Всего новостей: 2549747, выбрано 239 за 0.152 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Великобритании: Налбандян Зураб (23)Скосырев Владимир (8)Минеев Александр (7)Брэнсон Ричард (6)Лукьянов Федор (6)Фаворов Петр (6)Кэмерон Дэвид (6)Яковенко Александр (5)Джонсон Борис (5)Аничкин Александр (5)Кругман Пол (4)Кокшаров Александр (4)Латынина Юлия (4)Польяни Массимилиано (4)Ананьева Елена (4)Тэтчер Маргарет (3)Швыдкой Михаил (3)Сорио Паскаль (3)Стуруа Мэлор (3)Чиркова Елена (3) далее...по алфавиту
Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668877 Борис Джонсон

Полный текст письма Бориса Джонсона об отставке и ответ премьер-министра

Кевин Роулинсон (Kevin Rawlinson), The Guardian, Великобритания

Вот полный текст письма Бориса Джонсона премьер-министру:

Дорогая Тереза,

прошло более двух лет с тех пор, как британский народ проголосовал за выход из Европейского союза, руководствуясь недвусмысленным и категоричным обещанием, что после этого он вновь получит в свои руки контроль над своей демократией.

Ему сказали, что он сможет управлять своей иммиграционной политикой, вернуть в Великобританию те деньги, которые на тот момент тратил ЕС, а, главное, получит возможность независимо и в соответствии с интересами граждан страны принимать законы.

Брексит должен быть выражением возможностей и надежды. Он должен быть шансом действовать иначе, быть проворнее, динамичнее, максимизировать конкретные преимущества Великобритании как открытой, заинтересованной во взаимодействии с другими странами глобальной экономики.

Но эта мечта умирает, задушенная напрасной неуверенностью в себе.

Мы отложили ключевые решения — в том числе подготовку к выходу из соглашения, как я утверждал в своем письме к Вам в ноябре прошлого года — и в результате мы движемся к полу-Брекситу, когда значительные области экономики все равно остаются заперты в системе ЕС, а у Великобритании нет никакого контроля над этой системой.

Сейчас представляется, что начало наших переговоров подразумевает согласие, что мы не сможем принимать свои собственные законы. Похоже, мы действительно вернулись назад по сравнению с февральской встречей в Чекерсе, на которой я рассказывал о своих беспокойствах, как мэр Лондона, пытаясь защитить велосипедистов от грузовиков. Мы хотели снизить норму уровня окон кабины, чтобы повысить видимость, и пусть даже такой дизайн уже был на рынке, пусть даже уровень смертности чудовищно вырос, главным образом, среди велосипедисток, нам сказали, что мы должны ждать рассмотрения законопроекта по этому вопросу в ЕС.

Таким образом, на предыдущей встрече в Чекерсе мы тщательно обсудили сложную процедуру отступления от правил ЕС. Однако даже сейчас это как будто не учитывается, и Великобритании не предоставляется права на инициативы. При этом, если Брексит хоть что-то значит, он, безусловно, должен предоставлять министрам и парламенту шанс действовать иначе, чтобы защищать граждан. Если страна не может принять закон, чтобы спасти жизнь велосипедисток, — когда это предложение поддерживается при этом на всех уровнях власти в Великобритании — то я не понимаю, как эта страна может по-настоящему называться независимой.

В то же время британское правительство потратило десятки лет в спорах против тех или иных директив, ссылаясь на то, что они были слишком обременительными или плохо продуманными. Теперь мы оказались в нелепом положении, утверждая, что мы должны принять огромные количества именно таких законов ЕС, не изменив их ни на йоту, потому что в этом состоит основа нашего экономического богатства, и при этом не имея возможности повлиять на законы во время их подготовки.

Таким образом, мы на пути к обретению статуса колонии, и вряд ли кто-то увидит в этом соглашении какие-либо экономические и политические преимущества.

Ясно также, что отдавая контроль над нашим законодательством в области товаров и сельскохозяйственной продукции (и, кстати, гораздо большего), мы столкнемся с гораздо большими трудностями в заключении соглашений свободной торговли. Далее при этом возникает еще одно препятствие: нам придется выступать за невероятно непрактичное и недостижимое соглашение.

Что вызывает еще большее беспокойство, это то, что это предложение исходит от нас. Именно так мы представляем конечную концепцию Великобритании до того, как вторая сторона сделала ответное предложение. Мы как будто отправляем в бой свой авангард с развевающимися над ним белыми флагами. Я был действительно обеспокоен, глядя на появившийся в пятницу документ, что могут быть допущены дальнейшие уступки в вопросе иммиграции, или что нам придется в результате платить за доступ на единый рынок.

В пятницу я понял, что на моей стороне в этом вопросе выступает меньшинство, и поздравил Вас с достижением согласия — по крайней мере, в кабинете министров — о том, как двигаться дальше. Как я тогда сказал, у правительства теперь своя песня. Проблема состоит в том, что я отрепетировал слова в выходные, а они застревают у меня в горле. Мы должны нести коллективную ответственность. Раз я не могу в здравом уме отстаивать эти предложения, я решил, что, к сожалению, мне придется уйти.

Я горжусь, что занимал пост министра иностранных дел в Вашем правительстве. И уходя, я бы хотел прежде всего поблагодарить терпеливых офицеров лондонской полиции, охранявших меня и членов моей семьи в сложных обстоятельствах. Я также горжусь удивительными мужчинами и женщинами в нашем дипломатическом ведомстве. За последние несколько месяцев они продемонстрировали, как много друзей есть у нашей страны по всему миру, когда 28 правительств выслали российских шпионов в рамках беспрецедентного протеста в ответ на покушение на Скрипалей. Они организовали весьма успешный саммит по делам содружества наций и заручились рекордной международной поддержкой кампании этого правительства за право 12-летнего качественного образования всех девочек и многих других пунктов. Когда я покидаю свой пост, у [министерства иностранных дел и по делам Содружества Наций] появилась самая эффективная дипломатическая сеть по сравнению с любой другой страной в Европе, на континенте, который мы никогда не покинем.

Борис Джонсон

Полный текст ответа Терезы Мэй, принимающей его отставку:

Уважаемый Борис,

Благодарю Вас за письмо, в котором Вы отказываетесь от поста министра иностранных дел и по делам Содружества Наций. Я сожалею — и немного удивлена — что получила его после результативных обсуждений, которые мы провели в Чекерсе в пятницу, и разработки всеобъемлющего, подробного предложения, согласованного вместе с кабинетом министров.

Это предложение воздаст должное результату референдума, и обязательствам, которые мы взяли на себя в манифесте, подготовленном ко всеобщим выборам, по выходу с единого европейского рынка и из таможенного союза. Это будет означать, что мы снова получим контроль над нашими границами, нашими законами и нашими деньгами и положим конец свободе передвижения, юрисдикции Европейского суда в Великобритании и эпохе, когда мы отправляли большие суммы денег налогоплательщиков в Европейский союз.

Вместо этого мы сможем потратить эти средства на наши приоритетные задачи: например, на повышение бюджета национальной службы здравоохранения на 20 миллиардов фунтов, а это означает, что вскоре мы будем тратить на 394 миллиона фунтов больше в неделю на нашу Национальную службу здравоохранения.

Как я подчеркнула в Чекерсе, достигнутое нами соглашение требует полной, всеобщей поддержки правительства Ее величества. Во время кампании по референдуму о ЕС, всеобщая ответственность по политике ЕС была приостановлена. Во время разработки нашей политики по Брекситу я предоставляла коллегам по кабинету министров широкие возможности выражать свою точку зрения. Но достигнутое нами в пятницу соглашение отмечает точку, когда это уже неуместно, и, если Вы не способны обеспечить необходимую нам поддержку в осуществлении этого соглашения в интересах Великобритании, Ваш уход является правильным решением.

В связи с этим я бы хотела выразить Вам свою благодарность за службу своей стране и консервативной партии на посту мэра Лондона и министра иностранных дел, а также за рвение, которое Вы продемонстрировали в глобальном продвижении Великобритании в мире, когда мы выходим из Европейского союза.

В уважением,

Тереза Мэй

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668877 Борис Джонсон


Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июля 2018 > № 2664950 Саймон Дженкинс

Если «Новичок» подбросила Россия, то где доказательства?

Об отравлении в Уилтшире никто ничего не знает, хотя мотив очевиден: поставить Путина в неловкое положение

Саймон Дженкинс (Simon Jenkins), The Guardian, Великобритания

Похоже, я единственный человек на белом свете, понятия не имеющий, кто отравил четверых человек в графстве Уилтшир. Мне говорят, что доступ к отравляющему веществу «Новичок» имеют только русские, хотя британская исследовательская станция Портон-Даун, расположенная в зловещей близости от Уилтшира, явно знает о нем очень многое. А так — я повторяю — у меня нет никаких догадок на сей счет. Мне кажется, я могу понять, зачем Кремль хотел убить бывшего шпиона Сергея Скрипаля и его дочь, чтобы другие не перебегали к врагу. Но почему он так долго ждал после бегства Скрипаля, и почему отравление произошло в преддверии столь политизированного события как чемпионат мира по футболу в России?

С момента совершения преступления прошло уже четыре месяца, а Скрипали до сих пор отрезаны от внешнего мира и находятся в «безопасном месте». От них не слышно практически ни слова. Тереза Мэй настойчиво обвиняет Россию. Она назвала этот инцидент «вопиющим и омерзительным», а МИ5 заявила о «наглом нарушении международных правил». Но я не понимаю, как можно составлять поспешное суждение, когда ни у кого нет никаких зацепок и улик.

А что касается причин, по которым тот же самый преступник или преступники решили убить пару, никак не связанную со Скрипалями и проживавшую в новостройке в Эймсбери, то здесь еще больше вопросов. Это похоже на какую-то весьма любопытную небрежность или неаккуратность. Может, жертвы получили дозу отравляющего вещества неподалеку от места первого отравления, находящегося в 12 километрах? А может, новое отравление является попыткой отвлечь внимание от первого? Или это дьявольский заговор, призванный показать, что «Новичок» можно купить на каждом углу, у любого наркодилера? А может, у одной из жертв по имени Чарли Роули есть дружки в Портон-Дауне? Либо же кто-то хочет выпендриться, или паникует, или ведет себя как полный идиот. Кто знает?

Поскольку ответов на эти вопросы у меня кот наплакал, я не считаю необходимым капитулировать перед политикой террора и страха. Я могу спокойно открыть дверь своего дома и не мыть потом руки с мылом. Я могу бесстрашно и безмятежно посетить Уилтшир и полюбоваться шпилем собора в Солсбери. Я могу побывать на месте захоронения Эймсберийского лучника из Бронзового века, загадку смерти которого от заболевания костей наконец разгадали ученые. Там, где отсутствует знание, блаженствует невежество.

Но это ни в коем случае не относится к министрам правительства, для которых незнание не является основанием для молчания. Министр внутренних дел Саджид Джавид (Sajid Javid) заявил, что «российскому государству пора четко объяснить, что произошло». Министр безопасности Бен Уоллес (Ben Wallace) ранее пришел к такому же заключению, заявив: «Русские разработали „Новичок", в прошлом они готовили программы заказных убийств, у них есть мотив, есть форма и утвержденная политика».

Как и Джавид, Уоллес «с большой долей уверенности» заявляет, что Россия виновна. Он говорит о «гневе», который испытывает в отношении российского государства. «Они решили использовать очень, очень токсичное и исключительно опасное оружие», а поэтому «обязаны рассказать нам, что произошло». Но поскольку Москва решительно отрицает свою причастность, трудно понять, как русские будут это «объяснять».

Мне кажется, что за три месяца, прошедшие с момента отравления Скрипалей, министры могли представить какие-то доказательства в обоснование своих обвинений. Я в полной растерянности и не понимаю, какие мотивы могли быть у Кремля, чтобы совершать убийства в чужой стране в преддверии, а уж тем более во время спортивного мероприятия, имеющего огромное значение для России с ее шовинизмом.

Безусловно, это могли быть наемники, необузданные личности или частные киллеры, действующие на огромном удалении от Кремля. Но кто знает? Самый очевидный мотив для осуществления таких атак был у тех, кто решил поставить в неловкое положение российского президента Владимира Путина. Скорее всего, это кто-то из его врагов, а не из друзей или подчиненных. Но опять же, у нас нет никаких зацепок.

Все, что мы видим, это изощренные методы новой международной политики. Мы видим поспешные суждения и выводы по заказу новостных СМИ. Мы видим террористические акты и убийства, совершаемые с политическими целями или для получения военных преимуществ. Министры спешно собираются в бункерах «Кобры». Социальные сети и фейковые новости превращаются в оружие. Да и спортивные мероприятия тоже.

Ситуация в спорте самая чудовищная. Мольба о том, что спорт должен быть вне политики, столь же безнадежна, как требование об исключении из него коррупции и мошенничества. Сама фраза «международный спорт» насквозь пропитана политикой. А зачем еще политикам осыпать спортивные праздники и состязания деньгами налогоплательщиков? Как сказал бы прусский генерал Карл фон Клаузевиц, такие мероприятия являются продолжением войны иными средствами. Вы только посмотрите, с каким непристойным злорадством британская желтая пресса встретила новость о том, что Германия выбыла с чемпионата мира.

Ни один политик, ни один государственный руководитель, удостаивающий своим присутствием международное спортивное мероприятие (включая то, которое в целях самовосхваления проводит Россия), не может делать вид, что его участие в нем никак не связано с политикой. Отсюда и давление на Терезу Мэй, чтобы она бойкотировала чемпионат мира в связи с отравлением в Уилтшире (ну, это если она вообще собиралась ехать в Россию).

Из всего этого есть простой выход. Пока мы барахтаемся в трясине с «Новичком», не имея ни малейших доказательств, к этим преступлениям надо относиться как к покушению на убийство местного масштаба. Их нужно отделить от глобальных силовых игр, от политического позерства и от футбольных матчей. Это дело полиции Уилтшира и ее советников.

Если со временем не появятся доказательства причастности Москвы, политики окажутся в дураках. Если это действительно российский заговор, то гневаться надо тогда, когда он будет доказан. А пока я рекомендую теннис.

Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июля 2018 > № 2664950 Саймон Дженкинс


Россия. Великобритания > Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 июня 2018 > № 2666641 Сергей Брилев, Бернард О’Коннор

«Нелегалы» наоборот. Многоликая француженка

Сергей Брилёв, Ведущий программы «Вести в субботу» (телеканалы «Россия-1» и «Россия-24»), кандидат исторических наук

Бернард О’Коннор, Британский историк и писатель

Первая часть статьи опубликована в журнале «Международная жизнь» №3, 2018.

Эта статья - продолжение расследования о том, кем на самом деле были заброшенные в 1941-1943 годах через Англию в Западную Европу советские разведчицы «Мария Диксен», «Елена Никитина», «Эмилия Новикова», «Анна Успенская» и «Анна Фролова» (так их звали, согласно советским паспортам, по которым они сходили на британский берег).

Когда российский соавтор этой статьи узнал от своего британского коллеги те отрывочные детали их биографий, которые смогли выяснить для себя британские спецслужбы, то первая реакция была: «Если в Британию их и командировала советская разведка, то нашли их явно в Коминтерне».

Со временем МИ-6 и британское Управление специальных операций (SOE) выявили, как им показалось, истинные имена этих девушек. Когда мы переслали эти имена в Российский государственный архив социально-политической истории (где хранятся рассекреченные личные дела сотрудников Коминтерна), то почти сразу получили ответ. Из пяти имен в РГАСПИ немедленно обнаружились три, а после углубленного изучения документов - все пять.

В нашей предыдущей публикации мы уже рассказали об «Анне Успенской» (про которую теперь на все 100% можем сказать, что она была варшавянкой Шифрой Липшиц) и о «Елене Никитиной» (в которой мы теперь и по российским источникам узнали уроженку Судет Эльзу Ноффке).

Главное доказательство - их фотографии из британского Национального архива (TNA) и РГАСПИ, на которых совершенно очевидно изображены одни и те же девушки.

Третьим сразу же совпавшим именем была «Анна Фролова»/Франсин Фромон. Но ей мы посвящаем отдельную статью: настолько тема установления ее личности и ее боевого пути много более запутанная. А временами, скажем так, даже щекотливая.

Где фотография?

В рассекреченной послевоенной переписке британской разведки МИ-6 есть ссылки на имевшееся у британских спецслужб фото и «Анны Фроловой», сделанное тогда, когда она была в Англии и еще только готовилась к переброске в Западную Европу, оккупированную немцами. Но к этой переписке фотокарточка приобщена не была. Возможно, она хранится в одной из тех папок, которые до сих пор не рассекречены. Не будем исключать и той вероятности, что британский соавтор еще не выявил все уже рассекреченные материалы в британском Национальном архиве.

В обнаруженном российским соавтором деле Франсин Фромон в РГАСПИ фотография есть. Но в том-то и дело, что ее не с чем сравнить. Как следствие, в данном случае мы не обладаем «железобетонными» визуальными доказательствами.

Тем важнее для нас было докопаться до истины.

Обо всем по порядку.

Маленькое чудо?

К середине февраля 1942 года зима отступила и в Арктике. На одном из судов, возвращавшихся из северных конвоев в Британию, прибыли 25-летняя «Анна Фролова» и два ее спутника. Прибыли они на судне «Аркос» через Исландию, на британский берег сошли 8 февраля в шотландском порту Лох-Ю. В соответствии с договоренностью между разведкой НКВД и британской SOE, вскоре, 3 марта на рассвете, они были парашютированы из Англии во Францию. Что было до и после?

В действительности то, что это произошло, - уже где-то чудо. Ведь в декабре 1941 года в переписке между SOE, МИ-6 и Форин-офисом возник такой сюжет: «Де Голлю не нравится идея заброски во Францию агентов НКВД»1. До этого в допуске советских агентов на территории своих стран отказали правительства в изгнании Швейцарии, Югославии и Испании.

Но на с отправку во Францию этой советской опергруппы в SOE все-таки решились. Иначе русские могли «полностью потерять веру в честность наших намерений»2.

Подготовка операции «Ром»

Изначально и эта группа должна была называться по напитку - «Брэнди». Но тут в Лондоне вспомнили, что операция под таким названием уже шла в Нидерландах.

Переименованная в «Ром» группа уже по прибытии в Британию имела на руках советские и французские паспорта. По советским паспортам мужчины были - 31-летний «Иван Данилов» и 39-летний «Григорий Родионов». Эти же мужчины по своим французским документам числились соответственно «Жорж Робино» и «Пьер Дандан». Девушка была, по советскому паспорту - 25-летняя «Анна Фролова». По французскому - «Аннетт Фоберж».

Через Эдинбург к 12 февраля всю группу привезли в Лондон и разместили в отеле «Родезия Корт». И почти сразу - выезд за город. Но это оказалась никакая не экскурсия, как поется в английском гимне «Иерусалим», по «зеленой и приятной земле». Эту землю они видели сверху. А именно: члены группы «Ром» учились прыгать с парашютом. Сначала прыгали с воздушного шара, потом с самолета. Лучше всего прыжки дались «Родионову», но, как написали в своем отчете британские кураторы, и «Анна Фролова» показала «хороший дух» (то есть «твердый характер» - Авт.)3.

С 26 февраля 1942 года группа - по еще одному адресу в «белокаменной» части Лондона: номер 40 по Портчестер Корт. Это, в свою очередь, неподалеку от посольства СССР у Кенсингтонского дворца и открытого представительства НКВД на Кэмпден-Хилл. Там их ждали новые документы (в частности, «Анна Фролова» - «Аннетт Фоберж» получила теперь имя «Жанна Клод Гарньер»; как мы еще покажем, такая частая смена имен ей была уже привычной). Там же советским разведчикам выдали одежду, подходящую для Франции (до глобализации было еще далеко), и, согласно британским записям, обменяли привезенные ими из СССР 500 американских долларов и 85 шведских крон.

Обменяли на франки. Почему не на рейхсмарки? В отличие от «Успенской»-Липшиц этой девушке и ее товарищам предстояло быть сброшенными не над оккупированной, а над вишистской Францией - у Монпелье на берегу Средиземного моря.

Но это мы опять забежали вперед.

Пока группы была в Англии, про «Анну» англичане сразу поняли: она-то точно никакая не русская.

«Привлекательная француженка»

Из характеристики на «Анну Фролову» от британских спецслужб: «Привлекательная француженка; очень жесткая, так что было невозможно выведать какие-либо факты из ее предыдущей жизни… Ее багаж был осторожно проверен, и из найденной фотографии мы поняли, что она была замужем и родила сына осенью 1939 года»4

Ряд британских авторов так впечатлились этой записью, что в их подвергшихся литературной обработке рассказах можно встретить, например, такое: «Она была первой в списке заходивших на борт улетавшего самолета и, наверное, думала о своем ребенке»5. Но хотя мы и сами в этой серии статей о советских «нелегалах» наоборот позволяем себе некоторые «литературные экзерсисы», в данном случае уточним: личное дело Фромон в архиве Коминтерна6 никаких сведений о детях не содержит. Впрочем, всего мы действительно не знаем…

В то же время, даже не выяснив для себя тогда ее настоящее имя, где-то уж и как-то уж британские спецслужбы ее разговорили. Иначе откуда в той же справке содержится утверждение: «По роду занятий она была стенографисткой и раньше жила в Париже»7.

В данном случае сведения о «Фроловой» из бумаг в TNA и сведения о Фромон из РГАСПИ совпадают полностью. Сопоставим то, что еще нам стало известно.

В автобиографии для Коминтерна она писала, что является дочерью механика Альбера Фромона8. Согласно данным мемориального портала французского Сопротивления «Le Maitron», мать была «[просто] домохозяйкой»9. Но! Начальник Франсин по Коминтерну (о его личности чуть позже) уточнит: «Ее отец погиб от рук полиции в Париже, а мать - от пыток нацистов; семья героев!»10.  Из публикаций ее начальника и из материалов на портале «Le Maitron» известно и о судьбе ее брата Марселя: он погиб на фронтах Гражданской войны в Испании.

Но вернемся к ней самой. Родилась она 2 октября 1917 года, как уточняют французы, не просто в Париже, а в его 19-м районе. В 1933 году (то есть, получается, в возрасте 15-16 лет) Франсин вступает во французский Коммунистический союз молодежи (КСМ), становится кассиром его ячейки, а потом и райкома в округе Париж-Восток.

В справке из ее личного дела за подписью Вилкова и Благоева говорится, что «в феврале 1935 г. [она] была избрана для участия в рабочей делегации в СССР»11. Но это обернулось много большим, чем просто ознакомительная поездка в первое государство рабочих и крестьян. А именно: прибыв в Москву, она остается в Советском Союзе. Уже 7 октября 1935 года ее прикрепляют к закрытой поликлинике №1 НКЗ РСФСР (из ее диспансерной карточки узнаем, что она «не курит, не пьет»12), а с 4 ноября 1935 года она числилась машинисткой в Отделе переводов ИККИ. То есть она начинает в Москве новую карьеру. И, похоже, очень быстро это стало чем-то большим, чем механическое стучание по клавишам пишущей машинки.

Радистка или нет?

Согласно западным данным, она училась в Международной ленинской школе (МЛШ), где, в частности, изучала радиодело.

В справке Вилкова - Благоева действительно есть упоминание о том, что целый год (с ноября 1935 по ноябрь 1936 г.) она «училась в МЛШ на секторе КИМ’а»13 (то есть Коммунистического интернационала молодежи). Но об обучении радиоделу в документе ни слова.

Поэтому документально версия о том, что «Фролова» - Фромон изучала радиодело, не подтверждается. И все же эта версия имеет право на существование. Уже очень скоро про Франсин Фромон ее кураторы в Москве написали: «Заключение. На основании материалов, которыми располагает Отдел Кадров, и на основании личного ознакомления с т. ФРОМОН, считать ее заслуживающей доверия партии и ИККИ и возможным ее использование на зарубежной работе»14.

Псевдонимы, псевдонимы

К 1940 году в документах Коминтерна упоминается ее псевдоним (в документах - «кличка»): «ДЮПОН Мадлен»15. А 5 февраля 1941 года Франсин Фромон покидает СССР по французскому паспорту на имя «ЛАГРАНЖ Одетт Марии». При этом внутренняя переписка Коминтерна показывает, как ей создают «легенду». А именно: вновь испеченной французской иммигрантке «Лагранж» требуется иметь на руках вид на жительство в СССР, который она должна показать во французском посольстве в Москве. В этой связи ей организовывают штамп о прописке по адресу: Н.Кисловский переулок, дом 3.

К сожалению, из бумаг, имеющихся в РГАСПИ, непонятно, в какую страну она была направлена в 1940 году. Возможно, что-то есть в закрытых картотеках СВР. Впрочем, даже если эти архивы останутся «за семью печатями», мы уже и сами выяснили, где она была до этого.

Первый выезд из СССР - в январе 1937 года. В тот период Фромон - член Национального комитета организации молодых девушек Франции, секретарь окружкома этой организации в округе Париж-Восток, а также член окружкомов КСМ и ФКП. Но ее освобождают от этих обязанностей в апреле 1938 года «в связи с характером той работы, которую она вела с т. Аллардом»16.

Пожалуй, это самая важная новая деталь, которую мы обнаружили в ее личном деле в РГАСПИ. Деталь, которая и позволила нам потянуть еще одну «ниточку». Деталь, которая вывела нас на понимание того, что в 1942 году через Исландию и Британию во Францию была заброшена, наверное, самая опытная разведчица - участница операции «Ледоруб».

Итак, «характер той работы, которую она вела с т. Аллардом». Кто это?

Предвоенная навигация

На самом деле и «Пьер Аллард» (Pierre А1lard) - псевдоним. Еще этот человек был известен как Sergio Toscani и Jacques Martel17. В действительности - Джулио Черетти (Gulio Ceretti). После войны - депутат итальянской Конституционной ассамблеи и даже министр недолго просуществовавшей коалиции итальянских христианских демократов и коммунистов (1947 г.). Под конец жизни - сенатор Итальянской Республики. И, кстати (очень по-итальянски), «один из всегда прекрасно одетых людей». Но кем он был в 1930-1940-х?

В капитальном труде «Организационная структура Коминтерна» читаем, что на пике войны, в 1943 году, он заведовал итальянской редакцией радиовещания в Отделе печати и радиовещания. Конкретно он руководил вещавшей из Москвы радиостанцией «Свободный Милан». А до войны, когда с ним работала Фромон? Что мы знаем о том отрезке его жизни?

Во-первых, отнюдь не формальная деталь, которая нам пригодится позже. Черетти - тосканец. Родился в 1903 году поблизости от Флоренции.

Во-вторых, сначала он состоял в Итальянской компартии, но потом работал с итальянцами-иммигрантами в Марселе и Лионе. По этой причине в 1932 и 1937 годах он, итальянец, избирался в ЦК Компартии не Италии, а Франции.

В-третьих, и самое интересное для нас то, что он был еще кáк вовлечен в дела вокруг Гражданской войны в Испании.

Сначала он всего-то скромно «основал в Париже комитет помощи испанскому народу и инициировал контакты с аппаратом Коминтерна, ответственным за испанские дела». Но уже очень скоро Аллард-Черетти, «месье Пьер», возглавил компанию «Франс-Навегасьон», которая занималась поставками по морю оружия для испанских республиканцев, а потом вывозила в СССР золотой запас Испанской Республики. В следующие три года оборот компании возрастет в 50 (!) раз и она станет четвертой во всей Франции!

Естественно, хозяин такой компании должен был выглядеть респектабельно и даже шикарно! Вот откуда фраза про то, что он хорошо одевался. Также и про его бывшую подчиненную Фромон в отчете британских спецслужб читаем: «Судя по ее одежде, она состоятельна и принадлежит к буржуазному классу. Она стала бы хорошим агентом и успешно прошла бы любую обычную полицейскую проверку»18. Как мы знаем, из класса она была ни из какого не из буржуазного. Но при Алларде - научилась.

Теперь сравним не только описания того, как выглядели Фромон и Черетти, но и ключевые даты.

Итак, основание силами Коминтерна компании «Франс-Навегасьон» приходится на 15 апреля 1937 года. И, как мы помним, именно в том же году, в январе, Фромон покинула СССР для работы с «товарищем Аллардом». Вот чем она занималась в Европе в ту свою командировку. Как следует из сухой справки в ее личном деле, она работала с «Аллардом» в качестве «сначала… машинистки, затем секретаря-администратора»19. А еще… В той же справке говорится, что под началом Алларда она освоила «банковско-финансовые операции» и - главное! - получила «навыки конспиративной работы». В материалах мемориального портала французского Сопротивления это называется «деликатная миссия».

Мы решили внимательно изучить мемуары самого Алларда-Черетти. Первый раз Фромон возникает в его книге неожиданно: Черетти пишет, что 19 августа 1939 года он получает приказ перебраться из Франции в Бельгию, где одним из самых сложных заданий было наладить поставку и распространение пропагандистских листовок. И тут в его мемуарах впервые мелькает та, кто эти поставки наладила - (эффективная и эффектная; и об этом - чуть позже) Фромон20.

Что еще мы узнаем из этих мемуаров и из их сопоставления с другими источниками?

В мемуарах Черетти имя Франсин Фромон появляется, когда он описывает критически важный этап своей политической работы. Точнее, сам Черетти обозначает лишь временной отрезок, но из мемуаров его современника про тот период его жизни известно следующее: «О пакте между Гитлером и Сталиным он узнал, находясь в Париже: «Наша борьба против Гитлера и Муссолини была не просто борьбой, нет, эта борьба была нашим кровным делом. Жестоким было теперь пробуждение, вызванное пактом, подписанным в советской столице. Нет, нас не то чтобы растормошили, прогоняя сон, нам будто нанесли тяжелый удар в лоб, как на скотобойне…» В этой ситуации оставалось только верить в Советский Союз»21. От себя добавим: и оставалось полагаться на Франсин Фромон? И мы-то уже знаем: вместе они работали еще с зимы 1937 года.

Однако в его мемуарах она впервые появляется летом 1939-го. Конспирация? Следствие работы подпольщиками? Возможно. Но не прячется ли за этим еще и романтическая связка, которая могла помочь в самых сложных обстоятельствах? Намеки - есть.

Ну, например, Черетти пишет про имя «Флоренс», каким Франсин назовется, будучи схваченной и брошенной в застенки во Франции в 1943 году. Мол, так она назвалась во имя его, Черетти, родной Флоренции. Или, например, в справке из архива правительства Ее Британского Величества читаем: «По неизвестным нам причинам она покинула Францию и в 1940 году переехала в Копенгаген, откуда проследовала в Россию»22. А из мемуаров Черетти узнаем, что там, в Копенгагене, он попадает в лапы немцев, пытаясь спасти именно Франсин. При этом в отношении Фромон «товарищ Аллард» так и сыплет довольно смелыми комплиментами: «идеальная фигура», «девушка без комплексов» и т. п.23

Было ли восхищение взаимным? Это мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Но что мы знаем точно?

Ее мужчины

Фромон принадлежала к той, конечно же, невероятной когорте девушек-коммунисток (наверное, позволительно сказать даже фанатично настроенных коммунисток), для которых личное было если даже не общественным, то непонятно, на каком месте.

Например, в справке из ее личного дела в архиве Коминтерна за 16 августа 1940 года уточняется: «Ее первым мужем был ВЕЦЛАНД Морис, член КП Франции, сын русского и литовки, разошлась с ним, так как при проверке партия пришла к заключению, что он не заслуживает доверия»24.

Согласимся: с позиций сегодняшнего дня, это - нечто немыслимое: расстаться с человеком, потому что он не заслуживает доверия не у тебя, а у партии! О, времена!

Как бы то ни было, Франсин Фромон мужчин явно восхищала и даже завораживала.

А вот здесь - внимание!

Во-первых, в прибывшем вместе с «Анной Фроловой» в Британию «типичном французе буржуазного типа»25, то есть «Григории Родионове», в SOE/МИ-6 после войны числили виднейшего французского коммуниста Рэймона Гюйо. И не ошиблись: было опять же достаточно сравнить фотографии (до войны он был депутатом Национальной ассамблеи, а в 1959 г. даже стал сенатором).

Собственно, как раз такие открытия потом заставили британцев задним числом переживать: им же стало понятно, что из СССР через Британию засылались не только и не столько диверсанты, сколько политработники. Примечательно послевоенное заключение, составленное не кем-нибудь, а Кимом Филби: «Сам по себе материал не очень интересен, но анализ действительно подтверждает, что во время войны НКВД работал в тесном сотрудничестве с распущенным Коминтерном»26. Минимум, во второй части этого предложения Филби написал своим британским коллегам правду.

А, во-вторых, в послевоенной переписке британских спецслужб «Фролова» идентифицирована британцами как «GUYOT Fernande Josephine Nee RICOL»27, то есть супруга Гюйо.

С одной стороны, британцы могли просто ошибиться. В Лондоне и сами признавали такую вероятность. Хотя… Вопрос, конечно, щепетильный. Может быть, будучи в командировке и далеко от жены, и Гюйо «положил глаз» на свою спутницу, а она ответила взаимностью, чему британцы и стали свидетелями?

С другой стороны, мы же помним, как после войны советский разведчик Фишер назвал себя «Абелем», чтобы запутать американское следствие и сигнализировать Москве, что его истинное имя не раскрыто. Вот и в случае с девушкой, которую в 1943 году взяли во Франции… 

На съемке, произведенной съемочной группой ВГТРК, видно: на ее могиле значится «Франсин Фромон», а под этим именем написано: «Пала за Францию»28. Да, имя Фромон присвоено улицам, детскому саду и колледжу, и там знают, что это она – первая француженка, сброшенная с парашютом из Англии. Но! Ни в каких известных нам документах не значится, что  Фромон - это «Фролова»… Больше того, в недавно вышедшей в Англии книге о штурмбанфюрере СС Хорсте Копкове (захватив которого, британские спецслужбы и узнали многое о судьбе агентов, заброшенных в Европу, но схваченных немцами) выдвигается предположение, что Франсин не погибла, а продолжила работу во Франции уже после войны.

Агент или сотрудник?

Кто бы ни покоился в могиле во Франции, история мадмуазель Фромон - все равно особая.

Вернемся к тому, как она (в том случае точно она) оказалась в 1940 году в Дании, подвергшейся немецкой оккупации.

Спасало ее и «товарища Алларда» консульство СССР в Копенгагене: советские дипломаты «вытащили» их из тюрьмы, снабдили выездными документами и отправили в СССР. В ее «Свидетельстве на возвращение», в варианте на французском языке она названа «гражданкой РСФСР и СССР»29. В варианте на русском языке прямо говорится, что основанием выдачи «Свидетельства на возвращение» является то, что она «принята в советское гражданство»30.

Если так, то, согласно терминологии советской/российской разведки, она была уже не завербованным «агентом» из числа иностранцев, а штатным «сотрудником» из числа собственных граждан.

Как бы то ни было, почему же теперь и российский соавтор этой статьи склонен думать, что из СССР в Шотландию была направлена именно Фромон?

В этом смысле принципиально важными являются записи из дневника генерального секретаря Коминтерна болгарина Георгия Димитрова. До сих пор в западных публикациях не было всего массива. Здесь - весь. Итак:

Впервые начальник советской разведки Павел Фитин появляется у Димитрова 20 августа 1941 года. Далее:

«10.10.41 - Совещание с французами. - Решили отправить во Фр[анцию] Раймонд, Дениел и Фромонт»31 (так в тексте. - Авт.).

Через три дня: «13.10.1941 Фитин у меня. Договорились об отправке через Лондон во Францию франц[узской] тройки»32.  

И финальная запись на эту тему из того же дневника от 31 октября 1941 года:

«Гюйо и Фромон уезжают по линии Фитина в Лондон для нелегальной переброски во Францию. Дал им соответствующие указания. Также 6000 фр[анцузских] фр[анков] и 1050 амер[иканских] долларов»33.

И пусть указанные в дневнике Димитрова суммы в иностранной валюте отличаются от той, о которых мы читали в документах SOE. Сами по себе имена совпадают. Это были Гюйо и Фромон.

…Группа «Ром», в которую входила «Анна»-«Аннетт»-«Жанна», была готова к переброске во Францию к 3 марта 1942 года. Везли они с собой и портативную радиостанцию. На аэродром группу привезли сотрудник НКВД Торопченко и представители SOE Доддс-Паркер и Милнес-Гаскелл.

В темную безлунную ночь с 3 на 4 марта группа взлетела из Англии на самолете «Уайтли». За штурвалом был чех Л.М.Андерле. Согласно бортовому журналу, на высоте 6500 футов самолет преодолел горы в центральной Франции, а с высоты в 600 футов рядом с Монпелье были сброшены три человека и два груза. Все пять парашютов раскрылись.

…Франсин продержалась долго: до июля 1944 года. Но и ее сдали коллаборационисты. Расстреляли ее 5 августа 1944 года.

Некоторые выводы. Что думать?

В серии статей для «Международной жизни» мы уже намекнули на то, как необычно после войны шло изыскание материалов о том, что же случилось с союзными агентами, засланными в Европу, оккупированную тогда нацистами. Так что это было? Это - отдельный рассказ.

Под конец этой статьи упомянем один факт-намек. Во-первых, советская разведка перехватила такой британский меморандум: «Фактически противоречия между Британией и Советским Союзом так же велики, как между Британией и Германией. Не сомневаемся, что Советская Россия является нашим другом только до тех пор, пока она может извлечь пользу из этой дружбы».

Согласимся: проведенный нами перекрестный анализ рассекреченных материалов из британского Национального архива и РГАСПИ уже дал ответы на несколько вопросов, на которые, исходя из своих правил, нам бы не дали ответы ни в МИ-6, ни в СВР. Они и не дали. Но мы эти ответы получили сами. А подвиги этих девушек во имя мира в Европе были таковы, что нам надо знать о них побольше.

 1TNA HS 4/342. December, 15. 1941.

 2TNA HS 4/336. February, 19. 1942.

 3TNA HS 4/342.

 4TNA KV 2/2827.

 5Gordon Thomas, Greg Lewis. Shadow Warriors: Daring Missions of World War II by Women of the OSS and SOE // http://www.logobook.ru/prod_show.php?object_uid=13335486

 6РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853.

 7TNA KV 2/2827.

 8РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 58.

 9http://maitron-fusilles-40-44.univ-paris1.fr/spip.php?article24419

10 Cerreti Giulio, сon Togliatti e Thorez. Quarant'anni di lotte politiche, Milano, Feltrinelli, 1973. P. 208.

11РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 20.

12Там же. Л. 18.

13Там же. Л. 20.

14Там же. Л. 21.

15Там же. Л. 16, 20.

16Там же. Л. 20-21.

17Festorazzi Roberto. Ecco l’uomo di Mosca che rapinò l’oro di Spagna // Il Girnale // http://www.ilgiornale.it/news/interni/diario-inedito-longo-4-puntata-1013581.html?mobile_detect=false

18TNA KV 2/2827.

19РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 20.

20Cerreti Giulio, сon Togliatti e con Thorez. Op. cit. P. 207.

21Ceretti Giulio: A L'Ombre des deux T. Julliard. Paris, 1973. P. 196.

22TNA KV 2/2827.

23Cerreti Ceretti, сon Togliatti e con Thorez. Op. cit. P. 208.

24РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 21.

25To Miss Bagot. 27.12.1946. TNA KV 2/2827.

26Philby to R.Hellis. TNA KV 2/2827.

27TNA KV 2/2827.

28Брилев С., Попова А. Генерал Фитин возвращается в историю. Сюжет в программе «Вести в субботу» телеканалов «Россия-1» и «Россия-24» от 07.10.2017 // https://www.vesti.ru/videos/show/vid/732323/

29Certificat de Rapatriement dans l’Union des Republiques Sovietiques Socialistes №06206. Личное дело №6853. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 54.

30Свидетельство на возвращение в Союз Советских Социалистических Республик №06206. Личное дело №6853. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 52.

31РГАСПИ. Ф. 495. Оп.195. Ед. хр. 1 (VII часть). С. 161. Л. 293.

32Там же. C. 294.

33Там же. C. 311.

 
Россия. Великобритания > Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 июня 2018 > № 2666641 Сергей Брилев, Бернард О’Коннор


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Химпром > mid.ru, 29 июня 2018 > № 2666966 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова британскому телеканалу «Канал 4», Москва, 29 июня 2018 года

Вопрос: Как стало известно, в Хельсинки пройдет саммит, на котором ожидается встреча президентов России В.В.Путина и США Д.Трампа. Это проявление того самого «постзападного» мирового порядка, о котором Вы говорили ранее? Этот миропорядок уже существует?

С.В.Лавров: Вы знаете, я считаю, что в пост-западном мире мы живем уже сегодня, но его формирование еще не закончилось, потребуется еще много времени. По сути, это целая историческая эпоха. Определенно, после почти пяти столетий доминирования так называемого коллективного Запада, не так уж и просто адаптироваться к новым реалиям – теперь есть и другие экономические и финансовые, политические центры силы. Это Китай, Индия, Бразилия. Кроме того, африканские страны будут играть все более значимую роль, как только они разрешат, по крайней мере, часть существующих на континенте конфликтов. Россия, конечно же, хочет быть независимым игроком на международной арене в том смысле, что мы не хотим подрывать международное право, однако те решения, которые мы будем принимать на основании положений международного права, не будут сформированы с оглядкой на какое-либо давление, финансовый фактор, санкции, угрозы и что бы то ни было еще.

Вопрос: И строит этот новый миропорядок Россия, так?

С.В.Лавров: Не Россия создает новый мировой порядок – этот процесс продиктован естественным историческим развитием. Нет смысла надеяться на то, что новых игроков, сильных экономически и финансово, можно сдержать. Нельзя игнорировать их роль в мировой торговле и глобальной экономике. Сейчас предпринимаются попытки этот процесс замедлить через новые тарифы и санкции, которые так или иначе нарушают принципы ВТО. Такая реакция вполне ожидаема – на лицо попытки сдержать формирование новой объективной реальности, которая не зависит ни от одного руководства какой-то страны.

Вопрос: Но Европе-то есть чего бояться в том миропорядке, который Вы только что обрисовали и который включает разные категории стран. Но о странах ЕС Вы ничего не сказали – будут ли они его частью? Или у членов ЕС есть причины для беспокойства?

С.В.Лавров: Что касается ЕС, то, конечно, они часть того самого коллективного Запада, и в его рядах теперь и некоторые восточноевропейские страны. Но Европейский союз, без сомнения, очень важная составляющая любого мирового порядка. Что касается Российской Федерации, для нас ЕС – крупнейший торговый партнер, и это несмотря на все события и ту печальную ситуацию, которая сформировалась из-за неправильной интерпретации понятия государственного переворота. С 2014 г. объем торговли между Россией и ЕС снизился на 50%, однако он все равно составляет более 250 млрд долларов. ЕС – наш главный торговый партнер, если мы возьмем весь союз в целом, как одну единицу.

Сейчас Европейский Союз борется за то, чтобы не затеряться в формирующемся миропорядке, и дается им это не так уж просто. Причина в том, что ЕС во многом полагается на США, и многие члены союза хотели бы и далее сохранить такое положение дел. Но есть и другие страны, они считают, что ЕС должен быть несколько более самодостаточным, например, в военных вопросах. Стоит упомянуть инициативу Франции, Президента Э.Макрона, и Германии по наращиванию своего собственного европейского оборонного потенциала. Это и есть одно из проявлений того, о чем я говорю.

Я наблюдаю за событиями саммита ЕС, который сейчас проходит, в частности, за дискуссиями по миграционным вопросам. У меня появилась интересная мысль касательно отношений НАТО и ЕС. Страны НАТО активно бомбили Ливию, превратив ее в своего рода «черную дыру», из которой потоки нелегальных мигрантов устремились в Европу. А теперь ЕС вынужден «убирать» за НАТО.

Вопрос: Вы упомянули действия НАТО в Ливии, а как же вмешательство России в Сирии? Это также причина исхода миллионов мигрантов.

С.В.Лавров: У меня есть контраргумент. Действия России в Сирии основываются на официальном запросе со стороны легитимного правительства страны, которое признается в качестве официального представителя Сирии в ООН. Официальное приглашение было получено в сентябре 2015 года – спустя четыре с половиной года после начала в Сирии «арабской весны». К моменту, когда мы пришли на помощь легитимным властям страны, основная часть беженцев уже покинула ее границы.

Вопрос: Вы говорите о легитимном правительстве Сирии, но именно оно и ответственно за убийство сотен тысяч своих граждан. Миллионы людей остались без крыши над головой. Животное, которое травит людей газом – так назвал его (Президента Б.Асада) Д.Трамп. Как Вы можете спать спокойно, зная, что у вас такой союзник?

С.В.Лавров: Я бы не хотел пускаться в обсуждения тех эпитетов, которые Д.Трамп использовал в отношении некоторых мировых лидеров. Мнения могут поменяться. Я хочу сказать, что это же война. Это война, которая началась из-за ошибок, допущенных всеми сторонами, в том числе сирийским Правительством. Я считаю, что народные волнения можно было успокоить политическим путем еще на начальном этапе. То, что мы сейчас наблюдаем – результат попытки внешних сил использовать складывавшуюся ситуацию для перекраивания карты Ближнего Востока и Северной Африки. Эти силы вошли на территорию Сирии без приглашения и начали реализовывать там свои планы.

Предпринимаемые нами, Турцией и Ираном усилия (а силы обеих этих стран присутствуют на территории Сирии, Ирана – по официальному приглашению, а Турции – без него) позволили дать начало так называемому астанинскому процессу, астанинскому формату. Правительство Сирии, принимая во внимание тот факт, что сотрудничество России и Ирана с Турцией позволило снизить градус конфликта, поддержала создание астанинского формата переговоров, который включает и представителей вооруженной оппозиции. В рамках этого процесса стороны регулярно встречаются и работают над созданием условий, необходимых для реализации резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Позвольте мне вновь задать вопрос об Б.Асаде. Многие хотят знать, что Вам нравится в сирийском президенте?

С.В.Лавров: Дело не в том, нравится нам кто-то или нет – дипломатия и политика не сводятся к чьим-то предпочтениям или неприязни. Эти понятия лежат в плоскости межличностного общения. Президент Б.Асад отстаивает суверенитет своей страны. Он защищает свою страну и в более широком смысле весь регион от террористов, которые в сентябре 2015 года были в состоянии через несколько недель захватить Дамаск.

Мы не хотели повторения трагедий последних двух десятилетий. Даже более чем двух, ведь все это началось ближе к концу прошлого столетия в Афганистане, когда США начали оказывать военную, финансовую и иную поддержку моджахедам, сражавшимся с советскими войсками. Не буду подробно останавливаться на том, почему советские войска находились в Афганистане, они были в стране на законных основаниях, поскольку их туда пригласило правительство Афганистана. США решили использовать моджахедов против советских войск. Американцы надеялись, что после того, как афганские моджахеды выполнят возложенную на них задачу, с ними можно будет как-нибудь совладать. Именно так и появилась «Аль-Каида», и США полностью потеряли контроль над созданным ими «чудовищем». Позже началась военная авантюра США в Ираке, авантюра незаконная, о чем сегодня знают абсолютно все - даже Т.Блэр признал, что операция была ошибкой. Однако сути дела это не меняет: аналогично «Аль-Каиде», зародившейся в результате деятельности США в Афганистане, ИГИЛ стал следствием вторжения в Ирак. А после того, как вразрез с резолюцией Совета Безопасности ООН началось военное вторжение в Ливию (как сейчас в Сирию), на свет появилось еще одно «чудовище» - «Джабхат ан-Нусра». Сколько бы эта организация не меняла свое название, ее террористическая суть остается неизменной. Все, что цивилизованный Запад пытается принести на Ближний Восток и в Северную Африку, в конечном итоге оказывается в интересах террористов.

Вопрос: Это очень впечатляющий экскурс в историю, но я бы хотела поговорить с Вами не о прошлом, а о настоящем, в том числе о Президенте Сирии Б.Асаде. Вы говорите о том, что вопрос не в том нравится он или нет. Означает ли это, что Россия готова к ситуации, при которой он уйдет с поста президента по окончанию войны?

С.В.Лавров: Это позиция не просто России, а всего СБ ООН – института, одобряемого всеми без исключения странами на планете. Позиция эта состоит в том, что будущее Сирии должно определяться народом Сирии, должна быть принята новая конституция, на основе которой проведены выборы – свободные и справедливые, под наблюдением ООН, причем все граждане Сирии должны иметь право голоса.

Вопрос: Иными словами, для России не имеет значения, уйдет Б.Асад или останется, поскольку это будет зависеть исключительно от самих сирийцев?

С.В.Лавров: Да, они должны решить. И эту позицию, которую многие отвергали в период после начала сирийского кризиса, сегодня разделяет все больше стран.

Вопрос: Имеет ли для Вас значение, когда Россия выведет войска из Сирии? Президент России В.В.Путин впервые заговорил об этом еще в марте 2016 года, когда он заявил, что Россия выполнила основные задачи своей военной операции в Сирии. В декабре 2017 года мы услышали еще одно подобное заявление. Можно ли ожидать, что к концу этого года Россия полностью уйдет из Сирии?

С.В.Лавров: Нет. И я не считаю, что это тема, по которой мы можем вести разумный диалог. Мы не приветствуем навязывание искусственных сроков, однако целенаправленно снижаем наше военное присутствие в Сирии. На днях состоялся очередной вывод войск из страны, о чем недавно говорил Президент В.В.Путин – более тысячи военнослужащих, а также часть самолетов и военной техники вернулись в Россию. Все зависит от реального положения дел «на земле». Нам вместе с нашими коллегами, вместе с сирийской армией и при поддержке оппозиции, которую я бы назвал «патриотической оппозицией», удалось не допустить создания халифата, как планировали боевики из ИГИЛ. Но отдельные элементы ИГИЛ все еще остаются на территории страны, как и боевики «Джабхат ан-Нусры». Сегодня они стремятся не допустить полноценной реализации соглашения по южной зоне деэскалации в Сирии. Иными словами, часть боевиков продолжает свою деятельность. Кроме того, у нас в Сирии есть военные объекты (я бы не стал называть их полноценными базами), в частности, две площадки, где размещаются наши военные корабли и авиация, и их имеет смысл оставить там на некоторое время.

Вопрос: Безусловно, сирийская проблематика будет на повестке саммита в Хельсинки. Однако сейчас я хотела бы обсудить ряд других вопросов. Например, упомянутые вами санкции. Считаете ли Вы, что с России снимут санкции даже несмотря на то, что в ЕС совсем недавно обсуждали вопрос об их продлении? Удастся ли Вам договориться с Президентом США Д.Трампом по этому вопросу?

С.В.Лавров: Я упоминал санкции лишь в контексте ухудшения отношений. Мы вводим контрсанкции не для того, чтобы с нас сняли уже наложенные на нас санкции. Это решение должно быть принято теми, кто эти санкции изначально наложил. Именно они должны решить для себя, чего они хотят - сохранения существующего положения дел или победы здравого смысла.

Вопрос: Но совсем недавно Президент В.В.Путин говорил, что ему бы хотелось снятия санкций с России.

С.В.Лавров: Естественно. Мы ничего не имеем против того, чтобы санкции сняли. Но мы также можем использовать предоставляемые ими возможности для развития собственных мощностей в ключевых секторах экономики, национальной безопасности и в других областях, на которые полагается суверенное государство. В последние годы мы уяснили для себя, что в этих сферах на Запад полагаться нельзя - нельзя полагаться на западные технологии, ведь их работу могут приостановить в любой момент, нельзя полагаться на товары повседневного спроса для населения, поступающие с Запада, ведь их поставки всегда могут оборвать. Мы извлекли для себя много полезных уроков. Однако мы, безусловно, не будем выступать против снятия санкций, и если это случится, то мы ответим симметричным образом и снимем наши санкции, принятые в ответ на западные.

Вопрос: На какие уступки Россия готова будет пойти на предстоящем саммите? Предположим, Д.Трамп попросит выдать США Э.Сноудена. Готовы ли Вы рассмотреть такой вариант?

С.В.Лавров: Я никогда не обсуждал Э.Сноудена с новой американской администрацией. Президент В.В.Путин озвучил позицию России по этому вопросу еще несколько лет назад - решение о том, возвращаться в США или нет, принадлежит самому Э.Сноудену. Мы уважаем его права и не можем просто выгнать его из страны против его воли. Э.Сноуден оказался в России даже без американского паспорта, потому что он был аннулирован во время его перелета из Гонконга.

Вопрос: То есть такой вариант обсуждаться не будет?

С.В.Лавров: Я не знаю, почему все стремятся задать именно этот вопрос в связи с саммитом. Решать судьбу Э.Сноудена может только он сам.

Вопрос: Можете ли Вы, Президент России В.В.Путин на саммите дать Президенту США Д.Трампу какие-то гарантии, что в предстоящие через несколько месяцев промежуточные выборы в Конгресс США Россия вмешиваться не будет, с учетом того, что разведслужбы США считают, что в президентские выборы было осуществлено вмешательство?

С.В.Лавров: Мы бы предпочли иметь дело с фактами. Мы не можем серьезно обсуждать предположения на основании аргументов вроде «хайли лайкли».

Вопрос: Но это больше чем «хайли лайкли».

С.В.Лавров: Как это было в Солсбери. Сколько уже ведется расследование в США? Полтора года?

Вопрос: Экс-директор ФБР США Р.С.Мюллер предъявил обвинение на 37 страницах Агентству интернет-исследований - российской «фабрике троллей».

С.В.Лавров: Да, но за предъявлением обвинения должен последовать судебный процесс, а они, как я понимаю, открыли собственное расследование, в котором поставили под сомнение ряд моментов, которые были использованы для формулировки обвинения. Поэтому давайте не будем забегать вперед. Я люблю Л.Кэрролла, но думаю, что логика Королевы, которая сказала «сначала приговор, потом обсуждение», здесь неуместна. На данный момент во всём, что касается президентских выборов в США, «брекзита», т.н. «дела Скрипалей» и крушения малайзийского «Боинга» исходят из принципа «расследование продолжается, но вы уже виновны». Так нельзя.

Вопрос: Но не боится ли Россия правды? Потому что каждый раз, когда авторитетная организация, будь то ООН или ОЗХО, пытаются добраться до фактов, Россия возражает.

С.В.Лавров: Нет, я думаю, что публика и многие уважаемые журналисты, такие как Вы, были дезинформированы. ОЗХО обязана действовать в рамках Конвенции о запрещении химического оружия, которая четко предписывает одну-единственную процедуру для установления фактов - сначала эксперты ОЗХО должны сами, не передавая свои полномочия никому, прибыть на место происшествия, и сами, собственноручно и с применением своего оборудования, собрать образцы и не выпускать из своих рук эти образцы до тех пор, пока они не будут доставлены в сертифицированную лабораторию. В случае последних событий, особенно в случае с инцидентом в Хан-Шейхуне в апреле прошлого года, когда сирийское Правительство обвинили в нанесении там авиаударов с применением химического оружия, эксперты ОЗХО вообще не выезжали на место происшествия, не собирали образцы сами. Когда мы их спросили, откуда они взяли образцы, они ответили, что «их передали британцы и французы». Мы спросили, почему они сами туда не поехали.

Вопрос: Вы больше не доверяете ОЗХО?

С.В.Лавров: Это важная информация, поэтому давайте оперировать не лозунгами, а фактами. Они туда не ездили, но сказали, что получили образцы. Мы спросили от кого, они ответили, что британцы и французы собрали для них образцы. Почему сами не поехали? Сказали, что это небезопасно. Мы отметили, что если британцам и французам удалось туда доехать, то у них есть контакты, которые могут обеспечить их безопасность на месте. Почему бы представителям ОЗХО не попросить Париж и Лондон обеспечить безопасный проезд туда для своих инспекторов? То же самое мы сказали французам и британцам, и они нам ответили, что не могут раскрыть информацию о том, как именно они это сделали. То есть процедура сбора образцов соблюдена не была и порядок передачи и хранения тоже, поскольку инспекторы не могут передавать никому полномочия по доставке образцов в лабораторию. Все эти процедуры, прописанные и закрепленные в Конвенции, были нарушены. И доклад по инциденту в Хан-Шейхуне, представленный совместной Комиссией прошлой осенью, был полон формулировок в стиле «очень вероятно», «по всей видимости», «есть основания полагать» и т. д. Мы пригласили составителей доклада на заседание Совета Безопасности ООН с целью получить от них хоть какую-то достоверную информацию, но это было невозможно. Они упорно сопротивлялись и отказались говорить. И мы заявили, что продолжение работы с нарушением процедур Конвенции невозможно.

Вопрос: Вы используете довольно сильные выражения.

С.В.Лавров: Мы не продлили их мандат, но предложили новый механизм, настаивая на том, чтобы он не нарушал никаких процедур, предписанных Конвенцией.

Вопрос: Доверяете ли вы по-прежнему ОЗХО?

С.В.Лавров: До недавнего времени мы доверяли, но с тех пор наблюдаем в Организации серьезные манипуляции. На днях Великобритания и другие созвали специальное заседание стран-членов Конвенции и голосованием приняли решение, которое по сути нарушает все положения Конвенции, наделив технического секретаря правом устанавливать вину. Я считаю, что этот шаг не был тщательно продуман, потому что это очень опасно.

Вопрос: В этом есть потенциальная опасность для России, потому что теперь ОЗХО может назначать виновных среди подобных России. Не боитесь ли Вы правды?

С.В.Лавров: Нет, я опасаюсь за будущее ОЗХО и Конвенции о запрещении химического оружия.

Вопрос: Выйдет ли Россия из ОЗХО?

С.В.Лавров: Если кто-то предпочитает нарушать положения Конвенции, если они при этом говорят, что такова воля большинства... Для созыва сессии они прибегли к целому ряду уловок, вплоть до того, что мобилизовали небольшие страны, у которых нет представительства в Гааге, оплатили транспортные расходы, размещение в отелях представителям этих стран. Мы знаем об этих фактах, и они об этом знают. Когда происходит грубое нарушение Конвенции, это неизбежно вызывает обеспокоенность. Мы попробуем отменить принятое решение. Оно должно быть рассмотрено Конференцией государств-участников. Но если оно не будет отменено, думаю, что дни ОЗХО будут сочтены, по крайней мере, она перестанет быть по-настоящему всемирной организацией.

Вопрос: ОЗХО также занималась расследованием т.н. «дела Скрипалей». Хочу спросить Вас, считаете ли Вы, что отравление нервно-паралитическим газом бывшего шпиона, его дочери и полицейского на улице в Солсбери – поступок здравомыслящего государства?

С.В.Лавров: Здравомыслящего? Совсем наоборот. Это преступление. И с самого начала мы предлагали провести совместное расследование, поскольку это наши граждане, по крайней мере, дочь Скрипаля является гражданкой России, а у самого Скрипаля, кажется, двойное гражданство – России и Великобритании. С самого начала мы предлагали совместно расследовать этот инцидент. Мы задавали множество вопросов, даже вопросы, касающиеся процедур Конвенции о запрещении химического оружия. В ответ нам сказали, что британская сторона даже слушать нас не хочет, потому что от нас требуется только одно – сказать, сделал ли это В.В.Путин или же он потерял контроль над теми людьми, кто это осуществил. Это всё, что британцы хотели обсудить с нами. Нас очень беспокоят противоречия в т.н. «деле Скрипалей». Нам так и не предоставили консульский доступ к нашим гражданам в нарушение всех международных конвенций о дипломатических и консульских сношениях. Нам не предоставили никакого вразумительного объяснения, почему племяннице Сергея Скрипаля отказывают в получении визы, а ведь она хочет приехать и увидеться со своей двоюродной сестрой. И у нас есть много других вопросов, связанных с самим отравлением.

Вопрос: Но с какой стати британским властям предоставлять доступ к материалам расследования представителям страны, которую подозревают в организации этого покушения?

С.В.Лавров: Как Вы знаете, следствие еще не закончено. В Скотленд-ярде говорят, что оно продлится еще несколько месяцев. Б.Джонсон не так давно пояснил, что сейчас проводится обеззараживание местности – и это спустя почти четыре месяца после происшествия. Пострадавший полицейский чудесным образом исцелился, как и пришедшие в себя Скрипали. Сейчас уже заговорили о планах снести дом, где они жили, а также дом этого полицейского. Всё это смахивает на планомерное уничтожение улик. Точно так были немедленно увезены куда-то скамейки из парка в Солсбери. Ну и видеозаписи, на которых сотрудники полиции и спецслужб осматривают место происшествия в специальных защитных костюмах, а рядом с ними находятся люди без всякой защиты. Всё это выглядит очень странно.

Вопрос: Господин Лавров, Вы обвиняете британское правительство в заметании следов?

С.В.Лавров: Я этого не исключаю. Пока нам не представляют никакой информации… Вам известно, что за последние годы в Лондоне скончались примерно десять граждан России. И во всех десяти случаях…

Вопрос: По какой причине, как Вы думаете?

С.В.Лавров: Во всех десяти случаях расследование их смерти было засекречено. Мы не понимаем почему. Честно говоря, если вам интересны причины их смерти, как гласит мудрость, ищите кому выгодно. А Великобритания определённо получила политическую выгоду от происходящего. Если задуматься, складывается интересная ситуация: страна, которая собирается выйти из Евросоюза, определяет политику ЕС в отношении России. Можно вспомнить, как британцы обходили столицы всех стран-членов ЕС и убеждали, что они должны выдворить российских дипломатов. Большинство так и сделали, некоторые не стали. Впоследствии мы приватно спрашивали у тех, кто присоединился к этой акции британцев, были ли им предъявлены какие-то доказательства, помимо публичных заявлений Лондона. Нам сказали, что нет. Но им пообещали, что позднее, по мере продвижения расследования, им предоставят больше фактов.

Вопрос: Но Вы сказали "кому выгодно"…

С.В.Лавров: По-вашему, это нормально?

Вопрос: Но вы сказали "кому выгодно". А многие на Западе считают, что России выгоден хаос - «брекзит», покушение на Скрипалей, избрание Д.Трампа президентом…

С.В.Лавров: Вы забыли про Каталонию, Каталонию забыли.

Вопрос: Оставим пока Каталонию…

С.В.Лавров: Еще Вы забыли выборы, которые скоро пройдут в Швеции. Их Премьер-министр тоже сказал…

Вопрос: Мы поговорим об этом позже. Но хаос…

С.В.Лавров: Македония, Черногория…

Вопрос: Выгоден ли России хаос, как считают многие на Западе?

С.В.Лавров: Необходимо учитывать хронологию событий. Вы думаете, России выгоден хаос за пару недель до президентских выборов и за несколько месяцев до начала Чемпионата мира? Как Вы сами считаете?

Вопрос: Мне интересно, что скажете Вы. России выгоден хаос?

С.В.Лавров: Я хочу прояснить вопрос. Выгоден ли России хаос за пару недель до президентских выборов и за пару месяцев до Кубка мира? Вопрос в этом.

Вопрос: Но Вы же говорите о новом мировом порядке, который будет построен, как Вы надеетесь, при участии России. Ведь новый миропорядок намного легче строить, если в ЕС царит хаос, а Россия выступает в роли арбитра на Ближнем Востоке и заправляет в Сирии. России это потенциально выгодно.

С.В.Лавров: Нет, это не так. Это совершенно неверная интерпретация моих слов. Я не говорил, что Россия претендует на то, чтобы сформировать новый мировой порядок.

Вопрос: Но чтобы участвовать в этом.

С.В.Лавров: Я сказал, что Россия должна быть одним из участников дискуссии, на равных обсуждая, как использовать объективные реалии многополярного мира, формирующегося на наших глазах, приемлемым для всех образом. Вот, что я сказал. А у тех, кто определяет на Западе политику русофобии, интересы прямо противоположные. Они стремятся «наказать» Россию, понизить её в статусе…

Вопрос: Почему Вы так думаете?

С.В.Лавров: Потому что утрачивать длившееся полтысячелетия господство на международной арене очень болезненно. Это если в двух словах. Причем это не критика, а констатация факта. Я могу понять чувства людей, которые когда-то господствовали в Индии, в Африке, в Азии и других частях света, а теперь осознают, что их время ушло.

Вопрос: Как Вы считаете, Британии выгоден «брекзит»? Выгоден ли он России?

С.В.Лавров: Этот вопрос должны решать британцы.

Вопрос: А России он выгоден?

С.В.Лавров: Не понимаю, почему нужно рассуждать в этом ключе. Решение о «брекзите» принимали британцы. Лондон до сих пор обсуждает этот вопрос с Евросоюзом – детали «развода», связанные с ним проблемы внутри страны. Конечно, мы следим за событиями и отмечаем, что у парламента по этому вопросу своя позиция, а некоторые общественные активисты призывают пересмотреть итоги референдума.

Вопрос: Ситуация в Великобритании при Т.Мэй кажется Вам хаосом?

С.В.Лавров: Это стало итогом процессов внутри Соединённого Королевства. Мы лишь хотим ясности - на каких основаниях мы продолжим работать с Европейским союзом, на каких основаниях нам, возможно, когда-нибудь удастся восстановить отношения с Великобританией, когда она выберет для себя некий осмысленный, прагматический курс, а не чрезмерно идеологизированный подход в духе заявлений с формулировкой «весьма вероятно». Опять же, я считаю, что это должны хорошо понимать те люди на Западе (и особенно либералы), которые продолжают заявлять, что верховенство права превыше всего. На мой взгляд, принцип верховенства права означает, что нельзя выносить приговор, пока вина не доказана. Но именно это мы наблюдаем в случаях со Скрипалём, с трагедией рейса MH-17, ОЗХО, которую используют в качестве своего инструмента те, кто хочет ввести принцип «весьма вероятно» в повседневную практику в Сирии.

Вопрос: Пара заключительных вопросов насчёт саммита. Помогает ли России выстраивать отношения с Д.Трампом то обстоятельство, что, по мнению многих, она имеет на него компромат?

С.В.Лавров: Впервые слышу, чтобы у нас были компрометирующие материалы на Д.Трампа. Их пытается раскопать специальный прокурор Р.Мюллер. Я уже перестал читать новости об этом расследовании. Знаете, когда Госсекретарём США был Р.Тиллерсон, он однажды публично заявил, что у них есть неопровержимые доказательства. Потом, общаясь с ним, я попросил не могли бы они представить нам эти «неопровержимые доказательства»? Хочется понять, что к чему. Возможно, что-то нам удалось бы разъяснить. Он ответил, что представить нам их они не могут - нельзя раскрывать источники. Он сказал, что нашим спецслужбам все известно и у них и надо спрашивать. Можно ли так решать серьёзные вопросы? Эту тему используют для того, чтобы разрушать российско-американские отношения. Тот ответ, который я от него получил, я не могу назвать зрелым, это какое-то ребячество. Надеюсь, что те, кто пытается разыскать доказательства того, что это мы, действуя через какое-то интернет-агентство, определили будущее величайшей страны на планете, поймут, насколько это нелепо. Я понимаю, что демократы в США нервничают, как, кстати, и Великобритания. Кажется, в «Таймс» как-то опубликовали сведения, полученные в результате утечки, о том, что члены британского правительства переживают, что Д.Трамп и В.В.Путин могут поладить.

Вопрос: То есть газеты Вы читаете?

С.В.Лавров: Я читаю подборки, которые мне представляют подчинённые. Мне, конечно, нравится за чашечкой кофе полистать газету, но, к сожалению, время есть не всегда.

Вопрос: И, наконец, на ту же тему компромата. Экс-директор ФБР Дж. Коми заявил, цитирую: «Возможно, что в 2013 году в Москве нынешний президент США проводил время с проститутками, и они мочились друг на друга». Вы считаете, что такое возможно?

С.В.Лавров: Что это «возможно», сказал Дж.Коми. Спросите у него.

Вопрос: Но, по-Вашему, такое возможно? Предположительно это происходило в Москве.

С.В.Лавров: Не знаю, что люди могут придумать. Об этой истории я читал пару лет назад, когда всё это начиналось. Опять же, если люди начинают выстраивать отношения своего государства с другим государством, основываясь на том, что что-то там «возможно» или «весьма вероятно», — это постыдно. То, что делается в США в контексте так называемого «российского следа», как неоднократно говорил В.В.Путин, — это проявление глубинной внутренней проблемы, поскольку проигравшим не хватает мужества признать поражение на выборах.

Вопрос: Господин Министр, большое спасибо!

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Химпром > mid.ru, 29 июня 2018 > № 2666966 Сергей Лавров


Россия. Египет. Великобритания. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647444 Мохамед Салах

Египетский бог: как сборной России выйти в плей-офф чемпионата мира

Павел Пучков

Внештатный автор Forbes

В решающем матче России нужно остановить команду Египта и ее главную звезду – Мохамеда Салаха, футболиста стоимостью €150 млн

Летом 2017-го «Ливерпуль» потратил рекордные для клуба €42 млн на нападающего «Ромы» Мохамеда Салаха. На фоне приключений Неймара с «Барселоной» и ПСЖ эта сделка казалась вполне рядовой: скоростной, техничный форвард пошел на повышение, итальянская команда получила хорошие деньги. Спустя год эксперты оценивают Салаха в €150-170 млн. Лучший и самый результативный (32 гола) игрок английской премьер-лиги сезона 2017/18 стоит таких денег. Кроме клубных подвигов, Салах успел за год совершить настоящее чудо — его 5 мячей и 2 голевые передачи помогли Египту впервые с 1990 года выйти в финальную стадию чемпионата мира. И, кажется, впервые за много лет у Месси и Роналду появился реальный конкурент в борьбе за «Золотой мяч». Если, конечно, Салах успешно сыграет на чемпионате мира. Из-за травмы он пропустил первый матч — с Уругваем, но 19 июня, против России, Мохамед наверняка выйдет на поле. Forbes рассказывает историю футболиста, остановить которого будет главной задачей российской команды.

Салах вообще не должен был играть в атаке. Детские тренеры каирской команды «Эль-Мокавлун» видели в нем левого защитника. Но Салаху всегда нравились атакующие футболисты: Зидан, Фигу, Тотти. В обороне он отыграл несколько лет. Все изменил один матч.

Как-то его команда выиграла 4:0. Все мальчишки бесились от радости на поле, но Мохамед рыдал. Тренер пошел разбираться: «В чем дело?» Выяснилось, что левый защитник разочарован тем, что ни один из четырех голов не смог забить он. «Это заставило меня задуматься относительно его позиции на поле. У него было сумасшедшее желание забивать», — вспоминает один из тренеров «Эль-Мокавлун».

Получив место в атаке, Салах принялся уничтожать соперников. За первый сезон в нападении он забил 35 мячей. После такого старта ему посоветовали поднять планку амбиций и не ограничивать их географией Египта.

От деревни Нагриг, откуда родом Салах, до Каира добираться четыре часа. Столько же обратно. Менять приходилось по 10 автобусов в день. Пять дней в неделю. В таком ритме юный футболист жил четыре года.

В Нагриге до сих пор работает кафе, где Салах с друзьями рубился в PlayStation на маленьком телевизоре. Сейчас местные жители утверждают, что уже тогда в игре Мо выбирал «Ливерпуль». Вторая легенда — скромность Салаха. «Он вообще не изменился с тех времен, когда жил здесь. Раз в год приезжает сюда и никогда не пользуется машиной — ходит пешком по улицам, как все. С радостью общается с каждым, кто останавливает его», — рассказывает Ахмед аль-Мазери, друг детства. При этом Салах регулярно помогает деревне. На его деньги построили школу и спортивную площадку, сделали ремонт больницы. А совсем недавно он вложил $450 000 в строительство канализации и водопровода.

То, что в Египте появился невероятный талант, все понимали, когда уже в 19 лет Салах дебютировал за сборную. А когда уехал играть за «Базель», премьер-министр Египта лично освободил юношу от обязательной службы в армии.

А сейчас вся страна просто помешалась на нем. В каждом кафе есть минимум постер Салаха, максимум — граффити. Любая компания, которая смогла привлечь футболиста в свою рекламу, обречена на успех. При этом Мохамед постоянно участвует в продвижении социальных проектов. Когда государственную программу по борьбе с наркотиками назвали именем Салаха, число звонков на горячую линию выросло на 400%. Истории о его благородстве уже готовы выдумывать — люди верят практически во все. Например, в то, что однажды Салах уговорил полицию отпустить вора, обокравшего дом его отца. И разве кого-то волнует, что в Нагриге эту историю официально не подтверждают? У Салаха имидж супергероя, а супергерой может все.

При этом не надо думать, что форвард «Ливерпуля» готов бесконечно раздавать деньги, кто бы ни попросил его об этом. За несколько недель до чемпионата мира разразился скандал. Государственная авиакомпания нанесла изображение Салаха на свои самолеты, не согласовав это с игроком или его представителями. Первым возмутился агент футболиста, свои сожаления по поводу поднявшейся шумихи выразил и сам Салах. В итоге вмешиваться пришлось руководству страны. И легко догадаться, чью сторону заняли политики. Они не рискнули идти против, возможно, самого популярного человека в Египте на данный момент. В апреле 2018 года в стране прошли выборы президента. И, по слухам, более полутора миллионов избирателей вписали в свои бюллетени фамилию Салаха.

Считается, что футбольную карьеру Салаха едва не загубил Жозе Моуринью. Португалец в свое время лично позвонил игроку «Базеля» и заставил свернуть переговоры с «Ливерпулем» в пользу «Челси». Но с первой попытки заиграть в Англии у Салаха не получилось, пришлось отправлять его на стажировку в Италию, в «Фиорентину» и «Рому». В 2016 году римский клуб выкупил футболиста у «Челси» за €15 млн, а уже через год перебравшийся в Рим из «Севильи» спортивный директор Рамон Мончи продал Салаха в «Ливерпуль» за €42 млн. На тот момент сделка выглядела максимально выгодной для «Ромы». Сейчас кажется, что требовать можно было минимум в 3 раза больше: в 52 матчах сезона 2017/18 Мохамед забил 44 мяча и сделал 16 голевых передач.

Салах невероятно религиозен. В Ливерпуле находится старейшая мечеть Великобритании, и работающие в ней служители сообщают о невероятном росте числа прихожан. «Он улучшил имидж ислама в Британии и заставил мусульман больше молиться», — утверждает попечитель мечети шейх Абдул Квилиам.

Ради финала Лиги чемпионов Салах, как говорят в Испании, нарушил один из важнейших постов своей веры — Рамадан. Только на четверг, пятницу и субботу. И на такое же количество дней игрок продлил пост после его официального окончания.

17 мая бутсы Салаха выставили в Британском музее. Те самые, в которых он оформил рекордные 32 гола за сезон в английской премьер-лиге. Кажется, Англия — вслед за Египтом — тоже начинает сходить с ума по Салаху. Стать мировой суперзвездой Мохамед может уже этим летом, на чемпионате мира в России.

Россия. Египет. Великобритания. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647444 Мохамед Салах


Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > bbc.com, 4 мая 2018 > № 2597230 Лев Додин

Лев Додин: Россия была и остается неотрывной частью Европы

Александр Кан

обозреватель по вопросам культуры

Лев Додин - один из самых известных и признанных во всем мире современных российских театральных режиссеров. Возглавляемый им петербургский Малый драматический театр пользуется блестящей репутацией, огромным авторитетом и высоко востребован в театральном мире.

МДТ - нередкий гость и в Лондоне. На начинающиеся 8 мая очередные гастроли в британской столице театр привез два спектакля: "Жизнь и судьба" и "Дядя Ваня".

Накануне гастролей Лев Додин согласился ответить на вопросы Русской службы Би-би-си.

Александр Кан: Из обширного репертуара театра для этих лондонских гастролей вы выбрали два спектакля. С одной стороны, самая что ни на есть русская классика - чеховский "Дядя Ваня", а с другой стороны - "Жизнь и судьба" по Василию Гроссману. Роман, который вошел в обиход русской культуры относительно недавно, но тем не менее уже тоже заслуженно считается классикой. Чем определялся ваш выбор?

Лев Додин: Ну, во-первых, банально желанием тех, кто приглашает. А второе - может быть, главное, конечно, - нам очень хотелось сыграть в Лондоне "Жизнь и судьбу". Это не просто классика, это, я думаю, один из великих русских романов. Может быть, один из немногих, если не единственный, великий русский роман XX века.

"Жизнь и судьба"

Роман с трагической судьбой - не только автора, но и самой книги, самой рукописи. Сейчас мы знаем, что она долго была арестована и уничтожена в 1964 году. Редчайший случай, когда арестовывают не автора, а рукописи - и тем самым, по сути, смертельно казнят автора.

Этот великий роман, который действительно можно считать классическим, сегодня кажется абсолютно современным - и, к сожалению, становится все более актуальным, судя по тому, что происходит в мире. А в мире мы видим все больше национализма всякого рода, фундаментализма всякого рода - всего то, что делает мир античеловечным.

Есть ощущение, что, как всякий великий писатель, Гроссман обладал огромным аналитическим даром - даром не только видеть прошлое и настоящее, но и пророчествовать будущее. Для нас очень важно играть этот спектакль дома, в России. И не менее важно показать его в Англии, где он не слишком известен.

Хотя я знаю, что был спектакль, радиоспектакль на Би-би-си, который пользовался большим успехом. Что неудивительно - тема эта сегодня общая, общечеловеческая, мировая.

Но и спектакль "Дядя Ваня", который мы много-много лет назад играли в Лондоне и который вызвал большой интерес зрителей, мне хотелось показать. Показать, во-первых, как живет репертуарный театр, когда одни и те же артисты практически одновременно играют абсолютно разные роли. Во-вторых, показать английскому зрителю, который уже отвык от репертуарного театра, как с годами развивается спектакль, который родился давно, но который, я надеюсь, развивается во времени и вместе со временем.

А.К.: О репертуарном театре мы с вами еще непременно поговорим. Я хотел бы немного поподробнее остановиться на "Жизни и судьбе". Говоря о проблематике романа, вы как-то сказали, что она перешла из века ХХ в век ХХI. Я хотел спросить, что вы имеете в виду, хотя отчасти - упомянув фундаментализм, национализм - вы уже ответили на этот вопрос.

Л.Д.: В мире существует еще более нарастающее стремление если не к тоталитаризму (хотя не исключено и это), то к авторитаризму и межгосударственной, межнациональной и межчеловеческой разобщенности. Все это и влечет за собой то, о чем пишет Гроссман.

Такое ощущение, что человечество снова довольно быстро забывает свое прошлое, забывает трагедии прошлого, привыкает к сравнительно благополучной жизни, и ему становится скучно. Оно забывает, что бывает, когда становится нескучно.

А.К.: Жизнь и судьба - огромный, монументальный роман. Как вы решили проблему переноса его в один спектакль? В свое время, когда вы ставили не менее монументальный роман "Бесы" - я тогда жил еще в Петербурге, - мы прибегали на спектакль к 12, по-моему, часам дня, и уходили в 10 часов вечера: целый день с двумя большими перерывами. Здесь же вы сумели все вместить пусть и в большой, трехчасовой, но все-таки обычный спектакль. Как вы решали эту проблему?

Л.Д.: В данном случае хотелось не столько эпического рассказа обо всем происходящем, исторических событиях, сколько сконцентрироваться на определенных - на мой взгляд, самых главных - темах Гроссмана, на философской и психологической составляющей романа. Поэтому, начав работу над целым романом, мы затем выжимали, выжимали…

Я иногда сравниваю нашу работу с превращением молока в сыр. Выжимается все самое важное, и остается, говоря математическим языком, необходимое, но достаточное. Насколько необходимое и насколько достаточное - это уже скажет зритель. Но для нас все оказалось возможно сконцентрировать на таком пространстве одной сцены и одного времени.

Еврейская тема

А.К.: Я еще не видел спектакль, поэтому пока могу судить о нем лишь по краткому синопсису, который мне передали. В романе, как известно, множество тем, множество линий. Из того синопсиса, который я прочел, мне показалось, что из этих линий вы на первый план выдвинули тему еврейства, его судьбы и в Западной Европе, которая выразилась, конечно, в трагедии Холокоста, и в СССР, где она выразилась в сталинском антисемитизме. Так ли это, и, если так, то чем вы руководствовались в своем выборе?

Л.Д.: Это одна из важнейших тем. Мне кажется, что Гроссман в свое время был одним из первооткрывателей этой темы. Он как военный журналист с первыми частями вошел в Треблинку, в концентрационный лагерь и своими глазами увидел весь ужас, который тогда еще не могли себе представить. Его мать погибла в гетто, и он всю свою жизнь чувствовал вину за то, что не сумел забрать ее вовремя, не дать попасть в оккупацию.

Эта тема была для него исповедальной и автобиографической. И он один из первых соединил вроде бы совсем разные виды антисемитизма в одну общую проблему. Но у него проблема всяческого антисемитизма подчинена проблеме тоталитаризма самых разнообразных видов, проблеме уничтожения человеческого в человеке. А значит, и проблеме "края" человечества.

Гроссман замечательно, фантастически мощно рассказывает о войне, как до него в советской литературе, да и после не рассказывал никто. Он сам прошел через все горнила войны. Тема фашизации общества, тема взаимоуничтожения, тема зла, таящегося в природе человека, так легко вырывающегося наружу в самых разных видах, самых разных географических и государственных пространствах - это главная тема и главное открытие Гроссмана. Никто об этом в 1964 году, об этих общих проблемах человечества, человеческой природы, человеческой истории не задумывался. И до сих пор задумываются очень мало.

Путешествие за потрясением

А.К.: Как и других ваших самых знаменитых спектаклях - "Братья и сестры", "Гаудеамус", "Клаустрофобия" - при создании "Жизни и судьбы" вы опирались на своих студентов. Что дает вам такой подход?

Л.Д.: Это для меня принципиально с точки зрения педагогической. Каждый раз, набирая новый курс, думаешь, чем с ними заниматься. Не только с точки зрения обучения профессии - это вещь всегда спорная. Прежде всего, с точки зрения формирования художественной личности. "Братья и сестры", "Стройбат", который вырос из "Гаудеамуса", "Старик" трифоновский, и вот "Жизнь и судьба".

Первое задание, которое я дал только что поступившим студентам - прочитать "Жизнь и судьбу". Это было для них как гром среди ясного неба, потому что, конечно, никто из них этого романа не читал, а большинство вообще целиком не читало больших романов, как это бывает обычно с бывшими школьниками.

Мне хотелось, во-первых, их потрясти. С этого начинается художник. Может быть, этим и заканчивается. Во-вторых, мне хотелось их и себя погрузить в историю страны, которую они практически не знали, которую сегодня вообще мало кто знает. Незнание истории влечет за собой огромное количество проблем настоящего, а значит, и будущего.

И, наконец, мне хотелось, чтобы они в прозе пропитались той внутренней жизнью, которую в пьесе надо открывать самим, а для начинающих это очень трудно, а в прозе видно, как за каждым словом огромный пласт жизни, и насколько мощно автор знает эту жизнь.

Артисты чаще всего играют то, про что не знают. Мы не просто репетировали, хотя мы много раз сыграли весь роман. Мы погрузились в архивы, стали читать другие книги - Солженицына, Кестлера, Оруэлла, которого ребята, конечно, не знали - это не самая популярная литература сегодня в России. Боюсь, что и в мире.

Мы поехали в Норильск, город, который стоит на костях тысяч советских политзаключенных. Находили остатки гулага. К сожалению, только остатки, потому что ничего из этого не музеифицировано, в отличие от немецких концлагерей. Летали над тайгой. Встречались с теми немногими, кто остался жив с тех пор и живет в Норильске.

Затем мы совершили путешествие в Освенцим. И испытали еще одно потрясение. Нам даже разрешили провести одну ночь в одном из бараков, заперев нас. Это трудно назвать репетицией, и нехорошо называть репетицией, но это был некий чувственный опыт, который очень хорошо и важно испытывать и молодым артистам, и артистам вообще.

Я убежден, что главное в театре, может быть единственно важное - это потрясение, которое способен испытать зритель. А, чтобы вызвать это потрясение, самому артисту надо испытать потрясение. Надо не терять возможности быть потрясенным. Так что это было своего рода путешествие за потрясением.

А.К.: Для молодых людей, ваших студентов такое погружение не только в атмосферу романа, но и всей той жизни, которая вызвала роман и, вслед за ним, ваш спектакль было, конечно, чрезвычайно важно. А что вам самому - вы опытный режиссер, у вас на руках театр - что вам дает преподавательская деятельность?

Л.Д.: Тот театр, который я себе представляю, которым мне интересно заниматься, - это театр некоей общей художественной души, потому что театр не создается одним режиссером, артистом или автором. Для этого артисты должны быть озарены или возбуждены определенным представлением о театре и неким общим представлением.

Когда имеешь дело с молодыми людьми "театральных младенческих лет", удается что-то большее, чем когда уже знакомишься с ними, ставшими профессионалами. Большая часть театра состоит из учеников, начиная с выпусков очень давних лет. Очень интересно, как поколение связывается с поколением, как оно развивается и вырастает во что-то единое.

Часто поколения противопоставляются друг другу. Мне кажется, что очень важно единство и непрерывность развития - художественного и человеческого. И второе, что для меня не менее важно - встречаясь каждый раз с новыми молодыми, ты каждый раз (может быть, это кажется) молодеешь и ищешь что-то новое - сделать с этими молодыми не так, как было сделано что-то с предыдущими. Таким образом ты многому учишься, и каждый курс для меня - это следующий этап обучения. Никогда не знаешь, кто больше научается - те, кого ты вроде бы учишь, или ты сам, и тебя учат те, кого ты вроде бы учишь.

Авторский театр

А.К.: Говоря о непрерывности. Вы возглавляете театр с 1983 года, вот уже 35 лет.

Л.Д.: Кошмар какой!

А.К.: Поэтому Малый драматический смело можно назвать театром одного режиссера. Эта очень привычная модель для послевоенного советского театра, она дала немало прекрасных результатов: Таганка Любимова, "Ленком" Захарова. Однако такая структура, зацикленность на одном, пусть и блестящем мастере, несет в себе опасность. И то, что произошло с Таганкой после ухода Любимова, тому лучший пример. Вы задумываетесь над этой проблемой?

Л.Д.: В данном случае идет речь об авторском театре, театре не только одного режиссера, а одной большой, непрерывно развивающейся группы артистов. Сам режиссер в такого рода театре способен решить немногое. Пример с Таганкой, который вы приводите, доказывает…

Юрий Петрович [Любимов] вошел в конфликт не с тем театром, который он создавал, а с той выжимкой, которая осталась, и, по сути, не имела уже никакого отношения к тому поколению, к той авторской компании, которая рождала Таганку и с которой это название ассоциировалось. Это трагично, но абсолютно закономерно.

Человек смертен, и театр, если это живой организм, тоже смертен. Он развивается, уходит один из главных авторов театра, и авторский театр этого автора или авторов исчезает. Это все печально, но абсолютно закономерно, и надо спокойно это знать.

Когда мы сегодня говорим Московский художественный театр, говорим о его великих традициях, это все немножко слова, потому что Московский художественный театр, который мы имеем в виду, - это театр Станиславского и Немировича-Данченко. Как только их не стало, Московский художественный театр как таковой исчез. Сегодня это название и адрес.

Так же происходит со всеми театрами.

Авторский театр совсем не только российская или советская практика. Авторский театр утверждается в мире всю жизнь Питером Бруком, есть авторский театр Пискатора [Эрвин Пискатор - один из крупнейших немецких театральных режиссеров XX века], авторский театр Брехта. Я не знаю если не великого, то большого театра, который был бы не авторским. Во всяком случае, в ХХ веке. Это и есть великое открытие Станиславского. Не только его актерская система, а обнаружение искусства театра как абсолютно самостоятельного искусства.

Когда-то долгие годы был театр драматурга - ходили смотреть пьесы, затем возник театр актера, который часто становился важнее драматурга. А затем пришел не просто режиссерский театр, а театр как особое искусство, где все искусства соединены единой художественной волей - это воля режиссера и компании, которая с ним работает: художника, артистов и так далее.

Возникает абсолютно новое произведение искусства, которое самостоятельно и по отношению к литературному первоисточнику, и даже по отношению к актерскому творчеству, и по отношению к творчеству художника. Это все что-то новое и иное. Можно вынуть одну часть, и целое рухнет. С другой стороны, ни одна часть не становится единственно важной.

Репертуар против антрепризы

А.К.: Настало время поговорить о проблеме, которую вы уже затронули - репертуарный театр. Малый драматический прочно укоренен в традициях русского репертуарного театра в противовес действующей, как вы правильно сказали, в Британии, и ставшей популярной в России в последние годы, антрепризе. В одном из интервью вы говорите, что репертуарный театр нуждается в реформировании. Что вы имеете в виду?

Л.Д.: Я не люблю термин "русский репертуарный театр", потому что репертуарный театр - не открытие России. Все началось до Станиславского, с театра герцогства Мейнингенского, который к России имел малое отношение.

Репертуарный театр долгие годы жил в Европе и развивался в Европе. Сегодня в одной из самых театральных стран Европы - Германии - он продолжает существовать, и, может быть, поэтому это одно из самых современных театральных пространств Европы. Это принципиальный опыт авторского театра, который создает постоянно развивающаяся группа авторов - режиссера, актера и так далее.

Скорее, американская система, которая пришла в Европу и смела репертуарный театр, может, я обижу кого, но это театр разового употребления. На шесть-восемь недель собирается новая, не знающая друг друга группа артистов, с новым режиссером, который тоже не знает актеров. Спектакль делается эти восемь недель, затем еще месяца два-три, в зависимости от успешности, он существует, и - исчезает в воздухе.

Театр, конечно, явление эфемерное, но не настолько. Театр, который хоть в какой-то мере пытается быть произведением искусства, должен и имеет право существовать гораздо дольше, потому что любое произведение искусства развивается во времени, если оно живое. Это очень интересный процесс, поэтому для меня репертуарный театр отнюдь не русское явление.

Сегодня Россия с одной стороны Запад во всем критикует, с другой стороны готова все время что-то перехватить от Запада, причем чужда лучшему и готова перехватить самое худшее. Тенденция к антрепризному театру, проектному, говоря более красиво, во многом для театра становится губительной.

Что касается реформирования репертуарного театра, это, прежде всего, касается устоявшейся, забюрокраченной организационной системы. Когда труппа сохраняется в неизменном состоянии, когда она уже труппой давно перестала быть. Когда артист становится штатным государственным служащим, с ним уже ничего не поделаешь, независимо от того, артист он еще или нет. Когда искажены отношения приходящего режиссера с труппой, которая иногда способна уничтожить этого режиссера.

Необходимо соединение репертуарной традиции с тем лучшим, что есть в проектном театре. Репертуарный театр должен быть намного подвижнее, живее и легче меняться, свободнее развиваться. К сожалению, одно с другим очень трудно соединимо. Зависимость большого репертуарного театра, который субсидируется государством, и без этой субсидии не может существовать, ставит театр в большую зависимость от государства, причем не только в России. В Германии недавно один из крупнейших режиссеров был лишен своего театра только по воле одного сенатора по культуре. Сенатора, правда, убрали, потому что это вызвало огромное возмущение. Но театр уже разрушен.

Москва и Петербург: темп и ритм

А.К.: Хочу чуть-чуть поговорить о взаимоотношении двух российских культурных столиц. Вы всю жизнь работаете в Петербурге и, в отличие от многих театральных коллег, избежали соблазна переехать в Москву. Каково сегодня соотношение между театральным Петербургом и театральной Москвой?

Л.Д.: Я, честно говоря, об этом не думаю. Всякие разделения и противопоставления: русский театр - европейский, московский театр - петербургский чрезвычайно относительны. Сегодня многие режиссеры ставят и в Москве, и в Петербурге. Сегодняшний день отзывается и там, и там.

По традиции Петербург несколько более строгий, бывший имперский город, город, как писал Достоевский, самый умышленный. Строгость линий и ответственность перед законами искусства в Петербурге, может быть, несколько больше. С другой стороны, Москва - город гораздо больший, чем Петербург. Москва дает больше возможностей, больше разнообразия: по направлениям, по количеству режиссеров, по количеству спектаклей. Чем больше спектаклей, тем больше разнообразия. Поэтому темп театральной жизни в Москве гораздо активнее, чем в Петербурге.

У Станиславского есть такое понятие: темп и ритм. Темп - это с какой скоростью мы все делаем, а ритм - это с каким внутренним напряжением. Темп в Москве гораздо активнее, а с ритмом дело иногда обстоит хуже, чем в Петербурге. Но это опять же касается лишь чуда, потому что настоящий театр - это чудо. Плохой спектакль - это норма, средний - это чудо, а хороший спектакль - чудо из чудес, оно происходит очень редко.

Мы очень нетребовательны и к себе самим, и к чужим [работам]. Я воспитывался и на питерской культуре - театр Товстоногова, старый Пушкинский театр - и, конечно, воспитывался на замечательных московских - "Современнике", [Анатолии] Эфросе, Таганке. Тогда, в советские годы, Москва была более свободным городом и опережала Петербург по театральной свободе и количеству театральных поисков. Сегодня все как-то уравновесилось.

Что касается того, что я не поддался на соблазны, то связано это не только с тем, что мне не хочется переезжать из Петербурга в Москву. Просто я пытался сотворить из крошечного областного театра, который мне удалось возглавить, какой-то большой общий дом, и менять этот дом на любое другое государственное учреждение с самыми пышными названиями, самыми золотыми ложами мне не хочется - неинтересно. Все определяет не название театра, и не адрес театра, как я уже говорил, а те, кто в нем работает.

А.К.: Интересно, что этот маленький и, как вы его назвали, областной театр стал первым российским театром, который удостоен почетного титула "театр Европы". Что это означает для вас, и дает ли какие-нибудь преимущества?

Л.Д.: Означает признание того, что мы делаем, в европейском масштабе. Мы стали театром Европы довольно давно, когда Союз театров Европы составлял всего лишь восемь театров. Нас пригласил в Союз [его основатель] Стрелер [Джорджо Стрелер - выдающийся итальянский театральный режиссер и актер], и затем как-то получилось, что мы получили этот статус. Это скорее почет и самоудовлетворение, потому что в России никаких особых преимуществ это не дает. Миланский "Пикколо-театр" Стрелера вместе со статусом получил отдельную строчку в государственном бюджете. У нас отдельной строчки бюджета нет, наша строчка далеко не самая первая, поэтому мы довольствуемся моральным удовлетворением.

Театр Европы и европейские ценности

А.К.: Раз уж мы заговорили о Европе, я не могу не задать вам вопрос, который сейчас волнует многих. Это нарастающее в российском обществе противостояние ценностей. С одной стороны, вроде бы русских ценностей, так называемых духовных скреп, а с другой стороны - европейских западных. Что вы можете сказать по этому поводу?

Л.Д.: Для меня Россия, в которой я живу, и в которой я работаю, всегда была и остается неотрывной частью Европы. Для меня в этом нет никаких сомнений, и, я думаю, для большинства интеллектуальной части населения России, той, что по-русски называется интеллигенцией, так всегда было, и так остается. Все разговоры об особом пути, о чисто русских традиционных ценностях, это чаще всего некие спекуляции, которые мало на чем основаны, кроме, может быть, того, что исторически Россия развивалась по отношению к Европе с некоторой задержкой.

Это наглядно видно, когда оказываешься в Оксфорде и видишь колледжи, которым 800 лет, и понимаешь, насколько далека в то время Россия была от колледжей и университетов. У России, может быть, по-своему особо трагическая история развития. И поэтому, когда Россия переживает трудные дни, то возникает обманчивая тенденция сосредоточиться только на себе и отделиться от других. И тогда недостатки выдаются за достоинства.

Мы не первый раз это переживаем, я еще застал, будучи ребенком, борьбу с космополитизмом в СССР, доходившую до абсурда. Я ребенком помню, как печенье "Ланч" переделали в печенье "К чаю", как было запрещено название пирожных эклер и буше.

Поэтому, да, круг истории часто повторяется. Иногда в более фарсовом виде, иногда в более трагическом. Тут я с Марксом не совсем согласен. Трагедия иногда превращается не в фарс, а в еще большую трагедию. Что сегодня будет, посмотрим. Мы живем в очень быстро меняющемся мире. Несколько лет назад нельзя было предсказать то, что будет сегодня.

"У нас то же самое"

А.К.: Как воспринимают театр за пределами России? Вы ведь часто гастролируете. Вы не чувствуете барьера? Я говорю не столько о языковом барьере, сколько о культурном. И чего вы ожидаете от лондонских гастролей?

Л.Д.: Мы действительно объездили все континенты, кроме, может быть, Антарктиды, и нигде не чувствуем ни малейшей стены непонимания. Путешествия театра обнаруживают, что мы гораздо больше, несравненно больше похожи друг на друга, чем это нам кажется. И все разделения культур удивительно, ужасающе условные понятия. В одних и тех же местах во всех странах смеются, в одних и тех же местах спектакля во всех странах плачут.

И, когда мы играем "Жизнь и судьбу" или даже "Братьев и сестер", вроде сугубо российский материал [спектакль МДТ "Братья и сестры" Лев Додин поставил по одноименному произведению "деревенщика" Федора Абрамова - АК], то, приходя к нам после спектакля, люди почти не говорят о российской истории. Гораздо больше говорят о себе самом, о своей истории.

"У нас то же самое" звучит так часто, что первое время мы удивлялись, когда мы играли "Стройбат", скажем, про довольно унизительное существование человека в Советской армии, и к нам приходили во Франции, или даже в Англии и говорили: "У нас то же самое". Мы были очень растеряны, потому что мы понимали, что не совсем то же самое. А потом я понял, что везде, в той же армии, так или иначе человек обезличивается, человек унижен. А более страшно он унижен, или менее страшно, для него разницы нет. Он унижен.

Кому будут непонятны страсть, любовь, голод, холод, несбывшиеся надежды, неудовлетворенные иллюзии и так далее? Это вечные библейские, человеческие темы.

Если речь идет о большой литературе - а мы занимаемся большой литературой, - то мне иногда кажется, что, когда мы играем, весь зал понимает по-русски. Я даже часто вижу, как многие перестают смотреть на экран, где идут титры, и просто слушают интонацию, музыку.

Театр же - это музыка, может быть, прежде всего. Втянутый в эту музыку человек начинает слышать то, что он даже не знает, что он может слышать. В этом и есть мощь театра, о которой слишком многие не подозревают.

А.К.: И последний вопрос. Наверное, наименее значимый. Хотите - не отвечайте. Некоторое время назад всех переполошили появившиесябыло в прессе сообщения о выявленных вокруг театра финансовых нарушениях. Вскоре было прояснено, что непосредственно творческой группы это не касается. Могли бы вы прояснить, в чем там дело, и повлияло ли это расследование на работу театра?

Л.Д.: Это не только творческой группы не касается, это и театра как такового тоже не касается. Было сделано неточное заявление в прессе. Речь идет о финансовых нарушениях при строительстве новой сцены театра, которое уже длится очень давно, и которое пока не слишком двигается.

Театр к строительству не имеет никакого финансового отношения, к счастью, так что это заблуждение, которое продлилось два часа, и все это забыто. Ни на репутации театра, ни на репутации каждого из нас пока, к счастью, это не отразилось.

Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > bbc.com, 4 мая 2018 > № 2597230 Лев Додин


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 25 апреля 2018 > № 2583181 Анатолий Вассерман

РИКОШЕТ

«Кибератака России на Англию» и другие залпы информационной войны

Рикошет - о летящем или быстро движущемся теле: полет под углом после удара о какую-нибудь поверхность. Рикошетом: 1) отскочив от какой-нибудь поверхности (пуля попала в него рикошетом); 2) косвенно, за чужую вину (пострадать, испытать неприятность)

Д. Н. Ушаков. Толковый словарь русского языка.

Россия нацелилась на компьютеры десятков тысяч семей в Великобритании, чтобы шпионить за ними и устраивать массовые кибератаки, пишет 17 апреля «Взгляд». Это подчеркивается в совместном заявлении британского Центра правительственной связи (GCHQ) и американской ФБР, сообщила The Telegraph.

По данным спецслужб, Россия намерена также нанести киберудары по «критической инфраструктуре», включая энергетические сети, службы экстренной помощи и военные объекты.

В том, что Кремль развернул свою кампанию спустя несколько часов после удара по Сирии, уверены и источники Уайтхолла. Угроза со стороны России оценивается на «самом высоком уровне», подтвердили изданию и в Национальном центре кибербезопасности Британии. «Мы считаем Кремль ответственным за его умышленную кибердеятельность», — подчеркнула помощник секретаря по вопросам кибербезопасности и коммуникаций Великобритании Жанетт Манфра, которую цитировала The Financial Times.

Экспертные оценки

Анатолий Вассерман

«В отместку за ракетный удар по Сирии в минувшие выходные Россия запустила крупную кибератаку на Великобританию и другие западные страны», — совместно заявили британские и американские спецслужбы. Что это — очередная вопиющая дезинформация и неумная пропаганда в одном флаконе, специфическая кибер-матрёшка, где в большую матрёшку якобы ответа на виртуальную информационную войну России против Запада вложена меньшая матрёшка реальной информационной войны Запада против России?

Прежде всего, наше крупнейшее поражение в информационной войне заключается в том, что мы считаем её направленной исключительно против нас. Ну, боюсь, что это если не мания величия, то изрядная недооценка наших противников в этой войне. Насколько я могу судить, практически всё, что они в ней делают, направлено в первую очередь против самого же коллективного Запада. Они бьют по своим гражданам, а нам практически достаётся рикошет.

Вообще, должен заметить, что у большей части преступников, в том числе и политических преступников, довольно слабая фантазия: они обвиняют других исключительно в том, что делают или намерены делать сами. Например, англосаксы систематически обвиняют нас в геноциде, поскольку сами занимаются этим на протяжении большей части своей истории. Кроме того, они знают свои реальные проблемы и стараются обвинять других в этих реальных проблемах. Например, состояние значительной части западной инфраструктуры такое разрушенное, какое нам не снилось даже в те годы, когда Чубайс и его команда разваливали единую энергосистему России. И даже сейчас, когда эта энергосистема в значительной мере уже переделана по англосаксонским стандартам, у нас ещё не бывало ни единого отключения такого размаха, какие в Соединённых Государствах Америки случаются довольно регулярно. То есть они понимают, что новые катастрофы такого рода неизбежны. И заранее нас в них обвиняют, чтобы не быть вынужденными признать, что сами довели страну до разрухи.

Это, конечно, не значит, что нам не надо опровергать их заявления. Всё равно бороться с ними необходимо. Это только значит, что нам заведомо не удастся добиться отказа крупных западных руководителей от своих слов, какими бы лживыми эти слова не были. В лучшем случае через несколько лет, будучи уже в отставке, кто-то из них сознается — «да, мы тогда преувеличили опасность, исходящую от русских, и они в конечном счёте сделали далеко не всё, чего мы от них ожидали». А это значит, в свою очередь, что информационную войну нам необходимо вести с оглядкой не на руководителей, а на руководимых. Нам надо в своей пропаганде постоянно подчёркивать: «Смотрите, люди, вам врут, потому что вами манипулируют, потому что вас разоряют». Именно массовая аудитория коллективного Запада должна быть нашей целью. И именно этого тот же коллективный Запад в своей информационной войне боится панически. Посмотрите, например, что происходит с ресурсом Russia Today просто потому, что он предоставляет массовой западной аудитории информацию, отличающуюся от деятельности тамошних средств массовой рекламы, агитации и дезинформации. Его боятся именно потому, что он нацелен на правильную аудиторию.

Насколько верна российская информационная кампания, которая развернулась после субботнего удара Соединённых Государств Америки, Британии и Франции по ряду сирийских объектов? Запад пообещал ударить и ударил. Этот факт остаётся фактом, он нуждается в осмыслении, в выводах. Вместе с тем, мы читаем массу публикаций, где события 14 апреля подаются так, как будто Россия одержала величайшую в истории победу. Какой же должна быть верная трактовка западных бомбардировок и нашего ответа с учётом реалий информвойны?

Конечно, то, что стреляли по нашему союзнику, крайне неприятно. Но при этом не будем забывать, что предупреждение Генштаба РФ было действительно учтено, коалиция остерегалась задеть россиян. А в ответе на удар главное то, что мы сообщили, что теперь будем поставлять своему союзнику зенитные ракеты нового поколения. То есть теперь мы, опять же не вмешиваясь напрямую в эту борьбу, предоставляем нашему союзнику возможность отвечать силой на насилие. Конечно, мы не одержали безоговорочную победу, но и не потерпели полного поражения. И в сложившихся сейчас условиях это, что называется, размен в нашу пользу. В том смысле, что мы в результате обмена ходами и размена, по данным нашего Генштаба, 71-го «Томагавка», считающегося вполне современным оружием, на 112 ракет, считавшихся устаревшими ещё в прошлом тысячелетии, добились серьёзного сдвига баланса сил.

Скажем так, это ещё не Курская дуга и даже не Сталинград. Но это Ржев, где наши войска в своё время ценой больших потерь сковали такую группировку противника, что эта битва на центральной позиции в конечном счёте обеспечила наши победы на флангах — прорыв блокады Ленинграда и разгром немцев в Сталинграде. Так вот сейчас наблюдается нечто подобное. Я очень надеюсь, что в данном случае речь идёт именно о долгой игре. Собственно, одно из направлений этой игры общеизвестно — это моя малая родина Украина. Я рискну предположить, что Запад попытается в самое ближайшее время ответить эскалацией боевых действий на Украине, где в очередной раз потерпит провал, поскольку Российская Федерация к этой эскалации уже подготовила почву на Донбассе. Это не моя уверенность — это моя надежда.

Кстати, один из знаменитых гроссмейстеров конца XIX — начала XX века и блестящий теоретик шахмат Зигберт Тарраш отмечал, что позицию следует считать проигранной, если в ней есть две не скомпенсированные слабости в существенно разных местах. И дело обстоит так, что шахматист просто не может быстро перебросить силы с одного из этих мест на другое. Очень надеюсь, что позиция коллективного Запада проиграна именно по Таррашу. То есть слабости на Украине и в Сирии не могут быть компенсированы одновременно простой переброской сил. Вот так мне представляется этот матч на том, что Бжезинский назвал «великой шахматной доской».

Возникает ещё один вопрос. В информационной войне в Западом у нас есть успехи, есть огрехи шапкозакидательства, которое безусловно раздражает думающих людей. А есть и активнейшая деятельность пятой, а то и шестой колонн. При этом многие прозападные средства массовой информации и ресурсы поддерживаются напрямую государством или какими-то аффилированными с государством структурами. Не секрет, что «Эхо Москвы», «Дождь», ряд так называемых «правозащитных» структур, которые ведут открытую войну вместе с Западом против России, финансируются полностью или частично нашим же государством. Одновременно мы видим консолидацию Запада в информационной войне с Россией, где шаг вправо или влево приравнивается к побегу. Там уж чётко — Россия highly likely виновата в отравлении Скрипалей, и никто из каких-то значимых СМИ и политиков не может уйти в сторону. У нас же — шизофрения. Не является ли это существенной слабостью в информационной борьбе?

К сожалению, это именно так. Крупнейшая часть наших СМИ придерживается явно антирусской позиции. Это как раз не удивительно, если учесть недавний скандал с собеседованиями при поступлении на журналистский факультет МГУ, когда от поступающих прямо требовали признать агрессию Российской Федерации на Украине. Но почему в этом деле участвуют государственные структуры, почему они оказывают этому поддержку? Во-первых, надо вспомнить цитату, приведенную в «Золотом телёнке» из популярной в те времена книги: «Все крупные современные состояния нажиты самым бесчестным путём». И из этого следует, что наши владельцы заводов, газет, пароходов нуждаются в оправдании своих былых подвигов. И, соответственно, поддерживают теории, направленные на это оправдание. Более того, и на общегосударственном уровне сейчас считается единственно правильной экономическая теория, нацеленная, по сути, на оправдание победы в деловой гонке любой ценой. И, соответственно, на государственном уровне тоже поддерживаются те СМИ, что готовы оправдывать все подобные действия. То есть тут нам предстоит ещё отдельная борьба.

Но, с другой стороны, — нет худа без добра. Сейчас даже, пожалуй, хорошо, что большая часть оголтелых противников русской цивилизации собрана более-менее в одном месте. Скажем, тому же «Золотому дождю» уже верят лишь наиболее фанатичные сторонники восхода солнца на Западе, а массовая аудитория просто перестала обращать на него внимание. Точно так же есть группировка фанатичных сторонников «Эха Москвы», но за пределами этой группировки на «Эхо Москвы» практически никто не обращает внимания. Может быть, нам действительно выгоднее поддерживать эту информационную резервацию, куда наши оппоненты по сути сами себя загнали, чем бояться, что подобные же деятели всплывут в каком-нибудь серьёзном СМИ. По крайней мере, правило «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе» зачастую неплохо работает.

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 25 апреля 2018 > № 2583181 Анатолий Вассерман


Великобритания. Россия > Армия, полиция. Химпром > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581855 Владимир Углев

Создатель нервно-паралитического газа: «У нашего правительства — целая история лжи»

Анна-Лена Лаурен (Anna-Lena Laurén), Dagens Nyheter, Швеция

В 1970-х годах Владимир Углев был одним из ведущих советских химиков, которые разработали группу новых ужасающих нервно-паралитических веществ, получивших общее название «Новичок». Сегодня Углеву кажется вполне правдоподобным, что бывший шпион Сергей Скрипаль и его дочь были отравлены с помощью его творения в Великобритании. Газета «Дагенс Нюхетер» встретилась с Углевым в городе Анапе у Черного моря.

«Я не думаю, что Сергей и Юлия Скрипали полностью поправятся. Они, вероятно, получили неизлечимые повреждения, которые проявятся позже», — говорит Владимир Углев.

Мы сидим в комнате отеля в Анапе, а за окном шумит Черное море. Владимиру Углеву — за 70, этот коротко стриженный энергичный мужчина — один из лучших российских экспертов по производству химического оружия. Он считает весьма вероятным, что именно творением всей его жизни, нервно-паралитическим веществом под названием A234, 4 марта этого года в Солсбери и были отравлены Сергей и Юлия Скрипали.

Великобритания тоже утверждает, что Россия напрямую ответственна за химическую атаку, однако сама Россия отрицает это обвинение как абсурдное.

«Я получил информацию из британских анализов вещества, и его состав соответствует A234. Конечно, на сто процентов я не могу быть уверен, но могу предположить, что разумно, а что нет. Это яд, который отличается высоким качеством и чистотой, стабильное вещество, которое легко транспортировать и которое не оставляет никаких следов», — говорит он.

Высокое качество вещества, которое использовалось против Скрипалей, по мнению Углева, означает две вещи.

«Либо они взяли вещество из какого-то старого запаса, который мы произвели раньше. Либо его произвели какие-то профессионалы высокого уровня. Это не то вещество, которое можно сделать в гараже, в отличие от зарина, примененного террористами во время теракта в метро в Японии в 1995 году».

Рабочая группа Углева разработала нервно-паралитическое вещество А234 в пригороде Саратова в конце 1970-х годов. Работа шла в секретном научно-исследовательском институте — Государственном научно-исследовательском институте органической химии и технологии (ГосНИИОХТ). A234 был одним из трех ядов, вошедших в группу «Новичок», чье название прогремело на весь мир после того, как бывший российский шпион Сергей Скрипаль и его дочь были отравлены в Великобритании в начале марта.

Сам Углев предпочитает говорить об A234. Названия «Новичок» он избегает.

«Это слово запустил Вил Мирзаянов (беглый русский химик), но дело в том, что „новичок“ — это не одно вещество. Речь идет о трех разных нервно-паралитических веществах, которые разрабатывались в нашем институте: A234, A232 и A240. Я занимался этими ядами совершенно конкретно, в отличие от Мирзаянова, я знаю о них значительно больше, чем большинство высокопоставленных руководителей, потому что это была моя работа. Два раза я сам травился. По счастью, количество вещества было настолько мало, что я отделался лишь испугом».

В 1992 году Вила Мирзаянова, одного из высокопоставленных руководителей института, задержали. Он сделал разоблачение о том, что Россия вопреки международным конвенциям продолжала разрабатывать химическое оружие. Когда Владимир Углев официально поддержал Мирзаянова, его тоже задержали и обвинили в разглашении государственных тайн. Оба были отпущены в связи с отсутствием доказательств, и Мирзаянов в 1995 году эмигрировал в США.

Хотя Углев и поддержал Мирзаянова в 1990-е годы, сегодня он соглашается не со всеми его выводами.

«Эти вещества никогда не производились в таких количествах, как утверждает Мирзаянов. Большую их часть производила наша лаборатория, а мы могли сделать максимум 200 килограмм. Не тоннами. В Нукусе в Узбекистане проводились лишь эксперименты, производства там не было».

«Дагенс Нюхетер»: Какова была цель производства этих нервно-паралитических веществ?

Владимир Углев: А зачем вообще нужно оружие массового поражения? Зачем была нужна атомная бомба? A234, A232 и A240, которые мы разработали, оказались в десять раз эффективнее, чем соответствующие нервно-паралитические яды, которые уже были на рынке. Требовалось гораздо меньшее количество, чтобы добиться эффекта. Но, конечно, это странно, что страна, у которой есть атомное оружие, занималась химическим. Любой профессионал сказал бы, что это ни к чему. Я не знаю, о чем думали наши тупоголовые лидеры, но предполагаю, что они следовали логике «если у американцев есть, то и у нас должно быть».

Еще в 1990-е годы, когда Углев в том числе помогал комиссии американского Сената по химическому оружию, он предостерегал, насколько опасными могут быть яды группы «Новичок», если попадут не в те руки.

«Это очень удобное вещество. Оно не оставляет после себя никаких следов, и его легко использовать. Террорист может положить себе ампулу в карман, вылить содержимое в вагоне поезда и выйти. Спасибо и до свидания».

— Каково это было — участвовать в такой работе? Создавать оружие массового поражения?

— Тогда это было нормально. Это была моя работа. Я заработал на жилье, воспитывал детей. Я вообще обо всем этом не думал. Но война в Афганистане изменила ход моих мыслей, я знал, что советские войска убивали невинных гражданских. Пусть я и не могу это доказать, я уверен, что там использовалось и химическое оружие.

По словам Владимира Углева, из-за своей семейной истории он настроен скептически по отношению к Кремлю.

«Мой дедушка был крестьянином. У него было большое, хорошее хозяйство с шестью коровами под Пермью. Всю семью подвергли в 1930-х годах насильственной коллективизации, все мои родственники погибли в трудовых лагерях. Бабушка и дедушка лишились всего, и их с 17 детьми отправили в Мурманскую область. Там они умерли от голода и были закопаны в безымянной братской могиле. Чудо, что мой отец выжил. Я родился в 1946 году под Кировском, в лагерной зоне, полной преступников и политических заключенных. Ругаться я научился в семь лет».

Химию Владимир Углев изучал в престижном Российском химико-технологическом университете им. Д.И. Менделеева в Москве. После этого его отправили в секретную лабораторию химического оружия в Шиханы под Саратовым. Это был 1975 год.

«Чего хотел я сам, никто не спрашивал. В советские времена химиков рассылали по стране так, как это требовалось государству. Дела у меня пошли хорошо, я вошел в группу, которая разрабатывала A234, а затем возглавил ее, поднялся по карьерной лестнице до старшего научного сотрудника. Но докторскую мне так и не дали написать. Я неуживчивый человек, постоянно конфликтовал с начальством. Когда сын одного из руководителей представил плагиат нашей работы, я протестовал. Из-за этого я впал в немилость».

В 1990 году Владимир Углев ушел из секретной лаборатории, которая тогда разваливалась в связи с распадом Советского Союза. Два года он был губернатором города Шиханы, а затем работал исследователем на частном фармацевтическом предприятии. Также он сотрудничал с «Гринпис» (Greenpeace) и местными экологическими активистами.

Когда в 1993 году Углева отправили под суд из-за того, что он разгласил государственные тайны, его уволили с работы. Сегодня он живет на пенсию, которая составляет примерно 14 тысяч рублей в месяц, а также подрабатывает садовником в санатории, чтобы выплачивать кредит, взятый на жилье. Три месяца назад они переехали в курортный город Анапу из-за состояния здоровья жены.

Углев особо уточняет, что пока что нет никаких доказательств происхождения нервно-паралитического вещества, которое использовалось против Скрипалей. Но в одном он уверен: правду Кремль не говорит.

— Министр иностранных дел Сергей Лавров утверждает, что Скрипалей отравили веществом BZ (более слабый яд, который никогда не производился в России). Это откровенная ложь! Эксперты швейцарской лаборатории эту информацию отрицают, да и достаточно лишь взглянуть на анализы, чтобы понять, что это не может быть правдой. По словам британских экспертов, молекулярная масса яда, примененного против Скрипалей, равна 224. А молекулярная масса BZ — 333! Совершенно очевидно, что утверждение Лаврова — ложь.

— А зачем ему лгать?

— Возможно, он получил такой совет от экспертов. Либо просто потому, что правительство нашей страны непрестанно врет еще с 1917 года. Андрей Луговой отравил Литвиненко полонием в 2010 году (Лугового обвинила в этом преступлении Великобритания). Он разбросал следы полония по половине Европы! Поэтому, наверное, они перешли на A234. Он следов не оставляет.

— Почему вы так уверены, что это Россия виновата?

— Я этого не знаю. Это мое предположение. Посмотрите на историю Советского Союза и России. Посмотрите на 1939 год (когда СССР напал на Финляндию и Польшу). Кто признает, что дядя погиб в русско-финской войне? И что нам нечего было делать в Финляндии? Посмотрите на убийство Троцкого, которое Сталин так никогда и не признал. Они никогда ни в чем не сознаются, но рано или поздно правда в любом случае выйдет на поверхность.

— Вы сказали, что по-прежнему нет никаких конкретных доказательств?

— Нет, и не будет. Главное, что можно сделать, — это сравнить вещество, которое было найдено у отца и дочери Скрипалей с изначальной партией яда. Каждая партия A234 немного отличается от других. Они никогда не бывают идентичными, потому что дозировка всегда слегка варьируется. Поэтому мы всегда делали паспорт на каждую партию A234, с элементным анализом, токсикологической информацией и так далее. Когда в 1995 году в Москве был убит банкир Иван Кивелиди с помощью яда, которым намазали его телефон, милиция с нашей помощью смогла установить, что вещество было произведено в нашей лаборатории. Нужно было лишь сравнить пробу, взятую милицией, с нашим оригиналом.

— Значит, британцы могут попросить Россию предоставить информацию обо всех нервно-паралитических веществах, которые у нее хранятся?

— Вот какой будет ответ Кремля (сжимает кулак так, что большой палец торчит между сложенным указательным и средним пальцем, — русский жест, обозначающий, что собеседник может идти к черту). Возможно, британцы уже делали такой запрос. Но Россия никогда не даст им эту информацию. Кто захочет признать себя убийцей? Признаться, что страна, которая входит в Совет Безопасности ООН, использует оружие массового поражения против другой страны — члена совета? Я считаю, что британцы поступают совершенно правильно. Будь я на месте Терезы Мэй, я бы еще больше шума поднял.

— Но вещество, которым отравили Скрипаля, может производиться в нескольких местах в мире?

— Не везде. Оно может производиться в Великобритании, США, Японии, Германии. Но сейчас у нас есть глобальный рынок, и не получается делать какие-то выводы насчет того, где вещество было произведено, на основании его состава. Необходим конкретный анализ партий, которые хранятся в разных точках мира.

— Трудно понять, чем может быть выгоден Путину этот скандал.

— Откуда вам знать? Организации такого рода ничего не прощают. Они ничего не забывают. Они с удовольствием сделали бы то же самое и с другими, если бы могли.

— Зачем прибегать к такому методу, как убийство, когда Россия с половиной мира в конфликте?

— А почему нет? Наша разведка знает, что у США и Великобритании есть такой же яд. Они могут сказать, что британцы или американцы сделали это сами, обвинив во всем бедную Россию. Можно ли понять дурака? Нет. Те, кто сидит в Кремле, живут в своем собственном мире.

— Почему преступник не позаботился о том, чтобы действительно убить Скрипаля, если хотел его устранить? Сейчас он и его дочь пошли на поправку, хоть и говорят, что они никогда не восстановятся.

— Они ведь убили Литвиненко с помощью полония. И тогда у них были проблемы, так как Андрей Луговой наследил по всей Европе. Так что сейчас они извлекли урок из печального опыта и взяли другое вещество. Но они не подумали, что отец и дочь Скрипали помоют руки: именно это, вероятно, спасло им жизнь. И все-таки я не думаю, что они когда-нибудь полностью поправятся, они, вероятно, получили неизлечимые проблемы со здоровьем, которые сейчас не предугадаешь.

Углев не сомневается, что когда-нибудь правда о деле Скрипаля выйдет наружу.

— Если в России сменится власть, возможно, наше поколение узнает, кто пытался убить Скрипаля. Если нет, то об этом узнают наши дети или внуки. Все тайное когда-нибудь становится явным. Кто-то заговорит. Как я, например. Совесть мучает, и, наконец, уже не можешь больше молчать.

Дело Скрипаля

Российский двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия Скрипаль были найдены без сознания на скамейке в Солсбери 4 марта.

По информации британских властей, они были отравлены нервно-паралитическим веществом, которое изначально производилось в Советском Союзе под названием «Новичок».

Скрипаль в России был осужден за государственную измену, и, по словам премьер-министра Великобритании Терезы Мэй, за покушение на убийство несет ответственность российское правительство.

Вследствие конфликта Великобритания выслала более 100, а США — 60 российских дипломатов. Кроме того, 21 страна ЕС, включая Швецию, также выслала дипломатов. Россия отплатила той же монетой.

Отец и дочь Скрипали начали выздоравливать и сейчас находятся в засекреченном месте.

«Новичок»

«Новичок» — общее название группы нервно-паралитических веществ, состоящей в основном из трех разных ядов: A234, A232 и A240. Они разрабатывались в Советском Союзе с 1971 по 1993 год. Содержимого одной ампулы достаточно, чтобы лишить жизни примерно сто человек.

В 1992 году химики Лев Федоров и Вил Мирзаянов сообщили, что Россия по-прежнему проводит эксперименты с нервно-паралитическими веществами. Они были задержаны и обвинены в государственной измене. Владимир Углев официально поддержал Вила Мирзаянова и тоже был задержан в 1993 году по обвинению в разглашении государственных тайн.

Всех их позже освободили, и сейчас Мирзаянов живет в США. Он практически сразу заявил, что вещество, которое применили против Сергея и Юлии Скрипалей, относится к группе «Новичок».

Великобритания. Россия > Армия, полиция. Химпром > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581855 Владимир Углев


Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579558 Антон Уткин

«Дело Скрипалей»: международно-правовой аспект

Антон Уткин, Независимый эксперт по химическому оружию, кандидат химических наук

«Дело Скрипалей», безусловно, войдет в историю как яркий пример решения целого ряда проблем одного государства за счет использования покушения на жизнь гражданских людей в политических целях. Называется целый ряд вопросов, на решение которых был направлен политический запал Великобритании - отвлечение внимания от прекращения программы бесплатных обедов в школах для малоимущих семей, условий брекзита, торпедирования строительства «Северного потока - 2» и восстановления падающих рейтингов кабинета Терезы Мэй и т. д.

Однако с точки зрения вопросов химического оружия целью, скорее всего, являлась Сирия. На протяжении длительного времени усилия Запада взять под контроль события в этой стране наталкиваются на весьма успешную политику России в регионе. Одним из методов борьбы с режимом Ассада было обвинение его в применении одного из самых варварских видов оружия массового уничтожения - химического. В качестве инструмента был задействован Совместный механизм по рас-следованию фактов применения химического оружия в Сирии, созданный в соответствии с резолюцией Совета Безопасности 22351. Он имел мандат ООН определять виновных в применении химического оружия, мандат которого не имела Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО). В результате своей работы Совместный механизм рассмотрел шесть случаев применения химического оружия, ответственность за четыре из которых была возложена на Сирию, а за два - на «Исламское государство». Технический уровень отчетов, которые выпустил Совместный механизм, и обоснованность выводов были настолько низкими, в особенности там, где ответственность возлагалась на Сирию, что Россия вынуждена была наложить вето на предложения по продлению работы Совместного механизма.

При этом именно авторитет России, обоснованно не верящей в использование химического оружия руководством Сирии, не позволял западным государствам получить поддержку значительной части международного сообщества и применить к Сирии жесткие санкции. Россия никогда не занималась распространением химического оружия и не создавала арсеналы химического оружия для других стран.
У западных стран репутация в этом смысле очень плохая. Согласно отчету UNMOVIC, «более 200 иностранных поставщиков имели крупные контракты на поставку важнейших технологий, оборудования, предметов и материалов, которые непосредственно использовались Ираком в его программах создания химического оружия, биологического оружия и ракет»2. Большая часть этих поставщиков представляла западные страны. Более того, ведущие западные страны, включая США и Великобританию, следуя своим геополитическим интересам, не только активно поддерживали Ирак в войне против Ирана, но и напрямую помогали развивать мощности по созданию химического оружия3. Великобритания осуществляла масштабные поставки в Сирию прекурсоров для производства зарина4, того самого, который впоследствии был уничтожен благодаря усилиям России.

Многие страны знают и помнят тот факт, что Россия всегда была последовательна в вопросах распространения и использования химического оружия и потому прислушиваются к ее мнению, когда речь идет об обвинениях Запада в адрес Сирии в связи с применением химического оружия. Однако ситуация может принципиально поменяться, если обвинить саму Россию в том, что она использует химическое оружие для убийства гражданских лиц на территории Великобритании. Если бы эти обвинения были достаточно убедительными для других стран, то мог бы быть рассмотрен сценарий наказания Сирии через механизм Конвенции о запрещении химического оружия. Каким образом он работает?

Механизм соблюдения обязательств в рамках конвенции

Как известно, в соответствии со статьей VIII конвенции5, ОЗХО состоит из трех органов:

- Конференция государств-участников;

- Исполнительный совет;

- Технический секретариат.

Конференция государств-участников включает всех членов конвенции (более 190) и является ключевым органом Организации. Конференция осуществляет надзор за исполнением конвенции, оценивает ее соблюдение, утверждает процедурные правила и принимает все необходимые меры по обеспечению соблюдения конвенции. Конференция также контролирует деятельность других органов.

Исполнительный совет управляет текущей деятельностью Организации. Он состоит из 41 члена, которые избираются сроком на два года в соответствии со справедливым географическим распределением.

Технический секретариат помогает конференции и Исполнительному совету в выполнении ими своих функций, а также осуществляет проверки в соответствии с конвенцией и выполняет другие функции, порученные конференцией и советом. Технический секретариат состоит из генерального директора, выбираемого на четырехлетний срок, инспекторов, а также научного, технического и другого персонала. Секретариат получает декларации от государств-участников и осуществляет мониторинг объектов, которые могут относиться к производству химического оружия. Инспекторы осуществляют инспекции на местах, обеспечивая особую интрузивность конвенции6.

Если Технический секретариат в своей деятельности или государство-участник обнаруживает свидетельства несоблюдения конвенции, Исполнительный совет обращается к соответствующему члену конвенции с просьбой устранить проблему в соответствии со статьей XII конвенции7. Если проблема не устраняется в назначенный период, то Исполнительный совет проводит консультации с проблемным государством-участником. При отсутствии прогресса  конференция может ограничить или лишить государство-участника прав и привилегий, гарантируемых конвенцией, пока оно не подтвердит выполнение своих обязательств. Конвенция не определяет четко объем возможных санкций за нарушение конкретных обязательств. В то же время лишить государство его членства в Организации невозможно. Когда же действия государства-участника угрожают предмету и целям конвенции, конференция может рекомендовать принять коллективные меры в соответствии с международным правом. Это может включать экспортные ограничения химикатов, технического оборудования и технологий. В особых случаях конференция может довести проблему до сведения Генеральной Ассамблеи ООН и Совета Безопасности. Кстати, в особо серьезных случаях Исполнительный совет также обладает полномочиями доводить проблему до сведения ООН.

Таким образом, сценарий применения санкций через механизм конвенции предполагает, что соответствующие решения должны быть вынесены конференцией либо Исполнительным советом. Решения в обоих органах принимаются двумя третями голосов. Это означает, что для принятия решения против Сирии необходимы весьма убедительные факты. В принципе тот факт, что Совместный механизм определил Сирию виновной в четырех инцидентах с применением химического оружия, дает противникам Ассада существенное преимущество, позволяя заявлять, что ООН определила вину Сирийской армии. Однако позиция России, которая активно выявляет необоснованность таких обвинений, а также отказалась признавать легитимность Совместного механизма, наложив вето на решение о продлении его полномочий, существенно ослабляет возможности западных стран по использованию санкционного механизма конвенции.

Если же авторитет России будет подорван в связи с обвинениями уже в ее адрес, то это потенциально открывает дорогу западным странам для использования ОЗХО в политических целях. Если теоретически удастся проголосовать на сессии Исполнительного совета за решение, обвиняющее Сирию в нарушении конвенции, и довести этот вопрос до органов ООН для принятия соответствующих решений, то Россия может оказаться в сложном положении, поскольку накладывать вето придется не на проект резолюции, предложенный одним из членов Совета Безопасности, а на решение, поддержанное организацией, представляющей практически все государства мира. Репетицией такого сюжета может служить решение 83-й сессии Исполнительного совета от 11 ноября 2016 года, основанное на выводах Совместного механизма, обвиняющего Сирию в применении химического оружия8. Результатом этого решения было проведение дополнительных инспекций в Сирии.

Конечно, это далеко от приведенного выше сценария, однако показывает направление движения.

В то же время «дело Скрипалей» вряд ли приведет к серьезным последствиям в рамках ОЗХО, так как Организация носит выраженный технический характер по реализации режима запрещения химического оружия. Поэтому чисто политические демарши Лондона не находят отклика у членов Организации. Кроме отсутствия технической обоснованности обвинений Великобритании в адрес России, Лондон демонстративно нарушает международное законодательство, нарушая порядок разрешения спорных вопросов, прописанный в конвенции. Возможно, для британской политики важно не следовать этому порядку, чтобы никто не разобрался в обоснованности обвинений, однако это не остается незамеченным для большинства стран. Каким же образом должна была действовать Великобритания, если она искренне хотела разобраться в обстоятельствах «дела Скрипалей»?

Порядок взаимодействия государств при выяснении фактов в связи с предметом и целью конвенции

Порядок консультаций и сотрудничества государств - участников конвенции прописан в статье IX9. В соответствии с пунктом 2 этой статьи, «государства-участники всякий раз, когда это возможно, прежде всего предпринимают всяческие усилия к тому, чтобы выяснить и урегулировать путем обмена информацией и консультаций между собой любой вопрос, который может вызывать сомнение относительно соблюдения настоящей конвенции». Как видно из текста конвенции, у Великобритании не было выбора - осуществлять обмен информацией с Россией и проводить консультации или нет. В данном случае это императив. Великобритания обязана была это сделать, прежде чем делать политические заявления на площадке ОЗХО. Далее, «государство-участник, получающий от другого государства-участника просьбу о разъяснении… представляет запрашивающему государству-участнику как можно скорее, но, в любом случае, не позднее чем через десять дней после поступления просьбы, информацию, достаточную для ответа на высказанное сомнение или озабоченность». То есть после предоставления Лондоном информации России и просьбы разъяснить эту информацию у России должно было быть десять дней для того, чтобы проанализировать полученные данные и дать соответствующий ответ. Однако Великобритания дала России для ответа 24 часа, не предоставив никакой информации. Это является явным нарушением конвенции.

Кроме того, Великобритания могла обвинять Россию через средства массовой информации и по дипломатическим каналам, не прибегая к площадке ОЗХО, тем самым показывая, что не собирается обращаться к юридическим нормам конвенции. Однако посол Великобритании Питер Вилсон 13 марта 2018 года на 87-й сессии Исполнительного совета сделал соответствующее политическое заявление10. Этим шагом Лондон ввел данный вопрос под юрисдикцию конвенции, однако сделал все, чтобы нарушить требования конвенции по разрешению спорных вопросов между государствами-участниками.

Вместо следования порядку, прописанному конвенцией, Лондон пригласил представителей ОЗХО в страну для отбора проб. Приглашение было осуществлено в рамках технической поддержки, а не в качестве инспекции. Это означало, что представители ОЗХО не имели особых прав инспекторов, в связи с чем не могли отбирать все пробы, которые они сочли бы необходимым отобрать, и не могли проинтервьюировать всех вовлеченных в инцидент физических лиц. Известно, что Лондон отказал представителям ОЗХО в отборе некоторых проб, а также в беседах с некоторыми людьми. Данный факт свидетельствует о неискренности Великобритании в расследовании «дела Скрипалей».

Безусловно, ОЗХО не станет делать никаких заявлений о виновности или невиновности отдельных государств. В результате анализа отобранных проб будут получены данные о присутствии в этих пробах образцов конкретных химических соединений. Результаты анализа передадут Великобритании и - по соответствующему запросу - России.

Несмотря на отсутствие заключений о виновности какой-либо страны, Великобритания, скорее всего, будет использовать любые результаты ОЗХО в качестве подтверждения своей правоты.

Возникает справедливый вопрос: как в этой ситуации должна действовать Россия?

Что должна делать Россия

Если ответить на этот вопрос кратко, то Россия должна делать ровно то, чего не сделала Великобритания.

Во-первых, Россия должна предложить Великобритании провести консультации и обмен информацией по «делу Скрипалей». Формально Россия уже сделала это через российского представителя в ОЗХО Александра Шульгина, который в своем заявлении на 87-й сессии Исполнительного совета предложил британской стороне провести консультации на двусторонней основе и потребовал представить вещественные доказательства11

Поскольку в течение десяти дней после этого запроса от Великобритании не поступило удовлетворительного ответа, то Россия имеет право в соответствии с пунктом 3 статьи IX «просить Исполнительный совет оказать содействие в прояснении любой ситуации, которая может быть сочтена неясной или которая вызывает озабоченность относительно возможного несоблюдения настоящей конвенции другим государством-участником». Совет обязан предоставить всю информацию, которая имеет отношение к такой озабоченности. Список вопросов Российской стороны к Техсекретариату ОЗХО, опубликованный на сайте МИД России 1 апреля 2018 года, является той самой просьбой о разъяснении12.

Далее в соответствии с пунктом 4 той же статьи Россия имеет право просить Исполнительный совет получить у Великобритании разъяснение относительно «дела Скрипалей». В этом случае совет направляет соответствующий запрос Великобритании и она обязана представить разъяснения в течение десяти дней. Если Россия не будет удовлетворена ответом, то она может просить совет получить дополнительные разъяснения. В этом случае Исполнительный совет может создать группу экспертов для изучения ситуации, которая представит совету отчет о своих выводах. Если же и это не удовлетворит Россию, то она имеет право просить о созыве специальной сессии Исполнительного совета. На такой специальной сессии Исполнительный совет рассматривает этот вопрос и может рекомендовать любую меру, какую он считает целесообразной для урегулирования ситуации.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5 статьи IX Россия также имеет право просить Исполнительный совет прояснить любую ситуацию, которая сочтена неясной или вызывает озабоченность. То есть Россия может просить о созыве внеочередной сессии Исполнительного совета независимо от последовательности выполнения запросов по пункту 4.

Затем в соответствии с пунктом 7 статьи IX, если сомнения или озабоченность России не будут рассеяны в течение 60 дней после представления Исполнительному совету запроса о разъяснении или если Россия сочтет, что ее сомнения заслуживают безотлагательного рассмотрения, то она может просить о созыве специальной сессии конференции в соответствии с пунктом 12 с) статьи VIII. На такой специальной сессии конференция рассматривает соответствующий вопрос и может рекомендовать любую меру, какую она считает целесообразной для урегулирования ситуации.

Во всех случаях России следует добиваться от Великобритании предоставления исчерпывающей информации о ходе расследования по «делу Скрипалей», а также информации, на основании которой Лондон принял решение о виновности России. Россия также может просить предоставить всю информацию о производстве веществ типа «Новичок» все страны, включая Великобританию. Необходимо так организовать работу «на полях» ОЗХО, чтобы каждое заседание Исполнительного совета завершалось требованием к Великобритании представить всю необходимую информацию так, чтобы Лондон оказался в положении защищающейся стороны.

Представляется также, что Россия может запросить у ОЗХО экспертное заключение о возможности определить страну или лабораторию, где было произведено отравляющее вещество, на основании результатов анализа проб из Великобритании. Это важно, поскольку в СМИ распространяются мифы о том, что такая возможность существует.

В любом случае, последовательные действия России в рамках международного законодательства, направленные на выявление и демонстрацию отсутствия каких-либо реальных доказательств вины России на всех уровнях Организации по запрещению химического оружия, могут оказаться весьма действенным инструментом при отстаивании своих интересов в «деле Скрипалей».

 1UN Press release // https://www.un.org/press/en/2015/sc12001.doc.htm

 2Резюме компендиума иракских программ, связанных с запрещенными вооружениями в химической, биологической и ракетных областях. S/2006/420. Июнь 2006. С. 35 // http://www.un.org/Depts/unmovic/new/documents/compendium_summary/s-2006-420-Russian.pdf

 3Phythian M. Arming Iraq: How the U.S. and Britain Secretly Built Saddam's War Machine // Northeastern University Press, 1997. С. 73-74.

 4Written statement to Parliament. Statement on the Historical Role of UK Companies in Supplying Deal Use Chemicals to Syria // The National Archives. July 9, 2014 // http://webarchive.nationalarchives.gov.uk/20160619015950/https://www.gov.uk/ government/speeches/statement-on-the-historical-role-of-uk-companies-in-supplying-dual-use-chemicals-to-syria

 5Конвенция о запрещении химического оружия, ст. VIII // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-viii-organizacija/

 6Barry Kellman. The Advent of International Chemical Regulation: The Chemical Weapons Convention Implementation Act // Journal of Legislation. Vol. 25. Issue 2. Article 2. Р. 117-139.

 7Конвенция о запрещении химического оружия, ст. XII // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-khii-mery-po-ispravleniju-polozhenija-i-obespecheniju-sobljudenija-vkljuchaja-sankcii/

 8Decision OPCW-United Nations Joint Investigative Mechanism reports on chemical weapons use in the Syrian Arab Republic. November 11, 2016 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/83/en/ec83dec05_e_.pdf

 9Конвенция о запрещении химического оружия, ст. IX // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-ikh-konsultacii-sotrudnichestvo-i-vyjasnenie-faktov/

10Statement by H.E. Ambassador Peter Wilson permanent representative of the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland to the OPCW at the eighty-seventh session of the Executive Council. March 13, 2018 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/87/en/ec87nat05_e_.pdf

11Statement by H.E. Ambassador A.V.Shulgin permanent representative of the Russian Federation to the OPCW at the eighty-seventh session of the Executive Council (on the chemical incident in Salisbury). March 13, 2018 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/87/en/ec87nat09_e_.pdf

12Список вопросов Российской стороны к Техсекретариату ОЗХО по сфабрикованному Великобританией против России «делу Скрипалей». 1 апреля 2018 г. // http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/3150201

Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579558 Антон Уткин


Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579555 Александр Крамаренко

Переговоры по брекзиту: первые итоги

Александр Крамаренко, Директор по развитию РСМД, Чрезвычайный и Полномочный Посол

29 марта исполнился ровно год, как начался переговорный процесс по выходу Великобритании из Евросоюза в соответствии с волей британского электората по итогам состоявшегося 23 июня 2016 года общенационального референдума. В этот день год назад британская сторона подала официальное уведомление о своем намерении покинуть ЕС согласно ст. 50 Лиссабонского договора.

Беспрецедентное решение британцев имело множество причин, прежде всего внутреннего характера. Тут и островной менталитет, и длительный исторический опыт самодостаточного существования, включая имперское строительство, и реакция на опрометчивое единоличное решение канцлера ФРГ А.Меркель о неограниченном приеме в ЕС нахлынувшей с турецкой территории волны беженцев из Сирии и других стран Ближнего и Среднего Востока, которая воспринималась как двуединая миграционно-террористическая угроза. Последнее обстоятельство пришлось как нельзя не кстати, и не будет преувеличением сказать, что именно оно определило исход референдума. Антииммиграционные настроения в Британии назревали давно и были связаны со свободой передвижения в рамках Евросоюза, когда наплыв трудовых мигрантов из новых стран-членов, а это государства Центральной и Восточной Европы, совпал с кризисными явлениями в экономике всех западных стран, ставшими оборотной стороной глобализации1

В британском обществе и политэлите, особенно в ее консервативном сегменте, никогда не было единства в вопросе участия в европейском интеграционном проекте. Более того, в свое время Великобритания вступала в Европейское экономическое сообщество, воспринимавшееся прежде всего как общий рынок. Его последующая интеграционная эволюция никогда не апробировалась электоратом, что стало общей проблемой ЕС - так называемым дефицитом демократии.

Неизбежно сказались кризисные явления еврозоны, хотя Лондон в ней не участвует, но еще одна демонстрация диктата Берлина (по отношению к Греции и другим странам средиземноморской периферии) не могла не пройти незамеченной британцами, исторически с недоверием относящимися к немцам. В конце концов, в двух мировых войнах Германия ставила задачу доминирования на континенте. Теперь угроза установления германского порядка в Европе исходит от Германии, сильной не в военном, а экономическом отношении. Как отмечали британские экономисты, развитие европейской интеграции вместо заявленной цели ослабления Германии привело к ее усилению, к тому, что ее торгово-экономические интересы обрели глобальный характер2, то есть ЕС фактически служит для Берлина неформальной, непризнанной империей, где есть место только для одной сверхсильной и не подвергшейся деиндустриализации экономики.

В таком сложном контексте не должно удивлять то, что именно Британия оказалась на острие напугавшего западные элиты подъема протестного электората. С точки зрения взаимоотношений с партнерами по Евросоюзу важно и то, что - как это воспринимается в их столицах - без апробации крамольной идеи «независимости» на британском референдуме не было бы и победы Д.Трампа на выборах в США с его философией «Америка прежде всего» (лозунг «глобальной Британии» консервативного кабинета Т.Мэй по существу идет в том же русле). Его видение мира - «сильные, суверенные, независимые государства», находящиеся в состоянии соперничества/конкуренции друг с другом3, - звучит как приговор Евросоюзу (в дополнение к его публичной поддержке англичан с их брекзитом). А поведение англосаксов дает основания подозревать их в намерении единолично «закрыть» западный «либеральный проект» и вернуть мировую политику в XIX век. И это притом, что никто не мыслил себе жизни вне «американского лидерства», понимаемого как обязательство США обеспечивать поддержание сложившегося международного порядка, который трактуется как западноцентричный. Отсюда понятное стремление европейских столиц примерно наказать англичан, дабы другим неповадно было разрушать интеграционный проект, который обрел экзистенциальное значение. Альтернативы ему они не видят.

Сейчас, в свете «дела Скрипаля», можно с большей уверенностью судить о другом элементе контекста переговоров по брекзиту, причем как следствие осмысления их опыта и императив переговорной стратегии Лондона. Запредельная и откровенно враждебная антироссийская риторика консервативного кабинета Т.Мэй (на всех уровнях, включая премьер-министра), положение которого к тому же осложнилось из-за неосторожного маневра с проведением в июне 2017 года досрочных выборов*, (*Тори лишились большинства в Парламенте и теперь зависят от поддержки десяти депутатов основной политической силы ольстерских юнионистов - Демократической юнионистской партии (ДЮП).) и до этого была направлена на нагнетание напряженности в Европе с целью доказать незаменимость Великобритании в противостоянии «агрессивной России». Подтекст очевиден: в общих интересах Запада полюбовное урегулирование вопросов выхода англичан из ЕС, то есть Брюссель и партнеры по ЕС должны пойти навстречу Лондону, чтобы в Москве «не радовались» разладу в западном альянсе и его ослаблению. Таким образом, вопрос о «предательстве общезападного дела» англичанами как бы выводился за скобки союзнических отношений.

Ввиду очевидной аналогии с «делом А.Литвиненко» (Т.Мэй, надо полагать, неслучайно заявила, что такое может произойти в любой другой стране: но почему-то подобные инциденты происходят именно на Британских островах, а не где-то еще) следует отметить и различие. Тогда британские спецслужбы отрабатывали свою нишу в общей политике Запада, заинтересованного в «смене режима» в «несговорчивой России». Сейчас же «дело Скрипаля» имеет целью подкрепить призыв Лондона к союзнической солидарности (в отсутствие доказательств и фактов) явно в контексте переговоров по брекзиту, то есть англичане преследуют прежде всего своекорыстные интересы.

В этом уже содержится британская оценка положения дел на переговорах, которые шли трудно и требовали от Лондона болезненных уступок и компромиссов, что служило источником обострения разногласий в самом кабинете и парламентской фракции тори. Так называемые «брекзитеры» и там и там постоянно заявляли о себе, подозревая премьера в стремлении закамуфлировать принципиальные уступки, а то и просто сдать позиции, перелицевав уже существующий формат отношений Лондона с партнерами по ЕС и выдав это за брекзит. Что действительно отражает существенную эволюцию в публичной позиции Т.Мэй, так это отказ от жесткой риторики в духе «лучше никакой сделки, чем плохая» (напоминает высказывания Д.Трампа), и более внятное признание безальтернативности поиска компромиссных развязок. Сохраняется банальный тезис «брекзит - это брекзит».

По требованию Евросоюза переговоры изначально были разбиты на две последовательные стадии: сначала договоренности по условиям выхода, и там три главных вопроса - финансовые обязательства Лондона, правовой статус граждан других стран ЕС (порядка 4 млн. человек) в Великобритании (англичане ставят вопрос о правах своих граждан - 1,2 млн. человек) и режим сухопутной границы между Ольстером и Ирландией, являющейся открытой по Белфастским соглашениям 1998 года о североирландском урегулировании; затем уже разговор о формате будущих взаимоотношений Великобритания - Евросоюз. Лондон изначально пытался вести переговоры «в пакете», то есть обо всем сразу, но главное - о параметрах будущих отношений. Такой подход не прошел, и англичанам пришлось в том числе испить горькую чашу всех тех, включая Москву, кто имеет опыт ведения дел с ЕС: общие позиции 27 (28) стран согласовываются долго и практически не подлежат изменению, другими словами, речь зачастую идет об ультиматуме со стороны Брюсселя.

Только 8 декабря 2017 года удалось договориться по вопросам первой фазы переговорного процесса. Еще три месяца ушло на то, чтобы облечь их в юридически обязывающую форму Соглашения о переходном периоде и подписать на саммите ЕС 23 марта этого года. О том, что это было непросто, говорит и тот факт, что британская сторона еще в декабре обусловила достигнутые договоренности (притом что они носят неполный характер - об этом позже) пресловутым пакетным подходом - ни о чем не договорились, пока не договорились обо всем. Об этом заявил 11 декабря министр по вопросу выхода Великобритании из ЕС Дэвид Дэвис4. И надо сказать, что этот подход был в итоге принят стороной ЕС.

Параллельно другой «брекзитер» в составе кабинета, министр окружающей среды Майкл Гоув, 9 декабря выступил - благо в отличие от Д.Дэвиса он не ведет переговоры с Брюсселем - с заявлением о том, что британские избиратели будут в конечном счете главными судьями в вопросе соответствия достигнутой с Брюсселем сделки национальным интересам. То есть ее условия могут быть пересмотрены Лондоном в одностороннем порядке, раз все суверенные полномочия к моменту проведения следующих парламентских выборов будут репатриированы5, словом, дали понять, что суверенитет неделим - или он есть, или его нет. Это заявление партнерам Лондона пришлось «проглотить», так как реакции на него не требуется, а спорить в принципе о суверенитете будет накладно самим, поскольку вопрос болезненный для многих в Евросоюзе.

Слова М.Гоува можно трактовать и как произвольное развитие темы введения в национальное законодательство одним актом Парламента всего свода действующих норм ЕС. Этот подход был сочтен практичным ввиду огромного объема накопленного за время пребывания Великобритании в ЕС есовского законодательства: на его просеивание через «сито» национальных интересов уйдут годы и десятилетия, причем этим займется правительство в обход полномочий Парламента, что пытаются оспаривать депутаты, выступающие против брекзита. Такой законопроект «О выходе из Европейского союза» внесен в Парламент и вступит в силу в день выхода Великобритании из ЕС. Другое дело, что заявленный М.Гоувом подход распространяется на обязательства Лондона по тем соглашениям, которые будут достигнуты с Брюсселем. Нельзя исключать, что это является частью общей стратегии правительства «замутить воду» вокруг переговорного процесса, особенно тех уступок, на которые ему неизбежно приходится идти, и тем самым выглядеть «на коне» в глазах собственного общественного мнения.

Но надо иметь в виду, что заявление М.Гоува было сделано в контексте ранее принятого вопреки позиции правительства решения о том, что окончательные договоренности с ЕС будут представлены на утверждение Парламента. Это вносит дополнительный элемент неопределенности в ситуацию, уже не говоря о том, что косвенно ставится под вопрос сам мандат на брекзит, полученный правительством по итогам вынужденного референдума. В любом случае понятно, что будущее достигнутых между Лондоном и Брюсселем договоренностей станет определяться своего рода балансом сил - положением «глобальной» Великобритании, то есть тем, насколько успешно она будет обустраиваться вне ЕС, в том числе при предполагаемой поддержке Вашингтона, и ситуацией в Евросоюзе/Еврозоне как вследствие развития внутренних противоречий, так и в результате возможных торговых войн с США, главной целью которых является Германия (администрация Д.Трампа широко оперирует термином «экономическая агрессия»).

Можно предположить, что свои расчеты, не лишенные оснований, англичане могут строить на перспективе демонтажа европроекта до общего рынка с крахом еврозоны и воспроизводства в европейской политике геополитических раскладов, нашедших отражение в двух мировых войнах. Исключать этого, наверное, не следует и России, благо смена правительства в Великобритании может подвести черту под нашими нынешними осложнениями, а противоречия по линии англосаксы - немцы не нам разрешать, хотя мы и могли бы косвенно посредничать, развивая отношения с обеими сторонами, прежде всего торгово-экономические и инвестиционные.

Другим свидетельством извилистости пути к уже достигнутому на переговорах служит уклончивая до смешного позиция Лондона, сводившаяся к тому, чтобы ЕС делал ему предложения о параметрах будущих отношений, а не наоборот. Так, согласно «утечке» в германские СМИ, А.Меркель на закрытом брифинге в Давосе в конце января высмеяла Т.Мэй, которая на все ее вопросы: «Чего же вы хотите?» - заученно отвечала: «Сделайте мне предложение»6. Надо полагать, этой переговорной «тактики» британская сторона будет придерживаться до последнего. Т.Мэй не раз выступала с речами, которые анонсировались Даунинг-стрит как излагающие «стратегию» ее правительства в вопросе выхода из ЕС, однако этому требованию никогда не отвечали, так как все, как правило, сводилось к расплывчатым и необязывающим формулировкам пожеланий Лондона и фразам о взаимовыгодности прочных и нормальных отношений между сторонами.

Наиболее близко к изложению конкретного видения будущих отношений с ЕС премьер-министр подошла в своей речи 2 марта в Лондоне7, когда уже стало ясно, как далеко готов пойти Брюссель навстречу Лондону в готовившемся им (под руководством комиссара ЕС Мишеля Барнье) Соглашении о переходном периоде. По словам премьера, Лондон в конечном итоге хотел бы выйти на «прочное решение», которое бы уважало результаты британского референдума, сохраняло рабочие места и «укрепляло наш союз наций». Оно должно отвечать пяти тестам/требованиям: уважать итоги референдума, быть устойчивым, способствовать сохранению рабочих мест и обеспечению безопасности, «соответствовать характеру страны, какой мы хотим ее видеть», то есть современной, обращенной вовне и толерантной, способствовать сплочению страны. Итоги референдума трактуются как голосование за «возвращение контроля над нашими границами, законами и деньгами», но не за «отдаление от наших соседей».

Т.Мэй также заявила, что пришло время изложить «суровые факты», а именно что ни одна из сторон не получит «в точности» того, на что хотела бы выйти по итогам переговоров. Так, Великобритания не может рассчитывать на тот же доступ к рынку ЕС в некоторых сферах, который ей обеспечивает членство в Союзе. Четко сказано, что Лондон выходит из единого рынка (с его четырьмя свободами - передвижения товаров, услуг, капиталов и людей) и таможенного союза ЕС, но остается членом ряда его агентств (в сфере лекарственных препаратов, авиации и регулирования химической промышленности).

Главное, как она затем сказала в интервью Би-би-си8, «жизнь будет другой вне Евросоюза». В ряде областей имеет смысл придерживаться тех же правил и стандартов, которые действуют в ЕС, в других сферах - добиваться того же результата другими средствами. Что касается наиболее чувствительного для англичан вопроса финансового сектора, то придется отказаться от его «прописки» на континенте, поскольку это означало бы принятие правил без участия в их выработке. Финансовые услуги должны стать «ключевой частью наиболее всеобъемлющего соглашения о свободной торговле из когда-либо заключавшихся Великобританией». В Конфедерации британской промышленности дали понять, что с альтернативными правилами деятельности Сити на континенте надо поспешить, так как фирмы и компании уже перебазируются через Ла-Манш. На то, чтобы признать очевидное, у Лондона ушел целый год.

Пока главным результатом переговоров является договоренность о переходном периоде9, который начнется с выходом Великобритании из ЕС 29 марта 2019 года и завершится 31 декабря 2020 года. На таком «мягком» варианте перехода к новым параметрам отношений с ЕС настаивал британский бизнес. В течение этого времени граждане Великобритании и стран Евросоюза, перемещающиеся через границу, то есть не только те, кто на 29 марта 2019 года уже обосновался по ту сторону границы, пользуются тем же статусом, что и сейчас. Великобритания, оставаясь на этот период участницей торговых соглашений ЕС, сможет вести переговоры о своих торговых соглашениях, но они вступят в силу не раньше 1 января 2021 года. Лондон будет оставаться частью общей рыболовной политики с гарантированной квотой улова, что вызвало критику соответствующих кругов и конъюнктурное осуждение со стороны Эдинбурга. В качестве своих достижений правительство указало на то, что в соглашении четко прописано, что оно распространяется на Гибралтар и предусматривает создание совместного комитета по надзору за имплементацией соглашения. Вопреки прежним «красным линиям» англичан на переходный период сохраняется юрисдикция Европейского суда в отношении вопросов, относящихся к законодательству ЕС и гражданам стран-членов.

Вопрос счета за выход из Евросоюза был, пожалуй, наиболее простым, поскольку очевидно, что финансовые обязательства Лондона перед ЕС остаются, будь то пенсионные фонды чиновникам Еврокомиссии, включая англичан, сохраняющееся участие англичан в совместных проектах и структурах и многое другое. Точной цифры никто назвать не может, но, по британским оценкам, это где-то в районе 40 млрд. фунтов. Все будет зависеть уже от конкретных расчетов, включая валютные курсы. Альтернативой полюбовному урегулированию было бы решение этой проблемы через суд, что, понятно, не в интересах прежде всего британской стороны.

Это наиболее чувствительный для Лондона вопрос, поскольку затрагивает территориальную целостность страны - будущее сухопутной границы между Ольстером и Республикой Ирландия. Пока Лондон не нашел приемлемых для себя путей разрешения этой «квадратуры круга». Поэтому пришлось согласиться с позицией ЕС, поддержанной Дублином, о том, что Северная Ирландия остается в едином рынке и таможенном союзе ЕС, дабы избежать установления «жесткой границы», а это является согласованной целью обеих сторон. Этот вариант решения проблемы будет «опорным» (backstop option), пока не будет найдено другое решение. Бремя доказательств ложится на Лондон, который сразу оговорил неприемлемость для себя такого варианта как окончательного решения, поскольку, заявила Т.Мэй, «подрывает суверенитет Соединенного Королевства». Об этом же заявила Демократическая юнионистская партия (ДЮП), указав на то, что в таком случае граница переместится в Ирландское море.

Согласно высказываниям Т.Мэй, в принципе возможны некие технические решения, учитывающие то обстоятельство, что порядка 80% товаров, перемещаемых через границу, не требуют никакого контроля. Возможны элементы виртуального контроля между торговыми контрагентами, хотя все это должно быть конкретизировано и быть приемлемым не только для североирландцев, но также Дублина, который, таким образом, фактически обладает правом вето на урегулирование этого вопроса между Лондоном и Брюсселем по той простой причине, что Ирландия остается в составе ЕС. О том, что все будет далеко не просто, свидетельствует «утечка» 27 февраля письма министра иностранных дел Б.Джонсона премьер-министру, в котором содержится «токсичная» фраза о том, что «95% перемещаемых через границу товаров все равно не будут подлежать контролю, даже если граница станет жесткой»10.

Проблема Северной Ирландии, где на референдуме большинство проголосовало за то, чтобы остаться в составе ЕС, - не единственная угроза территориальной целостности страны. Аналогичным образом проголосовали и шотландцы, но на выборах в июне 2017 года всем трем общенациональным партиям, которые в 2015 году практически были сметены с политической арены северного края Шотландской национальной партией (ШНП), удалось укрепить свои позиции, что вынудило правительство ШНП отказаться от идеи проведения повторного референдума о независимости в ближайшие годы. Как полагают, он состоится после фактического выхода Великобритании из Евросоюза, то есть не раньше 2021 года, разумеется, в зависимости от той ситуации, которая сложится к тому времени в самой Великобритании и ЕС. От будущего Северной Ирландии и Шотландии зависит международный статус страны: оба региона входят в ее официальное название - Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии (Великобритания - продукт унии Англии и Шотландии 1707 г.).

Соглашение о переходном периоде, несомненно, является важным шагом в переговорном процессе, но его значение никто не преувеличивает. Многие трудные вопросы, включая режим сухопутной границы с Ирландией, еще предстоит урегулировать. Главное, впереди переговоры по формату будущих торгово-экономических отношений с ЕС. 23 марта на саммите в Брюсселе были одобрены и директивы Мишеля Барнье для переговоров по окончательному соглашению. В них также предусмотрен пакетный подход. Лондону предлагаются Соглашение о свободной торговле и «тесное партнерство в области безопасности и обороны». В случае если британская сторона отойдет от своих «красных линий» и согласится остаться в таможенном союзе, ЕС сможет улучшить свое предложение Лондону. От англичан потребуют честной конкуренции, имея в виду их отказ от снижения налогов на бизнес, стандартов в природоохранной сфере и в области трудовых отношений. Брюссель будет стоять на страже своей финансовой стабильности (без прямого упоминания сферы финансовых услуг Великобритании). Не обошлось без неприятных неожиданностей: в последний момент по настоянию Мадрида в директивы был включен пункт по Гибралтару - по нему сторонам предлагается достичь отдельное двустороннее соглашение11.

 Никто не ожидает простых, быстрых и безболезненных решений и развязок, в том числе в контексте политической борьбы внутри самой Великобритании. В лагере консерваторов достаточно политиков, выступающих против каких бы то ни было уступок, за полный и решительный разрыв с Евросоюзом, то есть «жесткий» брекзит. Хотя только будущее покажет, насколько эти взгляды могут быть оправданы в реальной жизни, евроскептики-тори делают ставку на то, что все решения - по разводу и будущему сотрудничеству - должны быть увязаны в один пакет. Вопрос только в том, насколько британская сторона в состоянии шантажировать таким образом своих партнеров по ЕС.

Годичный опыт переговоров и содержание Соглашения о переходном периоде скорее говорят в пользу слабости позиций Лондона. Предстоят не только переговоры по окончательному соглашению (ожидается завершить их осенью этого года, с тем чтобы к весне 2019 г. оно могло быть ратифицировано Европарламентом), но и переходный период почти в два года. За это время многое может измениться в региональном и глобальном контекстах. Поэтому вопрос отнюдь не сводится только к окончательному соглашению и, соответственно, оба варианта брекзита, «жесткий» или «мягкий», все это время остануться в повестке дня. Наверное, будет эволюционировать и понимание того, что значит «мягкий» брекзит: Лондон уже встал на этот путь, который может привести к воспроизводству его особого статуса в Евросоюзе, только уже не на условиях членства. Нет сомнений и в том, что европейская интеграция выиграет от ухода британцев.

Пока не оправдались предсказания тех, кто предрекал серьезные негативные последствия референдума и самого брекзита для британской экономики. Изначально фунт упал по отношению к доллару на 20%, но со временем выровнялся из-за ослабления доллара. Падение по отношению к евро сохраняется на уровне 15%. В принципе это укрепляет конкурентные позиции британских экспортеров. Экономический рост в 2016 году составил 1,8% (у ФРГ - 1,9%). Примерно те же темпы роста сохранялись в 2017 году, хотя до 3% выросла инфляция. Но продолжала сокращаться безработица, достигшая рекордно низкого за последние 40 лет уровня в 4,4%12. Разумеется, все это данные официальной статистики, но фактом остается то, что пока британская экономика неплохо держит удар, хотя в дальнейшем многое будет зависеть от конкретных параметров торгово-экономических отношений между Лондоном и ЕС.

Что касается интересов России, то «дело Скрипаля» уже говорит о том, что Лондон продолжит разыгрывать антироссийскую карту в своих отношениях с Евросоюзом, как минимум до достижения окончательных договоренностей по брекзиту, а в более широком плане - до прояснения ситуации со своим «глобальным» позиционированием. Способность британской стороны отравлять наши отношения с ЕС в целом и его отдельными членами в частности будет зависеть от реагирования европейских столиц на эту линию англичан, которую трудно расценить иначе, как заговор против Европы, нуждающейся в разрядке, позитивных и прагматичных отношениях с Москвой. Видимо, не стоит преувеличивать умение Лондона задавать тон в европейской политике: в конечном счете все наши европейские партнеры будут руководствоваться собственным видением национальных интересов.

 Уже сейчас, судя по реакции на запросные требования Лондона о безоговорочной союзнической солидарности с голословными обвинениями по адресу Москвы, можно говорить о том, что терпение партнеров будет быстро иссякать, внося разлад в ряды Евросоюза. Так, несмотря на все усилия Т.Мэй на саммите ЕС 22-23 марта, партнеры смогли согласовать лишь весьма скромный по своему содержанию текст, который не снимает с Лондона ответственности в части представления доказательств своих обвинений, прежде всего по линии процедур, предусмотренных Организацией по запрещению химического оружия (ОЗХО). Можно предположить, какого труда и скольких унижений это стоило британской стороне за закрытыми дверями. Как всегда бывает в Евросоюзе, за коллективной позицией, включая в данном случае отзыв посла ЕС М.Эдерера в Москве для консультаций, стоит нежелание большинства стран-членов рисковать своими двусторонними отношениями с Россией.

Однако, как показало дальнейшее развитие событий, решение США подключиться к выдворениям российских дипломатов, а значит, и давлению на партнеров Лондона по ЕС в корне изменило ситуацию, возможно, привело к необратимой эскалации в отношениях Запада с Россией на ближайшие месяцы, а то и годы13. Можно ожидать, что контекст общей антироссийской политики Запада и напряжение в этой связи по линии США - Европа будут отныне существенными факторами в переговорном процессе по брекзиту.

 1Подробно см.: Ананьева Е. Брекзит: предыстория и причины // Международная жизнь. 2018. №2.

 2Marsh D. Europe’s Deadlock. New Haven and London: Yale University Press, 2016. С. 73-75.

 3https://www.whitehouse.gov/wp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905.pdf

 4https://www.youtube.com/watch?v=4NiJZNH8jrY

 5https://www.theguardian.com/politics/2017/dec/09/michael-gove-voters-can-change-eu-deal-if-they-dont-like-it

 6http://thebusinesscourier.co.uk/angela-merkel-vysmeyala-peregovory-terezy-mej-po-breksitu-na-zakrytom-brifinge-v-davose/

 7http://www.bbc.com/news/uk-politics-43256183

 8https://www.bbc.co.uk/programmes/p0601fdv

 9http://www.bbc.com/news/uk-politics-43456502

 10http://www.bbc.com/news/uk-politics-43215286

11http://www.bbc.com/news/uk-politics-43509309

12http://www.bbc.com/news/uk-politics-32810887

13http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/united-states/delo-skripalya-anglo-amerikanskiy-zagovor-protiv-evropy/ и http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/military-and-security/rossiya-i-zapad-po-pushkinu-i-turgenevu-il-nam-s-evropoy-sporit-novo-/

Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579555 Александр Крамаренко


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 апреля 2018 > № 2578382 Сергей Нечаев

Посол России в Германии: «Пока единственная жертва — это кот»0

Ян Эмендёрфер (Jan Emendörfer), Leipziger Volkszeitung, Германия

Инцидент с отравлением двойного агента Сергея Скрипаля вызвал международный дипломатический скандал. Россия решительно отвергает обвинения. Главный редактор газеты «Лейпцигер Фольксцайтунг» (Leipziger Volkszeitung) Ян Эмендёрфер (Jan Emendörfer) побеседовал об этом с российским послом в Берлине Сергеем Нечаевым.

4 марта бывший двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия были обнаружены в бессознательном состоянии в городе Солсбери на юге Англии. Пока неясно, кем они были отравлены и при каких обстоятельствах это произошло. Британское правительство считает, что Скрипаля планировали убить с помощью разработанного в России нервно-паралитического газа «Новичок», а произошло это по указанию Москвы.

Инцидент в Солсбери вызвал международный дипломатический кризис. Россия решительным образом отвергает обвинения и требует проведения независимого расследования. Главный редактор газеты «Лейпцигер Фольксцайтунг» побеседовал на эту тему с российским послом в Берлине Сергеем Нечаевым.

«Лейпцигер Фольксцайтунг»: Г-н Нечаев, что вы можете сказать по поводу обвинений со стороны британцев?

Сергей Нечаев: Наша позиция ясна: мы не имеем никакого отношения к этому трагическому случаю. У нас нет никакого мотива. Этот человек был у нас амнистирован, он смог спокойно выехать в Англию, он сохранил свой российский паспорт, его дочь могла в любой момент к нему приехать и т.д. Скрипаль больше не представляет никакого интереса для наших спецслужб, он больше не обладает никакой секретной информацией. За два месяца до начала Чемпионата мира по футболу мы совершенно не заинтересованы в обострении международной ситуации.

— Однако британские следователи говорят, что это отравляющее вещество было произведено в России.

— В 1992 году при президенте Ельцине в России было запрещено производство нового химического оружия. В середине 1990-х годов российские ученые выехали из страны и опубликовали на Западе некоторые формулы одной группы нервно-паралитических веществ, которые, в соответствии с западным копирайтом, с авторским правом — на Западе, а не у нас, — получили название «Новичок». В 1997 году Россия подписала международную Конвенцию о запрещении химического оружия. Мы тогда сразу же начали уничтожать наше химическое оружие, и осенью 2017 года мы официально объявили о завершении этого процесса. Кстати, помощь в этом деле нам оказали в том числе и наши немецкие партнеры.

— Британцы обвиняют Россию в том, что она препятствует раскрытию дела Скрипаля.

— Мы, наверное, больше заинтересованы в раскрытии этого дела, чем сами британцы, поскольку на нас возложили ужасную вину. Мы предложили четкий механизм проведения расследования под руководством Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) — но с нашим участием. Мы хотим увидеть образцы этого отравляющего вещества, мы хотим знать, как проходит расследование, мы хотим присутствовать. Это полностью соответствует Статье 98 Конвенции ОЗХО. Но нас туда не пускают.

— У вас есть объяснение, почему британцы так себя ведут?

— У британцев — проблемы с Брекситом, они неожиданно оказались на краю политической сцены Европы. Но, вы знаете, мы не обвиняем британцев в деле Скрипаля. Мы так себя не ведем, мы не играем в игру «Слепая корова». Но мы замечаем странные вещи: было сказано, что «Новичок» — это высокотоксичное боевое отравляющее вещество, и в случае его применения смерть наступает мгновенно. Однако Юлия Скрипаль уже здорова и выписалась из больницы. И г-н Скрипаль, как говорят, чувствует себя лучше, а участвовавший в этом инциденте полицейский уже дает интервью… Единственной жертвой пока стал кот, которого усыпили. Извините, это звучит цинично, но все соответствует действительности. Дом Скрипаля сносят, все в радиусе одного километра санируется, и в конечном итоге все следы будут уничтожены.

— Российская сторона утверждает, что в ходе исследования взятых в Солсбери образцов, которое было проведено в лаборатории швейцарского города Шпица, было обнаружено производимое на Западе нервно-паралитическое вещество BZ.

— Да, речь идет о независимой лаборатории, а в России боевого отравляющего вещества BZ никогда не было. Оно вызывает именно такой эффект, который наблюдался у Скрипаля. Его жертвы в течение нескольких дней страдают, как при параличе, но затем приходят в себя и выздоравливают. Но нас никто не хочет слушать. Складывается впечатление, что санкции не приносят желаемого результата, и теперь нужен такой-то новый способ вызвать недоверие к России.

— А что происходит в Сирии?

— Мы подвергли резкой критике бомбовые удары трех держав, назвав их действия нарушением международного права, а также агрессией. На это не было никакой санкции Совета Безопасности, это были односторонние действия. Мы очень сильно разочарованы. Подобные шаги заводят в тупик весь политический процесс. Кроме того, это сигнал для других стран, которые вот-вот станут ядерными державами. Скоро они спросят: стоит ли нам отказываться от ядерного оружия, когда международное право так нарушается?

— Вы считаете, что Асад сможет удержаться?

— Мы ясно сказали, что не допустим насильственного свержения Асада.

— И то, что произошло с Саддамом Хусейном и Муаммаром Каддафи, больше не повторится.

— Когда я смотрю в интернете кадры захвата и убийства Каддафи — это демократия в действии по-британски, это катастрофа. Таким способом нельзя перенести демократию на чужую территорию. И во всех этих странах — в Ливии, Ираке, Сирии — после этого начался хаос. Пособники революции уходят, а европейцам достаются «плоды»: миграционные проблемы, «Исламское государство» (запрещенная в России организация — прим. перев.), международный терроризм — все те вещи, с которыми мы сегодня сталкиваемся.

С января нынешнего года германист Сергей Нечаев (64 года) служит послом России в Берлине. Еще молодым человеком он работал в советском посольстве в ГДР. Затем он возглавлял Генеральное консульство в Бонне, а после этого был послом в Австрии. Женат, имеет сына.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 апреля 2018 > № 2578382 Сергей Нечаев


Великобритания. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > newskaz.ru, 20 апреля 2018 > № 2577605 Сергей Лавров

Кто стоит за инсценировкой химатаки в Сирии? У России доказательств в избытке

Михаил Воскресенский

Министр иностранных дел России Сергей Лавров подробно рассказал об актуальных вопросах взаимоотношений России с западными партнерами

Глава российского МИД Сергей Лавров рассказал в интервью генеральному директору МИА "Россия сегодня" Дмитрию Киселеву о том, кто стоит за недавней фальсификацией химатаки в Сирии, ударах США по этой стране, "деле Скрипалей" и предстоящем саммите Трампа и Ким Чен Ына, а также о том, почему между Россией и США не будет военного столкновения.

— Вы говорили, что у России есть неопровержимые доказательства — не highly likely, как это сейчас у англичан, а неопровержимые — того, что так называемая химатака в Думе была инсценирована одной страной, которая рвется в первые ряды русофобов. Эту страну назвал позже Конашенков, речь идет о Великобритании. Когда и какие доказательства мы готовы против Великобритании предоставить?

— Знаете, доказательств уже в принципе в избытке. Начать с того, что это видео, с которого все началось и которое стало, наверное, главным поводом, главным предлогом для той лихорадочной атаки, которую соорудили американцы, англичане и французы, нанеся бомбовые удары по объектам производства и складирования химического оружия, как они сказали. Наверное, даже обывателю понятно, что если ты знаешь, где находится склад химического оружия, то бомбить по этому складу означает только одно: создать гуманитарную катастрофу для тех, кто живет в округе.

На видео было прекрасно видно, как люди, ничем не защищенные, кроме, может быть, некоторые из них были в марлевых повязках, поливают водой мальчиков одних, мальчиков других, каких-то взрослых людей. Наши военные, когда освободили эту часть Восточной Гуты, нашли двух врачей, которые работали в госпитале этом, и эти врачи показали самих себя на этом видео, рассказав, как ворвались какие-то люди, стали кричать: "Химическая атака, надо срочно всем обливаться водой!" — и это честно было.

К слову, тут где-то я смотрел недавно Euronews, по-моему, там показали женщину, у которой все было — и лицо, и тело — закрыто, осталась только узкая щелочка для глаз. Она не называла своего имени, держала за руку каких-то двух мальчиков, сказала, что это ее дети, которые тоже оказались в ситуации, когда у них заболела голова, им не нравился запах. Она тоже стала принюхиваться, ей тоже этот запах не понравился. Потом она завершила свое выступление фразой, что потом уже муж довез детей до врача.

Сразу приходит в голову вопрос, а нельзя ли с этим врачом побеседовать, нельзя ли узнать, как зовут эту женщину, кто ее дети, ну и так далее. Поэтому информацию, которую мы видим, надо очень тщательно анализировать — особенно сейчас, чтобы нас не держали за новичков.

Кроме того, совсем недавно Министерство обороны, освободив Думу, обнаружило склад химических веществ, в том числе произведенных в Германии, но и произведенных в Портон-Даун, в том самом городе Солсбери.

Сейчас производится анализ специалистами того, что там было обнаружено. Но, помимо всего прочего, то, что инсценировка, которая оказалась снятой на видео, была организована "Белыми касками", — этого никто не скрывает. А "Белые каски" работают исключительно на территориях, которые контролируют боевики, включая террористов, таких как "Джебхат ан-Нусра"*, и они уже приложили руку к состряпыванию такой же провокации год назад в Хан-Шейхуне, и они — это тоже не секрет — финансируются в том числе Великобританией, ну и США и рядом других западных стран.

Все это было нами достаточно конкретно и развернуто предъявлено и в ОЗХО на заседании исполнительного совета, и СБ ООН. В ответ мы слышим только одно: что пытаться обвинять Британию, что она могла пытаться что-то не так сделать — это вообще выходит за все рамки и это невозможно даже обсуждать, потому что этого не может быть.

Я надеюсь, что все разумные люди видят разницу в аргументах, разницу в том, какие факты выкладываются на стол, а какие факты вообще не предъявляются.

— В Сирии — миссия экспертов ОЗХО. Какой самый честный доклад можно ожидать? На какой самый честный доклад вы надеетесь?

— Осетрина не бывает второй свежести. Если доклад будет просто честным, этого уже будет достаточно. Мы, конечно, озабочены тем, как целый ряд игроков пытаются воспрепятствовать деятельности ОЗХО. Мы не сомневаемся, что в ОЗХО и в Гааге, и в ее выездных миссиях работают высокие профессионалы. Но мы также не можем исключать, потому что есть свидетельства об этом, что этих экспертов, этих честных ученых пытаются использовать в политических целях. Миссия, которая поехала в Сирию (вы знаете, что она прибыла в Бейрут и должна была уже на утро пересекать границу с Сирийской Арабской Республикой, где их ждали консульские представители сирийского МИД для выдачи виз), они в тот момент не смогли выдвинуться, потому что начались удары. Кому-то очень не хотелось, чтобы они попали своевременно в тот район, о котором идет речь.

Сейчас они (эксперты ОЗХО. — Прим. ред.) находятся в Дамаске, выпустили через пару дней рекогносцировочную миссию в район, который предстоит обследовать, чтобы убедиться, что там безопасно. Их сопровождали сотрудники: и ооновцы, и нашей военной полиции для обеспечения их охраны.

В момент, когда они находились в этом районе, началась стрельба из той части города, где еще остались несколько десятков экстремистов, которые явно были предупреждены о том, кто конкретно будет выдвигаться в этот район и с какой целью.

Теперь мы добиваемся того, чтобы все-таки эта миссия состоялась, но тем временем наши военные продолжают обнаруживать все больше и больше интересных предметов. В частности, в одной из квартир была обнаружена канистра с химическим веществом, хлором, по-моему. Квартира, которая находилась на территории, контролировавшейся боевиками. Эта канистра лежала на кровати, гладко прибранной. Никаких следов попадания этой канистры в комнату сверху или сбоку не обнаружилось. Ее внесли через дверь, положили. И все это мы хотим предъявить экспертам ОЗХО, чтобы они не только посетили место того самого поливания водой, но и зашли в лабораторию, которую мы нашли, где обнаружены химические вещества, произведенные в Европе. И чтобы посетили ту квартиру, где лежит эта бочка с хлором. Так что там есть что посмотреть. Я очень надеюсь, что профессионализм возьмет верх. Мы готовы были с самого начала вести профессиональный разговор и с ОЗХО, и со всеми нашими западными коллегами.

Я упоминал, что на ранней стадии нынешнего противостояния на химической почве и французы, и американцы интересовались, нельзя ли им направить своих экспертов вместе с нашими, чтобы посмотреть — наряду с экспертами ОЗХО, — что же там все-таки произошло. Ну, и когда мы сказали, что мы готовы и сирийское правительство будет готово поддержать, вместо того, чтобы реализовать эту договоренность, были нанесены удары. Так что посмотрим. Мы ждем честности, конечно же, от экспертов — и в случае с Сирией, и в случае с Солсбери. Там расследование тоже продолжается.

— О Солсбери мы еще погорим. Давайте еще пару вопросов по Сирии: а могут ли экспертам, грубо говоря, что-то подбросить, посыпать вокруг них, предложить забрать это с собой, протестировать. Возможно ли это?

— Надеюсь, что эксперты все-таки своей репутацией дорожат и будут начеку. Ничего исключать нельзя, учитывая, что методы, которые используют сейчас наши западные партнеры, — это из серии "ниже пояса". Не хочу ничего исключать, но и не хочу никого ни в чем обвинять без причин.

— А вот эмоционально, по-человечески, что вы испытали, когда увидели этого мальчика — Хасана Диаба, одиннадцатилетнего ребенка, на которого вдруг набросились взрослые дяди, стали поливать его холодной водой из шланга — он задрожал, потом что-то прыскать в рот, как-то запугивая его, и потом сам об этом рассказывал его отец. Вообще, как вы по-человечески все это восприняли?

— Как говорил Станиславский, хотелось крикнуть: "Не верю!". Но если брать уже более человеческие чувства, то, конечно, отвратительно, когда детей используют в своих грязных затеях.

— У вас большой опыт, в том числе в работе в постпредстве нашей страны в Совете Безопасности. Можете себе представить, что этот мальчик Хасан Диаб и его отец могут появиться в Совете Безопасности и рассказать о своей истории как свидетели? Либо для этого нужно их наделить дипломатическими паспортами Сирии? Вообще услышит ли мир вот этих людей, ведь это же ключевые свидетели, участники событий?

— Было бы полезно, и, конечно, мы поддержали бы такие действия, они должны прежде всего предприниматься, конечно, правительством Сирийской Арабской Республики. Наши западные коллеги часто прибегают к такого рода включениям в повестку дня Совета Безопасности, представителей "с мест" гражданского общества, когда речь идет о том, что есть свидетели того или иного действа, которое рассматривается.

— То есть такая практика существует?

— Да. Привозят представителей различных неправительственных организаций, привозили и, сейчас я не припомню, из какой конкретно организации, сирийцев, иранцев в разное время, организуют видеомосты. Так что здесь технические средства позволяют донести до членов Совета Безопасности, до членов ООН во время открытых заседаний этого высшего органа Организации Объединенных Наций точку зрения тех или иных лиц, которые были свидетелями события, о котором идет речь. Мы, кстати, хотели и будем продолжать добиваться того, чтобы и в ситуациях, которые не обязательно Сирии касаются, свидетели с мест происшествия имели возможность как-то обратиться к членам Совета Безопасности. Но в данном конкретном случае, конечно, это дело сирийского правительства, мы активно поддержали бы такое предложение.

— Во всяком случае, отец сказал, что они готовы ехать куда угодно и свидетельствовать перед кем угодно.

— Да, я слышал.

— Ну, так или иначе, эта провокация, эта инсценировка закончилась массированными ракетными ударами и, кстати, довольно эффектным отражением ракетного удара. Пожалуй, это, наверное, первый в истории человечества такой эпизод. Насколько детально, точно и заблаговременно Россия получила предупреждение о готовящейся ракетной атаке? Была ли у нас возможность прочертить свои красные линии вокруг определенных районов? В буквальном смысле красные линии на карте. Сколь решительно мы были настроены ответить, если ракеты полетят не туда, не в те районы, о которых предостерегали? Готовы ли были топить корабли неприятеля и сбивать их самолеты?

— Еще до того, как стали материализовываться планы нанести удары западной "тройкой", начальник Генерального штаба Вооруженных сил России Валерий Васильевич Герасимов четко сказал, что если какие-то боевые действия так называемой коалиции нанесут ущерб российским военнослужащим, то мы будем жестко и четко отвечать. Причем будем рассматривать в качестве законных целей не только сами ракеты, но и носители. Это было сказано четко и недвусмысленно.

И, кстати, удивляюсь, как наши некоторые, ваши западные коллеги, да и мои тоже на самом деле, и некоторые наши средства массовой информации взялись почему-то за нашего посла в Ливане Засыпкина, который повторил то, что сказал начальник Генерального штаба. Ему же попытались вложить в уста заявление о том, что если хоть одна ракета полетит вообще по территории Сирии со стороны коалиции, то мы начнем топить подводные лодки и так далее. Сказано было то, о чем предупредил начальник Генерального штаба Валерий Герасимов: что если будет нанесен ущерб российским военнослужащим. После этого были контакты на уровне военного руководства, на уровне генералов, между нашими представителями и командованием американской коалиции. Они были поставлены в известность о том, где у нас красные линии, в том числе красные линии на земле — географически. И, во всяком случае, результаты показывают, что они эти красные линии не перешли.

Что касается результатов этих обстрелов, то они ведь тоже подвергаются сомнению. Американские коллеги заявляют, что все до единой ракеты достигли целей, французские ракеты достигли целей. У нашего Генерального штаба есть очень четкая картина, мы наблюдали за всем происходящим в режиме реального времени, вживую. И статистика, которую наши военные представили, — мы готовы за нее отвечать. Если кто-то утверждает, что все 105 ракет достигли целей, пусть представит свою статистику. По крайней мере доказательства того, что наши заявления, наш подсчет, наша арифметика небеспочвенны и будут предъявлены нашими военными, как я понимаю, совсем скоро.

— Совсем скоро?

— Надеюсь.

— Было запущено 103 ракеты, 71 из них была сбита. Трамп говорил, что он кому–то позвонил, все ли ракеты долетели. И на том конце провода сказали: "Да-да, все до единой, господин президент". Кому он мог позвонить?

— Я не знаю, кому в таких случаях звонит президент Соединенных Штатов. Нашему президенту звонить не приходится — ему докладывают, когда подобного рода вещи происходят. И я бы сейчас предпочел не вдаваться в тему взаимоотношений внутри американской администрации и в тему о том, как некоторые официальные лица в Вашингтоне относятся к позиции и поручениям своего президента.

— Мы будем поставлять С-300 в Сирию?

— Об этом сказал президент. У нас нет никаких теперь моральных обязательств. У нас были моральные обязательства, мы обещали этого не делать еще где-то лет 10 назад, по-моему, по просьбе известных наших партнеров. И мы приняли во внимание их аргумент о том, что это могло бы привести к дестабилизации обстановки, хотя средство чисто оборонительное, но тем не менее мы вняли просьбам — теперь у нас такого морального обязательства нет.

— Вы говорите, что не хотели бы обсуждать расклад внутри американской администрации, но тем не менее при нынешней конфигурации, когда самый чуткий "голубь" в Белом доме — это "бешеный пес" Мэттис, складывается такое положение, что недалеко и до прямого столкновения, военного столкновения с США у России. Сколь велик риск такого столкновения?

— Я все-таки думаю, что и министр обороны Мэттис, и председатель Объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США Данфорд понимают недопустимость, неприемлемость каких-либо действий, которые могут спровоцировать прямое военное столкновение России и США. Это, по-моему, настолько очевидно, что военные не могут этого не понимать. И они понимают это лучше, чем многие другие. Когда политики пытаются подзуживать, извините за жаргон, руководство своей страны, требуя от нее все больше и больше конфронтации, включая материальную конфронтацию, — это безответственно. Они достигают своих, пытаются достичь свои внутриполитические цели, там продолжается межпартийная борьба очень жестокая, и в конгрессе это проявляется, и активно спекулируют на российским факторе, понимая, что здесь есть почва для объединения на русофобских началах. Но эта кампания все-таки выдыхается, искусственно подпитывали ее совершенно беспрецедентными санкциями, рассчитывая, что подобного рода вещами они нас сподвигнут на принятие их условий дальнейшего развития отношений, но это как минимум недальновидно и наивно. Потому что они ведь о чем говорят? Мы хотим хороших отношений с Россией, но для этого Россия должна признать все свои грехи и все свои ошибки, то есть исходят они из своей непогрешимости и что во всем, что сейчас происходит, виновата исключительно Россия, которая пошла наперекор и выступает как ревизионистская держава, ревизуя современный миропорядок. Причем под миропорядком они совсем не Устав ООН понимают, они понимают то, что им видится необходимым для того, чтобы сохранять, пытаться сохранить свое доминирование. Я понимаю: когда несколько столетий исторический Запад, как мы его называем, вершил все дела по своему усмотрению в мире, сейчас, когда появляются центры силы и в Азии, и в Латинской Америке, да и, собственно говоря, Российская Федерация — один из важнейших игроков на мировой арене, — когда им не нравится, что кто-то пытается свои интересы отстаивать. Причем отстаивать-то мы свои интересы стремимся не ультимативно, мы предлагаем искать баланс этих интересов, чтобы договариваться, а они говорят: ну, договариваться будем, когда вы скажете, что вы во всем согласны с тем, как устроен мир по-нашему. Вот, собственно говоря, в чем дело. Так что, возвращаясь к вопросу о рисках военного противостояния, я исхожу на сто процентов из того, что военные этого не допустят и этого, конечно же, не допустит ни президент Путин, ни, уверен, президент Трамп. Они все-таки лидеры, которые избраны своими народами, они отвечают перед этими народами за мир и спокойствие.

— Вообще, вот такое хладнокровие и выдержка России, честно говоря, меня восхищают. Много видел, и холодную войну, и такое впечатление, что был бы в Кремле другой человек, так могло бы уже обернуться и вообще иначе, потому что провокации, такое впечатление, они следуют одна за одной. И Россию провоцируют, и Россия все время отказывается принимать эту холодную войну и принимать этот вид спорта. Но все же вы говорите, что идет на спад, а у меня лично другое ощущение — что интенсифицируется, напряженность усиливается и прямая ложь становится уже инструментом внешнеполитической деятельности (вспомним Бориса Джонсона) или наши партнеры не хотят слушать и даже слышать. У меня в кабинете экран "Россия-24", экран Би-би-си, экран CNN. И в то время как на "России-24" крутят репортаж с этим одиннадцатилетним мальчиком, который поневоле стал актером в ролике и рассказывает о том, как это было, что ему дали финики, печенье и рис. Казалось бы, вскрылась эта провокация. И тут этот же ролик Би-би-си крутит в оправдание ракетного удара, как будто бы ничего не слышит, как ни в чем не бывало. Все-таки что должно произойти, чтобы разрядка в этих условиях наступила?

— Я не сказал, что идет на спад эта кампания, я сказал, что она выдыхается. Знаете, как бежит человек стометровку или десять тысяч, а лучше 42 километра — он же ведь с каждым шагом дышит все тяжелее и тяжелее, но бежит, бежит, бежит, но в конце концов все-таки его силы оставляют. Мне кажется, мы похожее наблюдаем, хотя им хочется — тем, кто эту русофобскую кампанию разыгрывает, — им хочется, конечно, наращивать темп, но так можно, скорее всего, так и будет, так можно надорваться. И вы абсолютно правы. Я убежден, что реагировать нужно достойно. Мы не можем не отвечать на отъем нашей собственности, на высылку дипломатов — это себя не уважать. Но сваливаться в какую-то брань, в склоки, в грубость мы не собираемся и не будем этого делать — это совершенно не стиль нашего президента. Он всегда смотрит вперед, и его очень трудно, если не невозможно, вывести из себя, а пытаются сделать примерно это. Пытаются выбить из колеи, выбить из спокойствия, из уверенности, нарушить наши планы, которые мы дома должны реализовать, их огромное количество, но повторю еще раз — когда на нас кричат, вспоминается известная мудрость: "Юпитер, ты сердишься — значит, ты не прав". Юпитер, правда, там реально прям сильно не виден, но…

— Да, комплиментарно так. Ну и все же: Трамп, как стало недавно известно, пригласил Путина в Белый дом. Есть ли продолжение, есть ли какие-то уточнения по срокам, месту встречи, повестке?

— Мы исходим из того, что президент США в телефонном разговоре — об этом уже стало известно, никакого секрета нет — такое приглашение направил, сказал, что будет рад видеть в Белом доме, потом будет рад встретиться в рамках ответного визита. И к этой теме он пару раз возвращался, поэтому мы дали, естественно, знать нашим американским коллегам, что мы не хотим быть навязчивыми, но мы не хотим и быть невежливыми, и что, учитывая, что президент Трамп такое предложение сделал, мы исходим из того, что он его конкретизирует.

— И так повисло пока все?

— Ну да. Ну, как повисло? Слово вылетело.

— Ну и?

— Президент Путин готов к такой встрече.

— Она готовится или нет?

— Пока еще нет. Но если это будет, как только будет какое-то развитие, мы вам обязательно расскажем. Но я просто обращу внимание на то, что Дональд Трамп уже после этого телефонного разговора несколько раз и в твитах, и на словах говорил о том, что надо с Россией решать вопросы, мы хотим с Россией иметь хорошие отношения, это лучше, чем не иметь хорошие отношения, и только глупец думает иначе. Все это мы тоже слышим.

— Но параллельно Майк Пенс заявил о том, что США будут добиваться военного доминирования в космосе, в том числе над Россией. Приведет ли это к гонке вооружений в космосе и как собирается Россия отвечать на это?

— США сейчас уже многие годы являются единственной державой, которая блокирует начало переговоров по российско-китайской инициативе, которую мы внесли с китайскими коллегами на конференции по разоружению в Женеве, — о начале разработки договора о запрещении размещения оружия в космосе. Речь не идет о недопущении милитаризации космоса, потому что спутники в военных целях запускаются и нами, и американцами, и многими другими. Это отдельная вещь. Но вот оружие размещать в космосе было бы очень рискованно и создавало бы новые, совершенно не просчитанные, непредсказуемые угрозы. И мы с китайцами предложили такой договор заключить. Все готовы начать переговоры — понятно, что это сложная работа, но у нас есть проект. Он достаточно глубоко проработан, мы открыты к обсуждению постатейно и открыты к поиску каких-то формулировок, которые позволят его согласовать и вывести на подписание. Американцы в одиночку пока блокируют эту работу. Тем временем мы, прекрасно понимая опасность такого развития событий, сейчас в ожидании, когда созреют условия для начала переговоров о юридически обязывающем документе, продвигаем политическую концепцию — призыв всем заявить о том, что каждая страна не будет первой, которая выведет оружие в космос. Есть такая резолюция Генеральной ассамблеи, которую мы вносим. Она принимается существенным большинством голосов, американцы против, и многие американские союзники уходят в воздержание при голосовании. Но проблема эта существует. И, конечно, если эти угрозы будут материализованы, нужно будет заблаговременно готовиться к каким-то действиям, которые позволят избежать худших сценариев, когда из космоса просто будут уничтожать объекты на земле. Это большая проблема. Она включает в себя и тему противоспутникового оружия. И чем скорее на конференции по разоружению в Женеве этот разговор начнется профессионально с участием и дипломатов, и военных, тем, наверное, будет лучше для всего человечества без исключения.

Но что касается заявления Майка Пенса о необходимости военного доминирования в космосе, то, учитывая, что США отказываются от переговоров, о которых я упомянул, это неудивительно. А доминировать у них в общем-то принято везде: не только в космосе — на земле, на суше, в воздухе. И это записано в их доктринальных документах. Так что здесь ничего удивительного нет, но, повторю, перенос этой логики на космическое пространство, конечно, будет весьма и весьма серьезным риском для всего человечества.

— Ну, по крайней мере, пока никаких ограничений американцы не чувствуют. Просто работают над доминированием. И, очевидно, России тоже стоит этим заниматься, поскольку ограничений нет?

— Мы, конечно же, видим, что делают наши американские коллеги, и, конечно же, мы не имеем права просто смотреть на все это сквозь пальцы.

— Если вернуться к химической теме, но уже на английской почве, вот эта история с BZ, как вам эта интрига? Потому что сейчас уже самая свежая информация, нам уже сообщают, что BZ как бы искусственно туда подмешали в швейцарской лаборатории для того, чтобы якобы проверить профессионализм, компетентность и так далее. Что-то такое…

— Ну объясняют так, что это специально было сделано для того, чтобы проверить профессионализм тех, кто будет проводить этот анализ. Но я не хочу сейчас вдаваться в детали. Все-таки там основная часть доклада была конфиденциальной. Но хорошо известно, что, обратившись к ОЗХО за техническим содействием, британцы не просто дали им пробу вещества с места происшествия, но сказали: "Вот вам проба, найдите в ней такое-то химическое вещество". То есть это было заказано. И эксперты ОЗХО, выполняя техническую функцию, подтвердили, что это было именно то вещество, о котором британцы им сказали, но это вещество было в очень чистом виде, очень высокой концентрации, что говорит о том, что оно было впрыснуто в эту пробу буквально перед началом анализа. Потому что за пару недель оно должно было уже подвергнуться метаболизму и было бы совсем другой консистенции. Параллельно, по крайней мере, в швейцарской лаборатории в городе Шпиц обнаружено было в пробе наряду с этим веществом, которое было заказано, и определенное количество вещества BZ, которое относится к веществам второй категории. Согласно Конвенции по запрещению химического оружия, это менее опасное соединение, нежели те, которые включены в первую категорию. Там очень много вопросов, и мы хотим просто на них получить ответ. И если то, что нам говорят про этот BZ, правда — ну так объясните. И, наверное, теперь, когда такие вопросы возникают, мы бы хотели посмотреть первичные результаты анализов не только лаборатории в Шпице, но и остальных трех лабораторий, куда параллельно были направлены эти пробы. Стало также известно, что эксперты ОЗХО брали пробы не согласно собственному разумению, а в тех местах, которые указывали британцы.

— Ну, собственно, из рук британцев.

— Из рук британцев. Ну или там в их присутствии. И также не было никакого самостоятельного, независимого обследования медиками ОЗХО пациентов, то есть все полагались исключительно на британских врачей. И ладно бы, если бы британцы были открыты в своих дальнейших действиях, если бы они показывали результаты своих собственных расследований. Они же все держат в секрете, так же, как они засекретили в свое время "дело Литвиненко". До сих пор материалы засекречены. Ну и вопросы, безусловно, накапливаются. Мы сформулировали почти пять десятков вопросов, которые сугубо профессиональны. В ответ нам говорят: "Нет, вы сначала ответьте на наши вопросы". А у них вопрос один, вернее два: "Это Путин приказал сделать или это вы просто потеряли контроль над своим химическим арсеналом?". Химическим арсеналом каким? Который был уничтожен и верифицирован ОЗХО в качестве уже уничтоженного при одобрении всего мирового сообщества? Они стали выдвигать обвинения, в том числе помощник премьер-министра написал открытое письмо генсекретарю НАТО. С какой стати, почему? Но в этом письме он приводит данные, которые, как они считают, должны всех убедить в правоте английских аргументов и обвинений в наш адрес. Среди прочего там сказано, что военная химическая программа в России тайно осуществлялась все нулевые годы. Что-то там уничтожалось — то, что было заявлено по линии ОЗХО, — но была еще тайная программа. Руководил ей — потом кто-то сказал — лично Путин. Но если это так, если они знали об этом все это время, придите в ОЗХО, ударьте в набат, требуйте, чтобы нас пригвоздили. Они же молчали. В этом письме утверждается, что метод отравления людей путем нанесения всяких отравляющих веществ на дверные ручки был разработан как такой прям трейдмарк, как наша фирменная идея, и что было это достаточно давно. Но если они знали, что наша фирменная идея отравлять через дверные ручки, и если они сразу обвинили именно нас в отравлении Скрипалей, почему же они про ручку-то вот этого дома Скрипалей вспомнили где-то, по-моему, на четвертую неделю, а сначала обследовали то такси, то скамейку, то ресторан. То есть это тоже нестыковочка. Ну и многое другое. Да, и говорят, что чуть ли не Главное разведывательное управление Генштаба Вооруженных сил Российской Федерации годами следило за электронной почтой Юлии Скрипаль. Но чтобы такое утверждать, надо тоже следить за электронной почтой Юлии Скрипаль. Так что здесь чем они больше пытаются оправдаться, тем больше вопросов возникает.

— Ну, если они берут пробу, позволяют себе что-то с ней сделать, там впрыскивают BZ либо что-то еще. То есть это относится к пробе, как сказать, фамильярно, я даже не знаю как. Более того, корректность забора этой пробы тоже ОЗХО не подтверждена. То есть они сначала туда впрыскивают одно-другое, потом дают ОЗХО. Как-то ОЗХО тогда в дурацком положении вообще? Что они исследовали тогда?

— Я не утверждаю, что они впрыскивали, что они пытались вводить в заблуждение…

– Ну они же сами сказали, что они впрыскивали BZ.

— Да-да-да. Но мы хотим понять, насколько это соответствует процедурам, потому что то, что мы сейчас знаем о том, как ОЗХО была принята в Великобритании по приглашению Лондона и как ОЗХО там работала, это не вписывается в те строгие, очень четкие процедуры, которые предусмотрены Конвенцией по запрещению химического оружия. Но мы не обвиняем. Мы задали несколько десятков вопросов. Мы хотим получить на них ответы. Причем ответы взрослых и профессиональных людей. Мы хотим профессионального разговора. Не знаю, может быть, придется ждать, когда появятся в британском правительстве профессионалы. Пока разговора не получается.

— Ну хорошо, а вот сейчас же складывается ситуация, что папаша — ладно, как говорится, он сам выбрал свой путь такой "скользкий" в жизни, но Юля-то на него точно не рассчитывала. Получается, что она поехала туда со сменой белья на несколько дней спросить благословения папы на замужество, а жизнь приняла совершенно другой оборот. Сейчас кто-то пишет письма от ее имени на кембриджском английском, и, в общем, человек-то пропал, то есть это же целая драма. Она — гражданка России. В ее планы не входило там оставаться, она сделала в квартире ремонт, у нее собака, жених, вся жизнь и так далее. Как это так вообще?

— Я считаю это просто возмутительным. Мы направили уже не одну ноту официальную с требованием обеспечить нам личный контакт с российской гражданкой, чтобы убедиться в том, что все, что от ее имени говорят нам англичане, что все это правда. Пока у нас такой уверенности совсем нет. И, вы знаете, это уже на самом деле переходит не только все этические, но и правовые границы. "Она с вами не хочет общаться", вот она об этом заявила. Но она об этом не заявляла, мы этого не слышали. Она говорила по телефону со своей двоюродной сестрой, Виктория ее, по-моему, зовут, где-то полторы минуты. Виктория об этом рассказывала в нескольких интервью. И у нее была тревога, у Виктории, по поводу того, как звучала Юлия. Так что, если Юлия не хочет с нами общаться, то мы хотим, чтобы она нам это сказала сама. Во многих ситуациях, когда наши сограждане решают уехать в другую страну или попадают в беду, а мы хотим им предоставить консульскую помощь, а они от нее отказываются, — мы в этом убеждаемся в рамках личного свидания. Пусть это будут 10 секунд, она скажет: "Спасибо вам большое, я не нуждаюсь в ваших услугах".

А насчет Сергея Скрипаля — вы сказали, что он сам выбрал свой путь. Вы знаете, он был осужден, по-моему, отбывал срок где-то года четыре. И как раз тогда состоялся обмен на то, что у нас принято называть "группой Чапман": на нескольких людей, которые шпионили в пользу Соединенных Штатов, Великобритании. И этот обмен состоялся, он был освобожден из заключения, переехал на свою новую родину и жил не тужил. Если бы кто-то хотел в Российской Федерации — как сейчас говорят, у вас у единственных был мотив, — если бы кто-то хотел от него избавиться, отомстить ему, то зачем его было отдавать в обмен на наших разведчиков?

Знаете, у меня много друзей-разведчиков, я очень ценю наши отношения, очень ценю их специальность. И когда я сейчас слышу, что, в том числе, к сожалению, некоторые наши политологи, назову их так, делают заявления о том, что святое дело перебежчиков устранить, ликвидировать, — это на самом деле оскорбительно для разведсообщества любой страны мира, потому что в любой разведке вам скажут: если человека поменяли, то его трогать нельзя. Все. Вопрос закрыт. Он, не знаю, "рассчитался", не "рассчитался". И это вот разведчики очень хорошо знают.

— Я не в том смысле, что его надо устранять. Он сам выбрал свой путь, он выбрал тех своих партнеров. И именно эти партнеры с ним сейчас делают все, что хотят. Вот это определенная, так сказать, стезя. А Юлия-то вообще. Ну и "выдыхаются" ли здесь обещания?

— Здесь?

— Да, вот вы говорили, что эта история с Думой во многом "выдыхается". Да, здесь, в этом случае?

— По крайней мере, если проанализировать то, что они отвечают на наши вопросы сугубо конкретные, отметая все как выдумки, и вот как мантру твердят, что ни у кого нет сочетания опыта, вернее, возможностей произвести такое вещество, ни у кого нет опыта применения такого вещества в противоправных целях и ни у кого нет мотивов. Вот что говорит Борис Джонсон. И это тоже, знаете, полное незнание предмета. Могли бы уже за месяц с лишним как-то попросить или представить справки профессиональные. Этот так называемый "Новичок", эта классификация придумана не нами. Назвали его так на Западе. Да, у нас были разработки, и один из разработчиков — этот Мирзаянов. Он иммигрировал, уехал в Соединенные Штаты, опубликовал эту формулу. Это вещество было запатентовано, состояло на вооружении или в пользовании находилось различных институтов, биологических и химических, армии Соединенных Штатов. И оно производится элементарно. Было сейчас заседание исполнительного совета (ОЗХО — прим. ред.), и мы задали вопрос о том, как лаборатория в этом городе Шпиц, как нам удалось выяснить, убедилась в том, что это именно то вещество, о котором идет речь? Значит, у нее был прототип или, как это называется, маркер. Сказали: нет, ей дали формулу. И эта лаборатория в течение нескольких дней или, может, часов просто это вещество синтезировала. То есть сделать его не составляет никакого труда при наличии формулы, которая была опубликована в конце прошлого века. Так что и здесь совершенно непонятно, почему уважаемым членам британского кабинета, включая премьер-министра, никто не может эту информацию предоставить?

— Есть еще одна тема в мировой повестке, которая широко обсуждается: предстоящий саммит двух Корей, и президент Трамп говорит, что он в ближайшие недели увидится с Ким Чен Ыном. Места выбираются, и Россия даже предлагает это сделать в России.

— Нет, я не слышал об этом. Это, может, кто-то фантазирует и делает предположения. Упоминались и некоторые европейские страны, упоминалась Монголия, упоминалась деревушка на границе демилитаризованной зоны.

— Мы готовы предложить нашу (территорию. — Прим. ред.)?

— Нет. Я не думаю, что нам стоит активничать в этом вопросе, проявлять какую-то инициативу. Это саммит, которого, наверное, все ждут. Потому что это шаг от перспективы военного кризиса, военного решения этой проблемы — проблемы Корейского полуострова. И мы очень надеемся, что он даст старт процессу деэскалации напряженности. По сути дела, когда Россия и Китай чуть меньше года назад, в июле прошлого года, выдвинули идею дорожной карты, там как раз и шла речь о том, чтобы начать диалог между двумя Кореями и между Северной Кореей и Соединенными Штатами и создать какую-то рамку, которая позволит обсуждать взаимные претензии и взаимные озабоченности. Мы все хотим денуклеаризации Корейского полуострова. Но ее можно по-разному осуществить. То, что мы сейчас читаем об идущих внутри американской администрации разговорах, как бы показывает, что там много желающих сделать это быстро. Я не думаю, что быстро получится, учитывая, во-первых, то, что произошло или происходит вокруг иранской ядерной программы, когда договоренность сейчас — под огромным знаком вопроса. И вот в мае в очередной раз президент США должен сертифицировать, что приостановка санкций будет продолжена, а если нет, тогда это будет означать выход из той договоренности.

Поэтому, наверное, в Пхеньяне смотрят на эту картину и прикидывают, примеряют ее на себя. Так что если, нет, надо обязательно добиваться денуклеаризации, но надо быть реалистами, это будет процесс очень непростых переговоров. Потому что в обмен, особенно с учетом иранского опыта, конечно, Северная Корея захочет непробиваемых гарантий безопасности. В каком виде — сейчас сказать невозможно. Но и это было бы безусловно прекрасным решением. Но повторю: начать бы диалог и завязать бы этот диалог на встрече двух лидеров. А потом предстоит очень непростая работа, частью которой обязательно должна быть дискуссия более широкого плана о механизмах мира и безопасности в Северо-Восточной Азии. Это уже с участием и России, и Китая, и Японии, конечно же. Как, собственно, договаривались в свое время участники шестисторонних переговоров. Но мы приветствуем и предстоящий межкорейский саммит, который будет уже в апреле, и предстоящий в мае-июне, как сказал президент Трамп, американо-северокорейский саммит.

— Вы говорите о диалоге. Не чувствуете ли вы себя старомодным в складывающихся реалиях? Трамп говорит, ведь Трамп идет на эту встречу не для диалога, а он идет туда с ультиматумом. Он уже сказал, что если не пойдет, то я встану из-за стола и покину это дело, какой диалог? А вы, так сказать, романтически мыслите категориями диалога. Я понимаю, что это благородно, но насколько это близко к реальности? Он-то с ультиматумами.

— Мы не можем желать провала этой встрече. И я думаю, знаете, когда перед началом серьезного разговора — как на ринг выходят боксеры, перед этим они взвешиваются и "петушатся" друг перед другом, а потом начинают уже бой. А после боя обнимают друг друга, поздравляют друг друга. Я не хочу прямой аналогии проводить, но поднять ставки перед началом серьезного разговора — это ведь не новость в мировой дипломатии. Посмотрим.

Великобритания. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > newskaz.ru, 20 апреля 2018 > № 2577605 Сергей Лавров


Великобритания. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573371 Дэниел Триллинг

Огни вдалеке: почему беженцам не удается стать частью Европы

Миграционная политика Евросоюза создает тупик для интеграции беженцев и играет на руку ультраправым движениям.

Виталий Атанасов, Open Democracy, Великобритания

Британский журналист Дэниел Триллинг известен своими материалами о беженцах, европейских границах и миграционной системе. Его тексты публиковались The Guardian, Al Jazeera, The London Review of Books, Newsweek, New Statesman и другими изданиями. Новая книга журналиста «Огни вдалеке» (Lights in the Distance), посвященная историям поиска убежища, выйдет в издательстве Picador в мае 2018 года. Недавно Триллинг был награжден премией Migration media award за свои репортажи о судьбах беженцев в Европе.

— Тема беженцев стала ключевой для европейских медиа и политиков 2015 году. Когда вы впервые занялись этой темой, и каким был ваш первый материал о беженцах?

Дэниел Триллинг: В 2012 году я посетил Афины, чтобы исследовать подъем ультраправых движений, которые в то время были главным предметом моих интересов. Там я отправился на интервью с группой афганских беженцев, ставших жертвами неонацистского насилия, и я был по-настоящему шокирован тем, что обнаружил. Эти люди жили в частной квартире в одном из пригородов Афин и теоретически были свободны, но в реальности они оказались в ловушке: не только по причине угроз и нападений со стороны Золотого Рассвета (неонацистская партия в Греции — прим. ред.), но и из-за полицейского насилия, из-за стремления и пограничной системы Европейского союза поставить под контроль передвижение беженцев и из-за неработающего в Греции механизма получения убежища. Мне стало интересно, как эта система функционирует, и как она повлияла на жизни тех, кто с ней столкнулся. Поэтому я отправился в разные части ЕС и в граничащие с ЕС страны, такие как Украина и Турция, где встречался с беженцами и другими мигрантами, а затем следовал за ними в их путешествиях.

— Европейский союз укрепляет границы для противодействия мигрантам. Что изменил так называемый «кризис беженцев» — с какими новыми препятствиями сталкиваются искатели убежища?

— 2015 год стал годом политических колебаний. Сначала, в апреле два кораблекрушения возле побережья Ливии, спровоцировали панику среди европейских лидеров. Через несколько месяцев ноябрьские атаки в Париже переместили фокус дебатов с гуманитарных соображений на безопасность, и ЕС устремился к тому, чтобы восстановить старую систему, нацеленную на то, чтобы не давать как можно большему числу беженцев добраться до европейских границ — а тех, кто доберется, задерживать в странах Юга и восточноевропейских государствах.

Эта система становится все более милитаризированной: с 2012 года в Греции, Болгарии, Венгрии и других странах были построены или расширены пограничные ограждения и сети наблюдения, а в Средиземном море были усилены патрули безопасности. Внутри ЕС все больше используются отдаленные лагеря и центры содержания под стражей (особенно в Греции и Венгрии), вводится расовый профайлинг во время полицейского контроля на внутренних шенгенских границах (например, на границе между Францией и Италией), а оказание помощи беженцам нередко криминазилируется (так что преследованиям начинают подвергаться уже граждане ЕС). ЕС также передал пограничный контроль на аутсорсинг в другие страны: сделка с Турцией, которая снизила число сирийцев и других беженцев, пересекающих Эгейское море в начале 2016 года, сопровождалась попытками заключить аналогичные сделки или инвестировать в пограничный контроль, или оказывать давление на страны в различных частях Азии, Африки и на Ближнем Востоке с тем, чтобы они принимали депортированных из ЕС беженцев.

Внедрение этой системы имело три важных последствия. Во-первых, подрываются принципы международной защиты беженцев, установленные Конвенцией ООН 1951 года, которые заключаются в том, что беженцы не должны подвергаться наказанию за попытку пересечения границы без разрешения, что их не следует депортировать в небезопасные страны, и что каждый человек заслуживает индивидуального подхода. Во-вторых, это создает больше насилия и нестабильности в странах, не входящих в ЕС, прежде всего в Ливии. Евросоюз фактически препятствует спасению на море и разворачивает лодки контрабандистов, в результате чего тысячи мигрантов оказались в ливийских центрах содержания под стражей, где они подвергаются насилию, пыткам и в некоторых случаях попадают в рабство. Недавняя попытка Италии выплатить ливийским бандам контрабандистов деньги за то, чтобы те прекратили отправлять мигрантов в море, также способствовала обострению борьбы между соперничающими вооруженными группировками. В-третьих, усилились противоречия в Европе: между мигрантами и той частью населения, которая опасается их прибытия; между государством и людьми, которые образуют сети солидарности для помощи мигрантам. Об этом и о том, как границы функционируют в глобальном масштабе, я писал здесь.

— В прошлом мигранты и беженцы не раз становились объектами спекуляций и нагнетания страха в таблоидах и желтой прессе. Во время нынешнего кризиса это просто повторилось вновь или есть нечто новое в том, как консервативная пресса освещает тему?

— Я буду говорить в общем, поскольку не могу следить за работой медиа в каждой европейской стране и на каждом европейском языке — но я считаю, что освещение кризиса беженцев было, прежде всего, фрагментарным. Что мы имеем, так это кризис европейской пограничной системы, проявляющий себя в разных местах в разное время: в центральном Средиземноморье, Эгейском море, Греческих островах, южной Италии, Балканах, Германии, Франции и т. д. Каждый раз, когда возникала новая ситуация, мы видели как новостные СМИ спешили осветить ее. Если какое-то СМИ хотело вызвать симпатию, оно сосредотачивалось на человеческих потребностях и отчаянии. Если медиа хотели вызвать враждебность, то транслировали хаос, гнев или насилие. Зачастую можно было увидеть в деле одновременно оба эти подхода.

Однако такое освещение не могло показать более общую картину. Например, никак не принималось во внимание то, что нередко беженцы были вынуждены выбирать определенный маршрут просто, потому что другие пути им были закрыты — например, одна из причин, по которой люди добирались по морю из Турции в Грецию в 2015 году, а не пересекали границу между этими странами по суше, состояла в том, что эта граница была полностью перекрыта в 2012 году. Кроме того, на протяжении длительного времени страны ЕС систематически снижали возможности для других, законных и безопасных способов соискания убежища — таких как обращение с просьбой о предоставлении убежища в зарубежных посольствах.

Без такого контекста значительная часть репортажей в средствах массовой информации — даже в случае благонамеренного освещения — создавала впечатление непреодолимой и беспрецедентной волны беженцев, возникшей, казалось бы, из ниоткуда. На мой взгляд, выход из этого заключается в том, чтобы журналисты не только предоставляли адекватный контекст, но и думали о людях, которые отправились в такой длительный путь, как об индивидуумах с политической волей, личностях, попытавшихся взять под контроль свои собственные жизни. Благонамеренный стереотип о беженце как невинном ребенке — хотя, конечно, существуют уязвимые дети, нуждающиеся в помощи — также может нанести вред.

Вы правы в том, что мигранты и беженцы всегда были в фокусе внимания расистских СМИ. В этом смысле ничего не поменялось и на этот раз: опять зазвучали знакомые мотивы про «вторжение чужаков», «столкновение цивилизаций» Ислама и Запада, якобы дикое или некультурное поведение мигрантов. Что было особенного, так это то, что все эти мотивы объединились, сформировав новый, специфически европейский расизм, возвышающийся над различными национальными формами. Бенедикт Андерсон описывал нации как «воображаемые сообщества»; Европейский Союз — это еще один вид воображаемого сообщества — как формирующий реальность на местах, так и подвергающийся воздействию этой реальности. ЕС создал границу, которая отделяет его от остального мира; и поэтому люди, которые пересекают эту границу без разрешения, рассматриваются в качестве угрозы для проекта Евросоюза и паневропейской идентичности.

— Насколько отличаются то, как СМИ разных стран освещали тему беженцев?

— Некоторые из общих тем, которые я описал выше, были схожи по всей Европе, если судить по тому, что я видел. Но меня интересует то, как они достигают различных политических целей. Возьмем, к примеру, знаменитую фотографию беженцев, проходящих через Словению с полицией в октябре 2015 года.

Для немецкого издания, поддерживающего Меркель, это фото может быть доказательством того, что Европа должна действовать сообща, чтобы помочь разместить беженцев (или хотя бы сирийцев, которые среди них есть). Для издания, которое поддерживает венгерского президента Орбана, это фото может стать аргументом в пользу того, что «христианская» Европа должна построить стены, чтобы защитить цивилизацию от мусульманских пришельцев. В Британии это изображение было использовано праворадикальной партии UKIP на рекламном постере для агитации за Brexit во время референдума 2016 года. Постер намекал на то, что проблема не столько в беженцах, сколько в самом Евросоюзе. В контексте постера UKIP люди заметили схожесть этого изображения с нацистским пропагандистским фильмом о еврейских беженцах перед Второй мировой войной — однако это было полной противоположностью тому, что хотел показать сам автор упомянутой фотографии.

Медиа будут использовать одни и те же базовые ингредиенты для абсолютно разных задач — вот почему важно уделять внимание тому, как истории сконструированы и в каком контексте они представлены. Если вам интересна эта тема, то Сеть этической журналистики опубликовала исследование о том, как европейские и международные СМИ освещали кризис беженцев 2015 года и обнаружили некоторые основные проблемы.

— Ваша новая книга выйдет весной 2018 года. О чем она?

— Эта книга — портрет пограничной системы ЕС, увиденный глазами беженцев, столкнувшихся с ней. За несколько лет я следовал за дюжиной самых разных людей из Африки, Азии и Ближнего Востока, и книга подробно рассказывает их истории.

В нем также есть глава об Украине, вкратце сравнивающая путешествие, которое некоторые члены моей семьи совершили в 1920 году — они выехали из Киева в Берлин во время гражданской войны, а затем из Берлина в Лондон в 1939 году — с путешествием сомалийских беженцев и украинских переселенцев сегодня.

Был ли так называемый «кризис беженцев» использован российским правящим классом и контролируемыми ими СМИ для ослабления Европы, а также для усиления националистов и правых радикалов? Или это очередная теория заговора?

Некоторые комментарии действительно напоминали теорию заговора. Заявление главы НАТО о том, что Путин использовал беженцев в качестве орудия для разрушения Европы — это обвинение звучало всюду — думаю, это нонсенс. Оно приписывает России силу, которой она не обладает: Россия относительно слаба, и именно поэтому она спровоцировала и участвовала в войне для дестабилизации Украины, поэтому осуществила жесткое вмешательство для поддержки режима в Сирии. Этот подход также упускает из виду роль европейской пограничной системы в создании кризиса беженцев. Именно эта система вынуждает беженцев выбирать все более опасные и хаотичные маршруты. Он также не учитывает роль западных держав в других конфликтах: сирийцы составляют примерно половину от всех беженцев, прибывших в Европу в последние годы, однако есть и значительное число людей из Ирака, Афганистана и разных частей Африки. При этом, беженцам из Африки, чтобы попасть в Европу, нужно сначала прорваться через хаос, охвативший Ливию.

Тем не менее, понятно, что связанные с Кремлем группы влияния внутри России стремились усугубить социальную напряженность и оказать поддержку крайне правым, антииммигрантским движениям в ряде европейских стран. Одним из недавних примеров является исследование Лондонской школы экономики, показавшее, что пророссийские группы помогали продвигать Альтернативу для Германии (AfD) в преддверии парламентских выборов в этом году. В прошлом году стало известно, что французский Национальный фронт получил кредит от российского банка. Российские медиа время от времени распространяли слухи об угрожающем поведении беженцев в Европе, например, как в случае с заявлением об изнасиловании девушки российского происхождения в Берлине, которое впоследствии оказалось неправдой. И в более широком смысле международная сеть Russia Today предлагает платформу для европейских крайне правых голосов, а также некоторых из левых, таким образом, что кажется будто Европу раздирают неразрешимые социальные конфликты. (Спойлер: это не так, и это в наших силах преодолеть существующие противоречия.)

Но расизм и национализм начинаются дома. Правящий класс России вполне может видеть свои интересы в продвижении реакционных националистических взглядов, чтобы вызвать враждебность по отношению к мигрантам в Европе. Но он не может создать эти явления из ничего. Рост европейских крайне правых партий проистекает из кризиса политического представительства, где господствующие левые и правые в той или иной степени принимают неолиберальную идеологию: рыночные ценности — это ценности, которые управляют обществом; государство существует не для того, чтобы что-то строить, но только чтобы обеспечить порядок. При этом альтернативы этой парадигме обесцениваются. Когда крайне правые движения оспаривают это положение вещей, обращаясь к националистическим или расистским настроениям, их пламя часто раздувается реакционным освещением в средствах массовой информации, и правящие партии склонны к тому, чтобы впитывать этот месседж, а не выступать против него. Национализм — это клей, который элиты используют в попытке сохранить единство в обществах, раздираемых неравенством и несправедливостью. Это проблема, с которой мы все сталкиваемся.

— Как изменилась Европа в результате этих событий? Сохраняют ли СМИ интерес к теме беженцев?

Убежище и миграция — постоянная тема, представляющая интерес для европейских СМИ, но в настоящее время она в значительной степени отошла на задний план. Что касается того, как изменилась Европа… Об этом еще рано говорить: число беженцев, которые прибыли в 2015 году, относительно невелико — менее миллиона, при населении Европейского Союза в 508 миллионов человек. Но то, как они прибывали, было хаотичным, и есть серьезные вопросы о том, как мы можем обеспечить друг друга всем необходимым, жить вместе, укреплять общество. Это не просто вопросы о беженцах и «местных»; они также применимы к сообществам, пострадавшим от политики жесткой экономии или экономического неравенства и деиндустриализации. Можем ли мы строить сети, которые формируются в ответ на кризис? Можем ли мы убедить людей, которые настроены скептически или враждебно, что у нас общие интересы? Здоровые СМИ помогут нам обсудить эти вопросы.

Великобритания. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573371 Дэниел Триллинг


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 16 апреля 2018 > № 2588847 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова для программы «Хард ток» на телеканале «Би-Би-Си», Москва, 16 апреля 2018 года

Вопрос: На прошлой неделе весь мир был глубоко обеспокоен в связи с возможностью прямого военного противостояния между США и Россией. Как Вы считаете, насколько близко мы подошли к такому развитию событий?

С.В.Лавров: Я не считаю, что мы подошли уж очень близко. Я считаю, что данную ситуацию создали наши западные коллеги, которые повели себя крайне безответственно. Они обвинили сирийские власти в применении химического оружия против мирного населения и заодно обвинили нас как союзников сирийского Правительства. Причем они сделали это, не дожидаясь, пока инспекторы ОЗХО осмотрят место происшествия. На самом деле, именно в тот момент, когда представители ОЗХО были готовы отправиться из Ливана в Сирию, и были нанесены эти удары. Как объяснили наши военные, канал связи для предотвращения непредвиденных инцидентов (так называемый «деконфликтинг») постоянно работает.

Вопрос: Я хочу кое-что уточнить, и давайте попробуем обойтись без профессионального жаргона. Я правильно понимаю, что Соединенные Штаты и их союзники заранее проинформировали вас о готовящихся ударах, и вы со своей стороны заверили их, что со стороны России не последует ответного удара?

С.В.Лавров: Я бы предпочел не вдаваться в детали относительно этих рабочих контактов между нашими военными. У военных России и США имеется канал связи как между двумя столицами, так и в самой Сирии, и наши военные весьма профессионально обсуждают между собой все подобные вопросы. Они прекрасно понимают друг друга. Возможно, они как никто другой понимают всю опасность подобных авантюр.

Вопрос: Г-н Лавров, этот кризис ведь еще не закончился, правда?

С.В.Лавров: Это зависит от тех, кто устроил весь этот кризис.

Вопрос: Если посмотреть на заявления ваших дипломатов, вывод напрашивается сам собой. Так, например, ваш посол в США заявил, что эти авиаудары не останутся без последствий. Владимир Путин назвал это незаконным актом агрессии. Мир хочет знать: что Россия намерена делать?

С.В.Лавров: Это констатация факта. А последствия, несомненно, будут. Мы, я бы сказал, утратили последние остатки доверия по отношению к нашим западным друзьям, которые предпочитают опираться в своих действиях на очень странную логику - «наказания без вины не бывает». Например, они сначала наказывают нас за Солсбери, а потом ждут, когда Скотленд-Ярд закончит расследование. Сначала наказывают за Думу в Сирии, а потом ждут, когда эксперты ОЗХО приедут и осмотрят место происшествия. То есть эта «тройка» западных стран действует по принципу «раз наказали, значит виноват».

Вопрос: По поводу тех инцидентов, о которых Вы только что упомянули, — Думы и дела Скрипалей — мы с Вами еще поговорим подробно. Но сначала я хотел еще поговорить с Вами о состоянии наших дипломатических отношений. Постоянный представитель США при ООН Н.Хейли заявила, что Соединенные Штаты остаются «в полной боевой готовности». Как бы Вы отреагировали на такого рода заявление?

С.В.Лавров: Мне кажется, им сначала нужно навести порядок у себя дома, в Вашингтоне. Мы полагаем, что такого рода заявления может делать только или верховный главнокомандующий, или военное руководство. У российских и американских военных, как я уже сказал, есть канал связи для предотвращения непредвиденных инцидентов, но это конфиденциальная информация.

Вопрос: Вы говорите о дефиците доверия, вернее, Вы говорите о полном отсутствии доверия.

С.В.Лавров: Я сказал, что мы утратили последние остатки доверия. Остатки — это еще не полное отсутствие.

Вопрос: Я хочу задать еще один очень простой вопрос. Когда Вы, Министр иностранных дел Российской Федерации, утром просыпаетесь и читаете в «Твиттере», что Президент и верховный главнокомандующий США фактически угрожает вам и говорит: «Готовься, Россия! Сейчас к вам прилетят наши хорошие, новые, умные ракеты!», что Вы по этому поводу думаете?

С.В.Лавров: Я думаю по этому поводу, что Президент США написал что-то в «Твиттере».

Вопрос: И как Вы реагируете на его твиты?

С.В.Лавров: Как говорится, все познается на практике. Мы решили посмотреть, как эти «новые», «умные» и «хорошие» ракеты покажут себя во время удара. По нашим подсчетам, две трети ракет не достигли цели, поскольку были благополучно сбиты.

Вопрос: Но никаких доказательств у вас нет, правильно?

С.В.Лавров: Министерство обороны России представило свою оценку и готово к профессиональной дискуссии по данному вопросу.

Вопрос: Мы еще вернемся с Вами к вопросу о достоверности той информации, которую предоставляют все участники этого конфликта, но сейчас давайте еще немного поговорим о дипломатии. Премьер-министр Великобритании Т.Мэй, и французский Президент Э. Макрон очень четко отметили в своих заявлениях, что единственной целью этой операции было предотвратить дальнейшее применение химического оружия сирийскими властями. Операция не преследовала цель каким-то образом повлиять на ход сирийского конфликта и уж, конечно, не была направлена на смену режима в Дамаске.

С.В.Лавров: Это они так сказали.

Вопрос: А Вы с этим не согласны?

С.В.Лавров: Нет, не согласны. Ваша программа называется «Хард ток» – «Непростой разговор», а нам нужны «хард фэктс» — конкретные факты. А все эти заявления про «хайли лайкли» (с высокой долей вероятности) выглядят попросту смехотворными.

Вопрос: Простите, когда Вы говорите «с высокой долей вероятности», Вы что имеете в виду? Заключение экспертов о том, что силы Президента Б.Асада применили в Думе химическое оружие?

С.В.Лавров: Нет, когда я говорю про выражение «хайли лайкли» (с высокой долей вероятности), я имею в виду, что это новое изобретение британской дипломатии, которым Великобритания прикрывается, когда наказывает людей. Она заявляет, что эти люди «с высокой долей вероятности» виновны. Знаете, у Л.Кэрролла в книжке «Алиса в Стране чудес» есть сцена суда, и там, когда король спрашивает: «Может, сначала выслушаем присяжных?», королева кричит: «Никаких присяжных! Сначала приговор, а потом уж вердикт присяжных!» Вот это и есть — «с высокой долей вероятности».

Вопрос: Хорошо, это Ваше мнение. Давайте теперь поговорим о том, что случилось в Думе. Но прежде позвольте задать Вам очень простой вопрос. Россия выступает против применения химического оружия и считает, что те, кто применяет химическое оружие, должны понести наказание, правильно?

С.В.Лавров: Это вопрос? Я думал, Вы намного лучше информированы относительно российской позиции по данному вопросу. Вы задаете вопрос, ответ на который очевиден.

Вопрос: Да, действительно, все очевидно — вы подписали все соответствующие договоры, вы разделяете решимость международного сообщества добиться полного запрещения химического оружия.

С.В.Лавров: Более того, в 2017 году мы завершили программу по уничтожению химического оружия в России, и этот факт был официально верифицирован ОЗХО. Весь Исполнительный комитет ОЗХО приветствовал этот шаг. А вот США, к сожалению, пока не выполнили взятых на себя обязательств, а вместо этого предпочитают бесконечно откладывать это дело на более поздний срок.

Вопрос: Хорошо, пусть это все очевидные вещи, и мы прекрасно понимаем, какова официальная позиция России по данному вопросу. Но в таком случае вы же хотите, чтобы люди, виновные в применении химического оружия в Думе (а то, что оно там действительно применялось, подтверждается многочисленными свидетельствами), понесли наказание?

С.В.Лавров: Подождите, подождите. Вы опять жонглируете фактами. Нет никаких доказательств того, что 7 апреля в Думе применялось химическое оружие.

Вопрос: Но ведь Э.Макрон и другие представители Франции четко сказали, что у них есть разведданные о полетах вертолетов сирийских правительственных сил над Думой. У них есть снимки газовых баллонов, найденных на месте атаки. Кроме того, мы знаем, что за последние несколько лет сирийские власти уже не раз применяли химическое оружие.

С.В.Лавров: Я не могу позволить себе невежливо высказываться в отношении глав других государств (разумеется, по отношению к главе моего государства я тоже не могу быть невежливым). Вы цитировали тут лидеров Франции, Великобритании и США. Но ведь откровенно говоря, все те доказательства, на которые они ссылаются, почерпнуты из средств массовой информации и социальных сетей. Например, те баллоны, о которых Вы говорите. Я видел эту фотографию - газовый баллон лежит на кровати, кровать при этом не сломана, окно не разбито. Слушайте, давайте уже как-то посерьезнее, а? Хорошо, вот Вы мне объясните одну вещь: зачем бомбить, если на следующий день инспекторы ОЗХО должны были прибыть на место и во всем разобраться?

Вопрос: Американский представитель в ОЗХО говорит о том, что есть серьезные основания опасаться, что Россия пыталась уничтожить улики в Думе. Вы можете со своей стороны заверить нас, что Россия не делала ничего подобного?

С.В.Лавров: Да, могу. Но я хочу сказать, что тут такая же логика, как у Т.Мэй по поводу Солсбери. Когда мы задали десятки вопросов, когда мы просили организовать совместное расследование, когда мы просили предоставить нам доступ к процессу взятия проб, она отвечала, что они не будут отвечать ни на какие вопросы, пока Россия не ответит на все их вопросы. Но ведь единственный вопрос, который они нам задали, был такой: «Рассказывайте, как вы все это устроили. Это В.В.Путин приказал отравить этих двух несчастных людей? Или вы уже не контролируете свои запасы химического оружия?» Для любого разумного человека в этой ситуации все должно быть совершенно ясно. Но давайте вернемся к Думе.

Вопрос: Да, давайте вернемся к Думе и к вопросу о том, кому можно верить, а кому нельзя. Сначала Вы заявили, что никакого инцидента в Думе не было. Потом Вы изменили свою позицию и сказали, что что-то там действительно случилось, но это была инсценировка, сфабрикованная какими-то русофобскими странами.

С.В.Лавров: Инцидента действительно не было. Была инсценировка. Никакого химического оружия при этом не применялось.

Вопрос: Вы считаете, что Великобритания причастна к этой имитации применения химического оружия в Думе?

С.В.Лавров: На этот счет история знает некоторые прецеденты за последние десятилетия. Что мы действительно считаем, и наши спецслужбы могут поделиться необходимой информацией со своими британскими коллегами, так это…

Вопрос: Но Вы же говорите, что у Вас есть неопровержимые доказательства того, что все это фальшивка, фейк, инсценировка. Вы говорите, что к этому имеют какое-то отношение волонтеры из организации «Белые каски». Где же Ваши неопровержимые доказательства?

С.В.Лавров: Чтобы были неопровержимые доказательства, нужно, чтобы место осмотрели эксперты.

Вопрос: Где неопровержимые доказательства того, что это все организовали «Белые каски» при поддержке британского правительства? Вы подвергаете сомнению слова других. А разве вам самим можно верить?

С.В.Лавров: Я говорил, что «Белые каски», как известно, работают только на территории, контролируемой оппозицией, в том числе группировкой «Джабхат ан-Нусра». Известно, что «Белые каски» год назад уже «били в набат» по поводу инцидента, якобы имевшего место в Хан-Шейхуне, который на поверку оказался фейком от начала до конца. Все знают, что «Белые каски» финансируются рядом государств, в том числе Великобританией.

Вопрос: Но ведь это же не неопровержимые доказательства?

С.В.Лавров: Секундочку. Неопровержимые доказательства чего?

Вопрос: Вы говорили, что у Вас есть неопровержимые доказательства того, что некая русофобская страна (имеется в виду Великобритания) работала совместно с «Белыми касками» для того, чтобы инсценировать инцидент.

С.В.Лавров: Подождите секундочку. С чего Вы решили, что я имел в виду Великобританию? Не нужно приписывать мне то, чего я не говорил. Я сказал «государство, которое рвется быть в первых рядах русофобской кампании». Так что постарайтесь цитировать меня без искажений, а то получается не очень профессионально.

Так вот, если говорить о неопровержимых доказательствах, инспекторы ОЗХО согласились провести расследование по поводу того, что случилось в Думе. Они приехали в Ливан. Сирийские власти сообщили им, что, как только они прибудут на границу, им незамедлительно выдадут визы. Через семь часов после этого по Сирии был нанесен удар. Зачем же было это делать за день до прибытия инспекторов?

Вопрос: Если окажется, что правительства Франции, Великобритании и Соединенных Штатов правы, а вы ошибались, и если Президент Сирии Б.Асад продолжит применять химическое оружие, как он это делал в 2013 году в Гуте, где в результате погибло порядка тысячи человек, или как он это делал год назад в Хан-Шейхуне, или как он это делал сейчас в Думе (как говорят американцы и их союзники), если окажется, что они все правы, а вы ошибались, Вы согласитесь, что Президент Сирии Б.Асад должен понести наказание?

С.В.Лавров: Знаете, Вы меня не слышите. Вернее, Вы меня даже не слушаете. Я только что сказал, что агрессивные действия были предприняты меньше чем за сутки до того, как на место предполагаемого инцидента должны были прибыть международные инспекторы, в том числе, насколько я понимаю, и граждане США.

Теперь по поводу того, что случилось год назад в Хан-Шейхуне. Это было 4 апреля. На следующий день мне позвонил Госсекретарь США Р.Тиллерсон и попросил договориться с сирийскими властями, чтобы те разрешили международным инспекторам осмотреть авиабазу, с которой взлетел самолет, который якобы и нес эту химическую бомбу. На следующее утро мы сказали американцам, что согласие получено. Они ответили, что «не нужно, спасибо», и на следующий день нанесли авиаудар. Мы попросили, чтобы на место выехали инспекторы ОЗХО, но нам сказали, что там слишком опасно и что в этом в любом случае нет необходимости, поскольку у британцев и французов уже имеются все необходимые пробы. Мы тогда обратились к британцам и французам с просьбой объяснить нам, как им удалось получить пробы из такого опасного места. Возможно, у них есть какие-то контакты с “Белыми касками”, которые контролируют эту территорию. Они нам ответили, что это секретная информация. Так что у нас гораздо больше фактов, которые нам хотелось бы прояснить, и гораздо больше законных вопросов в ответ на вопросы, которые мы слышим от западных лидеров и западных СМИ: «Зачем вы это сделали? Зачем вы применили химическое оружие в Великобритании? Зачем вы покрываете Б.Асада?». А теперь вы, отталкиваясь от этих заявлений, говорите: «А если вдруг выяснится, что вы ошибались, тогда что?» Очень интересно получается.

Вопрос: Вы – глава российской дипломатии. Если будут дальнейшие инциденты с применением химического оружия, а США, Великобритания, Франция и другие страны решат, что это дело рук Б.Асада, будут новые, еще более масштабные удары. К чему это может привести? Последуют ли ответные шаги со стороны России?

С.В.Лавров: Прежде чем говорить о «дальнейших инцидентах», надо сначала доказать, что Б.Асад действительно применял химическое оружие.

Вопрос: Я задал очень простой вопрос, и весь мир хочет знать на него ответ. По словам Н.Хейли, США находятся «в полной боевой готовности». Если Вашингтон снова заподозрит Б.Асада в применении химического оружия, независимо от Вашего мнения, он снова применит оружие, и удар будет еще масштабнее. Как отреагирует Россия?

С.В.Лавров: Я не занимаюсь гаданием, я оперирую фактами. Некоторое время назад три западные страны, которые сейчас раскручивают эту истерию, предупредили, что в случае применения Б.Асадом химического оружия они применят силу. Я рассматриваю это как сигнал «плохим парням», в частности «Белым каскам», для проведения провокации. Теперь, после авиаудара 14 апреля, они снова заявляют, что в случае дальнейших инцидентов они снова применят силу. Фактически, это сигнал боевикам и экстремистам к возобновлению военных действий, и они на него откликнулись. Сразу же после авиаудара они предприняли попытку наступления на Дамаск. Но я сейчас хочу сказать вот о чем. Когда кто-то пытается возложить на Россию ответственность за выполнение Б.Асадом обязательств по Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО), это просто возмутительно. Мы проводили эту работу совместно с США.

Вопрос: Последний вопрос по дипломатии, и потом я хотел бы перейти к другим темам. Сегодня США предложат на рассмотрение Совбеза ООН новую резолюцию, цель которой – предупредить Б.Асада от имени международного сообщества о недопустимости применения химического оружия. Готовы ли вы сотрудничать с США в ООН? Перестанете ли вы накладывать вето на все резолюции, которые предлагают США и их союзники?

С.В.Лавров: Мы не на все резолюции накладываем вето. Если речь идет о возобновлении механизма проведения расследований, который не является прозрачным и независимым и который сам выносит приговор, не дождавшись вердикта Совбеза ООН, то тогда, конечно, мы будем против…

Вопрос: Значит, вы будете против.

С.В.Лавров: Стивен, пожалуйста, дайте мне договорить. Для чего нужна эта резолюция? Мне кажется, все это делается с одной-единственной целью: если Россия и Сирия согласятся на сотрудничество, что по сути невозможно, но если бы мы согласились, то они хотели бы представить это таким образом, что мы пошли на переговоры, испугавшись их бомбежек. Вот почему в резолюции содержится требование о том, что сирийские власти должны пойти на переговоры. Но при этом они игнорируют тот факт, что основная оппозиционная группировка, которую они все поддерживают, так называемая «эр-риядская группа», в лице своего председателя Н.аль-Харири призвала США использовать военную силу не только в случае применения химического оружия, а везде, где оппозиции противостоят правительственные силы.

Вопрос: Несколько коротких вопросов. Считаете ли Вы, что Б.Асад вышел из этой бесконечной сирийской войны победителем?

С.В.Лавров: Тут нужно думать не о победителях и побежденных, не о Б.Асаде и его оппонентах. Необходимо думать, прежде всего, о сирийском народе, которому необходима передышка от ужасов восьмилетнего конфликта.

Вопрос: Какая у России окончательная цель в Сирии? В последнее время Москва направляет туда все больше техники и военнослужащих. Означает ли это, что вы намерены помогать Б.Асаду, пока он не будет контролировать каждый сантиметр сирийской территории?

С.В.Лавров: Наша цель – защитить Сирийскую Арабскую Республику от агрессии, которая началась 14 апреля и которую эти три страны, как они заявляют, намерены продолжать.

Вопрос: Собираетесь ли вы поставлять Президенту Сирии Б.Асаду ваш новейший зенитно-ракетный комплекс С-300? Если да, то это вызовет серьезную обеспокоенность у Израиля.

С.В.Лавров: Президент России В.В.Путин уже ответил на этот вопрос. Он напомнил, что несколько лет назад по просьбе наших партнеров мы решили не поставлять комплекс С-300 в Сирию. Теперь же, после этого возмутительного акта агрессии со стороны США, Франции и Великобритании, мы будем рассматривать варианты обеспечения безопасности сирийского государства.

Вопрос: Правильно ли я понимаю, что события последних дней заставили Вас пересмотреть свою позицию и теперь Вы склоняетесь к тому, чтобы начать поставки этого сверхсовременного зенитно-ракетного комплекса в Сирию?

С.В.Лавров: Теперь мы готовы рассмотреть любые способы помочь сирийской армии предотвратить агрессию.

Вопрос: За семь лет войны в Сирии погибло по меньшей мере 500 тысяч человек. По меньшей мере 12 миллионов человек вынуждены были покинуть свои дома. По меньшей мере пять миллионов из них оказались за пределами Сирии. Вы всерьез полагаете, что Б.Асад способен объединить страну, залечить раны и управлять Сирией?

С.В.Лавров: Мы никогда не говорили ничего подобного. Наш подход отражен в резолюции 2254 СБ ООН - судьбу Сирии должны решать сами сирийцы. Нужна новая конституция, выборы, и пусть сирийцы сами решают. Непрекращающиеся попытки расколоть Сирию на части идут вразрез с тем, что говорится публично и на официальном уровне. Кстати, не одна Сирия страдает от ужасных последствий гражданской войны. Посмотрите на Ирак и Ливию. А теперь те, кто довел эти страны до такого состояния, хотят, чтобы и в Сирии было то же самое.

Вопрос: Давайте теперь поговорим немного о деле С.Скрипаля и его дочери Юлии, которых отравили в городе Солсбери на юге Англии. Сегодня, в этом интервью, Вы сказали о том, что важно доверие. Вот Вы, Министр иностранных дел России, утверждаете, что в этом инциденте замешаны британские спецслужбы, которые известны своими способностями действовать с «лицензией на убийство». Возможно, эти последние слова были шуткой с Вашей стороны. Скажите, Вы, правда, думаете, что Вашу версию воспримут серьезно?

С.В.Лавров: Нам сказали, что Скрипалей «с высокой долей вероятности» отравили русские, потому что никаких других правдоподобных объяснений нет. Вот поэтому мы и ответили, что есть и другие правдоподобные версии.

Вопрос: Но Ваша версия точно не правдоподобна!

С.В.Лавров: Почему же?

Вопрос: У Вас есть хоть малейший намек на доказательство, что к покушению на С.Скрипаля причастны британские спецслужбы?

С.В.Лавров: Еще у римлян была такая поговорка «ищи, кому выгодно». Я считаю, что Великобритании оказалась очень на руку провокация как в Сирии, так и на собственной территории. Сейчас Великобритания снова оказалась на авансцене мировой политики таким крайне негативным, агрессивным и странным способом.

Вопрос: Позвольте отметить непоследовательность Вашей позиции. В ходе интервью Вы подчеркивали приверженность России всем международным конвенциям и соглашениям по запрещению химического оружия.

С.В.Лавров: Это действительно так.

Вопрос: В том числе Вы поддерживаете деятельность Организации по запрещению химического оружия.

С.В.Лавров: Верно.

Вопрос: Вы знаете лучше меня, что ОЗХО направила пробы использованного в Солсбери нервно-паралитического вещества в четыре разные лаборатории, и все они подтвердили, что это был «Новичок» (как и заявляло британское правительств) очень высокой чистоты.

C.В.Лавров: В этом-то и проблема. Уже само использование вещества А-234 очень высокой чистоты и очень высокой концентрации вызывает подозрение.

Вопрос: Это российское вещество. Всем известно, что этот нервно-паралитический газ изобрели в Советском Союзе.

С.В.Лавров: Давайте придерживаться фактов. Вы, может быть, и мастер задавать жесткие вопросы, но надо ведь и уметь слушать! Действительно, это вещество было разработано в Советском Союзе, но потом один из его изобретателей сбежал в США и опубликовал формулу в открытом доступе. Можете сами проверить эту информацию, прежде чем задавать вопросы. США даже запатентовали эту формулу, и вещество было официально взято на вооружение то ли американскими спецслужбами, то ли военными. А-234 — это вещество, от которого человек быстро умирает, но потом оно быстро улетучивается. Поэтому наши ученые говорят, что пробы, взятые через две недели, никак не могут содержать «очень высокую концентрацию» данного вещества.

Вопрос: Мы опять возвращаемся к вопросу о том, кому верят, а кому не очень. В России в это кто-то, может, и верит, но во всем остальном мире нет. Из 20 западных стран выслали более 100 российских дипломатов, потому что все считают виновной именно Россию.

C.В.Лавров: Если Вы все-таки хотите говорить по существу, позвольте добавить следующее. В субботу мы представили документ с выводами Центра радиологического и химико-биологического анализа в швейцарском Шпице (это одна из упомянутых Вами четырех лабораторий), который действительно обнаружил «высокую концентрацию» А-234, но, помимо этого…

Вопрос: Так вы доверяете ОЗХО или нет? Вопрос очень простой. Судя по всему, вы им не доверяете.

C.В.Лавров: Послушайте, для британца у вас ужасные манеры. Так вот, швейцарская лаборатория пишет, что сначала они обнаружили вещество BZ, изобретенное, если не ошибаюсь, в 1955 году в США и принятое на вооружение в армиях США и Великобритании. Мы направили в ОЗХО, которой мы доверяем, запрос с просьбой подтвердить или опровергнуть тот факт, что в дополнение к A-234 швейцарская лаборатория обнаружила в пробах BZ. Сейчас мы ждем ответа от ОЗХО, которой мы, безусловно, доверяем. Но тут, как говорится, доверяй, но проверяй.

Вопрос: У нас почти не осталось времени, а я еще должен спросить Вас про санкции. Министерство финансов США собирается огласить очередной пакет санкций против российских компаний и частных лиц, которые, как считается, связаны с сирийскими военными. Из-за предыдущего пакета санкций, которые ввело правительство США, российский фондовый рынок очень сильно «просел». Россию загнали в угол.

C.В.Лавров: Что ж, спасибо за сочувствие. Но не переживайте, мы как-нибудь продержимся.

Вопрос: Фондовый рынок обвалился на 10%, рубль упал по отношению к доллару.

C.В.Лавров: А у вас разве не было плохих времен? Помните, Джордж Сорос сыграл против вашего фондового рынка и обвалил фунт? Они же не просто угрожают наказать тех, кто имеет какие-то контакты с сирийским Правительством. По сути, они хотят наказать весь российский народ за то, что тот сделал «неправильный» выбор на президентских выборах. Они заявляют, что никогда не будут наносить вред простым людям, а только олигархам, политикам и военным, которые якобы дестабилизируют мир. Это ложь. Их настоящее желание — создать проблемы для сотен тысяч россиян.

Вопрос: Это и есть ваше уязвимое место. Россия, может быть, и располагает самым мощным ядерным оружием, о котором так красочно говорил Президент России В.Путин, но российская экономика слаба и уязвима.

C.В.Лавров: Да, это так, и мы в курсе. Но наша экономика прошла через многие испытания, начиная со Второй мировой войны. Хочу Вас заверить, что Правительство и Президент понимают всю необходимость реформ, и именно это и стало главной темой в первой части послания Президента России Федеральному Собранию. А во второй части Президент В.В.Путин рассказал о новейших видах оружия и закончил следующей мыслью о том, что мы всегда готовы к диалогу на основе взаимного уважения и баланса интересов.

Вопрос: И последний вопрос. Генсек ООН А.Гутерреш на днях заявил, что мир снова охвачен «холодной войной», но если раньше существовали механизмы, которые предотвращали возможность эскалации между США и СССР, то сегодня таких механизмов, похоже, уже нет. От этого вывода становится очень страшно. Вы работаете на своем посту уже 13 лет. Можно ли назвать нынешний период самым страшным временем на Вашей памяти?

C.В.Лавров: Что касается механизмов, о которых Вы говорите, то одним из них является канал общения. Каналы общения между Москвой и Лондоном были закрыты по инициативе британской стороны. Прекратились контакты по антитеррористической линии. Диалог между военными прекратился еще задолго до этого, опять-таки, по инициативе Лондона. Фактически прекратил работу Совет Россия-НАТО — очень продуктивный механизм для повышения доверия и прозрачности в отношениях. НАТО теперь хочет обсуждать на этой площадке исключительно Украину. ЕС тоже закрыл все площадки и общается с нами только по Сирии и по некоторым другим вопросам.

Вопрос: Но у Вас есть такое ощущение, что снова началась «холодная война»?

C.В.Лавров: По-моему, сейчас все еще хуже, чем во времена «холодной войны», потому что в те времена по крайней мере были каналы коммуникации и не было такой истерической русофобии. Сегодня же мы наблюдаем, так сказать, геноцид посредством санкций.

Вопрос: То есть Вы считаете, что сегодня ситуация хуже, чем во времена «холодной войны»?

C.В.Лавров: Да, именно из-за отсутствия каналов коммуникации. По крайней мере, их почти не осталось.

Вопрос: То есть ситуация становится очень опасной.

C.В.Лавров: Остается только надеяться, что эта мысль придет в голову и другим Вашим соотечественникам, в том числе в руководстве страны.

Вопрос: Трудно вспомнить другой такой момент в истории, когда Россия выглядела настолько изолированной. Ваша страна превратилась в изгоя. Летом Россия принимает Чемпионат мира по футболу, и Министр иностранных дел Великобритании Б.Джонсон уже сравнил его с тем, как А.Гитлер в 1936 г. принимал Олимпийские игры в Берлине.

C.В.Лавров: В 1938 г., то есть уже после той самой Олимпиады, состоялся футбольный матч между Великобританией и Германией. Вы можете найти в Интернете фотографию с этого матча, на которой перед началом игры и немецкие, и британские футболисты вскидывают руки в нацистском приветствии.

Вопрос: К чему Вы клоните?

C.В.Лавров: Я не собираюсь обсуждать Б.Джонсона. Мы уже поговорили с ним во время его недавнего визита в Москву. Пусть развлекается.

Вопрос: Наше время истекло. Сергей Лавров, большое спасибо за участие в программе «Хард ток».

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 16 апреля 2018 > № 2588847 Сергей Лавров


Сирия. США. Великобритания. ООН. РФ > Армия, полиция. Химпром. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 апреля 2018 > № 2571679 Марианна Беленькая

Что изменили новые удары Запада по Сирии

Марианна Беленькая

Очевидно, что у Вашингтона нет четкой стратегии по Сирии – единичные удары с сомнительной эффективностью здесь не помогут. Но ясно также и то, что у западных лидеров по-прежнему сохраняется желание продемонстрировать свое влияние на решение сирийского конфликта. Но сирийское урегулирование не требует новых инициатив. Здесь нужно согласие всех сторон, имеющих влияние на стороны конфликта

США, Великобритания и Франция в субботу утром нанесли удар по Сирии, сдержав свое обещание наказать президента Башара Асада за то, что тот перешел «красную черту». Речь идет об обвинениях в использовании химического оружия в сирийском городе Дума. Наказание получилось столь ограниченным (пострадали три человека), что в Дамаске решили отпраздновать победу. Но Вашингтон предупреждает, что в случае нового использования химоружия последуют новые удары. Пока же наказание ждет Москву. США подготовили новые санкции против России за сотрудничество с сирийским режимом. Да и в целом создается впечатление, что главным адресатом удара тройки была Москва, а не Дамаск.

О грядущем наказании всех ответственных за применение химоружия в Сирии президент США Дональд Трамп объявил еще неделю назад сразу же после публикации новостей о химатаке в Думе. «Президент Путин, Россия и Иран ответственны за поддержку Животного (именно так, с большой буквы) Асада. Большая цена будет заплачена», – написал Трамп в своем твиттере 8 апреля.

Было или нет?

Новости о химатаке в Думе, в которой погибли по меньшей мере 40 человек, появились 7 апреля. За последние несколько месяцев число сообщений из Сирии о применении химоружия резко возросло. Это происходило на фоне двух событий – операции сирийской армии против вооруженных группировок в Восточной Гуте и дискуссии в Совете Безопасности ООН вокруг механизма расследования применения химоружия в Сирии. Москва и ее западные оппоненты в СБ ООН не могут прийти к компромиссу по этому вопросу уже полгода. Россия опасается, что механизм будет использован для смещения режима Асада, и блокирует все западные проекты, но и российские предложения не находят поддержки большинства.

Работа СБ ООН по этому вопросу парализована с тех пор, как в конце прошлого года Россия отказалась продлевать работу созданного в 2015 году Совместного механизма расследования (СМР) ООН и Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Москва была недовольна отчетом СМР, в котором на Дамаск возлагалась ответственность за химатаку в городе Хан-Шейхун 4 апреля 2017 года. Тогда погибли 84 человека и пострадали более пятисот. Москва с результатами расследования не согласилась.

События в Хан-Шейхуне стали поводом для США впервые за годы сирийского конфликта нанести удар по объектам, контролируемым Дамаском. Целью атаки 7 апреля 2017 года стала авиабаза Шайрат. Тогда же в Вашингтоне предупредили, что применение химоружия является «красной чертой» для режима Башара Асада. На протяжении года эти угрозы звучали неоднократно, к Вашингтону присоединились Париж и Лондон.

В марте со ссылкой на источники газета The Washington Post сообщила, что Дональд Трамп рассматривает варианты «наказания правительства Асада» в связи с появившейся тогда в социальных сетях информацией об атаках с использованием хлора. Но, несмотря на множащиеся сообщения о химатаках, никаких действий никто не предпринимал.

По иронии судьбы, а может быть, судьбе помогли, но события в Думе произошли именно в годовщину удара США по Шайрату. В Москве и Дамаске задаются вопросом, зачем Асаду нужно было применять химоружие и провоцировать США. Неделю официальные лица в обеих столицах пытались убедить мировое сообщество, что химатака была инсценировкой. Более того, как утверждается, нашли исполнителей, снимавшихся в видеороликах об атаках и изображавших пострадавших. Но Москве, а тем более Дамаску мало кто поверил.

США и их союзники не стали дожидаться и расследования ОЗХО, чьи эксперты как раз начали съезжаться в Сирию накануне удара. И в связи с этим снова звучат вопросы, а нужна ли была правда и в чем смысл ударов, которые никак не влияют на расклад сил в Сирии? Еще одно предупреждение, как и год назад?

Ограниченный эффект

После громких заявлений Трампа о «Животном Асаде» удара ждали в любую минуту. Список возможных целей обошел ведущие СМИ. И сирийские, и российские военные успели подготовиться, или им дали это сделать.

Версии России и Запада относительно удара расходятся. Разнится число выпущенных по Сирии ракет (103 – у России, 105 – у США), не сходится количество объектов атаки. Восемь, по словам начальника Главного оперативного управления Генштаба Вооруженных сил РФ генерал-полковника Сергея Рудского, и три – по версии начальника Объединенного комитета начальников штабов США Джозефа Данфорда. Из них совпадает только один пункт – научно-исследовательский центр в районе Барзе на севере Дамаска.

А дальше число различий только растет: в Москве утверждают, что сирийская ПВО смогла перехватить 71 из 103 ракет, в Вашингтоне – что ни одной. Российские военные не заметили участия в операции французов, Париж отчитывается о нанесенных ударах.

Сами сирийцы сначала неофициально сообщили о десяти объектах атаки, в официальных СМИ со ссылкой на источники прозвучала цифра три. Правда, две из трех целей не те, что назвали американцы. Разрушения сирийские СМИ демонстрируют в основном все в той же Барзе, факт бомбардировки которой не отрицает ни одна из сторон.

По одной из версий, сирийцы не ожидали атаки на этот объект, так как он считался гражданским и находится в черте столицы. Здесь, как утверждается, делались лекарства от рака и проводились исследования химического состава препаратов, используемых в разных сферах, от сельского хозяйства до краски для игрушек. Кроме того, центр в Барзе не раз исследовали эксперты ОЗХО и ничего там не нашли.

Разрушенный центр стал для сирийцев неким символом «несправедливой агрессии». Но в целом, как утверждают в Сирии, никакого стратегического урона в результате ударов Дамаск не понес. Напротив, новость, что сирийская ПВО удачно перехватила ракеты, стала поводом для сирийцев отпраздновать победу.

На Западе, перефразируя Трампа, говорят «о выполненной миссии», подчеркивая, что удар был ограничен намеренно и преследовал конкретные цели – не допустить дальнейшего использования химоружия режимом Асада и заставить его сесть за стол переговоров. Но эти результаты еще предстоит доказать.

Почему сейчас

Самое интересное, почему удар был нанесен сейчас, несмотря на неоднократные сообщения о химатаках. Даже лидер сирийской оппозиции, глава Высшего комитета по переговорам Наср аль-Харири, приветствуя удары, отметил, что в Сирии гораздо больше людей погибает не в результате химатак, а от конвенционного оружия.

Западные дипломаты утверждают, что до последнего старались избежать удара, надеясь убедить Москву согласовать механизм расследований и надавить на Дамаск, чтобы остановить военные действия в Сирии. Надеялись так долго, что сирийский режим смог вернуть под свой контроль большую часть страны, а главное – Восточную Гуту. Возвращение этого стратегически важного из-за близости к столице района серьезно укрепило позиции Башара Асада.

Сложилась ситуация, когда Западу нужно было или признать Асада как сторону переговоров, или вести речь о разделе влияния в Сирии с Россией и Ираном, или поставить сирийское урегулирование под свой контроль. Неслучайно один из ближайших союзников Вашингтона – Эр-Рияд – намекнул, что Башар Асад может остаться в Сирии, но при условии, что он избавится от иранского влияния, а США останутся в Сирии и остановят экспансию Тегерана в регионе.

Менее чем за две недели до удара президент США Дональд Трамп колебался – дать отмашку на скорейшее сворачивание американского присутствия в Сирии или пока подождать. При этом он не оставил пожелание саудовцев без ответа. «Саудовская Аравия очень заинтересована в нашем решении, и я сказал: “Ну вы знаете, вы хотите, чтобы мы остались, может быть, вам придется заплатить”», – заявил Трамп в начале апреля.

По словам советника министра информации Сирии Бассам Абу Абдалла, после того как президент Асад вернул под свой контроль Восточную Гуту, «США было важно сохранить лицо и показать, что они еще что-то значат в Сирии».

Впрочем, спустя пару дней после удара представитель Белого дома Сара Сандерс подтвердила, что США все еще планируют скорейший вывод своего военного персонала из Сирии. «Президент четко заявил, что хочет возвращения американских сил домой как можно скорее», – говорится в распространенном заявлении пресс-секретаря американской администрации.

Новые планы на старые темы

Очевидно, что у Вашингтона нет четкой стратегии по Сирии – единичные удары с сомнительной эффективностью здесь не помогут. Но ясно также и то, у западных лидеров по-прежнему сохраняется желание продемонстрировать свое влияние на решение сирийского конфликта. Особенно на этом направлении активен даже не колеблющийся Вашингтон, а Париж, который уже несколько месяцев является центром разработки очередного плана по урегулированию в Сирии.

В воскресенье президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что именно Париж убедил Трампа не уходить из Сирии и нанести ракетные удары только по химическим объектам. Он также объявил, что Франция готовит политическое решение в Сирии, и не исключил своей встречи с лидерами России, Ирана и Турции, чтобы сблизить позиции, при этом порадовавшись разногласиям между Москвой и Тегераном в связи с последней атакой по Сирии.

На этой неделе в СБ ООН начинают обсуждать проект резолюции, разработанный Францией совместно с Великобританией и США, относительно будущего урегулирования в Сирии. По сути, речь идет об ультиматуме: власти Сирии и их союзники должны остановить военные действия, допустить поставки гуманитарной помощи населению, возобновить переговоры под эгидой ООН без предварительных условий и в очередной раз доказать, что у них нет химоружия. За невыполнение этого инициаторы резолюции требуют предусмотреть механизм привлечения к ответственности.

Вряд ли сирийская сторона готова согласиться на условия, выдвинутые в форме ультиматума. Западный проект резолюции обречен на вето Москвы. Неслучайно оппоненты России в СБ ООН решили усилить давление на Россию в надежде, что она откажется от поддержки Дамаска. В один ряд ставятся химатаки и дело об отравлении в английском Солсбери экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери Юлии. Началось все со слов Трампа и продолжилось в заявлениях, прозвучавших из Вашингтона, Парижа и Лондона, объясняющих, почему тройка решила ударить по Сирии.

«В то время как эта акция специально направлена на сдерживание сирийского режима, это пошлет четкий сигнал всем остальным, кто полагает, что они могут применять химическое оружие безнаказанно», – заявила премьер-министр Великобритании Тереза Мэй. В том же духе были сформулированы заявления Белого дома и постпреда США при ООН Никки Хейли.

«Грядут новые санкции в отношении России. Министр финансов [Стивен] Мнучин объявит о них в понедельник, если он этого еще не сделал, и они будут напрямую касаться компаний, которые имели дело с оборудованием, связанным с [президентом Башаром] Асадом и применением химоружия», – отметила Хейли в интервью телеканалу CBS.

Вслед за Москвой под новые санкции может попасть и Тегеран. Как отмечает газета «Аш-Шарк аль-Аусат», американские санкции должны ослабить иранский режим и создать благоприятный климат для решения сирийской проблемы. «Без санкций Тегеран будет оставаться источником для беспорядков в регионе», – подчеркивает издание.

Попытки выдавить Россию и Иран из Сирии и перетянуть урегулирование на себя – пока единственная последовательная стратегия тройки. Но сирийское урегулирование не требует новых инициатив. Здесь нужно согласие всех сторон, имеющих влияние на стороны конфликта. Москва потратила немало усилий, чтобы заставить Дамаск проявить гибкость в тех или иных вопросах. Не сказать, чтобы успешно, но после ударов западной коалиции надежда на сговорчивость Дамаска и Тегерана практически потеряна. А если будет продолжаться давление на Москву, время уйдет на дипломатические баталии, а не на поиск компромиссов.

Сирия. США. Великобритания. ООН. РФ > Армия, полиция. Химпром. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 апреля 2018 > № 2571679 Марианна Беленькая


Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 апреля 2018 > № 2570807 Джереми Корбин

Дипломатия, а не бомбы — вот способ положить конец сирийской агонии

Британский народ не хочет, чтобы правительство страны принимало участие в новых спорных и безрассудных военных интервенциях.

Джереми Корбин (Jeremy Corbin), лидер оппозиции Великобритании, The Guardian, Великобритания

Настали серьезные времена. После ракетной атаки по Сирии наступил момент для мощных мирных инициатив. Высказанное в воскресенье Борисом Джонсоном беспечное согласие с том, что этот конфликт продолжится своим нынешним курсом и что мирные переговоры будут лишь «дополнением» к нему, представляет собой вопиющий отказ от ответственности и морали.

В результате этого опустошительного конфликта уже погибли более 500 тысяч человек, 5 миллионов сирийцев стали беженцами и вынуждены были покинуть Сирию, тогда как 6 миллионов человек оказались перемещенными лицами внутри своей страны. Мы должны поставить на первое место переговоры о политическом урегулировании, а не скатываться к новому циклу военной реакции и обратной реакции.

Продолжающаяся внешняя военная интервенция в Сирии — от финансирования и поставок оружия до бомбардировок и солдат на земле — не оказывают ни малейшей помощи. Сирия превратилась в театр военных действий для региональных и международных сил — в том числе для Соединенных Штатов, Британии, России, Франции, Турции, Ирана, Саудовской Аравии, Израиля, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов.

Субботний ракетный удар по тем объектам, которые, как предполагалось, были связаны с производством в Сирии химического оружия, был неправильным и плохо просчитанным. Он был либо чисто символическим — разрушение, судя по всему, пустых строений уже показало все свою неэффективность в качестве средства сдерживания, — либо предвестником более масштабных военных действий. Подобные действия связаны с риском безрассудной эскалации военных действий, появления большого количества жертв, а также прямой конфронтации между Соединенными Штатами и Россией. Ни один из перечисленных вариантов не может обеспечить окончания войны и страданий, а также не в состоянии спасти жизни — скорее, наоборот. Интенсификация военных действий просто приведет к еще большему количеству жертв и беженцев.

Не может быть и речи о том, чтобы отвернуться и не замечать использования химического оружия. Его применение является преступлением, и ответственные за это лица должны понести наказание. В соответствии с поддержанным ООН соглашением, заключенным в 2013 году, правительство Асада должно было передать все свои запасы (хлор остался за его рамками) химического оружия, и тогда были уничтожены тонны этих веществ под контролем Организации по запрещению химического оружия, а также России и Соединенных Штатов.

Вопреки раздающимся голосам, выполнение этого соглашения, достигнутого под эгидой Советом Безопасности ООН, обеспечивалось в тот момент, а затем в 2015 году и в 2016 году с помощью независимого инспекционного режима ООН в области химического оружия. Его можно и нужно восстановить, что и предлагают сегодня сделать обе стороны в Совете Безопасности.

Инспекторам должен быть обеспечен беспрепятственный доступ для сбора данных, и, кроме того, они должны получить дополнительные возможности. Россия обязана выполнить взятые на себя в 2013 году обязательства, а на правительство Асада следует оказать давление и обеспечить его сотрудничество в расследовании возмутительного инцидента в Думе.

То же самое относится к вооруженным группировкам оппозиции, некоторые из которых поддерживает Саудовская Аравия или Запад. Эти группировки, судя по всему, тоже использовали химическое оружие. Давление на ответственных за подобные действия людей может быть оказано с помощью санкций, эмбарго, а, если необходимо, то и с помощью международного уголовного суда.

Полная ответственность будет зависеть от окончания этого конфликта. Однако уже сейчас можно многое сделать, не добавляя горючего материала в сирийский костер. Некоторые люди скептически относятся к многосторонней дипломатии. Однако крайне важно настаивать на законности, а также на применении санкций ООН в случае любых дальнейших военных действий. Мы не можем согласиться с тем, что «новая холодная война» является неизбежной, как подчеркнул Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш. Отход от риторики бесконечной конфронтации с Россией также поможет понизить температуру и сделает более вероятным достижение консенсуса в ООН по поводу многосторонних действий, направленных на прекращение сирийской агонии.

Предпринятые в конце прошлой недели действия представляются сомнительными с точки зрения законности. Собственное оправдание правительства, которое во многом полагается на весьма спорную доктрину гуманитарных интервенций, не выдерживает даже его собственных проверок. Не получив санкцию ООН, правительства Соединенных Штатов и Британии неправомерно присвоили себе право действовать в одностороннем порядке, однако на самом деле такого права у них нет.

Тот факт, что премьер-министр приказала провести эту атаку без одобрения Парламента, лишь подчеркивает слабость правительства, которое, на самом деле, лишь ожидало одобрения от воинственно настроенного и нестабильного американского президента. Вот почему мы настаиваем на том, чтобы Парламент получил в будущем окончательное право в отношении планирования военных действий на основе нового закона о полномочиях в условиях военного времени.

Дальнейшие военные действия будут безрассудными. Это будет еще хуже, чем в случае с катастрофической интервенцией в Ираке, Ливии и в Афганистане, поскольку продолжающаяся в Сирии война может привести к расширению конфликта, вовлекая в него сначала Россию, а затем Турцию, Иран, Израиль и другие страны.

Кроме того, нет никакого политического плана, который можно было бы предложить. Ливия представляет собой самый последний и катастрофический пример военной операции, начатой без каких-либо мыслей о политических последствиях. В настоящее время поддерживаемая Соединенным Королевством кампания саудитов по нанесению бомбовых ударов в Йемене является причиной гуманитарной катастрофы.

Британское правительство должно оказывать сдерживающее влияние на этот кризис, а не быть маркитанткой. Можно приветствовать то, что Совет Безопасности ООН теперь будет обсуждать как новый инспекционный режим, так и застрявшие мирные переговоры. Подобного рода дискуссии следует продолжить для того, чтобы добиться заключения соглашения, а не для того, чтобы крупные державы набирали очки.

Мы должны избавиться от ужасов химического оружия, но мы должны также использовать наше влияние для того, чтобы положить конец еще более ужасной сирийской войне. Ничто не может быть более актуальным, чем дипломатическое решение, позволяющее восстановить эту страну, обеспечить возвращение в свои дома беженцев и заключить инклюзивное политическое соглашение, которое позволит сирийскому народу определить свое собственное будущее.

Именно такие действия, а не новую кампанию по нанесению бомбового удара, ожидает британский народ от своего правительства. Настал момент проявить моральное и политическое лидерство, а не проводить в ответ скоропалительные военные операции.

Джереми Корбин — лидер Лейбористской партии Великобритании (основная оппозиционная партия).

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 апреля 2018 > № 2570807 Джереми Корбин


Сирия. Великобритания. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568231 Саймон Дженкинс

Взгляните на Сирию, и вы увидите все элементы, приведшие к мировым войнам

Саймон Дженкинс (Simon Jenkins), The Guardian, Великобритания

Трудно поверить, что западные лидеры позволяют этой ситуации обостряться. Неужели история нас ничему не научила?

Что, скажите на милость, мы делаем? Я не слышал, чтобы хоть один эксперт по Сирии объяснил, каким образом ракетный удар на территорию этой страны будет способствовать делу мира или заставит диктатора Башара аль-Асада отступить. Они просто разрушат здания и, вероятно, погубят людей. Это чистой воды популизм, выражающийся в переменчивой риторике все более причудливых твитов Трампа. Боже упаси, чтобы теперь британская политика цеплялась за каждое его слово, а ведь, кажется, так и происходит.

Мы можем согласиться с тем, что химическая атака в пригороде Дамаска, вероятно, была совершена опытными летчиками сирийских ВВС, хотя и сами повстанцы нередко убивают своих, чтобы снискать сочувствие. Однако Великобритания тоже убивает мирных жителей на этом театре военных действий. Нет, мы не отравляем наших собственных граждан, но как будто претендуем на право убивать мирных жителей другой страны. Тереза Мэй говорит, что химическая атака «не может остаться безнаказанной», но политики в целом любят такие безличные конструкции. Кто должен приводить это наказание в исполнение и с чьего разрешения? Время наказывать сирийское руководство придет тогда, когда закончится война. Внешнее вмешательство никак не повлияет на конфликт, только отложит его завершение. Это вдвойне жестоко.

Нынешний кризис уже демонстрирует нам знакомые предпосылки безрассудного конфликта. Вербальная истерия пустилась с военной машиной в безудержный пляс. Она ищет поводов для насилия, а не способов его избежать. Так, в 2003 году у Великобритании не было никаких оснований для вступления в войну с Ираком, кроме одного: желания Тони Блэра побряцать оружием перед носом Джорджа Буша. И в 1870 году у Германии и Франции тоже не было причин сражаться. В 1914 году единственным поводов для войны послужило убийство эрцгерцога в Сербии. Как писал о 1914 годе Алан Тейлор: «Ни у кого не было сознательной решимости провоцировать войну. Государственные чиновники просчитались [и] стали узниками собственного оружия. Великие армии, созданные для обеспечения безопасности и сохранения мира, склонили народы к войне своим весом». Интересно, что бы сказал Тейлор о твите Трампа, в котором он призвал Россию «приготовиться».

Сегодня войны в большинстве своем начинаются вслед за возникновением часто случайных альянсов и обязательств, а также за отсутствием какой-то мощной площадки для дискуссий — или даже «горячей линии» связи между лидерами — посредством которых могут разрешаться разногласия и мелкие споры. Благодаря переговорам в ходе Венского Конгресса 1815 года мир в Европе на протяжении 50 лет сохранял свою относительную устойчивость. Потом он рухнул, как будто от изнеможения. Теперь нам открывается страшная перспектива того, что послевоенные урегулирования 1945 года, в целом вверенные Организации Объединенных Наций, изжили себя и сделались бесполезными.

Это еще одна причина остерегаться опосредованных войн. У Великобритании нет личных интересов в сирийском конфликте, который является горьким возрождением одной из старейших и самых жестоких междоусобных войн ближневосточных кланов. Асаду удалось призвать на помощь Иран и Россию, и они выполняют свое обещание со зловещей эффективностью. С другой стороны, повстанцы в своем противостоянии получали моральную поддержку Запада и материальную поддержку со стороны антииранских саудовцев. Сирия уже заплатила страшную цену. Дальнейшее вмешательство будет полным сумасшествием.

Похоже, Мэй попалась в ту же ловушку Вашингтона, в какую попался Блэр в 2003 году. Понятно, что ее советники не считают бомбардировку Сирии лучшим способом реагировать на химические атаки, но она, кажется, не особенно хочет это признавать. Она утверждает, что для запуска ракет не нуждается в одобрении парламента. Этот обычай ведет свое начало еще с тех времен, когда монархи и их генералы нуждались в особых полномочиях, чтобы предотвращать неминуемые угрозы национальной безопасности. Сегодня такой угрозы нет. Речь идет не о военном, а о внешнеполитическом решении. Переход к войне имеет серьезные последствия. Он явно должен получить коллективное одобрение, особенно при правительстве меньшинства.

В 2003 году Блэр добивался одобрения парламента для вторжения в Ирак, пусть даже и на лживых основаниях. Как это ни позорно, но он его получил. В 2013 году Кэмерон добивался разрешения сражаться в Сирии, и, к счастью, ему отказали. Мэй может избежать голосования в палате общин, но поскольку, если верить сообщениям, бомбардировки Сирии поддерживают только 22% общественности, в то время как 43% высказываются против, под угрозой может оказаться даже то, чего она добилась своей твердой позицией. Опасность заключается в том, что произойдет дальше. Стратегия «око за око» предполагает более эффектный и фотогеничный повтор бомбардировок, устроенных Трампом в прошлом году. Однако здесь явно высок риск убийства российских или иранских военных, и еще выше риск ответного удара. Говорят, российский лидер Владимир Путин пребывает в своего рода параноидальном состоянии, он так же преисполнен агрессии, как Трамп и Мэй. В такие моменты лидеры как правило принимают обличие командиров и присваивают себе право решать политику в одиночку. Их коллегам становится еще труднее их сдерживать. У поджигателей войны всегда находятся самые лучшие аргументы.

Это показывает, насколько слабыми являются основы международного мира, когда нарушен баланс сил. В сегодняшнем мире нет ни одной причины для конфронтации сверхдержав кроме нарциссизма и воинственности отдельно взятых мировых лидеров. Победители в войне обязаны проявлять терпение и сдержанность к побежденным. Россия потерпела поражение в 1989 году, с тех пор Запад не переставал злорадствовать. Россия несет свою вину в Сирии. Но речь не об этом. Кажется, в этом первом со времен холодной войны кризисе в отношениях между Востоком и Западом нам теперь следует полагаться на Россию, а не на Соединенные Штаты, чтобы проявлять терпение и сдержанность. Жутковатая перспектива.

Сирия. Великобритания. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568231 Саймон Дженкинс


Казахстан. Великобритания > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 12 апреля 2018 > № 2567341 Чокан Лаумулин

"Кем работать мне тогда?": Чокан Лаумулин о модернизации, новых знаниях и профессиях будущего

Мы живем в эпоху разительных перемен. Это относится и к профессиям: считавшиеся прежде престижными отмирают, на смену им приходят другие, в том числе и такие, появления которых никто не прогнозировал. Понятно, что тренды здесь задают технологически наиболее продвинутые страны, и прежде всего западные. О профессиях будущего мы беседуем с нашим известным соотечественником, научным сотрудником Кембриджского Центрально-Азиатского форума и Центра исследований Кембриджского университета (Великобритания) Чоканом Лаумулиным.

О нашем месте в меняющемся мире

- В последние годы в наиболее передовых странах мира становится модной дискуссия о профессиях будущего. Насколько эта тема актуальна для нас?

- Опыт новейшей истории, особенно в условиях современной глобализации, указывает на следующее. То, что актуально для передовых стран, формирующих и направляющих прогресс глобального научно-технологического и соответственно культурного развития, не может не стать актуальным для остального мира. В этом, собственно, и заключаются современная борьба наций и конкурентная гонка в стремлении получить технологическое преимущество. Неразвитость академической базы и других институтов превращает большинство развивающихся стран в отсталых поставщиков сырья и человеческих ресурсов для развитых стран.

Тем не менее, если говорить словами Макса Планка, отца квантовой физики, которые я не устаю повторять, существуют области интеллектуальной и нравственной жизни, которые стоят выше борьбы наций. Следует помнить о достаточно простых по сути, но почему-то нелегких для понимания вещах. В основе развития технологий, включая и трансферт последних, всегда лежит фундаментальная наука как резервуар знаний, источник экспертизы и источник управленческих кадров. Наука не в состоянии состояться без культуры. Оба этих феномена высшей интеллектуальной деятельности человека невозможны без соответствующего фундаментального образования. Нация, стремящаяся укрепить свои международные позиции, в первую очередь, концентрирует свои усилия на развитии научных исследований и культуры, которые в большинстве случаев и приводят к экономическому развитию и укреплению суверенитета данной страны. В свою очередь, создание полноценной обучающей образовательной среды для развития науки и культуры в отрыве от социального развития тоже не представляется достижимым.

- Кто больше всего должен озаботиться данной проблемой – родители, общество или все же государство?

- Современный Казахстан как индустриальное государство состоялся в эпоху СССР, что вкупе с нашей евразийской историей всегда подразумевало более весомую роль государства в развитии общества, чем, скажем, в англосаксонских странах или в Западной Европе. Там общественные институты развития науки и образования, равно как и индустрии, эволюционировали параллельно с ростом роли государства, создавая, кстати, неидеальные механизмы общего взаимодействия. У развивающихся стран, однако, нет такого исторического времени в условиях упомянутой выше гонки, да и их исторические институты власти и традиций, как правило, разительно отличаются. Как следствие, этим странам приходится задействовать временами чуть ли не единственный имеющийся у них в наличии инструмент – государственную политику - для развития институтов науки и промышленности. Это поднимает перед данными обществами очень болезненный вопрос компетенции в процессе формирования и осуществления своего уникального подхода. Государству при реализации успешной политики развития необходимо наличие в обществе определенных социальных консенсуса и унии между устремлениями отдельного гражданина, разных страт и самим институтом государства. Если ответить кратко, то это всеобщая задача.

- С чего в этом плане следует начать, чтобы быть готовыми к вызовам будущего? Менять образовательную парадигму? Перестраивать систему воспитания? Или что-то еще, чего пока никто не понимает?

- Нужно повышать уровень компетенции. Личной и общественной. Сделать это, кроме как через исследовательскую деятельность, в современном мире практически нереально. К тому же знание облагораживает человека и придает смысл его существованию. К сожалению, во многих постсоветских странах практика создания многочисленных консалтинговых компаний и аналитических центров (в их функционировании, кстати, нет ничего негативного) подменила собой академическую мысль, научную деятельность и сферу подлинного знания, в отсутствие которых неизбежно следует примитивизация управленческих подходов и решений. Это приводит к неотвратимой общей деградации всей системы и невозможности для нее сформировать более-менее адекватный, комплексный, интегральный или тем более ассимметрично-инновационный ответ вызовам времени. Как следствие, происходят фрагментация и полураспад общественных отношений, не поспевающих за глобальным развитием.

Кем быть и как стать?

- Можно ли категорично утверждать, что большинство профессий будущего будут связаны исключительно со сферой высоких технологий?

- Вы правы, подразумевая, что категоричность уместна только в случаях применения научно доказанных законов естествознания, которые и лежат в основе высоких технологий. Тем не менее, говоря об общественной парадигме применения последних, полагаю, что выбор профессий будущего будет намного шире, чем мы можем себе даже представить. Не могу не вспомнить другую свою любимую цитату от гениального советского физика Льва Ландау: «Может быть, величайшим триумфом человеческого гения является то, что человек может понять вещи, которые он уже не в силах вообразить». В этом и заключался смысл всех предыдущих индустриальных революций, движимых открытиями в естествознании, физике и химии, - в первую очередь, они невообразимо видоизменяли и усложняли различного рода человеческие отношения, включая политику, экономику, право и прочее. Не является исключением и нынешняя индустриальная революция, которая, судя по размаху и количеству открытий и соответственно по силе социальных изменений, уже превосходит предыдущие. В основе всех без исключения открытий лежат усилие и прорыв интеллекта ученых, совершающих эти открытия и постигающих новую, прежде недоступную и, по сути, до момента открытия неподвластную даже воображению суть законов природы.

К примеру, внутренняя вселенная, скажем, квантовой физики уже сегодня обгоняет конвенциональные лингвистику и философию. Кстати, некоторые из физиков говорили в беседах со мной, что представителям кочевой цивилизации, найди они опять свое место в мире фундаментальной науки, наверняка есть свое место в безбрежной вселенной познания. Ведь тысячелетиями, за исключением последних нескольких веков, мировая цивилизация двигалась в гегелевской диалектической гармонии борьбы и единства разных мышлений оседлого и кочевого развития. Мир только обогатится интеллектуально, духовно и технологически, если потомки кочевников смогут найти в себе силы вернуться на стезю современного мирового процесса и внести свой вклад в развитие мысли.

Я могу ошибаться, но думаю, что, помимо прикладных профессий, напрямую в будущем связанных собственно с развитием самих высоких технологий и их «побочными» ответвлениями, бОльшее распространение получит гуманитарная сфера. В особенности философия, лингвистика и культура, от которых дальнейшее развитие технологической сферы станет еще более зависимым. Однако вопрос, насколько когнитивные функции развития «новых» гуманитарных дисциплин будут привязаны к знанию и пониманию функционирования новых технологий, остается открытым. В любом случае человеку, на мой скромный взгляд, придется прикладывать еще больше усилий для освоения нового комплексного знания, совершенствования и углубления своих познаний и мышления.

- Как вы считаете, что станет залогом успешности человека будущего? Наличие нескольких дипломов о высшем образовании? Знание нескольких языков? Совокупность вышеперечисленных факторов? А быть может, важнее всего будет умение быстро переучиваться и овладевать новыми, доселе невиданными навыками? Или потребуется что-то совсем иное?

- Боюсь, что не смогу дать вам однозначный ответ. В чем можно быть уверенным, так это в том, что предыдущая база открытий фундаментальной науки никуда не денется и будет по-прежнему подпирать и питать сферу нового знания. То есть познания в области философии, математики, физики, химии, биологии, медицины, геологии и множестве других дисциплин не могут устаревать в принципе в подавляющем большинстве случаев и все равно потребуются для поддержания и развития новой технологической реальности, какой бы она ни была.

Даже критикуемый сегодня континентальный немецкий, он же советский, метод «зубрежки» материала, якобы тормозящий творческое развитие, никуда не денется. Без него познание в рамках спектра фундаментальных дисциплин просто невозможно, поскольку в нем структура знания строго иерархична и подразумевает нелегкое восхождение мышления, частью которого «зубрежка» обязательно является. Другой вопрос, что это также немыслимо без овладения крепкой философской базой, которая может помочь в постижении нового знания. Однако и последнее недостижимо без долгосрочной и упорной учебы в соответствующей среде как экосистеме.

Лучшее хорошему… не помеха

- Эксперты утверждают, что такой метод, как планирование, отомрет, а на смену ему придет эмпирический метод – метод проб и ошибок. Вы согласны с таким утверждением? И если да, то в чем преимущество эмпирического метода в новых условиях? Не приведет ли отказ от планирования к хаосу?

- По сути вопроса: не совсем понятно, почему именно метод научного планирования входит в противоречие с эмпирикой проб и ошибок? Эксперимент есть один из методов эмпирического познания, без знания планировать что-либо реалистичное невозможно, а знание и есть зачастую следствие экспериментов, то есть проб и ошибок. И какое планирование в контексте нашей беседы имеется в виду - в экономической деятельности, образовании или личностном развитии?

Если говорить об экономике… Был такой канадско-американский экономист Джон Кеннет Гэлбрэйт, чей труд «Новое индустриальное государство» наделал много шуму в 1967-м и даже был переведен и издан в СССР. Он ввел в обиход термин «техноструктуры», которые, по его мнению, и управляют современным индустриальным обществом, будь то США или Советский Союз тогда. Техноструктуры сформировались под диктатом необходимости формировать и планировать длинные технологические цепи, которые и составляют сегодня современную экономику. Управляющие и создающие эти цепи технократы, неподвластные интересам своих акционеров, и есть, по мнению экономиста, элита современного общества. Которая, кстати, вошла в острый конфликт со старыми элитами, питающимися от других, более традиционных экономических видов деятельности, таких, например, как банковское дело.

С тех пор немногое поменялось, технологические цепи стали еще протяжённее и еще более сложными, их по-прежнему надо планировать. Вы не сможете спонтанно запустить ракету в космос – этот процесс требует очень долгосрочных и скрупулезных расчетов с вовлечением огромного количества людей и предприятий, которые не могут функционировать, поддавшись внезапному порыву или озарению. Другое дело, что есть такой уровень научно-технологической компетенции в планировании развития технологических проектов и экономики, который может позволить избежать ошибок. Будет крайне интересно наблюдать за тем, как эти подходы будут видоизменяться с вероятным скорым появлением и массовым внедрением квантовых компьютеров и технологий, помимо всего прочего. Думается, планирование не исчезнет, но оно должно будет перейти на качественно новый уровень сложности.

Кстати, наша нынешняя реальность сильно застоялась и, по сути, не особо отличается по базовым параметрам от того времени, которое описывал Гэлбрейт полвека назад. Сравните тогдашнюю реальность еще раз в полувековой ретроспективе, и вы увидите совершенно, принципиально другой мир. Предыдущие фазовые переходы в индустриальном развитии ранее сопровождались катаклизмами. Может, нынешний скачок обойдется без них, ведь появилось слишком много новых и неоцененных параметров.

- Учитывая некоторые противоречивые и неоднозначные тенденции эволюции нашего общества в целом и отечественной системы образования в частности, как вы оцениваете шансы нашей страны на то, чтобы вписаться в формат профессий будущего? Это нам по плечу? Нет ли ощущения, что мы уже отстали… навсегда?

- Перемены – это всегда шанс. Глобальный транзит от догмата классических переинвестированных технологий в условиях наличия нашей минерально-сырьевой базы таит в себе колоссальные возможности для Центральной Евразии резко подняться в новой, пока еще не сформированной пирамиде технологических цепей. Сделать это, тем не менее, без развития эндогенной научно-исследовательской базы, осмысленных и компетентных реформ в образовании и здравоохранении, укрепления социальной экосистемы, поддержки культуры, увы, нельзя. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. И если отвечать на ваш вопрос, то очень даже не поздно. Однако нынешняя агония академической деятельности и ее подмена симулякрами в руках некомпетентной бюрократии при полной поддержке со стороны большинства интеллектуальной элиты общества, в открытую взывающей к архаике как модели развития, не могут не наводить на печальные мысли. Сергей Капица как-то заметил, что если само постсоветское общество не стремится к модернизации, то ему ничем нельзя помочь. Тем не менее, будем надеяться на лучшее и продолжать свою работу.

Автор: Кенже Татиля

Казахстан. Великобритания > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 12 апреля 2018 > № 2567341 Чокан Лаумулин


Польша. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 апреля 2018 > № 2565409 Эдвард Лукас

Слабость Польши в ее самонадеянности

Лукаш Павловский (Łukasz Pawłowski), Kultura Liberalna, Польша

Интервью с британским журналистом Эдвардом Лукасом (Edward Lucas)

Kultura Liberalna: Как Вы оцениваете реакцию западных стран на отравление Сергея Скрипаля, ответственность за которое, как утверждает британское руководство, несут российские спецслужбы?

Эдвард Лукас: На призыв Великобритании выдворить часть российских дипломатов откликнулось много стран. Их оказалось больше, чем я ожидал, к тому же в эту группу вошли государства, которые придерживались в отношении России относительно мягкого курса. Для первого шага это неплохо. К сожалению, инициатива перешла к Кремлю, он предпринял информационное наступление, распространив целую серию альтернативных версий обстоятельств покушения и поставив ряд вопросов на эту тему. Он пытается доказать, что мы имеем дело с заговором и каким-то обманом. Это небольшой, но неприятный шаг назад.

Чтобы продвинуться вперед, нужно ввести новые экономические санкции, ведь Россия воспринимает всерьез лишь такой язык. Выдворение российских агентов создает определенные неудобства, но не может поколебать кремлевские стены. Но если окружение Путина поймет, что мы собираемся присмотреться к работающим на Западе компаниям, принадлежащим анонимным владельцам, и миллиардам долларов, которые, используя западную финансовую систему, отмывает Кремль, у нас будет шанс продвинуться вперед.

— Пока ситуация напоминает стакан, который можно считать наполовину полным или наполовину пустым. С одной стороны, многие государства действительно решили выдворить российских дипломатов, с другой — некоторые (Венгрия, Австрия, Португалия, Греция) к акции не присоединились.

— Это так, но я считаю, что стакан наполовину полон, поскольку россиян выдворили самые крупные страны: Франция, Германия, США, Канада, Великобритания и, что удивительно, Италия. Так что на стремление Австрии или Венгрии сохранять нейтралитет можно не обращать внимания. Кроме того, на небольшие государства можно оказать давление, например, сообщив правительству Кипра или Австрии, что если они хотят сохранить доступ к западным финансовым рынкам, им придется нам помочь.

Здесь важен более широкий контекст. Запад уже устал от России, недовольство многих стран вызывали кампании по дезинформации, которые та вела на их территории, энергетический шантаж, российская шпионская деятельность, так что их не пришлось особенно уговаривать предпринять активные шаги. Многие государства увидели в британском предложении удобный предлог, чтобы, не опасаясь изоляции, избрать в отношении России более жесткий курс. Мы можем ввести ограничительные меры, мы это уже делали. Пять лет назад санкции, связанные с так называемым списком Магнитского, казались донкихотством, но сейчас к ним присоединились полтора десятка стран. Поэтому я не могу согласиться с утверждением, что санкции не работают.

— Я имел в виду, скорее, солидарность, с которой могут возникнуть проблемы. Германия может выдворить какое-то количество российских дипломатов, но я сомневаюсь, что она пойдет на такой шаг, который повредит немецкой экономике. Я говорю о газопроводе «Северный поток — 2». Шансов на то, что Берлин изменит свою политику в этой сфере, мало. Кажется, что несмотря на всю шумиху вокруг России проекту ничто не угрожает.

— Политика Германии — это серьезная проблема, сейчас я провожу в этой стране много времени, пытаясь объяснить немцам, почему им следует придерживаться курса европейской солидарности и учитывать европейскую безопасность, а не ставить на первое место собственные интересы. В последние 25 лет Россия не сталкивалась в Германии с какими-либо препятствиями. Мою задачу осложняет то обстоятельство, что немцы стали хуже относиться к США, а Польша, судя по всему, не хочет больше поддерживать с Берлином дружеских отношений. Вопрос будущего газопровода «Северный поток — 2» не закрыт, свое согласие на его прокладку должна еще дать Дания. Следовало бы приложить все усилия, чтобы убедить ее помешать россиянам.

— Вы уверены, что санкции работают? Мне кажется, все не так однозначно. Если мы не предпримем каких-то новых шагов, Кремль убедит россиян, что Запад испугался силы российского государства и снова пошел на попятную. Если мы введем санкции, Кремль объявит, что Запад взял Россию в тиски, и теперь ей придется защищаться, как осажденной крепости, а гражданам — сплотиться вокруг своего лидера. Что бы мы ни сделали, Путин одержит победу, а Россия не начнет действовать более предсказуемо и соблюдать правила.

— Если бы существовало решение, которое давало моментальный эффект и не было связано с какими-либо издержками, мы бы его приняли. Но издержки всегда есть: и пассивность, и активность может обернуться негативными последствиями. Обойти эти дилеммы невозможно. Нужно ввести такие санкции, которые будут направлены против конкретных людей и нанесут ущерб алчным кровожадным представителям путинского окружения.

Главная жертва их действий — не Украина, Грузия или Польша, а сама Россия, которой они правят, как колонизаторы, разворовывая страну и мучая ее жителей. Наши санкции должны быть направлены против этих людей. Если нам удастся остановить паровоз, на котором они мчатся, я думаю, россияне вполне обрадуются, на это указывает популярность Алексея Навального. Я встречался с ним несколько лет назад и задал вопрос, почему люди считают его противником Запада. «Я занимаю антизападную позицию, поскольку Запад отмывает деньги, украденные у простых россиян», — отметил он. Чем быстрее мы закроем эту «прачечную», и поможем россиянам разобраться с коррумпированными чиновниками (пока мы помогаем только вторым), тем будет лучше.

— Активнее всего отмыванием российских денег занимается Великобритания. По Лондону даже водят специальные экскурсии и показывают (разумеется, снаружи) квартиры и виллы российских олигархов.

— Я не согласен с тем, что мы ничего не можем сделать. Многое уже сделано, и все еще впереди. Уже написаны законы, благодаря которым покупать в Великобритании недвижимость на компании, зарегистрированные в оффшорах, станет невыгодно. Также появится закон, вводящий уголовную ответственность за сокрытие факта, что каким-либо объектом недвижимости владеет иностранное общество с ограниченной ответственностью. Например, если какой-то юрист заявит, что некая вилла принадлежит господам Лукасу и Павловскому, а это окажется неправдой, его посадят в тюрьму. К сожалению, закон вступит в силу только в 2021 году, хотя, на мой взгляд, он мог бы начать работать хоть со следующей среды.

Общественности все это надоело. Органы государственного регулирования, политики, правоохранительные органы — все прекрасно понимают, как выглядит ситуация, но банкиры, юристы и бухгалтеры, которые извлекали из нее выгоду, стараются помешать переменам. Однако они не смогут препятствовать им бесконечно.

— Вы не думаете, что Владимир Путин и его окружение могут заявить, что наши действия направлены против России и ее интересов? Президент пользуется у россиян большой популярностью, а такое ужесточение законов, даже если оно нанесет удар только по нему и его окружению, может повысить его рейтинг.

— Россияне, с которыми я знаком, не испытывают ни малейших симпатий к таким людям, как Олег Дерипаска, Игорь Сечин или Роман Абрамович. Популярность Путина в какой-то мере искусственна: никто не задает ему сложных вопросов, у него никогда не было реальных соперников. Но это сейчас имеет второстепенное значение.

Важно то, что у Путина нет активов, зарегистрированных на его имя, он действует через своих коррумпированных сообщников. Значит, нужно нанести удар по ним. Это позволит поправить репутацию Запада, очистить нашу систему, воодушевить российскую оппозицию и заставить Кремль расплачиваться за его внешнюю политику. Нам следует провести эксперименты, в ходе которых специалисты по финансам или соответствующие люди в полиции и спецслужбах смогут выяснить, какую часть российских активов они способны заморозить за 24 или 48 часов в рамках акции сдерживания. Нужно анализировать эффективность таких учений и стараться улучшить результат. Во-первых, это покажет, что наш профессионализм растет, во-вторых, Кремль поймет, что если он попробует убить еще кого-нибудь химическим оружием или напасть на какую-то страну, то Запад использует эффективный инструмент и нанесет России ощутимый ущерб.

— Российские средства идут не только на покупку недвижимости и не только оседают на счетах частных компаний, Россия направляет их на поддержку политических экстремистов в Европе. Например, россияне при помощи европейских банков финансируют «Национальный фронт». Как пресечь подобную деятельность?

— В Ваших словах слышится пессимизм, но, на мой взгляд, для него нет никаких оснований. Мы определили проблему, поняли тактику, которую использовали россияне. Если они продолжат ее применять, нам нужно будет ужесточить законы, препятствующие отмыванию денег. Можно также наказать банковские организации, как это уже сделали американцы с одним из латвийских банков, который нарушал правила.

Меня гораздо больше беспокоит вопрос, что будут делать россияне дальше. Европа напоминает водителя, который смотрит в зеркало заднего вида и радуется, поняв, что за препятствие попалось ему только что на дороге. Мы поняли, что россияне занимаются энергетическим шантажом, финансируют определенные политические партии, ведут войну в киберпространстве. Это хорошо, но россияне не дураки, их тактика меняется, так что нам тоже следует смотреть в будущее.

— То есть?

— У наших руководителей нет таких аналитических способностей, которые позволили бы нам глубже понимать ситуацию. Нам нужно попросить совета у наших союзников из Восточной Европы, ведь именно на них, судя по всему, россияне будут отрабатывать новые методы.

— Какие методы? Вы бы не могли привести какой-нибудь пример?

— Проблему могут представлять маргинальные общественные группы, в которые Кремль вкладывает много сил и средств: клубы смешанных боевых искусств, объединения байкеров, добровольные народные дружины, занимающиеся охраной правопорядка. В Швеции это были даже, кажется, любители пейнтбола. Россияне оказывают им организационную и финансовую поддержку, а также ведут идеологическую обработку. В Латвии несколько лет назад ГРУ отправляло молодых людей в свои спортивные лагеря, расположенные на территории России. Нужно сохранять бдительность и не считать россиян дураками.

— Мы много слышим о том, что россияне оказывают воздействие на политику западных государств, при этом о российских влияниях в Польше говорится удивительно мало. Это только так кажется?

— На эту тему было сказано немало, вопрос, услышали ли это поляки.

— Мы знаем, что при помощи социальных сетей сделали россияне в США, а потом, используя ту же тактику, в Великобритании, Германии, Каталонии, Италии. Однако о Польше такого не говорят, хотя мне кажется, россияне ведут свою активность и у нас, тем более наша страна не просто граничит с Россией, но и много десятилетий ей подчинялась.

— Слабость Польши заключается в ее самонадеянности и уверенности, что на поляков не действует российская пропаганда. Это не так. У вас мог выработаться иммунитет против каких-то специфических видов этой пропаганды, например, против утверждений, что Польская Народная Республика была раем, а Варшавское восстание — это миф. Но если россияне начнут рассказывать вам, что Запад вас предал, польские традиции разрушает агрессивная прогнившая западная культура, а Украиной управляют люди, которые превратили годовщину Волынской резни в праздник и готовятся устроить новую, польское общество будет склонно в это поверить. Вам следует осознавать, кто все это нашептывает.

— Как убедить поляков, что за этим стоят россияне? Слыша такие аргументы, многие польские политики скажут: взгляните на Лондон, там российские олигархи покупают дома, на Германию, которая строит газопровод «Северный поток», или США, где Трамп часто положительно высказывается о Путине. Они ведут дела с Москвой и игнорируют нас, так что нам остается проводить собственную политику и внимательно следить как за Россией, так и за Западом.

— Вы, кажется, пытались заниматься тем же самым в 1930-е, известно, чем все закончилось.

— Как убедить польского евроскептика, что нам лучше держаться Германии и США, даже если они порой нас обманывают или ведут дела с Москвой, не учитывая наши интересы.

— Вы знаете о Польше больше, чем я. Я только могу указать на проблему: Варшава недооценивает влияние российской пропаганды на польское общество.

— Я не могу заставить поляков поверить в то, что Россия представляет для нас опасность.

— Российское влияние есть всюду В Германии есть газовое лобби, в Великобритании — лондонский Сити, во Франции этому влиянию подвержены почти все политические партии. В Польше россияне тоже воздействуют на общество, вам следует изучить это явление. Думать, будто в других странах все еще хуже, — это путь к катастрофе. Вы можете быть последним замком из песка, оставшимся на пляже, но волна в итоге смоет и вас.

— Я бы хотел еще вернуться к делу Скрипаля. Почему его отравили таким способом, что покушение было легко связать с Россией? Многие враги Кремля погибли в результате несчастных случаев или якобы покончили жизнь самоубийством. А здесь мы наблюдали теракт, совершенный на территории Великобритании, причем опасность угрожала невинным людям. Это был знак, предупреждение, демонстрация силы?

— Если бы я знал ответ на этот вопрос, я бы, наверное, работал на Кремль, а не отвечал Вам на вопросы. Судя по реакции Москвы, улики были не настолько очевидными, так что она продолжает все отрицать. С одной стороны, есть улики, показывающие, кто за этим стоит, с другой все же остается пространство для сомнений. В 2006 году, когда убили Анну Политковскую, ее смерти желали несколько правоэкстремистских организаций. Это запутывает следы. У нас до сих пор слишком мало информации о деле Скрипаля, придется запастись терпением.

Польша. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 апреля 2018 > № 2565409 Эдвард Лукас


Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 апреля 2018 > № 2564634 Александр Баунов

Отдельная комната. О пользе брекзита для России

Александр Баунов

После брекзита появляется тот самый просвет, в который Россия может вписаться. Теперь, оставаясь вне ЕС, можно быть как Британия, а не как те, кого не взяли

Если Путин способствовал брекзиту, как в свое время уверяли премьер Кэмерон и англоязычная пресса по обоим берегам океана, он должен давно раскаяться. Более неприязненно настроенного по отношению к России правительства в британской истории, кажется, не случалось и задолго до Скрипаля. Министр иностранных дел Джонсон уже два года назад звал к демонстрациям у российского посольства, а министр обороны Фэллон посылал самолеты на показательный перехват корабля «Адмирал Кузнецов», идущего в Сирию.

Новая англо-американская связка гораздо эффективнее действует как точка сбора антироссийской Антанты. Будь на месте Трампа другой республиканец, Тереза Мэй напоминала бы Тэтчер, которая, согласно популярной версии, вместе с Рейганом похоронила СССР. Впрочем, и Трамп в пророссийских действиях пока не замечен.

Что касается российских оппонентов Кремля, то здесь картина еще яснее, раньше всяких пролетариев соединяются люди умственного труда: одним нечего терять кроме цепей, другим кроме ценностей. По этой причине образованные русские сплошь и рядом оказываются более убежденными европейцами, чем сами европейцы, и горюют о разводе Британии и Европы, как о распавшемся браке двух любимых друзей.

Сейчас из Галилеи под названием Британия не ждут ничего доброго ни сторонники Кремля, ни его противники. Однако от брекзита есть определенная, вполне осязаемая польза не для современного российского режима, а как раз таки для более свободных, правовых и демократических версий России, если они когда-либо состоятся.

Эта польза состоит не в том, что ЕС стал слабее, и не в том, что Евросоюз покидает наиболее придирчиво настроенная к России большая страна, делая континент потенциально менее антироссийским. А в том, что рядом с Евросоюзом появляется вторая, нееэсовская Европа, создавая и легитимируя ту единственную нишу, которую Россия может занять.

Европа перестала быть равна Евросоюзу. С выходом Британии все, что вне ЕС, перестанет быть ненастоящей Европой, Европой второго сорта, переходным состоянием, которое должно рано или поздно прекратиться, разрешившись присоединением, а если не разрешится, горе народу, оставшемуся на обочине истории. Теперь появляется тот самый просвет, в который Россия может вписаться. Теперь, оставаясь вне ЕС, можно быть как Британия, а не как те, кого не взяли.

Политическое единство Европы

До брекзита ЕС по умолчанию включал в себя все лучшее, что было в Европе. Добровольные исключения в виде нефтяной Норвегии или античной полисной Швейцарии казались временными и несущественными погрешностями. Швейцария исторически аномальна (ссылаясь на нейтралитет, до 2002 года не вступала даже в ООН), а в Норвегии время от времени проводят референдумы о ЕС и вопрос не снят.

В остальном с тех пор как Евросоюз собрал в себя самую развитую часть Европы и после распада советского блока стал подбирать менее развитую с расчетом рано или поздно подобрать всю, он перестал быть исключительно экономическим и даже политическим объединением. Он стал этической категорией. Шаблоном. Посланием. Синонимом Европы как таковой. Почвой и судьбой.

Он собрал лучшие экономики, лучшие партии, лучшую прессу, лучшие суды и, разумеется, лучшие ценности. С тех пор как самые благополучные развитые страны соединились в одном пространстве, оставшиеся снаружи объявили национальной идеей присоединение к этому монополисту благополучия и добра.

Европа поделилась снова, но не на враждующие военные блоки, а на Европу первого и второго сорта. Европу в собственном смысле и с оговорками – еще не Европу, находящуюся в нестабильном переходном состоянии до вступления в ЕС.

Для восточноевропейской страны за пределами ЕС предполагался один путь: переговоры о вступлении, заканчивающиеся присоединением. На этом пути страна – кандидат в члены Союза должна улучшить экономику, суды, партии и ценности. Как улучшит до необходимого минимума, так возьмем.

Самосовершенствование восточноевропейской страны и ее движение в сторону Союза начали совпадать в одном процессе до неразличимости. Не только второе не мыслились без первого, но и наоборот. Самосовершенствования до европейского качества на континенте не предполагалось без вступления: если ты такой умный, почему ты до сих пор не в ЕС. Направление стало подменять качество, движение к Свану – собственное здоровье и цели двигающегося. Тем более что движение проходило под надзором развитых стран, которые и экзаменовали качество институтов. Для восточноевропейских политиков на долгое время вступление в ЕС стало беспроигрышной формой политической программы, но после ее выполнения иногда оставалась политическая пустота.

Елка для богатых

Такое устройство Европы имело неприятную сторону для России и еще нескольких государств, так как не предполагало совершенствования до европейского уровня без вступления в ЕС. Сама такая возможность не признавалась. Не вступил – значит, хуже. Коли хорош – чего не вступаешь. Не взяли – значит, не заслужил.

Россия слишком большая и многолюдная для того, чтобы присоединиться к ЕС, не травмировав его. Она нежеланна в этом Союзе для некоторых его нынешних участников: придя в ЕС, они принесли с собой свое отталкивание от России – любой России, не обязательно путинской.

Присоединившись, Россия не просто критически увеличила бы совокупный вес больших государств, она попросту оказалась самой большой страной ЕС, что немыслимо. В то же время она слишком европейская, чтобы полностью выписать ее за политические и культурные границы Европы. Это не вполне получается даже с Турцией.

Положение большой европейской страны, которая не может быть принята в ЕС, в рамках конструкции, где все хорошие европейцы собраны в одном месте, а те, кто вне его, те похуже, ставило Россию в непрестижное и неустойчивое положение Европы второй свежести, чреватое обидами. И при этом давало российскому интеллектуальному сословию ложную программу, ложную задачу: в прекрасном далеко добиваться вступления, начать двигаться куда-то в качестве условия для улучшений, вместо того чтобы разделить эти две задачи.

Брекзит поможет России их разделить. Остановит примелькавшийся кадр. Придя в Европейское экономическое сообщество в 70-е, Британия улучшила его качество – принесла туда свое право, политику, культуру, экономику, которые были среди лучших в Европе. И, покидая Евросоюз, Британия совершенно не собирается от всего этого отказываться, наоборот, хранить и развивать.

Она ведь покидает Союз не по тем причинам, по которым теоретически могла бы покинуть, например, Польша (мужиков заставляют друг на друге жениться), или Венгрия (не признают нашей национальной драмы от уполовинивания страны), или Хорватия (требуют судить наших героев, которым слава). Покидая ЕС, Британия по-прежнему намерена сохранять и развивать и суд, и экономические свободы, и прессу, и толерантность к меньшинствам. Потому что все это принадлежит не ЕС, а самой Британии, идет не снаружи, а изнутри.

С уходом Британии закрепляется парадоксальная ситуация, когда внутри ЕС оказываются страны с более коррумпированной политикой, худшими выборами, менее свободной и добросовестной прессой, терпимыми обществами и церквями. А Британия со всеми этими позициями на более высоком уровне – вне.

Страны с пока еще слабо развитыми институтами и ценностями – кандидаты на вход, а Британия – с высоким уровнем того и другого – кандидат на выход.

Возникает не ценностный релятивизм, как опасаются многие, а совершенно естественная ситуация, где одни и те же или близкие ценности можно исповедовать, не принадлежа к одной организации.

Море внутри

Это хорошо не только для России, но и для оставшихся вне ЕС стран к востоку от Союза, вроде Украины, Белоруссии, Закавказья, Турции, Молдавии, где то и дело возникают силы с декларативной проевросоюзовской программой, но, придя к власти, они в своих практиках мало чем отличаются от неевропейских сил – так же вороваты и хамоваты. Так было с Ющенко – Тимошенко, так много лет происходит в Молдавии и так далее.

Европейцы в любом конфликте не могут не поддерживать силы, объявившие своей целью конечное вступление в ЕС (как СССР вынужден был поддерживать тех, кто объявлял конечной целью построение социализма). Но если снять ложную и невыполнимую в обозримом будущем повестку присоединения к ЕС и перестать разделять политические силы по этому признаку на тех, кто «за нас», и остальных, которые сразу же превращаются в «против», можно добиваться реальной европеизации изнутри, работая с теми, кто способен гарантировать управляемость и развитие и добиться европеизации за формальными границами единой Европы.

До выхода Британии равными себе по институциональному качеству в ЕС признавали страны, находящиеся далеко за пределами Европы, – Канаду, Австралию, Японию, Южную Корею. Никому не приходило в голову считать, что им надо присоединиться к Союзу для подтверждения своих лучших качеств.

Теперь такая Канада, Австралия, Япония появились на Европейском континенте, и, значит, лучшие европейские качества можно развивать без вступления в ЕС и быть признанным Европой первого сорта без членства.

Свет с Востока

Это не про то, что Россия прямо сейчас равна Европе, а про то, что выход Британии создает новую рамку, в которой она может быть равна без присоединения. В Восточной Азии ведь нет спора о том, кто настоящая Восточная Азия, кто Азия больше, а кто меньше, кто Азия первого, а кто второго разбора. Нет разговора о том, к кому присоединиться и куда вступить, чтобы жизнь удалась. Азиатские режимы рассматриваются по отдельности в зависимости от своих экономических, политических, культурных, институциональных и внешнеполитических достижений, а не в зависимости от того, удалось ли им слиться-разлиться.

Тот факт, что именно России в целом, а не Путину, режиму и так далее выгоден брекзит, показывает и главную проблему безопасности в Европе по сравнению, например, с Восточной Азией. В Азии мы как будто имеем дело с другой Россией, которая для самого Запада не является ни главной угрозой безопасности, ни единственным объектом сдерживания, не враждует тяжко с соседями даже при наличии взаимных претензий и исторических обид и сама менее раздраженно реагирует на американские войска на их территории. И не только потому, что там есть еще и Северная Корея.

Разница в том, что в Азии нет той двуполярности, которая взлелеена в Европе. Биполярная конструкция автоматически создает деление на своих и чужого. То, что один из лагерей сохраняет намерение расширяться в основном на восток и за счет бывших частей другого лагеря, не так важно, как то, что их два. Отсутствие биполярной структуры в Азии производит такой чудесный эффект, что кажется, там действуют другая Россия и другая Америка. В Азии – там тоже есть напряженность, но она не биполярная, не проходит по границе России и заставляет участников сотрудничать.

Конечно, Великобритания остается в НАТО и на шкале вычитания России из Европы расположена дальше почти всех европейских государств. Конечно, она в НАТО и военный союзник Америки. И все же сам факт возникновения третьего пространства, подкрепленный тем, что Турция тоже осталась вне ЕС, создает для России новое положение: у таких, как она, в Европе появляется отдельная комната.

Европа после брекзита – это Европа, где альтернатива Евросоюзу представлена не отстающими или еще не готовыми странами на востоке Европы, а Великобританией, которая добровольно предпочла членству в ЕС независимое развитие равновеликой ЕС политической, правовой и экономической культуры. Россия и другие страны, у которых нет перспектив вступления в ЕС или чьи перспективы (Турция, Украина) призрачны, теперь остаются не в прихожей ЕС за пределами Европы, а в новом, открытом Британией измерении европейского качества без европейского членства.

Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 апреля 2018 > № 2564634 Александр Баунов


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 апреля 2018 > № 2588823 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на встрече с российскими дипломатами, высланными из ряда стран по сфабрикованным обвинениям в связи с британской провокацией по т.н. «делу Скрипалей», Москва, 9 апреля 2018 года

Рад видеть вас в добром здравии и в хорошем настроении. Лица бодрые. Уверен, что так оно будет и дальше.

Я не буду подробно останавливаться на причинах, по которым ваши загранкомандировки были досрочно прекращены, вы о них прекрасно знаете. Они не имеют ничего общего с той работой, которую вы делали, и с теми задачами, которые вы выполняли, продвигая сотрудничество и добрые отношения между Российской Федерацией и странами, в которых вы служили. Высылка 150 российских дипломатов из почти 30 стран под абсолютно надуманным предлогом, конечно, – это беспрецедентная провокация, которая не имеет ничего общего с задачей продвижения международного сотрудничества, выполнением всех договоренностей, вытекающих из Устава ООН, а также закрепленных в многочисленных международных договорах, включая, конечно же, Венскую конвенцию о дипломатических сношениях.

Вам известно, что мы, разумеется, ответили адекватно. Мы никогда не будем «прогибаться» под ультиматумами. Это не тот язык, на котором нужно разговаривать с Российской Федерацией. Мы всегда будем делать все, чтобы защищать безопасность и достоинство наших граждан, суверенитет и национальные интересы Российской Федерации в полном соответствии с международным правом.

Хотел бы также выразить особую признательность членам ваших семей, которые вместе с вами переносят все тяготы и непростые ситуации, с которыми сопряжена работа за границей.

Как вам известно, руководство Российской Федерации сделало все необходимое для того, чтобы ваш отъезд на Родину был максимально комфортным, насколько это возможно в тех чрезвычайных обстоятельствах и в те сроки, которые были ультимативно выдвинуты странами пребывания.

Я уверен, что ваша дальнейшая работа будет эффективной, надежной. Мы сделаем все, несмотря на объективную ситуацию, которая сложилась в связи с непредвиденным прерыванием командировок такого большого количества людей, чтобы ваш вынужденный и непродолжительный отпуск завершился поскорее и чтобы вы все вышли на работу на внешнеполитических фронтах нашей большой Родины.

Хотел бы вам пожелать еще раз всего самого доброго.

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 апреля 2018 > № 2588823 Сергей Лавров


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 апреля 2018 > № 2564075 Дмитрий Орешкин

Путину некуда отступать

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

У Кремля крайне неблагоприятная ситуация — у него больше нет вариантов. Остается уходить в глухую несознанку. Или выступать с такими абсолютно радикальными опровержениями вроде «зачем уничтожили животных». Прежде всего, это совсем не дело Кремля — указывать, что должна уничтожать и предпринимать британская администрация на своей территории. Но сказать-то нечего, поэтому и приходится говорить что-то такое отвлекающее.

Конечно, Кремль и дальше может стоять на своем: не хранил, не предоставлял, родственников за границей не имею. У России нет альтернативы давлению Запада. И потом, от Кремля уже ничего хорошего не ждут. Дальнейшие жесткие заявления приведут только к большей изоляции.

Процесс однозначно пошел, и я думаю, что именно так нужно трактовать события в Солсбери: пути назад больше нет. И те люди, которые хотели, чтобы Путин был полностью зависим от силовиков и не имел даже иллюзий хоть как-то вернуться к нормальным отношениям с Западом, должны испытывать некую удовлетворенность. Ведь ближайшие года два Путина уже никуда и ни в каком виде не примут — даже если он возьмется изображать из себя голубя.

Следует ожидать скорого прогресса в расследовании дела об отравлении Скрипаля. Дай Бог, его дочь Юлия заговорит и раскроет какие-то детали, о которых следствие может еще не подозревать. Хотя абсолютному большинству более-менее независимых наблюдателей и без того очевидно, откуда ветер дует, чем он пахнет и где его сделали ядовитым.

Отравление Скрипаля — это именно тот случай, когда все уже понятно. России остается только складывать губки бантиком и негодовать.Уровень конфликтности будет только ухудшаться, ведь Путину (даже если бы он хотел) отступать уже некуда, да и нельзя. Вопреки ожиданиям президента о том, что Запад зависит от российских ресурсов — эта логика совершенно не работает, потому что этим ресурсам есть альтернатива. И чем жестче Путин себя ведет, тем более жесткий симметричный ответ он получает. Следует ожидать вербального обострения отношений между Россией и Западом. Силовые действия вряд ли возможны.

Безусловно, любители повоевать у России есть — но ресурсов-то нет. Ведь все то, о чем заявляли раньше — лишь слова и пиар. Можно, конечно, сделать еще две подводные лодки или пять ракет «Сармат». Но разве это что-то меняет?

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 апреля 2018 > № 2564075 Дмитрий Орешкин


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564065 Борис Джонсон

Борис Джонсон: "инфантильный" Корбин впитывает российский поток абсурдности

Борис Джонсон | The Sunday Times

"Иногда кажется, будто основная работа Кремля состоит в том, чтобы обеспечивать качественную "дымовую завесу", - пишет в своей статье в The Sunday Times министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон.

"А после того, как 4 марта в Солсбери были отравлены Сергей и Юлия Скрипаль, хорошо отлаженные методы Москвы выставлены напоказ в полной мере", - говорится в статье.

Джонсон отмечает: "Есть лишь одно, что приходит Кремлю на выручку и придает ложную достоверность натиску его пропаганды, - это когда политики из стран, подвергающихся атаке, присоединяются к этим усилиям (вольно или невольно), чтобы порождать сомнения там, где их нет, и сеять замешательство там, где есть ясность".

"К сожалению, я прихожу к выводу, что к этим усилиям присоединился Джереми Корбин. Даже теперь он не может заставить себя недвусмысленно заявить, что за это было ответственно российское государство. Всякий раз, когда он позволяет себе свободно высказываться на эту тему, он возвращается в свою зону комфорта - свое прошлое инфантильного левака, сочувствующего любой стране, любому движению, даже самому неприятному, которое враждебно Великобритании", - пишет Джонсон.

"Вспомните заключение Портон-Дауна (британской правительственной лаборатории. - Прим. ред.), что для создания нервно-паралитического вещества требовались "чрезвычайно изощренные методы, возможности применения которых есть, вероятно, лишь для государственного актора". Это фактически исключает гипотезу Корбина, что ответственность каким-то образом лежала на русской мафии (хотя мафия не имела бы каких-либо видимых мотивов)", - говорится в статье.

Джонсон также утверждает, что "российское государство уже начало превентивную кампанию по дискредитации вердикта ОЗХО" - Организации по запрещению химического оружия, которая сейчас проводит исследования проб из Солсбери.

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров заявил, что Россия не может "поддерживать заранее результаты расследования, в котором мы не участвуем", цитирует Джонсон. И заявляет: "Я не буду деликатничать: это циничная чушь, а Джереми Корбин позорит себя, оказывая ей поддержку. Он поистине полезный дурак для Кремля".

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564065 Борис Джонсон


Великобритания. США. Россия > Армия, полиция. Химпром > bfm.ru, 7 апреля 2018 > № 2560940 Вил Мирзаянов

Мирзаянов: «Надо будет в любом случае историю закончить тем, чтобы «Новичок» поставить под международный контроль»

Специалист в области химического оружия, один из создателей вещества «Новичок» прокомментировал Business FM новости о том, что Сергей Скрипаль вслед за дочерью пошел на поправку

Отравленный экс-сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия приходят в себя после отравления «Новичком». Название «Новичок» появилось после того, как советский ученый Вил Мирзаянов эмигрировал в США в 1994 году, заявлял ранее руководитель лаборатории химико-аналитического контроля научного центра Минобороны Игорь Рыбальченко. Мирзаянов в США выпустил книгу «Государственные секреты. Хроники инсайдера о российской программе химического оружия», в ней и была размещена формула этого вещества.

Business FM поговорила с самим Мирзаяновым — со специалистом в области химического оружия, одним из создателем боевого вещества «Новичок». Вот что он рассказал радиостанции:

— Летальный случай «Новичка» — это миллиграмм на человека теоретически, двух миллиграммов хватит. Возможно, они не получили эту дозу. Во-вторых, думаю, что англичане оказывают им очень высокопрогрессивную помощь, то есть у них лечение на высоком уровне, они, наверное, все-таки вымыли значительную часть «Новичка» из их организма. А то, что они говорят, что без всяких последствий, ну это же не врачи говорят, а они говорят. Хорошо, что они такие оптимисты. Я полагаю, что это хорошо. Я им желаю выздоравливания.

— Есть какие-то антидоты, которые можно применять при установлении класса отравляющего вещества? Условно, будет ли корректно сказать, что при использовании любых нервно-паралитических ядов в качестве антидота эффективен атропин? Есть ли вообще антидот широкого спектра действия?

— Кроме атропина, это уже пройденный этап, есть более сильные, так что антидоты есть, но они необязательно успешны для «Новичка». Может быть, англичане все-таки сумели выработать антидот, который специфически годится для «Новичка».

— Последние новости в связи с этим инцидентом в Солсбери — проект закона американских конгрессменов, которые представили законопроект о санкциях против России. Означает ли то, что сейчас было озвучено, это не конец? На ваш взгляд, где может эта вся история закончиться, связанная с Солсбери, если Скрипаль выйдет из больницы здоровым и поправившимся?

— Это чисто политические вопросы, в которых я не силен. Я могу только предположить, высказать свое мнение. Видимо, тут история еще только-только раскручивается, потому что, скорее всего, нужно будет найти исполнителя, если он не пойман уже, конечно, и дает показания, скорее всего, похоже на это. Так что после этого надо будет в любом случае историю закончить тем, что «Новичок», эту серию отравляющих веществ «Новичок» надо будет поставить под международный контроль, включив в список запрещенных отравляющих веществ Конвенции по запрету химического оружия.

Как рассказывал Мирзаянов, в качестве первой помощи пострадавшим могут вводить атропин и афин (холинолитические средства, используемые в качестве антидотов фосфорорганических отравляющих веществ). По его словам, «были разработаны другие антидоты, более сильные».

Великобритания отказывается выдавать визу двоюродной сестре Юлии Скрипаль Виктории. Ранее она подтвердила это в беседе с Business FM.

Великобритания. США. Россия > Армия, полиция. Химпром > bfm.ru, 7 апреля 2018 > № 2560940 Вил Мирзаянов


Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 апреля 2018 > № 2559417 Александр Гильман

Дело Скрипаля и дело Бейлиса

Александр Гильман, Delfi.lv, Латвия

Вряд ли есть более убедительное доказательство абсурдности современных отношений Запада и России, чем дело Скрипаля. Десятки государств высылают российских дипломатов из-за покушения на убийство, следствие по которому не дало пока никаких результатов.

Известно, что Сергей Скрипаль был российским разведчиком, затем предал свою контору, был разоблачен, отсидел срок, а потом в порядке обмена на других российских шпионов отпущен в Англию. И еще, что отравившее его вещество по составу похоже на некие образцы советского химического оружия.

Все остальное нам неизвестно. Нет подозреваемых, неизвестно, каким путем яд попал в организм Скрипаля и его дочери. Непонятно, как жертвы остались живы, если эффект вещества настолько силен, что тяжело заболели полицейские, обнаружившие отравленных.

Тем более непонятно, почему обвиняют именно российскую власть. Изобретатель продукта Вил Мирзаянов живет в США, он в 2008 году опубликовал формулу вещества, после чего его может синтезировать любой профессионал. С другой стороны, известно, что еще в 90-е годы препарат попал в руки преступных группировок и использовался при убийстве банкира Кивелиди.

Даже если мы согласимся, что некий высокопоставленный маньяк преследует всех, кто изменил советским или российским спецслужбам, то зачем был избран столь неудачный момент обострения взаимоотношений между Россией и Западом, да еще накануне чемпионата мира по футболу? Скрипаль живет в Англии 8 лет, можно было бы потерпеть. Он свое отсидел, и если убивать тех, кого сами обменяли, то в будущем никаких обменов не будет. С другой стороны, в той же Великобритании живут и не тужат столь одиозные предатели, как Виктор Суворов или Олег Гордиевский — почему бы не с них начать?

Все это говорит о том, что в деле Скрипаля не ночевала не только презумпция невиновности, но и элементарная логика. Тем не менее громкая антироссийская кампания набирает ход, и никто не собирается ее останавливать. Справедливости ради надо сказать, что и Россия не пытается снизить напряжение — разворачивается откровенно цепная реакция.

Ключевой вопрос здесь такой: почему оппоненты России считают, что она способна поступать иррационально, вопреки логике и собственным интересам? И здесь следует провести параллель с, вероятно, самым громким уголовным процессом в дореволюционной России ХХ века — с делом Бейлиса.

В марте 1911 года на окраине Киева было найдено тело зверски замученного 12-летнего мальчика Андрея Ющинского. Через некоторое время был арестован приказчик находящегося неподалеку заводика Менахем Бейлис и обвинен в ритуальном убийстве — якобы ему, как религиозному еврею, понадобилась накануне Песаха кровь христианского ребенка для приготовления мацы.

Никаких доказательств против Бейлиса не было, равно как и доказательств того, что есть еврейские секты, использующие для мацы кровь. В конце концов через два с половиной года подсудимого оправдал суд присяжных. Но тем временем в прессе была развернута громкая антисемитская кампания. Она привела к определенным политическим результатам: например, остался нерассмотренным законопроект в Государственной думе, который предполагал отменить черту оседлости евреев. А на выборах 1912 года в Государственную думу черносотенцы значительно увеличили свое присутствие.

Общее между этими уголовными делами очевидно. Есть некая таинственная, чуждая и могущественная сила: тогда евреи, сегодня — Россия. Эта сила несет иррациональную, необъяснимую угрозу, которую проще всего объяснить ее непонятными ритуалами: употребление крови младенцев в одном случае и убийства предателей в другом. Поскольку справиться с этой силой путем обычного исполнения закона невозможно, то следует применять некие экстраординарные меры: погромы или высылку дипломатов.

Я постоянно читаю тексты разумных во всех других отношениях людей, которых буквально корежит от упоминания России. Можно согласиться с тем, что наш восточный сосед отнюдь не является образцом демократии и политических свобод. Но на Земном шаре есть множество куда более одиозных режимов — а об их прегрешениях молчат. Но именно так себя и ведут антисемиты, способные постоянно твердить о еврейских грехах и ничьих других.

Давайте сравним несомненные нарушения Россией международного права с аналогичными во времени и пространстве. Например, когда СССР вводил войска в Чехословакию или Афганистан, то он оккупировал всю территорию стран и делал это вопреки желанию подавляющего большинства жителей данных государств. В то же время очевидно, что российская армия в Крыму и нерегулярные силы в Донбассе пришли туда при поддержке большинства населения этих регионов, а на прочую территорию Украины Россия не претендует. Неужели субъективная сторона дела не имеет значения? Тем не менее внешняя реакция в виде разнообразных санкций сегодня значительно сильнее.

И если настолько недопустима аннексия Крыма, то почему с куда большим пониманием встречается аннексия Израилем Восточного Иерусалима? Если любое вмешательство в пользу соотечественников за рубежом недопустимо, то где санкции в адрес Армении, фактически захватившей Нагорный Карабах с прилегающими территориями и проведшей там массовые этнические чистки? Если нас так возмущает недемократический характер выборов Путина, то давайте поговорим об аналогичной процедуре в странах Средней Азии, Азербайджане и Белоруссии.

Я привел примеры, очевидные для жителя постсоветского пространства. Несомненно, что в других регионах мира их можно насчитать больше, и они более яркие. Поэтому и приходится говорить, что в тренде крупнейших расовых предрассудков современного мира ненависть к России заняла ту нишу, которую столетиями занимал антисемитизм. И эта ненависть является столь же однозначным злом. Особенно учитывая, что ее объект — ядерная держава с не самым сдержанным характером.

Я избегал слова «русофобия», потому что на сегодняшний день в большинстве стран есть антироссийские настроения, но не антирусские: дискриминация идет по признаку принадлежности к государству, а не к народу. От этого, конечно, не легче тем гражданам России, которым сегодня стало труднее путешествовать или работать на Западе. И есть лидеры, бегущие впереди паровоза, вроде нашей Латвии. Понятно же, что внезапная атака на русские школы, проведенная Сеймом, прекрасно согласуется с антироссийскими настроениями современного мира.

Вот тут полезно вспомнить, что в царской России дискриминация евреев была только по религиозному признаку. Прошедший обряд крещения немедленно получал все права. Но всего через четверть века атеистов-евреев с огромным энтузиазмом убивали антисемиты любых вероисповеданий на оккупированных гитлеровцами территориях бывших российских губерний. Расовый принцип легко подавил религиозный. Об этой тенденции хорошо бы задуматься тем русским, которые сегодня с жаром ругают современную Россию. Слишком много в мире людей, которые уверены, что яблочко от яблони недалеко падает…

И последняя параллель. Когда арестовали Бейлиса, то на его защиту поднялась и вся российская, и мировая интеллигенция. Никому не известного маленького человека защищали не только русские писатели во главе с Владимиром Короленко, который этому делу отдал два года жизни, но и мировые звезды: протесты подписали сотни знаменитостей Германии, Франции, Британии. А вот сегодня я совсем не слышу возмущенных голосов против безумной антироссийской кампании. Здорово измельчало человечество за сотню с небольшим лет!

Поэтому тем большая ответственность ложится на нас. На тех, кто способен сохранить здравый смысл в этом мировом безумии.

Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 апреля 2018 > № 2559417 Александр Гильман


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 6 апреля 2018 > № 2559285 Андрей Солдатов

Андрей Солдатов: "Шаг, свидетельствующий об отчаянии Путина"

Борис Райтшустер | Frankfurter Allgemeine

Андрей Солдатов, российский эксперт, изучающий спецслужбы, рассматривает покушение на Скрипаля как нарушение табу, которое противоречит логике спецслужб. Он усматривает политический заказ Кремля. Интервью, опубликованное в Frankfurter Allgemeine Zeitung, взял журналист Борис Райтшустер.

"Отравляющее вещество, использованное для покушения, указывает на Россию. Кроме того, очевидный мотив был только у Москвы и Россия в прошлом была замешана в подобных деяниях", - сказал Солдатов. Москва должна была пойти на сотрудничество с Лондоном и сделать все возможное для выяснения обстоятельств произошедшего. "Но что мы видим? (...) Постоянно выдвигаются новые абсурдные версии. Когда главный подозреваемый вместо сотрудничества поджигает дымовые шашки, это еще больше заставляет сомневаться в его невиновности", - отметил эксперт.

Солдатов указывает на то, что "покушение нарушает все известные правила игры, принятые у спецслужб. Во-первых, трогать членов семьи всегда было под запретом. Другим табу было предпринимать что-либо против тех, кого помиловали и обменяли. Их оставляли в покое - в отличие от перебежчиков. Именно поэтому Скрипаль жил в Англии под настоящим именем и особых мер безопасности не принимал".

"Ни одна спецслужба не заинтересована в нарушении правил игры - поскольку на следующий день то же самое может коснуться и ее людей. Скрипаль больше не владел инсайдерской информацией. Попытку его убийства нельзя объяснить с точки зрения логики спецслужб. За этим должна стоять иная логика", - говорит эксперт.

"Это политический заказ - по-другому произошедшее объяснить нельзя. Все выглядит как сигнал. Его цель может состоять в том, чтобы посеять страх, предупредить. Кого? С какой целью? Остается лишь гадать", - сказал собеседник издания.

"По одной из версий, речь может идти о целенаправленном наращивании эскалации. Нельзя игнорировать тот факт, что Путин за несколько недель до отравления Скрипаля в обращении к Федеральному собранию взял курс на эскалацию и конфронтацию, представив новые виды вооружений. (...) Путин многие годы старался продемонстрировать, что придерживается правил, принятых в спецслужбах. И тут такое их нарушение. В моих глазах этот шаг свидетельствует об отчаянии".

По мнению Солдатова, несмотря на то, что власть в Кремле уверенно сидит в седле, ее представители "боятся призраков". "Несколько недель назад я слышал из кремлевских кругов, что там очень боялись вмешательства США в российские выборы, - рассказал эксперт. - Они считают, что находятся в условиях войны между спецслужбами и постоянно ждут, что их атакуют. Они думают, что лидер оппозиции Алексей Навальный - это человек ЦРУ".

Путин, по мнению Солдатова, "объявил войну собственной элите. Все началось с протестов против власти в Москве в 2011-2012 годах. Тогда Путин запретил сотрудникам спецслужб вывозить капиталы из России".

"Он был разочарован. ФСБ, как задумывалось, когда он пришел к власти, должна была предупреждать о надвигающихся кризисах и искать решения. Но спецслужбы не справились, опоздали. Это касается и терактов, и протестов против режима, (...) и протестов на киевском Майдане".

Путин изменил правила игры для российских спецслужб, полагает эксперт. "В 2015 году он отошел от своей старой модели управления, когда все ключевые позиции в государстве занимали люди из ФСБ, (...) Они во многом имели статус феодальных князей, были своего рода новой знатью. С этим было покончено", - сказал Солдатов.

Теперь Путин решил делать ставку на старую советскую модель, предусматривающую снижение значимости ФСБ и других спецслужб, считает Солдатов. "Они перестали решать судьбы больших концернов. Путин использует их теперь лишь как инструмент для решения тех задач, которые определяет он сам".

Это касается, например, контроля над населением, который выражается в запугивании "при помощи истерического страха перед шпионами", а также контроля над элитами посредством "репрессий, направленных против конкретных людей", указал эксперт.

Главное для Кремля - посеять страх: никто не застрахован от репрессий. "В качестве контролирующего механизма это функционирует очень эффективно", - констатировал Солдатов, однако заметил, что "горизонт сотрудников спецслужб стал более ограниченным. Как можно строить планы, когда не знаешь, не попадет ли завтра твой министр в тюрьму?".

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 6 апреля 2018 > № 2559285 Андрей Солдатов


Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 апреля 2018 > № 2558523 Карл Бильдт

Карл Бильдт: Путин замешан в атаку с нервно-паралитическим газом

Никлас Свенссон (Niklas Svensson), Expressen, Швеция

Бывший министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт (Carl Bildt) отталкивается от того, что президент России Владимир Путин замешан в атаку с применением нервно-паралитического газа на бывшего шпиона Сергея Скрипаля и его дочь Юлию.

«Моя теория заключается в том, что со стороны президента в ряде случаев была выдана „лицензия на убийство"», — сказал Карл Бильдт в политической передаче «Экспрессен» (Expressen) «Только политика» (Bara Politik), выходящей вечером в среду в 19:00.

Атака с применением нервно-паралитического газа на бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля и его дочь Юлию вызывала политическую напряженность на высшем уровне.

25 стран, в том числе Швеция, недавно сообщили, что высылают более 100 российских дипломатов, чтобы продемонстрировать свою солидарность с Великобританией.

«Покушение на убийство в Солсбери — это нечто большее, чем просто двусторонний вопрос между Великобританией и Россией. Это еще один вызов международному кодексу с российской стороны, и поэтому мы должны действовать», — констатировал премьер-министр Швеции Стефан Лёвен (Stefan Löfven).

В передаче «Только политика», которую показывали в эту среду, бывший министр иностранных дел Карл Бильдт впервые высказался об атаке нервно-паралитическим веществом и об ответственности президента.

По мнению Бильдта, нет никакого сомнения в том, что за инцидентом стоит Россия.

«Мы можем быть в этом настолько уверены, насколько человек вообще в чем-то может быть уверен», — сказал он и напомнил об убийстве бывшего подполковника КГБ Александра Литвиненко в Лондоне в 2006 году.

«Там мы увидели пример того, как Россия совершенно очевидно занимается такого рода деятельностью. Просто в тот раз, когда это случилось, быстрее удалось сложить два плюс два. В данном же случае, использовался уже не полоний, а невероятно сложный и редкий разработанный Россией нервно-паралитический газ. Поэтому нет особых сомнений в том, кто за этим стоит».

«Экспрессен»: Можем ли мы предположить, что и президент России Владимир Путин каким-то образом замешан в этом?

Карл Бильдт: В каком-то смысле мы должны прямо из этого исходить. Ведь именно такой вывод был сделан в результате расследования случая Литвиненко. Моя теория заключается в том, что со стороны президента в ряде случаев выдавалась «лицензия на убийство». Ну а затем, конечно, задачей разных органов, в данном случае, можно предположить, ФСБ, становилось техническое выполнение того, на что они получили разрешение.

— Холодная война вернулась?

— Нет, это не холодная война. Холодная война была с Советским Союзом, и это совсем другое дело. Но мы сейчас вступили в период, когда Россия создает множество проблем. На самом деле это началось несколько лет назад, и с тех пор было сделано несколько попыток решить эту ситуация разными способами. До сих пор все они проваливались. Сейчас мы вошли в новую весьма затруднительную фазу. Ясно, что ничего хорошего в этом нет.

Что произошло

Бывший российский шпион Сергей Скрипаль, 66 лет, и его дочь Юлия, 33 года, с 4 марта находятся в больнице, после того как на них в британском городе Солсбери было совершено покушение с помощью нервно-паралитического газа.

26 марта 25 стран объявили, что высылают в общей сложности более 100 российских дипломатов: это крупнейшая скоординированная высылка российских или советских дипломатов за всю историю.

Россия ответила высылкой такого же количества дипломатов.

Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 апреля 2018 > № 2558523 Карл Бильдт


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557408 Сергей Нечаев

«Россия не имеет никакого отношения к делу Скрипаля»

Сергей Нечаев, Rheinische Post, Германия

Согласно официальным заявлениям, последовавшим за решением о высылке российских дипломатов из Германии, Россию упрекают в том, что она не готова к сотрудничеству в деле Скрипаля. От нас требуют, чтобы мы осознали свою ответственность, сыграли конструктивную роль и выполнили свой долг в деле расследования происшествия. Эти заявления свидетельствуют либо о недостаточной информированности, либо о предвзятости. Российская позиция по этому вопросу было неоднократно изложена на всех возможных уровнях.

С самого начала мы утверждали, что Россия не имеет никакого отношения к происшествию в Солсбери и что у нас нет даже гипотетического мотива, чтобы совершить такое преступление. Мы официально заявили о своей готовности сотрудничать с Великобританией и Организацией по запрету химического оружия, согласно правилам конвенции о химическом оружии.

При этом очевидно, что такое сотрудничество, если оно призвано найти ответы на все имеющиеся вопросы, предполагает доступ к материалам расследования, включая пробы химического вещества, на которые ссылается Лондон. Но британская сторона отклонила все наши предложения и требовала от нас только одного: чтобы мы признали себя виновными и покаялись.

Однако мы не будем признавать своей вины в применении отравляющего вещества в Солсбери, так как мы этого не совершали. Разговаривать с нами на языке ультиматумов бесполезно. Неправильно подгонять результаты текущих расследований под такой приговор, который удовлетворил бы британцев и который они уже объявили. Так это уже было в случаях с Литвиненко, Березовским и другими российскими гражданами, которые в Великобритании при загадочных обстоятельствах погибли и продолжают погибать (дело Глушкова).

Не скрою, что нас удивляет и разочаровывает поведение тех наших партнеров, которые полностью полагаются на высказывания Лондона, вместо того чтобы совместно с Россией содействовать тщательному расследованию, и, более того, предпринимают шаги, которые, безусловно, приведут к обострению двусторонних отношений. Без какого-либо основания, без учета презумпции невиновности. Выводы о предполагаемой ответственности России в деле Скрипаля были сделаны без изучения актов расследования, а лишь на основании исключительно чужих точек зрения и предположений, а также сомнительных формулировок типа «вероятнее всего» и «нет никакого иного простого объяснения».

Это новшество в практике международного права и юрисдикции, а также в поведении наших партнеров, которые раньше всегда уповали на приоритет права. Мы вынуждены констатировать, что под давлением Вашингтона и Лондона кое-кто пляшет под их дудку. Это прискорбно.

По поводу заявления о том, что «нет никакого другого простого объяснения»: многие эксперты, в том числе в Германии, уже обратили внимание на то, что этот скандал играет на руку исключительно Терезе Мэй, у которой до последнего времени были серьезные внутриполитические проблемы, в том числе в контексте Брексита. Дело Скрипаля предоставило британским властям возможность отвлечь внимание от их внутренних проблем, заручиться солидарностью международных партнеров, поднять рейтинги правящей партии и возглавить крестовый поход против нашей страны незадолго до Чемпионата мира по футболу, право на проведение которого в свое время получила Россия, а не Великобритания. Кроме того, уже ослабло действие прежних «страшных историй», ставших причиной западных санкций, и, очевидно, требовался новый повод.

С большой долей вероятности мы предполагаем, что в деле Скрипаля Россия имеет дело с дерзкой, грубо сфабрикованной антироссийской провокацией. Нельзя исключать и то, что в это дело могут быть вовлечены британские секретные службы, особенно ввиду большого количества вопросов, на которые Великобритания даже самым близким союзникам ответить не может или не хочет.

Какие у Лондона есть доказательства того, что Российская Федерация причастна к этому отравлению? Для чего России надо было совершать нападение с химическим оружием на Сергея Скрипаля, который законно, с разрешения властей, покинул страну? Почему Лондон отказывается сотрудничать с Россией в этом вопросе? Как можно объяснить тот факт, что якобы примененное опасное боевое вещество не привело к множеству других жертв? Почему ход расследования столь важного происшествия, настолько опасного для местного населения, скрывается от общественности? Почему отравление Скрипалей и сопутствующие обстоятельства не задокументированы камерами видеонаблюдения? Какие антидоты получили жертвы, и как вышло, что они были наготове у британских врачей, хотя примененное вещество было якобы специфическим?

Когда и каким путем в Лондоне получили информацию о программе, которую они сами называют «Новичок»? Или, может быть, в британской военной химической лаборатории в Портон-Дауне, которая находится в непосредственной близости от Солсбери, вышеназванное вещество производилось или исследовалось? Случайность ли, что в Портон-Дауне незадолго до отравления Скрипалей провели учения по отработке мер по химической деконтаминации? Хотелось бы получить ответы на эти и многие другие вопросы. И все же похоже, что Лондон не особенно заинтересован в том, чтобы найти непосредственных исполнителей этого преступления и выяснить их мотивы. Пока он занимается политическими декларациями. Очень вероятно, причина — в том, что он уже знает ответы на все вопросы.

Сергей Нечаев с начала 2018 года занимает должность посла Российской Федерации в Берлине.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557408 Сергей Нечаев


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557404 Рено Жирар

Россия не виновата во всех наших бедах!

Не получилось ли так, что дело Срипаля (отравление в Англии бывшего российского двойного агента с применением химического оружия и сопутствующими жертвами) сформировало настоящий эффект снежного кома антироссийской истерии на Западе?

Рено Жирар (Renaud Girard), Le Figaro, Франция

После прочтения редакционной статьи испанской «Паис» возникают вопросы. В ней выражается тревога насчет формирования после майских выборов 2019 года «антиевропейского Европарламента» «под эгидой России», что может повлечь за собой «пять лет хаоса в Брюсселе». Как пишет мадридский журналист, «технологические средства вмешательства» России в прошлом уже «способствовали дестабилизации Великобритании с Брекситом, Италии с «Лигой севера» и Испании с кризисом вокруг независимости Каталонии». Просто в голове не укладывается!

Каталонские сепаратисты и «Лига севера» возникли задолго до того, как Владимир Путин обосновался в Кремле. Они были очень сильны еще в 1996 году, когда Запад активно финансировал предвыборную кампанию Бориса Ельцина, а затем закрыл глаза на все нарушения при его переизбрании президентом России. Что касается Брексита, его главным поборником был Борис Джонсон (Boris Johnson). Сложно представить себе главу британского МИДа с более антироссийским настроем. В том, что Европейский союз сегодня работает не лучшим образом, виноваты не «злые» русские! А сами европейцы.

Поговаривали также, что в появлении Дональда Трампа в Белом доме следует винить всю ту же путинскую Россию. Но как связаны русские с политической фрустрацией белых американских рабочих? Разве это они навязали США избирательную систему, в которой можно стать президентом, набрав на 3 миллиона голосов меньше, чем соперник? Давайте называть вещи своими именами: профессиональная карьера, известность и политический взлет Дональда Трампа — преимущественно американские по своей сути явления. А его стабильная популярность среди американского электората не имеет никакого отношения к Москве.

Россия — отнюдь не агнец, но ее нельзя превращать в козла отпущения за все наши беды. Пытается ли она реализовать стратегию влияния на Западе подобно тому, чем всегда занимался Запад на Востоке? Безусловно. Ослабленная и меньшая по размерам, чем при СССР, экономика вынуждает Россию пытаться сохранить свое место в мире с помощью остающихся у нее средств: ядерная энергетика, способность демонстрации силы за рубежом и кибервлияние (в этом плане Россия использует цифровое оружие против его западных создателей).

В нынешнее время глобализации и мировых социальных сетей сложно избежать борьбы за влияние одного общества на другое. Начнем с того, что в отправке политической пропаганды через социальную сеть, в том числе за границу, нет ничего незаконного. Россия задействовала немалые цифровые ресурсы против президентской кампании Хиллари Клинтон? Да, безусловно. Удалось ли ей настроить против нее три ключевых Штата? На этот счет можно поспорить.

Не стоит преувеличивать, говоря о российской «демократуре». Она далеко не совершенна, но не надо толкать ее в объятья Китая. Поможем ей войти в общий европейский дом, как говорил Горбачев. Дал ли Кремль распоряжение устроить показную расправу над офицером ГРУ, который продал за деньги имена десятков товарищей? Очень может быть. Коррупция в России вышла на такой уровень, что у царя могло возникнуть желания подать четкий сигнал: предателей ждет страшная участь, где бы они ни прятались.

В любом случае, этот инцидент должен был остаться на уровне спецслужб. Жаль, что он превратился в затяжной дипломатический кризис. Взгляды России и Запада друг на друга становятся все жестче, с чем связана большая опасность. Прискорбно, что глаза застилает черная пелена паранойи. Путин параноидально считает, что Запад намеренно устраивал против российского государства «цветные революции» в бывших советских республиках по соседству с Россией (революция роз в Грузии в 2003 году, оранжевая революция на Украине в 2004 году, революция тюльпанов в Киргизии в 2005 году, «Майдан» в Киеве в 2014 году). Эти революции были стихийными явлениями, а не результатом принятых в Вашингтоне, Лондоне и Париже решений. Тот факт, что западные политические фонды затем поддержали эти революции, уже совсем другое дело.

Запад же параноидально верит в то, что Россия стоит за всеми нынешними политическими проблемами, тогда как на самом деле она всего лишь бьет в больное место.

Побороть паранойю с обеих сторон — такова политическая миссия, с которой может справиться президент Франции Эммануэль Макрон в ходе двух своих будущих больших политических поездок: в Вашингтон и Санкт-Петербург в апреле и мае этого года.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557404 Рено Жирар


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557401 Николай Маломуж

Отравление Скрипаля: кому выгодно

Ни одна версия, даже если она суперозвученная, не является окончательной.

Николай Маломуж, Корреспондент, Украина

Да, в данной ситуации главной версией является то, что к отравлению Сергея Скрипаля и его дочери причастны российские спецслужбы. Ее надо рассматривать, но при этом обязательно надо рассматривать и другие альтернативные версии. И первый вопрос, который обычно ставится, тем более на таком глобальном уровне, когда идет речь о таких серьезных последствиях — кому это выгодно? Ведь перед президентскими выборами проводить такую операцию и получить бумеранг со всего мира России было не очень выгодно.

Поэтому надо рассматривать и то, что подобную мощную операцию могли организовать и противники Владимира Путина, задействовав разные методы, при этом имея существенные финансовые возможности и привлекая химиков, которые раньше жили в России.

В ближайшее время таких глубинных расследований не будет, пока не будет собрано конкретных фактов. И то, что Россия не будет допускать к серьезным разработкам в своих лабораториях и спецслужбы иностранные не будут раскрывать свои секреты, и третьи лица, совершившие эту операцию, которые могут еще попасть в поле зрения. Поэтому в этой ситуации этот процесс затянется надолго. Правда, политический старт он уже получил и все это может повлиять на объективность расследования, ведь действие на упреждения именно так и влияют. Сначала надо было собрать доказательную базу, чтобы потом не давать запущенному политическому процессу обратный ход. Ведь могут быть большие политические потери, если появятся доказательства, что главная версия является не объективной.

С другой стороны, вряд ли Россия, если она является главным организатором этого преступления, не просчитала, какой именно может быть международная реакция. Особенно, если вспоминать о реакции на аннексию Крыма, на сбитый «Боинг» и так далее. Это было бы наивно и глупо с их стороны.

В любом случае, хотелось бы, чтобы расследование было объективным. И если получится так, что Россия к этому непричастна, последствия тех действий, которые были ей уже предъявлены, могут стать довольно негативными.

Николай Маломуж, экс-глава внешней разведки Украины, генерал

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557401 Николай Маломуж


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 апреля 2018 > № 2553100 Энн Эплбаум

В едином западном фронте против России появились огромные трещины

Энн Эплбаум (Anne Applebaum), The Washington Post, США

В конечном итоге Великобритания вовсе не изолирована. Как минимум 28 стран приняли решение выслать почти 150 российских дипломатов в рамках совместного ответа на применение Россией химического отравляющего вещества военного назначения в покушении, совершенном в провинциальном английском городе Солсбери. Несмотря на то, что российское правительство продолжает выдвигать десятки версий того, что могло случиться с Сергеем Скрипалем (по данным Министерства иностранных дел Великобритании, на данный момент таких версий уже 24), и несмотря на то, что российское правительство готовится выступить с зеркальным ответом, большинство западных государств заявляют, что они придерживаются британской версии произошедшего и не отступятся от своего решения.

Степень их согласованности весьма примечательна: такой масштабной высылки российских дипломатов не было со времен холодной войны. Однако нам необходимо несколько глубже проанализировать данную ситуацию, поскольку она может рассказать нам о том, насколько серьезно Запад теперь относится к российскому влиянию и насколько непредсказуемыми могут оказаться его последствия.

Особенно поразительным оказалась единая реакция Франции и Германии — двух стран, которые стали мишенями российских кампаний влияния. В период подготовки к прошлогодним президентским выборам во Франции Россия открыто поддерживала ультраправую партию «Национальный фронт», предоставляя ей кредиты. Российские тролли и агенты проводили онлайн-кампанию в поддержку ультраправой партии «Альтернатива для Германии» на выборах, состоявшихся в сентябре прошлого года. Российские компании и российские деньги также использовались для покупки влияния на более центристских французских и немецких политиков. Как известно, Герхард Шредер, бывший канцлер Германии, теперь занимает место в советах директоров нескольких компаний, принадлежащих Кремлю, и является активным защитником России в Германии.

Однако в обеих странах поддерживаемые Россией партии и политики проиграли — и это отчасти объясняет, почему президент Франции Эммануэль Макрон и канцлер Германии Ангела Меркель решили сейчас дать отпор России. Меркель с недоверием относилась к намерениям Москвы в Европе с момента вторжения России на Украину, и без ее поддержки санкции против России вряд ли были бы введены. Как и Макрон, Меркель знает, что Россия поддерживает ее политических оппонентов и что российские хакеры предпринимали попытки взломать немецких и французских политиков.

Но другие страны придерживаются иного взгляда на политическое вмешательство России. В Италии, где в результате выборов должно появиться новое правительство, уходящее в отставку руководство выслало двоих российских дипломатов. Но Маттео Сальвини (Matteo Salvini), лидер пророссийской «Лиги Севера» и потенциальный премьер-министр, резко раскритиковал это решение. Его примеру последовал лидер более мелкой ультраправой партии — тоже возможного члена будущей коалиции — который подчеркнул, что «это неприемлемо, что временное правительство выслало двух сотрудников российского посольства».

Греция, где ультралевая правящая партия и ее ультраправые партнеры по коалиции (да, довольно странная комбинация) поддерживают крепкие связи с Россией, не стала высылать российских дипломатов. Такое же решение приняла Австрия, где в состав правящей коалиции входят ультраправая «Партия Свободы», которая, разумеется, тоже поддерживает связи с Россией.

Другими словами, практически везде реакция на дело Скрипаля отражает силу российского влияния на местную политику (или решительное намерение бороться с этим влиянием). Этот поразительный факт заставляет меня наконец обратить внимание на странности в реакции США. На первый взгляд, американское правительство выступило с самыми решительными мерами из всех западных стран, выслав 60 российских дипломатов и закрыв российское консульство в Сиэттле. Это решение было поддержано Советом национальной безопасности и Госдепартаментом США.

Трамп тоже поддержал это решение, однако его риторика оказалась весьма своеобразной. Спустя несколько дней после покушения теперь уже бывший госсекретарь Рекс Тиллерсон (Rex Tillerson) назвал это отравление по-настоящему вопиющим актом, заявив, что Россия, очевидно, имеет к этому отношение. В отличие от него Трамп не стал делать никаких однозначных заявлений. В своем аккаунте в Твиттере, где он регулярно пишет об исламистском терроризме, он ни словом не упомянул о применении отравляющего химического вещества в английском городе. Кроме того, он не стал поднимать эту тему даже в телефонном разговоре с российским президентом. Его истинные отношения с российским правительством, как и раньше, остаются загадкой.

Не меньшей загадкой остаются и дальнейшие действия. Какой-нибудь другой американский президент, нацеленный на ликвидацию российского влияния в Европе, уже начал бы продумывать долгосрочный ответ Москве. Такой президент уже сотрудничал бы с премьер-министром Великобритании Терезой Мэй (Theresa May), Макроном и Меркель, которые теперь полностью осознают опасность российского политического вмешательства. Ответные меры могли бы включать не только визовые ограничения, но и более серьезные шаги, направленные на выметание денег российских коррупционеров из политики и бизнеса. Эти меры могли бы быть сосредоточены на олигархах, тесно связанных с режимом Путина, многие из которых живут в Европе. Эти меры можно было бы разработать таким образом, чтобы помешать им отмывать свои деньги посредство рынков недвижимости в Лондоне и Нью-Йорке.

Но мы знаем, что этот президент — бизнесмен, который получает выгоду от российских денег, текущих через рынок недвижимости Нью-Йорка, — этого не сделает. Европейцы тоже это знают. Заметьте, британцы стали призывать европейские страны поддержать их не в рамках заседания НАТО, а в контексте Евросоюза, где Великобритания, к счастью, еще пока является членом, а США — нет. Эти высылки показали, что Запад по-прежнему достаточно монолитен, чтобы вырабатывать единую тактику в ответ на российские атаки. Однако они также показали, насколько мы пока еще далеки от создания реальной стратегии.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 апреля 2018 > № 2553100 Энн Эплбаум


Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 31 марта 2018 > № 2553077 Леонид Бершидский

Новая военная доктрина Лондона что-то напоминает

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Современная война отчасти имеет отношение к маркетингу. Поэтому в Обзоре национальных возможностей в области безопасности (National Security Capability Review) правительство Соединенного Королевства выбрало броское, напоминающее технический термин и характерное для нового века название «Интегрированная стратегия» (fusion strategy). Возможно, это сделано для того, чтобы избежать употребления термина «гибридная война», который часто применяется для характеристики методов ведения военных действий Россией. Отличие не очень большое, но важное.

«Можно назвать это нелинеарной войной (я предпочитаю именно такое название), гибридной войной или специальной войной — в любом случае действия России сначала в Крыму, а затем на востоке Украины показывают, что Москва в будущем будет все больше фокусировать свое внимание на новых формах сфокусированных на политике операций», — написал британский эксперт по России Марк Галеотти (Mark Galeotti) в своем блоге, в котором (к все еще существующему сожалению автора статьи) был впервые использован неточный термин «доктрина Герасимова».

Марк Галеотти сослался тогда на речь, произнесенную в 2013 году генералом (армии) Валерием Герасимовым, начальником российского Генерального штаба. В ней Герасимов детально проанализировал предполагаемую западную стратегию ведения войны с использованием пропаганды и методов экономической войны, целью которой является снижение способности противника вести боевые действия. В реализации этой стратегии, по мнению Герасимова, принимают участие силы специального назначения, а помогают им частные военные компании и представители местной оппозиции. Он считал, что Россия, скорее, должна предупреждать подобные действия, а не копировать их.

«Интегрированная стратегия» Соединенного Королевства нацелена на «использование в максимальном объеме наших возможностей в области безопасности, экономики и оказания влияния для защиты, продвижения и разработки наших планов в области национальной безопасности, экономики и оказания влияния». Одна из целей состоит в противодействии «твердо установившимся схемам российской государственной агрессии». Пока все сформулировано на предсказуемо большом уровне обобщений. Однако многие конкретные идеи похожи на те, которые обсуждались в России в начале этого десятилетия — модернизация вооруженных сил с акцентом на быстрое развертывание; создание более мощных средств для проведения киберопераций и привлечение на работу технически подготовленных сотрудников в государственные ведомства; расширения масштабов работы национального теле- и радиовещания на зарубежную аудиторию, а также государственных организаций, занимающихся проекцией мягкой силы; улучшение внутренней коммуникации в том, что касается повестки в области национальной безопасности, усиление контрпропагандистской работы, а также увеличение объемов иностранной помощи в области развития «хрупким государствам и регионам». Экономические инновации, работа с общественностью, оборонные возможности, помощь иностранным государствам являются частью повестки в области безопасности, и все это похоже на то, что было сформулировано в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации 2015 года. Речь идет о целостном подходе, или о гибридном, если хотите. Это вопрос семантики.

Соперничающие державы всегда представляют свои стратегии как оборонительные, а в последние годы Соединенное Королевство имеет значительно больше прав на такого рода утверждение, чем Россия. Если Британия и принимает участие в военных операциях за границей, то это происходит по настоятельному требованию и под руководством Соединенных Штатов. Что касается нетрадиционных операций, то Соединенное Королевство, насколько известно, не проводит кибератак, не использует в качестве оружия Би-Би-Си (независимость этой телекомпании теоретически гарантирована ее Королевской Хартией) так, как это делает Россия с помощью телеканала RT. Кроме тог, Лондон, в отличие от Москвы, не использует в конфликтах наемников. Британия, вероятнее всего, не применяет для ликвидации каких бы то ни было бывших двойных агентов такие боевые нервно-паралитические отравляющие вещества как «Новичок», который использовался для нападения на Сергея Скрипаля и Юлию Скрипаль. Поэтому министр иностранных дел Борис Джонсон имел определенные основания для своего заявления, которое он сделал в среду: «…вот все, что вам нужно знать об отличии современной Британии от правительства Владимира Путина» — «они делают «Новичок», а мы делаем световые мечи» (речь идет о новой серии фильма «Звездные войны», которая была снята в Соединенном Королевстве).

Переход России от более мягкой политики в первые годы после окончания холодной войны к более агрессивной политике произошел после того, как правительство Путина убедило россиян в следующем: все, что делает страна, имеет отношение к национальной безопасности. Он смог объединить экономические, технологические и медийные инициативы под большим зонтиком национальной безопасности, и, кроме того, ему удалось убедить россиян в том, что им нужно внимательно следить за внешними врагами. Общество согласилось с тем, что государство ему сказало, и поэтому почти все сферы российской жизни стали законной добычей для превращения их в оружие.

Соединенное Королевство имеет глубокую, исторически сложившуюся демократию, а также неистово независимые, плюралистические средства массовой информации, которыми не так легко манипулировать. Однако намерение правительства «создать межведомственную стратегию мягкой силы» предполагает, что Британия хочет усилить свое послание всеми возможными способами. В этом документе содержится обещание уважать «независимость Всемирной службы Би-Би-Си, Британского совета и многочисленных британских институтов и брендов, которые вносят свой вклад в нашу мягкую силу». Однако не так просто сохранять средства массовой информации и организации культуры независимыми, когда они являются частью «стратегии мягкой силы», провозглашенной правительством и осуществляемой им в целях национальной безопасности. Если бы я работал в Би-Би-Си, особенно в ее Всемирной службе, то после этого я, вероятно, немного более ревностно охранял бы свою собственную независимость.

Джонсон прав, когда он говорит, что любая мягкая сила Британии проистекает из «силы воображения, творчества и инноваций, которые связаны с жизнью в свободном обществе». Правительство может увеличить эту силу, но если ее проекция как часть оборонной стратегии пересечет линию и окажется в отвратительном пространстве пропаганды и дезинформации, где пребывает сегодня Россия, то это лишь подорвет британскую силу и влияние. Настоящее мягкая сила работает только в том случае, если она не является частью четко обозначенной круговой диаграммы, которая размещает ее в той же экосистеме, что и вооруженные силы.

Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 31 марта 2018 > № 2553077 Леонид Бершидский


Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 30 марта 2018 > № 2558111 Андерс Аслунд

Пора взяться за деньги Владимира Путина на Западе

Андерс Аслунд | The Washington Post

Комментируя на страницах The Washington Post решения Великобритании и еще 27 стран выслать российских дипломатов, старший научный сотрудник Atlantic Council (США) Андерс Аслунд пишет, что "президент Путин может безразлично пожать плечами".

"Лучше было бы надавить на кремлевские деньги на Западе, а для начала - разобраться с проблемой анонимного владения имуществом. Западу следует взяться за деньги, которые режим Путина сюда перевел", - рекомендует эксперт.

"Путин и его друзья сколотили колоссальные состояния не для того, чтобы ими пользоваться, а скорее чтобы сохранить власть в России. Ирония в том, что, ослабив право собственности в России, они - как и другие россияне - могут уберечь свои капиталы только за границей, в странах, где царит верховенство закона, разрешено анонимное владение имуществом, а финансовая сфера достаточно велика, чтобы вместить их гигантские капиталы", - пишет автор.

Аслунд подчеркивает: "Лишь две страны - США и Британия - могут приютить у себя большую часть офшорного богатства россиян, поскольку разрешают анонимные инвестиции в недвижимость в крупном масштабе".

29 стран уже требуют полностью раскрывать информацию о собственниках-бенефициарах. А что в Британии? Премьер-министр "Мэй не проявляет никакого интереса к такому шагу даже после применения нервно-паралитического вещества в Солсбери", критикует Аслунд.

Эксперт рекомендует Конгрессу США принять один из двух законопроектов, которые уже внесены, соответственно, в Сенат и в Палату представителей - "Акт о подлинной транспарентности инкорпорации" и "Акт против терроризма и незаконных финансов".

"Путин участливо сообщил нам сам, какие санкции ему сильнее всего навредили: он неустанно жалуется на "Закон Магнитского" от 2012 года и на санкции, наложенные на его петербургских приятелей в марте 2014-го за их роль в российской оккупации Крыма", - пишет Аслунд, тут же утверждая, что эти законы и постановления оказались все же не очень эффективными.

По мнению Реймонда Бейкера, основателя Global Financial Integrity, правительство США за год выявляет, в лучшем случае, 0,1% денег, отмываемых в США. "Причина в том, что в стране разрешено инвестировать анонимным компаниям. То же самое в Британии, где, по оценкам Национального агентства по борьбе с преступностью, отмывается 125 млрд долларов в год. Ради национальной безопасности этому надо положить конец", - пишет автор.

"Лучшим асимметричным ответом Британии и Америки на кремлевские гибридные средства ведения войны стало бы обнаружение в наших странах имущества Путина и его друзей, внесенных в санкционный список, и замораживание этого имущества", - заключает Аслунд.

Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 30 марта 2018 > № 2558111 Андерс Аслунд


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 30 марта 2018 > № 2553108 Штефан Майстер

Штефан Майстер: Эскалационный потенциал нельзя недооценивать

Cicero, Германия

После отравления Сергея Скрипаля Запад высылает так много российских дипломатов, как никогда раньше. Эксперт по внешней политике Штефан Майстер (Stefan Meister) критикует эту меру, считая ее символическим политическим актом, не ведущим ни к какой цели. По его мнению, действовать нужно по-другому.

Cicero: Господин Майстер, по всему миру западные страны высылают российских дипломатов. По каким критериям определяют, кого следует выслать?

Штефан Майстер: Конкретные критерии в Германии определяет Министерство иностранных дел. Решающим фактором является то, о чем идет речь в каждом конкретном деле. Об экономических вопросах? Или о нападении с использованием отравляющего вещества, как в данном случае? Или нужно сделать лишь символический жест? В принципе, никогда не бывает ситуации, когда высылают посла или атташе, то есть его заместителя. Высылают других сотрудников посольства. Насколько высок их ранг — это другой вопрос.

— О каких сотрудниках идет речь в деле Солсбери?

— Тут акция нацелена на сотрудников секретных спецслужб, так как в случае с отравлением в Солсбери власти исходят из того, что за этим могут стоять спецслужбы.

— В каждом посольстве работают сотрудники спецслужб?

— Это обычная практика, принятая во всем мире. Дипломатический статус для определенной страны используется для того, чтобы послать туда сотрудников секретных спецслужб с задачей вести разведку. Это нормально, и так делают все. Но российская сторона располагает особенно большим числом сотрудников секретных спецслужб, работающих в посольствах. Однако известна и ситуация с американским посольством в Берлине, где за фасадом здания была спрятана техника для прослушивания. Это оборудование использовалось, конечно, и сотрудниками спецслужб.

— Но если все это хорошо известно, то что секретного остается в сотрудниках секретных спецслужб?

— Официально ни об одном сотруднике секретной спецслужбы неизвестно, что он действительно таковым является. Официально это совершенно нормальные работники посольства. Но собственные спецслужбы той или иной страны имеют списки, в которых они регистрируют лиц, которые, как они предполагают, являются агентами с определенными функциями. Американцы говорят в нынешней ситуации, что выслали исключительно сотрудников секретных служб.

— Каким образом эти сотрудники узнают, что им нужно уезжать?

— В принципе, за это отвечает министерство иностранных дел страны пребывания. Оно посылает официальную ноту в посольство, в которой определенные лица немедленно объявляются нежелательными. У них аннулируется вид на жительство, и поэтому они обязаны покинуть страну.

— Как быстро отобранные дипломаты должны покинуть страну?

— Как правило, речь идет о нескольких днях или об одной неделе. В особо тяжелых случаях вызывают посла и сообщают ему, что определенные лица до завтрашнего утра обязаны покинуть страну. В данном случае сотрудникам дали несколько дней на сборы.

— Возможно ли, что дипломаты не уедут, а вместо этого нелегально останутся в стране?

— Нет. Все происходит на основе официальных актов с зарегистрированными лицами. Ни одна страна не станет так поступать, потому это повлекло бы за собой более тяжелый дипломатический кризис.

— Но если агенты известны, то их легче контролировать. Разумно ли было их высылать?

— Если лица, работающие на спецслужбы, вынуждены покинуть страну, то для данной страны они больше не представляют особого интереса. Свои агентурные сведения они так или иначе заберут с собой. Но в самой стране они уже не будут вести активных действий и соответственно наносить ей вред. То есть в принципе высылка носит скорее позитивный характер.

— Насколько сильно пострадают российские зарубежные представительства?

— Это зависит от того, каких конкретно лиц высылают, насколько высоки их должности и какие функции они выполняли. Российское посольство в Берлине, например, настолько велико, что высылка четырех сотрудников вряд ли пробьет в нем большую брешь. А вот в США ситуация другая. Тут выслали 60 сотрудников посольства и консульств. Некоторые консульства пришлось даже закрыть. Это серьезные последствия для учреждений, выдающих визы.

— Следуют ли при высылке дипломатов каким-то официально установленным правилам?

— Нет. Это лишь один их инструментов, для того чтобы наложить санкции на другую страну в совершенно определенной ситуации или послать ей совершенно определенный сигнал. Обычно это самый мягкий способ. Однако в случае с Солсбери все не так. То, что такое большое число стран выступили единым фронтом, придало акции особый масштаб. После убийства Литвиненко в 2006 году дипломатическая реакции была слабая. В других случаях она вообще отсутствовала.

— С исторической точки зрения такая акция действительно экстраординарна?

— Мне неизвестен ни один случай, когда бы союзники по НАТО и по ЕС действовали бы так сплоченно, да еще и выслали дипломатов из своих стран. Отдельные страны поступали так всегда, но так, как в данном случае, никогда. В этом отношении нынешняя акция имеет особое символическое значение: сотрудников русских посольств высылают по всему миру. Запад хотел продемонстрировать дипломатическую сплоченность, а также показать, что Россия должна быть изолирована и наказана.

— Все время раздаются критические замечания по поводу того, что нет никаких ясных доказательств участия России в инциденте. Западные правительства как-то подстраховали себя перед тем, как сделать подобный конфронтационный шаг?

— Я бы исходил из этого. Тут ситуация похожа на случай с хакерской атакой на бундестаг. Спецслужбы располагают подчас такой деликатной информацией, опубликовать которую нельзя. В том числе и для того, чтобы сохранить свои источники в тайне. Кроме того, правительства подстраховывают себя тем, что вероятность причастности России действительно достаточно высока. Данная акция — весьма серьезный и конфронтационный шаг. Не имея достаточного количества улик или доказательств, было трудно убедить другие страны высылать дипломатов.

— Австрия пока не дала себя убедить.

— Австрия — особый случай. Страна всегда готова пойти на серьезные компромиссы из экономических соображений. Крупные фирмы, например, нефтяной концерн OMV, связаны с Россией и хотят и дальше заниматься с ней бизнесом. Кроме того, австрийцы опираются на свои дипломатические традиции нейтральной страны еще со времен холодной войны.

Тогда Австрия было местом, где встречались дипломаты и производился обмен агентами. В стране до сих пор придают этому значение, и поэтому она не вступила в НАТО. Не случайно такие учреждения, как ОБСЕ, имеют штаб-квартиры в Вене. Несмотря на это я, бы сказал, что экономические интересы тут превалируют.

— Все эти акции произведут впечатление на Москву?

— Россия не пойдет на компромиссы из-за дипломатических санкций. Все это нецелесообразно, скорее, это символический политический жест, призванный показать Москве, что союзники солидарны с Лондоном. Российская же позиция станет, скорее всего, даже более жесткой. Последует реакция по принципу «око за око». Москва как минимум ответит равнозначно. Мы же, высылая дипломатов, укрепляем в России менталитет осажденной крепости и тем самым систему Путина. Самое позднее, когда несколько улягутся эмоции после пожара в торговом центре а Кемерове, российское руководство адекватно отреагирует.

— Как вы оцениваете уровень эскалационного риска данной акции?

— Мало что свидетельствует о том, русские хотят участвовать в расследовании инцидента. Подобную акцию они воспринимают не как давление, а скорее как провокацию. Эскалационный потенциал акции нельзя недооценивать — отношения сейчас настолько плохи, что основа для конструктивного диалога практически отсутствует. То, что США высылают 60 дипломатов, свидетельствует о том огромном внутриполитическом давлении, которое испытывает Дональд Трамп.

Тереза Мэй пытается показать, что она большой игрок на дипломатической арене. Но поскольку Россия скорее всего будет и дальше реагировать равнозначно, а то и круче, важным становится вопрос о том, когда Запад, наконец, скажет: Окей, больше раскручивать эскалационную спираль мы не будем.

— А как еще можно подвигнуть Россию к сотрудничеству в деле Солсбери?

— Мишенью должна стать российская элита, а не в российское общество. Прежде всего необходимо действовать против русских коррупционных денег в лондонском Сити.

— Почему раньше этого не делали?

— Для лондонского Сити — это одна из моделей бизнеса в пользу собственной страны: инвестиции в недвижимость и запуск денег российских олигархов через британские банки в мировой оборот. При довольно нечетких правилах банковского надзора не исключено, что там происходит и отмывание денег. Тут речь идет не только о России, но и о Катаре или Саудовской Аравии. Лондонский Сити — налоговый рай для денег из этих стран. Поэтому и политики, и правоохранители смотрят на все это сквозь пальцы. Там хотят сохранить модель, потому что иначе ослабнет их собственная экономическая модель. А деньги пойдут в оборот где-нибудь в другом месте.

— А что касается Германии?

— Для Германии это не так важно. Тут контроль налажен однозначно лучше. Но не хватает мощностей в прокуратурах и полиции, для того чтобы реально расследовать действия русской организованной государственной преступности. Для нас с нашей открытой экономической системой это трудно. Но такие расследования должны стать для нашей политики одним из приоритетов. Возможно, нужно создать специальные прокуратуры, которые будет заниматься только этими структурами. Но для этого пока в нашей стране отсутствует политическая воля.

— Потому что мы так сильно зависим от России?

— Россия больше зависит от того, чтобы продавать нам газ, чем мы от нее, покупая ее газ. Но, конечно, взаимозависимость существует, также как и экономические интересы и лоббисты. Нужно бы действительно просчитать, насколько велика в реальности эта зависимость. Ведь, в конце концов, речь идет о том, что здесь сформировались криминальные мафиозные структуры. Мы как общество недополучаем доходы от налогов и, вероятно, теряем больше денег, чем приобретаем. Действуя против этих структур, повышая их прозрачность, мы тем самым попадем в самое больное место системы Путина. Но тут опять возникает вопрос, насколько далеко мы готовы зайти в том, что касается нагнетания напряженности в отношениях с Россией. Возможно, мы вообще этого не хотим, потому что такое развитие событий имело бы далеко идущие последствия как для экономики, так и для безопасности нашей страны.

Штефан Майстер — руководитель Центра имени Роберта Боша по изучению Центральной и Восточной Европы, России и Средней Азии при Германском обществе внешней политики.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 30 марта 2018 > № 2553108 Штефан Майстер


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 марта 2018 > № 2554406 Борис Джонсон

Борис Джонсон: Россия даст сдачи странам, выславшим ее дипломатов

The Guardian, Великобритания

Борис Джонсон (Boris Johnson), британский министр иностранных дел, предрек, что Россия примет ответные меры в отношении стран, которые солидарны с Британией по делу отравления российского шпиона Сергея Скрипаля, и предположил, что Москва может сорвать поставки топлива или же изрядно подпортить жизнь находящимся в Москве дипломатам и их семьям.

Превознося смелость 27 стран, которые поддержали Британию и выступили против России, он сказал, что проявление их солидарности трансформировалось в коллективное, объединившее три континента чувство, означающее, что терпение в отношении безобразного поведения России подошло к концу.

Произнося речь на банкете лорд-мэра Лондона в его официальной резиденции, Джонсон описал ситуацию как широкомасштабную борьбу с российской диверсией, заявив, что «наступил, наконец, момент, когда мир отказался и дальше выслушивать изнуряющие потоки российской лжи, дезинформации и межконтинентального баллистического вранья».

Он продолжил: «Это касается не только британцев. Это касается всех нас. Речь идет о мире, в котором мы хотим жить. Я уверен, что эти высылки дипломатов знаменуют собой момент, когда пришло внезапное осознание: годы раздражающих действий и провокаций достигли своей критической точки, и во всем мире — на трех континентах — есть страны, которые готовы сказать: „хватит значит хватит!"

Россия, утверждает он, недооценила масштаб накопившегося недовольства и раздражения поведением Владимира Путина.

В своих замечаниях, которые могут обострить дипломатическую обстановку, Джонсон также предостерег, что страны, поддержавшие Британию, „прекрасно знают, что могут столкнуться с риском реванша России. И, откровенно говоря, среди них есть страны, которые гораздо больше уязвимы перед Россией, чем мы, как в отношении расположения, так и в отношении своих энергетических нужд".

Он добавил: „Я им весьма признателен, поскольку они знают, что сейчас дипломаты и их семьи, находящиеся в России, живут в состоянии напряжения, ведь есть вероятность, что их жизнь перевернут с ног на голову".

С большой долей вероятности Москва расценит слова Джонсона как намерение усилить разлад между Россией и Европой. Российские политические лидеры уверяют, что подготовят ответные меры для тех государств, которые выслали российских дипломатов, но вместе с тем Россия не хочет ухудшать двусторонние отношения с некоторыми странами.

Москва продолжает настаивать, что Россия не причастна к отравлению Скрипаля, заявляя на данный момент, что, возможно, его совершили британские спецслужбы, пытаясь упрочить поддержку правительству Терезы Мэй (Theresa May), которое испытывает сложности в связи с расколом британского общества по поводу Брексита. Также она утверждает, что государства Евросоюза проявили солидарность по большей части под давлением Америки, и что многие страны скрыто сигнализируют: они не желали принимать никаких мер».

Россия также запрашивает у британских спецслужб доступ к нервно-паралитическому газу «Новичок», которым, по их утверждению, был отравлен Скрипаль и его дочь.

В заявлении МИД России сказано: «Если российской стороне не будут предоставлены убедительные доказательства обратного, будем считать, что мы имеем дело с покушением на жизнь наших сограждан в результате крупнейшей политической провокации. Подчеркиваем, что бремя доказательств в этой истории лежит именно на британской стороне».

На это Джонсон резко возразил, что Министерство иностранных дел Британии уже насчитало 24 нелепых и ложных утверждения России по делу отравления Скрипаля. Он сказал: «Это очень напоминает начало романа„Преступление и наказание" в том смысле, что мы все знаем, кто преступник. Единственный вопрос — поймают ли его или он признается сам».

Джонсон поставил отравление Скрипаля в один ряд с аннексией Крыма, российским вторжением на Украину, крушением малайзийского боинга, кибератаками, попыткой государственного переворота в Черногории, сокрытием фактов применения химического оружия в Сирии, хакерскими атаками на Бундестаг и вмешательством в выборы других стран.

«На сегодняшний день безобразное и деструктивное поведение российского государства затронуло слишком много стран», — заключил он.

В речи, которая должна была пролить свет на дальнейшие меры против России или же предложить разрешение кризиса, Джонсон вместо этого сосредоточился на том, что этот инцидент подтверждает: Великобритания, которая в конце концов выйдет из ЕС, может остаться его главным игроком, сотрудничая с Евросоюзом по вопросам безопасности.

Он заявил, что этот случай весьма обнадеживает, поскольку британцы «осознали: пусть мы и выйдем из ЕС максимум через год, мы не останемся одни. И поддержка, оказанная Великобритании, отражает нашу ответную преданность друзьям, которая проявляется в сотрудничестве наших непревзойденных разведывательных служб, вооруженных сил и в наших совместных проектах развития».

Джонсон пообещал коллегам из ЕС: «Мы поддержим вас, как вы поддержали нас».

Патрик Уинтор — британский журналист, эксперт в области политики и дипломатии в журнале «Гардиан»

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 марта 2018 > № 2554406 Борис Джонсон


Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 марта 2018 > № 2554381 Леонид Бершидский

Антикремлевская перекличка в Европе оказалась слабой

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

В российском пропагандистском повествовании об отравлении бывшего двойного агента Сергея Скрипаля и его дочери Юлии в Британии есть один серьезный изъян. Его авторы исходят из того, что западные страны хотят сговориться между собой и накинуться на Россию, наказав ее вне зависимости от того, есть или нет доказательства причастности Москвы к покушению на убийство. В действительности же ответ Запада на этот инцидент показывает, что европейские страны очень не хотят идти на эскалацию напряженности в отношениях с Россией.

Объявленное в понедельник решение о выдворении дипломатов стало по сути дела перекличкой врагов России, дав нам редкую возможность оценить то, как за закрытыми дверями проходят дискуссии европейских лидеров о наказании Кремля. Обычно в результате таких дискуссий появляются лишь жесткие заявления, а утечки информации не дают полного представления о том, кто сомневался, а кто с готовностью поддержал очередную серию санкций. Но теперь картина полная. Можно составить довольно реалистичную шкалу враждебности по отношению к России, если поделить число дипломатов, высланных каждой из стран ЕС, на их товарооборот с этой страной.

Естественно, самую жесткую позицию заняла Британия, на чьей территории была осуществлена эта смертоносная химическая атака. Лидеры других стран выразили солидарность с Британией на саммите ЕС, состоявшемся в конце прошлой недели, но никто из них не захотел высылать такое большое количество дипломатов, как Британия. Максимум, что позволили себе другие страны ЕС, это выдворение четверых человек. Так поступили Германия, Польша и Франция. Но учитывая довольно тесные деловые связи этих стран с Россией, это вряд ли можно назвать большой цифрой. Ирландия, которая не хочет настраивать против себя Британию во время болезненных переговоров о границе, Хорватия, а также традиционно антироссийские страны Прибалтики Литва и Эстония присоединились к общей кампании выдворений (несомненно, Россия ответит на это сообразно).

Затем идет Чехия. Но это особый случай, потому что в поиске виновных Москва сделала предположение, что примененный против Скрипалей нервно-паралитический газ был произведен в бывшей Чехословакии. «Русские перешли черту, назвав Чехию возможной страной происхождения отравляющего вещества „Новичок"», — написал в Твиттере премьер-министр Андрей Бабиш, объявляя о высылке троих россиян. Российское Министерство иностранных дел может приписать это собственной бестактности. Если бы не этот дикий промах, Бабиш не стал бы демонстрировать такое недовольство, поскольку его союзник президент Милош Земан дружелюбно относится к России.

Другие страны на этой поверке отреагировали не более чем символическими жестами, за исключением, конечно же, США, которые решили выслать 60 человек. Одного-единственного взгляда на огромное, похожее на крепость российское посольство в Берлине достаточно, чтобы понять: четыре высылаемых Германией дипломата не дотягивают и до одного процента от общего количеств работающих там российских сотрудников и по отношению к объему товарооборота. Может, Меркель и помогла Терезе Мэй на саммите, чтобы та не почувствовала себя отверженной. Но на ситуацию со Скрипалем она отреагировала скорее сдержанно, чем воодушевленно. А решение Нидерландов депортировать двоих россиян показывает, что эта торговая нация высоко ценит тот бизнес, которым она очень активно занимается с Россией. Здесь уместно сказать, что эта страна стала корпоративным домом для ряда крупнейших российских компаний.

А 10 стран ЕС вообще не выслали никого. У них не очень крупные экономики, а у таких государств, как Мальта, Люксембург и Кипр, есть весомое оправдание для отказа от выдворений. У них в посольствах в Москве работает мало народа, и неизбежные ответные действия России серьезно ослабят их представительство. Но такие страны, как Австрия, Бельгия, Болгария и Греция, могли себе позволить некую демонстрацию солидарности. Однако они решили, что с них хватит подписи под жестким заявлением на саммите, в соответствии с которым Европейский совет «согласен с оценкой правительства Соединенного Королевства о том, что Российская Федерация с большой долей вероятности виновна, и что другого правдоподобного объяснения не существует».

«Будучи нейтральной страной, мы не станем высылать дипломатов, — написал в Твиттере канцлер Австрии Себастьян Курц (Sebastian Kurz). — Более того, мы хотим заняться наведением мостов между Востоком и Западом, держа открытыми каналы переговоров с Россией». Конечно же, нейтралитет не удержал Финляндию и Швецию от выдворения дипломатов. Но Австрийская народная партия Курца создала коалицию с крайне правой Австрийской партией свободы, а у той есть соглашение о сотрудничестве с партией Владимира Путина «Единая Россия». Если итальянским популистам (все они в той или иной степени пророссийские, а у «Лиги Севера» Маттео Сальвинии даже есть соглашение с «Единой Россией») удастся сформировать работоспособное правительство, выдворение двух дипломатов из Италии станет последним ответом этой страны на отравление Скрипаля.

Болгария и Греция, со своей стороны, решили ничего не делать до тех пор, пока им не предъявят убедительные доказательства причастности России к отравлению бывшего российского агента. «Пока есть высокая степень вероятности, но никаких доказательств, мы не можем принимать решение по этому вопросу», — сказал на прошлой неделе болгарский премьер-министр Бойко Борисов.

Ситуация складывается парадоксальная. Явное нежелание решительно и весомо выступить против России свидетельствует о том, что европейские лидеры не намерены вести охоту на Путина. Они не хотят верить, что Россия отравила Скрипалей; они просто вынуждены принять наиболее очевидное объяснение этой химической атаки: что это была наглая российская операция с целью наказать предателя и проверить реакцию Запада на очередное вопиющее нарушение писаных и неписаных правил. Европейские лидеры — люди прагматичные. А нежелание вступать в конфронтацию с Путиным исключает серьезные ответные действия. ЕС должен единогласно проголосовать за санкции, а такого единогласия просто нет.

Европейцы могут пойти на дальнейшие действия в связи с делом Скрипаля лишь в том случае, если появятся новые доказательства прямой причастности Кремля. Но неопровержимые улики, могущие стать сенсацией для европейских СМИ, вряд ли появятся, по крайней мере, в ближайшее время. Пока Путин может расслабиться, хотя печатный станок российских версий все равно будет работать в полную силу.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании «Блумберг» и ее собственников.

Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 марта 2018 > № 2554381 Леонид Бершидский


Великобритания. Россия > Приватизация, инвестиции. Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 28 марта 2018 > № 2560934 Илья Шуманов

Британия пересмотрит «золотые визы» россиян

Богатые россияне могут остаться без инвестиционных виз, полученных ими за вложение в британскую экономику миллионов фунтов стерлингов. Справедливо ли это, объяснили Business FM в российском отделении Transparency International

Визовые документы российских бизнесменов, получивших право на пребывание в Британии по программе инвестиционных виз до 2015 года, будут пересмотрены, сообщила глава британского МВД Эмбер Радд.

По ее оценкам, это коснется почти 700 человек. Тех, кто получил инвестиционную визу позже, данная мера не затронет, так как три года назад правила выдачи инвествиз были ужесточены.

Проверять визы будут одновременно с законностью приобретения собственности, и не только у россиян. Но к ним отношение будет самым жестким, считает замдиректора Transparency International Россия Илья Шуманов. С ним беседовала продюсер Business FM Анна Моргунова:

Мы хотим понять, в чем заключается проверка? Многие ли из этих 700 человек рискуют?

Илья Шуманов: Программа получения инвестиционного гражданства в Великобритании — достаточно дорогое удовольствие, и не так много людей получили гражданство или визы через эту схему. По нашим оценкам, порядка 700 млн фунтов было инвестировано через эту программу россиянами. Эта программа не единственная в Европе, и на уровне Европейской комиссии сейчас обсуждается внесение изменений в законодательство ряда стран, чтобы понудить их поменять политику обменивать статус резидента страны на деньги. Процедура, наверно, останется, единственное, что она будет, наверно, усложнена для выходцев из тех стран, которые называют клептократическими. По какой-то причине Россию относят к категории таких стран.

Понятно, что это связано с коррупцией, что Transparency International высказывается против выдачи инвестиционных виз. Тем не менее отмечалось, что в основном их обладатели уже проходили проверку банков, которые проводят процедуру дью-дилидженс. То есть получается, все-таки эти деньги в любом случае не могут быть нелегальными?

Илья Шуманов: Как мы видим, большое количество денег проходило через шотландские компании, закрытые партнерства, которые участвовали в отмывании денежных средств, в том числе и «российский ландромат», и «молдавский ландромат». Часть денег проходила в Великобританию через латвийские банки, которые сейчас один за другим схлопываются. Поэтому причин для пересмотра российских публичных должностных лиц, или капиталов, или активов, связанных с ними, предостаточно. Есть и политическая воля, есть и инструменты. Все подошло к той черте, когда четко британцы дали понять, что эти капиталы не нужны. При всех больших проблемах с «Брекзитом» вопрос привлечения инвестиций стоит остро, но британцы не готовы на получение таких денег. Презумпцию добросовестности приобретения имущества для активов, которые неясно кому принадлежат, это объекты недвижимости дорогой либо какие-то коммерческие компании, которые имеют сложную структуру собственности, должен сам собственник раскрыть свое identity, то есть кто он такой, при необходимости он должен доказать законность происхождения этих денежных средств. Это достаточно длительная процедура, сначала британцы дадут возможность владельцу собственности раскрыть и объяснить. Если он не раскрывает, то эти активы замораживаются отдельным постановлением и потом изымаются, конфискуются в доход государства. Вот такая процедура.

Будет ли проверка объективной и беспристрастной?

Илья Шуманов: Я думаю, что в условиях политического кризиса, вот этой спирали, которая сейчас на международной арене происходит и «маккартизма 2.0» в отношении всех российских активов, я думаю, что тут накладывается эта повестка, и от нее никуда не уйти. В любом случае люди будут ориентироваться на то, что происходит в мире, они же не живут в каком-то вакууме.

Будут ли проверки в отношении других стран, например Китая?

Илья Шуманов: Я думаю, что речь идет о самом широком спектре лиц, в том числе публичных должностных. Я знаю точно, что сейчас выпущены вот эти ордера в отношении представителей стран бывшего Советского Союза, скорее всего, это либо Узбекистан, либо Казахстан. Речь идет об африканских каких-то странах, но я думаю, что и пройти мимо китайцев невозможно, потому что их везде много, они активно вступили в эту потребительскую модель скупки активов за пределами своей страны.

Выходцы именно из России и Китая получили больше половины британских инвестиционных виз за последние годы. В целом для получения вида на жительство надо было вложить в британскую экономику от 2 млн до 10 млн фунтов стерлингов. От размера инвестиций зависела скорость получения вида на жительства. С некоторых пор эта программа приостановлена.

Великобритания. Россия > Приватизация, инвестиции. Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 28 марта 2018 > № 2560934 Илья Шуманов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 марта 2018 > № 2558134 Марк Галеотти

Британия понятия не имеет, зачем она наказывает Россию

Марк Галеотти | Foreign Policy

"Британия перескочила через основополагающий вопрос: чего она конкретно хочет? Тактика должна предопределяться целями, а не наоборот", - замечает в статье в Foreign Policy Марк Галеотти, старший научный сотрудник Institute of International Affairs (Прага), анализируя дебаты о том, как Великобритания должна ответить России на отравление Сергея Скрипаля и его дочери.

По мнению Галеотти, сейчас те, кто обсуждает потенциальные санкции в отношении России, обычно путают три широких цели.

"Может быть, главная цель - сдерживание? Наказать Россию, проявив ответную решимость, дабы продемонстрировать Путину: плата за дальнейший курс на авантюры превысит все возможные выгоды?" - рассуждает автор.

В таком случае нужно стремиться к широкой гамме мер - как к действиям, имеющим серьезные последствия, так и к символическим шагам, демонстрирующим готовность сопротивляться, считает аналитик. "Это ключевой момент, поскольку Путин, похоже, доныне делает ставку на то, что объективная мощь Запада (военная, экономическая, политическая, а также "мягкая сила") сделалась в основном неприменимой, так как отсутствовала воля для ее применения", - говорится в статье.

Галеотти переходит ко второму варианту: "Но, возможно, первостепенная цель Британии - оградить себя от развращающего влияния российской клептократии".

"В таком случае мишенью должны стать деньги, в гораздо более прямом смысле", - пишет автор, отмечая, что юридические механизмы у британцев уже есть, остановка - за энергичной политической волей.

"Конечно, тут есть ирония судьбы: вытесняя российские деньги, Лондон отчасти сделает за Путина его работу", - пишет автор, напомнив, что Путин ранее начал кампанию "деофшоризации".

"Мысль, что Британия по-настоящему станет возвращать капиталы под контроль Путина, может настораживать. Как-никак, третья из возможных политических целей - по идее, активные попытки подорвать режим в Москве. Открытые попытки смены режима были бы опасными и, вероятно, контрпродуктивными шагами, но Лондон, возможно, полагает, что нельзя упускать шанс на ослабление Кремля в надежде умерить его тягу к конфронтационным геополитическим играм", - говорится в статье.

"В таком случае, как ни смешно, нам следует приветствовать бегство капиталов, которое косвенно отнимает ресурсы у Путина, но одна из главных причин, по которым Путин не хочет, чтобы элита держала активы за границей, - его опасения, что это может быть использовано как рычаг в попытках принудить их к политической деятельности в России или добыть у них разведданные. Возможно, Лондон должен продемонстрировать, что эти опасения небеспочвенны", - пишет автор. Он также полагает, что удар по способности российского государства эмитировать гособлигации, которые приобретаются западными инвесторами, стал бы "серьезной системной атакой на Кремль".

Галеотти заключает: Британия должна не обдумывать, какие санкции она в силах наложить, а окончательно решить, какова стратегическая цель, и подчинить этой цели образ действий.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 марта 2018 > № 2558134 Марк Галеотти


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 марта 2018 > № 2553176 Марк Галеотти

Британии невдомек, чего ради она наказывает Россию

Прежде чем вводить какие бы то ни было санкции, было бы неплохо представлять себе, чего мы вообще хотим добиться.

Марк Галеотти (Mark Galeotti), Foreign Policy, США

Первая реакция Лондона на попытку устранения бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля и его дочери, весьма прохладная, сменилась беспрецедентной волной высылок российских дипломатов-шпионов. И все же тон общему спору, несмотря на призывы усилить британское давление на Москву, задают тактические споры о политической целесообразности. Это по своему закономерно, хотя и означает, что Великобритания по существу перескочила через ответ на самый животрепещущий вопрос: чего именно она добивается. Тактика определяется конкретными задачами, а не наоборот.

Судя по всему, в споре о санкциях против России путаются три масштабные цели.

Задача — усмирить Россию? Проучить Москву карательными мерами, дабы наглядно показать Владимиру Путину, что цена дальнейшего авантюризма перевешивает всякие его плюсы?

В таком случае, следует иметь в виду широкий спектр мер, часть из которых повлечет за собой далеко идущие последствия, а часть окажется чисто символической. Дальнейшие дипломатические высылки, призывы бойкотировать чемпионат мира по футболу или даже выставить российское государство спонсором терроризма — все это вряд ли возымеет практическое действие на Россию, но выкажет волю Британии к сопротивлению. Этот момент может оказаться принципиальным, поскольку Путин, похоже, до недавнего времени исходил из того, что большая часть объективных преимущества Запада — будь то военных, экономических, политических или дипломатических — нивелируется отсутствием воли к их применению на практике. Демонстративная ликвидация этого «дефицита воли» может оказаться мощным элементом сдерживания.

Разумеется, русские поначалу ответят аналогичными мерами. Разумеется, судя по их послужному списку, приключится эскалация. В конечном же счете, с ней, как с ценой неповиновения, придется попросту примириться.

Быть может, главная задача Великобритании — защититься от растлевающего влияния российской клептократии? Что бы ни стояло за покушением на Скрипаля, львиную долю правонарушений с «московским следом» можно скорее отнести на счет российских деловых кругов, находящихся в кровосмесительной связи с организованным криминалом, чем на счет собственно Кремля. При этом «Лондонград», служа сейфом для грязных денег московитов, не только оказывает давление на Великобританию, но и здорово облегчает жизнь преступному режиму в России.

В этом случае, мишенью должны служить сами деньги. На данный момент британские власти уже располагают внушительным арсеналом юридических инструментов. Требуется лишь политическая воля к их применению. Разбирательства такого рода печально известны своей сложностью и продолжительностью, «съедая» у специалистов массу времени без каких бы то ни было гарантий успеха. Но дело вовсе не в том, что Национальное агенство по борьбе с преступностью (Британский аналог ФБР) и другие органы не горят желанием вывести грязные делишки русских на чистую воду — надо просто предоставить им ресурсы и дать карт-бланш.

Стержневую роль в этом деле может сыграть усиление международного сотрудничества. Вскрыть схемы, по которым за эти деньги приобретается влияние в Лондоне и уютные апартаменты в Париже, Франкфурте или Нью-Йорке — всего лишь полдела. Москва так просто не уймется. Уговорить деловую общественность отказываться от выгодных сделок будет непросто, однако неожиданная поддержка со стороны Европейского союза наводит на мысль о том, что сейчас, возможно, самый удачный момент для того, чтобы убедить их в том, что деньги эти ядовиты и потому небезопасны, и что проблема эта стоит не только перед Великобританией, но перед всем западным миром.

По иронии судьбы, изгоняя русские деньги, Лондон собственноручно помогает Путину и выполняет за него его же работу — ведь российская экономика находится в состоянии рецессии начиная с 2014 года. Кроме того, такой человек, как Путин, язык силы понимает лучше, чем экономические показатели, и он отнюдь не рад, когда его элиты прячут свои деньжата туда, куда сам он дотянуться не может.

Ранее Путин объявил кампанию «деофшоризации» для убеждения, урезонивания или устрашения беглых олигархов, больших и маленьких, чтобы те вернули деньги домой. На фоне стабилизации экономики в целом это даже привело к некоторым успехам. Та гигантская сумма в 31 миллиард долларов (1.8 триллиона рублей — прим. перев.), что вытекла из России только за прошлый год, все же в разы ниже показателей 2014 года, когда утечка составила 154 миллиарда долларов (8.8 триллионов рублей).

Поэтому мысль о том, что Великобритания сама возьмется помогать российским капиталам вернуться домой, может показаться нелепой. Особенно учитывая, что третья возможная задача — активное содействие расшатыванию режима в Москве. Открытые подрывные действия по смене власти опасны и даже контрпродуктивны, но Лондон, возможно, не захочет упускать возможность ослабить Кремль в надежде поумерить его аппетиты в конфронтационной геополитике.

В этом случае, как ни парадоксально, утечку капитала нам следует только приветствовать: ведь так Путин косвенно теряет ресурсы. И все же основная причина путинской нелюбви к заморским активам своих элит — это страх, что они могут быть использованы против него в России, в том числе как источник секретных сведений. Возможно, Лондону стоит продемонстрировать, что страхи эти небеспочвенны.

Давя на российские элиты, Лондон может ударить Москву там, где больнее всего — по кошельку. Речь идет о способности государства собирать средства и выпускать облигации через суверенный долг, который затем приобретается на Западе. В таком случае мишенью для системной атаки на Кремль станет суверенный долг, а не роскошные пентхаусы олигархов.

У всех трех подходов есть свои преимущества и недостатки. Дать ход грязным русским деньгам ради подрыва путинизма — пожалуй, предприятие наиболее опасное, но именно ее современные маккиавеллианцы и серые кардиналы считают наиболее привлекательной. Очистить Великобританию от российской клептократической скверны — цель благородная, но запоздалая. К тому же сдерживать возможную агрессию она никак не поможет. Эскалация же антипутинских мер, наоборот, вызовет лишь град новых упреков со стороны Москвы.

В любом случае, необходимо четко придерживаться стратегической цели. Чем размышлять о том, что Великобритании под силу, а что нет (и какой ценой) и потом состряпать под это какую-никакую стратегию, лучше раз и навсегда определиться с тем, чего мы хотим — и плясать от печки.

Марк Галеотти — старший научный сотрудник Пражского института международных и общественных отношений и приглашенный научный сотрудник при Европейском совете по международным отношениям.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 марта 2018 > № 2553176 Марк Галеотти


Великобритания. США. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > newizv.ru, 28 марта 2018 > № 2547019 Валентин Катасонов

Валентин Катасонов: "Тихие" санкции приведут к грабежу России"

После Второй мировой войны действовало неписанное правило, что международные активы Центробанков имеют самый высокий иммунитет от санкций любого рода. Сегодня это правило уже не действует. Российские деньги - под угрозой изъятия, считает известный экономист Валентин Катасонов.

Достаточно вспомнить замораживания международных активов центробанков Ирана и Ливии. А уж про замораживания, аресты и конфискации активов частных лиц и говорить не приходится. «Кремлевский доклад» — лишь первый шаг в формировании образа российского бизнеса как «бандитского». Через некоторые время может начаться процесс массовой «экспроприации экспроприаторов», т.е. лишения офшорной аристократии ее зарубежных активов.

Достаточно посмотреть на то, что происходит в Великобритании. В этом году там вступил закон о криминальных финансах. Закон «адресный», принят исключительно ради того, чтобы получить возможность накладывать аресты на банковские счета и другие активы российских беглецов, наивно воспринимавших Великобританию как «страну обетованную». Собственно, Западу не надо будет даже принимать какие-то специальные экономические санкции. Будет действовать рутинный механизм экспроприаций на основе «усовершенствованных» правовых норм. Это можно назвать «тихими» санкциями.

Видно невооруженным глазом, как Украина сегодня активно готовит почву для подобного рода «тихих» санкций. Через Стокгольмский арбитражный суд украинская компания «Нафтогаз» добилась решения о взыскании с российского «Газпрома» 4,63 млрд долл. якобы за нарушение условий контрактов по поставкам газа и его транзиту через территорию Украины. Решение весьма сомнительное. Чувствуется присутствие «субъективного» момента в данном решении. Вернее, его следует назвать «политическим» моментом. Не для кого нет сомнения, что за Киевом стоит Вашингтон. Именно он организует подобные иски и обеспечивает принятие «правильных» решений по ним.

Только что Верховная Рада приняла постановление о комплексе безотлагательных мер по практической реализации международно-правовой ответственности Российской Федерации за вооруженную агрессию против Украины. Одна из мер — создание межведомственного органа, ответственного за подготовку консолидированной претензии Украины как государства, подвергшегося агрессии, к России как государству-агрессору.

И этот орган должен досконально посчитать претензии Киева к Москве и по природному газу, и по «аннексированному» Крыму, и по «оккупированным» территориям Донецкой и Луганской областей и т. п. Я уже знакомился с набросками расчетов сумм претензий к России, который будет готовить указанный межведомственный орган. Общая сумма только по Крыму превышает 100 млрд долл. К чему, спрашивается, весь этот спектакль? А к тому, что Вашингтону нужно подготовить почву для проведения «тихих» санкций. Сценарий спектакля состоит из следующих действий (актов):

Акт 1. Межведомственный орган Украины готовит консолидированный иск в адрес России на сумму сопоставимую с ее зарубежными активами.

Акт 2. Киев направляет консолидированный иск во все международные «независимые» суды.

Акт 3. Суды принимают исковые заявления в работу и принимают по ним «положительные» (для Киева) решения.

Акт 4. Россия, естественно, отказывается от исполнения указанных решений, после чего Киев совместно с международными «независимыми» судами добиваются заморозки (ареста) российских активов.

Зарубежные активы России — как «белые», так и «серые» — оцениваются примерно в 3 трлн. долл. (то, что накоплено за последние четверть века). Конечно, ни правительство, ни Центробанк России такой статистики не имеют. Зато Запад имеет гораздо более полное и точное представление о том, что находится за пределами России и кому принадлежит. Взять ту же Финансовую разведку США. Она самым тесным образом связана с Федеральной резервной системой США входящими в нее частными банками. Все депозиты, принадлежащие нерезидентам, начиная от 50 тыс. долларов, фиксируются в базе данных Финансовой разведки США. Так что наши «партнеры» действовать будут прицельно.

Конечно даже консолидированное исковое требование Украины не сопоставимо с астрономической величиной зарубежных активов российского происхождения. Это не остановит Запад от 100-процентной экспроприации «русских» активов.

Во-первых, кроме Украины у Вашингтона еще есть на подхвате другие страны, которые занимаются таким же увлекательным делом — составлением исковых требований в адрес России как «оккупанта», «агрессора», «эксплуататора». Например, этим увлекательным делом заняты все прибалтийские республики, и в этом им моральную, политическую и даже финансовую помощь оказывает Вашингтон. Я об этом подробно пишу в своей книге «Россия в мире репараций» (М.: Кислород, 2015).

Во-вторых, сегодня уже на Западе не стесняясь могут арестовывать активы, которые в разы превышают максимальные исковые требования. В этом плане показательна история судебной тяжбы между молдавским бизнесменом Анатолием Стати и правительством Казахстана. Стати, который вел в свое время бизнес в Казахстане, выдвинул иск к правительству данной страны. Постепенно сумму иска он довел почти до 5 млрд долл. Опуская многие детали спора, скажу, что в октябре прошлого года голландский суд принял решение о заморозке средств Национального фонда Казахстана (НФК) на счетах голландского филиала американского банка Bank of New York Mellon. Самое удивительное в этой истории заключается в том, что заморозке подверглась сумма в 22 млрд долл. Это примерно 40% всех активов НФК. Эта история продемонстрировала: были бы активы (резервы), а нужное для их экспроприации судебное решение всегда найдется.

Одним словом, начинается время игры без правил. А в такой игре надо уметь защищаться и не подставляться. Еще раз повторю: в 2017 году вывод финансовых ресурсов из страны, согласно данным платежного баланса, оценивается в 106,6 млрд долл. Если экстраполировать показатели платежного баланса за первые два месяца на весь нынешний год, то 2018 год может существенно превзойти 2017 год по масштабам ограбления страны.

Статистика платежного баланса России показывает, что ни экономические санкции Запада, ни «кремлевский доклад» наших олигархов и чиновников в чувство не привели. Надо полагать, что в чувство они придут лишь тогда, когда начнутся массовые замораживания, аресты, конфискации и иные формы экспроприаций «русских» активов за рубежом.

Великобритания. США. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > newizv.ru, 28 марта 2018 > № 2547019 Валентин Катасонов


Великобритания. Евросоюз. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > bfm.ru, 26 марта 2018 > № 2546399 Федор Лукьянов

Политолог Федор Лукьянов: «Запад может перейти уже на другой уровень эскалации»

Это только начало эскалации, дальше страны могут начать демонстрировать «военные мускулы», заявил эксперт в интервью Business FM

Беспрецедентная высылка российских дипломатов из-за «дела Скрипаля». Москва выражает решительный протест. В Кремле заявляют, что будут руководствоваться принципом взаимности.

Ранее 14 из 28 стран — членов Евросоюза решили выслать российских дипломатов в качестве меры солидарности с Лондоном по «делу Скрипаля». Об этом заявил глава Европейского совета Дональд Туск.

Как стало известно, Германия, Польша, Франция и Канада высылают по четыре дипломата, Чехия и Литва — по три, Дания, Италия и Нидерланды — по два, Финляндия, Латвия, Эстония, Румыния, Хорватия, Швеция — по одному. Присоединилась к этому лагерю и Украина, чей президент Петр Порошенко объявил о высылке сразу 13 дипломатов. Также о высылке четырех российских дипломатов объявила Канада. Кроме того, двум диппредставителям, скорее всего, придется покинуть Испанию.

В США заявили, что вышлют 60 российских дипработников — это 48 сотрудников дипмиссии и еще 12 сотрудников миссии ООН. Кроме того, Вашингтон закрывает российское генконсульство в Сиэтле. Посол США в Москве Джон Хантсман назвал высылку российских дипломатов из США крупнейшей в истории страны высылкой сотрудников спецслужб. Последний раз российские дипломаты были высланы из США перед Новым 2017 годом.

В декабре 2016 года администрацией Барака Обамы были высланы 35 российских дипломатов из Вашингтона и Сан-Франциско. Дипломатам было предписано покинуть страну за 72 часа, и они тут же столкнулись с тем, что не могут купить билеты в Россию из-за загруженности самолетов перед Новым годом. В мотивировке высылки дипломатов указывалось, что это «часть всеобъемлющего ответа на вмешательство России в выборы в США и на систематическое преследование американских дипломатов в Москве, а неофициально упоминалось о неких действиях российских дипломатов, которые в Госдепе считают «не соответствующими дипломатической практике».

Тогда Владимир Путин объявил, что Россия не станет «опускаться до уровня кухонной дипломатии и отвечать на провокации, а дальнейшие действия будут определяться политикой администрации президента Дональда Трампа». Однако через полгода российский ответ все же последовал. В июле 2017 года Москва объявила о высылке 755 американских дипломатов, закрытии доступа американцам к ведомственной даче в Серебряном Бору и посольскому складу на юге Москвы.

Решение России последовало непосредственно за принятием в конгрессе закона о новых санкциях против России. Июльское решение российских властей о резком сокращении численности американской миссии объяснялось необходимостью в паритете по дипломатическому и техническому персоналу: с тех пор последние полгода у США в России и у России в США было по 455 работников посольств и консульств.

Однако месяц спустя, 31 августа, Вашингтон анонсировал свои ответные меры. Они заключались в закрытии генконсульства в Сан-Франциско и дипломатических объектов в Нью-Йорке и Вашингтоне. После этого у России и США было по одному посольству и три консульства. Теперь у России еще минус одно консульство и минус 60 дипломатов, то есть 395 против 455.

Почему идет такая массовая высылка российских дипломатов, почему такое единение? Будет ли симметричный ответ со стороны России? Ведущий Business FM Алексей Пантелеев побеседовал об этом с председателем президиума Совета по внешней и оборонной политике, политологом, главным редактором журнала «Россия в глобальной политике» Федором Лукьяновым:

Федор Лукьянов: Нет, такого не было, конечно. И не было прецедентов, когда другие страны высылали бы дипломатов не из-за конфликта двустороннего, а из-за третьих стран. Поэтому это явление беспрецедентное. Это мне кажется, как раз вот яркое свидетельство этой самой новой холодной войны, которая идет. Она совсем другая, чем та, которая была. Но, тем не менее, она уже есть, и тут, конечно, любопытнее даже не кто и сколько выслал, хотя тот факт, что из Соединенных Штатов выслано больше людей почти в три раза, чем из пострадавшей Великобритании, наводит на мысль, кто, собственно, является главным дирижером и бенефициаром. Я так подозреваю, что дипломатия дипломатией, она сама по себе, вот эта вот война, она, конечно, действительно, беспрецедентная, но этим дело не ограничится. Я думаю, что теперь надо ждать каких-то других проявлений.

Да. Господин Туск уже сказал, что уже возможны в ближайшие дни и недели дополнительные меры. Вот будут ли эти меры, от чего они будут зависеть?

Федор Лукьянов: Да меры будут. Я думаю, что и с нашей стороны сейчас будет какой-то ответ очень такой заметный. Будет что-то еще, кроме ответной высылки. Может, отзывы послов какие-нибудь. Я думаю, что вот сейчас должен что-то сказать президент. Уже это вещь такая, которая выходит за рамки госпожи Захаровой или там даже господина Пескова. Поэтому тут уже вопрос о мерах другого рода. Ну, например, просто гадаю навскидку. Что-то, что обсуждалось еще с 2014 года и всегда считалось исключенным практически, а именно, отключение российских банков от системы расчетов SWIFT, вот я сейчас бы уже не исключал, потому что уже другой уровень эскалации. Все, уже никакие доказательства никому не нужны. Поэтому доказательства, наверное, будут, но, скорее всего, они будут такого более риторического плана, чем, ну, как и в случае с хакерами, когда говорится, что, ну, это выявилось, мы все знаем, но предъявить не можем там по каким-то причинам. Все-таки все ведущие страны: Германия, Франция и даже Италия, которой я думаю, выкрутили руки, но, тем не менее, все-таки она со скрипом, но присоединилась, — это основные решающие игроки. Все прочие, в принципе, уже не важные.

Как это будет все развиваться? В какую сторону?

Федор Лукьянов: Пока я вижу только одну сторону — это в сторону эскалации.

До каких степеней эскалации может дойти?

Федор Лукьянов: Крайняя степень — это начнется просто демонстрация военных мускулов. И я, кстати, не исключаю, что до этого дойдет. Это крайне печально, но уже теперь, когда запущен такой мощный импульс, то, в общем, к сожалению, конфронтация имеет определенную собственную логику.

Великобритания. Евросоюз. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > bfm.ru, 26 марта 2018 > № 2546399 Федор Лукьянов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 марта 2018 > № 2544663 Вадим Штепа

Символ четвертого срока Путина — глобально токсичный «Новичок»

Отравление в Великобритании бывшего офицера ГРУ Сергея Скрипаля, произошедшее 4 марта, вот уже почти месяц не сходит со страниц мировой прессы.

Вадим Штепа, Delfi.ee, Эстония

Британские власти, а вслед за ними и руководители других стран, возложили вину за это преступление на Россию. Как известно, в Великобритании действует прецедентное право, а такой громкий прецедент уже был — в 2006 году в этой стране радиоактивным полонием был отравлен другой российский перебежчик, Александр Литвиненко. Офицер ФСБ Андрей Луговой, которого британская прокуратура считает отравителем Литвиненко, впоследствии стал депутатом Госдумы и был награжден орденом «За заслуги перед Отечеством». Поэтому подозрения в весьма похожем отравлении автоматически падают на Россию.

Однако, с точки зрения обычной логики, совершенно непонятно — зачем российским спецслужбам было нужно отравление Скрипаля? Кроме того, совершенное таким откровенным и демонстративным способом. В отличие от отравления Литвиненко, когда полоний удалось обнаружить совершенно случайно, нервно-паралитический газ «Новичок» производился на военных заводах только в бывшем СССР и затем в России.

Журнал Newsweek делает предположение, что это отравление могло быть осуществлено по самостоятельной инициативе некоего «отряда ликвидаторов», над которым Путин утратил контроль. Эта версия представляется не вполне убедительной. Путин, вероятно, вполне контролирует подобные группировки, только этот контроль осуществляется «неформальными» методами, по принципу многоступенчатых личных связей.

Российский президент еще в 2010 году прямо угрожал различным «предателям и перебежчикам». Однако Скрипаль, вместе с рядом других лиц, работавших за западные разведки, был в том же году обменян на группу российских шпионов в США. По неписаным правилам разведок, лица, прошедшие через обмен, впоследствии пользуются иммунитетом. Инвестор Уильям Браудер (в фонде которого работал Сергей Магнитский, убитый позже в российской тюрьме), комментирует эту ситуацию более резко: «Холодная война была гораздо более цивилизованной. Сейчас речь идет о мафии, для которой нет правил».

Кремлевские представители утверждают, что теракт в Солсбери был им «совсем невыгоден», поскольку состоялся накануне президентских выборов в России. Однако здесь можно увидеть как раз обратную логику — это отравление и стало «предвыборной акцией».

Социологи давно заметили: любое обострение отношений с другими странами ведет к резкому росту рейтинга власти и лично Путина (так было во время конфликта с Грузией, в начале агрессии против Украины, интервенции в Сирию и т.д.). Противостояние с иностранцами создает в России атмосферу военного лагеря и сплачивает людей вокруг «национального лидера». Поэтому такое нарочитое и демонстративное применение оружия массового поражения в стране НАТО, вполне возможно, как раз имело целью вызвать резкую реакцию британских властей. А российским телезрителям эта реакция подавалась как «нарастание враждебности Запада к России» и мотивировала их голосовать за Путина как «защитника».

Загнав Россию в мировую изоляцию, Путин сам оказался заложником собственной агрессивной политики. Он сегодня уже не может пойти на примирение с Западом, поскольку в самой России это будет расценено как «слабость». Возможно, и само его выдвижение на четвертый срок связано с опасениями, что его преемники «сдадут позиции».

Поэтому у него остается единственная, но крайне опасная линия — шантажировать западные страны, принуждая их вести диалог с Путиным на его собственных условиях. Еще в 2000-е годы он жаловался на то, что Запад больше не хочет признавать Россию «великой державой». Теперь, «новый» Путин четвертого срока пытается запугать Запад неким неприемлемым для него ущербом, если тот не ослабит свою санкционную удавку.

Известный российский культуролог Михаил Эпштейн, давно проживающий в США, проводит интересную параллель нервно-паралитического газа «Новичок» с нынешним поведением Путина в мировой политике. Его уже не заботит, что многие российские инициативы и операции стали признаваться в мире заведомо «токсичными» — он по-своему даже рад этому.

Путин является «новичком» в том смысле, что окружающие цивилизованные страны просто не ожидали такого поведения от президента ядерной державы, и до сих пор не вполне понимают — как на это реагировать? Нынешняя политика Путина «нервирует и парализует весь мир».

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 марта 2018 > № 2544663 Вадим Штепа


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 22 марта 2018 > № 2541867 Гарри Каспаров

Гарри Каспаров: "Россия хочет заставить замолчать потенциальных свидетелей"

Борис Райтшустер | Wiener Zeitung

По мнению экс-чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова, за покушением в Солсбери стоит Россия. Выборы в России он считает фарсом. Журналист Борис Райтшустер побеседовал с Каспаровым, интервью публикует австрийское издание Wiener Zeitung.

"Абсурдно называть выборами шоу, которое проходило в России в воскресенье. Это был фарс. Единственный избиратель, чей голос действительно учитывается, - это сам Путин, - заявил Каспаров. - Как долго он останется у власти, зависит не от того, что он называет выборами, а от того, когда Запад наконец начнет бороться с ним всерьез. То, что Великобритания выслала 23 дипломата, не впечатляет его ни на грош".

По мнению Каспарова, необходимо взяться за российские деньги: "Только это действительно важно для Путина и его клана - препятствия на пути их денежных потоков. Это единственный путь предотвратить большую катастрофу, которую рано или поздно учинит Путин своей агрессивной политикой".

Говоря о покушении на Сергея Скрипаля, Каспаров заявил: "Это была попытка запугивания со стороны Кремля. В Москве боятся, что спецпрокурор Мюллер теперь, возможно, будет допрашивать русских о вмешательстве Москвы в дела США и их предвыборную кампанию. Кремль хочет избежать этого любой ценой, даже ценой убийства. И заставить замолчать потенциальных свидетелей".

"Скептики возражают, что это преступление скорее навредило бы Москве", - заметил журналист.

"Вредит то, что имеет негативные последствия. Имело ли убийство полонием Александра Литвиненко в 2006 году негативные последствия для Путина? Нет. Путинская Россия - это мафиозное государство. Сам Скрипаль как жертва Москве безразличен. Речь идет о предупреждении, о послании: с тем, кто говорит, произойдет то же самое", - уверен собеседник издания.

"Путин ведет по всему миру войну против демократии, обременительной для мафиозных дел Путина и его клана. Частью этой войны является гигантская кампания по дестабилизации по всей Европе", - заявил Каспаров.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 22 марта 2018 > № 2541867 Гарри Каспаров


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536589 Гидеон Рахман

Владимир Путин не так страшен, как может показаться

Опасность возникает тогда, когда российский лидер совершает ошибку в своих расчетах при планировании интервенций, что приводит к неожиданным и нежелательным последствиям.

Гидеон Рахман (Gideon Rachman), Financial Times, Великобритания

Насколько опасна Россия Владимира Путина? Это был тот вопрос, ответ на который пытался найти Рекс Тиллерсон — как раз за несколько часов до своего увольнения. Бывший госсекретарь США сказал в беседе с журналистами: «Мы видим определенные признаки того, что их политика становится более агрессивной. И меня это очень, очень беспокоит… Мы не понимаем полностью того, что за этим скрывается».

Вопрос об истинных намерениях России становится еще более актуальным, потому что г-н Путин, как и ожидалось, только что был объявлен победителем по итогам президентских выборов, и таким образом он еще в течение шести лет будет находиться в Кремле. Обычно президент перед началом своего четвертого президентского срока — уже известная величина. Однако российский лидер, похоже, становится со временем все более безрассудным и склонным к конфронтации.

Применение Россией смертельного нервно-паралитического вещества на территории Соединенного Королевства — это новое и опасное отклонение от общепризнанных норм. Правительство Соединенных Штатов только что обвинило Россию том, что она, возможно, планировала провести нападения на критически важные элементы американской инфраструктуры.

В своей недавней речи г-н Путин похвастался созданием в России «непобедимых» образцов ядерного оружия, способных уничтожить Америку, а также использовал визуальные материалы для иллюстрации своих угроз. А закончил он свою предвыборную кампанию на митинге с большим количеством развевавшихся флагов в Крыму, то есть на той территории, которую Россия захватила у Украины в 2014 году. Хотя г-н Путин безрассуден, его нельзя назвать иррациональным. События прошлого свидетельствуют о том, что его можно сдержать.

Как раз три года назад были широко распространены опасения на Западе по поводу того, что после Крыма Россия осуществит захват и других территорий Украины. Создавалось впечатление, что российское государственное телевидение готовило почву для подобных действий, заявляя о том, что значительные части территории Украины исторически являются российской территорией. Некоторых аналитиков беспокоило то, что танки г-на Путина могут дойти до Киева, столицы Украины.

Хотя поддерживаемое Россией насилие на востоке Украины продолжается, никакого дальнейшего захвата территории не последовало. Наиболее вероятное объяснение этого состоит в том, что Кремль удалось сдержать с помощью неожиданных по силе санкций, введенных против России Соединенными Штатами и Евросоюзом. Кроме того, существовала вероятность того, что Запад может усилить военную помощь Украине.

Недавно поступали многочисленные сообщения о том, что большое количество россиян могли быть убиты в Сирии в результате поддержанного Соединенными Штатами удара с воздуха. Однако сильного ответа не последовало, и российское руководство отказалось обсуждать предполагаемый инцидент. Есть такие конфликты, в которые Россия не имеет желания ввязываться. Г-н Путин, похоже, готов пойти на большой риск в том случае, если, по его мнению, Запад не обращает на это внимание. Но когда российский лидер сталкивается с явным сопротивлением, он сдает назад.

Поэтому реальная опасность как для России, так и для Запада кроется не в том, что г-н Путин ищет прямого конфликта с Западом, а в том, что он ошибается в своих расчетах и создает конфликтные ситуации, которые он не способен контролировать.

Сторонники г-на Путина внутри страны и за ее пределами поверили в то, что он — блестящий стратег, который аннексировал Крым, вмешался в сирийский конфликт и в американские выборы, не заплатив при этом соответствующую цену. Однако более трезвый взгляд на его действия показывает, что проводимые российским лидером интервенции часто вызывают непредвиденные и неприятные последствия.

В ходе конфликта на Украине поддерживаемые Россией сепаратисты в 2014 году сбили гражданский авиалайнер рейса MH17, и в результате погибли 298 человек. Это событие привело к ужесточению американских санкций в отношении России. Вмешательство Москвы в президентские выборы в Соединенных Штатах, возможно, способствовало победе президента Дональда Трампа, и это может показаться значительным достижением для г-на Путина. Однако ответная реакция привела к расследованию г-на Мюллера, что, в свою очередь, может привести к введению дополнительных санкций против России.

Когда Митт Ромни (Mitt Romney) в 2012 году назвал Россию главной угрозой для Америки, многие издевательски отнеслись к его точке зрения. Однако сегодня появляется совершенно новое поколение людей, формирующих общественное мнение в Соединенных Штатах, и его представители с большим подозрением и возмущением относятся к России, а всего несколько лет назад еще казалось, что подобная позиция становится достоянием прошлого.

Тем временем российские потери в сирийской войне, похоже, увеличиваются, а обещание г-н Путина относительно быстрого завершения этого конфликта не выполняется. Даже относительно незначительные нарушения Кремлем международных правил вызывают ответную реакцию. Поддержанная государством программа употребления допинга российскими спортсменами была раскрыта, что привело к запрету официального участия России в Зимних Олимпийских играх. А теперь попытка убийства бывшего двойного агента Сергея Скрипаля и его дочери в Соединенном Королевстве стала поводом для неожиданной демонстрации западного единства — и происходит это именно в тот момент, когда расширялись трещины в отношениях между Британией, Евросоюзом и Соединенными Штатами.

Кумулятивный эффект всех этих неудачных шагов состоит в том, что Россия стала значительно более бедной и более изолированной страной, чем ей следовало быть. Ее экономика находится под санкциями, а период быстрого роста, отмечавшийся до 2008 года, теперь существует лишь в воспоминаниях. Проведение Чемпионата мира по футболу летом этого года вряд ли сможет возродить имидж России, как не смогли это сделать и Зимние Олимпийские игры в Сочи в 2014 году.

Несмотря на все это, г-н Путин все еще имеет на Западе своих сторонников — как среди крайне левых, так и среди крайне правых. Эти маргинальные партии набирают силу в Европе, и они, возможно, будут пытаться продвигать более дружественную по отношению к Путину политику. Однако слабость российской экономики означает, что в конечном итоге даже те политики, которые с симпатией относятся к национализму г-на Путина в стиле крутого парня, вряд ли будут разрывать связи с Евросоюзом и западными альянсами. Российское руководство, специализирующееся на убийствах и ядерных угрозах, мало что может предложить своим иностранным почитателям.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536589 Гидеон Рахман


Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536477 Патрик Бьюкенен

Заказывал ли Путин покушение в Солсбери?

Патрик Бьюкенен (Patrick Joseph Buchanan), The American Conservative, США

Британия пока не установила личность убийцы, покушавшегося на жизнь двойного агента Сергея Скрипаля и его дочери Юлии в английском городе Солсбери.

Тем не менее, министр иностранных дел Борис Джонсон уже знает, кто заказал это отравление.

«Мы думаем, что вне всякого сомнения, это было решение (российского президента Владимира Путина) о применении нервно-паралитического отравляющего вещества на улицах Соединенного Королевства».

«Непростительно, — говорит об этом обвинении пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. — Это противоречит здравому смыслу». В воскресенье в таком же духе выразился и сам Путин: «Это полная чушь, бред, нонсенс. Чтобы кто-то в России позволил себе подобные выходки накануне президентских выборов и чемпионата мира по футболу! Это просто немыслимо!»

Путин повторил, что Россия предлагает свое содействие в проведении расследования.

Но Джонсон не сдается; он удваивает усилия.

«Мы предоставили русским все возможности, чтобы те изложили альтернативную гипотезу… а они этого не сделали, — сказал министр. — У нас по сути дела есть доказательства… что Россия не только изучала возможности для доставки отравляющего вещества нервно-паралитического действия с целью убийства, но и создала, а также накопила запасы (примененного в Солсбери) „Новичка"».

Вполне понятно, почему Россию объявили главным подозреваемым. «Новичок» десятки лет назад создали российские военные, а бывший офицер российской разведки Скрипаль выдал русских шпионов МИ6.

Но здесь отсутствует мотив Кремля для совершения данного преступления.

Скрипаля осудили за измену и выдачу русских шпионов в 2006 году. Он провел в тюрьме четыре года, после чего его в 2010 году его обменяли на пойманных в США российских агентов. Если Путин хотел смерти Скрипаля в качестве назидательного урока всем потенциальным предателям, то почему он не ликвидировал его, когда тот находился в российской тюрьме?

И зачем ждать восемь лет после высылки Скрипаля в Англию? И каким образом это убийство на британской земле содействует интересам России?

Путин не глупец. Будучи ветераном разведки, он знает, что ни одно разведывательное агентство вероятного противника типа ЦРУ или МИ6 не стало бы обмениваться шпионами с Россией, если бы Кремль затем начал их убивать.

Здесь уместен знаменитый вопрос Цицерона: «Cui bono?» Кому выгодно это злостное преступление?

Безусловно, в данном случае это не выгодно ни России, ни Кремлю, ни Путину.

После того, как Скрипалей нашли в коматозном, почти в предсмертном состоянии на скамейке возле торгового центра в Солсбери, мировое общественное мнение и западные СМИ подвергают Россию, Кремль и Путина непрестанным нападкам и критике.

Британия отреагировала на это вполне предсказуемо: возмущение, негодование, возмездие. Она выдворила из российского посольства в Лондоне 23 дипломата, которые являются разведчиками. Британцы относятся к Путину как к отверженному и выталкивают Россию из круга цивилизованных стран.

«Россия порвала международный свод правил», — возмущенно проревел министр обороны Гэвин Уильямсон (Gavin Williamson). Когда его спросили, как Москва может отреагировать на высылку своих дипломатов, тот заявил, что России надо «отойти и заткнуться».

Сторонникам Путина, в том числе, лидеру Лейбористской партии Джереми Корбину, затыкают рты, их подвергают жестоким нападкам, называя соглашателями лишь за то, что они противятся поспешным выводам и суждениям.

Естественно, американцы выступили на стороне своего самого старого союзника, а президент Дональд Трамп ввел новые санкции.

Нас ежедневно убеждают в том, что Путин в 2016 году пытался повлиять на выборы в пользу Трампа. Но если это так, то зачем Путину заказывать столь публичное убийство, вынудившее Трампа отложить в сторону все свои попытки примирения?

Так кому же выгодно это злостное преступление?

Разве не той коалиции, основная часть которой сосредоточилась в нашей столице, демонстрируя непримиримую враждебность по отношению к России и отводя Америке роль продолжателя холодной войны, который должен сдерживать и загонять Москву в угол до тех пор, пока нам не удастся сменить тамошний режим?

Как же должен повести себя Трамп? Выступить на стороне наших британских союзников, но в частном порядке потребовать провести полное расследование и найти убедительные доказательства, прежде чем предпринимать необратимые действия.

Неужели это покушение действительно заказал Путин и Кремль, которые не только отрицают свою причастность, но и осуждают совершенное преступление?

А может, это дело рук каких-то неуправляемых самозванцев, желавших тех последствий, к которым, как им было известно, приведет убийство Скрипаля? Может, это были люди, стремившиеся навечно расколоть Россию и Запад?

Только полный болван мог не знать, к каким политическим осложнениям в отношениях России с США и Британией приведет это злодеяние.

Прежде чем мы начнем действовать, прислушавшись к вердикту Бориса Джонсона о том, что покушение заказал Путин, давайте вспомним следующее.

Мы узнали, что испанцы в 1898 году не взрывали броненосный крейсер «Мэн» в порту Гаваны, что вызвало войну между Испанией и США.

История о нападениях северовьетнамских торпедных катеров на американские эсминцы в Тонкинском заливе, приведшая к принятию Тонкинской резолюции и гибели 58 тысяч американцев во Вьетнаме, оказалась не совсем верной.

В 2003 году мы начали войну в Ираке, чтобы лишить эту страну оружия массового уничтожения, которого, как мы выяснили позднее, у Саддама Хусейна не было. 4 500 американских военнослужащих поплатились своими жизнями за поспешные выводы, а тысячи получили ранения. А сегодня некоторые тогдашние сторонники войны идут в авангарде конфронтации с Россией, громко требуя наказать ее.

Прежде чем мы начнем вторую холодную войну с Россией, которая может привести к войне горячей (чего удалось избежать в годы первой холодной войны), давайте постараемся во всем разобраться.

Патрик Бьюкенен недавно написал новую книгу «Никсоновские войны. Сражения, которые возвысили и надломили президента, а также навсегда раскололи Америку» (Nixon's White House Wars: The Battles That Made and Broke a President and Divided America Forever).

Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 20 марта 2018 > № 2536477 Патрик Бьюкенен


Россия. Великобритания > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 16 марта 2018 > № 2541817 Михаил Ходорковский

Михаил Ходорковский: "Каков будет следующий этап? Вирус? Биологическое оружие?"

Бенуа Виткин | Le Monde

Бывший нефтяной магнат, отсидевший в тюрьме в России с 2003 по 2013 год, возвращается к делу Скрипаля, двойного агента, отравленного 4 марта в Великобритании. Интервью с Михаилом Ходорковским записал журналист французской газеты Le Monde Бенуа Виткин.

"Есть ли у вас причины сегодня чувствовать себя под угрозой?" - спросил журналист.

"Я провел десять лет в исправительном лагере в России, где со мной легко могло что-то произойти. В отличие от Сергея Скрипаля, я никогда не был связан с деятельностью спецслужб, а значит, я не вхожу ни в какую программу по устранению предателей. Если будет создана другая программа, наверное, для меня все станет сложнее", - сказал Ходорковский.

"Когда у вас такой президент, как Владимир Путин, который хвастается обладанием ядерным оружием, способным уничтожить всю планету, любой человек может ощущать себя под угрозой", - считает Ходорковский.

"По поводу убийств есть простой показатель. Путин сам затронул эту тему в случае с Анной Политковской (российская журналистка, убитая в 2006 году. - Прим. Le Monde), объясняя, что ее смерть принесла больше вреда, чем ее журналистская работа", - отмечает он.

"Такое деяние, как отравление Скрипаля, должно быть обязательно одобрено самим Владимиром Путиным?" - поинтересовался журналист.

"Несколько лет назад Путин обязательно стоял бы у истоков подобной операции. Но сегодня, несмотря на видимость, авторитет центральной власти рушится, и такое деяние, безусловно, возможно без его благословения", - ответил собеседник издания.

"Пример того, что случилось в Сирии с наемниками компании Вагнера, говорит сам за себя: эти российские бойцы оказались под американским огнем (7 февраля в Дэйр-эз-Зоре. - Прим. Le Monde), невзирая на то, что штабы двух стран обязаны были координировать свои действия. Не надо недооценивать дезорганизацию власти", - указывает Ходорковский.

"Исходя из этого, я не знаю, что хуже: чтобы Путин начал отдавать приказы о таких операциях против людей, которые уже были наказаны (Сергей Скрипаль уже сидел в тюрьме в России, прежде чем был отправлен в Великобританию в рамках обмена заключенных. - Прим. Le Monde), или чтобы он абсолютно не контролировал свои спецслужбы", - продолжает он.

"Все же я не думаю, что это событие сыграет важную роль в российских президентских выборах. Определенной части населения, по крайней мере в больших городах, демонстрация силы Путина в области ядерного оружия (1 марта во время его обращения к народу. - Прим. Le Monde) не понравилась; это убийство тоже может ей не понравиться. Среди другой части населения господствует идея о том, что предатели получают то, что они заслуживают. И эти позиции достаточно устойчивы. Если дело Скрипаля и будет иметь какие-то последствия, то они будут второстепенными", - полагает Ходорковский.

"Но я понимаю, какие эмоции это дело вызывает в Великобритании и на Западе. Оно развернулось на суверенной территории, пострадали также дочь Скрипаля и полицейский; методы ужасающие... Уже имело место использование радиоактивного полония против Александра Литвиненко (убитого в Лондоне в 2006 году. - Прим. Le Monde). Чего ожидать людям? Каков будет следующий этап? Биологическое оружие? Вирус?" - рассуждает Ходорковский.

"Миру потребовалось время, чтобы понять, что власть в России поддерживается маленькой преступной группой, еще больше времени нужно, чтобы действовать соответствующим образом. Это могло произойти после смерти Александра Литвиненко. Это должно произойти сейчас", - утверждает Ходорковский.

"Часть ответных действий происходит путем работы спецслужб, однако западные руководители должны понять, с кем они имеют дело. С этой преступной группой необходимо обращаться с помощью как политических, так и полицейских методов", - продолжает он.

"Реакция стран Запада в дипломатическом плане представляется вам приемлемой?" - поинтересовался интервьюер.

"Первые шаги были ожидаемы и вполне приемлемы. Но важно параллельно обращаться к российскому обществу, объяснять ему, почему наложены санкции. Дать ему понять, что оно испытывает на себе вред от действий этой преступной группы", - ответил собеседник издания.

Россия. Великобритания > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 16 марта 2018 > № 2541817 Михаил Ходорковский


Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 марта 2018 > № 2536581 Дмитрий Орешкин

Путину мало не покажется

История с отравлением Скрипаля только начинается.

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

Отравление Скрипаля произошло с помощью очень сложного вещества, которое на кухне не сваришь и которым нужно уметь пользоваться. Полагаю, британские спецслужбы достаточно квалифицированы, чтобы определить химический состав и источник этого вещества.

Кроме того, британская политика, в том числе и внешняя, хорошо знает цену словам. В отличие от госпожи Захаровой и господина Лаврова. Еще есть такая вещь, как репутация. Не столько благодаря заслугам британцев, сколько благодаря усилиям Захаровой, Лаврова и Путина, в течение последних 2-3 лет репутация Великобритании остается на том же высоком уровне. Разрыв между дипломатиями двух стран так увеличился, что используя политику «слово против слова», слово Захаровой теперь весит в десять раз меньше, чем речь британских дипломатов.

Поэтому уверен, что история со Скрипалем только начинается. И мало Владимиру Владимировичу Путину и его команде не покажется.

Заявление Терезы Мэй о том, что она не приедет в Россию на Чемпионат мира по футболу 2018 повлияет на Путина. По советской традиции, он очень много вкладывает в спортивный пиар. Все неудачи на этом фронте — начиная от разоблачения Олимпиады в Сочи и заканчивая допинговым скандалом в Южной Корее — наносят серьезный ущерб Путину. Главным образом, в международном пространстве.

Но поскольку телевидение в России контролируется, значительная часть населения соглашается, что все эти спортивные скандалы — результат международного заговора. Тем не менее, нужно отметить, что все большая часть российских граждан начинают испытывать сомнения по этому поводу.

В контексте дипломатических правил и персонально для Путина, отказ Терезы Мэй — это серьезный ущерб. Но только в качестве персонального общения с зарубежными коллегами. Российская общественность может этого и не заметить. Есть Тереза Мэй, нет Терезы Мэй — для них это не так важно.

Вот если бы не приехала английская сборная — это стало бы очевидным ударом по престижу России. Но именно на это британские политики пойти не могут, поскольку они говорят, что спорт вне политики и стараются делать то, что говорят.

Так что сборная прилетит. Ну а то, что на трибуне не будет госпожи Мэй — это и не раз бывало. В РФ и на торжественные парады не приезжали, и Олимпиаду в 80-х игнорировали — ничего страшного, путинская вертикаль переживет. Хотя, безусловно, им будет неприятно.

Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 марта 2018 > № 2536581 Дмитрий Орешкин


Великобритания. Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Армия, полиция > bbc.com, 16 марта 2018 > № 2531268 Вил Мирзаянов

Вил Мирзаянов: "Новичок" можно синтезировать или украсть, но применить его смогут немногие

Наталка Писня

Русская служба Би-би-си, Вашингтон

В начале 1990-х годов химик Вил Мирзаянов рассказал миру о засекреченной советской программе создания класса отравляющих веществ, известного как "Новичок".

Именно таким нервно-паралитическим токсином, как считают британские власти, были отравлены в Великобритании бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия.

В последние годы Вил Мирзаянов живет в США. Он рассказал Русской службе Би-би-си о создании этого химоружия, его воздействии на организм человека и о том, зачем он пытается сделать эти сведения достоянием гласности.

Би-би-си: Как "Новичок" действует на человека? Какие симптомы?

Вил Мирзаянов: "Новичок" представляет собой следующее поколение нервно-паралитических газов, поэтому он в 10 раз минимум сильнее, чем известные [до этого]. Он в первую очередь поражает нервную систему - то есть отключает центральную нервную систему от функциональных органов человека.

В первую очередь наступает миоз - зрачки сужаются и человек начинает плохо видеть. Это первый признак. Когда работаешь в лаборатории, ты смотришь в глаза своим коллегам и подчиненным, чтобы на всякий случай контролировать, что все нормально. Если зрачки сужаются, то это первый же признак того, что человек получил какую-то дозу этого "Новичка".

Затем, если доза больше, тогда начинаются конвульсии, дыхание прерывается, вообще прекращается, потому что человек как бы забывает дышать. Непрерывные конвульсии и рвота, и затем уже летальный исход.

Би-би-си: Есть ли какое-то противоядие, какой-то антидот?

В.М.: Есть. Первая помощь - это атропин и афин (холинолитические средства, используемые в качестве антидотов фосфорорганических отравляющих веществ - Би-би-си.). Еще были разработаны другие антидоты, более сильные. Они есть, они помогают, чтобы как бы прекратить, остановить действие этого отравляющего вещества. Но! Они не вылечивают человека.

Би-би-си: Есть ли шанс помочь тем людям, которые сейчас в больнице, а именно Сергею Скрипалю и его дочери Юлии?

В.М.: Помочь, чтобы человек не умер. Вот это только. Англичане, скорее всего, ввели, хоть и поздно, атропин или афин в вену и помогли [Скрипалю и его дочери]. Но они уже имеют необратимые повреждения, повреждения своего организма.

Би-би-си: Есть мнение, что "Новичок" может каким-то образом "проявиться" в организме даже через пять лет после того, как произошел контакт с ним. И особенно это касается тех людей, которые присутствовали там на месте, которые были в непосредственной близости - в ресторане, пабе, просто случайные прохожие. Как быть им? Им посоветовали просто постирать свою одежду - этого достаточно?

В.М.: Я думаю, что этого недостаточно. Надо было их исследовать обязательно в клинических условиях и держать там, наблюдать за ними. Увы, эти вещества имеют так называемое отложенное действие.

Это похоже на синдром ветеранов Персидского залива. Если вы помните, в Ираке, когда американские войска туда вторглись, они захватили склады с химическими боевыми отравляющими веществами и начали их варварски уничтожать. Просто подрывать. А при подрыве, увы, уничтожается не больше, чем половина этого отравляющего вещества, все остальное летит в воздух - смешиваясь, абсорбируясь с мелкими твердыми частицами, которые затем ветром переносились на расстояние.

А когда в 200 километрах или в 250, что ли, стояли войска американские, они, скорее всего, подверглись вот такой экспозиции, занесенной ветром. Они не были защищены, поскольку считалось, что раз такое расстояние, то это невозможно, такое никому в голову не пришло.

Но когда они возвратились уже после войны, у них начались проблемы со здоровьем. Американское правительство ни за что не хотело признать этот факт.

Когда я приехал сюда, у меня брали интервью, я подтвердил этот факт, как человек, проработавший в этой отрасли, что есть так называемое отложенное действие. Такие частицы могли сесть на кожу и потом потихонечку проникать и действие такое латентное произвести и необратимые повреждения, которые проявились, когда уже они приехали сюда.

Но со временем, когда мои интервью и другие, в конце концов, воздействовали на правительство Соединенных Штатов, оно, в конечном счете, согласилось выделить, по-моему, порядка 10 млрд долларов на лечение и содержание [бывших военных].

Так что не исключено, что в Англии то же самое может произойти с этими людьми, которые были вблизи или контактировали каким-то образом с этими предметами или с этими господами.

Би-би-си: Но вот им, если у них вдруг возникнут головные боли, конвульсии, сузятся зрачки, как вы говорили, что им делать в такой ситуации?

В.М.: Есть уже, я полагаю, какие-то разработанные методы лечения, хотя я очень пессимистически отношусь к этому.

Мой друг Андрей Железняков, который работал над бинарным вариантом этого "Новичка", поразился во время работы, у него начался миоз. И он так и сказал: "Ребята, я, кажется, попался". И ему ввели антидот и все прочее, но в конечном счете, когда они доехали до Таганки в Москве, он упал просто. И затем его увезли в институт Склифософского, годы и годы его пытались лечить (Железняков, перенесший отравление "Новичком" в 1987 году, стал инвалидом и умер в 1992 году - Би-би-си).

Но понимаете, нет таких методов лечения, ведь больше денег тратят всегда на разработку оружия, чем на лечение от воздействия этого оружия.

Би-би-си: Если говорить о тех мерах предосторожности, которые сейчас принимает британское правительство, предполагается, что нужно сжигать одежду. Насколько это хороший шаг?

В.М.: Это методы дегазации. Сжигание и в Соединенных Штатах, и в Англии, и в России разработано достаточно хорошо. И это не просто сжигание, когда ты сжигаешь и это летит в воздух. Нет, они проходят через соответствующие фильтры-нейтрализаторы сначала, которые препятствуют выходу возможной, все еще не дегазированной, неуничтоженной части отравляющего вещества.

Методы эти известны, они отработаны хорошо. Это подтвердили американцы, например, при уничтожении оружия из Сирии. Они привозили это оружие на корабли, где уничтожали до 30-40%, а потом вывозили на сжигание на какой-то атолл. Там есть специальная установка у них, с этими фильтрами, и там они доуничтожали.

Би-си-си: Когда вы создавали "Новичок" - это было партийное задание? Вы понимали, что это будет страшная история, какими будут последствия для людей?

В.М.: Я хочу сразу сказать, что я не химик-синтетик (специалист, который занимается химическим синтезом - Би-би-си). Я не создатель, я - участник создания этого оружия.

А создал его Петр Кирпичев, мой хороший приятель, со своей группой в нашем филиале в Шиханах (филиал Государственного научно-исследовательского института органической химии и технологии (ГНИИОХТ) "Шиханы" в Саратовской области- Би-би-си). И затем уже, когда это вещество было синтезировано, начались испытания. И вот в этих испытаниях участвовали мои аспиранты, а затем и я.

На самом конечном этапе испытания проходили в ГНИИОХТ в Москве, я был ответственным за все эти анализы, моя подпись была конечной. Таким образом, я участвовал.

Что касается того, почему мы это делали, - это тривиальная работа научных сотрудников института, который разрабатывает боевые отравляющие вещества. То есть цель - разработать наиболее сильные отравляющие вещества, как и все остальное оружие.

Для синтеза имелось тогда специальное правительственное постановление. Затем, когда вещество оказывается перспективным, тогда издается специальное постановление правительства, ЦК КПСС, для его продвижения в качестве вооружения.

Создание вооружения - это уже другой этап. Это называется превращение вещества в оружие. С "Новичком" испытания уже в виде вооружения были завершены в 1989 году на полигоне в Нукусе в Узбекистане. И он был принят в качестве вооружения Советской армии официально.

Би-би-си: То есть Михаил Горбачев, который в 1989 году был у власти, был в курсе и санкционировал все это?

В.М.: Абсолютно. У меня в книге есть все его подписанные постановления про продвижение этого "Новичка".

Би-би-си: Но были разговоры, что разработки были остановлены еще в 70-е.

В.М.: Нет, никто не останавливал, вы что! Ха, видите какая ситуация, СССР официально никогда не разрабатывал химическое оружие. И не испытывал. Это только наши враги делали это, а мы - если и занимались, то защитой, разработкой мер защиты.

Поэтому даже было парадоксальное продолжение: поскольку правительство не признавало, что мы разрабатываем [отравляющие вещества], то у нас не было и привилегий. Мы были как бы вне закона. Шахтеры, понимаете, получали эти свои привилегии, пенсии и все прочее. А мы, раз нет постановления, мы по закону не числились, а значит - были никем.

Би-би-си: А разработки все еще велись?

В.М.: Разработки велись - не только боевых отравляющих веществ, но и веществ, которые отравляют колодцы и все прочее. Их применяли в Афганистане.

Би-би-си: Против мирного населения?

В.М.: Колодцы - из них все пьют. Так что, что вам сказать?

Би-би-си: Почему это вещество назвали "Новичок"?

В.М.: Ну, видите, просто захотелось вот так. Это новое - "Новичок". Так же как была большая программа по постановлению ЦК КПСС и Совета министров по всем отравляющим веществам нервно-паралитического действия, которая называлась "Фолиант". Почему "Фолиант"? А кто его знает! "Фолиант, Ф"! И значит во всех документах, во всех наших отчетах мы писали: "Совсекретно, серия Ф, Фолиант".

Би-би-си: И "совсекретно, серия Н, Новичок"?

В.М.: Нет, он все-таки был "Фолиант". Здесь нет, вообще защищали "Новичок" всеми силами и никаких там послаблений или уловок не могло быть, чтобы отдельно выделить.

Это был заранее продуманный трюк с тем, чтобы обойти конвенцию - будущую конвенцию по запрету химического оружия. Советское правительство тогда вело политику: уничтожить все старое, потому что оно уже почти никуда не годится в виде боевого отравляющего вещества, а новое вот это - сохранить.

Би-би-си: Уничтожались ли запасы "Новичка", согласно вот этой конвенции?

В.М.: "Новичка" много запасов не было. Ну, наверное, было несколько тонн, может быть, порядка 10 тонн. Это производили в Шиханах и Волгограде. А так его уже тем более не производили, когда разработали метод получения в бинарном варианте. Он не требует таких мер предосторожности при хранении конечного продукта.

Би-би-си: Вы упомянули десять тонн - ими сколько людей можно отравить?

В.М.: Теоретически, это несколько миллионов. То есть, это довольно большие запасы. Это было сделано для того, чтобы заливать в ракеты, потому что уже начали заряжать ракеты среднего и дальнего действия.

Би-би-си: То есть, можно было зарядить ракету среднего и дальнего действия "Новичком"?

В.М.: Уже делали, были сведения.

Би-би-си: Куда же ими стреляли?

В.М.: Были сведения, что эти ракеты поместили в районе северо-запада Белоруссии. Когда уже заключили конвенцию, их обратно оттуда привезли и в течение двух лет подрывали все их запасы в Шиханах. Рядом там - на военном полигоне.

Би-би-си: Насколько страдали военные после таких взрывов?

В.М.: Это тайна, никто не знает. Военные никогда не скажут.

Би-би-си: Вы говорили, что проводили испытания еще в Советском Союзе. На ком вы их проводили?

В.М.: Животные. Никогда на людях. Животные - в первую очередь крысы, кролики, собаки. На открытых полигонах - в основном собаки.

Би-би-си:Хорошо, вот эти 10 тонн уничтожили, но стали работать с бинарным методом. Каким образом происходила разработка следующих версий? То есть, у нас вот есть два ингредиента, которые сами по себе безвредны, но если их определенным образом смешать, тогда получается "Новичок".

В.М.: Совершенно верно.

Би-би-си: Насколько возможно эти ингредиенты положить, например, в сумочку и переехать из одного города в другой? Или из одной страны в другую?

В.М.: Да, это, конечно, можно. Потому что они, конечно, опасны, но не настолько, как само конечное вещество. Как любое химическое вещество, его не рекомендуется делать и переносить в незащищенном виде, но можно это делать без особой опасности для здоровья человека. Так что в этом отношении бинарное оружие освобождает от необходимости хранения этого конечного продукта.

Со временем любое химическое вещество, тем более химически отравляющее вещество, теряет свою эффективность. Через 10-15 лет оно уже никуда не годится - то есть, как боевое отравляющее вещество, - но оно может еще поражать сколько угодно мирных людей. Его еще можно использовать. Но с изобретением бинарного варианта уже отпадает необходимость накапливать запасы конечного "Новичка".

Би-би-си: Можно ли его синтезировать не в России?

В.М.: Можно, но только высококвалифицированному научно-техническому персоналу, который уже имеет опыт - необязательно с "Новичком" - с боевыми отравляющими веществами. Этот опыт приходит к коллективам не за один или два года - за несколько десятилетий. Это называется школа, это институт со школой, опытом нескольких десятков лет. Такие центры способны на это. Самодеятельности здесь не может быть. Кто хочет себя угробить - тот может попытаться. Но конец может быть плачевным.

Би-би-си: Вы знаете возможности ваших коллег по всему миру в вашей сфере. Где, по вашему, могли синтезировать "Новичок"?

В.М.: Здесь, в Штатах.

Би-би-си: Где именно, как вы считаете?

В.М.: Ну, тут есть несколько этих центров. Скажем, в Эджвилле (штат Делавэр) могли это делать, почему бы нет. Там очень квалифицированные химики. Это запросто. Тем более, просочились сведения о принципиальной разнице между известным "Новичком" в скелете этой формулы. А потом, до меня - еще до моего приезда - еще приехало не менее пяти человек из ГНИИОХТ, которые знали эти секреты. Я никогда не говорил и не буду говорить, что они выдали их. Но вероятность всегда есть, поэтому о чем и речь. Они, американцы, тоже ведь заботятся о своей защите, об оружии. О престиже.

Где еще? В Китае, конечно. Там очень сильные химики.

Би-би-си: В России разрабатывали улучшенную формулу "Новичка"?

В.М.: Она [шла] постоянно, больше чем уверен, и сейчас происходит. Для чего же лаборатория ГНИИОХТ существует? Там идут исследования, они законные, они [проводятся] согласно конвенции.

Исследовательские работы не запрещены. Более того, до 120 килограммов отравляющего вещества можно получить на экспериментальной установке для испытаний. А 120 килограммов достаточно, чтобы убить порядка полумиллиона человек.

Би-би-си: МИД России говорит, что разработка "Новичка" началась около 50 лет назад и сейчас его формула известна чуть ли не каждому встречному-поперечному.

В.М.: Нет, это неправда. Эта формула никогда не была известной, пока я не опубликовал ее в моей книге в 2007 году. Никогда до того никакая газета или другой орган печати ее не публиковал, вы ее не найдете. Я это гарантирую.

Би-би-си: С 2007 года прошло больше 10 лет. За это время могли появиться ученые, которые могли правильно прочитать формулу. Можно ли создать это вещество где-то еще и, как вы думаете, почему британское правительство уверено в том, что это сделала именно Россия?

В.М.: Поскольку Россия и есть страна, которая его изобрела, имеет опыт, превратила его в вооружение, - это страна, которая полностью освоила цикл.

Если даже по моим формулам английские эксперты создали вещество и сняли спектры и все другие физико-химические константы, это же не говорит о том, что они прошли все этапы испытания и главный этап - создания оружия. На это надо тратить очень много средств, это не так просто. Это работа многих сотен людей, на это выделять надо деньги. На Западе деньги умеют считать и зря тратить не будут. Раз химическое отравляющее вещество, химическое оружие запрещено, то любой парламент откажет кому угодно в разработке, потому что это нарушение конвенции.

Би-би-си: Да, но с другой стороны вы сами упоминали, что советское правительство спонсировало разработку "Новичка", представляя его как оружие не поражения, а защиты.

В.М.: Тогда это была политика, и все это понимали, и тогда конвенции не было. Конвенция вообще запрещает вести тайную работу. А это открытая работа, к сожалению, конечно, инспекция на местах, которая предусмотрена конвенцией, так и не была реализована. Поскольку Соединенные Штаты не могли провести через конгресс вот этот пункт - гарантии. Это в случае прихода комиссии на завод какой-то, который потом скажет, что украли мои секреты, я потерял, скажем, 3 млрд долларов. Откуда брать эти деньги? Конгресс должен выделить эти деньги. Они подсчитали - порядка 50 миллиардов надо ежегодно. Ну уж на это они сказали: "Нет, на это мы не пойдем". Обойдемся, мол, без комиссии. Так и обходятся. И верим сейчас на слово.

Би-би-си: Если мы вернемся к бинарным веществам, давайте представим, что были созданы оба компонента для "Новичка". В чем их обычно хранят?

В.М.: Это все зависит от типа вооружения. Естественно, для межконтинентальных ракет должны быть большие цистерны. Меньшей дальности ракеты - цистерны меньше. Я опять-таки напомню, что такие мобильные типы вооружения мы не разрабатывали. Параллельно это разрабатывало КГБ, ФСБ.

Би-би-си: До сих пор разрабатывает?

В.М.: Я уверен, что до сих пор разрабатывают, а как же иначе? [...]

Понимаете, химики - они работали, но никогда не представляли, что химические наши вещества могут использовать для таких террористических целей. Хотя я всегда знал, что идет параллельная разработка оружия ФСБ.

В ФСБ есть очень хороший отдел физико-химических и других исследований, параллельно с нами [ГНИИОХТ] они работают. Эти ребята были аспирантами у моего друга, профессора Дрозда, я их знал, Ну, они ко мне тоже приходили, естественно. Я их работы кое-какие тоже знал. Они неплохие были химики. Когда имеется школа, она всегда проявляется, жива еще школа.

Би-би-си: Есть мужчина и женщина, против которых был направлен точечный маленький снаряд. Как и в чем в этом случае могут содержаться вещества, для того чтобы "Новичок" сработал? Это маленький патрон?

В.М.: Это маленький патрон, который вставляется, - это я уже фантазирую, - в наган, револьвер, в нем есть устройство, которое их [компоненты] разбивает, и идет реакция между ними. И потом выстреливает этим как бы разбавителем в виде бензина или диоксида углерода обычно из пульверизатора, [в виде] спрея. На таком принципе могло быть сделано такое оружие, очень просто.

Би-би-си: Насколько реально все синтезировать и свести в единый патрон, например, в гостиничном номере?

В.М.: Нет, это невозможно. Это невозможно, и это должен знать, конечно, человек, который этим занимается. Особых предосторожностей не требуется, потому что герметически заключенные вещества, скажем, в ампуле, не опасны.

Би-би-си: А их нужно для смешивания как-то взломать?

В.М.: Понимаете, механизм в этом устройстве выстрела, он имеется и от пружины может разбить оба флакона, оба патрона. Реакция идет в секунды. И затем выстреливает.

Би-би-си: Человек, который был исполнителем этого действия, он же должен быть первым, кто пострадает? Странно было бы, если бы он вышел на улицу в костюме химзащиты.

В.М.: Целиться надо в открытую часть [жертвы]. Конечно, тот, кто выстреливает, ставит себя под угрозу, но как говорится, на войне как на войне. Здесь нет гарантий. Когда ты стреляешь, то можешь сам себя поставить под угрозу. Химическое оружие - оно обоюдоострое. Вот скажем, когда применяли в массовом масштабе химическое оружие в Первую мировую войну, рассчитывали, что ветер идет в одном направлении - на противника, но вдруг ветер менялся, и сами войска, которые атаковали, уже становились жертвами. Так что тут никуда не денешься, химическое оружие в этом отношении очень сильно зависит от ветра, метеорологических условий.

Би-би-си: Давайте поставим вопрос таким образом: может ли быть еще один тайно пострадавший от химического оружия, от "Новичка"?

В.М.: Я думаю, это нельзя исключать. Когда мы поставим "Новичок" под международный контроль, то все, кто намеревается опять повторить эту атаку, теперь будет 100-процентная вероятность, что раскроется мгновенно, сразу же.

Надо, в первую очередь, ставить "Новичок" под международный контроль, включить его в список запрещенных веществ. Тогда можно разрабатывать методы контроля над этими компонентами, бинарными компонентами. Их тоже можно контролировать - на границе, на таможне. А так-то ведь, если мы не знаем этой формулы официально, мы не знаем бинарных компонентов. Без знания химических формул, без знания этих соответствующих спектров, масс-спектров или инфракрасных спектров бесполезно вести разговор, что мы защищаем население.

Как террорист любой, он должен разрабатывать, конечно, все варианты побега оттуда. Плюс, конечно, у него должен быть антидот. Если поймают кого-то с антидотом, это первый признак того, что он каким-то образом причастен или намеревается, по крайней мере, участвовать в таких делах. Если он никаким боком не касается химических исследований в этой области, то значит, первый подозреваемый.

Затем, конечно, он [исполнитель] должен был быть в перчатках и знать, как он стреляет. Он должен быть обучен. Он знал, наверное, какой там ветер или делал это в помещении. Обученный офицер останется невредимым.

Би-би-си: А необученный погибнет?

В.М.: Необученный - конечно. Если кому-то поручат, мол, пойди там, нажми на курок, около этого человека, он, естественно, погибнет вместе с ним.

Би-би-си: Те люди, которые сейчас работают на месте, в Британии, насколько они сами в опасности? Несмотря на то, что доза была не самой большой, я так понимаю, она оседает на разных предметах.

В.М.: Там на месте не должна быть такая большая концентрация, чтобы проникать через защитный слой костюмов. В этом смысле, химвойска - они защищены. Можно о них не беспокоиться.

Би-би-си: Если мы говорим о черном рынке подобных веществ - насколько он реалистичен? Если представить себе, что существует группа ученых, которая разрабатывает подобные вещества? Был, например, Аум Синрикё (запрещенная в России религиозная секта, устроившая зариновые атаки в метро Токио и префектуре Нагано).

В.М.: Аум Синрикё, конечно, не в домашних условиях это делали, у них было несколько химиков и инженеров, но у них не было опыта работы. Они, конечно, хорошие химики были, но опыта с зарином у них никакого не было - зеро. Поэтому они сделали, конечно, продукт, максимум с 7-процентным содержанием, а боевой зарин - это 95%. Но для массового убийства людей этого достаточно - даже 7%. Порядка двухсот с чем-то человек все-таки убили (В результате двух зариновых атак Аум Синрикё погибли 20 человек - Би-би-си).

Понимаете, нельзя путать боевое отравляющее вещество с просто отравляющим веществом. Потому что к боевому отравляющему веществу предъявляются требования по эффективности. А здесь против незащищенного человека даже однопроцентный раствор может быть полностью летальным.

Би-би-си: Американцы в 90-е копались на полигоне в районе Устюрта (использовался военными из расквартированных в Нукусе частей) - насколько реально, что они получили формулу "Новичка"?

В.М.: Реально это, это они могли, но не знаю, удалось ли. Возможно. Насколько я знаю, никаких сведений не было после этого. Последняя моя должность была - начальник отдела противодействия национальным техническим разведкам - с тем, чтобы препятствовать таким отборам проб. На этом полигоне тоже работала эта группа противодействия иностранным техническим разведкам.

Би-би-си: И что вы делали?

В.М.: Дегазировали, конечно. То есть, местность после этого дегазировали, чтобы не осталось следов от этого, скажем, "Новичка". Может быть, они могли и не взять пробы с содержанием, достаточным для идентификации.

Би-би-си: Очень многих смущает, что британцы настолько быстро сказали, что это "рука Москвы". Насколько реально установить, что это был "Новичок", а не что-нибудь другое?

В.М.: Когда вещество имеешь, каждое вещество, органическое и неорганическое, теперь сидят их масс-спектры в библиотеках компьютеров, которые соединены с масс-спектрометром. В библиотеке находятся масс-спектры всех известных соединений. Это сотни, тысячи, а то и миллионы соединений с вот такими характеристиками. Когда анализируют любое вещество, то компьютер сразу сравнивает данные с библиотечными. И в течение нескольких секунд дает результат. Совпадает, допустим, в 95% - значит, ясное дело, это и есть вещество. Тут ошибки не может быть.

"Новичок" - есть монополия России. Только из России вещество могло прийти. Если англичане синтезировали, то только достаточно для того, чтобы получить спектр. Если уж они заявили, что это был "Новичок" - то это "Новичок". Поскольку англичане никогда не имели этого вещества, а если и имели, то только после того, как я опубликовал [формулу] в книге, и получили достаточное количество только для того, чтобы снимать физико-химические константы и масс-спектры этого.

А в больших масштабах чтобы получать, нужно тратить большие средства и нанимать большой персонал. Это же просто так на Западе деньги не берутся, они идут через бюджет, который утверждается законодательным собранием, парламентом. Военный бюджет по всем отраслям - он открытый, как в Соединенных Штатах, так и в Англии.

Би-би-си: Если говорить о воздействии "Новичка" на Сергея Скрипаля и его дочь Юлию - они всегда будут прикованы к постели?

В.М.: Нет, может быть, даже будут ходить, вот как мой друг, Андрей Железняков. Он во время еды просто задохнулся.

Би-би-си: То есть, была нарушена глотательная функция?

В.М.: Да, да. Просто задохнулся, никто не знает, от чего он так. Потому что ослаблены эти связи, это управление центральной нервной системой нашей функциональной. Поэтому есть очень большая вероятность, что то же самое может происходить и с ними.

Би-би-си: Вы ранее говорили, что Москва рассчитывала на то, что следы "Новичка" никогда не найдут, - что вы имели в виду?

В.М.: Очень строго они хранили эти секреты, и нигде эти секреты не просочились, поэтому они были уверены, что раз они не просочились и они применят это, то никто не идентифицирует, потому что для идентификации нужно иметь именно это вещество, спектр этого вещества в библиотеке компьютера.

Би-би-си: Формула перестала быть секретом в 2007 году, этого времени достаточно, чтобы получить спектр.

В.М.: [...] Это уже гордыня - мы все умеем, а остальные - нет.

Би-би-си: Почему вы опубликовали формулу тогда, в 2007 году?

В.М.: От отчаяния.

Би-би-си: Почему?

В.М.: Потому что я с 1992 года борюсь, чтобы "Новичок" стал достоянием международной общественности. С тем чтобы его контролировать, включить в международную конвенцию, но этого никто не хотел сделать и на Западе. Это была лицемерная политика западных стран. Теперь они, по-моему, увидели, какие последствия от такой политики игнорирования.

Я подумал, что если я опубликую, то заинтересуются такие страны, как Германия, Франция, Англия, Япония, Китай, и они включат его в список. И действительно, с тех пор, как Ассанж опубликовал в WikiLeaks очерк, который касается моей книги... Он пишет, что после выхода моей книги было заседание в Гааге органа по соблюдению конвенции. Американский делегат сказал, что надо игнорировать книгу Мирзаянова, он так точно сказал, вы можете это прочитать.

Я поместил в "Фейсбуке" отрывок из этого ассанжевского WikiLeaks. Проигнорировали. Мало того, когда вышла моя книга, должна была выйти, в Вашингтоне было созвано совещание, где участвовали ФБР, ЦРУ и соответствующие эксперты, которые пришли к заключению, что нужно выкупить весь тираж и сжечь. И позвонили издателю. Издатель сказал, что согласен, но, к сожалению, его жена уже выкупила 300 экземпляров, вы опоздали. Моя жена - довольно практичная женщина, она предвидела.

Я эту историю передаю в таком виде, как я слышал на конференции в Орландо в 2007 году по химическому разоружению. Там много участвовало и американских военных, и из других стран, из Италии, Германии и всех прочих. Я привез туда 120 экземпляров моей книги - за час они разошлись. Главным образом покупали американские военные, они говорили: "Спасибо, что ты продаешь, потому что мы были вынуждены снимать ксерокопии, нам нельзя их покупать, деньги не выделяют на это дело".

Один военный подошел и сказал: "Мирзаянов, вы все правильно сделали, а вы знаете, что могло случиться с вашей книгой?" И рассказал мне эту историю по секрету. Начальник службы химической безопасности города Нью-Йорк, противопожарной службы, он меня очень благодарил, потому что с этого момента они, по крайней мере, могут работать над разработкой антидота.

Би-би-си: Чего вы сейчас пытаетесь добиться?

В.М.: В первую очередь, чтобы, по крайней мере, Тереза Мэй инициировала включение "Новичка" в список запрещенных химических отравляющих веществ настоящей конвенции. Вот это моя просьба к ней. И вообще, к правительству России. Если она предложит - мы посмотрим на реакцию Путина. Но она, скорее всего, будет отрицательной, потому что он скажет: "Давайте включим и разработки Англии и Соединенных Штатов". Хотя он не имеет, возможно, никакого представления о них. То есть, он будет просить то, чего он не знает. А в этом случае мы имеем дело с "Новичком", который был использован для террора, террористического акта,

Би-би-си: Если говорить о вашем отъезде из России - вы знали очень много о секретных веществах. Как вас выпустили?

В.М.: Я прошел, после того как мое дело прекратили постановлением генерального прокурора. Дело прекратили за неимением улик. Меня дважды арестовывали, было следствие после публикации статьи о "Новичке" в "Московских новостях" в 1992 году. После того как я все это прошел, меня пригласили на конференции в Америке, Германии, во Франции. И я просил заграничный паспорт. Но мне его не давали. И когда была комиссия, межведомственная комиссия при министерстве иностранных дел во главе с Лавровым...

Би-би-си: Сергеем Лавровым? Который сейчас возглавляет министерство иностранных дел России?

В.М.: Совершенно верно. Правда, на заседании, где рассматривали мое заявление, его не было, но все это дело он организовал. И тогда в мою защиту выступил очень хорошо Сергей Ковалев, и сказал он буквально: "Какой может быть Мирзаянов носитель секретов, которые теперь запрещены? Нет химического оружия, химическое оружие под запретом, под контролем, что ж его держать в узде?"

И тогда комиссия проголосовала с перевесом в один голос - выдать мне иностранный паспорт. И после этого дорога была открыта для выезда в Соединенные Штаты в 1995 году на конференцию AAAS - American Association for the Advancement of Science, эта конференция была в Атланте. Это очень торжественное мероприятие, меня там встречали. Нью-Йоркская академия наук, торжественный прием. Организовал его покойный лауреат Нобелевской премии Ледерберг (американский генетик и биохимик Джошуа Ледерберг - Би-би-си). На этом приеме присутствовал уже Лавров.

Би-би-си: И как происходило дальше ваше взаимодействие? Вы как-то здоровались? Разговаривали?

В.М.: Нет, он не подходил ко мне, я тоже к нему не подходил. Я Лаврова в лицо не знал, но мне сказали, что это Лавров. Он сидел в стороне, молчал, с каменным лицом. Я помню, когда я выступал, он еще был, а потом ушел.

Би-би-си: Были ли какие-то специальные инструкции? Приходили ли к вам люди с американской стороны, чтобы поинтересоваться, как выглядит "Новичок"?

В.М.: Да, конечно, инструкций со стороны русских не было, потому что когда меня увольняли, еще в 1991-м - начале 1992 года, пришли чекисты, чтобы подписать обязательство о неразглашении государственных тайн. Потому что оказалось, что мои обязательства уже давно исчерпаны, срок прошел, они позабыли обновить, вот, мол, подпиши. Я наотрез отказался. Я сказал, что не буду подписывать. Я сказал, что я свободен теперь от всех ваших обязательств. И когда я приехал в Штаты, я не скрою, меня просили об этих вещах, я отказался. Я сказал, что не буду этого делать. Потому что есть у меня родственники в России и везде, я не могу поставить их под опасность и я на это дело не пойду. Я так объяснил.

Было много попыток, я отказался. И наконец, когда я собрался опубликовать книги, я советовался с теми, кто со мной сотрудничал, меня знакомили с сенаторами и конгрессменами, и затем Эми Смитсон (американская ученая в сфере биологического и химического оружия, неоднократно выступавшая в конгрессе США, посетила более 20 биотехнологических лабораторий в Советском Союзе, активно помогала советским ученым находить работу в частном секторе западных компаний - Би-би-си) активно возражала, чтобы я публиковал формулу. Под предлогом, что ее якобы могут использовать террористы. Для меня, и для опытного химика, это смешно. Я-то знаю лучше - никакой террорист на это дело не пойдет, потому что он сам себя и убьет. И у них [террористов] нет такого уровня ученых, как в России, как в Соединенных Штатах. Поэтому террористы не могут этого сделать и никакой опасности нету. Даже попыток нету. Вот зарин синтезировали с 7-процентным выходом - это смешно. А других побуждений и попыток не было.

Би-би-си:А можно было как-то украсть материалы из лаборатории? В обход контроля?

В.М.: Нет, исключено. Он был очень строгим, но всегда были нюансы, особенно для сотрудников. Если вы работали в ГНИИОХТ, всегда была возможность украсть их. Это как раз то, что случилось при отравлении Кивелиди, помните? Для его убийства было использовано вещество-33, так, по крайней мере, говорилось в то время, дескать использовался "Новичок". В то время они говорили о том, что некий ученый из ГНИИОХТ принес образец вещества-33 и оно было нанесено на телефонную трубку. Когда я узнал об этом, у меня был шок.

Я знал Игоря Ринка, это был очень хороший человек, старший научный сотрудник, я не знаю о его дальнейшей судьбе.

Как бы там ни было, все вещества в ГНИИОХТ и его филиалах находятся под строгим контролем. Таким образом, если нужно, скажем, пять граммов какого-то ингредиента, их можно получить только на складе. Когда вы с ними работаете, нужно указать, сколько было взято, для чего использовано. Когда работа окончена, контейнер относится обратно в хранилище. Время от времени ревизоры приходят и проверяют, как использовались те или иные вещества - сколько было потрачено на эксперименты, сколько осталось. Они смотрят на баланс, но практически никогда не присутствуют при взвешивании.

Теперь представьте: я взял один или три грамма "Новичка", отправил его в ампулу, а вместо него вернул совершенно нейтральное вещество, для контролеров - это один и тот же вес. По весу все сходится, а то, что я положил в свой карман и ушел из ГНИИОХТа... И он, Ринк, скорее всего, сделал именно так.

Би-би-си: То есть, вероятность того, что вещество было украдено из ГНИИОХТ, достаточно высока?

В.М.: Я же говорил уже давно: нужен контроль формулы, иначе это будет работать только с честными людьми!

Би-би-си:Как думаете, а черный рынок существует?

В.М.: Сейчас ничего нельзя сказать наверняка, но это очень опасно. Это все равно, что покупать смерть, от этого можно умереть. Опытная профессура и инженеры, которые работают в этой сфере, не будут этим заниматься, это слишком опасно. Хранить опасно, и шанс того, что можно погибнуть самому и отравить себя, очень высок.

Би-би-си: Как считаете, а в 90-е можно было украсть "Новичок" - во время того хаоса, который царил в стране?

В.М.: То, что нам продемонстрировала история с Ринком, это действительно было возможным.

Би-би-си:А как насчет того, чтобы хранить его где-то в течение 30 лет?

В.М.: Как показывает практика, да, можно было. Взять и спрятать где-то в гараже. Если вы возьмете контейнер, наполните его активированным углем, запечатаете - вообще без проблем.

Би-би-си:А как насчет того, чтобы заложить его в патрон?

В.М.: О, это другая история. Все манипуляции с этим веществом предполагают высококвалифицированный персонал. Если Ринк мог взять образцы, то сделать из них оружие - это невозможно, даже он не мог этого сделать, потому что он не специалист по оружию.

Великобритания. Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Армия, полиция > bbc.com, 16 марта 2018 > № 2531268 Вил Мирзаянов


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 марта 2018 > № 2536438 Борис Джонсон

Британии надо вместе с союзниками выступить против России

Борис Джонсон, The Washington Post, США

У нас в Британии есть традиция, в соответствии с которой любой поселок с собором становится городом. Солсбери стал городом почти 800 лет назад благодаря своему величественному кафедральному собору, который возвышается над его улицами.

Поэтому вы можете себе представить чувства отвращения и даже негодования британцев из-за того, что в этом спокойном средневековом городе впервые со времен Второй мировой войны в Европе было применено нервно-паралитическое отравляющее вещество.

В момент, когда я пишу эти строки, главные пострадавшие Сергей Скрипаль и его дочь Юлия находятся в критическом состоянии. В госпитале также находится пришедший им на помощь полицейский. Примерно 30 жителям города потребовалась медицинская помощь просто из-за того, что они оказались поблизости от места применения этого вещества.

Лишь по счастливой случайности в тот день не пострадало больше людей. Исполнителям явно было безразлично, сколько еще невинных людей окажется под угрозой. Меня больше всего поражает то высокомерное равнодушие и вопиющая наглость, с которой было осуществлено это нападение.

Наши эксперты выяснили, что 4 марта в Солсбери было применено отравляющее вещество нервно-паралитического действия четвертого поколения под названием «Новичок», которое нарушает работу центральной нервной системы и вызывает медленную смерть.

Российские ученые разрабатывали вещество «Новичок», начиная с 1970-х годов. Сегодня только Россия совершает убийства по заказу государства, и только у нее есть мотив для убийства Сергея Скрипаля и для хранения запасов «Новичка».

В понедельник я вызвал российского посла и дал его правительству 36 часов на то, чтобы проинформировать нас, не пропала ли часть этого отравляющего вещества из его арсеналов.

Я вынужден с прискорбием сообщить, что все сроки прошли, а ответа из Кремля нет. Британское правительство сделало единственно приемлемый в такой ситуации вывод: что российское государство покушалось на убийство в британском городе, и в этих целях задействовало смертоносное отравляющее вещество нервно-паралитического действия, которое запрещено в соответствии с Конвенцией по химическому оружию.

В среду премьер-министр Тереза Мэй объявила о самом масштабном за последние 30 с лишним лет выдворении из Британии российских дипломатов в количестве 23 человек, которые были опознаны как тайные сотрудники разведки. Правительство примет целый ряд мер по защите Британии от враждебных государств и уничтожит российскую шпионскую сеть в нашей стране.

Но это дело выходит далеко за рамки двустороннего спора. Если российское государство готово использовать запрещенное оружие в британском городе, что сравнимо с незаконным применением силы против Соединенного Королевства, то Кремль явно намерен действовать, как ему заблагорассудится. Мрачная правда состоит в том, что произошедшее в Солсбери может случиться где угодно.

Я могу истолковать этот инцидент только как пример безрассудного поведения президента Владимира Путина. Та общая нить, которая связывает отравление в Солсбери с аннексией Крыма, кибератаками на Украине, хакерскими взломами в немецком парламенте и российским вмешательством в иностранные выборы, представляет собой безответственное и демонстративное нарушение Кремлем важнейших международных правил.

Наиболее показательно то, что Россия прилагает колоссальные усилия, чтобы скрыть применение химического оружия режимом Асада в Сирии. В октябре международное следствие сделало вывод о том, что войска Башара аль-Асада использовали нервно-паралитический газ зарин в городе Хан-Шейхун в апреле 2017 года.

Но вместо того, чтобы осудить Асада, Россия занялась его укрывательством, наложив вето на продление международного расследования, и по сути дела, закрыла его.

Государству гораздо легче применять химическое оружие, когда его правительство мирится с его использованием другими странами и даже покрывает их. Я бы провел связь между попустительством Путина зверствам Асада в Сирии и очевидной готовностью российского государства использовать химическое оружие на британской земле.

Для выбора «Новичка» были веские основания. Это нервно-паралитическое вещество в наглой российской манере подает сигнал всем тем, кто может задуматься об инакомыслии в условиях усиливающихся репрессий в путинской России. Сигнал понятен: мы найдем вас, мы поймаем вас, мы убьем вас. И хотя мы с презрительной усмешкой будем все отрицать, мир, несомненно, поймет, что это сделала Россия.

Будучи постоянным членом Совета Безопасности ООН, Россия несет особую ответственность за соблюдение правил международного кодекса поведения. А когда она поступает вопреки этим правилам и попирает их, Кремль создает угрозу самой архитектуре международной безопасности.

Все ответственные страны обязаны занять принципиальную позицию и выступить против такого поведения. Объявленные премьер-министром контрмеры связаны не только с атакой в Солсбери. Британия стремится отстаивать те правила, на которых зиждется безопасность каждой страны. Я надеюсь и верю, что наши друзья выступят вместе с нами.

Борис Джонсон — министр иностранных дел Британии.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 марта 2018 > № 2536438 Борис Джонсон


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 марта 2018 > № 2536431 Леонид Бершидский

Путин пока не боится, а зря

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Незамедлительный ответ британского премьер-министра Терезы Мэй на попытку отравления российского двойного агента Сергея Скрипаля в Солсбери не впечатлит никого в Кремле. Однако Мэй изложила многообещающую линию нападения на режим Владимира Путина, рассказав о международных усилиях, призванных наказать Россию за имеющийся у нее тайный арсенал химического оружия.

Мэй объявила о выдворении 23 российских дипломатов, «опознанных как тайные офицеры разведки». Это самая крупная высылка с 1971 года, когда Британию пришлось покинуть 90 россиянам. Но Кремль был готов к этому символическому в основном шагу, и уже в ближайшее время может объявить о симметричном ответе. Это повлечет за собой лишь возможное сокращение туристических и пассажирских потоков между Россией и Соединенным Королевством, как это было в прошлом году после взаимной высылки россиян и американцев.

Никто в Москве не будет лить слез и из-за другого заявления Мэй: о разрыве отношений на высоком уровне между двумя странами. Как саркастически написал в среду в Твиттере лидер российской оппозиции Алексей Навальный, «члены британской королевской семьи не приедут на открытие чемпионата мира по футболу. Путин плачет от горя и прекращает убивать людей».

Позже Навальный удалил этот твит и еще один, где говорится, что хотя 23 российских дипломата будут высланы, 23 российских олигарха «станут по-прежнему наслаждаться жизнью в Лондоне». Возможно, он решил, что слишком резко выразился по поводу Мэй. Но придумать ответ на отравление Скрипаля — это нелегкая задача. Более суровое наказание, чем санкции против России за вторжение в Крым, вряд ли будут оправданными. Но если Британия сейчас даст такой же слабый ответ, как и после убийства на ее территории другого русского Александра Литвиненко, то это вызовет политические неприятности. В этом смысле выдворение дипломатов стало правильным сигналом, ведь после случая с Литвиненко Лондон выслал только четверых россиян.

Мэй никак не может объявить самую эффективную и симметричную меру устрашения в ответ на жестокие действия России, какой является проведение аналогичной операции на российской территории. Ей приходится обходиться завуалированными угрозами. «Конечно, есть и другие меры, которые мы готовы применить в любой момент, если столкнемся с дальнейшими провокациями со стороны России», — сказала она. Это может быть все, что угодно, начиная с кибератак и кончая операциями спецслужб. Но Кремль в любом случае ждет этого, ведь российское руководство уже долгие годы страдает от паранойи по поводу западного вмешательства. Для него это в порядке вещей, как со Скрипалем, так и без него.

Несмотря на шумные угрозы применить меры в отношении российских состояний сомнительного происхождения в Британии и против враждебно настроенных россиян в целом, у Лондона по всей видимости нет плана масштабных репрессий против российских денег, циркулирующих по лондонской кровеносной системе. «Но тем, кто хочет причинить нам вред, я скажу просто: вам здесь не рады», — сказала Мэй. Это столь же эффективно, как и те объявления, которые я видел несколько лет назад в Стратфорде-апон-Эйвоне, где говорилось, что нельзя кормить канадских гусей, потому что им здесь не рады (в отличие от местных лебедей). Гусям на это было наплевать.

Мэй также ничего не сказала об экономических санкциях против России, скажем, об ограничении импорта энергоресурсов из этой страны (Британия в последнее время в больших количествах покупает российский сжиженный газ), или об отключении России от платежной системы SWIFT, через которую осуществляются переводы денег. Такие меры нанесут ущерб самой Британии, и против них выступят другие европейские страны, не желающие нести новые экономические убытки из-за санкций против Путина.

Но было бы неверно с пренебрежением относиться к ответным мерам, называя их слабыми и неэффективными. НАТО в среду выступила с заявлением по поводу атаки на Скрипаля и его дочь Юлию, назвав ее «первым случаем агрессивного применения нервно-паралитического отравляющего вещества на территории альянса с момента его создания». Наверное, этого недостаточно, чтобы ввести в действие положение статьи 5 устава НАТО о совместной обороне, как это было после терактов 11 сентября. Но это начало того, что может вылиться в самое мощное наступление на международное положение и авторитет России после захвата Путиным Крыма.

Западные страны, и в частности США, уже осудили Путина за то, что он не выполнил свое обещание помочь в уничтожении запасов химического оружия, имеющихся у режима президента Асада. Асада в последние годы неоднократно обвиняли в осуществлении химических нападений, а Россию на различных форумах называли его сообщницей. Теперь России могут предъявить требование раскрыть информацию о том химическом оружии, которое она очевидно хранит сама. Об этом еще в начале 1990-х годов предупреждал разоблачитель Вил Мирзаянов, рассказавший о программе бинарного химического оружия «Новичок».

Мирзаянов в своей книге «Государственные секреты» написал, что семейство нервно-паралитических отравляющих веществ «Новичок» разрабатывали с тем, чтобы не было никаких нарушений договоров об уничтожении химического оружия. Его основой является обычный пестицид, который превращается в смертельный яд только тогда, когда вступает в реакцию с другим веществом. Теперь, когда отравляющее вещество «Новичок» применили для отравления Скрипаля, Россия подвергнется мощному давлению, и от нее будут требовать раскрыть данные о своем арсенале.

Официальная Москва наверняка будет утверждать, что последнее химическое оружие она уничтожила в прошлом году. Она может также воспользоваться тактикой, разработанной в Сирии, заявив, что это была операция под чужим флагом (не исключено, что она обвинит Украину, о чем уже заговорили некоторые комментаторы на российском государственном телевидении). Но такая линия защиты будет все менее убедительной по мере продвижения британского расследования, особенно если следователи с большой долей вероятности установят, что «Новичок» мог быть применен только теми людьми, которые связаны с российским государством. Ни одна страна не станет смотреть сквозь пальцы на применение химического оружия, каковы бы ни были экономические последствия жесткого санкционного режима.

Наверное, путинский Кремль проигнорирует первые предупреждения и будет продолжать свою рискованную политику. Но он быстро поймет, что это ошибка, если миру будут предъявлены доказательства применения российского химического оружия на чужой территории.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании Bloomberg LP и ее владельцев.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 марта 2018 > № 2536431 Леонид Бершидский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter