из них принять решение. Смотрите, мы ведь не отказывались после возобновления переговорного процесса в 2000 году от того, чтобы последовательно вести дело к заключению этого мирного договора. Но в какой-то момент несколько лет назад Япония в одностороннем порядке сама прекратила эти переговоры и отказалась от контактов с нами. Это же не мы отказались от контактов с Японией, японская сторона отказалась от контактов с нами. Это первое.

Второе. Япония присоединилась к санкциям против Российской Федерации. Как мы будем развивать дальше экономические отношения на новой, гораздо более высокой базе, на более высоком уровне при наличии санкционного режима? Я сейчас не хочу давать оценок тому, что могла или должна была сделать Япония, это вообще не моё дело, это дело японского руководства. Но мы должны понять, насколько все наши договорённости в комплексе, насколько они исполнимы в рамках тех союзнических обязательств, которые взяла на себя Япония, насколько велика степень самостоятельности принятия этих решений, на что мы можем рассчитывать, к чему можем прийти, в конце концов?

Это очень непростые вопросы, и даже несмотря на те абсолютно очевидные, позитивные предпосылки, о которых Вы сейчас упомянули, а они действительно есть, можно ли на сто процентов сказать, что мы прямо сейчас достигнем окончательной договорённости? Не знаю, это ещё вопрос, который требует очень серьёзного обсуждения, хотя, повторяю ещё раз, мы искренне стремимся к этому результату.

Вопрос: Премьер Абэ всё время настаивает на том, что надо развивать диалог с господином Путиным. Например, Вы сказали сейчас про свободные поездки, чтобы бывшие японские жители островов могли их посещать. Но также и бизнесмены, туристы, – сделать эти связи более свободными, и на этой основе, может быть, развивать совместную хозяйственную деятельность. Это, конечно, будет связано с движением в сторону мирного договора. Каково Ваше мнение?

В.Путин: Да, что касается решения гуманитарных вопросов, это была инициатива господина Премьер-министра. Он поднял этот вопрос на нашей последней встрече в Лиме и прямо меня спросил, не будем ли мы согласны со свободным доступом граждан Японии в безвизовом режиме, решить вопрос так, чтобы они без виз могли посещать южные Курильские острова, посещать свои родные места? Я сразу сказал, что да, это вполне возможно. Надо только, чтобы министерства иностранных дел между собой решили чисто технические вопросы. Никаких политических ограничений я здесь не вижу.

То же самое касается и вопросов экономического характера. Мы-то готовы, но я ещё раз хочу повторить: в условиях, когда Япония присоединилась к санкциям против России, насколько Япония готова и в состоянии это сделать, не нарушая своих союзнических обязательств? Мы не можем дать на это ответа. На это ответ может дать только сама Япония. Но мы должны это понять для себя, точно, ясно представлять и иметь какие-то гарантии и сейчас, и на будущее.

Вот смотрите, из другого региона приведу вам пример. Мы договаривались о строительстве газотранспортной системы по дну Чёрного моря в Болгарию. Заключили определённые договоры технического характера, контракты на прокладку газовой системы. А потом Болгария создала такие условия, которые не позволили реализовать этот проект, явно в ущерб своим национальным интересам. И, собственно, прежнее болгарское руководство это осознавало и признавало. Но мы им поверили когда-то, начали проект. В конце концов, когда выяснилось, что Болгария отказывается от этого проекта, не даёт нам возможность его реализовать, мы вынуждены были тоже отказаться. Мы понесли многомиллионные, несколько сот миллионов долларов, убытки. Мы не хотим попадать в такие ситуации.

Я сейчас не хочу говорить о нашем сотрудничестве с Японией, там у нас, слава богу, таких проблем не возникало. Но не хочется, чтобы они возникли в будущем. Поэтому здесь всё должно быть заранее посчитано, обо всём мы должны заранее договориться. И не просто договориться, а закрепить эти договорённости в таких юридически обязывающих документах, которые были бы гарантией исполнения взаимных обязательств.

Вопрос: Когда-то Вы сами указывали на то, что надо использовать дух дзюдо, для того чтобы достичь решения вопроса по территориальной проблеме. Если сейчас вернуться к этой аналогии, то матч ещё продолжается? То есть, допустим, в олимпийском регламенте можно бороться только пять минут. Мы ещё в рамках пяти минут? Сколько остаётся до конца матча? Или мы уже вышли за дополнительное время?

В.Путин: Нет, вот смотрите, я же говорил уже, мы вели переговоры, потом японская сторона в одностороннем порядке эти переговоры приостановила. Теперь по просьбе наших японских партнёров мы опять вернулись к этим переговорам. Какая команда подаётся в этом случае в дзюдо? Вы знаете лучше меня, наверное, – ёши («продолжайте»). Вот мы и будем продолжать.

Вопрос: Получается, что вот эта команда – это совпадение воли двух сторон – продолжать? Остаётся какой-то ещё путь, который не пройден до завершения матча, и мы пока не можем сказать, сколько этого пути нам осталось. Вы так представляете себе дело?

В.Путин: Я думаю, что сегодня очень много вопросов, которые подлежат профессиональному анализу по линии самых различных ведомств: по линии политических ведомств – министерств иностранных дел, по линии экономических ведомств, по линии ведомств, которые занимаются вопросами безопасности. Нам нужно всё просчитать и всё понять, о чём мы можем договориться и какие будут последствия как для Японии, так и для России, с тем чтобы и российский народ, и японский народ пришли к выводу, что эти компромиссы приемлемы и соответствуют интересам наших стран.

Вопрос: Россия считает, что у неё нет других территориальных проблем, кроме вот этой проблемы с Японией?

В.Путин: Мы считаем, что у нас вообще нет никаких территориальных проблем. Это Япония считает, что у неё есть территориальные проблемы с Россией. Мы готовы на этот счёт разговаривать.

Вопрос: Но, как мы понимаем, довольно на высоком уровне разговор продолжается и ищется какой-то новый подход. Японский Премьер-министр говорит о новом подходе, и в этом плане уже в определённой степени есть продвижение. Но, судя по Вашим словам, получается не совсем так, такого продвижения ещё пока нет, у меня такое впечатление возникло. Я не ошибаюсь?

В.Путин: И да, и нет. Продвижение есть в том смысле, что господин Премьер-министр предложил, как бы наметил направление движения к достижению мирного договора и к решению вопросов, связанных с территориальными проблемами. А что он предложил? Он предложил создать обстановку доверия и сотрудничества. Я думаю, что по-другому вряд ли себе даже можно представить, что мы можем выйти на подписание этих документов, о которых мы говорим, без того, чтобы доверять друг другу и сотрудничать. Это просто невозможно себе даже представить.

Поэтому мы с этим согласны, и в этом смысле продвижение вперёд, безусловно, есть. Например, господин Премьер-министр предложил выйти на новый уровень экономического взаимодействия, предложив восемь направлений сотрудничества в самых важных, интересных и для нас, и для Японии областях взаимодействия. Он же, господин Премьер-министр, обратил внимание на необходимость решения вопросов гуманитарного характера. Об одном из этих вопросов мы уже упоминали – безвизовое посещение гражданами Японии южных Курильских островов.

Есть и другие направления. Например, скажем, область культуры. Чрезвычайно важная вещь. Мы всё время возвращаемся к спорту, к дзюдо, потому что я этим занимаюсь, но ведь кроме этого есть ещё и сфера культуры. Каждый год практически в Японии проходят те или иные мероприятия, связанные с Россией. В следующем году мы собираемся провести там целую серию мероприятий, которые хотим назвать «Русские сезоны». Свыше 40 различных мероприятий, причём думаем делать в разных городах.

Интерес к японской культуре в России не меньший, чем в Японии к русской, я Вас уверяю. Мы просто с большим уважением и интересом относимся к истории Японии, истории японского народа, такой самобытной культуре. У нас огромный интерес в России это вызывает!

Всё это вместе, если всё это мы будем делать, реализовывать, можно поговорить, и нужно говорить о совместных усилиях в направлении обеспечения международной безопасности, и не только в регионе Дальнего Востока. Разве нас не беспокоит увеличение опасности, связанной с распространением оружия массового уничтожения, ракетных технологий, например? Это всё представляет определённую угрозу для мира, для региона. Но у нас есть совершенно очевидные точки соприкосновения, которые касаются наших интересов. Если мы будем действовать по всем этим направлениям, мы создадим как раз условия, те самые условия доверия, о которых говорит господин Абэ, для того чтобы сделать ещё один шаг – заключить мирный договор на определённых условиях. Но нужно сначала эту часть пути пройти, а потом уже договориться и об условиях заключения мирного договора. И то и другое – это непростые задачи, но они достижимы. Эти цели достижимы, а задачи решаемы.

Вопрос: Господин Президент, Вы сейчас упомянули план господина Абэ, состоящий из восьми пунктов, Вы сейчас сами сказали, что это действительно единственный реалистичный путь такого рода сотрудничества, путь к решению проблем.

Считаете ли Вы реализацию этого плана одним из важнейших условий достижения соглашения по мирному договору?

В.Путин: Вы знаете, это не условие. Это создание необходимой атмосферы.

Мы с Китайской Народной Республикой, с нашими друзьями в Китае, вели переговоры по пограничным вопросам 40 лет. И там тоже были вопросы, связанные с определёнными территориями. Мы сегодня характеризуем российско-китайские отношения как отношения стратегического партнёрства, причём даже особого стратегического партнёрства. У нас никогда не было такого уровня доверия с Китайской Народной Республикой, как сейчас. Китай – самый крупный наш торгово-экономический партнёр в страновом измерении. Мы осуществляем огромные, многомиллиардные совместные проекты. Мы вместе работаем не только в Совете Безопасности Организации Объединённых Наций, что естественно, поскольку и Китай, и Россия являются постоянными членами Совета Безопасности ООН, но и в таких региональных структурах, как Шанхайская организация сотрудничества, как БРИКС – это же глобальные организации, и так далее, и так далее.

Сейчас мы говорим о том, чтобы между созданной нами недавно на постсоветском пространстве организацией Евразийского экономического союза и Китаем заключить соглашение о свободной торговле так, как мы это сделали совсем недавно с Вьетнамом. А дальше будем сопрягать, во всяком случае, мы готовы к этому, китайскую идею «Экономического пояса Шёлкового пути» со вновь созданной нашей региональной организацией. То есть, понимаете, насколько многообразны, многовекторны и глубоки стали за последние пару десятков лет российско-китайские отношения?

И мы решили пограничный вопрос. Это не вызвало никаких больших проблем, если сказать вообще, были какие-нибудь или нет, ни в Китае, ни в России, хотя мы тоже пошли на взаимные уступки, на какие-то компромиссы. Но это компромиссы между дружескими странами. Мне кажется, что достичь компромиссов подобного рода на другой основе практически невозможно. И то, что предложил господин Абэ, это, на мой взгляд, может быть, даже единственный путь достижения цели, к которой мы все стремимся.

Вопрос: Вы говорите о решении проблем по границе с Китаем и очень высоком уровне доверия с Китаем. Но с Японией отношения такого уровня не достигают. Вы это имеете в виду?

В.Путин: Послушайте, я же только что говорил, Вы сами об этом знаете: у нас с Китаем самый высокий двусторонний оборот, и мы всё больше и больше либерализуем наши торговые отношения. А Япония ввела против нас санкции экономические. Вы понимаете разницу или нет? Почему? В результате событий на Украине или в Сирии? Где Япония и японско-российские отношения, где Сирия и события на Украине? Значит, есть какие-то обязательства союзнические у Японии. Мы относимся к этому с уважением, но нам нужно понять степень свободы Японии и на что Япония сама готова пойти. Надо с этим разобраться, это вопросы не второстепенного характера. В зависимости от того, что мы будем планировать как базу в конечном итоге для подписания мирного соглашения. Вот разница между тем, что мы имеем сейчас в российско-японских и российско-китайских, скажем, отношениях.

Я здесь не хочу ничего противопоставлять, просто Вы меня сами спросили, о чём идёт речь. Вот об этом – речь идёт о том, чтобы создать атмосферу доверия.

Вопрос: Господин Президент, Вы упомянули комплексный пакет мер, который необходим нам. Одним из направлений, Вы тоже об этом уже упомянули, могла бы стать совместная экономическая деятельность. Мне тоже так представляется. Вот в отношении этой совместной экономической деятельности – какой она Вам видится? Например, один из вариантов – это может быть на всех четырёх островах или, например, на части из них. Допустим, там будет создана какая-то особая экономическая зона, где могло бы осуществляться такое взаимодействие. Вот какой у Вас в голове имеется образ этого экономического сотрудничества, когда Вы о нём говорите?

В.Путин: Вы знаете, во-первых, на мой взгляд, нам нужно в широком смысле улучшать наши торгово-экономические связи. За последние два года они, к сожалению, очень потеряли в объёмах товарооборота между Россией и Японией, и нужно сделать всё для того, чтобы восстановить прежний уровень – хотя бы восстановить – и увеличить его, двигаться дальше.

Мы, как я уже говорил, естественные партнёры, потому что, разумеется, чего греха здесь таить, мы заинтересованы в участии Японии, скажем, в развитии российского Дальнего Востока в целом, в получении технологий. И примеры хорошие есть. Скажем, в автопроме есть очень хорошие примеры, в других отраслях, в сельское хозяйство японцы приходят с удовольствием. Надеемся, кстати говоря, что Япония откроет свои рынки для экологически чистой мясной продукции российского производства.

У нас много интересных направлений в энергетике. Девять процентов нефти и газа, потребляемого Японией, ваша страна получает из России. И есть ещё перспектива развития: «Сахалин–1», «Сахалин–2» работают активно, 75 процентов, по-моему, всего продукта, производимого на этих заводах, направляется в Японию по долгосрочным контрактам. Есть планы строительства третьего завода. Сейчас реализуются планы участия японских партнёров на севере России, на полуострове Ямал. У нас есть над чем работать, и это перспективно, масштабно.

Что касается островов южной Курильской гряды, то здесь разные варианты возможны. Мы готовы рассмотреть совместную работу и на одном острове, и на двух, и на трёх, и на четырёх. Важны условия, но условия должны быть максимально либеральными. Об этом говорил Премьер-министр Абэ, и я с ним согласен.

Вопрос: Какое будет юридическое оформление этой деятельности? Это будет российская зона или японская или какая-то совместная? Как организовать юридическую базу этого? Есть несколько способов и вариантов. Что Вы думаете об этом?

В.Путин: Я думаю, что японцы – очень творческий и очень умный народ. Вы сейчас продемонстрировали как раз блестящий пример такого подхода к дискуссии, поставили вопрос о том, что хозяйственная деятельность может развиваться на островах, суверенитет над которыми будет осуществлять Япония. Но если будет это так с первого шага, то тогда второго шага не нужно, потому что вопрос можно считать закрытым. Мы так не договаривались. Мы договаривались сначала решать вопросы политического характера принципиально, потом уже решать вопросы, скажем, о заключении мирного договора или то и другое вместе. Но при понимании того, что автоматически, только нарисовав планы возможного совместного сотрудничества, мы не можем, просто не в состоянии будем решать вопросы, связанные с заключением мирного договора и с его основой решения вопросов территориального характера. Поэтому это предмет очень тщательных, взвешенных и предметных профессиональных переговоров.

Вопрос: С позиции японца могу сказать, что, конечно, в совместной деятельности есть очевидные плюсы для Японии. И, допустим, сделав какие-то продвижения на этом треке, наверное, имело бы смысл как-то продвинуться в решении территориальной проблемы. Я думаю, что такие надежды, такие ожидания есть у многих японцев.

Вы, господин Президент, сами тоже говорили о том, что декларация 56–го года – это единственный законодательно оформленный документ между двумя странами, где указывается путь к решению нашей проблемы. И там написано, что действительно Шикотан и Хабомаи будут переданы Японии впоследствии.

Вы как раз нам сейчас сказали, что здесь разные трактовки могут быть, в частности, в отношении того, под чьим суверенитетом это может производиться. Я думаю, что если совместная деятельность принесёт свои плоды, если это получится, то в какой степени могла бы тогда быть решена проблема оформления передачи, под чьим суверенитетом могли бы быть переданы эти острова, например?

В.Путин: Сейчас об этом рано говорить. Вы всё время ссылаетесь на декларацию 56–го года, но Япония же отказалась исполнять эту декларацию. Понимаете, если Премьер-министр, если Кабинет министров Японии вернется именно к такой формулировке, тогда мы будем обсуждать. Если Вы внимательно посмотрите декларацию – там есть статья девятая, – то Вы увидите, что там говорится о передаче, но не написано, под какой суверенитет, не написано, на каких условиях. Там очень много вопросов. Даже в рамках декларации 56–го года ещё нужно много и много работать. А если японские партнёры выходят за рамки декларации 56–го года, то это вообще отдельная тема. Но для того, чтобы подойти к решению таких острых и давно назревших вопросов, я бы согласился с Премьер-министром, нужно создать атмосферу доверия, дружбы и сотрудничества между нашими странами. Мне кажется, что начать нужно именно с этого.

Вопрос: Касаясь четырёх островов. Премьер-министр Абэ говорит, что наши отношения за последнее время во многом улучшились. Касательно переговоров о мирном договоре в контексте четырёх островов, пока вы находитесь на постах премьера и президента, вы будете стремиться создать какие-то условия, чтобы решить проблему? Мы уже говорили, что и у Вас, и у господина Абэ большая поддержка в обществе. Вы стремитесь к решению проблемы?

В.Путин: Конечно, мы стремимся, мы говорим это искренне, потому что мы заинтересованы в закрытии всех проблем прошлого в отношениях с Японией. Нам ничего не должно мешать двигаться вперёд, это входит в один из наших национальных приоритетов. Мы этого хотим и в этом заинтересованы. Но ставить какие-то временные рамки, которые ограничены сроком моих полномочий, сроком полномочий господина Премьер-министра, – мне кажется, это было бы непрофессионально, потому что мы должны говорить не о сроках нашего пребывания у власти, а о качестве возможных договорённостей. Это первое.

Второе, я уже об этом сказал: да, доверие достаточно высокое и в России к действующему Президенту, в Японии – к Премьер-министру. Но я, например, для себя считаю, что я не имею права злоупотреблять этим доверием, я уже об этом говорил. Конечно, разумеется, каждый из нас хотел бы достигать каких-то крупных результатов в ходе своей профессиональной деятельности. И если получится у нас с господином Премьер-министром, я знаю его позицию, он хотел бы в рамках своих полномочий завершить этот процесс, мне бы тоже очень хотелось добиваться не только на японском направлении, но и на других направлениях: во внутренней политике, в экономике, в международных делах каких-то значимых, серьёзных результатов для своей страны. И я, разумеется, буду к этому стремиться. Получится или нет, я пока не знаю.

Вопрос: Спасибо.

Я хотел бы, чтобы Вы честно сейчас ответили, простите, Вы воспринимаете Абэ как хорошего партнёра, как своего друга? Как Вы его оцениваете?

В.Путин: Мне представляется, что господин Премьер-министр, во-первых, высокий профессионал, это совершенно очевидно. Он, безусловно, очень любит свою страну, и видно, что он нацелен на защиту её интересов, очень прагматично подходит к этому. И в моём представлении он очень надёжный, порядочный партнёр, с которым можно договариваться о конкретных и очень серьёзных вещах. Вот основываясь на таком понимании, намерен строить отношения в будущем с господином Премьер-министром, в том числе и по самым острым и ключевым вопросам нашего сотрудничества.

Вопрос: Господин Президент, хотел бы ещё один вопрос задать о наших отношениях. В России есть такая известная пословица: тише едешь – дальше будешь. Вот «дальше будешь» – это понятно что такое, это укрепление наших отношений, их развитие. А вот первая часть «тише едешь» – это что значит? Как нам это определить?

В.Путин: Если Вы хотите понять смысл этой поговорки, то она призывает к тому, чтобы не спешить в принятии серьёзных решений. Аккуратно, не спеша можно добиться наибольшего результата и лучшего качества. И эта пословица не направлена на какой-то саботаж в достижении цели, не направлена на то, чтобы делать вид, что кто-то стремится к цели, а на самом деле этого делать не собирается. Нет, это призыв к качественной работе без всякой спешки и суеты.

Вопрос: Спасибо.

Теперь хотел бы немножко отойти от российско-японских отношений, задать другие вопросы.

Отношения с Соединёнными Штатами. Сейчас будет новым Президентом господин Трамп, и Вы 14–го числа уже имели с ним беседу по телефону. Какое у Вас впечатление от него? Как Вы рассматриваете его?

В.Путин: Я имел с ним беседу только по телефону, а господин Абэ встречался с ним лично. Поэтому у него лучше спросить, какое впечатление избранный Президент США произвел на Премьер-министра Японии. Но хорошо известно, широко известно, что избранный Президент Соединённых Штатов публично выступает за нормализацию российско-американских отношений. Мы не можем этого не поддерживать. Мы, разумеется, за это, и, как я уже говорил публично, мы понимаем, что это будет непростая задача, имея в виду ту степень деградации, в которой находятся сегодня российско-американские отношения. Но мы готовы пройти свою часть пути.

Вопрос: Вы в своём Послании сказали, что Вы готовы устанавливать отношения, развивать отношения сотрудничества с новой администрацией Соединённых Штатов. В каких областях, в каких направлениях Вы готовы сотрудничать с Соединёнными Штатами?

В.Путин: В сфере международной безопасности, имея в виду, что Соединённые Штаты и Россия остаются крупнейшими ядерными державами. Мы вместе готовы бороться за укрепление режима нераспространения оружия массового уничтожения и средств его доставки. Мы готовы вместе работать и гораздо более плотно, чем было до сих пор, над решением проблемы борьбы с терроризмом, международным терроризмом, и здесь, безусловно, у нас есть много возможностей. Если бы мы объединили свои усилия некоторое время назад, то тогда многих проблем, с которыми мир столкнулся сегодня, на мой взгляд, удалось бы избежать, во всяком случае, они не приобрели бы такого острого характера, как многочисленные террористические акты и жертвы этих террористических актов во многих регионах мира: в Европе, в тех же Соединённых Штатах. У нас не было бы и такой острой проблемы с беженцами, я нисколько в этом не сомневаюсь.

Затем, конечно, ещё одна сфера деятельности – это экономическое взаимодействие между Россией и Соединёнными Штатами. Сейчас, допустим, уже известно, что мы провели крупную приватизационную сделку одной из наших крупнейших нефтегазовых компаний – компании «Роснефть», которая продала консорциуму, состоящему из суверенного фонда Катара и одной из крупнейших мировых трейдерских фирм Glencore 19,5 процента своих акций. Мы знаем совершенно точно, что американские компании, так же как, впрочем, и японские, проявляют огромный интерес к сотрудничеству в нефтегазовом секторе России, к совместной работе. Это имеет огромное значение для мировых энергетических рынков и напрямую будет отражаться на всей мировой экономике.

Мы считаем, что мы могли очень многое сделать в работе по нейтрализации региональных конфликтов. И, допустим, продолжить совместную работу в космосе уже в мирных, гражданских целях. Кстати говоря, и Япония тоже, как известно, достаточно активно работает в сфере пилотируемой космонавтики в рамках международного проекта МКС. У нас много других направлений. И уверен, что каждое из них представляет интерес как для народа Соединённых Штатов, так и для российского народа. Нужна только добрая воля, и нужно переходить к работе с учётом интересов друг друга. На мой взгляд, это обязательное условие. Насколько я себе представляю, избранный Президент Соединённых Штатов как раз и готов к такой совместной работе. Какова будет реальная практика, мы пока не знаем. Нужно дождаться его вступления официально в должность и формирования администрации.

Мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, что за эти годы сложилось немало людей, которые скептически или, скажем, осторожно относятся к развитию российско-американских отношений, но интересы глубинные, фундаментальные интересы Соединённых Штатов и России требуют нормализации наших отношений.

Вопрос: Если сравнить с Президентом Обамой, я чувствую у Вас большой настрой на то, чтобы с новым Президентом развивать отношения. Вы не планируете в ближайшее время с ним непосредственно встретиться и обсуждать все эти вопросы?

В.Путин: Вы знаете, у нас и с действующей администрацией были намерения также развивать отношения, но как-то они не очень сложились по ключевым направлениям, на мой взгляд, не по нашей вине. Я сейчас не буду перечислять весь набор проблем, которые возникли за последние годы. Вот прямо в ходе решения текущих вопросов, например: наши американские коллеги внесли предложение по сирийскому урегулированию, а потом вдруг на площадке ООН заявили, что они не собираются с нами ни о чём разговаривать. Надо вообще понять, чего хотят люди в одном ведомстве Соединённых Штатов, в другом ведомстве, есть ли какая-то общая позиция? И так было неоднократно по очень многим направлениям нашего взаимодействия.

Есть и фундаментальные вопросы, связанные с тем, о чём говорил действующий пока Президент Обама, я имею в виду его тезис об исключительности американской нации. Я скептически отношусь к этому тезису. Безусловно, Соединённые Штаты и американский народ – это великая страна и великий народ, сомнений нет, никто на этот счёт не спорит, но говорить об исключительности, мне кажется, это совершенно избыточно и это создаёт определённые проблемы во взаимоотношениях, и не только с Россией, как мне представляется.

А что касается избранного президента, у него свой взгляд на вещи, тоже вполне естественно. И надо сказать, что его стремление, его тезис о том, чтобы сделать США снова великой страной – мы ещё должны понять, как он раскроет этот свой тезис, но надеемся, что здесь не будет никаких проблем для развития нашего сотрудничества.

Что касается встреч, то мне кажется, нужно дать избранному Президенту возможность хотя бы сначала сформировать администрацию, вступить в должность, а потом уже говорить о встречах. Мы готовы в любой момент, с нашей стороны нет никаких проблем, но мне думается, что сейчас сложный этап формирования новой администрации, нам нужно набраться терпения и подождать, пока это будет сделано.

Вопрос: Вы сейчас упомянули об экономических санкциях. Естественно, в отношениях между США и Россией это важная тема. У Вас есть какие-то особые ожидания в связи со сменой администрации?

В.Путин: Вопрос не только в отношениях между Россией и США. На мой взгляд, вообще любые ограничения в сфере экономики, продиктованные конъюнктурными политическими соображениями, крайне вредны для мировой экономики в целом. Это разрушает единство и правила игры.

Вот совсем недавно мы в Лиме в рамках АТЭС говорили об этом. Практически все лидеры, представленные на площадке АТЭС, Азиатско-Тихоокеанского региона – стран, расположенных по берегам Тихого океана, говорили об одном и том же: о том, что мы переживаем очень острый кризис мировой торговли, международной торговли, в том числе связанный с ограничениями на рынках отдельных стран.

Но это в том числе и результат использования политических инструментов в конкурентной борьбе либо просто для достижения политических целей с помощью экономических рестрикций. Это один из элементов, который нарушает мировой экономический порядок, сформированный когда-то в значительной степени самими Соединёнными Штатами на заре создания Договора о тарифах и торговле, а затем преобразованного во Всемирную торговую организацию.

Вот создание тихоокеанского партнёрства или создание атлантического партнёрства. У нас возникает определённая тревога по поводу того, что это делается в обход Всемирной торговой организации, поскольку в рамках этой организации не удаётся добиться компромиссов с развивающимися экономиками. Хорошо ли это? Думаю, не очень. Если будет такое сепарирование мировой экономики на замкнутые экономические блоки, то достаточно сложно будет добиваться единообразного понимания и применения международных правил экономической деятельности и мировой торговли. Поэтому мы-то выступаем за то, чтобы эти правила были универсальными. И если уж региональные объединения создаются – чтобы они действовали на базе норм Международной торговой организации, на базе ВТО.

Вот мы исходим из этого, ну а как всё будет складываться в ближайшее время, когда будет сформирована новая администрация, мы пока сказать не можем. Ближайшее время это покажет.

Нам надо с вами потихонечку заканчивать, а то мы с вами так до утра будем разговаривать. Хотя мне с вами приятно разговаривать, но до утра, наверное, вас не стоит утомлять.

Вопрос: Хорошо. Вы немножко говорили о Китае. Я хотел бы вернуться к этой теме.

В.Путин: Пожалуйста.

Вопрос: Вы говорите, что ваши отношения находятся на очень высоком уровне и в экономическом плане, и в политическом.

В.Путин: Так оно и есть.

Вопрос: Вы в Послании, когда упоминали страны, упомянули первым Китай, насколько я помню, потом Индию, потом Японию, потом уже США. То есть сейчас, по Вашему мнению, Китай действительно это главный партнёр России. Мы правильно понимаем?

В.Путин: Абсолютно.

Вопрос: Это действительно так?

В.Путин: Так и есть, конечно. У нас ведь с Китаем самый большой торговый оборот. В страновом измерении, я уже говорил об этом, торговый оборот у России с Китаем самый большой. Первое.

Второе. У нас очень крупные совместные проекты, которые мы осуществляем в сфере атомной энергетики, в логистике, в машиностроении, в торговле в целом, у нас в авиации хорошие проекты совместные, в вертолётостроении, в авиастроении. Мы думаем о возможном сотрудничестве и сотрудничаем в космосе активно в двустороннем плане, есть хорошие здесь перспективы. Но и уровень политического доверия у нас очень большой. У нас близкие позиции по основным международным проблемам или даже, как дипломаты говорят, эти мнения совпадают. Мы занимаем достаточно часто общую позицию по ключевым вопросам современной международной повестки дня. У нас очень тесные гуманитарные контакты, молодёжные обмены большие, образовательные, региональные контакты очень большие, и они всё развиваются и развиваются. Мы расширяем и улучшаем инфраструктуру наших отношений. Вы наверняка слышали, что Китай намерен принять участие в строительстве скоростной железнодорожной ветки между Москвой и городом Казанью в Поволжье России, в центре России. А затем мы планируем дальше продвигать этот проект и в Казахстан, и дальше в Китай.

У нас в области регионального сотрудничества и дороги строятся, и мосты строятся. Объём регионального сотрудничества постоянно растёт. Поэтому мы с полным основанием можем говорить, и я отмечаю это с большим удовлетворением, что с Китаем у нас сложились по-настоящему дружеские отношения, и в очень многих ключевых направлениях, без всякого преувеличения, отношения, которые носят стратегический характер. Как мы говорим, стратегический характер привилегированного партнёрства.

Вопрос: Хотелось бы вернуться к международной обстановке. Сейчас очень много популизма, и Вы упоминали об этом тоже. Хотелось бы Ваши соображения на этот счёт услышать.

В.Путин: Какие могут быть соображения? Популизм в политике всегда представляет из себя большую опасность, потому что дезориентирует людей, вселяет избыточные ожидания либо, наоборот, настраивает на работу по достижению целей, которые, безусловно, не являются приоритетными либо попросту недостижимы. Это работа вхолостую либо во вред, поэтому ничего хорошего в популизме нет. Если Вы хотели услышать моё мнение по этому поводу, пожалуй, оно такое.

Это, как правило, делается исходя из сиюминутной политической конъюнктуры теми, кто не задумывается о последствиях, кто не думает на шаг вперёд, не хочет думать и не собирается исполнять своих обязательств.

Вопрос: Хотел бы задать ещё один вопрос по российской внутренней ситуации. В 2018 году предстоят президентские выборы. Сейчас Вы пользуетесь огромной поддержкой среди россиян. Почему, как Вы думаете, Вам удаётся достигать такой высокой поддержки? Мне интересен был бы Ваш анализ, особенно в том, что молодые люди Вас поддерживают.

В.Путин: Наверное, нужно спросить тех людей, которые оказывают мне такую поддержку. Думаю, что люди видят, что я работаю напряжённо, открыто, честно и искренне стремлюсь к достижению тех результатов, которые нужны стране. Полагаю, что видят также и то, что не всё удаётся сделать, – у нас люди умные, наблюдательные. Но полагаю, что главным является искреннее стремление к максимальному результату, к тому, чтобы страна чувствовала себя в большей безопасности, а люди жили лучше. Я действительно стараюсь работать именно так. И я очень благодарен гражданам России за такое отношение к моей работе, за поддержку, потому что без такой поддержки работать было бы невозможно.

Вопрос: По Вашему собственному ощущению, у Вас есть кто-нибудь среди японцев, кого Вы действительно уважаете и, конечно, кто повлиял на Вас?

В.Путин: Дзигоро Кано, конечно.

Вопрос: У Вас есть его бюст или портрет?

В.Путин: У меня и несколько портретов есть Дзигоро Кано, есть и бюст очень красивый. К сожалению, он у меня не здесь, я бы его вам показал, продемонстрировал. Он у меня дома, в резиденции, где я живу постоянно. Очень хорошая работа, очень высокого качества, российского автора, на которой изображён не просто волевой, но думающий и добрый человек.

Вопрос: Вы говорили уже, что дзюдо – это и философия. Видно по Вам, что это так.

В.Путин: Это видно по дзюдо и по тем, кто его любит.

Вопрос: Понятно.

Если можно, последний вопрос. В преддверии визита в Японию, может быть, у Вас будет какое-нибудь послание, какой-нибудь месседж нашим гражданам? Если у Вас есть какое-то слово, с которым Вы хотите обратиться к японцам перед своим посещением.

В.Путин: Я знаете что хочу сказать, что у нас, к сожалению, много нерешённых проблем. Но огромное количество людей в России знают Японию, любят Японию и независимо ни от чего – я уверен, что мы когда-нибудь точно решим все наши проблемы, – вне зависимости от того, когда это будет, уже сегодня есть тяга миллионов, без всякого преувеличения, миллионов людей, живущих в России, и, мне думается, миллионов людей, живущих в Японии, к познанию друг друга, к сотрудничеству друг с другом, к обмену полезной информацией и искреннее желание к разрешению всех проблем, которые до сих пор ещё пока не решены.

Вопрос: Как один из граждан Японии, я очень желаю Вам, чтобы Ваш визит прошел успешно. И ещё раз большое спасибо Вам за то, что Вы нашли время для нас в своём занятом графике. Мы надеемся, что визит будет очень полезен для двусторонних отношений.

Спасибо.

Япония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 13 декабря 2016 > № 2005385 Владимир Путин


США. Япония. Россия. Весь мир > Образование, наука > ecolife.ru, 12 декабря 2016 > № 2019634 Олег Фиговский

На что способна Академия наук и на что она не способна? / Обзор Фиговского

Академик Олег Фиговский открывает свои очередные «записки полупостороннего», совмещенные как обычно, с обзором свежих технологических новинок, с фразы: «ЧТО-ТО СТРАННОЕ ТВОРИТСЯ В ЭТОМ „КОРОЛЕВСТВЕ“».

Однако на самом деле обзор начинается с того, что журнал «Popular Science» сделал подборку важнейших, по его мнению, событий года. Увы, все 14 главных научных событий года не произошли в России, тишет Фиговский, но мне бы все же хотелось, отметить вместе с редакцией следующие события уходящего года:

– В апреле Space X осуществила исторически значимую посадку ракеты на беспилотное судно посреди океана. Это было круто. И это было великим событием. Приземление на движущуюся платформу позволит компании в будущем восстанавливать и (возможно) заново использовать ракеты-носители, что снизит стоимость выхода в космос на 30 процентов.

– Обсерватория LIGO обнаружила гравитационные волны пары черных дыр, которые столкнулись 1.3 миллиарда лет назад. Впервые мы могли почувствовать эту рябь пространства-времени, а астрономы получили новый способ исследовать космос.

– В то время, как большинство высококачественных гарнитур виртуальной реальности требуют мощных компьютеров, гарнитуры Sony работают с PlayStation 4 — не нужен диплом инженера, чтобы их настраивать. Простой процесс установки, простота использования и относительная доступность по цене привели к тому, что Popular Science сделала ставку именно на эту гарнитуру.

– Долгое время ученые знали, что вирусы могут заставить иммунную систему атаковать рак, но модификация вирусов таким образом, чтобы они не затрагивали наше сопротивление, требовала времени. В конце 2015 года IMLYGIC стал первым одобренным FDA вирусно-раковым препаратом. Модифицированный вирус герпеса должен лечить меланому, будучи введенным в опухоль.

– Еще в апреле WhatsApp включила полное шифрование голосовых и текстовых сообщений и звонков, существенно усложнив доступ к ним третьих сторон или разведагентств.

– Пилоты Бертран Пикар и Андре Боршберг посадили Solar Impulse 2 в Абу-Даби, отметив окончание невероятного кругосветного полета длиной 40000 километров на солнечных батареях. Команда надеется, что их путешествие вдохновит инженеров на создание «зеленых» самолетов.

А в России в это время происходила церемония вручения премии «Почетный член академии лженаук». Как пишет в своей статье журналист Мария Антонова, жюри было получено установить, кто наиболее успешно «нес свет невежества в массы». При голосовании бюллетени опускались в шапочку из фольги.

«В итоге премия „Почетный член академии лженаук“, которая в октябре вручалась впервые, досталась биологу Ирине Ермаковой, регулярно выступающей с комментариями на российском федеральном телевидении. Ермакова говорила под запись, что считает, что мужчины как пол развились путем эволюции из ранних амазонок-гермафродитов. Она принадлежит к ведущим российским активистам, выступающим против ГМО, и утверждает, что генетически модифицированные продукты питания – на самом деле американское биологическое оружие, цель которого – геноцид в отношении России. Вручив ей премию, российское научное сообщество стремилось показать, что даже в трудные времена не утратило чувства юмора. Организатор мероприятия Александр Соколов, научный обозреватель, автор премированных книг, сделал со сцены дерзкое заявление: «Пусть как можно больше людей увидят, что в России наука жива и может сама себя защитить!» – повествует Мария Антонова.

И комментирует: «Но есть все больше признаков того, что она этого не может».

«В стране, которая дала примерно 17 нобелевских лауреатов в научных сферах, наука оказалась под ударом. Дело не только в том, что финансирование урезано (хотя оно урезано), или в том, что эта сфера страдает от коррупции и „утечки мозгов“ (хотя она действительно страдает – от того и от другого). Члены научного сообщества говорят, что одна из самых больших проблем, с которой они сталкиваются, – то, что российское государство с недавних пор радушно относится к псевдоученым вроде Ермаковой. Кремль возвысил и институционализировал их идеи, часто для вящей убедительности смешивая их со дозой антизападной риторики», – пишет Антонова.

«Среди других лиц, верящих в маргинальную псевдонауку и назначенных на ответственные должности, есть Михаил Ковальчук, физик из ближайшего окружения Путина, руководящий Курчатовским институтом, исследующим атомную энергию», – говорится в статье. В прошлом году «Ковальчук прочел российским сенаторам доклад, в котором предостерег, что глобальная элита под руководством США разрабатывает особый подвид человека – генетически инаковую касту рабочих „людей-слуг“, которые едят мало, думают о мелочах и размножаются только по приказу. (Под этой безумной конспирологической теорией и антизападными преувеличениями был сокрыт лоббистский призыв к увеличению госфинансирования института)». В 2008 году Российская академия наук отказалась избрать Ковальчука своим членом. «Как считается, этот и другие шаги Академии, направленные на отторжение Ковальчука, повлекли за собой ответный удар в 2013 году, когда российское правительство приняло меры к демонтажу этой институции», – говорится в статье Антоновой.

Реформы нанесли академии «большой урон», подтверждает научный обозреватель Александр Сергеев.

«Те, кто верит в псевдонауку и рекламирует ее, теперь занимают должности в самых разных структурах российского правительства», – пишет он. Глава президентской администрации Антон Вайно «в 2012 году опубликовал научную работу о «нооскопе“ – загадочном мистическом инструменте, который, по утверждениям Вайно, может путем сканирования Вселенной делать прогнозы и контролировать общество и экономику», – говорится в статье. «Нахождение таких людей у власти – это новая тенденция, демонстрирующая, что власти больше не боятся открытых носителей псевдонаучных идей, – констатирует Сергеев. – Наоборот, власти готовы принимать их и подпадать под их влияние». По мнению критиков, продолжает он, Кремль обнаружил, что псевдонаука гармонирует с его нынешними идеологическими потребностями: «В сентябре специальная комиссия академии, призванная бороться с российской псевдонаукой, опубликовала доклад с выводами, что взлет псевдонауки отчасти связан с растущей изоляцией страны и национализмом. Россияне, отвергающие глобальные научные нормы, восприняли эти перемены в идеологии как шанс добиваться господдержки своих проектов. Тем временем крепнущие связи между национализмом и псевдонаукой дают псевдоученым возможность обвинять своих критиков в русофобии и недостаточном патриотизме».

Александр Сергеев, будучи членом комиссии по борьбе с псевдонаукой, делится впечатлением, что Кремль не только создал атмосферу, благоприятную для псевдонауки, но и, по-видимому, пытается отрезать подлинных российских ученых от внешнего мира. В прошлом году ходили слухи, что некоторые университеты возрождают советское требование о проверке администрацией научных работ перед публикацией, а другие запретили преподавателям давать интервью без предварительного разрешения. Однако, отмечает автор, российские ученые понемногу начали давать отпор — есть вышеупомянутая премия и несколько независимых проектов по популяризации науки, а с 2013 года, в рамках проекта «Диссернет», группа онлайн-дружинников разоблачает широко распространенное жульничество в российских кандидатских диссертациях.

Теперь взглянем на проблему глазами власти. В своем послании Федеральному собранию президент Владимир Путин отмечает, что мощным фактором накопления научных и технологических заделов, необходимых для экономического роста, для социального развития, должна служить фундаментальная наука. Вот выдержка из «послания»: «Перед наукой стоит двоякая задача: оценить, спрогнозировать тенденции будущего и предложить оптимальные решения для ответа на вызовы, с которыми мы столкнёмся: „В научной сфере, как и везде, будем развивать конкуренцию, поддерживать сильных, способных дать практический результат. Это необходимо учитывать и Российской академии наук, всем научным организациям. Продолжим формирование исследовательской инфраструктуры, которая позволит решать масштабные научные задачи. В рамках программы мегагрантов уже создано более 200 лабораторий, без всякого преувеличения – мирового уровня; их возглавляют учёные, определяющие тенденции глобального научного развития (кстати говоря, многие из них наши соотечественники, ранее уехавшие за рубеж). Недавно я встречался с группой таких исследователей. Уже сейчас большую часть своего времени многие из них работают в российских лабораториях, работают успешно, с удовольствием. И они видят, что сегодня в России ставятся интересные научные задачи, создаётся хорошая исследовательская база и материальные условия на достойном уровне. Но, конечно, люди вправе и должны понимать, что у них есть горизонт работы и горизонт планирования, в этой связи предлагаю обеспечить долгосрочное финансирование эффективных исследовательских проектов, в том числе за счёт ресурсов Российского научного фонда. При этом принципиально важно поддержать наших российских талантливых молодых учёных – их много, – чтобы они создавали в России свои исследовательские команды, лаборатории. Для них будет запущена специальная линейка грантов, рассчитанных на период до семи лет. На эти цели, а также на развитие научной инфраструктуры, открытие новых лабораторий только в 2017 году к уже заявленным ресурсам на науку будет выделено дополнительно 3,5 миллиарда рублей (отметим – ранее сообщалось, что 4 млрд., но видимо – денег действительно нет – см. анализ наполнения бюджета, недавно опубликованный РБК). И конечно, деятельность научных центров должна быть тесно интегрирована с системой образования, экономикой, высокотехнологичными компаниями. Нам нужно превратить исследовательские заделы в успешные коммерческие продукты, этим, кстати говоря, мы всегда страдали: от разработок до внедрения огромное время проходит, да и вообще иногда… Это касается не только нашего времени, и даже не советского, а ещё в Российской империи всё было то же самое. Нужно эту тенденцию переломить – мы можем это сделать. Для решения этой задачи два года назад мы запустили Национальную технологическую инициативу, она призвана обеспечить лидерские позиции российских компаний и продукции на наиболее перспективных рынках будущего“.

А за пару дней до «послания», 23 ноября под председательством Владимира Путина состоялось заседание Совета при Президенте по науке и образованию, в ходе которого обсуждался проект Стратегии научно-технологического развития России. Но запомнилось это заседание его участникам не результатами обсуждения проекта, а жутким разносом, который устроен Президент главе РАН Владимиру Фортову. Приведем цитату: «В. Путин: В завершение нашей сегодняшней встречи у меня есть один технический, кадровый вопрос. Владимир Евгеньевич знает, в конце прошлого года я обратился с просьбой к своим коллегам и к президенту Академии наук. Просьба заключалась в том, что в прежние времена у нас много представителей различных уровней власти принимали участие в выборах в Академию наук, в том числе высшие должностные лица. Я обратился с просьбой к своим коллегам воздержаться от участия в выборах новых членов государственных академий наук, в силу того, что люди, которые замещают должности в органах государственной власти, особенно на верхних ступенях, заняты по службе или должны быть как минимум заняты по службе серьёзным образом, иначе они не способны выполнять свои служебные обязанности, а заниматься научными исследованиями могут только в свободное время, которого для людей, которые добросовестно работают на административных должностях, фактически не остаётся. Возникает вопрос: могут ли они заниматься научными исследованиями в полном объёме с нужным результатом? Тем не менее некоторые наши коллеги из Управления делами Президента, из Министерства образования, из Министерства внутренних дел, из Министерства обороны, из Федеральной службы безопасности (ФСБ) и из некоторых других ведомств приняли участие в избрании и были избраны. Владимир Евгеньевич, у меня вопрос к Вам и к другим представителям Академии наук: зачем вы это сделали? Они такие крупные учёные, что без них Академия наук обойтись не может? Первый вопрос. И второй вопрос: что мне теперь делать?»

В заключение Путин сообщил: «Я думаю, что я должен буду предоставить им возможность заниматься наукой, потому что, судя по всему, их научная деятельность гораздо важнее, чем исполнение какие–то рутинных административных обязанностей в органах власти и управления».

Таким образом, мы видим, что Президент Путин совершенно неслучайно обратил внимание на проблему совмещения государевыми людьми высоких должностей и научных званий. И, надо сказать, эта проблема не нова. То же самое уже было – и сравнительно недавно, и много лет назад.

Говоря о том, почему избрание в РАН так привлекательно для чиновников, политолог Георгий Федоров напомнил, что любой статус может быть монетизирован, учитывая хотя бы финансовые надбавки к общей деятельности. Политолог также отметил, что в рядах наших чиновников процветает «ярмарка тщеславия»: «Мы помним, что была такая мода, когда чиновник обязательно должен иметь какую-то научную степень», – указал Федоров и напомнил, что было немало скандалов, когда степень оказывалась липовой, поддельной. «Это из этой же серии, когда люди хотят получить определенный статус, (нынешнего им не хватает), нужно еще и определенное имя в научном мире, – пояснил политолог. – Ни для кого не секрет, что это определенные связи, определенный образ жизни, в общем, прибавка ко всему тщеславия».

Президент РФ Владимир Путин призвал создать в России такие условия, чтобы страна стала центром притяжения для ученых во всем мире. Об этом глава государства заявил на заседании Совета по науке и образованию. Путин отметил, что в стране необходимо развивать эффективные механизмы, которые помогут привлечь учёных с мировым именем. «Речь, прежде всего, идёт о постановке масштабных, интересных научных задач, запуске исследовательских проектов с долгосрочным горизонтом финансирования. Словом, нужно создать такие условия, чтобы сделать нашу страну одним из центров притяжения для лучших учёных со всего мира», – заявил российский лидер.

Есть мнение, что с наездом на РАН не все так просто, как кажется с точки зрения обывателя. Речь идет о разгроме антипутинского заговора элит. Есть такая версия (разработанная со знанием специфики работы тайных сообществ), что, возможно, часть элиты пыталась создать под прикрытием РАН структуру паралельного правительства России. Рисуется все очень грамотно и красиво: свои люди могли встречаться абсолютно приватно под благовидным предлогом, не вызывая никакого подозрения, и главное – все сразу. РАН это и был бы «новый параллельный Кремль». Горизонтальные контакты разных силовиков, разных ведомств и министерств, чиновников кремлевской администрации, министров правительства и прочих – были бы совершенно залегендированы «научной деятельностью» якобы на благо страны, но самое главное – налажены в обход Кремля. Ведь все важные и принципиальные вопросы заговорщиками выясняются только при личном общении, а не по телефону – и такой внутриэлитной площадкой для заговора была бы РАН. Для опрокидывания режима Путина нужны именно эти сильные горизонтальные связи неофициального прямого общения за пределами государственной машины, и если их наладить и укрепить, то никакая Национальная Гвардия режиму не поможет. Таким образом была бы организована борьба внутренних систем, в которой Кремль был бы обречен на поражение, даже не осознавая, откуда идет заговор.

Но – не срослось. Сначала признали НКО иностранными агентами, затем создали Росгвардию, потом взяли кассира — господина полковника МВД Захарченко с двумя тоннами американских денег в упаковках от ФРС, а затем – «рассекретили» главную структуру, в тени которой и готовился бы переворот, причем на деньги из госбюджета самой же России.

Так или иначе, независимо от того, какую версию нам «скармливают», давайте задумается над тем, насколько избранные в Академию господа чиновники подходят под определение ученых. Согласитесь, что простому человеку не по силам оценить квалификацию настоящего учёного, скажем, физика или химика. А также ценность его работ и их соответствие научному методу. Учёные оценивают себя сами. И для этого у них есть свои методы.

Первый из них – это признание со стороны других ученых. Раз господ чиновников выбрали в РАН, значит, они как минимум признаны другими учёными. Однако есть нюансы. Порой простого признания маловато, ибо может быть налицо и корыстный сговор, особенно у нас. Да, есть и другой способ оценки современного учёного. Он должен систематически и регулярно проводить научные исследования и публиковать их результаты в рецензируемых научных журналах, с высокой степенью влиятельности, или, как ее еще называют, «импакт-фактором». Ну и, конечно же, индекс Хирша. Если доктор наук двадцать лет читает один и тот же курс в университете, и за это же время у него не появилось ни одной новой статьи в журнале или монографии, а только методички, учебники и учебные пособия, то его нельзя считать учёным. Он просто преподаватель. В лучшем случае – научный работник. Реальная значимость любой научной работы определяется дважды. Сперва группой авторитетных рецензентов, изучающих статью на предмет соответствия при приёме статьи к публикации. А затем длительным «анонимным» голосованием – ссылками на работу учёного в статьях и книгах других исследователей.

Ещё одним дополнительным, но немаловажным критерием может служить проверка на плагиат.

О плагиате стоит поговорить, например, с доктором политических наук и доктором исторических наук, профессором и одновременно министром культуры Мединским. В этом году, с апреля по октябрь, прокатилась волна скандалов вокруг диссертации Мединского. Его защита ученой степени должна была быть пересмотрена из-за обвинений в плагиате, «многочисленных ошибках и несообразностей в диссертации» и «формальных нарушениях вроде включения в список публикаций несуществующих работ». «Заминал» дело лично президент РАН Фортов. И замял, что характерно. Звание «доктора» Мединский сохранил, так как пересмотр его диссертации не состоялся.

Начинаешь понимать, что у нас все еще столько проблем в стране, что «эффективными манагерами» руководят псевдоминистры и псевдоученые. Псевдоруководят. Потому и бардак имеет место быть, пока Путин очередной раз не удивится. Но, до той поры всех все устраивает. В этой битве, все выглядит так, что Путин чуть ли не один, борется за чистоту рядов. По-видимому, один.

Очень жаль, даже если это не так – ведь один в поле не воин, а науку и тем более – экономику, делают лишь большие коллективы.

По мнению редакции сайта New Concept (Нью Йорк), «после взбучки, которую Путин устроил Фортову, в России началась клиническая паранойя и антинаучный шабаш, инициируемые из Кремля. Ниже – одна из статей, которые, если б не существовала в действительности, невозможно было б поверить, что это происходит не во время Дела Врачей и сессии ВАСХНИЛ, „разоблачившей“ генетиков по указанию Сталина, а сегодня.

Логическим и юридическим следствием обвинения в том, что «Заговорщики в руководстве РАН… пытались создать структуру параллельного правительства в России“ должно явиться разоблачение заговора ученых Российской Академии Наук, воглавляемого ее президентом, и начало дела по обвинению руководства РАН, аналогичному процессу над Тухачевским. Который, как и во времена Сталина, может начаться только в том случае, если команду ФАС даст Первое Лицо государства. Что в современной России кажется маловероятным – пока. Но кто во время закрытия Сочинской Олимпиады мог предположить, что назавтра начнется освобождение Крыма, а за ним и Луганда? А всего неделю назад мог ли кто-то предположить, что Российскую Академию Наук станут обвинять в попытке создания параллельного правительства, а руководство РАН в заговоре против товарища Путина? Россия – страна не только с непредсказуемым прошлым, но и с непредсказуемым настоящим».

Об этом написал некто Иван Орлов (мне кажется, что это псевдоним), который считает, что очень грамотно и красиво, чтобы «свои люди могли встречаться абсолютно приватно, под благовидным предлогом, не вызывая никакого подозрения, и главное все сразу. РАН это и был новый Кремль, только мощнее. Привожу выдержки из его текста:

„Горизонтальные контакты разных силовиков, разных ведомств и министерств, кремлёвской администрации, министров правительства и прочих были бы совершенно обоснованы научной деятельностью на благо страны и самое главное – налажены в обход Кремля. Борьба внутренних систем, в которой Кремль был бы обречён на поражение, даже не осознавая, откуда «капает“... Я не очень хотел разбирать этот вопрос, ибо то, какой именно сор в «избе академиков», всем известно, и лишний раз разгребать эти авгиевы конюшни никому не пожелаешь. Однако в настоящий момент в бюджете выделено рекордное количество денег на науку. При этом секретариат Путина запросил у тех же самых «американских учёных» объективные критерии, по которым они оценивают вклад учёных в НТР и НТП во всём мире. В ответ пришло сообщение, что наша Российская Академия Наук в настоящий момент оказывается на 300-м месте в мире по научной отдаче в пересчёте на единицу вложений (да, у какой-нибудь Академии или там научного сообщества Буркины-Фасо отдача поменьше, но и обходятся они государству сильно дешевле). Из первых рук доложу, что эти цифры были нами перепосчитаны и перепроверены (ибо в открытую статистику у нас много не входит), однако даже компетентные органы подтвердили, что по данной методике, даже с учетом неучтенного, мы всё равно не пропишемся даже в первой сотне по научному вкладу с открытиями. Собственно, это мы и так знаем — чисто интуитивно, ибо в научном прогрессе у нас возникли явные затыки, о которых многие граждане догадываются, и не в последнюю очередь эти затыки связаны с чрезмерным средним возрастом у нас в Академии, ибо по всем прикидкам наиболее продуктивные возрасты научных работников у нас как раз приходятся на те, которые из-за перестройки и последовавшей перестрелки у нас частично эмигрировали, частично спились, а частично ушли в бизнес. И это факт, не требующий иных доказательств. Именно это и есть причина того, что сейчас принимают решение вернуть наших же научных эмигрантов творческого возраста из-за границы, а также заманить длинным рублём тех иностранцев, которые готовы у нас работать по интересующей нас тематике. Это процесс тоже понятен, однако объективным препятствием к нему стала наша же Академия, которая требует львиной доли выделенного бюджета на свои, несомненно нужные и полезные изыскания, которые по отдаче ставят нас то ли на полуторасотое, то ли на трёхсотое место среди прочих научных госучреждений, то есть после Португалии, Бразилии, Брунея и Свазиленда. Ах да, чуть не забыл – админресурс. Наши академики могут (?) чуток повлиять на наших производителей, чтобы они чуть прижимали «чужеземцев» в пользу наших «крупных учёных». Так вы не поверите: «крупные учёные» из нашей Академии при этом будут внедрять свои изобретения и открытия где угодно, равно как и приглашённые «чужеземцы», и мне интересно будет узнать, как именно наши «крупные учёные», внедряя свои изобретения где-то у нас в «роснано» или на «росэлектронике», смогут обогнать своих визави, внедряющих свои достижения где-то в «Самсунг» (а именно это и написано в техзаданиях на нынешние гранты, на которые у наших «крупных учёных» вряд ли существует влияние). Я уже сейчас совершенно уверен, чем именно это соревнование «крупных учёных» и «эмигрантов и чужеземцев» закончится, и по итогам данного конкурса будут приняты неотвратимые решения по поводу соответствия занимаемой должности не только Фортова, но и много кого ещё, кто посмел своими решениями ослушаться Путина. Но, вот что приходит в голову по этому поводу. Дармоедов и прочих присосавшихся давно надо было снимать с государственной шеи, а тут как раз настолько удачный случай сам собой подвернулся. Опять же, попутно сами собой решатся вопросы об академической собственности, и почему сдача её в аренду происходит не самой Академией, а частными лицам и сколько именно это стоит, и кому нынче заносят деньги по созданию нового института, и сколько — в виде откатов, «стоит» получение грантов. Финансовые дела внутри нашего научного сообщества – вопрос совсем иного плана и сложности, но вопрос заставил вскрыть сам г-н Фортов своей шуткой про «крупных учёных“».

Заканчивая свою статью, Иван Орлов называет РАН прихвостнем Израиля. Но не сходится немного – почему именно Израиль имеет много реальных достижений в новых технологиях, а его «прихвостень» в лице РАН имеет достижения гораздо более скромные – как в отношении размера, так и в абсолютном выражении?

Рассмотрим, как обычно, некоторые технические достижения последнего времени, в том числе – на территории Израиля. Но для начала – обратимся к гигантскому проекту трансформации ландшафта и самой экономики Саудовской Аравии.

Проект 1000-километрового водного пути через пустыню.

Востоковед Константин Дударев, пишет, что падение цен на нефть побуждает производителей черного золота, в том числе и крупнейшего из них – Саудовскую Аравию, серьезно задуматься о том, как обеспечить свое благосостояние в «постнефтяную эру». Речь, естественно, идет не об отказе от добычи нефти и газа, а о том, как наиболее эффективно использовать доходы от экспорта этого сырья для создания новых надежных источников поступления для развития и комфортной жизни. Среди смелых инфраструктурных проектов, на которые замахнулись саудовские власти, привлекает внимание идея строительства искусственного водного пути, который рассечет надвое Аравийский полуостров и соединит воды Персидского залива с акваторией Аравийского или Красного моря.

Первоочередная цель проекта – создание надежного пути для транспортировки нефти в обход узкого Ормузского пролива, который в любой момент может быть перекрыт Ираном – основным геополитическим соперником Саудовской Аравии за влияние в регионе. Транспортировка нефти танкерами через внутреннее пространство Аравийского полуострова не только обеспечит его почти полную безопасность, но и серьезно сократит протяженность западного маршрута по сравнению с морским путем вокруг полуострова, а следовательно, и расходы.

Однако планы саудовских инженеров выходят далеко за транспортно-логистические рамки. По их замыслу, реализация проекта должна создать условия не больше и не меньше для «второго возрождения» Саудовской Аравии…

Прокладку 1000-километрового водного пути планируется начать на побережье Аравийского моря и продолжить по территории Султаната Оман и Йемена. Затем наступит наиболее сложный этап – работа в самой большой в мире песчаной пустыне Руб эль-Хали (араб. «Пустая четверть»), общая площадь которой составляет 600 тыс. кв. км. Залитые солнцем живописные дюны из красно-рыжего песка достигают высоты в несколько десятков метров и под воздействием ветров постоянно меняют свои очертания и местоположение. Идеально подходя для катания на песчаных лыжах, эти дюны создают серьезные проблемы для строителей.

Во время прокладки нефтепровода, например, траншеи, вырытые в этих местах, на следующее утро вновь оказывались засыпанными песком. Никем не контролируемая «миграция» огромных масс песка крайне затрудняет строительство любых объектов – трубопроводов, железных дорог и тем более водного пути. Эта проблема требует нестандартных инженерных решений.

Характерно, что именно в пустыне Руб эль-Хали, на расстоянии сотен километров от любых населенных пунктов, планируется построить и первые в Саудовской Аравии атомные электростанции. На сегодняшний день речь идет о 16–18 ядерных реакторах, которые позволят королевству сократить объемы нефти, все в большем количестве потребляемые тепловыми электростанциями и водоопреснительными заводами.

Предполагается, что реакторы будут располагаться на побережье целого ряда более мелких каналов, соединенных в единую водосистему, и будут производить около 50 гигаватт электроэнергии, а также миллионы кубометров опресненной воды. Оба ценнейших продукта будут использоваться в масштабах всей страны, в том числе и для снабжения будущих населенных пунктов и сельскохозяйственных ферм в некогда безжизненной пустыне. Предусматривается также строительство целых городов и поселков со всей необходимой инфраструктурой для строителей канала, сотрудников энергетических центров, аграрных и животноводческих ферм и ирригационных сооружений.

Строительство канала, которое с полным правом можно считать «проектом века», говорит в интервью саудовской газете «Оказ» инженер Эсмат аль-Хаким, будет способствовать превращению королевства из страны, которая на протяжении всей своей истории закупала за рубежом большую часть продовольствия, в экспортера продуктов питания. Что касается ядерной энергетики, то королевство, по его словам, намеревается стать «одним из лидеров мирного использования атома в регионе». Сама же пустыня Руб эль-Хали превратится «в край зеленых полей, рек и рукотворных каналов»…

Впервые проект прокладки рукотворного канала был опубликован в саудовском журнале «Аль-Мухандис» ( «Инженер») семь лет назад. Однако в то время, когда страна получала сверхприбыль от экспорта углеводородного сырья, он не привлек особого внимания, а кое-кому даже показался похожим на утопию. И совершенно иное звучание проект получил в наши дни, когда Саудовское королевство встало на путь реализации «Видения 2030» – крупномасштабного плана избавления страны от сырьевой зависимости и создания многоотраслевой экономики, основанной на современных технологиях и инновациях. План был предложен в начале 2016 года главой государственного Совета по экономике и развитию принцем Мухаммедом бин Салманом.

Суждено ли зыбучим пескам Руб эль-Хали превратиться в «цветущий сад» с рукотворными реками и атомными станциями, идет ли речь об «утопии» или реальном «проекте века»?

Ответ на этот вопрос может иметь вполне практическое значение и для России. Не исключено, что в соответствии с российско-саудовским соглашением о сотрудничестве в области мирного атома, подписанным в июне 2015 года в Санкт-Петербурге в ходе встречи президента РФ Владимира Путина и преемника наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Сальмана, около половины ядерных реакторов в королевстве будут возводиться с участием российских компаний. Переговоры между Москвой и Эр-Риядом на эту тему находятся в активной стадии. Эти вопросы обсуждались и на недавней встрече в Эр-Рияде глав энергетических ведомств России и Саудовской Аравии – А.В. Новака и Х. Аль-Фалеха.

Так неужели мы в будущем будем «догонять и перегонять» Саудовскую Аравию в технологическом прогрессе? Ну а о Китае уже и говорить надоело.

Возвращение удаленного сердца.

Настоящее медицинское чудо произошло в госпитале медицинского центра Кармель в Хайфе.

После сложнейшей десятичасовой операции сердце 28-летнего молодого человека, которое 2 года назад из-за хронической аритмии было заменено на искусственное, вернулось на свое прежнее место (сообщает блог Аркадия Красильщикова). Все это время сердце хранилось в местной лаборатории под наблюдением специалистов отделения сердечной хирургии, которым руководит доктор Офир Амир. Два года назад – до проведения операции по имплантации искусственного сердца, родное сердце пациента перекачивало лишь 15% общего объема необходимой крови.

В ноябре прошлого года на удаленном сердце были проведены эксперименты по его восстановлению и последующая ультразвуковая диагностика (эхография) – не-инвазивное исследование с помощью ультразвуковых волн протекающих в нем процессов. И оказалось – сердце, прожившее 2 года вне организма его обладателя, восстановилось, находится в полном порядке и готово к работе. Врачи предложили пациенту вернуть его родное сердце на свое место – сделать то, чего до сих пор никто в мире не делал.

Успех израильских врачей открывает невероятно важную страницу в медицине, в частности – трансплантации органов. Сегодня этот вид медицины страдает и от того, что трудно получить орган, который должен подходить по многим параметрам, а, во-вторых, велик риск того, что орган не подойдет. Если представить, что удастся существенно сократить время на восстановление удаленного родного органа, то появится возможность временной трансплантации, с последующим возвратом родного органа на прежнее место.

Прогресс, как известно, идет по спирали, каждый из витков которой знаменуется принципиальным изменением подхода к производству, что сразу отражается на объеме производимой продукции, ее качестве и доступности для потребителя. Когда-то – применение паровых машин на фабриках, потом – начало массового применения электричества, еще позже – изобретение конвейерного производства; на каждом из этих этапов производственная культура делала резкий рывок в стремлении удовлетворить растущие потребности потребителей. В наши дни таким фактором, давшим новый толчок прогрессу, стало распространение цифровых технологий – технологий 3D-моделирования, 3D-сканирования, объёмной печати и роботизации. Цифровые технологии изменяют саму концепцию производства, делая его дешевле, точнее, быстрее и удобней. Как это происходит сейчас и что изменится в будущем? Рассмотрим несколько примеров.

3D-моделирование и 3D-печать в медицине

Нет ничего важнее здоровья, и уже сегодня цифровые технологии становятся буквально незаменимы в этой области. 3D-моделирование и 3D-печать уже успешно применяются в сфере, где особенно важен индивидуальный подход и строгое соответствие создаваемого предмета анатомии пациента.

Уже сейчас так производят импланты, заменяющие пораженные кости и суставы. Просканировав область вмешательства и объединив данные с компьютерной томографией, врачи могут смоделировать и распечатать необходимый имплантат с точностью до долей миллиметра. После этого проверяется правильность геометрии полученного имплантата и происходит подготовка к операции на распечатанной по томографии пациента 3D-модели. Такие технологии уже несколько лет применяются во всем мире, а теперь и в России. Также, уже несколько лет создаются доступные бионические протезы дающие новые возможности людям с ампутированными конечностями.

Причем, применяется это не только для людей, но – для чего угодно.

Врачи распечатывают индивидуальные шины, ротезы и лангеты, фиксирующие конечности при лечении переломов – они намного более удобны в применении и комфортны для пациента, чем традиционный гипс. Применяют новые 3D-технологии также в стоматологии и челюстно-лицевой хирургии. Они позволяют с удивительной точностью планировать и проводить лечение, а также проектировать и создавать индивидуальные протезы и временные коронки как отдельных зубов, так и целых челюстных фрагментов. В стоматологии это происходит так:

Совмещается 3D-скан челюсти пациента с данными компьютерной томографии для высокоточного планирования размещения имплантата, с учетом качества кости пациента, расположения нерва и артерии.

Определяется размер и форма имплантата и требуемый угол его установки.

По этим данным, на 3d-принтере печатается хирургический шаблон, позволяющий не допустить врачебную ошибку при установке имплантата во время операции.

Печатается или фрезеруется временная коронка, для правильного заживления мягких тканей на послеоперационный период.

Печатается или фрезеруется постоянная металлокерамическая коронка из биосовместимого металла (титан или кобальт-хром).

Применяется 3D-печать и в ортодонтии – для создания элайнеров – приспособлений, исправляющих прикус, пришедших на смену неудобным и травмирующим брекет-системам. Причем, этот метод сейчас довольно сильно набирает обороты по всему миру, и я решил протестировать на себе одно из таких решений. Элайнеры оказались почти невидимы, но они действительно корректируют положение зубов и реально работают.

Но самым ожидаемым в медицине остается, конечно, 3D-печать живых органов. Широко известно напечатанное на 3D-принтере ухо, ведутся работы с клетками мышц, печени и кожи. В будущем, такие технологии позволят полностью восстанавливать (или хотя бы заменить на время!) поврежденные или утраченные ткани и органы.

Цифровые технологии уже широко применяются в производстве ювелирных изделий, бижутерии и аксессуаров. Трехмерное моделирование позволяет создать точный цифровой макет будущего изделия и распечатать сначала прототип, дающий мастеру возможность подержать в руках и доработать изделие заранее. После этого, печатается или фрезеруется модель из выплавляемого или выжигаемого воска/фотополимера, которая заливается гипсом для получения литьевой формы и выгорает (выплавляется) в процессе заливки, позволяя металлу заполнить форму и точно повторить малейшие нюансы будущего изделия.

Кроме того, уже есть 3D-принтеры, печатающие непосредственно драгметаллами, но пока цена порошка для таких машин слишком высока для постоянного применения.

В инженерном производстве уже давно и широко используются современные цифровые технологии, такие как CAD. Новый тренд этих технологий – в применении вместе с элементами автоматизации, – как часть промышленных роботов и автоматических станков.

Например, 3D-сканирование широко применяется в контроле качества, а 3D-печать, вместе с автоматизированными фрезерными и токарными станками, в производственных цехах. Уже существуют промышленные принтеры, способные создавать трёхмерные формы весьма внушительных размеров. Недалек тот день, когда созданный инженерами проект, представленный в цифровом виде, будет полностью воплощаться в жизнь промышленными роботами, без прямого дальнейшего участия человека.

В автомобильной промышленности в первую очередь, это создание CAD 3D-моделей и прототипирование. Сейчас этот симбиоз вышел на новый уровень – он из конструкторских бюро шагнул уже в производство.

Глобальная роботизация начинается как раз с автомобилестроения и армия роботов, пока – не без помощи людей, уже осуществляет сборку автомобилей на заводах. Уже есть примеры создания рам и кузовов, которые полностью напечатаны на 3D-принтере. Это относится и к тюнингу – молдинги, спойлеры, декоративные элементы, колесные колпаки. Что уж говорить об отдельных небольших элементах – функциональных деталях и деталях оформления, многие из которых не составит труда распечатать и на небольшом бытовом принтере.

3D-сканирование применяется и в ремонте, оно позволяет с высокой точностью диагностировать отклонения в геометрии кузова и легко создавать модели для последующей печати элементов на замену.

С развитием технологий объемной печати, позволяющих печатать сложные функциональные детали из многих различных материалов, могут появиться и полностью 3D-печатные автомобили, каждая деталь которых будет создана 3D-принтером.

Во всём мире ведутся эксперименты по применению 3D-печати в строительстве. В этой сфере технология применяется как при проектировании, где очень полезны промышленные 3D-сканеры и специальные программы, так и непосредственно в создании объектов. Специальные строительные 3D-принтеры печатают модульные блоки и целые здания из бетона.

Здесь наконец есть что сказать и о России, где одним из пионеров строительной 3D-печати стала компания Спецавиа, которая уже возвела уже несколько объектов этим методом. Строительная 3D-печать позволяет создавать объекты необычных и нестандартных форм, недоступные для обычного серийного строительства, при этом, производство происходит из стандартных смесей с применением армирования. В перспективе, возможно – в ближайшие десятилетия, мы увидим в работе агрегаты способные в считанные часы напечатать, например, небольшой коттедж полностью – от фундамента и коммуникаций, до флюгера на крыше.

Уходят в историю времена, когда архитекторам, при создании макетов зданий, приходилось пачкать руки клеем и дышать испарениями разрезаемого раскаленной проволокой пенопласта. Всё большее место занимает софт и технические устройства позволяющие намного удобнее и быстрее, а главное – точнее создавать макеты будущих объектов.

3D-принтеры способны распечатывать, в зависимости от размеров, части или целые макеты, с точностью, о которой раньше никто и не мечтал. Малейшие архитектурные элементы видны на них столь же отчетливо, как на уже построенных зданиях, а стоимость самих макетов становится ниже и скорость изготовления выше.

Есть технологии, позволяющие печатать сразу в цвете, причем не только из гипса или бумаги, но и из мультиматериального пластика, позволяющего печатать градиентами с разной степенью прозрачности. Применяются эти технологии и любителями, хобби которых – создание миниатюр, например – масштабных моделей различной техники, как стендовых, так и функциональных; и любителями авто– и авиамоделизма. Всё идёт к тому, что уже скоро, независимо от масштаба макета или модели, невозможно будет на глаз отличить их от настоящего объекта. Не считая явной разницы в размерах, конечно. 3D-печать идеальна для создания всевозможных полезных мелочей для дома. Хороша она для печати запчастей к сломавшейся бытовой технике, фурнитуры для мебели и многого другого. Можно создать с нуля игрушку для ребёнка, или скачать 3D-модель из интернета и придать ей уникальности в программе-редакторе. При этом, такая игрушка по себестоимости будет дешевле покупной и гораздо интереснее для ребенка, поскольку он будет вовлечен в процесс ее создания. Покупая такой инструмент, как 3D-принтер, домой, родители могут печатать хоть несколько разных игрушек в день: от простых до самых сложных и развивающих, благо, тысячи моделей уже доступны для бесплатного скачивания.

Можно и украсить свое жилье статуэткой любимого человека или себя самого – уже доступна услуга сканирования и печати 3D-портрета, как бюста, так и в полный рост. В том числе и полноцветного.

Постоянно разрабатываются всё новые и новые материалы для трёхмерной печати, обладающие всевозможными механическими и эстетическими свойствами, а 3D-принтеры и расходники постоянно дешевеют. Через несколько лет такой аппарат может стать неотъемлемой частью почти каждого жилища, как сейчас – телевизор. И неудивительно – полезность этого устройства в быту сложно переоценить.

Существует уже несколько серийно выпускаемых, и достаточно популярных при этом, пищевых 3D-принтеров. Одни из них печатают конфеты любой заданной формы из специального расходного материала. Такие аппараты, кроме расходного материала, почти ничем не отличаются от обычных 3D-принтеров. Есть и более специализированные. Например, английский Choc Creator печатает шоколадом как плоские картины (например, для оформления тортов), так и объемные объекты.

Универсальный принтер Foodini создан для печати еды из свежих продуктов. Конструкция позволяет загрузить в него несколько различных ингредиентов и получать на выходе разнообразные блюда (Фиш-н-чипс, например или полезных овощных динозавриков). Есть и специальный принтер для блинов, позволяющий напечатать блинчики и оладьи любой заданной формы. Он, кстати, и стоит относительно недорого, да и в обращении прост. Технология создания пищевых 3D-принтеров совершенствуется. Можно предположить, что в ближайшем будущем появятся недорогие и общедоступные кухонные 3D-принтеры, как специализированные, так и универсальные, в идеале – совмещенные с кухонным комбайном и/или духовкой.

Как мы видим, технологии цифрового производства распространились уже во все области деятельности человека. Это неудивительно, учитывая их полезность и относительную простоту работы с ними. Рынок аппаратов для 3D-печати и сканирования постоянно растет, а вместе с ним – разнообразие представленных моделей и материалов для печати. Всё время увеличивается качество работы 3D-принтеров – скорость печати и разрешение, диапазон применимых материалов и размеры рабочих областей. Цены же становятся всё ниже.

В ближайшие годы эта технология получит еще большее распространение и кардинально изменит представления о производстве вещей, делая их более доступными и уникальными. А это, если задуматься, скажется на культуре производства и потребления, неотвратимо изменяя облик повседневной жизни человека.

Рассмотрим в завершение последние разработки израильского ВПК, которые стали яркой иллюстрацией того, насколько арабо-израильский конфликт ускорил модернизацию армии Израиля. Уже сегодня уверенно можно сказать, что израильским военным из космоса хорошо видны хамасовские подземные тоннели из сектора Газа. Новый израильский спутник, запущенный на прошлой неделе, в буквальном смысле видит сквозь землю! И кроме этого появилось нечто специальное для любителей тоннелей из Газы — израильская компания EMI, специализирующейся на производстве взрывчатых веществ, разработала второе поколение системы Emulsion, позволяющей весьма эффективно справляться с ними: в землю впрыскиваются жидкие компоненты, каждый из которых по отдельности взрывобезопасен, но в земле они стекают в пустоты – тоннели, превращаясь во взрывчатку. Тоннелям и тем, кто ими пользуется можно будет посочувствовать.

Израильская компания «Rafael Defence Systems» представила не имеющую аналогов систему обнаружения самодельных взрывных устройств. Просто, как все гениальное! Беспилотник производит аэрофотосъемку местности, которая сохраняется в памяти системы после компьютерной обработки. Если на местности произошли любые изменения структуры грунта (система выявляет недавно перемещенный, взрыхленный грунт или перемещенные камни), то система пометит этот участок, как опасный, где вероятно заложена мина. Для выявления опасного участка достаточно 10 минут!

А теперь, для любителей пострелять в сторону аэропорта «Бен-Гурион»: Та же израильская компания «Rafael Defence Systems» представила систему «Звездное небо» – лазерную установку, нейтрализующую террористические ракетные атаки по самолетам. Система обнаруживает ракету, выпущенную из ПЗРК, и лазерным лучом выводит из строя ее электронные системы наведения. Аналогов подобной системы не существует. И, что интересно, среди стран, заинтересовавшихся израильской системой, был и Иран, вероятно вспомнивший времена сотрудничества с Израилем. Из вышеперечисленного видно, что израильский ВПК проводит работу для обеспечения ЦАХАЛа новейшими технологиями и оружием для противодействия сегодняшним угрозам. Угрозы Израилю не исчезают, но, как и в былые годы, наличие современного оружия помогает потенциальным противникам несколько охладить свои горячие головы.

США. Япония. Россия. Весь мир > Образование, наука > ecolife.ru, 12 декабря 2016 > № 2019634 Олег Фиговский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter