Всего новостей: 2631825, выбрано 261 за 0.259 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Великобритании: Налбандян Зураб (23)Скосырев Владимир (8)Минеев Александр (7)Брэнсон Ричард (6)Лукьянов Федор (6)Фаворов Петр (6)Кэмерон Дэвид (6)Яковенко Александр (5)Джонсон Борис (5)Аничкин Александр (5)Кругман Пол (4)Кокшаров Александр (4)Латынина Юлия (4)Польяни Массимилиано (4)Ананьева Елена (4)Тэтчер Маргарет (3)Швыдкой Михаил (3)Сорио Паскаль (3)Стуруа Мэлор (3)Чиркова Елена (3) далее...по алфавиту
Россия. Великобритания. СЗФО > Образование, наука > regnum.ru, 17 октября 2018 > № 2762122 Владимир Литвиненко

«Госрегулирование вузов должно быть рыночным»

А политика Рособрнадзора — внятной

На протяжении всего лета высшую школу России сотрясали скандалы, связанные с существующими оценками качества образования. Например, руководители 50-ти крупнейших российских университетов обратились к президенту РФ Владимиру Путину с предложением упразднить действующую систему госаккредитации как «устаревшую». После начала учебного года дискуссия обострилась. Дело дошло до того, что некоторые вузы начали планировать полный отказ от традиционных лекций и замену их онлайн-курсами. 10 октября состоялось первое заседание рабочей группы по разработке новой системы госаккредитации и лицензирования высших учебных заведений. С этими вопросами журналисты обратились к ректору Санкт-Петербургского Горного университета Владимиру Литвиненко (вуз под его руководством занял 16-е, самое высокое в стране место в предметном рейтинге агентства Quacquarelli Symonds (QS, Великобритания)).

Сегодня практически каждый день политики или учёные высказываются о необходимости усовершенствовать процедуру аккредитации высших учебных заведений России, особенно технических. Это действительно позволит отечественной высшей школе выйти на новый уровень или станет очередным популистским шагом, который ничего не изменит, по крайней мере, в лучшую сторону?

Для повышения качества высшего инженерного образования в стране сегодня, как никогда требуется совершенствование государственного регулирования процесса подготовки кадров. Наша экономика развивается, прежде всего, за счет разработки и внедрения наукоемких технологий, что требует радикального повышения уровня выпускников. Они должны не просто владеть знаниями, позволяющими решать сложные инженерные задачи, но и обладать комплексом дополнительных компетенций и навыков.

Публичные компании ведущих стран мира активно переходят на следующую кадровую систему: бакалавры после окончания вуза работают на предприятии 3 года в качестве стажера, а магистры и специалисты — 2 года. Далее следует процедура аттестации тех и других экспертами профессионального сообщества на звание «Профессиональный инженер». Активно меняется и система предоставления права заниматься проектированием, экспертизой, выполнением других работ по всей технологической цепочке производства. Усиливается персональная ответственность исполнителей. Право на ведение этих работ и персональная ответственность возлагается на физических лиц, имеющих профессиональный статус «Привилегированный инженер», который также присваивается экспертами профессионального сообщества.

Главная задача технических университетов — обеспечить выпускника комплексом знаний и навыков в рамках государственных образовательных стандартов. А задача профессиональных сообществ — получение выпускниками университета практических навыков в период работы на производстве в качестве специалистов-стажеров и дальнейшая сдача ими экзамена для аккредитации на звание «Профессиональный инженер» экспертному совету при профессиональном сообществе производителей.

Проблемы быстрой адаптации инженера — выпускника университета к требованиям рынка не могут быть решены без совершенствования государственного регулирования процесса высшего образования.

У представителей высшей школы довольно много претензий к Рособрнадзору. Он вообще нужен?

Сегодня Министерство науки и высшего образования и Рособрнадзор — две самостоятельные федеральные структуры. Если Рособрнадзор будет заниматься только аккредитацией образовательных программ, то это — одна ситуация. Но если он будет наделен комплексом других обязанностей, связанных с регулированием деятельности университетов, и контролировать исполнение ими своих обязательств, то проблема аккредитации будет явно не главной.

Его работа должна быть построена на иных принципах, это ясно из опыта ведущих стран мира. Требования к образовательным программам, то есть образовательные стандарты по специальностям должны быть гибкими и отвечать минимальным пороговым показателям. Существующие профессиональные образовательные стандарты требуют серьёзного пересмотра, а ведь многие направления их вообще не имеют. Ещё раз — минимальные стандарт — это и есть минимальный порог требований, который должен соблюдать университет любой категории.

Сама аккредитация должна быть организована так, чтобы человеческий фактор был минимизирован, а требования к университету имели четко прописанные цифровые индикаторы. В вопросах качества учебных программ вектор персональной ответственности должен быть смещён в сторону вузов. Целесообразно создать при федеральной структуре (скорее всего, Минобрнауки) государственный совет, где обсуждались бы стандарты образовательных программ. В него могли бы войти представители вузовской общественности и работодателей. Основная функция этих экспертов, знающих и образовательную систему, и производство, — оценка стандартов, разработанных профессиональным сообществом, их оперативная коррекция и контроль соблюдения. И было бы хорошо, чтобы эта работа проходила без излишнего широкомасштабного «пиара».

Вузы страны могут быть разделены по качеству образовательных услуг на три группы внутри профессионального сообщества университетов, имеющих одинаковый профиль подготовки: ведущие, первого и второго уровней. Университеты второго уровня могут вести подготовку по образовательным программам, отвечающим установленным государством минимальным пороговым требованиям. Вузы первого уровня, и, тем более, ведущие (особенно те, которые признаны лидерами на основании оценки международных рейтинговых агентств) должны разрабатывать образовательные программы, качество которых выше минимальных пороговых требований. Создавать условия для реализации унифицированных учебных планов, программ подготовки и повышения квалификации инженеров, как на государственном, так и на межгосударственном уровне. Образовательный цикл подготовки специалистов ведущих университетов должен отвечать современным вызовам и тенденциям отрасли.

Существует мнение, что аккредитация образовательных программ сегодня проводится слишком формально…

Мы сегодня не можем оценить качество выпускника в связи с отсутствием конкретных индикаторов. И одна из причин такого положения дел — значительная формализация требований при аккредитационной экспертизе образовательных программ. Негативное влияние оказывают и существующий подход к экспертизе, когда проверяется процесс подготовки выпускника без оценки конечного результата, и отсутствие единых требований к информационно-образовательной среде вуза.

Образовательные программы, как я уже говорил, должны включать такой раздел как обязательные минимальные пороговые требования. Процедура аккредитации должна практически исключать человеческий фактор и проводиться на основе цифровых индикаторов в рамках системного контроля деятельности университета со стороны Министерства науки и высшего образования или Рособрнадзора, которые используют полномочия, предусмотренные законом «Об образовании».

Сегодня всё больше и больше экспертов критикуют так называемый Болонский процесс, то есть переход на двухуровневую систему подготовки специалистов — бакалавриат и магистратуру. Вопросы по поводу её эффективности появились даже у профессоров из Европы. Они говорят о том, что она хороша для гуманитариев, но совершенно не подходит для технических вузов, которые должны готовить квалифицированных инженеров. Необходимо ли сделать одним из обязательных условий грядущих реформ отечественной высшей школы восстановление специалитета?

Это одна из первоочередных проблем, требующих решения на уровне правительства и Минобрнауки. Действительно, ведущие высшие школы мира сегодня высказываются за переход технических университетов с двухуровневой системы подготовки обратно на специалитет, а классических — на гибкую двухуровневую. Мы — государство, экономика которого существенно отличается от моделей, построенных в странах с постиндустриальной экономикой. Нашим компаниям необходимы инженеры, которые владеют не только теоретическими знаниями и практическими навыками по своей специальности, но и экономикой всей технологической цепочки производства.

А пока возвращения специалитета не произошло, необходимо изменить закон «Об образовании» в части соблюдения профильности подготовки при поступлении в магистратуру после окончания бакалавриата. Отсутствие данного условия позволяет поступать на технические направления лицам, закончившим бакалавриат гуманитарного и естественно-научного профиля.

У высшей школы в любой стране мира всегда есть проблемы. И понятно, что её реформирование носит перманентный характер. Но невозможно решить всё сразу. Какие ещё задачи с Вашей точки зрения сегодня должны составлять оперативную повестку дня для Министерства образования?

Например, финансирование научно-исследовательских работ в вузах. Оно, безусловно, требует совершенствования, поскольку существующее положение дел не позволяет использовать все потенциальные возможности университетов. Инженерное образование без научного обеспечения учебного процесса невозможно! Но использование дорогостоящих лабораторий двойного назначения и в учебном, и научном процессе требует привлечения квалифицированных специалистов. А деньги на эти цели сократились до того, что и прибористов не прокормить.

Есть и другие проблемы. Например, Минобрнауки России перестало требовать от высших учебных заведений обоснования заявляемых цифр приема в вузы и учитывать при их формировании такие показатели, как статус университета, уровень его материальной базы, качественный состав профессорско-преподавательского состава и другие факторы. Тот же объём поступивших в вузы заявок от компаний с государственным участием, субъектов федерации, муниципальных органов.

Далее — аспирантура. Обучение там должно завершаться не выпускной квалификационной работой, а защитой диссертации. Действующий в настоящее время порядок — защита выпускной квалификационной работы, а не кандидатской диссертации, резко сократил подготовку кадров высшей квалификации — кандидатов наук. Материальное положение аспиранта должно быть на уровне не ниже средней зарплаты по региону. Это ведь лучший выпускник, надежда науки и будущий преподаватель университета.

И последнее. Согласно профессиональному стандарту, утвержденному приказом Министерства труда и социальной защиты РФ (приказ от 08.09.2015 № 608н, вводимый в действие с 01.01.2019 года — прим. ред.), профессор в части учебной работы может выполнять только руководство аспирантами. У него отсутствуют такие функции, как чтение лекций для подготовки бакалавров, специалистов, магистров, руководство выпускными квалификационными работами и другие. Для ассистентов (кандидатов наук) не предусмотрено ведение практических занятий для подготовки специалистов (разрешено — только для подготовки бакалавров). Возникает вопрос: какой в этом смысл?

Целый ряд замечаний есть к требованиям по образованию, опыту и стажу практической работы.

Вы сказали о том, что все высшие учебные заведения страны могут быть поделены на три группы. Не станет ли подобная схема приговором для вузов из третьей «корзины»?

Университеты России на государственном и межгосударственном уровне контрастно отличаются по качеству подготовки кадров. В связи с этим давно требуется их государственное ранжирование. Но оно должно проводиться в два этапа. На первом необходимо из вузов, имеющий одинаковый профиль, сформировать консорциумы профильных высших учебных заведений. Их будет порядка двадцати. На втором — ранжировать университеты на основе цифровых индикаторов их деятельности.

Эти индикаторы, разработкой которых надлежит заниматься Министерству совместно с университетским сообществом, должны учитывать показатели международных рейтингов, образовательную деятельность, кадровый потенциал преподавателей, научный потенциал, международную активность, уровень материальной базы, финансовые показатели. Такие стандарты используют многие страны мира при определении перечня ведущих вузов своих стран.

Индикаторы, если они профессионально подготовлены и четко определены цифровыми показателями по каждой категории университетов, — это рыночный государственный механизм. Такой подход — путь к развитию конкуренции, росту качества, выходу на международный уровень. Мы должны создавать современную среду в университете для учебной и научной деятельности. Такой подход, по моему мнению, может превратить каждое высшее учебное заведение в реальный центр интеграции школьного, довузовского и вузовского образования!

Мы должны понимать, что эффективность и действенность государственного механизма регулирования деятельности университета в значительной степени влияет на качество подготовки инженерных кадров. Регулирование должно быть рыночным, основанным на законах, нормативных документах и цифровых индикаторах.

И в заключение. Не хотел бы, чтобы у читателей создалось превратное мнение о необходимости революционных изменений. В целом состояние высшего образования в России ничуть не хуже, чем в других странах. Мы сами себя ругаем, но на самом деле оно требует не хирургического, а терапевтического вмешательства. То есть коррекции, а не коренной перестройки.

Интервью ректора Санкт-Петербургского Горного университета Владимира Литвиненко подготовлено сетевым изданием «Форпост».

Владимир Литвиненко

Россия. Великобритания. СЗФО > Образование, наука > regnum.ru, 17 октября 2018 > № 2762122 Владимир Литвиненко


Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 октября 2018 > № 2759144 Уильям Хейг

The Telegraph (Великобритания): «Нам не удается остановить гибельный процесс постепенной русификации Европы»

Путинский режим полон решимости саботировать европейские границы и сеять хаос! Нам не удается остановить гибельный процесс постепенной русификации Европы! — статья бывшего министра иностранных дел Великобритании в одной из самых многотиражных британских газет производит впечатление истерики. Бездоказательные обвинения и искажение объективных фактов — видимо, по-другому они уже не могут.

Уильям Хейг (William Hague), бывший министр иностранных дел Великобритании и бывший лидер Консервативной партии

The Telegraph UK, Великобритания

Раскрытая на минувшей неделе благодаря совместным усилиям британских, голландских и американских спецслужб информация о деятельности российских агентов, занимающихся подготовкой кибератак на страны, компании и международные организации, стала для Москвы провалом и поставила ее в крайне неловкое положение. Внезапно всем стал очевиден размах этой деятельности и лицемерность бесконечных опровержений.

Эти разоблачения открыли, наконец, правительствам и широкой общественности глаза на то, что происходит на самом деле. Между тем равнозначной, если не более серьезной, проблемой является характер и степень вмешательства России в дела все большего числа стран Южной и Восточной Европы. В то время как Запад с головой ушел в свои проблемы и разногласия, президент Путин у всех на виду методично подрывает его будущую стабильность.

Самым ярким примером здесь остаются события 2014 года на Украине. Россия аннексировала часть ее территории — Крым — а потом запустила целую кампанию по ослаблению и дестабилизации Украины, чтобы та не могла функционировать как нормальная страна. За этим последовали годы трагедий и смертей, в том числе крушение малайзийского авиалайнера, ответственность за которое Москва решительно отказывается на себя брать, тогда как имеющиеся доказательства не оставляют сомнений в том, что самолет был сбит российской ракетой.

Однако российская стратегия, нацеленная на то, чтобы не позволить странам добровольно устанавливать у себя демократический режим в рамках западного альянса, особенно заметна в отношении менее крупных государств. В 2016 году была сорвана попытка государственного переворота в Черногории — это была попытка воспрепятствовать присоединению этой крошечной страны к НАТО, и среди участников заговора были граждане России.

Россия также использовала свой опыт влияния на избирательные мероприятия за рубежом для подавления явки в стране, которая по-прежнему носит официальное название «Бывшая югославская Республика Македония». Прошедший на минувшей неделе референдум по новому названию страны — «Северная Македония», которое было согласовано с Грецией и открывало путь к подаче заявки на членство в ЕС и НАТО, продемонстрировал явку, не достаточную для того, чтобы его результаты могли быть признаны действительными. С целью отвадить избирателей и усилить трения между ними использовались многочисленные фальшивые аккаунты в соцсетях и «поддельные новости».

Со всей справедливостью можно предположить, что некоторые из этих методов применялись для воздействия на национальные выборы, прошедшие на днях в двух странах. В Латвии на всеобщих выборах пророссийская партия получила достаточное количество голосов, чтобы войти в состав правительства и оказывать влияние на западные институты изнутри.

А избрание в Президиум Боснии и Герцеговины союзника Москвы Милорада Додика (Milorad Dodik) серьезно усложнит этой стране, которая является одним из гарантов мира на Балканах, путь к преодолению ее глубоких внутренних разногласий или постепенного вступления в НАТО.

Чтобы соединить все эти точки, нам необходимо связать их с переговорами между двумя другими балканскими странами, Сербией и Косово, об инициативе по «исправлению» их границы. Хотя конкретные предложения еще не сделаны, по сути этот процесс подразумевает перемещение некоторых муниципалитетов с преимущественно сербским населением в Сербию, а с албанским большинством, по всей вероятности, в Косово.

Многим эта тема совершенно не знакома и может показаться несущественной. Многие западные правительства ею не интересуются. Официальные лица в Брюсселе и Вашингтоне заявляют о своем потенциальном согласии в том случае, если эти меры ни на что не повлияют. Но проблема как раз в этом и заключается: таких последствий будет много.

Россия активно поддерживает изменение границы. Великобритания настроена скептически. И только Германия пока выступает решительно против. Как сказал министр иностранных дел Германии: «Это может потревожить слишком много старых ран».

Еще в 2010 году, выполняя обязанности министра иностранных дел, я многократно проводил на Балканах рабочие встречи и каждый раз пытался убедить всех заинтересованных лиц в том, что «сегодняшний вариант карты окончательный», и что у них не должно возникать даже мысли о том, чтобы ее исправить. Западу следовало бы присоединиться к мнению Берлина. Как только станет возможным «скорректировать» одну границу, появится оправдание для изменения многих других.

Для некоторых боснийских сербов мысль о том, что границы в регионе можно подвергнуть изменениям, является стимулом к попытке завершить расчленение страны по этническому признаку, предпринятое в 1990-е годы и повлекшее за собой человеческие жертвы. Что касается России, то у нее наготове целый список границ, которые следует «исправить».

Может быть, в состав России официально войдут Абхазия и Южная Осетия, оторванные ею от Грузии десять лет назад? А может, стоит обострить назревающий между Венгрией и Украиной спор, выдвинув предположение о том, что этническим венграм, вероятно, тоже понадобится «исправить» свою границу? А как насчет стран Балтии, где проживает большое количество этнических русских — ведь и им можно подкинуть идею с «поправками»?

Россия без колебаний будет всячески способствовать тому, чтобы этот ящик Пандоры открылся, поскольку, вероятнее всего, это приведет к ухудшению отношений между странами, которые в противном случае могли бы выстраивать более стабильное и процветающее будущее в рамках обширной западной структуры. Для Москвы это достаточно веская причина, чтобы мобилизовать свои ресурсы и скоординировать стратегию.

Британцы, в настоящий момент обеспокоенные политикой Брексита, могут спросить, почему это важно для нас. И я назову три причины. Во-первых, потому, что, если мы не займем твердую позицию по такого рода вопросам, мы тем самым дадим миллионам жителей легко уязвимых европейских стран повод думать, что они навсегда застряли в нейтральной полосе стагнации, а их лидеры получают вознаграждение за то, что подливают масла в огонь давних раздоров вместо того, чтобы находить новые пути совместной работы.

Во-вторых, предпринятое Россией систематическое ослабление Западной Европы — наряду с поддержкой разрушительных националистических партий по всему континенту — начинает затрагивать и сам альянс НАТО, который уже 70 лет служит основой нашей безопасности. Наконец, слабость перед лицом такой деятельности приведет к еще более серьезной конфронтации в будущем: на чьей границе и в какой стране — мы пока не можем предсказать.

Следует отдать должное проницательности Терезы Мэй (Theresa May) и Джереми Ханта (Jeremy Hunt), проявленной в их выступлениях касательно России, а также британским спецслужбам, которые первыми разоблачили эти жестокие и неприемлемые действия. Великобритания старается, как и прежде, активно содействовать будущей стабильности на Балканах и обеспечению безопасности союзных стран Балтии.

Но теперь к этому важно добавить четкое представление о происходящем, объединенные усилия по борьбе с этой угрозой и категорическое неприятие попыток перекраивать залитую кровью карту Восточной Европы.

Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 октября 2018 > № 2759144 Уильям Хейг


Великобритания. Россия. Весь мир > Рыба. Экология > fishnews.ru, 5 октября 2018 > № 2759405 Руперт Хоус

MSC в России продолжит расширяться

Около десяти лет назад в России началась работа в рамках сертификации промыслов по программе Морского попечительского совета (MSC). За это время MSC-сертификация получила известность и признание среди российских рыбаков. Генеральный директор Морского попечительского совета Руперт ХОУС (Rupert Howes) в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» оценил результаты первого десятилетия MSC в России, рассказал о тенденциях и сделал прогноз на будущее.

– Г-н Хоус, как вы оцениваете итоги десяти лет работы MSC в России?

– Первый сертификат MSC в России был выдан промыслу лосося (компания «Гидрострой») на острове Итуруп в 2009 году. С того времени сертификацию по стандартам Морского попечительского совета прошли 19 российских рыболовных промыслов. В 2017 году общий улов в РФ оценивался в 4 800 000 тонн, а улов MSC-сертифицированной рыбы составил около 1 680 000 тонн. Это означает, что приблизительно 30% от общего объема вылова промысловой рыбы в России теперь сертифицировано по стандартам MSC.

Российская рыболовная отрасль демонстрирует заинтересованность в программе MSC, что свидетельствует о качественном управлении промыслами, о намерении компаний соответствовать высоким экологическим стандартам и достичь целей, согласованных на международном уровне, таких как цели ООН в области устойчивого развития (ЦУР).

ЦУР 14 («Сохранение морских экосистем») предусматривает достижение десяти показателей, включая восстановление запасов до уровней, способных обеспечивать максимальный устойчивый вылов, к 2020 году и искоренение незаконного, несообщаемого и нерегулируемого (ННН) промысла. Для получения сертификата MSC необходимо, чтобы вылов рыбы осуществлялся из достаточных по объему рационально управляемых запасов, обеспечивающих максимально устойчивый вылов или приближающихся к этому уровню. Контролируется также наличие надлежащих механизмов мониторинга и надзора и соблюдение действующих норм, направленных на предотвращение ННН-промысла.

Следует также отметить, что в течение этого десятилетия значительно возросла осведомленность российских рыболовных компаний о международных принципах сохранения окружающей среды. Я считаю, что одним из многих факторов, способствовавших этому, стала работа рыболовных промыслов по подготовке к сертификации MSC.

19 сертифицированных рыбных промыслов России – от добычи минтая в Охотском море до вылова атлантической трески – выполнили 27 условий, поставленных в ходе сертификации MSC. В частности, они касались внедрения управленческих, научных и производственных улучшений в практику рыболовства.

Например, Ассоциацией добытчиков минтая (АДМ) были получены научные данные, необходимые для снижения влияния промысла минтая на популяцию сивуча в Охотском море. При сертификации в 2013 году все еще оставались вопросы в отношении возможного негативного влияния промысла на исчезающие, находящиеся под угрозой исчезновения и охраняемые виды, к которым относится сивуч. Для того чтобы получить сертификат MSC, ассоциация согласилась принять меры для решения этих проблем.

Специально подготовленные научные наблюдатели из КамчатНИРО выходили в море на рыболовных судах компаний – членов АДМ с целью исследования влияния промысловой деятельности на исчезающие, находящиеся под угрозой исчезновения и охраняемые виды. В 2017 году наблюдатели не обнаружили негативного воздействия промысла на эти виды.

Такие проекты важны. Они позволяют собрать данные и проанализировать характер влияния деятельности крупных рыбопромысловых компаний на окружающую среду, что, в свою очередь, повышает осведомленность руководителей и сотрудников рыбохозяйственных предприятий об экологических последствиях их промысла и дает им возможность при необходимости принимать меры для уменьшения этих последствий. Наличие такой информации также позволяет рыболовным промыслам уверенно заявить, опираясь на убедительные доказательства, что их деятельность не имеет значительных последствий для окружающей среды.

Несмотря на впечатляющий охват России сертификацией MSC, около 70% вылова в стране по-прежнему не соответствует стандартам Морского попечительского совета. Мы хотим убедить российские рыболовные компании в пользе сертификации и надеемся, что в течение следующего десятилетия программа MSC в России будет расширяться и охватит новые промыслы. В сочетании с требованиями, предъявляемыми при сертификации, это поможет обеспечить устойчивое развитие российского рыболовного сектора в долгосрочной перспективе. Морской попечительский совет готов оказывать российским промыслам поддержку в этой работе.

ЧТО ЖДЕТ MSC В РОССИИ

– MSC-сертификация в России по-прежнему в основном прерогатива крупных компаний. Есть ли перспектива сертификации у среднего и малого бизнеса?

– Крупные промышленные рыбопромысловые предприятия стали первыми компаниями, которые приняли участие в сертификации MSC в России. Они воспользовались возможностями, которые появились на международных рынках, где они работают. В последние годы к программе MSC присоединяются средние и малые предприятия. В 2016 году были сертифицированы промыслы окуня на Ириклинском и Братском водохранилищах, и ряд лососевых промыслов среднего размера также получили сертификат MSC или начали процедуру оценки.

– Можете ли вы сделать прогноз относительно темпов роста популярности MSC-сертификации в России?

– Продукция всех сертифицированных MSC российских компаний, добывающих минтай, треску, пикшу, лосось и камчатского краба, пользуется постоянно возрастающим спросом в Европе, Америке и Юго-Восточной Азии. Поэтому мы ожидаем, что в ближайшие годы программа сертификации MSC в России продолжит расширяться.

Разумеется, мы надеемся, что российские потребители и организации, закупающие рыбную продукцию, также начнут выбирать товар с учетом его соответствия требованиям экологичности. Это принесло бы пользу MSC-промыслам и населению в целом и стимулировало бы переход к экологически ответственному производству и потреблению в будущем десятилетии.

– Заметна ли в России конкуренция других систем добровольной сертификации в области рыболовства и аквакультуры?

– В первые 10 лет работы нашей организации в мире MSC-сертификация была практически единственным вариантом независимой и надежной проверки экологической ответственности предприятий, занимающихся производством морепродуктов. Следует сказать, что за последнее десятилетие на рынках появилось множество других программ по обеспечению экологичности, большая часть которых не соответствует принципам добровольной, прозрачной и надежной проверки, как у MSC. Существуют некоторые системы добровольной сертификации, которые предлагают альтернативу стандартам MSC, но их требования ниже, чем у Морского попечительского совета. Эти системы еще не представлены в России.

Реальность заключается в том, что установление и поддержание экологического стандарта в соответствии с Руководящими принципами ФАО (Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН) по экомаркировке продукции морских рыбопромысловых предприятий – это сложная задача, связанная с большими затратами. В течение первых десяти лет существования MSC на разработку и поддержание стандартов и доведение программы сертификации до рабочего уровня были затрачены десятки миллионов фунтов стерлингов. Сегодня MSC является источником надежных стандартов, обеспечивает качественную работу системы проверки и предлагает компаниям средства коммуникации для информирования общественности о сертификатах. В результате сертификация MSC становится все более востребованной на мировом рынке морепродуктов.

Сегодня MSC является источником надежных стандартов, обеспечивает качественную работу системы проверки и предлагает компаниям средства коммуникации для информирования общественности о сертификатах. В результате сертификация MSC становится все более востребованной на мировом рынке морепродуктов.

Очевидно, что оценка MSC, как и любая другая сравнимая оценка, требует от рыболовной компании значительных инвестиций. Однако выгоды для промыслов превосходят затраты, и сертификация MSC может стать ценным вложением, которое окупит себя.

Стоит отметить, что наша организация не получает плату за проведение сертификации: оценка осуществляется независимыми аудиторами, которые проверяют промысел на соответствие стандартам MSC.

– MSC недавно сертифицировал промысел краба в Баренцевом море. Что вы можете сказать, изучив ситуацию вокруг этого биоресурса?

– Прежде всего надо отметить, что это первый в мире промысел камчатского краба, который получил сертификацию MSC. Сертифицирующая организация признала, что ННН-промысел камчатского краба в Баренцевом море, включая браконьерство, был практически ликвидирован. Это стало возможным в результате эффективных мер контроля в порту, которые позволили предотвратить незаконный вылов крабов в исключительной экономической зоне России. Маломасштабное браконьерство в радиусе 12 миль также было в значительной степени устранено благодаря совершенствованию работы государственной пограничной службы.

МИРОВЫЕ ТРЕНДЫ

– В России принят закон «Об органической продукции». Он регламентирует выпуск органически чистой продукции и маркировку такой продукции в торговых сетях. Схожие законы существуют более чем в 80 странах мира. Есть ли у MSC опыт работы с подобными документами в других странах? Как вы вообще относитесь к принятию такого закона в России?

– Промысловая рыба не сертифицируется как органическая, поэтому во многих странах сертификация MSC рассматривается как эквивалент органической сертификации. Так, в большинстве европейских стран государственные закупки продуктов питания (например, для школ и университетов, министерств, военных структур) производятся с учетом норм экологической ответственности. Это означает, что значительная часть продуктов, используемых для приготовления пищи в этих учреждениях, должна поступать от независимо сертифицированных производителей, а для промысловой рыбы и морепродуктов требуется сертификация MSC. Один из примеров – Нидерланды, где в законе о государственных закупках сертификат MSC признан эквивалентом органического сертификата.

– Можете ли вы назвать основные общемировые тенденции MSC-сертификации?

– Прежде всего, MSC продолжит прилагать все усилия для поддержания доверия к нашим стандартам и процессам аудита. Это с самого начала было основой нашей деятельности. Каждый год появляются новые научные знания о более эффективных методах управления рыболовным промыслом, о влиянии промыслов на окружающую среду, и MSC должен обеспечивать внедрение такой передовой практики. Мы пересматриваем стандарты MSC каждые пять лет – это предписано руководящими принципами ФАО. В 2019 году вступят в силу обновленные стандарты MSC по цепям поставок (СоС), и вскоре мы начнем новый пересмотр стандарта MSC, определяющего экологически ответственное рыболовство.

Мы также надеемся оптимизировать процесс оценки, сохранив при этом его надежность и расширив возможности для участия заинтересованных сторон. Это должно привести к снижению стоимости и повышению удобства оценки, а также к улучшению взаимодействия с заинтересованными сторонами.

MSC будет активнее разрабатывать онлайн-системы для поддержки аудиторов и партнеров. Это должно повысить качество, скорость аудита и упростить доступ к необходимой информации для сертифицированных компаний.

Морской попечительский совет продолжает расширяться. В первые два десятилетия существования MSC показал свою эффективность в работе с рыболовной отраслью. Мы продемонстрировали коммерческую жизнеспособность системы сертификации рыбных промыслов и вместе с рыболовными, перерабатывающими и розничными предприятиями сформировали рынок экологически ответственных морепродуктов. Благодаря требованиям, которые предъявляются до и после сертификации, мы также доказали позитивное влияние сертификации MSC на состояние окружающей среды. Однако в мировом масштабе в программе MSC участвует лишь 14% промыслов. Поэтому, чтобы распространить ее позитивное воздействие на улучшение состояния Мирового океана и на управление рыбным промыслом во всем мире, мы планируем применять наши знания, связи и способности для освоения новых территорий.

Наконец, мы продолжим уделять внимание экомаркировке MSC. Совместно с партнерами мы будем работать над дальнейшим повышением ее узнаваемости и ценности на рынке. Это означает, что мы будем уделять больше внимания работе с потребителем и повышению статуса MSC на ключевых рынках сертифицированных экологически ответственных морепродуктов.

В целом наш стратегический план заключается в том, чтобы к 2020 году доля мировых рыболовных промыслов, с которыми мы работаем, составила 20%, а к 2030 году – 30%. И мы надеемся, что Россия и в дальнейшем будет укреплять свои позиции в экологически ответственном рыболовстве.

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Великобритания. Россия. Весь мир > Рыба. Экология > fishnews.ru, 5 октября 2018 > № 2759405 Руперт Хоус


Великобритания. ООН > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 сентября 2018 > № 2742775 Тереза Мэй

GOV.UK (Великобритания): Речь премьер-министра Великобритании на заседании Генеральной Ассамблеи ООН

Официальный сайт правительства Великобритании опубликовал текст речи премьер-министра Терезы Мэй на заседании Генассамблеи ООН. В ней — вполне ожидаемо — много слов о приверженности Британии благородным поступкам, в отличие — конечно же! — от России. Тереза Мэй повторила весь набор обвинений в адрес нашей страны, в очередной раз не утруждая себя доказательствами.

GOV.UK, Великобритания

От имени Соединенного Королевства позвольте мне начать с выражения соболезнований в связи с кончиной этим летом выдающегося руководителя Организации Объединенных Наций. Кофи Аннан был одним из великих Генеральных Секретарей, неустанным борцом за мир и прогресс, отстаивавшим права человека и человеческое достоинство. Его влияние мир будет ощущать еще долгие годы.

За свою жизнь он стал свидетелем выдающихся успехов, которых мы как сообщество наций добились с момента создания этой организации. Эти успехи только в 21 веке позволили в два с лишним раза уменьшить количество людей, живущих в условиях крайней бедности. Эти успехи всего за три десятилетия позволили на три четверти сократить количество людей, гибнущих в конфликтах. Эти успехи позволили миллионам наших граждан жить дольше и вести более здоровую жизнь благодаря достижениям человеческих познаний в медицине, науке и технике. Эти успехи дают нам колоссальные возможности на предстоящие годы.

Но сегодня очень многие обеспокоены, не зная, будут ли продолжены эти успехи, и опасаясь того, что нас ждет в будущем. Дело в том, что окончание холодной войны не привело, как надеялись многие, к неизбежному господству открытой экономики и либеральной демократии, которые взаимодействуют на мировой сцене ради общего блага. Вместо этого мы сегодня сталкиваемся с утратой доверия к тем самым системам, которые обеспечили нам такие большие успехи.

Веру в свободные рынки подорвал финансовый кризис 2008 года, страхи тех, кого оставила за бортом глобализация, тревога по поводу темпов и масштабов технологических перемен и их последствий для занятости, а также беспрецедентные по своей массовости перемещения людей через границы со всеми сопутствующими этому нагрузками.

После военного интервенционизма начала века люди сомневаются в целесообразности и даже в законности применения силы и участия в чужих кризисах и конфликтах. И в то же время у них вызывает отвращение массовая бойня в Сирии и наша неспособность остановить ее.

Эти сомнения вполне понятны. Но в равной мере понятна потребность в лидерстве. Поэтому те из нас, кто верит в общество равных возможностей и в открытую экономику, обязаны реагировать и давать ответы: изучать уроки прошлого, отвечать на озабоченность людей практическими действиями, а не заманчивыми иллюзиями, а также крепить нашу веру в идеи и ценности, которые долгое время дают огромные преимущества и выгоды многим.

Ибо не должно быть никаких сомнений в том, что если не хватит твердости нам, дело возьмут в свои руки другие.

В прошлом веке, когда усиливался фашизм и распространял свое влияние коммунизм, мы видели, как крайне правые и крайне левые силы пользовались людскими страхами, разжигали нетерпимость и расизм, изолировали экономики и общества и уничтожали мир во всем мире. Сегодня мы снова наблюдаем тревожные тенденции, отражением которых стало усиление таких движений в Европе и за ее пределами.

Мы видели, что происходит, когда страны скатываются к авторитаризму, когда они медленно подавляют основные свободы и права своих граждан. Мы видели, что происходит, когда коррумпированные олигархии лишают народы богатств, ресурсов и человеческого капитала, которые так важны для создания более светлого будущего для граждан этих стран. Мы видели, что происходит, когда естественный патриотизм, являющийся основой здорового общества, искажается и превращается в агрессивный национализм, который, эксплуатируя страхи и неопределенность, проводит внутри страны политику, основанную на этнической, религиозной, языковой принадлежности, а за ее пределами следует курсом враждебной конфронтации, нарушая правила и подрывая существующие институты.

Мы видим это, когда такие государства, как Россия, грубо попирают международные нормы, захватывая территорию суверенных государств и бездумно применяя химическое оружие на улицах Британии с привлечением агентов российского ГРУ.

Мы должны показать, что есть лучший способ снять опасения наших народов. Он заключается в глобальном сотрудничестве сильных и ответственных государств, основу которых составляет открытая экономика и общество равных возможностей. В этих условиях сильные государства формируют такие узы, которые объединяют граждан, и делают власть подотчетной тем, кому она должна служить. В этих условиях крепнут свободные рынки, и появляется доверие к реформам, требующим совместной работы. И в этих условиях становится ясно, что мы можем выполнять обязательства перед своими гражданами без ущерба для глобального сотрудничества, всеобщих ценностей, правил и идеалов, которые лежат в основе всего.

На самом деле, сотрудничество и соперничество не являются взаимоисключающими понятиями.

Только основанное на наборе согласованных правил глобальное сотрудничество может обеспечить справедливую конкуренцию, которая не становится жертвой протекционизма, но решает проблемы потери рабочих мест и международной конфронтации.

И только глобальное сотрудничество позволяет обуздать вполне законные своекорыстные интересы и направить их на достижение общих целей, приводя к соглашениям по таким глобальным вызовам как климатические изменения, распространение оружия массового уничтожения и обеспечение всеобщего экономического роста.

Мы стали свидетелями такого сотрудничества здесь, в ООН. Мы также были свидетелями такого сотрудничества на встрече глав правительств Содружества.

Находясь сегодня здесь в качестве действующего председателя Содружества, я делаю ясное заявление от имени глав правительств 53 равных и независимых стран-членов этого объединения. Мы подтверждаем наше общее стремление к совместной работе в рамках основанной на правилах международной системы ради решения общих глобальных проблем и создания условий для более справедливого, безопасного, устойчивого и процветающего будущего. В этом стремлении мы принимаем во внимание особые потребности наименее развитых стран, маленьких и уязвимых экономик, а также намерены действовать на благо всех наших граждан и мира в целом.

Но нам недостаточно просто выдвигать доводы в пользу такого сотрудничества. Нам нужны действия, как у себя дома, так и в сообществе наций, чтобы показать, как наши идеи и ценности могут приносить практическую пользу и преимущества всем нашим народам во всех частях света.

Мы должны признать законность и обоснованность людских чаяний и строить глобальную экономику, работающую на всех. Мы должны продолжать терпеливую работу по созданию открытых обществ, где каждый заинтересован в будущем. И мы должны отстаивать основанную на правилах международную систему, выступая за наши ценности и защищая тех, кто может пострадать, когда такие правила нарушаются.

Позвольте остановиться на каждом моменте по очереди.

Во-первых, мы должны отвечать тем, кто чувствует, что глобальная экономика не работает на них.

Из-за стремительных темпов глобализации слишком многие народы отстают. Существует страх, что у наших детей и внуков не будет того образования и профессиональных навыков, которые обеспечат им работу будущего. Существует риск того, что технологические изменения могут стать источником неравенства и раскола, а не величайших в истории возможностей.

У себя в Британии мы вкладываем инвестиции в отрасли будущего, чтобы создавать новые рабочие места — начиная с низкоуглеродных технологий и кончая искусственным интеллектом. Мы вкладываем инвестиции в образование и профессиональные навыки, чтобы работники могли по максимуму воспользоваться теми возможностями, которые появятся в будущем. И мы делаем так, чтобы люди играли по правилам — чтобы бизнес и инновации прославляли за создание рабочих мест, а не демонизировали из-за недовольства тем, что они не платят налоги и не соблюдают права.

Но в глобализованной экономике недостаточно сделать так, чтобы люди играли по правилам у себя в стране. Нам необходимо глобальное сотрудничество, чтобы устанавливать и обеспечивать соблюдение справедливых правил, касающихся торговли, налогов и обмена данными. И эти правила не должны отставать от изменений в торговле и технологиях.

Поэтому мы должны предоставить Всемирной торговой организации обширный, амбициозный и неотложный мандат для проведения реформ. Это относится к тем областям, где она работает неэффективно. Этот мандат должен решить те проблемы, которые сегодня не решаются. Этот мандат должен сохранить доверие к системе, что крайне важно для недопущения движения вспять — к несостоятельному протекционизму прошлого.

Справедливые правила, которые соблюдают все, жизненно важны для процветания бизнеса и обеспечения роста. Но современная история показывает, что это невыполнимо без более глубокого партнерства между государствами, бизнесом, международными финансовыми институтами и гражданским обществом, которые делают так, чтобы рост приносил выгоду всем.

Вот почему я недавно посетила Африку вместе с представителями британского бизнеса, чтобы поддержать торговлю и инвестиции и содействовать появлению новых партнерств, основанных на принципах общего процветания и общей безопасности.

Вот почему на этой Генеральной Ассамблее я вместе с премьер-министром Трюдо, премьер-министром Кагаме и президентом Акуфо Аддо провела мероприятие в поддержку инвестиций и создания рабочих мест для африканской молодежи.

Вот почему Соединенное Королевство не отказывается от своего обязательства тратить 0,7 процента ВВП на официальные программы помощи в развитии. Свой бюджет на нужды развития мы поставим в центр нашей международной повестки и будем делать больше в целях создания рабочих мест, совершенствования профессиональных навыков и увеличения инвестиций в развивающиеся экономики, действуя как в своих интересах, так и в интересах этих стран.

Ибо лучший способ борьбы с протекционизмом — сделать так, чтобы определяющей чертой этого столетия стали открытые рынки, которые по-настоящему приносят пользу всем нашим народам.

Во-вторых, мы должны строить не только экономики, но и страны, которые работают на благо всех. Речь идет об обществе равных возможностей и равного участия, в котором каждый гражданин заинтересован в будущем.

Этот тот твердый фундамент, на котором стоят сильные и ответственные страны. История неизменно учит нас тому, что если человек вносит вклад в общество, в котором живет, это лучший способ обеспечить стабильность, безопасность и экономический рост.

Нет какого-то единого способа добиться всего этого. Каждая страна должна выбирать свой собственный путь. Но основные принципы являются общими для всего мира.

Это прозрачная и подотчетная власть. Это независимая судебная система, обеспечивающая верховенство права. Это свободные и честные выборы, а также свободные и открытые СМИ. Это свобода выражения, право на компенсацию и надежно защищенные имущественные права. Это также равенство, свобода мысли, вероисповедания и совести. Все это можно найти во Всеобщей декларации прав человека Организации Объединенных Наций, которая была подписана 70 лет назад.

Те из нас, кто верит в эти принципы, должны подавать пример, защищая и отстаивая их у себя дома и за рубежом. По этой причине мы должны выявлять и осуждать ненавистнические высказывания, антисемитизм, исламофобию, а также любые формы предрассудков и дискриминации меньшинств, где бы мы их ни находили.

Я подозреваю, что мне, как и многим другим лидерам, не всегда нравится читать то, что пишут обо мне СМИ в моей стране. Но я буду защищать их право говорить это — ибо независимость наших средств массовой информации является одним из величайших достижений моей страны. И это незыблемая основа нашей демократии.

Но я также буду защищать объективность и беспристрастность перед лицом тех, кто обращается с правдой, как с обычной точкой зрения, которой можно манипулировать.

С появлением и развитием социальных сетей и онлайновой информации эта проблема приобрела более сложный характер. Вот почему на июньском саммите «Большой семерки» мы договорились активизировать усилия по противодействию дезинформации. По этой же причине мы вместе с партнерами и компаниями информационных технологий возглавили усилия по освобождению интернета от террористов и всех тех, кто хочет причинить нам вред.

Мы должны не только выступать за ценности, которым следуем, но и поддерживать те страны и тех лидеров, которые предпринимают порой непростые шаги по созданию более инклюзивного общества. Соединенное Королевство будет использовать все имеющиеся у него средства для достижения этой цели. Используя наш бюджет помощи и твердо придерживаясь целей устойчивого развития, мы будем не только защищать самых уязвимых, но и поддерживать страны, подвергающиеся опасности, и помогать остальным отстаивать свой прогресс.

Проводя глобальные кампании, мы будем помогать странам бороться с такими бедствиями как современное рабство и сексуальное насилие во время конфликта. Мы будем добиваться обширной поддержки своим усилиям, действуя через альянсы и многосторонние организации, причем не только через ООН, но и через международные финансовые институты, «семерку», «двадцатку» и НАТО.

Как не существует единого рецепта инклюзивного общества, так нет и единой модели для создания баланса между демократическими требованиями людей и потребностями в международном сотрудничестве.

Голосование британского народа за выход из Евросоюза не является отторжением принципа многосторонних отношений и международного сотрудничества. Это была явная потребность в том, чтобы решения принимались в стране, и подотчетность тоже была ближе к дому.

Я считаю, что роль лидера в таких обстоятельствах понятна. Он должен отвечать демократическим пожеланиям своего народа и потребностям международного сотрудничества, работая с союзниками и партнерами на благо наших общих ценностей.

В-третьих, у нас должна быть воля и уверенность в себе, чтобы действовать, когда нарушаются основополагающие правила, по которым мы живем.

Речь идет не о повторении ошибок прошлого, а о стремлении навязать демократию другим странам посредством смены режима.

Но мы не должны допускать, чтобы эти ошибки мешали нам защищать людей, которые сталкиваются с грубейшими нарушениями прав человека и оскорблением человеческого достоинства. Мы не должны допускать, чтобы эти ошибки парализовали волю мирового сообщества, когда нарушаются его устоявшиеся нормы. И мы не должны позволять, чтобы наша неспособность предотвратить самые страшные сегодняшние конфликты мешала нам предпринимать все возможные усилия для их недопущения в будущем.

Дело в том, что если мы проявим пассивность, мир снова расколется на сферы влияния, в которых сильные будут помыкать слабыми, а вполне законные обиды и недовольства останутся без внимания.

Это не только нравственный императив. Это также вопрос личной заинтересованности, ибо когда варварские действия и акты агрессии остаются без ответа, диктаторы и террористы смелеют и наглеют.

Поэтому нам нужна уверенность в себе, чтобы действовать.

Когда сирийский режим в апреле применил химическое оружие против собственного народа, Британия вместе с Францией и Америкой осуществила военные действия с целью уничтожения арсеналов такого оружия и предотвращения его дальнейшего использования.

Когда Россия в этом году применила отравляющее вещество нервно-паралитического действия в ходе омерзительной атаки на улицах Солсбери, Британия вместе с НАТО, ЕС и другими союзниками предприняла ответные действия, выдворив более 150 сотрудников российской разведки. Это было самое масштабное коллективное выдворение за всю историю.

После того, как миссия ООН по установлению фактов подготовила изобличительный доклад по Бирме, мы должны с такой же твердостью и уверенность призвать к ответу тех, кто несет ответственность за отвратительные кровавые преступления, которые бирманские военные с 2011 года совершают против народностей рохинья, шан и качин.

Точно так же мы должны собрать доказательства преступлений ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ — прим.ред.) во всем мире, чтобы обеспечить восстановление справедливости для его жертв и удержать тех, кто может совершить такие преступления в будущем.

Но одного привлечения к ответственности недостаточно. Мы должны активнее действовать совместно, чтобы, во-первых, предотвратить эти зверства в будущем, а во-вторых, чтобы устранить причины нестабильности, порождающей эти гнусные преступления.

И здесь важнейшую роль должна сыграть Организация Объединенных Наций. Для этого у нее есть множество рычагов воздействия, начиная с санкций (которые показали лидерам Ирана и Северной Кореи, что их действия не останутся без последствий) и кончая миротворческими миссиями типа той, что проводится в Южном Судане, потому что они помогают предотвратить страдания людей и крах закона и порядка.

Но чтобы эффективно использовать эти рычаги, Совет Безопасности должен найти в себе политическую волю и начать действовать в коллективных интересах. Агентства ООН должны осуществить реформы, начатые Генеральным Секретарем, чтобы стать более мобильными, более прозрачными и лучше наладить взаимодействие на местах. Чтобы поддержать эти реформы, нам надо сделать так, чтобы необходимое финансирование получали именно те ведомства ООН, которые дают результаты.

70 лет назад Генеральная Ассамблея приняла Всеобщую декларацию прав человека. Сегодня мы должны возродить те идеалы и ценности, на которых она основана.

Поступая таким образом, мы должны усвоить уроки прошлого и своими действиями показать, что сотрудничество сильных и ответственных государств с открытыми экономиками и инклюзивными обществами наилучшим образом обеспечивает безопасность и процветание всем нашим народам.

В начале своего второго срока в должности Генерального Секретаря Кофи Аннан сказал: «Я стараюсь безбоязненно смотреть на неудачи нашего недавнего прошлого, чтобы лучше понимать, что надо делать для достижения успехов в будущем».

Давайте же действовать в этом духе, давайте проявим твердую решимость, чтобы возродить надежды на свободу, новые возможности и справедливость.

Надежды, которые принесли успех большему количеству людей и в большем количестве стран, чем когда бы то ни было за всю историю.

И давайте сделаем так, чтобы эти надежды можно было реализовать в интересах наших детей и внуков, в интересах всех грядущих поколений.

Спасибо.

Великобритания. ООН > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 сентября 2018 > № 2742775 Тереза Мэй


США. Великобритания. Евросоюз. РФ > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 сентября 2018 > № 2734277 Антон Именнов, Сергей Гландин

Олигархи в сетях. Как сведения из интернета подводят русский бизнес под санкции

Антон Именнов, Сергей Гландин

Интернет как источник информации для санкционных решений не просто равен традиционным СМИ, а превосходит их. Всякая открытая информация, не опровергнутая по твоей инициативе в международно уважаемом суде, работает против тебя. Старомодный лоббизм с целью сокрытия той или иной информации в такой коммуникативной среде не работает или работает против

Последние дни продолжили санкционную традицию, начатую в далеком уже 2014 году Соединенными Штатами, и после крымской весны наступила долгая санкционная зима. Двенадцатого сентября президент США Дональд Трамп подписал исполнительный указ, позволяющий вводить санкции за вмешательство в американские выборы. Так, санкционная спираль закрутила свой очередной виток в виде нового санкционного списка. Теперь односторонние санкции будут применяться не только против физических и юридических лиц, но и целых стран.

Буквально через день суд ЕС отклонил иски семи российских банков и компаний о необоснованности этих самых санкций, оставив в силе экономические ограничения против них. А в ноябре планируется очередное серьезное расширение санкционного списка США.

При этом не все до сих пор до конца понимают, что же такое эти самые санкции и как они появляются в жизни того или иного персонажа.

Начнем с определений. Если перевести с юридического на человеческий, санкции – это специальные ограничительные или запретительные меры, которые адресно вводятся в ответ на чрезвычайную ситуацию, специфическую угрозу национальной безопасности Соединенных Штатов, ее экономике или гражданам, источник которой целиком или в значительной степени находится за пределами США. А тот феномен, что все большее количество государств последнее время начинают добровольно исполнять требования санкционных режимов США, называется экстерриториальностью. Или не начинают, и тогда действие фактически осуществляется через голову и помимо властей страны, на территории которой само действие совершается. Иными словами, США предлагают всем некий аналог сверхправа, демонстрируя, кто у нас сверхдержава («кто у нас начальник и где его плеть»).

Оснований для включения в санкционный список четыре:

Существуют нормативные основания для включения в санкционный список.

Установлены и задокументированы фактические обстоятельства, которые позволяют административному органу США применить делегированные ему полномочия, вытекающие из санкционных нормативно-правовых актов.

Соответствующий административный орган США установил соответствие определенного лица, его поведения или действий соответствующему санкционному нормативно-правовому акту США, а установленная деятельность, поведение или лицо не попадают ни под одно из исключений.

Министр финансов США подписал представленное ему подчиненными сотрудниками решение о включении определенного лица в санкционный список.

Если хотя бы одно из первых трех условий не соблюдается, лицо не включается в санкционный список США. При этом ключевым элементом всего является «угроза», которую потенциальный фигурант представляет охраняемым санкционными актами общественным отношениям.

Работает санкционный орган так. Существует Управление по контролю за зарубежными активами (OFAC) – это подразделение внутри департамента контртеррористической и финансовой разведки Министерства финансов США. Деятельность его курирует «целый» OFAC – важнейший орган международного влияния США; его бывший директор Адам Шубин наряду с Дэниелом Фридом был одним из ключевых идеологов президента Барака Обамы. В задачи OFAC входит ведение санкционных списков и контроль за соблюдением американскими резидентами санкционных режимов, а также контроль за воздержанием последних от вступления в отношения с попавшими под санкции юридическими или физическими лицами. Само управление не является правоохранительным органом, в его обязанности не входит реагирование на формальное нарушение требований санкционных актов или установление фактов нарушения санкционного законодательства по запросу заинтересованных лиц. Также OFAC внимательно следит за попытками обхода санкций либо содействия бедолагам, в эти санкции попавшим.

Информация в него поступает из трех основных источников:

а) сведения от материнского департамента обо всех банковских переводах в валюте США, проходящие через американские банки или иные финансовые институты под американской юрисдикцией или контролем;

б) обязательное сообщение американских и международных компаний в отношении попавших под санкции лиц в соответствии c частью 501.601 из 31-й главы Cвода федеральных законоположений;

в) самостоятельно обнаруженная информация в открытых источниках.

Трудно поверить, но последняя категория – это основной источник получения информации о новых санкциях, включая интернет и даже слухи.

Кстати, пример Романа Абрамовича в статье одного из авторов про ордеры на имущество неустановленного происхождения (Unexplained Wealth Orders) оказался в какой-то степени пророческим, потому что совсем не исключил возможность того, что одним из основных источников информации для британских правоохранителей также является наш любимый поисковик Google.

В этот раз не будем трогать счастливо репатриировавшегося из Лондона на Святую землю Абрамовича и проведем эксперимент над другим потерпевшим от санкций. Возьмем, к примеру, другого отечественного олигарха, который попал в санкционный список США 6 апреля этого года. Зовут его Олег Дерипаска.

Итак. При включении его имени в OFAC привели следующую идентифицирующую информацию: «Дерипаска Олег Владимирович, Москва, Россия; дом 64, Северная улица, хутор Октябрьский, Усть-Лабинский район, Краснодарский край, 352332, Россия; 5, Белгрейв-сквер, Белгрейвиа, Лондон SW1X 8PH, Соединенное Королевство; дата рождения: 02 января 1968; место рождения: Дзержинск, Нижегородская область, Россия; гражданин России; гражданин Кипра; пол — мужской (физическое лицо) [UKRAINE-EO13661] [UKRAINE-EO13662]».

Необходимость его включения была обоснована так: «Олег Дерипаска вносится [в санкционный список] в силу исполнительного указа 13661 за то, что он прямо или косвенно действовал от имени или в интересах высокопоставленного должностного лица правительства Российской Федерации, а также в соответствии с указом 13662 в связи с работой в энергетическом секторе российской экономики. Дерипаска сказал, что он не отделяет себя от российского государства. Он также признал наличие дипломатического паспорта и, по собственным утверждениям, представлял российское правительство в других государствах. Дерипаска был фигурантом расследования по фактам отмывания денег, обвинялся в угрозах убийством своим конкурентам, незаконном прослушивании правительственного чиновника; соучастии в вымогательстве и рэкете. Есть сведения, что Дерипаска подкупил правительственного чиновника, заказал убийство одного бизнесмена и был связан в России с организованной преступной группой».

В тексте обоснования в глаза бросается фраза, что бизнесмен не отделяет себя от государства. Запрос этой фразы в Google на английском языке вместе с транслитерированным именем «Олег Дерипаска» выдал – внимание! – 8090 результатов, среди которых есть ряд статей, указывающих на первоисточник этого заявления и множество перепечаток этого материала, в том числе переведенных на русский язык. Материал журналистки Кэтрин Белтон в разделе «Анализ» Financial Times повествует о становлении Олега Дерипаски как алюминиевого магната, упоминает его связь с лидером измайловской преступной группировки Антоном Малевским, родстве с экс-президентом Борисом Ельциным и споре с Михаилом Черным в Высоком суде Англии и Уэльса. Поисковой запрос фразы «Высокий суд Дерипаска Черной» выдаст ссылки на несколько судебных актов, пятый параграф одного из которых содержит указание на вышеуказанный лондонский адрес Дерипаски.

Поисковая система по умолчанию выдает результаты на сегодняшнюю дату в соответствии с текущим местом нахождения пользователя, однако позволяет изменить настройки выдачи в расширенном поиске.

Продолжим наш эксперимент и рассмотрим, какую же конкретно информацию получит управление в Google при запросе «Oleg Deripaska». Для этого изменим место на Вашингтон, США; дата интересующих результатов выдачи — на период до апреля 2018 года; а язык — на английский. На первых страницах выдачи последуют статьи американских СМИ, из которых сотрудник управления узнает примерно следующее:

– Пол Манафорт, бывший глава избирательного штаба Дональда Трампа, в электронном письме предлагал Дерипаске в 2016 году краткие сводки из штаба избирательной кампании, что стало главной уликой в расследовании о предполагаемом вмешательстве властей России в американские выборы;

– агентство Associated Press со ссылкой на дипломатические каналы 2006 года описывает Дерипаску как ближайшего к Путину олигарха, а также одного из двух-трех олигархов, с кем Владимир Путин встречается на регулярной основе;

– в 2006 году Дерипаске было отказано во въездной визе в США, после чего министр иностранных дел России Сергей Лавров неоднократно просил различных государственных секретарей США о выдаче визы Дерипаске. Последняя такая просьба датирована 2016 годом. Также, со ссылкой на Le Figaro, материал приводит публичное возмущение Владимира Путина практикой безосновательного отказа Дерипаске во въездной визе в США.

– за период с 2011 по 2014 год Дерипаска восемь раз побывал на территории США по дипломатическому паспорту. Это стало известно из свидетельского заявления алюминиевого магната в качестве ответчика в суде Манхэттена по иску Александра Гликлада.

А означает все это следующее. Определенный сотрудник управления получил задание найти доказательства связи Дерипаски с государством Российская Федерация. Родной язык этого сотрудника – английский, поскольку по вероятному запросу «Oleg Deripaska Russia state ties» одним из первых в выдаче последовал материал газеты Financial Times одиннадцатилетней давности. Дальнейший сбор информации привел этого сотрудника к находящимся в открытом доступе материалам о разбирательстве в Высоком суде Лондона по иску Михаила Черного; доказательствам связи бизнесмена с государством, Владимиром Путиным и к обсуждению роли Дерипаски в предположительном вмешательстве России в американские выборы 2016 года. В своем комментарии к апрельскому расширению санкционного списка США министр финансов США Стивен Мнучин заявил: «Российское правительство несоразмерно содействует выгоде олигархов и правительственных элит. <…> Российские элиты и олигархи, кто получает выгоду от этой коррумпированной системы, больше не будут изолированы от последствий дестабилизирующей деятельности своего правительства».

Однако вышеприведенные ссылки не упоминают каких-либо фактов, которые можно отнести к фразе «Дерипаска подкупил правительственного чиновника». Соответствующий запрос выдает множество ссылок на англоязычные СМИ, описывающие фильм-расследование Алексея Навального о Насте Рыбке об отдыхе высшего должностного лица правительства РФ – Сергея Приходько на яхте Дерипаски у побережья Норвегии, что может быть истолковано как форма коррупционного правонарушения: получение услуг в нематериальной форме.

В результате собранная сотрудником управления информация подтверждает соответствие Олега Дерипаски всем трем указанным критериям для включения в санкционный список. Но что самое интересное – результат такой работы подтверждает тезис, что главным инструментом в работе OFAC является интернет, а все, что в нем есть, может быть использовано против лица.

Выводы

1. Мы живем в (сверх)новой коммуникативной среде, где известный принцип «нет у вас на Костю Сапрыкина методов» уже катастрофически не работает. Всякая открытая информация, не опровергнутая по твоей инициативе в суде, причем в международно уважаемом (а не условно Басманном) суде, работает против тебя. Интернет по своей информационной ценности не просто равен традиционным СМИ, а превосходит их. Старомодный лоббизм с целью сокрытия той или иной информации в такой коммуникативной среде не работает или работает против.

2. За все в жизни надо платить. Как говорил один известный бизнесмен-мыслитель, «жизнь – супермаркет; бери все, что хочешь, но касса – впереди». Вы сделали состояние на особых отношениях с российской властью и поддерживаете политику не как гражданин, а как активный ее участник? Что ж, исход очевиден. Если у вас есть «искандеры», можете применить их как средство последней надежды. Дай бог, чтобы это не случилось.

3. Олег Дерипаска – один из многих. Один из первых, но не последний. Можем составить список следующих вероятных жертв, соответствующих тем же критериям, что ОВД. Личные отношения с американскими и/или иными политиками никого не спасут. В современном мире при наличии прозрачных унифицированных правил игры такие связи уже не работают. Работает только право, и то не у всех, а только у тех, кто умеет с ним работать, а это штучный и редкий товар.

США. Великобритания. Евросоюз. РФ > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 сентября 2018 > № 2734277 Антон Именнов, Сергей Гландин


Великобритания. Россия > Армия, полиция > carnegie.ru, 17 сентября 2018 > № 2734274 Александр Баунов

Ваш шпиль, прелестный шпиль. Трудности холодной войны в открытом мире

Александр Баунов

На то, что Запад считает глобальным вызовом со стороны России, он отвечает – среди прочего – вербовочной активностью, близкой к уровню холодной войны. В этих условиях, выбирая между задачей не навредить в случае неудачи имиджу России и задачей не проиграть в вербовочной войне, российские спецслужбы вполне могли приоритизировать вторую в ущерб первой

Интервью двух подозреваемых в покушении на Скрипаля и невольном убийстве британки Дон Стерджесс не выглядит убедительным не из-за сбивчивости их речи и не потому, что по соборам такие не ездят и геи такими не бывают (элементарное знакомство с жизнью сразу подсказывает, что ездят и бывают и не такие), а по той же причине, по какой рассыпаются конспирологические версии событий (все было не так) и новые исторические хронологии (все было не тогда).

Подтверждением истинности событий является не то, насколько они правдоподобны сами по себе, а насколько они погружены в бесконечные сети связей, которые невозможно подменить даже в прошлом, не то что в настоящем. По текстам античных историков видно, что Ливий знал Цицерона, но не Тацита, а тот знал обоих, и каждый из них имел в виду имена и события для себя прошлые и настоящие, но не будущие. Многообразное знание нарастает лавиной, и поток перекрестных ссылок не оставляет ни малейшей лазейки для существенного изменения той большой исторической картины, какая у нас есть.

Так же и с современными событиями: невозможно сказать, что всё подменили, не взрывали, а смонтировали, что погибших было не сто, а тысяча, просто спрятали тела, – потому что у людей есть родственники, друзья, коллеги, соседи, домашние животные и любимые места. Постановочные события, если есть на то желание, довольно быстро оказываются разоблаченными.

Не так важно, насколько подозреваемые похожи или не похожи на бизнесменов, умеют или не умеют оправдаться, убедительно или неубедительно излагают. Важно полное отсутствие подтверждающей существование личности вовлеченности в простейшие общественные отношения. Вакуум повседневности. Пустыня быта. Cogito ergo sum – мыслю, следовательно, существую; это верно изнутри человеческого субъекта, а снаружи notus ergo sum – со мной знакомы, следовательно, я существую.

Именно потому, что эту простейшую повседневность так трудно подделать или создать из ничего, даже из малого, Штирлиц всю жизнь был вынужден провести в Германии, а не ездить иногда посмотреть на Кельнский собор.А в 2009 году из США выслали десять спящих агентов, запомнившихся больше всего Анной Чапман, которые просто жили в США годами и даже десятилетиями под видом обычных американцев и ничего особенного не делали.

В этом важнейшем смысле экзистенциальное алиби подозреваемых в отравлении Скрипаля доказать не удалось. Этих людей нет в обыденности, и это подозрительнее блуждания по незнакомому городу под камерами, что само по себе, если они агенты, является прискорбной небрежностью, как и флакон, выброшенный вместо мусорного бака в корзину с вещами для бедных.

Впрочем, это не единственная небрежность. Сюда же следует отнести загранпаспорта с почти одинаковыми номерами, отличающимися на одну конечную цифру. Или новые обстоятельства, которые вроде бы выяснились за выходные, – практически пустые папки с данными для выдачи внутренних паспортов в УФМС, зато с разными засекречивающими пометками, и один из телефонов Минобороны в личных данных. Если все подтвердится, это среди прочего покажет, что даже секретные военные агенты по части оформления документов должны хотя бы минимально следовать гражданской процедуре, что для государства в целом не так уж плохо: по крайней мере Миноборны не выдает собственных паспортов.

Да и сама схема краткосрочного выезда двух мужчин-агентов с заданием, похожая на парную работу дипкурьеров и без вариаций повторяющаяся из раза в раз, тоже не выглядит верхом изобретательности.

Именно полноценная, спонтанно выявляемая сеть социальных связей была бы для подозреваемых более надежным алиби, чем шумная оргия в дешевом лондонском отеле накануне попытки отравления или существующие пока нестыковки у английской стороны, прежде всего по части различия между теоретическим описанием «Новичка» и реальной картиной отравления.

Бывшая элита

По всем этим поводам приходилось встречать горестные реплики, что уж если элита общества спецслужбы, если армия в лице своей внешней разведки настолько кустарны, как же работает все остальное. И многие, даже самые современные читатели склонны с этой логикой соглашаться, по умолчанию принимая, что спецслужбы действительно лучшее, что у нас есть.

На самом деле это давно не так, и горестные реплики исходят из совершенно ложного и устаревшего посыла для общества нашего типа. Военные и родственные им жесткие иерархические организации, связанные с безопасностью государства, действительно бывают главным модернизационным сословием отставших и догоняющих обществ во времена, когда война является общепринятым, одобряемым или во всяком случае допустимым способом межгосударственной конкуренции. На ранних этапах догоняющего развития они оказываются первым и некоторое время единственным модернизаторским сословием. Премьеры всего лучшего и высокотехнологичного происходят в армии, там же оказываются выходцы из самых высокопоставленных и образованных семей, военные школы – первые настоящие вузы. Если гражданскую жизнь правительства отстающих стран решаются осовременить не всегда или не сразу, то от модернизации армии и ее действий на поле боя напрямую зависит их выживание.

В новой и новейшей истории военные были элитой в Турции, арабских странах, Латинской Америке, Восточной и Юго-Восточной Азии. Аналогичные для России времена Петра, Екатерины и Александра, когда армия в России единственный европеец, давно прошли, так же как и эпоха преувеличенной значимости всех служб, имеющих дело с заграницей в закрытом от мира СССР. Сегодня модернизаторскими сословиями являются другие, и лучшие кадры и практики концентрируются там. IT-компании, серьезные банки, юридические фирмы, строители, работники космической сферы, химики и нефтяники собирают более перспективные кадры и вырабатывают более современные решения, чем спецслужбы. Мерить по разведчикам качество работы всей страны сейчас не имеет смысла.

Спецслужбы – по-прежнему серьезные организации, однако вряд ли могут считаться элитой в том смысле, в каком они были элитой в советское время, когда любой, даже законспирированный выезд за границу и возможность жить и отовариваться там были лучшей из привилегий.

В открытой и капиталистической России не всегда ясно, чем компенсировать те неудобства и ограничения, которые связаны с такого рода службой. В случае, если причастность подозреваемых будет доказана (ибо лучшей из версий для нас является та, которая доказана в состязательном суде), это может быть одной из причин провала.

Имидж или лояльность

Во всем этом деле с самого начала поражает полное отсутствие политической целесообразности убийства Скрипаля для России. В момент, когда к ней прикованы критические взгляды всего мира, перед переизбранием Путина, легитимность которого ставится под сомнение из-за слабой конкуренции, в разгар санкций и противостояния практически со всем политическим классом США, по сути в ситуации новой холодной войны – зачем убивать обменянного клятвопреступника, который давно уже рассказал все, что мог, еще в период работы двойным агентом и заново после отъезда.

Однако эта подзабытая уже, в том числе и спецслужбами, степень противостояния вместе с новой холодной войной как раз и могут быть объяснением.

Политической целесообразности в убийстве Скрипаля, с точки зрения общественных связей и имиджа российского государства, действительно нет. Но это если приоритеты международных отношений ставить выше безопасности государственных секретов.

Цель политического режима России – выживание под внешним давлением в ситуации давно забытого уровня конфронтации. Это давление выражается, в частности, в числе и напоре так называемых вербовочных подходов к сотрудникам государственных органов, работающих с секретной информацией, которая у нас имеется более-менее везде.

Вербовка и разведка – стандартные занятия государств по отношению друг к другу. Но их интенсивность очень зависит от международной ситуации: одно дело, если это просто трудные партнеры, между которыми есть противоречия, другое – глобальные противники.

Те, кто общается с госчиновниками, знают об этом из частных разговоров, но и в официальных заявлениях теперь регулярно прорываются удивление и негодование. «Вербовочные подходы, сопровождаемые шантажом и угрозами, не редкость и в других странах – не только в Соединенных Штатах», – говорит глава МИД России Сергей Лавров в одном из недавних интервью.

На пресс-конференции по итогам 2016 года Лавров подробно рассказывал о попытках вербовать дипломатов высокого уровня (вплоть до советника-посланника – второго человека в посольстве в США) в самых разных ситуациях (когда человек вышел за лекарством; в машину подкинули деньги). В декабре прошлого года пресс-секретарь МИД Мария Захарова жаловалась на брифинге на попытки жесткой вербовки представителей российских СМИ и дипломатов. Даже помощь в идентификации Петрова и Баширова в западных газетах приписали завербованному российскому дипломату в Италии (Марии Захаровой пришлось это опровергать). Судя по количеству выступлений, эта тема всерьез волнует российские власти.

На то, что Запад считает глобальным вызовом со стороны России, он отвечает – среди прочего – вербовочной активностью, близкой к уровню холодной войны. В этих условиях, выбирая между задачей не навредить в случае неудачи имиджу России и задачей не проиграть в вербовочной войне, российские спецслужбы вполне могли приоритизировать вторую в ущерб первой.

Во враждебном окружении главное не потерять контроль над информацией и ее обладателями, не уступить в этом противнику. Страна является открытой – неясно, какие бонусы, кроме повышения по службе, соцпакета и приличных, но скромных по сравнению с большим бизнесом зарплат, могут получать чиновники гражданских и даже военных и специальных ведомств, чтобы руководство было уверено в их лояльности.

В советское время государство было тотальным, сейчас, поработав на государственной службе, можно перейти в частную экономику. Страна находится в открытом информационном пространстве, ее границы тоже открыты. Выезд за рубеж, заграничные звонок и письмо, тем более контакт с иностранцем в СССР были штучными событиями, известными наперечет, – хотя и там, помноженные на число граждан, исчислялись миллионами. Сейчас они просто не поддаются и уже не поддадутся никакому учету. Такой цели даже не ставится.

Тем не менее те, кто пошел на государственную, тем более секретную службу, должны понимать, что условия уговора в высшей степени, как говорится – смертельно, серьезны.

Подобно тому, как генерал Золотов жалуется, что перед ним поставлена задача, исполнение которой он не может вполне гарантировать, пока не пресечены разлагающие личный состав нападки Навального (а судя по заявлению Золотова, для него они – часть внешнего давления на Россию), и, поскольку государство не справляется с ситуацией и даже не обращает на нее внимания, ему приходится вмешиваться самому, так и спецслужбы могли руководствоваться логикой поставленной перед ними целью, ставя ее выше государственной репутации. Тем более что провал не был предрешен, да и судебного вердикта пока нет.

Политическая целесообразность существует не сама по себе, а внутри некоторой сверхзадачи. И эта задача сейчас не в том, чтобы показаться в мире хорошими и невинными. Это для Владимира Путина и российских спецслужб так же недостижимо, как для Бориса Годунова («Кто ни умрет, я всех убийца тайный: / Я ускорил Феодора кончину, / Я отравил свою сестру царицу» и т.д.).

Их сверхзадача сейчас – выстоять в весьма жестком противостоянии с финансово и технологически более обеспеченным, а значит, соблазнительным противником (хотя 10 тысяч долларов в машину советника-посланника это все-таки обидно было), и она предполагает четкое осознание всеми неминуемых последствий нарушения договоренностей. То, что последствиями могут стать еще и более жесткие санкции, ухудшающие позиции России в том самом противостоянии с Западом, которое она опасается проиграть, не всегда берется в расчет.

Великобритания. Россия > Армия, полиция > carnegie.ru, 17 сентября 2018 > № 2734274 Александр Баунов


Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > snob.ru, 14 сентября 2018 > № 2733286 Константин Эггерт

Могут повторить

Константин Эггерт

Какие сигналы подает Кремль Западу посредством скандального интервью с Петровым и Бошировым

Хохотать тут, конечно, можно. И над вымученной игрой в «геев», и над «Солсберецким собором», и над снежной бурей, которой не было. Можно пофантазировать, что этот дикий телеспектакль — изощренное публичное наказание от начальства «Петрову» и «Боширову» за провал операции. Своего рода наряд вне очереди. Мол, помучайтесь, парни, перед телекамерами, изображая однополую пару, то-то ребята «на работе» посмеются!

Можно также заметить, что смех тут, если вдуматься, неуместен. Ведь речь идет о предполагаемом покушении на убийство двух человек (Сергея и Юлии Скрипаль) и смерти не причастной ни к чему британской подданной Дон Стерджес.

На самом деле, все тут совершенно органично и правильно, по крайней мере, с точки зрения организаторов этого интервью года. Особенно после того, как несколько дней назад не кто иной, как сам президент Путин объявил о том, что «Петров» и «Боширов» найдены. Инициатива, таким образом, исходила от Кремля. Люди, готовившие действо на RT, прекрасно понимали, что делают, и догадывались, как именно будут его комментировать оппозиционные СМИ, критически настроенная интеллигенция и наивные западные люди.

Тем не менее они — очевидно, по указанию свыше — устроили этот спектакль. Значит, что именно такого результата организаторы и желали. 25-минутное интервью становится абсолютно логичным, если предположить, что его задача — не замести следы, не узнать, что еще удалось выяснить британским следователям, даже не оправдаться перед западным общественным мнением (кто поверит таким оправданиям?). Цель этой пропагандистской операции очень простая — троллинг: Терезы Мэй, Ми-5 и Ми-6 плюс американской администрации, которая инициировала первую серию санкций против российских интересов в связи с делом Скрипаля в августе и теперь введет в действие значительно более жесткие ограничения в ноябре. По крайней мере, я для себя другого объяснения не нахожу.

Не стоит забывать: российские следственные органы открыли в марте дело об отравлении двух граждан России. И коли уж их «нашли», как сообщили нам из Кремля, то «бизнесменам» прямая дорога не в студию Маргариты Симоньян, а на допрос в Следственный комитет, хотя бы в качестве свидетелей.

Нет, никакая это не попытка оправдаться перед Западом и даже не шоу для телезрителей Первого канала и ВГТРК про то, как коварная «англичанка» вновь «гадит» России. Это, скорее, побочная, не главная задача интервью. Это четкий сигнал Лондону и его вашингтонским союзникам: «Мы это сделали, а вас и ваших санкций не боимся». Собственным силовикам: «Мы своих не сдаем, даже если они провалили задание». И всему миру, включая оппозиционную российскую общественность: «Вы — никто».

Удивившую многих скованность и раздражение обычно бойкой на язык Маргариты Симоньян в этом контексте можно легко понять. Одно дело — транслируемые ее каналом байки про «мировое правительство» и масонов да задушевные беседы со Славоем Жижеком и лидерами «Хезболлы». Совершенно другое — участие в пропагандистской акции российских спецслужб с целью публичного унижения премьер-министра Великобритании, администрации Дональда Трампа, конгресса США и подотчетных им контрразведчиков. Тут уж не до смеха над игривыми намеками на «фитнес-индустрию». Ведь кто знает, как там дальше будут обстоять дела с выдачей шенгенских и других виз?

Интервью двух «специалистов по фитнес-индустрии» — декларация намерения Кремля ничего не менять в русской политике — ни за границей, ни, что еще важнее, дома, в России. Никому не уступать, наказывать тех, кто считается предателями или особо опасными врагами, и никогда не демонстрировать слабость. Это демонстрация убежденности, что все разговоры про «доверие как главную ценность дипломатии» ничего не значит, что миром правят сильные, а удел слабых — выпускать пресс-релизы и пищать про «верховенство права».

Зловещий троллинг на RT — послание не только Даунинг-стрит или Пенсильвания-авеню, но и сторонникам Навального. Борцам с мусорными свалками. Каким-нибудь местным депутатам-коммунистам, которые в результате последних региональных выборов вдруг могут решить, что они действительно власть. Европейским дипломатам, которые все еще надеются на освобождение Сенцова, как (видимо, ошибочно) надеялся и я. Короче, всем-всем-всем: «Можем повторить!»

Если потребуется — повторят, не сомневайтесь.

Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > snob.ru, 14 сентября 2018 > № 2733286 Константин Эггерт


Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 9 сентября 2018 > № 2726059 Леонид Бершидский

Bloomberg (США): Дело Скрипалей доказывает, что слежка далеко не всесильна

Повсеместная слежка в Британии позволила установить личность подозреваемых. Но, как в случае с Россией, произошло это слишком поздно, чтобы арестовать преступников. Так стоит ли устраивать слежку за миллионами граждан, подвергая их риску ложного срабатывания, существующего даже при современных технологиях распознавания лица? Таким вопросом задается колумнист издания Bloomberg.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Вездесущие камеры слежения не очень-то помогают в борьбе с преступностью, даже если случай действительно резонансный.

Натыканные повсюду камеры слежения, безусловно, помогли раскрыть роль российской военной разведки в попытке покушения на бывшего агента, случившегося в Солсбери в марте этого года. Благодаря видеонаблюдению, маршрут двоих российских подозреваемых был восстановлен в малейших подробностях. Но вместе с этим кажущаяся удача обнажила главную проблему повсеместной слежки: следить за всеми подряд — значит не следить ни за кем в особенности. И камеры могут пригодиться уже постфактум, когда задержать уже опознанных преступников становится все труднее.

По разным оценкам, в Лондоне установлено до полумиллиона камер видеонаблюдения, то есть по одной на 16 жителей. К слову, такими камерами, несмотря на все протесты поборников приватности, нафаршированы и американские города. Они-то и позволили британской полиции и разведке опознать преступников как Александра Петрова и Руслана Боширова (впрочем, это наверняка псевдонимы). На записях видно, как они идут по аэропорту, спускаются в лондонскую подземку, вселяются в обшарпанный отель и едут в городок, где, предположительно, измазали ручку двери бывшего полковника Сергея Скрипаля ядом военной разработки. Бывший шпион и его дочь выжили, однако женщина, соприкоснувшаяся с ядом случайно, умерла.

Расследование заняло несколько месяцев. Еще бы, следователям пришлось перелопатить гору видеоматериалов, а кроме специальных распознающих лица программ над делом трудились живые «сверхопознаватели» — сотрудники с выдающейся памятью на лица. По-другому и быть не могло: единого стандарта среди камер видеонаблюдения не существует. Согласно свежему отчету британского сайта Ifsec Global, посвященного индустрии безопасности, лишь 16% установленных в стране камер видеонаблюдения имеют искусственный интеллект для анализа поступающих данных. Кроме того, оказалось, что 74% всех систем безопасности вообще используют аналоговые камеры. Наконец, четверть всех систем была установлена по меньшей мере шесть лет назад — или даже того раньше.

Фундаментальные научные изыскания эффективности камер видеонаблюдения доказывают, что они способны снизить число имущественных преступлений — вроде грабежей и мелких краж — но не преступлений против личности, сопровождающихся насилием. Эффективнее всего камеры работают, когда за ними есть постоянный догляд, а полиция оперативно реагирует на любые сигналы тревоги. Однако, как бы то ни было, камеры слежения оказались бессильны против волны тяжких преступлений, захлестнувших Лондон в последние месяцы — таких, как перестрелки, ножевые атаки и изнасилования. Что касается мелких преступлений, то камеры рассчитаны скорее на психологический эффект. Однако преступники поменьше тоже читают газеты, а там наперебой обсуждают новую политику Лондонской полиции: если ущерб не превышает 50 фунтов (65 долларов), то дело возбуждаться не будет. Кроме того, полиция не будет разыскивать магазинных воришек или мелких хулиганов, если ради этого требуется отсмотреть более 20 минут видеоматериала.

В Берлине камер слежения на порядок меньше, чем в Лондоне. В 2016 году в городе было 14 765 штук — то есть по одной на 325 жителей. Вероятно, их количество все же возросло: преступнику, совершившему теракт на рождественском рынке, удалось улизнуть прямо из-под носа полиции. Видеозаписей при этом не нашлось, и федеральное правительство призвало усилить видеонаблюдение. Однако немцы на нововведения смотрят с недоверием, памятуя о своем недавнем прошлом. Урок двух полицейских государств дает о себе знать, и видеонаблюдение принимают в штыки. Руководящие Берлином левые партии в прошлогоднем соглашении обещали, что расширять видеонаблюдение не собираются.

Но несмотря на сопротивление общественности в этом вопросе, Берлин гораздо безопаснее Лондона. Например, за финансовый год 2017-2018 (закончившийся в марте) в Лондоне произошло 32 869 ограблений или 402 на 100 000 жителей. В Берлине же эта цифра составила 4 242 ограбления — или 115 на 100 000 жителей.

Конечно, это еще ничего не доказывает. Разница в уровне преступности обуславливается не только тем, насколько широко в том или ином городе применяется видеонаблюдение — есть и другие факторы. Но этот разрыв не только не уменьшается, но и ширится — в Лондоне преступность растет, а в Берлине падает — и это доказывает, что повсеместность камер слежения еще не решает проблемы преступности.

Постоянная слежка по-своему даже успокаивает. Полиция подключится только в том случае, если дело по-настоящему серьезное — например, химическая атака извне. Люди попадают в поле зрение камеры и тут же исчезают, не теряя своей анонимности — впрочем, это по усмотрению наблюдателей. Всеобъемлющую систему видеонаблюдения выстраивает Китай. Предполагается, что к 2020 году она покроет все ключевые общественные места страны. В Китае уже имеется 170 миллионов камер видеонаблюдения (причем большинство из них гораздо современнее английских), а скоро появится еще 400 миллионов. И делается это отнюдь не для того, чтобы остановить мелких воришек, а чтобы следить и собирать данные обо всех граждан без исключения.

Да, повсеместная слежка в Великобритании позволила полиции установить личность подозреваемых, но, как это часто бывает в отношении России, произошло это слишком поздно, чтобы вмешаться и арестовать преступников. А теперь их в Великобританию и калачом не заманишь.

Неужели этот исход стоит того, чтобы устраивать слежку за миллионами невинных граждан, подвергая их однопроцентному риску ложного срабатывания, существующего даже при современных технологиях распознавания лица? И перевешивает ли он риск хакерской атаки, которая прямо-таки напрашивается? Что-то я сомневаюсь.

Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 9 сентября 2018 > № 2726059 Леонид Бершидский


Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 сентября 2018 > № 2725042 Марк Галеотти

Foreign policy (США): Российская военная разведка далеко не глупа

Наконец начала появляться информация о предполагаемых убийцах бывшего двойного агента из России Сергея Скрипаля. По данным британской прокуратуры, двое подозреваемых являются сотрудниками российской службы военной разведки ГРУ — того самого ведомства, где служил Скрипаль в свою бытность британским шпионом. Марк Галеотти считает, что чрезмерное внимание к этой службе весьма опасно.

Не дайте себя одурачить сообщениями о подозреваемых в покушении на Скрипалей: Москва добилась того, чего хотела

Марк Галеотти (Mark Galeotti), Foreign Policy, США

Прошло шесть месяцев с момента покушения на бывшего двойного агента из России Сергея Скрипаля, и вот наконец начала появляться информация о предполагаемых убийцах. По данным британской прокуратуры, двое подозреваемых являются сотрудниками российской службы военной разведки ГРУ — того самого ведомства, где служил Скрипаль в свою бытность британским шпионом. С одной стороны такая предполагаемая связь свидетельствует об агрессивных устремлениях ГРУ, которых следует опасаться странам Запада. А с другой, чрезмерное внимание к этой службе, а также разговоры о ее мнимой топорности и неуклюжести весьма опасны.

Первые подробности о возможных убийцах появились 5 сентября, когда заместитель начальника лондонской полиции Нил Басу (Neil Basu) назвал в качестве главных подозреваемых двоих россиян, которые приехали в Лондон под именами Александр Петров и Руслан Боширов. Масштабное расследование, в ходе которого 250 детективов провели более 1 400 допросов и проанализировали 11 000 часов видеосъемки с камер наблюдения, позволило полиции выследить двоих мужчин, которые находились в Британии три дня. Полиция заявляет, что они прибыли рейсом из Москвы в пятницу 2 марта во второй половине дня. Следующий день они провели в номере лондонского отеля, где якобы готовили отравляющее вещество нервно-паралитического действия «Новичок», которое было использовано для отравления. В воскресенье они приехали к дому Скрипаля в город Солсбери. Пробыв там полтора часа и намазав за это время дверную ручку в доме «Новичком», а потом выбросив в близлежащем парке флакон с отравляющим веществом, подозреваемые сели в поезд до аэропорта и улетели обратно в Москву.

Выступая после брифинга Басу в парламенте, премьер-министр Тереза Мэй заявила, что эти двое являются сотрудниками ГРУ, назвав это ведомство «очень дисциплинированной организацией с устоявшейся системой подчинения». Мэй не стала упоминать российского президента Владимира Путина, однако дала понять, что он наверняка знал о планах Петрова и Боширова. «Это нельзя назвать самовольной операцией, — сказала она. — Ее наверняка утверждали за пределами ГРУ на самом высоком уровне в российском государстве».

В этом она несомненно права. Хотя различным спецслужбам (и прочим инструментам геополитической борьбы с Западом) в России предоставлена значительная оперативная самостоятельность, на проведение крупных операций с потенциально серьезными международными последствиями надо получать разрешение в Кремле. Кроме того, не было никаких обычных примет (таинственные отставки, скандальные утечки информации из надежных источников), указывающих на то, что какой-то человек или ведомство переступили грань дозволенного. Инициировал Путин это покушение или просто одобрил его — оно наверняка было государственной операцией.

Возможная причастность Путина привела к тому, что в СМИ появилось множество материалов и сообщений про ГРУ: как это управление действует, зачем существует, и почему его схватили за руку. Такое внимание вполне понятно, но здесь есть немало проблем. С 2010 года это ведомство официально называют Главным управлением Генерального Штаба (ГУ ГШ), но оно повсеместно известно под своей прежней аббревиатурой ГРУ. Это управление упоминалось в расследовании российского вмешательства в американские выборы, его обвиняли в попытке государственного переворота в Черногории в 2016 году и даже подозревают в уничтожении гражданского авиалайнера в небе над Украиной в 2014 году. Последнее утверждение весьма спорно. ГРУ несомненно помогало начать восстание в Донбассе, вооружало боевые отряды и давало указания их командирам. Но нет никаких улик, указывающих на то, что оно приняло решение сбить самолет. Тем не менее, это управление чрезвычайно активно действует по всему миру.

ГРУ также известно своей готовностью идти на риск в тех случаях, когда другие службы на это не решаются. Этому управлению подчиняется российский спецназ, а офицеры-разведчики гордятся тем, что выполняют поставленные задачи, несмотря ни на что.

Но ГРУ действует не в одиночку. Другая группа, либо из СВР (российский аналог ЦРУ), либо из ФСБ (служба внутренней безопасности, проявляющая все большую активность за рубежом) тоже занималась взломом серверов Демократической партии. СВР осуществляла скандально известную «программу нелегалов», которые вели разведывательную работу в США и были разоблачены ФБР в 2010 году. Сотрудники ФСБ, которых называют ближайшими союзниками Путина, причастны к глобальной кампании троллинга и дезинформации. Эта служба в 2014 году даже похитила сотрудника эстонских спецслужб, проникнув через границу с этой страной.

В ответ на попытку убийства Скрипаля Британия пообещала усилить свою кампанию против ГРУ и пригрозила «демонтировать его сети», а также осуществить кибероперацию против линий связи этого ведомства. Все это прекрасно, и именно так контрразведка должна реагировать на попытку любой организации осуществить атаку в чужой стране. Но опасность заключается в том, что зациклившись на ГРУ, мы прекратим обращать внимание на другие угрозы. И ФСБ, и СВР имеют лицензию на убийство и пользуются ею. Они активно работают в Британии, Европе и Северной Америке. Исключительное внимание к одному только ГРУ сродни охоте на Петрова и Боширова. Это война, цель которой — уничтожить нескольких рядовых. Приказы отдает Кремль, а ГРУ — это лишь один из многих инструментов в его распоряжении.

Еще большую тревогу такое узконаправленное и ограниченное внимание к ГРУ вызывает в силу того, что его оперативных сотрудников представляют в виде кучки кровожадных идиотов. Британский министр безопасности Бен Уоллес (Ben Wallace), например, проводит параллели с комедийной пародией на шпионов, заявляя: «Скорее, это была операция в стиле Джонни Инглиша, а не Джеймса Бонда». В качестве подтверждения некомпетентности ГРУ приводят тот факт, что Скрипали выжили, что убийц якобы опознали, и что от выброшенного в урну «Новичка» пострадали ни в чем не повинные люди.

Верить этому было бы серьезной ошибкой. Прежде всего, Скрипаль и его дочь Юлия действительно пережили это нападение, но только по счастливой случайности и благодаря тому, что недалеко от Солсбери находится специальная военная лаборатория химического оружия. Но все могло пойти совсем по-другому.

Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 сентября 2018 > № 2725042 Марк Галеотти


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713254 Евгений Кутовой

Пятиться в будущее. Из хронологии российско-британских отношений

Евгений Кутовой, Доктор исторических наук, профессор

Внешняя политика великого народа слагается
не произвольно или случайно, а веками,
в силу нужд и пользы этого народа
С.С.Татищев

Как доктора исторических наук и профессора, интересующегося историей российско-британских отношений и английской литературой начиная с шекспировских времен, меня серьезно озаботил вопрос, как нынешний глубокий кризис в этих отношениях соотносится с многовековой историей общения наших стран, а главное - как он отразится на взаимоотношениях представителей нынешнего и подрастающего поколений россиян и британцев? Отдавая себе отчет в трудностях воспроизведения столетий русско-английских отношений, автор стремился сфокусировать внимание на наиболее значимых для обеих стран этапах, каждый из которых характеризовался существенными особенностями и переменами как в мировой и европейской политике, так и во внутриполитической обстановке России и Британии.

Министр иностранных дел Российской империи Сергей Сазонов писал, что история «наших отношений с Англией… представляется в виде бесконечной цепи политических недоразумений, взаимного подозрения тайных и явных враждебных действий». Министр справедливо сослался на «недолговечность периодов времени», когда «взаимное недоверие уступало место более спокойному и разумному чувству общности многих политических и экономических интересов»1.

Первые отношения между нашей страной и Англией зародились тысячу лет назад, когда в ХI веке между семьями князей Киевской Руси и английских королей завязались первые династические браки. На века они были прерваны татаро-монгольским нашествием. И только в 1525 году русские во главе с князем Иваном Засекиным, направленные царем в Мадрид, совершили по пути первый в истории наших государств дипломатический визит в Англию.

Открытие англичанами России пришлось на 1553 год, когда британский парусник под командованием Хью Уиллоби и Ричарда Ченслера в поисках северного маршрута в далекую Азию смог дойти только до Белого моря, к устью Северной Двины. Год спустя Ченслер посетил Москву, где его принял царь Иван IV. А в 1555 году он вновь побывал в Московском государстве для установления постоянных русско-британских торговых связей. В Англии была учреждена «Московская компания», которая позднее получила название «Русская компания». В Москве для нее создали благоприятные торговые условия. В первой же грамоте короля Филиппа II и королевы Марии, врученной Ченслером царю Ивану IV, как подтверждается в документе, хранящемся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА), тот был именован «императором всея Руси»2.

С возвращавшимся в Англию Ченслером отправился российский посол Осип Непея. Однако в результате кораблекрушения у берегов Шотландии Ченслер погиб. Осип Непея спасся и добрался до Лондона, где был торжественно принят. Он содействовал тому, чтобы в 1557 году в Россию из Англии отправили четыре корабля, груженные товарами, пушками и оборудованием для изготовления пушек. В Москву начали приезжать английские военные специалисты, мастера горных дел, врачи, архитекторы, инженеры, аптекари. Царь Иван IV предпринимал настойчивые попытки заключить с Англией военно-дипломатический союз. По инициативе царя обсуждался вопрос о заключении соглашения с королевой, по которому каждый из двух монархов имел бы возможность при необходимости покинуть свою страну и переехать в другую. В полученной от королевы Елизаветы грамоте русскому царю было обещано предоставить такую возможность в Англии, если он будет «вынужден покинуть Русь». Царь добивался у королевы согласия на его сватовство к племяннице королевы Марии Гастингс. При том, что у Ивана IV не получилось создать военно-политический союз с Англией, связать себя с королевской династией узами Гименея, этот этап в русско-английских отношениях в целом характеризовался обоюдной заинтересованностью во взаимном общении. Ни с той ни с другой стороны не предпринимались попытки «насолить» партнеру…

Российско-английские торговые и культурные отношения получили развитие при Борисе Годунове, когда английским купцам были выданы жалованные грамоты на право свободной и беспошлинной торговли, дано разрешение иметь в Москве собственные дома. В 1602 году в Англию на обучение направили первую группу в составе четырех молодых людей.

В Смутное время связи с Англией заметно ослабли, но при первых Романовых английскому купечеству было подтверждено право на беспошлинную торговлю. Однако в годы английской революции произошло свертывание двусторонних отношений, а торговую деятельность английских купцов ограничили Архангельском. Это, однако, не мешало принимать на военную службу английских, шотландских и ирландских офицеров.

Весьма активно русско-английские отношения развивались при Петре I, который лично побывал не только в Лондоне, но и в Портсмуте, Оксфорде и некоторых других городах страны, осмотрел судоверфи, посетил парламент, монетный двор, обсерваторию. На службу в России он активно привлекал английских математиков, корабельных мастеров, специалистов по строительству каналов и шлюзов. В Москве в 1701 году была учреждена Навигацкая школа, готовившая русских «навигаторов». В 1706 году в ней обучалось свыше 400 слушателей3.

После победы под Полтавой Россия приобретает солидное международное влияние в европейских делах. Но у Лондона не было интереса, чтобы на Балтике вместо Швеции закрепилась другая военно-морская держава. Политический курс Лондона начал ориентироваться на то, чтобы Россия и Швеция продолжали и дальше вести войну между собой. Еще в ходе войны русские послы в Лондоне А.А.Матвеев и Б.И.Куракин предупреждали Петра I о враждебных происках английской дипломатии4. По донесению Б.И.Куракина из Лондона, под прикрытием «дипломатической благопристойности Англия вредила России везде, где только могла»5. Победы русской армии и флота в Северной войне привели к существенному осложнению дипломатических отношений российской державы с Англией, а к 1720 году - к их непродолжительному разрыву.

Но экономические и культурные связи между Россией и Англией сохранились. Английские торговые суда имели право заходить во все русские порты на Балтике. После смерти Петра I был заключен в 1734 году англо-русский торговый договор, который впоследствии не раз возобновлялся.

В ХVIII столетии Россия черпала из Англии необходимые ей технические и научные знания. Документы РГАДА свидетельствуют о процессе культурного и экономического сближения и углубления связей России и Англии. Екатерининский канцлер Н.И.Панин в
1766 году заявлял, что Англия самая старая и самая естественная союзница России… и мы должны все делать, чтобы поддерживать узы, нас соединяющие6. Еще более определенно высказывалась в отношении Англии великая княгиня Екатерина: «Я считаю английский народ наиболее существенным и полезным России союзником»7.

С началом войны Североамериканских колоний Англии за свою независимость король Георг III в 1776-1779 годах трижды обращался к Петербургу с просьбами направить свой экспедиционный корпус для участия в совместном подавлении восстания колонистов, но каждый раз получал отказ. Крупным успехом дипломатии Екатерины II стало выдвижение Декларации о вооруженном морском нейтралитете, призванной содействовать плаванию торговых судов нейтральных государств. Если нейтральные страны пошли на заключение с Россией конвенций о вооруженном морском нейтралитете, то Англия так и не признала эту декларацию.

Политические отношения между Англией и Россией в начале ХIХ века были достаточно дружественными. Между ними не возникало сколько-нибудь серьезных конфликтов. С воцарением на престоле Александра I заметно активизировались дипломатические отношения Российской империи с Англией, что импонировало интересам российского дворянства и купечества, заинтересованных в торговле на Балтии. Этим целям отвечало заключение в июне 1801 года русско-английской морской конвенции (Петербургская конвенция).

В 1805 году в Лондоне была подписана Англо-русская союзная конвенция о мерах к установлению мира в Европе, целью которой было блокировать наполеоновскую агрессию против европейских государств. К участию в англо-российском союзе присоединились Австрия, Швеция и Неаполитанское королевство. Но заключенный Александром I с Наполеоном в 1807 году непростой для России Тильзитский мирный договор негативно сказался на российско-английских отношениях. Самым тяжелым для России обязательством стало участие в континентальной торговой блокаде Англии - по традиции главного ее торгового партнера8.

В преддверии вторжения Наполеона в нашу страну деятельность русской дипломатии была направлена на то, чтобы блокировать попытки Франции сколотить враждебное окружение вокруг России. Петербург заключает в том числе и с Англией договор о сотрудничестве. Поражение французской армии в России ускорило формирование в Европе мощной антинаполеоновской коалиции. В феврале 1814 года Россия, Англия, Австрия и Пруссия подписали в Шомоне так называемый Четверной контракт, укрепивший антифранцузскую коалицию и обеспечивший его участникам ведущую роль в политике послевоенной Европы. На Венском конгрессе, где был подписан заключительный акт, Россия столкнулась с коварной политикой ее союзников, в частности создавших антироссийский союз в составе Австрии, Англии и Франции. Он был оформлен в формате секретного договора, целью которого было ослабить лидирующую роль России в Европе. Но Александр I считал важным сохранить антинаполеоновский союз, и Россия не пошла на разрыв дипломатических отношений с союзниками.

В первой половине ХIХ столетия Восточный вопрос становится источником серьезного обострения русско-английских отношений. Подписанное в апреле 1826 года англо-русское соглашение по урегулированию греческого вопроса допускало возможность вооруженных акций против Османской империи как Англии, так и России «сообща или единолично». Император Николай I ориентировал свой политический курс на сближение с Англией. Международный статус Черноморских проливов был определен Лондонской конвенцией 1841 года. В Петербурге рассчитывали, что это будет способствовать сближению русских и английских позиций в Восточном вопросе. В ходе визита в Лондон в июне 1844 года Николай I поделился с английскими политиками соображениями об ожидаемом распаде Османской империи и важности достижения в этой связи англо-русской договоренности о разделе ее территорий. Но с приходом в Лондоне к власти в 1846 году Партии вигов отношения с Англией вновь осложнились.

В 1853 году разразилась Крымская война, в подготовке и развязывании которой ключевую роль сыграл британский премьер-министр Генри Джон Палмерстон. Война, в которой России противостояли в первую очередь Англия и Франция, завершилась поражением николаевской империи. Ее дипломатии пришлось пойти на заключение невыгодного для России Парижского договора 1856 года. Самой трудной для России статьей этого договора было провозглашение нейтрализации Черного моря. Страна лишалась права иметь на Черном море флот и военно-морские порты. Но российским дипломатам удалось не допустить реализации коварных планов Палмерстона, стремившегося отторгнуть от России ряд ее территорий, в том числе Крым, Кавказ, Финляндию, Прибалтику и т. д.

Заключение Парижского договора не устранило сложностей в отношениях России с Англией. Лондон поощрял кавказских горцев к продолжению изнурительной Кавказской войны, осуждал политику России в Польше.

Поражение Франции во Франко-прусской войне 1870-1871 годов было умело использовано министром иностранных дел А.М.Горчаковым, заявившим, что Россия больше не считает себя связанной обязательствами по Парижскому договору, ограничивающими ее суверенные права на Черном море. Ответную реакцию Англии Горчаков квалифицировал как позицию «недоброжелательства и бесплодного порицания», хотя Лондон отклонил предложение Австро-Венгрии о войне против России.

Победа России в войне с Турцией в 1877-1878 годах и подписание Сан-Стефанского мирного договора, предоставившего независимость ряду Балканских стран и открывшего возможности для их национального и культурного развития, вызвали резкую реакцию со стороны Лондона. На Берлинском конгрессе в 1878 году, столкнувшись с англо-австрийским блоком и негативной позицией Пруссии, России пришлось пойти на пересмотр ряда важных для нее положений Сан-Стефанского договора. По англо-турецкой конвенции 1878 года Лондон получил право на установление контроля над Кипром, где вплоть до наших дней находятся две британские военные базы.

Серьезную озабоченность в последнюю четверть ХIХ века у Лондона с его растущими колонизаторскими устремлениями на Среднем Востоке вызывала российская политика в Средней Азии. Англичане опасались, что это отразится на ее интересах в Индии и соседних странах. В ноябре 1878 года Англия напала на Афганистан, в то время как Россия выступила против агрессивных притязаний Англии в Афганистане, видя в них угрозу своим среднеазиатским территориям. Она добивалась, чтобы Афганистан оставался целостным, сильным и независимым государством. Но в 1879 году Лондон навязал Афганистану договор, превративший эту страну в британский протекторат.

Весьма сложными были отношения России с Англией и на Дальнем Востоке, где у берегов Кореи Лондон попытался создать военно-морскую базу, а также спровоцировать столкновение между Китаем и Россией. Заключенный Японией договор о союзе с Англией в 1902 году стал для японской стороны политико-дипломатической основой подготовки к войне с Россией. Война с Японией, в ходе которой Россия потерпела ряд поражений, вынудила правительство Николая II пойти на заключение в 1905 году невыгодного для российской стороны Портсмутского мирного договора.

Отношения с Англией начали постепенно стабилизироваться в первые годы ХХ века. В результате проведенных в 1906-1907 годах переговоров министра иностранных дел А.П.Извольского с британским правительством заключается Англо-русская конвенция. С Лондоном достигается также договоренность о разграничении сфер интересов обеих держав в среднеазиатском районе. В Персии определяются три зоны: русская, английская и нейтральная. Совершая сложное внешнеполитическое маневрирование, Россия постепенно отходит от сотрудничества с Германской империей и присоединяется к Франции и Англии в рамках Тройственного согласия - известного как Антанта. Министр Сазонов усматривал в структуре Тройственного согласия не только гарантию сохранения мира, но и средство укрепления международных позиций его участников.

Россия добилась для себя от Англии уступок на Среднем Востоке, укрепила свои собственные позиции, в первую очередь в Персии. В переговорах морских ведомств обеих стран имперские амбиции не позволили сформировать устойчивую базу для эффективного сотрудничества двух флотов в будущей мировой войне. По ходу Первой мировой войны внешнеполитические ведомства России, Англии и Франции проводили активное обсуждение путей достижения своих политических целей. В ходе секретных переговоров достигались договоренности и заключались соглашения, касавшиеся раздела между ними территории Османской империи после войны.

В отличие от эпохи Ивана IV, которому королева Елизавета согласилась предоставить в случае необходимости убежище в Англии, расчеты Николая II после отречения от престола на получение возможности переехать с семьей в Англию не оправдались. Его кузен Георг V, клявшийся в вечной дружбе и верности, не предоставил царю такой возможности. А британский премьер-министр Ллойд Джордж считал «верхом безумия» принимать царя с семьей в Великобритании.

Отречение Николая II от престола в феврале 1917 года побудило российский МИД добиваться от союзников по Антанте признания пришедшего к власти Временного правительства законным преемником Российской империи, а также получения от них письменного подтверждения обязательности «всех ранее заключенных с Россией соглашений». Именно Англия сначала попыталась уклониться от этого, и только после повторных настойчивых обращений российской стороны министр А.Бальфур передал русскому посольству в Лондоне необходимый документ.

С победой Октябрьской революции и принятием Декрета о мире РСФСР пришлось взять курс на подписание в Бресте 3 марта 1918 года мирного договора с Германией и выйти из войны. Но уже 6 марта 1918 года Англия высадила свои войска в Мурманске, а через неделю в Лондоне была проведена конференция премьер-министров и министров иностранных дел Англии, Франции и Италии, в ходе которой сочли целесообразным проведение «союзной интервенции в Восточной России» с привлечением к ней Японии9. В апреле-ноябре 1919 года англо-французская эскадра вошла в Новороссийск, а затем в Одессу и Севастополь. С октября 1918 по октябрь 1919 года Англия поставила Белому движению во главе с Колчаком более 600 тыс. винтовок, около 7 тыс. пулеметов, 1200 орудий, а также танки, самолеты, боеприпасы10.

VI Всероссийский съезд Советов в ноябре 1918 года обратился к правительствам стран Антанты и Японии с предложением о заключении мирного договора. Но только в марте 1921 года удалось подписать первое торговое соглашение с Англией, согласно которому советское правительство было признано де-факто. Однако на Лозаннской конференции (1922-1923 гг.) английская дипломатия перешла в наступление против СССР. По инициативе лорда Керзона Советской республике был предъявлен меморандум, известный как «ультиматум Керзона», цели которого заключались в том, чтобы подорвать престиж СССР в странах Востока. Но британские консерваторы, которые, по выражению Исполкома Компартии Англии, «спустили всех собак европейской реакции, чтобы спровоцировать войну с Россией», не достигли своей цели. Не удалось им подорвать авторитет нашей страны в глазах народов Востока.

С приходом к власти в 1924 году лейбористского правительства обмен нотами привел к признанию Англией СССР де-юре. Но уже через год, с приходом к власти правительства консерваторов, англо-советские отношения вновь серьезно осложнились. Тем не менее, как свидетельствуют заявления постпреда СССР в Англии Л.Б.Красина, советское правительство придавало величайшее значение установлению более нормальных отношений с Великобританией и он лично получил инструкцию искать пути для «установления действительно дружеских и искренних отношений между обеими странами»11.

Однако на конференции Консервативной партии в октябре 1926 года была принята резолюция, в которой содержалось требование о немедленном разрыве советско-английского торгового соглашения. Инициатором этого шага был У.Черчилль. На следующий год английское правительство разорвало дипломатические отношения с СССР и аннулировало торговое соглашение.

На состоявшихся очередных выборах в английский Парламент в мае 1929 года победили лейбористы и либералы, решительно выступившие за восстановление дипотношений с СССР. В октябре того же года в результате переговоров был подписан протокол о немедленном возобновлении дипломатических отношений между СССР и Англией. Советский Союз стремился к улучшению отношений с Британией, имея в виду привлечь Лондон к реализации концепции коллективной безопасности в Европе. В апреле 1939 года нарком М.Литвинов выступил с предложением заключить соглашение о взаимопомощи между СССР, Великобританией и Францией, но его расчеты на позитивное отношение к этому предложению двух западных держав не подтвердились. При попустительстве Англии и Франции в 1938 году гитлеровская Германия осуществила аншлюс Австрии, а в результате Мюнхенского сговора с участием этих двух держав в том же году Германия отторгла Судетскую область у Чехословакии, а вслед за этим осуществила расчленение и оккупацию этой страны.

Нашей страной был продолжен курс на заключение с Англией и Францией «эффективного пакта о взаимопомощи против агрессии» и обеспечение тремя державами безопасности государств Центральной и Восточной Европы. Но ведя переговоры с нашей страной, правящие круги Англии не были заинтересованы в достижении взаимоприемлемой договоренности. «Наша главная цель в переговорах с СССР, - признавал министр иностранных дел Великобритании Э.Галифакс, - заключается в том, чтобы предотвратить установление Россией каких-либо связей с Германией»12

Весьма объективно оценил политику британского правительства Ллойд Джордж: Чемберлен считает «самой важной задачей соглашение с Германией и Италией, ради которого он готов пожертвовать Испанией, Австрией, Чехословакией и многим другим»13. Это подтверждается, кстати, и директивами, полученными английской военной миссией перед ее отъездом в Москву на переговоры: «Британскому правительству представляется нежелательным брать на себя какое-либо определенное обязательство, могущее связать нам руки при любых обстоятельствах».

Вероломное нападение гитлеровской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года сразу же сказалось на советско-британских отношениях. Опасения в Лондоне, что Великобритания может стать следующим объектом германского нападения, стимулировали заинтересованность британских правящих кругов в оказании поддержки Восточному фронту. В выступлении премьер-министра У.Черчилля вечером 22 июня прозвучало обещание оказать «России и русскому народу всю помощь, какую только сможем». 12 июля было заключено Соглашение между правительствами СССР и Великобритании о совместных действиях в войне против Германии, содержавшее, помимо обязательства «оказывать друг другу помощь и поддержку», конкретный пункт - не вести сепаратные переговоры с противником и не заключать с ним сепаратный мир14.

В Личном послании Сталина Черчиллю от 18 июля советской стороной был поставлен вопрос перед Англией о «создании фронта против Гитлера на Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика). Об актуальности открытия Второго фронта Сталин неоднократно писал Черчиллю в своих последующих посланиях, но это состоялось только в 1944 году.

Годы войны характеризовались высокой интенсивностью отношений между СССР и Англией, их взаимодействием по нейтрализации фашистского влияния в Иране и Афганистане. Важную роль играл обмен секретными посланиями между Сталиным и Черчиллем по широкому кругу вопросов взаимодействия обеих держав. По инициативе советского правительства первая конференция представителей СССР, Англии и США состоялась в Москве 29 сентября - 1 октября 1941 года. На конференции были приняты решения по ряду вопросов военно-политического взаимодействия трех союзных государств.

Значение имел визит в Москву министра иностранных дел Англии Э.Идена в декабре 1941 года и его беседы с И.Сталиным и В.Молотовым, в ходе которых обсуждались вопросы ведения войны с Германией вплоть до полного ее разгрома, принятия мер, которые сделали бы повторение германской агрессии в будущем невозможным. Пребывание министра в нашей стране совпало с первым контрнаступлением советских войск под Москвой. Иден захотел побывать на линии фронта и в освобожденном Клину. Командующий 30-й армией Западного фронта Д.Лелюшенко писал о пребывании Идена: «Англичане увидели тысячи трупов, подбитые танки, исковерканные орудия, бронемашины со штабным имуществом, а также пленных немцев». По возвращении в Лондон министр, делясь на пресс-конференции впечатлениями о своей поездке, сказал: «Я был счастлив увидеть некоторые из подвигов русских армий, подвигов поистине великолепных»15.

В мае 1942 года во время визита В.Молотова в Англию был заключен советско-английский договор о союзе в войне против гитлеровской Германии, о сотрудничестве и взаимной помощи после войны. Для согласования позиций по актуальным вопросам войны и будущего мира значение имели переговоры Черчилля в Москве в августе 1942-го и в октябре 1944 года и достигнутые им договоренности с советскими руководителями. Арктические конвои, перевозившие в Советский Союз по северному маршруту важные грузы в Мурманск, стали яркими примерами серьезных союзнических отношений между Британией и СССР в годы Второй мировой войны. Важное значение для выработки договоренностей по принципиальным вопросам ведения войны против гитлеровской Германии и ее союзников, а также согласования основных параметров послевоенного мира имели встречи руководителей СССР, Англии и США в Тегеране, Ялте и Потсдаме.

Обозрение основных этапов российско-британских отношений за последние пять столетий свидетельствует, что наиболее тесные связи нашей страны с Великобританией приходились на этапы, когда Россия и Англия выступали союзниками против общего противника в двух мировых войнах или борьбе против наполеоновской агрессии в начале ХIХ столетия. Вместе с тем на том или ином этапе у каждой стороны формировался конкретный расклад сил и национальных интересов, определялись внешнеполитические цели и расчеты, которые порой неадекватно оценивались и вели к непредсказуемым последствиям.

Cложности в отношениях Советского Союза с Великобританией в послевоенный период во многом определялись той активной поддержкой, которую представители британских консервативных кругов оказывали милитаристскому курсу Вашингтона. Об этом свидетельствовали воинствующие высказывания самого Уинстона Черчилля, прозвучавшие в его речи в  Фултоне (США) в 1946 году. По его поручению в мае 1945 года Объединенный штаб планирования военного кабинета Великобритании подготовил план операции «Немыслимое», в котором были изложены британские «потенциальные возможности оказания давления на Россию путем угрозы или применения силы»16

При всех трудностях взаимодействия с Великобританией в послевоенный период советская дипломатия считала необходимым поддерживать взаимоприемлемые политические, торгово-экономические, культурные и научные контакты и связи с Англией. На британском направлении трудились такие видные дипломаты нашей страны, как А.А.Громыко, Я.А.Малик, А.А.Солдатов, М.Н.Смирновский, которые внесли большой вклад в развитие советско-британских отношений, содействовали включению Великобритании в процесс общеевропейского сотрудничества. Вместе с тем послевоенные отношения нашего государства с Британией и ее внешнюю политику не следует воспринимать как беспроблемные. Они были насыщены и взлетами, и падениями, и дипломатическими успехами, и определенными трудностями.

Нельзя не вспомнить, например, роль Англии в создании в 1949 году Совета Европы и ее вступление в том же году в НАТО, или участие Лондона в тройственной агрессии (Англия, Франция, Израиль) против Египта в 1956 году, которую СССР решительно осудил, или антисоветские акции британского МИД по сокращению в 1971 году дипломатического персонала нашего посольства в Лондоне, или развернувшуюся враждебную антироссийскую кампанию английского правительства в связи с «делом Литвиненко». В результате именно этой кампании были ограничены контакты с Британией по официальной линии, введены ограничительные меры визового характера в отношении российских официальных лиц.

Некоторые российские историки склонны объяснять подобные негативные действия Лондона процветающей в стране русофобией. Но более убедительной представляется автору трактовка подобных действий министром С.Д.Сазоновым, который объяснял отрицательное отношение Англии к нашей стране позицией той группы «великобританских государственных людей, которые всегда считали началом всякой политической мудрости непримиримую вражду к России». Давая объективную оценку складывавшимся столетие тому назад отношениям между Россией и Англией, постоянно враждовавшими между собой, когда ни той ни другой стороне долгое время не приходило в голову хладнокровно разобраться в причинах этой вражды, С.Д.Сазонов предлагает «удостовериться, есть ли для нее достаточные поводы и попытаться принять меры к их устранению»17.

Весьма показательным является высказывание экс-главы британского внешнеполитического ведомства Бориса Джонсона, заявившего накануне его рабочего визита в Москву 22 декабря 2017 года, что он ни на секунду не верит в то, что можно перезагрузить отношения с Россией18. Но международная обстановка настойчиво требует проведения продуманной дальновидной политики обеспечения более эффективного взаимодействия России и Великобритании на международной арене.

Возникает законный вопрос: не назрело ли время, чтобы внешнюю политику Британии, базирующуюся на взаимном недоверии, бесконечной цепи политических недоразумений, подозрений, тайных и явных враждебных действий, вывести в русло более спокойного и разумного учета политических и экономических интересов друг друга и тем самым активнее поработать в пользу мира и безопасности обоих государств?

Это должно настраивать трезвомыслящих россиян и британцев на то, что на смену затянувшемуся похолоданию в их отношениях должно прийти потепление, которое будет способствовать взаимодействию народов обеих стран по формированию зрелых отношений и взаимного уважения. Российских дипломатов на этот путь ориентируют выдвинутые Президентом В.Путиным задачи в области внешней политики: «Мы выступаем за равноправное и взаимовыгодное сотрудничество со всеми государствами в интересах мира и стабильности на нашей планете»19. По всей очевидности, потребуются совместные поиски взаимоприемлемых решений по некоторым острым международным проблемам и направлениям, по углублению двусторонних российско-британских отношений.

Ядерная эпоха требует от нас контактов, невзирая на глубокие различия. Нам и впредь нелегко будет решать возникающие между нашими государствами вопросы. Мы слишком часто идем лицом к прошлому и пятимся в будущее. У наших стран - разные мировоззрения, политические системы и интересы. Наши основные ценности, системы и интересы будут продолжать существовать и при растущей необходимости работать вместе. Мы должны реально смотреть на разделяющие нас реалии, будь это неприязни, избегать крайностей. Об этом мы должны говорить друг с другом со всей откровенностью, подходить к вещам прагматично и по-деловому. Мы должны признать то обстоятельство, что открытый подход к идеям, контактам и разногласиям является ключом к успеху в будущем.

 1Сазонов С.Д. Воспоминания. М.: Международные отношения, 1991. С. 24.

 2Россия и Британия XVI-XIX века. М., 2007. С. XIV.

 3Там же. С. ХII.

 4Молчанов Н.Н. Дипломатия Петра Первого. М.: Международные отношения, 1986. С. 262.

 5Там же. C. 263.

 6Россия и Британия XVI-XIX века...

 7Там же. С. ХVI.

 8Очерки истории Министерства иностранных дел России. Том первый 860-1917 гг. М., 2002. С. 251-254.

 9История человечества. Том VIII. Россия / Под общей ред. А.Н.Сахарова. UNESCO, 2003. C. 577.

10Там же. C. 580.

11Там же. C. 239.

12Очерки истории Министерства иностранных дел России. Том второй 1917- 2002 гг. М., 2002. C. 249.

13История внешней политики СССР. 1917-1945. Том первый. М. 1976. C. 333.

14Там же. С. 435.

15Лелюшенко Д.Д. Москва - Сталинград - Берлин - Прага. Записки командарма. М. 1971. C. 114-115.

16Из заключения начальников штабов Великобритании о плане войны против СССР (операция «Немыслимое»). 8 июня 1945 г. // Мировые войны ХХ века. Книга 4. Вторая мировая война. Документы и материалы. М., 2005 г. С. 514-615.

17Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 24-27.

18https://ria.ru/radio_brief/20171220/1511364345.html?utm_source=infox.sg

19https://kremlin.ru/events/president/news/57416 c. 4

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713254 Евгений Кутовой

Полная версия — платный доступ ?


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > bbc.com, 11 августа 2018 > № 2698116 Мария Алехина

Мария Алехина: "Вернусь в Россию сразу после гастролей"

Юри Вендик

Би-би-си

Участница группы Pussy Riot Мария Алехина, несмотря на запрет погранслужбы, выехала из России и в пятницу приняла участие в первом представлении по ее книге на театральном фестивале в Эдинбурге.

На вопрос, как ей удалось выехать, Алехина отвечает: "На пони", и заверяет, что обязательно вернется.

Русская служба Би-би-си поговорила с известной участницей российского протестного движения о постановке Riot days на фестивале "Фриндж" в столице Шотландии, о восприятии британской публики, о судьбе украинского режиссера Олега Сенцова, голодающего в российской тюрьме, и об эффективности протестных акций.

Би-би-си: Вас не пустили на рейс в московском аэропорту - из-за того, что вы не исполняете наказание за протестные акции. Право ответить или не ответить за вами, но - каким образом вам все-таки удалось выбраться из России?

Мария Алехина: Я не ухожу от ответа: на пони!

Би-би-си: Хорошо. "На пони". И что теперь, если поехать обратно - будут какие-то новые неприятности?

М.А.: Неприятности, если это можно так назвать, могут грозить вам в любом случае, и я считаю, что это достаточно бесполезно: думать о том, какие неприятности от государства могут тебя ждать. Потому что в этом случае ты будешь думать о них, а не о себе. А нужно думать о том, что мы можем сделать - и, собственно, делать это.

И, конечно, я с удивлением прочла какое-то количество заголовков о том, что я якобы покинула Россию - это не так, я сюда приехала для того, чтобы выступать со спектаклем Riot Days, который основан на моей книжке, и собираюсь вернуться сразу же после гастролей. Вот и все.

Би-би-си: Понятно, что спектакль - по книжке, но представление - это, наверное, нечто совсем другое? О чем оно? Или, точнее: что это представление призвано сообщить британской публике?

М.А.: Правду. А если точнее, то - это моя история. История, которая началась с первой акции Pussy Riot, в которой я приняла участие, на Красной площади, а заканчивается она здесь последним днем, который я провела в исправительной колонии.

Но это не документальный театр, это не мемуарная книжка. Это, скорее, манифест, это сделано для того, чтобы люди, которые это увидят и услышат, поняли, что они в принципе могут делать что-то сами.

Когда я писала книжку - это был достаточно долгий и не самый простой процесс - я прежде всего делала акцент на тех ситуациях, в которых я делала выбор.

Этих ситуаций было достаточно много. То есть, это не только выбор, идти или не идти на акцию, или уезжать или не уезжать из России после того, как ты открываешь интернет и видишь, что на вас возбуждено уголовное дело, но и множество других ситуаций.

То есть, ко мне приходили оперативники, когда я была в ИВС на Петровке, и достаточно жесткими методами, с помощью шантажа, связанного с моим ребенком, пытались уговорить меня написать "явку с повинной".

Таких ситуаций было достаточно много, и вот эти ситуации выбора, если они происходят за решеткой, они впоследствии становятся, наверное, одними из самых важных ситуаций в жизни.

На воле достаточно много всего происходит, и мы принимаем какое-то, может быть, неправильное решение, но наступает следующий день, и все забывается. Но там, в условиях изоляции, не может забыться вообще ничто, поэтому каждый твой выбор становится ключевым решением, которое может определить - и в моем случае определило - ход дальнейшей жизни.

Би-би-си: В какой степени публика за пределами России и в Британии в частности способна понять всю эту атмосферу, в которой принимаются такие решения?

Мария Алехина: Я думаю, может понять. В принципе, если говорить о Великобритании, то последние события, связанные с отравлениями, они дают достаточно чёткую картину того, какими способами, методами действуют российские спецслужбы.

Это раз. Во-вторых, я знаю достаточно много студентов из Великобритании, потому что в первый раз мы приехали сюда в 2016 году, с белорусским "Свободным театром", мы делали спектакль про сопротивление, сопротивление художника государству.

Это про три истории: мою, Пети Павленского и Олега Сенцова, и это, собственно, является частью кампании по его, Сенцова, освобождению, и в принципе привлечения внимания к его делу.

То есть, за это время я пообщалась с достаточно большим количеством людей здесь, и я увидела, как такие события как "брексит" могут кардинально изменить отношение молодых людей к политике, то есть […] наступило понимание, что ты не можешь быть вне политики, что твоя политическая апатия - это в принципе политическая позиция, которая дает людям противоположных взглядов возможность просто забирать власть.

Би-би-си: О Сенцове. Последнюю акцию в его поддержку вы проводили в феврале. Что еще собираетесь делать?

М.А.: Я обычно не склонна говорить о том, что я собираюсь сделать. Но я хотела бы, если это возможно, призвать политиков здесь сделать как можно более громкое заявление по поводу Сенцова, потому что это реально вопрос жизни и смерти.

Человек - на грани жизни и смерти. Он голодает 89 дней [на момент беседы с Марией Алехиной 10 августа - Би-би-си], человек невиновный, политический заключенный. Человек, который является гражданином другой страны, Украины, у которого украинский паспорт, у которого отсутствует российский паспорт Человек, который объявил эту голодовку не за себя, а за всех тех, кого незаконно арестовали и удерживают в российских тюрьмах.

На мой взгляд, это ключевое политическое дело. В судьбе этого человека, режиссера Олега Сенцова, мы можем увидеть очень большую часть той трагедии, которая произошла после весны 2014 года, после аннексии Крыма.

Би-би-си: В какой степени ваши акции, заявления британских или любых других политиков ему помогают?

М.А.: Ну, я могу опираться на его слова, слова его сестры. То есть, и он через своего адвоката Дмитрия Динзе, и Наташа Каплан выражали очень большую благодарность.

Но этого недостаточно, и я верю, что чем больше людей сделают свои акции, выскажутся, окажут давление, тем больше шансов на то, что он по крайней мере останется жив.

Би-би-си: Тот же вопрос о ваших других акциях - например, о вашей последней акции против пыток в колониях. В какой мере они меняют ситуацию? Или так: если вы надеетесь, что они меняют ситуацию, или когда-нибудь изменят, то на чем эта надежда основана?

М.А.: Эта надежда основана на фактах.

Каждая акция, общественный разговор, дискуссия, публичность - это для заключенных, например, чаще всего вопрос их безопасности и спасения их жизни.

Когда мы с Надей (Толоконниковой) вышли из колонии и когда мы начинали "Медиазону", которая сейчас является одним из самых популярных интернет-СМИ в России, хотя, как вы знаете, это специализированное СМИ, оно делает фокус на полицейском насилии, насилии в тюрьмах и на онлайнах с политических судов - так вот поначалу мы встречали очень много критики. Все говорили, что, мол, все знают, что в российской тюрьме - ад, и никому не интересно про это читать. Все хотят позитива и развлечений.

Но несмотря на это, мы продолжали это делать, и за четыре года этот проект изменил ситуацию в очень и очень многих случаях. Потому что если тот или иной случай пыток, избиений предается огласке - начинается реакция.

В это сложно поверить, потому что часто смотрят на картину в целом. Но "картины в целом" не существует! Ее нет! То есть, не существует какой-то финальной, абсолютной перемены. Это небольшие шаги, которые каждый из нас делает к этим изменениям. И благодаря публикациям, благодаря тому, что мы предоставляли адвокатов - в совершенно разных случаях, не только политическим заключенным - люди выходили на свободу. Или оставались в живых.

Или тех или иных сотрудников полиции, сотрудников ФСИН увольняли, сажали за решетку.

Например, начальник регионального отделения ФСИН по Пермскому краю, который был начальником в то время, когда я сидела, поехал в колонию на пять лет.

[В июле 2016 года бывшего начальника ГУФСИН по Пермскому краю Александра Соколова и его заместителя Олега Бабенко приговорили к пяти годам лишения свободы за мошенничество - Би-би-си].

Половина сотрудников моей первой колонии в Березниках были уволены. То есть, перемены, они есть. И я считаю, что это важно.

Би-би-си: Да, но в то же время мы протестуем против пыток, возмущаемся - и получаем очередные свидетельства и видеозаписи новых пыток в российской полиции или колониях. Вы говорите, общей картины нет - но она есть, в восприятии есть, и она…

М.А.: Но это ваше восприятие. А в тот момент, когда вы добиваетесь, чтобы конкретный человек, который кого-то пытал, сел за решетку, для вас вот это - цельная картина.

И это важно! Важно концентрироваться не только на поражениях, но и на победах тоже. Иначе вы просто перестанете что-либо делать.

Би-би-си: Об одной более веселой штуке - о той акции на чемпионате мира по футболу (члены Pussy Riot выбежали на поле во время финала - Би-би-си). Как вы к ней относитесь?

М.А.: Ну, я замечательно к ней отношусь. Я считаю, что ребята - просто супермолодцы, это классная акция. Это очень важная акция именно в общем контексте чемпионата мира, который был представлен и в медиа, и оффлайн как такое большое развлечение, большой праздник, но за декорациями этого праздника, как вы видите, происходят страшные вещи. Люди умирают. Люди садятся за решетку за посты в "Фейсбуке". Люди массово покидают страну. И так далее.

Почему об этом молчит такое большое количество людей, мне лично непонятно. Вот, собственно, поэтому акция Pussy Riot - это круто.

Би-би-си: А она, вы думаете, помогла донести до какого-то большого количества людей вот этот самый месседж?

М.А.: Ну этот месседж заложен в самой акции. Непосредственно после нее было выложено видео с заявлением, с объяснением этого протеста. Конечно, это важно.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > bbc.com, 11 августа 2018 > № 2698116 Мария Алехина


Великобритания > СМИ, ИТ > ria.ru, 3 августа 2018 > № 2696081 Сара Перри

Сара Перри: русский роман показал, каких высот может достичь литература

Британская писательница Сара Перри мечтала о литературном поприще едва ли не с детства. Ее первый роман "После меня хоть потоп" издатели отвергали долгое время, но в 2014 году случился настоящий прорыв — критики с восторгом приняли дебютантку и с нетерпением ждали выхода второй книги. Викторианский антураж "Змея в Эссексе" покорил англоязычных читателей, и в 2017 году роман появился на русском языке в издательстве "Фантом Пресс". Перри приехала в Россию, чтобы принять участие в семинаре "Британская литература сегодня", который прошел в музее-усадьбе "Ясная Поляна". В интервью РИА Новости автор рассказала о том, почему литературная критика необходима молодым писателям, как "Один день Ивана Денисовича" стал ее любимым произведением Солженицына, и чего она боялась, приступая к написанию третьего романа. Беседовала Валерия Высокосова.

— Сара, вы впервые в Москве? Успели осмотреться?

— Да, мне здесь очень нравится. Я люблю оказываться в таких городах, о которых я много читала, увидеть все воочию, понаблюдать за людьми — как они одеваются, где обедают, улыбаются ли друг другу… В Москве мне все улыбаются!

— На русский язык пока переведен только один ваш роман — "Змей в Эссексе". Главная героиня, Кора Сиборн, — очень сильная женщина, которая пытается найти свой собственный путь в этом мире. Разумеется, у нее есть и свои слабости, но она справляется. Как вы создавали этот персонаж?

— В Викторианскую эпоху женщины были очень независимыми, умными, трудолюбивыми, они интересовались политикой, медициной, искусством, но проблема в том, что их такими не изображают. В романах того времени они вечно лежат в полуобмороке на диване или вынашивают детей. Я решила написать других викторианских женщин, но не хотела, чтобы Кора получилась почти святой. Она эгоистична, временами глупая, она доставляет окружающим множество проблем и причиняет им боль… Чаще всего мне интересно исследовать какую-то эпоху, я создаю мир, а потом в нем появляются персонажи.

— А что вы думаете о ней сейчас, спустя два года после публикации романа?

— Все это время я пишу другую книгу, поэтому образ Коры постепенно растворяется. Сейчас я думаю о ней как о старом друге, которого не видела уже очень давно. Мне очень приятно, когда люди говорят о Коре, причем говорят с теплотой, но для меня она уже далека. Надеюсь, "Змей в Эссексе" в скором времени превратиться в сериал, и Кора оживет на экране. Интересно, какие эмоции это во мне вызовет.

— Когда планируется премьера?

— Ох, не знаю, это очень долгий процесс. Сейчас идет работа над сценарием. Мне присылают эпизоды, я их читаю. На телевидении все иначе, героям нужно давать больше пространства. Например, в романе есть фрагменты, где Кора сидит и размышляет — я могу описать ее мысли, но смотреть на задумчиво сидящего человека в фильме не очень-то интересно. При этом сценаристка старается сохранить дух книги.

— На самом деле, все женские персонажи в вашем романе — сильные женщины, не только Кора Сиборн, но и Марта, которая стремится помочь беднякам, и Стелла, которая сражается со своей болезнью. С кем из них вы чувствуете особую связь?

— Кажется, со всеми! Конечно, это прозвучит эгоистично, но в каждом герое есть что-то от автора, я чувствую эту связь не только с женскими, но и с мужскими персонажами.

— Мне кажется, сейчас в литературе господствует большой многостраничный роман. Писатели стараются создать мир, в котором читатели проживают с героями целую жизнь. Вам же удалось уместить законченную и очень интересную историю в четыреста страниц. Как вы с этим справились?

— Просто я ненавижу длинные романы, серьезно. Я отказываюсь их читать. Я очень нетерпеливая, всегда стремлюсь поскорее узнать, что же там дальше. Когда я закончила роман и передала его агенту, она заметила, что стоило бы сделать его чуточку длиннее. А мне кажется, что читатель прекрасно понимает, что я хотела ему донести, и не нуждается в дополнительных подробностях. Но такой уж я человек: быстро думаю, быстро говорю, не могу усидеть на месте, расписывая пейзаж на пятьдесят страниц. Моя следующая книга будет еще короче.

— Вы говорите, что не любите длинные романы. А как же Диккенс, например?

— Я люблю Диккенса, но только его короткие книги. Моя самая любимая — "Тяжелые времена". Она очень забавная, но при этом печальная. И события, которые в ней описываются, в целом смахивают на то, что сейчас происходит в Великобритании с бизнесом. Конечно, "Холодный дом" мне тоже нравится. Это лучший роман Диккенса.

— Кстати, во всех ваших автобиографических справках упоминается, что вы выросли в окружении классической литературы. Какая из книг произвела на вас наибольшее впечатление?

— Больше всего на меня повлияла "Джейн Эйр", которую я прочитала в восемь лет. Я выросла в очень религиозной семье, у нас дома не было телевизора, мы не ходили в кино и постоянно читали Библию. К трем годам я уже прекрасно читала. Я нашла эту книгу у одной из своих сестер. На обложке была девушка, внутри тоже нашлись картинки — дом в огне и другие… Я подумала, что это детская книжка. Разумеется, проза Шарлотты Бронте местами сложная, поэтому я поняла не все, но мне очень понравилось. Кажется, мне всегда хотелось писать, но после этого романа я была уверена, что на свете нет другого занятия, которое наполнит мою жизнь смыслом. А в десять лет я прочитала "Тэсс из рода Д'Эрбервиллей" — и плакала, плакала, плакала. Когда тебе так мало лет, ты представить себе не можешь, что существует несчастливый финал.

— После вы перечитывали эти книги?

— Да, "Джейн Эйр" я читала еще раз пять. Думаю, любимые романы вырастают вместе с читателем. У Бронте есть очень сюрреалистичные моменты, странные. Например, когда Джейн сбегает от Рочестера, узнав правду о его жене, она слышит его голос. Это натолкнуло меня на мысль о том, каким дерзким автором была Шарлотта Бронте. Она писала в довольно реалистичной манере — о бедности и других несправедливостях, но разбавила повествование сверхъестественными элементами.

— "Невероятный дебют", "талантливая драматическая история" — так критики описывали ваш первый роман "After me comes the flood" ("После меня хоть потоп"). Вы удивились, узнав об этом? Что вы почувствовали?

— Для своего первого романа я никак не могла найти издателя, мне постоянно отказывали. Никому не нужна была такая проза — странная, несколько старомодная, я писала о грехе, покаянии и милосердии… Книга увидела свет лишь потому, что мой агент сама решила стать издателем. Я всю жизнь мечтала стать писателем, и вот, я написала роман, до которого никому не было дела. В день публикации я открыла интернет и увидела огромную статью в газете "Гардиан", которая пестрела всеми этими замечательными эпитетами. После этого появилось множество рецензий, о романе написали даже в Китае и Новой Зеландии! "Змея в Эссексе" тоже приняли тепло. Теперь я волнуюсь, что третий роман провалится, потому что я исчерпала всю свою удачу (смеется).

— Некоторые из рецензентов увидели в вашем творчестве отсылки к Чехову, например. Действительно ли они там есть?

— Да, они часто пишут "Чехов, Кафка, Диккенс". Эти авторы очень разные. Так происходит, мне кажется, потому, что я читаю много разной литературы, и именно этот совет я даю молодым писателям. Сейчас я, например, читаю "Воскресение" Льва Толстого. С этой книгой мало кто знаком, а ведь это потрясающая история.

— Вы же сами публикуете литературные обзоры в разных изданиях. Бытует мнение, что литературная критика сейчас никому не нужна. Что вы думаете по этому поводу?

— Нет, с этим я категорически не согласна. И яркий тому пример — мой первый роман. Я думаю, что критики могут очень сильно повлиять на мнение аудитории. Люди, конечно, любят говорить, что критика — это всего лишь мнение, которое может высказать любой человек. Но читателям нужны критики, которые могут объяснить, в какой традиции работает автор, что он пытается донести аудитории. Лично я зачастую даже не говорю, понравилось ли мне произведение, я объясняю то, как написан роман. Академическая критика — очень важная дисциплина.

— Вы, конечно, знаете, что в этом году Нобелевский комитет по литературе принял решение не вручать премию в своей категории из-за кризиса внутри академии. Правильное ли это решение, на ваш взгляд?

— Думаю, им было необходимо сделать что-то. Академия ведь довольно тесная структура, и поведение мужчины, который имеет к ней отношение, было ужасным, и продолжалось это довольно долго. Членам комитета пришлось решать, что является более важным — моральный долг, который подразумевает, что люди не могут вести себя так и при этом избежать наказания, или привлечение внимания к литературе. По-моему, они сделали правильно. У них появилась возможность сделать передышку, осознать, что что-то пошло не так, не только с этим человеком, но и вообще внутри академии. Конечно, это непросто: мы привыкли видеть, как награду получают Дорис Лессинг или Светлана Алексиевич, но есть вещи гораздо важнее.

— При этом в Швеции учредили новую награду, как альтернативу Нобелевской премии. Есть ли у нее шанс стать столь же почитаемой?

— Вполне. Новые награды появляются постоянно. Это просто возможность привлечь внимание к авторам, поддержать их финансово — обычно молодым писателям не хватает денег. К тому же, людям очень нравится узнавать из новостей, что кто-то получил награду.

— Вы уже упоминали, что читаете Толстого. А кто еще из русских авторов вам нравится?

— Самым важным русским автором для меня является Александр Солженицын. У нас его мало кто читает сейчас. Когда мне было 15 лет, я выиграла в школе приз, и мне предложили выбрать книгу любого писателя, которую я хочу получить в подарок. Не знаю, откуда я услышала о повести "Один день Ивана Денисовича", но попросила ее. Это печальная, но, вместе с тем, очень жизнеутверждающая повесть. Одна из моих любимых книг — "Раковый корпус", поскольку Солженицыну удалось показать, что семейные узы, любовь, внимание друг к другу могут возникнуть в любых обстоятельствах. Еще мне очень нравится поэзия Анны Ахматовой. Современных российских писателей я, к сожалению, почти не знаю, поскольку их довольно сложно найти в английском переводе. Русский роман — символ того, каких высот может достичь литература.

— Над чем вы работаете сейчас?

— Есть один давно забытый готический роман "Мельмот Скиталец", который написал Чарльз Метьюрин. Вы читали его? Конечно, нет, никто не читал. Я познакомилась с этим произведением около десяти лет назад — и оно очень страшное. Мне всегда хотелось создать монстра, вроде Франкенштейна или Дракулы, но женского пола. Так вот, в моей книге будет Мельмот Свидетель. Идея в том, что по свету две тысячи лет блуждает женщина, которая следит за всеми, знает все ваши пороки. Она невероятно одинока и ищет столь же отчаявшихся людей. Героиня романа, несчастная женщина, узнает эту легенду, и ей начинает казаться, что кто-то ее преследует. Книга выйдет в октябре.

— Вам было страшно писать этот роман?

— Очень. Не все время, конечно, но бывало. Помню, я мучилась от бессонницы, и в полумраке мне показалось, что кресло в углу комнаты — Мельмот. Пришлось мужу отпаивать меня чаем.

Валерия Высокосова

Великобритания > СМИ, ИТ > ria.ru, 3 августа 2018 > № 2696081 Сара Перри


Великобритания > СМИ, ИТ > bbc.com, 29 июля 2018 > № 2688473 Сара Перри

Автор "Змея в Эссексе" Сара Перри: викторианство совсем не такое, каким его изображают

Елизавета Подшивалова

Би-би-си

Бестселлер "Змей в Эссексе", который стал популярным как в Британии, так и в России, вызвал, тем не менее, совершенно разную реакцию. Если для российских читателей книга выглядела симпатичным неовикторианским романом, то в Британии она вызвала множество споров из-за неожиданного изображения эпохи.

На семинаре "Британская литература сегодня" в Ясной Поляне автор романа Сара Перри рассказала, что только благодаря уговорам редактора главная героиня в ее книге не пользуется фотоаппаратом "Кодак" и не забегает за покупками в Sainsbury's - одну из крупнейших современных сетей супермаркетов в Британии.

Все это уже существовало во время действия романа, однако издатели сочли, что к такому образу викторианства в Британии все-таки еще не готовы.

Русской службе Би-би-си Сара Перри рассказала, почему ей захотелось перевернуть представление о викторианской эпохе и как даже в готическом любовном романе можно раскритиковать современную политическую ситуацию.

Би-би-си: Как у вас появилась идея книги? Легенда об огромном змее, живущем в Эссексе, действительно существует?

Сара Перри: Я ехала на машине со своим мужем. Мы проехали указатель, и муж сказал: "О, это место, где видели эссекского змея". Я никогда об этом не слышала, но после его рассказа сразу подумала - а что если бы змей вернулся в конце XIX века, когда уже был Дарвин и все интересовались естествознанием? Мне захотелось посмотреть на это с точки зрения конфликта веры, суеверий и разума.

К тому времени, когда мы вернулись домой, основной сюжет книги уже сложился у меня в голове. Хорошо бы со всеми книгами было так.

Би-би-си: Почему вы решили показать в книге "новых викторианцев" - гораздо более современных, чем мы привыкли?

С.П.: Я не историк, я не прочитала огромного количества исторических книг, но я знаю, что метро ходило уже в 1860-х годах, Лондон освещался электричеством к 1870-м годам, женщины ходили на работу, участвовали в политической жизни, вам могли вырвать зуб под анестезией, роды стали гораздо безопаснее из-за изобретения антисептиков.

При этом я постоянно наблюдала, как викторианскую эпоху представляют так, словно все это было тысячу лет назад - беспризорники на улицах, мужчины в цилиндрах и женщины, которые едва осмеливались говорить. Меня это раздражало, я хотела показать викторианство, в котором много жизни, эмоций - такой эта эпоха на самом деле и была.

Я выбирала персонажей под свои интересы. Меня интересовала медицина, поэтому я сделала одного из героев врачом. Я хотела написать о современных подходах к лечению болезней (говоря "современных", я имею в виду XIX век), и одна из героинь болеет туберкулезом. Мне интересна религия, и один из героев - священник.

Я просто все время старалась радовать себя. Многие говорят мне, что в моей книге не происходит ничего плохого, - и я думаю: люди умирают, получают увечья, страдают от разбитого сердца, совершают попытки самоубийства - то есть происходит много всего плохого. Просто я не смакую это, я всегда - а в особенности в этой книге - пытаюсь показать надежду и возможность найти любовь и дружбу.

Сара Перри - автор трех романов ("После меня хоть потоп", "Змей в Эссексе" и пока еще не изданный"Мельмот). Первые две книги получили широкую известность и признание в Британии. Она выросла в очень религиозной семье и долгое время практически не имела доступа к современной культуре. Она получила степень PhD в Университете Роял Холлоуэй, специализируясь в основном на готической традиции в литературе. Одновременно Перри стала сочинять собственные произведения, в которых также заметно сильное влияние готических романов XIX века. У Перри диагностирована болезнь Грейвса - аутоимунное заболевание, при котором выделяется избыточное количество тиреоидных гормонов щитовидной железы. Сама Сара шутит, что это очень подходящая болезнь для готического писателя (Graves в переводе с англ. - могилы)

Би-би-си: Почему же все, с вашей точки зрения, получили неверное представление о викторианской эпохе?

С.П.: Я думаю, это связано с тем, что в 1920-30-е годы люди очень хотели чувствовать себя продвинутыми и современными, ощущать свободу в сексуальной сфере, в политике. И им помогало представлять викторианцев как ужасно скучных, отсталых, зажатых людей, потому что тогда их собственная жизнь выглядела еще более увлекательной и волнующей.

То есть это именно английская идея - что викторианцы просто все время пытались упасть в обморок.

В этом есть и политическая сторона. Так много учреждений, существующих доныне, были придуманы викторианцами - социальное жилье, бесплатная медицина, крупные лечебные учреждения, трудовые нормы. Викторианская эпоха - эпоха филантропов. Люди зарабатывали деньги после промышленной революции и они использовали эти деньги, например, чтобы построить дома для бедных.

Би-би-си: А в "Змее в Эссексе" есть политика?

С. П.: Безусловно. Мне отвратительно наше правительство. В своей книге я хотела предложить людям подумать, так ли уж Британия изменилась с XIX века. Например, сейчас распространяется представление о бедных людях как не о тех, кому не хватает денег, а о тех, кому не хватает нравственных качеств.

То есть якобы единственная причина, по которой они бедны, в том, что они глупы, ленивы, слишком много пьют, слишком много рожают.

И если тебе нужна помощь государства - тебя считают недостойным человеком, и государство не хочет предоставлять тебе помощь, потому что ты вообще не должен был попасть в такое положение.

Я хотела написать о проекте социального жилья и показать людям, что мы вообще-то не особо продвинулись с той поры. В вопросе отношения к бедности британское общество как будто вернулось на сотню лет назад. Мне это кажется совершенно ужасающим.

Кроме того, я думаю, образ викторианской эпохи намеренно создавался таким патриархальным. Чем больше вы верите в то, что женщины еще недавно с удовольствием сидели дома с 19-ю детьми, тем более пригодной для существования начинает казаться нынешняя система.

Би-би-си: Ваша книга была очень популярна в Британии, но после ее выхода вы решили уйти из литературы. Почему так вышло?

С.П.: Я написала две книги, и после выхода "Змея в Эссексе" мне показалось, что мир просто разваливается.

Би-би-си: Почему?

С.П.:"Брексит", Трамп, Путин, убийство в Орландо, гибель сирийских беженцев, преступления ИГ - множество вещей. И я решила, что мне нужно заняться чем-то более разумным, найти нормальную работу и как-то помогать людям - и я вернулась в юридическую сферу.

Однако потом я поняла, что могу помогать людям с помощью искусства: можно писать романы, которые раскрывают мир, разоблачают репрессивный режим. Я могу дальше писать книги, если напоминаю себе, что они имеют значение. Я должна верить, что литература может быть политической, и я могу что-то донести и через роман.

Моя новая книга "Мельмот" основана на забытом готическом романе Чарльза Мэтьюрина "Мельмот Скиталец".

В моем романе Мельмот - легенда о высокой женщине в черном, которая никогда не закрывает глаза. Она всегда наблюдает за вами, и знает все, что вы сделали, ваши грехи, вашу ложь - знает все. Она совершенно одинока.

И если ты сделал что-то очень плохое, она протягивает тебе руку и говорит: "Возьми меня за руку, мне так одиноко". А поскольку она знает о тебе все, ты не можешь оправдаться и просто идешь с ней.

В романе англичанка, которая совершила нечто очень плохое, живет в современной Праге. Она узнает об этой легенде и ей начинает казаться, что Мельмот следит за ней...

Третий роман Сары Перри выйдет на английском в октябре 2018 года.

Великобритания > СМИ, ИТ > bbc.com, 29 июля 2018 > № 2688473 Сара Перри


Великобритания. ЦФО > Транспорт > stroi.mos.ru, 25 июля 2018 > № 2726355 Филипп Роуд

Филипп Роуд: легковых автомобилей на улицах мегаполисов должно быть меньше

Филипп Роуд – исполнительный директор научно-исследовательского центра LSE Cities и научный сотрудник программы Urban Age-London School of Economics and Political Science. С 2003 года он руководит междисциплинарными проектами городского управления, транспорта, городского планирования и проектирования в LSE. На Московском урбанфоруме, прошедшем в парке «Зарядье», он рассказал порталу Стройкомплекса о том, как избежать транспортного коллапса.

– Москва сильно изменилась за последние 10 лет. Изменения включают развитие транспортной инфраструктуры, создание общественных пространств и многое другое. Как Вы оцениваете эти перемены?

– Последний раз я был в Москве в 2009 году. Многое тогда только начиналось. Изменения очень заметны, когда вы приезжаете в город. Речь не только о парке, в котором мы сейчас находимся. Если посмотреть на Москву, можно увидеть новые скверы, меньше машин в центре, организованный паркинг. Прекрасно вновь оказаться здесь и увидеть, что город стал гораздо дружелюбнее.

– Расскажите о развитии транспорта. Как избежать транспортного коллапса и обеспечить баланс между различными средствами передвижения в Москве?

– Эксперты по городскому транспорту единогласны в том, что должно произойти. Во всех городах, в которых мы работаем, количество автомобилей все еще слишком высокое. Во многом это связано с инвестициями, которые вкладывались в автомобильную промышленность на протяжении длительного периода, иногда в течение 50-60-70 лет, чтобы гарантировать людям возможность путешествовать на личном транспорте.

Существовала целая парадигма о городе, подстраивающемся под автомобили, так сказать, «заточенном» под личные легковые машины.

Сейчас, 30-40 лет спустя, мы понимаем, что такой город нам не нужен. Он не способен обеспечить качественную жизнь, он очень дорого обходится с социальной, экономической и экологической точек зрения. Многие политики понимают это и пытаются создать более компактный и многофункциональный город. В то же время у некоторых представителей власти существует огромное желание и заинтересованность в том, чтобы покупалось как можно больше машин.

- И какой же выход может быть?

- Мне кажется, направление, в котором нам нужно идти, очевидно: необходимо убедиться в том, что количество автомобилей в городе сокращено до абсолютного минимума. Иногда машина необходима, и не только в чрезвычайных ситуациях – нам нужно успеть на деловую встречу, перевезти вещи, но это должно стать исключением, а не правилом.

Москва, в ряду других мегаполисов, за несколько лет уже реализовала целый ряд проектов по ограничению пользования личным автомобилем, повышению комфорта и разнообразия общественного транспорта, улучшения городской среды. Но останавливаться на этом нельзя. Тем более что информационные технологии, новая энергетика, беспилотники, каршеринг, новая мобильность – все это уже сегодня становится реальностью.

Екатерина Борисова

Великобритания. ЦФО > Транспорт > stroi.mos.ru, 25 июля 2018 > № 2726355 Филипп Роуд


Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2018 > № 2696055 Чарльз Тэннок

Чарльз Тэннок: если Британия ошиблась с выводами по Солсбери, она извинится

Высказывания некоторых сторонников Brexit заставляют стыдиться своей страны, выход из ЕС может обернуться для Великобритании кризисом, а инцидент в Солсбери сильно добавил проблем британскому правительству. О перспективах заключения соглашения с ЕС по Brexit, о шансах проведения нового референдума, о том, как относятся к Терезе Мэй в Брюсселе, о том, что делать, если обвинения в адрес РФ в отравлении Скрипалей были несправедливыми, в интервью старшему корреспонденту РИА Новости в Лондоне Марии Табак рассказал член международного комитета Европарламента, евродепутат от Лондона Чарльз Тэннок.

— Господин Тэннок, я знаю, что вы живете между Брюсселем и Лондоном, так что спасибо большое, что нашли время на это интервью. Вы называете себя "довольно рассерженным проевропейским тори", а в одном из интервью признались, что во многом вам стыдно быть британцем. Если первый тезис вполне понятен, то второй нуждается в пояснении. Почему вам стыдно быть британцем?

— В ирландской газете я говорил о том, что стыжусь того, как стали у нас относиться к живущим здесь европейским гражданам. Я горжусь тем, что я британец, но когда Лиам Фокс (министр торговли Великобритании — ред.) заявил, что европейские граждане являются лучшим активом британцев на переговорах, разменной монетой, я счел это оскорблением по отношению к трем миллионам человек, включая мою жену, которые поселились в Британии. Мне было стыдно за это, стыдно за этот триумфализм, за национализм, который вдруг появился у некоторых из тех, кто был окрылен результатами референдума. Британия традиционно относилась гостеприимно к иностранцам, которые много трудились и которые стали частью этой страны. А после референдума был всплеск враждебности. Сейчас это немного изменилось, правительство осознало ошибки и проявленное дурновкусие. Но мне до сих пор стыдно из-за того, как ведут себя некоторые сторонники Brexit, английские националисты, я бы сказал.

— А откуда родом ваша жена?

— Из Восточной Европы.

— У вас, помимо британского, есть ирландский паспорт. И вы его получили после референдума. Какими мотивами вы руководствовались?

— Я всегда имел право на ирландский паспорт, потому что Ирландия выдает паспорта тем, у кого есть ирландские корни. Моя бабушка уехала из Ирландии девочкой, так что по крови я имел право на паспорт. И я очень горжусь этим паспортом и ценю его, потому что благодаря ему я останусь гражданином Евросоюза после Brexit, я смогу работать, учиться, выходить на пенсию где пожелаю. Но миллионы британских граждан, в том числе те, кто хотел остаться в ЕС, потеряют это право. И это очень жаль. Ведь раньше у них была свобода ездить, учиться и работать — такая же, как у меня, когда я был молодым.

— Правительство Великобритании опубликовало "белую книгу" — свои предложения касательно отношений с ЕС после Brexit. Как вам эти предложения и есть ли у них шанс получить одобрение ЕС?

— Скажу так: я осторожно приветствую "белую книгу", это важный шаг вперед в правильном направлении. Я называю то, что предлагается, мягким жестким Brexit. Это все равно жесткий Brexit, потому что страна выходит из единого рынка, таможенного союза, из-под действия Европейского суда, свобода передвижения прекращается, никакого вклада в бюджет ЕС Британия вносить не будет. То есть все ключевые обещания, которые Тереза Мэй озвучила в своей речи в Ланкастер-хаус в январе 2017 года, соблюдены. Но "белая книга" позволяет Британии сохранить близость с ЕС, не нарушая этих установок. Я подозреваю, что ЕС легко эти предложения не примет. Нужно очень доверять Великобритании, чтобы позволить ей сбор таможенных пошлин от лица ЕС при том, что она не будет подчиняться юрисдикции Европейского суда. В Брюсселе сейчас с интересом обсуждают предложения. Свободное передвижение товаров очень поможет бизнесу, крупным компаниям типа Airbus, у которых сложные цепочки доставки и которые не хотят проволочек на границах. Сити Лондона, который я представляю как европарламентарий от Лондона, не удовлетворен: они хотят взаимного признания документов, чтобы свободное движение распространялось и на услуги. Они этого хотят, но вряд ли получат. Я был бы очень рад, если бы ЕС согласился. Я хотел бы, чтобы стороны достигли соглашения, это лучше, чем отсутствие соглашения. Я всегда, с самого начала, поддерживал сохранение членства в едином рынке через членство в едином экономическом пространстве по примеру Норвегии и в таможенном союзе с помощью соглашения, подобного соглашению с Турцией. Это моя модель, но британское правительство против этого, оно заявляет, что Brexit это Brexit и для них это означает выход из единого рынка и таможенного союза. При этом правительство хочет смягчить это.

— Насколько реален вариант, при котором соглашения не будет?

— Есть опасность отсутствия соглашения. Британскому правительству некуда особенно двигаться. У них, с одной стороны, сторонники самого жесткого варианта Brexit, а с другой — сторонники максимального сохранения связей с ЕС. Я не вижу пространства для маневра. План, предложенный в "белой книге", достаточно жесткий, и если правительству ответят "нет", то результатом будет отсутствие соглашения. В октябре у нас тогда не будет соглашения.

Есть реальная проблема с ирландской границей, в договоре должно быть то, что устроит и ЕС, и Британию, и Ирландию. Если ЕС не примет предложений "белой книги", то Британии тогда быстро-быстро придется придумывать что-то еще, а между тем сейчас в парламенте проходит законопроект, согласно которому не может быть отдельной договоренности по таможне для какой-либо из частей Соединенного Королевства. Тогда правительство не сможет допустить особые условия для Северной Ирландии и у него руки окажутся полностью связаны.

— И что случится, если не будет соглашения?

— Может быть все что угодно: раскол, вотум о недоверии премьеру, новый референдум, новые выборы… Это все выяснится в октябре. Времени очень мало, сейчас начинаются парламентские каникулы, ничего не будет делаться до сентября, так что окно очень узкое.

— А как вы оцениваете шансы на проведение нового референдума?

— Есть небольшой шанс, если даже люди типа Джона Мэйджора (экс-премьер Британии — ред.) это говорят. Доминик Грив (глава комитета по разведке палаты общин британского парламента — ред.) не исключает, лейбористы не исключают, бывший министр Джастин Грининг. Есть такая возможность, не очень большая, правда. Опросы говорят, что с небольшим отрывом в этот раз победят сторонники сохранения членства. Они будут более мотивированы проголосовать, а сторонники Brexit, наоборот, могут воздерживаться, потому что чувствуют себя обманутыми правительством.

— Представим такую ситуацию, что соглашения нет, и вот наступает 30 апреля 2019 года. Британия просыпается и..?

— Ну, с 95% вероятностью Британия перестанет быть членом ЕС, а я — членом Европейского парламента. Может возникнуть кризис, если Британия выйдет без соглашения, произойдет возврат к тарифам ВТО, возникнут проблемы с транспортом, авиаперелетами, поставками продовольствия, медикаментами. Правительство готовит план действий на этот случай, правительство Ирландии — тоже.

— А что в Европарламенте, в Еврокомиссии думают о Терезе Мэй?

— О ней думают как об искреннем, честном, трудолюбивом премьере, у которого непосильная задача, учитывая, что она загнала себя в угол столькими ограничениями. В то же время она не хочет быть премьером, разрушившим британскую экономику. Она стремится осуществить Brexit, слегка поменяла позицию за пару лет: начала с агрессии, чрезмерной самоуверенности, сейчас она более прагматична. Но ей трудно продать собственный план собственной партии, потому что там много людей с жесткими позициями.

— Мог бы кто-то справиться с задачей лучше, чем она?

— Не могу ответить на этот вопрос, я не являюсь членом национального парламента. Я знаю, кого бы я не поддержал. Я бы не поддержал, например, Джейкоба Риз-Могга (глава парламентской группы европейских исследований — ред.), мне бы было трудно оставаться в Консервативной партии, если бы у руля встал кто-то из сторонников самого жесткого варианта Brexit.

— Как вы оцениваете недавнее назначение Доминика Рааба на пост министра по делам Brexit, а Джереми Ханта — на пост главы МИД?

— Я не сторонник Рааба, он выступает за жесткий Brexit, не моего типа политик. Ему c его взглядами придется трудно, потому что премьер хочет другого. Мне гораздо больше нравится Хант, он сдержанный, умеренный, сторонник сохранения членства в ЕС, он будет серьезней в своем подходе как министр. У него есть достоинство, международный опыт, у него жена из Китая, он мыслит глобально, умен, я очень рад этому назначению.

— Ваши впечатления от недавнего саммита НАТО?

— Дональд Трамп — очень неоднозначная фигура. Он не проявил полного доверия к НАТО и выступил со смехотворным предложением о необходимости платить 4 процента ВВП. В мирное время, когда многим странам трудно выплачивать и два. Но люди, подобные Трампу или Найджелу Фараджу (экс-лидер британской Партии независимости), просто не верят в международные организации.

— У вас хороший русский язык…

— Нет, он не свободный. Я говорю на нескольких языках, но на русском — нет. Последние десять лет я учу другой славянский язык и, конечно, я все забыл (произносит последнюю часть предложения на русском языке).

— Говоря о нынешних британо-российских отношениях, невозможно не затронуть вопрос об инциденте с отравлением Скрипалей. Что, с вашей точки зрения, произошло в Солсбери и Эймсбери?

— Я знаю не больше вашего. Я не работаю в спецслужбах. В отличие от Трампа, который сказал, что он знает, что говорят спецслужбы, но у него нет оснований не верить Путину (правда, потом он поменял смысл своих слов на противоположный), я полностью доверяю британским спецслужбам и их выводам. "Новичок" — нервно-паралитическое вещество, синтезированное в 1970-х годах в одном месте в России. Никто больше его не производил. ОЗХО не оспорила это, Россия не предоставила удовлетворительного объяснения происхождения "Новичка". Очевидно, что Сергею и Юлии повезло, что они выжили, сейчас возникло дополнительное осложнение в виде смерти Дон Стерджесс, по факту которой ведется расследование убийства. Как у нее и у Чарли Роули оказалось вещество, я не знаю, может, выяснится. Но у меня нет оснований оспаривать версию правительства.

— То есть вы считаете, что Британия привела достаточные доказательства виновности России, раз сумела убедить столько стран выслать российских дипломатов?

— Если такие страны, как Германия, как Франция, как США, приняли объяснения, то, наверное, да. Инцидент вызвал много гнева со стороны властей Британии, он пришелся на очень тяжелый момент для премьера. Очевидно, что с Brexit Британия ослабнет с точки зрения безопасности, если только не обеспечит глубоких особых отношений с ЕС. У Британии сложные отношения с ЕС, с США и с Россией. НАТО тоже дестабилизирована из-за США и Турции. Мы живем в очень дестабилизированном мире, и Британия после Brexit может остаться в одиночестве.

— Главная странность с "Новичком", что Скотланд-Ярд, который ведет расследование, заявляет, что до сих пор не установил происхождение вещества, а Тереза Мэй объявила, что виновата Россия, когда расследование только началось.

— Россия не дала официальных удовлетворительных объяснений происхождения "Новичка". Нам приходится довольствоваться объяснениями британской стороны. Если полиция предложит другое объяснение, что это не имеет отношения к российским спецслужбам…

— И что будет тогда?

— Тогда нужно будет серьезно извиниться. На Западе, если мы ошибаемся, мы извиняемся. Я бы хотел напомнить, что международная следственная группа провела расследование крушения самолета MH17 и доказала, что он был сбит ракетой из "Бука", принадлежавшего ВС РФ, из района, удерживавшегося поддерживаемыми Россией сепаратистами на востоке Украины. Россия не приняла этих выводов и так и не извинилась за гибель 298 пассажиров и членов экипажа. Если правда о Солсбери будет противоречить официальной версии и Скотланд-Ярд предложит другое объяснение, я буду первым, кто признает, что мы были неправы.

— Какого подхода, с вашей точки зрения, должны придерживаться Великобритания и ЕС в отношениях с Россией?

— Россия — сильная страна, ее экономика, правда, не в лучшем состоянии. Но это сильная, очень большая страна, постоянный член Совбеза ООН, а потому мы должны многое делать вместе с РФ, в первую очередь бороться с международной преступностью и терроризмом, особенно с джихадизмом. Мы должны оставить каналы связи, это реальность современного мира. Иногда нужно сотрудничать в определенных сферах даже со странами, правительства которых ты не одобряешь. Я всегда был поклонником русской культуры, литературы, истории, но также я большой друг Украины, и для меня проблема — это российская экспансия за пределы международно признанных границ, аннексия Крыма, вмешательство в дела Западных Балкан. Для нас проблема, что Россия всегда поддерживает Асада, даже если речь идет о химатаках. Но я признаю, что есть вопросы — Афганистан, Ближний Восток, стабильность на Северном Кавказе, — в которых наши интересы совпадают. Мы хотим нормальных отношений с членом Совбеза, большой страной с природными ресурсами. И мы все еще сохраняем полные дипломатические отношения с Россией, диалог постоянно ведется, правда, на более низком уровне.

— Вы считаете правильным дипломатический бойкот чемпионата мира по футболу в России?

— Да, я поддерживал это. Должна была быть какая-то демонстрация протеста после Солсбери, это чисто символическая вещь, вместо этого поехали много болельщиков.

— Каковы ваши впечатления от саммита Дональда Трампа и Владимира Путина?

— Очевидно, что Трамп расстроил даже самых верных своих сторонников. Даже Ньют Гингрич его критиковал, хотя теперь Трамп поменял смысл своих слов о вмешательстве России в выборы на противоположный. Путин явно вел встречу, а Трамп охотней становился на сторону Путина, чем на сторону собственных спецслужб. Это была победа Путина. Позицию Трампа не очень хорошо восприняли как в США, так и в Европе. Даже мне было неудобно за него, а я не американец.

— Как вы оцениваете вклад России в Сирии?

— Я еще пять лет назад писал, что с Асадом надо заключить сделку. Я призывал семь лет назад, в самом начале конфликта, к созданию бесполетной зоны, чтобы не дать Асаду стать слишком сильным, предлагал привлечь его за стол переговоров, предложить соглашение, чтобы он ушел в отставку и тем самым была бы обеспечена стабильность в Сирии. Но Запад не был готов к этому, Обама позволил перейти черту с использованием химоружия, а потом Россия спасла Асада. Я не хочу Сирию, управляемую джихадистами, ИГИЛ* и "Аль-Каидой"*. Но бомбить мирных жителей также нельзя. Когда появились доказательства применения химоружия, я приветствовал точечные авиаудары, нанесенные западными странами. Сирия — международная трагедия, как и Йемен, сотни тысяч людей погибли в этой сумасшедшей войне. Если бы Россия могла помочь найти подходящее мирное решение, мы бы приветствовали это. Но это не равняется безоговорочной поддержке Асаду. Россия должна оказывать давление на Асада, чтобы договориться о перемирии, провести выборы. Сирия — это абсолютная трагедия, кровь на руках у всех.

— Еще одна больная тема — Украина…

— Я поддерживаю минские соглашения, но сейчас тупиковая ситуация. Стороны должны соблюдать минские соглашения, Киев должен получить контроль за границами, должны быть региональные выборы, я выступаю за децентрализацию. Я даже выступаю за предоставление русскому языку статуса второго государственного в районах, где большинство говорит на нем. Но это не позиция Киева. В следующем году выборы, Порошенко, возможно, проиграет, посмотрим, кто станет президентом и как он будет действовать. Об Украине сейчас подзабыли. Мы думали, что что-то про это прозвучит на саммите Путина и Трампа, но нет.

* Запрещенные в РФ террористические организации

Мария Табак

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2018 > № 2696055 Чарльз Тэннок


США. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681907 Илья Титов

Визит «диктатора и безумца»

желеобразная желчь лейбористов и тухлый протест столкнулся с наглой и дерзкой мощью

Илья Титов

Еще в конце весны и без того неспокойный Лондон окончательно поставило на уши пренеприятнейшее известие – к нам едет президент! Визит, запланированный на первую половину июля, ожидался как премьера крупного блокбастера и все неравнодушные заранее озаботились тем, чтоб попасть в первые ряды. Мэр Лондона пакистанец Садик Хан заявил, что не будет рад Дональду Трампу в своем городе. Мэр Шеффилда сомалиец Магиб Магиб, привлек всеобщее внимание, вообще запретив президенту США въезд в город, при всем желании неспособный привлечь внимание американского лидера. Английские принцы Чарльз и Уильям, известный своей дружбой с Обамой, демонстративно отказались от встречи с Трампом. Крупнейшие СМИ страны полторы недели рассказывали про десятки тысяч человек, готовых выйти на улицы Лондона и других британских городов на демонстрации против визита «диктатора и безумца», вставшего во главе основного союзника Британии. Лондонские активисты объявили сбор средств на масштабный проект, который, по их мнению, должен сначала стать жемчужиной анти-трамповских выступлений в Лондоне, а затем и отправиться в тур по всей стране. Задумывалось сделать огромный дирижабль оранжевого младенца с характерной прической и уродливым лицом, искаженным гримасой крика. Эта карикатура на американского президента должна была висеть над Лондоном на большой высоте и, будучи хорошо заметной из любой точки огромного города, обязана была выводить из себя сторонников Трампа, неспособных в силу строгого законодательства, контролирующего оборот оружия и летающих дронов, повредить или дистанционно лопнуть «Младенца Трампа». Сбор средств закончился успехом и получением суммы, куда большей изначально запрошенных 35 тысяч фунтов, поэтому все неравнодушные принялись ждать момента, когда оранжевый дирижабль воспарит в небе британской столицы.

Градус медиа-безумия умело повышался и достиг своего пика в аккурат ко дню приезда. Рассказы про многочисленных мигрантов, тепло принимаемых в Британии и резко контрастирующие с этими рассказами воспоминания о пограничных центрах временного размещения, устроенных администрацией Трампа, анализ «агрессивной и ксенофобской риторики» американского президента в сочетании с многочисленными критическими публикациями британских политиков, звездой среди которых стал все тот же мэр Лондона. Вообще, должность мэра британской столицы традиционно служит трамплином на более высокие посты – вспомнить того же Бориса Джонсона, который даже сейчас, после отставки, остается одним из самых влиятельных людей страны. Садик Хан всеми своими действиями не перестает напоминать о наличии у себя амбиций, простирающихся вплоть до кресла премьера. В преддверии исторического визита корпорация BBC опубликовала интервью с Ханом, в котором тот очень старался выглядеть решительно настроенным показать Трампу, что ему тут не рады. Ряд высказываний влиятельных лейбористов, приведенный BBC, обвинял президента в ксенофобии, ненависти к исламу и другим несоответствиям «британским ценностям». Словом, масс-медиа сделали все, чтоб ненавистный ими американский президент был встречен максимально холодно и неприветливо.

В назначенный день на одной из центральных площадей Лондона собралась толпа, увенчанная воздушным шаром «Младенца Трампа». По случаю ожидаемых массовых протестов BBC News даже подняла в воздух вертолет, но сделать из вялой толпы в 400 человек и парящего на небольшой высоте воздушного шара высотой в четыре метра обещанный многотысячный протест и огромный дирижабль, выводящий из себя всех расистов, ксенофобов и лично Трампа, не удалось даже могучей машине британской пропаганды. Президент, долго и тщательно готовившийся к визиту, проехал через аморфный и равнодушный Лондон, ответивший на дерзкий вызов, брошенный ему Трампом, лишь беснованиями пары сотен фриков. Проехал он на встречу с Елизаветой II, которая почти 20 минут смиренно ждала гостя, удостоившегося аудиенции. Пышная встреча и 45 минут разговора с королевой, принимавшей на своем веку уже двенадцатого президента, были ужаты освещавшими встречу СМИ до десятисекундного видео, где громадный, энергичный и самодовольный Трамп заслоняет дорогу 92-летней дряхлой старушке. В один момент все вчерашние лейбористы и противники монархии превратились в защитников поруганной чести символа Британии. Возмущенные страшным неуважением, проявленным к самому святому, что есть в стране, эти люди, найдя очередной повод для давления на Трампа, принялись поливать его грязью еще пуще прежнего.

В интервью британскому таблоиду The Sun Трамп выступил с интервью, в ходе которого обвинил Терезу Мэй в сведении на нет выбора британцев относительно Брекзита. Садик Хан был признан президентом ключевой причиной не только высокого уровня преступности, но и ряда террористических атак в прошлом году. Замечание о том, что ныне безработный Борис Джонсон был бы прекрасным премьером, породило целую волну слухов и спекуляций насчет судьбы высшего поста британской власти, а слова о потере странами ЕС своей национальной идентичности и необходимости увеличения трат на оборону лишь стали повторением неоднократно сказанного им ранее. Евросоюз, по словам Трампа, является естественным соперником США – таким же, как Россия или Китай, а нежелание Мэй как следует рвать с Европой – решительно и жёстко – лишает Британию шансов на здоровые торговые отношения с США.

В начале 2000-х Трамп владел компанией, проводившей постановочные бои – рестлинг. В силу любви к шоу он и сам несколько раз понарошку бил своего коллегу по рестлинг-бизнесу, который картинно отлетал, валился и корчился от фальшивых ударов. Сегодня Трамп вынужден выступать перед куда большей аудиторией и брать на себя куда большие риски. Встреча с Елизаветой II стала символическим столкновением двух миров – дряхлой, еле плетущейся, монархии и яростной, пробивной как локомотив, энергии Трампа. Желеобразная желчь лейбористов и тухлый протест, неспособный предложить ничего, кроме обиженного рёва столкнулся с наглой и дерзкой мощью, предложившей Британии и Европе альтернативу, которую уже выбрала Америка. Как и двадцать лет назад побитые соперники разлетаются по разным углам ринга, только на этот раз от настоящих ударов.

США. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681907 Илья Титов


США. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681906 Алексей Анпилогов

Погружение Маска

Илону Маску рекомендовали "засунуть свою субмарину куда поглубже"

Алексей Анпилогов

Основатель компаний SpaceX и Tesla Илон Маск оскорбил британского дайвера Верна Ансворта, участвовавшего в операции по спасению 12 школьников на севере Таиланда, назвав его "педофилом" за отказ использовать предложенный Маском высокотехнологичный спасательный "арсенал".

История о спасении подростковой футбольной команды и их тренера из пещеры Тхам Луанг на севере Таиланда уже дошла до своего хэппи-энда. Дети и тренер в целости и сохранности на поверхности, общественность ликует и восхищается подвигом спасателей, скорбит по погибшему волонтёру-аквалангисту Саману Кунану, который, рискуя жизнью, доставил детям баллоны с кислородом, но погиб на обратном пути.

Но есть один человек, который до сих пор считает, что спасение детей произошло "неправильно". Не по его сценарию, без его участия и оставив его, умного и успешного, вне магического круга всеобщего внимания. Этот человек — Илон Маск, руководитель компаний Space X и Tesla, икона современного американского бизнеса и объект почитания миллионов адептов-"маскофилов" по всему миру.

При этом удивительным образом Маск всё время пытается превратить последнюю точку в рассказе о его незначительном участии в истории спасения в многоточие. Напомним начало: Илон Маск предложил властям Таиланда использовать при спасении детей кустарную мини-субмарину, сделанную из частей ракеты Falcon 9. Всё шло просто замечательно, самодельную подлодку испытали в прозрачном бассейне, а пиар-служба Маска предвкушала сочные заголовки вида "Ракета Маска — доставка грузов в космос, спасение людей под водой". И тут — облом.

Власти Таиланда деликатно отказались от идеи Маска, посчитав её в условиях стеснённой и извилистой пещеры не оптимальным решением. Казалось бы, вот она, точка в твоей истории, порадуйся тому, что детей спасли, а свою подлодку продай восторженным фанатам. Продал же ты им самопальные огнемёты для "зомби-апокалипсиса", они ведь съели. И просят ещё добавки. Ну так и насыпь им "с горкой" новых историй, насчёт всемирного потопа и "ноева ковчега" в виде своей уникальной подлодки.

Точку ставит не просто какой-то политик и журналист, а человек, по сути, организовавший спасение детей. 63-летний Верн Ансворт — профессиональный дайвер-аквалангист, один из признанных специалистов по пещере Тхам Луанг, посвятивший её изучению многие годы. Именно Ансворт предложил привлечь к спасательной операции Рика Стэнтона и Джона Волантена — дайверов, которым удалось обнаружить школьников. Ансворт точно указал спасателям на место, где стоит искать пропавших. И их действительно нашли лишь в двухстах метрах. Ансворт пишет у себя на странице: "У него (Маска) не было ни малейшего представления о том, что из себя представляют проходы в пещере. Подлодка, как я понимаю, была около 1,7 метра в длину и жёсткой формы, так что она не могла бы огибать углы или препятствия". После чего весьма корректно рекомендует Илону Маску "засунуть свою субмарину куда поглубже" (в английском оригинале "побольнее"). И добавляет, что Маск лично был в пещере, но его "очень быстро попросили оттуда уйти".

Такого Маск уже стерпеть не смог — и тут же, не разобравшись кто есть кто, назвал Ансворта "педофилом" и написал, что не видел в пещере "этого британского экспата". А после того, как "читатели" Маска указали ему, что Ансворт фактически организовал и придумал реальную операцию по спасению детей, — просто удалил свою запись, осознав, что тут он уже попал в совершенно неприглядную историю.

Такой сюжет — альфа и омега подхода Илона Маска к бизнесу. Ведь ни для кого не секрет, что ни Tesla, ни Space X за более, чем 15 лет (!) своего пребывания в статусе "перспективных молодых компаний" (стартапов), так и не стали прибыльными. Как говорится, "девке скоро замуж", а успехов у неё — только три первых страницы букваря (если перевести на бытовой язык сухие цифры отчётов компаний Маска, когда "мама мыла раму" выдают за дифференциальное исчисление и интегралы).

Поэтому и приходится прикрывать такой бардак в реальном бизнесе всё новыми пиар-акциями. То красный родстер куда-то к Марсу запустить, то мегабатарейку в пустынной Австралии построить, то пытаться себя "спасителем детей" объявить. Правда, вот с последним пунктом не повезло, ну так это не беда. У Илона, нашего, Маска, в запасе есть ещё масса идей.

Где же "кощеева игла" подхода Маска и в чём будущая смерть Space X и Tesla?

Скорее всего, всё в том же небрежении в деталях, наглядно с субмариной, которая просто "не лезла" в узкие тайские пещеры. Уже, например, понятно, что хвалёный космический корабль Dragon вместо "одного года от чертежа до запуска" завяз в изнурительной десятилетней "доводке". Никто ведь не даст убить космонавтов на орбите! То же самое с электромобилями Tesla — красивый родстер оказался сущей головной болью: ломается, горит, "садит" батарейки и не соответствует никаким стандартам качества индустрии. Бывшие сотрудники Tesla рассказывают о бракованных деталях, которые ставят на новые машины, сотнях автомобилей с браком на внутренней приёмке компании, да и просто о нарушениях безопасности при сборке машин. Именно это погубит Маска, а не недостаток внимания мировых СМИ и его адептов.

Так что, пожалуй, хорошо, что детей спасали без него. Получилось быстро, качественно и без лишнего пиара.

США. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681906 Алексей Анпилогов


Евросоюз. Великобритания > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681897 Андрей Фурсов

Впали в беспамятство…

О расовых, культурных и религиозных изменениях в Старом Свете

Андрей Фурсов

Пора чудес прошла, и нам

Отыскивать приходится причины

Всему, что совершается на свете.

У. Шекспир, "Генрих V"

"Нам нравится эта работа — называть вещи своими именами".

К. Маркс

В 2018 г. в Лондоне вышла книга Д. Эндресса "Культурная деменция. Как Запад потерял свою историю и рискует потерять всё остальное". Начинается она следующей фразой: "Недавние политические события привели Соединённое Королевство, Францию и США в состояние катастрофической культурной деменции", медицинский аналог которой — болезнь Альцгеймера. "Наша нынешняя деменция принимает форму особого рода забывания, ложного вспоминания ("misremembering") и ошибочного восприятия прошлого. В этом смысле — это не ностальгия… Не является это и индивидуальной деменцией — простым случаем амнезии. В большинстве случаев страдающие амнезией осознают тот факт, что они не помнят… Те же, кто страдает деменцией, не осознают сам факт, что они не помнят". Именно последнее, по мнению Д. Эндресса, происходит с современным западным (как он его называет, я предпочитаю термин "постзападное") обществом. Оно лишается своих корней в истории — они вырываются.

"Когда в начале XXI в. стало совершенно очевидно, что экономический прогресс остановился, руша иллюзии непрерывного улучшения, и её место занял обман", исчезла сама вера в возможность прогресса. Недаром уже в 1990-е годы в Западной Европе и США стали появляться книги с названиями типа "Конец прогресса", "Конец будущего", "Поминки по просвещению" и т. п. А ведь предупреждал британский историк Эдвард Карр: "Общество, которое потеряло веру в способность к прогрессу в будущем, скорее покинет историю". Социальному и "физическому" покиданию истории предшествует духовное — эмоциональное и интеллектуальное (кстати, ещё в 1969 г. другой британский историк, Джон Плам, опубликовал книгу с почти пророческим названием — "Смерть прошлого"). Обман, о котором пишет Эндресс, принимает самые разные формы, одна из которых — переписывание истории Европы с позиций неолиберализма, с одной стороны, и мультикультурализма, с другой. Так появляются "чёрная Афина", спасители античной мысли в арабском мире и многие другие ложные схемы.

Состояние социокультурной деменции, безусловно, способствует мультикультуралистским манипуляциям. И здесь возникает вопрос: как это связано с нынешней фазой системной, цивилизационной эволюции (или инволюции?) Европы. Западная Европа — действительно старое общество. Речь идёт не о физическом возрасте значительной массы населения, хотя, как отмечают исследователи, демографическое доминирование на нынешнем "Западе" пожилых не имеет прецедентов в истории и создаёт почти неразрешимые проблемы для здравоохранения и поддержания равновесия между работающими и неработающими (если добавить сюда падение рождаемости, которое связано с сытостью, гедонизмом, гомосексуализмом, гипериндивидуализмом — короче говоря, с социальными и половыми извращениями, то ясно: уже у ближайших поколений европейцев вообще нет гарантий пенсии). Речь, однако, о другом: о цивилизационной (системной) старости. Или, если угодно, о поздней, завершающей фазе цивилизационного развития.

Одной из черт таких фаз, по мнению историков, социологов и психологов является утрата обществом, прежде всего правящим слоем социального и этнокультурного чувства самосохранения; развитие сменяется общественной климактерией и инволюцией. Утрачивается восприимчивость к идеальному, к метафизике; наступает торжество утилитаризма и экономоцентризма. Происходит изменение социальных ролей в межполовом разделении труда. Демаскулинизация и феминизация, в свою очередь, способствуют формированию тревожно-боязливого психотипа, не способного к защите "своего" от "чужого" (мы это видели, в частности, на примере немецких мужчин, оказавшихся неспособными защитить своих женщин во время устроенной мигрантами в Кёльне "секс-фиесты"; есть много других аналогичных примеров; а ведь неспособность самцов защитить самок и детёнышей — один из первых признаков вырождения вида), склонного к психическим отклонениям обсессивно-компульсивного истеричного и параноидального типов. Как известно, рыба гниёт с головы. Иллюстрацией сказанного выше служит целый ряд высокопоставленных клерков США и Западной Европы последней четверти века. Так и вспоминаются деграданты-императоры позднего Рима.

Вообще, есть немало сходства между нынешним Постзападом и поздней Римской империей (конец III — середина VI в. н.э.), а точнее — ПостРимом. Дело в том, что после кризиса III в., после полувека военной анархии (235—285 гг. н.э.), когда за 50 лет сменились 20 императоров: от Максимина Фракийца до Карина, — Рим уже перестал быть Римом. Я не сторонник схем Л.Н.Гумилёва, но некоторые его термины вполне хороши как метафоры. ПостРим — это химера, химерическое общество, где в прежней оболочке существует, вызревает и питается соками прошлого нечто чужое или даже чуждое.

Завоз в Рим огромного количества рабов, предоставление их освобождённым потомкам римского гражданства, распространение последнего на всю империю (эдикт Каракаллы 212 г. н.э., в значительной степени способствовавший кризису III в.) принципиально менял этнокультурное содержание общества.

Империя ещё существовала, во многом как скорлупа, но её хранили главным образом слабость соседей и военная сила, позволявшая держать лимес вплоть до рубежа IV—V вв. н.э., когда пошёл процесс вывода (ухода) легионов с дальних рубежей империи: II Августова легиона из Британии, I легиона Минервы (как тут не вспомнить "Сова Минервы вылетает в сумерки" — сумерки империи) — с Рейна, III Киренаикского — из Аравии, IV Парфянского — с территории нынешнего Ирака, IV Скифского — из Сирии. Эта география позволяет понять: ПостРим держался военной силой — пока не "сгнил", не варваризировался изнутри. После этого рухнул однополярный мир поздней Античности.

ПостРим разбухал "сбродом" из приграничных районов империи, который в качестве "плавильного котла" становился "питательным бульоном" для распространения в Риме чуждых ему африканских и азиатских культов.

В ПостРиме некому было противопоставить что-либо этой химеризации. Уже к середине II в. н. э. Рим, по сути, лишился своих лучших — старой аристократии: её косили два с половиной столетия (10 поколений!). Сначала — марианский и сулланский террор, затем войны триумвиратов — Первого и Второго, ну и, наконец, безумства позднего Тиберия, Калигулы, Клавдия и Нерона. Место аристократии заняли "нувориши", включая преторианцев и вольноотпущенников. К этому необходимо добавить моду на широкораспространённый гомосексуализм и добровольную бездетность элиты в позднем Риме — и картина маслом завершена. Эта бездетность, кстати, очень напоминает бездетность высокопоставленных клерков, возглавляющих нынешнюю Европу. Есть и другие аналогии. Так, две мировые войны выкосили в Европе пассионарную молодёжь, чаще всего погибали лучшие — мощный удар по генофонду, если брать Запад, то прежде всего — Германии. Немецкий случай ХХ в. сравним с потерями немцев в Тридцатилетней войне (1618—1648), выкосившей 2/3 населения, уничтожившей практически всё мелкое и среднее дворянство.

Также мы видим распространение в Европе чуждых ей религий (ислам) и культов. Есть просто поразительные случаи. В частности, известный советофоб и русофоб папа Иоанн Павел II признал нигерийскую традицию ифа, известную на Гаити и в Латинской Америке как вуду, частью католической религии: традиция ифа/вуду получила статус конфессии, то есть фактически приравнена к православию и протестантизму. Вуду-католицизм из "Анклавов" Вадима Панова — не выдумка и не фантастика, это — реальность, пусть и отдающая сюрреализмом. Постзапад встречается с ПостРимом в Ватикане; западная цивилизация заканчивает во многом так же, как античная. Да и просуществовали они примерно одинаковое время: в зависимости от точек отсчёта — от 12 до 15 столетий.

Нынешняя ситуация, однако, объясняется не только (а в каких-то важных аспектах не столько) цивилизационными факторами, сколько теми, которые марксисты называют формационными. В данном случае речь идёт о капиталистической системе, которая существенно изменила европейскую цивилизацию и фактически тащит её вместе с собой в пропасть.

Почему Шпенглер именно в 1918 г. опубликовал свой "Закат…"? Ясно почему: закончилась мировая война, которая подвела черту под "цивилизацией XIX века", то есть под зрелой фазой истории капиталистической системы. Эта война, как и следующая за ней, стёрла с лица земли огромные материальные (промышленно-экономические) комплексы, и экономический бум капитализма в 1920-е—30-е, и особенно в середине 1940-х — середине 1960-х годов, во многом были обусловлены и обеспечены бурным восстановлением экономик Германии, Италии, СССР, которое в огромной степени стало стимулом, мотором мирового развития.

Всё это свидетельствует о простой вещи: капитализм исчерпал свою экономическую динамику на рубеже XIX—XX вв.; собственно, об этом с той или иной степенью приближения писали столь разные люди, как Ленин и Каутский. Дальнейшее развитие капитализма имело своей основой внеэкономическую динамику — военно-политическую борьбу. Причём, поскольку мир уже был поделён, колониальная и полуколониальная системы оформились, это уже не могла быть борьба Запада с афро-азиатскими слабаками. Это могла быть только борьба (война) европейских (североатлантических) военно-промышленных гигантов. Если с середины XVIII в. по конец XIX в. войны были функцией промышленно-экономического развития, то в ХХ в. само это развитие в значительной степени стало функцией не просто тотальных (таковыми были уже наполеоновские) войн — войн на уничтожение, — которые вели между собой государства внутри европейской цивилизации, представляющие её разные варианты: англосаксонский, германский и русский. Это и стало началом заката Европы и превращения Запада в Постзапад. Решающую роль в этом сыграло изменение динамики капитализма, который, в свою очередь, есть порождение, дитя, хотя и не вполне законное, самой европейской цивилизации.

Начало заката Европы совпало с окончанием гегемонии Великобритании и подъёмом Германии и США (американцы какое-то время решали, с кем войти в союз — с Германией или с Великобританией; выбор в пользу последней определили два фактора: "сшивший" англосаксонских "кузенов" еврейский капитал по обе стороны океана и англосаксонский страх перед германским гением — научной, культурно-интеллектуальной и экономической мощью Второго рейха), а следовательно, внутризападной схваткой за мировую гегемонию и русской революцией.

Притом, что в 1930-е — первой половине 1940-х годов американцы использовали Третий рейх для борьбы с Британской империей. В 1943 г. человек Рокфеллеров Аллен Даллес прямо заявил, что главная задача вой­ны — разрушение Британской империи (а СССР — для борьбы с первым и второй); в ходе самой войны англосаксы решали и общую для "англо-американского истеблишмента" (Кэрролл Куигли) задачу: раздавить немцев и навсегда устранить их как внутризападного, внутрикапиталистического конкурента. Россия (в виде СССР) была вне Запада и вне капитализма, и задача её разрушения была поставлена только в 1944—1945 гг., когда война была уже выиграна. Иными словами, важный элемент заката Европы — подавление Германии и немцев англосаксами. Однако по иронии истории — и логике развития капитализма — следующей фазой заката стало подавление европейцев, включая британцев, иммигрантами из Азии и Африки. При этом, однако, больше всего досталось опять же немцам. Это был главным образом целенаправленный процесс, и корни его уходят во Вторую мировую войну и в то, что предшествовало ей в 1930-е годы. В этом плане прямая линия прочерчивается из первой половины 1940-х годов в начало XXI в. — к результатам наводнения Европы (в первую очередь Германии) мигрантами и миграционному кризису 2015 г.

В 2018 году номер журнала The Economist от 14—20 апреля вышел с материалом, посвящённым Германии, — "установочной" редакционной статьёй и подборкой статей. В редакционной статье взахлёб нахваливались правление Меркель в целом и особенно её политика "открытых дверей" по отношению к мигрантам. В качестве достижений "эпохи канцлерин" "Экономист" выделил следующие: формирование более инклюзивной ("включающей", "широкой") идентичности, чем этническая, национальная; её распространение на тех, кто не имеет немцев среди своих родителей и вообще предков; развитие "сбалансированной гендерной культуры" (число работающих женщин за последние 15 лет выросло с 58 до 70%); немцы стали больше разводиться и меньше вступать в брак, в то же время легализованы гомосексуальные браки.

Если перевести это на нормальный язык, то на самом деле речь идёт о постепенном разрушении семьи и о том, что в условиях усиления эксплуатации неолиберального типа всё больше женщин вынуждены работать, чтобы сохранить семейный бюджет на прежнем уровне, а также о том, что разрушается немецкая идентичность. "Экономист" с восторгом констатирует, что Германия утрачивает этническую гомогенность и превращается в "плавильный котёл", в открытую страну, состоящую из различных фрагментов, — в переводе на нормальный язык: утрачивающую национально-культурную целостность. Что же касается "плавильного котла", то он не состоялся даже в США, не говоря уже о Западной Европе, — о чём пишут открыто; но хозяевам "Экономиста" это не указ. Мультиэтничность Германии, радостно сообщает журнал, находит отражение и в политической жизни, и даже в спорте, в частности — в футболе. Если в 2009 г. члены парламента с "мигрантским бэкграундом" составляли 3%, то в 2017 г. — уже 9%, хотя реально репрезентативной цифрой было бы 23% — именно такое количество граждан ФРГ не имеет немецких корней. Если в 1990 г., когда немцы стали чемпионами мира, в сборной ФРГ были только немецкие (и немецко-польские) фамилии, то на первенстве Европы 2016 г. в сборной были Боатенг, Озиль, Подольски, Сане и Гомес (с корнями, соответственно, из Ганы, Турции, Польши, Сенегала и Испании).

Ныне, когда Германия превращается в Einwanderungsland ("страну иммигрантов"), когда практически никто не осмелится повторить фразу, сказанную ветераном ХДС Альфредом Дреггером в 1982 г.: "Возвращение иностранцев-гастарбайтеров на родину должно быть правилом, а не исключением", — меняется само понятие "родины" ("Heimat"). Показательно, что, по информации журнала "Экономист", в самый разгар миграционного кризиса Меркель заказала карту, на которой границы Германии как бы охватывают Северную Африку, Украину и Турцию. Этим она хотела показать готовность, во-первых, принять беженцев и мигрантов из этих стран; во-вторых, стремление Германии играть стабилизирующую роль в этих регионах и странах. Что касается Турции, то она в такой роли Германии вряд ли нуждается, ну, а на Украине "стабилизирующая" роль Германии и "коллективного Запада" очевидна всем.

Само наличие мигрантов меняет жизнь и поведение "коренных немцев", делает их "новыми немцами". Именно так назвали свою книгу Герфрид и Марина Мюнклеры, с удовлетворением, я бы даже сказал, радостно констатирующие, что "статичная Германия" уходит в прошлое, вместе с чёткими ("stark") национальными границами и прежней идентичностью. Новая Германия становится более открытой, неформальной, разнообразной, но и — вынуждены констатировать супруги — более тревожной и нервной.

Выходит, плата за "открытость" — стрессы, тревоги, более нервная жизнь? Выходит, так. Неслучайно в ФРГ появляется всё больше книг с названиями "Нервная республика" (и будет нервная, если учесть связанный с мигрантами рост преступности, прежде всего — в крупных городах типа Берлина, Мюнхена, Кёльна, больше похожих своим интернациональным составом друг на друга, чем на окружающие их немецкие земли и, как все мегаполисы, превращающихся в неовавилонские башни, само появление которых предвещает катастрофу и провал в темновековье), "Страх за Германию" (и будет страшно, если под Новый 2015 год в одном только Кёльне около тысячи женщин подверглись сексуальным нападениям), "Конец Германии" (кстати, наибольшую численность в Германии составляют лица в возрасте 50—54 лет). Неслучайны в качестве реакции на мигрантов рост правых и крайне правых настроений и движений (13% партии "Альтернатива для Германии", бьющейся за немецкую идентичность и подвергающуюся критике со стороны "левых" и "зелёных"). Кстати, лидер последних, Джем Оздемир, — сын турецких гастарбайтеров; логично, что наиболее активные люди с мигрантскими корнями идут к "левым" и "зелёным".

Одна из статей подборки в "Экономист" так и называется "Новые немцы", а над заголовком — фото, показывающее нам этих "новых немцев": их три десятка (20 мужчин и 10 женщин), среди них — араб в традиционной одежде, турок и турчанка, женщина в чадре, хасид. Над ними реют огромные евросоюзовские флаги; маленький немецкий флажок торчит где-то сбоку, как бедный родственник, — его держит в руке существо неопределённого пола, которому профессор Преображенский обязательно задал бы вопрос: "Вы мужчина или женщина?" И вспоминается сказанная Черчиллем в 1940 г. фраза о том, что Великобритания воюет не с Гитлером и даже не с национал-социализмом, а с немецким духом, духом Шиллера, чтобы он никогда не возродился.

Окончание следует

Евросоюз. Великобритания > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 18 июля 2018 > № 2681897 Андрей Фурсов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 13 июля 2018 > № 2671918 Денис Борисов

Дорогое удовольствие: подорожает ли бензин после налогового маневра

Денис Борисов

Директор Московского нефтегазового центра EY

Планируемое правительством завершение налогового маневра в нефтяной отрасли пополнит бюджет, но не должно создать предпосылок для роста цен на бензин выше уровня инфляции

Как однажды заметил писатель Фазиль Искандер, «единственная особенность москвичей, которая до сих пор осталась мной не разгаданной, — это их постоянный, таинственный интерес к погоде». Но есть еще одна тема, обсуждение которой обычно вызывает бурные дискуссии. Речь идет о ценах на бензин, которые по какой-то причине волнуют людей гораздо больше, чем другие статьи расходов, даже более значительные.

Если посмотреть на динамику цен на бензин за последние 10-15 лет, то в целом они укладываются в общее изменение индекса потребительских цен. Причем с 2006 года «налоговая составляющая» в цене на бензин увеличилась примерно на 145% (это соответствует накопленному росту потребительских цен за тот же период, оцениваемых Росстатом), а уровень цен на моторные топлива (очищенных от косвенных налогов) увеличился всего на 85%. Однако, несмотря на это, «несправедливость» динамики цен на бензин остается в России своего рода общепринятым мнением, и любые изменения налоговой политики государства в нефтегазовой отрасли неизбежно порождают вопрос: «А что будет с ценами на бензин?»

Если судьбу широко обсуждаемых нынче фискальных новаций (постепенная замена экспортных пошлин на НДПИ с одновременным изменением действующего компенсационного механизма для НПЗ) рассматривать в таком контексте, то ответ однозначен — завершение налогового маневра не создает предпосылок для роста цен на бензин выше уровня инфляции. Собственно, как и проведение предыдущего, «большого налогового маневра» не является ключевым триггером падения маржи переработки в 2015-2016 годах и роста цен на топливо в России нынешней весной. Но для того, чтобы делать подобные выводы, необходимо глубокое погружение в отдельные нюансы функционирования экономики отечественной нефтепереработки (включая проведение необходимых расчетов), хотя соблазн списать все «на маневры», конечно, велик.

Итак, почему же завершение налогового маневра является нейтральным для внутрироссийских цен на бензин? Это связано с тем, что предлагаемые параметры завершения налогового маневра — это по сути попытка трансформации действующего механизма предоставления таможенной субсидии (следствие имеющегося дифференциала между ставками экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты) за счет внедрения нового инструмента — «отрицательного акциза» на сырье. Только распространяться он будет не на все нефтеперерабатывающие заводы, а только на те из них, которые соответствуют определенным требованиям государства. При этом формула «отрицательного акциза» устроена таким образом, что общий размер средств, которые НПЗ будут возвращать из бюджета, равен текущей величине таможенной субсидии.

А значит, маржа переработки (для НПЗ, которые смогут воспользоваться «отрицательным акцизом») останется прежней, а постепенный характер отмены экспортных пошлин на нефтепродукты позволяет не допустить рост нетбэков по бензину и дизелю выше уровня годовой инфляции. Очевидно, что в таком сценарии предпосылок для удорожания стоимости моторных топлив внутри страны не наблюдается. Более того, завершение налогового маневра предусматривает введение специального демпфирующего коэффициента (хотя он может существовать и отдельно от рассматриваемого налогового маневра), который ограничит возможности для роста оптовых цен выше 56 000 рублей на тонну по автомобильному бензину и 50 000 рублей на тонну для дизельного топлива (в реальном выражении).

Интересно, что предлагаемые параметры налогового маневра не окажут никакого влияния и на величину операционного денежного потока добывающих проектов (как стандартных, так и использующих льготные ставки по НДПИ и экспортной пошлине). Равномерное (в течение 6 лет) снижение экспортной пошлины будет заменено идентичным увеличением НДПИ на нефть и конденсат (с применением специального коэффициента, учитывающего долю ШФЛУ).

В связи с тем что завершение налогового маневра является нейтральным для маржи переработки, цен на моторные топлива, доходности добывающих проектов и отечественных ВИНКов, то возникает вполне логичный вопрос о том, зачем тогда вообще что-то менять. Ответ кроется в идентификации главного кейса предлагаемых новаций — получение дополнительных доходов в российский бюджет за счет того, что физический объем налогооблагаемой базы по НДПИ более чем в два раза выше, чем по экспортной пошлине. При этом оцениваемая величина выигрыша (порядка 1,6 трлн рублей) будет формироваться за счет нивелирования таможенных субсидий для НПЗ ЕАЭС, которые покупают российскую нефть, потребителей темных нефтепродуктов на внутреннем рынке и «плохих» отечественных НПЗ. Однако итоговая «цена вопроса» зависит от целого ряда факторов (макроэкономические условия, прогнозные соотношения между объемами добычи и переработки и тому подобное), важнейшими из которых, очевидно, является судьба компенсаций странам ЕАЭС и потребителям отдельных видов нефтепродуктов (прежде всего, мазута) на внутреннем рынке. Суммарная доля этих двух статей в общем ожидаемом эффекте для величины дополнительных доходов бюджета, по нашим оценкам, может превысить 40%. И в целом ряде сценариев итоговая величина дополнительных доходов может существенно отличаться от заявленного таргета.

Помимо наполнения бюджета нельзя не отметить и сопутствующие положительные моменты от проведения налогового маневра. Прежде всего это унификация таможенного-тарифного законодательства в рамках ЕАЭС (например, сейчас ставки экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты в России и Казахстане отличаются, что создает определенные диспропорции) и создание дополнительных стимулов для повышения эффективности работы российской переработки за счет предоставления субсидий только тем НПЗ, которые отвечают определенным критериям (например, поставки бензина 5-го класса на внутрироссийский рынок).

Сможет ли налоговый маневр сделать налогообложение отрасли более совершенным? На мой взгляд, сможет, хотя завершение налогового маневра является плодом эволюции, а не революции, ряд недостатков, присущих действующей налоговой системе, автоматически переходят и на период после 2024 года. Например, в случае снижения цен на нефть маржа переработки в России вновь может достигнуть критических значений, что неизбежно повлечет за собой необходимость очередных донастроек налоговой системы. Кроме того, пока до конца остается непонятым, каким образом в завершение налогового маневра будет встроена логистическая компонента и насколько ее величина будет отвечать критериям справедливости и объективности.

В целом завершение налогового маневра интересно еще и тем, что налоговым специалистам придется дополнять свои теоретические знания по нефтепромысловой геологии, лежащие в основе льгот по НДПИ, погружением в курс нефтепереработки. А российская налоговая система для нефтегазовой отрасли еще более упрочит свой статус одной из самых сложных (если не самой сложной) систем в мире. В общем, процесс трансформации запущен, а о его первых итогах можно будет порассуждать менее чем через год.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 13 июля 2018 > № 2671918 Денис Борисов


Россия. Великобритания > Армия, полиция > zavtra.ru, 11 июля 2018 > № 2674427 Алексей Анпилогов

Старый добрый «Новичок»

отравление Скрипалей связано с активностью британского центра по изготовлению боевых отравляющих веществ?

Алексей Анпилогов

Конечно, смешного мало, но в Великобритании опять отравления «Новичком». Теперь — со смертельным исходом. В прошедшее воскресенье, 8 июля, в больнице города Эймсбери скончалась британка Дон Стерджес. Покойная не была примером подражания для жителей небольшого городка в графстве Уилтшир. Дон Стерджес и её приятель Чарли Роули были типичными представителями социальных низов: по словам их друзей, «всегда немного пьяные и уставшие» и часто находившиеся под воздействием героина или кокаина.

Из-за такого отношения к собственной жизни их, после внезапного поступления в тяжёлом состоянии в окружную больницу города Солсбери, заподозрили именно в передозировке какого-то тяжёлого наркотика. Однако вскорости стало понятно, что речь идёт об отравлении нервно-паралитическим веществом: у пострадавших были судороги, изо рта шла пена, сузились зрачки и наблюдалось расстройство сознания. Впоследствии было установлено, что в качестве отравляющего «агента» выступил… всё тот же «Новичок», отравление которым диагностировали четырьмя месяцами раннее у Сергея и Юлии Скрипалей.

Что же добавили в сюжет того мартовского отравления «Новичком», в котором поспешно обвинили Россию, новые жертвы и пострадавшие?

Во-первых, в любом случае, теперь под Солсбери погиб британский подданный. Это уже не шпион-перебежчик из России и его дочь, а самый что ни на есть «сакральный» житель Великобритании. «Соль, героин и виски земли британской», как ни крути. Поэтому тут уже никакой «озабоченностью» не отделаешься, надо или по-прежнему «наезжать» на Россию, или же — перейти ко второму пункту наших изменений в сюжете.

Вторым моментом является временной «лаг» между отравлениями. Уже понятно, что говорить о мифических «русских отравителях-убийцах», которые затаились где-то под Солсбери, смешно и дико. Зачем им отравлять двух бомжей-асоциалов? Поэтому пока что рабочая версия следствия — пострадавшие что-то нашли, понюхали, выкурили или выпили, а это оказалось тем, что выбросили несостоявшиеся убийцы Скрипалей. Например, говорят о каком-то случайном окурке, который выкурила покойная — и дала затянуться другу. Правда, всё равно непонятно, как тогда «Новичок» пережил четыре месяца и не распался на части — ведь одной из причин «чудесного» выздоровления Скрипалей называли именно замечательную британскую погоду. Мол, не выдержал советский «Новичок» столкновения с английским дождём и туманом, вышел весь. А тут нате вам: лежал себе четыре месяца в окурке — и снова бодрячком! Чудеса, снова чудеса.

Ну и, наконец, третьим фактом является то, что двое новых пострадавших оказались жителями соседнего Эймсбери, а не самого Солсбери, где в марте были отравлены Скрипали. По прямой между городками около 10 километров, столько окурку не пройти и за четыре месяца. Но есть другой факт — между Солсбери и Эймсбери, на третьей вершине воображаемого географического треугольника, лежит «лаборатория науки и техники министерства обороны Великобритании Портон-Даун». От неё 9 километров до Солсбери и всего 7 километров — до Эймсбери. Такое благостное название объекта (Портон-Даун) не должно ничуть вас смущать — это крупнейший в Великобритании центр по разработке и тестированию химического и биологического оружия. Место, где были созданы смертельно опасные V-газы и VX-газы, чья убийственная эффективность до сих пор считается «золотым стандартом» боевой линейки нервно-паралитических агентов.

И вот этот третий пункт и ставит самый простой, наивный, но абсолютно неприятный для британских политиков, спецслужб и военных вопрос: а не могло ли быть отравление Скрипалей напрямую связано с активностью гораздо более близкого британского центра по исследованию и изготовлению боевых отравляющих веществ — нежели с мифическим злым умыслом далёкой и уже позабывшей о предателе и бывшем шпионе России? Ведь, как известно, снаряд (ну, или окурок, да) в чистом поле очень редко падает в одну и ту же воронку. А вот последовательные взрывы или утечки на складе боеприпасов или химическом складе — это обычное дело. Тем более, что британские власти уже сказали: да, «Новичок» в Портон-Дауне у нас был. Немножко, только для себя, чисто в исследовательских целях. Посмотреть, ознакомиться, потом выкинуть. А то, знаете ли, нервно-паралитический «агент». Вдруг убьёт кого случайно…

Поэтому теперь ситуация зависла в совсем уж неадекватной «раскоряке». Надо действовать, обвинять, требовать объяснений и вводить санкции. За Скрипалей ведь уже объявили «войну России», а тут ещё и национальная, «скрепно-сакральная» британская личность пополнила список жертв. Это ведь и вовсе на ядерный удар по Москве тянет, если придерживаться версии «российского следа» и действовать в той же логике, что и раньше. А тут, как назло, в Лужниках сборная Англии в полуфинале чемпионата мира с Хорватией играет! Чудовищное положение, просто безвыходное.

И зачем она подняла этот окурок? Министр иностранных дел в отставку ушёл, кабинет шатается, пресса лютует, общественность на взводе. Старая добрая Англия. Старый добрый «Новичок».

Россия. Великобритания > Армия, полиция > zavtra.ru, 11 июля 2018 > № 2674427 Алексей Анпилогов


Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668877 Борис Джонсон

Полный текст письма Бориса Джонсона об отставке и ответ премьер-министра

Кевин Роулинсон (Kevin Rawlinson), The Guardian, Великобритания

Вот полный текст письма Бориса Джонсона премьер-министру:

Дорогая Тереза,

прошло более двух лет с тех пор, как британский народ проголосовал за выход из Европейского союза, руководствуясь недвусмысленным и категоричным обещанием, что после этого он вновь получит в свои руки контроль над своей демократией.

Ему сказали, что он сможет управлять своей иммиграционной политикой, вернуть в Великобританию те деньги, которые на тот момент тратил ЕС, а, главное, получит возможность независимо и в соответствии с интересами граждан страны принимать законы.

Брексит должен быть выражением возможностей и надежды. Он должен быть шансом действовать иначе, быть проворнее, динамичнее, максимизировать конкретные преимущества Великобритании как открытой, заинтересованной во взаимодействии с другими странами глобальной экономики.

Но эта мечта умирает, задушенная напрасной неуверенностью в себе.

Мы отложили ключевые решения — в том числе подготовку к выходу из соглашения, как я утверждал в своем письме к Вам в ноябре прошлого года — и в результате мы движемся к полу-Брекситу, когда значительные области экономики все равно остаются заперты в системе ЕС, а у Великобритании нет никакого контроля над этой системой.

Сейчас представляется, что начало наших переговоров подразумевает согласие, что мы не сможем принимать свои собственные законы. Похоже, мы действительно вернулись назад по сравнению с февральской встречей в Чекерсе, на которой я рассказывал о своих беспокойствах, как мэр Лондона, пытаясь защитить велосипедистов от грузовиков. Мы хотели снизить норму уровня окон кабины, чтобы повысить видимость, и пусть даже такой дизайн уже был на рынке, пусть даже уровень смертности чудовищно вырос, главным образом, среди велосипедисток, нам сказали, что мы должны ждать рассмотрения законопроекта по этому вопросу в ЕС.

Таким образом, на предыдущей встрече в Чекерсе мы тщательно обсудили сложную процедуру отступления от правил ЕС. Однако даже сейчас это как будто не учитывается, и Великобритании не предоставляется права на инициативы. При этом, если Брексит хоть что-то значит, он, безусловно, должен предоставлять министрам и парламенту шанс действовать иначе, чтобы защищать граждан. Если страна не может принять закон, чтобы спасти жизнь велосипедисток, — когда это предложение поддерживается при этом на всех уровнях власти в Великобритании — то я не понимаю, как эта страна может по-настоящему называться независимой.

В то же время британское правительство потратило десятки лет в спорах против тех или иных директив, ссылаясь на то, что они были слишком обременительными или плохо продуманными. Теперь мы оказались в нелепом положении, утверждая, что мы должны принять огромные количества именно таких законов ЕС, не изменив их ни на йоту, потому что в этом состоит основа нашего экономического богатства, и при этом не имея возможности повлиять на законы во время их подготовки.

Таким образом, мы на пути к обретению статуса колонии, и вряд ли кто-то увидит в этом соглашении какие-либо экономические и политические преимущества.

Ясно также, что отдавая контроль над нашим законодательством в области товаров и сельскохозяйственной продукции (и, кстати, гораздо большего), мы столкнемся с гораздо большими трудностями в заключении соглашений свободной торговли. Далее при этом возникает еще одно препятствие: нам придется выступать за невероятно непрактичное и недостижимое соглашение.

Что вызывает еще большее беспокойство, это то, что это предложение исходит от нас. Именно так мы представляем конечную концепцию Великобритании до того, как вторая сторона сделала ответное предложение. Мы как будто отправляем в бой свой авангард с развевающимися над ним белыми флагами. Я был действительно обеспокоен, глядя на появившийся в пятницу документ, что могут быть допущены дальнейшие уступки в вопросе иммиграции, или что нам придется в результате платить за доступ на единый рынок.

В пятницу я понял, что на моей стороне в этом вопросе выступает меньшинство, и поздравил Вас с достижением согласия — по крайней мере, в кабинете министров — о том, как двигаться дальше. Как я тогда сказал, у правительства теперь своя песня. Проблема состоит в том, что я отрепетировал слова в выходные, а они застревают у меня в горле. Мы должны нести коллективную ответственность. Раз я не могу в здравом уме отстаивать эти предложения, я решил, что, к сожалению, мне придется уйти.

Я горжусь, что занимал пост министра иностранных дел в Вашем правительстве. И уходя, я бы хотел прежде всего поблагодарить терпеливых офицеров лондонской полиции, охранявших меня и членов моей семьи в сложных обстоятельствах. Я также горжусь удивительными мужчинами и женщинами в нашем дипломатическом ведомстве. За последние несколько месяцев они продемонстрировали, как много друзей есть у нашей страны по всему миру, когда 28 правительств выслали российских шпионов в рамках беспрецедентного протеста в ответ на покушение на Скрипалей. Они организовали весьма успешный саммит по делам содружества наций и заручились рекордной международной поддержкой кампании этого правительства за право 12-летнего качественного образования всех девочек и многих других пунктов. Когда я покидаю свой пост, у [министерства иностранных дел и по делам Содружества Наций] появилась самая эффективная дипломатическая сеть по сравнению с любой другой страной в Европе, на континенте, который мы никогда не покинем.

Борис Джонсон

Полный текст ответа Терезы Мэй, принимающей его отставку:

Уважаемый Борис,

Благодарю Вас за письмо, в котором Вы отказываетесь от поста министра иностранных дел и по делам Содружества Наций. Я сожалею — и немного удивлена — что получила его после результативных обсуждений, которые мы провели в Чекерсе в пятницу, и разработки всеобъемлющего, подробного предложения, согласованного вместе с кабинетом министров.

Это предложение воздаст должное результату референдума, и обязательствам, которые мы взяли на себя в манифесте, подготовленном ко всеобщим выборам, по выходу с единого европейского рынка и из таможенного союза. Это будет означать, что мы снова получим контроль над нашими границами, нашими законами и нашими деньгами и положим конец свободе передвижения, юрисдикции Европейского суда в Великобритании и эпохе, когда мы отправляли большие суммы денег налогоплательщиков в Европейский союз.

Вместо этого мы сможем потратить эти средства на наши приоритетные задачи: например, на повышение бюджета национальной службы здравоохранения на 20 миллиардов фунтов, а это означает, что вскоре мы будем тратить на 394 миллиона фунтов больше в неделю на нашу Национальную службу здравоохранения.

Как я подчеркнула в Чекерсе, достигнутое нами соглашение требует полной, всеобщей поддержки правительства Ее величества. Во время кампании по референдуму о ЕС, всеобщая ответственность по политике ЕС была приостановлена. Во время разработки нашей политики по Брекситу я предоставляла коллегам по кабинету министров широкие возможности выражать свою точку зрения. Но достигнутое нами в пятницу соглашение отмечает точку, когда это уже неуместно, и, если Вы не способны обеспечить необходимую нам поддержку в осуществлении этого соглашения в интересах Великобритании, Ваш уход является правильным решением.

В связи с этим я бы хотела выразить Вам свою благодарность за службу своей стране и консервативной партии на посту мэра Лондона и министра иностранных дел, а также за рвение, которое Вы продемонстрировали в глобальном продвижении Великобритании в мире, когда мы выходим из Европейского союза.

В уважением,

Тереза Мэй

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668877 Борис Джонсон


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 июля 2018 > № 2763037 Александр Шульгин

Интервью Посла, Постоянного представителя России при ОЗХО А.В.Шульгина российскому изданию "Известия", опубликованное 9 июля 2018 года

Вопрос: На прошлой неделе появилась информация об отравлении двух людей в британском городе Эймсбери, которое в Великобритании связали с «делом Скрипалей». Как вы можете прокомментировать эту ситуацию?

Ответ: Сейчас у нас есть только общая информация: в МВД Великобритании заявили, что два человека в Эймсбери отравились нервно-паралитическим веществом, которое британцы именуют «Новичком». Комментировать что-либо пока преждевременно, поскольку поступают противоречивые сведения — в частности, от британской полиции. Глава МВД Саджид Джавид, выступая в парламенте, упомянул в связи с этим случаем мартовское происшествие в Солсбери и опять голословно обвинил Россию. По его словам, другой правдоподобной версии, кроме как причастность Москвы, не существует. Мы слышали это много раз. Теперь пусть британцы сами разбираются с этим, раз уж они отвергли нашу помощь.

После инцидента в Солсбери мы, исходя из статьи 9 Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО), посвященной консультациям, сотрудничеству и выяснению фактов, предложили Великобритании безотлагательно начать двусторонние консультации. В конвенции прописан весь алгоритм действий на случай, если возникают подобные подозрения. Наши партнеры от этого отказались и вместо консультаций запросили экспертизу технического секретариата (орган ОЗХО, подотчетный конференции государств-участников и исполнительному совету и участвующий в практической работе по реализации целей конвенции. — «Известия»). Обычно такие экспертизы проводят в помощь странам, у которых нет технических возможностей и необходимых экспертов для расследования. Поэтому в отношении Великобритании она носила условный характер. Фактически техсекретариат оказался вовлечен в национальное британское расследование. В итоге была определена химическая формула отравляющего вещества. Однако в докладе ничего не говорилось о его происхождении — в частности, о том, что оно, как утверждали британцы, родом из России.

В ситуации с Эймсбери настораживает еще одно обстоятельство: подобные истории в последнее время возникают накануне важных мероприятий. Сейчас грядут финальная стадия ЧМ-2018 и саммит России и США в Хельсинки. Трудно отделаться от мысли, что всё это было спланировано и преднамеренно вброшено для взвинчивания международной ситуации и нанесения ущерба авторитету России и ее отношениям с другими странами.

Вопрос: Насколько известно, Великобритания уведомила ОЗХО об инциденте в Эймсбери. Планируется ли какое-нибудь экстренное заседание организации по этой теме?

Ответ: В некоторых СМИ прошла информация о том, что англичане направили соответствующую ноту в технический секретариат. Насколько мы знаем, никакой ноты не было — была лишь устно озвученная общая информация, которая не выходила за рамки того, что оглашают сейчас официальные британские лица.

Вопрос: Россия будет требовать от британских властей доказательств, подкрепляющих их слова?

Ответ: Безусловно. Мы ведь с самого начала предложили спокойно разобраться в произошедшем. Россия обратилась к Великобритании: «Предъявите нам факты. Если не хотите напрямую, передайте через технический секретариат, а мы в течение короткого времени — не позднее, чем 10 дней, как того требует конвенция, — откликнемся и дадим свои ответы. Если вас эти ответы не удовлетворят, можем совместными усилиями сформировать экспертную группу. Не устроит вас и это — проведем специальную сессию исполнительного совета». Однако все наши предложения британцы высокомерно отвергли.

Как я уже сказал, их логика проста: нет более правдоподобных версий об отравлении Сергея и Юлии Скрипалей, чем причастность России. Британцев не обременяет мысль, что надо предъявить какие-либо доказательства — они просто предлагают поверить им на слово. Но почему мы должны верить на слово нашим британским партнерам? Ведь в недавнем историческом прошлом были прецеденты их бездоказательных утверждений. К примеру, специальное расследование показало, что бывший премьер-министр Британии Тони Блэр ввел общественность в заблуждение по поводу неизбежной угрозы, исходящей от Ирака в связи с наличием у него оружия массового поражения. Такого оружия в стране не оказалось, но иракская авантюра, в которую Блэр втянул Великобританию, закончилась военным вторжением и разрушением государства. Бывший премьер впоследствии извинился перед родственниками погибших британских военнослужащих, но почему-то забыл попросить прощения у родственников погибших иракцев.

К сожалению, в ОЗХО мы сталкиваемся с такой же извращенной логикой, которую британцы насаждают среди своих партнеров. Приведу вам пример. На специальной сессии исполнительного совета по инциденту в Солсбери все союзники зачитывали по бумажке стандартные заявления, в которых звучала одна и та же мысль о том, что Россия должна сотрудничать с Великобританией. Я это слушал, потом взял слово и сказал, что мы не просто готовы, но заинтересованы безотлагательно начать сотрудничество с британской стороной в пределах правового поля КЗХО. После меня вновь выступали представители Евросоюза, в том числе и его новые члены, и повторяли заученную фразу: «Россия должна сотрудничать с Великобританией». Складывается впечатление, что нас совсем не слышат.

Вопрос: Почему Великобритания так настойчиво добивалась расширения мандата ОЗХО?

Ответ: Для начала скажу, что этого решения добивалась не только Великобритания. За инициативой о расширении полномочий ОЗХО стояли также американцы и французы. Именно эта тройка государств, совершившая в апреле 2018 года акт военной агрессии против Сирии, пыталась в свое время продлить мандат совместного механизма ОЗХО–ООН для расследования (СМР) применения химоружия на сирийской территории. Эта структура оказалась удобным инструментом для штамповки решений о причастности к атакам правительственных войск САР. Все «доказательства» предоставляли псевдогуманитарные НПО — пресловутые «Белые каски» (неправительственная организация, финансово поддерживаемая Великобританией, Германией, Данией, Катаром, Нидерландами, США и Японией. — «Известия») или расквартированная в Лондоне «Сирийская обсерватория по правам человека». При этом сами специалисты СМР никогда на место происшествий не выезжали и всегда вели расследования дистанционно, нарушая нормы и правила КЗХО.

Столкнувшись в Совбезе ООН с нашим неприятием продления мандата прежнего СМР и «убив» предложенный нами новый мандат, предполагающий работу механизма по высоким стандартам конвенции, США, Великобритания и Франция решили создать нечто подобное на площадке ОЗХО в Гааге. Тогда они заявляли, что, в отличие от Нью-Йорка, в Гааге у России нет права вето и она не сможет блокировать нужные Западу решения. Ими было предложено создать механизм определения ответственности или, говоря иначе, атрибуции. К сожалению, гендиректор техсекретариата Ахмет Узюмджю поддержал эту позицию.

Чтобы продавить свою идею, наши оппоненты задействовали мощные механизмы политико-дипломатического воздействия. Мы знаем о фактах прямого шантажа наших ближайших союзников. В Гаагу в массовом порядке завезли представителей малых островных государств Карибского региона и Тихого океана, никогда не отличавшихся особой активностью в ОЗХО — они дружно проголосовали за американо-британский проект. Говорят, что им оплатили проезд и проживание в гостинице.

Вопрос: Понятно, почему подобный проект продвигали США и Великобритания — отношения России с этими странами сейчас очень напряженные. Но почему эту инициативу так активно продвигала Франция, с которой Москва взаимодействует на довольно хорошем уровне?

Ответ: Я склоняюсь к тому, что Франция наравне с США и Великобританией продвигает в Гааге повестку дня, так или иначе направленную на свержение законных сирийских властей и, в частности, президента Башара Асада. В апреле этого года они, не дожидаясь расследования химатаки, якобы произошедшей в городе Дума, нанесли по Сирии ракетный удар. Причем это было сделано вызывающе, накануне прибытия в Дамаск специалистов ОЗХО. Генеральный директор организации официально предупредил, что 14 апреля в Сирию приедут эксперты. В итоге в ночь с 13 на 14 апреля американцы, французы и британцы нанесли удар. Еще чуть-чуть, и они накрыли бы своими ракетами миссию ОЗХО.

С учетом вышесказанного становится понятной активная вовлеченность наших французских коллег в реализацию англо-американских планов по созданию атрибутивных функций в ОЗХО.

Вопрос: Можно сказать, что наделение ОЗХО прокурорскими функциями является попыткой создать альтернативу Совету Безопасности ООН?

Ответ: Вы правильно заметили, здесь есть признаки посягательства на полномочия Совета Безопасности. Решение, которое англичане и французы продавили на спецсессии Конференции государств-участников (КГУ) 27 июня, является прямым вмешательством в полномочия Совбеза. Единственный международный орган, помимо международных судов, имеющий компетенцию принимать принудительные меры в отношении государств, — это Совет Безопасности ООН. Принятие подобного рода мер организацией, которая не наделена таким правом, является неправомерным вмешательством во внутренние дела суверенных государств.

Продвигаемая в ОЗХО атрибуция (или определение ответственности) имеет две составляющие: выявление виновных и их наказание. Запад начинает манипулировать международным правом, заявляя, что определение виновных в ОЗХО — сугубо техническая функция, а привлечение к ответственности будет происходить в других инстанциях. Но поразительно: говоря о других механизмах, они никак не упомянули Совет Безопасности.

Поэтому у нас есть все основания говорить, что происходящее в ОЗХО является полнейшим надругательством над нормами международного права и попыткой умалить роль всей международно-правовой системы, сложившейся после Второй мировой войны с центральной ролью в ней ООН.

Вопрос: Какие виды наказания подразумевает новый расширенный мандат ОЗХО?

Ответ: Пока сложно говорить о конкретных мерах. Речь на данном этапе идет о том, чтобы наделить технический секретариат возможностью определять исполнителей, организаторов и спонсоров применения химического оружия с последующей передачей этих материалов в какие-либо другие инстанции. Фактически дело ведется к тому, чтобы сделать из ОЗХО структуру, которая бы «указывала пальцем» на тех, кого подскажут суфлеры из западной группы.

Поверьте, многие делегации в организации реально озабочены такой перспективой. Сегодня «пальцем ткнут» в Сирию, а завтра это может быть любая другая страна. Фактически отрабатывается технология вмешательства во внутренние дела других государств.

Вопрос: Вы сказали, что целый ряд стран выражают озабоченность таким положением вещей. Тем не менее, получается, что консенсусом решение всё-таки принято…

Ответ: Никакого консенсуса не было. Заранее было известно, что большая группа государств не приемлет это решение. Хочу вам напомнить результаты голосования: 82 страны высказались за британский проект, 24 — против, 26 воздержались и 4 не приняли участия в голосовании. Получается, что решение было принято меньшинством голосов. При 193 участниках ОЗХО 111 стран фактически не поддержали решение о расширении полномочий.

Британский проект прошел благодаря, мягко скажем, странной процедурной формулировке: «Решения на КГУ по вопросам существа принимается двумя третями голосов от количества делегаций, находящихся в зале и реально голосующих. Голоса воздержавшихся в расчет не принимаются». Если бы считались голоса воздержавшихся, то британцы не набрали бы необходимые две трети.

Многие делегации задаются вопросом, как такое могло вообще произойти, и говорят, что необходимо срочно добиться изменения правил процедуры проведения конференций.

Сейчас мы наблюдаем безудержную политизацию ОЗХО. Наши британские партнеры не раз упрекали нас в том, что мы занимаемся политизацией работы организации. Но на деле политизируют ее работу именно они: так, в британском позиционном документе, который распространялся накануне июньской спецсессии КГУ, содержался призыв ко всем участникам выдать генеральному директору техсекретариата политический мандат на продвижение атрибуции в ОЗХО.

Вопрос: Россия и Китай выдвигали свой проект, но он был отозван. Почему?

Ответ: Наш проект был направлен на совершенствование методов работы различных полевых миссий ОЗХО, в первую очередь — миссии по установлению фактов возможного применения химического оружия в Сирии. Сейчас эта миссия работает с нарушением регламента, установленного техническим секретариатом. Грубо нарушаются правила сбора и сохранения вещественных доказательств, отбора проб и направления их в соответствующие лаборатории для анализа.

К сожалению, до нашего предложения дело на конференции не дошло. После того как было принято решение британцев, голосование по нашему проекту становилось бессмысленным. Думаю, пока это — отложенная партия в шахматы. Мы к этому делу обязательно вернемся.

Вопрос: Какие последствия просчитывает Россия в контексте расширения мандата ОЗХО и событий в Солсбери и Эймсбери?

Ответ: Мы считаем решение 27 июня в Гааге нелегитимным. Обязательства по конвенции четко прописаны в ее статье 1: «Каждое государство обязуется не разрабатывать, не производить, не приобретать, не накапливать, не сохранять, не передавать химическое оружие и никогда его не применять, а также уничтожить имеющийся у себя химический арсенал». Когда Россия вступала в конвенцию, мы приняли на себя все эти обязательства и неустанно их выполняли. В прошлом году мы уничтожили последние запасы большого химарсенала, который Россия унаследовала от Советского Союза. США, у которых еще осталось химическое оружие, свое обязательство по его уничтожению не выполнили до сих пор, сославшись на то, что им не хватает средств и технологий довести начатое до конца.

В КЗХО нет ни слова о выявлении виновных. Ни мы, ни другие государства не подписывались под обязательством участвовать в какой-либо квазипрокурорской или квазиполицейской деятельности.

Хочу подчеркнуть, что решение о расширении мандата — пока рамочное, и какие-либо конкретные предложения по созданию атрибуции в ОЗХО генеральный директор должен представить к следующей сессии КГУ в ноябре 2018 года.

Мы в любом случае будем твердо исходить в последующих действиях из неприятия атрибутивного механизма в Гааге.

Вопрос: Россия рассматривает вероятность выхода из организации?

Ответ: Давайте пока не будем заглядывать так далеко за горизонт. Мы сейчас обдумаем результаты прошедшей спецсессии КГУ, посмотрим, как будут развиваться события, какие будут предложения на этот счет. Наше решение будет выверенным, сбалансированным и при обязательном учете российских национальных интересов.

Вопрос: Каковы ваши ожидания от грядущей сессии исполнительного совета?

Ответ: Это будет регулярная сессия, в ходе которой предстоит рассмотреть традиционные вопросы повестки дня. Пока нет информации о том, что начнется обсуждение выполнения решения о расширении мандата организации.

Надо иметь в виду, что через две недели в ОЗХО произойдет смена караула: пост генерального директора техсекретариата оставляет господин Ахмет Узюмджю, ему на смену придет испанец Фернандо Ариас. Имплементацией решения КГУ будет заниматься уже совсем другая команда.

Мы воспользуемся грядущей сессией исполсовета не только для того, чтобы повторно заявить о своем несогласии с решением КГУ, но и чтобы высказать свои соображения относительно того, что происходит в ОЗХО в целом. Могу сказать, что Россия сделает всё от нее зависящее, чтобы некогда успешная организация смогла вернуться к полноценной работе на основе консенсуса и при взаимном уважении сторон к интересам друг друга.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 июля 2018 > № 2763037 Александр Шульгин


Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июля 2018 > № 2664950 Саймон Дженкинс

Если «Новичок» подбросила Россия, то где доказательства?

Об отравлении в Уилтшире никто ничего не знает, хотя мотив очевиден: поставить Путина в неловкое положение

Саймон Дженкинс (Simon Jenkins), The Guardian, Великобритания

Похоже, я единственный человек на белом свете, понятия не имеющий, кто отравил четверых человек в графстве Уилтшир. Мне говорят, что доступ к отравляющему веществу «Новичок» имеют только русские, хотя британская исследовательская станция Портон-Даун, расположенная в зловещей близости от Уилтшира, явно знает о нем очень многое. А так — я повторяю — у меня нет никаких догадок на сей счет. Мне кажется, я могу понять, зачем Кремль хотел убить бывшего шпиона Сергея Скрипаля и его дочь, чтобы другие не перебегали к врагу. Но почему он так долго ждал после бегства Скрипаля, и почему отравление произошло в преддверии столь политизированного события как чемпионат мира по футболу в России?

С момента совершения преступления прошло уже четыре месяца, а Скрипали до сих пор отрезаны от внешнего мира и находятся в «безопасном месте». От них не слышно практически ни слова. Тереза Мэй настойчиво обвиняет Россию. Она назвала этот инцидент «вопиющим и омерзительным», а МИ5 заявила о «наглом нарушении международных правил». Но я не понимаю, как можно составлять поспешное суждение, когда ни у кого нет никаких зацепок и улик.

А что касается причин, по которым тот же самый преступник или преступники решили убить пару, никак не связанную со Скрипалями и проживавшую в новостройке в Эймсбери, то здесь еще больше вопросов. Это похоже на какую-то весьма любопытную небрежность или неаккуратность. Может, жертвы получили дозу отравляющего вещества неподалеку от места первого отравления, находящегося в 12 километрах? А может, новое отравление является попыткой отвлечь внимание от первого? Или это дьявольский заговор, призванный показать, что «Новичок» можно купить на каждом углу, у любого наркодилера? А может, у одной из жертв по имени Чарли Роули есть дружки в Портон-Дауне? Либо же кто-то хочет выпендриться, или паникует, или ведет себя как полный идиот. Кто знает?

Поскольку ответов на эти вопросы у меня кот наплакал, я не считаю необходимым капитулировать перед политикой террора и страха. Я могу спокойно открыть дверь своего дома и не мыть потом руки с мылом. Я могу бесстрашно и безмятежно посетить Уилтшир и полюбоваться шпилем собора в Солсбери. Я могу побывать на месте захоронения Эймсберийского лучника из Бронзового века, загадку смерти которого от заболевания костей наконец разгадали ученые. Там, где отсутствует знание, блаженствует невежество.

Но это ни в коем случае не относится к министрам правительства, для которых незнание не является основанием для молчания. Министр внутренних дел Саджид Джавид (Sajid Javid) заявил, что «российскому государству пора четко объяснить, что произошло». Министр безопасности Бен Уоллес (Ben Wallace) ранее пришел к такому же заключению, заявив: «Русские разработали „Новичок", в прошлом они готовили программы заказных убийств, у них есть мотив, есть форма и утвержденная политика».

Как и Джавид, Уоллес «с большой долей уверенности» заявляет, что Россия виновна. Он говорит о «гневе», который испытывает в отношении российского государства. «Они решили использовать очень, очень токсичное и исключительно опасное оружие», а поэтому «обязаны рассказать нам, что произошло». Но поскольку Москва решительно отрицает свою причастность, трудно понять, как русские будут это «объяснять».

Мне кажется, что за три месяца, прошедшие с момента отравления Скрипалей, министры могли представить какие-то доказательства в обоснование своих обвинений. Я в полной растерянности и не понимаю, какие мотивы могли быть у Кремля, чтобы совершать убийства в чужой стране в преддверии, а уж тем более во время спортивного мероприятия, имеющего огромное значение для России с ее шовинизмом.

Безусловно, это могли быть наемники, необузданные личности или частные киллеры, действующие на огромном удалении от Кремля. Но кто знает? Самый очевидный мотив для осуществления таких атак был у тех, кто решил поставить в неловкое положение российского президента Владимира Путина. Скорее всего, это кто-то из его врагов, а не из друзей или подчиненных. Но опять же, у нас нет никаких зацепок.

Все, что мы видим, это изощренные методы новой международной политики. Мы видим поспешные суждения и выводы по заказу новостных СМИ. Мы видим террористические акты и убийства, совершаемые с политическими целями или для получения военных преимуществ. Министры спешно собираются в бункерах «Кобры». Социальные сети и фейковые новости превращаются в оружие. Да и спортивные мероприятия тоже.

Ситуация в спорте самая чудовищная. Мольба о том, что спорт должен быть вне политики, столь же безнадежна, как требование об исключении из него коррупции и мошенничества. Сама фраза «международный спорт» насквозь пропитана политикой. А зачем еще политикам осыпать спортивные праздники и состязания деньгами налогоплательщиков? Как сказал бы прусский генерал Карл фон Клаузевиц, такие мероприятия являются продолжением войны иными средствами. Вы только посмотрите, с каким непристойным злорадством британская желтая пресса встретила новость о том, что Германия выбыла с чемпионата мира.

Ни один политик, ни один государственный руководитель, удостаивающий своим присутствием международное спортивное мероприятие (включая то, которое в целях самовосхваления проводит Россия), не может делать вид, что его участие в нем никак не связано с политикой. Отсюда и давление на Терезу Мэй, чтобы она бойкотировала чемпионат мира в связи с отравлением в Уилтшире (ну, это если она вообще собиралась ехать в Россию).

Из всего этого есть простой выход. Пока мы барахтаемся в трясине с «Новичком», не имея ни малейших доказательств, к этим преступлениям надо относиться как к покушению на убийство местного масштаба. Их нужно отделить от глобальных силовых игр, от политического позерства и от футбольных матчей. Это дело полиции Уилтшира и ее советников.

Если со временем не появятся доказательства причастности Москвы, политики окажутся в дураках. Если это действительно российский заговор, то гневаться надо тогда, когда он будет доказан. А пока я рекомендую теннис.

Великобритания. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июля 2018 > № 2664950 Саймон Дженкинс


Россия. Великобритания > Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 июня 2018 > № 2666641 Сергей Брилев, Бернард О’Коннор

«Нелегалы» наоборот. Многоликая француженка

Сергей Брилёв, Ведущий программы «Вести в субботу» (телеканалы «Россия-1» и «Россия-24»), кандидат исторических наук

Бернард О’Коннор, Британский историк и писатель

Первая часть статьи опубликована в журнале «Международная жизнь» №3, 2018.

Эта статья - продолжение расследования о том, кем на самом деле были заброшенные в 1941-1943 годах через Англию в Западную Европу советские разведчицы «Мария Диксен», «Елена Никитина», «Эмилия Новикова», «Анна Успенская» и «Анна Фролова» (так их звали, согласно советским паспортам, по которым они сходили на британский берег).

Когда российский соавтор этой статьи узнал от своего британского коллеги те отрывочные детали их биографий, которые смогли выяснить для себя британские спецслужбы, то первая реакция была: «Если в Британию их и командировала советская разведка, то нашли их явно в Коминтерне».

Со временем МИ-6 и британское Управление специальных операций (SOE) выявили, как им показалось, истинные имена этих девушек. Когда мы переслали эти имена в Российский государственный архив социально-политической истории (где хранятся рассекреченные личные дела сотрудников Коминтерна), то почти сразу получили ответ. Из пяти имен в РГАСПИ немедленно обнаружились три, а после углубленного изучения документов - все пять.

В нашей предыдущей публикации мы уже рассказали об «Анне Успенской» (про которую теперь на все 100% можем сказать, что она была варшавянкой Шифрой Липшиц) и о «Елене Никитиной» (в которой мы теперь и по российским источникам узнали уроженку Судет Эльзу Ноффке).

Главное доказательство - их фотографии из британского Национального архива (TNA) и РГАСПИ, на которых совершенно очевидно изображены одни и те же девушки.

Третьим сразу же совпавшим именем была «Анна Фролова»/Франсин Фромон. Но ей мы посвящаем отдельную статью: настолько тема установления ее личности и ее боевого пути много более запутанная. А временами, скажем так, даже щекотливая.

Где фотография?

В рассекреченной послевоенной переписке британской разведки МИ-6 есть ссылки на имевшееся у британских спецслужб фото и «Анны Фроловой», сделанное тогда, когда она была в Англии и еще только готовилась к переброске в Западную Европу, оккупированную немцами. Но к этой переписке фотокарточка приобщена не была. Возможно, она хранится в одной из тех папок, которые до сих пор не рассекречены. Не будем исключать и той вероятности, что британский соавтор еще не выявил все уже рассекреченные материалы в британском Национальном архиве.

В обнаруженном российским соавтором деле Франсин Фромон в РГАСПИ фотография есть. Но в том-то и дело, что ее не с чем сравнить. Как следствие, в данном случае мы не обладаем «железобетонными» визуальными доказательствами.

Тем важнее для нас было докопаться до истины.

Обо всем по порядку.

Маленькое чудо?

К середине февраля 1942 года зима отступила и в Арктике. На одном из судов, возвращавшихся из северных конвоев в Британию, прибыли 25-летняя «Анна Фролова» и два ее спутника. Прибыли они на судне «Аркос» через Исландию, на британский берег сошли 8 февраля в шотландском порту Лох-Ю. В соответствии с договоренностью между разведкой НКВД и британской SOE, вскоре, 3 марта на рассвете, они были парашютированы из Англии во Францию. Что было до и после?

В действительности то, что это произошло, - уже где-то чудо. Ведь в декабре 1941 года в переписке между SOE, МИ-6 и Форин-офисом возник такой сюжет: «Де Голлю не нравится идея заброски во Францию агентов НКВД»1. До этого в допуске советских агентов на территории своих стран отказали правительства в изгнании Швейцарии, Югославии и Испании.

Но на с отправку во Францию этой советской опергруппы в SOE все-таки решились. Иначе русские могли «полностью потерять веру в честность наших намерений»2.

Подготовка операции «Ром»

Изначально и эта группа должна была называться по напитку - «Брэнди». Но тут в Лондоне вспомнили, что операция под таким названием уже шла в Нидерландах.

Переименованная в «Ром» группа уже по прибытии в Британию имела на руках советские и французские паспорта. По советским паспортам мужчины были - 31-летний «Иван Данилов» и 39-летний «Григорий Родионов». Эти же мужчины по своим французским документам числились соответственно «Жорж Робино» и «Пьер Дандан». Девушка была, по советскому паспорту - 25-летняя «Анна Фролова». По французскому - «Аннетт Фоберж».

Через Эдинбург к 12 февраля всю группу привезли в Лондон и разместили в отеле «Родезия Корт». И почти сразу - выезд за город. Но это оказалась никакая не экскурсия, как поется в английском гимне «Иерусалим», по «зеленой и приятной земле». Эту землю они видели сверху. А именно: члены группы «Ром» учились прыгать с парашютом. Сначала прыгали с воздушного шара, потом с самолета. Лучше всего прыжки дались «Родионову», но, как написали в своем отчете британские кураторы, и «Анна Фролова» показала «хороший дух» (то есть «твердый характер» - Авт.)3.

С 26 февраля 1942 года группа - по еще одному адресу в «белокаменной» части Лондона: номер 40 по Портчестер Корт. Это, в свою очередь, неподалеку от посольства СССР у Кенсингтонского дворца и открытого представительства НКВД на Кэмпден-Хилл. Там их ждали новые документы (в частности, «Анна Фролова» - «Аннетт Фоберж» получила теперь имя «Жанна Клод Гарньер»; как мы еще покажем, такая частая смена имен ей была уже привычной). Там же советским разведчикам выдали одежду, подходящую для Франции (до глобализации было еще далеко), и, согласно британским записям, обменяли привезенные ими из СССР 500 американских долларов и 85 шведских крон.

Обменяли на франки. Почему не на рейхсмарки? В отличие от «Успенской»-Липшиц этой девушке и ее товарищам предстояло быть сброшенными не над оккупированной, а над вишистской Францией - у Монпелье на берегу Средиземного моря.

Но это мы опять забежали вперед.

Пока группы была в Англии, про «Анну» англичане сразу поняли: она-то точно никакая не русская.

«Привлекательная француженка»

Из характеристики на «Анну Фролову» от британских спецслужб: «Привлекательная француженка; очень жесткая, так что было невозможно выведать какие-либо факты из ее предыдущей жизни… Ее багаж был осторожно проверен, и из найденной фотографии мы поняли, что она была замужем и родила сына осенью 1939 года»4

Ряд британских авторов так впечатлились этой записью, что в их подвергшихся литературной обработке рассказах можно встретить, например, такое: «Она была первой в списке заходивших на борт улетавшего самолета и, наверное, думала о своем ребенке»5. Но хотя мы и сами в этой серии статей о советских «нелегалах» наоборот позволяем себе некоторые «литературные экзерсисы», в данном случае уточним: личное дело Фромон в архиве Коминтерна6 никаких сведений о детях не содержит. Впрочем, всего мы действительно не знаем…

В то же время, даже не выяснив для себя тогда ее настоящее имя, где-то уж и как-то уж британские спецслужбы ее разговорили. Иначе откуда в той же справке содержится утверждение: «По роду занятий она была стенографисткой и раньше жила в Париже»7.

В данном случае сведения о «Фроловой» из бумаг в TNA и сведения о Фромон из РГАСПИ совпадают полностью. Сопоставим то, что еще нам стало известно.

В автобиографии для Коминтерна она писала, что является дочерью механика Альбера Фромона8. Согласно данным мемориального портала французского Сопротивления «Le Maitron», мать была «[просто] домохозяйкой»9. Но! Начальник Франсин по Коминтерну (о его личности чуть позже) уточнит: «Ее отец погиб от рук полиции в Париже, а мать - от пыток нацистов; семья героев!»10.  Из публикаций ее начальника и из материалов на портале «Le Maitron» известно и о судьбе ее брата Марселя: он погиб на фронтах Гражданской войны в Испании.

Но вернемся к ней самой. Родилась она 2 октября 1917 года, как уточняют французы, не просто в Париже, а в его 19-м районе. В 1933 году (то есть, получается, в возрасте 15-16 лет) Франсин вступает во французский Коммунистический союз молодежи (КСМ), становится кассиром его ячейки, а потом и райкома в округе Париж-Восток.

В справке из ее личного дела за подписью Вилкова и Благоева говорится, что «в феврале 1935 г. [она] была избрана для участия в рабочей делегации в СССР»11. Но это обернулось много большим, чем просто ознакомительная поездка в первое государство рабочих и крестьян. А именно: прибыв в Москву, она остается в Советском Союзе. Уже 7 октября 1935 года ее прикрепляют к закрытой поликлинике №1 НКЗ РСФСР (из ее диспансерной карточки узнаем, что она «не курит, не пьет»12), а с 4 ноября 1935 года она числилась машинисткой в Отделе переводов ИККИ. То есть она начинает в Москве новую карьеру. И, похоже, очень быстро это стало чем-то большим, чем механическое стучание по клавишам пишущей машинки.

Радистка или нет?

Согласно западным данным, она училась в Международной ленинской школе (МЛШ), где, в частности, изучала радиодело.

В справке Вилкова - Благоева действительно есть упоминание о том, что целый год (с ноября 1935 по ноябрь 1936 г.) она «училась в МЛШ на секторе КИМ’а»13 (то есть Коммунистического интернационала молодежи). Но об обучении радиоделу в документе ни слова.

Поэтому документально версия о том, что «Фролова» - Фромон изучала радиодело, не подтверждается. И все же эта версия имеет право на существование. Уже очень скоро про Франсин Фромон ее кураторы в Москве написали: «Заключение. На основании материалов, которыми располагает Отдел Кадров, и на основании личного ознакомления с т. ФРОМОН, считать ее заслуживающей доверия партии и ИККИ и возможным ее использование на зарубежной работе»14.

Псевдонимы, псевдонимы

К 1940 году в документах Коминтерна упоминается ее псевдоним (в документах - «кличка»): «ДЮПОН Мадлен»15. А 5 февраля 1941 года Франсин Фромон покидает СССР по французскому паспорту на имя «ЛАГРАНЖ Одетт Марии». При этом внутренняя переписка Коминтерна показывает, как ей создают «легенду». А именно: вновь испеченной французской иммигрантке «Лагранж» требуется иметь на руках вид на жительство в СССР, который она должна показать во французском посольстве в Москве. В этой связи ей организовывают штамп о прописке по адресу: Н.Кисловский переулок, дом 3.

К сожалению, из бумаг, имеющихся в РГАСПИ, непонятно, в какую страну она была направлена в 1940 году. Возможно, что-то есть в закрытых картотеках СВР. Впрочем, даже если эти архивы останутся «за семью печатями», мы уже и сами выяснили, где она была до этого.

Первый выезд из СССР - в январе 1937 года. В тот период Фромон - член Национального комитета организации молодых девушек Франции, секретарь окружкома этой организации в округе Париж-Восток, а также член окружкомов КСМ и ФКП. Но ее освобождают от этих обязанностей в апреле 1938 года «в связи с характером той работы, которую она вела с т. Аллардом»16.

Пожалуй, это самая важная новая деталь, которую мы обнаружили в ее личном деле в РГАСПИ. Деталь, которая и позволила нам потянуть еще одну «ниточку». Деталь, которая вывела нас на понимание того, что в 1942 году через Исландию и Британию во Францию была заброшена, наверное, самая опытная разведчица - участница операции «Ледоруб».

Итак, «характер той работы, которую она вела с т. Аллардом». Кто это?

Предвоенная навигация

На самом деле и «Пьер Аллард» (Pierre А1lard) - псевдоним. Еще этот человек был известен как Sergio Toscani и Jacques Martel17. В действительности - Джулио Черетти (Gulio Ceretti). После войны - депутат итальянской Конституционной ассамблеи и даже министр недолго просуществовавшей коалиции итальянских христианских демократов и коммунистов (1947 г.). Под конец жизни - сенатор Итальянской Республики. И, кстати (очень по-итальянски), «один из всегда прекрасно одетых людей». Но кем он был в 1930-1940-х?

В капитальном труде «Организационная структура Коминтерна» читаем, что на пике войны, в 1943 году, он заведовал итальянской редакцией радиовещания в Отделе печати и радиовещания. Конкретно он руководил вещавшей из Москвы радиостанцией «Свободный Милан». А до войны, когда с ним работала Фромон? Что мы знаем о том отрезке его жизни?

Во-первых, отнюдь не формальная деталь, которая нам пригодится позже. Черетти - тосканец. Родился в 1903 году поблизости от Флоренции.

Во-вторых, сначала он состоял в Итальянской компартии, но потом работал с итальянцами-иммигрантами в Марселе и Лионе. По этой причине в 1932 и 1937 годах он, итальянец, избирался в ЦК Компартии не Италии, а Франции.

В-третьих, и самое интересное для нас то, что он был еще кáк вовлечен в дела вокруг Гражданской войны в Испании.

Сначала он всего-то скромно «основал в Париже комитет помощи испанскому народу и инициировал контакты с аппаратом Коминтерна, ответственным за испанские дела». Но уже очень скоро Аллард-Черетти, «месье Пьер», возглавил компанию «Франс-Навегасьон», которая занималась поставками по морю оружия для испанских республиканцев, а потом вывозила в СССР золотой запас Испанской Республики. В следующие три года оборот компании возрастет в 50 (!) раз и она станет четвертой во всей Франции!

Естественно, хозяин такой компании должен был выглядеть респектабельно и даже шикарно! Вот откуда фраза про то, что он хорошо одевался. Также и про его бывшую подчиненную Фромон в отчете британских спецслужб читаем: «Судя по ее одежде, она состоятельна и принадлежит к буржуазному классу. Она стала бы хорошим агентом и успешно прошла бы любую обычную полицейскую проверку»18. Как мы знаем, из класса она была ни из какого не из буржуазного. Но при Алларде - научилась.

Теперь сравним не только описания того, как выглядели Фромон и Черетти, но и ключевые даты.

Итак, основание силами Коминтерна компании «Франс-Навегасьон» приходится на 15 апреля 1937 года. И, как мы помним, именно в том же году, в январе, Фромон покинула СССР для работы с «товарищем Аллардом». Вот чем она занималась в Европе в ту свою командировку. Как следует из сухой справки в ее личном деле, она работала с «Аллардом» в качестве «сначала… машинистки, затем секретаря-администратора»19. А еще… В той же справке говорится, что под началом Алларда она освоила «банковско-финансовые операции» и - главное! - получила «навыки конспиративной работы». В материалах мемориального портала французского Сопротивления это называется «деликатная миссия».

Мы решили внимательно изучить мемуары самого Алларда-Черетти. Первый раз Фромон возникает в его книге неожиданно: Черетти пишет, что 19 августа 1939 года он получает приказ перебраться из Франции в Бельгию, где одним из самых сложных заданий было наладить поставку и распространение пропагандистских листовок. И тут в его мемуарах впервые мелькает та, кто эти поставки наладила - (эффективная и эффектная; и об этом - чуть позже) Фромон20.

Что еще мы узнаем из этих мемуаров и из их сопоставления с другими источниками?

В мемуарах Черетти имя Франсин Фромон появляется, когда он описывает критически важный этап своей политической работы. Точнее, сам Черетти обозначает лишь временной отрезок, но из мемуаров его современника про тот период его жизни известно следующее: «О пакте между Гитлером и Сталиным он узнал, находясь в Париже: «Наша борьба против Гитлера и Муссолини была не просто борьбой, нет, эта борьба была нашим кровным делом. Жестоким было теперь пробуждение, вызванное пактом, подписанным в советской столице. Нет, нас не то чтобы растормошили, прогоняя сон, нам будто нанесли тяжелый удар в лоб, как на скотобойне…» В этой ситуации оставалось только верить в Советский Союз»21. От себя добавим: и оставалось полагаться на Франсин Фромон? И мы-то уже знаем: вместе они работали еще с зимы 1937 года.

Однако в его мемуарах она впервые появляется летом 1939-го. Конспирация? Следствие работы подпольщиками? Возможно. Но не прячется ли за этим еще и романтическая связка, которая могла помочь в самых сложных обстоятельствах? Намеки - есть.

Ну, например, Черетти пишет про имя «Флоренс», каким Франсин назовется, будучи схваченной и брошенной в застенки во Франции в 1943 году. Мол, так она назвалась во имя его, Черетти, родной Флоренции. Или, например, в справке из архива правительства Ее Британского Величества читаем: «По неизвестным нам причинам она покинула Францию и в 1940 году переехала в Копенгаген, откуда проследовала в Россию»22. А из мемуаров Черетти узнаем, что там, в Копенгагене, он попадает в лапы немцев, пытаясь спасти именно Франсин. При этом в отношении Фромон «товарищ Аллард» так и сыплет довольно смелыми комплиментами: «идеальная фигура», «девушка без комплексов» и т. п.23

Было ли восхищение взаимным? Это мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Но что мы знаем точно?

Ее мужчины

Фромон принадлежала к той, конечно же, невероятной когорте девушек-коммунисток (наверное, позволительно сказать даже фанатично настроенных коммунисток), для которых личное было если даже не общественным, то непонятно, на каком месте.

Например, в справке из ее личного дела в архиве Коминтерна за 16 августа 1940 года уточняется: «Ее первым мужем был ВЕЦЛАНД Морис, член КП Франции, сын русского и литовки, разошлась с ним, так как при проверке партия пришла к заключению, что он не заслуживает доверия»24.

Согласимся: с позиций сегодняшнего дня, это - нечто немыслимое: расстаться с человеком, потому что он не заслуживает доверия не у тебя, а у партии! О, времена!

Как бы то ни было, Франсин Фромон мужчин явно восхищала и даже завораживала.

А вот здесь - внимание!

Во-первых, в прибывшем вместе с «Анной Фроловой» в Британию «типичном французе буржуазного типа»25, то есть «Григории Родионове», в SOE/МИ-6 после войны числили виднейшего французского коммуниста Рэймона Гюйо. И не ошиблись: было опять же достаточно сравнить фотографии (до войны он был депутатом Национальной ассамблеи, а в 1959 г. даже стал сенатором).

Собственно, как раз такие открытия потом заставили британцев задним числом переживать: им же стало понятно, что из СССР через Британию засылались не только и не столько диверсанты, сколько политработники. Примечательно послевоенное заключение, составленное не кем-нибудь, а Кимом Филби: «Сам по себе материал не очень интересен, но анализ действительно подтверждает, что во время войны НКВД работал в тесном сотрудничестве с распущенным Коминтерном»26. Минимум, во второй части этого предложения Филби написал своим британским коллегам правду.

А, во-вторых, в послевоенной переписке британских спецслужб «Фролова» идентифицирована британцами как «GUYOT Fernande Josephine Nee RICOL»27, то есть супруга Гюйо.

С одной стороны, британцы могли просто ошибиться. В Лондоне и сами признавали такую вероятность. Хотя… Вопрос, конечно, щепетильный. Может быть, будучи в командировке и далеко от жены, и Гюйо «положил глаз» на свою спутницу, а она ответила взаимностью, чему британцы и стали свидетелями?

С другой стороны, мы же помним, как после войны советский разведчик Фишер назвал себя «Абелем», чтобы запутать американское следствие и сигнализировать Москве, что его истинное имя не раскрыто. Вот и в случае с девушкой, которую в 1943 году взяли во Франции… 

На съемке, произведенной съемочной группой ВГТРК, видно: на ее могиле значится «Франсин Фромон», а под этим именем написано: «Пала за Францию»28. Да, имя Фромон присвоено улицам, детскому саду и колледжу, и там знают, что это она – первая француженка, сброшенная с парашютом из Англии. Но! Ни в каких известных нам документах не значится, что  Фромон - это «Фролова»… Больше того, в недавно вышедшей в Англии книге о штурмбанфюрере СС Хорсте Копкове (захватив которого, британские спецслужбы и узнали многое о судьбе агентов, заброшенных в Европу, но схваченных немцами) выдвигается предположение, что Франсин не погибла, а продолжила работу во Франции уже после войны.

Агент или сотрудник?

Кто бы ни покоился в могиле во Франции, история мадмуазель Фромон - все равно особая.

Вернемся к тому, как она (в том случае точно она) оказалась в 1940 году в Дании, подвергшейся немецкой оккупации.

Спасало ее и «товарища Алларда» консульство СССР в Копенгагене: советские дипломаты «вытащили» их из тюрьмы, снабдили выездными документами и отправили в СССР. В ее «Свидетельстве на возвращение», в варианте на французском языке она названа «гражданкой РСФСР и СССР»29. В варианте на русском языке прямо говорится, что основанием выдачи «Свидетельства на возвращение» является то, что она «принята в советское гражданство»30.

Если так, то, согласно терминологии советской/российской разведки, она была уже не завербованным «агентом» из числа иностранцев, а штатным «сотрудником» из числа собственных граждан.

Как бы то ни было, почему же теперь и российский соавтор этой статьи склонен думать, что из СССР в Шотландию была направлена именно Фромон?

В этом смысле принципиально важными являются записи из дневника генерального секретаря Коминтерна болгарина Георгия Димитрова. До сих пор в западных публикациях не было всего массива. Здесь - весь. Итак:

Впервые начальник советской разведки Павел Фитин появляется у Димитрова 20 августа 1941 года. Далее:

«10.10.41 - Совещание с французами. - Решили отправить во Фр[анцию] Раймонд, Дениел и Фромонт»31 (так в тексте. - Авт.).

Через три дня: «13.10.1941 Фитин у меня. Договорились об отправке через Лондон во Францию франц[узской] тройки»32.  

И финальная запись на эту тему из того же дневника от 31 октября 1941 года:

«Гюйо и Фромон уезжают по линии Фитина в Лондон для нелегальной переброски во Францию. Дал им соответствующие указания. Также 6000 фр[анцузских] фр[анков] и 1050 амер[иканских] долларов»33.

И пусть указанные в дневнике Димитрова суммы в иностранной валюте отличаются от той, о которых мы читали в документах SOE. Сами по себе имена совпадают. Это были Гюйо и Фромон.

…Группа «Ром», в которую входила «Анна»-«Аннетт»-«Жанна», была готова к переброске во Францию к 3 марта 1942 года. Везли они с собой и портативную радиостанцию. На аэродром группу привезли сотрудник НКВД Торопченко и представители SOE Доддс-Паркер и Милнес-Гаскелл.

В темную безлунную ночь с 3 на 4 марта группа взлетела из Англии на самолете «Уайтли». За штурвалом был чех Л.М.Андерле. Согласно бортовому журналу, на высоте 6500 футов самолет преодолел горы в центральной Франции, а с высоты в 600 футов рядом с Монпелье были сброшены три человека и два груза. Все пять парашютов раскрылись.

…Франсин продержалась долго: до июля 1944 года. Но и ее сдали коллаборационисты. Расстреляли ее 5 августа 1944 года.

Некоторые выводы. Что думать?

В серии статей для «Международной жизни» мы уже намекнули на то, как необычно после войны шло изыскание материалов о том, что же случилось с союзными агентами, засланными в Европу, оккупированную тогда нацистами. Так что это было? Это - отдельный рассказ.

Под конец этой статьи упомянем один факт-намек. Во-первых, советская разведка перехватила такой британский меморандум: «Фактически противоречия между Британией и Советским Союзом так же велики, как между Британией и Германией. Не сомневаемся, что Советская Россия является нашим другом только до тех пор, пока она может извлечь пользу из этой дружбы».

Согласимся: проведенный нами перекрестный анализ рассекреченных материалов из британского Национального архива и РГАСПИ уже дал ответы на несколько вопросов, на которые, исходя из своих правил, нам бы не дали ответы ни в МИ-6, ни в СВР. Они и не дали. Но мы эти ответы получили сами. А подвиги этих девушек во имя мира в Европе были таковы, что нам надо знать о них побольше.

 1TNA HS 4/342. December, 15. 1941.

 2TNA HS 4/336. February, 19. 1942.

 3TNA HS 4/342.

 4TNA KV 2/2827.

 5Gordon Thomas, Greg Lewis. Shadow Warriors: Daring Missions of World War II by Women of the OSS and SOE // http://www.logobook.ru/prod_show.php?object_uid=13335486

 6РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853.

 7TNA KV 2/2827.

 8РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 58.

 9http://maitron-fusilles-40-44.univ-paris1.fr/spip.php?article24419

10 Cerreti Giulio, сon Togliatti e Thorez. Quarant'anni di lotte politiche, Milano, Feltrinelli, 1973. P. 208.

11РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 20.

12Там же. Л. 18.

13Там же. Л. 20.

14Там же. Л. 21.

15Там же. Л. 16, 20.

16Там же. Л. 20-21.

17Festorazzi Roberto. Ecco l’uomo di Mosca che rapinò l’oro di Spagna // Il Girnale // http://www.ilgiornale.it/news/interni/diario-inedito-longo-4-puntata-1013581.html?mobile_detect=false

18TNA KV 2/2827.

19РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 20.

20Cerreti Giulio, сon Togliatti e con Thorez. Op. cit. P. 207.

21Ceretti Giulio: A L'Ombre des deux T. Julliard. Paris, 1973. P. 196.

22TNA KV 2/2827.

23Cerreti Ceretti, сon Togliatti e con Thorez. Op. cit. P. 208.

24РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 21.

25To Miss Bagot. 27.12.1946. TNA KV 2/2827.

26Philby to R.Hellis. TNA KV 2/2827.

27TNA KV 2/2827.

28Брилев С., Попова А. Генерал Фитин возвращается в историю. Сюжет в программе «Вести в субботу» телеканалов «Россия-1» и «Россия-24» от 07.10.2017 // https://www.vesti.ru/videos/show/vid/732323/

29Certificat de Rapatriement dans l’Union des Republiques Sovietiques Socialistes №06206. Личное дело №6853. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 54.

30Свидетельство на возвращение в Союз Советских Социалистических Республик №06206. Личное дело №6853. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 270. Д. 6853. Л. 52.

31РГАСПИ. Ф. 495. Оп.195. Ед. хр. 1 (VII часть). С. 161. Л. 293.

32Там же. C. 294.

33Там же. C. 311.

 
Россия. Великобритания > Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 июня 2018 > № 2666641 Сергей Брилев, Бернард О’Коннор

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Химпром > mid.ru, 29 июня 2018 > № 2666966 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова британскому телеканалу «Канал 4», Москва, 29 июня 2018 года

Вопрос: Как стало известно, в Хельсинки пройдет саммит, на котором ожидается встреча президентов России В.В.Путина и США Д.Трампа. Это проявление того самого «постзападного» мирового порядка, о котором Вы говорили ранее? Этот миропорядок уже существует?

С.В.Лавров: Вы знаете, я считаю, что в пост-западном мире мы живем уже сегодня, но его формирование еще не закончилось, потребуется еще много времени. По сути, это целая историческая эпоха. Определенно, после почти пяти столетий доминирования так называемого коллективного Запада, не так уж и просто адаптироваться к новым реалиям – теперь есть и другие экономические и финансовые, политические центры силы. Это Китай, Индия, Бразилия. Кроме того, африканские страны будут играть все более значимую роль, как только они разрешат, по крайней мере, часть существующих на континенте конфликтов. Россия, конечно же, хочет быть независимым игроком на международной арене в том смысле, что мы не хотим подрывать международное право, однако те решения, которые мы будем принимать на основании положений международного права, не будут сформированы с оглядкой на какое-либо давление, финансовый фактор, санкции, угрозы и что бы то ни было еще.

Вопрос: И строит этот новый миропорядок Россия, так?

С.В.Лавров: Не Россия создает новый мировой порядок – этот процесс продиктован естественным историческим развитием. Нет смысла надеяться на то, что новых игроков, сильных экономически и финансово, можно сдержать. Нельзя игнорировать их роль в мировой торговле и глобальной экономике. Сейчас предпринимаются попытки этот процесс замедлить через новые тарифы и санкции, которые так или иначе нарушают принципы ВТО. Такая реакция вполне ожидаема – на лицо попытки сдержать формирование новой объективной реальности, которая не зависит ни от одного руководства какой-то страны.

Вопрос: Но Европе-то есть чего бояться в том миропорядке, который Вы только что обрисовали и который включает разные категории стран. Но о странах ЕС Вы ничего не сказали – будут ли они его частью? Или у членов ЕС есть причины для беспокойства?

С.В.Лавров: Что касается ЕС, то, конечно, они часть того самого коллективного Запада, и в его рядах теперь и некоторые восточноевропейские страны. Но Европейский союз, без сомнения, очень важная составляющая любого мирового порядка. Что касается Российской Федерации, для нас ЕС – крупнейший торговый партнер, и это несмотря на все события и ту печальную ситуацию, которая сформировалась из-за неправильной интерпретации понятия государственного переворота. С 2014 г. объем торговли между Россией и ЕС снизился на 50%, однако он все равно составляет более 250 млрд долларов. ЕС – наш главный торговый партнер, если мы возьмем весь союз в целом, как одну единицу.

Сейчас Европейский Союз борется за то, чтобы не затеряться в формирующемся миропорядке, и дается им это не так уж просто. Причина в том, что ЕС во многом полагается на США, и многие члены союза хотели бы и далее сохранить такое положение дел. Но есть и другие страны, они считают, что ЕС должен быть несколько более самодостаточным, например, в военных вопросах. Стоит упомянуть инициативу Франции, Президента Э.Макрона, и Германии по наращиванию своего собственного европейского оборонного потенциала. Это и есть одно из проявлений того, о чем я говорю.

Я наблюдаю за событиями саммита ЕС, который сейчас проходит, в частности, за дискуссиями по миграционным вопросам. У меня появилась интересная мысль касательно отношений НАТО и ЕС. Страны НАТО активно бомбили Ливию, превратив ее в своего рода «черную дыру», из которой потоки нелегальных мигрантов устремились в Европу. А теперь ЕС вынужден «убирать» за НАТО.

Вопрос: Вы упомянули действия НАТО в Ливии, а как же вмешательство России в Сирии? Это также причина исхода миллионов мигрантов.

С.В.Лавров: У меня есть контраргумент. Действия России в Сирии основываются на официальном запросе со стороны легитимного правительства страны, которое признается в качестве официального представителя Сирии в ООН. Официальное приглашение было получено в сентябре 2015 года – спустя четыре с половиной года после начала в Сирии «арабской весны». К моменту, когда мы пришли на помощь легитимным властям страны, основная часть беженцев уже покинула ее границы.

Вопрос: Вы говорите о легитимном правительстве Сирии, но именно оно и ответственно за убийство сотен тысяч своих граждан. Миллионы людей остались без крыши над головой. Животное, которое травит людей газом – так назвал его (Президента Б.Асада) Д.Трамп. Как Вы можете спать спокойно, зная, что у вас такой союзник?

С.В.Лавров: Я бы не хотел пускаться в обсуждения тех эпитетов, которые Д.Трамп использовал в отношении некоторых мировых лидеров. Мнения могут поменяться. Я хочу сказать, что это же война. Это война, которая началась из-за ошибок, допущенных всеми сторонами, в том числе сирийским Правительством. Я считаю, что народные волнения можно было успокоить политическим путем еще на начальном этапе. То, что мы сейчас наблюдаем – результат попытки внешних сил использовать складывавшуюся ситуацию для перекраивания карты Ближнего Востока и Северной Африки. Эти силы вошли на территорию Сирии без приглашения и начали реализовывать там свои планы.

Предпринимаемые нами, Турцией и Ираном усилия (а силы обеих этих стран присутствуют на территории Сирии, Ирана – по официальному приглашению, а Турции – без него) позволили дать начало так называемому астанинскому процессу, астанинскому формату. Правительство Сирии, принимая во внимание тот факт, что сотрудничество России и Ирана с Турцией позволило снизить градус конфликта, поддержала создание астанинского формата переговоров, который включает и представителей вооруженной оппозиции. В рамках этого процесса стороны регулярно встречаются и работают над созданием условий, необходимых для реализации резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Позвольте мне вновь задать вопрос об Б.Асаде. Многие хотят знать, что Вам нравится в сирийском президенте?

С.В.Лавров: Дело не в том, нравится нам кто-то или нет – дипломатия и политика не сводятся к чьим-то предпочтениям или неприязни. Эти понятия лежат в плоскости межличностного общения. Президент Б.Асад отстаивает суверенитет своей страны. Он защищает свою страну и в более широком смысле весь регион от террористов, которые в сентябре 2015 года были в состоянии через несколько недель захватить Дамаск.

Мы не хотели повторения трагедий последних двух десятилетий. Даже более чем двух, ведь все это началось ближе к концу прошлого столетия в Афганистане, когда США начали оказывать военную, финансовую и иную поддержку моджахедам, сражавшимся с советскими войсками. Не буду подробно останавливаться на том, почему советские войска находились в Афганистане, они были в стране на законных основаниях, поскольку их туда пригласило правительство Афганистана. США решили использовать моджахедов против советских войск. Американцы надеялись, что после того, как афганские моджахеды выполнят возложенную на них задачу, с ними можно будет как-нибудь совладать. Именно так и появилась «Аль-Каида», и США полностью потеряли контроль над созданным ими «чудовищем». Позже началась военная авантюра США в Ираке, авантюра незаконная, о чем сегодня знают абсолютно все - даже Т.Блэр признал, что операция была ошибкой. Однако сути дела это не меняет: аналогично «Аль-Каиде», зародившейся в результате деятельности США в Афганистане, ИГИЛ стал следствием вторжения в Ирак. А после того, как вразрез с резолюцией Совета Безопасности ООН началось военное вторжение в Ливию (как сейчас в Сирию), на свет появилось еще одно «чудовище» - «Джабхат ан-Нусра». Сколько бы эта организация не меняла свое название, ее террористическая суть остается неизменной. Все, что цивилизованный Запад пытается принести на Ближний Восток и в Северную Африку, в конечном итоге оказывается в интересах террористов.

Вопрос: Это очень впечатляющий экскурс в историю, но я бы хотела поговорить с Вами не о прошлом, а о настоящем, в том числе о Президенте Сирии Б.Асаде. Вы говорите о том, что вопрос не в том нравится он или нет. Означает ли это, что Россия готова к ситуации, при которой он уйдет с поста президента по окончанию войны?

С.В.Лавров: Это позиция не просто России, а всего СБ ООН – института, одобряемого всеми без исключения странами на планете. Позиция эта состоит в том, что будущее Сирии должно определяться народом Сирии, должна быть принята новая конституция, на основе которой проведены выборы – свободные и справедливые, под наблюдением ООН, причем все граждане Сирии должны иметь право голоса.

Вопрос: Иными словами, для России не имеет значения, уйдет Б.Асад или останется, поскольку это будет зависеть исключительно от самих сирийцев?

С.В.Лавров: Да, они должны решить. И эту позицию, которую многие отвергали в период после начала сирийского кризиса, сегодня разделяет все больше стран.

Вопрос: Имеет ли для Вас значение, когда Россия выведет войска из Сирии? Президент России В.В.Путин впервые заговорил об этом еще в марте 2016 года, когда он заявил, что Россия выполнила основные задачи своей военной операции в Сирии. В декабре 2017 года мы услышали еще одно подобное заявление. Можно ли ожидать, что к концу этого года Россия полностью уйдет из Сирии?

С.В.Лавров: Нет. И я не считаю, что это тема, по которой мы можем вести разумный диалог. Мы не приветствуем навязывание искусственных сроков, однако целенаправленно снижаем наше военное присутствие в Сирии. На днях состоялся очередной вывод войск из страны, о чем недавно говорил Президент В.В.Путин – более тысячи военнослужащих, а также часть самолетов и военной техники вернулись в Россию. Все зависит от реального положения дел «на земле». Нам вместе с нашими коллегами, вместе с сирийской армией и при поддержке оппозиции, которую я бы назвал «патриотической оппозицией», удалось не допустить создания халифата, как планировали боевики из ИГИЛ. Но отдельные элементы ИГИЛ все еще остаются на территории страны, как и боевики «Джабхат ан-Нусры». Сегодня они стремятся не допустить полноценной реализации соглашения по южной зоне деэскалации в Сирии. Иными словами, часть боевиков продолжает свою деятельность. Кроме того, у нас в Сирии есть военные объекты (я бы не стал называть их полноценными базами), в частности, две площадки, где размещаются наши военные корабли и авиация, и их имеет смысл оставить там на некоторое время.

Вопрос: Безусловно, сирийская проблематика будет на повестке саммита в Хельсинки. Однако сейчас я хотела бы обсудить ряд других вопросов. Например, упомянутые вами санкции. Считаете ли Вы, что с России снимут санкции даже несмотря на то, что в ЕС совсем недавно обсуждали вопрос об их продлении? Удастся ли Вам договориться с Президентом США Д.Трампом по этому вопросу?

С.В.Лавров: Я упоминал санкции лишь в контексте ухудшения отношений. Мы вводим контрсанкции не для того, чтобы с нас сняли уже наложенные на нас санкции. Это решение должно быть принято теми, кто эти санкции изначально наложил. Именно они должны решить для себя, чего они хотят - сохранения существующего положения дел или победы здравого смысла.

Вопрос: Но совсем недавно Президент В.В.Путин говорил, что ему бы хотелось снятия санкций с России.

С.В.Лавров: Естественно. Мы ничего не имеем против того, чтобы санкции сняли. Но мы также можем использовать предоставляемые ими возможности для развития собственных мощностей в ключевых секторах экономики, национальной безопасности и в других областях, на которые полагается суверенное государство. В последние годы мы уяснили для себя, что в этих сферах на Запад полагаться нельзя - нельзя полагаться на западные технологии, ведь их работу могут приостановить в любой момент, нельзя полагаться на товары повседневного спроса для населения, поступающие с Запада, ведь их поставки всегда могут оборвать. Мы извлекли для себя много полезных уроков. Однако мы, безусловно, не будем выступать против снятия санкций, и если это случится, то мы ответим симметричным образом и снимем наши санкции, принятые в ответ на западные.

Вопрос: На какие уступки Россия готова будет пойти на предстоящем саммите? Предположим, Д.Трамп попросит выдать США Э.Сноудена. Готовы ли Вы рассмотреть такой вариант?

С.В.Лавров: Я никогда не обсуждал Э.Сноудена с новой американской администрацией. Президент В.В.Путин озвучил позицию России по этому вопросу еще несколько лет назад - решение о том, возвращаться в США или нет, принадлежит самому Э.Сноудену. Мы уважаем его права и не можем просто выгнать его из страны против его воли. Э.Сноуден оказался в России даже без американского паспорта, потому что он был аннулирован во время его перелета из Гонконга.

Вопрос: То есть такой вариант обсуждаться не будет?

С.В.Лавров: Я не знаю, почему все стремятся задать именно этот вопрос в связи с саммитом. Решать судьбу Э.Сноудена может только он сам.

Вопрос: Можете ли Вы, Президент России В.В.Путин на саммите дать Президенту США Д.Трампу какие-то гарантии, что в предстоящие через несколько месяцев промежуточные выборы в Конгресс США Россия вмешиваться не будет, с учетом того, что разведслужбы США считают, что в президентские выборы было осуществлено вмешательство?

С.В.Лавров: Мы бы предпочли иметь дело с фактами. Мы не можем серьезно обсуждать предположения на основании аргументов вроде «хайли лайкли».

Вопрос: Но это больше чем «хайли лайкли».

С.В.Лавров: Как это было в Солсбери. Сколько уже ведется расследование в США? Полтора года?

Вопрос: Экс-директор ФБР США Р.С.Мюллер предъявил обвинение на 37 страницах Агентству интернет-исследований - российской «фабрике троллей».

С.В.Лавров: Да, но за предъявлением обвинения должен последовать судебный процесс, а они, как я понимаю, открыли собственное расследование, в котором поставили под сомнение ряд моментов, которые были использованы для формулировки обвинения. Поэтому давайте не будем забегать вперед. Я люблю Л.Кэрролла, но думаю, что логика Королевы, которая сказала «сначала приговор, потом обсуждение», здесь неуместна. На данный момент во всём, что касается президентских выборов в США, «брекзита», т.н. «дела Скрипалей» и крушения малайзийского «Боинга» исходят из принципа «расследование продолжается, но вы уже виновны». Так нельзя.

Вопрос: Но не боится ли Россия правды? Потому что каждый раз, когда авторитетная организация, будь то ООН или ОЗХО, пытаются добраться до фактов, Россия возражает.

С.В.Лавров: Нет, я думаю, что публика и многие уважаемые журналисты, такие как Вы, были дезинформированы. ОЗХО обязана действовать в рамках Конвенции о запрещении химического оружия, которая четко предписывает одну-единственную процедуру для установления фактов - сначала эксперты ОЗХО должны сами, не передавая свои полномочия никому, прибыть на место происшествия, и сами, собственноручно и с применением своего оборудования, собрать образцы и не выпускать из своих рук эти образцы до тех пор, пока они не будут доставлены в сертифицированную лабораторию. В случае последних событий, особенно в случае с инцидентом в Хан-Шейхуне в апреле прошлого года, когда сирийское Правительство обвинили в нанесении там авиаударов с применением химического оружия, эксперты ОЗХО вообще не выезжали на место происшествия, не собирали образцы сами. Когда мы их спросили, откуда они взяли образцы, они ответили, что «их передали британцы и французы». Мы спросили, почему они сами туда не поехали.

Вопрос: Вы больше не доверяете ОЗХО?

С.В.Лавров: Это важная информация, поэтому давайте оперировать не лозунгами, а фактами. Они туда не ездили, но сказали, что получили образцы. Мы спросили от кого, они ответили, что британцы и французы собрали для них образцы. Почему сами не поехали? Сказали, что это небезопасно. Мы отметили, что если британцам и французам удалось туда доехать, то у них есть контакты, которые могут обеспечить их безопасность на месте. Почему бы представителям ОЗХО не попросить Париж и Лондон обеспечить безопасный проезд туда для своих инспекторов? То же самое мы сказали французам и британцам, и они нам ответили, что не могут раскрыть информацию о том, как именно они это сделали. То есть процедура сбора образцов соблюдена не была и порядок передачи и хранения тоже, поскольку инспекторы не могут передавать никому полномочия по доставке образцов в лабораторию. Все эти процедуры, прописанные и закрепленные в Конвенции, были нарушены. И доклад по инциденту в Хан-Шейхуне, представленный совместной Комиссией прошлой осенью, был полон формулировок в стиле «очень вероятно», «по всей видимости», «есть основания полагать» и т. д. Мы пригласили составителей доклада на заседание Совета Безопасности ООН с целью получить от них хоть какую-то достоверную информацию, но это было невозможно. Они упорно сопротивлялись и отказались говорить. И мы заявили, что продолжение работы с нарушением процедур Конвенции невозможно.

Вопрос: Вы используете довольно сильные выражения.

С.В.Лавров: Мы не продлили их мандат, но предложили новый механизм, настаивая на том, чтобы он не нарушал никаких процедур, предписанных Конвенцией.

Вопрос: Доверяете ли вы по-прежнему ОЗХО?

С.В.Лавров: До недавнего времени мы доверяли, но с тех пор наблюдаем в Организации серьезные манипуляции. На днях Великобритания и другие созвали специальное заседание стран-членов Конвенции и голосованием приняли решение, которое по сути нарушает все положения Конвенции, наделив технического секретаря правом устанавливать вину. Я считаю, что этот шаг не был тщательно продуман, потому что это очень опасно.

Вопрос: В этом есть потенциальная опасность для России, потому что теперь ОЗХО может назначать виновных среди подобных России. Не боитесь ли Вы правды?

С.В.Лавров: Нет, я опасаюсь за будущее ОЗХО и Конвенции о запрещении химического оружия.

Вопрос: Выйдет ли Россия из ОЗХО?

С.В.Лавров: Если кто-то предпочитает нарушать положения Конвенции, если они при этом говорят, что такова воля большинства... Для созыва сессии они прибегли к целому ряду уловок, вплоть до того, что мобилизовали небольшие страны, у которых нет представительства в Гааге, оплатили транспортные расходы, размещение в отелях представителям этих стран. Мы знаем об этих фактах, и они об этом знают. Когда происходит грубое нарушение Конвенции, это неизбежно вызывает обеспокоенность. Мы попробуем отменить принятое решение. Оно должно быть рассмотрено Конференцией государств-участников. Но если оно не будет отменено, думаю, что дни ОЗХО будут сочтены, по крайней мере, она перестанет быть по-настоящему всемирной организацией.

Вопрос: ОЗХО также занималась расследованием т.н. «дела Скрипалей». Хочу спросить Вас, считаете ли Вы, что отравление нервно-паралитическим газом бывшего шпиона, его дочери и полицейского на улице в Солсбери – поступок здравомыслящего государства?

С.В.Лавров: Здравомыслящего? Совсем наоборот. Это преступление. И с самого начала мы предлагали провести совместное расследование, поскольку это наши граждане, по крайней мере, дочь Скрипаля является гражданкой России, а у самого Скрипаля, кажется, двойное гражданство – России и Великобритании. С самого начала мы предлагали совместно расследовать этот инцидент. Мы задавали множество вопросов, даже вопросы, касающиеся процедур Конвенции о запрещении химического оружия. В ответ нам сказали, что британская сторона даже слушать нас не хочет, потому что от нас требуется только одно – сказать, сделал ли это В.В.Путин или же он потерял контроль над теми людьми, кто это осуществил. Это всё, что британцы хотели обсудить с нами. Нас очень беспокоят противоречия в т.н. «деле Скрипалей». Нам так и не предоставили консульский доступ к нашим гражданам в нарушение всех международных конвенций о дипломатических и консульских сношениях. Нам не предоставили никакого вразумительного объяснения, почему племяннице Сергея Скрипаля отказывают в получении визы, а ведь она хочет приехать и увидеться со своей двоюродной сестрой. И у нас есть много других вопросов, связанных с самим отравлением.

Вопрос: Но с какой стати британским властям предоставлять доступ к материалам расследования представителям страны, которую подозревают в организации этого покушения?

С.В.Лавров: Как Вы знаете, следствие еще не закончено. В Скотленд-ярде говорят, что оно продлится еще несколько месяцев. Б.Джонсон не так давно пояснил, что сейчас проводится обеззараживание местности – и это спустя почти четыре месяца после происшествия. Пострадавший полицейский чудесным образом исцелился, как и пришедшие в себя Скрипали. Сейчас уже заговорили о планах снести дом, где они жили, а также дом этого полицейского. Всё это смахивает на планомерное уничтожение улик. Точно так были немедленно увезены куда-то скамейки из парка в Солсбери. Ну и видеозаписи, на которых сотрудники полиции и спецслужб осматривают место происшествия в специальных защитных костюмах, а рядом с ними находятся люди без всякой защиты. Всё это выглядит очень странно.

Вопрос: Господин Лавров, Вы обвиняете британское правительство в заметании следов?

С.В.Лавров: Я этого не исключаю. Пока нам не представляют никакой информации… Вам известно, что за последние годы в Лондоне скончались примерно десять граждан России. И во всех десяти случаях…

Вопрос: По какой причине, как Вы думаете?

С.В.Лавров: Во всех десяти случаях расследование их смерти было засекречено. Мы не понимаем почему. Честно говоря, если вам интересны причины их смерти, как гласит мудрость, ищите кому выгодно. А Великобритания определённо получила политическую выгоду от происходящего. Если задуматься, складывается интересная ситуация: страна, которая собирается выйти из Евросоюза, определяет политику ЕС в отношении России. Можно вспомнить, как британцы обходили столицы всех стран-членов ЕС и убеждали, что они должны выдворить российских дипломатов. Большинство так и сделали, некоторые не стали. Впоследствии мы приватно спрашивали у тех, кто присоединился к этой акции британцев, были ли им предъявлены какие-то доказательства, помимо публичных заявлений Лондона. Нам сказали, что нет. Но им пообещали, что позднее, по мере продвижения расследования, им предоставят больше фактов.

Вопрос: Но Вы сказали "кому выгодно"…

С.В.Лавров: По-вашему, это нормально?

Вопрос: Но вы сказали "кому выгодно". А многие на Западе считают, что России выгоден хаос - «брекзит», покушение на Скрипалей, избрание Д.Трампа президентом…

С.В.Лавров: Вы забыли про Каталонию, Каталонию забыли.

Вопрос: Оставим пока Каталонию…

С.В.Лавров: Еще Вы забыли выборы, которые скоро пройдут в Швеции. Их Премьер-министр тоже сказал…

Вопрос: Мы поговорим об этом позже. Но хаос…

С.В.Лавров: Македония, Черногория…

Вопрос: Выгоден ли России хаос, как считают многие на Западе?

С.В.Лавров: Необходимо учитывать хронологию событий. Вы думаете, России выгоден хаос за пару недель до президентских выборов и за несколько месяцев до начала Чемпионата мира? Как Вы сами считаете?

Вопрос: Мне интересно, что скажете Вы. России выгоден хаос?

С.В.Лавров: Я хочу прояснить вопрос. Выгоден ли России хаос за пару недель до президентских выборов и за пару месяцев до Кубка мира? Вопрос в этом.

Вопрос: Но Вы же говорите о новом мировом порядке, который будет построен, как Вы надеетесь, при участии России. Ведь новый миропорядок намного легче строить, если в ЕС царит хаос, а Россия выступает в роли арбитра на Ближнем Востоке и заправляет в Сирии. России это потенциально выгодно.

С.В.Лавров: Нет, это не так. Это совершенно неверная интерпретация моих слов. Я не говорил, что Россия претендует на то, чтобы сформировать новый мировой порядок.

Вопрос: Но чтобы участвовать в этом.

С.В.Лавров: Я сказал, что Россия должна быть одним из участников дискуссии, на равных обсуждая, как использовать объективные реалии многополярного мира, формирующегося на наших глазах, приемлемым для всех образом. Вот, что я сказал. А у тех, кто определяет на Западе политику русофобии, интересы прямо противоположные. Они стремятся «наказать» Россию, понизить её в статусе…

Вопрос: Почему Вы так думаете?

С.В.Лавров: Потому что утрачивать длившееся полтысячелетия господство на международной арене очень болезненно. Это если в двух словах. Причем это не критика, а констатация факта. Я могу понять чувства людей, которые когда-то господствовали в Индии, в Африке, в Азии и других частях света, а теперь осознают, что их время ушло.

Вопрос: Как Вы считаете, Британии выгоден «брекзит»? Выгоден ли он России?

С.В.Лавров: Этот вопрос должны решать британцы.

Вопрос: А России он выгоден?

С.В.Лавров: Не понимаю, почему нужно рассуждать в этом ключе. Решение о «брекзите» принимали британцы. Лондон до сих пор обсуждает этот вопрос с Евросоюзом – детали «развода», связанные с ним проблемы внутри страны. Конечно, мы следим за событиями и отмечаем, что у парламента по этому вопросу своя позиция, а некоторые общественные активисты призывают пересмотреть итоги референдума.

Вопрос: Ситуация в Великобритании при Т.Мэй кажется Вам хаосом?

С.В.Лавров: Это стало итогом процессов внутри Соединённого Королевства. Мы лишь хотим ясности - на каких основаниях мы продолжим работать с Европейским союзом, на каких основаниях нам, возможно, когда-нибудь удастся восстановить отношения с Великобританией, когда она выберет для себя некий осмысленный, прагматический курс, а не чрезмерно идеологизированный подход в духе заявлений с формулировкой «весьма вероятно». Опять же, я считаю, что это должны хорошо понимать те люди на Западе (и особенно либералы), которые продолжают заявлять, что верховенство права превыше всего. На мой взгляд, принцип верховенства права означает, что нельзя выносить приговор, пока вина не доказана. Но именно это мы наблюдаем в случаях со Скрипалём, с трагедией рейса MH-17, ОЗХО, которую используют в качестве своего инструмента те, кто хочет ввести принцип «весьма вероятно» в повседневную практику в Сирии.

Вопрос: Пара заключительных вопросов насчёт саммита. Помогает ли России выстраивать отношения с Д.Трампом то обстоятельство, что, по мнению многих, она имеет на него компромат?

С.В.Лавров: Впервые слышу, чтобы у нас были компрометирующие материалы на Д.Трампа. Их пытается раскопать специальный прокурор Р.Мюллер. Я уже перестал читать новости об этом расследовании. Знаете, когда Госсекретарём США был Р.Тиллерсон, он однажды публично заявил, что у них есть неопровержимые доказательства. Потом, общаясь с ним, я попросил не могли бы они представить нам эти «неопровержимые доказательства»? Хочется понять, что к чему. Возможно, что-то нам удалось бы разъяснить. Он ответил, что представить нам их они не могут - нельзя раскрывать источники. Он сказал, что нашим спецслужбам все известно и у них и надо спрашивать. Можно ли так решать серьёзные вопросы? Эту тему используют для того, чтобы разрушать российско-американские отношения. Тот ответ, который я от него получил, я не могу назвать зрелым, это какое-то ребячество. Надеюсь, что те, кто пытается разыскать доказательства того, что это мы, действуя через какое-то интернет-агентство, определили будущее величайшей страны на планете, поймут, насколько это нелепо. Я понимаю, что демократы в США нервничают, как, кстати, и Великобритания. Кажется, в «Таймс» как-то опубликовали сведения, полученные в результате утечки, о том, что члены британского правительства переживают, что Д.Трамп и В.В.Путин могут поладить.

Вопрос: То есть газеты Вы читаете?

С.В.Лавров: Я читаю подборки, которые мне представляют подчинённые. Мне, конечно, нравится за чашечкой кофе полистать газету, но, к сожалению, время есть не всегда.

Вопрос: И, наконец, на ту же тему компромата. Экс-директор ФБР Дж. Коми заявил, цитирую: «Возможно, что в 2013 году в Москве нынешний президент США проводил время с проститутками, и они мочились друг на друга». Вы считаете, что такое возможно?

С.В.Лавров: Что это «возможно», сказал Дж.Коми. Спросите у него.

Вопрос: Но, по-Вашему, такое возможно? Предположительно это происходило в Москве.

С.В.Лавров: Не знаю, что люди могут придумать. Об этой истории я читал пару лет назад, когда всё это начиналось. Опять же, если люди начинают выстраивать отношения своего государства с другим государством, основываясь на том, что что-то там «возможно» или «весьма вероятно», — это постыдно. То, что делается в США в контексте так называемого «российского следа», как неоднократно говорил В.В.Путин, — это проявление глубинной внутренней проблемы, поскольку проигравшим не хватает мужества признать поражение на выборах.

Вопрос: Господин Министр, большое спасибо!

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Химпром > mid.ru, 29 июня 2018 > № 2666966 Сергей Лавров

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 20 июня 2018 > № 2674257 Игорь Шумейко

Увидеть Париж и умереть… В Лондоне

Проклятье британской столицы: от Огарёва до Березовского

Игорь Шумейко

Само количество покушений и смертей бывших россиян в Англии, следуя памятному закону диалектики, перешло в качество, стало не просто аргументом в спорах вокруг "Скрипаль-шоу" (причем толкуемым в обе стороны), а неким "общественным явлением". Столько разных по статусу, профессии, возрасту жертв, столько орудий: шарф, полоний, "Новичок", плюс нечто необъяснимое (“unexplained” — по отчёту лондонской полиции о смерти Глушкова), плюс ещё 3-4 бывших двойных агента, плюс Георгий Шуппе — зять Березовского (что уже можно приравнять к работе в какой-нибудь "сикрет сёрвис"). Обе стороны хотят оседлать (или запрячь) этот феномен. Все жертвы были в конфликте с российской властью: "явно рука Москвы"/"явно рука, работающая против Москвы".

Календарь требует напомнить жертву, открывшую сей длинный ряд. 31 мая 1877 года в Лондоне погиб Николай Платонович Огарёв. Конфликт с российской властью? — более чем: практически ведущий тогдашний её противник. "Поэт, революционер, ближайший друг Герцена", издававший вместе с ним главную антиправительственную газету XIX века "Колокол". Мне доводилось присмотреться к этой фигуре в связи со следующей цепочкой фактов:

1) "Большая игра" (Great Game: геополитическое соперничество Британской и Российской империй за господство в Азии). Мировых противостояний было немало, но термин "Большая (Великая) игра" утвердился только за этим. Строго зафиксировано его начало: "Туркманчайский договор и убийство русского посла Грибоедова". В Англии — популярнейшая тема исторических, литературных книг, компьютерных игр. Например, Кит Ричардс из "Роллинг Стоунз" всю жизнь не любил читать, бравировал этим (довелось писать и о нём), но на старости лет увлёкся Great Game, собрал громадную библиотеку.

2) А вот "мы ленивы и нелюбопытны", это обобщение, вздох Пушкина был — о малой изученности, недооценке биографии именно Грибоедова! В лучшем случае вспомним: "убит фанатиками, ворвавшимися в посольство".

3) Книга "Последний год Грибоедова", которую мне довелось разбирать в "Годе литературы" — подробнейшее 750-страничное исследование темы. Автор, С. Дмитриев, буквально излазил Иран в годы "когда это ещё не было мейнстримом". Главный вывод: Грибоедов в Тегеране не просто следил за выполнением Туркманчайского договора, завершившего войну России и Персии (взыскивал контрибуцию, возвращал пленников) — он разработал проект глобального, долговременного русско-персидского союза.

В Англии это вызвало настоящую истерию: русские вот-вот сделают бросок в Индию! Основа британского могущества — Ост-Индия в широком смысле: гигантский конгломерат, включавший территории нынешних Индии, Пакистана, Бангладеш, Цейлона, нескольких архипелагов, княжеств.

Премьер-министр Веллингтон (победитель при Ватерлоо) 2 октября 1828 г. записал: "Мы не можем больше сотрудничать с Россией, мы выступим против и развяжем себе руки. Так или иначе, мы должны избавиться от России". Лорд-хранитель печати Элленборо: "Наша политика в Европе и в Азии должна преследовать единую цель — всячески ограничивать русское влияние. В Персии, как и везде, необходимо создать предпосылки, чтобы при первой необходимости начать широкую вооружённую борьбу против России. Ведь не на берегах же Инда встречать врага".

Английские дипломаты Генри Уиллок (задерживался на Кавказе за поездки со шпионскими целями в места расположения русских войск), Джон Макнил ("прикрытие" — врач персидской элиты) подстроили бунт фанатиков (направленный и против персидских властей), который лишил нас автора "Горе от ума".

Эти старые факты времён Great Game — увертюра, главная тема статьи — не привычное "англичанка гадит". Выход на сегодняшнюю "лондонскую" тему через следующие пункты дойдет и…

4)… до Огарёва, опубликовавшего следующее:

"Грибоедов, спасшись от ссылки посредством родственных связей, примкнул к правительству и на дипломатическом поприще наткнулся на случайную гибель. Но талант его и без того уже был погибшим: он высказал в "Горе от ума" всё, а дальше ничего не мог развить в себе самом, именно потому, что он примкнул к правительству, этому гробу русских талантов и русской доблести…"

Дивный букет! "Посредством родственных связей": да, Грибоедов был связан с декабристами, но не разделил их судьбу. Родственники "отмазали" — тут слабенькая нотка осуждения. Огарёва даже можно понять: они с Герценом были фанаты декабристов, их на всю жизнь сплотила (кроме ещё одного обстоятельства, о котором позднее) торжественная клятва друг другу на всю жизнь: месть. Профили повешенной пятерки — на обложке их СМИ.

Но: "Талант и без того погибший, высказал в "Горе от ума" всё, а дальше ничего не мог развить в себе самом".

Вдумывались ли хоть раз, кто это писал?! Вряд ли, ибо и сегодня: куда ни ступи — мимо "памяти Огарёва" не ступишь. Единственный, наверное, в мировой истории "фокус". Зазубрив один раз "поэт, ближайший друг Герцена", про остальное забыли. Произведения "поэта"? Самые подробные справочники, правда, укажут: автор поэмы "Юмор". Герцен пробовал вставлять её кусочки в "Былое и думы":

Чернея сквозь ночной туман,

С поднятой гордо головою,

Надменно выпрямив свой стан,

Куда-то кажет вдаль рукою

С коня могучий великан.

А конь, притянутый уздою,

Поднялся вверх с передних ног,

Чтоб всадник дальше видеть мог…

И ведь эти строки ещё самые удачные! Отбирал Герцен (до темы "ближайшести" дружбы уже почти добрались). Его собственное "Былое и думы" — да: живой язык, яркие воспоминания, прекрасное название (так что Набокову чтоб дотянуть, ещё надо было постараться с "Другими берегами"). Но всё ж… с одной нон-фикшн книжкой Герцен — в учебнике "Русская литература" рядом с Пушкиным и Гоголем (словно это автор только "Выбранных мест из переписки…"). Ощущение, что Герцен и сам туда попал как чей-то ближайший друг.

Словно на входе в клуб:

"Посмотрите, там должно быть записано: я с этим!" А он-то с кем? Наверное, там была запись: "Белинский ++".

В Брокгаузе даже либеральнейший Семён Венгеров (линия полностью победивших почитателей Герцена) признаёт:

"Деятельность О. в качестве эмигранта не ознаменована ничем выдающимся; его вялые статьи в "Колоколе", экономические поэмы ничего не прибавляли влиянию газеты Герцена. В эпоху упадка многие действия Герцена, на которые он шёл неохотно, были предприняты под влиянием О., несмотря на своё добродушие всегда поддававшегося самым крайним теориям".

После нескольких похвал ("… стих его музыкален и мелодичен" и т.д.) Венгеров резюмирует:

"Отсутствие выдержки и усидчивости, беспредметная мечтательность, лень и привычка к жизни изо дня в день без определённой цели помешали творчеству О. развернуться в полном объёме… Одно из известнейших стихотворений О. — "Мы в жизнь вошли с прекрасным упованьем" — отходная, где поэт себя и друзей сравнивает с кладбищем:

И лучшие надежды и мечты,

Как листья средь осеннего ненастья,

Попадали и сухи и желты —

автору двадцать с небольшим лет…

До сих пор он эпоним Мордовского государственного университета им. Огарёва и бездны улиц. Креатив 1920 года: в центре Москвы специально под Герцена — Огарёва переименовали пересекающиеся улицы.

В действительности Огарёв и "поэты" его уровня, т.е. 95% российских гимназистов, сослужили русской литературе службу, лишь дав почву знаменитой пародии Козьмы Пруткова:

Вянет лист, проходит лето,

Осень золотится.

Юнкер Шмидт из пистолета

Хочет застрелиться.

Да, анонсировалась "ближайшесть" дружбы! Тут уж только справка:

"Наталья Алексеевна (жена) увлеклась лучшим другом Огарёва, Александром Герценом, стала его фактической женой. Хотя все трое продолжали жить вместе. Огарёв, тяжело переживая случившееся, предался алкоголизму".

Той Наташе бы памятник поставить (как раз на углу Герцена с Огарёва!) — ведь задала тренд этих "троек". Для краткости, как в хоккее, только по "центральным нападающим": тройка Зины Гиппиус, Лили Брик, Поли Виардо…

Придираюсь? Если б! Вспомним огарёвскую оценку Грибоедова: "на дипломатическом поприще наткнулся на случайную гибель", — типа оливкой на посольском приёме подавился!

И сама Судьба так под руки провела человека, что сочинители сюжетов спасуют, возможно, проворчав: уж слишком… нарочито.

Потому опять вики-справка:

"Огарёв часто бродил бесцельно по улицам Лондона, в итоге сошёлся с некой Мэри Сэтерленд, воспитывал её сына Генри. Жил на пенсию, назначенную Герценом, и периодические выплаты от сестры. Умер после падения в канаву (по официальной версии, во время припадка падучей)".

Понимаете? Написал про гибель Грибоедова ("Самая смерть, постигшая его посреди смелого, неровного боя… была мгновенна и прекрасна" — Пушкин), случайно наткнулся. И через 10 лет… канава спьяну.

Это "случайно" ещё и прикрывает тегеранский заговор Уиллока. Но здесь лишнего на Огарёва не возведу. У Англии, да, была традиция нанимать на секретную службу литераторов (Даниель Дефо, Сомерсет Моэм), но этого…

Вряд ли из его канавы была видна Great Game, здесь скорее фрейдовское бессознательное: мазал грязью Грибоедова и при этом случайно, хоть на один атом — но послужил Лондону! Уверен, высокомерный Форин Офис так никогда и не узнал о той микроуслуге.

Литераторы герценовского круга вывели устойчивую формулу: "содействовать видам правительства (своего)". И век спустя это наказывалось "нерукопожатностью". Здесь и корень: "Грибоедов ничего не мог развить в себе самом, именно потому, что он примкнул к правительству, этому гробу русских талантов и русской доблести". Т.е. талант и доблесть Огарёва под вечной защитой его "непримыкания к правительству". И ведь — работает! Из-за нашей лени и нелюбопытства, рассеянной забывчивости… В пандан к питерскому Каналу Грибоедова разыскать бы ту канаву (сточная? — тем лучше), ходатайствовать, например, через Борю Джонсона (бывший мэр Лондона, связи остались) и там увековечить Память вместо МГУ им. Огарёва…

Нет, "гробом талантов" становится Лондон. В 2013 г. я откликнулся на громкую смерть: "Березовский как новая Айседора Дункан" (Шарф, Ватсон, шарф!). Вспомнил то интервью, где Борис Абрамович вроде "…всегда в гуще событий, при делах" перечислял свои тогдашние "дела":

"Вот приобрёл поместье, нанял столько прислуги, ещё (чего-то) купил. Видите, я содействую росту экономики Англии!"

И в секундной улыбке (мне показалось?) — большая тоска. Может, в момент произнесения уже осознал: так (тратами-покупками) может содействовать экономике Англии любая кокотка, выпросившая, вытащившая у "спонсора" кредитку и помчавшаяся по бутикам.

Вот и выходит: увидеть Париж (поговорка не случайна) — и умереть… в Лондоне.

Париж ("столица мира" — повторяет пьяный француз, собеседник Пьера Безухова) — некая совокупная Европа для наивных. Но вдумчивые, чувствующие люди подмечали, а Иосиф Бродский хотел даже основать целую академию, где объяснял бы всем величие и первичность Италии и фальшь золота Парижа.

Первым из "тройки Наташи Огарёвой" на простор вырвался Герцен: "Берлин, Кёльн, Бельгия быстро прореяли пред глазами. И вот я въехал в Париж, с трепетом сердца, как некогда въезжали в Иерусалим".

Но… увидев Париж, основывать "Колокол" он поехал в Лондон — всё-таки там лучше "колокольня", лучшая "акустика" для антироссийского звона. Позже прибыли и остальные члены "тройки". И после Огарёва наших "паломников" в итоге принимает Лондон, как мать сыра земля — кота Скрипалей.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 20 июня 2018 > № 2674257 Игорь Шумейко


Россия. Египет. Великобритания. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647444 Мохамед Салах

Египетский бог: как сборной России выйти в плей-офф чемпионата мира

Павел Пучков

Внештатный автор Forbes

В решающем матче России нужно остановить команду Египта и ее главную звезду – Мохамеда Салаха, футболиста стоимостью €150 млн

Летом 2017-го «Ливерпуль» потратил рекордные для клуба €42 млн на нападающего «Ромы» Мохамеда Салаха. На фоне приключений Неймара с «Барселоной» и ПСЖ эта сделка казалась вполне рядовой: скоростной, техничный форвард пошел на повышение, итальянская команда получила хорошие деньги. Спустя год эксперты оценивают Салаха в €150-170 млн. Лучший и самый результативный (32 гола) игрок английской премьер-лиги сезона 2017/18 стоит таких денег. Кроме клубных подвигов, Салах успел за год совершить настоящее чудо — его 5 мячей и 2 голевые передачи помогли Египту впервые с 1990 года выйти в финальную стадию чемпионата мира. И, кажется, впервые за много лет у Месси и Роналду появился реальный конкурент в борьбе за «Золотой мяч». Если, конечно, Салах успешно сыграет на чемпионате мира. Из-за травмы он пропустил первый матч — с Уругваем, но 19 июня, против России, Мохамед наверняка выйдет на поле. Forbes рассказывает историю футболиста, остановить которого будет главной задачей российской команды.

Салах вообще не должен был играть в атаке. Детские тренеры каирской команды «Эль-Мокавлун» видели в нем левого защитника. Но Салаху всегда нравились атакующие футболисты: Зидан, Фигу, Тотти. В обороне он отыграл несколько лет. Все изменил один матч.

Как-то его команда выиграла 4:0. Все мальчишки бесились от радости на поле, но Мохамед рыдал. Тренер пошел разбираться: «В чем дело?» Выяснилось, что левый защитник разочарован тем, что ни один из четырех голов не смог забить он. «Это заставило меня задуматься относительно его позиции на поле. У него было сумасшедшее желание забивать», — вспоминает один из тренеров «Эль-Мокавлун».

Получив место в атаке, Салах принялся уничтожать соперников. За первый сезон в нападении он забил 35 мячей. После такого старта ему посоветовали поднять планку амбиций и не ограничивать их географией Египта.

От деревни Нагриг, откуда родом Салах, до Каира добираться четыре часа. Столько же обратно. Менять приходилось по 10 автобусов в день. Пять дней в неделю. В таком ритме юный футболист жил четыре года.

В Нагриге до сих пор работает кафе, где Салах с друзьями рубился в PlayStation на маленьком телевизоре. Сейчас местные жители утверждают, что уже тогда в игре Мо выбирал «Ливерпуль». Вторая легенда — скромность Салаха. «Он вообще не изменился с тех времен, когда жил здесь. Раз в год приезжает сюда и никогда не пользуется машиной — ходит пешком по улицам, как все. С радостью общается с каждым, кто останавливает его», — рассказывает Ахмед аль-Мазери, друг детства. При этом Салах регулярно помогает деревне. На его деньги построили школу и спортивную площадку, сделали ремонт больницы. А совсем недавно он вложил $450 000 в строительство канализации и водопровода.

То, что в Египте появился невероятный талант, все понимали, когда уже в 19 лет Салах дебютировал за сборную. А когда уехал играть за «Базель», премьер-министр Египта лично освободил юношу от обязательной службы в армии.

А сейчас вся страна просто помешалась на нем. В каждом кафе есть минимум постер Салаха, максимум — граффити. Любая компания, которая смогла привлечь футболиста в свою рекламу, обречена на успех. При этом Мохамед постоянно участвует в продвижении социальных проектов. Когда государственную программу по борьбе с наркотиками назвали именем Салаха, число звонков на горячую линию выросло на 400%. Истории о его благородстве уже готовы выдумывать — люди верят практически во все. Например, в то, что однажды Салах уговорил полицию отпустить вора, обокравшего дом его отца. И разве кого-то волнует, что в Нагриге эту историю официально не подтверждают? У Салаха имидж супергероя, а супергерой может все.

При этом не надо думать, что форвард «Ливерпуля» готов бесконечно раздавать деньги, кто бы ни попросил его об этом. За несколько недель до чемпионата мира разразился скандал. Государственная авиакомпания нанесла изображение Салаха на свои самолеты, не согласовав это с игроком или его представителями. Первым возмутился агент футболиста, свои сожаления по поводу поднявшейся шумихи выразил и сам Салах. В итоге вмешиваться пришлось руководству страны. И легко догадаться, чью сторону заняли политики. Они не рискнули идти против, возможно, самого популярного человека в Египте на данный момент. В апреле 2018 года в стране прошли выборы президента. И, по слухам, более полутора миллионов избирателей вписали в свои бюллетени фамилию Салаха.

Считается, что футбольную карьеру Салаха едва не загубил Жозе Моуринью. Португалец в свое время лично позвонил игроку «Базеля» и заставил свернуть переговоры с «Ливерпулем» в пользу «Челси». Но с первой попытки заиграть в Англии у Салаха не получилось, пришлось отправлять его на стажировку в Италию, в «Фиорентину» и «Рому». В 2016 году римский клуб выкупил футболиста у «Челси» за €15 млн, а уже через год перебравшийся в Рим из «Севильи» спортивный директор Рамон Мончи продал Салаха в «Ливерпуль» за €42 млн. На тот момент сделка выглядела максимально выгодной для «Ромы». Сейчас кажется, что требовать можно было минимум в 3 раза больше: в 52 матчах сезона 2017/18 Мохамед забил 44 мяча и сделал 16 голевых передач.

Салах невероятно религиозен. В Ливерпуле находится старейшая мечеть Великобритании, и работающие в ней служители сообщают о невероятном росте числа прихожан. «Он улучшил имидж ислама в Британии и заставил мусульман больше молиться», — утверждает попечитель мечети шейх Абдул Квилиам.

Ради финала Лиги чемпионов Салах, как говорят в Испании, нарушил один из важнейших постов своей веры — Рамадан. Только на четверг, пятницу и субботу. И на такое же количество дней игрок продлил пост после его официального окончания.

17 мая бутсы Салаха выставили в Британском музее. Те самые, в которых он оформил рекордные 32 гола за сезон в английской премьер-лиге. Кажется, Англия — вслед за Египтом — тоже начинает сходить с ума по Салаху. Стать мировой суперзвездой Мохамед может уже этим летом, на чемпионате мира в России.

Россия. Египет. Великобритания. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647444 Мохамед Салах


Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > bbc.com, 4 мая 2018 > № 2597230 Лев Додин

Лев Додин: Россия была и остается неотрывной частью Европы

Александр Кан

обозреватель по вопросам культуры

Лев Додин - один из самых известных и признанных во всем мире современных российских театральных режиссеров. Возглавляемый им петербургский Малый драматический театр пользуется блестящей репутацией, огромным авторитетом и высоко востребован в театральном мире.

МДТ - нередкий гость и в Лондоне. На начинающиеся 8 мая очередные гастроли в британской столице театр привез два спектакля: "Жизнь и судьба" и "Дядя Ваня".

Накануне гастролей Лев Додин согласился ответить на вопросы Русской службы Би-би-си.

Александр Кан: Из обширного репертуара театра для этих лондонских гастролей вы выбрали два спектакля. С одной стороны, самая что ни на есть русская классика - чеховский "Дядя Ваня", а с другой стороны - "Жизнь и судьба" по Василию Гроссману. Роман, который вошел в обиход русской культуры относительно недавно, но тем не менее уже тоже заслуженно считается классикой. Чем определялся ваш выбор?

Лев Додин: Ну, во-первых, банально желанием тех, кто приглашает. А второе - может быть, главное, конечно, - нам очень хотелось сыграть в Лондоне "Жизнь и судьбу". Это не просто классика, это, я думаю, один из великих русских романов. Может быть, один из немногих, если не единственный, великий русский роман XX века.

"Жизнь и судьба"

Роман с трагической судьбой - не только автора, но и самой книги, самой рукописи. Сейчас мы знаем, что она долго была арестована и уничтожена в 1964 году. Редчайший случай, когда арестовывают не автора, а рукописи - и тем самым, по сути, смертельно казнят автора.

Этот великий роман, который действительно можно считать классическим, сегодня кажется абсолютно современным - и, к сожалению, становится все более актуальным, судя по тому, что происходит в мире. А в мире мы видим все больше национализма всякого рода, фундаментализма всякого рода - всего то, что делает мир античеловечным.

Есть ощущение, что, как всякий великий писатель, Гроссман обладал огромным аналитическим даром - даром не только видеть прошлое и настоящее, но и пророчествовать будущее. Для нас очень важно играть этот спектакль дома, в России. И не менее важно показать его в Англии, где он не слишком известен.

Хотя я знаю, что был спектакль, радиоспектакль на Би-би-си, который пользовался большим успехом. Что неудивительно - тема эта сегодня общая, общечеловеческая, мировая.

Но и спектакль "Дядя Ваня", который мы много-много лет назад играли в Лондоне и который вызвал большой интерес зрителей, мне хотелось показать. Показать, во-первых, как живет репертуарный театр, когда одни и те же артисты практически одновременно играют абсолютно разные роли. Во-вторых, показать английскому зрителю, который уже отвык от репертуарного театра, как с годами развивается спектакль, который родился давно, но который, я надеюсь, развивается во времени и вместе со временем.

А.К.: О репертуарном театре мы с вами еще непременно поговорим. Я хотел бы немного поподробнее остановиться на "Жизни и судьбе". Говоря о проблематике романа, вы как-то сказали, что она перешла из века ХХ в век ХХI. Я хотел спросить, что вы имеете в виду, хотя отчасти - упомянув фундаментализм, национализм - вы уже ответили на этот вопрос.

Л.Д.: В мире существует еще более нарастающее стремление если не к тоталитаризму (хотя не исключено и это), то к авторитаризму и межгосударственной, межнациональной и межчеловеческой разобщенности. Все это и влечет за собой то, о чем пишет Гроссман.

Такое ощущение, что человечество снова довольно быстро забывает свое прошлое, забывает трагедии прошлого, привыкает к сравнительно благополучной жизни, и ему становится скучно. Оно забывает, что бывает, когда становится нескучно.

А.К.: Жизнь и судьба - огромный, монументальный роман. Как вы решили проблему переноса его в один спектакль? В свое время, когда вы ставили не менее монументальный роман "Бесы" - я тогда жил еще в Петербурге, - мы прибегали на спектакль к 12, по-моему, часам дня, и уходили в 10 часов вечера: целый день с двумя большими перерывами. Здесь же вы сумели все вместить пусть и в большой, трехчасовой, но все-таки обычный спектакль. Как вы решали эту проблему?

Л.Д.: В данном случае хотелось не столько эпического рассказа обо всем происходящем, исторических событиях, сколько сконцентрироваться на определенных - на мой взгляд, самых главных - темах Гроссмана, на философской и психологической составляющей романа. Поэтому, начав работу над целым романом, мы затем выжимали, выжимали…

Я иногда сравниваю нашу работу с превращением молока в сыр. Выжимается все самое важное, и остается, говоря математическим языком, необходимое, но достаточное. Насколько необходимое и насколько достаточное - это уже скажет зритель. Но для нас все оказалось возможно сконцентрировать на таком пространстве одной сцены и одного времени.

Еврейская тема

А.К.: Я еще не видел спектакль, поэтому пока могу судить о нем лишь по краткому синопсису, который мне передали. В романе, как известно, множество тем, множество линий. Из того синопсиса, который я прочел, мне показалось, что из этих линий вы на первый план выдвинули тему еврейства, его судьбы и в Западной Европе, которая выразилась, конечно, в трагедии Холокоста, и в СССР, где она выразилась в сталинском антисемитизме. Так ли это, и, если так, то чем вы руководствовались в своем выборе?

Л.Д.: Это одна из важнейших тем. Мне кажется, что Гроссман в свое время был одним из первооткрывателей этой темы. Он как военный журналист с первыми частями вошел в Треблинку, в концентрационный лагерь и своими глазами увидел весь ужас, который тогда еще не могли себе представить. Его мать погибла в гетто, и он всю свою жизнь чувствовал вину за то, что не сумел забрать ее вовремя, не дать попасть в оккупацию.

Эта тема была для него исповедальной и автобиографической. И он один из первых соединил вроде бы совсем разные виды антисемитизма в одну общую проблему. Но у него проблема всяческого антисемитизма подчинена проблеме тоталитаризма самых разнообразных видов, проблеме уничтожения человеческого в человеке. А значит, и проблеме "края" человечества.

Гроссман замечательно, фантастически мощно рассказывает о войне, как до него в советской литературе, да и после не рассказывал никто. Он сам прошел через все горнила войны. Тема фашизации общества, тема взаимоуничтожения, тема зла, таящегося в природе человека, так легко вырывающегося наружу в самых разных видах, самых разных географических и государственных пространствах - это главная тема и главное открытие Гроссмана. Никто об этом в 1964 году, об этих общих проблемах человечества, человеческой природы, человеческой истории не задумывался. И до сих пор задумываются очень мало.

Путешествие за потрясением

А.К.: Как и других ваших самых знаменитых спектаклях - "Братья и сестры", "Гаудеамус", "Клаустрофобия" - при создании "Жизни и судьбы" вы опирались на своих студентов. Что дает вам такой подход?

Л.Д.: Это для меня принципиально с точки зрения педагогической. Каждый раз, набирая новый курс, думаешь, чем с ними заниматься. Не только с точки зрения обучения профессии - это вещь всегда спорная. Прежде всего, с точки зрения формирования художественной личности. "Братья и сестры", "Стройбат", который вырос из "Гаудеамуса", "Старик" трифоновский, и вот "Жизнь и судьба".

Первое задание, которое я дал только что поступившим студентам - прочитать "Жизнь и судьбу". Это было для них как гром среди ясного неба, потому что, конечно, никто из них этого романа не читал, а большинство вообще целиком не читало больших романов, как это бывает обычно с бывшими школьниками.

Мне хотелось, во-первых, их потрясти. С этого начинается художник. Может быть, этим и заканчивается. Во-вторых, мне хотелось их и себя погрузить в историю страны, которую они практически не знали, которую сегодня вообще мало кто знает. Незнание истории влечет за собой огромное количество проблем настоящего, а значит, и будущего.

И, наконец, мне хотелось, чтобы они в прозе пропитались той внутренней жизнью, которую в пьесе надо открывать самим, а для начинающих это очень трудно, а в прозе видно, как за каждым словом огромный пласт жизни, и насколько мощно автор знает эту жизнь.

Артисты чаще всего играют то, про что не знают. Мы не просто репетировали, хотя мы много раз сыграли весь роман. Мы погрузились в архивы, стали читать другие книги - Солженицына, Кестлера, Оруэлла, которого ребята, конечно, не знали - это не самая популярная литература сегодня в России. Боюсь, что и в мире.

Мы поехали в Норильск, город, который стоит на костях тысяч советских политзаключенных. Находили остатки гулага. К сожалению, только остатки, потому что ничего из этого не музеифицировано, в отличие от немецких концлагерей. Летали над тайгой. Встречались с теми немногими, кто остался жив с тех пор и живет в Норильске.

Затем мы совершили путешествие в Освенцим. И испытали еще одно потрясение. Нам даже разрешили провести одну ночь в одном из бараков, заперев нас. Это трудно назвать репетицией, и нехорошо называть репетицией, но это был некий чувственный опыт, который очень хорошо и важно испытывать и молодым артистам, и артистам вообще.

Я убежден, что главное в театре, может быть единственно важное - это потрясение, которое способен испытать зритель. А, чтобы вызвать это потрясение, самому артисту надо испытать потрясение. Надо не терять возможности быть потрясенным. Так что это было своего рода путешествие за потрясением.

А.К.: Для молодых людей, ваших студентов такое погружение не только в атмосферу романа, но и всей той жизни, которая вызвала роман и, вслед за ним, ваш спектакль было, конечно, чрезвычайно важно. А что вам самому - вы опытный режиссер, у вас на руках театр - что вам дает преподавательская деятельность?

Л.Д.: Тот театр, который я себе представляю, которым мне интересно заниматься, - это театр некоей общей художественной души, потому что театр не создается одним режиссером, артистом или автором. Для этого артисты должны быть озарены или возбуждены определенным представлением о театре и неким общим представлением.

Когда имеешь дело с молодыми людьми "театральных младенческих лет", удается что-то большее, чем когда уже знакомишься с ними, ставшими профессионалами. Большая часть театра состоит из учеников, начиная с выпусков очень давних лет. Очень интересно, как поколение связывается с поколением, как оно развивается и вырастает во что-то единое.

Часто поколения противопоставляются друг другу. Мне кажется, что очень важно единство и непрерывность развития - художественного и человеческого. И второе, что для меня не менее важно - встречаясь каждый раз с новыми молодыми, ты каждый раз (может быть, это кажется) молодеешь и ищешь что-то новое - сделать с этими молодыми не так, как было сделано что-то с предыдущими. Таким образом ты многому учишься, и каждый курс для меня - это следующий этап обучения. Никогда не знаешь, кто больше научается - те, кого ты вроде бы учишь, или ты сам, и тебя учат те, кого ты вроде бы учишь.

Авторский театр

А.К.: Говоря о непрерывности. Вы возглавляете театр с 1983 года, вот уже 35 лет.

Л.Д.: Кошмар какой!

А.К.: Поэтому Малый драматический смело можно назвать театром одного режиссера. Эта очень привычная модель для послевоенного советского театра, она дала немало прекрасных результатов: Таганка Любимова, "Ленком" Захарова. Однако такая структура, зацикленность на одном, пусть и блестящем мастере, несет в себе опасность. И то, что произошло с Таганкой после ухода Любимова, тому лучший пример. Вы задумываетесь над этой проблемой?

Л.Д.: В данном случае идет речь об авторском театре, театре не только одного режиссера, а одной большой, непрерывно развивающейся группы артистов. Сам режиссер в такого рода театре способен решить немногое. Пример с Таганкой, который вы приводите, доказывает…

Юрий Петрович [Любимов] вошел в конфликт не с тем театром, который он создавал, а с той выжимкой, которая осталась, и, по сути, не имела уже никакого отношения к тому поколению, к той авторской компании, которая рождала Таганку и с которой это название ассоциировалось. Это трагично, но абсолютно закономерно.

Человек смертен, и театр, если это живой организм, тоже смертен. Он развивается, уходит один из главных авторов театра, и авторский театр этого автора или авторов исчезает. Это все печально, но абсолютно закономерно, и надо спокойно это знать.

Когда мы сегодня говорим Московский художественный театр, говорим о его великих традициях, это все немножко слова, потому что Московский художественный театр, который мы имеем в виду, - это театр Станиславского и Немировича-Данченко. Как только их не стало, Московский художественный театр как таковой исчез. Сегодня это название и адрес.

Так же происходит со всеми театрами.

Авторский театр совсем не только российская или советская практика. Авторский театр утверждается в мире всю жизнь Питером Бруком, есть авторский театр Пискатора [Эрвин Пискатор - один из крупнейших немецких театральных режиссеров XX века], авторский театр Брехта. Я не знаю если не великого, то большого театра, который был бы не авторским. Во всяком случае, в ХХ веке. Это и есть великое открытие Станиславского. Не только его актерская система, а обнаружение искусства театра как абсолютно самостоятельного искусства.

Когда-то долгие годы был театр драматурга - ходили смотреть пьесы, затем возник театр актера, который часто становился важнее драматурга. А затем пришел не просто режиссерский театр, а театр как особое искусство, где все искусства соединены единой художественной волей - это воля режиссера и компании, которая с ним работает: художника, артистов и так далее.

Возникает абсолютно новое произведение искусства, которое самостоятельно и по отношению к литературному первоисточнику, и даже по отношению к актерскому творчеству, и по отношению к творчеству художника. Это все что-то новое и иное. Можно вынуть одну часть, и целое рухнет. С другой стороны, ни одна часть не становится единственно важной.

Репертуар против антрепризы

А.К.: Настало время поговорить о проблеме, которую вы уже затронули - репертуарный театр. Малый драматический прочно укоренен в традициях русского репертуарного театра в противовес действующей, как вы правильно сказали, в Британии, и ставшей популярной в России в последние годы, антрепризе. В одном из интервью вы говорите, что репертуарный театр нуждается в реформировании. Что вы имеете в виду?

Л.Д.: Я не люблю термин "русский репертуарный театр", потому что репертуарный театр - не открытие России. Все началось до Станиславского, с театра герцогства Мейнингенского, который к России имел малое отношение.

Репертуарный театр долгие годы жил в Европе и развивался в Европе. Сегодня в одной из самых театральных стран Европы - Германии - он продолжает существовать, и, может быть, поэтому это одно из самых современных театральных пространств Европы. Это принципиальный опыт авторского театра, который создает постоянно развивающаяся группа авторов - режиссера, актера и так далее.

Скорее, американская система, которая пришла в Европу и смела репертуарный театр, может, я обижу кого, но это театр разового употребления. На шесть-восемь недель собирается новая, не знающая друг друга группа артистов, с новым режиссером, который тоже не знает актеров. Спектакль делается эти восемь недель, затем еще месяца два-три, в зависимости от успешности, он существует, и - исчезает в воздухе.

Театр, конечно, явление эфемерное, но не настолько. Театр, который хоть в какой-то мере пытается быть произведением искусства, должен и имеет право существовать гораздо дольше, потому что любое произведение искусства развивается во времени, если оно живое. Это очень интересный процесс, поэтому для меня репертуарный театр отнюдь не русское явление.

Сегодня Россия с одной стороны Запад во всем критикует, с другой стороны готова все время что-то перехватить от Запада, причем чужда лучшему и готова перехватить самое худшее. Тенденция к антрепризному театру, проектному, говоря более красиво, во многом для театра становится губительной.

Что касается реформирования репертуарного театра, это, прежде всего, касается устоявшейся, забюрокраченной организационной системы. Когда труппа сохраняется в неизменном состоянии, когда она уже труппой давно перестала быть. Когда артист становится штатным государственным служащим, с ним уже ничего не поделаешь, независимо от того, артист он еще или нет. Когда искажены отношения приходящего режиссера с труппой, которая иногда способна уничтожить этого режиссера.

Необходимо соединение репертуарной традиции с тем лучшим, что есть в проектном театре. Репертуарный театр должен быть намного подвижнее, живее и легче меняться, свободнее развиваться. К сожалению, одно с другим очень трудно соединимо. Зависимость большого репертуарного театра, который субсидируется государством, и без этой субсидии не может существовать, ставит театр в большую зависимость от государства, причем не только в России. В Германии недавно один из крупнейших режиссеров был лишен своего театра только по воле одного сенатора по культуре. Сенатора, правда, убрали, потому что это вызвало огромное возмущение. Но театр уже разрушен.

Москва и Петербург: темп и ритм

А.К.: Хочу чуть-чуть поговорить о взаимоотношении двух российских культурных столиц. Вы всю жизнь работаете в Петербурге и, в отличие от многих театральных коллег, избежали соблазна переехать в Москву. Каково сегодня соотношение между театральным Петербургом и театральной Москвой?

Л.Д.: Я, честно говоря, об этом не думаю. Всякие разделения и противопоставления: русский театр - европейский, московский театр - петербургский чрезвычайно относительны. Сегодня многие режиссеры ставят и в Москве, и в Петербурге. Сегодняшний день отзывается и там, и там.

По традиции Петербург несколько более строгий, бывший имперский город, город, как писал Достоевский, самый умышленный. Строгость линий и ответственность перед законами искусства в Петербурге, может быть, несколько больше. С другой стороны, Москва - город гораздо больший, чем Петербург. Москва дает больше возможностей, больше разнообразия: по направлениям, по количеству режиссеров, по количеству спектаклей. Чем больше спектаклей, тем больше разнообразия. Поэтому темп театральной жизни в Москве гораздо активнее, чем в Петербурге.

У Станиславского есть такое понятие: темп и ритм. Темп - это с какой скоростью мы все делаем, а ритм - это с каким внутренним напряжением. Темп в Москве гораздо активнее, а с ритмом дело иногда обстоит хуже, чем в Петербурге. Но это опять же касается лишь чуда, потому что настоящий театр - это чудо. Плохой спектакль - это норма, средний - это чудо, а хороший спектакль - чудо из чудес, оно происходит очень редко.

Мы очень нетребовательны и к себе самим, и к чужим [работам]. Я воспитывался и на питерской культуре - театр Товстоногова, старый Пушкинский театр - и, конечно, воспитывался на замечательных московских - "Современнике", [Анатолии] Эфросе, Таганке. Тогда, в советские годы, Москва была более свободным городом и опережала Петербург по театральной свободе и количеству театральных поисков. Сегодня все как-то уравновесилось.

Что касается того, что я не поддался на соблазны, то связано это не только с тем, что мне не хочется переезжать из Петербурга в Москву. Просто я пытался сотворить из крошечного областного театра, который мне удалось возглавить, какой-то большой общий дом, и менять этот дом на любое другое государственное учреждение с самыми пышными названиями, самыми золотыми ложами мне не хочется - неинтересно. Все определяет не название театра, и не адрес театра, как я уже говорил, а те, кто в нем работает.

А.К.: Интересно, что этот маленький и, как вы его назвали, областной театр стал первым российским театром, который удостоен почетного титула "театр Европы". Что это означает для вас, и дает ли какие-нибудь преимущества?

Л.Д.: Означает признание того, что мы делаем, в европейском масштабе. Мы стали театром Европы довольно давно, когда Союз театров Европы составлял всего лишь восемь театров. Нас пригласил в Союз [его основатель] Стрелер [Джорджо Стрелер - выдающийся итальянский театральный режиссер и актер], и затем как-то получилось, что мы получили этот статус. Это скорее почет и самоудовлетворение, потому что в России никаких особых преимуществ это не дает. Миланский "Пикколо-театр" Стрелера вместе со статусом получил отдельную строчку в государственном бюджете. У нас отдельной строчки бюджета нет, наша строчка далеко не самая первая, поэтому мы довольствуемся моральным удовлетворением.

Театр Европы и европейские ценности

А.К.: Раз уж мы заговорили о Европе, я не могу не задать вам вопрос, который сейчас волнует многих. Это нарастающее в российском обществе противостояние ценностей. С одной стороны, вроде бы русских ценностей, так называемых духовных скреп, а с другой стороны - европейских западных. Что вы можете сказать по этому поводу?

Л.Д.: Для меня Россия, в которой я живу, и в которой я работаю, всегда была и остается неотрывной частью Европы. Для меня в этом нет никаких сомнений, и, я думаю, для большинства интеллектуальной части населения России, той, что по-русски называется интеллигенцией, так всегда было, и так остается. Все разговоры об особом пути, о чисто русских традиционных ценностях, это чаще всего некие спекуляции, которые мало на чем основаны, кроме, может быть, того, что исторически Россия развивалась по отношению к Европе с некоторой задержкой.

Это наглядно видно, когда оказываешься в Оксфорде и видишь колледжи, которым 800 лет, и понимаешь, насколько далека в то время Россия была от колледжей и университетов. У России, может быть, по-своему особо трагическая история развития. И поэтому, когда Россия переживает трудные дни, то возникает обманчивая тенденция сосредоточиться только на себе и отделиться от других. И тогда недостатки выдаются за достоинства.

Мы не первый раз это переживаем, я еще застал, будучи ребенком, борьбу с космополитизмом в СССР, доходившую до абсурда. Я ребенком помню, как печенье "Ланч" переделали в печенье "К чаю", как было запрещено название пирожных эклер и буше.

Поэтому, да, круг истории часто повторяется. Иногда в более фарсовом виде, иногда в более трагическом. Тут я с Марксом не совсем согласен. Трагедия иногда превращается не в фарс, а в еще большую трагедию. Что сегодня будет, посмотрим. Мы живем в очень быстро меняющемся мире. Несколько лет назад нельзя было предсказать то, что будет сегодня.

"У нас то же самое"

А.К.: Как воспринимают театр за пределами России? Вы ведь часто гастролируете. Вы не чувствуете барьера? Я говорю не столько о языковом барьере, сколько о культурном. И чего вы ожидаете от лондонских гастролей?

Л.Д.: Мы действительно объездили все континенты, кроме, может быть, Антарктиды, и нигде не чувствуем ни малейшей стены непонимания. Путешествия театра обнаруживают, что мы гораздо больше, несравненно больше похожи друг на друга, чем это нам кажется. И все разделения культур удивительно, ужасающе условные понятия. В одних и тех же местах во всех странах смеются, в одних и тех же местах спектакля во всех странах плачут.

И, когда мы играем "Жизнь и судьбу" или даже "Братьев и сестер", вроде сугубо российский материал [спектакль МДТ "Братья и сестры" Лев Додин поставил по одноименному произведению "деревенщика" Федора Абрамова - АК], то, приходя к нам после спектакля, люди почти не говорят о российской истории. Гораздо больше говорят о себе самом, о своей истории.

"У нас то же самое" звучит так часто, что первое время мы удивлялись, когда мы играли "Стройбат", скажем, про довольно унизительное существование человека в Советской армии, и к нам приходили во Франции, или даже в Англии и говорили: "У нас то же самое". Мы были очень растеряны, потому что мы понимали, что не совсем то же самое. А потом я понял, что везде, в той же армии, так или иначе человек обезличивается, человек унижен. А более страшно он унижен, или менее страшно, для него разницы нет. Он унижен.

Кому будут непонятны страсть, любовь, голод, холод, несбывшиеся надежды, неудовлетворенные иллюзии и так далее? Это вечные библейские, человеческие темы.

Если речь идет о большой литературе - а мы занимаемся большой литературой, - то мне иногда кажется, что, когда мы играем, весь зал понимает по-русски. Я даже часто вижу, как многие перестают смотреть на экран, где идут титры, и просто слушают интонацию, музыку.

Театр же - это музыка, может быть, прежде всего. Втянутый в эту музыку человек начинает слышать то, что он даже не знает, что он может слышать. В этом и есть мощь театра, о которой слишком многие не подозревают.

А.К.: И последний вопрос. Наверное, наименее значимый. Хотите - не отвечайте. Некоторое время назад всех переполошили появившиесябыло в прессе сообщения о выявленных вокруг театра финансовых нарушениях. Вскоре было прояснено, что непосредственно творческой группы это не касается. Могли бы вы прояснить, в чем там дело, и повлияло ли это расследование на работу театра?

Л.Д.: Это не только творческой группы не касается, это и театра как такового тоже не касается. Было сделано неточное заявление в прессе. Речь идет о финансовых нарушениях при строительстве новой сцены театра, которое уже длится очень давно, и которое пока не слишком двигается.

Театр к строительству не имеет никакого финансового отношения, к счастью, так что это заблуждение, которое продлилось два часа, и все это забыто. Ни на репутации театра, ни на репутации каждого из нас пока, к счастью, это не отразилось.

Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > bbc.com, 4 мая 2018 > № 2597230 Лев Додин

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 25 апреля 2018 > № 2583181 Анатолий Вассерман

РИКОШЕТ

«Кибератака России на Англию» и другие залпы информационной войны

Рикошет - о летящем или быстро движущемся теле: полет под углом после удара о какую-нибудь поверхность. Рикошетом: 1) отскочив от какой-нибудь поверхности (пуля попала в него рикошетом); 2) косвенно, за чужую вину (пострадать, испытать неприятность)

Д. Н. Ушаков. Толковый словарь русского языка.

Россия нацелилась на компьютеры десятков тысяч семей в Великобритании, чтобы шпионить за ними и устраивать массовые кибератаки, пишет 17 апреля «Взгляд». Это подчеркивается в совместном заявлении британского Центра правительственной связи (GCHQ) и американской ФБР, сообщила The Telegraph.

По данным спецслужб, Россия намерена также нанести киберудары по «критической инфраструктуре», включая энергетические сети, службы экстренной помощи и военные объекты.

В том, что Кремль развернул свою кампанию спустя несколько часов после удара по Сирии, уверены и источники Уайтхолла. Угроза со стороны России оценивается на «самом высоком уровне», подтвердили изданию и в Национальном центре кибербезопасности Британии. «Мы считаем Кремль ответственным за его умышленную кибердеятельность», — подчеркнула помощник секретаря по вопросам кибербезопасности и коммуникаций Великобритании Жанетт Манфра, которую цитировала The Financial Times.

Экспертные оценки

Анатолий Вассерман

«В отместку за ракетный удар по Сирии в минувшие выходные Россия запустила крупную кибератаку на Великобританию и другие западные страны», — совместно заявили британские и американские спецслужбы. Что это — очередная вопиющая дезинформация и неумная пропаганда в одном флаконе, специфическая кибер-матрёшка, где в большую матрёшку якобы ответа на виртуальную информационную войну России против Запада вложена меньшая матрёшка реальной информационной войны Запада против России?

Прежде всего, наше крупнейшее поражение в информационной войне заключается в том, что мы считаем её направленной исключительно против нас. Ну, боюсь, что это если не мания величия, то изрядная недооценка наших противников в этой войне. Насколько я могу судить, практически всё, что они в ней делают, направлено в первую очередь против самого же коллективного Запада. Они бьют по своим гражданам, а нам практически достаётся рикошет.

Вообще, должен заметить, что у большей части преступников, в том числе и политических преступников, довольно слабая фантазия: они обвиняют других исключительно в том, что делают или намерены делать сами. Например, англосаксы систематически обвиняют нас в геноциде, поскольку сами занимаются этим на протяжении большей части своей истории. Кроме того, они знают свои реальные проблемы и стараются обвинять других в этих реальных проблемах. Например, состояние значительной части западной инфраструктуры такое разрушенное, какое нам не снилось даже в те годы, когда Чубайс и его команда разваливали единую энергосистему России. И даже сейчас, когда эта энергосистема в значительной мере уже переделана по англосаксонским стандартам, у нас ещё не бывало ни единого отключения такого размаха, какие в Соединённых Государствах Америки случаются довольно регулярно. То есть они понимают, что новые катастрофы такого рода неизбежны. И заранее нас в них обвиняют, чтобы не быть вынужденными признать, что сами довели страну до разрухи.

Это, конечно, не значит, что нам не надо опровергать их заявления. Всё равно бороться с ними необходимо. Это только значит, что нам заведомо не удастся добиться отказа крупных западных руководителей от своих слов, какими бы лживыми эти слова не были. В лучшем случае через несколько лет, будучи уже в отставке, кто-то из них сознается — «да, мы тогда преувеличили опасность, исходящую от русских, и они в конечном счёте сделали далеко не всё, чего мы от них ожидали». А это значит, в свою очередь, что информационную войну нам необходимо вести с оглядкой не на руководителей, а на руководимых. Нам надо в своей пропаганде постоянно подчёркивать: «Смотрите, люди, вам врут, потому что вами манипулируют, потому что вас разоряют». Именно массовая аудитория коллективного Запада должна быть нашей целью. И именно этого тот же коллективный Запад в своей информационной войне боится панически. Посмотрите, например, что происходит с ресурсом Russia Today просто потому, что он предоставляет массовой западной аудитории информацию, отличающуюся от деятельности тамошних средств массовой рекламы, агитации и дезинформации. Его боятся именно потому, что он нацелен на правильную аудиторию.

Насколько верна российская информационная кампания, которая развернулась после субботнего удара Соединённых Государств Америки, Британии и Франции по ряду сирийских объектов? Запад пообещал ударить и ударил. Этот факт остаётся фактом, он нуждается в осмыслении, в выводах. Вместе с тем, мы читаем массу публикаций, где события 14 апреля подаются так, как будто Россия одержала величайшую в истории победу. Какой же должна быть верная трактовка западных бомбардировок и нашего ответа с учётом реалий информвойны?

Конечно, то, что стреляли по нашему союзнику, крайне неприятно. Но при этом не будем забывать, что предупреждение Генштаба РФ было действительно учтено, коалиция остерегалась задеть россиян. А в ответе на удар главное то, что мы сообщили, что теперь будем поставлять своему союзнику зенитные ракеты нового поколения. То есть теперь мы, опять же не вмешиваясь напрямую в эту борьбу, предоставляем нашему союзнику возможность отвечать силой на насилие. Конечно, мы не одержали безоговорочную победу, но и не потерпели полного поражения. И в сложившихся сейчас условиях это, что называется, размен в нашу пользу. В том смысле, что мы в результате обмена ходами и размена, по данным нашего Генштаба, 71-го «Томагавка», считающегося вполне современным оружием, на 112 ракет, считавшихся устаревшими ещё в прошлом тысячелетии, добились серьёзного сдвига баланса сил.

Скажем так, это ещё не Курская дуга и даже не Сталинград. Но это Ржев, где наши войска в своё время ценой больших потерь сковали такую группировку противника, что эта битва на центральной позиции в конечном счёте обеспечила наши победы на флангах — прорыв блокады Ленинграда и разгром немцев в Сталинграде. Так вот сейчас наблюдается нечто подобное. Я очень надеюсь, что в данном случае речь идёт именно о долгой игре. Собственно, одно из направлений этой игры общеизвестно — это моя малая родина Украина. Я рискну предположить, что Запад попытается в самое ближайшее время ответить эскалацией боевых действий на Украине, где в очередной раз потерпит провал, поскольку Российская Федерация к этой эскалации уже подготовила почву на Донбассе. Это не моя уверенность — это моя надежда.

Кстати, один из знаменитых гроссмейстеров конца XIX — начала XX века и блестящий теоретик шахмат Зигберт Тарраш отмечал, что позицию следует считать проигранной, если в ней есть две не скомпенсированные слабости в существенно разных местах. И дело обстоит так, что шахматист просто не может быстро перебросить силы с одного из этих мест на другое. Очень надеюсь, что позиция коллективного Запада проиграна именно по Таррашу. То есть слабости на Украине и в Сирии не могут быть компенсированы одновременно простой переброской сил. Вот так мне представляется этот матч на том, что Бжезинский назвал «великой шахматной доской».

Возникает ещё один вопрос. В информационной войне в Западом у нас есть успехи, есть огрехи шапкозакидательства, которое безусловно раздражает думающих людей. А есть и активнейшая деятельность пятой, а то и шестой колонн. При этом многие прозападные средства массовой информации и ресурсы поддерживаются напрямую государством или какими-то аффилированными с государством структурами. Не секрет, что «Эхо Москвы», «Дождь», ряд так называемых «правозащитных» структур, которые ведут открытую войну вместе с Западом против России, финансируются полностью или частично нашим же государством. Одновременно мы видим консолидацию Запада в информационной войне с Россией, где шаг вправо или влево приравнивается к побегу. Там уж чётко — Россия highly likely виновата в отравлении Скрипалей, и никто из каких-то значимых СМИ и политиков не может уйти в сторону. У нас же — шизофрения. Не является ли это существенной слабостью в информационной борьбе?

К сожалению, это именно так. Крупнейшая часть наших СМИ придерживается явно антирусской позиции. Это как раз не удивительно, если учесть недавний скандал с собеседованиями при поступлении на журналистский факультет МГУ, когда от поступающих прямо требовали признать агрессию Российской Федерации на Украине. Но почему в этом деле участвуют государственные структуры, почему они оказывают этому поддержку? Во-первых, надо вспомнить цитату, приведенную в «Золотом телёнке» из популярной в те времена книги: «Все крупные современные состояния нажиты самым бесчестным путём». И из этого следует, что наши владельцы заводов, газет, пароходов нуждаются в оправдании своих былых подвигов. И, соответственно, поддерживают теории, направленные на это оправдание. Более того, и на общегосударственном уровне сейчас считается единственно правильной экономическая теория, нацеленная, по сути, на оправдание победы в деловой гонке любой ценой. И, соответственно, на государственном уровне тоже поддерживаются те СМИ, что готовы оправдывать все подобные действия. То есть тут нам предстоит ещё отдельная борьба.

Но, с другой стороны, — нет худа без добра. Сейчас даже, пожалуй, хорошо, что большая часть оголтелых противников русской цивилизации собрана более-менее в одном месте. Скажем, тому же «Золотому дождю» уже верят лишь наиболее фанатичные сторонники восхода солнца на Западе, а массовая аудитория просто перестала обращать на него внимание. Точно так же есть группировка фанатичных сторонников «Эха Москвы», но за пределами этой группировки на «Эхо Москвы» практически никто не обращает внимания. Может быть, нам действительно выгоднее поддерживать эту информационную резервацию, куда наши оппоненты по сути сами себя загнали, чем бояться, что подобные же деятели всплывут в каком-нибудь серьёзном СМИ. По крайней мере, правило «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе» зачастую неплохо работает.

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 25 апреля 2018 > № 2583181 Анатолий Вассерман


Великобритания. Россия > Армия, полиция. Химпром > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581855 Владимир Углев

Создатель нервно-паралитического газа: «У нашего правительства — целая история лжи»

Анна-Лена Лаурен (Anna-Lena Laurén), Dagens Nyheter, Швеция

В 1970-х годах Владимир Углев был одним из ведущих советских химиков, которые разработали группу новых ужасающих нервно-паралитических веществ, получивших общее название «Новичок». Сегодня Углеву кажется вполне правдоподобным, что бывший шпион Сергей Скрипаль и его дочь были отравлены с помощью его творения в Великобритании. Газета «Дагенс Нюхетер» встретилась с Углевым в городе Анапе у Черного моря.

«Я не думаю, что Сергей и Юлия Скрипали полностью поправятся. Они, вероятно, получили неизлечимые повреждения, которые проявятся позже», — говорит Владимир Углев.

Мы сидим в комнате отеля в Анапе, а за окном шумит Черное море. Владимиру Углеву — за 70, этот коротко стриженный энергичный мужчина — один из лучших российских экспертов по производству химического оружия. Он считает весьма вероятным, что именно творением всей его жизни, нервно-паралитическим веществом под названием A234, 4 марта этого года в Солсбери и были отравлены Сергей и Юлия Скрипали.

Великобритания тоже утверждает, что Россия напрямую ответственна за химическую атаку, однако сама Россия отрицает это обвинение как абсурдное.

«Я получил информацию из британских анализов вещества, и его состав соответствует A234. Конечно, на сто процентов я не могу быть уверен, но могу предположить, что разумно, а что нет. Это яд, который отличается высоким качеством и чистотой, стабильное вещество, которое легко транспортировать и которое не оставляет никаких следов», — говорит он.

Высокое качество вещества, которое использовалось против Скрипалей, по мнению Углева, означает две вещи.

«Либо они взяли вещество из какого-то старого запаса, который мы произвели раньше. Либо его произвели какие-то профессионалы высокого уровня. Это не то вещество, которое можно сделать в гараже, в отличие от зарина, примененного террористами во время теракта в метро в Японии в 1995 году».

Рабочая группа Углева разработала нервно-паралитическое вещество А234 в пригороде Саратова в конце 1970-х годов. Работа шла в секретном научно-исследовательском институте — Государственном научно-исследовательском институте органической химии и технологии (ГосНИИОХТ). A234 был одним из трех ядов, вошедших в группу «Новичок», чье название прогремело на весь мир после того, как бывший российский шпион Сергей Скрипаль и его дочь были отравлены в Великобритании в начале марта.

Сам Углев предпочитает говорить об A234. Названия «Новичок» он избегает.

«Это слово запустил Вил Мирзаянов (беглый русский химик), но дело в том, что „новичок“ — это не одно вещество. Речь идет о трех разных нервно-паралитических веществах, которые разрабатывались в нашем институте: A234, A232 и A240. Я занимался этими ядами совершенно конкретно, в отличие от Мирзаянова, я знаю о них значительно больше, чем большинство высокопоставленных руководителей, потому что это была моя работа. Два раза я сам травился. По счастью, количество вещества было настолько мало, что я отделался лишь испугом».

В 1992 году Вила Мирзаянова, одного из высокопоставленных руководителей института, задержали. Он сделал разоблачение о том, что Россия вопреки международным конвенциям продолжала разрабатывать химическое оружие. Когда Владимир Углев официально поддержал Мирзаянова, его тоже задержали и обвинили в разглашении государственных тайн. Оба были отпущены в связи с отсутствием доказательств, и Мирзаянов в 1995 году эмигрировал в США.

Хотя Углев и поддержал Мирзаянова в 1990-е годы, сегодня он соглашается не со всеми его выводами.

«Эти вещества никогда не производились в таких количествах, как утверждает Мирзаянов. Большую их часть производила наша лаборатория, а мы могли сделать максимум 200 килограмм. Не тоннами. В Нукусе в Узбекистане проводились лишь эксперименты, производства там не было».

«Дагенс Нюхетер»: Какова была цель производства этих нервно-паралитических веществ?

Владимир Углев: А зачем вообще нужно оружие массового поражения? Зачем была нужна атомная бомба? A234, A232 и A240, которые мы разработали, оказались в десять раз эффективнее, чем соответствующие нервно-паралитические яды, которые уже были на рынке. Требовалось гораздо меньшее количество, чтобы добиться эффекта. Но, конечно, это странно, что страна, у которой есть атомное оружие, занималась химическим. Любой профессионал сказал бы, что это ни к чему. Я не знаю, о чем думали наши тупоголовые лидеры, но предполагаю, что они следовали логике «если у американцев есть, то и у нас должно быть».

Еще в 1990-е годы, когда Углев в том числе помогал комиссии американского Сената по химическому оружию, он предостерегал, насколько опасными могут быть яды группы «Новичок», если попадут не в те руки.

«Это очень удобное вещество. Оно не оставляет после себя никаких следов, и его легко использовать. Террорист может положить себе ампулу в карман, вылить содержимое в вагоне поезда и выйти. Спасибо и до свидания».

— Каково это было — участвовать в такой работе? Создавать оружие массового поражения?

— Тогда это было нормально. Это была моя работа. Я заработал на жилье, воспитывал детей. Я вообще обо всем этом не думал. Но война в Афганистане изменила ход моих мыслей, я знал, что советские войска убивали невинных гражданских. Пусть я и не могу это доказать, я уверен, что там использовалось и химическое оружие.

По словам Владимира Углева, из-за своей семейной истории он настроен скептически по отношению к Кремлю.

«Мой дедушка был крестьянином. У него было большое, хорошее хозяйство с шестью коровами под Пермью. Всю семью подвергли в 1930-х годах насильственной коллективизации, все мои родственники погибли в трудовых лагерях. Бабушка и дедушка лишились всего, и их с 17 детьми отправили в Мурманскую область. Там они умерли от голода и были закопаны в безымянной братской могиле. Чудо, что мой отец выжил. Я родился в 1946 году под Кировском, в лагерной зоне, полной преступников и политических заключенных. Ругаться я научился в семь лет».

Химию Владимир Углев изучал в престижном Российском химико-технологическом университете им. Д.И. Менделеева в Москве. После этого его отправили в секретную лабораторию химического оружия в Шиханы под Саратовым. Это был 1975 год.

«Чего хотел я сам, никто не спрашивал. В советские времена химиков рассылали по стране так, как это требовалось государству. Дела у меня пошли хорошо, я вошел в группу, которая разрабатывала A234, а затем возглавил ее, поднялся по карьерной лестнице до старшего научного сотрудника. Но докторскую мне так и не дали написать. Я неуживчивый человек, постоянно конфликтовал с начальством. Когда сын одного из руководителей представил плагиат нашей работы, я протестовал. Из-за этого я впал в немилость».

В 1990 году Владимир Углев ушел из секретной лаборатории, которая тогда разваливалась в связи с распадом Советского Союза. Два года он был губернатором города Шиханы, а затем работал исследователем на частном фармацевтическом предприятии. Также он сотрудничал с «Гринпис» (Greenpeace) и местными экологическими активистами.

Когда в 1993 году Углева отправили под суд из-за того, что он разгласил государственные тайны, его уволили с работы. Сегодня он живет на пенсию, которая составляет примерно 14 тысяч рублей в месяц, а также подрабатывает садовником в санатории, чтобы выплачивать кредит, взятый на жилье. Три месяца назад они переехали в курортный город Анапу из-за состояния здоровья жены.

Углев особо уточняет, что пока что нет никаких доказательств происхождения нервно-паралитического вещества, которое использовалось против Скрипалей. Но в одном он уверен: правду Кремль не говорит.

— Министр иностранных дел Сергей Лавров утверждает, что Скрипалей отравили веществом BZ (более слабый яд, который никогда не производился в России). Это откровенная ложь! Эксперты швейцарской лаборатории эту информацию отрицают, да и достаточно лишь взглянуть на анализы, чтобы понять, что это не может быть правдой. По словам британских экспертов, молекулярная масса яда, примененного против Скрипалей, равна 224. А молекулярная масса BZ — 333! Совершенно очевидно, что утверждение Лаврова — ложь.

— А зачем ему лгать?

— Возможно, он получил такой совет от экспертов. Либо просто потому, что правительство нашей страны непрестанно врет еще с 1917 года. Андрей Луговой отравил Литвиненко полонием в 2010 году (Лугового обвинила в этом преступлении Великобритания). Он разбросал следы полония по половине Европы! Поэтому, наверное, они перешли на A234. Он следов не оставляет.

— Почему вы так уверены, что это Россия виновата?

— Я этого не знаю. Это мое предположение. Посмотрите на историю Советского Союза и России. Посмотрите на 1939 год (когда СССР напал на Финляндию и Польшу). Кто признает, что дядя погиб в русско-финской войне? И что нам нечего было делать в Финляндии? Посмотрите на убийство Троцкого, которое Сталин так никогда и не признал. Они никогда ни в чем не сознаются, но рано или поздно правда в любом случае выйдет на поверхность.

— Вы сказали, что по-прежнему нет никаких конкретных доказательств?

— Нет, и не будет. Главное, что можно сделать, — это сравнить вещество, которое было найдено у отца и дочери Скрипалей с изначальной партией яда. Каждая партия A234 немного отличается от других. Они никогда не бывают идентичными, потому что дозировка всегда слегка варьируется. Поэтому мы всегда делали паспорт на каждую партию A234, с элементным анализом, токсикологической информацией и так далее. Когда в 1995 году в Москве был убит банкир Иван Кивелиди с помощью яда, которым намазали его телефон, милиция с нашей помощью смогла установить, что вещество было произведено в нашей лаборатории. Нужно было лишь сравнить пробу, взятую милицией, с нашим оригиналом.

— Значит, британцы могут попросить Россию предоставить информацию обо всех нервно-паралитических веществах, которые у нее хранятся?

— Вот какой будет ответ Кремля (сжимает кулак так, что большой палец торчит между сложенным указательным и средним пальцем, — русский жест, обозначающий, что собеседник может идти к черту). Возможно, британцы уже делали такой запрос. Но Россия никогда не даст им эту информацию. Кто захочет признать себя убийцей? Признаться, что страна, которая входит в Совет Безопасности ООН, использует оружие массового поражения против другой страны — члена совета? Я считаю, что британцы поступают совершенно правильно. Будь я на месте Терезы Мэй, я бы еще больше шума поднял.

— Но вещество, которым отравили Скрипаля, может производиться в нескольких местах в мире?

— Не везде. Оно может производиться в Великобритании, США, Японии, Германии. Но сейчас у нас есть глобальный рынок, и не получается делать какие-то выводы насчет того, где вещество было произведено, на основании его состава. Необходим конкретный анализ партий, которые хранятся в разных точках мира.

— Трудно понять, чем может быть выгоден Путину этот скандал.

— Откуда вам знать? Организации такого рода ничего не прощают. Они ничего не забывают. Они с удовольствием сделали бы то же самое и с другими, если бы могли.

— Зачем прибегать к такому методу, как убийство, когда Россия с половиной мира в конфликте?

— А почему нет? Наша разведка знает, что у США и Великобритании есть такой же яд. Они могут сказать, что британцы или американцы сделали это сами, обвинив во всем бедную Россию. Можно ли понять дурака? Нет. Те, кто сидит в Кремле, живут в своем собственном мире.

— Почему преступник не позаботился о том, чтобы действительно убить Скрипаля, если хотел его устранить? Сейчас он и его дочь пошли на поправку, хоть и говорят, что они никогда не восстановятся.

— Они ведь убили Литвиненко с помощью полония. И тогда у них были проблемы, так как Андрей Луговой наследил по всей Европе. Так что сейчас они извлекли урок из печального опыта и взяли другое вещество. Но они не подумали, что отец и дочь Скрипали помоют руки: именно это, вероятно, спасло им жизнь. И все-таки я не думаю, что они когда-нибудь полностью поправятся, они, вероятно, получили неизлечимые проблемы со здоровьем, которые сейчас не предугадаешь.

Углев не сомневается, что когда-нибудь правда о деле Скрипаля выйдет наружу.

— Если в России сменится власть, возможно, наше поколение узнает, кто пытался убить Скрипаля. Если нет, то об этом узнают наши дети или внуки. Все тайное когда-нибудь становится явным. Кто-то заговорит. Как я, например. Совесть мучает, и, наконец, уже не можешь больше молчать.

Дело Скрипаля

Российский двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия Скрипаль были найдены без сознания на скамейке в Солсбери 4 марта.

По информации британских властей, они были отравлены нервно-паралитическим веществом, которое изначально производилось в Советском Союзе под названием «Новичок».

Скрипаль в России был осужден за государственную измену, и, по словам премьер-министра Великобритании Терезы Мэй, за покушение на убийство несет ответственность российское правительство.

Вследствие конфликта Великобритания выслала более 100, а США — 60 российских дипломатов. Кроме того, 21 страна ЕС, включая Швецию, также выслала дипломатов. Россия отплатила той же монетой.

Отец и дочь Скрипали начали выздоравливать и сейчас находятся в засекреченном месте.

«Новичок»

«Новичок» — общее название группы нервно-паралитических веществ, состоящей в основном из трех разных ядов: A234, A232 и A240. Они разрабатывались в Советском Союзе с 1971 по 1993 год. Содержимого одной ампулы достаточно, чтобы лишить жизни примерно сто человек.

В 1992 году химики Лев Федоров и Вил Мирзаянов сообщили, что Россия по-прежнему проводит эксперименты с нервно-паралитическими веществами. Они были задержаны и обвинены в государственной измене. Владимир Углев официально поддержал Вила Мирзаянова и тоже был задержан в 1993 году по обвинению в разглашении государственных тайн.

Всех их позже освободили, и сейчас Мирзаянов живет в США. Он практически сразу заявил, что вещество, которое применили против Сергея и Юлии Скрипалей, относится к группе «Новичок».

Великобритания. Россия > Армия, полиция. Химпром > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581855 Владимир Углев


Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579558 Антон Уткин

«Дело Скрипалей»: международно-правовой аспект

Антон Уткин, Независимый эксперт по химическому оружию, кандидат химических наук

«Дело Скрипалей», безусловно, войдет в историю как яркий пример решения целого ряда проблем одного государства за счет использования покушения на жизнь гражданских людей в политических целях. Называется целый ряд вопросов, на решение которых был направлен политический запал Великобритании - отвлечение внимания от прекращения программы бесплатных обедов в школах для малоимущих семей, условий брекзита, торпедирования строительства «Северного потока - 2» и восстановления падающих рейтингов кабинета Терезы Мэй и т. д.

Однако с точки зрения вопросов химического оружия целью, скорее всего, являлась Сирия. На протяжении длительного времени усилия Запада взять под контроль события в этой стране наталкиваются на весьма успешную политику России в регионе. Одним из методов борьбы с режимом Ассада было обвинение его в применении одного из самых варварских видов оружия массового уничтожения - химического. В качестве инструмента был задействован Совместный механизм по рас-следованию фактов применения химического оружия в Сирии, созданный в соответствии с резолюцией Совета Безопасности 22351. Он имел мандат ООН определять виновных в применении химического оружия, мандат которого не имела Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО). В результате своей работы Совместный механизм рассмотрел шесть случаев применения химического оружия, ответственность за четыре из которых была возложена на Сирию, а за два - на «Исламское государство». Технический уровень отчетов, которые выпустил Совместный механизм, и обоснованность выводов были настолько низкими, в особенности там, где ответственность возлагалась на Сирию, что Россия вынуждена была наложить вето на предложения по продлению работы Совместного механизма.

При этом именно авторитет России, обоснованно не верящей в использование химического оружия руководством Сирии, не позволял западным государствам получить поддержку значительной части международного сообщества и применить к Сирии жесткие санкции. Россия никогда не занималась распространением химического оружия и не создавала арсеналы химического оружия для других стран.
У западных стран репутация в этом смысле очень плохая. Согласно отчету UNMOVIC, «более 200 иностранных поставщиков имели крупные контракты на поставку важнейших технологий, оборудования, предметов и материалов, которые непосредственно использовались Ираком в его программах создания химического оружия, биологического оружия и ракет»2. Большая часть этих поставщиков представляла западные страны. Более того, ведущие западные страны, включая США и Великобританию, следуя своим геополитическим интересам, не только активно поддерживали Ирак в войне против Ирана, но и напрямую помогали развивать мощности по созданию химического оружия3. Великобритания осуществляла масштабные поставки в Сирию прекурсоров для производства зарина4, того самого, который впоследствии был уничтожен благодаря усилиям России.

Многие страны знают и помнят тот факт, что Россия всегда была последовательна в вопросах распространения и использования химического оружия и потому прислушиваются к ее мнению, когда речь идет об обвинениях Запада в адрес Сирии в связи с применением химического оружия. Однако ситуация может принципиально поменяться, если обвинить саму Россию в том, что она использует химическое оружие для убийства гражданских лиц на территории Великобритании. Если бы эти обвинения были достаточно убедительными для других стран, то мог бы быть рассмотрен сценарий наказания Сирии через механизм Конвенции о запрещении химического оружия. Каким образом он работает?

Механизм соблюдения обязательств в рамках конвенции

Как известно, в соответствии со статьей VIII конвенции5, ОЗХО состоит из трех органов:

- Конференция государств-участников;

- Исполнительный совет;

- Технический секретариат.

Конференция государств-участников включает всех членов конвенции (более 190) и является ключевым органом Организации. Конференция осуществляет надзор за исполнением конвенции, оценивает ее соблюдение, утверждает процедурные правила и принимает все необходимые меры по обеспечению соблюдения конвенции. Конференция также контролирует деятельность других органов.

Исполнительный совет управляет текущей деятельностью Организации. Он состоит из 41 члена, которые избираются сроком на два года в соответствии со справедливым географическим распределением.

Технический секретариат помогает конференции и Исполнительному совету в выполнении ими своих функций, а также осуществляет проверки в соответствии с конвенцией и выполняет другие функции, порученные конференцией и советом. Технический секретариат состоит из генерального директора, выбираемого на четырехлетний срок, инспекторов, а также научного, технического и другого персонала. Секретариат получает декларации от государств-участников и осуществляет мониторинг объектов, которые могут относиться к производству химического оружия. Инспекторы осуществляют инспекции на местах, обеспечивая особую интрузивность конвенции6.

Если Технический секретариат в своей деятельности или государство-участник обнаруживает свидетельства несоблюдения конвенции, Исполнительный совет обращается к соответствующему члену конвенции с просьбой устранить проблему в соответствии со статьей XII конвенции7. Если проблема не устраняется в назначенный период, то Исполнительный совет проводит консультации с проблемным государством-участником. При отсутствии прогресса  конференция может ограничить или лишить государство-участника прав и привилегий, гарантируемых конвенцией, пока оно не подтвердит выполнение своих обязательств. Конвенция не определяет четко объем возможных санкций за нарушение конкретных обязательств. В то же время лишить государство его членства в Организации невозможно. Когда же действия государства-участника угрожают предмету и целям конвенции, конференция может рекомендовать принять коллективные меры в соответствии с международным правом. Это может включать экспортные ограничения химикатов, технического оборудования и технологий. В особых случаях конференция может довести проблему до сведения Генеральной Ассамблеи ООН и Совета Безопасности. Кстати, в особо серьезных случаях Исполнительный совет также обладает полномочиями доводить проблему до сведения ООН.

Таким образом, сценарий применения санкций через механизм конвенции предполагает, что соответствующие решения должны быть вынесены конференцией либо Исполнительным советом. Решения в обоих органах принимаются двумя третями голосов. Это означает, что для принятия решения против Сирии необходимы весьма убедительные факты. В принципе тот факт, что Совместный механизм определил Сирию виновной в четырех инцидентах с применением химического оружия, дает противникам Ассада существенное преимущество, позволяя заявлять, что ООН определила вину Сирийской армии. Однако позиция России, которая активно выявляет необоснованность таких обвинений, а также отказалась признавать легитимность Совместного механизма, наложив вето на решение о продлении его полномочий, существенно ослабляет возможности западных стран по использованию санкционного механизма конвенции.

Если же авторитет России будет подорван в связи с обвинениями уже в ее адрес, то это потенциально открывает дорогу западным странам для использования ОЗХО в политических целях. Если теоретически удастся проголосовать на сессии Исполнительного совета за решение, обвиняющее Сирию в нарушении конвенции, и довести этот вопрос до органов ООН для принятия соответствующих решений, то Россия может оказаться в сложном положении, поскольку накладывать вето придется не на проект резолюции, предложенный одним из членов Совета Безопасности, а на решение, поддержанное организацией, представляющей практически все государства мира. Репетицией такого сюжета может служить решение 83-й сессии Исполнительного совета от 11 ноября 2016 года, основанное на выводах Совместного механизма, обвиняющего Сирию в применении химического оружия8. Результатом этого решения было проведение дополнительных инспекций в Сирии.

Конечно, это далеко от приведенного выше сценария, однако показывает направление движения.

В то же время «дело Скрипалей» вряд ли приведет к серьезным последствиям в рамках ОЗХО, так как Организация носит выраженный технический характер по реализации режима запрещения химического оружия. Поэтому чисто политические демарши Лондона не находят отклика у членов Организации. Кроме отсутствия технической обоснованности обвинений Великобритании в адрес России, Лондон демонстративно нарушает международное законодательство, нарушая порядок разрешения спорных вопросов, прописанный в конвенции. Возможно, для британской политики важно не следовать этому порядку, чтобы никто не разобрался в обоснованности обвинений, однако это не остается незамеченным для большинства стран. Каким же образом должна была действовать Великобритания, если она искренне хотела разобраться в обстоятельствах «дела Скрипалей»?

Порядок взаимодействия государств при выяснении фактов в связи с предметом и целью конвенции

Порядок консультаций и сотрудничества государств - участников конвенции прописан в статье IX9. В соответствии с пунктом 2 этой статьи, «государства-участники всякий раз, когда это возможно, прежде всего предпринимают всяческие усилия к тому, чтобы выяснить и урегулировать путем обмена информацией и консультаций между собой любой вопрос, который может вызывать сомнение относительно соблюдения настоящей конвенции». Как видно из текста конвенции, у Великобритании не было выбора - осуществлять обмен информацией с Россией и проводить консультации или нет. В данном случае это императив. Великобритания обязана была это сделать, прежде чем делать политические заявления на площадке ОЗХО. Далее, «государство-участник, получающий от другого государства-участника просьбу о разъяснении… представляет запрашивающему государству-участнику как можно скорее, но, в любом случае, не позднее чем через десять дней после поступления просьбы, информацию, достаточную для ответа на высказанное сомнение или озабоченность». То есть после предоставления Лондоном информации России и просьбы разъяснить эту информацию у России должно было быть десять дней для того, чтобы проанализировать полученные данные и дать соответствующий ответ. Однако Великобритания дала России для ответа 24 часа, не предоставив никакой информации. Это является явным нарушением конвенции.

Кроме того, Великобритания могла обвинять Россию через средства массовой информации и по дипломатическим каналам, не прибегая к площадке ОЗХО, тем самым показывая, что не собирается обращаться к юридическим нормам конвенции. Однако посол Великобритании Питер Вилсон 13 марта 2018 года на 87-й сессии Исполнительного совета сделал соответствующее политическое заявление10. Этим шагом Лондон ввел данный вопрос под юрисдикцию конвенции, однако сделал все, чтобы нарушить требования конвенции по разрешению спорных вопросов между государствами-участниками.

Вместо следования порядку, прописанному конвенцией, Лондон пригласил представителей ОЗХО в страну для отбора проб. Приглашение было осуществлено в рамках технической поддержки, а не в качестве инспекции. Это означало, что представители ОЗХО не имели особых прав инспекторов, в связи с чем не могли отбирать все пробы, которые они сочли бы необходимым отобрать, и не могли проинтервьюировать всех вовлеченных в инцидент физических лиц. Известно, что Лондон отказал представителям ОЗХО в отборе некоторых проб, а также в беседах с некоторыми людьми. Данный факт свидетельствует о неискренности Великобритании в расследовании «дела Скрипалей».

Безусловно, ОЗХО не станет делать никаких заявлений о виновности или невиновности отдельных государств. В результате анализа отобранных проб будут получены данные о присутствии в этих пробах образцов конкретных химических соединений. Результаты анализа передадут Великобритании и - по соответствующему запросу - России.

Несмотря на отсутствие заключений о виновности какой-либо страны, Великобритания, скорее всего, будет использовать любые результаты ОЗХО в качестве подтверждения своей правоты.

Возникает справедливый вопрос: как в этой ситуации должна действовать Россия?

Что должна делать Россия

Если ответить на этот вопрос кратко, то Россия должна делать ровно то, чего не сделала Великобритания.

Во-первых, Россия должна предложить Великобритании провести консультации и обмен информацией по «делу Скрипалей». Формально Россия уже сделала это через российского представителя в ОЗХО Александра Шульгина, который в своем заявлении на 87-й сессии Исполнительного совета предложил британской стороне провести консультации на двусторонней основе и потребовал представить вещественные доказательства11

Поскольку в течение десяти дней после этого запроса от Великобритании не поступило удовлетворительного ответа, то Россия имеет право в соответствии с пунктом 3 статьи IX «просить Исполнительный совет оказать содействие в прояснении любой ситуации, которая может быть сочтена неясной или которая вызывает озабоченность относительно возможного несоблюдения настоящей конвенции другим государством-участником». Совет обязан предоставить всю информацию, которая имеет отношение к такой озабоченности. Список вопросов Российской стороны к Техсекретариату ОЗХО, опубликованный на сайте МИД России 1 апреля 2018 года, является той самой просьбой о разъяснении12.

Далее в соответствии с пунктом 4 той же статьи Россия имеет право просить Исполнительный совет получить у Великобритании разъяснение относительно «дела Скрипалей». В этом случае совет направляет соответствующий запрос Великобритании и она обязана представить разъяснения в течение десяти дней. Если Россия не будет удовлетворена ответом, то она может просить совет получить дополнительные разъяснения. В этом случае Исполнительный совет может создать группу экспертов для изучения ситуации, которая представит совету отчет о своих выводах. Если же и это не удовлетворит Россию, то она имеет право просить о созыве специальной сессии Исполнительного совета. На такой специальной сессии Исполнительный совет рассматривает этот вопрос и может рекомендовать любую меру, какую он считает целесообразной для урегулирования ситуации.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5 статьи IX Россия также имеет право просить Исполнительный совет прояснить любую ситуацию, которая сочтена неясной или вызывает озабоченность. То есть Россия может просить о созыве внеочередной сессии Исполнительного совета независимо от последовательности выполнения запросов по пункту 4.

Затем в соответствии с пунктом 7 статьи IX, если сомнения или озабоченность России не будут рассеяны в течение 60 дней после представления Исполнительному совету запроса о разъяснении или если Россия сочтет, что ее сомнения заслуживают безотлагательного рассмотрения, то она может просить о созыве специальной сессии конференции в соответствии с пунктом 12 с) статьи VIII. На такой специальной сессии конференция рассматривает соответствующий вопрос и может рекомендовать любую меру, какую она считает целесообразной для урегулирования ситуации.

Во всех случаях России следует добиваться от Великобритании предоставления исчерпывающей информации о ходе расследования по «делу Скрипалей», а также информации, на основании которой Лондон принял решение о виновности России. Россия также может просить предоставить всю информацию о производстве веществ типа «Новичок» все страны, включая Великобританию. Необходимо так организовать работу «на полях» ОЗХО, чтобы каждое заседание Исполнительного совета завершалось требованием к Великобритании представить всю необходимую информацию так, чтобы Лондон оказался в положении защищающейся стороны.

Представляется также, что Россия может запросить у ОЗХО экспертное заключение о возможности определить страну или лабораторию, где было произведено отравляющее вещество, на основании результатов анализа проб из Великобритании. Это важно, поскольку в СМИ распространяются мифы о том, что такая возможность существует.

В любом случае, последовательные действия России в рамках международного законодательства, направленные на выявление и демонстрацию отсутствия каких-либо реальных доказательств вины России на всех уровнях Организации по запрещению химического оружия, могут оказаться весьма действенным инструментом при отстаивании своих интересов в «деле Скрипалей».

 1UN Press release // https://www.un.org/press/en/2015/sc12001.doc.htm

 2Резюме компендиума иракских программ, связанных с запрещенными вооружениями в химической, биологической и ракетных областях. S/2006/420. Июнь 2006. С. 35 // http://www.un.org/Depts/unmovic/new/documents/compendium_summary/s-2006-420-Russian.pdf

 3Phythian M. Arming Iraq: How the U.S. and Britain Secretly Built Saddam's War Machine // Northeastern University Press, 1997. С. 73-74.

 4Written statement to Parliament. Statement on the Historical Role of UK Companies in Supplying Deal Use Chemicals to Syria // The National Archives. July 9, 2014 // http://webarchive.nationalarchives.gov.uk/20160619015950/https://www.gov.uk/ government/speeches/statement-on-the-historical-role-of-uk-companies-in-supplying-dual-use-chemicals-to-syria

 5Конвенция о запрещении химического оружия, ст. VIII // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-viii-organizacija/

 6Barry Kellman. The Advent of International Chemical Regulation: The Chemical Weapons Convention Implementation Act // Journal of Legislation. Vol. 25. Issue 2. Article 2. Р. 117-139.

 7Конвенция о запрещении химического оружия, ст. XII // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-khii-mery-po-ispravleniju-polozhenija-i-obespecheniju-sobljudenija-vkljuchaja-sankcii/

 8Decision OPCW-United Nations Joint Investigative Mechanism reports on chemical weapons use in the Syrian Arab Republic. November 11, 2016 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/83/en/ec83dec05_e_.pdf

 9Конвенция о запрещении химического оружия, ст. IX // https://www.opcw.org/ru/konvencija-o-khimicheskom-oruzhii/stati/statja-ikh-konsultacii-sotrudnichestvo-i-vyjasnenie-faktov/

10Statement by H.E. Ambassador Peter Wilson permanent representative of the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland to the OPCW at the eighty-seventh session of the Executive Council. March 13, 2018 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/87/en/ec87nat05_e_.pdf

11Statement by H.E. Ambassador A.V.Shulgin permanent representative of the Russian Federation to the OPCW at the eighty-seventh session of the Executive Council (on the chemical incident in Salisbury). March 13, 2018 // https://www.opcw.org/fileadmin/OPCW/EC/87/en/ec87nat09_e_.pdf

12Список вопросов Российской стороны к Техсекретариату ОЗХО по сфабрикованному Великобританией против России «делу Скрипалей». 1 апреля 2018 г. // http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/3150201

Россия. Великобритания. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579558 Антон Уткин

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579555 Александр Крамаренко

Переговоры по брекзиту: первые итоги

Александр Крамаренко, Директор по развитию РСМД, Чрезвычайный и Полномочный Посол

29 марта исполнился ровно год, как начался переговорный процесс по выходу Великобритании из Евросоюза в соответствии с волей британского электората по итогам состоявшегося 23 июня 2016 года общенационального референдума. В этот день год назад британская сторона подала официальное уведомление о своем намерении покинуть ЕС согласно ст. 50 Лиссабонского договора.

Беспрецедентное решение британцев имело множество причин, прежде всего внутреннего характера. Тут и островной менталитет, и длительный исторический опыт самодостаточного существования, включая имперское строительство, и реакция на опрометчивое единоличное решение канцлера ФРГ А.Меркель о неограниченном приеме в ЕС нахлынувшей с турецкой территории волны беженцев из Сирии и других стран Ближнего и Среднего Востока, которая воспринималась как двуединая миграционно-террористическая угроза. Последнее обстоятельство пришлось как нельзя не кстати, и не будет преувеличением сказать, что именно оно определило исход референдума. Антииммиграционные настроения в Британии назревали давно и были связаны со свободой передвижения в рамках Евросоюза, когда наплыв трудовых мигрантов из новых стран-членов, а это государства Центральной и Восточной Европы, совпал с кризисными явлениями в экономике всех западных стран, ставшими оборотной стороной глобализации1

В британском обществе и политэлите, особенно в ее консервативном сегменте, никогда не было единства в вопросе участия в европейском интеграционном проекте. Более того, в свое время Великобритания вступала в Европейское экономическое сообщество, воспринимавшееся прежде всего как общий рынок. Его последующая интеграционная эволюция никогда не апробировалась электоратом, что стало общей проблемой ЕС - так называемым дефицитом демократии.

Неизбежно сказались кризисные явления еврозоны, хотя Лондон в ней не участвует, но еще одна демонстрация диктата Берлина (по отношению к Греции и другим странам средиземноморской периферии) не могла не пройти незамеченной британцами, исторически с недоверием относящимися к немцам. В конце концов, в двух мировых войнах Германия ставила задачу доминирования на континенте. Теперь угроза установления германского порядка в Европе исходит от Германии, сильной не в военном, а экономическом отношении. Как отмечали британские экономисты, развитие европейской интеграции вместо заявленной цели ослабления Германии привело к ее усилению, к тому, что ее торгово-экономические интересы обрели глобальный характер2, то есть ЕС фактически служит для Берлина неформальной, непризнанной империей, где есть место только для одной сверхсильной и не подвергшейся деиндустриализации экономики.

В таком сложном контексте не должно удивлять то, что именно Британия оказалась на острие напугавшего западные элиты подъема протестного электората. С точки зрения взаимоотношений с партнерами по Евросоюзу важно и то, что - как это воспринимается в их столицах - без апробации крамольной идеи «независимости» на британском референдуме не было бы и победы Д.Трампа на выборах в США с его философией «Америка прежде всего» (лозунг «глобальной Британии» консервативного кабинета Т.Мэй по существу идет в том же русле). Его видение мира - «сильные, суверенные, независимые государства», находящиеся в состоянии соперничества/конкуренции друг с другом3, - звучит как приговор Евросоюзу (в дополнение к его публичной поддержке англичан с их брекзитом). А поведение англосаксов дает основания подозревать их в намерении единолично «закрыть» западный «либеральный проект» и вернуть мировую политику в XIX век. И это притом, что никто не мыслил себе жизни вне «американского лидерства», понимаемого как обязательство США обеспечивать поддержание сложившегося международного порядка, который трактуется как западноцентричный. Отсюда понятное стремление европейских столиц примерно наказать англичан, дабы другим неповадно было разрушать интеграционный проект, который обрел экзистенциальное значение. Альтернативы ему они не видят.

Сейчас, в свете «дела Скрипаля», можно с большей уверенностью судить о другом элементе контекста переговоров по брекзиту, причем как следствие осмысления их опыта и императив переговорной стратегии Лондона. Запредельная и откровенно враждебная антироссийская риторика консервативного кабинета Т.Мэй (на всех уровнях, включая премьер-министра), положение которого к тому же осложнилось из-за неосторожного маневра с проведением в июне 2017 года досрочных выборов*, (*Тори лишились большинства в Парламенте и теперь зависят от поддержки десяти депутатов основной политической силы ольстерских юнионистов - Демократической юнионистской партии (ДЮП).) и до этого была направлена на нагнетание напряженности в Европе с целью доказать незаменимость Великобритании в противостоянии «агрессивной России». Подтекст очевиден: в общих интересах Запада полюбовное урегулирование вопросов выхода англичан из ЕС, то есть Брюссель и партнеры по ЕС должны пойти навстречу Лондону, чтобы в Москве «не радовались» разладу в западном альянсе и его ослаблению. Таким образом, вопрос о «предательстве общезападного дела» англичанами как бы выводился за скобки союзнических отношений.

Ввиду очевидной аналогии с «делом А.Литвиненко» (Т.Мэй, надо полагать, неслучайно заявила, что такое может произойти в любой другой стране: но почему-то подобные инциденты происходят именно на Британских островах, а не где-то еще) следует отметить и различие. Тогда британские спецслужбы отрабатывали свою нишу в общей политике Запада, заинтересованного в «смене режима» в «несговорчивой России». Сейчас же «дело Скрипаля» имеет целью подкрепить призыв Лондона к союзнической солидарности (в отсутствие доказательств и фактов) явно в контексте переговоров по брекзиту, то есть англичане преследуют прежде всего своекорыстные интересы.

В этом уже содержится британская оценка положения дел на переговорах, которые шли трудно и требовали от Лондона болезненных уступок и компромиссов, что служило источником обострения разногласий в самом кабинете и парламентской фракции тори. Так называемые «брекзитеры» и там и там постоянно заявляли о себе, подозревая премьера в стремлении закамуфлировать принципиальные уступки, а то и просто сдать позиции, перелицевав уже существующий формат отношений Лондона с партнерами по ЕС и выдав это за брекзит. Что действительно отражает существенную эволюцию в публичной позиции Т.Мэй, так это отказ от жесткой риторики в духе «лучше никакой сделки, чем плохая» (напоминает высказывания Д.Трампа), и более внятное признание безальтернативности поиска компромиссных развязок. Сохраняется банальный тезис «брекзит - это брекзит».

По требованию Евросоюза переговоры изначально были разбиты на две последовательные стадии: сначала договоренности по условиям выхода, и там три главных вопроса - финансовые обязательства Лондона, правовой статус граждан других стран ЕС (порядка 4 млн. человек) в Великобритании (англичане ставят вопрос о правах своих граждан - 1,2 млн. человек) и режим сухопутной границы между Ольстером и Ирландией, являющейся открытой по Белфастским соглашениям 1998 года о североирландском урегулировании; затем уже разговор о формате будущих взаимоотношений Великобритания - Евросоюз. Лондон изначально пытался вести переговоры «в пакете», то есть обо всем сразу, но главное - о параметрах будущих отношений. Такой подход не прошел, и англичанам пришлось в том числе испить горькую чашу всех тех, включая Москву, кто имеет опыт ведения дел с ЕС: общие позиции 27 (28) стран согласовываются долго и практически не подлежат изменению, другими словами, речь зачастую идет об ультиматуме со стороны Брюсселя.

Только 8 декабря 2017 года удалось договориться по вопросам первой фазы переговорного процесса. Еще три месяца ушло на то, чтобы облечь их в юридически обязывающую форму Соглашения о переходном периоде и подписать на саммите ЕС 23 марта этого года. О том, что это было непросто, говорит и тот факт, что британская сторона еще в декабре обусловила достигнутые договоренности (притом что они носят неполный характер - об этом позже) пресловутым пакетным подходом - ни о чем не договорились, пока не договорились обо всем. Об этом заявил 11 декабря министр по вопросу выхода Великобритании из ЕС Дэвид Дэвис4. И надо сказать, что этот подход был в итоге принят стороной ЕС.

Параллельно другой «брекзитер» в составе кабинета, министр окружающей среды Майкл Гоув, 9 декабря выступил - благо в отличие от Д.Дэвиса он не ведет переговоры с Брюсселем - с заявлением о том, что британские избиратели будут в конечном счете главными судьями в вопросе соответствия достигнутой с Брюсселем сделки национальным интересам. То есть ее условия могут быть пересмотрены Лондоном в одностороннем порядке, раз все суверенные полномочия к моменту проведения следующих парламентских выборов будут репатриированы5, словом, дали понять, что суверенитет неделим - или он есть, или его нет. Это заявление партнерам Лондона пришлось «проглотить», так как реакции на него не требуется, а спорить в принципе о суверенитете будет накладно самим, поскольку вопрос болезненный для многих в Евросоюзе.

Слова М.Гоува можно трактовать и как произвольное развитие темы введения в национальное законодательство одним актом Парламента всего свода действующих норм ЕС. Этот подход был сочтен практичным ввиду огромного объема накопленного за время пребывания Великобритании в ЕС есовского законодательства: на его просеивание через «сито» национальных интересов уйдут годы и десятилетия, причем этим займется правительство в обход полномочий Парламента, что пытаются оспаривать депутаты, выступающие против брекзита. Такой законопроект «О выходе из Европейского союза» внесен в Парламент и вступит в силу в день выхода Великобритании из ЕС. Другое дело, что заявленный М.Гоувом подход распространяется на обязательства Лондона по тем соглашениям, которые будут достигнуты с Брюсселем. Нельзя исключать, что это является частью общей стратегии правительства «замутить воду» вокруг переговорного процесса, особенно тех уступок, на которые ему неизбежно приходится идти, и тем самым выглядеть «на коне» в глазах собственного общественного мнения.

Но надо иметь в виду, что заявление М.Гоува было сделано в контексте ранее принятого вопреки позиции правительства решения о том, что окончательные договоренности с ЕС будут представлены на утверждение Парламента. Это вносит дополнительный элемент неопределенности в ситуацию, уже не говоря о том, что косвенно ставится под вопрос сам мандат на брекзит, полученный правительством по итогам вынужденного референдума. В любом случае понятно, что будущее достигнутых между Лондоном и Брюсселем договоренностей станет определяться своего рода балансом сил - положением «глобальной» Великобритании, то есть тем, насколько успешно она будет обустраиваться вне ЕС, в том числе при предполагаемой поддержке Вашингтона, и ситуацией в Евросоюзе/Еврозоне как вследствие развития внутренних противоречий, так и в результате возможных торговых войн с США, главной целью которых является Германия (администрация Д.Трампа широко оперирует термином «экономическая агрессия»).

Можно предположить, что свои расчеты, не лишенные оснований, англичане могут строить на перспективе демонтажа европроекта до общего рынка с крахом еврозоны и воспроизводства в европейской политике геополитических раскладов, нашедших отражение в двух мировых войнах. Исключать этого, наверное, не следует и России, благо смена правительства в Великобритании может подвести черту под нашими нынешними осложнениями, а противоречия по линии англосаксы - немцы не нам разрешать, хотя мы и могли бы косвенно посредничать, развивая отношения с обеими сторонами, прежде всего торгово-экономические и инвестиционные.

Другим свидетельством извилистости пути к уже достигнутому на переговорах служит уклончивая до смешного позиция Лондона, сводившаяся к тому, чтобы ЕС делал ему предложения о параметрах будущих отношений, а не наоборот. Так, согласно «утечке» в германские СМИ, А.Меркель на закрытом брифинге в Давосе в конце января высмеяла Т.Мэй, которая на все ее вопросы: «Чего же вы хотите?» - заученно отвечала: «Сделайте мне предложение»6. Надо полагать, этой переговорной «тактики» британская сторона будет придерживаться до последнего. Т.Мэй не раз выступала с речами, которые анонсировались Даунинг-стрит как излагающие «стратегию» ее правительства в вопросе выхода из ЕС, однако этому требованию никогда не отвечали, так как все, как правило, сводилось к расплывчатым и необязывающим формулировкам пожеланий Лондона и фразам о взаимовыгодности прочных и нормальных отношений между сторонами.

Наиболее близко к изложению конкретного видения будущих отношений с ЕС премьер-министр подошла в своей речи 2 марта в Лондоне7, когда уже стало ясно, как далеко готов пойти Брюссель навстречу Лондону в готовившемся им (под руководством комиссара ЕС Мишеля Барнье) Соглашении о переходном периоде. По словам премьера, Лондон в конечном итоге хотел бы выйти на «прочное решение», которое бы уважало результаты британского референдума, сохраняло рабочие места и «укрепляло наш союз наций». Оно должно отвечать пяти тестам/требованиям: уважать итоги референдума, быть устойчивым, способствовать сохранению рабочих мест и обеспечению безопасности, «соответствовать характеру страны, какой мы хотим ее видеть», то есть современной, обращенной вовне и толерантной, способствовать сплочению страны. Итоги референдума трактуются как голосование за «возвращение контроля над нашими границами, законами и деньгами», но не за «отдаление от наших соседей».

Т.Мэй также заявила, что пришло время изложить «суровые факты», а именно что ни одна из сторон не получит «в точности» того, на что хотела бы выйти по итогам переговоров. Так, Великобритания не может рассчитывать на тот же доступ к рынку ЕС в некоторых сферах, который ей обеспечивает членство в Союзе. Четко сказано, что Лондон выходит из единого рынка (с его четырьмя свободами - передвижения товаров, услуг, капиталов и людей) и таможенного союза ЕС, но остается членом ряда его агентств (в сфере лекарственных препаратов, авиации и регулирования химической промышленности).

Главное, как она затем сказала в интервью Би-би-си8, «жизнь будет другой вне Евросоюза». В ряде областей имеет смысл придерживаться тех же правил и стандартов, которые действуют в ЕС, в других сферах - добиваться того же результата другими средствами. Что касается наиболее чувствительного для англичан вопроса финансового сектора, то придется отказаться от его «прописки» на континенте, поскольку это означало бы принятие правил без участия в их выработке. Финансовые услуги должны стать «ключевой частью наиболее всеобъемлющего соглашения о свободной торговле из когда-либо заключавшихся Великобританией». В Конфедерации британской промышленности дали понять, что с альтернативными правилами деятельности Сити на континенте надо поспешить, так как фирмы и компании уже перебазируются через Ла-Манш. На то, чтобы признать очевидное, у Лондона ушел целый год.

Пока главным результатом переговоров является договоренность о переходном периоде9, который начнется с выходом Великобритании из ЕС 29 марта 2019 года и завершится 31 декабря 2020 года. На таком «мягком» варианте перехода к новым параметрам отношений с ЕС настаивал британский бизнес. В течение этого времени граждане Великобритании и стран Евросоюза, перемещающиеся через границу, то есть не только те, кто на 29 марта 2019 года уже обосновался по ту сторону границы, пользуются тем же статусом, что и сейчас. Великобритания, оставаясь на этот период участницей торговых соглашений ЕС, сможет вести переговоры о своих торговых соглашениях, но они вступят в силу не раньше 1 января 2021 года. Лондон будет оставаться частью общей рыболовной политики с гарантированной квотой улова, что вызвало критику соответствующих кругов и конъюнктурное осуждение со стороны Эдинбурга. В качестве своих достижений правительство указало на то, что в соглашении четко прописано, что оно распространяется на Гибралтар и предусматривает создание совместного комитета по надзору за имплементацией соглашения. Вопреки прежним «красным линиям» англичан на переходный период сохраняется юрисдикция Европейского суда в отношении вопросов, относящихся к законодательству ЕС и гражданам стран-членов.

Вопрос счета за выход из Евросоюза был, пожалуй, наиболее простым, поскольку очевидно, что финансовые обязательства Лондона перед ЕС остаются, будь то пенсионные фонды чиновникам Еврокомиссии, включая англичан, сохраняющееся участие англичан в совместных проектах и структурах и многое другое. Точной цифры никто назвать не может, но, по британским оценкам, это где-то в районе 40 млрд. фунтов. Все будет зависеть уже от конкретных расчетов, включая валютные курсы. Альтернативой полюбовному урегулированию было бы решение этой проблемы через суд, что, понятно, не в интересах прежде всего британской стороны.

Это наиболее чувствительный для Лондона вопрос, поскольку затрагивает территориальную целостность страны - будущее сухопутной границы между Ольстером и Республикой Ирландия. Пока Лондон не нашел приемлемых для себя путей разрешения этой «квадратуры круга». Поэтому пришлось согласиться с позицией ЕС, поддержанной Дублином, о том, что Северная Ирландия остается в едином рынке и таможенном союзе ЕС, дабы избежать установления «жесткой границы», а это является согласованной целью обеих сторон. Этот вариант решения проблемы будет «опорным» (backstop option), пока не будет найдено другое решение. Бремя доказательств ложится на Лондон, который сразу оговорил неприемлемость для себя такого варианта как окончательного решения, поскольку, заявила Т.Мэй, «подрывает суверенитет Соединенного Королевства». Об этом же заявила Демократическая юнионистская партия (ДЮП), указав на то, что в таком случае граница переместится в Ирландское море.

Согласно высказываниям Т.Мэй, в принципе возможны некие технические решения, учитывающие то обстоятельство, что порядка 80% товаров, перемещаемых через границу, не требуют никакого контроля. Возможны элементы виртуального контроля между торговыми контрагентами, хотя все это должно быть конкретизировано и быть приемлемым не только для североирландцев, но также Дублина, который, таким образом, фактически обладает правом вето на урегулирование этого вопроса между Лондоном и Брюсселем по той простой причине, что Ирландия остается в составе ЕС. О том, что все будет далеко не просто, свидетельствует «утечка» 27 февраля письма министра иностранных дел Б.Джонсона премьер-министру, в котором содержится «токсичная» фраза о том, что «95% перемещаемых через границу товаров все равно не будут подлежать контролю, даже если граница станет жесткой»10.

Проблема Северной Ирландии, где на референдуме большинство проголосовало за то, чтобы остаться в составе ЕС, - не единственная угроза территориальной целостности страны. Аналогичным образом проголосовали и шотландцы, но на выборах в июне 2017 года всем трем общенациональным партиям, которые в 2015 году практически были сметены с политической арены северного края Шотландской национальной партией (ШНП), удалось укрепить свои позиции, что вынудило правительство ШНП отказаться от идеи проведения повторного референдума о независимости в ближайшие годы. Как полагают, он состоится после фактического выхода Великобритании из Евросоюза, то есть не раньше 2021 года, разумеется, в зависимости от той ситуации, которая сложится к тому времени в самой Великобритании и ЕС. От будущего Северной Ирландии и Шотландии зависит международный статус страны: оба региона входят в ее официальное название - Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии (Великобритания - продукт унии Англии и Шотландии 1707 г.).

Соглашение о переходном периоде, несомненно, является важным шагом в переговорном процессе, но его значение никто не преувеличивает. Многие трудные вопросы, включая режим сухопутной границы с Ирландией, еще предстоит урегулировать. Главное, впереди переговоры по формату будущих торгово-экономических отношений с ЕС. 23 марта на саммите в Брюсселе были одобрены и директивы Мишеля Барнье для переговоров по окончательному соглашению. В них также предусмотрен пакетный подход. Лондону предлагаются Соглашение о свободной торговле и «тесное партнерство в области безопасности и обороны». В случае если британская сторона отойдет от своих «красных линий» и согласится остаться в таможенном союзе, ЕС сможет улучшить свое предложение Лондону. От англичан потребуют честной конкуренции, имея в виду их отказ от снижения налогов на бизнес, стандартов в природоохранной сфере и в области трудовых отношений. Брюссель будет стоять на страже своей финансовой стабильности (без прямого упоминания сферы финансовых услуг Великобритании). Не обошлось без неприятных неожиданностей: в последний момент по настоянию Мадрида в директивы был включен пункт по Гибралтару - по нему сторонам предлагается достичь отдельное двустороннее соглашение11.

 Никто не ожидает простых, быстрых и безболезненных решений и развязок, в том числе в контексте политической борьбы внутри самой Великобритании. В лагере консерваторов достаточно политиков, выступающих против каких бы то ни было уступок, за полный и решительный разрыв с Евросоюзом, то есть «жесткий» брекзит. Хотя только будущее покажет, насколько эти взгляды могут быть оправданы в реальной жизни, евроскептики-тори делают ставку на то, что все решения - по разводу и будущему сотрудничеству - должны быть увязаны в один пакет. Вопрос только в том, насколько британская сторона в состоянии шантажировать таким образом своих партнеров по ЕС.

Годичный опыт переговоров и содержание Соглашения о переходном периоде скорее говорят в пользу слабости позиций Лондона. Предстоят не только переговоры по окончательному соглашению (ожидается завершить их осенью этого года, с тем чтобы к весне 2019 г. оно могло быть ратифицировано Европарламентом), но и переходный период почти в два года. За это время многое может измениться в региональном и глобальном контекстах. Поэтому вопрос отнюдь не сводится только к окончательному соглашению и, соответственно, оба варианта брекзита, «жесткий» или «мягкий», все это время остануться в повестке дня. Наверное, будет эволюционировать и понимание того, что значит «мягкий» брекзит: Лондон уже встал на этот путь, который может привести к воспроизводству его особого статуса в Евросоюзе, только уже не на условиях членства. Нет сомнений и в том, что европейская интеграция выиграет от ухода британцев.

Пока не оправдались предсказания тех, кто предрекал серьезные негативные последствия референдума и самого брекзита для британской экономики. Изначально фунт упал по отношению к доллару на 20%, но со временем выровнялся из-за ослабления доллара. Падение по отношению к евро сохраняется на уровне 15%. В принципе это укрепляет конкурентные позиции британских экспортеров. Экономический рост в 2016 году составил 1,8% (у ФРГ - 1,9%). Примерно те же темпы роста сохранялись в 2017 году, хотя до 3% выросла инфляция. Но продолжала сокращаться безработица, достигшая рекордно низкого за последние 40 лет уровня в 4,4%12. Разумеется, все это данные официальной статистики, но фактом остается то, что пока британская экономика неплохо держит удар, хотя в дальнейшем многое будет зависеть от конкретных параметров торгово-экономических отношений между Лондоном и ЕС.

Что касается интересов России, то «дело Скрипаля» уже говорит о том, что Лондон продолжит разыгрывать антироссийскую карту в своих отношениях с Евросоюзом, как минимум до достижения окончательных договоренностей по брекзиту, а в более широком плане - до прояснения ситуации со своим «глобальным» позиционированием. Способность британской стороны отравлять наши отношения с ЕС в целом и его отдельными членами в частности будет зависеть от реагирования европейских столиц на эту линию англичан, которую трудно расценить иначе, как заговор против Европы, нуждающейся в разрядке, позитивных и прагматичных отношениях с Москвой. Видимо, не стоит преувеличивать умение Лондона задавать тон в европейской политике: в конечном счете все наши европейские партнеры будут руководствоваться собственным видением национальных интересов.

 Уже сейчас, судя по реакции на запросные требования Лондона о безоговорочной союзнической солидарности с голословными обвинениями по адресу Москвы, можно говорить о том, что терпение партнеров будет быстро иссякать, внося разлад в ряды Евросоюза. Так, несмотря на все усилия Т.Мэй на саммите ЕС 22-23 марта, партнеры смогли согласовать лишь весьма скромный по своему содержанию текст, который не снимает с Лондона ответственности в части представления доказательств своих обвинений, прежде всего по линии процедур, предусмотренных Организацией по запрещению химического оружия (ОЗХО). Можно предположить, какого труда и скольких унижений это стоило британской стороне за закрытыми дверями. Как всегда бывает в Евросоюзе, за коллективной позицией, включая в данном случае отзыв посла ЕС М.Эдерера в Москве для консультаций, стоит нежелание большинства стран-членов рисковать своими двусторонними отношениями с Россией.

Однако, как показало дальнейшее развитие событий, решение США подключиться к выдворениям российских дипломатов, а значит, и давлению на партнеров Лондона по ЕС в корне изменило ситуацию, возможно, привело к необратимой эскалации в отношениях Запада с Россией на ближайшие месяцы, а то и годы13. Можно ожидать, что контекст общей антироссийской политики Запада и напряжение в этой связи по линии США - Европа будут отныне существенными факторами в переговорном процессе по брекзиту.

 1Подробно см.: Ананьева Е. Брекзит: предыстория и причины // Международная жизнь. 2018. №2.

 2Marsh D. Europe’s Deadlock. New Haven and London: Yale University Press, 2016. С. 73-75.

 3https://www.whitehouse.gov/wp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905.pdf

 4https://www.youtube.com/watch?v=4NiJZNH8jrY

 5https://www.theguardian.com/politics/2017/dec/09/michael-gove-voters-can-change-eu-deal-if-they-dont-like-it

 6http://thebusinesscourier.co.uk/angela-merkel-vysmeyala-peregovory-terezy-mej-po-breksitu-na-zakrytom-brifinge-v-davose/

 7http://www.bbc.com/news/uk-politics-43256183

 8https://www.bbc.co.uk/programmes/p0601fdv

 9http://www.bbc.com/news/uk-politics-43456502

 10http://www.bbc.com/news/uk-politics-43215286

11http://www.bbc.com/news/uk-politics-43509309

12http://www.bbc.com/news/uk-politics-32810887

13http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/united-states/delo-skripalya-anglo-amerikanskiy-zagovor-protiv-evropy/ и http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/columns/military-and-security/rossiya-i-zapad-po-pushkinu-i-turgenevu-il-nam-s-evropoy-sporit-novo-/

Россия. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579555 Александр Крамаренко

Полная версия — платный доступ ?


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 апреля 2018 > № 2578382 Сергей Нечаев

Посол России в Германии: «Пока единственная жертва — это кот»0

Ян Эмендёрфер (Jan Emendörfer), Leipziger Volkszeitung, Германия

Инцидент с отравлением двойного агента Сергея Скрипаля вызвал международный дипломатический скандал. Россия решительно отвергает обвинения. Главный редактор газеты «Лейпцигер Фольксцайтунг» (Leipziger Volkszeitung) Ян Эмендёрфер (Jan Emendörfer) побеседовал об этом с российским послом в Берлине Сергеем Нечаевым.

4 марта бывший двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия были обнаружены в бессознательном состоянии в городе Солсбери на юге Англии. Пока неясно, кем они были отравлены и при каких обстоятельствах это произошло. Британское правительство считает, что Скрипаля планировали убить с помощью разработанного в России нервно-паралитического газа «Новичок», а произошло это по указанию Москвы.

Инцидент в Солсбери вызвал международный дипломатический кризис. Россия решительным образом отвергает обвинения и требует проведения независимого расследования. Главный редактор газеты «Лейпцигер Фольксцайтунг» побеседовал на эту тему с российским послом в Берлине Сергеем Нечаевым.

«Лейпцигер Фольксцайтунг»: Г-н Нечаев, что вы можете сказать по поводу обвинений со стороны британцев?

Сергей Нечаев: Наша позиция ясна: мы не имеем никакого отношения к этому трагическому случаю. У нас нет никакого мотива. Этот человек был у нас амнистирован, он смог спокойно выехать в Англию, он сохранил свой российский паспорт, его дочь могла в любой момент к нему приехать и т.д. Скрипаль больше не представляет никакого интереса для наших спецслужб, он больше не обладает никакой секретной информацией. За два месяца до начала Чемпионата мира по футболу мы совершенно не заинтересованы в обострении международной ситуации.

— Однако британские следователи говорят, что это отравляющее вещество было произведено в России.

— В 1992 году при президенте Ельцине в России было запрещено производство нового химического оружия. В середине 1990-х годов российские ученые выехали из страны и опубликовали на Западе некоторые формулы одной группы нервно-паралитических веществ, которые, в соответствии с западным копирайтом, с авторским правом — на Западе, а не у нас, — получили название «Новичок». В 1997 году Россия подписала международную Конвенцию о запрещении химического оружия. Мы тогда сразу же начали уничтожать наше химическое оружие, и осенью 2017 года мы официально объявили о завершении этого процесса. Кстати, помощь в этом деле нам оказали в том числе и наши немецкие партнеры.

— Британцы обвиняют Россию в том, что она препятствует раскрытию дела Скрипаля.

— Мы, наверное, больше заинтересованы в раскрытии этого дела, чем сами британцы, поскольку на нас возложили ужасную вину. Мы предложили четкий механизм проведения расследования под руководством Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) — но с нашим участием. Мы хотим увидеть образцы этого отравляющего вещества, мы хотим знать, как проходит расследование, мы хотим присутствовать. Это полностью соответствует Статье 98 Конвенции ОЗХО. Но нас туда не пускают.

— У вас есть объяснение, почему британцы так себя ведут?

— У британцев — проблемы с Брекситом, они неожиданно оказались на краю политической сцены Европы. Но, вы знаете, мы не обвиняем британцев в деле Скрипаля. Мы так себя не ведем, мы не играем в игру «Слепая корова». Но мы замечаем странные вещи: было сказано, что «Новичок» — это высокотоксичное боевое отравляющее вещество, и в случае его применения смерть наступает мгновенно. Однако Юлия Скрипаль уже здорова и выписалась из больницы. И г-н Скрипаль, как говорят, чувствует себя лучше, а участвовавший в этом инциденте полицейский уже дает интервью… Единственной жертвой пока стал кот, которого усыпили. Извините, это звучит цинично, но все соответствует действительности. Дом Скрипаля сносят, все в радиусе одного километра санируется, и в конечном итоге все следы будут уничтожены.

— Российская сторона утверждает, что в ходе исследования взятых в Солсбери образцов, которое было проведено в лаборатории швейцарского города Шпица, было обнаружено производимое на Западе нервно-паралитическое вещество BZ.

— Да, речь идет о независимой лаборатории, а в России боевого отравляющего вещества BZ никогда не было. Оно вызывает именно такой эффект, который наблюдался у Скрипаля. Его жертвы в течение нескольких дней страдают, как при параличе, но затем приходят в себя и выздоравливают. Но нас никто не хочет слушать. Складывается впечатление, что санкции не приносят желаемого результата, и теперь нужен такой-то новый способ вызвать недоверие к России.

— А что происходит в Сирии?

— Мы подвергли резкой критике бомбовые удары трех держав, назвав их действия нарушением международного права, а также агрессией. На это не было никакой санкции Совета Безопасности, это были односторонние действия. Мы очень сильно разочарованы. Подобные шаги заводят в тупик весь политический процесс. Кроме того, это сигнал для других стран, которые вот-вот станут ядерными державами. Скоро они спросят: стоит ли нам отказываться от ядерного оружия, когда международное право так нарушается?

— Вы считаете, что Асад сможет удержаться?

— Мы ясно сказали, что не допустим насильственного свержения Асада.

— И то, что произошло с Саддамом Хусейном и Муаммаром Каддафи, больше не повторится.

— Когда я смотрю в интернете кадры захвата и убийства Каддафи — это демократия в действии по-британски, это катастрофа. Таким способом нельзя перенести демократию на чужую территорию. И во всех этих странах — в Ливии, Ираке, Сирии — после этого начался хаос. Пособники революции уходят, а европейцам достаются «плоды»: миграционные проблемы, «Исламское государство» (запрещенная в России организация — прим. перев.), международный терроризм — все те вещи, с которыми мы сегодня сталкиваемся.

С января нынешнего года германист Сергей Нечаев (64 года) служит послом России в Берлине. Еще молодым человеком он работал в советском посольстве в ГДР. Затем он возглавлял Генеральное консульство в Бонне, а после этого был послом в Австрии. Женат, имеет сына.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 апреля 2018 > № 2578382 Сергей Нечаев


Великобритания. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > newskaz.ru, 20 апреля 2018 > № 2577605 Сергей Лавров

Кто стоит за инсценировкой химатаки в Сирии? У России доказательств в избытке

Михаил Воскресенский

Министр иностранных дел России Сергей Лавров подробно рассказал об актуальных вопросах взаимоотношений России с западными партнерами

Глава российского МИД Сергей Лавров рассказал в интервью генеральному директору МИА "Россия сегодня" Дмитрию Киселеву о том, кто стоит за недавней фальсификацией химатаки в Сирии, ударах США по этой стране, "деле Скрипалей" и предстоящем саммите Трампа и Ким Чен Ына, а также о том, почему между Россией и США не будет военного столкновения.

— Вы говорили, что у России есть неопровержимые доказательства — не highly likely, как это сейчас у англичан, а неопровержимые — того, что так называемая химатака в Думе была инсценирована одной страной, которая рвется в первые ряды русофобов. Эту страну назвал позже Конашенков, речь идет о Великобритании. Когда и какие доказательства мы готовы против Великобритании предоставить?

— Знаете, доказательств уже в принципе в избытке. Начать с того, что это видео, с которого все началось и которое стало, наверное, главным поводом, главным предлогом для той лихорадочной атаки, которую соорудили американцы, англичане и французы, нанеся бомбовые удары по объектам производства и складирования химического оружия, как они сказали. Наверное, даже обывателю понятно, что если ты знаешь, где находится склад химического оружия, то бомбить по этому складу означает только одно: создать гуманитарную катастрофу для тех, кто живет в округе.

На видео было прекрасно видно, как люди, ничем не защищенные, кроме, может быть, некоторые из них были в марлевых повязках, поливают водой мальчиков одних, мальчиков других, каких-то взрослых людей. Наши военные, когда освободили эту часть Восточной Гуты, нашли двух врачей, которые работали в госпитале этом, и эти врачи показали самих себя на этом видео, рассказав, как ворвались какие-то люди, стали кричать: "Химическая атака, надо срочно всем обливаться водой!" — и это честно было.

К слову, тут где-то я смотрел недавно Euronews, по-моему, там показали женщину, у которой все было — и лицо, и тело — закрыто, осталась только узкая щелочка для глаз. Она не называла своего имени, держала за руку каких-то двух мальчиков, сказала, что это ее дети, которые тоже оказались в ситуации, когда у них заболела голова, им не нравился запах. Она тоже стала принюхиваться, ей тоже этот запах не понравился. Потом она завершила свое выступление фразой, что потом уже муж довез детей до врача.

Сразу приходит в голову вопрос, а нельзя ли с этим врачом побеседовать, нельзя ли узнать, как зовут эту женщину, кто ее дети, ну и так далее. Поэтому информацию, которую мы видим, надо очень тщательно анализировать — особенно сейчас, чтобы нас не держали за новичков.

Кроме того, совсем недавно Министерство обороны, освободив Думу, обнаружило склад химических веществ, в том числе произведенных в Германии, но и произведенных в Портон-Даун, в том самом городе Солсбери.

Сейчас производится анализ специалистами того, что там было обнаружено. Но, помимо всего прочего, то, что инсценировка, которая оказалась снятой на видео, была организована "Белыми касками", — этого никто не скрывает. А "Белые каски" работают исключительно на территориях, которые контролируют боевики, включая террористов, таких как "Джебхат ан-Нусра"*, и они уже приложили руку к состряпыванию такой же провокации год назад в Хан-Шейхуне, и они — это тоже не секрет — финансируются в том числе Великобританией, ну и США и рядом других западных стран.

Все это было нами достаточно конкретно и развернуто предъявлено и в ОЗХО на заседании исполнительного совета, и СБ ООН. В ответ мы слышим только одно: что пытаться обвинять Британию, что она могла пытаться что-то не так сделать — это вообще выходит за все рамки и это невозможно даже обсуждать, потому что этого не может быть.

Я надеюсь, что все разумные люди видят разницу в аргументах, разницу в том, какие факты выкладываются на стол, а какие факты вообще не предъявляются.

— В Сирии — миссия экспертов ОЗХО. Какой самый честный доклад можно ожидать? На какой самый честный доклад вы надеетесь?

— Осетрина не бывает второй свежести. Если доклад будет просто честным, этого уже будет достаточно. Мы, конечно, озабочены тем, как целый ряд игроков пытаются воспрепятствовать деятельности ОЗХО. Мы не сомневаемся, что в ОЗХО и в Гааге, и в ее выездных миссиях работают высокие профессионалы. Но мы также не можем исключать, потому что есть свидетельства об этом, что этих экспертов, этих честных ученых пытаются использовать в политических целях. Миссия, которая поехала в Сирию (вы знаете, что она прибыла в Бейрут и должна была уже на утро пересекать границу с Сирийской Арабской Республикой, где их ждали консульские представители сирийского МИД для выдачи виз), они в тот момент не смогли выдвинуться, потому что начались удары. Кому-то очень не хотелось, чтобы они попали своевременно в тот район, о котором идет речь.

Сейчас они (эксперты ОЗХО. — Прим. ред.) находятся в Дамаске, выпустили через пару дней рекогносцировочную миссию в район, который предстоит обследовать, чтобы убедиться, что там безопасно. Их сопровождали сотрудники: и ооновцы, и нашей военной полиции для обеспечения их охраны.

В момент, когда они находились в этом районе, началась стрельба из той части города, где еще остались несколько десятков экстремистов, которые явно были предупреждены о том, кто конкретно будет выдвигаться в этот район и с какой целью.

Теперь мы добиваемся того, чтобы все-таки эта миссия состоялась, но тем временем наши военные продолжают обнаруживать все больше и больше интересных предметов. В частности, в одной из квартир была обнаружена канистра с химическим веществом, хлором, по-моему. Квартира, которая находилась на территории, контролировавшейся боевиками. Эта канистра лежала на кровати, гладко прибранной. Никаких следов попадания этой канистры в комнату сверху или сбоку не обнаружилось. Ее внесли через дверь, положили. И все это мы хотим предъявить экспертам ОЗХО, чтобы они не только посетили место того самого поливания водой, но и зашли в лабораторию, которую мы нашли, где обнаружены химические вещества, произведенные в Европе. И чтобы посетили ту квартиру, где лежит эта бочка с хлором. Так что там есть что посмотреть. Я очень надеюсь, что профессионализм возьмет верх. Мы готовы были с самого начала вести профессиональный разговор и с ОЗХО, и со всеми нашими западными коллегами.

Я упоминал, что на ранней стадии нынешнего противостояния на химической почве и французы, и американцы интересовались, нельзя ли им направить своих экспертов вместе с нашими, чтобы посмотреть — наряду с экспертами ОЗХО, — что же там все-таки произошло. Ну, и когда мы сказали, что мы готовы и сирийское правительство будет готово поддержать, вместо того, чтобы реализовать эту договоренность, были нанесены удары. Так что посмотрим. Мы ждем честности, конечно же, от экспертов — и в случае с Сирией, и в случае с Солсбери. Там расследование тоже продолжается.

— О Солсбери мы еще погорим. Давайте еще пару вопросов по Сирии: а могут ли экспертам, грубо говоря, что-то подбросить, посыпать вокруг них, предложить забрать это с собой, протестировать. Возможно ли это?

— Надеюсь, что эксперты все-таки своей репутацией дорожат и будут начеку. Ничего исключать нельзя, учитывая, что методы, которые используют сейчас наши западные партнеры, — это из серии "ниже пояса". Не хочу ничего исключать, но и не хочу никого ни в чем обвинять без причин.

— А вот эмоционально, по-человечески, что вы испытали, когда увидели этого мальчика — Хасана Диаба, одиннадцатилетнего ребенка, на которого вдруг набросились взрослые дяди, стали поливать его холодной водой из шланга — он задрожал, потом что-то прыскать в рот, как-то запугивая его, и потом сам об этом рассказывал его отец. Вообще, как вы по-человечески все это восприняли?

— Как говорил Станиславский, хотелось крикнуть: "Не верю!". Но если брать уже более человеческие чувства, то, конечно, отвратительно, когда детей используют в своих грязных затеях.

— У вас большой опыт, в том числе в работе в постпредстве нашей страны в Совете Безопасности. Можете себе представить, что этот мальчик Хасан Диаб и его отец могут появиться в Совете Безопасности и рассказать о своей истории как свидетели? Либо для этого нужно их наделить дипломатическими паспортами Сирии? Вообще услышит ли мир вот этих людей, ведь это же ключевые свидетели, участники событий?

— Было бы полезно, и, конечно, мы поддержали бы такие действия, они должны прежде всего предприниматься, конечно, правительством Сирийской Арабской Республики. Наши западные коллеги часто прибегают к такого рода включениям в повестку дня Совета Безопасности, представителей "с мест" гражданского общества, когда речь идет о том, что есть свидетели того или иного действа, которое рассматривается.

— То есть такая практика существует?

— Да. Привозят представителей различных неправительственных организаций, привозили и, сейчас я не припомню, из какой конкретно организации, сирийцев, иранцев в разное время, организуют видеомосты. Так что здесь технические средства позволяют донести до членов Совета Безопасности, до членов ООН во время открытых заседаний этого высшего органа Организации Объединенных Наций точку зрения тех или иных лиц, которые были свидетелями события, о котором идет речь. Мы, кстати, хотели и будем продолжать добиваться того, чтобы и в ситуациях, которые не обязательно Сирии касаются, свидетели с мест происшествия имели возможность как-то обратиться к членам Совета Безопасности. Но в данном конкретном случае, конечно, это дело сирийского правительства, мы активно поддержали бы такое предложение.

— Во всяком случае, отец сказал, что они готовы ехать куда угодно и свидетельствовать перед кем угодно.

— Да, я слышал.

— Ну, так или иначе, эта провокация, эта инсценировка закончилась массированными ракетными ударами и, кстати, довольно эффектным отражением ракетного удара. Пожалуй, это, наверное, первый в истории человечества такой эпизод. Насколько детально, точно и заблаговременно Россия получила предупреждение о готовящейся ракетной атаке? Была ли у нас возможность прочертить свои красные линии вокруг определенных районов? В буквальном смысле красные линии на карте. Сколь решительно мы были настроены ответить, если ракеты полетят не туда, не в те районы, о которых предостерегали? Готовы ли были топить корабли неприятеля и сбивать их самолеты?

— Еще до того, как стали материализовываться планы нанести удары западной "тройкой", начальник Генерального штаба Вооруженных сил России Валерий Васильевич Герасимов четко сказал, что если какие-то боевые действия так называемой коалиции нанесут ущерб российским военнослужащим, то мы будем жестко и четко отвечать. Причем будем рассматривать в качестве законных целей не только сами ракеты, но и носители. Это было сказано четко и недвусмысленно.

И, кстати, удивляюсь, как наши некоторые, ваши западные коллеги, да и мои тоже на самом деле, и некоторые наши средства массовой информации взялись почему-то за нашего посла в Ливане Засыпкина, который повторил то, что сказал начальник Генерального штаба. Ему же попытались вложить в уста заявление о том, что если хоть одна ракета полетит вообще по территории Сирии со стороны коалиции, то мы начнем топить подводные лодки и так далее. Сказано было то, о чем предупредил начальник Генерального штаба Валерий Герасимов: что если будет нанесен ущерб российским военнослужащим. После этого были контакты на уровне военного руководства, на уровне генералов, между нашими представителями и командованием американской коалиции. Они были поставлены в известность о том, где у нас красные линии, в том числе красные линии на земле — географически. И, во всяком случае, результаты показывают, что они эти красные линии не перешли.

Что касается результатов этих обстрелов, то они ведь тоже подвергаются сомнению. Американские коллеги заявляют, что все до единой ракеты достигли целей, французские ракеты достигли целей. У нашего Генерального штаба есть очень четкая картина, мы наблюдали за всем происходящим в режиме реального времени, вживую. И статистика, которую наши военные представили, — мы готовы за нее отвечать. Если кто-то утверждает, что все 105 ракет достигли целей, пусть представит свою статистику. По крайней мере доказательства того, что наши заявления, наш подсчет, наша арифметика небеспочвенны и будут предъявлены нашими военными, как я понимаю, совсем скоро.

— Совсем скоро?

— Надеюсь.

— Было запущено 103 ракеты, 71 из них была сбита. Трамп говорил, что он кому–то позвонил, все ли ракеты долетели. И на том конце провода сказали: "Да-да, все до единой, господин президент". Кому он мог позвонить?

— Я не знаю, кому в таких случаях звонит президент Соединенных Штатов. Нашему президенту звонить не приходится — ему докладывают, когда подобного рода вещи происходят. И я бы сейчас предпочел не вдаваться в тему взаимоотношений внутри американской администрации и в тему о том, как некоторые официальные лица в Вашингтоне относятся к позиции и поручениям своего президента.

— Мы будем поставлять С-300 в Сирию?

— Об этом сказал президент. У нас нет никаких теперь моральных обязательств. У нас были моральные обязательства, мы обещали этого не делать еще где-то лет 10 назад, по-моему, по просьбе известных наших партнеров. И мы приняли во внимание их аргумент о том, что это могло бы привести к дестабилизации обстановки, хотя средство чисто оборонительное, но тем не менее мы вняли просьбам — теперь у нас такого морального обязательства нет.

— Вы говорите, что не хотели бы обсуждать расклад внутри американской администрации, но тем не менее при нынешней конфигурации, когда самый чуткий "голубь" в Белом доме — это "бешеный пес" Мэттис, складывается такое положение, что недалеко и до прямого столкновения, военного столкновения с США у России. Сколь велик риск такого столкновения?

— Я все-таки думаю, что и министр обороны Мэттис, и председатель Объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США Данфорд понимают недопустимость, неприемлемость каких-либо действий, которые могут спровоцировать прямое военное столкновение России и США. Это, по-моему, настолько очевидно, что военные не могут этого не понимать. И они понимают это лучше, чем многие другие. Когда политики пытаются подзуживать, извините за жаргон, руководство своей страны, требуя от нее все больше и больше конфронтации, включая материальную конфронтацию, — это безответственно. Они достигают своих, пытаются достичь свои внутриполитические цели, там продолжается межпартийная борьба очень жестокая, и в конгрессе это проявляется, и активно спекулируют на российским факторе, понимая, что здесь есть почва для объединения на русофобских началах. Но эта кампания все-таки выдыхается, искусственно подпитывали ее совершенно беспрецедентными санкциями, рассчитывая, что подобного рода вещами они нас сподвигнут на принятие их условий дальнейшего развития отношений, но это как минимум недальновидно и наивно. Потому что они ведь о чем говорят? Мы хотим хороших отношений с Россией, но для этого Россия должна признать все свои грехи и все свои ошибки, то есть исходят они из своей непогрешимости и что во всем, что сейчас происходит, виновата исключительно Россия, которая пошла наперекор и выступает как ревизионистская держава, ревизуя современный миропорядок. Причем под миропорядком они совсем не Устав ООН понимают, они понимают то, что им видится необходимым для того, чтобы сохранять, пытаться сохранить свое доминирование. Я понимаю: когда несколько столетий исторический Запад, как мы его называем, вершил все дела по своему усмотрению в мире, сейчас, когда появляются центры силы и в Азии, и в Латинской Америке, да и, собственно говоря, Российская Федерация — один из важнейших игроков на мировой арене, — когда им не нравится, что кто-то пытается свои интересы отстаивать. Причем отстаивать-то мы свои интересы стремимся не ультимативно, мы предлагаем искать баланс этих интересов, чтобы договариваться, а они говорят: ну, договариваться будем, когда вы скажете, что вы во всем согласны с тем, как устроен мир по-нашему. Вот, собственно говоря, в чем дело. Так что, возвращаясь к вопросу о рисках военного противостояния, я исхожу на сто процентов из того, что военные этого не допустят и этого, конечно же, не допустит ни президент Путин, ни, уверен, президент Трамп. Они все-таки лидеры, которые избраны своими народами, они отвечают перед этими народами за мир и спокойствие.

— Вообще, вот такое хладнокровие и выдержка России, честно говоря, меня восхищают. Много видел, и холодную войну, и такое впечатление, что был бы в Кремле другой человек, так могло бы уже обернуться и вообще иначе, потому что провокации, такое впечатление, они следуют одна за одной. И Россию провоцируют, и Россия все время отказывается принимать эту холодную войну и принимать этот вид спорта. Но все же вы говорите, что идет на спад, а у меня лично другое ощущение — что интенсифицируется, напряженность усиливается и прямая ложь становится уже инструментом внешнеполитической деятельности (вспомним Бориса Джонсона) или наши партнеры не хотят слушать и даже слышать. У меня в кабинете экран "Россия-24", экран Би-би-си, экран CNN. И в то время как на "России-24" крутят репортаж с этим одиннадцатилетним мальчиком, который поневоле стал актером в ролике и рассказывает о том, как это было, что ему дали финики, печенье и рис. Казалось бы, вскрылась эта провокация. И тут этот же ролик Би-би-си крутит в оправдание ракетного удара, как будто бы ничего не слышит, как ни в чем не бывало. Все-таки что должно произойти, чтобы разрядка в этих условиях наступила?

— Я не сказал, что идет на спад эта кампания, я сказал, что она выдыхается. Знаете, как бежит человек стометровку или десять тысяч, а лучше 42 километра — он же ведь с каждым шагом дышит все тяжелее и тяжелее, но бежит, бежит, бежит, но в конце концов все-таки его силы оставляют. Мне кажется, мы похожее наблюдаем, хотя им хочется — тем, кто эту русофобскую кампанию разыгрывает, — им хочется, конечно, наращивать темп, но так можно, скорее всего, так и будет, так можно надорваться. И вы абсолютно правы. Я убежден, что реагировать нужно достойно. Мы не можем не отвечать на отъем нашей собственности, на высылку дипломатов — это себя не уважать. Но сваливаться в какую-то брань, в склоки, в грубость мы не собираемся и не будем этого делать — это совершенно не стиль нашего президента. Он всегда смотрит вперед, и его очень трудно, если не невозможно, вывести из себя, а пытаются сделать примерно это. Пытаются выбить из колеи, выбить из спокойствия, из уверенности, нарушить наши планы, которые мы дома должны реализовать, их огромное количество, но повторю еще раз — когда на нас кричат, вспоминается известная мудрость: "Юпитер, ты сердишься — значит, ты не прав". Юпитер, правда, там реально прям сильно не виден, но…

— Да, комплиментарно так. Ну и все же: Трамп, как стало недавно известно, пригласил Путина в Белый дом. Есть ли продолжение, есть ли какие-то уточнения по срокам, месту встречи, повестке?

— Мы исходим из того, что президент США в телефонном разговоре — об этом уже стало известно, никакого секрета нет — такое приглашение направил, сказал, что будет рад видеть в Белом доме, потом будет рад встретиться в рамках ответного визита. И к этой теме он пару раз возвращался, поэтому мы дали, естественно, знать нашим американским коллегам, что мы не хотим быть навязчивыми, но мы не хотим и быть невежливыми, и что, учитывая, что президент Трамп такое предложение сделал, мы исходим из того, что он его конкретизирует.

— И так повисло пока все?

— Ну да. Ну, как повисло? Слово вылетело.

— Ну и?

— Президент Путин готов к такой встрече.

— Она готовится или нет?

— Пока еще нет. Но если это будет, как только будет какое-то развитие, мы вам обязательно расскажем. Но я просто обращу внимание на то, что Дональд Трамп уже после этого телефонного разговора несколько раз и в твитах, и на словах говорил о том, что надо с Россией решать вопросы, мы хотим с Россией иметь хорошие отношения, это лучше, чем не иметь хорошие отношения, и только глупец думает иначе. Все это мы тоже слышим.

— Но параллельно Майк Пенс заявил о том, что США будут добиваться военного доминирования в космосе, в том числе над Россией. Приведет ли это к гонке вооружений в космосе и как собирается Россия отвечать на это?

— США сейчас уже многие годы являются единственной державой, которая блокирует начало переговоров по российско-китайской инициативе, которую мы внесли с китайскими коллегами на конференции по разоружению в Женеве, — о начале разработки договора о запрещении размещения оружия в космосе. Речь не идет о недопущении милитаризации космоса, потому что спутники в военных целях запускаются и нами, и американцами, и многими другими. Это отдельная вещь. Но вот оружие размещать в космосе было бы очень рискованно и создавало бы новые, совершенно не просчитанные, непредсказуемые угрозы. И мы с китайцами предложили такой договор заключить. Все готовы начать переговоры — понятно, что это сложная работа, но у нас есть проект. Он достаточно глубоко проработан, мы открыты к обсуждению постатейно и открыты к поиску каких-то формулировок, которые позволят его согласовать и вывести на подписание. Американцы в одиночку пока блокируют эту работу. Тем временем мы, прекрасно понимая опасность такого развития событий, сейчас в ожидании, когда созреют условия для начала переговоров о юридически обязывающем документе, продвигаем политическую концепцию — призыв всем заявить о том, что каждая страна не будет первой, которая выведет оружие в космос. Есть такая резолюция Генеральной ассамблеи, которую мы вносим. Она принимается существенным большинством голосов, американцы против, и многие американские союзники уходят в воздержание при голосовании. Но проблема эта существует. И, конечно, если эти угрозы будут материализованы, нужно будет заблаговременно готовиться к каким-то действиям, которые позволят избежать худших сценариев, когда из космоса просто будут уничтожать объекты на земле. Это большая проблема. Она включает в себя и тему противоспутникового оружия. И чем скорее на конференции по разоружению в Женеве этот разговор начнется профессионально с участием и дипломатов, и военных, тем, наверное, будет лучше для всего человечества без исключения.

Но что касается заявления Майка Пенса о необходимости военного доминирования в космосе, то, учитывая, что США отказываются от переговоров, о которых я упомянул, это неудивительно. А доминировать у них в общем-то принято везде: не только в космосе — на земле, на суше, в воздухе. И это записано в их доктринальных документах. Так что здесь ничего удивительного нет, но, повторю, перенос этой логики на космическое пространство, конечно, будет весьма и весьма серьезным риском для всего человечества.

— Ну, по крайней мере, пока никаких ограничений американцы не чувствуют. Просто работают над доминированием. И, очевидно, России тоже стоит этим заниматься, поскольку ограничений нет?

— Мы, конечно же, видим, что делают наши американские коллеги, и, конечно же, мы не имеем права просто смотреть на все это сквозь пальцы.

— Если вернуться к химической теме, но уже на английской почве, вот эта история с BZ, как вам эта интрига? Потому что сейчас уже самая свежая информация, нам уже сообщают, что BZ как бы искусственно туда подмешали в швейцарской лаборатории для того, чтобы якобы проверить профессионализм, компетентность и так далее. Что-то такое…

— Ну объясняют так, что это специально было сделано для того, чтобы проверить профессионализм тех, кто будет проводить этот анализ. Но я не хочу сейчас вдаваться в детали. Все-таки там основная часть доклада была конфиденциальной. Но хорошо известно, что, обратившись к ОЗХО за техническим содействием, британцы не просто дали им пробу вещества с места происшествия, но сказали: "Вот вам проба, найдите в ней такое-то химическое вещество". То есть это было заказано. И эксперты ОЗХО, выполняя техническую функцию, подтвердили, что это было именно то вещество, о котором британцы им сказали, но это вещество было в очень чистом виде, очень высокой концентрации, что говорит о том, что оно было впрыснуто в эту пробу буквально перед началом анализа. Потому что за пару недель оно должно было уже подвергнуться метаболизму и было бы совсем другой консистенции. Параллельно, по крайней мере, в швейцарской лаборатории в городе Шпиц обнаружено было в пробе наряду с этим веществом, которое было заказано, и определенное количество вещества BZ, которое относится к веществам второй категории. Согласно Конвенции по запрещению химического оружия, это менее опасное соединение, нежели те, которые включены в первую категорию. Там очень много вопросов, и мы хотим просто на них получить ответ. И если то, что нам говорят про этот BZ, правда — ну так объясните. И, наверное, теперь, когда такие вопросы возникают, мы бы хотели посмотреть первичные результаты анализов не только лаборатории в Шпице, но и остальных трех лабораторий, куда параллельно были направлены эти пробы. Стало также известно, что эксперты ОЗХО брали пробы не согласно собственному разумению, а в тех местах, которые указывали британцы.

— Ну, собственно, из рук британцев.

— Из рук британцев. Ну или там в их присутствии. И также не было никакого самостоятельного, независимого обследования медиками ОЗХО пациентов, то есть все полагались исключительно на британских врачей. И ладно бы, если бы британцы были открыты в своих дальнейших действиях, если бы они показывали результаты своих собственных расследований. Они же все держат в секрете, так же, как они засекретили в свое время "дело Литвиненко". До сих пор материалы засекречены. Ну и вопросы, безусловно, накапливаются. Мы сформулировали почти пять десятков вопросов, которые сугубо профессиональны. В ответ нам говорят: "Нет, вы сначала ответьте на наши вопросы". А у них вопрос один, вернее два: "Это Путин приказал сделать или это вы просто потеряли контроль над своим химическим арсеналом?". Химическим арсеналом каким? Который был уничтожен и верифицирован ОЗХО в качестве уже уничтоженного при одобрении всего мирового сообщества? Они стали выдвигать обвинения, в том числе помощник премьер-министра написал открытое письмо генсекретарю НАТО. С какой стати, почему? Но в этом письме он приводит данные, которые, как они считают, должны всех убедить в правоте английских аргументов и обвинений в наш адрес. Среди прочего там сказано, что военная химическая программа в России тайно осуществлялась все нулевые годы. Что-то там уничтожалось — то, что было заявлено по линии ОЗХО, — но была еще тайная программа. Руководил ей — потом кто-то сказал — лично Путин. Но если это так, если они знали об этом все это время, придите в ОЗХО, ударьте в набат, требуйте, чтобы нас пригвоздили. Они же молчали. В этом письме утверждается, что метод отравления людей путем нанесения всяких отравляющих веществ на дверные ручки был разработан как такой прям трейдмарк, как наша фирменная идея, и что было это достаточно давно. Но если они знали, что наша фирменная идея отравлять через дверные ручки, и если они сразу обвинили именно нас в отравлении Скрипалей, почему же они про ручку-то вот этого дома Скрипалей вспомнили где-то, по-моему, на четвертую неделю, а сначала обследовали то такси, то скамейку, то ресторан. То есть это тоже нестыковочка. Ну и многое другое. Да, и говорят, что чуть ли не Главное разведывательное управление Генштаба Вооруженных сил Российской Федерации годами следило за электронной почтой Юлии Скрипаль. Но чтобы такое утверждать, надо тоже следить за электронной почтой Юлии Скрипаль. Так что здесь чем они больше пытаются оправдаться, тем больше вопросов возникает.

— Ну, если они берут пробу, позволяют себе что-то с ней сделать, там впрыскивают BZ либо что-то еще. То есть это относится к пробе, как сказать, фамильярно, я даже не знаю как. Более того, корректность забора этой пробы тоже ОЗХО не подтверждена. То есть они сначала туда впрыскивают одно-другое, потом дают ОЗХО. Как-то ОЗХО тогда в дурацком положении вообще? Что они исследовали тогда?

— Я не утверждаю, что они впрыскивали, что они пытались вводить в заблуждение…

– Ну они же сами сказали, что они впрыскивали BZ.

— Да-да-да. Но мы хотим понять, насколько это соответствует процедурам, потому что то, что мы сейчас знаем о том, как ОЗХО была принята в Великобритании по приглашению Лондона и как ОЗХО там работала, это не вписывается в те строгие, очень четкие процедуры, которые предусмотрены Конвенцией по запрещению химического оружия. Но мы не обвиняем. Мы задали несколько десятков вопросов. Мы хотим получить на них ответы. Причем ответы взрослых и профессиональных людей. Мы хотим профессионального разговора. Не знаю, может быть, придется ждать, когда появятся в британском правительстве профессионалы. Пока разговора не получается.

— Ну хорошо, а вот сейчас же складывается ситуация, что папаша — ладно, как говорится, он сам выбрал свой путь такой "скользкий" в жизни, но Юля-то на него точно не рассчитывала. Получается, что она поехала туда со сменой белья на несколько дней спросить благословения папы на замужество, а жизнь приняла совершенно другой оборот. Сейчас кто-то пишет письма от ее имени на кембриджском английском, и, в общем, человек-то пропал, то есть это же целая драма. Она — гражданка России. В ее планы не входило там оставаться, она сделала в квартире ремонт, у нее собака, жених, вся жизнь и так далее. Как это так вообще?

— Я считаю это просто возмутительным. Мы направили уже не одну ноту официальную с требованием обеспечить нам личный контакт с российской гражданкой, чтобы убедиться в том, что все, что от ее имени говорят нам англичане, что все это правда. Пока у нас такой уверенности совсем нет. И, вы знаете, это уже на самом деле переходит не только все этические, но и правовые границы. "Она с вами не хочет общаться", вот она об этом заявила. Но она об этом не заявляла, мы этого не слышали. Она говорила по телефону со своей двоюродной сестрой, Виктория ее, по-моему, зовут, где-то полторы минуты. Виктория об этом рассказывала в нескольких интервью. И у нее была тревога, у Виктории, по поводу того, как звучала Юлия. Так что, если Юлия не хочет с нами общаться, то мы хотим, чтобы она нам это сказала сама. Во многих ситуациях, когда наши сограждане решают уехать в другую страну или попадают в беду, а мы хотим им предоставить консульскую помощь, а они от нее отказываются, — мы в этом убеждаемся в рамках личного свидания. Пусть это будут 10 секунд, она скажет: "Спасибо вам большое, я не нуждаюсь в ваших услугах".

А насчет Сергея Скрипаля — вы сказали, что он сам выбрал свой путь. Вы знаете, он был осужден, по-моему, отбывал срок где-то года четыре. И как раз тогда состоялся обмен на то, что у нас принято называть "группой Чапман": на нескольких людей, которые шпионили в пользу Соединенных Штатов, Великобритании. И этот обмен состоялся, он был освобожден из заключения, переехал на свою новую родину и жил не тужил. Если бы кто-то хотел в Российской Федерации — как сейчас говорят, у вас у единственных был мотив, — если бы кто-то хотел от него избавиться, отомстить ему, то зачем его было отдавать в обмен на наших разведчиков?

Знаете, у меня много друзей-разведчиков, я очень ценю наши отношения, очень ценю их специальность. И когда я сейчас слышу, что, в том числе, к сожалению, некоторые наши политологи, назову их так, делают заявления о том, что святое дело перебежчиков устранить, ликвидировать, — это на самом деле оскорбительно для разведсообщества любой страны мира, потому что в любой разведке вам скажут: если человека поменяли, то его трогать нельзя. Все. Вопрос закрыт. Он, не знаю, "рассчитался", не "рассчитался". И это вот разведчики очень хорошо знают.

— Я не в том смысле, что его надо устранять. Он сам выбрал свой путь, он выбрал тех своих партнеров. И именно эти партнеры с ним сейчас делают все, что хотят. Вот это определенная, так сказать, стезя. А Юлия-то вообще. Ну и "выдыхаются" ли здесь обещания?

— Здесь?

— Да, вот вы говорили, что эта история с Думой во многом "выдыхается". Да, здесь, в этом случае?

— По крайней мере, если проанализировать то, что они отвечают на наши вопросы сугубо конкретные, отметая все как выдумки, и вот как мантру твердят, что ни у кого нет сочетания опыта, вернее, возможностей произвести такое вещество, ни у кого нет опыта применения такого вещества в противоправных целях и ни у кого нет мотивов. Вот что говорит Борис Джонсон. И это тоже, знаете, полное незнание предмета. Могли бы уже за месяц с лишним как-то попросить или представить справки профессиональные. Этот так называемый "Новичок", эта классификация придумана не нами. Назвали его так на Западе. Да, у нас были разработки, и один из разработчиков — этот Мирзаянов. Он иммигрировал, уехал в Соединенные Штаты, опубликовал эту формулу. Это вещество было запатентовано, состояло на вооружении или в пользовании находилось различных институтов, биологических и химических, армии Соединенных Штатов. И оно производится элементарно. Было сейчас заседание исполнительного совета (ОЗХО — прим. ред.), и мы задали вопрос о том, как лаборатория в этом городе Шпиц, как нам удалось выяснить, убедилась в том, что это именно то вещество, о котором идет речь? Значит, у нее был прототип или, как это называется, маркер. Сказали: нет, ей дали формулу. И эта лаборатория в течение нескольких дней или, может, часов просто это вещество синтезировала. То есть сделать его не составляет никакого труда при наличии формулы, которая была опубликована в конце прошлого века. Так что и здесь совершенно непонятно, почему уважаемым членам британского кабинета, включая премьер-министра, никто не может эту информацию предоставить?

— Есть еще одна тема в мировой повестке, которая широко обсуждается: предстоящий саммит двух Корей, и президент Трамп говорит, что он в ближайшие недели увидится с Ким Чен Ыном. Места выбираются, и Россия даже предлагает это сделать в России.

— Нет, я не слышал об этом. Это, может, кто-то фантазирует и делает предположения. Упоминались и некоторые европейские страны, упоминалась Монголия, упоминалась деревушка на границе демилитаризованной зоны.

— Мы готовы предложить нашу (территорию. — Прим. ред.)?

— Нет. Я не думаю, что нам стоит активничать в этом вопросе, проявлять какую-то инициативу. Это саммит, которого, наверное, все ждут. Потому что это шаг от перспективы военного кризиса, военного решения этой проблемы — проблемы Корейского полуострова. И мы очень надеемся, что он даст старт процессу деэскалации напряженности. По сути дела, когда Россия и Китай чуть меньше года назад, в июле прошлого года, выдвинули идею дорожной карты, там как раз и шла речь о том, чтобы начать диалог между двумя Кореями и между Северной Кореей и Соединенными Штатами и создать какую-то рамку, которая позволит обсуждать взаимные претензии и взаимные озабоченности. Мы все хотим денуклеаризации Корейского полуострова. Но ее можно по-разному осуществить. То, что мы сейчас читаем об идущих внутри американской администрации разговорах, как бы показывает, что там много желающих сделать это быстро. Я не думаю, что быстро получится, учитывая, во-первых, то, что произошло или происходит вокруг иранской ядерной программы, когда договоренность сейчас — под огромным знаком вопроса. И вот в мае в очередной раз президент США должен сертифицировать, что приостановка санкций будет продолжена, а если нет, тогда это будет означать выход из той договоренности.

Поэтому, наверное, в Пхеньяне смотрят на эту картину и прикидывают, примеряют ее на себя. Так что если, нет, надо обязательно добиваться денуклеаризации, но надо быть реалистами, это будет процесс очень непростых переговоров. Потому что в обмен, особенно с учетом иранского опыта, конечно, Северная Корея захочет непробиваемых гарантий безопасности. В каком виде — сейчас сказать невозможно. Но и это было бы безусловно прекрасным решением. Но повторю: начать бы диалог и завязать бы этот диалог на встрече двух лидеров. А потом предстоит очень непростая работа, частью которой обязательно должна быть дискуссия более широкого плана о механизмах мира и безопасности в Северо-Восточной Азии. Это уже с участием и России, и Китая, и Японии, конечно же. Как, собственно, договаривались в свое время участники шестисторонних переговоров. Но мы приветствуем и предстоящий межкорейский саммит, который будет уже в апреле, и предстоящий в мае-июне, как сказал президент Трамп, американо-северокорейский саммит.

— Вы говорите о диалоге. Не чувствуете ли вы себя старомодным в складывающихся реалиях? Трамп говорит, ведь Трамп идет на эту встречу не для диалога, а он идет туда с ультиматумом. Он уже сказал, что если не пойдет, то я встану из-за стола и покину это дело, какой диалог? А вы, так сказать, романтически мыслите категориями диалога. Я понимаю, что это благородно, но насколько это близко к реальности? Он-то с ультиматумами.

— Мы не можем желать провала этой встрече. И я думаю, знаете, когда перед началом серьезного разговора — как на ринг выходят боксеры, перед этим они взвешиваются и "петушатся" друг перед другом, а потом начинают уже бой. А после боя обнимают друг друга, поздравляют друг друга. Я не хочу прямой аналогии проводить, но поднять ставки перед началом серьезного разговора — это ведь не новость в мировой дипломатии. Посмотрим.

Великобритания. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > newskaz.ru, 20 апреля 2018 > № 2577605 Сергей Лавров

Полная версия — платный доступ ?


Великобритания. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573371 Дэниел Триллинг

Огни вдалеке: почему беженцам не удается стать частью Европы

Миграционная политика Евросоюза создает тупик для интеграции беженцев и играет на руку ультраправым движениям.

Виталий Атанасов, Open Democracy, Великобритания

Британский журналист Дэниел Триллинг известен своими материалами о беженцах, европейских границах и миграционной системе. Его тексты публиковались The Guardian, Al Jazeera, The London Review of Books, Newsweek, New Statesman и другими изданиями. Новая книга журналиста «Огни вдалеке» (Lights in the Distance), посвященная историям поиска убежища, выйдет в издательстве Picador в мае 2018 года. Недавно Триллинг был награжден премией Migration media award за свои репортажи о судьбах беженцев в Европе.

— Тема беженцев стала ключевой для европейских медиа и политиков 2015 году. Когда вы впервые занялись этой темой, и каким был ваш первый материал о беженцах?

Дэниел Триллинг: В 2012 году я посетил Афины, чтобы исследовать подъем ультраправых движений, которые в то время были главным предметом моих интересов. Там я отправился на интервью с группой афганских беженцев, ставших жертвами неонацистского насилия, и я был по-настоящему шокирован тем, что обнаружил. Эти люди жили в частной квартире в одном из пригородов Афин и теоретически были свободны, но в реальности они оказались в ловушке: не только по причине угроз и нападений со стороны Золотого Рассвета (неонацистская партия в Греции — прим. ред.), но и из-за полицейского насилия, из-за стремления и пограничной системы Европейского союза поставить под контроль передвижение беженцев и из-за неработающего в Греции механизма получения убежища. Мне стало интересно, как эта система функционирует, и как она повлияла на жизни тех, кто с ней столкнулся. Поэтому я отправился в разные части ЕС и в граничащие с ЕС страны, такие как Украина и Турция, где встречался с беженцами и другими мигрантами, а затем следовал за ними в их путешествиях.

— Европейский союз укрепляет границы для противодействия мигрантам. Что изменил так называемый «кризис беженцев» — с какими новыми препятствиями сталкиваются искатели убежища?

— 2015 год стал годом политических колебаний. Сначала, в апреле два кораблекрушения возле побережья Ливии, спровоцировали панику среди европейских лидеров. Через несколько месяцев ноябрьские атаки в Париже переместили фокус дебатов с гуманитарных соображений на безопасность, и ЕС устремился к тому, чтобы восстановить старую систему, нацеленную на то, чтобы не давать как можно большему числу беженцев добраться до европейских границ — а тех, кто доберется, задерживать в странах Юга и восточноевропейских государствах.

Эта система становится все более милитаризированной: с 2012 года в Греции, Болгарии, Венгрии и других странах были построены или расширены пограничные ограждения и сети наблюдения, а в Средиземном море были усилены патрули безопасности. Внутри ЕС все больше используются отдаленные лагеря и центры содержания под стражей (особенно в Греции и Венгрии), вводится расовый профайлинг во время полицейского контроля на внутренних шенгенских границах (например, на границе между Францией и Италией), а оказание помощи беженцам нередко криминазилируется (так что преследованиям начинают подвергаться уже граждане ЕС). ЕС также передал пограничный контроль на аутсорсинг в другие страны: сделка с Турцией, которая снизила число сирийцев и других беженцев, пересекающих Эгейское море в начале 2016 года, сопровождалась попытками заключить аналогичные сделки или инвестировать в пограничный контроль, или оказывать давление на страны в различных частях Азии, Африки и на Ближнем Востоке с тем, чтобы они принимали депортированных из ЕС беженцев.

Внедрение этой системы имело три важных последствия. Во-первых, подрываются принципы международной защиты беженцев, установленные Конвенцией ООН 1951 года, которые заключаются в том, что беженцы не должны подвергаться наказанию за попытку пересечения границы без разрешения, что их не следует депортировать в небезопасные страны, и что каждый человек заслуживает индивидуального подхода. Во-вторых, это создает больше насилия и нестабильности в странах, не входящих в ЕС, прежде всего в Ливии. Евросоюз фактически препятствует спасению на море и разворачивает лодки контрабандистов, в результате чего тысячи мигрантов оказались в ливийских центрах содержания под стражей, где они подвергаются насилию, пыткам и в некоторых случаях попадают в рабство. Недавняя попытка Италии выплатить ливийским бандам контрабандистов деньги за то, чтобы те прекратили отправлять мигрантов в море, также способствовала обострению борьбы между соперничающими вооруженными группировками. В-третьих, усилились противоречия в Европе: между мигрантами и той частью населения, которая опасается их прибытия; между государством и людьми, которые образуют сети солидарности для помощи мигрантам. Об этом и о том, как границы функционируют в глобальном масштабе, я писал здесь.

— В прошлом мигранты и беженцы не раз становились объектами спекуляций и нагнетания страха в таблоидах и желтой прессе. Во время нынешнего кризиса это просто повторилось вновь или есть нечто новое в том, как консервативная пресса освещает тему?

— Я буду говорить в общем, поскольку не могу следить за работой медиа в каждой европейской стране и на каждом европейском языке — но я считаю, что освещение кризиса беженцев было, прежде всего, фрагментарным. Что мы имеем, так это кризис европейской пограничной системы, проявляющий себя в разных местах в разное время: в центральном Средиземноморье, Эгейском море, Греческих островах, южной Италии, Балканах, Германии, Франции и т. д. Каждый раз, когда возникала новая ситуация, мы видели как новостные СМИ спешили осветить ее. Если какое-то СМИ хотело вызвать симпатию, оно сосредотачивалось на человеческих потребностях и отчаянии. Если медиа хотели вызвать враждебность, то транслировали хаос, гнев или насилие. Зачастую можно было увидеть в деле одновременно оба эти подхода.

Однако такое освещение не могло показать более общую картину. Например, никак не принималось во внимание то, что нередко беженцы были вынуждены выбирать определенный маршрут просто, потому что другие пути им были закрыты — например, одна из причин, по которой люди добирались по морю из Турции в Грецию в 2015 году, а не пересекали границу между этими странами по суше, состояла в том, что эта граница была полностью перекрыта в 2012 году. Кроме того, на протяжении длительного времени страны ЕС систематически снижали возможности для других, законных и безопасных способов соискания убежища — таких как обращение с просьбой о предоставлении убежища в зарубежных посольствах.

Без такого контекста значительная часть репортажей в средствах массовой информации — даже в случае благонамеренного освещения — создавала впечатление непреодолимой и беспрецедентной волны беженцев, возникшей, казалось бы, из ниоткуда. На мой взгляд, выход из этого заключается в том, чтобы журналисты не только предоставляли адекватный контекст, но и думали о людях, которые отправились в такой длительный путь, как об индивидуумах с политической волей, личностях, попытавшихся взять под контроль свои собственные жизни. Благонамеренный стереотип о беженце как невинном ребенке — хотя, конечно, существуют уязвимые дети, нуждающиеся в помощи — также может нанести вред.

Вы правы в том, что мигранты и беженцы всегда были в фокусе внимания расистских СМИ. В этом смысле ничего не поменялось и на этот раз: опять зазвучали знакомые мотивы про «вторжение чужаков», «столкновение цивилизаций» Ислама и Запада, якобы дикое или некультурное поведение мигрантов. Что было особенного, так это то, что все эти мотивы объединились, сформировав новый, специфически европейский расизм, возвышающийся над различными национальными формами. Бенедикт Андерсон описывал нации как «воображаемые сообщества»; Европейский Союз — это еще один вид воображаемого сообщества — как формирующий реальность на местах, так и подвергающийся воздействию этой реальности. ЕС создал границу, которая отделяет его от остального мира; и поэтому люди, которые пересекают эту границу без разрешения, рассматриваются в качестве угрозы для проекта Евросоюза и паневропейской идентичности.

— Насколько отличаются то, как СМИ разных стран освещали тему беженцев?

— Некоторые из общих тем, которые я описал выше, были схожи по всей Европе, если судить по тому, что я видел. Но меня интересует то, как они достигают различных политических целей. Возьмем, к примеру, знаменитую фотографию беженцев, проходящих через Словению с полицией в октябре 2015 года.

Для немецкого издания, поддерживающего Меркель, это фото может быть доказательством того, что Европа должна действовать сообща, чтобы помочь разместить беженцев (или хотя бы сирийцев, которые среди них есть). Для издания, которое поддерживает венгерского президента Орбана, это фото может стать аргументом в пользу того, что «христианская» Европа должна построить стены, чтобы защитить цивилизацию от мусульманских пришельцев. В Британии это изображение было использовано праворадикальной партии UKIP на рекламном постере для агитации за Brexit во время референдума 2016 года. Постер намекал на то, что проблема не столько в беженцах, сколько в самом Евросоюзе. В контексте постера UKIP люди заметили схожесть этого изображения с нацистским пропагандистским фильмом о еврейских беженцах перед Второй мировой войной — однако это было полной противоположностью тому, что хотел показать сам автор упомянутой фотографии.

Медиа будут использовать одни и те же базовые ингредиенты для абсолютно разных задач — вот почему важно уделять внимание тому, как истории сконструированы и в каком контексте они представлены. Если вам интересна эта тема, то Сеть этической журналистики опубликовала исследование о том, как европейские и международные СМИ освещали кризис беженцев 2015 года и обнаружили некоторые основные проблемы.

— Ваша новая книга выйдет весной 2018 года. О чем она?

— Эта книга — портрет пограничной системы ЕС, увиденный глазами беженцев, столкнувшихся с ней. За несколько лет я следовал за дюжиной самых разных людей из Африки, Азии и Ближнего Востока, и книга подробно рассказывает их истории.

В нем также есть глава об Украине, вкратце сравнивающая путешествие, которое некоторые члены моей семьи совершили в 1920 году — они выехали из Киева в Берлин во время гражданской войны, а затем из Берлина в Лондон в 1939 году — с путешествием сомалийских беженцев и украинских переселенцев сегодня.

Был ли так называемый «кризис беженцев» использован российским правящим классом и контролируемыми ими СМИ для ослабления Европы, а также для усиления националистов и правых радикалов? Или это очередная теория заговора?

Некоторые комментарии действительно напоминали теорию заговора. Заявление главы НАТО о том, что Путин использовал беженцев в качестве орудия для разрушения Европы — это обвинение звучало всюду — думаю, это нонсенс. Оно приписывает России силу, которой она не обладает: Россия относительно слаба, и именно поэтому она спровоцировала и участвовала в войне для дестабилизации Украины, поэтому осуществила жесткое вмешательство для поддержки режима в Сирии. Этот подход также упускает из виду роль европейской пограничной системы в создании кризиса беженцев. Именно эта система вынуждает беженцев выбирать все более опасные и хаотичные маршруты. Он также не учитывает роль западных держав в других конфликтах: сирийцы составляют примерно половину от всех беженцев, прибывших в Европу в последние годы, однако есть и значительное число людей из Ирака, Афганистана и разных частей Африки. При этом, беженцам из Африки, чтобы попасть в Европу, нужно сначала прорваться через хаос, охвативший Ливию.

Тем не менее, понятно, что связанные с Кремлем группы влияния внутри России стремились усугубить социальную напряженность и оказать поддержку крайне правым, антииммигрантским движениям в ряде европейских стран. Одним из недавних примеров является исследование Лондонской школы экономики, показавшее, что пророссийские группы помогали продвигать Альтернативу для Германии (AfD) в преддверии парламентских выборов в этом году. В прошлом году стало известно, что французский Национальный фронт получил кредит от российского банка. Российские медиа время от времени распространяли слухи об угрожающем поведении беженцев в Европе, например, как в случае с заявлением об изнасиловании девушки российского происхождения в Берлине, которое впоследствии оказалось неправдой. И в более широком смысле международная сеть Russia Today предлагает платформу для европейских крайне правых голосов, а также некоторых из левых, таким образом, что кажется будто Европу раздирают неразрешимые социальные конфликты. (Спойлер: это не так, и это в наших силах преодолеть существующие противоречия.)

Но расизм и национализм начинаются дома. Правящий класс России вполне может видеть свои интересы в продвижении реакционных националистических взглядов, чтобы вызвать враждебность по отношению к мигрантам в Европе. Но он не может создать эти явления из ничего. Рост европейских крайне правых партий проистекает из кризиса политического представительства, где господствующие левые и правые в той или иной степени принимают неолиберальную идеологию: рыночные ценности — это ценности, которые управляют обществом; государство существует не для того, чтобы что-то строить, но только чтобы обеспечить порядок. При этом альтернативы этой парадигме обесцениваются. Когда крайне правые движения оспаривают это положение вещей, обращаясь к националистическим или расистским настроениям, их пламя часто раздувается реакционным освещением в средствах массовой информации, и правящие партии склонны к тому, чтобы впитывать этот месседж, а не выступать против него. Национализм — это клей, который элиты используют в попытке сохранить единство в обществах, раздираемых неравенством и несправедливостью. Это проблема, с которой мы все сталкиваемся.

— Как изменилась Европа в результате этих событий? Сохраняют ли СМИ интерес к теме беженцев?

Убежище и миграция — постоянная тема, представляющая интерес для европейских СМИ, но в настоящее время она в значительной степени отошла на задний план. Что касается того, как изменилась Европа… Об этом еще рано говорить: число беженцев, которые прибыли в 2015 году, относительно невелико — менее миллиона, при населении Европейского Союза в 508 миллионов человек. Но то, как они прибывали, было хаотичным, и есть серьезные вопросы о том, как мы можем обеспечить друг друга всем необходимым, жить вместе, укреплять общество. Это не просто вопросы о беженцах и «местных»; они также применимы к сообществам, пострадавшим от политики жесткой экономии или экономического неравенства и деиндустриализации. Можем ли мы строить сети, которые формируются в ответ на кризис? Можем ли мы убедить людей, которые настроены скептически или враждебно, что у нас общие интересы? Здоровые СМИ помогут нам обсудить эти вопросы.

Великобритания. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573371 Дэниел Триллинг


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 16 апреля 2018 > № 2588847 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова для программы «Хард ток» на телеканале «Би-Би-Си», Москва, 16 апреля 2018 года

Вопрос: На прошлой неделе весь мир был глубоко обеспокоен в связи с возможностью прямого военного противостояния между США и Россией. Как Вы считаете, насколько близко мы подошли к такому развитию событий?

С.В.Лавров: Я не считаю, что мы подошли уж очень близко. Я считаю, что данную ситуацию создали наши западные коллеги, которые повели себя крайне безответственно. Они обвинили сирийские власти в применении химического оружия против мирного населения и заодно обвинили нас как союзников сирийского Правительства. Причем они сделали это, не дожидаясь, пока инспекторы ОЗХО осмотрят место происшествия. На самом деле, именно в тот момент, когда представители ОЗХО были готовы отправиться из Ливана в Сирию, и были нанесены эти удары. Как объяснили наши военные, канал связи для предотвращения непредвиденных инцидентов (так называемый «деконфликтинг») постоянно работает.

Вопрос: Я хочу кое-что уточнить, и давайте попробуем обойтись без профессионального жаргона. Я правильно понимаю, что Соединенные Штаты и их союзники заранее проинформировали вас о готовящихся ударах, и вы со своей стороны заверили их, что со стороны России не последует ответного удара?

С.В.Лавров: Я бы предпочел не вдаваться в детали относительно этих рабочих контактов между нашими военными. У военных России и США имеется канал связи как между двумя столицами, так и в самой Сирии, и наши военные весьма профессионально обсуждают между собой все подобные вопросы. Они прекрасно понимают друг друга. Возможно, они как никто другой понимают всю опасность подобных авантюр.

Вопрос: Г-н Лавров, этот кризис ведь еще не закончился, правда?

С.В.Лавров: Это зависит от тех, кто устроил весь этот кризис.

Вопрос: Если посмотреть на заявления ваших дипломатов, вывод напрашивается сам собой. Так, например, ваш посол в США заявил, что эти авиаудары не останутся без последствий. Владимир Путин назвал это незаконным актом агрессии. Мир хочет знать: что Россия намерена делать?

С.В.Лавров: Это констатация факта. А последствия, несомненно, будут. Мы, я бы сказал, утратили последние остатки доверия по отношению к нашим западным друзьям, которые предпочитают опираться в своих действиях на очень странную логику - «наказания без вины не бывает». Например, они сначала наказывают нас за Солсбери, а потом ждут, когда Скотленд-Ярд закончит расследование. Сначала наказывают за Думу в Сирии, а потом ждут, когда эксперты ОЗХО приедут и осмотрят место происшествия. То есть эта «тройка» западных стран действует по принципу «раз наказали, значит виноват».

Вопрос: По поводу тех инцидентов, о которых Вы только что упомянули, — Думы и дела Скрипалей — мы с Вами еще поговорим подробно. Но сначала я хотел еще поговорить с Вами о состоянии наших дипломатических отношений. Постоянный представитель США при ООН Н.Хейли заявила, что Соединенные Штаты остаются «в полной боевой готовности». Как бы Вы отреагировали на такого рода заявление?

С.В.Лавров: Мне кажется, им сначала нужно навести порядок у себя дома, в Вашингтоне. Мы полагаем, что такого рода заявления может делать только или верховный главнокомандующий, или военное руководство. У российских и американских военных, как я уже сказал, есть канал связи для предотвращения непредвиденных инцидентов, но это конфиденциальная информация.

Вопрос: Вы говорите о дефиците доверия, вернее, Вы говорите о полном отсутствии доверия.

С.В.Лавров: Я сказал, что мы утратили последние остатки доверия. Остатки — это еще не полное отсутствие.

Вопрос: Я хочу задать еще один очень простой вопрос. Когда Вы, Министр иностранных дел Российской Федерации, утром просыпаетесь и читаете в «Твиттере», что Президент и верховный главнокомандующий США фактически угрожает вам и говорит: «Готовься, Россия! Сейчас к вам прилетят наши хорошие, новые, умные ракеты!», что Вы по этому поводу думаете?

С.В.Лавров: Я думаю по этому поводу, что Президент США написал что-то в «Твиттере».

Вопрос: И как Вы реагируете на его твиты?

С.В.Лавров: Как говорится, все познается на практике. Мы решили посмотреть, как эти «новые», «умные» и «хорошие» ракеты покажут себя во время удара. По нашим подсчетам, две трети ракет не достигли цели, поскольку были благополучно сбиты.

Вопрос: Но никаких доказательств у вас нет, правильно?

С.В.Лавров: Министерство обороны России представило свою оценку и готово к профессиональной дискуссии по данному вопросу.

Вопрос: Мы еще вернемся с Вами к вопросу о достоверности той информации, которую предоставляют все участники этого конфликта, но сейчас давайте еще немного поговорим о дипломатии. Премьер-министр Великобритании Т.Мэй, и французский Президент Э. Макрон очень четко отметили в своих заявлениях, что единственной целью этой операции было предотвратить дальнейшее применение химического оружия сирийскими властями. Операция не преследовала цель каким-то образом повлиять на ход сирийского конфликта и уж, конечно, не была направлена на смену режима в Дамаске.

С.В.Лавров: Это они так сказали.

Вопрос: А Вы с этим не согласны?

С.В.Лавров: Нет, не согласны. Ваша программа называется «Хард ток» – «Непростой разговор», а нам нужны «хард фэктс» — конкретные факты. А все эти заявления про «хайли лайкли» (с высокой долей вероятности) выглядят попросту смехотворными.

Вопрос: Простите, когда Вы говорите «с высокой долей вероятности», Вы что имеете в виду? Заключение экспертов о том, что силы Президента Б.Асада применили в Думе химическое оружие?

С.В.Лавров: Нет, когда я говорю про выражение «хайли лайкли» (с высокой долей вероятности), я имею в виду, что это новое изобретение британской дипломатии, которым Великобритания прикрывается, когда наказывает людей. Она заявляет, что эти люди «с высокой долей вероятности» виновны. Знаете, у Л.Кэрролла в книжке «Алиса в Стране чудес» есть сцена суда, и там, когда король спрашивает: «Может, сначала выслушаем присяжных?», королева кричит: «Никаких присяжных! Сначала приговор, а потом уж вердикт присяжных!» Вот это и есть — «с высокой долей вероятности».

Вопрос: Хорошо, это Ваше мнение. Давайте теперь поговорим о том, что случилось в Думе. Но прежде позвольте задать Вам очень простой вопрос. Россия выступает против применения химического оружия и считает, что те, кто применяет химическое оружие, должны понести наказание, правильно?

С.В.Лавров: Это вопрос? Я думал, Вы намного лучше информированы относительно российской позиции по данному вопросу. Вы задаете вопрос, ответ на который очевиден.

Вопрос: Да, действительно, все очевидно — вы подписали все соответствующие договоры, вы разделяете решимость международного сообщества добиться полного запрещения химического оружия.

С.В.Лавров: Более того, в 2017 году мы завершили программу по уничтожению химического оружия в России, и этот факт был официально верифицирован ОЗХО. Весь Исполнительный комитет ОЗХО приветствовал этот шаг. А вот США, к сожалению, пока не выполнили взятых на себя обязательств, а вместо этого предпочитают бесконечно откладывать это дело на более поздний срок.

Вопрос: Хорошо, пусть это все очевидные вещи, и мы прекрасно понимаем, какова официальная позиция России по данному вопросу. Но в таком случае вы же хотите, чтобы люди, виновные в применении химического оружия в Думе (а то, что оно там действительно применялось, подтверждается многочисленными свидетельствами), понесли наказание?

С.В.Лавров: Подождите, подождите. Вы опять жонглируете фактами. Нет никаких доказательств того, что 7 апреля в Думе применялось химическое оружие.

Вопрос: Но ведь Э.Макрон и другие представители Франции четко сказали, что у них есть разведданные о полетах вертолетов сирийских правительственных сил над Думой. У них есть снимки газовых баллонов, найденных на месте атаки. Кроме того, мы знаем, что за последние несколько лет сирийские власти уже не раз применяли химическое оружие.

С.В.Лавров: Я не могу позволить себе невежливо высказываться в отношении глав других государств (разумеется, по отношению к главе моего государства я тоже не могу быть невежливым). Вы цитировали тут лидеров Франции, Великобритании и США. Но ведь откровенно говоря, все те доказательства, на которые они ссылаются, почерпнуты из средств массовой информации и социальных сетей. Например, те баллоны, о которых Вы говорите. Я видел эту фотографию - газовый баллон лежит на кровати, кровать при этом не сломана, окно не разбито. Слушайте, давайте уже как-то посерьезнее, а? Хорошо, вот Вы мне объясните одну вещь: зачем бомбить, если на следующий день инспекторы ОЗХО должны были прибыть на место и во всем разобраться?

Вопрос: Американский представитель в ОЗХО говорит о том, что есть серьезные основания опасаться, что Россия пыталась уничтожить улики в Думе. Вы можете со своей стороны заверить нас, что Россия не делала ничего подобного?

С.В.Лавров: Да, могу. Но я хочу сказать, что тут такая же логика, как у Т.Мэй по поводу Солсбери. Когда мы задали десятки вопросов, когда мы просили организовать совместное расследование, когда мы просили предоставить нам доступ к процессу взятия проб, она отвечала, что они не будут отвечать ни на какие вопросы, пока Россия не ответит на все их вопросы. Но ведь единственный вопрос, который они нам задали, был такой: «Рассказывайте, как вы все это устроили. Это В.В.Путин приказал отравить этих двух несчастных людей? Или вы уже не контролируете свои запасы химического оружия?» Для любого разумного человека в этой ситуации все должно быть совершенно ясно. Но давайте вернемся к Думе.

Вопрос: Да, давайте вернемся к Думе и к вопросу о том, кому можно верить, а кому нельзя. Сначала Вы заявили, что никакого инцидента в Думе не было. Потом Вы изменили свою позицию и сказали, что что-то там действительно случилось, но это была инсценировка, сфабрикованная какими-то русофобскими странами.

С.В.Лавров: Инцидента действительно не было. Была инсценировка. Никакого химического оружия при этом не применялось.

Вопрос: Вы считаете, что Великобритания причастна к этой имитации применения химического оружия в Думе?

С.В.Лавров: На этот счет история знает некоторые прецеденты за последние десятилетия. Что мы действительно считаем, и наши спецслужбы могут поделиться необходимой информацией со своими британскими коллегами, так это…

Вопрос: Но Вы же говорите, что у Вас есть неопровержимые доказательства того, что все это фальшивка, фейк, инсценировка. Вы говорите, что к этому имеют какое-то отношение волонтеры из организации «Белые каски». Где же Ваши неопровержимые доказательства?

С.В.Лавров: Чтобы были неопровержимые доказательства, нужно, чтобы место осмотрели эксперты.

Вопрос: Где неопровержимые доказательства того, что это все организовали «Белые каски» при поддержке британского правительства? Вы подвергаете сомнению слова других. А разве вам самим можно верить?

С.В.Лавров: Я говорил, что «Белые каски», как известно, работают только на территории, контролируемой оппозицией, в том числе группировкой «Джабхат ан-Нусра». Известно, что «Белые каски» год назад уже «били в набат» по поводу инцидента, якобы имевшего место в Хан-Шейхуне, который на поверку оказался фейком от начала до конца. Все знают, что «Белые каски» финансируются рядом государств, в том числе Великобританией.

Вопрос: Но ведь это же не неопровержимые доказательства?

С.В.Лавров: Секундочку. Неопровержимые доказательства чего?

Вопрос: Вы говорили, что у Вас есть неопровержимые доказательства того, что некая русофобская страна (имеется в виду Великобритания) работала совместно с «Белыми касками» для того, чтобы инсценировать инцидент.

С.В.Лавров: Подождите секундочку. С чего Вы решили, что я имел в виду Великобританию? Не нужно приписывать мне то, чего я не говорил. Я сказал «государство, которое рвется быть в первых рядах русофобской кампании». Так что постарайтесь цитировать меня без искажений, а то получается не очень профессионально.

Так вот, если говорить о неопровержимых доказательствах, инспекторы ОЗХО согласились провести расследование по поводу того, что случилось в Думе. Они приехали в Ливан. Сирийские власти сообщили им, что, как только они прибудут на границу, им незамедлительно выдадут визы. Через семь часов после этого по Сирии был нанесен удар. Зачем же было это делать за день до прибытия инспекторов?

Вопрос: Если окажется, что правительства Франции, Великобритании и Соединенных Штатов правы, а вы ошибались, и если Президент Сирии Б.Асад продолжит применять химическое оружие, как он это делал в 2013 году в Гуте, где в результате погибло порядка тысячи человек, или как он это делал год назад в Хан-Шейхуне, или как он это делал сейчас в Думе (как говорят американцы и их союзники), если окажется, что они все правы, а вы ошибались, Вы согласитесь, что Президент Сирии Б.Асад должен понести наказание?

С.В.Лавров: Знаете, Вы меня не слышите. Вернее, Вы меня даже не слушаете. Я только что сказал, что агрессивные действия были предприняты меньше чем за сутки до того, как на место предполагаемого инцидента должны были прибыть международные инспекторы, в том числе, насколько я понимаю, и граждане США.

Теперь по поводу того, что случилось год назад в Хан-Шейхуне. Это было 4 апреля. На следующий день мне позвонил Госсекретарь США Р.Тиллерсон и попросил договориться с сирийскими властями, чтобы те разрешили международным инспекторам осмотреть авиабазу, с которой взлетел самолет, который якобы и нес эту химическую бомбу. На следующее утро мы сказали американцам, что согласие получено. Они ответили, что «не нужно, спасибо», и на следующий день нанесли авиаудар. Мы попросили, чтобы на место выехали инспекторы ОЗХО, но нам сказали, что там слишком опасно и что в этом в любом случае нет необходимости, поскольку у британцев и французов уже имеются все необходимые пробы. Мы тогда обратились к британцам и французам с просьбой объяснить нам, как им удалось получить пробы из такого опасного места. Возможно, у них есть какие-то контакты с “Белыми касками”, которые контролируют эту территорию. Они нам ответили, что это секретная информация. Так что у нас гораздо больше фактов, которые нам хотелось бы прояснить, и гораздо больше законных вопросов в ответ на вопросы, которые мы слышим от западных лидеров и западных СМИ: «Зачем вы это сделали? Зачем вы применили химическое оружие в Великобритании? Зачем вы покрываете Б.Асада?». А теперь вы, отталкиваясь от этих заявлений, говорите: «А если вдруг выяснится, что вы ошибались, тогда что?» Очень интересно получается.

Вопрос: Вы – глава российской дипломатии. Если будут дальнейшие инциденты с применением химического оружия, а США, Великобритания, Франция и другие страны решат, что это дело рук Б.Асада, будут новые, еще более масштабные удары. К чему это может привести? Последуют ли ответные шаги со стороны России?

С.В.Лавров: Прежде чем говорить о «дальнейших инцидентах», надо сначала доказать, что Б.Асад действительно применял химическое оружие.

Вопрос: Я задал очень простой вопрос, и весь мир хочет знать на него ответ. По словам Н.Хейли, США находятся «в полной боевой готовности». Если Вашингтон снова заподозрит Б.Асада в применении химического оружия, независимо от Вашего мнения, он снова применит оружие, и удар будет еще масштабнее. Как отреагирует Россия?

С.В.Лавров: Я не занимаюсь гаданием, я оперирую фактами. Некоторое время назад три западные страны, которые сейчас раскручивают эту истерию, предупредили, что в случае применения Б.Асадом химического оружия они применят силу. Я рассматриваю это как сигнал «плохим парням», в частности «Белым каскам», для проведения провокации. Теперь, после авиаудара 14 апреля, они снова заявляют, что в случае дальнейших инцидентов они снова применят силу. Фактически, это сигнал боевикам и экстремистам к возобновлению военных действий, и они на него откликнулись. Сразу же после авиаудара они предприняли попытку наступления на Дамаск. Но я сейчас хочу сказать вот о чем. Когда кто-то пытается возложить на Россию ответственность за выполнение Б.Асадом обязательств по Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО), это просто возмутительно. Мы проводили эту работу совместно с США.

Вопрос: Последний вопрос по дипломатии, и потом я хотел бы перейти к другим темам. Сегодня США предложат на рассмотрение Совбеза ООН новую резолюцию, цель которой – предупредить Б.Асада от имени международного сообщества о недопустимости применения химического оружия. Готовы ли вы сотрудничать с США в ООН? Перестанете ли вы накладывать вето на все резолюции, которые предлагают США и их союзники?

С.В.Лавров: Мы не на все резолюции накладываем вето. Если речь идет о возобновлении механизма проведения расследований, который не является прозрачным и независимым и который сам выносит приговор, не дождавшись вердикта Совбеза ООН, то тогда, конечно, мы будем против…

Вопрос: Значит, вы будете против.

С.В.Лавров: Стивен, пожалуйста, дайте мне договорить. Для чего нужна эта резолюция? Мне кажется, все это делается с одной-единственной целью: если Россия и Сирия согласятся на сотрудничество, что по сути невозможно, но если бы мы согласились, то они хотели бы представить это таким образом, что мы пошли на переговоры, испугавшись их бомбежек. Вот почему в резолюции содержится требование о том, что сирийские власти должны пойти на переговоры. Но при этом они игнорируют тот факт, что основная оппозиционная группировка, которую они все поддерживают, так называемая «эр-риядская группа», в лице своего председателя Н.аль-Харири призвала США использовать военную силу не только в случае применения химического оружия, а везде, где оппозиции противостоят правительственные силы.

Вопрос: Несколько коротких вопросов. Считаете ли Вы, что Б.Асад вышел из этой бесконечной сирийской войны победителем?

С.В.Лавров: Тут нужно думать не о победителях и побежденных, не о Б.Асаде и его оппонентах. Необходимо думать, прежде всего, о сирийском народе, которому необходима передышка от ужасов восьмилетнего конфликта.

Вопрос: Какая у России окончательная цель в Сирии? В последнее время Москва направляет туда все больше техники и военнослужащих. Означает ли это, что вы намерены помогать Б.Асаду, пока он не будет контролировать каждый сантиметр сирийской территории?

С.В.Лавров: Наша цель – защитить Сирийскую Арабскую Республику от агрессии, которая началась 14 апреля и которую эти три страны, как они заявляют, намерены продолжать.

Вопрос: Собираетесь ли вы поставлять Президенту Сирии Б.Асаду ваш новейший зенитно-ракетный комплекс С-300? Если да, то это вызовет серьезную обеспокоенность у Израиля.

С.В.Лавров: Президент России В.В.Путин уже ответил на этот вопрос. Он напомнил, что несколько лет назад по просьбе наших партнеров мы решили не поставлять комплекс С-300 в Сирию. Теперь же, после этого возмутительного акта агрессии со стороны США, Франции и Великобритании, мы будем рассматривать варианты обеспечения безопасности сирийского государства.

Вопрос: Правильно ли я понимаю, что события последних дней заставили Вас пересмотреть свою позицию и теперь Вы склоняетесь к тому, чтобы начать поставки этого сверхсовременного зенитно-ракетного комплекса в Сирию?

С.В.Лавров: Теперь мы готовы рассмотреть любые способы помочь сирийской армии предотвратить агрессию.

Вопрос: За семь лет войны в Сирии погибло по меньшей мере 500 тысяч человек. По меньшей мере 12 миллионов человек вынуждены были покинуть свои дома. По меньшей мере пять миллионов из них оказались за пределами Сирии. Вы всерьез полагаете, что Б.Асад способен объединить страну, залечить раны и управлять Сирией?

С.В.Лавров: Мы никогда не говорили ничего подобного. Наш подход отражен в резолюции 2254 СБ ООН - судьбу Сирии должны решать сами сирийцы. Нужна новая конституция, выборы, и пусть сирийцы сами решают. Непрекращающиеся попытки расколоть Сирию на части идут вразрез с тем, что говорится публично и на официальном уровне. Кстати, не одна Сирия страдает от ужасных последствий гражданской войны. Посмотрите на Ирак и Ливию. А теперь те, кто довел эти страны до такого состояния, хотят, чтобы и в Сирии было то же самое.

Вопрос: Давайте теперь поговорим немного о деле С.Скрипаля и его дочери Юлии, которых отравили в городе Солсбери на юге Англии. Сегодня, в этом интервью, Вы сказали о том, что важно доверие. Вот Вы, Министр иностранных дел России, утверждаете, что в этом инциденте замешаны британские спецслужбы, которые известны своими способностями действовать с «лицензией на убийство». Возможно, эти последние слова были шуткой с Вашей стороны. Скажите, Вы, правда, думаете, что Вашу версию воспримут серьезно?

С.В.Лавров: Нам сказали, что Скрипалей «с высокой долей вероятности» отравили русские, потому что никаких других правдоподобных объяснений нет. Вот поэтому мы и ответили, что есть и другие правдоподобные версии.

Вопрос: Но Ваша версия точно не правдоподобна!

С.В.Лавров: Почему же?

Вопрос: У Вас есть хоть малейший намек на доказательство, что к покушению на С.Скрипаля причастны британские спецслужбы?

С.В.Лавров: Еще у римлян была такая поговорка «ищи, кому выгодно». Я считаю, что Великобритании оказалась очень на руку провокация как в Сирии, так и на собственной территории. Сейчас Великобритания снова оказалась на авансцене мировой политики таким крайне негативным, агрессивным и странным способом.

Вопрос: Позвольте отметить непоследовательность Вашей позиции. В ходе интервью Вы подчеркивали приверженность России всем международным конвенциям и соглашениям по запрещению химического оружия.

С.В.Лавров: Это действительно так.

Вопрос: В том числе Вы поддерживаете деятельность Организации по запрещению химического оружия.

С.В.Лавров: Верно.

Вопрос: Вы знаете лучше меня, что ОЗХО направила пробы использованного в Солсбери нервно-паралитического вещества в четыре разные лаборатории, и все они подтвердили, что это был «Новичок» (как и заявляло британское правительств) очень высокой чистоты.

C.В.Лавров: В этом-то и проблема. Уже само использование вещества А-234 очень высокой чистоты и очень высокой концентрации вызывает подозрение.

Вопрос: Это российское вещество. Всем известно, что этот нервно-паралитический газ изобрели в Советском Союзе.

С.В.Лавров: Давайте придерживаться фактов. Вы, может быть, и мастер задавать жесткие вопросы, но надо ведь и уметь слушать! Действительно, это вещество было разработано в Советском Союзе, но потом один из его изобретателей сбежал в США и опубликовал формулу в открытом доступе. Можете сами проверить эту информацию, прежде чем задавать вопросы. США даже запатентовали эту формулу, и вещество было официально взято на вооружение то ли американскими спецслужбами, то ли военными. А-234 — это вещество, от которого человек быстро умирает, но потом оно быстро улетучивается. Поэтому наши ученые говорят, что пробы, взятые через две недели, никак не могут содержать «очень высокую концентрацию» данного вещества.

Вопрос: Мы опять возвращаемся к вопросу о том, кому верят, а кому не очень. В России в это кто-то, может, и верит, но во всем остальном мире нет. Из 20 западных стран выслали более 100 российских дипломатов, потому что все считают виновной именно Россию.

C.В.Лавров: Если Вы все-таки хотите говорить по существу, позвольте добавить следующее. В субботу мы представили документ с выводами Центра радиологического и химико-биологического анализа в швейцарском Шпице (это одна из упомянутых Вами четырех лабораторий), который действительно обнаружил «высокую концентрацию» А-234, но, помимо этого…

Вопрос: Так вы доверяете ОЗХО или нет? Вопрос очень простой. Судя по всему, вы им не доверяете.

C.В.Лавров: Послушайте, для британца у вас ужасные манеры. Так вот, швейцарская лаборатория пишет, что сначала они обнаружили вещество BZ, изобретенное, если не ошибаюсь, в 1955 году в США и принятое на вооружение в армиях США и Великобритании. Мы направили в ОЗХО, которой мы доверяем, запрос с просьбой подтвердить или опровергнуть тот факт, что в дополнение к A-234 швейцарская лаборатория обнаружила в пробах BZ. Сейчас мы ждем ответа от ОЗХО, которой мы, безусловно, доверяем. Но тут, как говорится, доверяй, но проверяй.

Вопрос: У нас почти не осталось времени, а я еще должен спросить Вас про санкции. Министерство финансов США собирается огласить очередной пакет санкций против российских компаний и частных лиц, которые, как считается, связаны с сирийскими военными. Из-за предыдущего пакета санкций, которые ввело правительство США, российский фондовый рынок очень сильно «просел». Россию загнали в угол.

C.В.Лавров: Что ж, спасибо за сочувствие. Но не переживайте, мы как-нибудь продержимся.

Вопрос: Фондовый рынок обвалился на 10%, рубль упал по отношению к доллару.

C.В.Лавров: А у вас разве не было плохих времен? Помните, Джордж Сорос сыграл против вашего фондового рынка и обвалил фунт? Они же не просто угрожают наказать тех, кто имеет какие-то контакты с сирийским Правительством. По сути, они хотят наказать весь российский народ за то, что тот сделал «неправильный» выбор на президентских выборах. Они заявляют, что никогда не будут наносить вред простым людям, а только олигархам, политикам и военным, которые якобы дестабилизируют мир. Это ложь. Их настоящее желание — создать проблемы для сотен тысяч россиян.

Вопрос: Это и есть ваше уязвимое место. Россия, может быть, и располагает самым мощным ядерным оружием, о котором так красочно говорил Президент России В.Путин, но российская экономика слаба и уязвима.

C.В.Лавров: Да, это так, и мы в курсе. Но наша экономика прошла через многие испытания, начиная со Второй мировой войны. Хочу Вас заверить, что Правительство и Президент понимают всю необходимость реформ, и именно это и стало главной темой в первой части послания Президента России Федеральному Собранию. А во второй части Президент В.В.Путин рассказал о новейших видах оружия и закончил следующей мыслью о том, что мы всегда готовы к диалогу на основе взаимного уважения и баланса интересов.

Вопрос: И последний вопрос. Генсек ООН А.Гутерреш на днях заявил, что мир снова охвачен «холодной войной», но если раньше существовали механизмы, которые предотвращали возможность эскалации между США и СССР, то сегодня таких механизмов, похоже, уже нет. От этого вывода становится очень страшно. Вы работаете на своем посту уже 13 лет. Можно ли назвать нынешний период самым страшным временем на Вашей памяти?

C.В.Лавров: Что касается механизмов, о которых Вы говорите, то одним из них является канал общения. Каналы общения между Москвой и Лондоном были закрыты по инициативе британской стороны. Прекратились контакты по антитеррористической линии. Диалог между военными прекратился еще задолго до этого, опять-таки, по инициативе Лондона. Фактически прекратил работу Совет Россия-НАТО — очень продуктивный механизм для повышения доверия и прозрачности в отношениях. НАТО теперь хочет обсуждать на этой площадке исключительно Украину. ЕС тоже закрыл все площадки и общается с нами только по Сирии и по некоторым другим вопросам.

Вопрос: Но у Вас есть такое ощущение, что снова началась «холодная война»?

C.В.Лавров: По-моему, сейчас все еще хуже, чем во времена «холодной войны», потому что в те времена по крайней мере были каналы коммуникации и не было такой истерической русофобии. Сегодня же мы наблюдаем, так сказать, геноцид посредством санкций.

Вопрос: То есть Вы считаете, что сегодня ситуация хуже, чем во времена «холодной войны»?

C.В.Лавров: Да, именно из-за отсутствия каналов коммуникации. По крайней мере, их почти не осталось.

Вопрос: То есть ситуация становится очень опасной.

C.В.Лавров: Остается только надеяться, что эта мысль придет в голову и другим Вашим соотечественникам, в том числе в руководстве страны.

Вопрос: Трудно вспомнить другой такой момент в истории, когда Россия выглядела настолько изолированной. Ваша страна превратилась в изгоя. Летом Россия принимает Чемпионат мира по футболу, и Министр иностранных дел Великобритании Б.Джонсон уже сравнил его с тем, как А.Гитлер в 1936 г. принимал Олимпийские игры в Берлине.

C.В.Лавров: В 1938 г., то есть уже после той самой Олимпиады, состоялся футбольный матч между Великобританией и Германией. Вы можете найти в Интернете фотографию с этого матча, на которой перед началом игры и немецкие, и британские футболисты вскидывают руки в нацистском приветствии.

Вопрос: К чему Вы клоните?

C.В.Лавров: Я не собираюсь обсуждать Б.Джонсона. Мы уже поговорили с ним во время его недавнего визита в Москву. Пусть развлекается.

Вопрос: Наше время истекло. Сергей Лавров, большое спасибо за участие в программе «Хард ток».

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > mid.ru, 16 апреля 2018 > № 2588847 Сергей Лавров

Полная версия — платный доступ ?


Сирия. США. Великобритания. ООН. РФ > Армия, полиция. Химпром. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 апреля 2018 > № 2571679 Марианна Беленькая

Что изменили новые удары Запада по Сирии

Марианна Беленькая

Очевидно, что у Вашингтона нет четкой стратегии по Сирии – единичные удары с сомнительной эффективностью здесь не помогут. Но ясно также и то, что у западных лидеров по-прежнему сохраняется желание продемонстрировать свое влияние на решение сирийского конфликта. Но сирийское урегулирование не требует новых инициатив. Здесь нужно согласие всех сторон, имеющих влияние на стороны конфликта

США, Великобритания и Франция в субботу утром нанесли удар по Сирии, сдержав свое обещание наказать президента Башара Асада за то, что тот перешел «красную черту». Речь идет об обвинениях в использовании химического оружия в сирийском городе Дума. Наказание получилось столь ограниченным (пострадали три человека), что в Дамаске решили отпраздновать победу. Но Вашингтон предупреждает, что в случае нового использования химоружия последуют новые удары. Пока же наказание ждет Москву. США подготовили новые санкции против России за сотрудничество с сирийским режимом. Да и в целом создается впечатление, что главным адресатом удара тройки была Москва, а не Дамаск.

О грядущем наказании всех ответственных за применение химоружия в Сирии президент США Дональд Трамп объявил еще неделю назад сразу же после публикации новостей о химатаке в Думе. «Президент Путин, Россия и Иран ответственны за поддержку Животного (именно так, с большой буквы) Асада. Большая цена будет заплачена», – написал Трамп в своем твиттере 8 апреля.

Было или нет?

Новости о химатаке в Думе, в которой погибли по меньшей мере 40 человек, появились 7 апреля. За последние несколько месяцев число сообщений из Сирии о применении химоружия резко возросло. Это происходило на фоне двух событий – операции сирийской армии против вооруженных группировок в Восточной Гуте и дискуссии в Совете Безопасности ООН вокруг механизма расследования применения химоружия в Сирии. Москва и ее западные оппоненты в СБ ООН не могут прийти к компромиссу по этому вопросу уже полгода. Россия опасается, что механизм будет использован для смещения режима Асада, и блокирует все западные проекты, но и российские предложения не находят поддержки большинства.

Работа СБ ООН по этому вопросу парализована с тех пор, как в конце прошлого года Россия отказалась продлевать работу созданного в 2015 году Совместного механизма расследования (СМР) ООН и Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Москва была недовольна отчетом СМР, в котором на Дамаск возлагалась ответственность за химатаку в городе Хан-Шейхун 4 апреля 2017 года. Тогда погибли 84 человека и пострадали более пятисот. Москва с результатами расследования не согласилась.

События в Хан-Шейхуне стали поводом для США впервые за годы сирийского конфликта нанести удар по объектам, контролируемым Дамаском. Целью атаки 7 апреля 2017 года стала авиабаза Шайрат. Тогда же в Вашингтоне предупредили, что применение химоружия является «красной чертой» для режима Башара Асада. На протяжении года эти угрозы звучали неоднократно, к Вашингтону присоединились Париж и Лондон.

В марте со ссылкой на источники газета The Washington Post сообщила, что Дональд Трамп рассматривает варианты «наказания правительства Асада» в связи с появившейся тогда в социальных сетях информацией об атаках с использованием хлора. Но, несмотря на множащиеся сообщения о химатаках, никаких действий никто не предпринимал.

По иронии судьбы, а может быть, судьбе помогли, но события в Думе произошли именно в годовщину удара США по Шайрату. В Москве и Дамаске задаются вопросом, зачем Асаду нужно было применять химоружие и провоцировать США. Неделю официальные лица в обеих столицах пытались убедить мировое сообщество, что химатака была инсценировкой. Более того, как утверждается, нашли исполнителей, снимавшихся в видеороликах об атаках и изображавших пострадавших. Но Москве, а тем более Дамаску мало кто поверил.

США и их союзники не стали дожидаться и расследования ОЗХО, чьи эксперты как раз начали съезжаться в Сирию накануне удара. И в связи с этим снова звучат вопросы, а нужна ли была правда и в чем смысл ударов, которые никак не влияют на расклад сил в Сирии? Еще одно предупреждение, как и год назад?

Ограниченный эффект

После громких заявлений Трампа о «Животном Асаде» удара ждали в любую минуту. Список возможных целей обошел ведущие СМИ. И сирийские, и российские военные успели подготовиться, или им дали это сделать.

Версии России и Запада относительно удара расходятся. Разнится число выпущенных по Сирии ракет (103 – у России, 105 – у США), не сходится количество объектов атаки. Восемь, по словам начальника Главного оперативного управления Генштаба Вооруженных сил РФ генерал-полковника Сергея Рудского, и три – по версии начальника Объединенного комитета начальников штабов США Джозефа Данфорда. Из них совпадает только один пункт – научно-исследовательский центр в районе Барзе на севере Дамаска.

А дальше число различий только растет: в Москве утверждают, что сирийская ПВО смогла перехватить 71 из 103 ракет, в Вашингтоне – что ни одной. Российские военные не заметили участия в операции французов, Париж отчитывается о нанесенных ударах.

Сами сирийцы сначала неофициально сообщили о десяти объектах атаки, в официальных СМИ со ссылкой на источники прозвучала цифра три. Правда, две из трех целей не те, что назвали американцы. Разрушения сирийские СМИ демонстрируют в основном все в той же Барзе, факт бомбардировки которой не отрицает ни одна из сторон.

По одной из версий, сирийцы не ожидали атаки на этот объект, так как он считался гражданским и находится в черте столицы. Здесь, как утверждается, делались лекарства от рака и проводились исследования химического состава препаратов, используемых в разных сферах, от сельского хозяйства до краски для игрушек. Кроме того, центр в Барзе не раз исследовали эксперты ОЗХО и ничего там не нашли.

Разрушенный центр стал для сирийцев неким символом «несправедливой агрессии». Но в целом, как утверждают в Сирии, никакого стратегического урона в результате ударов Дамаск не понес. Напротив, новость, что сирийская ПВО удачно перехватила ракеты, стала поводом для сирийцев отпраздновать победу.

На Западе, перефразируя Трампа, говорят «о выполненной миссии», подчеркивая, что удар был ограничен намеренно и преследовал конкретные цели – не допустить дальнейшего использования химоружия режимом Асада и заставить его сесть за стол переговоров. Но эти результаты еще предстоит доказать.

Почему сейчас

Самое интересное, почему удар был нанесен сейчас, несмотря на неоднократные сообщения о химатаках. Даже лидер сирийской оппозиции, глава Высшего комитета по переговорам Наср аль-Харири, приветствуя удары, отметил, что в Сирии гораздо больше людей погибает не в результате химатак, а от конвенционного оружия.

Западные дипломаты утверждают, что до последнего старались избежать удара, надеясь убедить Москву согласовать механизм расследований и надавить на Дамаск, чтобы остановить военные действия в Сирии. Надеялись так долго, что сирийский режим смог вернуть под свой контроль большую часть страны, а главное – Восточную Гуту. Возвращение этого стратегически важного из-за близости к столице района серьезно укрепило позиции Башара Асада.

Сложилась ситуация, когда Западу нужно было или признать Асада как сторону переговоров, или вести речь о разделе влияния в Сирии с Россией и Ираном, или поставить сирийское урегулирование под свой контроль. Неслучайно один из ближайших союзников Вашингтона – Эр-Рияд – намекнул, что Башар Асад может остаться в Сирии, но при условии, что он избавится от иранского влияния, а США останутся в Сирии и остановят экспансию Тегерана в регионе.

Менее чем за две недели до удара президент США Дональд Трамп колебался – дать отмашку на скорейшее сворачивание американского присутствия в Сирии или пока подождать. При этом он не оставил пожелание саудовцев без ответа. «Саудовская Аравия очень заинтересована в нашем решении, и я сказал: “Ну вы знаете, вы хотите, чтобы мы остались, может быть, вам придется заплатить”», – заявил Трамп в начале апреля.

По словам советника министра информации Сирии Бассам Абу Абдалла, после того как президент Асад вернул под свой контроль Восточную Гуту, «США было важно сохранить лицо и показать, что они еще что-то значат в Сирии».

Впрочем, спустя пару дней после удара представитель Белого дома Сара Сандерс подтвердила, что США все еще планируют скорейший вывод своего военного персонала из Сирии. «Президент четко заявил, что хочет возвращения американских сил домой как можно скорее», – говорится в распространенном заявлении пресс-секретаря американской администрации.

Новые планы на старые темы

Очевидно, что у Вашингтона нет четкой стратегии по Сирии – единичные удары с сомнительной эффективностью здесь не помогут. Но ясно также и то, у западных лидеров по-прежнему сохраняется желание продемонстрировать свое влияние на решение сирийского конфликта. Особенно на этом направлении активен даже не колеблющийся Вашингтон, а Париж, который уже несколько месяцев является центром разработки очередного плана по урегулированию в Сирии.

В воскресенье президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что именно Париж убедил Трампа не уходить из Сирии и нанести ракетные удары только по химическим объектам. Он также объявил, что Франция готовит политическое решение в Сирии, и не исключил своей встречи с лидерами России, Ирана и Турции, чтобы сблизить позиции, при этом порадовавшись разногласиям между Москвой и Тегераном в связи с последней атакой по Сирии.

На этой неделе в СБ ООН начинают обсуждать проект резолюции, разработанный Францией совместно с Великобританией и США, относительно будущего урегулирования в Сирии. По сути, речь идет об ультиматуме: власти Сирии и их союзники должны остановить военные действия, допустить поставки гуманитарной помощи населению, возобновить переговоры под эгидой ООН без предварительных условий и в очередной раз доказать, что у них нет химоружия. За невыполнение этого инициаторы резолюции требуют предусмотреть механизм привлечения к ответственности.

Вряд ли сирийская сторона готова согласиться на условия, выдвинутые в форме ультиматума. Западный проект резолюции обречен на вето Москвы. Неслучайно оппоненты России в СБ ООН решили усилить давление на Россию в надежде, что она откажется от поддержки Дамаска. В один ряд ставятся химатаки и дело об отравлении в английском Солсбери экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери Юлии. Началось все со слов Трампа и продолжилось в заявлениях, прозвучавших из Вашингтона, Парижа и Лондона, объясняющих, почему тройка решила ударить по Сирии.

«В то время как эта акция специально направлена на сдерживание сирийского режима, это пошлет четкий сигнал всем остальным, кто полагает, что они могут применять химическое оружие безнаказанно», – заявила премьер-министр Великобритании Тереза Мэй. В том же духе были сформулированы заявления Белого дома и постпреда США при ООН Никки Хейли.

«Грядут новые санкции в отношении России. Министр финансов [Стивен] Мнучин объявит о них в понедельник, если он этого еще не сделал, и они будут напрямую касаться компаний, которые имели дело с оборудованием, связанным с [президентом Башаром] Асадом и применением химоружия», – отметила Хейли в интервью телеканалу CBS.

Вслед за Москвой под новые санкции может попасть и Тегеран. Как отмечает газета «Аш-Шарк аль-Аусат», американские санкции должны ослабить иранский режим и создать благоприятный климат для решения сирийской проблемы. «Без санкций Тегеран будет оставаться источником для беспорядков в регионе», – подчеркивает издание.

Попытки выдавить Россию и Иран из Сирии и перетянуть урегулирование на себя – пока единственная последовательная стратегия тройки. Но сирийское урегулирование не требует новых инициатив. Здесь нужно согласие всех сторон, имеющих влияние на стороны конфликта. Москва потратила немало усилий, чтобы заставить Дамаск проявить гибкость в тех или иных вопросах. Не сказать, чтобы успешно, но после ударов западной коалиции надежда на сговорчивость Дамаска и Тегерана практически потеряна. А если будет продолжаться давление на Москву, время уйдет на дипломатические баталии, а не на поиск компромиссов.

Сирия. США. Великобритания. ООН. РФ > Армия, полиция. Химпром. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 апреля 2018 > № 2571679 Марианна Беленькая


Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 апреля 2018 > № 2570807 Джереми Корбин

Дипломатия, а не бомбы — вот способ положить конец сирийской агонии

Британский народ не хочет, чтобы правительство страны принимало участие в новых спорных и безрассудных военных интервенциях.

Джереми Корбин (Jeremy Corbin), лидер оппозиции Великобритании, The Guardian, Великобритания

Настали серьезные времена. После ракетной атаки по Сирии наступил момент для мощных мирных инициатив. Высказанное в воскресенье Борисом Джонсоном беспечное согласие с том, что этот конфликт продолжится своим нынешним курсом и что мирные переговоры будут лишь «дополнением» к нему, представляет собой вопиющий отказ от ответственности и морали.

В результате этого опустошительного конфликта уже погибли более 500 тысяч человек, 5 миллионов сирийцев стали беженцами и вынуждены были покинуть Сирию, тогда как 6 миллионов человек оказались перемещенными лицами внутри своей страны. Мы должны поставить на первое место переговоры о политическом урегулировании, а не скатываться к новому циклу военной реакции и обратной реакции.

Продолжающаяся внешняя военная интервенция в Сирии — от финансирования и поставок оружия до бомбардировок и солдат на земле — не оказывают ни малейшей помощи. Сирия превратилась в театр военных действий для региональных и международных сил — в том числе для Соединенных Штатов, Британии, России, Франции, Турции, Ирана, Саудовской Аравии, Израиля, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов.

Субботний ракетный удар по тем объектам, которые, как предполагалось, были связаны с производством в Сирии химического оружия, был неправильным и плохо просчитанным. Он был либо чисто символическим — разрушение, судя по всему, пустых строений уже показало все свою неэффективность в качестве средства сдерживания, — либо предвестником более масштабных военных действий. Подобные действия связаны с риском безрассудной эскалации военных действий, появления большого количества жертв, а также прямой конфронтации между Соединенными Штатами и Россией. Ни один из перечисленных вариантов не может обеспечить окончания войны и страданий, а также не в состоянии спасти жизни — скорее, наоборот. Интенсификация военных действий просто приведет к еще большему количеству жертв и беженцев.

Не может быть и речи о том, чтобы отвернуться и не замечать использования химического оружия. Его применение является преступлением, и ответственные за это лица должны понести наказание. В соответствии с поддержанным ООН соглашением, заключенным в 2013 году, правительство Асада должно было передать все свои запасы (хлор остался за его рамками) химического оружия, и тогда были уничтожены тонны этих веществ под контролем Организации по запрещению химического оружия, а также России и Соединенных Штатов.

Вопреки раздающимся голосам, выполнение этого соглашения, достигнутого под эгидой Советом Безопасности ООН, обеспечивалось в тот момент, а затем в 2015 году и в 2016 году с помощью независимого инспекционного режима ООН в области химического оружия. Его можно и нужно восстановить, что и предлагают сегодня сделать обе стороны в Совете Безопасности.

Инспекторам должен быть обеспечен беспрепятственный доступ для сбора данных, и, кроме того, они должны получить дополнительные возможности. Россия обязана выполнить взятые на себя в 2013 году обязательства, а на правительство Асада следует оказать давление и обеспечить его сотрудничество в расследовании возмутительного инцидента в Думе.

То же самое относится к вооруженным группировкам оппозиции, некоторые из которых поддерживает Саудовская Аравия или Запад. Эти группировки, судя по всему, тоже использовали химическое оружие. Давление на ответственных за подобные действия людей может быть оказано с помощью санкций, эмбарго, а, если необходимо, то и с помощью международного уголовного суда.

Полная ответственность будет зависеть от окончания этого конфликта. Однако уже сейчас можно многое сделать, не добавляя горючего материала в сирийский костер. Некоторые люди скептически относятся к многосторонней дипломатии. Однако крайне важно настаивать на законности, а также на применении санкций ООН в случае любых дальнейших военных действий. Мы не можем согласиться с тем, что «новая холодная война» является неизбежной, как подчеркнул Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш. Отход от риторики бесконечной конфронтации с Россией также поможет понизить температуру и сделает более вероятным достижение консенсуса в ООН по поводу многосторонних действий, направленных на прекращение сирийской агонии.

Предпринятые в конце прошлой недели действия представляются сомнительными с точки зрения законности. Собственное оправдание правительства, которое во многом полагается на весьма спорную доктрину гуманитарных интервенций, не выдерживает даже его собственных проверок. Не получив санкцию ООН, правительства Соединенных Штатов и Британии неправомерно присвоили себе право действовать в одностороннем порядке, однако на самом деле такого права у них нет.

Тот факт, что премьер-министр приказала провести эту атаку без одобрения Парламента, лишь подчеркивает слабость правительства, которое, на самом деле, лишь ожидало одобрения от воинственно настроенного и нестабильного американского президента. Вот почему мы настаиваем на том, чтобы Парламент получил в будущем окончательное право в отношении планирования военных действий на основе нового закона о полномочиях в условиях военного времени.

Дальнейшие военные действия будут безрассудными. Это будет еще хуже, чем в случае с катастрофической интервенцией в Ираке, Ливии и в Афганистане, поскольку продолжающаяся в Сирии война может привести к расширению конфликта, вовлекая в него сначала Россию, а затем Турцию, Иран, Израиль и другие страны.

Кроме того, нет никакого политического плана, который можно было бы предложить. Ливия представляет собой самый последний и катастрофический пример военной операции, начатой без каких-либо мыслей о политических последствиях. В настоящее время поддерживаемая Соединенным Королевством кампания саудитов по нанесению бомбовых ударов в Йемене является причиной гуманитарной катастрофы.

Британское правительство должно оказывать сдерживающее влияние на этот кризис, а не быть маркитанткой. Можно приветствовать то, что Совет Безопасности ООН теперь будет обсуждать как новый инспекционный режим, так и застрявшие мирные переговоры. Подобного рода дискуссии следует продолжить для того, чтобы добиться заключения соглашения, а не для того, чтобы крупные державы набирали очки.

Мы должны избавиться от ужасов химического оружия, но мы должны также использовать наше влияние для того, чтобы положить конец еще более ужасной сирийской войне. Ничто не может быть более актуальным, чем дипломатическое решение, позволяющее восстановить эту страну, обеспечить возвращение в свои дома беженцев и заключить инклюзивное политическое соглашение, которое позволит сирийскому народу определить свое собственное будущее.

Именно такие действия, а не новую кампанию по нанесению бомбового удара, ожидает британский народ от своего правительства. Настал момент проявить моральное и политическое лидерство, а не проводить в ответ скоропалительные военные операции.

Джереми Корбин — лидер Лейбористской партии Великобритании (основная оппозиционная партия).

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 апреля 2018 > № 2570807 Джереми Корбин


Сирия. Великобритания. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568231 Саймон Дженкинс

Взгляните на Сирию, и вы увидите все элементы, приведшие к мировым войнам

Саймон Дженкинс (Simon Jenkins), The Guardian, Великобритания

Трудно поверить, что западные лидеры позволяют этой ситуации обостряться. Неужели история нас ничему не научила?

Что, скажите на милость, мы делаем? Я не слышал, чтобы хоть один эксперт по Сирии объяснил, каким образом ракетный удар на территорию этой страны будет способствовать делу мира или заставит диктатора Башара аль-Асада отступить. Они просто разрушат здания и, вероятно, погубят людей. Это чистой воды популизм, выражающийся в переменчивой риторике все более причудливых твитов Трампа. Боже упаси, чтобы теперь британская политика цеплялась за каждое его слово, а ведь, кажется, так и происходит.

Мы можем согласиться с тем, что химическая атака в пригороде Дамаска, вероятно, была совершена опытными летчиками сирийских ВВС, хотя и сами повстанцы нередко убивают своих, чтобы снискать сочувствие. Однако Великобритания тоже убивает мирных жителей на этом театре военных действий. Нет, мы не отравляем наших собственных граждан, но как будто претендуем на право убивать мирных жителей другой страны. Тереза Мэй говорит, что химическая атака «не может остаться безнаказанной», но политики в целом любят такие безличные конструкции. Кто должен приводить это наказание в исполнение и с чьего разрешения? Время наказывать сирийское руководство придет тогда, когда закончится война. Внешнее вмешательство никак не повлияет на конфликт, только отложит его завершение. Это вдвойне жестоко.

Нынешний кризис уже демонстрирует нам знакомые предпосылки безрассудного конфликта. Вербальная истерия пустилась с военной машиной в безудержный пляс. Она ищет поводов для насилия, а не способов его избежать. Так, в 2003 году у Великобритании не было никаких оснований для вступления в войну с Ираком, кроме одного: желания Тони Блэра побряцать оружием перед носом Джорджа Буша. И в 1870 году у Германии и Франции тоже не было причин сражаться. В 1914 году единственным поводов для войны послужило убийство эрцгерцога в Сербии. Как писал о 1914 годе Алан Тейлор: «Ни у кого не было сознательной решимости провоцировать войну. Государственные чиновники просчитались [и] стали узниками собственного оружия. Великие армии, созданные для обеспечения безопасности и сохранения мира, склонили народы к войне своим весом». Интересно, что бы сказал Тейлор о твите Трампа, в котором он призвал Россию «приготовиться».

Сегодня войны в большинстве своем начинаются вслед за возникновением часто случайных альянсов и обязательств, а также за отсутствием какой-то мощной площадки для дискуссий — или даже «горячей линии» связи между лидерами — посредством которых могут разрешаться разногласия и мелкие споры. Благодаря переговорам в ходе Венского Конгресса 1815 года мир в Европе на протяжении 50 лет сохранял свою относительную устойчивость. Потом он рухнул, как будто от изнеможения. Теперь нам открывается страшная перспектива того, что послевоенные урегулирования 1945 года, в целом вверенные Организации Объединенных Наций, изжили себя и сделались бесполезными.

Это еще одна причина остерегаться опосредованных войн. У Великобритании нет личных интересов в сирийском конфликте, который является горьким возрождением одной из старейших и самых жестоких междоусобных войн ближневосточных кланов. Асаду удалось призвать на помощь Иран и Россию, и они выполняют свое обещание со зловещей эффективностью. С другой стороны, повстанцы в своем противостоянии получали моральную поддержку Запада и материальную поддержку со стороны антииранских саудовцев. Сирия уже заплатила страшную цену. Дальнейшее вмешательство будет полным сумасшествием.

Похоже, Мэй попалась в ту же ловушку Вашингтона, в какую попался Блэр в 2003 году. Понятно, что ее советники не считают бомбардировку Сирии лучшим способом реагировать на химические атаки, но она, кажется, не особенно хочет это признавать. Она утверждает, что для запуска ракет не нуждается в одобрении парламента. Этот обычай ведет свое начало еще с тех времен, когда монархи и их генералы нуждались в особых полномочиях, чтобы предотвращать неминуемые угрозы национальной безопасности. Сегодня такой угрозы нет. Речь идет не о военном, а о внешнеполитическом решении. Переход к войне имеет серьезные последствия. Он явно должен получить коллективное одобрение, особенно при правительстве меньшинства.

В 2003 году Блэр добивался одобрения парламента для вторжения в Ирак, пусть даже и на лживых основаниях. Как это ни позорно, но он его получил. В 2013 году Кэмерон добивался разрешения сражаться в Сирии, и, к счастью, ему отказали. Мэй может избежать голосования в палате общин, но поскольку, если верить сообщениям, бомбардировки Сирии поддерживают только 22% общественности, в то время как 43% высказываются против, под угрозой может оказаться даже то, чего она добилась своей твердой позицией. Опасность заключается в том, что произойдет дальше. Стратегия «око за око» предполагает более эффектный и фотогеничный повтор бомбардировок, устроенных Трампом в прошлом году. Однако здесь явно высок риск убийства российских или иранских военных, и еще выше риск ответного удара. Говорят, российский лидер Владимир Путин пребывает в своего рода параноидальном состоянии, он так же преисполнен агрессии, как Трамп и Мэй. В такие моменты лидеры как правило принимают обличие командиров и присваивают себе право решать политику в одиночку. Их коллегам становится еще труднее их сдерживать. У поджигателей войны всегда находятся самые лучшие аргументы.

Это показывает, насколько слабыми являются основы международного мира, когда нарушен баланс сил. В сегодняшнем мире нет ни одной причины для конфронтации сверхдержав кроме нарциссизма и воинственности отдельно взятых мировых лидеров. Победители в войне обязаны проявлять терпение и сдержанность к побежденным. Россия потерпела поражение в 1989 году, с тех пор Запад не переставал злорадствовать. Россия несет свою вину в Сирии. Но речь не об этом. Кажется, в этом первом со времен холодной войны кризисе в отношениях между Востоком и Западом нам теперь следует полагаться на Россию, а не на Соединенные Штаты, чтобы проявлять терпение и сдержанность. Жутковатая перспектива.

Сирия. Великобритания. США > Армия, полиция > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568231 Саймон Дженкинс


Казахстан. Великобритания > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 12 апреля 2018 > № 2567341 Чокан Лаумулин

"Кем работать мне тогда?": Чокан Лаумулин о модернизации, новых знаниях и профессиях будущего

Мы живем в эпоху разительных перемен. Это относится и к профессиям: считавшиеся прежде престижными отмирают, на смену им приходят другие, в том числе и такие, появления которых никто не прогнозировал. Понятно, что тренды здесь задают технологически наиболее продвинутые страны, и прежде всего западные. О профессиях будущего мы беседуем с нашим известным соотечественником, научным сотрудником Кембриджского Центрально-Азиатского форума и Центра исследований Кембриджского университета (Великобритания) Чоканом Лаумулиным.

О нашем месте в меняющемся мире

- В последние годы в наиболее передовых странах мира становится модной дискуссия о профессиях будущего. Насколько эта тема актуальна для нас?

- Опыт новейшей истории, особенно в условиях современной глобализации, указывает на следующее. То, что актуально для передовых стран, формирующих и направляющих прогресс глобального научно-технологического и соответственно культурного развития, не может не стать актуальным для остального мира. В этом, собственно, и заключаются современная борьба наций и конкурентная гонка в стремлении получить технологическое преимущество. Неразвитость академической базы и других институтов превращает большинство развивающихся стран в отсталых поставщиков сырья и человеческих ресурсов для развитых стран.

Тем не менее, если говорить словами Макса Планка, отца квантовой физики, которые я не устаю повторять, существуют области интеллектуальной и нравственной жизни, которые стоят выше борьбы наций. Следует помнить о достаточно простых по сути, но почему-то нелегких для понимания вещах. В основе развития технологий, включая и трансферт последних, всегда лежит фундаментальная наука как резервуар знаний, источник экспертизы и источник управленческих кадров. Наука не в состоянии состояться без культуры. Оба этих феномена высшей интеллектуальной деятельности человека невозможны без соответствующего фундаментального образования. Нация, стремящаяся укрепить свои международные позиции, в первую очередь, концентрирует свои усилия на развитии научных исследований и культуры, которые в большинстве случаев и приводят к экономическому развитию и укреплению суверенитета данной страны. В свою очередь, создание полноценной обучающей образовательной среды для развития науки и культуры в отрыве от социального развития тоже не представляется достижимым.

- Кто больше всего должен озаботиться данной проблемой – родители, общество или все же государство?

- Современный Казахстан как индустриальное государство состоялся в эпоху СССР, что вкупе с нашей евразийской историей всегда подразумевало более весомую роль государства в развитии общества, чем, скажем, в англосаксонских странах или в Западной Европе. Там общественные институты развития науки и образования, равно как и индустрии, эволюционировали параллельно с ростом роли государства, создавая, кстати, неидеальные механизмы общего взаимодействия. У развивающихся стран, однако, нет такого исторического времени в условиях упомянутой выше гонки, да и их исторические институты власти и традиций, как правило, разительно отличаются. Как следствие, этим странам приходится задействовать временами чуть ли не единственный имеющийся у них в наличии инструмент – государственную политику - для развития институтов науки и промышленности. Это поднимает перед данными обществами очень болезненный вопрос компетенции в процессе формирования и осуществления своего уникального подхода. Государству при реализации успешной политики развития необходимо наличие в обществе определенных социальных консенсуса и унии между устремлениями отдельного гражданина, разных страт и самим институтом государства. Если ответить кратко, то это всеобщая задача.

- С чего в этом плане следует начать, чтобы быть готовыми к вызовам будущего? Менять образовательную парадигму? Перестраивать систему воспитания? Или что-то еще, чего пока никто не понимает?

- Нужно повышать уровень компетенции. Личной и общественной. Сделать это, кроме как через исследовательскую деятельность, в современном мире практически нереально. К тому же знание облагораживает человека и придает смысл его существованию. К сожалению, во многих постсоветских странах практика создания многочисленных консалтинговых компаний и аналитических центров (в их функционировании, кстати, нет ничего негативного) подменила собой академическую мысль, научную деятельность и сферу подлинного знания, в отсутствие которых неизбежно следует примитивизация управленческих подходов и решений. Это приводит к неотвратимой общей деградации всей системы и невозможности для нее сформировать более-менее адекватный, комплексный, интегральный или тем более ассимметрично-инновационный ответ вызовам времени. Как следствие, происходят фрагментация и полураспад общественных отношений, не поспевающих за глобальным развитием.

Кем быть и как стать?

- Можно ли категорично утверждать, что большинство профессий будущего будут связаны исключительно со сферой высоких технологий?

- Вы правы, подразумевая, что категоричность уместна только в случаях применения научно доказанных законов естествознания, которые и лежат в основе высоких технологий. Тем не менее, говоря об общественной парадигме применения последних, полагаю, что выбор профессий будущего будет намного шире, чем мы можем себе даже представить. Не могу не вспомнить другую свою любимую цитату от гениального советского физика Льва Ландау: «Может быть, величайшим триумфом человеческого гения является то, что человек может понять вещи, которые он уже не в силах вообразить». В этом и заключался смысл всех предыдущих индустриальных революций, движимых открытиями в естествознании, физике и химии, - в первую очередь, они невообразимо видоизменяли и усложняли различного рода человеческие отношения, включая политику, экономику, право и прочее. Не является исключением и нынешняя индустриальная революция, которая, судя по размаху и количеству открытий и соответственно по силе социальных изменений, уже превосходит предыдущие. В основе всех без исключения открытий лежат усилие и прорыв интеллекта ученых, совершающих эти открытия и постигающих новую, прежде недоступную и, по сути, до момента открытия неподвластную даже воображению суть законов природы.

К примеру, внутренняя вселенная, скажем, квантовой физики уже сегодня обгоняет конвенциональные лингвистику и философию. Кстати, некоторые из физиков говорили в беседах со мной, что представителям кочевой цивилизации, найди они опять свое место в мире фундаментальной науки, наверняка есть свое место в безбрежной вселенной познания. Ведь тысячелетиями, за исключением последних нескольких веков, мировая цивилизация двигалась в гегелевской диалектической гармонии борьбы и единства разных мышлений оседлого и кочевого развития. Мир только обогатится интеллектуально, духовно и технологически, если потомки кочевников смогут найти в себе силы вернуться на стезю современного мирового процесса и внести свой вклад в развитие мысли.

Я могу ошибаться, но думаю, что, помимо прикладных профессий, напрямую в будущем связанных собственно с развитием самих высоких технологий и их «побочными» ответвлениями, бОльшее распространение получит гуманитарная сфера. В особенности философия, лингвистика и культура, от которых дальнейшее развитие технологической сферы станет еще более зависимым. Однако вопрос, насколько когнитивные функции развития «новых» гуманитарных дисциплин будут привязаны к знанию и пониманию функционирования новых технологий, остается открытым. В любом случае человеку, на мой скромный взгляд, придется прикладывать еще больше усилий для освоения нового комплексного знания, совершенствования и углубления своих познаний и мышления.

- Как вы считаете, что станет залогом успешности человека будущего? Наличие нескольких дипломов о высшем образовании? Знание нескольких языков? Совокупность вышеперечисленных факторов? А быть может, важнее всего будет умение быстро переучиваться и овладевать новыми, доселе невиданными навыками? Или потребуется что-то совсем иное?

- Боюсь, что не смогу дать вам однозначный ответ. В чем можно быть уверенным, так это в том, что предыдущая база открытий фундаментальной науки никуда не денется и будет по-прежнему подпирать и питать сферу нового знания. То есть познания в области философии, математики, физики, химии, биологии, медицины, геологии и множестве других дисциплин не могут устаревать в принципе в подавляющем большинстве случаев и все равно потребуются для поддержания и развития новой технологической реальности, какой бы она ни была.

Даже критикуемый сегодня континентальный немецкий, он же советский, метод «зубрежки» материала, якобы тормозящий творческое развитие, никуда не денется. Без него познание в рамках спектра фундаментальных дисциплин просто невозможно, поскольку в нем структура знания строго иерархична и подразумевает нелегкое восхождение мышления, частью которого «зубрежка» обязательно является. Другой вопрос, что это также немыслимо без овладения крепкой философской базой, которая может помочь в постижении нового знания. Однако и последнее недостижимо без долгосрочной и упорной учебы в соответствующей среде как экосистеме.

Лучшее хорошему… не помеха

- Эксперты утверждают, что такой метод, как планирование, отомрет, а на смену ему придет эмпирический метод – метод проб и ошибок. Вы согласны с таким утверждением? И если да, то в чем преимущество эмпирического метода в новых условиях? Не приведет ли отказ от планирования к хаосу?

- По сути вопроса: не совсем понятно, почему именно метод научного планирования входит в противоречие с эмпирикой проб и ошибок? Эксперимент есть один из методов эмпирического познания, без знания планировать что-либо реалистичное невозможно, а знание и есть зачастую следствие экспериментов, то есть проб и ошибок. И какое планирование в контексте нашей беседы имеется в виду - в экономической деятельности, образовании или личностном развитии?

Если говорить об экономике… Был такой канадско-американский экономист Джон Кеннет Гэлбрэйт, чей труд «Новое индустриальное государство» наделал много шуму в 1967-м и даже был переведен и издан в СССР. Он ввел в обиход термин «техноструктуры», которые, по его мнению, и управляют современным индустриальным обществом, будь то США или Советский Союз тогда. Техноструктуры сформировались под диктатом необходимости формировать и планировать длинные технологические цепи, которые и составляют сегодня современную экономику. Управляющие и создающие эти цепи технократы, неподвластные интересам своих акционеров, и есть, по мнению экономиста, элита современного общества. Которая, кстати, вошла в острый конфликт со старыми элитами, питающимися от других, более традиционных экономических видов деятельности, таких, например, как банковское дело.

С тех пор немногое поменялось, технологические цепи стали еще протяжённее и еще более сложными, их по-прежнему надо планировать. Вы не сможете спонтанно запустить ракету в космос – этот процесс требует очень долгосрочных и скрупулезных расчетов с вовлечением огромного количества людей и предприятий, которые не могут функционировать, поддавшись внезапному порыву или озарению. Другое дело, что есть такой уровень научно-технологической компетенции в планировании развития технологических проектов и экономики, который может позволить избежать ошибок. Будет крайне интересно наблюдать за тем, как эти подходы будут видоизменяться с вероятным скорым появлением и массовым внедрением квантовых компьютеров и технологий, помимо всего прочего. Думается, планирование не исчезнет, но оно должно будет перейти на качественно новый уровень сложности.

Кстати, наша нынешняя реальность сильно застоялась и, по сути, не особо отличается по базовым параметрам от того времени, которое описывал Гэлбрейт полвека назад. Сравните тогдашнюю реальность еще раз в полувековой ретроспективе, и вы увидите совершенно, принципиально другой мир. Предыдущие фазовые переходы в индустриальном развитии ранее сопровождались катаклизмами. Может, нынешний скачок обойдется без них, ведь появилось слишком много новых и неоцененных параметров.

- Учитывая некоторые противоречивые и неоднозначные тенденции эволюции нашего общества в целом и отечественной системы образования в частности, как вы оцениваете шансы нашей страны на то, чтобы вписаться в формат профессий будущего? Это нам по плечу? Нет ли ощущения, что мы уже отстали… навсегда?

- Перемены – это всегда шанс. Глобальный транзит от догмата классических переинвестированных технологий в условиях наличия нашей минерально-сырьевой базы таит в себе колоссальные возможности для Центральной Евразии резко подняться в новой, пока еще не сформированной пирамиде технологических цепей. Сделать это, тем не менее, без развития эндогенной научно-исследовательской базы, осмысленных и компетентных реформ в образовании и здравоохранении, укрепления социальной экосистемы, поддержки культуры, увы, нельзя. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. И если отвечать на ваш вопрос, то очень даже не поздно. Однако нынешняя агония академической деятельности и ее подмена симулякрами в руках некомпетентной бюрократии при полной поддержке со стороны большинства интеллектуальной элиты общества, в открытую взывающей к архаике как модели развития, не могут не наводить на печальные мысли. Сергей Капица как-то заметил, что если само постсоветское общество не стремится к модернизации, то ему ничем нельзя помочь. Тем не менее, будем надеяться на лучшее и продолжать свою работу.

Автор: Кенже Татиля

Казахстан. Великобритания > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 12 апреля 2018 > № 2567341 Чокан Лаумулин


Польша. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 апреля 2018 > № 2565409 Эдвард Лукас

Слабость Польши в ее самонадеянности

Лукаш Павловский (Łukasz Pawłowski), Kultura Liberalna, Польша

Интервью с британским журналистом Эдвардом Лукасом (Edward Lucas)

Kultura Liberalna: Как Вы оцениваете реакцию западных стран на отравление Сергея Скрипаля, ответственность за которое, как утверждает британское руководство, несут российские спецслужбы?

Эдвард Лукас: На призыв Великобритании выдворить часть российских дипломатов откликнулось много стран. Их оказалось больше, чем я ожидал, к тому же в эту группу вошли государства, которые придерживались в отношении России относительно мягкого курса. Для первого шага это неплохо. К сожалению, инициатива перешла к Кремлю, он предпринял информационное наступление, распространив целую серию альтернативных версий обстоятельств покушения и поставив ряд вопросов на эту тему. Он пытается доказать, что мы имеем дело с заговором и каким-то обманом. Это небольшой, но неприятный шаг назад.

Чтобы продвинуться вперед, нужно ввести новые экономические санкции, ведь Россия воспринимает всерьез лишь такой язык. Выдворение российских агентов создает определенные неудобства, но не может поколебать кремлевские стены. Но если окружение Путина поймет, что мы собираемся присмотреться к работающим на Западе компаниям, принадлежащим анонимным владельцам, и миллиардам долларов, которые, используя западную финансовую систему, отмывает Кремль, у нас будет шанс продвинуться вперед.

— Пока ситуация напоминает стакан, который можно считать наполовину полным или наполовину пустым. С одной стороны, многие государства действительно решили выдворить российских дипломатов, с другой — некоторые (Венгрия, Австрия, Португалия, Греция) к акции не присоединились.

— Это так, но я считаю, что стакан наполовину полон, поскольку россиян выдворили самые крупные страны: Франция, Германия, США, Канада, Великобритания и, что удивительно, Италия. Так что на стремление Австрии или Венгрии сохранять нейтралитет можно не обращать внимания. Кроме того, на небольшие государства можно оказать давление, например, сообщив правительству Кипра или Австрии, что если они хотят сохранить доступ к западным финансовым рынкам, им придется нам помочь.

Здесь важен более широкий контекст. Запад уже устал от России, недовольство многих стран вызывали кампании по дезинформации, которые та вела на их территории, энергетический шантаж, российская шпионская деятельность, так что их не пришлось особенно уговаривать предпринять активные шаги. Многие государства увидели в британском предложении удобный предлог, чтобы, не опасаясь изоляции, избрать в отношении России более жесткий курс. Мы можем ввести ограничительные меры, мы это уже делали. Пять лет назад санкции, связанные с так называемым списком Магнитского, казались донкихотством, но сейчас к ним присоединились полтора десятка стран. Поэтому я не могу согласиться с утверждением, что санкции не работают.

— Я имел в виду, скорее, солидарность, с которой могут возникнуть проблемы. Германия может выдворить какое-то количество российских дипломатов, но я сомневаюсь, что она пойдет на такой шаг, который повредит немецкой экономике. Я говорю о газопроводе «Северный поток — 2». Шансов на то, что Берлин изменит свою политику в этой сфере, мало. Кажется, что несмотря на всю шумиху вокруг России проекту ничто не угрожает.

— Политика Германии — это серьезная проблема, сейчас я провожу в этой стране много времени, пытаясь объяснить немцам, почему им следует придерживаться курса европейской солидарности и учитывать европейскую безопасность, а не ставить на первое место собственные интересы. В последние 25 лет Россия не сталкивалась в Германии с какими-либо препятствиями. Мою задачу осложняет то обстоятельство, что немцы стали хуже относиться к США, а Польша, судя по всему, не хочет больше поддерживать с Берлином дружеских отношений. Вопрос будущего газопровода «Северный поток — 2» не закрыт, свое согласие на его прокладку должна еще дать Дания. Следовало бы приложить все усилия, чтобы убедить ее помешать россиянам.

— Вы уверены, что санкции работают? Мне кажется, все не так однозначно. Если мы не предпримем каких-то новых шагов, Кремль убедит россиян, что Запад испугался силы российского государства и снова пошел на попятную. Если мы введем санкции, Кремль объявит, что Запад взял Россию в тиски, и теперь ей придется защищаться, как осажденной крепости, а гражданам — сплотиться вокруг своего лидера. Что бы мы ни сделали, Путин одержит победу, а Россия не начнет действовать более предсказуемо и соблюдать правила.

— Если бы существовало решение, которое давало моментальный эффект и не было связано с какими-либо издержками, мы бы его приняли. Но издержки всегда есть: и пассивность, и активность может обернуться негативными последствиями. Обойти эти дилеммы невозможно. Нужно ввести такие санкции, которые будут направлены против конкретных людей и нанесут ущерб алчным кровожадным представителям путинского окружения.

Главная жертва их действий — не Украина, Грузия или Польша, а сама Россия, которой они правят, как колонизаторы, разворовывая страну и мучая ее жителей. Наши санкции должны быть направлены против этих людей. Если нам удастся остановить паровоз, на котором они мчатся, я думаю, россияне вполне обрадуются, на это указывает популярность Алексея Навального. Я встречался с ним несколько лет назад и задал вопрос, почему люди считают его противником Запада. «Я занимаю антизападную позицию, поскольку Запад отмывает деньги, украденные у простых россиян», — отметил он. Чем быстрее мы закроем эту «прачечную», и поможем россиянам разобраться с коррумпированными чиновниками (пока мы помогаем только вторым), тем будет лучше.

— Активнее всего отмыванием российских денег занимается Великобритания. По Лондону даже водят специальные экскурсии и показывают (разумеется, снаружи) квартиры и виллы российских олигархов.

— Я не согласен с тем, что мы ничего не можем сделать. Многое уже сделано, и все еще впереди. Уже написаны законы, благодаря которым покупать в Великобритании недвижимость на компании, зарегистрированные в оффшорах, станет невыгодно. Также появится закон, вводящий уголовную ответственность за сокрытие факта, что каким-либо объектом недвижимости владеет иностранное общество с ограниченной ответственностью. Например, если какой-то юрист заявит, что некая вилла принадлежит господам Лукасу и Павловскому, а это окажется неправдой, его посадят в тюрьму. К сожалению, закон вступит в силу только в 2021 году, хотя, на мой взгляд, он мог бы начать работать хоть со следующей среды.

Общественности все это надоело. Органы государственного регулирования, политики, правоохранительные органы — все прекрасно понимают, как выглядит ситуация, но банкиры, юристы и бухгалтеры, которые извлекали из нее выгоду, стараются помешать переменам. Однако они не смогут препятствовать им бесконечно.

— Вы не думаете, что Владимир Путин и его окружение могут заявить, что наши действия направлены против России и ее интересов? Президент пользуется у россиян большой популярностью, а такое ужесточение законов, даже если оно нанесет удар только по нему и его окружению, может повысить его рейтинг.

— Россияне, с которыми я знаком, не испытывают ни малейших симпатий к таким людям, как Олег Дерипаска, Игорь Сечин или Роман Абрамович. Популярность Путина в какой-то мере искусственна: никто не задает ему сложных вопросов, у него никогда не было реальных соперников. Но это сейчас имеет второстепенное значение.

Важно то, что у Путина нет активов, зарегистрированных на его имя, он действует через своих коррумпированных сообщников. Значит, нужно нанести удар по ним. Это позволит поправить репутацию Запада, очистить нашу систему, воодушевить российскую оппозицию и заставить Кремль расплачиваться за его внешнюю политику. Нам следует провести эксперименты, в ходе которых специалисты по финансам или соответствующие люди в полиции и спецслужбах смогут выяснить, какую часть российских активов они способны заморозить за 24 или 48 часов в рамках акции сдерживания. Нужно анализировать эффективность таких учений и стараться улучшить результат. Во-первых, это покажет, что наш профессионализм растет, во-вторых, Кремль поймет, что если он попробует убить еще кого-нибудь химическим оружием или напасть на какую-то страну, то Запад использует эффективный инструмент и нанесет России ощутимый ущерб.

— Российские средства идут не только на покупку недвижимости и не только оседают на счетах частных компаний, Россия направляет их на поддержку политических экстремистов в Европе. Например, россияне при помощи европейских банков финансируют «Национальный фронт». Как пресечь подобную деятельность?

— В Ваших словах слышится пессимизм, но, на мой взгляд, для него нет никаких оснований. Мы определили проблему, поняли тактику, которую использовали россияне. Если они продолжат ее применять, нам нужно будет ужесточить законы, препятствующие отмыванию денег. Можно также наказать банковские организации, как это уже сделали американцы с одним из латвийских банков, который нарушал правила.

Меня гораздо больше беспокоит вопрос, что будут делать россияне дальше. Европа напоминает водителя, который смотрит в зеркало заднего вида и радуется, поняв, что за препятствие попалось ему только что на дороге. Мы поняли, что россияне занимаются энергетическим шантажом, финансируют определенные политические партии, ведут войну в киберпространстве. Это хорошо, но россияне не дураки, их тактика меняется, так что нам тоже следует смотреть в будущее.

— То есть?

— У наших руководителей нет таких аналитических способностей, которые позволили бы нам глубже понимать ситуацию. Нам нужно попросить совета у наших союзников из Восточной Европы, ведь именно на них, судя по всему, россияне будут отрабатывать новые методы.

— Какие методы? Вы бы не могли привести какой-нибудь пример?

— Проблему могут представлять маргинальные общественные группы, в которые Кремль вкладывает много сил и средств: клубы смешанных боевых искусств, объединения байкеров, добровольные народные дружины, занимающиеся охраной правопорядка. В Швеции это были даже, кажется, любители пейнтбола. Россияне оказывают им организационную и финансовую поддержку, а также ведут идеологическую обработку. В Латвии несколько лет назад ГРУ отправляло молодых людей в свои спортивные лагеря, расположенные на территории России. Нужно сохранять бдительность и не считать россиян дураками.

— Мы много слышим о том, что россияне оказывают воздействие на политику западных государств, при этом о российских влияниях в Польше говорится удивительно мало. Это только так кажется?

— На эту тему было сказано немало, вопрос, услышали ли это поляки.

— Мы знаем, что при помощи социальных сетей сделали россияне в США, а потом, используя ту же тактику, в Великобритании, Германии, Каталонии, Италии. Однако о Польше такого не говорят, хотя мне кажется, россияне ведут свою активность и у нас, тем более наша страна не просто граничит с Россией, но и много десятилетий ей подчинялась.

— Слабость Польши заключается в ее самонадеянности и уверенности, что на поляков не действует российская пропаганда. Это не так. У вас мог выработаться иммунитет против каких-то специфических видов этой пропаганды, например, против утверждений, что Польская Народная Республика была раем, а Варшавское восстание — это миф. Но если россияне начнут рассказывать вам, что Запад вас предал, польские традиции разрушает агрессивная прогнившая западная культура, а Украиной управляют люди, которые превратили годовщину Волынской резни в праздник и готовятся устроить новую, польское общество будет склонно в это поверить. Вам следует осознавать, кто все это нашептывает.

— Как убедить поляков, что за этим стоят россияне? Слыша такие аргументы, многие польские политики скажут: взгляните на Лондон, там российские олигархи покупают дома, на Германию, которая строит газопровод «Северный поток», или США, где Трамп часто положительно высказывается о Путине. Они ведут дела с Москвой и игнорируют нас, так что нам остается проводить собственную политику и внимательно следить как за Россией, так и за Западом.

— Вы, кажется, пытались заниматься тем же самым в 1930-е, известно, чем все закончилось.

— Как убедить польского евроскептика, что нам лучше держаться Германии и США, даже если они порой нас обманывают или ведут дела с Москвой, не учитывая наши интересы.

— Вы знаете о Польше больше, чем я. Я только могу указать на проблему: Варшава недооценивает влияние российской пропаганды на польское общество.

— Я не могу заставить поляков поверить в то, что Россия представляет для нас опасность.

— Российское влияние есть всюду В Германии есть газовое лобби, в Великобритании — лондонский Сити, во Франции этому влиянию подвержены почти все политические партии. В Польше россияне тоже воздействуют на общество, вам следует изучить это явление. Думать, будто в других странах все еще хуже, — это путь к катастрофе. Вы можете быть последним замком из песка, оставшимся на пляже, но волна в итоге смоет и вас.

— Я бы хотел еще вернуться к делу Скрипаля. Почему его отравили таким способом, что покушение было легко связать с Россией? Многие враги Кремля погибли в результате несчастных случаев или якобы покончили жизнь самоубийством. А здесь мы наблюдали теракт, совершенный на территории Великобритании, причем опасность угрожала невинным людям. Это был знак, предупреждение, демонстрация силы?

— Если бы я знал ответ на этот вопрос, я бы, наверное, работал на Кремль, а не отвечал Вам на вопросы. Судя по реакции Москвы, улики были не настолько очевидными, так что она продолжает все отрицать. С одной стороны, есть улики, показывающие, кто за этим стоит, с другой все же остается пространство для сомнений. В 2006 году, когда убили Анну Политковскую, ее смерти желали несколько правоэкстремистских организаций. Это запутывает следы. У нас до сих пор слишком мало информации о деле Скрипаля, придется запастись терпением.

Польша. Великобритания. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 апреля 2018 > № 2565409 Эдвард Лукас


Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 апреля 2018 > № 2564634 Александр Баунов

Отдельная комната. О пользе брекзита для России

Александр Баунов

После брекзита появляется тот самый просвет, в который Россия может вписаться. Теперь, оставаясь вне ЕС, можно быть как Британия, а не как те, кого не взяли

Если Путин способствовал брекзиту, как в свое время уверяли премьер Кэмерон и англоязычная пресса по обоим берегам океана, он должен давно раскаяться. Более неприязненно настроенного по отношению к России правительства в британской истории, кажется, не случалось и задолго до Скрипаля. Министр иностранных дел Джонсон уже два года назад звал к демонстрациям у российского посольства, а министр обороны Фэллон посылал самолеты на показательный перехват корабля «Адмирал Кузнецов», идущего в Сирию.

Новая англо-американская связка гораздо эффективнее действует как точка сбора антироссийской Антанты. Будь на месте Трампа другой республиканец, Тереза Мэй напоминала бы Тэтчер, которая, согласно популярной версии, вместе с Рейганом похоронила СССР. Впрочем, и Трамп в пророссийских действиях пока не замечен.

Что касается российских оппонентов Кремля, то здесь картина еще яснее, раньше всяких пролетариев соединяются люди умственного труда: одним нечего терять кроме цепей, другим кроме ценностей. По этой причине образованные русские сплошь и рядом оказываются более убежденными европейцами, чем сами европейцы, и горюют о разводе Британии и Европы, как о распавшемся браке двух любимых друзей.

Сейчас из Галилеи под названием Британия не ждут ничего доброго ни сторонники Кремля, ни его противники. Однако от брекзита есть определенная, вполне осязаемая польза не для современного российского режима, а как раз таки для более свободных, правовых и демократических версий России, если они когда-либо состоятся.

Эта польза состоит не в том, что ЕС стал слабее, и не в том, что Евросоюз покидает наиболее придирчиво настроенная к России большая страна, делая континент потенциально менее антироссийским. А в том, что рядом с Евросоюзом появляется вторая, нееэсовская Европа, создавая и легитимируя ту единственную нишу, которую Россия может занять.

Европа перестала быть равна Евросоюзу. С выходом Британии все, что вне ЕС, перестанет быть ненастоящей Европой, Европой второго сорта, переходным состоянием, которое должно рано или поздно прекратиться, разрешившись присоединением, а если не разрешится, горе народу, оставшемуся на обочине истории. Теперь появляется тот самый просвет, в который Россия может вписаться. Теперь, оставаясь вне ЕС, можно быть как Британия, а не как те, кого не взяли.

Политическое единство Европы

До брекзита ЕС по умолчанию включал в себя все лучшее, что было в Европе. Добровольные исключения в виде нефтяной Норвегии или античной полисной Швейцарии казались временными и несущественными погрешностями. Швейцария исторически аномальна (ссылаясь на нейтралитет, до 2002 года не вступала даже в ООН), а в Норвегии время от времени проводят референдумы о ЕС и вопрос не снят.

В остальном с тех пор как Евросоюз собрал в себя самую развитую часть Европы и после распада советского блока стал подбирать менее развитую с расчетом рано или поздно подобрать всю, он перестал быть исключительно экономическим и даже политическим объединением. Он стал этической категорией. Шаблоном. Посланием. Синонимом Европы как таковой. Почвой и судьбой.

Он собрал лучшие экономики, лучшие партии, лучшую прессу, лучшие суды и, разумеется, лучшие ценности. С тех пор как самые благополучные развитые страны соединились в одном пространстве, оставшиеся снаружи объявили национальной идеей присоединение к этому монополисту благополучия и добра.

Европа поделилась снова, но не на враждующие военные блоки, а на Европу первого и второго сорта. Европу в собственном смысле и с оговорками – еще не Европу, находящуюся в нестабильном переходном состоянии до вступления в ЕС.

Для восточноевропейской страны за пределами ЕС предполагался один путь: переговоры о вступлении, заканчивающиеся присоединением. На этом пути страна – кандидат в члены Союза должна улучшить экономику, суды, партии и ценности. Как улучшит до необходимого минимума, так возьмем.

Самосовершенствование восточноевропейской страны и ее движение в сторону Союза начали совпадать в одном процессе до неразличимости. Не только второе не мыслились без первого, но и наоборот. Самосовершенствования до европейского качества на континенте не предполагалось без вступления: если ты такой умный, почему ты до сих пор не в ЕС. Направление стало подменять качество, движение к Свану – собственное здоровье и цели двигающегося. Тем более что движение проходило под надзором развитых стран, которые и экзаменовали качество институтов. Для восточноевропейских политиков на долгое время вступление в ЕС стало беспроигрышной формой политической программы, но после ее выполнения иногда оставалась политическая пустота.

Елка для богатых

Такое устройство Европы имело неприятную сторону для России и еще нескольких государств, так как не предполагало совершенствования до европейского уровня без вступления в ЕС. Сама такая возможность не признавалась. Не вступил – значит, хуже. Коли хорош – чего не вступаешь. Не взяли – значит, не заслужил.

Россия слишком большая и многолюдная для того, чтобы присоединиться к ЕС, не травмировав его. Она нежеланна в этом Союзе для некоторых его нынешних участников: придя в ЕС, они принесли с собой свое отталкивание от России – любой России, не обязательно путинской.

Присоединившись, Россия не просто критически увеличила бы совокупный вес больших государств, она попросту оказалась самой большой страной ЕС, что немыслимо. В то же время она слишком европейская, чтобы полностью выписать ее за политические и культурные границы Европы. Это не вполне получается даже с Турцией.

Положение большой европейской страны, которая не может быть принята в ЕС, в рамках конструкции, где все хорошие европейцы собраны в одном месте, а те, кто вне его, те похуже, ставило Россию в непрестижное и неустойчивое положение Европы второй свежести, чреватое обидами. И при этом давало российскому интеллектуальному сословию ложную программу, ложную задачу: в прекрасном далеко добиваться вступления, начать двигаться куда-то в качестве условия для улучшений, вместо того чтобы разделить эти две задачи.

Брекзит поможет России их разделить. Остановит примелькавшийся кадр. Придя в Европейское экономическое сообщество в 70-е, Британия улучшила его качество – принесла туда свое право, политику, культуру, экономику, которые были среди лучших в Европе. И, покидая Евросоюз, Британия совершенно не собирается от всего этого отказываться, наоборот, хранить и развивать.

Она ведь покидает Союз не по тем причинам, по которым теоретически могла бы покинуть, например, Польша (мужиков заставляют друг на друге жениться), или Венгрия (не признают нашей национальной драмы от уполовинивания страны), или Хорватия (требуют судить наших героев, которым слава). Покидая ЕС, Британия по-прежнему намерена сохранять и развивать и суд, и экономические свободы, и прессу, и толерантность к меньшинствам. Потому что все это принадлежит не ЕС, а самой Британии, идет не снаружи, а изнутри.

С уходом Британии закрепляется парадоксальная ситуация, когда внутри ЕС оказываются страны с более коррумпированной политикой, худшими выборами, менее свободной и добросовестной прессой, терпимыми обществами и церквями. А Британия со всеми этими позициями на более высоком уровне – вне.

Страны с пока еще слабо развитыми институтами и ценностями – кандидаты на вход, а Британия – с высоким уровнем того и другого – кандидат на выход.

Возникает не ценностный релятивизм, как опасаются многие, а совершенно естественная ситуация, где одни и те же или близкие ценности можно исповедовать, не принадлежа к одной организации.

Море внутри

Это хорошо не только для России, но и для оставшихся вне ЕС стран к востоку от Союза, вроде Украины, Белоруссии, Закавказья, Турции, Молдавии, где то и дело возникают силы с декларативной проевросоюзовской программой, но, придя к власти, они в своих практиках мало чем отличаются от неевропейских сил – так же вороваты и хамоваты. Так было с Ющенко – Тимошенко, так много лет происходит в Молдавии и так далее.

Европейцы в любом конфликте не могут не поддерживать силы, объявившие своей целью конечное вступление в ЕС (как СССР вынужден был поддерживать тех, кто объявлял конечной целью построение социализма). Но если снять ложную и невыполнимую в обозримом будущем повестку присоединения к ЕС и перестать разделять политические силы по этому признаку на тех, кто «за нас», и остальных, которые сразу же превращаются в «против», можно добиваться реальной европеизации изнутри, работая с теми, кто способен гарантировать управляемость и развитие и добиться европеизации за формальными границами единой Европы.

До выхода Британии равными себе по институциональному качеству в ЕС признавали страны, находящиеся далеко за пределами Европы, – Канаду, Австралию, Японию, Южную Корею. Никому не приходило в голову считать, что им надо присоединиться к Союзу для подтверждения своих лучших качеств.

Теперь такая Канада, Австралия, Япония появились на Европейском континенте, и, значит, лучшие европейские качества можно развивать без вступления в ЕС и быть признанным Европой первого сорта без членства.

Свет с Востока

Это не про то, что Россия прямо сейчас равна Европе, а про то, что выход Британии создает новую рамку, в которой она может быть равна без присоединения. В Восточной Азии ведь нет спора о том, кто настоящая Восточная Азия, кто Азия больше, а кто меньше, кто Азия первого, а кто второго разбора. Нет разговора о том, к кому присоединиться и куда вступить, чтобы жизнь удалась. Азиатские режимы рассматриваются по отдельности в зависимости от своих экономических, политических, культурных, институциональных и внешнеполитических достижений, а не в зависимости от того, удалось ли им слиться-разлиться.

Тот факт, что именно России в целом, а не Путину, режиму и так далее выгоден брекзит, показывает и главную проблему безопасности в Европе по сравнению, например, с Восточной Азией. В Азии мы как будто имеем дело с другой Россией, которая для самого Запада не является ни главной угрозой безопасности, ни единственным объектом сдерживания, не враждует тяжко с соседями даже при наличии взаимных претензий и исторических обид и сама менее раздраженно реагирует на американские войска на их территории. И не только потому, что там есть еще и Северная Корея.

Разница в том, что в Азии нет той двуполярности, которая взлелеена в Европе. Биполярная конструкция автоматически создает деление на своих и чужого. То, что один из лагерей сохраняет намерение расширяться в основном на восток и за счет бывших частей другого лагеря, не так важно, как то, что их два. Отсутствие биполярной структуры в Азии производит такой чудесный эффект, что кажется, там действуют другая Россия и другая Америка. В Азии – там тоже есть напряженность, но она не биполярная, не проходит по границе России и заставляет участников сотрудничать.

Конечно, Великобритания остается в НАТО и на шкале вычитания России из Европы расположена дальше почти всех европейских государств. Конечно, она в НАТО и военный союзник Америки. И все же сам факт возникновения третьего пространства, подкрепленный тем, что Турция тоже осталась вне ЕС, создает для России новое положение: у таких, как она, в Европе появляется отдельная комната.

Европа после брекзита – это Европа, где альтернатива Евросоюзу представлена не отстающими или еще не готовыми странами на востоке Европы, а Великобританией, которая добровольно предпочла членству в ЕС независимое развитие равновеликой ЕС политической, правовой и экономической культуры. Россия и другие страны, у которых нет перспектив вступления в ЕС или чьи перспективы (Турция, Украина) призрачны, теперь остаются не в прихожей ЕС за пределами Европы, а в новом, открытом Британией измерении европейского качества без европейского членства.

Великобритания. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 апреля 2018 > № 2564634 Александр Баунов


Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 апреля 2018 > № 2588823 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на встрече с российскими дипломатами, высланными из ряда стран по сфабрикованным обвинениям в связи с британской провокацией по т.н. «делу Скрипалей», Москва, 9 апреля 2018 года

Рад видеть вас в добром здравии и в хорошем настроении. Лица бодрые. Уверен, что так оно будет и дальше.

Я не буду подробно останавливаться на причинах, по которым ваши загранкомандировки были досрочно прекращены, вы о них прекрасно знаете. Они не имеют ничего общего с той работой, которую вы делали, и с теми задачами, которые вы выполняли, продвигая сотрудничество и добрые отношения между Российской Федерацией и странами, в которых вы служили. Высылка 150 российских дипломатов из почти 30 стран под абсолютно надуманным предлогом, конечно, – это беспрецедентная провокация, которая не имеет ничего общего с задачей продвижения международного сотрудничества, выполнением всех договоренностей, вытекающих из Устава ООН, а также закрепленных в многочисленных международных договорах, включая, конечно же, Венскую конвенцию о дипломатических сношениях.

Вам известно, что мы, разумеется, ответили адекватно. Мы никогда не будем «прогибаться» под ультиматумами. Это не тот язык, на котором нужно разговаривать с Российской Федерацией. Мы всегда будем делать все, чтобы защищать безопасность и достоинство наших граждан, суверенитет и национальные интересы Российской Федерации в полном соответствии с международным правом.

Хотел бы также выразить особую признательность членам ваших семей, которые вместе с вами переносят все тяготы и непростые ситуации, с которыми сопряжена работа за границей.

Как вам известно, руководство Российской Федерации сделало все необходимое для того, чтобы ваш отъезд на Родину был максимально комфортным, насколько это возможно в тех чрезвычайных обстоятельствах и в те сроки, которые были ультимативно выдвинуты странами пребывания.

Я уверен, что ваша дальнейшая работа будет эффективной, надежной. Мы сделаем все, несмотря на объективную ситуацию, которая сложилась в связи с непредвиденным прерыванием командировок такого большого количества людей, чтобы ваш вынужденный и непродолжительный отпуск завершился поскорее и чтобы вы все вышли на работу на внешнеполитических фронтах нашей большой Родины.

Хотел бы вам пожелать еще раз всего самого доброго.

Россия. Великобритания. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 9 апреля 2018 > № 2588823 Сергей Лавров


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 апреля 2018 > № 2564075 Дмитрий Орешкин

Путину некуда отступать

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

У Кремля крайне неблагоприятная ситуация — у него больше нет вариантов. Остается уходить в глухую несознанку. Или выступать с такими абсолютно радикальными опровержениями вроде «зачем уничтожили животных». Прежде всего, это совсем не дело Кремля — указывать, что должна уничтожать и предпринимать британская администрация на своей территории. Но сказать-то нечего, поэтому и приходится говорить что-то такое отвлекающее.

Конечно, Кремль и дальше может стоять на своем: не хранил, не предоставлял, родственников за границей не имею. У России нет альтернативы давлению Запада. И потом, от Кремля уже ничего хорошего не ждут. Дальнейшие жесткие заявления приведут только к большей изоляции.

Процесс однозначно пошел, и я думаю, что именно так нужно трактовать события в Солсбери: пути назад больше нет. И те люди, которые хотели, чтобы Путин был полностью зависим от силовиков и не имел даже иллюзий хоть как-то вернуться к нормальным отношениям с Западом, должны испытывать некую удовлетворенность. Ведь ближайшие года два Путина уже никуда и ни в каком виде не примут — даже если он возьмется изображать из себя голубя.

Следует ожидать скорого прогресса в расследовании дела об отравлении Скрипаля. Дай Бог, его дочь Юлия заговорит и раскроет какие-то детали, о которых следствие может еще не подозревать. Хотя абсолютному большинству более-менее независимых наблюдателей и без того очевидно, откуда ветер дует, чем он пахнет и где его сделали ядовитым.

Отравление Скрипаля — это именно тот случай, когда все уже понятно. России остается только складывать губки бантиком и негодовать.Уровень конфликтности будет только ухудшаться, ведь Путину (даже если бы он хотел) отступать уже некуда, да и нельзя. Вопреки ожиданиям президента о том, что Запад зависит от российских ресурсов — эта логика совершенно не работает, потому что этим ресурсам есть альтернатива. И чем жестче Путин себя ведет, тем более жесткий симметричный ответ он получает. Следует ожидать вербального обострения отношений между Россией и Западом. Силовые действия вряд ли возможны.

Безусловно, любители повоевать у России есть — но ресурсов-то нет. Ведь все то, о чем заявляли раньше — лишь слова и пиар. Можно, конечно, сделать еще две подводные лодки или пять ракет «Сармат». Но разве это что-то меняет?

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 9 апреля 2018 > № 2564075 Дмитрий Орешкин


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564065 Борис Джонсон

Борис Джонсон: "инфантильный" Корбин впитывает российский поток абсурдности

Борис Джонсон | The Sunday Times

"Иногда кажется, будто основная работа Кремля состоит в том, чтобы обеспечивать качественную "дымовую завесу", - пишет в своей статье в The Sunday Times министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон.

"А после того, как 4 марта в Солсбери были отравлены Сергей и Юлия Скрипаль, хорошо отлаженные методы Москвы выставлены напоказ в полной мере", - говорится в статье.

Джонсон отмечает: "Есть лишь одно, что приходит Кремлю на выручку и придает ложную достоверность натиску его пропаганды, - это когда политики из стран, подвергающихся атаке, присоединяются к этим усилиям (вольно или невольно), чтобы порождать сомнения там, где их нет, и сеять замешательство там, где есть ясность".

"К сожалению, я прихожу к выводу, что к этим усилиям присоединился Джереми Корбин. Даже теперь он не может заставить себя недвусмысленно заявить, что за это было ответственно российское государство. Всякий раз, когда он позволяет себе свободно высказываться на эту тему, он возвращается в свою зону комфорта - свое прошлое инфантильного левака, сочувствующего любой стране, любому движению, даже самому неприятному, которое враждебно Великобритании", - пишет Джонсон.

"Вспомните заключение Портон-Дауна (британской правительственной лаборатории. - Прим. ред.), что для создания нервно-паралитического вещества требовались "чрезвычайно изощренные методы, возможности применения которых есть, вероятно, лишь для государственного актора". Это фактически исключает гипотезу Корбина, что ответственность каким-то образом лежала на русской мафии (хотя мафия не имела бы каких-либо видимых мотивов)", - говорится в статье.

Джонсон также утверждает, что "российское государство уже начало превентивную кампанию по дискредитации вердикта ОЗХО" - Организации по запрещению химического оружия, которая сейчас проводит исследования проб из Солсбери.

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров заявил, что Россия не может "поддерживать заранее результаты расследования, в котором мы не участвуем", цитирует Джонсон. И заявляет: "Я не буду деликатничать: это циничная чушь, а Джереми Корбин позорит себя, оказывая ей поддержку. Он поистине полезный дурак для Кремля".

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564065 Борис Джонсон


Великобритания. США. Россия > Армия, полиция. Химпром > bfm.ru, 7 апреля 2018 > № 2560940 Вил Мирзаянов

Мирзаянов: «Надо будет в любом случае историю закончить тем, чтобы «Новичок» поставить под международный контроль»

Специалист в области химического оружия, один из создателей вещества «Новичок» прокомментировал Business FM новости о том, что Сергей Скрипаль вслед за дочерью пошел на поправку

Отравленный экс-сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия приходят в себя после отравления «Новичком». Название «Новичок» появилось после того, как советский ученый Вил Мирзаянов эмигрировал в США в 1994 году, заявлял ранее руководитель лаборатории химико-аналитического контроля научного центра Минобороны Игорь Рыбальченко. Мирзаянов в США выпустил книгу «Государственные секреты. Хроники инсайдера о российской программе химического оружия», в ней и была размещена формула этого вещества.

Business FM поговорила с самим Мирзаяновым — со специалистом в области химического оружия, одним из создателем боевого вещества «Новичок». Вот что он рассказал радиостанции:

— Летальный случай «Новичка» — это миллиграмм на человека теоретически, двух миллиграммов хватит. Возможно, они не получили эту дозу. Во-вторых, думаю, что англичане оказывают им очень высокопрогрессивную помощь, то есть у них лечение на высоком уровне, они, наверное, все-таки вымыли значительную часть «Новичка» из их организма. А то, что они говорят, что без всяких последствий, ну это же не врачи говорят, а они говорят. Хорошо, что они такие оптимисты. Я полагаю, что это хорошо. Я им желаю выздоравливания.

— Есть какие-то антидоты, которые можно применять при установлении класса отравляющего вещества? Условно, будет ли корректно сказать, что при использовании любых нервно-паралитических ядов в качестве антидота эффективен атропин? Есть ли вообще антидот широкого спектра действия?

— Кроме атропина, это уже пройденный этап, есть более сильные, так что антидоты есть, но они необязательно успешны для «Новичка». Может быть, англичане все-таки сумели выработать антидот, который специфически годится для «Новичка».

— Последние новости в связи с этим инцидентом в Солсбери — проект закона американских конгрессменов, которые представили законопроект о санкциях против России. Означает ли то, что сейчас было озвучено, это не конец? На ваш взгляд, где может эта вся история закончиться, связанная с Солсбери, если Скрипаль выйдет из больницы здоровым и поправившимся?

— Это чисто политические вопросы, в которых я не силен. Я могу только предположить, высказать свое мнение. Видимо, тут история еще только-только раскручивается, потому что, скорее всего, нужно будет найти исполнителя, если он не пойман уже, конечно, и дает показания, скорее всего, похоже на это. Так что после этого надо будет в любом случае историю закончить тем, что «Новичок», эту серию отравляющих веществ «Новичок» надо будет поставить под международный контроль, включив в список запрещенных отравляющих веществ Конвенции по запрету химического оружия.

Как рассказывал Мирзаянов, в качестве первой помощи пострадавшим могут вводить атропин и афин (холинолитические средства, используемые в качестве антидотов фосфорорганических отравляющих веществ). По его словам, «были разработаны другие антидоты, более сильные».

Великобритания отказывается выдавать визу двоюродной сестре Юлии Скрипаль Виктории. Ранее она подтвердила это в беседе с Business FM.

Великобритания. США. Россия > Армия, полиция. Химпром > bfm.ru, 7 апреля 2018 > № 2560940 Вил Мирзаянов


Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 апреля 2018 > № 2559417 Александр Гильман

Дело Скрипаля и дело Бейлиса

Александр Гильман, Delfi.lv, Латвия

Вряд ли есть более убедительное доказательство абсурдности современных отношений Запада и России, чем дело Скрипаля. Десятки государств высылают российских дипломатов из-за покушения на убийство, следствие по которому не дало пока никаких результатов.

Известно, что Сергей Скрипаль был российским разведчиком, затем предал свою контору, был разоблачен, отсидел срок, а потом в порядке обмена на других российских шпионов отпущен в Англию. И еще, что отравившее его вещество по составу похоже на некие образцы советского химического оружия.

Все остальное нам неизвестно. Нет подозреваемых, неизвестно, каким путем яд попал в организм Скрипаля и его дочери. Непонятно, как жертвы остались живы, если эффект вещества настолько силен, что тяжело заболели полицейские, обнаружившие отравленных.

Тем более непонятно, почему обвиняют именно российскую власть. Изобретатель продукта Вил Мирзаянов живет в США, он в 2008 году опубликовал формулу вещества, после чего его может синтезировать любой профессионал. С другой стороны, известно, что еще в 90-е годы препарат попал в руки преступных группировок и использовался при убийстве банкира Кивелиди.

Даже если мы согласимся, что некий высокопоставленный маньяк преследует всех, кто изменил советским или российским спецслужбам, то зачем был избран столь неудачный момент обострения взаимоотношений между Россией и Западом, да еще накануне чемпионата мира по футболу? Скрипаль живет в Англии 8 лет, можно было бы потерпеть. Он свое отсидел, и если убивать тех, кого сами обменяли, то в будущем никаких обменов не будет. С другой стороны, в той же Великобритании живут и не тужат столь одиозные предатели, как Виктор Суворов или Олег Гордиевский — почему бы не с них начать?

Все это говорит о том, что в деле Скрипаля не ночевала не только презумпция невиновности, но и элементарная логика. Тем не менее громкая антироссийская кампания набирает ход, и никто не собирается ее останавливать. Справедливости ради надо сказать, что и Россия не пытается снизить напряжение — разворачивается откровенно цепная реакция.

Ключевой вопрос здесь такой: почему оппоненты России считают, что она способна поступать иррационально, вопреки логике и собственным интересам? И здесь следует провести параллель с, вероятно, самым громким уголовным процессом в дореволюционной России ХХ века — с делом Бейлиса.

В марте 1911 года на окраине Киева было найдено тело зверски замученного 12-летнего мальчика Андрея Ющинского. Через некоторое время был арестован приказчик находящегося неподалеку заводика Менахем Бейлис и обвинен в ритуальном убийстве — якобы ему, как религиозному еврею, понадобилась накануне Песаха кровь христианского ребенка для приготовления мацы.

Никаких доказательств против Бейлиса не было, равно как и доказательств того, что есть еврейские секты, использующие для мацы кровь. В конце концов через два с половиной года подсудимого оправдал суд присяжных. Но тем временем в прессе была развернута громкая антисемитская кампания. Она привела к определенным политическим результатам: например, остался нерассмотренным законопроект в Государственной думе, который предполагал отменить черту оседлости евреев. А на выборах 1912 года в Государственную думу черносотенцы значительно увеличили свое присутствие.

Общее между этими уголовными делами очевидно. Есть некая таинственная, чуждая и могущественная сила: тогда евреи, сегодня — Россия. Эта сила несет иррациональную, необъяснимую угрозу, которую проще всего объяснить ее непонятными ритуалами: употребление крови младенцев в одном случае и убийства предателей в другом. Поскольку справиться с этой силой путем обычного исполнения закона невозможно, то следует применять некие экстраординарные меры: погромы или высылку дипломатов.

Я постоянно читаю тексты разумных во всех других отношениях людей, которых буквально корежит от упоминания России. Можно согласиться с тем, что наш восточный сосед отнюдь не является образцом демократии и политических свобод. Но на Земном шаре есть множество куда более одиозных режимов — а об их прегрешениях молчат. Но именно так себя и ведут антисемиты, способные постоянно твердить о еврейских грехах и ничьих других.

Давайте сравним несомненные нарушения Россией международного права с аналогичными во времени и пространстве. Например, когда СССР вводил войска в Чехословакию или Афганистан, то он оккупировал всю территорию стран и делал это вопреки желанию подавляющего большинства жителей данных государств. В то же время очевидно, что российская армия в Крыму и нерегулярные силы в Донбассе пришли туда при поддержке большинства населения этих регионов, а на прочую территорию Украины Россия не претендует. Неужели субъективная сторона дела не имеет значения? Тем не менее внешняя реакция в виде разнообразных санкций сегодня значительно сильнее.

И если настолько недопустима аннексия Крыма, то почему с куда большим пониманием встречается аннексия Израилем Восточного Иерусалима? Если любое вмешательство в пользу соотечественников за рубежом недопустимо, то где санкции в адрес Армении, фактически захватившей Нагорный Карабах с прилегающими территориями и проведшей там массовые этнические чистки? Если нас так возмущает недемократический характер выборов Путина, то давайте поговорим об аналогичной процедуре в странах Средней Азии, Азербайджане и Белоруссии.

Я привел примеры, очевидные для жителя постсоветского пространства. Несомненно, что в других регионах мира их можно насчитать больше, и они более яркие. Поэтому и приходится говорить, что в тренде крупнейших расовых предрассудков современного мира ненависть к России заняла ту нишу, которую столетиями занимал антисемитизм. И эта ненависть является столь же однозначным злом. Особенно учитывая, что ее объект — ядерная держава с не самым сдержанным характером.

Я избегал слова «русофобия», потому что на сегодняшний день в большинстве стран есть антироссийские настроения, но не антирусские: дискриминация идет по признаку принадлежности к государству, а не к народу. От этого, конечно, не легче тем гражданам России, которым сегодня стало труднее путешествовать или работать на Западе. И есть лидеры, бегущие впереди паровоза, вроде нашей Латвии. Понятно же, что внезапная атака на русские школы, проведенная Сеймом, прекрасно согласуется с антироссийскими настроениями современного мира.

Вот тут полезно вспомнить, что в царской России дискриминация евреев была только по религиозному признаку. Прошедший обряд крещения немедленно получал все права. Но всего через четверть века атеистов-евреев с огромным энтузиазмом убивали антисемиты любых вероисповеданий на оккупированных гитлеровцами территориях бывших российских губерний. Расовый принцип легко подавил религиозный. Об этой тенденции хорошо бы задуматься тем русским, которые сегодня с жаром ругают современную Россию. Слишком много в мире людей, которые уверены, что яблочко от яблони недалеко падает…

И последняя параллель. Когда арестовали Бейлиса, то на его защиту поднялась и вся российская, и мировая интеллигенция. Никому не известного маленького человека защищали не только русские писатели во главе с Владимиром Короленко, который этому делу отдал два года жизни, но и мировые звезды: протесты подписали сотни знаменитостей Германии, Франции, Британии. А вот сегодня я совсем не слышу возмущенных голосов против безумной антироссийской кампании. Здорово измельчало человечество за сотню с небольшим лет!

Поэтому тем большая ответственность ложится на нас. На тех, кто способен сохранить здравый смысл в этом мировом безумии.

Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 апреля 2018 > № 2559417 Александр Гильман


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 6 апреля 2018 > № 2559285 Андрей Солдатов

Андрей Солдатов: "Шаг, свидетельствующий об отчаянии Путина"

Борис Райтшустер | Frankfurter Allgemeine

Андрей Солдатов, российский эксперт, изучающий спецслужбы, рассматривает покушение на Скрипаля как нарушение табу, которое противоречит логике спецслужб. Он усматривает политический заказ Кремля. Интервью, опубликованное в Frankfurter Allgemeine Zeitung, взял журналист Борис Райтшустер.

"Отравляющее вещество, использованное для покушения, указывает на Россию. Кроме того, очевидный мотив был только у Москвы и Россия в прошлом была замешана в подобных деяниях", - сказал Солдатов. Москва должна была пойти на сотрудничество с Лондоном и сделать все возможное для выяснения обстоятельств произошедшего. "Но что мы видим? (...) Постоянно выдвигаются новые абсурдные версии. Когда главный подозреваемый вместо сотрудничества поджигает дымовые шашки, это еще больше заставляет сомневаться в его невиновности", - отметил эксперт.

Солдатов указывает на то, что "покушение нарушает все известные правила игры, принятые у спецслужб. Во-первых, трогать членов семьи всегда было под запретом. Другим табу было предпринимать что-либо против тех, кого помиловали и обменяли. Их оставляли в покое - в отличие от перебежчиков. Именно поэтому Скрипаль жил в Англии под настоящим именем и особых мер безопасности не принимал".

"Ни одна спецслужба не заинтересована в нарушении правил игры - поскольку на следующий день то же самое может коснуться и ее людей. Скрипаль больше не владел инсайдерской информацией. Попытку его убийства нельзя объяснить с точки зрения логики спецслужб. За этим должна стоять иная логика", - говорит эксперт.

"Это политический заказ - по-другому произошедшее объяснить нельзя. Все выглядит как сигнал. Его цель может состоять в том, чтобы посеять страх, предупредить. Кого? С какой целью? Остается лишь гадать", - сказал собеседник издания.

"По одной из версий, речь может идти о целенаправленном наращивании эскалации. Нельзя игнорировать тот факт, что Путин за несколько недель до отравления Скрипаля в обращении к Федеральному собранию взял курс на эскалацию и конфронтацию, представив новые виды вооружений. (...) Путин многие годы старался продемонстрировать, что придерживается правил, принятых в спецслужбах. И тут такое их нарушение. В моих глазах этот шаг свидетельствует об отчаянии".

По мнению Солдатова, несмотря на то, что власть в Кремле уверенно сидит в седле, ее представители "боятся призраков". "Несколько недель назад я слышал из кремлевских кругов, что там очень боялись вмешательства США в российские выборы, - рассказал эксперт. - Они считают, что находятся в условиях войны между спецслужбами и постоянно ждут, что их атакуют. Они думают, что лидер оппозиции Алексей Навальный - это человек ЦРУ".

Путин, по мнению Солдатова, "объявил войну собственной элите. Все началось с протестов против власти в Москве в 2011-2012 годах. Тогда Путин запретил сотрудникам спецслужб вывозить капиталы из России".

"Он был разочарован. ФСБ, как задумывалось, когда он пришел к власти, должна была предупреждать о надвигающихся кризисах и искать решения. Но спецслужбы не справились, опоздали. Это касается и терактов, и протестов против режима, (...) и протестов на киевском Майдане".

Путин изменил правила игры для российских спецслужб, полагает эксперт. "В 2015 году он отошел от своей старой модели управления, когда все ключевые позиции в государстве занимали люди из ФСБ, (...) Они во многом имели статус феодальных князей, были своего рода новой знатью. С этим было покончено", - сказал Солдатов.

Теперь Путин решил делать ставку на старую советскую модель, предусматривающую снижение значимости ФСБ и других спецслужб, считает Солдатов. "Они перестали решать судьбы больших концернов. Путин использует их теперь лишь как инструмент для решения тех задач, которые определяет он сам".

Это касается, например, контроля над населением, который выражается в запугивании "при помощи истерического страха перед шпионами", а также контроля над элитами посредством "репрессий, направленных против конкретных людей", указал эксперт.

Главное для Кремля - посеять страх: никто не застрахован от репрессий. "В качестве контролирующего механизма это функционирует очень эффективно", - констатировал Солдатов, однако заметил, что "горизонт сотрудников спецслужб стал более ограниченным. Как можно строить планы, когда не знаешь, не попадет ли завтра твой министр в тюрьму?".

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inopressa.ru, 6 апреля 2018 > № 2559285 Андрей Солдатов


Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 апреля 2018 > № 2558523 Карл Бильдт

Карл Бильдт: Путин замешан в атаку с нервно-паралитическим газом

Никлас Свенссон (Niklas Svensson), Expressen, Швеция

Бывший министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт (Carl Bildt) отталкивается от того, что президент России Владимир Путин замешан в атаку с применением нервно-паралитического газа на бывшего шпиона Сергея Скрипаля и его дочь Юлию.

«Моя теория заключается в том, что со стороны президента в ряде случаев была выдана „лицензия на убийство"», — сказал Карл Бильдт в политической передаче «Экспрессен» (Expressen) «Только политика» (Bara Politik), выходящей вечером в среду в 19:00.

Атака с применением нервно-паралитического газа на бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля и его дочь Юлию вызывала политическую напряженность на высшем уровне.

25 стран, в том числе Швеция, недавно сообщили, что высылают более 100 российских дипломатов, чтобы продемонстрировать свою солидарность с Великобританией.

«Покушение на убийство в Солсбери — это нечто большее, чем просто двусторонний вопрос между Великобританией и Россией. Это еще один вызов международному кодексу с российской стороны, и поэтому мы должны действовать», — констатировал премьер-министр Швеции Стефан Лёвен (Stefan Löfven).

В передаче «Только политика», которую показывали в эту среду, бывший министр иностранных дел Карл Бильдт впервые высказался об атаке нервно-паралитическим веществом и об ответственности президента.

По мнению Бильдта, нет никакого сомнения в том, что за инцидентом стоит Россия.

«Мы можем быть в этом настолько уверены, насколько человек вообще в чем-то может быть уверен», — сказал он и напомнил об убийстве бывшего подполковника КГБ Александра Литвиненко в Лондоне в 2006 году.

«Там мы увидели пример того, как Россия совершенно очевидно занимается такого рода деятельностью. Просто в тот раз, когда это случилось, быстрее удалось сложить два плюс два. В данном же случае, использовался уже не полоний, а невероятно сложный и редкий разработанный Россией нервно-паралитический газ. Поэтому нет особых сомнений в том, кто за этим стоит».

«Экспрессен»: Можем ли мы предположить, что и президент России Владимир Путин каким-то образом замешан в этом?

Карл Бильдт: В каком-то смысле мы должны прямо из этого исходить. Ведь именно такой вывод был сделан в результате расследования случая Литвиненко. Моя теория заключается в том, что со стороны президента в ряде случаев выдавалась «лицензия на убийство». Ну а затем, конечно, задачей разных органов, в данном случае, можно предположить, ФСБ, становилось техническое выполнение того, на что они получили разрешение.

— Холодная война вернулась?

— Нет, это не холодная война. Холодная война была с Советским Союзом, и это совсем другое дело. Но мы сейчас вступили в период, когда Россия создает множество проблем. На самом деле это началось несколько лет назад, и с тех пор было сделано несколько попыток решить эту ситуация разными способами. До сих пор все они проваливались. Сейчас мы вошли в новую весьма затруднительную фазу. Ясно, что ничего хорошего в этом нет.

Что произошло

Бывший российский шпион Сергей Скрипаль, 66 лет, и его дочь Юлия, 33 года, с 4 марта находятся в больнице, после того как на них в британском городе Солсбери было совершено покушение с помощью нервно-паралитического газа.

26 марта 25 стран объявили, что высылают в общей сложности более 100 российских дипломатов: это крупнейшая скоординированная высылка российских или советских дипломатов за всю историю.

Россия ответила высылкой такого же количества дипломатов.

Россия. Великобритания > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 апреля 2018 > № 2558523 Карл Бильдт


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557408 Сергей Нечаев

«Россия не имеет никакого отношения к делу Скрипаля»

Сергей Нечаев, Rheinische Post, Германия

Согласно официальным заявлениям, последовавшим за решением о высылке российских дипломатов из Германии, Россию упрекают в том, что она не готова к сотрудничеству в деле Скрипаля. От нас требуют, чтобы мы осознали свою ответственность, сыграли конструктивную роль и выполнили свой долг в деле расследования происшествия. Эти заявления свидетельствуют либо о недостаточной информированности, либо о предвзятости. Российская позиция по этому вопросу было неоднократно изложена на всех возможных уровнях.

С самого начала мы утверждали, что Россия не имеет никакого отношения к происшествию в Солсбери и что у нас нет даже гипотетического мотива, чтобы совершить такое преступление. Мы официально заявили о своей готовности сотрудничать с Великобританией и Организацией по запрету химического оружия, согласно правилам конвенции о химическом оружии.

При этом очевидно, что такое сотрудничество, если оно призвано найти ответы на все имеющиеся вопросы, предполагает доступ к материалам расследования, включая пробы химического вещества, на которые ссылается Лондон. Но британская сторона отклонила все наши предложения и требовала от нас только одного: чтобы мы признали себя виновными и покаялись.

Однако мы не будем признавать своей вины в применении отравляющего вещества в Солсбери, так как мы этого не совершали. Разговаривать с нами на языке ультиматумов бесполезно. Неправильно подгонять результаты текущих расследований под такой приговор, который удовлетворил бы британцев и который они уже объявили. Так это уже было в случаях с Литвиненко, Березовским и другими российскими гражданами, которые в Великобритании при загадочных обстоятельствах погибли и продолжают погибать (дело Глушкова).

Не скрою, что нас удивляет и разочаровывает поведение тех наших партнеров, которые полностью полагаются на высказывания Лондона, вместо того чтобы совместно с Россией содействовать тщательному расследованию, и, более того, предпринимают шаги, которые, безусловно, приведут к обострению двусторонних отношений. Без какого-либо основания, без учета презумпции невиновности. Выводы о предполагаемой ответственности России в деле Скрипаля были сделаны без изучения актов расследования, а лишь на основании исключительно чужих точек зрения и предположений, а также сомнительных формулировок типа «вероятнее всего» и «нет никакого иного простого объяснения».

Это новшество в практике международного права и юрисдикции, а также в поведении наших партнеров, которые раньше всегда уповали на приоритет права. Мы вынуждены констатировать, что под давлением Вашингтона и Лондона кое-кто пляшет под их дудку. Это прискорбно.

По поводу заявления о том, что «нет никакого другого простого объяснения»: многие эксперты, в том числе в Германии, уже обратили внимание на то, что этот скандал играет на руку исключительно Терезе Мэй, у которой до последнего времени были серьезные внутриполитические проблемы, в том числе в контексте Брексита. Дело Скрипаля предоставило британским властям возможность отвлечь внимание от их внутренних проблем, заручиться солидарностью международных партнеров, поднять рейтинги правящей партии и возглавить крестовый поход против нашей страны незадолго до Чемпионата мира по футболу, право на проведение которого в свое время получила Россия, а не Великобритания. Кроме того, уже ослабло действие прежних «страшных историй», ставших причиной западных санкций, и, очевидно, требовался новый повод.

С большой долей вероятности мы предполагаем, что в деле Скрипаля Россия имеет дело с дерзкой, грубо сфабрикованной антироссийской провокацией. Нельзя исключать и то, что в это дело могут быть вовлечены британские секретные службы, особенно ввиду большого количества вопросов, на которые Великобритания даже самым близким союзникам ответить не может или не хочет.

Какие у Лондона есть доказательства того, что Российская Федерация причастна к этому отравлению? Для чего России надо было совершать нападение с химическим оружием на Сергея Скрипаля, который законно, с разрешения властей, покинул страну? Почему Лондон отказывается сотрудничать с Россией в этом вопросе? Как можно объяснить тот факт, что якобы примененное опасное боевое вещество не привело к множеству других жертв? Почему ход расследования столь важного происшествия, настолько опасного для местного населения, скрывается от общественности? Почему отравление Скрипалей и сопутствующие обстоятельства не задокументированы камерами видеонаблюдения? Какие антидоты получили жертвы, и как вышло, что они были наготове у британских врачей, хотя примененное вещество было якобы специфическим?

Когда и каким путем в Лондоне получили информацию о программе, которую они сами называют «Новичок»? Или, может быть, в британской военной химической лаборатории в Портон-Дауне, которая находится в непосредственной близости от Солсбери, вышеназванное вещество производилось или исследовалось? Случайность ли, что в Портон-Дауне незадолго до отравления Скрипалей провели учения по отработке мер по химической деконтаминации? Хотелось бы получить ответы на эти и многие другие вопросы. И все же похоже, что Лондон не особенно заинтересован в том, чтобы найти непосредственных исполнителей этого преступления и выяснить их мотивы. Пока он занимается политическими декларациями. Очень вероятно, причина — в том, что он уже знает ответы на все вопросы.

Сергей Нечаев с начала 2018 года занимает должность посла Российской Федерации в Берлине.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557408 Сергей Нечаев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter