Всего новостей: 2602824, выбрано 3 за 0.110 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Албания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277218 Николай Платошкин

Эди Рама - новая албанская реальность?

Николай Платошкин, Заведующий кафедрой международных отношений и дипломатии Московского гуманитарного университета, доктор исторических наук

Влияние Албании на Балканах было ощутимым и сотни лет тому назад и возрастает в последнее время.

Еще в XV веке великий воин Албании Георгий Кастриоти, почтительно прозванный турками в честь Александра Македонского Скандербегом1 в одиночку десятки лет вел борьбу против Османской экспансии на Балканах. Его принимал Папа Римский, а великий Рембрандт счел за честь написать портрет этого человека. Заметим, что наполненный христианскими ценностями Запад обещал тогда помочь Албании и, как обычно, не сдержал слова. Кстати, в 1953 году советским режиссером Сергеем Юткевичем был снят советско-албанский фильм «Великий воин Албании Скандербег». Картина запомнилась не только дебютной ролью в кинематографе гениального советского актера Юрия Яковлева, но и специальной премией Высшей технической комиссии Каннского кинофестиваля 1954 года за режиссуру. В 2012 году в честь 100-летия независимости Албании фильм был технически модернизирован и до сих пор остается самым известным в мире произведением кинематографа об Албании.

После турецкого завоевания многие албанцы-христиане, спасаясь от оттоманского ига, нашли убежище в Российской империи, где их называли арнаутами. Отсюда и появилась «прославленная» в романе Двенадцать стульев» И.Ильфом и Е.Петровым Малая Арнаутская улица в Одессе (заметим, что в этом городе была еще и Большая Арнаутская улица)*. (*Арнаутами албанцев первоначально прозвали турки.)

В 1912 году Россия поддержала албанскую независимость, а в 1920-х годах русские эмигранты внесли большой вклад в развитие молодой страны. Например, В.В.Пузанов, изучавший птиц Албании, основал в Тиране Музей естественных наук и стал его первым директором2.

Албания не осталась у нашей страны в долгу. В 1942-1943 годах албанские партизаны под руководством Компартии были для нас реальным «вторым фронтом». Причем албанцы, фактически отрезанные от внешней помощи, успешно воевали как против немцев, так и против итальянцев и самостоятельно освободили свою страну. Хотя, конечно, необходимо заметить, что вермахт покинул Албанию в ноябре 1944 года не только под ударами партизан Энвера Ходжи, но и опасаясь быть отрезанным от «рейха» в ходе советского весенне-осеннего наступления на Балканах в 1944 году. В ходе народно-освободительной антифашисткой войны погибла половина албанской партизанской армии - 30 тыс. бойцов. Так что вполне можно и нужно говорить о советско-албанском братстве по оружию во время Второй мировой войны. Албанцы имеют полное право на почетное место в нашем «Бессмертном полку».

В Албании не забыли, что в 1948 году именно СССР в лице Сталина фактически спас Албанию от «добровольно-принудительного» включения в состав Югославии. Тогда Москва смогла осадить шовинизм «славянских братьев» и поставить справедливость в международных отношениях выше этнических уз3. Отражением благодарности албанцев далекой России были не только статуи Сталина, стоявшие в албанских городах до 1990 года, но и, например, тот факт, что во всех школах Албании во времена социализма изучали русский язык. Даже тогда, когда в 1961 году советско-албанские отношения были прерваны на 30 лет.

С помощью СССР были созданы не только албанский кинематограф, но и современная промышленность и железнодорожный транспорт. Так, несмотря на крайне тяжелое положение, которое сложилось к тому времени в разоренном войной Советском Союзе, 22 сентября 1945 года в Москве подписали первое официальное советско-албанское Соглашение о поставках Албании в сентябре-декабре того судьбоносного года зерна и химических удобрений на условиях кредита на сумму 1,5 млн. долларов. Погашение кредита предполагалось в течение двух лет товарными поставками (медной рудой, кожсырьем, табаком). Через несколько дней после подписания соглашения в порт Дуррес прибыл первый пароход с зерном (15 тыс. тонн пшеницы, 5 тыс. тонн кукурузы и т. д.) из Советского Союза.

Позднее, в 1960 году, выступая на Московском совещании коммунистических и рабочих партий, лидер Албании Э.Ходжа так охарактеризовал эту помощь братской страны: «В 1945 году, когда нашему народу угрожал голод, товарищ Сталин изменил курс судов, груженных зерном и предназначенных для советского народа, который сам страдал в то время от нехватки продовольствия, чтобы направить их тотчас албанскому народу»4.

Заметим, что в СССР в те времена царил тяжкий голод, но с албанцами поделились, их не бросили. А в Албании тогда появилось крылатое выражение «Советский народ не поест один день - Албания будет сыта год».

Из русского языка в албанский в 1945-1961 годах проникли и задержались многие технические термины (панель, шасси, пластмасса, деталь, дежурный и т. д). К концу первой пятилетки (1951-1955 гг.), в течение которой начала широко осуществляться индустриализация, СССР предоставил Албании кредиты на строительство 40 объектов. Оборудование для 53 промышленных предприятий, введенных в строй в годы пятилетки 1956-1960 годов, поставлял главным образом Советский Союз. Это были: электростанция, два нефтеперерабатывающих комбината, два железо-никелевых, два хромодобывающих рудника, шахта по добыче каменного угля и т. д.

В целом СССР поставил Албании 93% всего оборудования для горнодобывающей и нефтяной промышленности, около 90% грузового автотранспорта, свыше 80% тракторов, свыше 65% сельскохозяйственных машин. Из СССР ввозился племенной скот, сортовые семена зерновых, технических культур, удобрения. В апреле 1957 года, учитывая, что Албания стала испытывать трудности с выполнением кредитных обязательств, правительство СССР освободило ее от необходимости выплаты задолженности, сумма которой составила 422 млрд. рублей (в старом исчислении). В итоге в 1960 году социалистические страны занимали в товарообороте Албании 95,5%, причем доля СССР составляла 52,7%. Албания закупала в СССР машины, оборудование и ширпотреб, а поставляла сельскохозяйственную продукцию (табак, цитрусовые, маслины, оливковое масло), а также медь и битум. В 1957 году на Ленинградском монетном дворе для Албании было отчеканено несколько миллионов монет национальной валюты - лека. Сотни албанцев бесплатно учились в советских вузах (до войны в Албании не было ни одного университета), например, президент посткоммунистической Албании (2002-2007 гг.) Альфред Спиро Мойсиу. Так, лишь за десять лет (1947-1957 гг.) в основном в СССР, а также в странах Восточной Европы высшее образование получили около 2 тыс. албанских граждан. С конца 1940-х годов и до начала 1960-х большое число албанских юношей и девушек обучались в консерваториях и хореографических училищах СССР, стран Восточной Европы. Именно они составили в последующие годы цвет албанской балетной и оперной сцены, албанского музыкального искусства.

После развала реального социализма огромное количество граждан Албании эмигрировало в другие государства в поисках работы. Несмотря на членство в НАТО с 2009 года, Албания остается одним из беднейших государств в Европе.

С 2000 года, как и в России, а албанской политике появился яркий харизматичный лидер - Эди Рама - весьма отрадное явление на ослепительно сером в личностном плане небосводе европейской политической жизни. Три раза он избирался мэром албанской столицы Тираны и не только смог благоустроить город, но и бережно сохранил в нем культурно-историческое наследие разных эпох. И это неудивительно, если вспомнить, что Рама, сын лучшего албанского скульптора и автор двух книг, сам прекрасный художник и его работы были представлены на многочисленных выставках в Албании и за границей. За свою деятельность на посту тиранского градоначальника Рама получил в 2004 году титул «World Mayor 2004», а в 2005 по праву оказался в списке «European Heroes 2005» журнала «Тайм».

С 2013 года Эди Рама в качестве лидера Социалистической партии возглавил коалиционное правительство Албании* (*Партнером социалистов по коалиции до июня 2017 г. было Социалистическое движение за интеграцию, которое ранее без проблем «коалировало» с прямо противоположной социалистам программой Демократической партией.)  и завоевал на этом посту невиданную в истории современной Албании популярность у соотечественников. Благодаря Раме, в стране было создано 190 тыс. рабочих мест (чего не было с 1991 г.) и главное - он нанес решительный и жесткий удар по коррупции. Особенно эффективные реформы были проведены в полиции, благодаря которым она превратилась в уважаемый гражданами институт. Был принят специальный закон, который обязал всех судей отчитываться не только о приобретении ими имущества, но и давать пояснения по вызвавшим наибольший общественный резонанс делам.

Умеющий держать и парировать удары противников, бывший игрок национальной сборной Албании по баскетболу (от национальной сборной «Динамо») Рама показал себя самостоятельным независимым политиком и на международной арене. Он отказался от «дружественного» предложения США уничтожать на албанской территории запасы сирийского химического оружия, ясно дав понять американцам, что Албания для них - не свалка отходов. В поддержку премьера на улицы вышли тысячи албанцев.

В области отношений с Россией, изрядно отягощенных из-за косовского вопроса, Рама пошел на смелый шаг, отменив в одностороннем порядке визы для россиян на летний период. И этот шаг по достоинству оценили в Москве.

Рама стал активно работать и над историческим примирением сербов и албанцев и вошел в историю как первый албанский премьер, посетивший Белград.

Естественно, на Западе такая самостоятельность и харизматичность лидера «какой-то там» Албании нравилась далеко не всем. Неслучайно Евросоюз в преддверии парламентских выборов 25 июня 2017 года бесцеремонно вмешался во внутренние дела страны, поддержав оппозиционную прозападную Демократическую партию. Та мигом разбила на улицах Тираны палаточный городок (хорошо известная по Майдану схема), требуя ни много ни мало отставки законно избранного кабинета Рамы. Мол, правительство не сможет обеспечить честность предстоящих выборов. Премьеру под давлением ЕС пришлось пойти на включение в состав правительства никем не избранных представителей оппозиции, одному из которых и поручили организацию выборов.

Но «майданное» вмешательство Запада дало обратные результаты. Албанцы - хотя и маленький, но гордый народ, и 25 июня 2017 года на парламентских выборах впервые в истории современной Албании социалисты получили 49% голосов, обеспечили себе абсолютное большинство мест и могут управлять единолично. Оппозиционным демократам с их 34% нечем было возразить - они ведь сами организовывали эти выборы. Правда, немедленно началась кампания, что социалисты с их абсолютным большинством, мол, вернут Албанию к временам коммунизма и в лагерь Москвы. Причем начали эту истерию несколько американских конгрессменов еще до оглашения (!) 
результатов выборов в Албании. Вообще, на Западе разглядели в албанских парламентских выборах не бесспорную победу Эди Рамы, а всего-навсего низкую явку избирателей. Крупнейшая газета ФРГ «Франкфуртер альгемайне» снисходительно откликнулась на волеизъявление албанцев следующим образом: «Очевидно, что избиратели не поверили обещаниям трех самых крупных партий начать в этой бедной балканской стране наконец-то глубокие реформы в политике, экономике и обществе. Албания считается одной из самых коррумпированных стран Европы. Партии там до сих пор показывали себя не партиями народа, а представителями интересов функционеров и ведущих политиков. Они обвиняли друг друга в связях с организованной преступностью и нелегальной торговле наркотиками»5.

В настоящее время на Балканах существуют де-факто два албанских государства, и к тому же албанцы составляют примерно 20% населения Македонии. Россия не может и не должна игнорировать сей факт, как и то, что албано-славянские отношения на Балканах пока, наверное, даже не достигли приемлемого по безопасности уровня «холодного мира». Именно Москве, как представляется, вполне по силам создать на Балканах прочное мироустройство, основанное не на военных блоках, а на развитии отношений во всех областях между соседними народами с общей, хотя и подчас очень сложной историей. Но такая роль России предполагает как минимум хорошие отношения как со славянскими государствами, так и с «албанским миром». Отсюда следует необходимость дать новый старт российско-албанским отношениям на основе равноправия, взаимной выгоды и уважительного отношения к нашей с албанцами в целом очень хорошей совместной истории.

Представляется, что основные шаги «перезагрузки» на маршруте Москва - Тирана могли бы быть следующие:

1. С момента последнего визита лидера нашей страны в Албанию прошло недопустимо много времени (май 1959 г., Н.С.Хрущев). Вряд ли найдется другая страна в «старой» Европе до такой степени не избалованная вниманием первых лиц России. Настало время для полноценного официального визита Президента Российской Федерации в Республику Албания.

2. Эди Рама мог бы тоже посетить Москву с официальным визитом и, кроме всего прочего, открыть в нашей столице выставку своих действительно интересных картин. Еще одним пунктом программы албанского премьера в российской столице мог бы стать его «мастер-класс» по борьбе с коррупцией на встречах с российскими законодателями.

3. Уровень председательства в Межправительственной российско-албанской комиссии по торгово-экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству удивительно низок (заместители министров экономики и юстиции). Как представляется, с учетом основных направлений возможного сотрудничества комиссию с российской стороны мог бы возглавить либо министр сельского хозяйства, либо министр культуры.

4. В 2016 году дружелюбную, теплую и очень недорогую Албанию посетили всего 15 тыс. российских туристов, в то время как истово разоблачающую «заговор Кремля» Черногорию с тем же самым, только чуть более прохладным морем - более 200 тысяч. Для расширения сотрудничества в этой области необходимо организовать прямой авиарейс Москва - Тирана, который при наличии туристического спроса можно будет позднее дополнить чартерными перелетами.

5. Учитывая односторонний дружественный шаг Албании нам навстречу в форме отмены виз для россиян на летний сезон, мы должны как минимум сделать то же самое в отношении граждан Албании. Квалифицированные албанские строители с европейским опытом могли бы с успехом найти у нас применение. В целом нужно договариваться о полной отмене виз между двумя государствами.

6. Россия могла бы оказать содействие в строительстве и модернизации железнодорожной сети Албании и ее соседей с тем, чтобы создать грузопоток из Македонии, Сербии и самой Албании в албанский порт Дуррес, который также нуждается в модернизации. Из этого порта Россия могла бы без посредников получать прекрасные по качеству и недорогие фрукты, овощи, мясную и молочную продукцию с Балкан.

7. Албания имеет месторождения нефти и газа, и Россия могла бы оказать содействие как в их освоении, так и создании единой системы трубопроводов, соединивших Албанию с ее славянскими соседями. Именно такие проекты, а не членство в военных блоках реально могут обеспечить длительный мир в Балканском регионе.

8. При содействии России, например, в таком центре древней славянской культуры и духовности, как Охрид (Македония), можно было бы создать Центр культурного сотрудничества албанского и славянских народов, который проводил бы выставки, семинары и т. д., направленные на укрепление взаимопонимания между всеми южнобалканскими странами. Странно, что реставрацией древнейших славянских православных церквей в Охриде занимается… посольство США в Македонии, а не российские организации.

9. Настало время повторить успех «Великого воина Албании Скандербега» и снять новый совместный российско-албанский фильм, например, о братстве по оружию наших народов в годы Второй мировой войны.

10. Было бы желательно издать в России полное собрание сочинений классика албанской литературы Исмаила Кадаре и отметить этого великого писателя российской государственной наградой за беспримерный гуманизм его творчества и вклад в дело укрепления мира между народами.

Конечно, все вышеперечисленные мероприятия не претендуют на исчерпывающий список. Но Албания, как важный и исторически близкий России фактор стабильности на Балканах, должна выйти во внешней политике Москвы из тени других стран. И вовсе не для того, чтобы своей тенью затмить наших славянских братьев, которые были и останутся таковыми.

 1В качестве биографии Скандербега можно было бы порекомендовать, например,  книгу английского историка Гарри Ходжкинсона // Hodgkinson H. Scanderbeg. London, 2017. Хотя, конечно, желательно было бы иметь капитальную биографию этого выдающегося человека, вышедшую из-под пера российских историков.

  2О положении дел в довоенной Албании дает представление переведенная на русский язык книга немецкого географа Г.Луи // Луи Г. Албания. М., 1948.

 3Современный албанский взгляд на те события см., например, в книге: Fevziu B. Enver Hoxha: The Iron Fist of Albania. London, 2016.

 4https://www.e-reading.club/chapter.php/148935/3/Volkov_-_Sovetsko-albanskie_otnosheniya_%2840-50-e_gody_HH_veka%29.html

 5http://www.faz.net/aktuell/politik/ausland/keine-koalition-noetig-sozialisten-gewinnen-parlamentswahl-in-albanien-15077439.html

Албания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277218 Николай Платошкин


Албания. Косово > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 мая 2017 > № 2165533 Максим Свморуков

Кто виноват в новом кризисе на Балканах

Максим Саморуков, Carnegie Moscow Center, Россия

Понятия «Балканы» и «кризис» давно стали почти синонимами, и очередным обострением в этом регионе никого не удивишь. Но то, что происходит на Западных Балканах в последние несколько недель, действительно выбивается из привычного круга проблем и похоже на самый глубокий кризис со времен югославских войн 1990-х. Не в одной-двух, а сразу во всех шести еще не вступивших в ЕС странах ситуация находится на грани того, чтобы окончательно выйти из-под контроля, утянув за собой остальных соседей.

Лидеры Албании и Косова угрожают начать переговоры об объединении, если Евросоюз не предложит им ясной перспективы вступления. В Сербии третью неделю идут протесты против победы на президентских выборах Александра Вучича, установившего в стране, по сути, режим единоличной власти. Боснийские сербы провели тренировочный референдум о дате госпраздника и теперь грозят референдумом об отделении от Боснии, за что их лидер Милорад Додик уже попал под американские санкции.

Санкции угрожают и руководству Македонии, где через четыре месяца после досрочных выборов старая власть по-прежнему отказывается разрешить оппозиции сформировать новое правительство, потому что тогда туда войдут албанские партии, требующие создать албанскую автономию. В самой Албании с выборами тоже не все в порядке — до них осталось чуть больше месяца, а оппозиция отказывается в них участвовать. Наконец, в Черногории лидеры оппозиции вообще находятся под судом — против них выдвинули официальные обвинения в попытке организовать госпереворот при поддержке России.

Все это совершенно не похоже на благополучное и демократическое европейское будущее, которое было обещано региону еще в 2003 году на саммите в Салониках, когда ЕС заявил, что примет в союз все государства Западных Балкан. С тех пор реально принять в Евросоюз успели одну Хорватию, а для остальных нет даже примерной даты вступления, хотя некоторые из них получили официальный статус кандидата больше 10 лет назад. И только нынешний, охвативший весь регион кризис заставил руководителей Евросоюза вспомнить, что за прошедшие полтора десятилетия они так и не смогли урегулировать балканские конфликты, которые теперь могут снова разгореться.

Виноватых в этом провале европейцы искали недолго — это Россия, а также Турция и Китай, которые своими кредитами, инвестициями, мягкой силой и просто дурным примером подталкивают балканских лидеров к тому, чтобы те вели себя деструктивно, не выполняли европейские рекомендации и конфликтовали друг с другом, мешая спокойной интеграции региона в ЕС. Мол, если бы не вмешательство третьих стран, Западные Балканы уже давно бы замирились и стали полноценной частью единой Европы.

Такое объяснение вызывает много вопросов, например о реальных масштабах и целях активности третьих стран на Балканах. Но главный из них — как европейцы представляют себе существование страны и тем более целого региона, чьи внешние контакты во всех сферах были бы замкнуты исключительно на Евросоюз и больше ни на кого? Доминирование ЕС и в экономической, и в политической жизни Западных Балкан беспрецедентное, настолько сильных позиций у Европы нет ни в одном другом регионе мира. И если даже в таких почти идеальных условиях Евросоюз не способен продемонстрировать стабилизирующую роль своей внешней политики, то где вообще он может это сделать?

Тройная конкуренция

Конечно, государства Западных Балкан живут не в вакууме и не на Меркурии: у них есть политические, экономические и исторические связи не только с Евросоюзом. Но связи эти по масштабу в десятки раз уступают связям с ЕС, а по целям не противоречат процессу европейской интеграции.

Российская экспансия в балканскую энергетику остановилась несколько лет назад, добившись очень ограниченных результатов. А в области политики активность России в регионе сводится к символическому недовольству расширением там НАТО, но никак не ЕС.

Балканская политика Турции в еще большей степени состоит из одних ярких жестов, рассчитанных прежде всего на внутреннюю турецкую аудиторию. Османская ностальгия Анкары пользуется успехом разве что у боснийских мусульман, а остальных только отпугивает, включая даже мусульманское население Албании и Косово.

Наконец, несколько десятков миллионов долларов, которые инвестировал в Западные Балканы Китай, говорят скорее о том, что китайское присутствие в регионе пока минимально. В мире сложно найти другую группу стран, где экономическая роль Китая была бы меньше, чем в государствах Западных Балкан.

И в торговле, и в инвестициях в Западные Балканы все три страны отстают от Евросоюза в десять и более раз. А в области международной интеграции они даже не пытаются предлагать балканским государствам какую-то альтернативу вступлению в ЕС. Со своей стороны, все ведущие балканские партии и абсолютное большинство местного населения по-прежнему стремятся вступить только в Евросоюз и никуда больше, несмотря на все проволочки и трудности.

Но такого огромного влияния все равно оказывается для ЕС недостаточно, чтобы просто стабилизировать ситуацию в регионе, не говоря уже об устойчивом развитии экономики и успешной евроинтеграции. Вступление Западных Балкан в Евросоюз сейчас выглядит еще менее реально, чем в 2003 году.

Иллюзия нищеты и ненависти

Главная причина этого ступора в бездействии самой Европы, где политики, СМИ, а вслед за ними и избиратели слепо уверовали в совершенно ложное представление о Западных Балканах как об огромной черной дыре, чью нищету и фанатичную межэтническую ненависть невозможно одолеть никакими ресурсами, тем более такими ограниченными, как сейчас у ЕС. Естественно, когда такой стереотип стал в Европе чем-то само собой разумеющимся, любой европейский политик будет всеми силами уклоняться от темы евроинтеграции Западных Балкан, потому что ни с чем, кроме новых и больших проблем, эти Западные Балканы у европейских избирателей не ассоциируются.

Тем не менее, представление это совершенно ложное во всех своих составляющих. Во-первых, Западные Балканы — это даже по европейским меркам очень маленький регион. Конечно, целых шесть государств — звучит весомо, но их суммарное население всего 18,3 млн человек. Это на полтора миллиона меньше, чем в одной Румынии, и в два с половиной раза меньше, чем на Украине.

То же самое с балканской нищетой. Конечно, по скандинавским меркам Западные Балканы очень бедные. Но по мировым — совсем нет. Если подсчитать средний подушевой ВВП шести стран региона в 2015 году (с поправкой на инфляцию), то он окажется вдвое выше украинского и всего на 16% ниже, чем был у Болгарии в 2006 году. А болгарский уровень тогда считался вполне достаточным, чтобы эта страна вступила в ЕС 1 января 2007 года.

Разговоры о межэтнической ненависти и прочей балканской дикости тоже сильно преувеличены. Западные Балканы — не Турция. Эти страны прожили несколько десятилетий при социализме с его мощным модернизационным потенциалом для общественных нравов. Там давно добились всеобщей грамотности, обязательного школьного образования, доступна минимальная медицина, большинство населения живет в городах, а в головы вбиты базовые представления о гендерном равенстве.

Вооруженных этнических конфликтов Балканам хватило в 1990-е. Это довольно старые общества с медианным возрастом около 40 лет, поэтому большинство прекрасно помнит события 15-20-летней давности и совсем не хочет их повторения. Социологические исследования показывают, что сейчас силовые способы решения этнических конфликтов, скажем, в Сербии готовы поддержать лишь несколько процентов маргиналов.

Межэтническая неприязнь, конечно, никуда не исчезла, но давно перестала быть определяющим фактором в политической жизни. Она постоянно всплывает в СМИ, эксплуатируется местными политиками, но в этих речах куда больше инерции и цинизма, чем реального фанатизма. Все это уже отболело, наборолись; сейчас большинство жителей Балкан готовы на радикальные уступки в этнических вопросах в обмен хотя бы на небольшое повышение благосостояния, а это благосостояние ассоциируется прежде всего с евроинтеграцией.

Наконец, балканские государства — это довольно демократические страны с реальной политической конкуренцией. За последние несколько лет ситуация в этой области там серьезно ухудшилась, но такие вещи, как смена власти на выборах, свободные СМИ и оппозиционные партии, там по-прежнему не являются чем-то невиданным, что выгодно отличает Западные Балканы от других приграничных регионов Евросоюза.

Элитно-брюссельский союз

Однако, несмотря на столь благоприятные условия, за прошедшие 15 лет Евросоюз так и не смог добиться на Западных Балканах устойчивой, долгосрочной стабильности. По сути, такая задача и не ставилась, а вместо нее балканская политика Брюсселя преследовала совсем другую цель — чтобы на Балканах было тихо, чтобы там не стреляли, не давали поводов для слишком громких плохих новостей и не отвлекали руководство ЕС от более приоритетных вопросов. В этом желании не реформировать, а просто заморозить ситуацию на Западных Балканах Евросоюз полностью совпал с местными коррумпированными элитами, и этот симбиоз оказался чрезвычайно успешным: положение дел в регионе сейчас практически не отличается от того, что там было 15 лет назад.

Лидеры Германии или Италии никогда всерьез не занимались проблемами Западных Балкан, хотя эти две страны имеют огромное влияние в регионе, особенно экономическое. Вместо этого балканские вопросы перепоручили еврокомиссарам. Такой удобный способ продемонстрировать, что в европейской внешней политике все-таки есть вопросы, по которым страны ЕС настолько едины, что готовы доверить их брюссельским бюрократам. Правда, в случае Балкан это редкое европейское единство держится в основном на единодушном нежелании стран ЕС влезать в балканские проблемы.

А для брюссельских бюрократов долгосрочные последствия гораздо менее важны, чем возможность отчитаться о прогрессе в краткосрочном периоде. Балканские лидеры хорошо усвоили, что если их не устраивает какое-то предложение ЕС, то нужно подольше упираться, и тогда через некоторое время им сделают другое предложение, гораздо менее радикальное и опасное для их собственных интересов. Потому что брюссельские бюрократы ни сильно давить, ни долго ждать не могут. Им надо записать хоть какие-то успехи в свои отчеты.

Также балканские лидеры понимают, что Евросоюз в своих отношениях с Балканами больше всего боится громких плохих новостей оттуда. И если какой-то лидер способен обеспечить отсутствие таких новостей, то европейцы будут готовы простить ему за это очень многое. Ни коррупционные скандалы, ни авторитарные замашки, ни ксенофобская риторика, ни даже подозрения в причастности к военным преступлениям не мешали Евросоюзу поддерживать Джукановича в Черногории, Груевского в Македонии, Тачи в Косове и Вучича в Сербии. Конечно, репутации у этих лидеров очень сомнительные, но пока они обеспечивают в своих странах тишину, лучше на них слишком сильно не давить, а то на их место может прийти кто-нибудь совсем ужасный.

Свое отстраненное отношение к балканским проблемам в Евросоюзе любят объяснять нежеланием влезать во внутренние дела суверенных государств Западных Балкан. Но это довольно лицемерное объяснение, потому что европейцы уже очень основательно влезли в эти внутренние дела. Босния с ее постом верховного представителя, Советом по выполнению мирного соглашения и иностранными судьями в составе Конституционного суда является не просто фактическим, но и институциональным протекторатом ЕС. Контингент KFOR, отвечающий за безопасность в Косове, состоит в основном из европейцев. Соглашение, регулирующее отношения албанцев и македонских славян в Македонии, удалось достичь только под обещание европейцев принять страну в ЕС — давали его, кстати, еще в 2001 году.

Брюссельские бюрократы постоянно бросаются посредничать во внутриполитических конфликтах на Балканах, но в своем посредничестве они ищут не долгосрочные решения, а только способ заморозить ситуацию. Такой подход воспитал в балканских политиках полную безответственность. Они прекрасно знают, что договариваться друг с другом напрямую совершенно не нужно. Вместо этого лучше поднять достаточно громкий шум, чтобы в страну приехали брюссельские посредники и начали всех успокаивать. А дальше, даже если не получится добиться никаких реальных результатов, переговоры с европейским посредничеством ценны для балканских политиков сами по себе: можно покрасоваться в роли влиятельных международных игроков и отважных народных защитников, а потом снять с себя малейшую ответственность за изначально провальную затею, потому что это целый Брюссель их заставил уступить.

Отъезд без субсидий

Такое точечное подмораживание и латание Западных Балкан может показаться не самым плохим вариантом: нет войны — уже прекрасно. Но чем дольше Евросоюз действует подобным краткосрочным образом, тем меньше остается шансов добиться в регионе долгосрочного урегулирования. И нынешний кризис очередное доказательство. За внешней тишиной ситуация на Западных Балканах ухудшается, а некоторые действия ЕС это ухудшение даже подстегивают.

Особенно губительной политика государств ЕС оказывается для человеческого потенциала Западных Балкан. Молодая, образованная и активная часть населения, которая могла бы работать на модернизацию экономики и обновление политической системы, пользуется разнообразными европейскими льготами, переезжает и вкладывает свои силы в процветание Германии, Австрии, Италии.

Примеры бывают очень красноречивые. Скажем, всего за два года (2014-2015) из боснийского Кантона 10 уехало 7% населения. В основном это были молодые и активные. Почему так много всего за два года? Потому что большинство населения Кантона 10 — этнические хорваты. У них есть хорватские паспорта. Летом 2013 года Хорватия вступила в ЕС, а в 2015 году Германия открыла для хорватских граждан свой рынок труда. После такого решения Германии проблема автономии для боснийских хорватов, очевидно, решится сама собой. Их в стране меньше полумиллиона, кто не умрет от старости — переедет в Германию. Через 15-20 лет требовать создать в Боснии хорватскую автономию будет некому.

Эмиграция в Европу из Македонии, страны с двухмиллионным населением, в 2001-2015 годах составила около 106 тысяч человек. Большинство из них (около 58 тысяч) уехали, получив болгарские паспорта. Болгария охотно выдает их, потому что считает, что македонцы — это на самом деле болгары. А македонцы охотно берут, потому что Болгария — страна ЕС и для ее граждан открыты рынки труда Западной Европы.

Щедрые программы Германии для просителей убежища привели к тому, что в одном только 2015 году туда приехали попросить политического убежища более трех процентов населения Косова. Через несколько месяцев большинство из них получает отказ, но назад в Косово вернулось всего несколько тысяч.

Конечно, свободное движение рабочей силы, так же как товаров, услуг и капиталов, — один из базовых принципов Евросоюза. И если страны Западных Балкан сами так хотят туда вступить, то должны быть готовы к подобным издержкам. Но пока получается так, что активно уезжать в Европу жители Западных Балкан уже могут, а вот получать субсидии из бюджета ЕС, чтобы стимулировать свою экономику и замедлить отток, еще нет.

Например, субсидии ЕС на поддержку евроинтеграции Боснии в 2014-2017 годах должны составить 165,8 млн евро. Туда входит очень многое: повышение качества образования, поддержка инноваций, модернизация социальной сферы, улучшение законодательства, административная реформа. И на все это Евросоюзу не жалко выделить боснийцам около 40 млн евро в год.

Босния — страна небольшая и бедная, но все равно такая помощь составит всего 0,6% от расходов боснийского бюджета. При этом Дания, сопоставимая по численности населения с Боснией, ежегодно получает из бюджета ЕС более 1,5 млрд евро субсидий. Очевидно, что при таких тратах на Данию у Брюсселя не остается никакой возможности выкроить хоть немного денег на то, чтобы не допустить нового вооруженного конфликта в Боснии.

На все это можно возразить, что Евросоюз вообще ничего не должен Западным Балканам. Это их проблемы — вот пусть сами с ними и разбираются. Безусловно, в проблемах Западных Балкан гораздо больше виноваты местные политики, а не европейцы. Но, во-первых, если на Балканах дойдет до серьезной дестабилизации, то балканские проблемы неизбежно станут проблемами Евросоюза и платить за их разрешение придется гораздо дороже, чем за предотвращение.

А во-вторых, ЕС сам не готов предоставить Западным Балканам полную самостоятельность. Соглашения об ассоциации, создание зон свободной торговли, статусы кандидатов, переговоры о вступлении — все это надежно привязывает регион к Евросоюзу и исключает возможность поискать лучшей долей в сотрудничестве с кем-то еще.

Мало того, ЕС реагирует очень быстро и болезненно, если сотрудничество балканских государств с третьими странами становится, по мнению Брюсселя, слишком масштабным, даже если речь идет только об экономике. Тут можно вспомнить европейский отказ от строительства на Балканах российского газопровода «Южный поток» или брюссельские расследования против китайского проекта скоростной железной дороги Белград — Будапешт. Зачем Балканам проект на 3 млрд долларов с опасным китайским участием, когда ЕС уже выдал им по 40 млн евро на евроинтеграцию?

Бесплатная эффективность

Главная проблема балканской политики ЕС не столько в деньгах, сколько в нежелании искать новые подходы, хотя они могут быть гораздо эффективнее традиционных и почти бесплатными.

Например, Евросоюз мог бы поддержать существующее на Балканах движение за признание сербского, хорватского, боснийского и черногорского одним языком с разными диалектами. Лингвистическая аномалия, когда, скажем, в Боснии одну и ту же надпись дублируют трижды на трех государственных языках, может показаться забавной, но она создает огромные политические трудности. Потому что небольшая диалектическая разница дает балканским властям основание делить систему образования по этническому принципу. Дети разных этносов учатся отдельно и таким образом воспроизводят в новых поколениях старую этническую ненависть. Хотя на практике невозможно представить себе ситуацию, чтобы, например, хорватский школьник вдруг не понял, что ему объясняет сербский учитель.

Даже у ЕС вряд ли получится преодолеть националистические сантименты балканских властей и заставить их официально признать эти языки одним. Тем более тогда возникнут проблемы с его названием. Но добиться того, чтобы разница между диалектами не использовалась для образовательного апартеида, вполне реалистичная цель.

Другая возможная новация (тоже бесплатная) — пересмотреть порядок государств в негласной интеграционной очереди, которая существует еще с 1990-х годов. Тогда по итогам югославских войн было решено, что Сербия — это страна-виновник, а, например, Босния — страна-жертва, поэтому было бы аморально награждать Сербию тем, что она вступит в ЕС раньше Боснии.

Но проблема тут в том, что в соседних с Сербией странах есть крупные сербские меньшинства. Сейчас они воспринимают ЕС как антисербскую организацию и поэтому выступают против евроинтеграции. А если бы Сербия, которая и так уже серьезно пострадала за свою политику в 1990-х, оказалась внутри ЕС, то этот вопрос исчез бы сам собой.

Наконец, непонятно, почему европейские лидеры с таким ужасом шарахаются от перспективы перейти от туманных рассуждений к реальным действиям и принять Западные Балканы в Евросоюз. Такое решение не будет популярным у европейских избирателей, но особых проблем для ЕС не создаст. Приняли же 10 лет назад Румынию или Болгарию, и не сказать, чтобы именно эти страны создавали сейчас Евросоюзу больше всего проблем.

Ведь Евросоюз вопреки иллюзиям многих — это не гарантия процветания для всех вступивших. Это просто несколько общих финансовых программ и координация политики в некоторых областях. Плюс возможность ввести внешние механизмы контроля за отстающими странами, как это было довольно успешно сделано в Болгарии и Румынии. Почему бы не повторить то же самое на Западных Балканах? Это не потребует гигантских денег. Та же Румыния, сопоставимая с Западными Балканами по населению и уровню развития, первые пять лет получала чистых субсидий всего 1,2-1,6 млрд евро в год, то есть около 1% от нынешних расходов бюджета ЕС.

Тем более что уровень евроэнтузаизма на Балканах хоть и снизился в последние годы, по-прежнему остается одним из самых высоких в Европе. Евросоюз для этих государств последняя безальтернативная надежда на относительно благополучное будущее. Поэтому если возможность вступить в ЕС станет для них реальной, то они будут готовы на самые радикальные уступки в урегулировании постюгославских конфликтов, вплоть до признания Белградом независимости Косова.

Однако пока даже нынешний кризис не может заставить Евросоюз включить Западные Балканы в число своих приоритетов. Европейским лидерам кажется, что сейчас важнее разобраться с новыми правилами внутри союза и только потом можно будет вернуться к вопросу расширения. Такая позиция может закончиться для ЕС большими потерями, и не только финансовыми в случае нового обострения на Балканах, но и репутационными. Потому что если Евросоюз не смог добиться устойчивой стабильности даже в исключительно благоприятных условиях Западных Балкан, то как он может претендовать на стабилизирующую роль в гораздо более сложных регионах, таких как СНГ, Северная Африка или Ближний Восток?

Албания. Косово > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 мая 2017 > № 2165533 Максим Свморуков


Албания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 19 октября 2016 > № 1940976 Александр Карпушин

Интервью Посла России в Тиране Александра Карпушина албанской газете «Shqiptarja.com», 13 октября 2016 года

1. Господин Посол, независимо от всех изменений в политическом руководстве Албании, отношения между нашими странами остаются на нулевой отметке. Политическая элита Албании испытывают некий комплекс, не дающий ей говорить о развитии отношений с Россией. Как бы вы это объяснили?

Не согласен с постановкой вопроса. Отношения между Россией и Албанией, если их оценивать в целом, конечно же, не находятся на нулевой отметке. Можно согласиться лишь с тем, что динамики нет в развитии некоторых составляющих этих отношений. В частности, низок уровень взаимодействия в торгово-экономической сфере. Это так. И от этого, по моему мнению, проигрывает в первую очередь Албания. Но если говорить о гуманитарном измерении наших отношений, сотрудничестве в области образования и культуры, включая литературу и музыку, я считаю, что его можно оценить положительно. Кроме этого, поддерживаются нормальные повседневные контакты между внешнеполитическими ведомствами двух стран по вопросам международной повестки дня. Недавно здесь в Тиране у меня была встреча с послом Албании в России господином А.Газиони. Мы обстоятельно обсудили состояние двусторонних отношений и договорились координировать наши усилия по их развитию.

Чтобы получить ответ на вторую часть вашего вопроса о том, почему политическая элита Албании, якобы испытывая некий комплекс, не проявляет стремления к развитию полномасштабного взаимодействия с Россией, полагаю, вам лучше обратиться к самим представителям этой элиты. Я лично настроен на позитивный сценарий российско-албанского сотрудничества, в основу которого должен быть положен здравый смысл и взаимная выгода. Уже сейчас могу констатировать, что в области торгово-экономических связей происходят позитивные сдвиги. В частности, утвержден сопредседатель Российско-Албанской Межправительственной Комиссии (господин Э.Мете – заместитель министра финансов Албании), идет подготовка к её очередному заседанию, в рамках которого планируем провести российско-албанский бизнес-форум. Из России хотим пригласить потенциальных инвесторов, в том числе представителей крупного бизнеса, дав им возможность установить непосредственные контакты с албанскими коллегами и обсудить с ними дальнейшие планы сотрудничества.

2. Каковы явные и неявные препятствия, мешающие развитию отношений между двумя странами? Почему между ними столько недоверия? Ведь когда-то они были союзниками. Сегодня же, если говорить об их геостратегической ориентации, они являются антагонистами.

Безусловно, есть факторы, мешающие полноценному развитию отношений между нашими странами. Среди них т.н. санкционный вопрос. Я имею в виду антироссийские санкции, незаконно введенные в 2014 году США, а под влиянием американцев – и Евросоюзом. К этим санкциям, как известно, присоединилась и Албания. Россия вынуждена была принять ответные меры и запретить импорт сельхозпродукции и продовольствия из стран, поддержавших санкции. А именно на эту продукцию и приходились основные статья албанского экспорта в Россию. Сейчас его объём действительно стремится к нулю. Но происходит это не по нашей вине.

Что касается геостратегической ориентации, здесь, конечно, нельзя не отметить попытки западных стран, особенно входящих в блок НАТО, возродить некоторые элементы «холодной войны». Непродуманные, на мой взгляд, высказывания представителей албанского руководства о т.н. «российской угрозе», обвинения России в «агрессивности», естественно, не привносят доверия в отношениях между нашими странами.

Тем не менее считаю, что непреодолимых препятствий для развития отношений между Албанией и Россией не существует. Как показывает наш внешнеполитический опыт, т.н. «геостратегическая ориентация» не мешает конструктивному сотрудничеству различных стран с Россией. Если говорить конкретно о ЕС и НАТО, на которые ориентирована Албания, нельзя не упомянуть пример Словении, являющейся членом обеих организаций и не упускающей выгоды от сотрудничества с Россией. То же самое можно сказать и о Сербии, которая ведет переговоры о членстве с ЕС, но одновременно взаимодействует и с Москвой. Антироссийские санкции не мешают, к примеру, французским парламентариям и депутатам ряда итальянских провинций посещать Крым. К слову сказать, в Италии все большее число регионов выступают против искусственного ограничения торговых связей с Россией.

Напомню: на полях нынешней сессии Генассамблеи ООН министр иностранных дел России С.В.Лавров провёл десятки встреч, в том числе с министрами балканских стран – Сербии, Македонии, Словении.

Со своей стороны могу вас заверить, что Россия не считает албанскую приверженность евроатлантическим структурам препятствием для развития отношений. Нужно лишь выйти за рамки политизированных установок и действовать в интересах своего собственного народа.

3. В каких областях Албания и Россия могли бы углубить отношения? Каковы приоритеты и интересы России?

Как я уже отметил, у нас хорошо развиваются связи в области культуры и образования. Ежегодно около 40 албанских абитуриентов получают стипендии на бесплатное обучение в российских вузах. Особой популярностью у албанцев пользуются направления, связанные с медициной и современными технологиями. Насколько нам известно, выпускники российской высшей школы здесь хорошо востребованы. В свою очередь студенты из России ежегодно посещают летние курсы албанского языка для иностранцев, организуемые Тиранским университетом.

Русская культура и искусство традиционно вызывают большой интерес у албанской публики, которая с неизменным энтузиазмом встречает концерты, выставки, фильмы и театральные постановки из России и о России. Хотелось бы, чтобы и в нашей стране было больше возможностей для знакомства с прекрасной Албанией, её традициями и культурным наследием, значение которых сложно переоценить.

Большим потенциалом обладают связи между регионами двух стран: Пермский край, Ростовская область, Республика Татарстан, крупнейшие города – Москва и Санкт-Петербург – неоднократно подтверждали свою готовность к развитию многостороннего взаимодействия с Албанией, главным образом в области торговли и туризма. С удовольствием могу отметить встречный интерес албанской стороны, а именно мэрий Тираны, Дурреса и Берата. Ведём работу по переводу сотрудничества в практическую плоскость.

Возлагаем большие надежды на предстоящую сессию Российско-Албанской МПК. К сожалению, этот мощный инструмент продвижения двустороннего сотрудничества не функционирует на протяжении семи лет.

Подчеркну, что Россия открыта к взаимодействию с Албанией по широкому спектру вопросов. Мы активно приглашаем наших албанских партнёров к участию в международных мероприятиях на российских площадках: саммитах, семинарах, конференциях. Кстати, пользуясь случаем, хочу пригласить все заинтересованные албанские структуры на Петербургский международный экономический форум в 2017 г. Это мероприятие ежегодно посещают свыше 10 тыс. участников из России и из-за рубежа. Хочется надеяться, что Албания последует примеру Италии, Франции, Греции, Венгрии, Словении и ряда других стран-членов ЕС и НАТО, которые активнейшим образом развивают торговые и гуманитарные связи с Россией, налаживают взаимовыгодное взаимодействие, не создавая искусственных преград.

4. У нас такой премьер-министр, который разрушает барьеры и табу. Он вывел на новую стадию наши отношения с Сербией. Были и визиты в Китай. Скажите, а готова ли Москва принять премьер-министра Албании с официальным визитом?

Вы хотите сказать, что на развитие отношений Албании с Сербией и визиты в Китай были наложены «табу»? Не думаю, что сам господин Э.Рама воспринимает эти вопросы именно так.

Что же касается возможного визита албанского премьера в Россию, могу вас заверить: мы всегда открыты для подобных инициатив и с радостью бы приняли албанского руководителя, особенно если этому визиту будет придано соответствующее субстантивное наполнение. Скажу вам больше, в Москве готовы принять не только премьер-министра, но и других официальных делегатов, как на уровне министров, так и на экспертном уровне. Посольство регулярно направляет албанской стороне внушительное количество официальных приглашений на разного рода международные мероприятия и форумы, которые проходят в России. Думаю, вы удивитесь, но большая часть этих приглашений просто остаётся без какого-либо ответа. Исключение в этом году составили лишь министр энергетики и промышленности Д.Гикнури, посетивший Петербургский международный экономический форум, и мэр Тираны Э.Велиай, побывавший на Международном урбанистическом форуме в Москве. Так что дело здесь не в готовности Москвы, а в готовности и желании албанской стороны.

5. Россия добивается признания Крыма, поскольку, по вашему мнению, в 1954 году Крым был отделён по решению Политбюро. А Косово, которое было отделено Лондонской конференцией, имеет ли право объединиться с Албанией? Почему Россия не соглашается признать Косово и проявить таким образом добрую и искреннюю волю?

Россия добивается не «признания Крыма», а признания легитимности его воссоединения с Россией, которое произошло в 2014 году по итогам абсолютно прозрачного референдума. Его результаты говорят сами за себя: при явке 83% более 95% проголосовавших крымчан высказались за возвращение полуострова в состав России.

Параллели с Косово не совсем правомерны. Крым исторически входил в состав Российской империи, то есть являлся неотъемлемой частью российского государства. После 1954 года, несмотря на его передачу Украинской ССР, он оставался в составе нашей единой страны, и говорить о его «отделении по решению Политбюро» некорректно. Только в 1991 году, после распада Советского Союза, он стал одним из регионов независимой Украины. К сожалению, как оказалось, Украина не сумела обеспечить соблюдение законных прав жителей Крыма, в частности права говорить на родном языке. Именно поэтому после государственного переворота в Киеве в феврале 2014 г. крымчане единодушно проголосовали на референдуме за воссоединение с Россией.

Позиция России по косовскому вопросу остаётся неизменной: мы исходим из положений резолюции СБ ООН 1244 от 1999 г., закрепившей приверженность государств-членов суверенитету и территориальной целостности тогдашней Югославии. И Россия здесь не в одиночестве: нашу позицию разделяют десятки других стран. Кстати, не следует забывать, что самоопределение Косово, в отличие от Крыма, произошло без какого-либо референдума.

6. Существует концепция «Естественной Албании». Она Вам знакома? Что Вы о ней думаете?

Нет. Такая концепция нам не знакома.

7. Сохраняются опасения в связи с усилением и консолидацией российского влияния на Балканах. Что скрывается за массовой скупкой недвижимости российскими гражданами в Болгарии, Македонии, Греции и Албании? Каковы планы России на Балканах? Что вы думаете о стремлении балканских государств интегрироваться в НАТО и ЕС?

Вы всерьёз думаете, что российский гражданин, решивший приобрести недвижимость где-нибудь на морском побережье Болгарии или Черногории, делает это под влиянием российских властей и думает при этом о «консолидации российского влияния на Балканах»? Подобные рассуждения вызывают улыбку и являются, на мой взгляд, прямым следствием антироссийской информационной кампании западных СМИ, к которой присоединяются и некоторые албанские обозреватели.

Планы России на Балканах не отличаются оригинальностью: мы заинтересованы в развитии равноправных, взаимовыгодных и взаимоуважительных отношений со всеми государствами региона, включая Албанию. Мы хотим, чтобы эти отношения были продиктованы не политической конъюнктурой, а прагматичным стремлением к расширению торгово-экономических и гуманитарных связей. Балканы по-прежнему обладают высоким конфликтным потенциалом. Здесь ещё свежи в памяти воспоминанияо кровавых событиях, последовавших за распадом Югославии. Поэтому в наших общих интересах – сосредоточиться не на поиске воображаемых угроз, а на совместных усилиях по поддержанию мира и безопасности в этом регионе.

Наша страна никогда не препятствовала интеграции каких-либо государств в ЕС, и Балканы тут не исключение. Тогда как к расширению НАТО действительно есть вопросы. Это военно-политический блок, который уже давно вплотную приблизился к российским границам и сейчас продолжает наращивать своё присутствие в Прибалтике, Польше и других странах. И всё это под предлогом т.н. «российской угрозы». Такая конфронтационная линия альянса, в общем-то, объяснима: после роспуска Организации Варшавского Договора он утратил смысл своего существования и в последние годы старательно пытается его найти, используя в качестве оправдания для расширения своей военной активности миф об угрозе «российской агрессии». Подобная антироссийская риторика всячески поощряется и здесь, на Балканах. Для Запада «усиление влияния Москвы» – дополнительный аргумент в пользу ускорения евроатлантической интеграции региона, которому якобы угрожает опасность и который необходимо срочно оградить от «деструктивного» воздействия извне. Разумеется, такие действия США и их союзников нас не устраивают. Россия против возведения искусственных барьеров в Европе, против умышленной эскалации напряжённости. Мы неоднократно подчёркивали наше стремление создать в Евроатлантическом регионе пространство единой и неделимой безопасности. Однако понимания и поддержки со стороны наших западных партнёров мы так и не встретили.

8. Недавно голландская прокуратура представила результаты расследования катастрофы с малазийским «Боингом» над территорией Украины. Как вы можете их прокомментировать?

Доклад международной следственной группы по расследованию крушения малазийского «Боинга» над Украиной вызвал в России глубокое разочарование. В первую очередь потому, что вопреки всем предоставленным Россией данным, результатам экспериментов и другой объективной информации, доказательная база голландской прокуратуры продолжает основываться на фотографиях и видеоматериалах из социальных сетей, а также на информации силовых ведомств Украины, которые, несомненно, являются заинтересованной стороной.

Качество доказательств, продемонстрированных во время презентации доклада, заставляет усомниться в объективности, достоверности и беспристрастности работы следственной группы. Предположение о перемещении самоходного зенитного комплекса «Бук» на неком специальном трейлере вовсе нарушает законы логики и подтверждает, что все выводы голландской прокуратуры политически мотивированы.

Однако, несмотря на то что неопровержимые доказательства российской стороны продолжают игнорироваться, а российские эксперты не допускаются к следствию, Москва по-прежнему выражает готовность к сотрудничеству и надеется, что окончательные результаты расследования будут непредвзятыми и выявят реальных виновников этой ужасной катастрофы.

9. Несколько месяцев назад Россия и Турция находились на пороге конфликта из-за инцидента со сбитым самолётом, однако на пике напряжённости неожиданно родился новый союз. Что произошло между двумя странами?

Действительно, после событий 24 ноября 2015 г., когда российский бомбардировщик СУ-24 был сбит турецкими ВВС, отношения между двумя странами были фактически заморожены.

Как известно, взгляды России и Турции на произошедшее кардинально отличались. Москва, не дождавшись объективной оценки инцидента и приемлемой реакции от турецких властей, в качестве ответной меры приняла решение свернуть отношения с Анкарой. Так, Россия ограничила торговые связи с Турцией, ввела запрет на продажу туристических путёвок на турецкие курорты, приостановила чартерное авиасообщение и предприняла ряд других экономических мер.

В июне этого года Анкара принесла России и семье погибшего российского пилота официальные извинения. А совсем недавно, 1 октября, турецкий президент заявил о намерении вывести отношения с Россией на более высокий уровень, чем до кризиса. Россия положительно оценила шаги, предпринятые турецкой стороной для нормализации отношений, и приняла решение поддержать их. Дело в том, что в нашей стране турецкий народ по-прежнему рассматривается как дружественный. Помимо этого, мы осознаём, что Турция является одним из ключевых факторов на ближневосточной сцене и без сотрудничества с ней добиться нормализации ситуации в регионе вряд ли возможно.

Таким образом, начался процесс восстановления отношений до прежнего уровня. Именно восстановления, а не создания «нового союза». В.В.Путин и Р.Т.Эрдоган провели уже две встречи, на которых обсуждали, среди прочего, перспективные совместные проекты, в частности, газопровод «Турецкий поток», строительство в Турции АЭС, сотрудничество в области туризма и сельского хозяйства.

Сейчас все договорённости постепенно переходят на стадию реализации. В России, однако, не ждут, что возврат к прежнему уровню сотрудничества произойдет очень быстро: слишком многое ещё предстоит сделать.

10. На ваш взгляд, российская операция в Сирии приблизила или отдалила достижение мира?

30 сентября 2016 г. исполнился год со дня начала российской военной операции в Сирии. Прежде всего важно отметить, что действия России в этой стране с самого начала были абсолютно законными с точки зрения международного права. В отличие от других участников конфликта мы находимся в Сирии по официальной просьбе её законных властей. Кроме всего прочего, Россия действует максимально открыто, готова к оперативному взаимодействию с западными коллегами, ведет результативные миротворческие переговоры с враждующими группировками в непростых условиях гражданской войны.

Чего добилась Россия за этот год в Сирии? Во-первых, в результате действий российской авиации было нарушено, а в отдельных местах полностью прекращено ресурсное обеспечение террористов. При нашей поддержке за год были освобождены более 600 населенных пунктов и более 12 тыс. кв. км сирийской территории. По данным американского Института исследований войны (ISW), Дамаску при российской воздушной поддержке удалось вернуть контроль над территориями на севере провинции Латакия, отбить у исламистов Пальмиру и расширить зону контроля на подступах к Алеппо, а сейчас уже и в самом этом городе.

Для сравнения: накануне нашего появления в Сирии американская коалиция уже более года якобы воевала с террористами в регионе. Результат этой борьбы оказался со знаком минус: исламисты захватили существенную часть Ирака и почти всю территорию Сирии. Таким образом, на землях, перешедших под контроль террористов, оказалось свыше 10 млн человек.

Что касается достижения мира в Сирии, приведу мнение представителя Вашингтонского института ближневосточной политики Джеффа Уайта: «Полное завершение конфликта ещё далеко, однако Россия нарастающими темпами стремится к нему».

11. Почему российское посольство, в отличие от посольств других стран, держалось в стороне от процессов, связанных с реформой судебной системы Албании?

Наше посольство держалось в стороне от реформы по одной простой причине. Основополагающий принцип внешней политики России – невмешательство во внутренние дела других государств. В связи с этим мы полагаем недопустимым участие во внутриполитических процессах Албании. Албания – суверенная страна, и мы не ставим под сомнение способность её руководства самостоятельно решать стоящие перед ней задачи.

12. Что скрывается за миссией российских военных, которые не так давно проводили инспекцию на территории Албании?

Министр обороны Албании М.Козели уже дала исчерпывающий комментарий по этому вопросу. Мне нечего к нему добавить. Могу лишь повторить, что это была рутинная контрольная инспекция в соответствии с Венским документом ОБСЕ от 2011 года «О мерах укрепления доверия и безопасности».

Албания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 19 октября 2016 > № 1940976 Александр Карпушин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter