Всего новостей: 2362442, выбрано 11 за 0.100 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Австралии: Путин Владимир (2)
США. Австралия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 октября 2017 > № 2364448 Руперт Мердок

Слагаемые успеха: Руперт Мердок написал эссе об энтузиазме, любопытстве и работе в команде

Руперт Мердок

Медиамагнат, председатель совета директоров News Corp.

По случаю 100-летия журнала Forbes медиамагнат и глава News Corporation Руперт Мердок рассуждает о качествах, необходимых для работы в СМИ

Я был застенчивым молодым и неопытным владельцем австралийской газеты Adelaide News, и мне очень повезло работать вместе с высококлассными репортерами, редакторами, наборщиками текста, которые подготавливали к выпуску каждый номер газеты. Это были настоящие мастера своего дела, которым было некогда важничать и у которых тем более не было времени на некомпетентность.

В отделе новостей мне каждый день приходилось основательно, если не сказать педантично, переосмысливать свой взгляд на вещи, свое рвение, уверенность в собственных силах и чувство ответственности перед читателем. Каждый день начинался с чистого холста, на котором мы стремились запечатлеть как можно больше важных событий и мнений таким образом, чтобы картина дня была связной, интересной и нужной читателю.

Постоянная срочность, неиссякаемый энтузиазм, это чувство сомнения при выпуске газеты, неутолимое любопытство — вот то, что двигало мною каждый день работы и привело меня как бизнесмена к таким высотам, на которых я в молодости даже не надеялся оказаться.

Благодаря всему этому опыту, всем этим принципам я смог начать собственное дело в сфере телевидения, кино и цифровых новостных изданий. Здесь первоосновой всего процесса являются энтузиазм и творческое начало, а без командной работы просто не обойтись. При этом даже не играет особой роли, кто какое положение занимает: все одинаково важны.

Когда я был молодым, мои коллеги как-то терпели мою неопытность, делились со мной житейской мудростью, и за это я им буду вечно благодарен.

Перевод Антона Бундина

США. Австралия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 октября 2017 > № 2364448 Руперт Мердок


США. Австралия. Чили. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 декабря 2016 > № 2003110 Александр Габуев

Трамп-Тихоокеанское партнерство

Александр Габуев

Спустя почти месяц после победы на выборах, избранный президент Дональд Трамп предпочитает сохранять многозначительную недоговоренность как по многим позициям в своем будущем кабинете, так и по набору конкретных мер в своей экономической программе. Пункты предвыборной программы в этом смысле не слишком хорошая подсказка – популистские положения вроде «назначить жестких и умных торговых переговорщиков, чтобы боролись за интересы американских рабочих», мало что говорят о сути будущего курса. Да и подробные интервью вроде недавнего общения Трампа с редакцией New York Times только добавляют вопросов.

Пожалуй, самая неизменная позиция в экономической программе Трампа – это намерение вывести США из ТТП, о чем президент заявил в своем канале на YouTube 21 ноября. Строго говоря, выходом это назвать сложно – для вступления ТТП в силу соглашение, подписанное 12 странами (Австралия, Бруней, Вьеинам, Канада, Малайзия, Мексика, Новая Зеландия, Перу, Сингапур, США, Чили, Япония) 4 февраля 2016 года, должно быть ратифицировано государствами, представляющими не менее 85% ВВП этого объединения. Без США это невозможно, а в Конгрессе отношение к документу и без Трампа было весьма неоднозначное – недаром и Хиллари Клинтон во время кампании говорила, что не поддерживает ТТП в его нынешнем виде. Тем не менее, быстрое исполнение хотя бы одного предвыборного обещания должно принести в копилку Трампа политические очки.

Куда сложнее ответить на вопрос, насколько отказ от ТТП выгоден американской экономике. Партнерство – сделка совершенно нового типа для мировой торговли. Она базируется на уже существующих двусторонних и многосторонних (вроде NAFTA) соглашениях о либерализации торговли между двумя странами-участницами, но идет гораздо дальше. С одной стороны, в результате полного применения ТТП (после окончания переходных периодов – в отдельных случаях до 30 лет – по некоторым группам товаров) будут обнулены таможенные пошлины на 98% тарифных линий. Однако главная новинка соглашения – это охват широкого поля стандартов, формирующих условия для торговли и инвестиций: от защиты интеллектуальной собственности и организации коммерческого арбитража до условий доступа к госзакупкам и борьбы с коррупцией. Как отмечается в совместном мониторинге РАНХиГС и Российского центра исследований АТЭС, эти стандарты основаны на принципах ВТО и не нарушают их, однако идут гораздо глубже – во многом ТТП реализует наработки так и не завершившегося Дохийского раунда.

Логика США на переговорах по ТТП довольно проста. Америка открывает свой огромный рынок для партнеров по ТТП в обмен на открытие их рынков, а также принятие общих стандартов, гарантирующих создание универсальных правил игры. В этих условиях американские глобальные компании выигрывали бы в глобальной конкурентной борьбе, поскольку многие нормы ТТП создают для них очень комфортные условия: запрет на требования локализации технологий при создании производств за рубежом, защита интеллектуальной собственности, независимый от государств арбитраж, доступ к иностранным госзакупкам на недискриминационной основе, повышение стандартов защиты рабочих в государствах-партнерах до уровня США, запрет требования локализации данных и размещения серверов в национальных юрисдикциях и т.п.

В денежном эквиваленте выигрыш США на первых порах был бы не слишком большим. Так, согласно данным американского Института международной экономики им. Петерсона (PIIE), проводившего системное моделирование последствий ТТП для разных стран, в горизонте до 2030 года создание блока добавило бы всего 0,5% к американскому ВВП (+$131 млрд), хотя прибавка к экспорту выглядела бы солиднее – плюс 9,1% (+$357 млрд). В относительных величинах от ТТП куда больше выигрывали бы другие страны, и прежде всего – наиболее закрытая экономика объединения, Вьетнам. Для Вьетнама, согласно расчетам PIEE, прибавка к ВВП составила бы 8,1% ($41 млрд), а к экспорту – 30,1% ($107 млрд). Этот эффект объясняется тем, что во Вьетнам начали бы перетекать многие звенья цепочек создания добавленной стоимости, которые сейчас сконцентрированы в КНР. Из-за роста зарплат в Китае многие производства уже давно переводятся в Юго-Восточную Азию (в том числе и китайскими компаниями), а почти полное снятие пошлин для вьетнамских производителей на таких крупных рынках, как США и Япония, могло б сделать Вьетнам лидером в этой гонке. И именно с этим эффектом американский бизнес связывал свои надежды на дальнейшее развитие ТТП. Ведь для Китая в краткосрочной перспективе создание ТТП грозило бы снижением ВВП, пусть и незначительным (всего 0,1% или $18 млрд до 2030 года), а экспорт даже подрос бы на 0,2% (+$9 млрд). Но в долгосрочной перспективе последствия для КНР были бы негативные, а потому, рассчитывали в Вашингтоне, Пекин будет вынужден начать переговоры по вступлению в ТТП и принимать стандарты, которые открыли бы для американских компаний огромный китайский рынок, сделав условия конкуренции более справедливыми.

Почему же Дональд Трамп намерен отказаться от сделки, которая сулит экономике США выгоды? Не стоит винить в этом исключительно самого кандидата, не слишком искушенного в вопросах международной торговли, либо его советников вроде профессора Калифорнийского университета в Ирвине Питера Наварро, взгляды которого на торговлю сложно назвать даже меркантилистскими – они просто невежественны. Однако объяснение, скорее всего, кроется в другом. Помимо выигравших от ТТП отраслей и бизнесов (прежде всего, огромных транснациональных компаний), в США будут и проигравшие. Как показывает подробное исследование непартийной Комиссии США по международной торговли, больше всего от ТТП проиграют американские производители автозапчастей, сои, табака, текстиля и лекарств. Многие из этих производств расположены в тех штатах, которые и принесли Трампу победу на выборах, особенно в Северной Каролине. Скорее всего, новый президент таким образом решил сразу записать себе на счет политические очки, набранные среди своего ядерного электората. А учитывая, что в ходе кампании против ТТП выступали и Хиллари Клинтон, и сенатор-демократ Берни Сандерс, сделать ему это было несложно. Тем более, что процесс ратификации даже не запущен.

Реанимация ТТП без США вряд ли возможна, хотя на это намекал премьер Японии СиндоАбэ, а некоторые экономисты считают такой вариант реальным. Слишком много внутренних разменов было завязано именно на открытие США своего рынка, так что без Америки пересогласовать сделку будет сложно, да и вряд ли без такого приза, как крупнейший в мире рынок, остальные 11 экономик будут готовы подписываться под сверхжесткими стандартами ТТП.

Что эти новости означают для России? Известно, что чиновники РФ относились к ТТП крайне критично. Еще будучи председателем Госдумы, шеф СВР Сергей Нарышкин в апрельской статье «Инстинкты колонизаторов» в «Ведомостях» называл ТТП новым изданием колониализма и попыткой Америки ограбить другие народы, а заодно разрушить ВТО. За «келейность» при выработке правил и «закрытость» ТТП критиковали и президент Владимир Путин, и премьер Дмитрий Медведев (хотя в случае создания того же ЕАЭС открытость его для новых членов даже не декларировалась, да и правила вырабатывались не менее келейно, хотя с опорой на те же нормы ВТО).

Если оставить эмоции в стороне, то цифры разнятся. Согласно расчетам РАНХиГС и РЦИ АТЭС, ни в среднесрочном, ни в долгосрочном плане создание ТТП не повлияло бы на ВВП России, а максимальные потери в долгосрочном периоде не превысили бы $65,6 млн. На экспорте в целом ТТП также не отразилось бы, поскольку экспорт в сами страны ТТП мог бы незначительно вырасти (от 0,01% до 0,03%), а экспорт на другие рынки столь же незначительно сократиться. Причины в том, что в страны АТР и ТТП Россия в основном поставляет энергоносители и сырьевые товары, которые не попадают в периметр договоренностей ТТП, а потери были бы вызваны преимущественно снижением или отсутствием запланированного роста поставок сельского хозяйства. Надо учесть, что эти расчеты производились в декабре 2015 года. Расчеты PIIE, опубликованные в июле 2016-го, более оптимистичны для России. По подсчетам американских ученых, ТТП прибавило бы России 0,1% ВВП до 2030 года (+$2 млрд) и 0,5% экспорта ($5 млрд). Столь позитивный прогноз связан со вступлением в силу зоны свободной торговли между ЕАЭС и Вьетнамом. На этот же факт указывал в первых публичных комментариях после создания ТТП тогдашний первый замглавы Минэкномразвития РФ Алексей Лихачев (сейчас возглавляет «Росатом»), также не драматизировать последствия ТТП для ЕАЭС призывала министр по торговле Евразийской экономической комиссии Вероника Никишина.

Впрочем, окончательно хоронить ТТП еще рано. Многие из рецептов Дональда Трампа для оживления американской экономики пока не выглядят слишком реалистичными. Не очень ясно, где он намерен взять $1 трлн на инфраструктурное строительство и будут ли эти инвестиции доходными. Немало вопросов вызывает и предлагаемая налоговая реформа, и планы вернуть в США из офшоров деньги многонациональных корпораций. В случае, если эти методы не сработают, команда Трампа может вспомнить, что под сукном в Конгрессе лежит сделка, способная в ближайшие 15 лет принести Америке $357 млрд нового экспорта. Останется лишь сделать вид, что именно 45-й президент благодаря своей невероятной деловой хватке перезаключил ее на более выгодных условиях, а также поменять название. Предложенное экс-премьером Новой Зеландии Джоном Ки «Трамп-Тихоокеанское партнерство» вполне подойдет.

Economy Times

США. Австралия. Чили. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 декабря 2016 > № 2003110 Александр Габуев


Евросоюз. Австралия > Армия, полиция. Миграция, виза, туризм > fondsk.ru, 16 июля 2016 > № 1825939 Елена Пустовойтова

Ницца: фрагмент будущего Европы?

Елена ПУСТОВОЙТОВА

Сколько раз надо расшибать лоб о грабли, чтобы европейцы научились на них не наступать? На фоне гибели едва не сотни раздавленных человек этот вопрос, возможно, кого-то и оскорбит, но то, что произошло вечером 14 июля на Английском бульваре Ниццы, унижает не только французов. Всей Европе предложено встать на колени.

Европейцы в упор не видят, что им объявлена война. Что она идёт давно. Что продумана тщательно. Что операциями этой войны являются парижские погромы, брюссельские взрывы, берлинские издевательства над женщинами, массовое убийство в Ницце. Проигранным битвам с новыми покорителями Европы несть числа. И главное – нет надежды, что найдётся сила, которая остановит происходящее крушение европейской цивилизации.

Не спешите обвинять меня в крайностях. Просто я это уже видела. Наблюдала в течение долгих десяти лет, как тонкий ручеек мигрантов в Австралию, имеющую, пожалуй, самые строгие правила адаптации иноплеменников на своей земле, породил болезнь, от которой этому континенту уже не оправиться. Он болен смертельно.

А начиналось всё так…

11 декабря 2005 года более пяти тысяч жителей пляжного предместья Сиднея Кроналла вышли на пляж, выгнали с него «либанизов» (так там называют всех выходцев с Ближнего Востока), поднялись к станции городской железной дороги и устроили там шестичасовой митинг протеста с одним-единственным требованием: «либанизов» вон! Почему?

Потому что за неделю до этого, 4 декабря, группа молодых «либанизов» избила двух спасателей на пляже в Кроналле за то, что те запретили им играть там в футбол, прямо над головами отдыхающих, среди которых, как обычно, половину составляли дети. В тот же день оператор местного телевидения попал в госпиталь, после того как «либаниз», которому не понравилось, что его снимают, применил к нему силу.

Житель Кроналлы Брэд Вайттакер (Brad Whittaker) заявил тогда местной газете, что этот день был демонстрацией солидарности людей против разгула этнических банд, терроризировавших публику на пляжах Сиднея в течение нескольких лет. Тогда вместе с Кроналлой протестовали и другие районы Сиднея - Майранда, Брайтон-ле-Сенд, Рокдэйл, Марубра.

И что?

Результатом протестов местных жителей стало… избиение этих самых жителей полицией Сиднея. Вооружённые дубинками и баллончиками со слезоточивым газом, полицейские атаковали белых демонстрантов повсеместно. Жертв беспорядков было двенадцать - пять полицейских, получивших по физиономиям, и семь избитых демонстрантов.

Уже на следующий день, 12 декабря, около двухсот человек собрались около местной мечети в районе Лакемба – часть из них была вооружена пистолетами «Глок» (семнадцать патронов в обойме, запрещен в частном пользовании, является штатным оружием полиции). Потрясая пистолетами, они собирались в рейд на Марубру. Я видела десятки полицейских машин вокруг мечети, но ни один человек не был арестован. А через полтора часа около пятидесяти автомобилей, полных «либанизов», вооружённых бейсбольными битами, палками и кольями, прокатились по Марубра Роуд и расколотили всмятку все попавшиеся на пути автомобили и витрины магазинов. Около десяти вечера вооружённые «подручными предметами» местные жители смогли организовать оборону и стали окружать автомобили с «либанизами» - и вот тут в дело вмешалась полиция, заставившая отпустить обидчиков.

В тот же вечер два десятка автомобилей с «либанизами» ворвались и в Кроналлу, громя магазины и автомобили на Elouera Road и нападая на всех, кто оказывался на улице. Через час около сотни местных жителей окружили одну из машин с «либанизами», но полиция разогнала толпу и дала машине уехать.

Этими расправами австралийские власти дали ясно понять, на чьей они стороне.

Вот примерная «картинка» Европы лет этак через десять…

В странах, испытывающих напор иммиграции, хорошо известно, что эмигранты первого поколения - самый лояльный властям слой граждан. Получившие (в той же Австралии) убежище, а с ним и пособие по безработице, пособие на каждого ребёнка, льготы на медицинское обслуживание, дешёвый проезд в общественном транспорте, скидки за коммунальные платежи и нередко почти бесплатное государственное жильё, они живут с искренним чувством благодарности властям и готовы приходить к избирательным урнам дважды, чтобы поддержать такое правительство в любых его начинаниях. Мало заботясь о том, откуда поступают средства на оплату их льгот, многие такие семьи, прибывшие с Ближнего Востока или стран Индокитая, рожают в Австралии детей одного за другим и, получая на каждого по 180 долларов в неделю, через три-четыре года по уровню совокупного дохода превосходят семьи работающих «аборигенов», пополняющих ту самую казну, откуда правительство черпает средства на выплаты мигрантам.

В той же Австралии, живя в «хаузен коммишен» (дешёвое жильё, предоставляемое неимущим иммигрантам - выходцам с Ближнего Востока), они уже через пять-семь лет покупают или строят помпезные, белого кирпича с колоннами, двухэтажные дома, ездят на лимузинах, владеют лавками, киосками печати, таксомоторами, не переставая при этом получать выплаты от государства, полагающиеся малоимущим и бездомным. Впридачу Австралия получила от них наркобизнес, подпольный рынок труда и замкнутые поселения в черте городов с невозможностью повлиять на возникшие по этническому признаку арабские, китайские, вьетнамские и прочие «гетто».

Однако главная беда даже не в этом. За десяток лет в жизнь вступило второе поколение «либанизов», выросших в Австралии, но воспитанных уже в «гетто» в своих традициях при неизменном и глубоком пренебрежении (вот корень проблемы!) нормами того общества, которое их приняло. Это поколение входит в жизнь с чувством собственного превосходства над всем, что их окружает.

Второе поколение иммигрантов хорошо говорит по-английски, любит уроки безопасного секса в школе (и тут же применяет полученные знания на практике), наследует дома, машины и бизнесы своих отцов - так почему бы им не переделать Австралию под себя?

Во Франции картинки, которые можно наблюдать в Клиши-су-Буа или Сен-Дени, не очень отличаются от нарисованных австралийских сценок. И реакция властей во Франции, Германии, Италии – такая же, как в Австралии.

Вот почему то, что в декабре 2005 года пережил Сидней, является в моих глазах точным прогнозом будущего Европы лет через десять. И я не верю, что Европа найдёт в себе силы к сопротивлению.

Евросоюз. Австралия > Армия, полиция. Миграция, виза, туризм > fondsk.ru, 16 июля 2016 > № 1825939 Елена Пустовойтова


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 13 апреля 2016 > № 1722248 Александр Медведев

В австралийском городе Перт на текущей неделе проходит международная конференция по сжиженному природному газу (СПГ) и выставка. "Газпром" на мероприятии представляет заместитель председателя правления Александр Медведев, к которому на стенде компании выстраивались очереди из международных делегаций.

Для России поезка в Перт оказалась удачной — страна выиграла долгожданную заявку на проведение следующей конференции СПГ-производителей в 2022 году в Санкт-Петербурге. По мнению Медведева, это важный сигнал того, что Россию, которая пока производит лишь 10 миллионов тонн СПГ, оценивают как важного игрока этой индустрии. В интервью РИА Новости Александр Медведев рассказал об СПГ-проектах "Газпрома" от Балтики до Сахалина, о трендах в ценообразовании на голубое топливо, реалистичности амбициозных планов США по экспансии на международный рынок СПГ, а также об отношениях "Газпрома" с соседкой-Европой, которые в последнее время переживают легкий холодок.

— Россия в лице "Газпрома" выиграла заявку на проведение СПГ конференции в 2022 году в Санкт-Петербурге. Как вы расцениваете этот факт? С кем пришлось побороться за победу?

— У нас были серьезные конкуренты — Канада, Малайзия и Оман. То, что в текущей политической обстановке выиграли именно Россия и Санкт-Петербург, показывает, что несмотря ни на что, Россия оценена как важнейший игрок на рынке СПГ и сегодня, и тем более в будущем. Поэтому мы очень довольны, что такое событие будет проведено у нас. Было очень много скептиков, которые сомневались, что мы выиграем. В комитете были представители и США, и Канады. Я думаю, что это было очень мудрое решение.

— В какой форме подавались заявки?

— В устной и письменной формах, в соответствии с регламентом, представляются данные по роли страны на мировом рынке СПГ и по имеющимся выставочным возможностям, гостиничным возможностям, досугу и пр. Это событие пройдет в новом Экспофоруме, который является самым современным конгресс-центром в Европе, а может быть, и в мире.

— Расскажите о ближайших планах "Газпрома" по развитию СПГ бизнеса.

— У нас есть два уникальных проекта, которые, благодаря своей специфике, остаются конкурентоспособными, несмотря на трудную ситуацию на рынке. Это расширение "Сахалина-2". Пока речь идет о третьей очереди, но есть потенциал и для строительства четвертой. Газ для этого проекта будет поступать из ресурсов "Сахалина-3".

Другой наш проект — это "Балтийский СПГ", куда газ будет поступать не с конкретных месторождений, а из Единой системы газоснабжения, с учетом того, что северо-западный транспортный коридор предназначен и для поставки газа в "Северный поток-2", и для дополнительной газификации севера России. Газ у нас есть, необходимые транспортные мощности будут созданы, и все проекты будут реализованы.

Эти два проекта будут реализованы практически в один и тот же срок — 2021 год. Эта дата очень важна, потому что именно к 2021-2022 году, после превышения предложения над спросом благодаря началу работы ряда австралийских СПГ-проектов, ожидается рост спроса с новых рынков, и рыночная ситуация изменится. Поэтому 2021 год — очень важная дата для нас. И поэтому мы интенсивно работаем по обоим проектам, чтобы не потерять рыночную нишу.

— А "Газпром" уже начал переговоры с потенциальными партнерами по "Балтийскому СПГ"?

— Да, мы ведем переговоры. Я пока не хочу раскрывать, с кем, но они идут довольно успешно и интенсивно, потому что конкурентоспособность проекта не может не привлекать участников. Интерес есть у многих. Как говорится, много званых, но мало призванных.

— Но вам нужна именно технология по сжижению?

— Да, для реализации проектов СПГ необходима технология по сжижению. Такими технологиями обладают сегодня западные компании. Однако к России применяются американские секторальные санкции, что заставляет нас крайне тщательно и осторожно подходить к выбору партнера. При этом, хочу заметить, в "Газпроме" эффективно реализуется программа импортозамещения. Уверен, что через некоторое время мы будем в состоянии осуществлять такие проекты с использованием российского оборудования и технологий.

— Санкции США в отношении Южно-Киринского месторождения, которое входит в проект "Сахалин-3", повлияют на расширение "Сахалина-2"?

— Нет, не повлияют, потому что свято место пусто не бывает, американский источник (оборудования — ред.) не является эксклюзивным с этой точки зрения.

— Давайте поговорим о ценах на нефть. Можете назвать свой прогноз цены?

— Я уже давно слежу за ценами и знаю, что ни один прогноз самых солидных агентств не сбылся. Вопрос в том, насколько реальность отклонялась от прогноза. Нынешняя ситуация, когда цены были сначала на уровне 30 долларов, а сейчас поднялись до 40, очень серьезно отразилась на нефтяном производстве. Сокращается количество буровых установок, объемов бурения, как следствие — объемов добычи. Если не сразу, то через какое-то время это не может не отразиться на цене.

Население растет, численность среднего класса растет, люди хотят жить в комфортных условиях, пользоваться благами цивилизации. Это относится и к развивающимся странам, таким как Индия, Пакистан, Вьетнам, Бангладеш и другие. Поэтому рост потребления энергоресурсов неизбежен. А сокращение инвестиций в разведку и добычу, при условии, что мы верим в рыночные силы, не может не привести к возврату цен на тот уровень, который обеспечит инвестиционный процесс. Потому что при текущем уровне цен поддерживать инвестиционный процесс довольно тяжело, даже самым конкурентоспособным производителям. И не надо забывать, что нефтяные компании являются источниками крупных налоговых поступлений не только в России, но и во многих других странах, в той же Саудовской Аравии.

Поэтому все эти факторы неизбежно приведут к выходу нефтяных цен на тот уровень, которые обеспечат приток инвестиций. Какой это будет уровень — 60, 80 или 90 долларов? Посмотрим. Мы никогда не гнались за сверхвысокими ценами, мы хотели бы тот уровень цен, который позволил бы нам заниматься нашей работой. А наша работа очень простая — искать запасы, развивать их, добывать и продавать газ нашим покупателям в Европе.

— Цена на российский газ для Европы в 2016 году прогнозируется на уровне 199 долларов за тысячу кубометров против 243 долларов в 2015 году. 2015 год тоже показал снижение цен по сравнению с 2014 годом. Но при этом доля "Газпрома" в Европе выросла. Это взаимосвязанные процессы?

— В 2015 году мы проэкспортировали больше, чем в 2014 году, и сейчас идем с опережением графика. Частичная потеря выручки из-за падения цен компенсируется ростом объемов. Конечно, хотелось бы иметь более высокую цену. Кроме того, так как спотовые цены, которые были выше нефтепродуктовых цен, также существенно упали, можно предполагать, что по итогам года будет некоторая корректировка цен. Но, в принципе, глубина падения уже пройдена и она отражена в наших формулах, поэтому дальнейшего существенного снижения цены против цены первого квартала мы не ожидаем.

— А сколько она составила в первом квартале?

— Мы подведем итоги перед собранием акционеров. В общем, некоторая корректировка в сторону снижения есть, но она незначительная.

— На Дне инвестора 1 февраля озвучивался стресс-сценарий в 169 долларов…

— Мы сейчас выше этого стресс-сценария, хотя стресс-сценарий всегда полезен.

— Исходя из текущих показателей поставок газа, вы можете озвучить прогноз по экспорту на 2016 год?

— Я думаю, что мы точно будем на уровне не ниже прошлого года. Скажем осторожно, не ниже 160 миллиардов кубометров.

— Как вы относитесь к обсуждениям о целесообразности ухода в ценообразовании на газ от нефтепродуктовой привязки?

— Мы столкнулись с темой спотовой привязки еще в прошлый кризис 2008-2009 годов. Часть наших объемов мы продаем с прямой либо косвенной привязкой к газовым хабам. Но ликвидность большинства хабов по-прежнему недостаточна для того, чтобы быть надежным ценовым ориентиром. Корреляция между нефтепродуктовыми ценами и ценами хабов остается очень и очень высокой. Зачем менять что-то на кота в мешке, если есть ценообразование с нефтепродуктовой привязкой.

Почему даже когда нефтепродуктовые цены были ниже хабовых, мы не побежали менять наши контракты? Потому что мы считаем, что торговля на газовых хабах пока подвержена рискам финансовых спекуляций, а мы не можем себе позволить быть заложниками спекулянтов. Мы занимаемся долгосрочным бизнесом. Как известно, банки зарабатывают и в период падения цен, и в период роста, для них главное — неустойчивость рынка.

А нам и нашим клиентам нужно обратное — предсказуемость, возможность планировать свою деятельность. Поэтому мы не собираемся бросаться в омут, где трейдеры могут что-то заработать, а мы можем потерять в главном. Хотя новые методы торговли мы успешно используем. Мы продаем газ на газовых аукционах, продаем успешно, используя возможности текущей рыночной ситуации.

Мы можем, умеем и будем работать на спотовом рынке, тем более когда мы стали собственниками компании ВИНГАЗ (крупнейший оператор газового рынка не только Германии, но и Европы). И наша компания ГМиТ имеет существенные объемы для работы. В портфеле наших дочерних предприятий почти 50 миллиардов кубометров, и мы с этими объемами будем эффективно работать.

— Вы можете назвать примерный процент газа от общего объема, привязанный к хабам?

— Эти расчеты довольно условны, поскольку помимо прямой привязки в наших контрактах есть и косвенная. И не забывайте, что в ряде стран никакой хабовой привязки быть не может — страны Юго-Восточной и Южной Европы, где никакого ближайшего хаба днем с огнем не найдешь, а продавать там газ с привязкой к TTF или NBP это будет просто несерьезно.

— Евросоюз недавно рассматривал ряд положений по повышению собственной энергобезопасности. Там есть пара интересных моментов, например расширение импорта СПГ. "Газпром" видит в этом для себя конкуренцию?

— Я встречался (в рамках СПГ-конференции в Австралии — ред.) с руководителем одной крупной американской компании, которая приступила к экспорту СПГ, и мы пришли к общему мнению, что мы, по сути, не являемся конкурентами, а должны совместно развивать мировой рынок. Кто может конкурировать с нашим трубным газом, особенно в текущих экономических условиях? Тем более что произошла девальвация валюты, а 90% наших расходов — в рублях. Фактически у нас затраты снизились в два раза.

В США работает другая бизнес-модель. Там экспортеры покупают газ на споте, потом сжижают его, транспортируют, то есть работают по принципу "с паршивой овцы, хоть шерсти клок". А мы работаем на долгосрочной основе, чтобы наши инвестиции в долгосрочном плане окупались и чтобы мы могли развивать бизнес.

Но никакой ценовой войны быть не может, потому что мы работаем по нашим контрактам. Мы не устанавливаем цены по своей воле, у нас работает формула, а если необходим пересмотр цен, то проводятся переговоры, которые, как правило, приводят к взаимоприемлемому результату.

— А как вы относитесь к амбициозным планам США по строительству мощностей по экспорту СПГ?

— Заявок на получения права экспортировать газ, как и на регазификацию, было очень много, но лишь немногие получили разрешения. Споры о том, сколько же будет экспортировать США — 20, 30 или 100 миллионов тонн, — продолжаются. Мне почему-то кажется, что это будет скорее 20 миллионов тонн, чем 100.

— А каково ваше отношение к другой инициативе Евросоюза — согласовывать межправсоглашения на поставки газа и новые контракты?

— У нас не так мало уже заключенных контрактов на срок до 2035 года и далее — их общий объем 4 с лишним триллиона кубометров. В этом смысле нам беспокоиться не о чем. Что касается новых контрактов, то, если в Европе хотят перейти на госплановскую модель управления, мы все знаем, чем такие планы заканчиваются.

Мы мыслим рыночными категориями и считаем, что экономические субъекты должны договариваться. Мы также знаем, что эти инициативы ЕС вызвали неудовольствие у других участников рынка. Ведь регулирование — это одно дело, а вмешательство в хозяйственную деятельность — другое, так можно дойти и до абсурда. Будем надеяться, что здравый смысл возобладает и препятствий для хозяйственной деятельности не будет.

— А ЕК не предлагала "Газпрому" или вашим партнерам заключить с Германией межправсоглашение по "Северному потоку-2"?

— Нет, у нас нет такой необходимости, потому что проект носит коммерческий характер. Эту позицию разделяют и акционеры не только из Германии, но и из Австрии и Франции.

— И вам не предлагали?

— Нет, не предлагали.

— Можете назвать сроки привлечения проектного финансирования для "Северного потока-2"?

— Естественно, мы стремимся, чтобы наши крупные проекты реализовывались на базе проектного финансирования, когда 70% — это заемные средства, а остальные 30% — собственные средства акционеров. Хорошие проекты у нас всегда завершались успешным привлечением средств, и сейчас мы уже контактируем с банками по ряду проектов — и "Северного потока-2", и третьей очереди "Сахалина-2", и строительства Балтийского СПГ.

Несмотря на сложную ситуацию на рынке, интерес у банков есть. Главное, чтобы они не натолкнулись на какие-то непреодолимые препятствия. Мы знаем, что иногда случается и так, что сначала акционеры финансируют проект, а потом рефинансируют его на более благоприятных условиях, чем те, которые могли бы быть, если бы проектное финансирование было получено с самого начала.

Акционеры готовы пойти и на такой вариант, хотя, конечно, это потребует мобилизации дополнительных собственных средств. Поэтому мы все-таки хотим, чтобы работали классические схемы, а не экстремальные.

— Но сроков по привлечению проектного финансирования для "Северного потока-2" вы не ставите?

— Сроки есть. Как только в 2017 году будут получены все необходимые разрешения, в этом же 2017 году должен быть решен вопрос по проектному финансированию.

— Примерную сумму можете назвать?

— Мы уже объявляли, что общая сумма проекта планируется в объеме 9,9 миллиарда евро, поэтому легко можно посчитать 70% от этой суммы.

— И общая сумма проекта остается неизменной?

— Да, она может только сократиться.

— Я правильно поняла, что "Газпром" уже ведет переговоры по привлечению проектного финансирования для третьей очереди "Сахалина-2" и Балтийского СПГ?

— Да, наши финансовые консультанты работают с банками.

— А суммы вы можете назвать?

— Нет.

— А сроки привлечения?

— Тоже нет, каждому овощу свое время.

— Когда у вас планируется следующая встреча с еврокомиссаром по конкуренции Маргрет Вестагер?

— Мы договорились встретиться в мае.

— Согласно отчету "Газпрома" за 2015 год, в настоящее время пересмотра цен на газ в Стокгольме требуют французская Engie, турецкая BOTAŞ, Shell Energy Europe Ltd, датская DONG Naturgas A/S (слушания по делу в октябре-ноябре 2016г), польская PGNIC (решение по делу должно быть вынесено не позднее августа 2017 года). С Engie удалось договориться, а с кем-нибудь еще?

— С германской Uniper мы тоже договорились. С BOTAŞ ситуация особая. К сожалению, ситуация сложилась так, что трагедия со сбитым Су-24 осложнила взаимодействие наших стран, хотя все поставки осуществляются в соответствии с контрактом. Мы надеемся, что переговоры возобновятся. На самом деле у нас к BOTAŞ в суде встречное требование по повышению цен с 1 января 2016 года, поэтому здесь обоюдоострая ситуация.

— Верна ли логика размышления о том, что пока "Газпром" пошел на уступки именно акционерам "Северного потока-2"?

— Нет, это совпадение. С кем-то переговоры шли дольше, с кем-то быстрее. Участие в инфраструктурных проектах дает нам только более тесные контакты, но никакой увязки с другими вопросами за этим не стоит. Контрактные взаимоотношения — это одно, а реализация инвестиционных проектов — совсем другое. Если стороны уже являются партнерами, то трудно представить, чтобы они не смогли договориться по текущим вопросам.

— А с остальными переговоры продолжаются?

— Я уверен, что все разногласия будут преодолены.

— Досудебно?

— Подача в арбитраж чревата тем, что те, кто подает иск, могут получить меньше, чем им предлагали на переговорах, как не раз показывала практика.

— Какова контрактная цена на российский газ для Украины во втором квартале?

— Да какая цена, если они ничего не покупают. Цена по формуле контракта. В современных условиях на эту цену грех жаловаться.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 13 апреля 2016 > № 1722248 Александр Медведев


Австралия. Китай. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 февраля 2016 > № 1658487 Николай Мурашкин

Урок на экспорт: как Австралия переживает замедление Китая

Николай Мурашкин

Снижение темпов роста в Китае ударило по Австралии, зависящей от экспорта сырья в Азию. Но в отличие от России Австралия оказалась подготовленной лучше. Успешная стратегия Канберры в АТР – заслуга и крупного бизнеса, и правительства. Пик усилий пришелся на премьерство китаиста Кевина Радда. 18 февраля Радд, возглавляющий Asia Society Policy Institute, выступит в Московском центре Карнеги

Экономические проблемы в Китае и на мировых рынках сырья сильно затронули Австралию – одного из кочегаров китайского роста. За время сырьевого суперцикла нулевых Китай стал главным потребителем австралийской железной руды, угля и других природных ресурсов, экспорт которых рос почти экспоненциально. Новогодние новости из КНР вызвали в Австралии резкое падение биржевых котировок (индекс потерял 7% капитализации), особенно у ресурсных компаний. Обвалился и курс австралийского доллара, достигший почти семилетнего минимума по отношению к американской валюте.

Впрочем, Австралия оказалась гораздо более подготовленной к проблемам в Китае и падению цен, чем многие сырьевые экономики, включая Россию. Главная причина – наличие осмысленной стратегии выстраивания отношений с растущими азиатскими гигантами, созданной усилиями бизнеса, государства и общества. Успешному взаимодействию с КНР не мешают ни культурные различия, на которые сетуют, например, российские бизнесмены, ни даже союзнические отношения Канберры и Вашингтона.

Две Азии

Внешний фон для успехов Австралии в АТР был не самым простым. С одной стороны, рост азиатских экономик толкал вверх цены на сырье, одну из основных статей австралийского экспорта. С другой стороны, растущая мощь Китая усиливает его амбиции как великой державы, а вместе с ними – геополитическую напряженность во всем регионе. В Австралии это понимают и чувствуют едва ли не лучше, чем где-либо еще на Западе. Бывший премьер Австралии Кевин Радд, свободно владеющий китайским языком и работавший в КНР как дипломат, после отставки окончательно закрепился в статусе одного из ведущих глобальных экспертов по Китаю.

Среди прочего Радд популяризирует концепцию американского старшего научного сотрудника Фонда Карнеги Эвана Файгенбаума о двух Азиях: «экономической Азии» и «Азии безопасности». В «экономической Азии» все больше доминирует КНР, чем США, превратившись в более важного торгового партнера каждой азиатской страны. В «Азии безопасности» США продолжают играть ключевую роль поставщика этого общественного блага за счет системы оборонительных союзов со многими государствами региона. У Китая же, строго говоря, полномерный стратегический партнер в регионе один – это Северная Корея, да и то с оговорками, учитывая портящиеся отношения Пекина и Пхеньяна. Австралия, согласно этой классификации, входит в обе Азии.

Впрочем, политика Канберры не сводится к простой формуле «бизнес – с китайцами, а военный союз – с американцами». С одной стороны, со времен Второй мировой и холодной войны Канберра традиционно остается одним из стратегических партнеров Вашингтона, входя в блок АНЗЮС. Япония, особенно в правление кабинетов Синдзо Абэ, рассматривает Австралию как ключевой элемент безопасности в регионе наряду с Индией, читай – как противовес растущему влиянию Китая. Наиболее наглядная иллюстрация этих отношений – недавний австралийский многомиллиардный тендер на постройку новых субмарин для ВМС. Японская заявка сейчас является фаворитом, в том числе благодаря поддержке США, обещающих поставки новейших американских боевых систем управления в случае победы именно Токио. (Китаю, разумеется, и тендер, и японская заявка с американской поддержкой сильно не нравятся.)

С другой стороны, ВМС Австралии проводят совместные учения и с Южным флотом Китая. Причем в октябре 2015 года дата китайско-австралийских учений близ порта Чжаньцзян совпала по времени с организацией ВМС США патрулей за свободу навигации в Южно-Китайском море. Премьер-министр Австралии Малкольм Тернбулл в итоге решил не злить Пекин и ограничился участием в китайских маневрах. Однако в декабре свободу навигации над спорными островами Спратли отстаивал уже австралийский патрульный самолет.

Перекрестное членство

Экономически Австралия зависима как от США, так и от КНР. С одной стороны, Китай является главным направлением австралийского экспорта товаров и услуг, занимая долю 36,1% (для сравнения: у России – 6,8%). Стоимость австралийского экспорта в Китай доходит до 10% ВВП страны. КНР служит и основным поставщиком иностранных студентов для австралийских учебных заведений. Австралийский доллар является одной из немногих валют, одобренных Народным банком Китая для прямых торгов с юанем. С другой стороны, инвестиционные связи между Австралией и США теснее, чем у обеих стран с КНР. Американские инвестиции в Австралию (около $570 млрд ежегодно, если считать вместе прямые и портфельные) вдвое выше, чем в Китай. А австралийские инвестиции в США (около $409 млрд) вдесятеро выше, чем в КНР.

В международных финансово-экономических институтах и торговых союзах Канберра старательно избегает блоковости. Так, Австралия – соучредитель созданного в 1966 году Азиатского банка развития (АБР), в котором ведущую роль играет Япония при поддержке США. Вместе с тем в 2015 году Австралия в отличие от США и Японии стала акционером, причем шестым по размеру, конкурента АБР – Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, учрежденного по инициативе КНР. Вашингтон пытался отговорить Канберру от этого шага, однако австралийские власти решили все же сесть на второй стул.

Такое же поведение Канберра демонстрирует в отношении региональной интеграции. Подписав соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП), где Китая среди членов нет и пока не предвидится, Австралия параллельно состоит и в переговорах о Региональном всестороннем экономическом партнерстве, где Пекин, напротив, является одним из центральных игроков. Кроме того, по завершении позапрошлогоднего саммита G20 в Брисбене Китай и Австралия подписали двустороннее соглашение о свободной торговле.

Воины и торговцы

Если верить опросам, австралийская общественность считает, что в стране слишком много китайских инвестиций. Благодаря выгодным условиям инвесторских виз китайские инвестиционные туры по объектам австралийской недвижимости стали притчей во языцех, а баснословное удорожание этой самой недвижимости объясняется как раз высоким спросом со стороны граждан КНР (в том числе семей чиновников и близких к власти бизнесменов, создающих «запасные аэродромы»). Например, занимающий верхнюю строчку китайского списка Forbes Ван Цзяньлинь, владелец группы Wanda, за прошедшие два года вложил $2 млрд в австралийские объекты.

Настороженность в отношении КНР не мешает Австралии сдавать китайцам в долгосрочную аренду ключевые объекты инфраструктуры, в частности порты. Так, в 2014 году китайская корпорация China Merchants на пару с австралийским инфраструктурным фондом выиграла на аукционе за $1,2 млрд права на 98-летнюю аренду Ньюкаслского порта, где расположен крупнейший в мире угольный терминал. Большой резонанс вызвала китайская аренда Дарвинского порта на 99 лет в рамках проекта Морского шелкового пути XXI века. Австралия сдала китайской компании Landbridge 80%-ную долю в порте за $340 млн, чтобы ускорить экономическое развитие своих северных регионов. При этом Дарвин считается стратегическим портом, ибо используется как австралийскими ВМС, так и зарубежными, в том числе американскими. На очереди – грядущая приватизация Мельбурнского порта, и тревогу по поводу возможной «китайской угрозы» уже бьют журналисты, эксперты и военные, требуя ужесточить критерии участия в конкурсе и не допустить вхождения китайских инвесторов в стратегический актив.

При этом, судя по всему, руководство Австралии все же имеет четкую стратегию, выработанную методом проб и ошибок. Китайских инвесторов начинают пускать во все большее количество секторов, в том числе в сельское хозяйство, при условии жесткого соблюдения рыночных правил игры и национального законодательства. Инвесторам из КНР такой подход явно импонирует – Австралия прочно занимает второе место как страна – реципиент инвестиций из Поднебесной, уступая только США.

Человеческое измерение

Одна из причин успешности стратегии Австралии в отношения Китая и других стран АТР – это развитие экспертизы и институционализированных механизмов личных контактов с ключевыми чиновниками и представителями бизнеса. Лицом австралийского «поворота к Китаю» стал Кевин Радд – синолог по образованию, публично выступавший на очень уверенном китайском с трибун АТЭС и G20. Конечно же, личное внимание Китаю уделяли австралийские лидеры и до Радда, однако именно он вывел контакты австралийской элиты с китайским руководством на новый уровень. Чтобы избежать обвинений в том, что он старается укрепить связи с авторитарным режимом и не обращает внимания на состояние демократии и прав человека в КНР, сам Радд предложил характеризовать свой подход к Китаю, а заодно отношение Австралии к КНР как чжэнъю. Словосочетание дословно можно перевести как «критичный друг», этакий «товарищ-правдоруб», не стесняющийся указывать другу на недостатки. В Китае, впрочем, идею Радда приняли прохладно, хотя к нему лично продолжают питать уважение.

Нынешний глава правительства Малкольм Тернбулл тоже тесно связан с Китаем. Сын Тернбулла свободно говорит по-китайски и женат на китаянке, дочери ученого Китайской академии общественных наук со связями в правительстве, который способствовал приходу IKEA на китайский рынок. Тернбулл известен еще и тем, что в 1994 году основал в провинции Хэбэй первое китайско-западное совместное предприятие в горнорудной промышленности, занимающееся разработкой цинковых месторождений.

Не менее активен и бизнес, спонсирующий массу форматов для прямых диалогов с бизнесменами и политиками КНР. Самый успешный из них – основанный бывшим дипломатом, а ныне известным юристом Джоном Дентоном China-Australia CEO Roundtable Meetings, куда периодически приходят главы обоих государств. Кроме того, Австралия очень активно работает с китайским бизнесом и в многосторонних форматах, вроде «деловой двадцатки» или Делового консультативного совета АТЭС, о котором Россия словно забыла после владивостокского саммита 2012 года. При этом бизнес активно вовлечен в формулирование национальной стратегии – тот же Дентон был одним из руководителей рабочей группы при правительстве, писавшей стратегический документ «Австралия в азиатском веке».

Не меньше внимания уделяется и подготовке лидеров, которые будут управлять отношениями в будущем. Например, у Австралии и Китая есть успешный диалог молодых лидеров, а с 1990 года при Мельбурнском университете и с поддержкой федерального правительства действует программа Asialink, предоставляющая курсы профессионального ликбеза по странам АТР и возможности навести мосты представителям австралийского бизнеса, чиновникам, деятелям искусств и молодым лидерам. Наконец, австралийская китаистика считается одной из лучших в мире после США и Сингапура, а по соотношению качества и количества аналитики по Китаю на единицу населения или доллар ВВП – так, пожалуй, и первой.

Свет с Севера для Down Under

Насколько все эти инструменты помогают Австралии пережить нынешнее китайское торможение? В конце января премьер Тернбулл проводил в Сиднейской опере Австралийский экономический форум А50, и успокаивал инвесторов методами прямого маркетинга, рассказывая о возможностях страны, несмотря на окончание сырьевого бума и замедление Китая. На россиян, привыкших к заклинаниям из высокопоставленных уст на форумах в Санкт-Петербурге, Сочи, Красноярске, а с прошлого года и Владивостоке, sales pitch австралийского премьера вряд ли произвел бы впечатление. Но инвесторам явно понравилось – хотя бы потому, что излагаемая программа адаптации звучит крайне разумно и уже подтверждается некоторыми фактами.

Так, падению курса национальной валюты обрадовались австралийские аграрии: они рассчитывают увеличить экспорт качественного продовольствия для среднего класса восточноазиатских стран с расчетом на рост как самой страты, так и ее потребностей. В этом контексте фермеры Зеленого континента рассматривают свои края как будущую всеазиатскую житницу. Помимо туризма, дешевый австралийский доллар повышает популярность и образовательных услуг Австралии – четвертой статьи экспорта страны. С точки зрения родителей студентов из Азии, качество образования сопоставимо с намного более дорогими Великобританией и США, только чадо при этом ближе, да и визовый режим для инвесторов австралийцы смягчают – например, снижая порог требуемых вложений в частную недвижимость.

Немного не повезло австралийским производителям сжиженного природного газа: его цена уже сильно упала из-за привязки к нефти, а производства, потребовавшие инвестиций на сумму около $134 млрд, еще только выходят на проектные мощности и пока не достигли стадии окупаемости. Однако в долгосрочном плане надежда Австралии на перспективы азиатского рынка СПГ сохраняется с учетом выравнивания спроса и предложения, а также возможного изменения механизма ценообразования. Согласно прогнозам, к 2018 году Австралия станет крупнейшим производителем СПГ, который, в свою очередь, станет второй по значимости статьей экспорта после железной руды.

Спасение же для австралийского экспорта угля, по крайней мере энергетического, ожидается из Юго-Восточной Азии, где растет спрос на этот товар. Косвенно здесь посодействует и Китай, хотя его импорту угля как раз прогнозируют снижение. И поможет тут тот же Китай: Азиатский банк инфраструктурных инвестиций в отличие от Всемирного банка и других западных финансовых институтов намерен спонсировать часть затрат стран Юго-Восточной Азии по переходу на дорогие энерготехнологии с низким уровнем вредных выбросов. Недаром к проработке своей национальной повестки в этом институте, вступление в который потребовало даже мини-ссоры с США, Австралия подошла очень тщательно, посоветовавшись с бизнесом и задействовав все выпестованные десятилетиями механизмы сотрудничества с АТР.

Николай Мурашкин – японист, специалист по международным отношениям в АТР, исследователь Кембриджского форума по Центральной Азии

Австралия. Китай. Азия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 февраля 2016 > № 1658487 Николай Мурашкин


Австралия. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 ноября 2014 > № 1226589 Владимир Путин

Заявление для прессы и ответы на вопросы журналистов по итогам саммита «Группы двадцати»

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги, дамы и господа!

Несколько слов хотел бы сказать о результатах нашей работы. Прежде всего должен поблагодарить наших хозяев. Они действительно создали очень благоприятную атмосферу для работы «двадцатки», доброжелательную и деловую одновременно.

Считаю, что наша работа прошла не только в очень конструктивной обстановке, но и была результативной. Я коротко остановлюсь на тех моментах, которые считаю важными.

Первое: это наше совместное обсуждение так называемых инициатив в области глобальной инфраструктуры. В этой связи хотел бы отметить принятые решения о создании в Сиднее инфраструктурного хаба. Наши финансовые учреждения уже заинтересовались этой создаваемой организацией. По сути, это вопрос, который находится в поле зрения российского Правительства в последнее время постоянно. Ценность этих решений заключается в подготовке и выявлении наилучших практик и обмена информацией по этой важнейшей теме.

Второе: это вопрос, которым мы в России тоже занимаемся постоянно, и не только уделяем внимание этому, но и направляем существенные ресурсы. Имею в виду борьбу с безработицей, решение вопросов занятости.

У нас, напомню, в целом ситуация хорошая. [В России] достаточно низкая безработица, где-то полгода тому назад у нас было пять с небольшим [процентов], сейчас мы выходим на 4,9 процента, а может быть, в конце года будет ещё ниже. Это хорошие, если не сказать очень хорошие показатели по сравнению со многими нашими партнёрами.

Это не значит, что у нас нет своих проблем, они тоже есть. Во-первых, у нас разрыв по уровню безработицы по регионам Российской Федерации. И, во-вторых, есть вопросы с так называемыми уязвимыми категориями граждан, имею в виду людей с ограниченными возможностями по здоровью. Есть вопросы и среди молодёжи, особенно в южных регионах Российской Федерации. Все эти вопросы тоже подробно обсуждались.

Для России не очень актуально, но в целом вопрос важный: необходимость сокращения разрывов занятости между мужчинами и женщинами. Единственное, здесь есть положительный момент, но это и то, над чем надо работать, – имею в виду положительную демографию и обеспечивать молодые семьи дошкольными учреждениями, с тем чтобы женщина как можно быстрее включалась, возвращалась к трудовой деятельности, не теряла квалификации. Вопросы важные, и, мне кажется, дискуссия шла достаточно интересно, предметно и с пользой.

Следующая группа вопросов – это энергетика, обсуждали эти вопросы сегодня. Разговор о начале реформирования международных энергетических институтов – крайне важная вещь. Имею в виду, что география в значительной степени меняется, происходят структурные изменения в мировой энергетике, и, конечно, нужны новые институты, которые регулируют эту важнейшую сферу деятельности. Вопрос обсуждался сегодня очень предметно и заинтересованно.

Считаю весьма полезным и важным, что мы продолжили дискуссию в сфере финансового регулирования и налоговой системы. Должен отметить, что эти вопросы были в центре внимания «двадцатки», которую мы проводили в Петербурге, и мне очень приятно, что австралийское председательство решило продолжить эту тему. Она важна для всех. Сегодня тоже об этом говорили достаточно подробно. Речь идёт об уходе от налогообложения, о сокращении налогооблагаемой базы и борьбе с офшорами. Вы знаете, что мы в России не только на этот счёт разговоры разговариваем, но и действуем, принимаем соответствующие решения. И вот в парламенте обсуждается один из этих законопроектов прямо сейчас.

Не могу не упомянуть о встрече в рамках БРИКС. Такие встречи на полях «двадцатки» превратились в регулярные контакты. Мы согласовываем свои позиции предварительно, перед тем как встречаться с другими коллегами в рамках «Группы двадцати». Это полезный обмен мнениями, который ориентирует нас на взаимные интересы. Так было и в этот раз, и мы эту практику продолжим в будущем. Следующий саммит БРИКС состоится, как Вы знаете, у нас, в России, в Башкортостане, в Уфе, 8–9 июля 2015 года.

Сейчас у коллег за ланчем начнётся дискуссия по проблемам будущих вызовов, угроз. Будет обсуждаться проблема тяжёлых заболеваний, таких как эбола. Хочу вас проинформировать, что мы вчера это обсуждали и на одной из двусторонних встреч с Президентом Франции. Договорились в известной степени помогать друг другу по этому направлению.

Сегодня ночью из Москвы вылетели несколько самолётов с госпиталем на 200 коек и со специальным оборудованием для борьбы с особо тяжёлыми инфекциями. Надеюсь, что и гвинейские власти, и гвинейские специалисты – самолёт направляется в Гвинею – вместе с французскими врачами, которые там уже работают, по достоинству это оценят и будут эффективно использовать предоставляемое оборудование. Кроме всего прочего, мы и необходимые средства выделяем, и наши специалисты работают над вакциной. Причём достаточно активно это делают. Надеюсь, это приведёт к положительному результату.

Вот, собственно говоря, коротко всё, что я хотел сказать о работе в рамках «двадцатки», но не могу не упомянуть и о нашей работе в Пекине, в АТЭС, мы с вами после встречи в Пекине об этом не говорили.

Должен отдать должное нашим китайским друзьям, они проделали огромную работу по подготовке АТЭС и провели его очень достойно, на высочайшем уровне. Имею в виду не только внешнюю атрибутику, что для Китая характерно, они делают это очень достойно, на высоком уровне в полном смысле этого слова, но и по содержанию это было интересно и полезно.

Мы обсуждали проблемы регионального развития, проблемы развития торгово-экономических связей в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Как вы знаете, существует несколько подходов к тому, как мы должны организовать в будущем нашу совместную работу в этом очень перспективном, быстро развивающемся регионе.

Должен сказать, что предложения китайских друзей нам, Россию имею в виду, кажутся очень перспективными. Они исходят из того, что мы должны не просто создавать какие-то новые структуры, но и чтобы они дополняли существующие механизмы, не сепарировали, не разделяли стран-участниц по различными группировкам, а, наоборот, способствовали бы объединению усилий всех стран.

Вот коротко то, что мне хотелось вам сказать, о чём мне хотелось вас проинформировать. Если есть вопросы – пожалуйста.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, в Китае и здесь, в Австралии, наверняка же затрагивалась санкционная тематика? И если да, то в каком формате это было и в каком ключе: на общих заседаниях, может быть, на двусторонках, в коридорах где-то?

В.ПУТИН: Затрагивалась, но так, в общем. На двусторонних встречах много говорили, естественно, про украинские проблемы. Но звучала тема о том, что санкционные меры наносят ущерб всем: и тем, в отношении которых эти санкции пытаются ввести, и тем, кто их вносит. Здесь, по-моему, уже есть общее понимание, что этот тезис не просто имеет право на существование, а что он является единственно верным. Говорили о том, конечно, что нужно сделать, для того чтобы из этой ситуации постепенно выходить.

ВОПРОС: В интервью накануне саммита «большой двадцатки» Вы сказали о том, что у России на случай резкого ухудшения экономической ситуации есть план действий, в том числе на случай, как Вы сказали, катастрофического падения цен на нефть. Не могли бы Вы подробнее рассказать о том, что это за план, в чём он заключается?

И сейчас, в последние дни, довольно бурное обсуждение получила ситуация вокруг компании «Роснефть». Некоторые считают абсурдным идею возможного выделения денег этой компании в нынешней непростой экономической ситуации. А Вы как считаете?

Спасибо.

В.ПУТИН: Абсурдного здесь ничего нет. Я уже говорил в интервью – я не знаю, это было в эфире или нет: ничего абсурдного нет в поддержке наших крупных компаний с госучастием. Вопрос только в том, интерес в получении таких средств вызван исключительно корпоративными соображениями, либо эти вложения, если они будут сделаны, будут положительно влиять на состояние всей российской экономики.

В целом компания «Роснефть» вполне самодостаточна, у неё крупные проекты и хорошее финансовое состояние, у них проблем никаких нет. Речь идёт только о том, чтобы ещё большее количество проектов осуществить. А это вопрос – нужно сейчас эти проекты осуществлять, не нужно, имея в виду и цены на энергоносители. Ведь дополнительная добыча, как мы знаем, не связана с повышением цен на эти энергоносители.

Поэтому нужно ли здесь спешить, не знаю. Это вопрос правительственный, вопрос аналитиков, которые работают в этой сфере. Ничего необычного здесь нет, а что касается того, выделять эти деньги или нет – я и в интервью сказал, и здесь хочу повторить: для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно на экспертном уровне это всё просчитать, подумать, а потом уже решать.

По поводу падения цен на энергоносители: я думаю, что это событие конъюнктурного характера, связанное с увеличением добычи и понижением спроса – вот два фундаментальных фактора. Есть ещё третий фактор, монетарный. Это колебания курса доллара, и – думаю, объяснять не нужно – соответственно, это влияет и на цены на нефть.

На бюджет России, хочу подчеркнуть ещё раз, снижение цен на нефть не влияет, имею в виду решение Центробанка о переходе к плавающему курсу. То, что мы раньше продавали за доллар и получали в ответ 32 или 35 рублей, а теперь продаём за тот же доллар, но получаем – сколько там сегодня курс? – 45, 47 или 48 рублей. Поэтому доходы в бюджет даже увеличились.

Но вопрос не только в этом. Вопрос в финансовом состоянии энергетических компаний, в их вложениях в будущее развитие, в будущую добычу и во всё, что с этим связано. Все мировые производители на основных рынках это прекрасно понимают, уверен, корректировки будут. Может быть, не сегодня, не завтра, но в следующем году мы их увидим точно.

Что касается наших планов, я подробно об этом говорить не буду, просто чтобы не занимать вашего времени. Просто скажу, что мы не собираемся, как я уже сказал, «палить» наши резервы, наши ресурсы: ни резервы Правительства, ни тем более резервы Центрального банка, – они предназначены для других целей. Мы будем корректировать наши расходы, если потребуется, конечно, это хочу подчеркнуть.

В этом году все доходы, связанные с ценой на нефть, будут гарантированы, потому что в начале, в середине года цены были достаточно высокими, мы получили очень хорошие доходы и продолжаем их получать. В конце года цены снизились, но в целом по году цены будут такими, уверен, как мы их закладывали в бюджет. А в следующем году – посмотрим. Но если это будет происходить, мы будем корректировать наши расходы, не касаясь наших социальных обязательств. Достаточно у нас средств, чтобы отрегулировать эти непростые, конечно, вопросы.

Надо будет как-то корректировать расходы, повышать доходы по другим направлениям. Ну и самое главное, знаете, есть ведь и положительные стороны в этом деле. Когда есть сверхдоходы в энергоносителях, тем более в углеводородах, никому не охота вкладывать в другие отрасли. И, наоборот, как только выравнивается доходность различных отраслей, начинаются вложения в другие сферы, в том числе и в высокотехнологичное производство.

ВОПРОС: Вы говорили о периоде турбулентности в мировых делах. Есть ли прогнозы, сколько это может продлиться?

В.ПУТИН: Прогнозы – дело неблагодарное. Это не только от нас зависит. Это зависит и от наших партнёров, в том числе от их философии строительства международных отношений. Если мы будем придерживаться фундаментальных принципов международного права, будем уважать интересы друг друга, то это продлится недолго. А если будут и дальше продолжаться попытки решать все вопросы исключительно в своих интересах, руководствуясь исключительно своими геополитическими интересами, то трудно прогнозировать, как долго это будет продолжаться. Надеюсь, что осознание общей заинтересованности в нормализации ситуации приведёт нас к решению всех вопросов и выведет на генеральный путь развития и повышения роли международного права.

ВОПРОС: Каковы, на Ваш взгляд, итоги этого саммита именно для России, потому что он проходил в довольно сложной внешнеполитической обстановке, в условиях санкций? Довольны ли Вы атмосферой на саммите? Не было ли у Вас ощущения, что на Вас ваши коллеги пытались оказывать давление в связи с ситуацией на Украине?

В.ПУТИН: Мне казалось, что я уже ответил на этот вопрос, но, видимо, Вам хочется, чтобы я именно Вам на него ответил. Пожалуйста, я это сделаю.

Я доволен и результатами, и атмосферой. Более того, я хочу поблагодарить и жителей Брисбена, очень благожелательно нас принимали здесь. Это, думаю, и Вам это видно со стороны. Действительно – я этого не знал, обратил на это внимание, когда приехал, посмотрел на местную прессу, на другие средства массовой информации, – происходило некоторое нагнетание обстановки. Действительность и виртуальная жизнь в средствах массовой информации в данном случае сильно между собой разошлись.

И наш хозяин, господин Премьер-министр, он действительно – я уже об этом сказал, хочу повторить, – создал очень благоприятную атмосферу совместной работы. Да, в чём-то наши взгляды не совпадают, но дискуссия была предметной, благожелательной и содержательной. На мой взгляд, очень полезной.

ВОПРОС: Мне бы хотелось, Владимир Владимирович, чтобы Вы всё-таки вернулись ещё к Украине более подробно.

В.ПУТИН: А я её и не затрагивал.

ВОПРОС: Да-да, тем более. Обсуждалась ли Украина в формате конкретно «двадцатки»? Если да – в каком контексте? Как Вы оцениваете нынешний этап развития ситуации на Украине? Нынешний, на мой взгляд, особенно тревожный.

Спасибо.

В.ПУТИН: В официальных дискуссиях в рамках «двадцатки» вопрос Украины вообще не затрагивался, то есть совсем, даже не упоминался.

Все двусторонние встречи были посвящены фактически исключительно проблемам Украины. Должен сказать, что разговоры эти были очень откровенными, содержательными и, на мой взгляд, полезными.

Мне кажется, что мы с коллегами всё-таки смогли друг друга лучше понять, понять мотивы действий России. И мне думается, что и до меня донесли свои озабоченности те коллеги, с которыми я встречался. Думаю, что это нам поможет. Насколько поможет, как быстро мы сможем решить все сложные проблемы вокруг украинского кризиса – пока не могу ответить. Очень бы хотелось, чтобы мы вместе, конечно, с нашими украинскими партнёрами – без Украины решить украинский кризис невозможно – сделали это как можно быстрее. Во всяком случае, Россия будет к этому стремиться.

Ситуация в целом, на мой взгляд, имеет хорошие перспективы к урегулированию, как это ни покажется странным. Но всё-таки созданы структуры с обеих сторон, которые могли бы с большей ответственностью решать стоящие перед ними задачи, имея в виду прежде всего интересы людей, которые проживают на всей территории Украины и на юго-востоке этой страны. Это самое главное. Для России важно одно: чтобы интересы людей, которые проживают на всей Украине, в том числе и на юго-востоке, как я уже сказал, были соблюдены, чтобы они пользовались равными правами, цивилизованными правами, чтобы их законные требования были реализованы.

Из средств массовой информации я узнал о том, что Президент Украины издал указ, по-моему, фактически об экономической блокаде этих регионов: и Луганска, и Донецка. Мне кажется, что это большая ошибка, потому что они собственной рукой отрезают эти регионы. Зачем – вот этого я не понимаю. Но мы поговорим ещё с Петром Алексеевичем на эту тему. Я только вчера в ходе двусторонних встреч европейским партнёрам говорил о том, что нельзя было бы допустить такого развития событий, и вдруг сегодня утром вижу, что это как раз и произошло. Но это тоже не фатально, я думаю. Мне хочется надеяться, что жизнь, практика внесёт свои коррективы в реалии.

Вспомните наши трагические события на Кавказе. Даже в самые тяжёлые дни, месяцы, да и годы, можно сказать, мы никогда не прекращали финансирование Чеченской Республики, регулярно платили не только пенсии и пособия, но даже субсидии бюджету. Это выглядело даже на первый взгляд глуповато, потому что люди, которые контролировали там ситуацию, не только разворовывали деньги, но и могли использовать их на явно неблагородные цели. Но мы это делали, имея в виду свои моральные обязательства перед людьми. И в конечном итоге это оказалось правильным решением, потому что в конечном итоге люди, в том числе и в Чеченской Республике, смогли оценить по достоинству то, что делала Россия, для того чтобы поддержать рядового человека. В конечном итоге, может быть, это было тоже одним из дополнительных факторов, который способствовал тому, что центральные власти России и люди, которые тогда занимали ключевые позиции в Чечне, смогли договориться друг с другом и выйти на путь окончательного и полного урегулирования и вместе подавили представителей международного терроризма, которые прибыли на эту территорию извне. Это сыграло свою положительную роль.

Зачем сегодняшние киевские власти своей рукой отрезают эти территории, я не понимаю. То есть понять можно: деньги экономят. Но это не тот случай и не то время, когда нужно на этом экономить.

ВОПРОС: Скажите, пожалуйста, какое Ваше впечатление от общения с господином Эбботом?

В.ПУТИН: Очень хорошее. Он очень деловой человек, конкретный, очень предметно и профессионально строил дискуссии, дисциплинированно, всех держал в определённом графике, но без всяких обид всем давал возможность высказаться если не на одной сессии, то на другой, ни про кого не забывал. В общем, он очень хороший модератор и профессиональный партнёр.

Чтобы не было здесь никаких спекуляций, что касается того, почему я не пошёл на общий завтрак, – там остался наш Министр финансов, и он сообщит то, что я вам сейчас сказал про наши усилия в направлении борьбы с эболой.

Ну а нам отсюда лететь до Владивостока 9 часов и потом от Владивостока до Москвы – ещё 9 часов. Ещё надо до дома добраться и в понедельник надо на работу выйти. И хотя бы 4–5 часов надо поспать. Я подошёл к Тони, сказал ему об этом, он с пониманием отнёсся, так что здесь никаких других соображений нет, с некоторыми коллегами попрощался. Так что я считаю, что работа наша завершена, и завершена с успехом.

Спасибо большое.

Австралия. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 ноября 2014 > № 1226589 Владимир Путин


Австралия. Китай. Африка. РФ > Внешэкономсвязи, политика > minenergo.gov.ru, 15 ноября 2014 > № 1226577 Владимир Путин

Встреча глав государств и правительств стран БРИКС.

Перед началом саммита «Группы двадцати» состоялась встреча глав государств и правительств стран – участниц БРИКС.

Во встрече приняли участие Президент России Владимир Путин, Президент Бразилии Дилма Роуссефф, Председатель КНР Си Цзиньпин, Премьер-министр Индии Нарендра Моди, Президент ЮАР Джейкоб Зума.

Глава Российского государства пригласил участников встречи на саммит БРИКС, который состоится 8–9 июля в Уфе.

* * *

В.ПУТИН: Уважаемые коллеги, друзья!

Позвольте мне ещё раз вас поприветствовать. Мы только что, недавно были в Китайской Народной Республике, где наши китайские друзья проводили саммит АТЭС. Хочу их поздравить. Мне кажется, он был проведён на самом высоком уровне. Были достаточно откровенные дискуссии. И, по сути, мы здесь продолжим то, о чём говорили недавно в Пекине.

Хотел бы сказать, что наши встречи в рамках «двадцатки» считаю очень полезными и важными, потому что это даёт нам возможность сориентироваться в огромном потоке информации и в наших позициях по поводу мировой торговли, состояния мировых финансов, по поводу того, как мы вместе должны реагировать, чтобы улучшать ситуацию в мировой экономике, имея в виду и интересы активно развивающихся экономик.

В этой связи хотел бы отметить, что успешно выполняются решения по созданию в БРИКС собственных финансовых институтов. Госпожа Президент [Бразилии Дилма Роуссефф] сейчас только что об этом упоминала. Завершается формирование учреждённых на саммите в Форталезе Банка развития и Пула условных валютных резервов. Суммарный объём их капитала довольно внушителен – 200 миллиардов долларов. Таким образом, у нас появятся общие механизмы, способные стабилизировать национальные рынки капитала в случае кризисных ситуаций в глобальной экономике. При этом новые возможности для совместного кредитования позволят расширить торговые и инвестиционные связи.

Важно, что взаимодействие между участниками «пятёрки» укрепляется и по другим направлениям. Более эффективной становится промышленная и технологическая кооперация. Появляются новые совместные проекты в таких областях, как энергетика, добыча и переработка полезных ископаемых, агроиндустрия, высокие технологии. Мы выступаем с общих позиций по вопросам международной информационной безопасности, обмениваемся опытом в решении острых социальных проблем развития здравоохранения, образования и науки.

Уважаемые друзья и коллеги!

С апреля следующего года председательство в БРИКС переходит к России. Наши усилия будут направлены на дальнейшее расширение сотрудничества в рамках нашего объединения. Российская сторона готовит проекты стратегии экономического партнёрства и дорожной карты инвестиционного сотрудничества.

Уважаемые друзья, хочу всех вас пригласить на следующий год 8–9 июля в российский город Уфу для совместной работы. Будем вместе готовиться к этому мероприятию.

Австралия. Китай. Африка. РФ > Внешэкономсвязи, политика > minenergo.gov.ru, 15 ноября 2014 > № 1226577 Владимир Путин


Россия. Австралия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 октября 2014 > № 1209887 Малколм Фрейзер

ПОНЯТЬ ТОЧКУ ЗРЕНИЯ РОССИИ (" THE GUARDIAN ", ВЕЛИКОБРИТАНИЯ )

Малколм Фрейзер (Malcolm Fraser)

Если Большая двадцатка хочет успешно работать как эффективная организация 20 самых важных экономик мира, ее членам необходимо научиться вежливо вести себя друг с другом. Будет интересно посмотреть, как на этой встрече станут реагировать друг на друга австралийский премьер-министр Тони Эбботт и российский президент Владимир Путин. Премьеру Эбботту, наверное, будет труднее, чем президенту Путину. С австралийской стороны прозвучало очень много слов, которые в обычных обстоятельствах можно было бы расценить как крайне недружественные в отношении России и особенно в отношении президента Путина.

Когда Австралия в качестве председателя начнет заседание, как сможет она вести продуктивную и полезную дискуссию? Крайне важно, чтобы все участники отказались от риторики и постарались взглянуть на факты, а также попытались понять точку зрения друг друга.

Агрессия Запада на Украине

Австралия очень требовательно и даже агрессивно отреагировала на уничтожение малайзийского самолета. Почти все австралийские средства массовой информации обвинили Россию, но не как того, кто нажал на спусковой крючок, а как того, кто несет конечную ответственность.

Глядя на проблемы, существующие на Украине, я думаю, что это ошибка. После распада Советского Союза президент Михаил Горбачев считал, что получил от американского госсекретаря Джеймса Бейкера твердые гарантии того, что НАТО не будет продвигаться на восток. Это было условие, на котором Россия согласилась на объединение Восточной и Западной Германии.

Но как нам сейчас известно, НАТО все-таки пошла на восток. Я считаю, что президент Горбачев неверно истолковал слова госсекретаря Бейкера, но на мой взгляд, он искренне поверил, что получил от НАТО обещание не продвигаться в восточном направлении. Поэтому он посчитал, что США и НАТО нарушили данное слово. Так посчитали и все россияне. НАТО - это военная организация, настроенная враждебно по отношению к Советскому Союзу, а следовательно, и к России. И приближение этой организации к российским границам несомненно является недружелюбным актом.

Эти события заложили основу для непродуктивного соперничества между НАТО и Россией. Украина - новая страна, ей всего 23 года. Там существует резкий раскол на две крупные группы. Это те, кто выступает за альянс с Россией, и те, кто стремится к членству в НАТО.

Чтобы Украина стала спаянной, мирной и благополучной страной, проевропейские и пророссийские силы должны сотрудничать, и им придется научиться искусству встречных компромиссов.

Я считаю, что Америка поступает вопреки этой необходимости, и это проявляется особенно ярко в ее стремлении придвинуть НАТО к границам России. Как должна реагировать Россия на эти пробные попытки США и НАТО? Восточная Европа на протяжении столетий традиционно являлась сферой российского влияния. А теперь Америка пытается там стать доминирующим игроком. Способствует ли это сотрудничеству, или это расценивается как провокация? Естественно, Россия отреагировала на такие действия и поддержала пророссийские силы на Украине.

Действия России по предотвращению войны

Одним из следствий продвижения НАТО на восток и нынешних потрясений на Украине стало присоединение Россией Крыма. Похоже, что Москва тем самым оказала Североатлантическому альянсу огромную услугу. Если Украина станет когда-нибудь членом НАТО, и если бы в этих условиях Крым оставался в ее составе, то альянс в качестве следующего шага потребовал бы от России убрать с полуострова ее военно-морские и сухопутные объекты. Это вполне могло бы спровоцировать войну между НАТО и Россией. Пойдя на такие упреждающие действия, президент Путин исключил эту возможность.

Профессор политологии из Чикагского университета Джон Миршаймер (John J. Mearsheimer) в своей статье в Foreign Affairs под заголовком "Почему в украинском кризисе виноват Запад" написал, что это Запад должен нести ответственность за происходящие на Украине события. Однако премьер-министр Австралии, президент США и многие другие смотрят на украинские проблемы совсем иначе. В некоторых, если не во всех проблемах, они неподобающе обвиняют Россию и президента Путина.

Поскольку окончательные ответы на вопросы по поводу крушения малайзийского самолета пока не найдены, эта тема неизбежно всплывет в ходе дискуссий на саммите "двадцатки" - если не напрямую, то в кулуарах.

Что касается ответственности, то главным и самым важным фактором здесь явилось продвижение НАТО в восточном направлении. Второй проблемой стала поддержка Североатлантическим альянсом и Соединенными Штатами прозападных сил на Украине, поскольку в таких обстоятельствах Москва не могла не поддержать пророссийски настроенных восточных украинцев. Этого соперничества не было бы, не начни НАТО продвижение на восток.

Гражданские самолеты не должны были летать над Украиной

Главное бремя ответственности западная пресса возлагает на российские плечи, однако органы гражданской авиации не должны были разрешать авиалиниям совершать полеты над зоной активных боевых действий, где противоборствующие стороны имеют на вооружении зенитно-ракетные комплексы, способные сбивать воздушные цели на высотах до 12 километров. Это было огромной ошибкой, и кто-то должен понести за это наказание. Такое воздушное пространство нужно было закрыть для гражданской авиации, и тогда никаких трагических событий с малайзийским лайнером не произошло бы. Запад хранит молчание на сей счет, потому что намерен продолжать свои утверждения о том, что во всем виновата Россия, что Россия - это агрессор.

Участники встречи должны попытаться понять текущие и исторические мотивы и обстоятельства, влияющие на поведение сторон в этом противостоянии. Если будут понятны побудительные мотивы и причины нынешней ситуации обеих сторон, то на саммите будет гораздо больше шансов для обеспечения стабильности, больше шансов на достижение прогресса в нашем мире, который остро нуждается в эффективном руководстве.

Председательствующий на саммите G20 должен отложить в сторону все те чувства и эмоции, которые могут быть у него в отношении Украины и крушения малайзийского самолета. Председательствующий во многих отношениях должен быть модераторомдля достижения продуктивных результатов от этой встречи.

Автор статьи - бывший премьер-министр Австралии.

Россия. Австралия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 октября 2014 > № 1209887 Малколм Фрейзер


Тайвань. Австралия. ЦФО > Транспорт > forbes.ru, 5 мая 2014 > № 1082919 Мария Абакумова

Взлетная полоса: как превратить аэропорт в настоящий хаб

Мария Абакумова, редактор Forbes 

Чтобы оживить авиационную инфраструктуру, можно отдать аэропорт в частную собственность, помириться с соседями и даже использовать энергию сепаратизма

Около 65 млн пассажиров в год обслуживает московский авиационный узел, крупнейший в России. Времена, когда аэропорт Шереметьево-2 называли главным препятствием на пути иностранных инвестиций в Россию, давно прошли, сейчас других препятствий хватает. И Шереметьево, и Домодедово, и Внуково серьезно реконструировали, к каждому теперь ходит аэроэкспресс, и, если навести порядок с таксистами, наши аэропорты внешне мало чем будут отличаться от западных и восточных.

Однако в более развитых странах авиационные хабы выходят на новые витки развития. Теперь аэропорт не просто место, где человек может пересесть из самолета в машину или на поезд и поехать по своим делам в город.  

Города строятся вокруг самих аэропортов, и цена такой недвижимости растет.

Конечно, трудно ожидать масштабных инвестиций в девелоперские проекты вокруг аэропортов, когда государство больше 10 лет решает, где же все-таки построить новую взлетно-посадочную полосу, а собственники крупнейшего аэропорта отказываются открыто признавать себя таковыми, опасаясь рейдерского захвата их бизнеса. В мире тем временем появилось уже несколько способов развивать аэропорты и территории вокруг них.

Брисбен, Австралия

Отдать их в частную собственность

Аэропорты в Австралии всегда тщательно опекались федеральными властями. В 1950-е годы больше 170 австралийских аэропортов в разных регионах находились в прямом подчинении правительства, и региональным властям приходилось учитывать их наличие как специальных транспортных объектов. Такая «вещь в себе» мешала градостроительному проектированию, развитию территорий, и постепенно аэропорты стали передаваться в ведение местных и региональных властей. К 1988 году федеральных аэропортов осталось чуть больше двадцати. Местные власти могли быть более гибкими, лучше прислушивались к мнениям местных жителей и были более заинтересованы в развитии аэропортов.

Следующим шагом стала приватизация. В 1996 году страна приняла так называемый «Акт об аэропортах» и за 1997–2003 годы выручила на передаче аэропортов в частные руки 8,5 млрд австралийских долларов (около $6 млрд, продавались права аренды земли и имущества на 99 лет). Первым стал аэропорт Брисбен, его купил за $1,1 млрд консорциум инвесторов во главе с голландской Shiphol Group, которая управляет аэропортом Амстердама.

Вместе с терминалами и взлетно-посадочной полосой голландцам достался гигантский кусок свободной земли площадью 2700 га всего в 8 км от центрального делового района Брисбена.

Голландцы тут же принялись из городского аэропорта строить «аэропорт-город» с разными видами коммерческой недвижимости, развитой инфраструктурой и растущим пассажиропотоком.

В 2003 году правительство Австралии сделало щедрый жест, согласившись выделить $1,1 млрд из бюджета на строительство новой взлетно-посадочной полосы. Этот проект сделал бы аэропорт Брисбена сопоставимым по емкости с аэропортами Гонконга или Сингапура. Местные политики критиковали проект за то, что он слишком оптимистичен и не учитывает спад в авиационной отрасли из-за роста цен на нефть. Экологи опасались за судьбу редких птиц. Но законы Австралии позволяют федеральным властям и оператору аэропорта утверждать такие проекты. Строительство остановил кризис 2008 года.

Тем не менее Brisbane Airport Corporation, управляющая портом, продолжала строительство на своей территории и заселяла арендаторами торговые и офисные центры и склады. Уже построено 33 объекта общей площадью больше 210 000 кв. м. На территории аэропорта работают 420 компаний со штатом 19 000 человек (население Брисбена 2,2 млн). Пассажиропоток вырос с 13 млн человек в 2000 году до 21 млн.

Brisbane Airport Corporation планирует вложить в освоение гигантского участка земли $2 млрд. В 2012 году она, проведя работы по сохранению мест обитания птиц, вернулась к проекту строительства новой ВПП длиной 3,3 км с 12 км рулежных дорожек. Предположительно, на пике строительства будет создано еще 7800 рабочих мест, проект должен завершиться к 2020 году. Финансировать его будет сама частная Brisbane Airport Corporation.

Барселона, Испания

Использовать энергию сепаратизма

Построенный в 2009 году новый терминал аэропорта Барселоны занимает 500 000 кв. м и принимает 70% рейсов

Аэропорт Эль-Прат в Барселоне, не самый крупный в Испании, принял в прошлом году 35 млн пассажиров (для сравнения: московский Домодедово — 30,7 млн). Несмотря на кризисы в авиаперевозках и в целом в экономике, за последние 20 лет он уже дважды расширялся (первый раз при подготовке к Олимпийским играм 1992 года). Терминалы и диспетчерские башни спроектировал архитектор Рикардо Бофилл. Несмотря на открытие линии скоростных поездов Барселона — Мадрид, которая увела пассажиров с некогда самого популярного маршрута, аэропорт Барселоны, не имеющий серьезных конкурентов в радиусе 600 км, продолжает с каждым годом наращивать пассажиропоток. То есть в целом аэропорт чувствует себя неплохо. Однако на всемирной выставке MIPIM в Каннах управляющий директор компании CIMALSA, принадлежащей правительству Каталонии, представил проект дальнейшего расширения аэропорта

и превращения его в межконтинентальный хаб.

Для чего? Всеми аэропортами Испании оперирует государственная компания Grupo Aena, в том числе и аэропортом Барселоны. Однако правительство автономной Каталонии развивает окружающие этот аэропорт земли, строит бизнес-парки на сотнях тысяч квадратных метров и в ходе реализации так называемого «Плана Барселоны» расширяет аэропорт. Каталония считает его важным звеном в своей транспортной цепочке (в Барселоне есть один из крупнейших контейнерных и круизных портов Европы и развитые железные дороги), а туризм — одна из основ каталонской экономики.

Каталонцы, которые часто поднимают вопрос об отделении от Испании, обвиняют Grupo Aena в том, что она тратит средства прибыльного аэропорта Барселоны на то, чтобы поддерживать другие предприятия Испании. Президент Каталонии Артур Мас не раз говорил о том, что к управлению аэропортом нужно допустить частные компании. Пока же на MIPIM искать инвесторов под проект превращения аэропорта Барселоны в межконтинентальный хаб ездят чиновники каталонского правительства.

Нельзя сказать, что их усилия пропадали даром. В 2013 году аэропорт Барселоны должен был запустить 37 новых маршрутов — больше, чем любой другой аэропорт мира.

В феврале 2014 года Барселона первой из испанских аэропортов приняла А380, совершавший ежедневный рейс из Арабских Эмиратов. На очереди «Трансаэро», которая тоже собирается запустить в Барселону ежедневные рейсы из Москвы. А Norwegian Air Shuttle, имеющая базирование в Барселоне, обещает к 2016 году запустить отсюда рейсы Boeing 787 в Нью-Йорк и Бангкок.

Тайбэй, Тайвань

Помириться с соседями

Вокруг международного аэропорта Таоюань к 2030 году должен вырасти целый город. Планируя вложить $16 млрд, Тайвань надеется получить экономический эффект на $75 млрд

Вокруг международного аэропорта Таоюань к 2030 году должен вырасти целый город. Планируя вложить $16 млрд, Тайвань надеется получить экономический эффект на $75 млрдФото Diomedia

От Тайваньского международного аэропорта Таоюань (бывший Аэропорт имени Чан Кайши) всего три часа лету до таких крупных городов, как Гонконг, Шанхай, Токио, Сеул и Сингапур. В прошлом году через тайваньский аэропорт прошло около 30 млн пассажиров. Однако власти Тайваня собираются к 2030 году довести эту цифру до 60 млн в год, сделать из аэропорта международный хаб, расширив его территорию на 1000 га и застроив ее научными центрами, офисами, зоной торговли и развлечений. Запланированный объем инвестиций в развитие аэропорта и инфраструктуру составляет $16 млрд. Предполагается, что в зоне нового хаба смогут работать 300 000 человек (сейчас там занято около 37 000 человек).

Откуда такой оптимизм?

Министерство транспорта Тайваня опирается на прогнозы компании Boeing, которые говорят, что к 2028 году на Азию будет приходиться 41% всего рынка авиационных перевозок (сейчас около 30%). Перелеты между Китаем и другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона будут расти на 5,4% в год. Географическое положение Тайваня позволяет ему рассчитывать на растущий поток пассажиров из материкового Китая. Пекин при этом по-прежнему не признает независимость Тайваня. Как насчет политических рисков? «Они есть, — говорит заместитель министра транспорта Тайваня доктор Чен-жин Чен. — Но недавно мы провели первую за 60 лет встречу с китайцами на правительственном уровне!» 

Тайвань. Австралия. ЦФО > Транспорт > forbes.ru, 5 мая 2014 > № 1082919 Мария Абакумова


Австралия. США > Приватизация, инвестиции > unification.net.au, 29 мая 2013 > № 825079 Билл Гейтс

Самый богатый человек Земли, Билл Гейтс, встретился 28 мая в Канберре с премьер-министром Австралии, Джулией Гиллард. Миллиардер намерен продолжить лоббирование финансовой поддержки со стороны австралийского правительства странам третьего мира.

Правительство уже объявило о решении увеличить на 80 миллионов долларов дотации на борьбу с полиомиелитом в странах третьего мира, и мистер Гейтс наставляет австралийцев оставаться верными делу финансовой поддержки развивающихся стран.

Выступая по радио, в Radio National Breakfast, мистер Гейтс поблагодарил австралийцев за их щедрость в увеличении бюджета помощи развивающимся странам, но пожелал, чтобы страна не останавливалась на достигнутом, потому что «можно сделать больше»: «Финансовая помощь, поступающая из Австралии, расходуется в важных и эффективных направлениях, например, для поддержание здоровья.»

Билл Гейтс выразил надежду, что австралийцы гордятся собой, потому что он гордится ими: «Австралия стала мировым лидером по предоставлению финансовой помощи развивающимся странам.»

«В 2009 году»-, указал Гейтс в своем выступлении, — «в разгар мирового финансового кризиса, многие „ключевые доноры“ сократили расходы иностранным государствам. Австралия, напротив, увеличила эту статью государственных расходов».

Далее, миллиардер признался, что проект нового бюджета страны, где правительство предлагает отсрочить предоставление финансовой помощи иностранным государствам, огорчил его. Поэтому с чувством облегчения мистер Гейтс встретил известие о том, австралийское правительство решило не останавливаться и постепенно достичь объемов предоставляемой другим странам помощи в размере 0,5% валового национального продукта Австралии:" Я верю, что Австралия достигнет эту цель как можно быстрее, и что вы продолжите спонсировать борьбу с бедностью в других странах. Я говорю так, потому что улучшение здоровья и благополучия беднейшего населения планеты — лучший из вариантов вложение денег, который вы можете сделать в будущее всего мира и будущее Австралии.

Восемнадцать из двадцати стран-соседей Австралии относятся к развивающимся. Не сложно заметить, что ваше благополучие и безопасность напрямую зависят от прогресса в развитии всего региона.

Многие из ваших сегодняшних основных торговых партнеров, включая Китай, Корею, Малайзию и Таиланд были когда-то в верхней части списка стран, получающих финансовую помощь. Страны, которые получают помощь сегодня, будут следовать тем же путем, ведущим к благополучной жизни.

Я ожидаю, что Австралия продолжит лидерство по решению проблемы, которая является приоритетной и для меня лично».

Напомним, Билл Гейтс, совместно с женой Мелиндой, являются основателями крупнейшего в мире благотворительного фонда Bill & Melinda Gates Foundation.

Билл Гейтс является одним из рекордсменов по размеру средств, переданных на благотворительность: в период с 1994 по 2010 г. он вложил в Фонд Билла и Мелинды Гейтс более $28 млрд. В феврале 2010 года Гейтс выступил с предложением ко всем миллиардерам о передаче половины их состояния на благотворительную деятельность.

Австралия. США > Приватизация, инвестиции > unification.net.au, 29 мая 2013 > № 825079 Билл Гейтс


Австралия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2011 > № 388459 Бен Граундуотер

Как пройти в pectopah?

До поездки Россия ничего не значила для меня. Это была какая-то дремучая и непонятная страна, в которой никогда и ничего не происходит так, как вам кажется.

Проблема в том, полагает один мой друг, что мы считаем Россию европейской страной, а она не европейская. Это самостоятельный и отдельный мир, другой континент. И правила там совершенно другие.

Кроме того,  я приехал в Санкт-Петербург беспомощным и невежественным туристом. Язык там, конечно, отличается, но отличается и алфавит. Путеводители и карты напечатаны на английском языке, и читать их удобно и здорово. Но не очень здорово переводить написанное на страницах, сравнивая это с тем, что вы ищете на улицах.

В России кириллица, и слово «бар» на английском читается как «бап». А ресторан становится «пектопахом». И возникает огромная путаница и неудобство, когда ты пытаешься произнести эти слова, думая, что именно так они звучат на русском. На вопросы о «пектопахах» вам отвечают каменным молчанием. (И лишь позднее тебе становится ясно, что каменным молчанием там встречают почти все.)

Найти в городе дорогу это настоящий кошмар. Указания на карте даны латиницей, а надписей на латинице на российских улицах нет. В результате ты всегда поворачиваешь не там, где нужно, и потом начинаешь отчаянно умолять показать дорогу. А в ответ, естественно, каменное молчание.

Россию не назовешь страной безудержного веселья. Даже страсти там темные и мрачные. Вы пытались когда-нибудь читать Достоевского? Это далеко не Доктор Сьюз. Его произведения мрачны, тревожны и суровы, как и страна, вдохновившая Достоевского.

Да и те картины, которые вы наблюдаете там, кажутся весьма странными и дикими. Два мужчины сидят в ресторане и увлеченно беседуют. Рядом ведерко со льдом, в нем бутылка вина. Бокалы опустели, и один из собеседников тянется за вином и начинает наполнять их едва не до краев.

Погодите – бокалы? Да ведь это не вино, а водка. Мужчины решили прикончить бутылку, пока не подали десерт.

Я пытаюсь сделать то же самое, чтобы показаться своим в доску, и едва не задыхаюсь. Водка крепкая и резкая, и никакой радости от пития я не испытываю. Да и от страны происхождения этого напитка тоже.

Даже одинаковые вещи кажутся странно другими. Девушки носят западную одежду, но не в том сочетании, которое я видел прежде.

Утро понедельника на главной улице Санкт-Петербурга Невском проспекте. Все женщины выглядят так, будто собрались на вечеринку с маскарадными костюмами, которая проводится на тему «Уличная проститутка, одевшаяся в темноте». Везде высокие, до колен сапоги, мини-юбки леопардовой раскраски и кожаные куртки. Порванные чулки в сеточку и шорты из джинсовки. А на улице мороз.

Хоккейный матч должен быть относительно знакомым делом, но и здесь в России свои выверты. Перед игрой девушки из группы поддержки выходят на лед и исполняют свой рутинный номер, но закончив представление, они  садятся в проходах вместе с толпой. Одна садится прямо рядом со мной и моим товарищем. Вот я, вот товарищ, а вот сногсшибательная русская танцовщица. И куда смотреть?

Все это как-то бессмысленно. И попросить объяснения не у кого. Проблема в том, что проникнуть за русский фасад чрезвычайно трудно. Обычный трюк – улыбка и жалкая попытка поговорить на местном диалекте здесь не проходит. Вы снова натыкаетесь на каменное молчание.

А поскольку поговорить не с кем, невозможно понять и проникнуться ощущением этого места. Нет впечатления, что ты здесь свой, что ты понимаешь происходящее. Ощущение такое, что ты плывешь по поверхности и пытаешься заглянуть внутрь – а Россия очень глубокая. Ты как ныряльщик с маской и ластами, пытающийся заглянуть в глубины Марианской впадины.

Поэтому я решаю отправиться на экскурсию. Обычно экскурсии мне не по душе – я съеживаюсь при виде автобусов с открытым верхом, везущих туристов. Я люблю делать открытия самостоятельно. Но это случай особый.

Так что я отправляюсь на «экскурсию по андерграунду» с человеком по имени Петр. Идея заключается в том, что он покажет мне менее известные достопримечательности Санкт-Петербурга: незаконные музыкальные сборища, где играли группы в советские времена, дом местного жителя Коли Васина, который настолько увлечен «Битлами», что превратил свое жилище в храм, а также традиционную старую пивнушку, которую я привык называть «бап».

Но Петр не знал, что ему весь день придется отвечать на мои глупые вопросы, помогая мне понять его страну. Почему девушки у вас так одеваются? «Долгие годы, - говорит Петр, - во времена коммунизма нам говорили, как надо одеваться. Сейчас ты можешь носить все, что хочешь – вот мы и сходим немного с ума».

А почему никто не улыбается в ответ на улыбку? «Русские люди, они не улыбаются постоянно. Если ты идешь, а у тебя с лица не сходит улыбка, они посчитают тебя чокнутым».

В баре Петр учит меня правильно пить водку. «Пить надо всегда с закуской», - говорит он, опрокидывая рюмку, а потом закусывая ее хлебом с сыром. Он прав – это срабатывает.

Но есть, однако, проблема, решить которую не может даже Петр.

«Пектопах? – переспрашивает он. – Никогда о таком не слышал». Бен Граундуотер (Ben Groundwater), Please direct me to the pectopah, The Sydney Morning Herald, Австралия

Австралия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2011 > № 388459 Бен Граундуотер


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter