Всего новостей: 2360075, выбрано 5 за 0.101 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Франция. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083080 Марин Ле Пен

Марин Ле Пен: «У отмены двойного гражданства могут быть исключения»

В воскресном интервью L'Orient-Le Jour лидер Национального фронта и кандидат в президенты Франции Марин Ле Пен заняла неоднозначную позицию по своему интересующему тысячи ливанцев проекту отмены двойного гражданства. Кроме того, она не стала обращать внимание на отрицательное отношение ливанцев к режиму Асада (после 30 лет оккупации и устроенных в 2005 году убийств) и подтвердила поддержку сирийских властей.

Сириль Нем (Cyrille NÊME), Сандра Нуджеим (Sandra NOUJEIM), Энтони Самрани (Anthony SAMRANI), L'Orient-Le Jour, Ливан

L'Orient-Le Jour: Вы впервые провели встречу с действующим главой государства во время поездки за границу. Почему это стало возможным в Ливане, а не где-то еще?

Марин Ле Пен: Прежде всего, я думаю, что сегодня моя партия — первая во Франции. У нас сложились давние дружеские связи с Ливаном, и по случаю избрания президента Ауна мне показалось необходимым совершить эту поездку для встречи с главой ливанского государства.

Мне кажется, что у Ливана и Франции есть особая связь. Она ослабла за последние годы, но я намереваюсь серьезно укрепить ее. Прежде всего, вокруг франкофонии: она является нашим общим достоянием, экономической и культурной магистралью, которую вновь необходимо открыть.

Далее, вокруг геополитического видения, потому что Франция больше не является, но должна вновь стать великой державой и фактором равновесия, в частности между США и Россией. Ливан тоже представляет собой фактор равновесия, как по своей истории, так и способности предоставить каждой религии место в управлении страной. Это стало возможным благодаря приверженности ливанцев Ливану, которая стоит выше религиозной идентичности. Мне кажется, эту модель следовало бы применять и в других странах. Это патриотическая модель, которая продвигается нами на протяжение многих лет и полностью противоречит коммунитаризму англосаксонского типа. Его примером может послужить Великобритания, где исламским судам позволили осуществлять развод.

— В Ливане права человека и семьи, а также политическая система определяются общинами. Такую модель вам бы хотелось видеть в других странах?

— Когда я говорила о других странах, то не имела в виду Францию. У каждой страны есть своя история, и я не стремлюсь любой ценой навязать французскую модель, поскольку концепция светского общества нередко не встречает понимания в других государствах. Тем не менее я считаю, что нас объединяет приверженность патриотизму, и что такая модель в регионе позволила бы сохранить целостность религий и меньшинств, которые сегодня подвергаются нещадным гонениям.

— Вы не хотите такой коммунитаристской модели для Франции, но полагаете, что она идет на пользу Ливану…

— Мне не кажется, что в Ливане существует коммунитаризм. Если ливанцы ощущают себя в первую очередь гражданами страны, это уже не коммунитаризм.

— Учитывая сложившийся в Ливане кризис из-за появления беженцев, намереваетесь ли вы сохранить или расширить принятое на конференции в Лондоне в феврале 2016 года обязательство Франции о выделении 100 миллионов евро стране в 2016-2018 годах?

— Да, я, разумеется, оставила бы в силе эту помощь. Что касается ее увеличения, посмотрим, будет ли это необходимо. Хочу отметить, что с самого начала миграционного кризиса я была единственной (пусть даже сейчас ко мне присоединяется Европейский Союз), кто говорил, что принимать мигрантов в Европе — большая ошибка. Международное сообщество могло бы с самого начала сформировать и профинансировать гуманитарные лагеря в Сирии и соседних странах под ответственность Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев. Так можно было бы разместить беженцев неподалеку от дома.

— Ливан сегодня принимает от 1 до 1,5 миллиона сирийских беженцев, тогда как Франция обязалась принять 3 000 в 2016 и 2017 года. По-вашему, это нормально?

— Когда возникает кризис, его урегулирование вполне обоснованно протекает на региональном уровне. Если бы вдруг завтра возникла серьезная проблема, например, природная катастрофа в Германии, не думаю, что немцы поехали бы в Ливан! Как бы то ни было, я не считаю нормальным то, что Ливану приходится выпрашивать помощь международного сообщества. В любом случае, общая цель — вернуть сирийцев в родную страну…

— Значительная часть из них не вернутся, пока у власти остается Башар Асад…

— Кто не вернется? Если исламистские фундаменталисты останутся, а остальные вернутся в Сирию, в ближайшие годы у вас определенно возникнут серьезные проблемы!

Как бы то ни было, Ливан не обязан терпеть, он может с полным на то основанием отправить беженцев в родную страну по окончанию войны.

— В ходе поездки в Бейрут вы провели встречи со многими политическими и религиозными деятелями, в частности с патриархом маронитов и муфтием. Вы обращались ко всем сторонам с одним и тем же посланием?

— Разумеется, у меня не было никаких причин встречаться с одними, но не с другими. В ходе визита я особо подчеркивала значимую роль Франции в защите восточных христиан: это историческая роль, от которой никак нельзя отказываться.

— Вы считаете, что Франция забросила ее?

— Отчасти да. Николя Саркози сказал восточным христианам: «Нужно будет уехать из ваших стран, чтобы вас приняли беженцами в Европе». Мне кажется, он совершенно не понял их стремлений, не понял Ливан. В то же время Жак Ширак, с которым у меня было немало разногласий, и Франсуа Миттеран сохраняли исторические связи Франции и Ливана. Я борюсь за то, чтобы христиане остались в родной стране.

— Как можно совместить стремление защитить восточных христиан и поддержку сирийского режима, который навлек немало бед на голову ливанских христиан и в частности устроил политические убийства их лидеров?

— Самое сложное в войне — остановить ее. Раз Франции и Германии удалось достичь примирения, думаю, что Ливану и Сирии это тоже по плечу. Мне кажется, что прийти к миру можно как раз в борьбе с общим врагом. Этим врагом сейчас, бесспорно, является «Исламское государство» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.). Этот общий враг может помочь собрать за одним столом Россию, Ливан, США, Францию… Я говорила еще с самого начала сирийского конфликта (причем тогда в одиночестве), что свержение Башара Асада лишь поможет ИГ взять власть в Сирии.

— ИГ не существовало в начале сирийского конфликта…

— Вы правы, оно зародилось в Ираке благодаря США. Что касается Сирии, думаю, что те, кто сделал ставку на не связанную с исламистскими фундаменталистами умеренную оппозицию, должны были понять, что если она и существует, то крайне слаба и не может быть альтернативой Башару Асаду. В геополитике зачастую приходится выбирать меньшее зло, а по моему мнению в данном случае меньшее зло — Башар Асад. Я — француженка и считаю, что он не был угрозой для Франции.

— Если вас изберут, вы нормализуете отношения между Францией и сирийским режимом? В том числе путем возобновления работы французского посольства в Сирии и встречи с Башаром Асадом?

— Да, разумеется. Потому что мне хочется, чтобы все собрались за столом переговоров. Думаю, Франция допустила огромную ошибку, разорвав отношения с Сирией. Дело в том, что разрыв отношений с Сирией повлек за собой разрыв отношений между французской и сирийской разведкой. Это не дало нам увидеть нависшую над нами угрозу. Но я не собираюсь никого учить жизни, желающих найдется немало и без меня. Для меня главное — защита интересов Франции.

— Может ли эта защита предусматривать военное вмешательство по примеру операции Москвы в сотрудничестве с Дамаском?

— Россия была вынуждена начать военное вмешательство как раз потому, что ранее определенные страны приняли меры для ослабления Башара Асада, единственного, кому было по силам дать отпор исламистским фундаменталистам. Это эффект домино.

— В похожей ситуации Франция последовала бы примеру России, если бы вы были президентом?

— Если бы я была главой государства в начале войны в Сирии, я предоставила бы поддержку Башару Асаду в борьбе с исламистами, но не стала бы проводить вмешательство. Каждый раз, как мы вмешивались в чужие конфликты, это оборачивалось для нас катастрофой. Мне кажется, что Франция должна вмешиваться только в том случае, если о том просит правительство.

— По вашим словам, Башар Асад является лучшим партнером в борьбе с ИГ, хотя он сам и его союзники ставили на первое место борьбу с мятежниками, а не ИГ? Об этот свидетельствует взятие этой группой Пальмиры во время наступления в Алеппо…

— Я не могу поставить себя на место Башара Асада и сказать, почему нужно было бороться за Пальмиру, а не Алеппо. У меня нет достаточной информации, чтобы рассуждать об этом. Но я не сомневаюсь в стремлении Асада бороться с ИГ.

— У вас никогда не было на этот счет ни малейших сомнений?

— Нет, никаких.

— Радикальный ислам включает в себя «Хезболлу»?

— У меня нет каких-то особых отношений с «Хезболлой», и я никогда не встречалась с ее представителями. Вы так говорите, словно они — мои лучшие друзья. Все предельно прозрачно: я общалась с самыми разными депутатами и представителями ливанских политических сил, но у меня нет каких-то особых связей ни с кем из них.

— Одна из представленных в вашей программе мер наделала немало шума в Ливане. Вы намереваетесь отменить двойное гражданство с неевропейскими государствами. Как объяснить десяткам тысяч франко-ливанцев, что им придется выбрать одну из двух стран?

— Прежде всего, мы еще не определились, будет ли такая мера иметь обратную силу. Мы думаем над этим, но решение еще не принято. Это означает, что данное постановление коснется лишь тех, кто намеревается получить двойное гражданство.

Мне хочется добиться прояснения условий получения французского гражданства. Есть ряд стран, где получение двойного гражданства с Францией не представляет сложностей, а с другими все несколько труднее…

— Будут ли исключения?

— В самом постановлении нет. Однако впоследствии могут быть заключены двусторонние соглашения с рядом стран. Препятствий для этого нет. Я не собираюсь упрямо ставить запреты…

— Могут ли потенциальные исключения руководствоваться какими-то иными критериями помимо национальности?

— Религиозных критериев не будет, если вы об этом… Хочу еще раз напомнить, что я в принципе считаю, что у человека может быть лишь одно гражданство, потому что речь идет о нации.

— Однако франко-ливанцы считают, что две их идентичности тесно связаны друг с другом…

— Отношение ливанцев к двойному гражданству пропитано тревогой. Они так крепко держатся за двойное гражданство с Францией, потому что все еще боятся возвращения войны.

— В ходе визита вы не пытались привлечь средства для президентской и парламентской кампании у ливанских спонсоров и банков?

— У меня нет ливанских спонсоров. И я приехала не за тем, чтобы их искать. Но если ливанские банки захотят одолжить мне денег на президентскую кампанию, они заинтересованы в этом, если стремятся к развитию Ливана!

Франция. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083080 Марин Ле Пен


Ливан > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 31 октября 2016 > № 1953786 Инна Сидоркова

Ливанские генералы учат русский

В Ливане проходят президентские выборы

Инна Сидоркова (Бейрут)

Сегодня в Ливане может наконец завершиться двухлетний политический кризис: 31 октября в стране проходят президентские выборы. Вероятнее всего, новым главой государства станет 81-летний генерал Мишель Аун, на которого Россия делает ставку в сфере военно-технического сотрудничества. Есть шанс, что успешные выборы реанимируют общественную и деловую жизнь в стране.

Колючая проволока и люди в военной форме с оружием в руках — в Бейруте это часть быта. Несмотря на то что последний теракт в столице Ливана был по ближневосточным меркам относительно давно, в ноябре прошлого года, здесь ощущается атмосфера потенциальной опасности. Местные называют это состоянием стабильной нестабильности. Сказывается соседство с Сирией: половина населения четырехмиллионного Ливана — беженцы. Приближающиеся внеочередные президентские выборы лишь накаляют обстановку. За последние два с половиной года это будет 37-я попытка собрать парламент и назначить главу государства.

Политический патриарх против «человека Асада»

Вероятность того, что в понедельник голосование состоится, на этот раз очень велика. На днях основные противоборствующие партии выступили в поддержку одного и того же кандидата — генерала Мишеля Ауна.

В частности, о том, что Ауна поддержит шиитская партия «Хезболла», неделю назад заявил ее лидер Хасан Насралла.

«Следующее заседание парламента по избранию президента блок посетит в полном составе для избрания генерала Мишеля Ауна», — объявил Насралла в эфире телеканала «Аль-Манар».

Ранее с аналогичным заявлением выступил лидер прозападной суннитской партии «Аль-Мустакбаль» Саад аль-Харири.

Мишель Аун — 81-летний католик-маронит, получивший военное образование во Франции, владеет четырьмя языками. Аун считается человеком, близким к движению «Хезболла», занимающему 61 из 128 мест в парламенте. Генерал пользуется огромным уважением в стране. Например, вопреки сложившейся традиции Аун даже занимал должность главы правительства — установки Договора мирного согласия 1943 года гласят, что президентом в Ливане должен быть христианин-маронит, премьер-министром — мусульманин-суннит, а председателем парламента — мусульманин-шиит.

Однако, по словам собеседника «Газеты.Ru» в структурах безопасности Ливана, не все высшие руководители в армейских кругах согласны с этой кандидатурой.

Желая сорвать эти выборы, они могут пойти на обострение, вплоть до организации теракта.

Кроме того, кандидатура Мишеля Ауна не устраивает и спикера палаты представителей Набиха Берри, считающегося одним из тяжеловесов ливанской политики. Такое мнение высказал в беседе с «Газетой.Ru» старший преподаватель департамента политической науки НИУ ВШЭ Леонид Исаев. По его словам, шиитская партия «Амаль», лидером которой является Берри, видит своим президентом представителя влиятельной политической династии Сулеймана Фаранджи, тесно связанного с нынешним руководством Сирии.

«Несмотря на то что в Ливане существует альянс шиитских партий, все же нередко их пути в современной истории Ливана расходились, что мы, собственно, и наблюдаем последние два года — с того момента, как президентское кресло оставил Мишель Сулейман, — рассказал «Газете.Ru» Исаев. — Учитывая, что президент в Ливане избирается парламентом, существует ряд процессуальных возможностей, прежде всего со стороны аппарата палаты представителей, для затягивания решения данного вопроса. Этим пользуется Набих Берри, поскольку в случае проведения выборов президента шансы на успех его кандидата могут расцениваться в самом лучшем случае как 50 на 50».

И все же Исаев отмечает, что более реалистичной выглядит победа именно Мишеля Ауна. Во многом это связано с тем, что у «Хезболлы» и сирийского правительства уже существует негласная договоренность с партией «Аль-Мустакбаль» о том, что если та проголосует за Ауна, то пост премьера получит ее лидер Саад Харири. Это, в свою очередь, не соответствует интересам Берри, который при подобном раскладе, учитывая плохие отношения с Харири, может лишиться своего поста председателя палаты представителей после очередных парламентских выборов. Именно поэтому на протяжении последних лет он постоянно откладывает выборы, подчеркнул Исаев.

«Сулейман Фаранджи более лоялен лично Берри, нежели Мишель Аун, и его президентство могло бы гарантировать ему дальнейшее пребывание на занимаемом посту», — рассуждает эксперт.

По его словам, шансы Фаранджи победить на выборах меньше, поскольку против него активно выступает все та же «Аль-Мустакбаль», которая в нынешнем созыве имеет наибольшее число мест в парламенте, возглавляя к тому же «Альянс 14 марта».

Не стоит забывать, что Фаранджи взошел на политическую сцену благодаря близким отношениям его семьи с сирийским правительством, пишет газета «Ислам Таймс».

«Очень теплые отношения были между его отцом (бывшим президентом Ливана. — «Газета.Ru») Сулейманом Фаранджи-старшим и Хафезом Асадом. Эта связь стала основой политического успеха этой семьи, и эти отношения вполне сохранились между Сулейманом Фаранджи и Башаром Асадом», — пишет издание.

«Ислам Таймс» также отмечает, что Фаранджи-младший — один из немногих политиков, открыто поддерживающих палестинское сопротивление против израильской оккупации.

Компромисс для безопасности

Для того чтобы выборы состоялись, необходимы голоса как минимум двух третей депутатов парламента. Пока все указывает на то, что явка будет достаточной. Такую уверенность выразил на встрече с журналистами посол России в Ливане Александр Засыпкин. При этом он говорит, что для России не имеет значения, с каким президентом ей работать.

«Есть один нюанс: традиционно получалось так, что именно внешние силы играли решающую роль в выборе президента Ливана. И в последнее время все тоже думали, что раз в стране два с половиной года нет президента, то все будет зависеть от развития региональной ситуации. Важный момент заключается в том, что у российской стороны «своего» кандидата нет, мы никого не поддерживаем и не вмешивается в этот процесс. Мы подчеркиваем, что выборы — это дело самих ливанцев. О ком они договорятся, тот нас и устроит», — заключил Засыпкин.

На вопрос: «Как Москва относится к Мишелю Ауну?» — посол ответил, что Россию этот кандидат «вполне устраивает».

В то же время ранее ливанское шиитское издание «Сауд аль-Джабаль» со ссылкой на спецпредставителя президента России по Ближнему Востоку и странам Африки Михаила Богданова писало, что сначала Россия избрание Ауна не приветствовала.

Более того, практически все местные СМИ уверены, что Аун — согласованный кандидат.

В частности, газета «Инн Лебанион» со ссылкой на независимые источники пишет, что существует договоренность между представителями Ирана, России, США, Саудовской Аравии об избрании Мишеля Ауна президентом Ливана.

«Глава «Аль-Мустакбаль» Саад Харири посетил Саудовскую Аравию, чтобы поговорить о ситуации в Ливане, где ему сообщили, что все заинтересованные страны одобряют кандидатуру Ауна», — уточняет издание.

Саудовская газета «Аказ» также сообщала, что по некой договоренности между Россией и Францией новым президентом Ливана станет Мишель Аун, а издание «Лебан он Дибэйт» добавляет, что, делая ставку на этого политика, стороны рассчитывают, что Аун сможет обеспечить безопасность в стране, а значит, и в регионе в целом.

Перезапуск страны

В любом случае избрание президента должно стать тем толчком, который заново запустит не только политическую, но и деловую жизнь в стране. Сегодня даже в центре Бейрута очень много пустующих витрин и помещений с табличками «for sale». В стране практически не представлен российский бизнес. Для налаживания экономических связей требуются годы и желание на высоком уровне, которого с российской стороны пока нет. Основная причина — не только в вопросах безопасности.

Крупные проекты, как, например, строительство плотин или дорог, пока невозможно реализовать совместно из-за недоработанного внутреннего законодательства, считает Александр Засыпкин.

«Если изберут президента и сформируют новое правительство, которое будет объединять основные политические партии, возрастет вероятность, что они смогут доделать свое местное законодательство и начать конкретно раздавать блоки», — пояснил посол.

От помощи к контрактам

Что касается сотрудничества России и Ливана в военно-технической сфере, то здесь дела обстоят еще хуже.

В распоряжении правительственной армии в основном советская военная техника, которая осталась еще со времен сирийского присутствия в стране.

В течение многих лет возникает вопрос о том, чтобы Москва и Бейрут вышли на новый уровень взаимодействия. Однако традиционно ливанская армия получает лишь незначительную часть бюджета, поэтому опирается в основном на безвозмездную помощь из-за рубежа. Главным донором здесь оказываются США. Чтобы не только не допустить массового проникновения террористов на территорию страны, но также и чрезмерного усиления «Хезболлы», Вашингтон ежегодно поставляет Бейруту разные виды своих вооружений на $100 млн.

Говорить же о каких-то коммерческих контрактах в рамках ВТС пока не приходится.

«Был случай, когда саудовцы решили оказать Ливану финансовую помощь на $4 млрд. Предполагалось, что на три из них Бейрут закупит оружие у Франции, а на остальные — у других стран, в том числе и у России. Но потом Эр-Рияд отозвал эту помощь, ситуация оказалась в подвешенном состоянии», — рассказал посол.

По его словам, вопрос до сих пор остается открытым и говорить о какой-то конкретике пока невозможно.

Засыпкин надеется, что новое правительство начнет проявлять инициативы в отрасти ВТС. В Ливане тоже в это верят. К примеру, генералы уже активно учат русский язык.

Ливан > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 31 октября 2016 > № 1953786 Инна Сидоркова


Россия. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 октября 2016 > № 1917988 Сергей Лавров

Вступительное слово Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе переговоров с лидером политического движения "Мустакбаль" С.Харири, Москва, 4 октября 2016 года

Уважаемый г-н Харири,

Мы рады приветствовать Вас в Москве. Мы традиционно ценим наши добрые и дружеские отношения с Ливаном и поддерживаем контакты со всеми представителями ливанских общин.

Мы неизменно поддерживаем необходимость уважать суверенитет и территориальную целостность Ливана, а также те основы государственности, которые были согласованы всеми общинами и позволяют этой стране успешно развиваться в течение многих лет. К сожалению, в последнее время Ливан переживает внутриполитический кризис из-за неспособности договориться по кандидатуре президента страны. Я бы хотел выразить поддержку и солидарность с Вашими усилиями, г-н Харири, по преодолению этой ситуации и восстановлению договоренностей, которые позволят оставить этот кризис позади.

Мы также солидарны с нашими ливанскими друзьями в связи с теми трудностями и тяготами, которые вы переживаете по причине сирийского кризиса. Речь в первую очередь идет о более миллиона сирийских беженцев, которые спасались на территории Ливана от разгула террористов и тяжелого экономического положения, усугубляющегося односторонними антигуманными санкциями против Сирии, которые ввели США и ЕС. Мы оказывали и оказываем Ливану финансовую и гуманитарную помощь для того, чтобы помочь справиться с этим наплывом беженцев. Мы также знаем, что ливанская армия противостоит игиловцам и «Джабхат ан-Нусре» на границах с Сирией. В этой борьбе мы вас также поддерживаем.

Мы тесно сотрудничаем с Ливаном в рамках МГПС, которая была создана Россией и США. Облегчить положение Ливана проще всего через урегулирование сирийского кризиса. Именно на это были нацелены не так давно одобренные членами МГПС российско-американские договоренности. К сожалению, с самого начала было немало желающих наши договоренности «развалить», в том числе и внутри американской администрации. Как Вы знаете, к огромному сожалению, вчера это удалось сделать тем, кто выступает против политического урегулирования сирийского кризиса и соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН, кто явно вынашивает планы силового сценария. Из-за этих внутренних противоречий США оказались не в состоянии выполнить свои обязательства по нашим с ними договоренностям не только в том, что касается отмежевания мирной оппозиции от «Джабхат ан-Нусры», но и в том, что касается предельно четких и конкретных обязательств по разблокированию «дороги Кастелло» – важнейшей артерии для решения гуманитарных проблем Алеппо. Это печально и прискорбно.

Но мы не опускаем руки. Будем добиваться того, чтобы решения Совета Безопасности ООН выполнялись. Мы считаем, что МГПС может и должна сыграть в этом важную, лидирующую роль. Рассчитываем, что в этих рамках и по двусторонней линии мы продолжим согласовывать наши действия с ливанскими друзьями. Повторю, скорейшее установление мира в соседней Сирии напрямую отвечает национальным интересам Вашей страны.

В заключение я бы хотел еще раз подчеркнуть, что мы глубоко уважаем ту консолидирующую роль, которую Вы играете в отношении нынешнего положения в Ливане.

***

Спасибо за Ваши слова в адрес нашей традиционной позиции и линии в отношениях с арабскими странами. В каждой конфликтной ситуации мы исходим из одного непреложного принципа – договариваться должны сами народы. Если внутри какой-либо страны есть противоречия, то все политические и этно-конфессиональные группы должны искать согласия. На этих принципах и базируется ливанское государство.

Что касается того, что весь мир смотрит на Россию в ситуации с Алеппо, то я надеюсь, что будут смотреть и в другие стороны, иначе можно проглядеть действия тех, кто продолжает подпитывать террористов и не в состоянии отделить бандитов от умеренной оппозиции. Мы не уклоняемся от своей ответственности, но считаем, что только коллективно, только вместе с США, Европой и со всеми ключевыми странами региона можно урегулировать этот кризис. Иначе получается попытка опять создать условия для силового сценария. Это неприемлемо для стран региона, ливанского народа и любого нормального политика в современном мире.

Я всегда очень ценю Ваши личные оценки происходящего в регионе и рассчитываю, что мы сейчас отпустим журналистов и обменяемся мнениями о ситуации. Мне это будет очень полезно и интересно.

Россия. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 4 октября 2016 > № 1917988 Сергей Лавров


Россия. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 18 ноября 2015 > № 1639180 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел и по делам эмигрантов Ливанской Республики Дж.Бассилем, Москва, 18 ноября 2015 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели переговоры с моим ливанским коллегой Министром иностранных дел и по делам эмигрантов Ливанской Республики Дж.Бассилем. Обсудили ситуацию на Ближнем Востоке и Севере Африки с акцентом на обстановку в Сирии, Ираке, в самом Ливане.

Мы солидарны с нашими ливанскими друзьями, которые продолжают испытывать на себе все негативные последствия конфликтов в соседней Сирии и других частях региона. Сохраняется террористическая угроза. Подтвердили наши соболезнования в связи с кровавым терактом в пригороде Бейрута 12 ноября, когда погибло 43 человека и около 250 были ранены. В Ливане порядка 1,5 млн. беженцев из Сирии. Это – тяжелейшая нагрузка на инфраструктуру этого небольшого государства, учитывая, что на ливанской территории уже много лет находятся палестинские беженцы.

Россия неизменно выступает в поддержку суверенитета, единства и территориальной целостности Ливана, внутренней стабильности этой дружественной нам страны. Продолжаем выступать за скорейшее преодоление ливанцами нынешних проблем, связанных, прежде всего, с неспособностью парламента в течение полутора лет договориться по кандидатуре президента страны. Выразили надежду, что решение этих проблем будет найдено самими ливанцами через диалог всех политических и этноконфессиональных групп в рамках действующей конституции без вмешательства извне. Приветствуем очередной раунд национального диалога, который состоялся вчера, и в ходе которого все ливанские силы подтвердили единство общества перед террористической угрозой.

В том, что касается региональных и международных вопросов, нас с ливанскими друзьями объединяет совпадение, близость подходов к происходящим в регионе процессам. В контексте сирийского кризиса мы убеждены, что первоочередными задачами являются мобилизация широкого фронта для противостояния террористической угрозе, прежде всего со стороны «Исламского государства» («ИГ»), и одновременное продвижение политического процесса в Сирии в соответствии с теми принципами и конкретными шагами, о которых договорились в рамках встречи международной «Группы поддержки Сирии» в Вене 14 ноября. В ходе этой встрече мы с Дж.Бассилем продвигали взвешенные, сбалансированные подходы, которые опираются на необходимость уважения права самого сирийского народа определять свою судьбу. Удовлетворены, что эта принципиальная позиция возобладала в итоговых документах обеих встреч, которые состоялись 30 октября и 14 ноября.

Рассмотрели ситуацию, которая связана с борьбой против терроризма в самом широком контексте, не только в том, что касается Сирии. «Исламское государство» уже обосновалось на территории Сирии, Ирака, пустило корни в других странах региона и громогласно объявило о планах создания огромного халифата на обширных пространствах от Португалии до Пакистана. Поэтому это наша общая угроза. Мы едины в том, что СБ ООН должен уделить первоочередное внимание задаче создания прочной международно-правовой базы для борьбы с этим злом, мобилизации подлинно глобальной коалиции для ответа на общий для всех нас весьма жесткий вызов.

Россия будет активно продвигать международные усилия в этом направлении в русле инициативы, которую выдвинул Президент Российской Федерации В.В.Путин, выступая в Нью-Йорке на открытии ГА ООН.

Обсудили ситуацию в палестино-израильском урегулировании. Озабочены тупиком в переговорном процессе. Исходим из того, что, принимая меры по недопущению эскалации насилия в Святых местах, прежде всего на Храмовой горе, мы не можем этим ограничиваться и должны предпринимать все необходимое, чтобы возобновить переговорный процесс. Представители «квартета» в ближайшее время должны посетить Израиль и Палестину. Будем надеяться, что их стараниями нам удастся найти выход из нынешнего тупика.

Мы, безусловно, заинтересованы в дальнейшем развитии российско-ливанских отношений, и мы говорили сегодня об этом с моим коллегой. Россия готова, в том числе, в рамках работы международной «Группы поддержки Ливана» оказывать содействие укреплению потенциала ливанской армии, полиции и сил безопасности. Есть у нас и ряд проектов в гуманитарной сфере, в том числе, связанных с продвижением межцивилизационного, межконфессионального диалога в соответствии с инициативой, которую в марте этого года Россия, Ливан, Армения при участии Ватикана выдвинули в рамках Совета ООН по правам человека. Речь шла о защите христиан, которые весьма серьезно страдают в результате нынешних конфликтов на Ближнем Востоке и Севере Африки, защите всех без исключения народностей, этноконфессиональных групп от какой-либо дискриминации, а также о том, чтобы они солидарно выступали за диалог цивилизаций, религий и культур. Это будет оставаться среди приоритетов российско-ливанского взаимодействия на международной арене.

Искренне благодарю моего коллегу за хорошие переговоры.

Вопрос (адресован обоим министрам): Рассматривает ли Ливан возможность обратиться к России с просьбой об оказании военной помощи в борьбе с терроризмом? Если такая просьба поступит, готова ли Россия ее удовлетворить?

С.В.Лавров (отвечает после Дж.Бассиля): Мне нечего добавить. Такого обращения не было, поэтому сейчас нечего рассматривать. Мы полностью уважаем суверенное право Ливана самому определять пути обеспечения своей безопасности наиболее эффективными средствами.

Вопрос: Направил ли МИД России запросы партнерам в рамках работы по поиску и наказанию виновных в теракте российского авиалайнера А321? Были ли получены отклики на эту просьбу?

С.В.Лавров: Мы уже вчера по линии Департамента информации и печати МИД России распространили официальный комментарий, в котором сообщалось, что по поручению Президента Российской Федерации В.В.Путина мы обратились ко всем без исключения правительствам стран мира с просьбой оказать содействие в получении любой информации, которая может привести к нахождению виновных в террористическом акте в отношении российского самолета и привлечению их к ответственности. Что касается откликов, то практически из всех столиц вчера же прозвучали слова солидарности с нами. Так что политический отклик уже последовал. Что касается конкретного отклика о возможных уликах, данных и сведений, где могли находиться лица, так или иначе причастные к этому террористическому акту, то эти отклики частично уже поступили по линии специальных служб. Эта информация не подлежит огласке по понятным причинам.

Вопрос: Накануне Президент России В.В.Путин заявил, что Россия найдет виновных в теракте над Синаем и примет меры в соответствии со статьей 51 Устава ООН. Не могли бы Вы разъяснить, что это значит? Какие действия Россия будет предпринимать на практике?

С.В.Лавров: Как подчеркнул Президент России В.В.Путин, наши действия будут основываться на ст.51 Устава ООН, которая предполагает право любого государства на индивидуальную или коллективную самооборону в случае нападения на него. Террористический акт над Синайским полуостровом был именно нападением на российских граждан, что равнозначно нападению на государство. Право на самооборону будет реализовываться всеми доступными средствами: политическими, военными и по линии разведки, специальных служб и т.д.

Вопрос: Глава МИД Турции Ф.Синирлиоглу заявил сегодня, что на встрече по Сирии был достигнут консенсус по неучастию Президента Сирии Б.Асада в будущих выборах президента в этой стране. Действительно ли это так?

С.В.Лавров: В документе, принятом по итогам встречи по Сирии 14 ноября, равно как и в документе первого такого мероприятия, которое состоялось в Вене 30 октября, в части достигнутых договоренностей все изложено. Никаких договоренностей о том, что Президент САР Б.Асад не будет участвовать в том или ином этапе политического процесса, достигнуто не было. Действительно, некоторые страны, в том числе и наши турецкие коллеги, продвигали такие идеи, но они не получили консенсусной поддержки, поэтому говорить о том, что кто-то согласился в чем-то не участвовать, абсолютно некорректно. Все, о чем договорились, записано на бумаге и никакому толкованию и интерпретации не подлежит.

Вопрос (вопрос адресован обоим министрам): Удалось ли в Вене договориться о статусе «ИГ» и «Джабхат Ан-Нусры» как террористических группировок? Как продвигается работа по определению других террористических группировок? Известно, что некоторые участники венских переговоров видят в этом проблему?

С.В.Лавров: Как Вы сказали, в Вене мы договорились, что все страны, представленные в Международной группе поддержки Сирии, направят свои соображения о том, кого они рассматривают в качестве террористических организаций помимо «ИГ» и «Джабхат Ан-Нусры». Эта договоренность, которую российская сторона уже в течение нескольких месяцев продвигала, наконец, получила одобрение со стороны всех участников Международной группы поддержки Сирии. Координировать обобщение этих идей и предложений будет Иордания.

Мы считаем, что этот процесс не должен занять слишком много времени. Свои предложения о том, кого мы считаем террористическими группировками, действующими в Сирии и в соседних странах, мы передали нашим партнерам достаточно давно. Пару недель назад мы получили встречные соображения от наших американских коллег и ряда других участников процесса. Во многом они совпадают, но работа все-таки предстоит, достаточно непростая работа, учитывая, что различные группировки экстремистского толка порой меняют окраску, когда зарубежные спонсоры, желая придать им более удобоваримый и респектабельный вид, советуют отказаться от радикальной и террористической риторики и предстать перед взором мирового сообщества как т.н. «умеренная оппозиция». Проблема «хамелеона» существует, и нашим спецслужбам совместно с внешнеполитическими ведомствами придется поработать. Надеемся, что иорданские коллеги смогут организовать этот процесс так, чтобы, не затягивая, выйти с едиными позициями и одобрить их в Совете Безопасности ООН. У участников Международной группы есть понимание, что когда мы придем к общему согласию, будет необходимо внести соответствующие организации, помимо «ИГИЛ» и «Джабхат Ан-Нусры», по которым общее мнение уже есть, в террористический список Совета Безопасности ООН.

Вопрос: Как сказал Государственный секретарь США Дж.Керри, политическое урегулирование сирийского кризиса может начаться через несколько недель. Вы с этим согласны?

С.В.Лавров: В документах, которые одобрены в Вене 14 ноября, прямо сказано, что мы рассчитываем, что представители ООН, в частности специальный посланник Генерального секретаря ООН С.де Мистура и его команда в ближайшие дни и недели смогут сформировать общее понимание о том, что представляет собой делегация оппозиции. Отмечено, что будут приветствоваться усилия государств, представленных в Международной группе, в направлении содействия формированию такого единого списка. Затем специальный посланник Генерального секретаря ООН С.де Мистура (как он докладывал Совету Безопасности ООН и получил поддержку Совета еще в августе с.г.), должен провести предварительные консультации в рабочих группах по 4 темам, подтвержденным в Совете Безопасности в качестве повестки дня общесирийского диалога. В Венском документе выражена надежда, что запуск такого процесса состоится в районе 1 января 2016 года, т.е. в ближайшие полтора месяца. Это не ультимативный срок, а ориентировочная дата. Но мы рассчитываем, что ее удастся выдержать, потому что чем дольше мы затягиваем запуск политического процесса между сирийским правительством и оппозицией, тем хуже для сирийского народа. Как говорится, «дьявол в деталях».

Повторю, проблема формирования делегации оппозиции стоит не первый год. Еще после конференции в Монтре в январе 2013 г. мы подчеркивали необходимость обеспечить инклюзивный характер представителей оппонентов режима на переговорах с Правительством САР. Именно это требовалось в соответствии с Женевским коммюнике от 30 июня 2012 г., где сказано, что на переговорах должен быть представлен весь спектр сирийского общества. К сожалению, до недавнего времени некоторые наши партнеры на Западе и в регионе настаивали на том, что только одна группа сирийских оппозиционеров должна рассматриваться в качестве единственного представителя не то что оппозиции, а чуть ли не всего сирийского народа. Это упорствование в том, чтобы не допускать другие политические силы Сирии за стол переговоров, стоило многих жизней и кровопролитных событий, которые можно было бы, наверное, предотвратить, если бы политический процесс был начат раньше. В этом году понимание необходимости обеспечить подлинно общесирийский характер политического процесса наконец-то стало овладевать нашими партнерами. В августе на встрече с Государственным секретарем США Дж.Керри и Министром иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейром мы договорились в Дохе, что будем стимулировать формирование такого единого списка оппозиционной делегации. Но опять в ответ на наши предложения партнеры почему-то не ответили взаимностью, и лишь сейчас, спустя почти полгода, оформлена такая договоренность в многостороннем формате. Надеюсь, что ее реализация займет значительно меньше времени, чем процесс осознания именно такого подхода в соответствии с Женевским коммюнике от 30 июня 2012 г.

Вопрос: Что Вы можете сказать относительно возможности координации усилий Россией с Францией в деле борьбы с терроризмом?

С.В.Лавров: Вчера президенты Российской Федерации и Франции договорились, что они будут координировать эти усилия. У нас в Сирии работает наша авиационная группа, в Средиземном море есть группа ВМС России. Франция выдвигает в этот же район авианосную группировку. Как вы вчера в прямом эфире услышали, Президент России В.В.Путин, находясь в Национальном центре управления обороной России, дал приказ командиру наших моряков координировать действия против «ИГ» и прочих террористов с французскими коллегами как с союзниками.

Я рассчитываю, что изменение позиции наших западных коллег, которое далось, к сожалению, ценой жертв в результате ужасных террористических актов, будет наблюдаться и со стороны других наших западных партнеров, а позиция о том, что подлинную борьбу с «ИГ» и ему подобными можно наладить, только когда станет ясна судьба Б.Асада, будет отложена в сторону. Мы подробно говорили об этом с нашими американскими коллегами, которые эту логику активно продвигали. Теперь уже, по-моему, нет никаких сомнений, что просто неприемлемо выдвигать предварительные условия, чтобы объединиться в борьбе с террористами в лице, прежде всего, «Исламского государства», которое, конечно, никакое не исламское. Наша общая обязанность – не допустить, чтобы оно стало государством, а оно пытается создать свой халифат с угрозами огромному количеству стран и всей человеческой цивилизации.

Вопрос: Президент Российской Федерации В.В.Путин заявил, что некоторые из стран «Большой двадцатки» финансируют террористические группировки. Есть ли у Вас какие-либо детали на этот счет?

С.В.Лавров: Я думаю, все было сказано Президентом Российской Федерации В.В.Путиным на пресс-конференции в Анталье и в его комментариях относительно источников финансирования террористических организаций. Кроме того, мы представили фотографии со спутников и средств авиации России, которые показывают нескончаемый поток нефти и нефтепродуктов с захваченных «ИГ» территорий за границу, где все это продается, и за счет этих продаж «ИГ» в значительной степени финансирует свою преступную деятельность.

Эти вопросы вызывают серьезнейшую озабоченность у всех наших партнеров. Я думаю, что и здесь мы сможем наладить сообща такую работу, которая не будет зависеть от каких-то сиюминутных геополитических конъюнктурных соображений и позволит всем нам сконцентрироваться на главных задачах: пресечь поползновения «ИГ», подорвать его финансовую и материальную базу и, в конечном итоге, уничтожить это террористическое образование.

Россия. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 18 ноября 2015 > № 1639180 Сергей Лавров


Ливан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2012 > № 567699 Сергей Лавров

Выступление С.В.Лаврова по итогам переговоров с Министром иностранных дел и по делам эмигрантов Ливана А.Мансуром, Москва, 20 марта 2012 года

С.В.Лавров: Достаточно подробно рассмотрели состояние российско-ливанских отношений, включая политический диалог, которым мы весьма удовлетворены, а также взаимодействие в других сферах. Довольны экономической составляющей двусторонних отношений. Решения, принятые на заседании Межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству в ноябре 2011г. в Москве, выполняются и будут способствовать дальнейшему росту товарооборота, который в прошлом году практически удвоился, приблизившись к 500 млн. долларов.

Видим хорошие перспективы в реализации совместных проектов в энергетике, включая углеводороды, в водохозяйственной, транспортной, агропромышленной, туристической сферах. У нас очень хорошее гуманитарное сотрудничество, чему в небывалой степени способствуют тысячи ливанцев, которые являются выпускниками советских и российских вузов. Весьма значимым событием стал прошлогодний визит Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в Ливан. В наших ближайших планах организовать дни российской культуры в Ливане.

Мы солидарны с устремлением руководства Ливана к обеспечению суверенитета, территориальной целостности, независимости своего государства на основе Конституции страны и национального диалога с участием и с учетом интересов всех ливанских сил и групп. Уделили особое внимание положению на юге Ливана, и в этой связи с обеих сторон подчеркнули необходимость безусловного выполнения резолюции Совета Безопасности ООН 1701. Считаем недопустимыми нарушения этой резолюции в том, что касается уважения суверенитета Ливана в его воздушном пространстве. Оно, к сожалению, подвергается регулярному нарушению со стороны израильских военно-воздушных сил. Мы в очередной раз констатировали совпадение наших подходов в том, что касается урегулирования таких проблем, как иранская ядерная программа, ближневосточное урегулирование, прежде всего в контексте выполнения решения о создании Палестинского государства, а также ситуации в Сирии, являющейся ближайшим соседом Ливана.

Россия и Ливан выступают за урегулирование сирийского кризиса на основе тех пяти принципов, которые были одобрены 10 марта на заседании министров иностранных дел России и Лиги арабских государств. В этом же русле идет наша поддержка миссии, которая была поручена бывшему Генеральному секретарю ООН К.Аннану в качестве спецпосланника ООН/ЛАГ по Сирии. Мы особо отметили необходимость не допустить того, чтобы события так называемой «арабской весны» использовались как предлог для предания забвению палестинской проблемы. Заинтересованы в том, чтобы на предстоящем в апреле в Вашингтоне заседании «квартета» на уровне министров были найдены решения, которые позволят запустить переговорный процесс между палестинцами и израильтянами на основе имеющихся решений Совета Безопасности ООН и других компонентов международно-правовой базы.

Я признателен господину А.Мансуру за приглашение посетить Ливан, обязательно им воспользуюсь.

Вопрос (адресован А.Мансуру): Не секрет, что через ливано-сирийскую границу идет контрабанда оружия, осуществляется переброска боевиков. Обсуждался ли сегодня этот вопрос? Как Россия могла бы помочь Ливану в вопросе укрепления границ?

С.В.Лавров (в дополнение к ответу А.Мансура): Я могу только добавить, что мой ливанский коллега изложил реальную ситуацию. Всем известно, хотя не все об этом говорят, что и оружие, и боевики, независимо от позиций, которые занимают правительства соответствующих стран, проникают в Сирию с территории Ливана, Иордании, Ирака, Ливии. Наша общая задача – способствовать принятию мер, которые не допускали бы этого процесса, потому что он реально усугубляет ситуацию в САР и подпитывает вооруженный конфликт. Поэтому в качестве незамедлительного шага необходимо, наряду с допуском гуманитарных организаций в Сирию, принять четкие меры по прекращению насилия, откуда бы оно ни исходило. Именно одновременно, а не в какой-то последовательности, когда от правительства требуют вывести из городов все военные подразделения, а от оппозиции этого не ожидают. Полагаю, что именно на этом сейчас надо сконцентрироваться.

Вопрос: Готова ли Россия поддержать предложенный Францией проект заявления Совбеза ООН о поддержке миссии К.Аннана в Сирии, а также оказать давление на официальный Дамаск, чтобы прекратить насилие? Известны ли даты визита К.Аннана в Москву? Об этом на днях было заявлено пресс-секретарем Госдепартамента США.

С.В.Лавров: Буквально в день, когда было объявлено о назначении К.Аннана спецпосланником ООН/ЛАГ по Сирии, российская сторона сделала заявление в поддержку как этого шага, так и его миссии. На следующий день состоялся мой телефонный разговор с К.Аннаном, в ходе которого я четко подтвердил нашу поддержку.

Мы готовы поддержать миссию К.Аннана, а также те предложения, которые он передал сирийкой стороне и некоторым группам оппозиции, в том числе и в Совете Безопасности ООН, причем даже не в виде заявления председателя, а в виде резолюции. Разумеется, для того, чтобы это можно было сделать, необходимо, чтобы эти предложения были преданы гласности. И, конечно, важно учитывать, что мы сейчас находимся в процессе, когда миссия К.Аннана только что началась. Он побывал в Дамаске, передал свои предложения правительству и некоторым оппозиционным группам. Сейчас в Сирии находится группа экспертов из его команды, которые работают по тексту соответствующих предложений. К.Аннан сам объявил о том, что он еще раз собирается съездить в Дамаск.

Таким образом, для соответствующей реакции Совета Безопасности ООН либо в виде заявления, либо в виде резолюции необходимо, как минимум, два условия. Во-первых, чтобы предложения К.Аннана были опубликованы. Во-вторых, чтобы Совет Безопасности одобрил их не в качестве ультиматума, а учитывал продолжающуюся работу и принял бы их в качестве основы для продолжения усилий К.Аннана с целью достижения согласия между всеми сирийцами - и правительством, и оппозиционными группами - по всем насущным вопросам. Речь идет и о гуманитарном доступе, и о прекращении насилия со всех сторон, и о начале политического диалога, и о доступе средств массовой информации и др. Конечно же, поддержка Совета Безопасности важна сама по себе. Но также принципиально необходимо, чтобы эта поддержка проявлялась не только на бумаге, в решениях Совета Безопасности, но и в практических действиях всех тех, кто влияет на ситуацию в Сирии. К сожалению, мы уже не раз наблюдали, как только забрезжит просвет, наметится перспектива движения к урегулированию, так возникают искусственные и непонятные препятствия.

Аналогичная история была с резким решением прекратить полномочия миссии наблюдателей Лиги арабских государств в Сирии. Это случилось в тот момент, когда она только-только начинала свою работу и с ней стали сотрудничать сирийские власти. И сейчас, к сожалению, когда миссия К.Аннана, которую все приветствовали, по крайней мере, на словах, начинает втягиваться в очень сложный, требующий максимального сосредоточения и поддержки на деле процесс, мы видим череду событий, которые явно не способствуют ее успеху.

Я уже не говорю о терактах, которые на днях произошли и в Дамаске, и в Алеппо, и в других городах Сирии. Это явно провокации, направленные на подрыв усилий К.Аннана. Не помогают миссии такие решения, принятые буквально в последние дни, как отзыв из Дамаска всех послов арабских стран Персидского залива, новые санкции по линии Евросоюза или вчерашние и сегодняшние «сказки» про заход каких-то российских боевых кораблей в сирийские порты.

Что касается второй части вопроса, я не знаю, почему официальный представитель Госдепартамента стал заниматься графиком международных контактов российского руководства. Информация о том, что К.Аннан получил приглашение посетить Россию, содержалась в сообщении для СМИ по итогам моего разговора с К.Аннаном, состоявшегося на следующий день после его назначения. Мы сейчас согласовываем удобные для обеих сторон сроки такой поездки.

Вопрос: В СМИ разных стран, в частности стран Персидского залива, отмечается, что существуют изменения в позиции России по отношению к ситуации в Сирии. Однако Вы заявили, что на самом деле изменилась позиция западных стран по этому вопросу. В чем заключаются эти изменения? Изменилась ли позиция России?

С.В.Лавров: Я просто приглашаю Вас сравнить российские заявления, которые мы делали с самого начала сирийского кризиса с тем, что мы говорим сейчас. Включая то, что мы согласовали в виде пяти принципов во время моего визита в Штаб-квартиру Лиги арабских государств. Думаю, ознакомившись с последовательностью наших заявлений, вы поймете, что ни о какой ревизии российской позиции речи идти не может.

Что касается позиции западных стран и целого ряда арабских государств, то я хотел бы сказать следующее. В принципе, когда мы разговариваем с большинством из них доверительно, без прессы, и когда они разговаривают в своем кругу (я тоже это знаю), то показывают очень хорошее владение фактами и информацией. Эти факты и информация должны подводить к тем же оценкам, к которым приходим мы. Но до недавнего времени большинство публичных заявлений западных и ряда арабских государств делались в отрыве от реального понимания ими ситуации в Сирии и вокруг нее. Сейчас мы ощущаем больше реализма в позициях наших западных и ближневосточных партнеров. Позиция этих стран начинает приближаться к их собственным оценкам того, что происходит в Сирии. Мы приветствуем этот процесс. Необходимо, чтобы он продолжался и укреплялся, поскольку это важно с точки зрения принятия международным сообществом нужных решений. Если им в этих целях удобно говорить о том, что Россия меняет свою позицию, – пожалуйста, лишь бы это делу помогало.

Мне кажется, что наши ответственные партнеры все больше ощущают необходимость учитывать всю сложность ситуации, особенно в ее региональном измерении, учитывать интересы таких государств, как Ливан, о чем сейчас подробно говорил мой коллега. Считаю, что они также понимают возрастающую опасность противоречий между шиитами и суннитами. Со своей стороны считаем недопустимым разыгрывать извне карту противоречий меду шиитами и суннитами в целях достижения внешними игроками своих политических целей в регионе, которые совсем не совпадают с интересами проживающих здесь народов.

Вопрос: Вчера на лентах информационных агентств появилось сообщение о том, что в сирийском порту Тартус находились российские антитеррористические войска. Вечером Министерство обороны России не опровергло информацию о нахождении корабля, но отрицало, что на его борту есть какие-то войска. Эти два противоречивых заявления не проясняют ситуацию. Как Вы можете это прокомментировать?

С.В.Лавров: Я уже сказал, что сообщения о том, что будто бы в сирийском порту Тартус есть российские боевые корабли, – чистой воды сказки, и это я подтверждаю. Я не знаю, какие противоречия Вы нашли в комментариях представителей ВМФ и Минобороны России. Министерство обороны официально сообщило, что в Тартусе находится российский танкер, обеспечивающий заправку топливом кораблей Черноморского и Северного флотов Российской Федерации, которые работают в Аденском заливе в рамках антипиратских мероприятий. В них также участвуют корабли стран Евросоюза и НАТО.

На его борту, как и на борту любых гражданских вспомогательных судов антипиратской операции, находятся подразделения охраны на случай, если танкер или любое другое невоенное судно, находящееся в Аденском заливе, будет атаковано пиратами. Тогда охранники помогут не допустить захвата судна. Вот собственно и все. Именно это написано в сообщении, опубликованном на сайте Министерства обороны России. Надеюсь, что в данном случае телеканал «Аль-Арабия», который Вы представляете, объективно проинформирует свою аудиторию.

Средства массовой информации в современных условиях – это мощнейшее оружие, которым нужно пользоваться предельно ответственно и честно. В этой связи, конечно, не могу не обратить ваше внимание на недавнее интервью с корреспондентами телеканала «Аль-Джазира», которые в знак протеста против искаженного освещения ситуации в Сирии ушли с этого канала и сообщили об этом публично. Конечно, политики, в свою очередь, должны уважать средства массовой информации, их право на изложение своего видения фактов. Недопустимо, когда в период начала войны в Ираке руководство Соединенных Штатов выступало с угрозами в отношении той же «Аль-Джазиры» разбомбить ее штаб-квартиру в Катаре. Так что мы двумя руками за свободу средств массовой информации и за то, чтобы СМИ говорили правду.

Ливан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2012 > № 567699 Сергей Лавров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter