Всего новостей: 2462803, выбрано 184 за 0.115 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист СФО: Тарасов Алексей (156)Бородянский Георгий (24)Карлин Александр (17)Толоконский Виктор (17)Ерощенко Сергей (15)Левченко Сергей (12)Назаров Виктор (12)Путин Владимир (11)Жвачкин Сергей (9)Асеев Александр (8)Зимин Виктор (8)Тулеев Аман (8)Медведев Дмитрий (7)Городецкий Владимир (6)Кара-оол Шолбан (6)Шейбак Юрий (6)Галажинский Эдуард (5)Ерошок Зоя (5)Жданова Наталья (5)Иноземцев Владислав (5) далее...по алфавиту
Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 апреля 2018 > № 2563924 Сергей Цивилев

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Кемеровской области Сергеем Цивилёвым.

Обсуждались актуальные вопросы социально-экономического развития региона.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сергей Евгеньевич, Вы исполняете обязанности губернатора Кемеровской области. Период для области сложный по вполне понятным причинам, тем не менее от Вас жители области ждут принятия решений по самым важным, неотложным вопросам развития региона. Таких вопросов много, как и в других частях нашей страны. Хочу прежде всего уточнить, на чём Вы планируете сконцентрироваться в ближайшее время, на каких программах, какими вопросами заниматься?

С.Цивилёв: Перед нами остро стоит вопрос наличия мест в детских садах, школах и реконструкции существующих детских садов и школ. Мы сейчас этим энергично занимаемся.

Для нашей промышленности очень важна подготовка специалистов со средним профессиональным образованием. Поэтому мы намерены создать три региональных центра среднего специального образования по основным компетенциям: это горно-металлургическая отрасль, химия, строительство и IT-технологии. Мы эти программы сейчас уже реализуем, но за счёт регионального бюджета, и просим на условиях софинансирования помочь нам в быстрейшей реализации этих программ за счёт средств федерального бюджета.

У нас остро стоит проблема с объездной дорогой вокруг Кемерова. Это единственный областной город в Сибири, через который проходит федеральная трасса Москва – Владивосток. Это примерно 12,5 тыс. машин в сутки, что даёт 2,5 тыс. т выбросов, затрудняет организацию дорожного движения и влияет на себестоимость автомобильных перевозок на этом маршруте. Поэтому мы просим Вас сделать федеральную трассу вокруг Кемерова за счёт федерального бюджета. Мы хотели бы уже в этом году приступить к выполнению проектных работ.

Д.Медведев: Какие ещё задачи Вы видите в качестве губернатора?

С.Цивилёв: Мы сейчас все сосредоточены после этих трагических событий на оказании помощи пострадавшим, на предотвращении возможности таких трагедий в будущем, и сейчас этим энергично занимаемся. Мы будем долго работать со всеми пострадавшими, наша работа не ограничивается только формальным подходом и единовременными выплатами – мы будем многих сопровождать долгие годы, особенно детей, которые остались без родителей. И мы сделаем всё, чтобы этим людям комфортно жилось в Кузбассе. Наша задача – сделать Кузбасс комфортным для всех жителей. Сегодня у нас есть утечка жителей из Кузбасса, и мы хотим эту ситуацию изменить, чтобы люди возвращались сюда, чтобы им было хорошо и комфортно жить.

Д.Медведев: Кузбасс и вообще Кемеровский регион обладают большим производственным и человеческим потенциалом. Нужно постараться его раскрыть, причём речь идёт не только о традиционных формах развития экономики Кузбасса – они известны, они существуют уже десятилетия, но и о создании новых производственных кластеров, новых предприятий. Думаю, что по мере врастания в исполнение обязанностей, по мере того, как Вы будете погружаться в эти проблемы, такого рода задачи будут по силам. И естественно, федеральный центр и Правительство готовы по этим направлениям оказывать поддержку. А также по социальным проблемам, которые актуальны для Кузбасса и вообще для всей нашей страны. Я имею в виду и создание детских дошкольных учреждений, создание школ – эта программа идёт по всей стране, и решение важнейших вопросов, связанных с оказанием медицинских услуг и иными формами социальной поддержки. На всё это мы будем планировать деньги в федеральном бюджете в рамках тех решений, которые были приняты, включая Послание Президента и другие программы развития страны.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 апреля 2018 > № 2563924 Сергей Цивилев


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > snob.ru, 9 апреля 2018 > № 2564597 Андрей Звягинцев

Минотавр и его Лабиринт

Андрей Звягинцев

Общество в России нездорово и утратило всякую возможность диалога с властью. Болезнь его зовется нечувствием, равнодушием, обоюдным отсутствием эмпатии и доверия

Двенадцать лет назад на самом юге Молдавии, изрезанном крутыми обрывами, посреди выжженных лугов, полных овечьих стад, водимых одинокими пастухами, я снимал свой второй фильм. Когда я сейчас вспоминаю безмятежный дух и хитроватый взгляд этих пастухов, то предполагаю, что если бы из их стада в 500–600 голов с обрыва упало, скажем, 20 овец, думаю, для их пастыря не было бы большой проблемы. Потому что он знает: в стаде есть овцы и есть бараны, они вскоре нарожают ему еще. И тогда найдутся новые, кого он сможет выгуливать, окормлять и стричь, стричь снова и окормлять. Пасомое большинство, мирные стада, обрывы и луга.

Угли на кемеровском пепелище остыли. Эмоции улеглись. Губернатор Тулеев ушел на заслуженный высокооплачиваемый отдых. Все или почти все высказались. А что в сухом остатке?

У нас два народа. Один собирается на Манежной и Дворцовой, другой — на Пушкинской и на Марсовом. И это не просто разобщение. Это тупик, у которого нет другого будущего, кроме мрачного, если не будет воли к изменению этого диссонанса, обусловленного системой.

Наша новая трагедия так напоминает «Курск». Только теперь эту «субмарину» безразличия забили до отказа детскими телами. Интересно, ответит теперь президент на вопрос иностранного журналиста: «Что случилось с торговым центром?» — «Он сгорел», как это было в августе 2000-го?

Вспомним еще одну общенациональную трагедию, когда людей вповалку бросали на спину на пороге Дворца на Дубровке. Операция прошла успешно, рапортовали президенту, но и тогда забота была о сохранении репутации власти, а не о жизни людей. Отношение к трагедии как к нарушению демографических показателей. Что это такое? Нечувствительность? Оговорка? Сказал — не подумал? Был смущен, не сориентировался? Нет. Все это приметы расчеловечивания власти.

Тулеев: «Владимир Владимирович, спасибо великое за то, что звонили мне и прошу прощения лично у Вас за то, что случилось на нашей территории». Мизулина: «Я бы хотела высказать слова соболезнования и поддержки нашему лидеру».

Что не так с этими людьми? Что с их органами чувств? Как поворачивается язык произносить подобные вещи? Президент не просто должен, он всенепременнейше обязан звонить всем этим Тулеевым, назначенным им самим на вечное правление территориями. А соболезнования, госпожа Мизулина, как и великую благодарность, господин Тулеев, высказывать нужно своему народу за то, что так терпеливо сносит ваше владычество. Интересно, как сам президент смотрит на все это лицемерие, лизоблюдство и холуйство? Подсказал бы им, что ли, где-нибудь в кулуарах, чтобы не гнули так усердно свои спины и выи. Полное растворение достоинства и элементарной чести.

Между народом и властью полностью потеряна связь. Мы живем в больном обществе, утратившем всякую возможность диалога. Болезнь эта зовется нечувствием, равнодушием, обоюдным отсутствием эмпатии и доверия. Притом тотальным. Для одних — «власти всё врут»; для других — «бузотерят и пиарятся на чужом горе». Как выходить из этого тупика?

Один из специалистов написал в первые дни трагедии, что торговые центры спроектированы как лабиринты. Маршруты для посетителей устроены так, чтобы на пути к выходу из здания они прошли мимо как можно большего числа торговых точек. «Зимняя вишня» — лабиринт Минотавра без окон и дверей, со множеством тупиков, узких лестничных пролетов и неоткрывающихся дверей; устрашающая коробка, в центре которой восседает огнедышащее чудовище. И это не ядовитый дым или языки пламени, это бесчеловечная система, прогнивший до основания зловонный колосс, которому все мало, которому все нипочем. Кто его создал? Не только Путин, но и мы сами, выбирая и поощряя эту систему ценностей. Кто может ее разрушить? Похоже, только Путин. Потому что мы, как оказалось, способны в едином порыве под клекот патриотических гимнов избрать только его.

Неужели вся эта кемеровская мистерия ужаса — жертвоприношение народного тела за его собственный выбор 18.03.18? Выбор существующей системы как обряд ее легитимизации, присяги на верность ее порядку. Системы, которая, как и всякая другая, только выглядит неуязвимой, а значит, всегда будет давать сбой. И вот они, эти системные сбои, один за другим сыплются на головы наших детей то в Волоколамске, то в Кемерове. Еще не вечер, будьте уверены, никто из нас не застрахован от новых сбоев, потому что такая система взаимосвязей в обществе не может дать ему столь вожделенную многими стабильность и достойное качество жизни, за которые мы с вами голосуем.

P. S. Когда текст этот был уже готов, мой знакомый прислал sms: «У меня приятель — хозяин развлекательного центра примерно такого же типа. Вчера к нему пришли из МЧС проверять сигнализацию. Нужная кнопка не сработала. Дал им 45 тысяч, они и ушли себе спокойно».

Минотавр, где твой Тесей? Враг драконьего племени Ланселот, ты где?

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > snob.ru, 9 апреля 2018 > № 2564597 Андрей Звягинцев


Россия. СФО > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557398 Александр Гольц

Переполох в России. О чем говорит отставка Тулеева

Увольняя Тулеева, Путин демонстрирует полную уверенность в той модели властной вертикали, которую он строил восемнадцать лет. Хотя именно она привела к кемеровской трагедии.

Александр Гольц, Новое время страны, Украина

Скоропостижная отставка Амана Тулеева вызвала настоящий переполох в кругах, именуемых «политологическими». О боже, главный начальник уволил начальника поменьше после народных протестов. Все годы царствования Владимир Путин решительно противился таким увольнениям: пример Ельцина и Горбачева был очевиден. Избавление от проштрафившегося чиновника под народным давлением демонстрирует слабость верховной власти. Чего никак нельзя позволить. И вот теперь глава государства, которого, как утверждают специалисты, аж «передернуло» при демонстрации запредельного тулеевского подобострастия, сместил местного кемеровского царька и заменил его другим. Уж не смена ли это «парадигмы правления», вопрошают политологи. Не означает ли это то, что впредь власть будет прислушиваться к подведомственному населению, когда вышеозначенное население рискует, несмотря на присмотр квартальных надзирателей от Росгвардии, выражать неудовольствие положением дел в конкретной сатрапии? Не означает ли это скорого увольнения, например, подмосковного губернатора Андрея Воробьева после волоколамских протестов?

Думаю, что вышеописанные надежды (а также и опасения) — пустые. История с Тулеевым, которого вовсе не уволили с формулировкой «в связи с утратой доверия», а милостиво отпустили на покой с сохранением почестей и привилегией, жалованием, сохранением кабинета, резиденции, охраны и прочего, это и доказывает. Скорее всего, то, как было обставлено увольнение Тулеева, демонстрирует вовсе не недостаток уверенности власти, а переизбыток ее самоуверенности. Те самые решительные кемеровчане, шахтеры, которые, стуча касками по асфальту, смещали правительства в буйные 90-е, ныне робко интересуются, а будет ли им позволено узнать правду о катастрофе, в которой сгорели их дети. И поэтому Кремль спокойно, не боясь последствий, смещает Тулеева, чтобы назначить временно исполняющим обязанности человека, чьи действия в экстремальной ситуации показали: уж он-то точно не должен обладать никаким авторитетом. Сергей Цивилев обвинил человека, потерявшего семью в «Зимней вишне», в попытке обеспечить себе пиар. А потом, поняв настроение митингующих, по-быстрому встал перед ними на колени. Однако Цивилев еще осенью был намечен в сменщики Тулееву. И Путин совершенно не видит необходимости отменять заранее согласованные планы.

Уж не смена ли это «парадигмы правления»?

Таким образом, увольняя Тулеева, Путин демонстрирует полную уверенность в той модели властной вертикали, которую он строил восемнадцать лет. При том, что именно эта «вертикаль», основанная на ответственности чиновников перед одним-единственным человеком, и привела к кемеровской трагедии. Сейчас сотня ретивых следователей, направленных в Кемерово, успешно находят все новые нарушения, имевшие место при функционировании «Зимней вишни»: от отсутствия разрешительных документов на строительство торгового центра до пучка кабелей, проходивших в непосредственной близости от пенопластового батута. Подозреваю, если направить ту же сотню в любой из многих тысяч торгово-развлекательных центров в России, они накопают точно такие же нарушения. Многочисленные законы и инструкции (некоторые вполне разумные) игнорируются по главной причине. Путин — все-таки человек, а не божество (хоть соловьевы-киселевы с этим решительно не согласятся). В силу естественных ограничений человеческого естества он не может контролировать работу всех чиновников. А в России проще дать взятку, чем соблюдать инструкцию.

Решить проблему можно, лишь поделившись с подведомственным народом властными полномочиями. Дать ему возможность избирать начальников всех уровней, включая начальников полиции, прокуроров, судей и потом контролировать их с тем, чтобы в следующий раз не выбрать коррупционеров и воров. Однако именно на это Путин пойти не может. Ну, потому что неразумный народ в своей наивности может выбрать тех, кто не нравится главному начальнику. Вот сразу же после кемеровской катастрофы в Екатеринбурге отменили выборы мэра горожанами. Теперь его будут выбирать послушные властям депутаты заксобрания. Так что, если увольнение Тулеева и говорит о чем-то, то только об уверенности главного начальника в том, что он может тасовать свою кадровую колоду так, как и когда ему заблагорассудится. Мы наблюдаем осень вертикали власти…

Россия. СФО > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557398 Александр Гольц


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 2 апреля 2018 > № 2554021 Андрей Перцев

Почему Кремлю больше не нужен тулеевский социализм

Андрей Перцев

Кемеровская область была в числе особых регионов России. Таких, где есть культ личности губернатора и автономная от центра вертикаль, но кандидаты от власти всегда получают отличные результаты. Последнее было важно для Кремля, а вот первое не устраивало. Кузбасс стал первой особой территорией, которую возглавил варяг. Если эксперимент будет удачным, подобные перестановки могут ждать Татарстан и Башкирию

Замена тех глав регионов, кто пришел к власти еще в 90-х годах, всегда была для Кремля непростой задачей. Прежде всего это касалось территорий с особыми, авторитарными методами управления – Кемеровская область, Татарстан, Башкирия. Политические старожилы выстраивали там свою жесткую вертикаль, которая работала на федеральных выборах в пользу центра, но старалась не пускать Москву в свои внутренние дела.

Такие отставки готовились годами. Кремлю, с одной стороны, нужно было выстроить единообразную для всей страны модель управления регионами и разобраться с альтернативными центрами влияния – то есть с губернаторами, которые могли проявлять самостоятельность. С другой – президентская администрация боялась потерять управляемость в этих субъектах. Вся система власти в них была заточена под главу. Еще с 1990-х на выборах в регионах побеждали губернаторские блоки, их представители формировали крепкие провластные пулы в заксобраниях. В большинстве муниципалитетов главы были поставлены региональным руководителем.

Перед Кремлем вставало несколько серьезных вопросов. Как поведут себя жители после отставки тяжеловеса? Сможет ли его преемник обеспечить нужные Москве результаты федеральных выборов? На чем базировалась эти результаты – на коррекции реальных итогов, или играла роль популярность и авторитет главы? Действовать приходилось осторожно, где-то Москва шла на уступки (Минтимер Шаймиев в Татарстане оставил преемника Рустама Минниханова), где-то, наоборот, рисковала и проводила жесткие зачистки, как в случае с Рахимовым.

Культ личности

Аман Тулеев – предпоследний представитель губернаторов-тяжеловесов (в Белгородской области Евгений Савченко работает последний по закону срок) – уволился 1 апреля по собственному желанию после пожара в торговом центре «Зимняя вишня», где, по официальным данным, погибло 64 человека. Однако неожиданным этот уход не назовешь. В начале марта вице-губернатором области стал варяг – гендиректор угольной компании «Колмар» из Якутии Сергей Цивилёв. Сразу стало понятно, что Тулееву недолго осталось работать на своем посту – топ-менеджер такого уровня на пост замглавы региона просто так не пришел бы.

Кажется, губернатор должен был постепенно передать дела новому заместителю и относительно спокойно покинуть пост. Вряд ли кандидатура Цивилёва полностью устраивала Тулеева, он бы предпочел видеть в качестве преемника представителя своей команды – вице-губернатора Владимира Чернова или мэра Кемерова Илью Середюка.

Разговоры об отставке Тулеева ходили с 2015 года – тогда истекал очередной срок его полномочий, и администрация президента прощупывала почву для назначения нового врио. Но Аман Тулеев отбился. Отбился он и в 2016 году, когда силовики арестовали двух его ключевых замов и близкого к региональной власти бизнесмена. Не ушел Тулеев и в 2017-м, когда из-за болезни не смог работать несколько месяцев. В июле в области ждали отставки и назначения нового губернатора – мэра Нижнего Тагила Сергея Носова, который даже посетил Кемерово, но в итоге Тулеев вернулся на свой пост и продолжил работать.

Тулеев выстроил особую систему управления, которую и продавал Кремлю. В Кемеровской области сохранился культ личности губернатора. Назначенный еще Ельциным в 1997 году как представитель протестующих шахтеров, Тулеев в том же году триумфально выиграл выборы. Роль выразителя народной воли постепенно трансформировалась – волю начали контролировать, а потом и управлять ею.

Одна из центральных несущих конструкций тулеевской политической системы – соглашение о социально-экономическом сотрудничестве с собственниками ключевых предприятий области. Компании обязуются строить и ремонтировать школы и детские сады, открывать спортивные комплексы и детские площадки, организовывать праздники и помогать нуждающимся. Более того, в этих документах есть пункты о достижениях определенных показателей по прибыли и инвестициям.

Подобные механизмы взаимоотношений власти и крупного бизнеса (особенно в части социалки) есть во многих регионах, но особых распиаренных соглашений нет, а «благотворительность» воспринимается прежде всего как добрая воля самого бизнеса. В Кемеровской области на первом плане всегда были усилия губернатора, который, по версии местных СМИ, принуждал коммерсантов делиться благами с простым народом.

Идея очень простая и популярная – многие сторонники Владимира Путина, например, сожалеют, что он не смог как следует приструнить олигархов и заставить их отдать часть прибыли на общее благо. А вот Аман Тулеев смог, пускай и в масштабах Кемеровской области. Забыть эти заслуги сложно – на зданиях и даже скамейках в Кузбассе есть таблички, которые напоминают, кого надо за все благодарить. Кроме того, бюджет области обеспечивает много тулеевских социальных выплат и льгот, акцент в их продвижении опять же делается на губернаторской фамилии.

Народный герой на пустом поле

На волне тулеевской популярности в Кемеровской области прошла полная зачистка политического поля. Все, с кем губернатор вступал в конфликт, в том числе его бывшие соратники, просто покидали регион. В числе уехавших бывший депутат Госдумы от КПРФ Нина Останина, глава фракции «Единой России» в Госдуме Сергей Неверов. Централизация управления в руках губернатора в Кемеровской области была предельной, именно поэтому Тулеев мог позволить себе сохранять демократические формальности типа выборности мэра Кемерова.

Иногда глава области перетряхивал муниципальные власти, критиковал их, хотя крупными городами, Новокузнецком и Кемеровом, уже давно руководят бывшие замы губернатора. Населению такая политика нравилась – крупные чиновники получают по шапке, их увольняют, идет ротация. На замену в администрации городов приходили новые заместители главы области.

С бизнесом губернатор выстроил особые отношения. С Тулеевым надо было дружить – он мог не пустить нового игрока на территорию либо выжить неугодного бизнесмена (так, например, произошло в 90-х годах с Михаилом Живило, который отказался финансировать социальный фонд области). Кроме того, многие ключевые предприятия в регионе принадлежат Сибирскому деловому союзу – его возглавляют Владимир Гридин и Михаил Федяев, одни из самых близких к Аману Тулееву людей.

Кемеровский губернатор сознательно делал из себя народного героя, полумифического персонажа – подавал Кремлю сигналы, что без него Кузбасс снова может превратиться в горячую точку. В Москве помнили девяностые, когда шахтеры стучали касками возле Белого дома и перекрывали железнодорожные магистрали. Скорее всего, поэтому Аман Тулеев задержался на своей должности дольше других авторитарных коллег. Если бы не проблемы со здоровьем, он бы и дальше продолжал отбиваться от федерального центра.

Значит ли это, что кемеровский губернатор выстроил эффективную систему управления? Нет. Область так и осталась монорегионом, который получает основные доходы от добычи угля и зависит от колебания цен на него. Долги бюджета сопоставимы с его годовыми доходами. На шахтах дружественных Тулееву собственников происходят аварии и гибнут шахтеры.

Протестный дух в регионе не выветрился: в 2010 году после аварии на шахте «Распадская» шахтеры даже перекрывали железную дорогу, в 2017-м в Новокузнецке люди выражали недовольство открытым способом добычи угля и требовали его прекращения, протесты начались и после пожара в торговом центре «Зимняя вишня».

Многие годы эти проблемы отходили на второй план из-за блестящих результатов власти на выборах: «Единая Россия» в думской кампании 2016 года получила в Кемерове 77% голосов при явке 86%, примерно такие же показатели были у Владимира Путина в 2018-м. Протестов эти результаты не вызывали – значит, с этой частью работы Тулеев справлялся, и в Кремле предпочитали его не трогать хотя бы до президентских выборов.

Сейчас уход кемеровского губернатора воспринимается как реакция на пожар в торговом центре. Об этом он сам объявил в обращении: «Потому что с таким тяжелейшим грузом работать на посту губернатора нельзя. Морально».

Скорее всего, кемеровский губернатор заставил Кремль пойти на последнюю уступку. После аварии источники РБК в администрации президента заверяли, что Тулеев проработает еще несколько недель, а может, и месяцев и должен разобраться с последствиями пожара. Технологический смысл такой задержки был понятен: губернатор должен был принять на себя весь негатив от трагедии, а за это время Кремль смог бы еще раз подумать о его преемнике. Изначально планировавшийся как преемник Сергей Цивилёв на митинге показал себя не с лучшей стороны – заявил, что Игорь Востриков, который в пожаре потерял всю свою семью, пришел «пиариться» (впрочем, потом чиновник встал перед протестующими на колени). Но Тулеев не дал центру свободы маневра. Он ушел в отставку, а врио стал Цивилёв.

Тщательно зачистивший политическое и медийное поле в Кемерове, Тулеев все реже ориентировался на общественные настроения, хотя раньше умел это делать. Губернатор забыл, что он публичный политик. Политика для него переместилась на уровень отношений с центром. Его заявление, что после пожара на площади протестовали «двести бузотеров», а не родственники погибших, было далеко не первой такой реакцией на протесты. После аварии на шахте «Распадская» в 2010 году шахтеры в Междуреченске перекрыли железную дорогу – они требовали соблюдения правил безопасности в тоннелях и повышения зарплаты. Тулеев в ответ заявил, что протестовали «безработные либо лидеры преступных группировок Междуреченска». В прошлом году активистов, которые вышли на митинг против открытой добычи угля, Тулеев назвал «отморозками».

Это вполне сознательная тактика – губернатор доказывает Кремлю, что протестуют маргиналы, на которых не надо обращать внимания, в регионе порядок и угрозы массового недовольства нет и в помине. Отсюда и извинение перед президентом за произошедшее «на территории». Кемеровский губернатор давно понял правила вертикали и общения с центром, а может, в чем-то их и сформулировал.

Кемеровский эксперимент

Новый врио губернатора Сергей Цивилёв – человек центра. Он также не очень адекватно реагирует на протест. Через несколько дней после митинга он заверил спецкора «Коммерсанта» Андрея Колесникова, что на колени не вставал, а свои слова Вострикову о «пиаре на костях» оправдал. «Они на митинге стали нападать на Владимира Чернова [вице-губернатор региона], потом на губернатора… Но власть должна быть сильной! ...Диалог должен быть в уважительной форме! ...И я буду реагировать, и реагировать жестко, кто бы это ни был… Это попытка дискредитации власти!» – заявлял он.

Уже после назначения врио Цивилёв предложил построить на месте «Зимней вишни» детский технопарк. Чиновник преподносится жителям региона как профессионал в угольной отрасли, человек, который знает проблемы и понимает шахтеров. При этом в угольную отрасль Сергей Цивилёв пришел сравнительно недавно – в 2012 году. Новоназначенный врио – военный, служил на флоте. В 90-х возглавлял службу безопасности банка «Аэрофлот» в Санкт-Петербурге.

Затем Цивилёв возглавил юридическую фирму «Нортэк», в сотрудничестве с Игорем Соболевским. ФИО Соболевского из «Нортэка» полностью совпадают с ФИО бывшего замглавы Следственного комитета Игоря Соболевского. Те же фамилия-имя-отчество звучат в переговорах членов тамбовской ОПГ, арестованных в Испании. Они упоминают о встречах с неким Игорем Борисовичем Соболевским, говорят об оплате лечения для него. Один из влиятельных санкт-петербургских юристов сказал, что «Нортэк» не был значимым игроком на белом рынке юридических услуг Северной столицы. «Значит, это была контора для своих – решали какие-то вопросы, используя связи», – уверен он. Далее не самым понятным образом Цивилёв оказался одним из ключевых партнеров Геннадия Тимченко в группе «Колмар», которую структуры миллиардера приобрели у Михаила Прохорова.

В этом смысле назначение Цивилёва – важный прецедент в региональной политике. Биография этого человека не самая прозрачная – про жизнь Цивилёва до «Колмара» мало что известно. У других назначенцев, включая молодых бюрократов, пункты жизненного пути отслеживались легко. Можно сказать, что новый кемеровский врио – человек Тимченко. Можно предположить, что его назначение выгодно бизнесменам Андрею Бокареву и Искандару Махмудову, которые владеют активами в регионе и имеют отношение к «Колмару». Но, не зная ответа на вопрос, каким образом глава странной юрфирмы попал в «Колмар», атрибутировать Цивилёва какой-либо группе влияния сложно.

Еще одна новация – назначение прямого варяга в авторитарный регион с ярко выраженными местными особенностями и патриотизмом. Татарстан возглавил человек из команды Шаймиева; глава Башкирии Рустем Хамитов – хотя бы местный, причем в Башкирии сохранялись независимые от Рахимова группы влияния. Эксперимент с Цивилёвым получается достаточно смелым, потому что в Кемеровской области все – от заксобрания до муниципальных глав – пронизано влиянием Тулеева.

Назначение Сергея Цивилёва станет тестом, насколько вообще такая система поддается безболезненному демонтажу и насколько федеральная вертикаль сильнее отдельно выстроенной региональной. Нельзя сказать, что кандидатура для этого демонтажа подобрана очень удачно. У Цивилёва нет сработавшейся команды, которая сможет действовать в кризисных условиях. Судя по публичным выступлениям, нового врио нельзя назвать харизматичным политиком, а в выборной кампании во враждебной среде это качество очень нужно – например, для общения с новокузнецкими протестующими.

Наконец, остается вопросом, входит ли в задачу Цивилёва ликвидация «тулеевского социализма», которым пока тихо недовольны собственники предприятий и который привел регион к долгам.

Эксперимент с не самым удачно подобранным варягом в потенциально протестном регионе покажет, насколько крепки немногочисленные региональные обособленные вертикали, насколько их лидеры по-настоящему популярны, наконец, насколько управляемы на этих территориях выборы. Если Цивилёву удастся привести Кемеровскую область к общероссийскому знаменателю, то Кремль продолжит наступление на оставшиеся особые регионы. В первую очередь это Татарстан, где местные влиятельные группы сохранили полное влияние как на политическую систему, так и на ключевые предприятия республики.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 2 апреля 2018 > № 2554021 Андрей Перцев


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 2 апреля 2018 > № 2553901 Алексей Мазур

Режим Тулеева. Почему Кузбасс не похож на другие регионы Сибири

Алексей Мазур

В 2015 году Аман Тулеев набрал на губернаторских выборах 96,6%. А в 2018-м былой оппозиционный лидер Аман Тулеев не вышел к толпе, но объяснил Владимиру Путину, что там всего двести бузотеров. Главный козырь Тулеева в торге с Кремлем – безусловная поддержка населения Кузбасса, был бит

Завершилась двадцатилетняя эпоха правления Амана Тулеева в Кемеровской области. При нем Кузбасс из бурлящего региона, в котором бастующие шахтеры перекрывали железнодорожные пути, превратился в «аманат», «сибирское ханство» и «зону аномального голосования», где сам Тулеев, Владимир Путин и партия «Единая Россия» получали результаты около 90% при подозрительно высокой для Сибири явке.

Предсказать подобную метаморфозу в середине 90-х годов не мог никто. Кемеровская область была одним из самых политически активных регионов. По составу населения она почти не отличается от соседних Новосибирской, Томской областей, Красноярского и Алтайского краев. Основное население Кузбасса – русские, поэтому списать произошедшее на некий «национальный менталитет», как в Туве или республиках Кавказа, не получится.

Проезжая по федеральной трассе «Байкал», вы не обнаружите никаких существенных отличий Кемеровской области от соседних регионов. Такая же природа, такие же населенные пункты, такие же разбитые дороги и грязь. На стенах домов не вывешены портреты Тулеева, и только иногда на школьном автобусе можно увидеть надпись, что этот автобус куплен по губернаторской программе Тулеева. Но различие в результатах голосования – разительное. Политические режимы, сформировавшиеся в соседних Новосибирской и Кемеровской областях, находятся на противоположных концах условной шкалы «демократия – авторитаризм».

Три опоры «сибирского ханства»

Так почему возникла «кузбасская аномалия»?

Первая причина – личные качества Амана Тулеева как политика. Они незаурядные, особенно на фоне современной российской политической палитры.

Как и батька Лукашенко, Тулеев начал свой путь к вершинам власти из оппозиции. В 1995 году я был в командировке в Новокузнецке. В гостинице слушал, как по «кнопочному радио» выступал Аман Тулеев, бывший в то время председателем областного совета (ныне это законодательное собрание). Он беспощадно обличал действующего тогда губернатора Михаила Кислюка. Критиковал ярко, убедительно. В частности – за то, что тот назначенец, что боится идти на выборы.

В сети есть видео, где Аман Тулеев громит принимаемую в 1993 году Конституцию за концентрацию власти в одних руках: «Пять процентов будут жить, а остальные будут рабствовать». В Кемеровской области сам Аман Тулеев сделал немало для того, чтобы этот прогноз сбылся.

К 1995 году, когда Ельцин снял мораторий на выборы губернаторов (да, не Путин первый придумал их назначать), их исход в Кемеровской области был очевиден – на них с триумфом должен был победить оппозиционный политик Аман Тулеев. Поэтому с выборами там и не спешили. Ельцин даже выдернул Тулеева из Кемерова в Москву, назначив на пост министра по делам СНГ.

Но в 1997-м, когда политическая обстановка в Кузбассе накалилась, Ельцин принял неизбежное и назначил Тулеева временно исполняющим обязанности губернатора. Выборы тот действительно выиграл триумфально, набрав в сентябре 1997 года 94,5% голосов избирателей. Скорее всего, тогда считали честно.

Аман Тулеев не просто получил всю полноту власти в Кемеровской области, за этой полнотой стояла еще и массовая поддержка населения, чем не могли похвастаться ни Ельцин, ни большинство действующих губернаторов. Тогда региональные руководители в основном представляли собой либо унылых чиновников, либо чуть менее унылых, зато зажигательно ностальгирующих функционеров КПРФ. В России в целом произошло тотальное разочарование в «героях девяностых». Но Тулееву не только удалось его пережить. Ему удалось сохранить популярность, сменив амплуа критика-оппозиционера на роль руководителя-хозяйственника.

Второй фактор успешности Тулеева то, что он сумел выстроить отношения с финансово-промышленными группами, заставив их платить своего рода социальную дань. Если большинство губернаторов просто модерировали распределение финансовых потоков между группами влияния, то Тулеев внес в этот процесс социальную составляющую.

Кузбасс девяностых был не только краем шахтерских забастовок. За ним была еще и репутация бандитского региона. Среди легенд вспоминаю историю про неких иностранных инвесторов, которые приехали на шахту, а их там бандиты порубали топорами. Топоры в качестве оружия разборки даже по тем временам были экзотикой.

В стране шел активный передел собственности, и, конечно же, новый харизматичный и популярный в народе руководитель региона не мог оставаться в стороне. В результате возник конфликт с местными олигархами братьями Живило. В итоге Михаил Живило оказался в эмиграции во Франции, а на Амана Тулеева чуть не совершили покушение, организатором которого признан олимпийский чемпион по биатлону Александр Тихонов. Брат Александра Тихонова Виктор Тихонов заплатил новосибирским преступным авторитетам $179 тысяча за убийство. Но те подумали как следует и пришли в ФСБ с повинной.

Официальная версия конфликта Тулеева с братьями Живило – те вели бизнес в ущерб бюджету области. Вполне вероятно, так и было. Но Тулеева всегда отличало умение подвести под любые свои действия выгодное с точки зрения пиара объяснение. На место одних олигархов приходили другие, а влияние Тулеева на процесс все росло. Он требовал от бизнеса социальной ответственности, выплаты зарплаты, он заставил правительство в 1998 году выполнить обязательства перед шахтерами. Уже в ходе текущего кризиса многие корпорации платят налоги в Кузбассе вперед – явно не по своей инициативе.

В 2000 году Тулеев участвовал в президентских выборах, набрав 3%. И почти все голоса он получил в Кемеровской области, где обошел уже тогда весьма популярного Владимира Путина.

Наконец, третья составляющая кузбасского авторитаризма – успешное подавление (а скорее даже – выдавливание) оппозиции.

Когда действующий глава региона набирает 94%, у местных политиков остается небольшой выбор. Или идти «в команду губернатора», или «в маргиналы». Либо уезжать из региона.

В стране в целом в начале 2000-х наступали не самые лучшие для оппозиции времена, но в Кузбассе это все было в квадрате. Уже в 2001 году мои знакомые из кемеровского «Яблока» называли свой регион «сибирским ханством».

Оказалось, что бывший критик и оппозиционер не любит критику и оппозицию по отношению к себе. Тулеев выдавливал из Кузбасса своих оппонентов. Например, предыдущего главу Кемеровской области Михаила Кислюка шесть лет таскали по допросам по разным уголовным делам.

Если в 1996 году Тулеев снял свою кандидатуру на президентских выборах в пользу Зюганова, а кемеровские коммунисты входили в его блок «Народовластие», то в 2000-м Тулеев баллотировался сам, отнимая голоса у Зюганова. А в 2008 году Тулеев уже был членом «Единой России». Он вступил в конфликт с лидером кемеровских коммунистов Ниной Останиной и выдавил ее из региона. С тех пор местное отделение КПРФ влачит ничтожное существование и особо не высовывается.

Кемеровскую область покинуло немало оппозиционных политиков, журналистов и блогеров. Некоторым молодым людям прямо намекали: езжай лучше в Москву, а то у родителей будут неприятности. На область опустилась информационная тьма. Во многих других российских регионах мы можем хоть как-то судить о происходящем по местным СМИ. Но не в Кузбассе. Там мы будем читать только официальную версию событий.

В 2011 году новосибирский предприниматель Дмитрий Савельев баллотировался в Госдуму по списку ЛДПР от Кемеровской области. Чтобы защитить свой результат, он завез в Кузбасс из Новосибирска множество наблюдателей (говорили про две тысячи). Эти наблюдатели вернулись назад под большим впечатлением. Одна из историй: утром, когда нужно было разъезжаться по избирательным участкам, они обнаружили, что дорога к пансионату, в котором наблюдатели ночевали, заблокирована двумя КамАЗами.

Проблемы и попытки смещения

Черчилль говорил про кремлевскую политику – схватка бульдогов под ковром. Мы видим только, как оттуда вылетает шерсть.

В Кузбассе, судя по вылетающей шерсти, даже в разгар правления Амана Тулеева не все было гладко. Например, губернатор лично выкорчевывал из кресла мэра Новокузнецка Сергея Мартина. В рамках борьбы с коррупцией. И Тулеев под камеры устроил разнос новокузнецким чиновникам, допустившим различные безобразия.

Если в других регионах силовики больше ориентируются на федеральный центр, чем на региональное руководство, то в Кузбассе они каким-то образом встраивались в местную вертикаль власти. То, что в Новосибирске считается беспределом, в Кемерове было нормой.

С одной стороны, это укрепило местную вертикаль, с другой – вся кемеровская элита теперь связана круговой порукой, что вскрылось при разбирательстве о причинах пожара в ТЦ «Зимняя вишня».

Замкнутость всех политических институтов на Тулеева сделала политическую систему Кузбасса лично зависимой и, таким образом, неустойчивой. Нет Тулеева – нет системы.

В какой-то момент оказалось, что Тулеев одновременно и глас народа, и карающая рука справедливости, и мерило всего и вся. А вокруг – исполнительная неамбициозная обслуга. Говорили, что лучший способ испортить карьеру чиновнику в Кемерове – это похвалить его в каком-нибудь СМИ. А еще лучше – высказать предположение, что он может прийти на смену Тулееву.

Даже потеряв здоровье, Аман Тулеев крепко держался за кресло губернатора. В 2015 году, когда появились слухи, что Кремль может выдвинуть кого-то другого, некий кемеровский функционер вдруг выдал очень смелое заявление: если «Единая Россия» не выдвинет Тулеева на очередной срок, тот ведь может пойти и самовыдвиженцем. Вопрос был снят, «Единая Россия» выдвинула Тулеева.

В 2017 году Тулеев серьезно болел. Ему была сделана операция, несколько месяцев он не появлялся на публике. А потом появился – в инвалидном кресле, с которого разнес своих подчиненных, обвинив некоторых в предательстве.

Подавив оппозицию, выстроив всех чиновников в региональную вертикаль и ликвидировав независимые СМИ, Тулеев не мог не оторваться от реальности.

Если о проблемах не пишут СМИ, это не значит, что их нет. Шахтерские забастовки исчезли не только потому, что у шахтеров все стало хорошо. Ты начнешь бастовать или возмущаться – а на твое место двое желающих. Число шахт в Кузбассе сокращается, но растет число разрезов, которые требуют меньшего числа рабочих.

Жители Новокузнецка протестуют против открытой добычи угля на разрезах недалеко от жилых домов, под Прокопьевском горят угольные пласты, разоряются предприятия. Средняя зарплата в сырьевом Кузбассе ниже, чем в Новосибирской области, где почти нет полезных ископаемых. И гораздо ниже, чем в Красноярском крае или Иркутской области.

Если в 2000-х в Новосибирске можно было услышать разговоры о том, что в Кемерове лучше дороги, дешевле хлеб и бензин, то в последние годы такие разговоры прекратились. Миграционная статистика показывает – люди переезжают из Кузбасса, в том числе в Новосибирск. А миграцию не обманешь пиаром.

В 2015 году на губернаторских выборах Аман Тулеев набрал 96,6%. А в 2018-м былой оппозиционный лидер Аман Тулеев не вышел к толпе, но объяснил Владимиру Путину, что там всего двести бузотеров. Заявление было не просто оскорбительным для участников митинга. Оно продемонстрировало: либо Тулеев не понимает, что у него происходит, либо пытается обмануть Путина. Главный козырь Тулеева в торге с Кремлем – безусловная поддержка населения Кузбасса, был бит. Результат не заставил себя ждать, Тулеев покинул пост губернатора.

Еще за месяц до президентских выборов заместителем Тулеева стал Сергей Цивилёв, чей бизнес связан с угольными разрезами в Якутии и угольными терминалами в портах Дальнего Востока. Среди партнеров Цивилёва называют Геннадия Тимченко и Искандера Махмудова. Уже при назначении Цивилёва всем было понятно, что он должен стать преемником Тулеева.

Итог правления Тулеева не назовешь блестящим – богатый сырьем Кузбасс занимает 48-е место среди регионов России по ВРП на душу населения (данные за 2016 год). Тулееву не удалось вырастить себе преемника, впервые за 25 лет главой Кузбасса стал варяг. А отставка Тулеева навсегда будет связана с ужасным пожаром, причинами которого стали безалаберность и коррупция.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 2 апреля 2018 > № 2553901 Алексей Мазур


Казахстан. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > dknews.kz, 29 марта 2018 > № 2552510 Андрей Зубов

Не смотрите на смерть как на будущее, большая часть смерти уже наступила

Последняя неделя марта 2018 года проходит под знаком траура. В соседней России по вине взрослых погибли дети. Это взрослые создали душегубку, обклеили ее горючим материалом, назвали торгово-развлекательным центром, заперли в нее детей и подожгли. Раньше взрослые создали мздоимство, разгильдяйство и алчность.

Андрей ЗУБОВ

Теперь чиновники в Кемерово становятся на колени, приносят извинения почему-то президенту страны, обещают найти виновных и больше такого не повторять. Как тут не вспомнить слова некогда популярного генерала Лебедя: «Наше нормальное состояние – это ползти и выползать. Это уникальная наша способность – выползать из пропастей с перебитыми костями, иногда на зубах, а если зубов нет – на деснах».

Вместе с этим мы видим, как на фоне пассивного поведения властей кемеровчане начали свое собственное расследование трагедии. Они ведут диалог напрямую с руководством города и области, они требуют дать ясный ответ, почему все случилось так, а не иначе. Представители общественности (после мерзких фейков о якобы сотнях обгоревших трупов) прорвались даже в морг, чтобы воочию убедиться в количестве жертв… Понятно, что все точки в этом происшествии расставит следствие, но уже ясно одно: и следствие, и дальнейшие действия властей будут проходить под жестким общественным контролем.

Показательно, что такая гражданская активность моментально нашла отклик и в Казахстане. Многие горячие головы даже предложили объявить бойкот всем ТРЦ. Разумеется, смысла в этом никакого нет. Это никак не отразится на пожарной безопасности, а напротив, ударит по обычным предпринимателям, которые арендуют помещения (и, наверняка, имеют огнетушители). Поэтому родился другой проект.

В эти дни многие «лидеры мнений» сами начали инспекцию крупных торгово-развлекательных центров в РК. «Если в нашей стране не случалось подобное, это не значит, что трагедии не будет никогда, – пишет одна неравнодушная общественница. – Да, я в курсе, что сегодня принято решение проверить школы и ТРЦ на предмет противопожарной безопасности. Но мы все знаем, как и за сколько можно решить проблемы с проверяющими. Кто даст гарантии, что проверки будут объективными?

Пока нет ответов на все эти вопросы, мы решили сами объехать все ТРЦ Алматы и посмотреть, как обстоит с противопожарной безопасностью в каждом из них. Естественно, что нам никто не даст доступ к документации, не покажет, как работает противопожарная система, но никто не сможет запретить посмотреть, есть ли в здании противопожарное щиты, схемы эвакуации, указатели эвакуации, открытые эвакуационные двери, есть ли подъезды для спецмашин к ТРЦ и так далее… Само собой, мы не будем никого предупреждать, будем выглядеть, как обычные посетители».

Буквально на следующий день после такого манифеста популярные и уважаемые блогеры (терпеть не могу это гаденькое слово, но ничего не поделаешь) вышли на анонимные «инспекции» по торгово-развлекательным центрам. И уже вечером мы могли видеть их фотоотчеты. В одном ТРЦ двери запасных выходов намертво закрыты на ключ, в другом – заставлены мебелью и еще непонятно чем…

Вот что, после посещения престижного ТРЦ, написал в своем отчете известный адвокат: «Ни у одной из 4 распашных дверей нет ручки! Вот просто нет! Их вообще невозможно распознать как двери! Они сливаются с фоном. Ни у одной распашной двери нет системы «Антипаника»!

Это жуткое нарушение, ведь дверь должна открыться благодаря этой системе даже при давке. Две двери закрыты у пола на щеколду. Одну из них не смог открыть сам охранник. Как вообще в панике и дыму при пожаре искать щеколду?».

И такие посты о проведенных гражданских проверках появляются все чаще и чаще. Я полагаю, что именно эта социальная активность вызвала и активность соответствующих тревожных служб и органов управления. КЧС моментально собрал пресс-конференцию, где глава комитета Владимир Беккер сообщил, что в 2018 году будут проверены все ТРЦ в Казахстане. Для справки: сегодня в Казахстане насчитывается 1151 храм Гермеса и Диониса. После этого г-н Беккер, как пишут в прессе «похвалил казахстанцев» за активную гражданскую позицию и публикацию фотографий и видео с нарушениями ТБ в торговых центрах.

Но я думаю, что одними проверками дела не исправить. Нужно законодательно заставить провести во всех ТРЦ глобальную перепланировку. Ведь ясно же, что в основе каждого ЧП с пожарами – патологическая жадность хозяев. Они не скупятся на страховки от пожара, но экономят на безопасности тех, кто их кормит – на нас с вами.

Главная их задача состоит в том, чтобы человек не только провел в ТРЦ как можно больше времени, но, желательно, чтобы он там еще и запутался. Ведь, чем дольше посетитель блукает по павильонам, тем выше шанс на «импульсивную покупку». И мы знаем, что развлекательные зоны и кинотеатры находятся на верхнем этаже, чтобы ты по пути к заветной комедии заглянул в магазин и в кафе. Причем эскалатор расположен где-нибудь в конце вереницы залов. В итоге путь в кино напоминает круговой лабиринт. Эта система была придумана еще 70 лет назад, но психологической эффективности не потеряла.

Отметим, что в России уже поднимают вопрос о переносе кинотеатров в ТРЦ с верхнего этажа на нижний. Глава комитета Совета Федерации по социальной политике Валерий Рязанский так отреагировал на трагедию в Кемерово: «Почему игровые комнаты все на четвертом этаже. Почему во главу угла поставлен не тот приоритет? Может, надо поменять строительные нормы и правила, которые бы запрещали расположение таких вещей, как кинотеатр, детские игровые комнаты, на верхних этажах?» Эту позицию поддержали и в Госдуме.

Понятно, что такие инициативы столкнутся с мощным противодействием торгового капитала. Ушлые бизнесмены найдут различные предлоги, чтобы похоронить идею. Ведь еще классик политэкономии, по которой мы жили 70 лет, сказал: «Обеспечьте капиталу 10% прибыли, и капитал согласен на всякое применение, при 20% он становится оживленным, при 50% положительно готов сломать себе голову, при 100% он попирает все человеческие законы, при 300% нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти, хотя бы под страхом виселицы».

Но мириться с таким положением дел нельзя. Вы согласны?

В заключение и по традиции я поясню заголовок статьи. Автор цитаты – римский философ Луций Анней Сенека, ровесник Христа. Сегодня его фраза приобретает совсем зловещий смысл.

Казахстан. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > dknews.kz, 29 марта 2018 > № 2552510 Андрей Зубов


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > newizv.ru, 26 марта 2018 > № 2545588 Никита Исаев

Никита Исаев: Тулеев больше не имеет права управлять регионом

Ужасная трагедия в Кемерово, унесшая жизни как минимум 64 человек, в очередной (и какой уже по счёту) раз вскрыла множество нарывов. Вопросов множество, и один из них: почему губернатор Аман Тулеев фактически плюнул на жизни людей, приехав на место трагедии только на второй день?

Никита Исаев, политолог - специально для "НИ"

Отказ Тулеева приезжать к торговому центру - просто циничное проявление бесчеловечности! Как ни крути, а именно губернатор - самый главный человек в регионе, именно на нём лежит ответственность за решение всех проблем. Если же человек не готов брать на себя ответственность за происходящее, то это без обиняков указывает на профнепригодность такого руководителя.

И даже если Аману Тулееву чужды самые обычные человеческие чувства вроде сострадания и желания помочь в трудную минуту, то, как минимум, есть общепринятые стандарты и протоколы поведения для руководителей его ранга. Незамедлительно отреагировать, прибыть на место происшествия, взять ситуацию под оперативное личное руководство, или хотя бы под личный контроль (иногда действительно лучше, если оперативное руководство осуществляют профессионалы из МЧС).

Все привыкли, что власти часто закрывают глаза на бедность, проблемы благоустройства, коммунальное хозяйство, но только не на непосредственную угрозу жизни.Губернатор Саратовской области в январе этого года прибыл на пожар, возникший на нефтепроводе в селе Красноармейское и взял ситуацию под свой контроль из-за того, что возникла угроза возгорания жилых домов. В Ярославле на пожар на складе горюче-смазочных материалов, произошедший в июне прошлого года прибыл врио губернатора Дмитрий Миронов...

Только сравните масштабы: пожар на складе и пожар в набитом людьми ТЦ. В ноябре прошлого года близ села Нелькан Хабаровского края разбился небольшой самолёт L-410, на борту которого было 6 человек. Губернатор Шпорт прибыл первым же бортом вместе с МЧС.И это не уникальная особенность наших отечественных губернаторов. Так принято поступать во всём мире.

В самом конце 2017 года во время пожара в жилом доме Нью-Йорка погибло 9 человек. Пожар в многомиллионном городе - не уникальное явление, однако мэр города незамедлительно прибыл к месту событий.У нас можно быть плохим экономистом, плохим руководителем, не разбираться в людях и плохо вести закулисную политическую борьбу. Но игнорировать жизни людей - это уже совсем за гранью.

Особенно циничным выглядит оправдание Тулеева. По заявлению его пресс-секретаря (считай официальное заявление самого Тулеева), он не приехал к «Зимней вишне», чтобы его кортеж не мешал спасателям! То есть пока в огне гибнут дети, Тулеев не может оторваться от своего кортежа и приехать (вот ужас-то!) всего лишь на одной-двух машинах.В таком положении губернатор просто обязан прибыть на место любым способом: прилететь на вертолёте, приехать на трамвае или велосипеде, добежать, доползти. Что угодно! Но для Тулеева кортеж важнее жизни людей.Такая реакция говорит о том, что Аман Тулеев окончательно потерял связь с реальностью, о чем давно говорят и на Кузбассе и в Москве.

Для него его работа и жители Кемеровской области перестали иметь какие-либо точки соприкосновения. Он слишком погрузился в решение проблем с местными элитами и отстаивания собственных бизнес-интересов, забыв о том, что он руководит регионом, в котором живёт 2,7 млн. человек. И перед всеми этими людьми он несёт личную ответственность, ибо так устроено наше государство. Так приучила нас наше власть. Ответственность в конце концов несёт не какой-то местный начальник МЧС, а именно он.

Его действия и страх, не позволяющий показаться на людях без кортежа, сейчас лучше всяких экономических показателей продемонстрировали всем, что Аман Тулеев больше не способен управлять регионом. Без поддержки Москвы, которую теперь можно не ждать, Тулеев не сможет надолго задержаться в губернаторском кресле.

В 1997 году звезды для Тулеева сошлись. После стучащих касок шахтеров на Горбатом посту, перед отремонтированным после расстрела Белым домом в Москве, Ельцин решил две задачи. И купил для коммуниста Тулеева тёплым местом подальше от Москвы с правом делать там всё что вздумается, и удалил его из федеральной оппозиционной политики.

Последующие годы Тулеев держал регион в зоне исключительно своих личных интересов, регулярно давая при этом результат в Москву, избегая сколь значимых скандалов. И за это, как говорят, получил право на бессрочное царствование до момента пока сам не попросится. Характерным был прошлый 2017 год, когда несмотря на зачищенное информационное поле, просачивалась информация о болезни и лечении Тулеева, но он всё равно вернулся в регион, пусть и на инвалидном кресле.Уверен, сегодняшняя трагедия должна поставить перед Москвой вопрос о кадровой политике, в отношении тех местных начальников, которые уже неспособны ни нести ответственность за «свои» регионы, да ещё и подрывают доверие к самой Москве.И уходить лучше самому. И сегодня. Так он хоть не будет оплёван кузбассцами, - теми кого он так долго приучал себя любить.

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > newizv.ru, 26 марта 2018 > № 2545588 Никита Исаев


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 26 марта 2018 > № 2544793 Алексей Фирсов

Пожар в системе. Социальные последствия трагедии в Кемерове

Алексей Фирсов

социолог, основатель центра социального проектирования "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

Дистанция между населением и государством станет все более драматичной. Государство все больше будет восприниматься как внешняя, почти обезличенная и недружественная сила, не способная защитить своих граждан, но обладающая репрессивным ресурсом и высокими декларативными амбициями

Кемеровская трагедия повергла страну в эмоциональный парализующий шок. Продолжив и вызвав в актуальной памяти ряд предыдущих массовых катастроф, она получит долгосрочные социальные последствия. Эти тренды в общественных настроениях не охватят, конечно, все население страны, но получат отчетливое, ярко выраженное звучание.

Огромные пластиковые ангары под названием «торгово-развлекательные центры» еще долго будут под подозрением, а их посещение будет долго вызывать устойчивые ассоциации с событиями в Кемерово. Этот вид бизнеса скомпрометирован.

Дистанция между населением и государством станет все более драматичной. Государство все больше будет восприниматься как внешняя, почти обезличенная и недружественная сила, не способная защитить своих граждан, но обладающая репрессивным ресурсом и высокими декларативными амбициями. Россию еще больше станет охватывать волна жесткой критики истеблишмента, которая стала общим местом в современном мире.

Получит подтверждение чувство глубокой нравственной и управленческой коррозии, лежащей в основании системы, которую невозможно ликвидировать отдельными кадровыми замещениями. Усилится разрыв между публичной риторикой и реальными процессами внутри общества.

Публичная картинка победы Владимира Путина в президентской кампании будет вытеснена из общественного поля через хронологическую связь с трагедией. На дальнейший образ президента существенно повлияет форма его реакции на это событие.

Продолжится формирование накопленного эффекта от череды подобных по эмоциональным эффектам историй. Не факт, что именно в этот раз, но еще один или два подобных случая суммарно вызовут последствия, сопоставимые с колоссальной имиджевой катастрофой, которая получит необратимое влияние на ментальное здоровье нации и будущее всей общественной системы.

В комбинации с нарастающим внешним давлением трагедия будет определять отношение к стране как к крайне специфичному политическому пространству. При этом государство будет признаваться недееспособным в работе по снижения репутационного урона. Иными словами, часть социально активного населения будет скрыто (не обязательно при внешних декларациях) стесняться принадлежности к России, что создаст сложный психологический комплекс.

Снизится имиджевый эффект от военных технологических разработок по принципу: зачем нам разящее всех оружие, если нет возможности защищать людей внутри государства.

Очевидно, произойдет, вернее, уже произошла имиджевая катастрофа для региональных властей и чиновников, связанных с пожаром, в первую очередь, для губернатора Амана Тулеева и руководства МЧС.

Повысится уровень социального пессимизма, не столько за счет самой трагедии, сколько за счет ощущения невозможности изменений и отсутствия у государства инструментов канализации настроений в прямое позитивное или даже протестное действие.

Те слои населения, которые имеют возможности выезда за рубеж на постоянное место жительства, постараются этим воспользоваться. Причем ключевым аргументом для них станет следующее соображение: «Мы делаем это даже не для себя, а для своих детей».

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 26 марта 2018 > № 2544793 Алексей Фирсов


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 19 марта 2018 > № 2535728 Дмитрий Кобылкин

Россия прорубила окно в Азию через Ямал: интервью губернатора ЯНАО

Кто должен осваивать Север – вахтовики или местные жители? Какие внутренние вопросы развития страны может решить Арктика и удастся ли другим арктическим регионам догнать Ямал? На вопросы ИА REGNUM ответил губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО) Дмитрий Кобылкин

ИА REGNUM : Дмитрий Николаевич, Ямал фактически становится столицей российской Арктики. Что от этого выигрывает местное население и почему северные регионы не могут развиваться одинаково успешно?

Мы постоянно слышим, что в ЯНАО очень высокая бюджетная обеспеченность в расчете на душу населения — в прошлом году показатель составил около 272 тысяч рублей. Другие субъекты предлагают сравнять затраты, сформировать модельный бюджет — словом, жить в одинаковых условиях, как это уже бывало в нашей истории. Но в таком случае мы никогда не увидим развития нашей страны.

Да, кому-то больше повезло с ресурсами. Но что в этом плохого? Ведь и бюджетные отчисления региона в общий — федеральный — бюджет у нас значительно больше. К тому же в сравнении с полярными регионами других стран Арктического совета показатели Ямала выглядят очень скромными, а нам бы хотелось, чтобы российские арктические рубежи были обустроены не хуже, чем в Норвегии или Финляндии.

У нас два варианта: следовать пропорциональному делению бюджета и жить одинаково ровно везде — или иметь «точки роста» и предоставлять возможность жителям других регионов работать вахтовым методом на перспективных территориях.

ИА REGNUM : Вы как глава одного из субъектов Арктической зоны России поддерживаете вахтовый метод или считаете его неэффективным?

Чтобы решить эту дилемму, нужно ответить на вопрос, чего мы хотим от Арктики. Прийти, добыть, уйти? Для этого вахта является лучшим способом. Но мы уже давно построили на Севере города, и для многих людей, для моих детей тоже, — это родина, нельзя просто всех взять и переселить ближе к центру страны — по одному щелчку. И зачем?

Я убежден, что постоянное население даже самых отдаленных населенных пунктов Арктики нужно сохранить. Потому что если мы все соберемся в комфортных крупных городах, то в итоге можем и не узнать, что на нашу крайнюю территорию кто-то пришел.

Скажу больше, для коренных жителей Севера вопрос этот тем более не стоит: они — настоящие хранители Арктики.

ИА REGNUM : Значит ли это, что вахтовый поселок Сабетта вскоре превратится в перспективный город?

Сабетта — это уникальный населенный пункт с международными аэропортом и морским портом, вскоре к нему подойдет и железная дорога. Здесь действительно можно создать прекрасный новый город, но в этом нет смысла. Город — это целая среда для жизни молодых семей, которая требует строительства детских садов, школ и прочих объектов. Но на этой территории девять месяцев в году царит очень суровая зима. Зачем нам изначально растить детей в вечной мерзлоте и потом бороться за их здоровье? Мы с президентом России договорились, что новых городов на Ямале не создаем. Но имеющиеся развиваем и делаем комфортными.

ИА REGNUM : Президент в послании Федеральному собранию вновь сказал о создании 25 млн новых рабочих мест в России. Какой процент от этого числа может обеспечить Арктика?

Арктика может помочь полностью выполнить эту задачу. Европейская часть России уже обустроена донельзя, и вплоть до Уральского хребта нам не удастся изобрести столько производств, способных конкурировать с европейскими. В это же время, как мы убедились на примере проекта «Ямал СПГ», одно рабочее место в Арктике создает 14 и более рабочих мест в России. Для реализации проектов нужно обеспечить все бытовые нужды, привезти на эту территорию всё необходимое работникам — и всё это производится южнее Полярного круга.

Развитие Арктики — стратегическая задача для страны, и только для её решения может понадобиться столько рабочих мест. Нам предстоит соединить два рынка — европейский и азиатский, и миссия Ямала в этом очень велика. Компания «Новатэк» с нашей территории уже успешно вышла на рынок сжиженного природного газа и теперь «наращивает мускулы».

ИА REGNUM : «Новатэк» сейчас безраздельно царит в порту Сабетта. Могут ли в ближайшее время появиться на этой территории новые интересанты?

Как по мне, это не худшее царство! Компания начинала эти проекты и воплотила их в жизнь. Но на территории Сабетты нет никакой монополии, развитие других проектов вполне может привести сюда другие компании, время покажет.

ИА REGNUM : Когда, по Вашим прогнозам, будет реализован проект железнодорожной линии Бованенково — Сабетта? Должно быть, процесс ускорится, поскольку президент поставил цель к 2025 году увеличить грузопоток по Севморпути до 80 млн тонн в год.

Безусловно, эта железная дорога увеличит объем грузопотока жидких углеводородов по Севморпути. И она тоже будут строиться из российских материалов, загружая отечественные производства заказами. Президент озвучил минимум, но есть уверенность, что при строительстве таких веток, как Бованенково — Сабетта, мы сможем увеличить эту цифру еще на 10 млн тонн. Северный широтный ход — это стройка величиной в 3—4 года. И процесс должен быть синхронизирован с созданием Бованенково — Сабетта. Поэтому, как только начнется строительство СШХ, прояснится и ситуация с этой веткой.

ИА REGNUM : Как обстоит дело с внутренними транспортными проблемами округа?

Полноценные дороги по всему Ямалу мы не построим еще долго. Слишком большие расстояния, а также сложность и длительность стройки на вечной мерзлоте. Но работа над транспортной инфраструктурой для нас очень важна. Планируем заниматься реконструкцией аэродромов, увеличивать рейсы по стране. Хотелось бы иметь как можно больше международных аэропортов.

ИА REGNUM : Существует ли возможность пассажирских перевозок по Севморпути?

Почему бы и нет? Такие идеи существуют. В любом случае, эта трасса некоторым уже интересна как туристический маршрут. Но, конечно, основной целью Севморпути пассажиропоток никогда не станет. Главная задача страны в Арктике — это разогреть СМП и сделать его круглогодичным. Россия уже прорубила «окно в Азию». И нам повезло, что сделано это на Ямале.

 Анна Горохова

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 19 марта 2018 > № 2535728 Дмитрий Кобылкин


Китай. СФО > Агропром > agronews.ru, 28 февраля 2018 > № 2512974 Евгений Зайцев

Китай может стать рынком сбыта для зерна из Сибири.

Власти КНР сняли запрет на ввоз пшеницы из шести регионов РФ: Челябинской, Новосибирской, Омской, Амурской областей, а также из Красноярского и Алтайского краев. Карантин на ввоз зерна был введен в 1997 году из-за заражения индийской и карликовой головней. Ведущий эксперт по рынку зерна Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Евгений Зайцев рассказал в интервью ПРОВЭД о перспективах России на китайском рынке.

– Что дает российскому производителю зерна отмена запрета на ввоз в Китай?

– Для Сибири это стратегически важно, поскольку у этих российских регионов пока нет серьезных рынков сбыта за рубежом – есть лишь небольшие поставки в соседние страны, например, в Монголию. Второй вариант экспорта – везти зерно через всю страну на большую воду, где в принципе существует высокая конкуренция. В этой ситуации нет смысла выбирать объемы зерна по Сибири, когда они есть под рукой, рядом с портами. В текущем сезоне тем более неактуально, поскольку сложилась ситуация с нехваткой вагонов, и плюс еще инфраструктура загружена.

Испытание на прочность высоким производством зерновых повсеместно по всей стране подтверждает, что востоку России, то есть всей территории, расположенной за Уралом, необходимо формировать собственные рынки сбыта. Это поможет аграриям поддержать ценовой уровень.

– Китай – это отличный выход для сибиряков?

– Повторюсь, стратегически важно наладить сотрудничество с Китаем. Китай ежегодно нуждается в 4 миллионах тонн импортной пшеницы в среднем. И Сибирь может это обеспечивать.

Но здесь есть свои сложности, свои особенности. И этими особенностями обусловлен тот факт, что пока мы говорим лишь о тестовых закупках российского зерна китайцами. Пока мы не говорим о масштабных сделках. Хорошо, если в текущем году объем тестовых закупок достигнет 100 тысяч тонн. Это если все звезды удачно встанут. Названная цифра – максимум для грядущего сезона. В следующем году посмотрим – возможно, будет иная картина.

– Чуть подробнее расскажите об особенностях работы с КНР.

– Китайцы очень долго тестируют продукцию. Будут закупать небольшие партии, загружать своих работяг, чтобы те ворочали мешки. Хотя, возможно, Китай откажется от мешкотары и станет делать закупки зерна так, как их делают во всем мире – навалом.

Очень много инфраструктурных нюансов. Например, речь идет о поставках по железной дороге, но при этом у нас и в Китае разная ширина железнодорожной колеи, и этот вопрос требует решения. Очень многие вопросы с Китаем должны быть решены, чтобы можно было говорить о каких-то масштабах поставках.

– Какое зерно намерены купить китайцы в этом году?

– Китай будет закупать хорошее зерно: пшеницу третьего класса, с высоким содержанием клейковины. Вопрос интереса со стороны Китая снят просто потому, что они сами открыли границу для нашего зерна. Значит, им это нужно.

– Кто является нашим конкурентом по поставкам зерна в Китай?

– По суше? Практически никто. В основном зерно к ним идет морскими путями. У нас протяженная граница с Китаем. И следует также понимать, что Китай – страна большая, серьезная, с очень разными регионами.

Суть в том, что у китайцев есть интерес к нашему зерну, а у нас есть возможность и свой интерес в осуществлении этих поставок.

– Какова оценка экспорта зерна из России в 2018 году?

– По оценкам ИКАР, это 48,6 миллиона тонн, по пшенице – 37,5 миллиона тонн на сезон.

Китай. СФО > Агропром > agronews.ru, 28 февраля 2018 > № 2512974 Евгений Зайцев


Люксембург. США. Весь мир. СФО > Химпром. Приватизация, инвестиции > rusnano.com, 22 февраля 2018 > № 2511553 Михаил Предчетенский

Директор OCSiAl: В России сложнее транслировать идеи в бизнес.

Автор: Дмитрий Здорников

Академик РАН, научный руководитель и сооснователь OCSiAl Михаил Предтеченский рассказал РБК Новосибирск о том, как создать успешный бизнес, основанный на науке, горящем велосипеде и миграции ученых.

Компания OCSiAl, открытая в Академгородке в 2009 году, стала первой в мире, производящей одностенные углеродные нанотрубки в промышленных масштабах — до 10 тонн в год. В основе производства лежат идеи и исследования Михаила Предтеченского, которые также позволили значительно снизить цену производимых трубок, впервые сделав их применение в индустрии экономически доступным. Первая установка по синтезу была запущена в 2014 году. В текущем году Предтеченский рассчитывает запустить установку мощностью 50 тонн нанотрубок в год.

Про нанотрубки и легкие машины

— В истории были каменный век, бронзовый век, железный век и кремниевый век — все они определялись тем или иным материалом в своей основе. Я думаю, сейчас уместно использовать понятие «углеродный век». Сегодня остро стоят две проблемы: резкий рост потребления материалов и продуктов растущим населением планеты и, как следствие, увеличение выбросов углекислого газа.

Первоочередная задача нанотрубок — уменьшение количества потребляемых материалов. За счет чего это осуществимо? Берем материал, добавляем одну десятитысячную долю нанотрубок от всей массы и получаем фактически новый материал с уникальными свойствами.

Такие материалы с нанотрубками, к примеру, коренным образом изменят существующую технику. Представьте машину в два раза прочнее и в четыре раза легче современной. Она будет не только быстрее, но и экономичнее — в разы снизится расход топлива.

О науке как бизнесе

— Нанотрубки — это фундаментальное открытие. И сейчас идет спор о том, насколько значима такая наука. Я скажу так: нет фундаментальной науки, есть фундаментальные результаты. Если ученый занимается исследованиями, говорит об их важности, но при этом результаты никому не интересны — в чем здесь фундамент? Процесс может вести вникуда, и его можно называть хоть фундаментальным, хоть прикладным, если за это платят. Реальные результативные научные открытия, как правило, приводят к появлению нового продукта как, например, открытие графена.

В истории есть примеры, когда в некоторых высокотехнологичных странах государство не тратило деньги на науку. Развитие происходило за счет коммерческих компаний, которые спонсировали науку и занимались наукоемким бизнесом.

Например, наши лаборатории по оснащению превосходят многие лаборатории институтов, мы привлекаем специалистов из вузов. Что до стимулирования науки — это можно делать как деньгами, так и законами. Главное — браться за нее и делать.

Про торговлю тоннами

— Прелесть нанотрубок еще и в их чрезвычайно низких концентрациях, необходимых для кардинального изменения свойств материалов. Например, одного килограмма нанотрубок хватит, чтобы улучшить километр асфальтированной трассы — срок службы асфальта будет в четыре раза длиннее.

До нас торговали граммами, а мы производим и реализуем материал тоннами. Когда мы вышли с нашим продуктом на рынок, то отправили в несколько тысяч компаний бесплатные образцы по одному грамму. И ушло на это всего пару килограмм. Данное действие сразило всех.

Продукцию OCSiAlа можно использовать в аккумуляторных батареях для увеличения их емкости и срока службы, в смолах и красках для обеспечения проводимости электричества и улучшения механических качеств. В перспективе добавление нанотрубок в материалы позволит создавать более легкие конструкции с повышенной прочностью.

О миграции ученых

— Чтобы появлялись новые идеи, нужна уникальная среда, ведь с учеными людьми перетекают и образуются новые идеи. В Академгородке исторически сформирована уникальная атмосфера, сегодня представленная в виде Технопарка и различных бизнес-структур. А начинается все с физико-математической школы при НГУ. Она, как пылесос, всегда стягивала талантливых ребят и замыкала их на себя.

Большинство успешных инновационных компаний и институтов у нас сегодня возглавляют выпускники этой школы. Дальше шел университет. И здесь работа организована так, что большинство студентов заняты в реальном сегменте науки. Например, в прошлом году НГУ по инициативе OCSiAl открыли кафедру нанокомпозитных материалов. Это, по сути, новая отрасль. И мы уже готовим для нее специалистов. Надеюсь, эти ребята принесут пользу нашей стране.

Можно строить гостиницы и дороги — это вещи важные и полезные. Но если мы построим только их, то в конце пути никакой науки не возникнет. Сперва должно быть существо — уровень научных исследований, кадры и условия для создания нового бизнеса.

Это ключевые факторы, которые надо учитывать при формировании научной среды. Что это значит? В наш регион должна стекаться молодежь. Нужны благоприятные условия для их привлечения: возможность работать неподалеку от дома на мировом уровне, ну и, конечно, получать достойную зарплату. Хорошая зарплата и перспективы важны не меньше чем, дороги и гостиницы.

Про управление людьми

— Совмещение науки и бизнеса — это редкое явление. Если было бы иначе — подобных OCSiAl стартапов сейчас было множество. Когда я работал заведующим лабораторией, я осознал, что обычно люди рождаются с таким сочетанием характеристик, это просто невозможно привить. Следовательно, нужно обязательно помогать ученому их развивать.

Сегодня офисы компании, помимо России, присутствуют в Люксембурге, США, Китае, Гонконге, Корее и Индии. Общий штат составляет больше 350 человек.

Ученый — человек уникальный и творческий. И за свою жизнь людьми «не учеными» я не управлял. Если мы хотим создать технологичный бизнес, нам нужны соответствующие условия для привлечения людей: это возможность решать интересные задачи и трудиться в компании мирового уровня. Кажется, нам удается — никто из нашей компании сам не увольняется. Помимо этого необходима, конечно, и рука управленца.

Что до меня — я не политик, а полевой боец. Мне приходится постоянно быть на острие дел, контролировать весь процесс. Может, поэтому в коллективе меня считают жестким.

Про сложность работы в России

— Вот, допустим, у вас есть желание взяться за науку. Что нужно? Идея. От идеи до готового продукта долгая дорога, которая отсеивает слабых. Но самый опасный участок дороги для изобретения наступает после — это внедрение. Внедрять новые проекты сложно.

Есть много компаний, которые открывали производство и закрывались, не разработав должной стратегии. В этом плане в России даже сложнее транслировать идеи в бизнес. Эту ситуацию хорошо обрисовывает анекдот. Спрашивает мальчик у отца президента, каково это — быть главным в стране. Отец отвечает: «Несложно. Это как кататься на велосипеде. Только велосипед горит, и ты горишь, и все вокруг горит».

Про амбиции и извлечение прибыли

— Когда я понял, что идеи нужно воплощать в жизнь, я создал свой небольшой частный институт, много работал с иностранными корпорациями, выполнял для них заказы. Щелчком, который запустил наш проект, стало мое знакомство с Юрием Коропачинским и его друзьями-бизнесменами. Амбиции, которые у нас были при создании проекта, требовали высочайших компетенций по всем направлениям: от знания бизнес-стратегии до научных массивов в области нанотрубок.

Комплексный подход — это отличительная черта наукоемкого бизнеса. Здесь нет какой-то одной опоры. Цель — извлечение прибыли из идеи. Вопрос не в том, как создать успешный бизнес, основанный на науке, а в том, как его растиражировать.

Первым делом мы сформулировали требования к бизнесу: он должен быть высокотехнологичным, должен оказать существенное влияние на технологический уровень планеты, в разумные сроки сформировать рынок и быть коммерчески успешным. После того как мы сформулировали эти требования, начался процесс перебора идей. Мой взгляд зацепился за нанотрубки, и стало ясно, что отказываться от идеи такого стартапа — глупо, ведь они удовлетворяли всем критериям. То есть, в отличие от большинства других стартапов, мы сначала сформулировали задачу создать масштабируемое производство «одностенок» и снизить на них цену, а только затем начали искать пути ее решения.

Про дешевые нанотрубки

— Низкая стоимость трубок здесь, конечно, принципиальна, ведь ситуация, когда вам необходимо заплатить $200 за необходимый объем трубок, чтобы улучшить материал стоимостью в $10, абсурдна. Максимальная цена компонента должна быть $1–2.

И нам удалось достичь этой цели — мы опустили цену в сто раз, не потеряв в качестве. Это та цена, при которой становится возможно массовое использование нанотрубок в индустрии.

Кроме того, нам удалось добиться создания цветных проводящих пластиков и резины. Раньше из-за добавления технического углерода подобные материалы могли быть лишь черного цвета.

Про конкурентов

— В 2012 году Showa Denko закрыли свое производство нанотрубок. Они производили сотни тонн многостенных нанотрубок, которые по характеристикам значительно уступают одностенным. Видимо, на начальном этапе компания не смогла правильно проанализировать материалы и рынки. При этом, остановившие производство компании до сих пор уверены, что само по себе направление перспективное.

На рынке «одностенок» сейчас существует лишь две крупные компании: наша и японская Zeon. Вторая продает трубки по цене порядка $10 тыс. за килограмм и производят они около тонны. В этом плане у нас есть не только преимущество в цене, но и в масштабах производства. Считаю, что такого успеха нам удалось достичь из-за уникального подхода к совмещению науки и бизнеса.

Люксембург. США. Весь мир. СФО > Химпром. Приватизация, инвестиции > rusnano.com, 22 февраля 2018 > № 2511553 Михаил Предчетенский


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 февраля 2018 > № 2502705 Сергей Левченко

Встреча с губернатором Иркутской области Сергеем Левченко.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Иркутской области Сергеем Левченко. Обсуждалось социально-экономическое положение в регионе.

В.Путин: Сергей Георгиевич, добрый день! Слушаю Вас, что у вас в регионе происходит, каких результатов добились?

С.Левченко: Если говорить об основных итогах, то у нас за последние два года рост индекса промышленного производства, и инвестиции растут – окончательные цифры по инвестициям за прошлый год ещё не подбиты, но рост будет обязательно.

По объёмам ВРП – за два года на 9,4 процента вырос валовой региональный продукт. Одновременно растёт и консолидированный бюджет: 164 миллиарда – рекордный бюджет за все годы; и в прошлом году тоже был рекордный.

Основные драйверы – это налог на прибыль, он у нас вырос почти на семь миллиардов рублей, и налог на доходы физических лиц. Заработная плата растёт по региону, поэтому неплохой результат.

Есть и менее важные вещи, но хотел бы отметить, что мы за два года почти в два раза увеличили отчисления в федеральный бюджет – было 90 миллиардов, сейчас 180, и, соответственно, этот коэффициент, когда на рубль поступивших федеральных средств у нас дополнительно 11 рублей мобилизовано.

Если говорить по объёму уже расходуемых средств, то мы за два года в 3,8 раза увеличили [средства] на строительство и ремонт социальных объектов: 208 объектов на селе за 2017 год построено и отремонтировано – это тоже примерно в 2,5 раза больше, чем за предыдущий.

Помогли в прошлом году достаточно серьёзно: почти девять миллиардов рублей выделили муниципальным бюджетам. Помогли в каком плане – увеличили их заинтересованность: налог по УСН [упрощённой системе налогообложения] – 30 процентов оставили [в бюджетах муниципалитетов], программы разные, необходимые для области. И, таким образом, муниципальные бюджеты у нас средства получили.

В.Путин: Отчего госдолг не меняется?

С.Левченко: А он у нас достаточно маленький. При 160 с лишним миллиардах рублей порядка 11 процентов – очень маленький.

В.Путин: Но он же не снизился?

С.Левченко: Снизился немного за прошлый год, но тут мы его держим для того, чтобы можно было варьировать.

В.Путин: Вы попали в программу поддержки регионального бюджета?

С.Левченко: Да, порядка 700 миллионов мы получаем за счёт того, что у нас снижается долг.

В.Путин: Понятно. Деньги получите?

С.Левченко: Да, конечно, не столько, сколько мы платим, тем не менее.

Лесной комплекс. Вы знаете, у нас он один из основных – у нас самая большая лесосека в России. Занимаем первое место по рубке древесины: свыше 34 миллионов кубических метров древесины в прошлом году мы срубили и обработали. И в два раза увеличили налоговые поступления по лесному комплексу: за два года с трёх до более пяти миллиардов рублей.

Про задолженность по заработной плате. Мы снизили в шесть раз – со 170 до 23 миллионов. При этом, конечно, мы по бюджету задолженностей не допускаем.

В.Путин: Это очень хорошо.

Как хоккей с мячом? Развивается?

С.Левченко: Мы регулярно в тройке призёров. У нас самая большая посещаемость из всех команд Российской Федерации.

В.Путин: Знаю.

С.Левченко: Конечно, выходить на первое место очень непросто, потому что летом, Вы знаете, особо не потренируешься, а зимой, особенно в этом году, три недели за 30, за 40 градусов, тоже особо…

В.Путин: …не побегаешь.

С.Левченко: Не побегаешь, да. Хотя болельщиков при любой погоде достаточно много, приходят. Поэтому мы немного рискнули, и в прошлом году я дал задание проектировщикам, чтобы они начали проектировать [крытый ледовый стадион].

Предпроектные проработки все сделали, организация – та, которая строит объекты в Красноярске. Они изготавливают из деревянных конструкций, изготавливают в Нижнем Новгороде; сама организация кемеровская, но она, наверное, практически единственная, которая у нас может так хорошо строить.

Мы запланировали вместе с международной федерацией в 2020 году провести чемпионат мира [по хоккею с мячом] у нас. Конечно, это «трудная» возможность, но, наверное, мы можем успеть, мы готовы софинансировать, если вы нам поможете.

В.Путин: Сколько?

С.Левченко: Шесть миллиардов.

В.Путин: Это должна быть федеральная часть или всего?

С.Левченко: Нет, это общая.

В.Путин: Поможем. Давайте это сделаем.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 февраля 2018 > № 2502705 Сергей Левченко


Россия. СФО > Армия, полиция > mvd.ru, 12 февраля 2018 > № 2511815 Игорь Иванов

«У каждой недоработки есть фамилия…»

Всего три месяца назад ГУ МВД России по Кемеровской области возглавил генерал-майор полиции Игорь Иванов. До перевода в Кузбасс он служил в Челябинской области. Первые шаги в новой должности - самые напряжённые. Но руководитель нашёл в своём плотном графике время на то, чтобы встретиться с нашим корреспондентом.

- Игорь Геннадьевич, первое впечатление, как считается, самое верное. Каким вы увидели Кузбасс?

- Впечатление о Кемеровской области у меня самое положительное. Люди здесь надёжные, в большинстве своём открытые, искренние, патриоты Кузбасса в лучшем понимании этого слова. Они дорожат своей малой родиной, обеспокоены её судьбой, неравнодушны к существующим проблемам. И это заслуживает уважения.

- Как прошло знакомство с личным составом городских и районных органов внутренних дел? На что в первую очередь обратили внимание?

- Для погружения в оперативную обстановку региона недостаточно просто изучить отчёты и справки о проделанной работе, необходимо лично побывать в каждом подразделении. Я приступил к этому с первых дней после вступления в должность. Сейчас могу сказать, что сотрудники органов внутренних дел Кузбасса обладают достаточным уровнем профессионализма, чтобы обеспечить порядок и безопасность.

Для меня такие визиты важны ещё и тем, что сразу видишь имеющиеся проблемы. Например, условия, в которых находится ряд участковых пунктов полиции, оставляют желать лучшего. В первую очередь это касается организации условий приёма граждан. Ведь у участкового уполномоченного полиции должно быть место, где он может отчитаться о проделанной работе и провести профилактическую. Поэтому я обратился к руководителям муниципальных образований с просьбой оказать помощь в решении этого вопроса.

Кроме того, в ходе рабочих встреч с главами крупнейших городов Кузбасса - Кемерова и Новокузнецка - я заострил внимание на необходимости создания пунктов специализированной помощи гражданам, находящимся в состоянии алкогольного опьянения. Это не только позволит профилактировать так называемую «пьяную» преступность, но и поможет избежать несчастных случаев с нетрезвыми гражданами.

- Среди основных качеств нового руководителя подчинённые единогласно отмечают требовательность. Это ваш постоянный стиль работы или желание с первых дней службы в должности потуже «закрутить гайки»?

- Я убеждён, что каждый на своём месте должен трудиться добросовестно. Именно поэтому на всех рабочих совещаниях я подчёркиваю: главный критерий оценки результатов нашей деятельности - мнение простых граждан. Люди рассчитывают на то, что мы будем исполнять свой долг, несмотря на любые трудности.

Вот, к примеру, есть регламент прибытия экипажа ГИБДД на дорожно-транспортное происшествие. Он должен чётко исполняться. Иначе на дороге возникают заторы, отсюда - недовольство населения. Не приходится говорить об авторитете полиции, когда следственно-оперативная группа прибывает на место преступления через два-три часа после сообщения в дежурную часть. Изначально проигрывая во времени, мы даём преступнику замести следы. Поэтому я взял исполнение регламен­та под личный контроль.

Буду давать поручения и обозначать чёткие сроки их исполнения. Придерживаюсь принципа, что у каждой конкретной недоработки есть фамилия, за каждой не решённой вовремя задачей стоит конкретный человек. При этом я всегда подчёркиваю, что ценю и уважаю сотрудников, которые видят имеющиеся проблемы и принимают все меры для их решения.

- На ваш взгляд, какие сложности криминального плана характерны именно для Кемеровской области?

- Если говорить о специфичных для региона преступлениях, то отметил бы в первую очередь деятельность чёрных копателей. В Кемеровской области добывается около 60 % всего российского угля. Его незаконная добыча наносит значительный ущерб государству. В результате бюджет недополучает огромные средства. Кроме того, нелегальные горняки разрушают и загрязняют дорожные коммуникации, подкапывают опоры линий электропередачи, наносят урон жилым домам, земельным участкам, дачным постройкам, лесным насаждениям и водоёмам. Зачастую пренебрегая правилами ведения горных работ и техникой безопасности, они ставят под угрозу и собственную жизнь.

Именно поэтому один из приоритетов работы кузбасской полиции - декриминализация топливно-энергетического комплекса, ключевого для региона. В данном направлении мы сотрудничаем с другими силовыми структурами и надзорными органами.

Сегодня следствием уже наработан опыт квалификации фактов незаконной добычи угля как кражи имущества (ст. 158 УК РФ), принадлежащего государству. И для этого была проведена огромная работа.

Ранее в правоприменительной практике по расследованию таких преступлений существовала проблема. Уголовные дела возбуждались исключительно по ст. 171 Уголовного кодекса Российской Федерации «Незаконное предпринимательство» и только в том случае, если причинённый ущерб превышал один миллион рублей.

Чтобы усилить работу в этом направлении, сейчас я изучаю опыт так называемого угольного спецназа - подразделения, обеспечивающего выявление чёрных копателей, предотвращение хищений угля, защиту от рейдерских захватов предприятий. Данная практика была апробирована в Кузбассе в 2011 году и зарекомендовала себя положительно. За три года этим подразделением УЭБиПК ГУ МВД России по Кемеровской области пресечено около 100 фактов незаконных вскрышных работ.

- Насколько мне известно, вы также обратили внимание на экологическую ситуацию в регионе. Какие здесь проблемы?

- В ноябре прошлого года в Кузбассе было возбуждено первое уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 251 Уголовного кодекса Российской Федерации «Загрязнение атмосферы». В органы внутренних дел поступили обращения от жителей Кемерова, которые пожаловались на специфический запах в воздухе. Была инициирована проверка. В результате выявлено превышение предельно допустимых концентраций таких загрязняющих веществ, как аммиак, диоксид азота, сажа, хлорид водорода и оксид углерода. Уровень загрязнения атмосферного воздуха на протяжении 2017 года в областном центре оценивался как высокий, что оказывает неблагоприятное воздействие на здоровье населения. По результатам проверки дознавателем ГУ МВД России по Кемеровской области возбуждено уголовное дело. Аналогичное уголовное дело возбуждено также и в Новокузнецке. Мы должны выяснить причину загрязнения и привлечь к ответственности виновных. В общей сложности за несколько месяцев в Кузбассе было возбуждено три уголовных дела по фактам загрязнения воздуха.

- Говоря о здоровье жителей, нельзя не отметить ситуацию, связанную с высоким уровнем заболеваемости наркоманией. В Кузбассе он превышает средний показатель по России. В чём, на ваш взгляд, причины такого положения дел и как вы оцениваете эту ситуацию?

- Изучая оперативную обстановку в регионе, я сразу же обратил внимание на ситуацию с распространением наркотиков. С официальным диагнозом «наркомания» на учёте сейчас состоят более 10,5 тыс. человек. Задача полиции - свести данные цифры к минимуму. И для этого работа по противодействию незаконному обороту наркотиков должна вестись по всем направлениям.

За прошлый год на территории Кузбасса полицейские изъяли из незаконного оборота почти 280 кг наркотиков. В регионе задокументировано около 3600 тяжких и особо тяжких наркопреступлений, а также фактов сбыта запрещённых веществ. Это наибольшее количество среди субъектов Сибирского федерального округа. Основная причина - сосредоточение на территории региона большого количества учреждений исполнения наказания. Их в Кемеровской области 25. После освобождения многие бывшие заключённые оседают здесь. Как минимум у половины из них были и есть проблемы с наркотиками. К сожалению, не сумев адаптироваться, они продолжают вести асоциальный образ жизни и вновь возвращаются к торговле наркотиками и их употреблению.

Чтобы борьба с наркоторговлей была действенной, необходимо задерживать не только мелких сбытчиков, но и оптовых поставщиков и организаторов трафика. В Кузбассе есть положительные примеры в данном направлении. Сейчас расследуются два уголовных дела по фактам организации преступных сообществ (ст. 210 УК РФ). Одно из них возбуждено в отношении участников наркоформирования, сбывавших синтетические наркотики через интернет-магазины на территории не только Кемеровской, но и Новосибирской областей, а также Алтайского и Красноярского краёв. В качестве фигурантов по делу проходят 16 человек. Из незаконного оборота изъято более 2 кг наркотических средств. Материалы составили уже более 30 томов.

Стоит отметить, что всё чаще сбытчики используют для торговли Интернет. Покупателей, а также распространителей привлекают через объявления на различных сайтах. В связи с этим мы планируем внедрять нестандартные подходы в борьбе с наркобизнесом. Совместно с Общественным советом при ГУ МВД России по Кемеровской области начинаем создавать кибердружину из числа активной молодёжи, которая поможет выявлять в Сети объявления наркоторговцев и другой запрещённый контент.

Для полиции важно не только бороться со сбытчиками. Нужно убрать наркоманов с улицы, чтобы их не видели дети. Это в наших силах, и этим будем серьёзно заниматься.

- Вы уже говорили про заключённых и их социальную адаптацию после освобождения. Полиция как-то участвует в данном процессе?

- Направление ресоциализации - очень важное для нас. Зачастую на совершение преступлений ранее судимых граждан толкает социальная неустроенность, в том числе невозможность найти работу после освобождения. Причём многие из них в колониях осваивают различные профессии и хотят стать полноправными членами общества. ГУ МВД России по Кемеровской области нацелено на помощь таким людям. В этом направлении мы работаем координированно с региональным управлением ФСИН, областными властями и общественностью. Например, буквально на днях заключили соглашения с пятью крупными организациями, которые готовы взять на работу ранее судимых граждан.

Я уверен, что подобное взаимодействие позволит существенно сократить уровень рецидивной преступности и улучшить ситуацию в регионе.

- Судя по статистике преступлений, одной из наиболее актуальных проблем для органов внутренних дел Кемеровской области является борьба с мошенничеством?

- Для Кемеровской области эта проблема актуальна, как и для многих других регионов страны. По количеству зарегистрированных преступлений в этой сфере Кузбасс занимает 16-е место среди субъектов Российской Федерации и второе в Сибирском федеральном округе.

Задача, которая сейчас стоит перед стражами порядка наиболее остро, - это борьба с преступлениями в сфере информационных технологий. В прошлом году мошенники обманули кузбассовцев на сумму более 180 млн рублей.

Активно развиваются безналичные формы расчётов и электронные платёжные системы, чем пользуются различного рода мошенники. К сожалению, люди старшего поколения в этих ноу-хау разбираются плохо, что облегчает задачу аферистам.

Для раскрытия мошенничеств в Управлении уголовного розыска ГУ МВД России по Кемеровской области, а также в 11 территориальных органах созданы специализированные подразделения. Кроме того, сотрудники кузбасской полиции стали инициаторами формирования общероссийской базы данных номеров телефонов и банковских карт, которые использовались при совершении мошенничеств. Она сейчас находится в разработке. Это немаловажный вопрос, учитывая то, что часто злоумышленники намеренно выбирают в качестве жертв жителей других регионов.

- По всей видимости, решение обозначенных вами проблем и станет приоритетом на ближайшее время?

- Ключевой приоритет, на который будут ориентированы все сотрудники, - обеспечение личной безопасности граждан. Жители Кемеровской области должны быть уверены в том, что в случае необходимости полиция незамедлительно придёт на помощь. Я бы сказал так: личная безопасность кузбассовцев должна стать личным делом всех сотрудников органов внутренних дел.

Елена КУЗНЕЦОВА

Визитная карточка

Игорь Геннадьевич Иванов родился и вырос в Челябинске. В 1991 году, окончив Свердловский юридический институт МВД России, вернулся в родной регион и начал службу в органах внутренних дел с должности следователя. Уже в 1996 году назначен заместителем начальника управления - начальником следственного отдела УВД Курчатовского района г. Челябинска. Впоследствии занимал различные руководящие должности, был заместителем начальника ГУ МВД России по Челябинской области.

С октября 2017-го возглавил ГУ МВД России по Кемеровской области.

Наша справка

Кемеровская область расположена на юго-востоке Западной Сибири, занимая отроги Алтая и Саян. Регион богат лесными ресурсами. На большей его части находится Кузнецкая котловина, огромные угольные запасы которой и определили второе название территории - Кузбасс.

Областной центр - Кемерово. Когда-то на его месте было старинное село Щеглово, основанное в 1701 году возле угольных копей. И только в 1932-м его переименовали. В городе много достопримечательностей, например, Музей угля (единственный в России) и едва ли не самый широкий мост в Сибири - Кузнецкий - через реку Томь.

Россия. СФО > Армия, полиция > mvd.ru, 12 февраля 2018 > № 2511815 Игорь Иванов


Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров

Арктика. Величие проекта

Русская цивилизация в её арктическом исполнении

Вячеслав Штыров

Почти полтора столетия назад исследователи обнаружили удивительное совпадение представлений о географии, центре мира и месте происхождения человека в мифологии и эпосе самых ранних цивилизаций. Философские концепции древних египтян и иудеев, аккадцев и вавилонян, индийцев и иранцев, греков и финикийцев, германцев и финно-угров примерно одинаково описывали положение небесного зенита и ход движения планет на небосводе, годовой цикл дня и ночи, особенности водных потоков на прародине человека, относя её к району Северного полюса. Именно там, по их мнению, находился первоначальный рай земной, ныне покрытый толщами вод и льдов океана и ставший прибежищем богов. Конечно, с точки зрения науки климатологии во время появления на планете человека современного вида рай этот был довольно суровым. Но археологические находки и блестящие научные исследования конца прошлого века российских археологов С. Федосеевой и Ю. Мочанова подтверждают неоднократно ранее высказывавшуюся выдающимися учёными М. Вагнером, И. Мюллером, А. Анучиным, В. Вернадским и другими точку зрения о внетропической прародине человечества. Такой прародине, в которой экстремальные внешние условия заставили наших человекоподобных предков овладеть огнём, освободиться от животного состояния и стать людьми. Возможно, заложенная в генах человека тяга к родине и ведёт извечно романтиков и сильных духом к мистическим кругам полярных областей. Туда, где сходятся силовые линии магнитного поля Земли и во взаимодействии с космическими частицами зажигают грандиозные северные сияния, где заканчиваются океанические течения и рождаются ветры, куда каждый год летят миллионы и миллионы птиц. Арктика давно стала классической обителью мужества, страсти к постижению неведомого и сути бытия. Потому-то во всех странах, представители которых принимали когда-либо участие в полярных исследованиях, есть посвящённые им музеи или памятники.

***

Мир современности стал далёк, к сожалению, от романтической метафизики и руководствуется чисто прагматическими соображениями. Вот и нарастающий всеобщий интерес к скованным льдами северным широтам объясняется осознанием новых возможностей их утилитарного использования в геополитических, военных и экономических целях.

Ещё два десятилетия назад всё происходящее в северных полярных пустынях и тундрах считалось делом арктических государств, то есть тех стран, часть территории которых находится за Северным полярным кругом. К их числу относятся Россия, США, Канада, Дания (через Гренландию), Исландия, Норвегия, Швеция и Финляндия. В 1996 году они учредили Арктический совет в качестве форума высокого уровня для регулярного межправительственного рассмотрения вопросов экологии, рационального использования природных ресурсов, взаимодействия в обеспечении безопасности в воздушном и морских пространствах, устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера. В соответствии с учредительными документами Арктического совета список его членов-государств является закрытым, но за последние годы двенадцать других стран получили в нём статус наблюдателя. Причём многие из них географически расположены весьма и весьма далеко от северных широт. Например, Сингапур и Индия, Япония и Южная Корея, Испания и Польша. Претендентом на получение статуса наблюдателя является и Евросоюз. Помимо участия в работе Арктического совета, целым рядом стран развёрнута интенсивная практическая деятельность в Арктике: организуются целевые научные экспедиции; создаются полярные станции – дрейфующие и на островах; проводятся многогранные исследования атмосферы, льдов и вод; проектируются и строятся специальные типы судов и морское технологическое оборудование ледового класса для геологоразведки и добычи полезных ископаемых. Особую активность проявляет Китайская Народная Республика, где создан специализированный научный институт, построен и успешно эксплуатируется для исследовательских целей мощный ледокол «Снежный дракон», осуществлены проводки коммерческих судов по нашему Северному морскому пути, организована научная база на Шпицбергене. Беспрецедентную программу по изучению Арктики, в том числе в районах полярных владений России, с масштабным использованием атомных подводных лодок, оснащённых новейшими системами для картографирования морского дна и донных отложений, проводили Соединённые Штаты Америки. Заметна интенсификация разнообразной деятельности в высоких широтах Норвегии, Индии, Германии, Южной Кореи.

Прямой и непосредственной причиной всплеска интереса к Арктике и последовательного наращивания усилий разных стран по её изучению и освоению послужил, безусловно, начавшийся в конце прошлого столетия процесс глобального потепления на нашей планете. Его наиболее ощутимым результатом стало повышение температур воздуха в высоких широтах северного полушария и, как следствие, подтаивание материковых ледников и уменьшение площади льдов в Северном Ледовитом океане. Экстраполяция наблюдаемых климатических изменений в будущее даёт основания некоторым авторитетным специалистам считать, что с большой долей вероятности океан полностью освободится от ледового покрова в течение нескольких ближайших десятилетий. Даже если считать эти прогнозы слишком радикальными, уже сегодняшнее положение дел заметно улучшило условия для судоходства и работ по освоению шельфа и прибрежных зон в арктических морях. Это открывает совершенно новые возможности для мировой экономики.

В первую очередь речь идёт об ископаемых природных ресурсах. По мнению геологов, Арктический регион планеты представляет собой крупнейший в мире циркумполярный минерагенический пояс, насыщенный нефтегазовыми и рудными месторождениями. Уже сегодня здесь добывается значимая часть углеводородов, а потенциал месторождений нефти и газа оценивается в почти четверть от мировых прогнозных ресурсов. И на шельфе, и на побережье арктических морей прогнозируются или уже открыты планетарного масштаба запасы угля, никеля, меди, кобальта, платиноидов, алмазов, фосфора, серебра, золота, полиметаллов, урана, олова, железной руды, хрома, марганца, титана, редкоземельных металлов и элементов, причём значительная их часть сосредоточена в уникальных гигантских месторождениях.

Экономическая целесообразность добычи природных ресурсов в Арктике становится обоснованной в связи с повышением эффективности логистики их разработки из-за улучшения условий судоходства в северных морях в ходе глобального потепления. Не меньшее значение для мировой экономики имеют и появившиеся перспективы превращения существующих морских путей в Северном Ледовитом океане – Северо-Западного прохода вдоль берегов Канады и США и Северного морского пути России – в постоянно действующие трансконтинентальные магистрали. Тогда значительно сократятся расстояния, время и стоимость перевозок грузов из Юго-Восточной Азии в Европу (по сравнению с перевозкой через Суэцкий или Панамский каналы). Революционные же изменения в мирохозяйственных связях дадут северные кроссполярные маршруты, организация которых всё более осуществима.

Есть ещё одно важное последствие глобального потепления в Арктике, уменьшения площади ледовых покровов, изменения структуры и толщины льдов. Оно заключается в том, что отдельные страны или военные блоки союзных государств, имеющие в составе своих вооружённых сил мощные ударные военно-морские группировки, получают дополнительные возможности для их эффективного использования. В свободных ото льда прибрежных зонах они могут разместить свой флот для боевого дежурства непосредственно у границ территориальных морей вероятного противника. А границы эти, как известно, отстоят всего на двенадцать миль от исходных береговых линий. В этой связи прибрежные государства вынуждены будут затрачивать немалые средства для укрепления безопасности своей территории от ударов с моря.

***

Интерес и внимание мирового сообщества к открывающимся в Арктике новым ресурсным, логистическим, военным возможностям закономерно привёл к активизации международных контактов разного уровня. В целом это позитивный процесс, идущий в русле тенденций демократизации и многополюсности принятия глобальных решений, которым привержена Российская Федерация. В то же время всё более явными становятся и противоречия между отдельными странами или их группами по ряду важных вопросов.

Прежде всего, это противоречия между арктическими и неарктическими государствами. Первые в рамках Арктического совета и своих двухсторонних отношений активно развивают региональный правовой режим, в основание которого заложены обычные нормы международного права, считают его достаточным и обеспечивающим неарктическим государствам равные возможности. Вторые оспаривают такой подход, считая, что на Арктику должны быть распространены стандартные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, хотя известно, что она разрабатывалась главным образом для Атлантического, Тихого и Индийского океанов. Такую позицию заняли Евросоюз, НАТО и – открыто или неявно – целый ряд неарктических государств. Её модификацией является высказанное Евросоюзом предложение о необходимости заключения международного договора по Арктике по аналогии с действующим договором по Антарктиде. Понятно, что и в том, и в другом случае целью является максимальная интернационализация Арктики, объявление всех или хотя бы части её пространств международным достоянием, чтобы получить беспрепятственный доступ к новым природным ресурсам и логистическим возможностям.

Противоречия же арктических государств между собой в основном сфокусированы на взаимных территориальных притязаниях. Неурегулированность вопросов пространственных владений в Арктике имеет исторический характер. Общего разграничительного документа нет, двусторонние договоры заключались в разные исторические эпохи, содержат неопределённости, имеют формулировки и трактовки понятий, соответствующие своему времени, а не современным правовым нормам. В этих обстоятельствах арктические страны, прежде всего, пятёрка прибрежных к Северному Ледовитому океану, развернули масштабные и дорогостоящие географические, исторические, геологические, океанографические, гляциологические исследования с целью обоснования своих существующих территориальных прав или претензий к соседям. Помимо этой чисто практической работы все арктические государства приняли национальные доктринальные документы, в которых сформулировали свою стратегию действий в регионе. В них также в ряде случаев содержатся положения, прямо затрагивающие интересы других стран. К примеру, документы стратегического планирования Соединённых Штатов Америки предусматривают требования об интернационализации проливов Северо-Западного прохода и Северного морского пути. Это противоречит позициям Канады и России, рассматривающих эти проливы как находящиеся в их юрисдикции исторические воды.

Наличие противоречий и взаимных претензий у арктических государств приводит к пристальному и недоверчивому вниманию к действиям друг друга. Так, прямо скажем, нервную реакцию официальных властей наших соседей вызвала в своё время установка экспедицией под руководством А. Чилингарова флага Российской Федерации на дне Северного Ледовитого океана на Северном полюсе. И хотя в целом обстановка в Арктике остаётся мирной, под влиянием всеобщего интереса к возможностям региона и нерешённости территориальных проблем градус напряжённости в международных отношениях по поводу Арктики постепенно и постоянно повышается. Об этом красноречиво говорят названия книг и заголовки статей в периодических изданиях, отечественных и зарубежных: «Битва за Арктику», «Третий передел Арктики», «Сражение за Арктику», «Начат раздел Арктики», «Наше право на Арктику неоспоримо», «Россия теряет Арктику?» и тому подобные. А по мнению некоторых аналитиков, ситуация в студёных приполярных просторах напоминает старинную борьбу европейских стран за жаркие африканские колонии.

***

Коль скоро сверхактивность в Арктике всех заинтересованных стран обусловлена новыми экономическими и геополитическими возможностями, открывающимися в результате глобального потепления, то не может не возникнуть вопрос: а будут ли оправданы прилагаемые сейчас усилия, если оно носит циклический характер и сменится глобальным похолоданием? Этот вопрос тем более имеет право быть заданным, что, по практически единодушному мнению учёных-глобалистов, мы живём в начавшуюся несколько миллионов лет назад Великую Ледниковую эпоху, когда климат стал значительно более холодным, чем на протяжении большей части истории нашей планеты. Конкретно сейчас уже порядка двенадцати тысяч лет длится слегка тёплый быстротечный интервал между двумя глобальными оледенениями планеты – мгновение в геологической летописи Земли. Через следующие десять-двенадцать тысяч лет надо ожидать очередного похолодания, в ходе которого с высокой долей вероятности ледяной панцирь километровой толщины покроет места нахождения европейских и североамериканских столиц, где сегодня кипят страсти по Арктике. Причины, обусловившие начало Великой Ледниковой эпохи и ведущие когда-нибудь к её завершению, носят глобальный характер: изменение положения материков в ходе перемещения литосферных плит; связанные с этим перемены в направлениях океанических течений и господствующих ветров; цикличность интенсивности солнечного излучения; резонанс периодических изменений движения оси и орбиты вращения Земли. Они не зависят от деятельности человека.

Инструментально же фиксируемое нынешнее потепление отличается лишь незначительным повышением температур относительно средних за почти полуторавековой период задокументированных метеонаблюдений. Может быть, оно носит циклический характер. По косвенным признакам и историческим свидетельствам, такое неоднократно было в наш короткий межледниковый период. Достаточно вспомнить описанные Л. Гумилёвым циклические колебания климата в Северном полушарии, приводившие к образованию сменяющих друг друга империй гуннов, тюрков и монголов. Или климатический оптимум в конце первого тысячелетия нашей эры, позволивший викингам основать свои поселения в Гренландии и Северной Америке. Или «малый ледниковый период» в средние века, прямым следствием которого стали зарождение капитализма в Европе и Смута в России.

Но даже если нынешний наблюдаемый период глобального потепления имеет циклический характер и скоротечен, это не означает, что активность разноплановой деятельности заинтересованных государств в Арктике снизится. Во-первых, в мире увеличивается дефицит всех видов природных ресурсов, растёт их цена, ранее неэффективные по природно-климатическим и экономико-географическим условиям добычи месторождения становятся вполне рентабельными. Это общемировая тенденция, она касается и Арктики. Во-вторых, совершенно новые организационные и технологические возможности для успешной деятельности в экстремальных условиях высоких широт даёт развитие в рамках нарождающегося шестого технологического уклада производства материалов с заранее заданными свойствами, робототехники, систем связи, автоматизированного и дистанционного управления. Это именно то, что необходимо для Крайнего Севера. Нет никаких сомнений, что развитые в технологическом отношении страны используют все возможные новшества для продвижения своих интересов в Арктике. Поэтому не только не снимается, но актуализируется при любых возможных климатических переменах провозглашённый в далёкие 1930-е годы в стенах американского Конгресса тезис: «Кто владеет Арктикой, тот управляет миром».

Российская Федерация, имеющая самую протяжённую береговую линию Северного Ледовитого океана, пока ещё владеющая самым большим по площади сектором в Арктике, создавшая мощнейшую в высоких широтах многоотраслевую промышленность и крупнейшие на планете города за Северным полярным кругом, в наибольшей степени заинтересована в укреплении и преумножении своих геополитических и экономических позиций в арктическом регионе. В этой связи президентом и правительством страны принят целый ряд документов стратегического характера, чётко обозначающих наши интересы, устанавливающих приоритеты и цели государственной политики в Арктике, определяющих механизмы их достижения. Среди них основополагающие: «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (2008г.), «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (2013 г.), Государственная программа Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» (2014 г., далее по тексту – Госпрограмма). Для координации деятельности участников выполнения сформулированных этими документами задач создана Государственная комиссия по вопросам развития Арктики.

Разработка и практическая реализация арктической стратегии и тактики позволили в последние годы упорядочить, поставить на системную основу и несколько активизировать решение текущих и некоторых перспективных проблем огромного макрорегиона страны, включившего в соответствии со специальным указом президента Российской Федерации полярные владения России и территории выходящих на побережье морей Северного Ледовитого океана муниципальных районов девяти субъектов Федерации от Чукотки до Мурманской области. Но срок действия принятых документов стратегического планирования подходит к завершению, и становится совершенно очевидным, что многое из намеченного уже не будет выполнено. Учитывая это, в 2017 году была принята новая редакция Госпрограммы развития Арктики, на пять лет продлён срок её реализации. Однако в условиях ресурсных ограничений резко сужен круг программных мероприятий. Это означает, что целый ряд стратегических целей достигнут не будет. В то же время новые геополитические реалии и социально-экономическая обстановка в стране требуют уточнения приоритетов и в самой нашей арктической политике. Вот почему пришло время разработки и принятия новых стратегических решений по развитию Арктической зоны Российской Федерации. Одновременно необходимо продолжать упорно выполнять усечённую Госпрограмму, но по мере принятия новых документов стратегического планирования расширять и сферу, и временной горизонт её действия.

Круг главных задач, которые необходимо решать в Арктике, остаётся для нашей страны широким и разноплановым.

***

Среди других первоочередной задачей является работа по закреплению границ Российской Федерации в Арктике. На первый взгляд, это давно решённый вопрос. Ведь каждый из нас ещё со школьных уроков географии помнит пунктирные линии на картах, идущие от крайних северо-западной и северо-восточной точек нашей территории по меридианам к Северному полюсу. Они очерчивают полярные владения России – сектор морского и покрытого льдами пространства Северного Ледовитого океана с расположенными в нём землями, архипелагами и отдельными островами, на которые распространяется суверенитет государства Российского. Секторальный принцип раздела Арктики сложился исторически в ходе заключения двусторонних договоров прибрежных арктических государств, был закреплён их национальными законодательствами и совместным заявлением по итогам Парижской конференции 1924 года, никем не оспаривался. Казалось бы, в условиях глобального потепления, когда новые экономические и логистические возможности Арктики стали объектом внимания многих государств, в том числе неарктических, в интересах Российской Федерации было бы организовать работу по закреплению секторального подхода специальным актом международного права с целью сохранения контроля над своим исторически сложившимся сектором.

Однако события пошли по другому руслу. Подписав в 1997 году Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года, Российская Федерация первой из прибрежных арктических государств приняла решение о применении статьи 76 этой Конвенции к Северному Ледовитому океану и в 2001 году подала соответствующую заявку в Комиссию ООН по границам континентального шельфа. Этим наша страна, по сути дела, отказалась добровольно от части своих полярных владений в районе Северного полюса площадью 1,7 миллиона квадратных километров. Этот покрытый льдами участок приобретает статус открытого моря, то есть становится ничейным пространством. Иными словами, сделано то, чего добивались Евросоюз и целый ряд неарктических государств. Теперь нам предстоит ещё доказать главное: что именно России принадлежит потенциально богатый углеводородами шельф на дне этого вновь образованного открытого моря. Для этого необходимо завершить масштабные и дорогостоящие океанографические и геологические исследования, которые позволили бы представить подводные поднятия дна Северного Ледовитого океана продолжением наших материковых геологических структур. Направляя материалы в Комиссию ООН, придётся ещё и раскрыть секретную картографическую информацию, полученную в ходе сотен сложнейших походов советских и уже российских подводников.

Ситуация осложняется тем, что в ответ на действия России Канада и Дания проводят собственные исследования по доказательству того, что подводные океанические поднятия являются продолжением геологических структур Гренландии и канадского Севера, а не принадлежащих России территорий. При этом возникают взаимоперекрывающиеся правопритязания с неопределённым исходом.

Надо отметить, что многие специалисты считают начатую Россией в 2001 году «гонку доказательств» по статье 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года нашим ошибочным решением, продолжением горбачёвско-шевернадзевской и ельцинско-козыревской внешнеполитической линии пренебрежения долгосрочными интересами страны ради каких-то пропагандистских сиюминутных выгод.

Как бы то ни было, нам необходимо решительно действовать по двум направлениям.

Прежде всего, раз уж начали, завершить работу по всестороннему и полному обоснованию заявки на участки шельфа дна Северного Ледовитого океана, поданной в Комиссию ООН, и продолжить там упорное доказательство своих притязаний. Одновременно, на основании статьи 83 всё той же Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, дающей возможность разграничения морских пространств и шельфа в рамках отношений прилежащих и противолежащих прибрежных стран, начать двусторонние и многосторонние переговоры с США, Канадой, Данией, Норвегией. Учитывая, что у всех у них есть не только трения с Россией, но и взаимные претензии, возможно, следует выступить с инициативой о созыве специальной конференции прибрежных арктических стран. Иными словами, перенести принятие решения по вопросам разграничения в плоскость международно-правовых отношений пятёрки морских арктических государств, а не всего мирового сообщества. Тем более что такой опыт есть: в 2008 году эти страны уже выступали совместно с Илулиссатской декларацией по правовым вопросам Арктики.

Оптимальным вариантом для России была бы договорённость о возврате к секторальному делению Арктики и закреплению за морями Лаптевых, Карским, Восточно-Сибирским и частью Чукотского (от острова Врангеля до Берингова пролива) статуса наших исторических вод.

***

Такой же важнейшей задачей является продолжение работы по укреплению обороноспособности наших северных рубежей. Усилия, которые прилагаются в этом направлении Российской Федерацией в последние годы, зачастую воспринимаются зарубежными, а иногда и отечественными аналитиками как «милитаризация» Арктики. На самом деле, это не так.

Ещё в годы «холодной войны» с появлением стратегических ядерных сил и Советский Союз, и Соединённые Штаты Америки рассматривали северные полярные пространства как наиболее вероятное направление удара наиболее вероятного противника. Это обусловлено тем, что именно через Северный полюс проходит самый короткий путь из Северной Америки к Евразии и обратно. В этой связи обе стороны развернули в Арктике мощные системы раннего обнаружения межконтинентальных ракет и самолётов противника и обеспечения контроля над движением своих носителей ядерного оружия, создали сеть аэродромов для размещения или обслуживания стратегических ядерных бомбардировщиков и истребителей-перехватчиков, организовали постоянное боевое патрулирование подводных лодок в Северном Ледовитом океане. После окончания «холодной войны» Соединённые Штаты продолжали развивать и совершенствовать свои наступательные и оборонительные силы и средства, в то время как в ходе реформ в России происходил упадок и системный развал армии и флота. Он не мог не коснуться, прежде всего, арктических группировок вооружённых сил, для содержания которых требовались особые организационные усилия и значительные денежные средства. Поэтому нынешние шаги по усилению нашего военного присутствия в Арктике являются только восстановлением утраченного, но никак не её «милитаризацией».

А между тем складывающаяся в настоящее время военно-политическая обстановка настоятельно требует уже не только восстановления, но и существенного повышения арктического оборонного потенциала России. Это связано с тем, что открывающиеся с глобальным потеплением потенциальные экономические и логистические возможности Арктики обусловили значительное повышение разноплановой активности в регионе заинтересованных стран и в сфере военной. Так, стратегия национальной безопасности Соединённых Штатов Америки определяет арктический регион как зону жизненно важных национальных интересов этой страны, а соответствующие директивы прямо указывают, что интересы эти должны отстаиваться любыми, в том числе односторонними действиями. В соответствии с ними на Аляске создаётся новая военно-морская база, укрепляются силы береговой и глобальной противоракетной обороны. Новые военные базы на островах Северного Ледовитого океана создаются Канадой. Соответствующими нормативными документами расширена операционная зона действий НАТО в Атлантике с включением в неё Арктики. Обсуждается вопрос о создании военного блока североевропейских стран.

Современные военные доктрины Соединённых Штатов Америки и НАТО особую роль отводят военно-морским силам. Раньше перед ними ставились задачи по обеспечению береговой обороны, взаимодействию с сухопутными войсками в ходе прибрежных наступательных и оборонительных операций и контролю над морскими коммуникациями. Условием успеха в выполнении этих задач считалось достижение превосходства над флотом противника, то есть предполагалось, что борьба на море будет вестись по принципу «флот против флота». С развитием ракетно-ядерного оружия и палубной авиации военно-морские силы получили в дополнение к прежним новую, более важную задачу: «флот против берега». Выполняя эти доктринальные установки, Соединённые Штаты Америки осуществили ряд беспрецедентных по масштабам программ по строительству атомных подводных лодок стратегического назначения и ударных авианосцев. Они оснащены самым современным оружием для уничтожения любых оборонительных или промышленных объектов вероятного противника, расположенных как на море, так и на берегу в глубине его территории. Кроме того, созданы высокоэффективные противоракетные системы морского базирования. По своему потенциалу военно-морские силы Соединённых Штатов Америки сегодня многократно превосходят любого вероятного противника, особенно на фоне развала и разграбления нашего флота в первое постсоветское десятилетие. Возможности эффективного использования этого потенциала значительно повышаются по мере освобождения акватории арктических морей от ледового покрова в ходе глобального потепления. Это несёт новые угрозы безопасности России, особенно в связи с принятием в 2004 году Соединёнными Штатами Америки авантюрной концепции «быстрого глобального удара». Эта концепция предполагает уничтожение ядерного потенциала вероятного противника (читай – России) превентивным массированным ударом с разных направлений высокоточным оружием сухопутного и морского базирования. Очевидно, что реализуемость такого сценария теоретически резко повышается в случае максимально равномерного размещения оружия вдоль границ объекта нападения. И если ещё некоторое время назад ударные группировки военно-морских сил с высокоточным оружием на борту могли быть размещены в Норвежском, Северном, Баренцевом, Беринговом и Японском морях, то по мере таяния льдов они могут быть введены и в моря Лаптевых, Карское, Восточно-Сибирское и Чукотское. В этом случае возрастает опасность не только из-за повышения степени уязвимости нашей территории, но и за счёт появления у противника дополнительных иллюзий относительно эффективности своего превентивного глобального удара и новых соблазнов нанести его.

Самым эффективным ответом на нарастающие угрозы является последовательное наращивание морской мощи России, как военной, так и гражданской её составляющих. В военной части приоритетом, безусловно, должно остаться выполнение программ строительства атомных подводных лодок стратегического назначения и обеспечивающих их боевую службу многоцелевых, поскольку только опасность получить ответный удар может предостеречь нашего вероятного противника от агрессивных авантюр. В то же время с военно-морских сил не снимаются и их традиционные задачи по береговой охране, поддержке действий сухопутных войск, охране государственных границ и морских коммуникаций. Это требует сбалансированности флота и по его родам, и по размещению. В этой связи актуальной становится задача по созданию новых крупных военно-морских баз в Арктической зоне России.

В необходимости этого убеждает и наш собственный опыт Великой Отечественной войны. Широко известны героическая оборона от немецко-фашистских захватчиков Кольского полуострова, морские сражения в Баренцевом море, Арктические конвои союзников. Но в те же годы не менее драматические и героические события происходили в Карском море. Немецкому командованию удалось создать на островах Франца-Иосифа, Визе, Подкова, Новая Земля базы для своих подводных лодок и системно проводить минирование устьев рек Обь и Енисей, проливов, соединяющих моря Карское, Баренцево и Лаптевых, регулярно атаковать конвои судов на трассе Северного морского пути. Автономность авиации и подводного флота, надёжность систем связи в те времена были несопоставимы с нынешними, но урон нашей экономике, военному и гражданскому флоту был нанесён огромный.

Сегодня значение этого района Арктики для всей нашей страны многократно возросло. Именно здесь, на Ямале, Гыдане и Таймыре расположены крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой промышленности, энергетики. Поэтому в районе Енисейского залива необходима новая военно-морская база, обеспечивающая, с одной стороны, защиту созданных огромными усилиями промышленных комплексов, а с другой – выход стратегических ракетоносцев в Северный Ледовитый океан. Вторая база должна быть размещена в Восточном секторе Арктики. Обе они не потеряют своего значения и в случае, если глобальное потепление сменится похолоданием, поскольку ледовые покровы будут только способствовать скрытности действий подводного флота России.

***

Нет лучше способа подкрепить и дипломатическую, и оборонную составляющие защиты национальных интересов России в Арктике, чем усиление экономической активности, наше постоянное деловое, не праздное присутствие в регионе.

Надо сказать, что на протяжении всей истории Российского государства при мощном покровительстве и протекционизме властей шло непрерывное освоение и заселение северных окраин страны. Особенно быстрое развитие Арктическая зона получила в годы Советской власти, когда здесь были созданы не имеющие аналогов на планете крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой, лесной и деревообрабатывающей, рыбной и пищевой промышленности, судостроения и судоремонта, энергетики, транспортно-логистические комплексы. И сегодня она вносит существенный вклад в экономику страны, обеспечивая четыре пятых добычи газа, треть улова рыбы, большую часть производства цветных и благородных металлов, лесопродукции, сырья для чёрной металлургии и химической промышленности. По показателям валового внутреннего продукта, добавленной стоимости и экспортной продукции на душу населения макрорегион занимает верхние строки в Российской Федерации.

В то же время многие арктические районы субъектов Федерации до сих пор находятся в крайне депрессивном состоянии после рыночных реформ. Оно и понятно, ведь ранее системообразующие для них предприятия создавались не по критериям их рыночной эффективности, а исходя из необходимости самообеспечения страны всеми видами ресурсов в условиях всевозможных санкций и ограничений, наложенных на Советский Союз геополитическими противниками с самого начала его существования. Брошенные на произвол рыночной стихии, они, где быстрее, где в затянувшейся агонии, были разорены и обанкротились, породив вокруг себя множество социальных проблем. Относительно устойчиво работает только небольшое число крупных предприятий, специализирующихся на добыче и первичной переработке таких видов природных ресурсов, мировые рынки которых исторически сложились как олигопольные с небольшим числом товаропроизводителей. Отдельными оазисами благополучия они расположены в некоторых районах Арктической зоны.

Груз накопленных за четверть века народнохозяйственных проблем велик. Они требуют незамедлительного решения, особенно с учётом новых возможностей в Арктике, с одной стороны, и геополитических угроз – с другой.

Именно поэтому Арктическая зона является одним из немногих макрорегионов российской Федерации, развитие которых определяется специально разработанными документами стратегического планирования. Сформулированные в них национальные интересы, приоритеты, цели и индикаторы их достижения определяют будущий облик российской Арктики. В качестве механизма реализации стратегических задач утверждена Государственная программа «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации». В своей последней редакции она включает три подпрограммы, посвящённые формированию опорных зон развития в арктических субъектах Федерации; обеспечению функционирования Северного морского пути; созданию новых подотраслей машиностроения для освоения минерально-сырьевых ресурсов Арктики. Кроме того, в четырнадцати других государственных и восьми федеральных целевых программах, направленных на решение общегосударственных или отраслевых проблем, содержатся значимые мероприятия, которые будут реализовываться в Арктической зоне.

Надо отметить, что и срок действия Госпрограммы развития российской Арктики – до 2025 года, и выделяемые на её реализацию средства федерального бюджета – порядка 200 млрд. руб. – невелики. Но важно то, что впервые в постсоветской России Арктическая зона стала предметом особого внимания, выделена в качестве самостоятельного объекта управления и статистического учёта. Выполнение Госпрограммы в полном объёме станет небольшим, но плацдармом для дальнейшего более масштабного развития макрорегиона.

В этой связи особого внимания заслуживает программное решение о создании специальных опорных зон развития в арктических субъектах Федерации. В отсутствие финансовых возможностей для сплошного комплексного социально-экономического развития всего макрорегиона именно они выступят в роли центров организации транспортного обслуживания и социальной жизни на огромных северных пространствах, образуют каркас фундамента поддержки новых инвестиционных проектов в высоких широтах. Каждая опорная зона будет представлять собой самостоятельный объект планирования – комплексный долгосрочный проект, включающий в себя отдельные промышленные, сельскохозяйственные, логистические и социальные проекты. Конкретный набор намечаемых к реализации проектов в разных опорных зонах индивидуален в зависимости от складывающейся в том или ином субъекте Федерации ситуации и наборе потребностей и возможностей. Так, в Воркутинской опорной зоне планируется ввод новых мощностей в угледобыче взамен выбывающих, усиление геологоразведочных работ на металлические и неметаллические полезные ископаемые с целью отраслевой диверсификации экономики, развитие функций транспортно-логистического центра для Северного Урала и Тимано-Печорской нефтегазовой провинции, реконструкция систем жизнеобеспечения. Чукотская опорная зона сориентирована на реализацию проектов в области развития морского, авиационного и автомобильного транспорта, горнодобывающей промышленности, традиционных отраслей сельского хозяйства.

Надо особо отметить, что создание опорных зон развития в новейшей управленческой практике – дело новое. Само это понятие имеет собственное содержание, не совпадающее со смыслом ставших уже традиционными «территорий опережающего развития» или «особых экономических зон». Опорные зоны развития, выступая в качестве комплексных проектов, при необходимости будут включать в себя и те, и другие, равно как и иные инструменты, повышающие привлекательность инвестиционных проектов. Новизна дела требует незамедлительного принятия специального федерального закона. Его проект подготовлен, но, как водится в последние годы, погребён в недрах правительственного аппарата.

С точки зрения отраслевой Госпрограмма предусматривает модернизацию и ускоренное развитие в Арктической зоне рыбодобывающей, рыбоперерабатывающей промышленности и аквакультуры; судостроения и судоремонта; деревообработки; арктического туризма; традиционных для Севера отраслей сельского хозяйства; здравоохранения и образования с использованием технологий телемедицины и дистанционных систем обучения. Но почти две трети всех запланированных к реализации проектов приходится на геологоразведку, добычу и первичную переработку полезных ископаемых.

Авангардную роль будет играть нефтегазовый комплекс: главные в стране центры добычи углеводородов последовательно смещаются с Крайнего Севера за Полярный круг. В рамках Ямало-Ненецкой опорной зоны продолжится освоение месторождений на Ямале, на очереди – Гыданский полуостров. Предстоит увеличение объёмов геологоразведочных и добычных работ в Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции в Ненецкой и Воркутинской опорных зонах, на севере Красноярского края в Таймыро-Туруханской опорной зоне. Принципиально новый этап в развитии отечественной нефтяной и газовой промышленности с точки зрения техники, технологии, организации производства начался с освоением месторождений арктического шельфа. Эта работа будет продолжаться во всё более расширяющемся масштабе. Уже сегодня ПАО «Газпром» и ПАО «НК Роснефть» получили лицензии на право пользования десятками нефтегазоносных участков на побережье всех омывающих берега России морей Северного Ледовитого океана – от Баренцева на западе до Чукотского на востоке. Получены и первые хорошие результаты развёрнутых геологоразведочных работ, например, на участках Хатангский и Хара-Тумус шельфа моря Лаптевых.

Что касается добычи твёрдых полезных ископаемых, то Госпрограммой предусмотрена реализация ряда проектов по модернизации действующих производств и наращиванию минерально-сырьевой базы для них в Кольской, Воркутинской, Таймыро-Туруханской, Северо-Якутской и Чукотской опорных зонах развития. Планируется и организация новых предприятий по добыче угля, цветных, благородных и редкоземельных металлов.

Главным проблемным вопросом для развития природно-ресурсного комплекса Арктической зоны России остаётся недостаточная геологическая изученность этого громадного и до сих пор труднодоступного макрорегиона страны, особенно его восточной части – от Енисея до Берингова пролива. Решение этого вопроса возможно через возврат к трёхстадийной системе планирования и проведения геологоразведочных работ. В этой схеме первая стадия – региональные работы, целью которых является не открытие конкретных месторождений, а общегеологическое изучение территории и выявление перспективных на те или иные полезные ископаемые площадей или провинций – должна осуществляться за счёт средств государства. Проведение же следующих стадий работ – поиск месторождений на выявленных перспективных площадях и их разведку – целесообразно возложить на недропользователей за счёт их собственных средств или, в особо сложных условиях, на принципах государственно-частного партнёрства. Естественно, платежи за недропользование и условия выдачи лицензий на стадию поиска должны быть значительно более льготными, чем на стадию разведки уже опоискованных месторождений. Такая ранее существовавшая и хорошо себя зарекомендовавшая схема позволила бы стимулировать интерес частных компаний, в том числе малого и среднего бизнеса, к вложению средств в геологоразведку. Источником средств для финансирования государственной доли работ могут послужить отчисления части природоресурсных налогов и платежей в специальный фонд геологического изучения территории страны. Здесь можно провести прямую аналогию с дорожными фондами. В своё время от них отказались, но деградация дорожного хозяйства почти до крайней черты заставила восстановить и федеральный, и региональные дорожные фонды. В геологии ситуация полностью идентична.

Есть все основания полагать, что при правильной постановке дела по изучению недр прибрежные районы и шельф арктических морей станут надёжной минерально-сырьевой базой для народного хозяйства России в XXI веке. В то же время необходимо отчётливо понимать, что все виды природных ресурсов на планете конечны и их использование должно быть крайне рачительным. В этой связи настало время законодательными решениями полностью прекратить вывоз из страны тех видов сырья, использование которых будет определять научно-технический прогресс уже в ближайшее время, - например, редкоземельных металлов и элементов, некоторых цветных металлов. В случае если такое сырьё не находит пока спроса на внутреннем рынке, его месторождения должны быть просто зачислены в государственный резерв. К сожалению, в силу сложившегося в последнюю четверть века механизма вхождения России в систему мирохозяйственных связей, сегодня рано ставить вопрос о количественных ограничениях экспорта традиционных продуктов отечественной добывающей промышленности. Но необходимо прекратить хотя бы стимулирование его наращивания. Речь идёт, к примеру, о льготных режимах налогообложения на территориях опережающего развития, создаваемых сейчас на Дальнем Востоке специально для добычи предназначенных для экспортных поставок угля, руд цветных и чёрных металлов, других полезных ископаемых. Их организация бессмысленна и там, и даже в более сложной для освоения Арктической зоне Российской Федерации. Ведь, при практически нулевых доходах государства от принадлежащих всему народу природных ресурсов, в финале мы получим только снижение цен на них за счёт усиления конкуренции со своими же производителями из других регионов страны на мировых рынках – и лунные пейзажи отработанных карьеров. Стоит ли лишать будущие поколения россиян ресурсов ради галочек в отчётах об увеличении физических объёмов валового национального продукта? Нет, конечно. Вот почему минерально-сырьевой потенциал российской Арктики должен использоваться по мере государственной необходимости или созревания такой мировой рыночной конъюнктуры, когда эксплуатация месторождений частным капиталом обеспечивает выплату в бюджет всех положенных рентных платежей. Как известно, в настоящее время они имеют форму налога на добычу полезных ископаемых. Надо взять за правило, что никто и никогда не может быть освобождён от этого налога без крайней государственной нужды. В этом смысл общенародной собственности на недра.

***

В сознании большинства россиян слова «Арктика» и «Северный морской путь» уже давно стали почти синонимами. Это вполне объяснимо, ведь героическое освоение морских просторов высоких широт для крайне необходимой транспортной связи запада и востока страны стало одним из значимых достижений Русской цивилизации. Но до самого последнего времени Северный морской путь был, по сути дела, каботажной трассой с очень сложной в организационном отношении схемой караванной проводки судов в своём восточном секторе. Использование его в таком виде в качестве международной транзитной транспортной магистрали было, прямо скажем, маловероятной фантазией. Грузоотправителям требуется надёжный постоянно действующий путь, а не сезонный с зависящими от ледовой обстановки сроками навигации.

Ситуация коренным образом изменилась с активным освоением нефтегазовых месторождений Ямала и строительством в Обской губе двух новых морских портов для отгрузки сжиженного газа и сырой нефти – Сабетта и Новый Порт. Создаваемая газовиками и нефтяниками грузовая база уже сегодня требует ежесуточной отправки судов из этих портов по Северному морскому пути. Причём движение должно быть организовано как на запад, так и на восток. Если к этому добавить увеличивающийся в связи с геологическим изучением шельфа и созданием опорных зон развития в Арктике поток традиционных грузов, становится ясно, что Северный морской путь должен приобрести новое качество. Образно говоря, он должен превратиться в подвижный, но постоянно действующий канал в морских льдах. Именно в этом качестве наша арктическая морская магистраль одновременно с удовлетворением потребностей отечественного народного хозяйства может стать привлекательной для европейских и азиатских грузоотправителей.

Такая задача – дело инновационное, по степени сложности не имеющее аналогов в мировой практике. В рамках Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации начато создание материальной базы для её решения. Строятся три мощных атомных ледокола, проектируется их новая, ещё более технически совершенная и энерговооружённая серия. Проводятся мероприятия по повышению надёжности и степени освещённости арктических морей гидрометеорологическими данными. Планируется ввод в эксплуатацию модернизированной ледово-информационной системы «Север» и ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс» с размещённым на ней современным исследовательским комплексом. Готовятся к запуску спутники для обеспечения надёжной связи в самых северных широтах. По заказам работающих в Арктике российских компаний запущено строительство дизель-электрических ледоколов для обслуживания подходов к морским портам и устьям судоходных рек, серий морских судов ледового класса дедвейтом от 40 до 120 тыс. тонн для перевозки контейнеров, негабаритных грузов, нефти, сжиженного газа, начата их эксплуатация. Реализуется и целый ряд других важных программных мероприятий. В совокупности они дадут Северному морскому пути новое качество транспортной магистрали мирового уровня.

Но для полнокровного его функционирования необходимо не только обустроить собственно морской путь, но и самым существенным образом укрепить береговую инфраструктуру. Прежде всего, речь идёт о портовом хозяйстве. Программными документами по Арктике предусмотрена реконструкция морских портов Диксон, Тикси, Певек и Провидения. С ростом объёмов перевозок по Северному морскому пути новые возможности для развития получат наши главные океанские центры – Мурманск и Петропавловск-Камчатский. В них предполагается организовать логистические хабы для перегрузки контейнеров и наливных грузов с судов ледового класса на обычные и наоборот. Такой комбинированный способ перевозок на разных участках межконтинентальных трасс разными типами кораблей экономически пока наиболее обоснован. Важнейшим шагом не столько макрорегионального, сколько общегосударственного значения станет создание в западной части российской Арктики новых морских портов с подводящими железнодорожными линиями в Архангельске, Индиге, Усть-Каре и Беломорске. Необходимость их создания вытекает в том числе из складывающихся геополитических обстоятельств. Как известно, с распадом Советского Союза целый ряд крупных портов на Балтике, к которым с 1860-х годов на протяжении почти полувека строились железнодорожные линии из Центральной России для экспортно-импортных операций, оказался за рубежами нашего государства. Для компенсации потерянных логистических мощностей в последние два десятилетия значительное развитие получили морские порты восточной части Финского залива – от Усть-Луги до Выборга. Но ни действующие, ни потенциальные возможности этой группы портов не в состоянии переработать весь нарастающий грузопоток, и его существенная часть направляется конечным потребителям через транспортные системы теперь уже иностранных и далеко не дружественных нам государств. Таким образом, российский Балтийский транспортный узел и по мощности недостаточен, и уязвим для всякого рода санкций и блокад. Вот почему есть настоятельная необходимость в новых портах в Европейской части страны с прямым выходом в океан. Их можно создать только на арктическом побережье. Здесь уместно провести прямую аналогию с событиями времён Первой мировой войны. Тогда блокада германским флотом заливов Балтийского моря отрезала Россию от союзников, и срочно было принято решение о строительстве в тяжелейших военных условиях морского порта в Кольском заливе и железной дороги Петрозаводск-Мурманск.

Наиболее масштабным проектом развития арктической морской портовой инфраструктуры является строительство многофункциональных глубоководных портов в районе Архангельска и в Индиге с двумя новыми подводящими железнодорожными линиями. Первая из них – Белкомур – по маршруту Соликамск – Сыктывкар – Вендига – Карпогоры – Архангельск обеспечит прямой доступ промышленной продукции предприятий Урала к океанскому побережью. Вторая линия Индига – Сосногорск с дальнейшим выходом через Ивдель на планируемую к сооружению Северо-Сибирскую железнодорожную магистраль создаст новый транспортный коридор для экспортно-импортных грузов Сибири. Обе линии имеют выходы на действующую Северную дорогу и будут использоваться для экспорта части угля и углеводородов, добываемых в Воркуте и на Ямале. Таким образом, грузовую базу для вновь создаваемых глубоководных морских портов составит промышленная и сельскохозяйственная продукция собственно арктических Архангельской, Ненецкой, частично Ямало-Ненецкой и Воркутинской опорных зон, а также Урала и Сибири. Её прогнозный объём превосходит планируемые мощности глубоководных портов Архангельска и Индиги и потребует переадресовки части грузов в Мурманск и российские порты на Балтике. Расчётная стоимость обоих проектов создания новых арктических портов и железнодорожных подводящих к ним линий велика, составляет порядка половины триллиона рублей для каждого. Но сравнительно быстрая окупаемость делает их привлекательными для инвесторов, и уже прорабатываются вопросы финансирования строительства Белкомура и Архангельского порта на условиях концессии. На очереди – Индига.

***

Динамика развития геополитических событий, связанные с этим усилия по укреплению обороноспособности наших северных рубежей, планы по развитию Арктической зоны Российской Федерации настоятельно выдвигают в повестку дня вопрос о необходимости создания сквозной от Мурманска до Анадыря Трансарктической железнодорожной магистрали. На первый взгляд, на сегодняшний день такой проект кажется нереальным. Но более детальное рассмотрение показывает его осуществимость в ближайшие десять-двенадцать лет. В самом деле, связь Мурманска с Северной железной дорогой уже существует (Мурманск – Беломорск – Обозёрская – Коноша). Реконструкция с увеличением провозных возможностей Северной железной дороги от Коноши до Лабытнанги предусмотрена инвестиционными программами ОАО «Российские железные дороги». Строительство нового участка Лабытнанги – Коротчаево начинается в рамках одобренного специальной межведомственной рабочей группой правительства России проекта «Северный широтный ход». Его финансирование будет осуществляться совместно правительством Ямало-Ненецкого автономного округа, ОАО «Российские железные дороги», ПАО «Газпром» с использованием механизмов государственно-частного партнёрства в форме концессии. По такой же схеме с участием заинтересованных компаний нефтегазового сектора, горнодобывающей промышленности, энергетики вполне реально построить и следующий участок от Коротчаево до Игарки и Дудинки. Это уже половина пути. А дальше – на восток, к минерагеническим провинциям месторождений платины, меди, никеля и кобальта Восточного Таймыра, алмазов и редкоземельных элементов северо-западной Якутии, цветных и благородных металлов северо-востока Якутии и Чукотки.

Трансарктическая железнодорожная магистраль станет опорным хребтом для намечаемых к строительству линий Белкомур, Индига – Сосногорск, Воркута – Усть-Кара, Обская – Бованенково – Сабета, значительно повысит эффективность использования меридианных внутренних водных путей по рекам Обь, Енисей, Хатанга, Анабар, Лена, Яна, Индигирка, Колыма для обеспечения жизнедеятельности материковых районов Арктики и Крайнего Севера. Как показывает опыт создания Западно-Сибирского нефтегазодобывающего территориально-производственного комплекса, кратно снизятся затраты на освоение месторождений углеводородов и твёрдых полезных ископаемых шельфа и побережья морей Северного Ледовитого океана. Ещё больше, чем в экономическом плане, трансарктическая магистраль будет иметь значение для обеспечения обороны северных рубежей, связанности и политической целостности Российской Федерации.

Госпрограммой развития Арктической зоны России, кроме развития внутренней автодорожной сети в опорных зонах, предусматривается и строительство межрегиональных дорог федерального значения. В качестве наиболее важных из них можно выделить Нарьян-Мар – Усинск и Колыма – Омсукчан – Омолон – Анадырь.

Необходимо особо отметить, что развитие в Арктике железнодорожного и автомобильного транспорта не является альтернативой морскому. Напротив, снимая с него небольшую часть нагрузки по логистическому обслуживанию внутренней жизни макрорегиона, они значительно усиливают экспортную и транзитную функции Северного морского пути, обеспечивая надёжность работы береговой инфраструктуры, способствуя созданию для него новой грузовой базы.

Разреженность пространства с точки зрения размещения поселений предопределяет особое значение для Арктики воздушного транспорта. Однако малая авиация, обслуживающая небольшие населённые пункты, находится в крайне запущенном состоянии. Эксплуатируются использующие дорогостоящее топливо морально и физически устаревшие летательные аппараты, рейсы выполняются нерегулярно, цены на билеты запредельны с точки зрения платёжеспособности населения, ежегодно прекращают своё существование многие местные аэропорты и авиаплощадки. Зачастую транспортные связи северных посёлков с остальным миром восстанавливаются только с наступлением сильных холодов, когда открываются ледовые переправы через реки и автозимники.

Такое положение дальше становится нестерпимым. Вот почему, несмотря на то, что в последней редакции Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации ещё и чернила не высохли, необходимо уже сейчас дополнять её специальным разделом о Полярной авиации. Она должна включить в себя и порядок отнесения воздушных линий к социально-значимым, субсидируемым; и план восстановления и принципы финансирования содержания местных аэропортов и площадок; и программу разработки и выпуска новой авиационной техники.

***

Развитие Арктической зоны окажет позитивное влияние на экономическое состояние других макрорегионов России, обеспечивая их предприятия углеводородным и минеральным сырьём, создавая транспортные возможности для выхода на рынки произведённых ими товаров. Но реализация арктических проектов приведёт ещё к одному важному последствию: макрорегион сам становится крупнейшим потребителем продукции высоких технологий. Потребуются отвечающие особым условиям работы в экстремальном климате надёжные средства связи и автоматизации производственных процессов, экономичные автономные энергоисточники, подводные и подземные роботы, беспилотные транспортные средства и множество других новейших материалов, приборов, устройств, машин и механизмов. Всё это может быть создано только с использованием возможностей шестого технологического уклада. Таким образом, Арктика рождает спрос на продукцию производств нового уклада. Это важнейший стимул для активизации работы научных центров, реконструкции на новейшей технологической основе всего транссибирского промышленного пояса от Урала до Владивостока.

В этом контексте особенно важно развитие транспортного машиностроения. К сожалению, на сегодняшний момент все его подотрасли далеко не удовлетворяют потребности страны даже в стандартных моделях транспортных средств, не говоря уже о специальном арктическом исполнении.

Если атомные ледоколы для Северного морского пути строятся на отечественных судоверфях, то почти все дизель-электрические, а также танкеры и сухогрузы ледового класса заказываются в Южной Корее, Германии или Финляндии. Закупки подвижного состава для высокоскоростных железных дорог сориентированы на немецкие образцы. Автомобильная техника высокой проходимости в северном исполнении выпускается не серийно, а мелкими партиями. Но в особенно тяжёлой ситуации находится авиапарк местных воздушных линий. Старые испытанные «рабочие лошадки» внутрирегиональных авиаперевозок – самолёты АН-2 и АН-24 – доживают свой век. Последние экземпляры этих выдающихся по конструкции и исполнению машин вырабатывают остатки своего индивидуального ресурса. Им на смену приходит разношёрстная импортная рухлядь.

В качестве причин отсталости отечественного транспортного машиностроения обычно называют перезагрузку производственных мощностей оборонными заказами, недостаток рабочих и инженерных кадров, отсутствие технологических компетенций. Но на самом деле это не причины, а объяснения. Ведь если нет свободных мощностей – надо строить новые заводы, нет кадров – необходимо их готовить, нет технологий – их можно купить, одновременно создавая отечественные. Причиной же является отсутствие в стране системы стратегического планирования и промышленной политики, выделения в их рамках главных приоритетов.

Достройка общенационального каркаса транспортных магистралей, в том числе арктических, создание с опорой на возможности шестого технологического уклада современной индустрии транспортных средств, обеспечивающей основные потребности страны их собственным производством, не могут не быть одним из таких приоритетов. Для гигантской по территории России это такой же важности задачи с точки зрения обеспечения единства, целостности и безопасности государства, как постоянное поддержание боеспособности вооружённых сил. Наш собственный опыт показывает, что они вполне решаемы. Достаточно вспомнить, что в 1880-е годы царской Россией строилось по две тысячи километров железных дорог в год; что в 1930-е годы в стране, буквально на пустом месте, были созданы автомобильная и авиационная промышленность; что в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны были построены и успешно работали десятки новых авиазаводов, модели выпускаемых самолётов менялись каждые полгода и было достигнуто полное превосходство над противником не только по количеству, но и по качеству летательных аппаратов; что вплоть до начала 1970-х годов продукция советского автопрома была вполне конкурентоспособна на мировом рынке; что первый в мире атомный ледокол был построен отечественным судопромом; что вышедший на линию Москва – Ленинград ещё в 1974 году наш электропоезд ЭР-200 имел скоростные характеристики, вполне сопоставимые с современным импортным «Сапсаном». Можно привести ещё множество примеров из истории промышленности и транспорта. Они все подтвердят общий вывод, что при наличии политической воли и концентрации усилий можно решить самые сложные задачи. А сегодня развитие транспорта и транспортного машиностроения выдвигаются в число самых первоочередных. Вот где должна быть истинная сфера применения всевозможных особых экономических зон, территорий опережающего развития и других механизмов стимулирования инвестиций, а не в добыче полезных ископаемых или отвёрточной сборке импортного ширпотреба.

Что касается специального транспорта в северном исполнении, то для России самой судьбой уготована необходимость стать лидером в производстве всех его видов в мировом разделении труда. Размещение же предприятий общего, специального и транспортного машиностроения в существующих, а при необходимости и вновь создаваемых промышленных центрах Урала, юга Сибири и Дальнего Востока даст мощный стимул для желаемого сдвига экономической активности в восточные регионы страны.

***

При всей важности других, ключевым всё-таки является вопрос о Человеке в Арктике: кто и почему продолжит дело её освоения в современной буржуазной России. Вопрос этот далеко не праздный, ведь начавшийся в первые же годы реформ процесс обезлюдивания северов продолжается и доныне. Разорение и гибель предприятий, брошенных в реформенное время на произвол судьбы, привели к обнищанию людей, деградации социальной сферы, запустению городов и посёлков. Конечно, и во многих других районах страны есть аналогичные проблемы. Но на Севере они гораздо острее. Из-за крайней дороговизны жизни в экстремальных природно-климатических и экономико-географических условиях здесь в значительно меньшей степени, чем в целом по России, доходы населения соотносятся с прожиточным минимумом. Возможности для развития малого бизнеса ограничены из-за повышенных издержек любого производства на северах и, как следствие, низкой конкурентоспособности большинства видов своей продукции перед привозной. Дороговизна и деградация транспорта обусловливают низкую динамику перемещения людей для поиска новой работы, учёбы, повышения квалификации. Переезд к новому месту жительства зачастую просто невозможен из-за отсутствия средств на покупку жилья, когда продажа имеющегося не может служить их источником в условиях полного отсутствия спроса на дома и квартиры в арктических населённых пунктах. Образуется замкнутый круг безысходности. Не будет преувеличением сказать, что в ряде районов Крайнего Севера происходит одичание жизни, а главным источником существования людей становятся те или иные формы бюджетной поддержки или примитивная самозанятость: охота, рыбалка, сбор дикоросов, случайные заработки.

Есть в Арктической зоне и относительно благополучные, и даже передовые в социально-экономическом отношении районы и целые субъекты Федерации. К их числу относятся крупные города с многопрофильным хозяйством, моногорода с предприятиями военно-промышленного комплекса, зоны деятельности горнодобывающих и нефтегазовых компаний.

Но в целом острота социальных проблем в северных районах страны, куда кроме Арктической зоны относятся Крайний Север и приравненные к нему местности, не снижается с течением времени. Старая советская система материальных стимулов давно превратилась в архаику и продолжает существовать лишь в качестве политической демонстрации заботы государства о северянах. Нормативные положения о государственных гарантиях льгот и компенсаций в более или менее полном объёме применяются только в отраслях бюджетной сферы. Да и здесь это применение во многом формально. Так, районные коэффициенты к заработной плате уже давно утратили свою функцию полной компенсации удорожания стоимости жизни, а абсолютная величина северных надбавок настолько мала, что никак не может служить стимулом к закреплению кадров. И те, и другие начисляются, чтобы хоть как-то прикрыть бедность бюджетников. Что касается бизнеса, то малые и средние предприятия из-за низкого уровня доходов в условиях жёсткой конкуренции с привозной продукцией и услугами не в состоянии взять на себя ещё и выполнение государственных, по сути своей, гарантий и льгот. Крупные же компании выстраивают собственные корпоративные системы оплаты труда, по своему усмотрению трактуя те или иные нормативные положения.

И на государственном уровне, и в общественном сознании уже давно существует понимание необходимости разработки и законодательного закрепления новой системы льгот и гарантий для северян, отвечающей рыночным реалиям. Но даже не череда политических событий или экономических кризисов, а сама сложность проблемы послужила препятствием для принятия уже явно перезревших решений. Ведь надо из множества несводимых к единому измерителю критериев отнесения тех или иных территорий к Арктике, Крайнему Северу и приравненным к нему районам выбрать один. С учётом разнообразных медико-биологических и иных факторов установить оптимальный и обоснованный набор льгот и преференций для северян, разработать методики измерения их стоимостного эквивалента. Разнести ответственность за соблюдение установленных норм между государством и бизнесом, организовать систему контроля над их соблюдением, найти источники финансирования новых бюджетных обязательств. Есть и много практических вопросов. Например, как компенсировать рост удорожания стоимости жизни: через увеличение выплат или посредством особого контроля над ценами на потребительском рынке, в том числе путём организации государственного завоза жизненно-важных товаров в районы с ограниченными сроками их доставки? Специальных решений требует и социальная проблематика коренных малочисленных народов Севера. Надо признать, наконец, что к их традиционным занятиям и промыслам неприменим чисто рыночный подход. Здесь требуются особые системы заготовок и закупочных цен.

Конечно, Север есть Север, и здесь не бывает простых задач. Но при всей их сложности нельзя откладывать принятие решений. А сейчас ситуация другая: при подготовке Госпрограммы развития Арктики подспудно полагалось, что рост экономики сам по себе снимет остроту социальных проблем за счёт увеличения доходов населения. На практике выяснилось, что это не так. Бизнес не может развиваться без рабочей силы, а человек не может воспроизводить свою способность к труду без должного уровня доходов, который не обеспечивает бизнес. Круг замыкается. Надо вовремя рубить «гордиевы узлы» проблем.

До сих пор не стихают дискуссии по поводу того, целесообразно ли дальнейшее содержание небольших городов и посёлков, созданных в советский период освоения Арктической зоны и Крайнего Севера, не лучше ли их ликвидировать и в дальнейшем использовать исключительно вахтовый метод работы. Очевидно, что правильный ответ заключается в том, что судьбу каждого населённого пункта надо решать в зависимости от перспектив расположенных там производств, особенно если хозяйство моноотраслевое. Но при любых конъюнктурных обстоятельствах надо оберегать и поддерживать все существующие поселения, выполняющие административные и логистические функции. Они должны быть выдвинутыми вперёд аванпостами в Арктике, осуществлять роль организаторов экономического, социального и культурного пространства. Поэтому в новых документах стратегического планирования необходимы специальные программы поддержки таких больших и малых арктических центров с точки зрения ликвидации аварийного и ветхого жилья, развития коммунального хозяйства, создания в них объектов здравоохранения и образования, обслуживающих всю окружающую территорию на основе новых телекоммуникационных технологий.

Непосредственно же при реализации удалённых инвестиционных проектов лучше использовать вахтовый метод. Уже накопленный опыт показал, что наиболее эффективны и безопасны для здоровья людей вахты в пределах одного часового пояса. Это означает, что центры формирования коллективов вахтовиков должны быть в южных районах Урала, Сибири, Дальнего Востока. Таким образом, транссибирский промышленный пояс станет тыловой опорой российской Арктики не только с точки зрения обмена ресурсами, но и в человеческом измерении.

Конечно, вахтовый метод имеет множество недостатков. Но его использование оправдано не только с экономической точки зрения, но и как инструмент формирования ценных личностных качеств человека. Арктика требует высокого уровня профессиональной подготовки, умения работать в коллективе, развитого чувства долга и ответственности, собранности и дисциплинированности, доведённой до автоматизма взаимовыручки. Эти ценные качества, приобретённые человеком на Севере, остаются с ним на всю жизнь.

***

После распада Советского Союза Россия стала ещё более северной страной, чем когда-либо в своей истории. Наверное, лучше всех это понимают космонавты, наблюдая с огромных расстояний, как держава наша приютилась на самой макушке Земли у Северного полюса. Разнообразная деятельность в Арктике уже стала нашей повседневностью, а не каким-то отдалённым эпическим явлением. По факту это давно так, достаточно посмотреть ресурсные и финансовые балансы страны. Постепенно приходит и осознание, что не только настоящее, но и будущее государства напрямую зависит от состояния дел на российском Севере. Вот почему должна быть продолжена работа по выработке и, самое главное, практической реализации стратегических и тактических решений по его динамичному развитию. Это особенно важно в условиях нарастания претензий наших геополитических соперников на доминирование в Арктике.

Некоторые могут возразить, что сегодня Россия не имеет финансовых ресурсов для экономического, логистического и военного укрепления позиций в столь отдалённом, сложном и ресурсоёмком макрорегионе. На самом деле, об этом смешно и говорить, когда наша страна уже четверть века является финансовым донором всего мира, а львиная доля вывозимых из России средств рождается именно на отечественных северах. Надо развернуть обратно могучие эти финансовые потоки и их мелкие ручейки. Как это сделать – давно известно и из теоретических разработок многих наших экономистов, и из опыта других стран. Нужна только политическая воля к изменению действующего сейчас в России компрадорского хозяйственного механизма.

Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров


Россия. Азия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466315 Сергей Караганов

Дальний Восток станет модным, всё только начинается – Сергей Караганов

Главный автор идеи «поворота на Восток», политолог и экономист рассказал, когда ждать «реальных экономически мощных результатов» в регионе

Как сделать Сибирь и Дальний Восток модными и поможет ли в этом Москва. Какую выгоду эти регионы могут извлечь из своего холода. Чего уже удалось добиться на пути развития дальневосточных территорий и когда ждать "реальных экономически мощных результатов". Об этом и многом другом в интервью ИА AmurMedia рассказал, как говорят, главный автор идеи "поворота на Восток", политолог и экономист, учёный-международник, почётный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, декан факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ Сергей Караганов.

В Азии мы теперь свои

– Сергей Александрович, в уходящем году в России была широко заявлена дальневосточная повестка. Немало говорилось и говорится на тему развития Дальнего Востока. По Вашим оценкам, многого ли удалось достичь в практической плоскости?

– На разговоры мы мастаки. Но и на дела тоже горазды – русские долго запрягают, потом быстро поедут. В 2017 году началось и реальное движение. Начали работать ТОРы, открылись новые предприятия. Пока это начало. Однако маховик экономического развития Дальнего Востока раскручивается.

Думаю, реальные экономически мощные результаты мы получим через 3-4 года.

Сейчас определённые изменения к лучшему на Дальнем Востоке происходят, но отток жителей пока не остановлен. Хотя в некоторых регионах – на Чукотке, в Якутии – начался прирост населения, что уже неплохо. Тем не менее, повторюсь, всё только начинается.

– Владимир Путин определил, что "развитие Дальнего Востока – национальный приоритет для Российской Федерации в XXI веке". Также глава государства назвал среди прочих исторических вызовов, на которые нашей стране предстоит достойно ответить, развитие Арктики, Дальнего Востока, Сибири. Если с "приоритетом" всё понятно, то что означает в данном контексте "исторический вызов"? Брошенная нам перчатка? Или – если не мы, то кто-то другой?

– Когда в 2009 году мы начинали новый тур обоснования экономического поворота на Дальний Восток, залезли в глубокие тенденции мирового развития и выяснили, что Россия получила благодаря объективным тенденциям развития Азии конкурентные преимущества, которые может и должна использовать. Прежде всего, благодаря спросу на водоёмкие и энергоемкие товары. Сибирь и Дальний Восток были бы либо колонией, либо тылом в противостоянии с Западом и, иногда немножко фронтом– с Японий, потом с Китаем. Взрывное развитие Азии, особенно Китая, создаёт новые рынки. Мы должны понимать, что 35-40 лет тому назад условный центр мировой экономики находился к западу от Великобритании, сейчас он находится в районе Турции, через 10-15 лет будет на границе с Китаем.

Поворот на Восток не является отказом от Европы, а движением в сторону новых, прогрессивных рынков.

У Китая, Индии в 90-х годах появились огромные возможности, которые мы проспали. Занимались совсем не тем, были не слишком образованы, увлечены только европейскими веяниями. Сейчас мы только раскручиваем новую восточную политику в экономической и политической сферах.

А нужно ещё заняться культурно-идеологической повесткой дня. Всё только начинается. Но совершенно очевидно, что центр мира переместился в Евразию и частично в Тихий океан. Там главные рынки – политические, экономические, любые другие.

Что касается Арктики, это потенциальная мощнейшая кладовая всех ресурсов. Мы немного не понимаем, что эти ресурсы в нынешних обстоятельствах – хайтек. Если мы добываем, перерабатываем и продаём современные, интересные, сложные ресурсы, то это одно из наших конкурентных преимуществ. Четыре года тому назад все с негодованием говорили: как же так, наши Сибирь и Дальний Восток станут аграрно-сырьевым придатком. А Канада? Аграрно-сырьевой придаток США? Австралия, весьма развитая страна, является аграрно-сырьевым придатком Азии? Просто надо смотреть на наши конкурентные преимущества. Мы начинаем, наконец, к ним обращаться.

– Центр мирового экономического развития смещается в Азию. Следует ли из этого, что долговременное ухудшение отношений с Западом не является причиной курса России на Восток?

– Первые попытки повернуть на Восток в экономике и политике предпринимались в 1999 году. Тогда какие были отношения с Западом? Все ещё в целом хорошие. В наших расчётах конца прошлого десятилетия, то есть 2000-х годов, было заложено замедление развития Европы. Тогда же возникло понимание того, что структура внешнеэкономических связей, сложившаяся в развале 1990-х и хаотического восстановления экономики под золотым дождём 2000-х годов, не очень выгодна России. Мы продавали нефть и газ, а покупали дорогие и очень часто из-за этого экономически неэффективные товары. Мой любимый пример – вот эти очки (снимает их). В немецком исполнении они стоят 450 евро, в южнокорейском – 50. Качество, между тем, одинаковое. Но главное во всём этом – экономическая составляющая. Мы говорим, что Азия поднимается, и нам необходимо выходить на их рынки, меняя нездоровую структуру внешнеэкономических связей. Наравне с экономической историей, есть и политическая.

Нам нужно быть в Азии, потому что там – будущее. Это не антиевропейская позиция. Ухудшение отношений с Западом тенденцию к повороту на Восток усилило, придало ей внешнеполитический и в какой-то мере идеологический характер. Я рад этому.

В прошлом году мы констатировали, что наиболее передовая и руководящая часть российской элиты, стала из периферийно-европейской, стремящейся к центру и готовой платить за это приближение, считать себя центрально-евразийской. Соответственно, она больше ни за что платить не хочет и предлагает дружить с Европой в больших евразийских рамках, учитывая Китай, Японию и так далее. Плохо, что в Азии нас не считали своими.

– А сейчас?

– Сейчас начали считать. Перелом наступил в 2017 году. Мы уже вышли в плюс. У нас ещё недостаточно активности в региональных группировках, не хватает экономической активности, но там уже вопрос "свой-чужой" не стоит. В 2016-2017 годах его вообще перестали задавать. Это означает шаг к привлечению инвестиций, запрос на нашу активность.

"Национальная идея – в силе и здоровье народа"

– Поворот на Восток и развитие Дальнего Востока – грани одного камня. Возможно их свести в национальную идею?

– Если один Дальний Восток, то нет. В нашей политике по развитию дальневосточных земель есть пока очень слабая черта. Замыслив поворот на Восток, мы указывали на Сибирь и Дальний Восток. Вообще, Дальним Востоком англичане назвали для них дальний, а Ближним – для них ближний. А для нас Дальний Восток является более чем близким. И в то же время для многих из нас Дальний Восток – непонятная сущность. Нужно, по-моему, переименовать.

Я бы все дальневосточные территории назвал тихооокеанской Сибирью или тихооокеанской Россией.

Нужна единая политика по развитию Зауралья. Сибирь и Дальний Восток развивались как единый организм, не было двух регионов изначально. Вся история региональной программы по развитию Дальнего Востока возникла из-за бюрократической борьбы между министерствами – вот они и выделили Дальний Восток. А сибирский промышленный потенциал, который мог бы сильно подпирать развитие Дальнего Востока, находится всё-таки в Центральной Сибири. Она подвержена так называемому континентальному проклятию. То есть, у неё нет близкого рынка. Если же развивать всё вместе, то будет образование синергии и для восточных, и для западных регионов Сибири. Эту задачу мы будем ставить перед обществом и государством уже в наступающем году.

– Какие у вас ещё ожидания от 2018 года?

– В моих личных планах – попытаться помочь нашему правительству и обществу в сибиризации Дальнего Востока. Нужно запускать процесс, который через три-пять лет превратит Сибирь и Дальний Восток в единое целое.

– Может, в этом процессе сформировать национальную идею?

– В ней есть место повороту к Азии.

Вообще, национальная идея – быть здоровым, мощным народом, суверенной и великой страной, ощущающей себя в безопасности. Что невозможно в 21 веке без ускоренного развития Сибири.

Хвост головастика

– После выступления главы Минвостокразвития России Александра Галушки в Совете Федерации вышел перечень рекомендаций сенаторов к различным органам власти. Одно из пожеланий предполагает расширение полномочий министерства, в частности по развитию Сибири.

– Это абсолютно оправдано. Нонсенс, что сегодня говорят только о Дальнем Востоке. Давайте сейчас обкатаем там новые модели хозяйственной и не только деятельности, развития, потом запустим их для всей Сибири в едином пространстве, работающем, в первую очередь, на азиатские рынки. Не только Китая, в большей степени Японии, Кореи.

Если развивать один Дальний Восток, то можно нарваться на очень неприятные вещи и ещё больше запереть Сибирь. Потеряют от этого все.

В принципе, совершенно понятно, что Россия всё-таки немного головастик. С огромным хвостом, на конце которого – больший потенциал роста. Но мало населения. Надо думать, как решать не демографический вопрос, а как задержать людей, улучшить качество их жизни, наконец, создавать условия тем, кто может и хочет эффективно работать. Кстати, наши исследования конца 2000-х годов показали, что в Сибири и на Дальнем Востоке лучше человеческий капитал, чем в центре России.

– По каким показателям?

— По многим. В частности, по здоровью, образованию, готовности к риску, к предпринимательской деятельности. Ведь кого раньше посылали за Уральские горы? Авантюристов, разбойников, революционеров. В Сибири не было крепостных. То есть поднимал Сибирь самый живой и деятельный народ страны. Там трудно выживать, поэтому выживали сильнейшие. Понимая это, нужно развивать те направления деятельности, которые целесообразны именно в Сибири и на Дальнем Востоке. Делать это нужно привлекая внешние источники развития как из Азии, так в потенциале из США. Как можно скорее нужно затягивать сюда и европейский капитал. Проект всеобъемлющего партнёрства Большой Евразии – это общее пространство от Токио или Шанхая либо Сингапура до Лиссабона. История длинная, но, думаю, она состоится.

– Вы первый, кто применил к Дальнему Востоку слово "модный". Скажите, почему молодёжь, – а именно ей очень важно следовать моде, – должна туда поехать? Что искать на Дальнем Востоке? Раньше туда ехали за рублём, а сегодня?

– Дальний Восток должен быть модным и будет. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Нельзя из Москвы это придумать. Должны заняться идеей такие люди, как вы – неравнодушные к проблемам Дальнего Востока журналисты, ученые, профильные ведомства. Из Москвы можно только помочь или не помешать. Когда место становится модным, люди начинают приезжать туда и с большим удовольствием оставлять там деньги. В центральной России должны знать тихоокеанскую Россию. Там уже много интересного, вкусного, передового. Там потрясающая природа. Там должен заиграть русский кураж, о котором мы в центре подзабыли.

Надо обязательно перенести часть столичных министерств и ведомств, головных офисов крупных, особенно государственных корпораций в Сибирь и на Дальний Восток. У нас уже было такое решение, но в очередной раз заглохло. Но мы всё равно будем проталкивать решение о переносе ряда ведомств. В России должно быть минимум три, а лучше четыре столицы: Владивосток, Красноярск, Петербург и, конечно, Москва.

С оглядкой на советский опыт

– Не скоро забудутся оргнабор, великое переселение в дальние города, комсомольские ударные стройки. Создаётся нефтегазовый комплекс – едет народ. Нужны колхозы – государство перевозит туда семьи. Повсюду высокие темпы и впечатляющие результаты. А сегодня чем мы располагаем, чтобы замахнуться на подобное передвижение трудовых ресурсов? Ведь уже не та страна, не те люди, не те правители.

– Мы смотрим на советский опыт. Знаю, что в Минвостокразвития, в Агентстве по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке тоже смотрят. Советские управленческие технологии дали стране многое, молодёжь была заряжена замечательным энтузиазмом. С другой стороны, был лагерный набор, гибли сотни тысяч людей. Мы должны быть благодарны тем, кто построил дороги, порты ценой своей жизни. В Москве воздвигли большой памятник жертвам политических репрессий, в других крупных городах том числе дальневосточных, тоже должно быть такие.

Новое освоение Сибири и Дальнего Востока нужно придумывать, возрождать. Это перспективное дело.

В Европу нужно ездить отдыхать и любоваться картинными галереями. А на Восток нужно ехать работать, развивать регион, строить, реализовывать амбициозные проекты. Это нужно понять нескольким десяткам тысяч людей.

На самом деле, многого не надо. Если хотя бы один миллион россиян поймёт, то качественно всё усилится. Это должны быть молодые люди. Они поймут, что там здорово, интересно и есть к чему стремиться.

Что касается опыта, мы в большей степени изучаем имперскую эпоху. Там были фантастические волны. Как только давали экономическую свободу на окраинах, всё развивалось сумасшедшими темпами. В какие-то моменты цари ограничивали свободу – и тут же темпы роста падали. Сегодня Дальний Восток и Сибирь должны развиваться в первую очередь как земля экономической свободы, особенно для малого и среднего бизнеса. Это зависит от общей ситуации в стране.

Правда, есть ограничения: более высокая, чп в среднем по стране криминализация экономики в регионе. С этим надо срочно что-то делать.

В концепции ТОРов заложена идея экономической свободы. Там даются свободные условия.

Заложена эта идея и в Свободном порту Владивосток (СПВ, статус свободного порта с привлекательным, облегчённым таможенным режимом. – Ред.). Хотя СПВ применяется локально, но его тоже нужно распространять, только для новых предприятий. Хотя мы знаем, сибирские промышленники точат зубы на то, чтобы получить ТОРы под уже существующие предприятия.

Чиновников рать

– Вы говорите о важности экономической свободы для бизнеса. Как сочетается с этой идеей чиновный догляд за преобразованием на Дальнем Востоке? Согласитесь, количество ведомств, занимающихся дальневосточной тематикой, велико. Вот они, только по памяти: министерство по развитию Дальнего Востока, полпредство президента в ДФО, управление Агентства стратегических инициатив и девять его региональных отделений, Корпорация по развитию Дальнего Востока и филиалы в девяти дальневосточных субъектах, Агентство по привлечению инвестиций и поддержке экспорта на ДВ также с девятью аналогами, Агентство по привлечению человеческого капитала на ДВ, Фонд по развитию Дальнего Востока и Байкальского региона, Торгово-промышленная палата, Российский экспортный центр, Корпорация развития малого бизнеса, Общественный совет СПВ, Корпорация развития малого и среднего бизнеса...И вся эта масса на шесть с небольшим миллионов жителей Дальнего Востока. Не избыточно ли?

– Думаю, что должно быть оптимальное сочетание государственного вмешательства и ограничений с экономической свободой. Без государства, как ни крути, мы ничего не сможем. Кстати большинство ведомств, которые вы упомянули, подразделения Минвостокразвития. А оно последние четыре года работает мощно. Нужна и ротация чиновников, о которой недавно говорил Путин. Чтобы не происходило сращение, особенно на Тихоокеанском побережье, с криминалом.

Я считаю, чиновников всегда в избытке. Другое дело, если их не будет, то всё рухнет, поэтому нужно систематически ограничивать их компетенции, уменьшать их возможность вмешиваться в бизнес, особенно силовое давление на бизнес.

В Сибири и Дальнем Востоке нужно создавать или апробировать абсолютно независимые экономические суды. Судопроизводство – одна из самых существенных проблем в России. Мы перешли к капитализму, создали крупную частную собственность, но не создали ей защиту. Получается, либо вы обращаетесь к государству за поддержкой, либо к бандитам, либо отправляетесь "в гости" за границу. При этом судопроизводство у нас неэффективно. Может, нужно создавать специальные экономические суды из новых людей, про которых сейчас уже говорят, для того, чтобы пытаться решать данные проблемы. Можно сделать в Сибири и Дальнем Востоке новую модель экономического развития. Совершенно понятно, что одними государственными вливаниями и за счёт увеличения бюрократического давления мы уже развиваться не можем.

– В связи с этим примечателен путь, по которому пошло Минвостокразвития, "вытягивающее" на себя некоторые функции. Например, оно добилось того, что уже ни одна внеплановая проверка не может пройти без согласования с ведомством. В Совете Федерации звучат предложения наделить министерство еще более широкими полномочиями. Насколько это оправдано?

– Абсолютно оправдано. Министерство по развитию Дальнего Востока – один из лучших институтов, потому что борется, защищая оазисы экономической свободы. Это один из специальных способов, без которых ничего бы не получилось в государственной политике. Надо сказать, Минвостокразвития меня приятно изумляет. Реально начав работать лишь несколько лет назад, оно добилось почти удивительных результатов.

Прорывы-2018

– Каковы главные успехи Минвостокразвития, которое, по вашим словам, добилось фантастических показателей?

– Приняты и вступили в силу многие законы, запущены ТОРы. В том, как работают дальневосточники, я вижу что-то символичное. За ними идёт министерство иностранных дел. У меня прекрасные отношения с МИДом, поскольку я занимаюсь не только Дальним Востоком, но и всей российской политикой. И я вижу, как физически уменьшается интерес к старому, европейскому политическому и экономическому рынку и как растёт к азиатскому.

Надеюсь, вскоре мы увидим новые прорывы, в частности российско-китайские крупные договорённости о создании масштабного партнерства, открытого для других.

Очень хорошо, что дальневосточники работают также с Японией, Южной Кореей со странами АСЕАН. Есть потрясающе перспективная Индия, с которой также нужно широко работать. В 1990-х и начале 2000-х годов мы потеряли из виду перспективы экономического развития на Востоке. Сейчас наверстываем, но многое из того, что можно было сделать в количественном отношении, упущено навсегда. Следующая задача – нужно усиливать университетскую базу Дальнего Востока, налаживать связи тамошних вузов с ведущими университетами России и АТР.

– Какими вы видите партнёрство со странами АТР в 2018 году?

– Китай – это привилегированное партнёрство с быстрым ростом. Отношения с Японией, Кореей, Индией поднимаются на уровень выше. Мы ведём внешнеэкономическую политику более многостороннюю, вовлекаем Россию в Азию. Надеюсь, так и будет. Есть для этого очень хорошие шансы.

– Освоимся в Азии и сделаем Дальний Восток модным?

– Это тоже. Бывая в ваших краях, я удивился, какой потрясающий город Владивосток, какие там отличные театры. Я совершенно не знал об этом.

А какой музей краеведческий! Был в России в трёх-четырёх десятках краеведческих музеев. Лучший, считаю, во Владивостоке. О нём нужно знать всей стране.

– Вас очень впечатлил музей имени Арсеньева?

– Я просто обалдел. Талантливейшие люди за небольшие деньги сделали музей на мировом уровне. Я провёл в нём несколько часов – так увлёкся просмотром и беседой с сотрудниками. Хотя там всё равно есть очень смешные вопросы, которые нужно решать самим. У нас нет как раскрученной истории Дальнего Востока, так и своей исторической концепции в дальневосточных городах. Заметьте, музейная экспозиция во Владивостоке заканчивается событиями, датированными 1922 годом.

– Издержки провинциального музея?

– Скорее, данность. Мы ещё не создали единую бесшовную целебную историю России с ее великими достижениями и с гигантскими трагедиями. Особенно в прошлом веке. Приезжаешь в провинцию – в музейных залах всего понемножку. Во Владивостоке хотя бы есть 19-й век, в иных местах и того нет. Уже есть Первая мировая война, по революционному периоду непонятно, что происходило, потом провал, Великая Отечественная война, снова провал и… появляется нынешний губернатор. Такова комическая правда среднего краеведческого музея. Нам надо и на этом уровне восстанавливать нашу общую историю в её абсолютной целостности. Я долго занимался проектом "Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении", в прессе получившего неправильное название "десталинизация". Концепцию памяти жертв политических репрессий приняли. Недавно общенациональный памятник открыли. Это наше прошлое, мы должны быть благодарны людям того кровавого периода.

Мы должны их признать, выразить им свое признание. Когда закрываем глаза на это прошлое, — а мы закрывали их, – тем самым мы не хотим снять эту тяжесть с наших душ. У нас многое, в том числе на Дальнем Востоке, построено руками заключённых, среди которых были сотни тысяч, миллионы незаконно репрессированных.

Свет шахтёрской лампы

– Эксплуатация труда репрессированных — это про Дальний Восток, конечно.

– И про Север. уран, между прочим, добывали на Магадане. Вот эта старая лампа (показывает на неё, стоящую на журнальном столике) привезена с урановых родников Магадана. Подарок на мой день рождения. Она уже не фонит, карбидная, в рабочем состоянии. На Магадане с 1948-го по 56-й год добывали уран для бомб, а первые урановые рудники были в Казахстане. Эта лампа светила кому-то на Колыме. Адский труд, вечная мерзлота, дикий холод. Люди умирали. Из рудников все хотели попасть на обогатительные фабрики, а именно там радиация была высока. Но они создали ядерный щит Родины.

— О таких исторических фактах мало знают даже сами дальневосточники.

— Нужно широко рассказывать, продвигать историю Дальнего Востока, в том числе на интернет-ресурсах. У нас ведь много лакун. Например, учёный Бляхер (Леонид Ефимович, заведующий кафедрой философии и культурологии Тихоокеанского госуниверситета в Хабаровске, профессор. – Ред.)написал о том, что о замечательной истории Дальнего Востока знают либо крайне мало, либо ничего. Мы изучаем историю о нашей стране, как и весь мир, в значительной степени читая западные источники. Не потому, что они плохие. Когда Запад побеждал в военно-политической борьбе, мы тоже были частью Запада, но потом из неё выпали. И Западу неинтересно, как мы завоёвывали Дальний Восток. Мы же по-прежнему черпаем из их источников. А через 20-30 лет ситуация будет другая.

Поскольку Запад теряет военное, а затем и идеологическое, духовное превосходство, мы получим ситуацию, когда нарратив начнут писать китайцы. И будем знать историю Дальнего Востока и Сибири с позиции китайцев.

Вместе с экономическим влиянием на Китай будет создавать и свою картинку истории Дальнего Востока. В этом нет никакой агрессивности. Всё нормально. Но у нас должна быть собственная картина.

– Надо купировать эту "картинку" уже сейчас.

– Не только купировать. Надо понимать, что нужна совершенно понятная история нашей страны, изложенная нами. Про Дальний Восток, покорение и развитие Сибири есть очень любопытные, блистательные истории. На этих территориях было не так много поражений, по сравнению с действиями России в других частях света. Вот о чём надо рассказывать. Нужно развивать единое информационное пространство, делать Дальний Восток и Сибирь снова модными. Как? Несколькими фильмами, которые раскручивают историю. Мы изучаем, в том числе, европейский опыт. Так вот, Барселону сделали центром мирового туризма два-три хорошими фильмами про этот город. А ведь он не самый красивый, зато его сделали модным. Если бы сейчас снимали "Дерсу Узала", то совершенно другая история была бы. Когда-то были комсомольские фильмы. Но их не встроишь в сегодняшний контекст, даже снимая римейки.

– Сегодня нужно другое кино.

– А также комплексная работа по идейному освоению Дальнего Востока, которая подтолкнёт его экономическое освоение. Мы только начинаем преобразования.

Молодым энергичным людям из центральной России, которых здесь слишком много и которые киснут от скуки, нужно дать возможность двигаться на Дальний Восток. Некоторые дальневосточники, кстати, против этого, потому что боятся конкурентов.

Понять свои плюсы и не ныть

– Какие места на Дальнем Востоке вам наиболее интересны?

– Мне везде любопытно бывать. Недавно ездил на Камчатку поохотиться, в честь своего 65-летия. Я всегда на юбилейный день рождения устраиваю себе эту радость. Славная была охота, но о трофеях умолчу. Меня поразила история про оборону Петропавловска-Камчатского. А ещё местные мужики поведали великолепную историю о том, как в 1998 году наделали шороху стоявшие в Петропавловске подводные ракетоносцы Тихоокеанского флота. Камчадалы с гордостью рассказали, как всё было уже хуже некуда, есть нечего, а командование решило вывести стратегический флот на учения, чем повергло в панику американцев. Те не могли себе представить, что русские, в таком унынии и с мыслями о сытной еде, могут выйти в море на манёвры. Они ведь тогда были очень хорошо осведомлены, что в России всё развалилось. А тут русские вывели свои подлодки, не знаю, правда ли это. Но история красивая. И, наверняка таких историй немало. О таких событиях мы должны знать и помнить.

– Хочется, чтобы наши города перестали пустеть, а люди – голодать.

– Дальневосточные города, кстати, не пустеют. Они в 90-х пустели. Большинство городов Дальнего Востока и Сибири сегодня прирастают жителями. Но проблема в том, что города стягивают население из маленьких поселений. Но это неизбежно.

– Как бы не возник "эффект Москвы".

– Это уже другой вопрос, который нужно решать московским и российским властям. А с точки зрения развития Дальнего Востока, я не исключаю необходимости агломераций. Рынок развивается только там, где есть города-миллионники.

Азиатские партнёры говорят: если бы у вас было два-три трёхмиллионника, то такой рынок нам понятен, но у вас их нет, поэтому рынок очень маленький.

– Похоже, понимание этого есть в Приморье. В рамках муниципальной реформы там создано несколько агломераций. Например, Владивостокский городской округ и несколько районов объединили в одну административную единицу. Пока трудно сказать, пошло ли на пользу такое укрупнение...

– Время покажет. Очевидная польза уже в том, что уменьшили количество бюрократов, плюс чётко обозначен центр принятия решений. Подобные реформы неизбежны. Вопрос только в пропорциональности. Совершенно не обязательно на Дальнем Востоке иметь очень много народа. Современное сельское хозяйство не требует множества рабочих рук. Несколько человек могут 10 тысяч гектаров обрабатывать. В Австралии, например, такие сельхозпроизводства можно увидеть.

Когда мы начинали работать над проектом "Поворот на Восток", выяснили, что самый главный ресурс у нас в Азии – вода. Дальний Восток – водоизбыточный и вододостаточный регион. А вода, как известно, это всё. Сельское хозяйство на дальневосточных землях ждёт интенсивное развитие. Но развивать его нужно в современном формате.

Кстати, в тех же самых исследовательских работах мы пришли к выводу, что ресурсом может стать холод.

– Неужели Сибирь и Дальний Восток могут разжиться на своём холоде?

– Именно так. Мои молодые коллеги пришли к выводу, что нужно строить фабрики по хранению биг дейта (Big Data, "большие данные". Калька англоязычного термина, обозначающего хранение и обработку данных. – Ред.), которые в основном расположены в Азии в районе большого Шанхая. Каждая из фабрик — хранилищ информации, потребляет для охлаждения энергию как завод по производству алюминия. Первое такое предприятие у нас построили около Иркутска. По сравнению с Шанхаем, у него в несколько раз ниже себестоимость хранения.

– Кто бы знал о пользе холода на благо российского Дальнего Востока!

– Просто нужно понимать свои преимущества. Чтобы видеть их, внимательно смотреть по сторонам, нужны свежие мозги. А ещё надо прекратить всё время жаловаться на свои слабости. Мы, русские, очень полюбили жаловаться. Нужно возвращать свою лихость, кураж.

Россия. Азия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466315 Сергей Караганов


Россия. СФО. ДФО > Образование, наука > ras.ru, 11 января 2018 > № 2456965 Валентин Пармон

Академик Пармон: «Наука для России и для региона»

Избранный в сентябре 2017 года председателем СО РАН академик Валентин Николаевич Пармон не подводит итоги года. Его интервью — о приоритетах и перспективах сибирской академической науки, о взаимоотношениях с ФАНО и реструктуризации институтов, образовании и популяризации научных знаний. А также — о развитии Новосибирского научного центра и о том, кому здесь следует поставить памятник.

— Валентин Николаевич, какой Вы видите миссию Сибирского отделения РАН в новых реалиях?

— Миссия СО РАН многопланова. Во-первых, как я неоднократно подчеркивал, известный «треугольник Лаврентьева» (наука — кадры — производство) сейчас должен дополняться тезисом «Наука — для России и для региона». Это можно сделать через реализацию не так давно утвержденной Президентом России Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации. В документе прописаны общие задачи для российской науки, обозначены так называемые большие вызовы и расставлены приоритеты для ответов на них. Конечно, перечень приоритетов (а они обозначены не как научные, а как социально-экономические, и это правильно) можно критиковать за его неполноту, но в том, что касается основы любых приоритетов, в Стратегии есть специальная отсылка. А именно, подчеркивается, что в основе всего лежат фундаментальные исследования, которыми нельзя управлять, им можно только помогать, — и для Академии наук это самое важное.

В настоящий момент существует достаточно значительная несогласованность в выполнении Академией наук и ее Сибирским отделением функции, предписанной федеральным законом № 253-ФЗ, — научно-методического руководства исследовательскими организациями, перешедшими в ведомство ФАНО России. Сейчас эта функция реализуется двумя путями. Во-первых, речь идет о влиянии на выборы руководящего состава академических институтов. Во-вторых, о согласовании планов работы этих организаций и, соответственно, экспертизе отчетов. Наибольший пробел здесь в том, что на сегодняшний день, по сути, исчезла координация в деятельности институтов, институты предоставлены сами себе. Как сейчас идет планирование?

Институты предоставляют свои предложения по госзаданиям в ФАНО, которое их аккумулирует в компьютере и затем открывает доступ Сибирскому отделению для экспертизы на срок менее десяти (!) дней. Ожидаемо, что за столь малое время ничего серьезного сделать нельзя. Но если СО РАН и даже РАН не поставят свои согласующие подписи, институты не будут профинансированы. Это прекрасно понимает новое руководство РАН. Поэтому первое, что сделал новый президент РАН академик Александр Михайлович Сергеев, — договорился с руководителем ФАНО Михаилом Михайловичем Котюковым о том, что существующий порядок должен быть исправлен. Новый формат экспертизы планов и отчетов уже обсуждался на совместном заседании президиума РАН и Научно-координационного совета при ФАНО России 26 декабря. Но тут есть и другая нерешенная проблема: хотя проекты полного цикла проще оценить, в существующей системе экспертизы выполнения госзаданий это делается абсолютно неправильно, поскольку сейчас единственным параметром является число публикаций. Если речь идет о чисто академических исследованиях, показателем хорошей работы являются статьи в журналах с высоким рейтингом. Однако проекты полного цикла в ряде случаев требуют конфиденциальности выполнения, и критерии их оценки должны быть совершенно другими.

« Во-вторых, миссия Сибирского отделения связана с тем, что мы, как зачинатели интеграционных междисциплинарных проектов, должны заняться их восстановлением. В течение последних трех лет считалось: после реформы Академии наук в рамках ФАНО подобное невозможно. Но на самом деле это не так. Мы предложили руководству ФАНО механизм осуществления таких проектов и получили поддержку.

Влияние на рейтингование институтов — также очень важная составляющая нашей миссии. Сейчас система отрабатывается, завершается первый тур, и он уже вызвал большое недовольство в региональных отделениях РАН. Почему? Потому, что логика построения сети научных учреждений в регионах была не только в создании крупных институтов, но и тех НИИ, главная роль которых — поддержка научного и интеллектуального потенциала в регионах, особенно в национальных субъектах Федерации. Такие институты сейчас получают оценку «три». А по соответствующему постановлению Правительства РФ научные организации, попадающие в третью категорию, подлежат либо упразднению, либо присоединению к другим (хотя в декабре было объявлено, что им будет дан немалый срок для решения обнаруженных проблем). Вопрос состоит в том, каким образом производилась оценка, по каким параметрам институты попали в эту группу. Есть общедоступная статистическая информация: данные о публикациях, отчеты и так далее, но какие замечания делали эксперты на втором этапе — мы пока не знаем. Это больная тема не только для нас, но и для наших дальневосточных коллег. К примеру, на Камчатке есть единственный в своем роде и превосходный Институт вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, очень полезный, но совсем маленький. Поэтому роль Сибирского отделения я вижу в том, чтобы попытаться повлиять как раз на систему оценки важности институтов не только по формальным «наукометрическим» показателям.

Еще одна миссия, которую Сибирское отделение РАН только начинает осуществлять, — научно-методическое руководство исследованиями, проводимыми в университетах. Эта функция предписана всё тем же Федеральным законом 253-ФЗ, но как это конкретно делать, в законе не разъясняется. Мы сейчас работаем с очень многими сибирскими университетами — там, где в числе преподавателей либо сотрудники академических институтов, либо члены Академии наук. Но существуют вузы, в которых нет ни тех, ни других. Недавно мы договорились с председателем Совета ректоров Новосибирска о том, что следует наладить совместную работу в этом направлении.

То же самое относится к влиянию СО РАН на научную деятельность, финансируемую за счет региональных бюджетов. Яркий пример — Академия наук Республики Саха (Якутия), президент которой, доктор геолого-минералогических наук Игорь Иннокентьевич Колодезников, недавно введен в состав президиума Сибирского отделения РАН с правом совещательного голоса. А Ямало-Ненецкий автономный округ прислал нам для экспертизы свою региональную программу научных исследований — раньше такого не было.

Ну а самое главное — влияние СО РАН на социально-экономическое развитие Сибирского макрорегиона. Большой интерес к этому проявляет и полномочный представитель Президента России в Сибирском федеральном округе Сергей Иванович Меняйло: он заинтересован в том, чтобы Сибирское отделение могло вести очень крупные проекты — федерального и мирового значения. По итогам первой встречи с полпредом был подготовлен короткий перечень важнейших для макрорегиона программ — в первую очередь связанных с освоением сырьевой базы, агробиотехнологиями, наращиванием экспортных и высокотехнологичных позиций в экономике. Есть крупные проекты, которые финансируются не за счет госбюджета, но будут сильно влиять на экономику Сибири. Примером может служить проектируемый катализаторный завод в Омске с инвестициями «Газпромнефти» в размере более 22 миллиардов рублей. Он будет опираться на технологии, разработанные в Институте катализа им. Г.К. Борескова СО РАН и Институте проблем переработки углеводородов СО РАН. В результате Россия получит крупномасштабное производство импортозамещающих отечественных катализаторов нового поколения. То же самое относится к проектам класса «мегасайенс», таких как Национальный гелиогеофизический центр РАН в Байкальском регионе или Центр бор-нейтронозахватной терапии онкологических заболеваний на базе Института ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН в новосибирском Академгородке или Нижней Ельцовке.

« И, наконец, неизменным и вновь консолидированным должно быть единство всех наших научных дисциплин и направлений, потому что крупные междисциплинарные работы можно делать только сообща. В СО РАН сложился уникальный для нашей страны и даже для мировой практики конгломерат различных научных направлений, институтов, лабораторий и отдельных специалистов.

Что должно измениться, точнее, подкорректироваться? Взаимоотношения между руководством Академии наук и ФАНО. ФАНО по сей день сплошь и рядом критикуют. Но, согласитесь, есть много упущений и с нашей стороны. ФАНО выполняет функцию, предписанную государством. При этом могут возникать конфликты. Но вы знаете, что конфликты бывают двух типов. Производственные — когда ругаются, чуть ли не дерутся, но в конце концов приходят к компромиссу, к решению, которое никому не нравится, но позволяет идти вперед. А есть личностные конфликты, когда с обиженными друг на друга людьми уже ничего нельзя поделать — только развести в разные стороны. Нам сейчас очень важно, чтобы неизбежные конфликты между СО РАН и ФАНО никогда не выходили за рамки производственных.

— В своих предвыборных тезисах Вы говорили, что СО РАН должно стать лидирующим центром поисковых и фундаментальных исследований. Как эта цель будет реализована с учетом того, что институты сейчас фактически подчиняются ФАНО?

— Еще раз подчеркну: ФАНО является официальным учредителем институтов, а учредитель имеет право финансового контроля. Через ФАНО идет бюджетное финансирование выполнения госзаданий. Что касается научной составляющей работы НИИ, то сейчас в системе ФАНО — Академия наук формализовано, в том числе со стороны Сибирского отделения, несколько так называемых комплексных планов научных исследований (КПНИ). КПНИ объединяют госзадания, которые уже утверждены для институтов. Но при этом у КПНИ есть вневедомственный наблюдательный совет (НС), который рассматривает эти работы с точки зрения перспективности для реальной экономики. Например, есть КПНИ «Ресурсо- и энергосберегающие катализаторы и технологии». Головной организацией там выступает Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН, участвуют около десяти НИИ, причем не только сибирские, но и московские. А в наблюдательный совет входят два отраслевых замминистра и руководители компаний — потребителей разрабатываемых материалов и технологий.

Однако согласуя те направления, по которым работают научные академические учреждения за счет госбюджета, и проводя экспертизу, Академия наук в той или иной мере должна влиять и на распределение ресурсов. Формат этого влияния сейчас тоже на стадии согласования.

— На расширенном заседании президиума СО РАН Вы упомянули, что в Москве рассматривается вопрос о том, чтобы научные институты из государственных бюджетных учреждений превратились в учреждения автономные. Расскажите, пожалуйста, что в этом случае должно измениться для НИИ?

— Я считаю, что автономные учреждения — достаточно прогрессивная форма существования НИИ, позволяющая выйти из многих ограничений, которые сейчас окружают госбюджетные учреждения. В частности, появится возможность открывать счета в разных банках, брать кредиты и так далее. Иными словами — будет больше свободы действий. Сейчас по маневру финансами мы зажаты Федеральным казначейством. Часто деньги по договорам приходят после окончания проекта. А исследования должны идти, их нужно авансировать, своих средств у институтов не всегда хватает. Тут было бы хорошо использовать кредиты. В принципе, сейчас госбюджетные учреждения имеют право их брать, но на практике банки не видят всего оборота средств, которые могли бы быть представлены в качестве залога. Автономное учреждение в этом смысле более свободно. Конечно, есть и осложняющие обстоятельства: многие решения, в том числе по финансовой деятельности, должны согласовываться с наблюдательным советом, то есть появляется дополнительная управляющая структура. Впрочем, для многих институтов, которые ориентированы на практические разработки, наличие НС — очень полезно, потому что в НС можно привлекать тех, кто потенциально заинтересован в создаваемых технологиях.

Есть еще сложный момент: если учреждение госбюджетное, то до тех пор, пока его не ликвидируют, оно обязано получать финансирование от государства (увеличенное либо уменьшенное). В автономном же учреждении гарантированного бюджета нет, но имеются средства, которые выделяются для реализации государственных заданий. С другой стороны, мы сейчас ведь именно так и финансируемся! Я считал бы целесообразным в этой сложной ситуации выбрать несколько пилотных институтов, чтобы проверить, как будет работать схема. В такие моменты бывает очень полезно стать первопроходцем.

— В предвыборных тезисах Вы говорили о восстановлении координирующей роли объединенных ученых советов. Как должны, по Вашему мнению, работать ОУСы?

— Исторически задачей ОУСов была координация работы институтов в рамках сходных научных дисциплин. После того как ОУСы стали структурами, относящимися только к региональным отделениям Академии наук, но не к ФАНО, встал вопрос — каково их отношение к НИИ? Собственно, мы пытаемся наладить работу так, как было раньше, поскольку основная наша обязанность — экспертиза и научно-методическое руководство. Соответственно, планируется снова вернуться к тому, чтобы знакомиться с планами и отчетами институтов и всесторонне всё это экспертировать. Далее — ОУСы должны утверждать кандидатов на должность директоров институтов.

Кстати (и эта точка зрения теперь принята и в «большой» Академии наук), если речь идет об академическом институте, то в качестве претендента на пост руководителя не может выдвигаться кандидат наук. Степень доктора наук показывает, что человек — лидер в каких-то направлениях, и должен собственным примером показывать, что и как необходимо делать. Хотя категорически отрицать возможность для кандидата наук быть лидером научной организации тоже нельзя. Например, есть Байкальский музей, директор которого Владимир Абрамович Фиалков — кандидат географических наук. Он — душа музея, и именно он обеспечил становление этого уникального объекта. Думаю, подобные ситуации должны приниматься во внимание: не надо категорично запрещать кандидатам наук быть директорами, нужно предусмотреть и такую возможность, но в особых случаях.

— В предвыборных выступлениях Вы отдельно выделили экологическую тематику, какие шаги Вы планируете предпринять, чтобы сохранить экосистему региона?

— Сибирский макрорегион является одним из самых неблагоприятных в стране по экологическому состоянию городов. В СО РАН до 1990 года функционировала специальная программа «Экология городов Сибири». Ее стоит попытаться восстановить, потому что сейчас есть возможность задействовать административный ресурс. Практически все руководители субъектов Федерации несут ответственность за экологическую обстановку в своих регионах. Финансирование этой программы, увы, нельзя провести ни из средств ФАНО, ни из средств Сибирского отделения — но это могут быть региональные деньги.

Отдельные вопросы связаны с жемчужиной Сибири — озером Байкал. Здесь ситуация очень любопытная. Есть крупные деньги, выделенные АО «Росгеология» на решение проблемы утилизации отходов закрытого Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. На прошедшем недавно большом совещании с участием специалистов СО РАН было принято решение: до того, как «Росгеология» предпримет какие-либо действия, должна быть проведена мощная экспертиза конкретной задачи и разумных технологических подходов к ее решению силами сибирских ученых, которые знают проблемы ЦБК не по бумагам.

Если говорить о проблеме твердых бытовых отходов, то она касается всех стран, не только России. Главный вопрос здесь состоит в том, что чисто жить — дорого. Есть разные варианты действий: например, экологически чистое сжигание мусора. Но комплексное решение не может быть реализовано до тех пор, пока не будет налажена сортировка (так называемая классификация) отходов. Твердые бытовые отходы зачастую, особенно в нашей стране, сбрасывают в одну кучу: и кирпичи, и металл, и стекло, и пластик, и горючие материалы. Собственно, это и есть самая затратная стадия. Разделив мусор, можно дальше с ним уже что-то делать.

— Что Вы думаете о так называемой «мусорной концессии», обсуждение которой активно идет в новосибирских СМИ (с привлечением общественности) и органах власти?

— Тема концессии поднималась недавно на расширенном заседании президиума СО РАН академиком Сергеем Владимировичем Алексеенко. Основной вопрос здесь, на мой взгляд, заключается в регулировании с помощью местного законодательства и в понимании того, что населению придется за всё это платить. Моя личная точка зрения такова: Новосибирская область имеет свою специфику, у нас много оврагов, и если бы можно было организовать цивилизованное захоронение мусора в них — разумеется, со всеми возможными предосторожностями, выстилая грунт водонепроницаемыми тканями либо пленками, — то емкости этих оврагов хватило бы, по крайней мере, на несколько десятков лет.

— Не так давно прошел II Съезд ученых Республики Беларусь, в котором Вы принимали участие. Скажите, пожалуйста, планируется ли дальше развивать отношения с академиями наук бывших союзных республик?

— Если мы не будем развивать эти отношения, то не сможем воплотить роль Академии наук в сфере научной дипломатии. Я все-таки человек Советского Союза, для меня даже после того, как СССР распался, всё равно осталось понятие «большой Родины». Поэтому могу сказать так: возможность решать возникающие вопросы и проблемы, а также улучшать взаимоотношения с научным сообществом бывших союзных республик у СО РАН, безусловно, есть. Самый высокий наш приоритет — Беларусь; мы с ней состоим в одном Союзном государстве, при этом у Союзного государства есть собственный бюджет на науку. Кроме того, близкие нам страны — Казахстан, Кыргызстан, Армения, Узбекистан, Таджикистан. Конечно, мы не будем забывать и остальные республики, в том числе и Украину, с учеными которой у институтов Сибирского отделения реализовывались прекрасные проекты. Надеюсь, что наши отношения с Украиной, несмотря на существующие объективные трудности, рано или поздно нормализуются.

— А есть ли на данный момент какие-либо соглашения или договоренности?

— Конечно, соглашения есть практически со всеми бывшими союзными республиками. Но этим документам нужно «сделать апгрейд», возможно, дополнить. Мы уже договорились об этом с Национальной академией наук Беларуси.

« Я думаю, что международное сотрудничество СО РАН будет продвигаться прежде всего в рамках восстановления интеграционных проектов: есть научные области, где мы можем друг друга дополнять, в ряде случаев нужны компетенции и наши, и наших соседей.

В числе приоритетных стран — государства Азиатско-Тихоокеанского региона. Кроме того, на мой взгляд, очень важно установление научных контактов с Израилем. Почему? Во-первых, там очень много выходцев из России, в том числе и из Академгородка. Кроме того, в Израиле очень хорошо налажена инновационная система — передача результатов науки в практику. Здесь, я считаю, нужно устанавливать сотрудничество с участием Новосибирского государственного университета, с учетом его возможностей и уже имеющейся заинтересованности, и, конечно, с привлечением технопарка новосибирского Академгородка. «Академпарк» — уникальная структура, которая может содействовать развитию научно-технологических связей с теми странами, с которыми нет прямого научного контакта.

— Вы уже упоминали взаимодействие с вузами Сибири в плане научно-методического сопровождения их исследований. Скажите, пожалуйста, каким образом планируется углубить сотрудничество с университетами?

— Это вопрос многосторонний. Если говорить о НГУ, то тут для нас важна дальнейшая интеграция, в том или ином ее виде. Допустим, если раньше можно было без больших проблем, например, научное оборудование, приобретенное университетом, передавать в институты для обучения студентов и аспирантов на базовых кафедрах либо наоборот, то сейчас это стало затруднительным.

Если оставить НГУ за рамками (у него и СО РАН все-таки исторически сложившиеся особые отношения), то теснее всего взаимодействие академической науки и вузов проявляется в Новосибирском государственном техническом университете, а также в томских университетах. Перспективен с этой точки зрения Сибирский федеральный университет в Красноярске, а также Северо-Восточный федеральный университет в Республике Саха (Якутия) и Иркутский госуниверситет. Есть заинтересованность во взаимодействии с СО РАН у Тюменского государственного университета, в Омске как минимум два вуза сейчас имеют кафедры, организованные специалистами из институтов СО РАН. Везде свои особенности и, что немаловажно, потребности.

— Президент РАН академик Александр Михайлович Сергеев сказал, что будет поддерживать региональные отделения, намечены ли уже какие-то программы такой поддержки?

— Александр Михайлович Сергеев сам из региона (Нижнего Новгорода. — Прим. ред.), поэтому понимает многие наши проблемы и прислушивается к мнению Сибирского отделения. Например, он согласен с нами в том, что есть институты особой категории, являющиеся, несмотря на свой небольшой размер, форпостами науки на определенной территории. Я знаю, что правительства Республики Саха (Якутия) и Алтайского края вышли с предложением создать представительства Российской академии наук в этих регионах. Однако здесь возникает двойственная ситуация. С одной стороны, представительства РАН по уставу — прерогатива только «большой» Академии, у региональных отделений нет такого права. С другой стороны, научно-методическое руководство на этой территории осуществляет Сибирское отделение, хотя только один из названных субъектов находится в Сибири, другой — в Дальневосточном федеральном округе. Мы постараемся урегулировать эти сложности.

— Как, по Вашему мнению, после реформы изменилась роль региональных научных центров?

— Изначально региональные научные центры выполняли важнейшую задачу — консолидировали возможности академической науки в тех регионах, где создавались. В Сибирском отделении была четко организована координация работ региональных институтов через эти научные центры. Руководители центров избирались и согласовывались президиумом СО РАН, в их руках были также недвижимость и инфраструктура центра.

« После 2014 года понятие «научный центр» из закона выпало: в смысле, оно там есть, но теперь научный центр встал на одну ступень с входившими в него учреждениями, хотя исходно структура, которая называлась «научный центр», была управляющая, координирующая. Поэтому сейчас важно понять, что может в регионах объединять институты.

Здесь я вижу два пути — консолидация вокруг комплексной программы научных исследований, как это произошло в Томске по инициативе члена-корреспондента РАН Сергея Григорьевича Псахье, или придание региональному научному центру статуса федерального исследовательского (ФИЦ), как в Красноярске. Вообще, Красноярск — удачный пример, потому что самостоятельность институтов практически не исчезла: организации вошли в ФИЦ со статусом обособленных подразделений. ФАНО финансирует госзадания, которые СО РАН утверждает каждому институту, входящему в ФИЦ, отдельно, но деньги проходят через единую бухгалтерию. При этом обособленные подразделения имеют право заключать хоздоговоры, выходить с заявками на гранты, получать грантовое финансирование и так далее. Но при этом сохраняется единство инфраструктуры, что крайне важно.

На мой взгляд, небольшим институтам лучше всё же объединяться. Обратите внимание: хотя всех пугают, что при вхождении в ФИЦ самостоятельность институтов исчезает, тем не менее каждый институт свое название сохранил. Правда, вместо наименования «институт N Сибирского отделения», теперь «институт N ФИЦ Сибирского отделения». Безусловно, есть и проблемы. Например, ранее СО РАН определяло руководителей научных учреждений, сейчас мы оказываем влияние только в тот момент, когда возможные кандидаты выдвигаются на должность. (Вообще, с моей точки зрения, руководство научных институтов вообще должно не избираться, а назначаться президиумами РАН или региональных отделений РАН. Но для этого необходима подготовка руководящих кадров, как это было в Советском Союзе например).

Сейчас в СО РАН осталось два региональных научных центра — Томский и Иркутский, не охваченные реорганизацией. В Якутске уже договорились, что объединяться в ФИЦ будут не все институты, три — сохранят свою самостоятельность.

Кстати, есть поручение премьер-министра РФ о создании Байкальского природного музея на основе существующего Байкальского музея Иркутского научного центра СО РАН. Проблема заключается в том, что пока ни в какой бюджет это поручение не попало — а речь идет о нескольких миллиардах рублей. Над разрешением ситуации Академии наук и правительству Иркутской области придется работать вместе: сначала необходимо получить деньги на проектные работы, так как выделение средств на строительство может рассматриваться только при наличии проведенной экспертизы.

— Вы неоднократно говорили о создании интегрированного научного центра федерального значения на базе ныне разобщенного Новосибирского научного центра. Каким должен быть такой центр?

— На расширенном заседании президиума СО РАН врио губернатора Новосибирской области Андрей Александрович Травников отметил, что он видит в качестве одного из трех главных приоритетов Новосибирской области развитие новосибирского Академгородка. Но на самом деле и Новосибирский научный центр (ННЦ), и Академгородок — понятия широкие, которые все понимают по-разному. Здесь важна цель и задачи, а не территории. В Новосибирской области уникальная для страны и для мира агломерация науки. Поэтому я считаю, что нужно создавать центр не общефедерального, а общемирового значения, используя те возможности, которые у нас есть. Между СО РАН, ФАНО России и руководством Новосибирской области подписано рамочное тройственное соглашение о взаимодействии. В ближайшее время будет создан координационный совет для подготовки уточняющих документов. Во-первых, нужны формулировки цели и конкретных задач, во-вторых — конкретизация понятия «Новосибирский научный центр», поскольку сегодня сюда входит не только Академгородок, но и Нижняя Ельцовка, Краснообск. На заседании врио губернатора подчеркнул, что к агломерации «ННЦ» должен присоединиться и наукоград Кольцово. Кроме того, в программе развития ННЦ нужно выделить особо крупные проекты, например такие есть в ИЯФ СО РАН, готовится большая программа создания агробиотехнопарка. Естественно, необходимо прописать управляющую роль в комплексном развитии ННЦ: кто возьмет на себя право принимать решения и отвечать за них. Также надо понимать, в рамках каких федеральных законов будет действовать такая структура.

— Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН под Вашим руководством стал уникальной организацией, владеющей каталитическими технологиями, которые есть лишь в нескольких странах. Какие из Ваших удачных управленческих решений Вы бы хотели применить в управлении Сибирским отделением?

— Вопрос непростой. Всё начинается с подготовки кадров, тем более в управлении. К нему должны привлекаться сравнительно молодые специалисты, которым даются достаточно большие полномочия — важно, чтобы таковые были четко прописаны. И далее молодой (хотя это понятие растяжимое) руководитель чувствует себя ответственным за определенную зону деятельности. При управленческой машине, отлаженной по этому принципу, директору института не приходится вникать в частности. Его основная задача, повторюсь, — кадры. Поэтому вторым пунктом своей программы на выборах председателя СО РАН я обозначил системное и многоуровневое решение кадровых вопросов.

Если говорить об опыте непосредственно Института катализа, то утверждение о прорыве в каталитических технологиях сформулировано не очень корректно. Институт обеспечил прорыв не по каталитическим технологиям. По ним Россия еще долго будет «на нуле» — пока руководство страны не возьмется, наконец, за решение проблемы создания мощных инжиниринговых структур. Специфика института — работа с крупнотоннажными производствами, это нефтепереработка и нефтехимия, где единичная мощность промышленного агрегата доходит до одного миллиона тонн в год. Чтобы заявиться с технологиями такого масштаба, разработчик должен продемонстрировать действие опытной установки мощностью порядка десяти тысяч тонн в год (по входному сырью). Можете посчитать, сколько это эшелонов сырья! В России такая инфраструктура полностью отсутствует, и пока она не будет создана (что возможно только с помощью государства), мы этот вопрос не решим.

Однако у ИК СО РАН сформировалась другая, очень удачная ниша — разработка новых поколений катализаторов. Производство катализаторов — обычно малотоннажное, поэтому с точки зрения внедрения нового здесь намного проще. В Институте катализа (прямо на территории института) есть даже собственное малотоннажное производство катализаторов для промышленности. Полторы тонны производимых в ИК блочных катализаторов обеспечивают всю нашу азотную промышленность. Это тоже управленческий опыт — в плане отработки моделей взаимодействия академической организации и предприятий. Как раз недавно мы обсуждали с Андреем Травниковым необходимость создания инжиниринговых структур типа лаврентьевского «пояса внедрения» вокруг академических институтов. Только с важным отличием. Если раньше конструкторские бюро «пояса внедрения» принадлежали крупным министерствам, то теперь это независимые, частные компании. У них есть свои интересы, их нужно «приручать», доказывать потенциальную эффективность каждой предлагаемой разработки. Совсем не случайно на последнем заседании Наблюдательного совета НГУ я поставил перед ректором членом-корреспондентом РАН Михаилом Петровичем Федоруком вопрос о возможности создания в стенах университета структуры, которая бы занималась рыночным анализом и квалифицированно определяла потребности отдельных отраслей в тех или иных инновационных продуктах, отвечала на вопрос, нужно вот такое или не нужно.

Это предложение тоже, кстати, опирается на опыт Института катализа: на одной из наших базовых кафедр в НГУ студентам требуется написать реферат, излагающий тему дипломного проекта в формате предложения потенциальным заказчикам на результат работы. Задача — на понятном языке доказать: то, чем ты занимаешься, может принести практическую пользу. Это относится и к фундаментальным исследованиям. Если говорить о медицине и так далее, то следует показывать социальную отдачу.

— Как, на Ваш взгляд, нужно развивать социальную инфраструктуру головного научного центра СО РАН — новосибирского Академгородка?

« Прежде всего, замечу: не только в новосибирском Академгородке, но и везде, где находятся структуры СО РАН, среда обитания должна быть комфортной.

— Что касается Новосибирска, то в 2013—2016 годах началась реализация областной адресной программы развития Советского района. Но затем эта программа была закрыта. Сегодня с Андреем Травниковым и мэром города Анатолием Евгеньевичем Локтем достигнута договоренность к этой программе вернуться. Она многосторонняя и многосубъектная, относится далеко не только к СО РАН. Для реализации программы должен быть создан координационный совет, где мы также будем оказывать влияние.

Первоочередная задача — это, конечно, дороги внутри Академгородка, в чем я согласен с главой Советского района Дмитрием Михайловичем Оленниковым. Дальше речь должна идти о пространстве между жилыми домами. Кому оно принадлежит, кто должен его обслуживать — вопрос весьма специфический.

С моей точки зрения, еще одна важнейшая работа — привести в порядок нашу лесопарковую зону, которая пребывает в таком запущенном состоянии, что на нее просто невозможно смотреть. Ведь санитарной вырубки, расчистки не было много лет… Поэтому я повторяю призыв к нашей экологической общественности — сообща начать облагораживать лесные участки. Начать хотя бы с рощи за Домом ученых СО РАН. Вторая проблемная зона — больной лес между НГУ и Институтом вычислительных технологий СО РАН. Можно договориться с лесничеством, свалить и распилить сухие деревья, а дрова отдать дачникам — заберут сами и спасибо скажут. Другие объекты, которые нуждаются в пристальном внимании — Центральный пляж и дорожка к нему, они тоже требуют обновления.

Если говорить о крупных объектах инфраструктуры, то Академгородку не хватает современного конгресс-центра вместимостью в тысячу и больше человек, которые могли бы работать не только в одном зале, а параллельно в нескольких, по секциям. В Новосибирске, за исключением Экспоцентра, такого места нет. Но Экспоцентр находится вблизи аэропорта Толмачево, а у потенциальных инвесторов высокотехнологичного бизнеса интерес вызывает именно Академгородок. Близкий вопрос — это, безусловно, наличие хорошей гостиницы. У «Золотой долины» класс максимум две звезды. И когда серьезные люди приезжают в Новосибирск, то селятся не у нас. Да, Верхняя зона Академгородка признана объектом культурного наследия, здесь есть ограничения по строительству. Но Верхняя зона Академгородка очень компактна, поэтому для решения указанных вопросов можно и нужно выходить за границы охранной зоны.

Далее, с точки зрения комфорта семейной жизни, — наши детские учреждения. Что касается детских садов, то, со слов главы района, пока мест в функционирующих детских садах хватает, тем более что в ближайшие годы намечается очередной демографический спад. Работающие садики сейчас переданы в систему ФАНО либо находятся в муниципальной собственности, их нужно просто привести в надлежащее состояние. Однако ощущается нехватка спортивных объектов для детей: есть прекрасный фехтовальный клуб «Виктория», но нет, к примеру, большого, современного гимнастического зала.

Очень серьезна ситуация со школами. В Академгородок тянутся дети и родители из разных районов Новосибирска. Обучение здесь считается качественным и престижным. Но даже знаменитая «стотридцатка» (лицей № 130 им. акад. М.А. Лаврентьева. — Прим. ред.) не отвечает современным требованиям. Есть прекрасный план расширения «стотридцатки», и необходимо добиваться его осуществления, равно как и строительства нового здания для музыкальной школы.

Если говорить о медицине, то ЦКБ (Центральная клиническая больница, в прошлом ЦКБ СО РАН. — Прим. ред.) будет нормально развиваться, она перешла в ведомство области, там деньги есть. Есть прогресс и в решении вопросов академического диспансера. В целом я с умеренным оптимизмом предполагаю: все вопросы медицинской помощи будут решены — особенно если состоится решение о создании на базе Академгородка крупного центра международного значения.

— Раз уж речь зашла о детском образовании и досуге… Нужно ли, на Ваш взгляд, Сибирскому отделению и институтам СО РАН увеличивать свое присутствие в школах (научно-популярные лекции, встречи с ведущими учеными, шефство над классами или школой)? Планируется ли что-то сделать в этом направлении?

— Безусловно. Свое присутствие мы должны наращивать. Как это сделать — вопрос отдельный. Я хотел бы подчеркнуть позитивный опыт ИЯФа: вы знаете, что этот институт поддерживает стипендиями более ста учеников СУНЦ НГУ — ФМШ, проводит для школьников увлекательные экскурсии. В мире это делается также путем создания на территории институтов постоянных музеев, а в больших городах есть специальные музеи науки и техники — мне посчастливилось побывать в подобных местах в Сингапуре, Милане, Москве. С моей точки зрения, у нас в Академгородке также должен появиться музей науки. Чтобы дети могли прийти, потрогать экспонаты, послушать лекции. Но для этого нужны достаточно большие помещения. Вряд ли это учреждение будет способно жить только за счет бюджетных средств, здесь должны быть задействованы и частные структуры.

— В новосибирском Академгородке установлены памятники двум председателям СО РАН — Михаилу Алексеевичу Лаврентьеву и Валентину Афанасьевичу Коптюгу, есть ли мысли или планы установить памятник Гурию Ивановичу Марчуку?

— Этот вопрос, я думаю, будет вскоре обсуждаться. Что же касается новых памятников, у меня уже лежит предложение об установке памятника Михаилу Васильевичу Ломоносову. Я считаю, что, действительно, первый памятник, который должен появиться после названных двух, должен отражать роль этого великого ученого в развитии Сибири. Мы всегда о нем говорим, цитируем, а перед глазами, на улице, памятника Ломоносову до сих пор нет.

«Наука в Сибири»

Россия. СФО. ДФО > Образование, наука > ras.ru, 11 января 2018 > № 2456965 Валентин Пармон


Россия. Арктика. СФО. ДФО > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > ras.ru, 9 января 2018 > № 2456978 Николай Похиленко

Задачи и сверхзадачи СО РАН

Заместитель председателя Сибирского отделения РАН и научный руководитель Института геологии и минералогии им. В.С. Соболева СО РАН академик Николай Петрович Похиленко — о приоритетах в научном обеспечении экономического развития Якутии.

— Недавно в Мирном состоялось совещание ведущих специалистов России по алмазным месторождениям, на котором были запланированы межведомственные экспедиции на сравнительно мало обследованных территориях. Эти шаги как-то сопряжены с проведением в Якутии, согласно поручению Президента России, комплексной научной экспедиции?

— Честно говоря, сегодняшняя версия программы Второй комплексной экспедиции в РС (Я) является суммой обычных планов работы исследовательских учреждений на территории республики. Ничего принципиально нового там нет, кроме некоторого дополнительного финансирования. Я считаю, что эта работа необходима и полезна, но она должна стать базисом для новых крупных проектов, привязанных к перспективам развития экономики региона. И здесь нужно быть реалистами, вести речь прежде всего о горно-добывающей и обрабатывающей промышленности. Климат Якутии, особенно центральных и северных территорий, таков, что сельское хозяйство, как его ни совершенствуй, будет способно лишь частично обеспечить потребность населения республики в продовольствии — фрукты и овощи там можно, в принципе, выращивать, но в ограниченных объемах, а главное — это намного дороже, чем доставка. Для открытия высокотехнологичных производств критичной является кадровая проблема: чтобы построить в Якутии, к примеру, авиационный или хотя бы автомобильный завод, необходимо будет завозить извне не только оборудование, но и почти весь персонал.

— Но сможет ли огромная территория как-то развиваться без собственных индустриальных производств?

— Республика богата полезными ископаемыми — и не только алмазами, золотом, редкими и редкоземельными металлами. Не так давно там было открыто месторождение марганцевых руд — по существу, единственное такого типа в России, поскольку мелитопольский марганец стал недоступен. И реальную перспективу развития экономики РС (Я) составляет разработка новых месторождений и переделы полезных ископаемых. Например, выпуск изделий из промышленных алмазов и огранка ювелирных — в республике почему-то эти производства не получили должного размаха. Кстати, о перспективах гранильно-ювелирной подотрасли высказывался зампред Совета Федерации, сенатор от Якутии и бывший глава «АЛРОСЫ» Вячеслав Штыров.

— Речь идет о развитии промышленности «ровным слоем» или о крупных территориальных проектах?

— На северо-западе Якутии может быть создан новый промышленный кластер, аналогичный норильскому — проработка всех аспектов такого проекта и может стать сверхзадачей научных организаций. Так, Институт физико-технических проблем Севера им. В.П. Ларионова СО РАН способен предоставить новые «арктические» материалы для машин и конструкций с заданными свойствами, Институт мерзлотоведения им. П.И. Мельникова СО РАН — досконально исследовать устойчивость грунтов, вести мониторинг климатической и почвенной ситуации. Такой подход обеспечивает постановку задач для ученых-медиков, биологов и экологов, геологов и геофизиков различного профиля. И, разумеется, экономистов — стратегические решения по развитию экономики Якутии должны быть обоснованы и просчитаны. Это относится и к инфраструктуре: нужно понять, насколько следует увеличить мощности арктического порта Тикси, требуется ли строить еще один, Урун-Хая в устье Анабара. Для прогнозируемого кластера именно он, предположительно, может стать основным.

В РС(Я) фактически нет отраслевой науки (за исключением узконаправленного исследовательского сектора «АЛРОСЫ»). Но академические институты Якутии и Сибири в целом могут взять на себя весь спектр и объем работ по научному обоснованию и сопровождению новых индустриальных и инфраструктурных проектов. Это и стало бы, по существу, выполнением поручения Президента РФ о Второй комплексной экспедиции.+

Беседовал Андрей Соболевский, Наука в Сибири

Россия. Арктика. СФО. ДФО > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > ras.ru, 9 января 2018 > № 2456978 Николай Похиленко


Иран. СФО > Внешэкономсвязи, политика > tpprf.ru, 29 декабря 2017 > № 2483827 Борис Чесноков

Президент АлтТПП Борис Чесноков: курс на сотрудничество с Ираном.

Накануне президент Алтайской торгово-промышленной палаты дал интервью иранской редакции информагенства Sputnik о торгово-экономической миссии алтайских предпринимателей в Иран, завершившейся 15 декабря. Об освоении нового для алтайского бизнеса рынка читайте в информационном материале:

До конца декабря в Иран должна поступить продукция Барнаульского котельного завода – энергетическая арматура, которая будет направлена на теплоэлектростанцию в городе Исфахан. Об этом в интервью Sputnik рассказал президент Алтайской ТПП Борис Чесноков. Эта кооперация стала возможной в рамках подписанного соглашения о сотрудничестве ИРИ с Алтайским краем.

Подпись на документе поставил глава ирано-российской торгово-промышленной палаты Асадолла Асгаролади и президент Алтайской торгово-промышленной палаты Борис Чесноков.

О всех деталях этого взаимодействия президент Алтайской ТПП рассказывает в беседе с корреспондентом Sputnik:

Как началось сотрудничество с иранской стороной? Кто выступает вашим партнером?

Алтайская торгово-промышленная палата уделяет большое внимание укреплению и расширению торгово-экономических связей предпринимателей Алтайского края с предпринимателями зарубежных стран. Опрос участников внешнеэкономической деятельности региона, который мы ежегодно проводим, показал, что алтайские предприятия проявляют интерес к рынку Ирана. Исходя из пожеланий алтайских предпринимателей в начале декабря уходящего года нами совместно с Алтайским краевым центром координации поддержки экспортно-ориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства была организована торгово-экономическая миссия представителей алтайских компаний в Иран.

В состав делегации вошли руководители и представители пяти алтайских предприятий: ООО «Барнаульский котельный завод» (проектирование и производство энергетической арматуры и оборудования), ООО «Одуванчик» (комплексные решения по разработке формул топлива и присадок и их внедрение в производство нефтехимической продукции), ООО «Бия-Хим» (производство химических реагентов для строительной, нефтедобывающей, металлургической и пищевой промышленности), ООО ПК «Иннтех» (проектирование и производство оборудования для неавтоклавного газобетона), ООО «ЭЛЛИ» (агропромышленная компания).

При организации бизнес-миссий мы всегда обращаемся за помощью к нашим зарубежным коллегам - торгово-промышленным палатам тех стран, которые мы посещаем. В данном случае содействие в организации миссии нам оказала Совместная Ирано-Российская торговая палата. Для каждого члена делегации на площадке Торговой палаты были организованы деловые переговоры в формате В2В, а также выездные встречи в офисах иранских частных компаний.

Я благодарен Президенту Совместной Ирано-Российской торговой палаты господину Асгаролади за содействие в организации этой торгово-экономической миссии. Важным шагом в развитии наших отношений считаю подписание соглашения о сотрудничестве между Алтайской ТПП и Совместной Ирано-Российской торговой палатой. Уверен, что оно будет способствовать укреплению торгово-экономических связей предприятий Алтайского края и Ирана, входящих в состав палат.

Какое конкретно оборудование, каких российских производителей будет поставляться в Иран? В чем его уникальность и привлекательность для иранской стороны?

До конца декабря в Иран должна поступить продукция Барнаульского котельного завода – энергетическая арматура, которая будет направлена на теплоэлектростанцию в городе Исфахан, уже готовится следующая партия для ТЭС «Рамин» в городе Ахваз. Все поставки будут осуществлены через компанию «TNSBP Company». Предполагается, что эта компания станет эксклюзивным представителем Барнаульского котельного завода в Иране.

Продукцию котельного завода отличает высокая надежность и длительная безаварийная эксплуатация. Именно поэтому энергетическое оборудование, произведенное Барнаульским котельным заводом, закупают предприятия в 22 странах мира. Уверен, что и иранская сторона оценит качество произведенного на Алтае оборудования.

В ближайшее время еще одно алтайское предприятие планирует подписать контракт на поставку оборудования. Это производственная компания «Иннтех», которая ведет переговоры с двумя иранским компаниями по поставке оборудования для производства неавтоклавного газобетона.

Большой интерес у иранской стороны вызвала продукция компании «ЭЛЛИ», которая является одним из лидеров зернового рынка Алтайского края. На иранском рынке востребована такая сельхозпродукция, как ячмень, горох, чечевица, пшеница, соя, лен, рапс, поэтому у «ЭЛЛИ» есть хорошие перспективы заключения контрактов с иранскими компаниями.

Отрабатываются контакты, налаженные в ходе деловых встреч компаниями «Бия-Хим» и «Одуванчик», продолжается их целенаправленная работа по выходу на иранский рынок.

Почему Алтайскому краю интересен в качестве потенциального покупателя именно Иран?

Для Алтайского края традиционными рынками сбытаявляются страны СНГ, Монголия и Китай, и сегодня многие алтайские производителинацеленына расширение географии поставок продукции. Алтайская торгово-промышленная палата, в свою очередь, старается всячески содействовать этому и с каждым годом расширяет географию бизнес-миссий.

В этом году мы впервые посетили Иран, и надеюсь, что этот первый визит будет способствовать более плотному и взаимовыгодному сотрудничеству между иранскими и алтайскими предприятиями, а также между Алтайской ТПП и объединениями иранских предпринимателей.

Огласить коммерческие и финансовые подробности сделок по продукции Борис Чесноков воздержался, отметив: «Многие вопросы еще находятся в процессе обсуждения между иранскими и алтайскими компаниями, поэтому по просьбе наших участников коммерческую сторону достигнутых договоренностей я озвучить пока не могу».

Алтайская ТПП

Иран. СФО > Внешэкономсвязи, политика > tpprf.ru, 29 декабря 2017 > № 2483827 Борис Чесноков


Россия. ДФО. СФО > Транспорт > gazeta.ru, 22 декабря 2017 > № 2433287 Алексей Васильченко

«Россия остро нуждается в развитой сети узловых аэропортов»

Интервью с управляющим директором по авиации компании «Базовый элемент» Алексеем Васильченко

Группа «БазЭл» Олега Дерипаски расширяет географию своего присутствия: в этом году компания стала акционером аэропорта Владивостока и намерена всерьез побороться за строительство нового терминала в Иркутске. С кем «БазЭл» готов создать консорциум для реализации иркутского проекта, где в России не хватает хабов и на каких принципах строит свои взаимоотношения с авиаперевозчиками в интервью «Газете.Ru» рассказал управляющий директор по авиации компании Алексей Васильченко.

— Алексей Игоревич, этот год стал прорывным для отрасли авиаперевозок, можно ли его назвать таким же для аэропортов? Как вы оцениваете результаты работы аэропортовых комплексов группы «Базовый элемент»?

— Практические все аэропорты, входящие в сферу интересов «Базового Элемента», демонстрируют прекрасную динамику. Аэропорты Краснодарского края традиционно в лидерах по пассажиропотоку — они уже обслужили более 10 млн пассажиров. При этом за 11 месяцев рост международного трафика в наших южных аэропортах составил 65% по сравнению с январем-ноябрем прошлого года. Вообще, пассажиропоток в аэропортах Краснодарского края за последние 10 лет вырос почти в три раза, а Сочи не только вошел в пятерку крупнейших аэропортов России по объемам перевозок, но признан одним из лучших аэропортов по качеству обслуживания пассажиров по итогам исследования Международной ассоциации аэропортов.

Кроме того, международный аэропорт Владивосток (Кневичи) впервые за всю свою историю в этом году обслужил 2 млн пассажиров. Так что год можно назвать вполне удачным.

Мы ожидаем, что по его итогам пассажиропоток всех аэропортов группы достигнет 13 млн человек.

— Расскажите подробнее про Кневичи: как вы оцениваете перспективы развития этого аэропорта?

— «Базовый элемент» вошел в состав акционеров аэропорта Владивосток в этом году вместе с Changi и РФПИ. Кневичи — абсолютный лидер по пассажиропотоку среди аэропортов Дальнего Востока, а по международным направлениям он первый во всей Восточной Сибири. За 11 месяцев пассажиропоток владивостокского аэропорта вырос на 18%, выручка увеличилась на 23%. Мы расцениваем результаты первого года как вполне позитивные. Дальнейшее развитие Кневичи напрямую зависит от продвижения самого Владивостока как делового, туристического и транзитного центра, в том числе для стран АТР. И здесь очень важны совместные усилия власти и бизнеса.

Аэропорт Владивостока уже сегодня можно рассматривать как полноценный международный грузопассажирский хаб: доля международных пассажиров здесь составляет 36% от общего пассажиропотока, а полноценная реализация режима «открытое небо» существенно повысит его потенциал.

— Мог бы, на ваш взгляд, еще какой-нибудь аэропорт стать хабом в России? Где еще, кроме Дальнего Востока, нам сегодня нужны узловые аэропорты?

— Хабы — это не просто красивое название и статус, прежде всего, это авиапотоки и авиакомпании. Именно при наличии достаточного количества мощных перевозчиков и коммерческих прав на полеты можно строить хабы в региональных аэропортах. Сильных авиакомпаний, способных стать базовыми для создания хаба, в России осталось не так много. При этом важно понимать, что для развития хабов необходима поддержка государства, без нее не обойтись. Нужны федеральные и региональные инвестиции в базовую инфраструктуру. Расходы на строительство, ремонт и реконструкцию плоскостных сооружений — взлётных полос, перронов, рулежек, пунктов пропуска через госграницу — они играют решающую роль в международном трафике.

Россия, в силу размеров своей территории, остро нуждается в развитой сети узловых аэропортов. Исторически таковыми выступают крупные аэропорты региональных центров – Новосибирск, Владивосток, Красноярск, Краснодар, Екатеринбург, Казань, Самара, Иркутск и другие.

При наличии базовых авиаперевозчиков, коммерческих прав и терминальных мощностей они способны развивать российский и международный трансфер.

— «Базэл» неоднократно говорил о своем интересе к участию в конкурсе на строительство нового аэропорта в Иркутске. В каком формате вы могли бы войти в этот проект? Может это быть консорциум с другими компаниями, с учетом того, что правительство области заявляло о желании привлечь несколько инвесторов?

— Аэропорт Иркутска мы рассматриваем как перспективный объект инвестирования. Сроки и суммы инвестиций у всех инвесторов могут различаться, но большинство сходятся на основных принципах — конкурсный отбор. Консорциум профильных игроков рынка, аэропортовых холдингов, маловероятен. У каждого профильного оператора свой специфический опыт реализации проектов, свои принципы работы с персоналом, авиакомпаниями, арендаторами и другими партнерами.

На наш взгляд, вполне реалистичной могла быть схема консорциума профильного аэропортового оператора с финансовым институтом или международным оператором.

Но для того, чтобы этот проект был интересным для инвесторов и профессиональных аэропортовых операторов, необходимо сделать процесс обсуждения планов развития авиаузла максимально открытым и профессиональным. Как минимум, нужно обнародовать условия и провести их публичное обсуждение. Последние события позволяют нам надеяться на правильно выбранную стратегию со стороны Иркутской области.

В начале ноября была создана рабочая группа, куда были приглашены все заинтересованные инвесторы. Уже прошли слушания, где, в частности, обсуждался вопрос развития аэропорта. Мы представили свое видение проекта и дали свои предварительные оценки.

Пока ключевые вопросы проекта — организация в кратчайшие сроки конкурса по выбору инвестора при содействии профильной консалтинговой компании, а также объединение в единый проект как строительство нового терминала в действующем аэропорту, так и нового аэропорта в другом месте.

Учитывая сумму инвестиций, а это около 50 млрд рублей, только при готовности всех сторон проекта — федеральных и региональных властей и инвестора — можно решить эту большую задачу строительства нового аэропорта.

— Как вы видите общее развитие рынка аэропортовой деятельности, перспективы приватизации аэропортов, в том числе малых, привлечение российских и международных инвесторов?

— Я считаю, что все аэропортовые активы, входящие в круг интересов инвесторов и имеющие потенциал для развития, должны реализовываться через конкурсы, с предварительным обсуждением условий и оценки реализуемого имущества с потенциальными инвесторами.

Это сделает процесс отбора и схему реализации проекта более предсказуемой и объективной.

По формам существующие проекты развития аэропортов также разнообразны — от классических форм приватизации до концессии. Практика показывает, что проекты в аэропортовой сфере должны реализовываться на основе государственно-частного партнерства, когда инвестиции в проект поступают как от инвестора, так и от государства. При этом зона ответственности государства – это строительство или реконструкция аэродромной инфраструктуры, а частного инвестора – прочие аэропортовые активы: терминалы, грузовые склады, объекты служебно-технической территории, специальная техника и т.п.

— Руководство «Базэл Аэро» заявило о готовности оказывать поддержку недавно вышедшей на рынок авиакомпании «Азимут». В чем именно будет выражаться эта поддержка? Проявляют ли другие авиакомпании интерес к базированию в аэропорту Краснодара? По какому принципу «Базэл» допускает базовых перевозчиков?

— Мы открыты навстречу любым идеям и новому сотрудничеству. Поэтому то, что «Азимут» выбрал Краснодар в качестве второй базы для развития маршрутной сети на юге России, — это очень хороший показатель правильности нашей политики во взаимоотношениях с авиаперевозчиками. Мы сотрудничаем с авиакомпаниями на принципах взаимной выгоды и открытых возможностей, у нас есть специальная программа мотивации, которая учитывает скидки на развитие маршрутной сети, управление слотами для организации удобных стыковок, маркетинговую поддержку и т.п.

— В какие еще регионы было бы интересно зайти группе? Как вы видите стратегию развития аэропортового сегмента «Базэла» в ближайшие пять лет?

— Мы делаем ставку на модернизацию, повышение уровня комфорта для пассажиров, а также на развитие приаэропортовых территорий. Что касается перспективных инвестиций, то мы очень избирательно относимся к вопросу приобретения аэропортов. Выбор строится на основании стратегии развития бизнеса в соответствии с интересами группы, а также перспективности самого актива и формы владения. Нам по-прежнему интересны аэропорты с пассажиропотоком не менее 500 тыс. человек в год. Сейчас наш интерес сосредоточен вокруг аэропорта Иркутска. Мы ожидаем от региональных властей открытого диалога и прозрачных условий модернизации существующей инфраструктуры, а также активного обсуждения проекта по строительству нового аэропорта.

Россия. ДФО. СФО > Транспорт > gazeta.ru, 22 декабря 2017 > № 2433287 Алексей Васильченко


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 13 декабря 2017 > № 2477733 Сергей Левченко

Территория роста

говорит Иркутский губернатор Сергей Левченко

Андрей Фефелов

Андрей ФЕФЕЛОВ. Сергей Георгиевич, если посмотреть из космоса на планету Земля, мы увидим жемчужину планетарного масштаба — озеро Байкал. Вы являетесь его хранителем. Но когда я готовился к нашей беседе, прочитал, что существует феномен маловодия Байкала. Так и есть?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Байкал — самое большое хранилище самой чистой воды в мире, это 80% всей пресной воды России и более 20% всей пресной воды мира. Маловодие Байкала — это относительное явление, потому что на сегодня — 456 метров и 19 сантиметров над уровнем моря. Есть 19 сантиметров запаса до критического уровня, а 19 сантиметров на таком большом зеркале — это многие кубические километры. Есть разные циклы колебаний уровня воды от маловодности к высокой воде, исследователи оценивают их в 10 — 12 лет.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А от чего это зависит?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. От многих факторов: от дождей, от таяния льдов, от температуры воздуха. И, конечно, от деятельности человека. У нас в Иркутске на Ангаре — единственной реке, вытекающей из Байкала, — располагается Иркутская гидростанция, где 1300 кубометров в секунду сбрасывается через генераторы, которые крутятся за счёт этой воды. Этот процесс строго регулируется: сколько воды нужно тратить на этой гидростанции.

Андрей ФЕФЕЛОВ. И всё-таки "маловодие Байкала" звучит как-то зловеще.

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Это может стать угрожающим, если и дальше делать вещи, которые неблагоприятны для Байкала. Например, в Монголии берёт начало самый крупный приток Байкала — река Селенга. И там планировалось строительство нескольких гидростанций, на двух притоках Селенги. Учёные предполагают, что это могло бы сильно повлиять на уровень воды в Байкале.

С другой стороны, вокруг озера много национальных парков, много леса. К сожалению, случаются пожары, иногда по вине человека, иногда молния. Наша задача — этот лес сохранять, потому что он тоже удерживает воду.

Кроме того, пользуются водой и люди, которые живут на берегах Байкала: 113 населённых пунктов в Иркутской области и Бурятии, это тоже влияет на уровень.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Монгольская стройка всё-таки будет?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. В ближайшее время состоится заседание межправительственной комиссии Россия—Монголия. С нашей стороны её возглавляет министр природных ресурсов Сергей Ефимович Донской, со стороны Монголии назначен человек в ранге вице-премьера. Я надеюсь, что монгольская сторона примет другой вариант, хотя их в части увеличения производства электроэнергии можно понять, поскольку тот запас, который был создан на тепловых электростанциях Монголии силами Советского Союза, уже исчерпан. Стране нужно развиваться, двигаться вперёд, и без электроэнергии это сделать невозможно.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Сергей Георгиевич, ваша область демонстрирует экономический рост гораздо выше, чем по стране. Я понимаю, что есть промышленность, есть авиационный завод, фактор леса тоже присутствует. Но как удалось добиться такого роста?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Мы, действительно, второй год демонстрируем достаточно серьёзный рост. В прошлом году он достиг 5,7%. За 9 месяцев этого года он ещё выше — почти 7%. Не только экономика, но и социальная сфера у нас неплохо развивается. Мы впервые за послесоветские годы в этом году строим 15 школ. Мы достаточно серьёзно прирастаем по доходам бюджета, более 15% как в прошлом году, так и в этом. Бюджет прошлого года у нас был профицитным, и я надеюсь, что в этом году он будет таким же. Всё это взаимосвязано. Основная отрасль нашей промышленности — лесной комплекс. У нас самая большая в России расчётная лесосека, и несмотря на то, что добывали леса много, доходность была очень низкой.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А почему так было, и почему стало по-другому?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Во-первых, мы серьёзно поработали с теми, кто у нас лес добывает, чтобы они платили налоги у нас, пополняя бюджет.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Эти леспромхозы были пришлыми?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Это не лес­промхозы, это работали огромные предприятия, в том числе — вертикально интегрированные. А леспромхоз — это государственная форма.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Это я их по старинке называю.

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Второе — мы объяснили всем представителям лесопромышленного комплекса, как нужно у нас работать. В этом году мы добудем 36 миллионов кубометров леса, впервые за последние 27 лет выйдем на уровень добычи леса Советского Союза, и ещё достаточно большие запасы расчётной лесосеки у нас есть. И мы каждой компании, которая приходит к нам с заявкой на выдачу лесосеки, аренду леса, объяснили четыре простых условия.

Первое: компания регистрируется и платит налоги у нас. Второе: платит заработную плату в белую. Третье: занимается глубокой переработкой, а не рубкой леса и отправкой круглого леса за рубеж. И четвёртое условие: за собой прибирается, перерабатывая все отходы.

Об этом я объявил в начале прошлого года. Примерно с полгода был шок, ни один не оформил лесосеку. Затем стали приходить компании, которые готовы выполнять эти условия. Кроме того, в прошлом году провели инвентаризацию уже действующих компаний. И оказалось: триста компаний, которые имеют расчётные лесосеки в каком-то из районов области, там не зарегистрированы как налогоплательщики. Где они платили, что делали два года назад — сказать трудно. В результате мы на 60% выросли по переработке в прошлом году и примерно на столько же выросли в этом.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Сергей Георгиевич, это называется наведением порядка?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Обычное дело, ничего тут сверхъестественного нет.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но это-то и удивительно!

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Вы упомянули леспромхозы. К сожалению, они влачили жалкое существование. Там работала тысяча людей, поскольку у них большая сфера деятельности и очень непростая — это и слежение за лесом, и тушение пожаров, и восстановление лесопользования, и добыча леса там, где это можно делать, и переработка. В общей сложности они добывали и перерабатывали всего сто тысяч кубометров в год. За два года увеличили в десять раз, сейчас миллион. А это государственная компания, которая, естественно, платит налоги, перерабатывает всё вполне официально и прозрачно.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Был сделан упор на кадровую политику или на создание каких-то специальных условий, какой-то новый регламент появился? Как эти леспромхозы были приведены в чувство?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Всё вместе — то, что вы перечислили. Естественно, с кадрами, которые не смогли или не захотели работать в таких условиях, пришлось проститься. Провели некоторую реорганизацию, и она ещё не последняя, потому что у нас есть большие задачи по укрупнению леспромхозов, чтобы малосильные были соединены с крупными леспромхозами, где хорошие технологии. Потому что не всегда маленький леспромхоз в каком-то отдельном районе может применить все необходимые технологии, закупить новое оборудование — просто не хватает средств. И даже если какими-то способами они его закупят, оно не будет использоваться в должной мере. Соответственно, крупные объединения будут возглавлять люди, которые за последние два года показали себя хорошими, эффективными работниками.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть по-прежнему кадры решают всё?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Это одно из основных направлений.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Сергей Георгиевич, есть такое ощущение, к сожалению, что у людей в России настроение не очень. И это вопрос не только экономических реалий, которые очень суровы сегодня. Люди как-то разуверились, перестали друг другу доверять, некая апатия присутствует. А на фоне этого все социальные болезни — пьянство, в первую очередь. Как оживить общество? Как запустить социальный двигатель?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Вы знаете, единого такого или единственного шага…

Андрей ФЕФЕЛОВ. Золотого ключика…

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Золотого ключика не существует. Шашкой не махнешь — и всё, настроение не изменится. Оно создаётся. И создаётся не очень быстро, к сожалению. Потому что долгие годы люди видели, что большого развития нет, многие обещания не выполняются. Поэтому первое, что нужно сделать, — начать выполнять обещания. В прошлом году я выступил с инвестиционным посланием, поставил задачи. За год 85% задач было выполнено. Понятно, что это не 100%, но и не 10 или 15, которые были практически незаметны. В этом году выполнение моего послания идёт примерно на том же уровне.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть чёткое формулирование целей, путей их достижения и, соответственно, отчёт за свою работу?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Это одно из направлений. Кстати, должен сказать, что выборы губернатора были в сентябре 2015 года, и, наверное, очень многие люди, как в Иркутской области, так и за её пределами, не могли даже представить себе или поверить, что коммунист может победить. Многие не ходили голосовать, потому что считали, что всё заранее предусмотрено и предписано, и никогда это не получится. Это был первый сдвиг, когда люди поверили, что что-то можно сделать, в том числе и своими усилиями: приподнять себя с дивана и в воскресенье прийти и проголосовать.

Нужно людей собственным примером приучать к активной жизни, потому что лёжа на диване — ты будешь человеком, который никогда ни во что не поверит и даже ничего хорошего не увидит, каких-то ростков: с дивана ничего не видно. Поэтому мы серьёзно увеличили наши расходы на спорт. Я считаю это одним из важнейших направлений.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Не только в Иркутске, но и в районах, и в малых городах?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. В первую очередь в районах. До меня в год строили один физкультурно-оздоровительный комплекс, в этом году — одиннадцать, в следующем столько же построим. Финансирование нашего министерства спорта возросло почти в два раза. Точно так же и по объектам культуры, и по объектам образования. Люди видят, что у них на глазах что-то меняется: строятся дороги, школы, больницы. Кстати, мы запустили три больницы, которые "строились" до меня двенадцать лет. Люди уже не верили: двенадцать лет стояли, и никто ничего не делал! И хотя я не могу сказать, что у нас уже резко изменилось настроение, но оно гораздо лучше, чем было три года назад.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Я не сомневаюсь, цифры сами за себя говорят. Ещё хотелось бы задать вопрос геополитический: сейчас так или иначе жизнь заставляет двигаться на Восток. Знаю, что существуют связи Иркутской области с Вьетнамом, а недавно вы совершили визит в Японию. Какие у нас взаимные интересы, как мы движемся туда, и с чем эти "азиатские драконы" движутся к нам?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Во-первых, Иркутская область располагается в азиатской части России, и до стран Азиатско-Тихоокеанского региона нам гораздо ближе, чем до европейской части. К примеру, из Иркутской области в Пекин лететь два часа, а в Москву — шесть. Торговать с ними ближе, чем с европейскими странами.

Во-вторых, "азиатские тигры" — это страны с огромным потенциалом. Сегодня китайская экономика по многим направлениям первая в мире. Индия — более миллиарда населения. Даже Вьетнам — почти сто миллионов населения. И они демонстрируют высокие темпы развития, на уровне 7%.

Я, кстати, нашим коллегам во время визитов и во Вьетнам, и в Китай, и в другие страны говорю: "У нас тоже 7%, давайте на следующий год посоревнуемся с Иркутской областью — сколько будет у вас и у нас?". Это, конечно, добрая шутка, но и мы им тоже можем что-то показать.

Андрей ФЕФЕЛОВ. И главное, что они каким-то образом в нас нуждаются.

Сергей ЛЕВЧЕНКО. В прошлом году я был председателем ассоциации стран Северо-Восточной Азии, в которую входит 70 регионов в пяти странах — России, Монголии, Китае, Японии и Южной Корее. За год мы наладили очень много связей. И до этого у нас десятки лет действовали подписанные соглашения о побратимских связях с рядом провинций Китая.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Им лес нужен, да?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Не только. У нас регион с достаточно большим внешнеторговым оборотом. Мы в этом году превысим 7,5 миллиардов долларов — это очень высокий уровень по сравнению со многими другими регионами. Мы экспортируем алюминий, лес, целлюлозу, начали экспортировать продукты питания в Китай. В этом году наши сельхозпроизводители отправили продукции почти на миллиард рублей, и я думаю, что на следующий год будет больше.

С рядом провинций мы уже несколько десятилетий дружим — это и в Китае две провинции, и в Южной Корее, и в Японии. Я встречался с бывшим премьер-министром Мори, он сейчас является председателем оргкомитета по проведению Олимпийских игр в Токио. Этот человек с большим уважением относится к России, много раз у нас бывал, часть праха его отца похоронена у нас в Иркутской области, в городе Шелехов.

Недавно я был во Вьетнаме, в провинции Куангнинь, с которой мы заключим соглашение уже в апреле следующего года, это будет первое такое соглашение с Вьетнамом. Кроме того, Индия определила один из штатов — Ориссу, куда в следующем году будет официальный визит, будет подписано соглашение о сотрудничестве.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А теперь позвольте вопрос нерадостный, о самых серьёзных проблемах, о том, что беспокоит. Вы как практик, наверное, чётко понимаете, где что болит?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Набор проблем у нас стандартный, хотя, конечно, Сибирский регион отличается от европейской части, и каждый человек, который бывал в разных регионах России, видит, что в европейской части более комфортное проживание, так уж традиционно сложилось. Как с точки зрения обеспеченности разного вида услугами — бытовыми, социальными и так далее, — так и с точки зрения климата и расстояния, ведь наша Иркутская область — это почти 1,5 тысячи километров на 1,5 тысячи! И понятно, что коммуникации, транспорт, дороги гораздо сложнее у нас, чем в европейской части.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Как-то я двигался к истокам Лены семь часов на моторке и не встретил ни одного человека!

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Конечно, десятки и сотни километров, особенно на севере области, между населёнными пунктами, накладывают свои сложности. Поэтому транспортная схема — одна из самых серьёзных задач. Недавно у нас было заседание комиссии Правительства России под руководством премьер-министра Дмитрия Анатольевича Медведева, где мы рассматривали транспортное развитие Сибири и Дальнего Востока. Я бы сказал, Дальнего Востока и Сибири, потому что на Дальнем Востоке задача ещё сложнее. Я там выступал, и мы договорились, что включим в протокол заседания комиссии некоторые наши предложения по развитию аэропортовой системы. У нас в советское время было 23 аэропорта в области, сейчас половина.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Так называемая малая авиация?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Да, малая авиация, но по нашим расстояниям она уже и большая. У нас два международных аэропорта: Иркутск и Братск. Кроме того, есть достаточно большое количество аэропортов в полном масштабе, например, в Усть-Илимске трёхкилометровая бетонная полоса ещё с советского времени существует. Наша задача — привести в современное состояние навигацию и терминальный комплекс.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но при этом аэропорт сейчас заморожен?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Он был заморожен, а с этого года начались регулярные рейсы. Это тысяча километров от Иркутска, поэтому без авиации там очень сложно.

Андрей ФЕФЕЛОВ. И ещё вопрос общего порядка. Поскольку вы член президиума ЦК КПРФ, человек красного направления, то, наверное, видите, что мировой капитализм ведёт к уничтожению не только природы, но и самого человека. Он трансформируется под воздействием ядовитых лучей капитализма в нечто противоположное человеческому облику. И вопрос: что дальше? Как двигаться? Как люди будут жить, каким укладом? Каким способом взаимодействовать на уровне экономики, на уровне личности?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Надо делать так, чтобы даже в сегодняшних весьма непростых международных условиях добиваться развития. Китай развивается, несмотря на то, что международная обстановка не только для нас сложная, она и для Китая сложная, может быть, ещё сложнее, чем для многих других: полуторамиллиардное население, задачи, масштаб совсем другой. И Вьетнам даёт семипроцентный рост даже в этих тяжёлых условиях.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Получается, что с точки зрения социально-экономических отношений практически не отличишь капитализм от сегодняшнего китайского опыта, но при этом система управления там работает по-другому?

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Я бы не полностью согласился. И в Китае, и в других странах, которые показывают хорошие результаты, капиталистический сектор развит, но достаточно жёстко ограничен. И капитализм не пускают в те сферы, где его не должно быть. Там, где это серьёзно влияет на безопасность страны. У нас в 1990-е годы, как бы их не называть, так широко всё заприватизировали, в том числе и в сфере гражданской безопасности, что мы в Сибири до сих пор это очень чётко ощущаем. Например, в энергетике, без которой в Сибири жить невозможно.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Это основа всего.

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Да, хоть тепло, хоть электроэнергия. Возьмём абстрактный населённый пункт. Как можно было отдать в частные руки всё то, что поставляет энергоресурсы для этого населённого пункта? И нет никаких других вариантов? Если уж государство запустило в энергетике приватизационные процессы, то должна была оставаться государственная альтернатива. Если вы хотите развивать энергетический бизнес — добавляйте к тому, что есть. Государство должно гарантировать человеку более-менее приемлемые жизненные условия, а потому из рук стратегические отрасли выпускать нельзя.

То же самое по транспорту. Вы вот бывали у нас, семь часов ехали, никого из людей не увидели. А что делать, если транспорт приватизирован и, скажем, владельцу транспортной компании, хоть автомобильной, хоть авиационной, не интересно стало людей возить или невыгодно, и он сказал — я пошёл? Собрался и пошёл. Что делать? Другого-то варианта нет.

Мы уже доприватизировались с пассажирским транспортом так, что, во-первых, билеты на автомобильный пассажирский транспорт стали очень дорогими, и, во-вторых, для того, чтобы как-то оптимизировать доходы, владельцы маршрутов до предела снизили количество рейсов, чтобы они были битком набиты. А некоторые частные компании вообще говорят: мне сегодня не интересно. Вот и всё. Поэтому ко мне обращаются мэры городов Иркутской области: давайте воссоздавать государственный пассажирский транспорт!

Андрей ФЕФЕЛОВ. Это очень логично.

Сергей ЛЕВЧЕНКО. Логично, особенно у нас, в Сибири. То же самое и по коммунальному хозяйству, и по энергетическому хозяйству. Мы вынуждены это делать, потому что не имеем права бросать людей в таких условиях. По многим направлениям у нас в Сибири уже идёт возвращение государства.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Сергей Георгиевич, большое спасибо за беседу! Желаю вам успехов, а жителям Иркутской области — процветания!

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 13 декабря 2017 > № 2477733 Сергей Левченко


Россия. СФО > Металлургия, горнодобыча. Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 4 декабря 2017 > № 2411030 Владимир Потанин

Встреча с президентом, председателем правления ГМК «Норильский никель» Владимиром Потаниным.

В.Потанин информировал главу государства о текущей деятельности компании.

В.Путин: Владимир Олегович, протащили кабель в Норильск?

В.Потанин: Протащили, Владимир Владимирович, практически на себе. 900 с лишним километров, почти тысячу километров по вечной мерзлоте, по тундре протащили, и широкополосный интернет наконец–то пришел в Норильск. Должен Вам признаться, что я недооценивал, насколько это важно для норильчан. Всё–таки мы, москвичи, и, наверное, жители других городов-миллионников привыкли, что интернет – это уже данность.

Конечно, очень важно было это сделать не только с точки зрения внедрения различного рода управленческих технологий, которые нам для компании важны, но и с точки зрения того, чтобы в городе сделать нормальные условия жизни. Без этого, конечно, уже невозможно было.

Должен сказать, что инициированная Вами шесть лет назад программа по улучшению качества жизни в Норильске, которая предусматривала переселение, другие вопросы, даёт свои плоды. С того времени около 6,5 тысячи семей уже переселены на материк, причём это плод совместных усилий: финансирование из федерального бюджета, краевого и из средств компании.

Были очереди в детские сады. Со строительством трёх новых детских садов эта проблема ушла. Сейчас ещё и интернет, совсем лучше стало.

Думаю, что для нас этот год важный ещё почему – потому что в Год экологии нам, конечно, хотелось бы продвинуться и по решению экологических вопросов. Мы не сидели сложа руки всё это время, пока готовили экологическую программу. Мы кардинально улучшили обстановку на Кольском полуострове, где радикально снизили выбросы вредных веществ в атмосферу на норвежской границе, мы на 35 процентов уменьшили выбросы в черте города Норильска. И сейчас мы начинаем вторую фазу этой программы.

Я Вам год назад докладывал, как тяжело идёт эта программа, не было технологии, не было понимания того, как это решать. К сожалению, в прошлом мало экологическим вопросам уделялось внимания. Тем не менее то время, которое Вы нам дали на то, чтобы мы осознанную программу сделали, конечно, дало свои плоды. И сейчас при поддержке Правительства мы согласовали план. К 2023 году мы на 75 процентов уменьшим количество выбросов диоксида серы и практически полностью решим эту проблему.

Нам удалось уйти от технологий ненадёжных, так сказать, или непроверенных и подверженных санкционному риску, перейти на доступные, в том числе отечественные технологии. Плюс мы существенно оптимизировали этот проект, и хотя он по–прежнему стоит огромных денег, порядка 150 миллиардов рублей только в Норильске мы вложим в решение этой проблемы, но мы уверены, что это всё окупится сторицей с точки зрения того, что людям дышать будет нормально в городе.

И конечно, этот проект имеет огромный резонанс во всём мире. Экологические институты его очень положительно воспринимают. Мы, конечно, делаем его прежде всего для своих сотрудников и людей, которые живут на территории, где наши предприятия работают. Тем не менее такой резонанс, на мой взгляд, укрепляет престиж нашей страны на международной арене. Приятно хоть небольшой вклад в это внести.

В.Путин: Престиж – это хорошо. Но самое главное, чтобы людям лучше жилось, экология улучшилась.

В.Потанин: Прежде всего на это ориентируемся.

В.Путин: И у вас ещё хороший проект на востоке, да?

В.Потанин: Да, как раз хотел похвастаться. Надеюсь, не стыдно похвастаться таким проектом. В Забайкальском крае мы ввели в эксплуатацию месяц назад Быстринский горно-обогатительный комбинат, который будет более одного миллиона тонн руды добывать и перерабатывать. Это крупнейший в отрасли проект со времён Советского Союза. И он не только важен для нашей компании как элемент устойчивого развития компании, долгосрочного устойчивого развития, но и, я уверен, очень серьёзно положительно повлияет на социально-экономическую ситуацию в регионе.

Важно, что мы этот проект осуществили на основе государственно-частного партнёрства, ведь инфраструктура – электричество, железная дорога – строилась совместно государством и нашей компанией, Вы неоднократно давали поручения, наблюдали за этим процессом. Сейчас этот процесс наконец–то позволил нам приступить к пуско–наладочным работам. Надеюсь, что в 2019 году мы выйдем на полную мощность. Это будет очень хороший проект.

В.Путин: Я Вас поздравляю, так же как и всех, кто работал над реализацией проекта.

В.Потанин: Спасибо. Ваша телеграмма была очень кстати, коллектив был очень доволен. С Вашего разрешения, я бы тоже просил наиболее отличившихся в двух проектах – на строительстве Быстринского ГОКа и на проведении линии интернета – представить к госнаградам.

В.Путин: Давайте так и сделаем.

В.Потанин: Спасибо, Владимир Владимирович.

Россия. СФО > Металлургия, горнодобыча. Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 4 декабря 2017 > № 2411030 Владимир Потанин


Россия. СФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 23 ноября 2017 > № 2420119 Ирина Толкачева

На кого сердится Джоконда?

Конечно же, это эксперт. Ведь это он разбирается в психологии человека, умеет рисовать и применять на практике научные знания в области габитоскопии. А значит, способен создать портрет человека, которого другой человек видел лишь несколько секунд… Если благодаря работе экспертов оперативники, участковые и патрульные постовые могут узнать в толпе преступника, то разгадать улыбку Моны Лизы - вообще проще простого?

Точка, точка, запятая…

По первой профессии Ирина Толкачёва - художник-оформитель. По второй - учитель черчения и рисования, по третьей - эксперт-криминалист. Майор полиции служит в ЭКЦ УМВД России по Омской области. Специализация - «габитоскопия и портретная экспертиза».

- Чем отличается портрет, составленный со слов потерпевшего, от, допустим, «Девочки с персиками»?

- Вы намеренно или случайно спросили именно о ней? - улыбается Ирина. - Если случайно, то получилось, как будто и намеренно - кто же не знает этой замечательной картины Серова! 12-летняя Вера Мамонтова позировала художнику на протяжении двух месяцев. Это портрет, написанный с натуры. Тот, который составляет эксперт, так называемый субъективный портрет, изготавливается в соответствии с представлением о его внешности в сознании другого человека. Основанием для такого портрета служит мысленный образ, сложившийся у носителя информации - то есть жертвы.

При изготовлении субъективного портрета эксперт преобразовывает мысленный образ в графическое изображение - рисованное, рисовано-композиционное или фотокомпозиционное. А образ этот хранится в памяти. Чужой. Вот почему эксперт обязательно должен знать, как работают механизмы восприятия, запоминания и воспроизведения облика того, кто раньше был неизвестен.

В практике старшего эксперта Ирины Толкачёвой был случай, когда жертве хватило четырёх секунд, чтобы запомнить обидчика. Носителем информации была женщина.

Преступник держал пистолет у её лица. Стресс так повлиял на организм, что память зафиксировала образ врага с фотографической точностью - вплоть до расположения морщин у глаз. Женщины, кстати, запоминают лучше мужчин. Точности больше, деталей. Но они же, как утверждает Ирина Толкачёва, склонны к излишней эмоциональности и способны пофантазировать. Эксперт должен это учитывать.

- Не перейти ли от конкретных слов к делу? Мысленный образ, который остался в моей памяти, таков: «…не красавец, но и не дурной наружности, не слишком толст, не слишком тонок, нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод…». Нарисуете субъективный портрет?

- Это описание литературного героя, - невозмутимо отвечает майор полиции. - А никак не мысленный образ, но это во-вторых. Во-первых же, характеризующих признаков слишком мало. Но определением половой принадлежности мы уже отвели от прекрасной половины человечества подозрение в совершении преступления…

- А вот тут ещё вопрос приготовил для науки о внешнем облике человека - габитоскопии. Сотрудники Амстердамского университета изучили эмоции, которые испытывает человек, впервые увидевший картину Леонардо да Винчи. Оказалось, что 83 % зрителей описывают лик Моны Лизы как счастливый, 12 % - испуганный, сердитой Джоконда кажется 5 %. Отчего эта разница в восприятии?

- Я бы объяснила её эмоциональным состоянием зрителя, - отвечает Ирина Толкачёва. - Могу поделиться кое-какими наблюдениями из практического опыта работы по поводу специфики образования мысленного образа. Лица мошенников зачастую запоминаются потерпевшим добрыми и симпатичными - потому что они испытывали к ним доверие. Грабители, напротив, вспоминаются угрюмыми, злыми и даже уродливыми. Тут всё дело в эмоциях, которые пережил потерпевший. Пожилые и дети обычно сильно ошибаются в возрасте. Для первых все лица кажутся моложе, для вторых - взрослее. Чётко запоминают внешность военные и охотники. Плохо - кассиры, продавцы, кондукторы - те, кто работает с большим количеством людей. Человек после 30 лет дольше выбирает элементы - чаще сомневается.

В силу разных причин очевидец не может описать лицо преступника с фотографической точностью. Задача эксперта - создать похожее изображение. И прежде чем говорить об элементах лица, а их около 20, нужно выяснить условия формирования и сохранения в памяти мысленного образа. Именно поэтому, по словам собеседницы, экспертам нужно как можно больше знать о потерпевших и свидетелях происшествий.

- Умение рисовать - условие обязательное?

- До появления компьютеров эксперт этого профиля ничем другим, кроме карандаша и стирательной резинки, не пользовался, - рассказывает Ирина Толкачёва. - Ошибся, допустим, наш потерпевший с пропорциями лица, размером его элементов - рисунок стирается и создаётся снова. Но навыки рисования нужны и сейчас, когда субъективный портрет составляется подбором заложенных в компьютерной программе элементов. Я бы назвала усилия эксперта в этом случае художественной, точечной доработкой изображения, полученного схематичным путём.

Не бровь - так глаз

Какие элементы человеческого лица создают основу мысленного образа? Что важнее всего - глаза? губы? нос? По словам майора полиции, на человеческом лице - более 20 элементов. Каждый из них характеризуется хотя бы двумя признаками - формой и величиной. Затем тремя степенями их выраженности - большой, средней, малой.

- Теперь представьте, какое количество у нас рабочего материала! - говорит Ирина Толкачёва.

- А если я назову такие элементы: узкое лицо, неширокие глаза, среднего размера рот и уши, брови тоже невелики, - изготовите субъективный портрет и сколько времени уйдёт на его создание?

- Извините, нет. Вы же сейчас, описывая себя, создаёте свой словесный портрет, не совсем, правда, правильно. А мы же говорим о другом… О мысленном образе, а не о том, который сейчас перед моими глазами. По поводу времени: до появления компьютеров рисовали около двух часов. Сейчас на эту работу уходит примерно полчаса.

Эксперты начинают с того, что выбирают овал лица. Определяются с пропорциями. Затем выясняют, что очевидец запомнил лучше: причёску, глаза, форму носа. Уверенно включают эти элементы в портрет. «Недостающие» черты воспроизводятся в портрете нейтральными, допускаемыми очевидцем. Но как быть, если потерпевших несколько. И мысленный образ одного и того же преступника у них разный?

- Было у нас уголовное дело с 26 субъективными портретами. Все бабушки, от 70 лет и старше, - рассказывает эксперт. - Мошенница брала у них деньги для того, чтобы якобы забрать из морга тело матери, а вернуть обещала на похоронах. Но всё же мошенница была опознана. Как мы работали в этом случае: портрет составляли с каждой потерпевшей. Каждой потом показывали все получившиеся варианты. Вносили поправки и добились максимально возможного сходства с разыскиваемой. В её лице была одна интересная деталь: уголки глаз опущены к центру. Такие глаза называют косовнутренними. Вроде бы мелочь, но существенно сказывается на похожести/непохожести.

- Зачем природе такие наши глаза?

- Давно же сказано: природа - величайшая мастерская. Пробует, экспериментирует. Нам просто нужно знать эти и другие особенности и использовать в работе.

- Что ещё есть в человеческом лице, о чём многие его носители не знают? Наверняка, чтобы не оскорбить чувства косовнутренних, природа создала и косонаружные глаза?

- И те, и другие имеют право на существование, - утверждает майор полиции. - Как и горизонтальные - самые распространённые. Это тонкости, о которых знает специалист. Только вот обычному человеку трудно описать внешность незнакомца. Да что незнакомца! Попросите кого-нибудь описать внешность хорошего знакомого или даже самого себя. Тут-то и начнутся трудности! Может быть, впервые задумается: а какой формы у меня лицо, глаза, брови? Существуют ли особенности? У некоторых людей на ушах есть так называемый Дарвинов бугорок. Читала, что его наличие говорит о хорошо развитой интуиции…

- Мне вот что начинает казаться: интуиция для эксперта - что для художника вдохновение. Чем вдохновляетесь?

- Созерцанием природы. С фотоаппаратом.

- Создаёте её субъективный портрет?

- Скорее, объективный. Но исключительно в личном ощущении.

- Как вы это тонко подметили.

- Такая работа - тонкая и терпеливая. И да, во многом интуитивная…

Александр ЛИЗУНОВ

Россия. СФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 23 ноября 2017 > № 2420119 Ирина Толкачева


Россия. УФО. СФО > Металлургия, горнодобыча. Армия, полиция > flotprom.ru, 15 ноября 2017 > № 2388599 Виталий Кабаков

Виталий Кабаков: кабельный рынок – индикатор промышленного роста страны.

Российская кабельная промышленность сегодня предлагает отечественному ВПК более высокотехнологичную продукцию. Она не только сумела создать альтернативу импортным поставкам, в том числе кабелям для надводных судов с Украины, но и сформировала инновационный запас. Сейчас дело за оборонкой, которая, с одной стороны, всегда отличалась консерватизмом, но в то же время была локомотивом роста экономики. Заместитель директора по продажам "Холдинга Кабельный Альянс" Виталий Кабаков рассказал FlotProm о работе с военными заказчиками, модернизации кабельной отрасли, импортозамещении, а также о новых разработках компании.

Виталий Викторович, нужна ли сейчас консолидация отрасли, помогает ли она?

Кабельная отрасль – своего рода индикатор состояния экономики. Кабельная продукция используется во всех отраслях народного хозяйства, и самочувствие экономики отражается на состоянии кабельной отрасли. Динамика есть, и она положительная.

Сейчас экономика и промышленность восстанавливаются после недавнего кризиса, вкладываются инвестиции в проекты разного уровня. Кабельная отрасль отражает все эти тенденции, постепенно развиваясь.

За последнее десятилетие расстановка сил на российском кабельном рынке изменилась не сильно. Отдельные перемены есть: С 2011 года наш холдинг под руководством Уральской горно-металлургической компании (УГМК) объединил три кабельных завода. В большей степени это положительно сказалось на нашем развитии и возможностях. Действуя как единый организм, мы смогли консолидироваться, чтобы максимально удовлетворять потребности заказчиков.

Речь не только о консолидации, но и о производственной кооперации, о развитии научного потенциала, а также об обмене опытом между заводами, отдельными инженерами и так далее. В рамках единой структуры мы закрыли одинаковые группы выпускаемых изделий на разных предприятиях, оптимизировав загрузку и производство. В мире всего несколько крупных кабельных корпораций, которые консолидируют свои усилия, и это приносит успех.

Военных заказов все больше

По статистике последних лет, заказы от военно-промышленного комплекса существенно увеличились. Кабельная отрасль это чувствует?

Да, есть положительная динамика. В первую очередь это связано с освоением новой для нас номенклатуры – например, в части импортозамещения. Мы также предлагаем новые виды продукции для флота – как военного, так и гражданского. Растут заказы на наших судоверфях. Вообще, существенная доля наших заказов – это именно ВМФ.

Предприятия долгое время использовали кабели в бумажной маслозаполненной изоляциии. Сейчас Россия переходит на новые технологии – например, на изоляцию из сшитого полиэтилена (СПЭ-кабели)...

Кабели на среднее напряжение с бумажно-пропитанной изоляцией появились в середине прошлого века. Новая технология, пироксидная сшивка, появилась в России в начале 2000-х годов, первую такую производственную линию установили, кстати, на нашем заводе "Электрокабель" в Кольчугино.

Сшитый полиэтилен занимает все большую долю рынка, такие кабели более надежны и долговечны. Бумажно-пропитанный кабель сегодня уже постепенно запрещают в мегаполисах.

Новые разработки медленно, но внедряются в оборонку

То есть будет масштабная замена на новые технологии и в сфере ВПК?

Да, мы постепенно к этому идем. Кабельная отрасль консервативна, и реализация всего нового может идти годами и десятилетиями.

Разработки и выполнение опытно-конструкторских работ (ОКР), насколько известно, ведутся в основном в инициативном порядке?

В большей степени. У нас хорошая научная школа, много ОКР идут как исследования. Наш холдинг располагает кабельным институтом в Томске. Таких учреждений в России немного: томский Научно-исследовательский, проектно-конструкторский и технологический кабельный институт (НИКИ) и столичный Всероссийский Научно-Исследовательский проектно-конструкторский и технологический Институт Кабельной Промышленности (ВНИИКП).

А что с подготовкой специалистов?

Сегодня кабельные факультеты и специальности есть еще в трех университетах. Это Москва, Пермь и Томск. С профессионалами у нас проблем нет.

Поговорим о профильных НИИ. У многих иностранных холдингов, например, Prysmian Group – около 20 научных подразделений с общей численностью сотрудников под тысячу.

Мы активно расширяем штат исследователей, только в НИКИ у нас 120 технологов, а также дополнительный персонал. Сейчас ведем ряд опытно-конструкторских работ, у нас есть и свои патенты. Часть разработок ведется под потребности ВПК, в том числе в инициативном порядке. Если в этом есть нужда у военных и это нужно стране, мы готовы пойти на такое.

Томский НИКИ – не только разработчик, но и держатель нормативной документации. Так, недавно мы разработали новый спецкабель для ВМФ, а в июле уже получили первый заказ. Довольно часто мы производим что-то по особому требованию, а не в глобальных масштабах. Тут задействуется и опытное производство. Кроме того, мы постоянно взаимодействуем с другими предприятиями, идет обмен опытом.

В оборонке кабельная отрасль с советских времен обеспечивает три основных направления: кораблестроение, авиацию и радиоэлектронику. В наши дни это распределение по-прежнему актуально?

Да. Но тогда поставки для ВПК были по некоторым группам изделий кратно выше. Сегодня больше половины номенклатуры для судовой отрасли идет на ВМФ. Но если взять только электрокабель, доля судовых поставок в нашем производстве – не более 5%. Тем не менее судовой кабель – основной в наших поставках для оборонки. В числе наших заказчиков – концерн "Алмаз-Антей", "Концерн Радиоэлектронные технологии" (КРЭТ) и многие другие предприятия, что входят в крупные оборонные холдинги.

Как ХКА помогает российским военным уходить от импорта

Помимо военного направления, важный момент – импортозамещение. Тут свою роль сыграли антироссийские санкции. Как обстоят дела с импортом на кабельном рынке?

Хороший вопрос. В гражданской кабельной отрасли доля импорта – 20-25%. В отрасли военной импорта меньше, около 5% – в основном там, где наша промышленность не может изготовить ту или иную вещь. Тут речь идет скорее об импорте составляющих, а не готовых изделий.

В 2014 году мы полностью импортозаместили изготовление судовых кабелей для надводных кораблей ВМФ. Ранее их делали на Украине, на Бердянском кабельном заводе. Холдинг провел ряд научно-исследовательских работ, испытаний, после чего мы успешно организовали отечественное производство.

Получилось лучше, чем импортное?

У наших изделий много новых отличительных особенностей по сравнению с тем, что производилось украинской стороной еще по советским стандартам. То, что мы сегодня поставляем флоту, – наиболее современные изделия, которые сейчас можно изготовить. Однако ВПК очень консервативен, и кабельная продукция часто воспринимается как материал, а не как изделие.

А что касается импортозамещения в области оптоволокна и других современных технологий?

У нас есть производство оптоволоконного кабеля, работает с 2014 года, но тут рынок уже сформировался. Мы больше работаем в области электрокабеля, покрывая до 90% потребностей рынка. Активно идет развитие полимерного направления. Так, в 2016 году в Томске запустили новейший цех по производству кабельных резин, не имеющий аналогов в России.

В ближайшие три-четыре года холдинг запустит новое полимерное производство. У нас также есть наработки по другим типам кабельной изоляции: безгалогенные компаунды, ПВХ-пластикаты и полиэтилены. При этом у отечественных производителей "химическое" направление сегодня "не блещет".

Вообще, мы преодолеваем наследие развала СССР и 1990-х годов. И поле для работы большое: отечественные наработки в сфере высоковольтных и сверхпроводящих кабелей еще не на лучшем уровне: тут правят бал Южная Корея, Япония и США. А потребности велики: открываются навигационные станции, такие кабели нужны для разведывательных целей, есть множество интересных разработок у того же КРЭТ.

Как в процессе модернизации внедряются новые технологии

Как обновляются предприятия холдинга?

В планах – существенная модернизация. Например, в Кольчугино модернизируем производство силовых кабелей для судов: покупаем новые производственные линии, обновляем оборудование, модернизируем линии для прокладки силовых кабелей в галогенном исполнении. Также идет развитие в области производства силовых кабелей и кабелей управления для нефтегазовой отрасли. Самый большой и амбициозный проект – организация производства силовых кабелей на 330 киловольт и вышe.

Одно из интереснейших направлений, которое пока слабо развито на российском рынке – технология радиационной, или электронно-лучевой сшивки. Ее активно используют за рубежом, в том числе для продукции спецназначения: для машиностроения, кораблестроения, авиации. Если кратко, ЭЛ-сшивка позволяет увеличить ресурс и характеристики продукции на 20-40%. Снижается также вес и размер изделий при повышении их надежности. Это важно, например, для робототехники, где много движений. А материалы на основе "радиационной" технологии обеспечивают сотни тысяч циклов изгиба. Электронно-лучевая сшивка применима также в авиации, где существенен вес и габариты продукции. Мы осваиваем эту технологию на заводе "Электрокабель" в Кольчугино.

Кроме того, на кольчугинском "Электрокабеле" в течение 4-5 лет реализуют инвестпрограмму стоимостью более двух миллиардов рублей. Запланировано развитие фильерного производства, производства судовых кабелей, безгалогенных кабелей. Самый крупный проект – строительство высокотехнологичного цеха по выпуску кабелей на напряжение 330 кВ и выше.

Другой пример – перенос производственной площадки "Уралкабеля" из Екатеринбурга за пределы города, в соседнюю Верхнюю Пышму. Там находится штаб-квартира УГМК. Завод фактически построят заново и оснастят по последнему слову техники. Это будет не только переезд, но и увеличение номенклатуры продукции для ВПК. Новый "Уралкабель" сможет лучше удовлетворить потребности военных, в том числе в изготовлении кабельной продукции для авиации.

На заводе "Сибкабель" в Томске усовершенствуют процесс выпуска кабелей для горнорудной отрасли, расширится также их ассортимент. Современная производственная линия стоимостью около 300 млн рублей, которая поступит на предприятие в ближайшие месяцы, позволит выпускать кабели для горняков с использованием новейших изоляционных материалов, в том числе производящихся в новом цехе "Сибкабеля". Сам цех, специализирующийся на выпуске высококачественных резиновых смесей, также модернизируют.

ХКА готов к инициативным разработкам для военных

Как идет работа с военными, в частности с приемкой?

В целом – достаточно эффективно, за долгие годы взаимодействия сотрудничество уже выстроено. Военные представительства есть на всех наших предприятиях. Определенные сложности, конечно, есть, но это связано с серьезностью отрасли и общей ответственностью.

В области военных заказов бывает непросто заменить изделие на более новое или с лучшими показателями, ведь даже гражданский кабельный рынок довольно консервативен. А в военных заказах бывают ситуации, когда та или иная номенклатура продукции заложена в определенный вид вооружения, скажем, в 1980-х годах, и это допускается до сих пор.

Получается, что для замены нужно заново проходить все процедуры проверки единицы техники. На это военный заказчик часто не идет. Выход – внедрение новых кабелей уже в новую продукцию. Старое часто остается без изменений.

Конечно, с военными больше согласований, изделия серьезнее, ведь это безопасность страны – и сделки проходят дольше. Холдинг меняется, чтобы полностью соответствовать новым требованиям законодательства, например, с работой по спецсчетам. Мы для себя эти вопросы закрыли и полностью удовлетворяем требования государства и заказчика.

Насколько велика доля военной приемки в ваших поставках?

Пока что – менее 10%, хотелось бы эту цифру увеличить. Для этого мы постоянно развиваемся, внедряем новые технологии и обновляем производственные мощности. Холдинг увеличит объем продукции, которую можно выпускать для нужд ВПК, в полтора-два раза за следующие пять лет. Это станет возможным благодаря реконструкции и модернизации предприятий.

Мы готовы более продуктивно работать с компаниями военно-промышленного комплекса, получать от них технические задания; готовы сотрудничать, в том числе выделяя собственные средства на разработки. В этом направлении нам помогает Минпромторг, с которым ХКА активно взаимодействует. Министерство участвует в том числе в финансировании проектов.

Кабельная промышленность России в последние годы продвинулась вперед. Если в 1990-е годы эта область отставала от ведущих "кабельных" держав примерно на четверть века, сегодня наше отставание сократилось и составляет уже около десяти лет.

Коррелируют ли ваши новые разработки с Госпрограммой вооружений на 2018-2025 годы?

У нас есть несколько проектов, в том числе для флота, но озвучивать их пока рано.

Немного о сырье. Медь – один из основных элементов для кабельной промышленности, от цены сырья зависит и стоимость вашей продукции. Какова сегодня эта динамика?

Динамика интересная. Если в 2016 году цена держалась на уровне 5-6 тысяч долларов за тонну, с июля этого года произошел серьезный рост, примерно на 20%. Сырьем мы себя обеспечиваем полностью, основной поставщик – УГМК. 60% от стоимости кабеля – это металл, 10-15% – компоненты конструкции, остальное – производство, налоги и т.д.

Есть установка правительства для предприятий на выравнивание между гособоронзаказом и гражданским направлением. Как вы этому соответствуете?

Мы прежде всего многопрофильное предприятие и покрываем 90% ассортимента, необходимого российским заказчикам. Доля ВПК в линейке нашей продукции примерно соответствует доле бюджета военно-промышленного комплекса в ВВП страны.

Говоря о будущем, отмечу, что потребность военной промышленности в кабелях растет. Мы готовы эту потребность закрыть. Государство – надежный заказчик, работать с ним сложно, но это важно и интересно. России нужны сильные вооруженные силы, наш ВПК развивается, и холдинг готов удовлетворить его нужды.

Справка FlotProm

"Холдинг Кабельный Альянс" – одно из ведущих предприятий электротехнической отрасли России. В его состав входят три завода – АО "Электрокабель" Кольчугинский завод" (Владимирская область), АО "Сибкабель" (Томск), АО "Уралкабель" (Екатеринбург), а также Научно-исследовательский, проектно-конструкторский и технологический кабельный институт (НИКИ), расположенный в Томске.

Номенклатура продукции ХКА насчитывает около 150 тыс. маркоразмеров кабелей и проводов (более 40 групп). Изделия компании востребованы в различных отраслях экономики: энергетической, телекоммуникационной, горнорудной, химической, нефтегазовой, строительной и т.д.

Среди ключевых заказчиков – предприятия Минобороны РФ, Росэнергоатома, РЖД, "Газпрома", "Роснефти" и другие. Часть продукции поставляется в страны СНГ.

В 2016 году заводы ХКА переработали 37,5 тыс. тонн меди. Это на 12% больше, чем годом ранее (33 тыс. тонн). Общий объем переработки металла (по весу меди) на предприятиях компании в прошлом году превысил 50 тыс. тонн. За девять месяцев 2017 года уже переработано 43 тыс. тонн.

Россия. УФО. СФО > Металлургия, горнодобыча. Армия, полиция > flotprom.ru, 15 ноября 2017 > № 2388599 Виталий Кабаков


Россия. СФО. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 25 октября 2017 > № 2363755 Василий Фролов

Василий Фролов: «Для повышения манёвренности Восточного полигона необходимы переходы между БАМом и Транссибом»

Начальник Восточно-Сибирской железной дороги рассказал «Гудку» об использования полигонных технологий и тяжеловесного движения на Восточном направлении

Восточный полигон – испытательная площадка новых технологий управления перевозочным процессом для всей сети РЖД. Восточно-Сибирская железная дорога одной из первых перешла на новый принцип работы. Как работает магистраль, какие проблемы удалось решить благодаря полигонным технологиям и как дорога будет развиваться дальше, «Гудку» рассказал начальник Восточно-Сибирской железной дороги Василий Фролов.

– Василий Фёдорович, как вы оцениваете опыт работы Центра управления движением на Восточном полигоне? Можно ли его технологию тиражировать в других регионах, на других дорогах?

– Год назад мы отмечали 20-летие работы первого на сети единого диспетчерского центра, созданного в Иркутске, который сконцентрировал управление перевозками всей Восточно-Сибирской железной дороги. Идея создания такого центра возникла не вдруг. Применение автоматизированных систем управления позволило ввести электронный график исполненного движения – основу не только для формирования отчётности, но и экономики железнодорожного транспорта в целом. Дорога получила колоссальный экономический эффект по всем показателям эксплуатационной работы. Коллегия Министерства путей сообщения одобрила этот опыт и рекомендовала его всей сети железных дорог. Центр управления перевозками на Восточном полигоне (ЦУП ВП) – это уже продолжение истории. Существовавший с 2012 года Центр управления тяговыми ресурсами показал свою эффективность в управлении локомотивным парком по полигонному принципу. Накопленный опыт позволил принять решение по созданию единого технологического процесса перевозок в целом. Так компания пришла к созданию Центра управления перевозками на Восточном полигоне.

Что нам это дало? Полигонный принцип исключает такое понятие, как «междорожный стык». Раньше вся технология перевозочного процесса формировалась внутри дороги. И у каждой, естественно, были свои потребности по перевозкам, подходы к выполнению ключевых показателей эффективности. С появлением общей полигонной задачи от этих проблем удалось уйти. Поэтому мы сейчас имеем тяговые плечи обслуживания локомотивов до 2,5 тыс. км. Это позволило унифицировать гарантийные плечи вагонного парка. Они увеличены сейчас до 1200–1300 км. Повысилась эффективность всего перевозочного процесса. Эффект виден, необходима шлифовка регламентов взаимодействия, что естественно и неизбежно на этапе становления новой структуры. Сейчас и Северо-Западный, и Приволжский полигоны как раз формируют технологию работы в новой формации. Опыт Восточного полигона поможет им быстрее развернуть работу и, возможно, избежать каких-то ошибок.

– Если посмотреть на полигон глазами грузоотправителя, повышается скорость доставки?

– Конечно. В этом году к уровню прошлого года почти на 6,5% повысилось качество эксплуатационной работы за счёт того, что здесь функционирует ЦУП ВП. На 8% увеличена маршрутная скорость, или, по-другому сказать, коммерческая скорость, это как раз тот самый показатель, который важен для наших партнёров-грузоотправителей. Маршрутная скорость характеризует скорость доставки грузов и может использоваться для определения сроков перевозки. Мы комплексно работаем над этим показателем, совершенствуя собственную систему перевозок и технологических операций, а также взаимодействуя с партнёрами.

– Сейчас обсуждается программа достройки БАМа и создание перемычек между БАМом и Транссибом. Что с точки зрения экономики компании даст строительство такой связки между магистралями?

– Мне один раз на глаза попался исторический материал. До Первой мировой войны были проделаны изыскательские работы по строительству дороги, которая из Иркутска вдоль западного побережья Байкала должна была выйти на Бодайбо. Тогда БАМа ещё не существовало, а понимание того, что дорога в этом направлении нужна, было. На сегодняшнем этапе, безусловно, в первую очередь необходимо завершить модернизацию Байкало-Амурской и Транссибирской магистралей. Тогда мы получим дополнительные резервы пропускных и провозных способностей, и задачи, которые ставит правительство России перед РЖД, будут выполнены. Но для повышения манёвренности всего полигона, конечно, необходимы переходы между БАМом и Транссибом. Даже сейчас природные катаклизмы останавливают движение, а в 1971 году, после того как часть Транссиба была буквально смыта ливнями, движение остановилось на неделю. Широтный ход, соединяющий две магистрали, создаст дополнительные преимущества и для жителей северных территорий, где вопрос транспортной доступности всегда стоит остро. Учитывать необходимо и географические особенности расположения полезных ископаемых. Как вы понимаете, это потенциальная грузовая база железной дороги. Эффект должен быть синергетический, а подход к этому вопросу комплексный.

– На всех дорогах существуют планы по привлечению новых грузоотправителей. На какие виды грузов делается ставка у вас, за счёт каких отраслей может быть создана новая грузовая база?

– Мощные промышленные предприятия, которые валово производят свою продукцию, традиционно пользуются услугами железнодорожного транспорта. Это прежде всего угольная, железорудная, лесная промышленность. Мы отмечаем положительную динамику по этим отраслям. На увеличение грузовой базы дорога рассчитывает и в дальнейшем. Основными драйверами роста объёмов перевозок грузов являются предприятия горной промышленности. Рост мировых цен на энергетические угли и заметное оживление российской экономики способствуют увеличению добычи и, соответственно, погрузки угля как на экспорт, так и на внутренний рынок в адрес энергетических предприятий. Согласно производственным планам на 2017 год, угледобывающие компании планируют нарастить объёмы производства и дополнительно предъявить к перевозке на железнодорожный транспорт более 800 тыс. тонн энергетического угля (+3%). Также увеличены перевозки железной руды на 5,6%. В последнее время ведётся продуманная политика в лесной промышленности, что привело к росту объёма лесных грузов почти на 3%. Некоторые виды грузов, увы, уходят с железной дороги – нефть, например, сейчас доставляется через магистральный трубопровод. Мы на Восточно-Сибирской дороге взяли курс на повышение интереса к нашим услугам у малого и среднего бизнеса. В 2015 году был создан единый клиентский центр в Иркутске, а в 2016 году – в Улан-Удэ. В этих центрах работа организована по принципу одного окна, там аккумулируются все возможности железнодорожного транспорта. Наш клиент стал взыскательным. Сейчас он уже не будет по всей Восточной Сибири бегать за начальником станции, дабы организовать отправление своего груза. Мы же предоставляем ему возможность прийти в офис в центре города, заказать услугу и из любой точки Восточно-Сибирской железной дороги организовать отправление или приём груза, тут же оформить весь пакет документов. За год мы насчитываем по 18 тыс. обращений в эти центры. Безусловно, не все они завершаются заключением договора, но важно, что любой представитель малого или среднего бизнеса имеет возможность получить исчерпывающую информацию о нашей услуге и в перспективе вернуться для организации перевозки.

В этом году мы уже около 30 тыс. тонн груза привлекли через наши центры от некрупных бизнесов.

– Многие специалисты-транспортники делают ставку на увеличение массы поезда, использование инновационных вагонов, на тяжеловесное движение в целом. На ваш взгляд, насколько при действующей инфраструктуре оправдано такое активное внедрение тяжеловесного движения? Есть ли от него в конечном итоге заметный экономический эффект?

– Что такое увеличить массу поезда? Это увеличить составность. Следовательно, работу можно произвести меньшим количеством поездов – меньше выделить локомотивов, локомотивных бригад, меньше загружать инфраструктуру. Это даёт ощутимую экономию эксплуатационных расходов. За последние пять лет нам удалось ощутимо повысить весовые нормы. Сейчас по Транссибу поезда водим в 6300 тонн. Во время проведения летних путевых работ и необходимости вождения соединённых поездов эта весовая норма увеличивается за счёт соединения до 12600. Три года назад мы начали испытательное вождение поездов весом 7100 тонн, идут наработки по организации движения поездов весом 7500 тонн. По БАМу увеличен вес от 5800 до 6000 тонн, и уже сейчас, после появления новых локомотивов, проводятся экспериментальные поездки с поездами в 6300 тонн. Конечно, мы понимаем необходимость осторожного подхода к наращиванию массы поезда. Искусственные соору­жения, которые расположены в пределах Транссибирской магистрали, построены в конце позапрошлого – начале прошлого века. И, увеличивая тоннаж составов, мы должны думать о том, как нам усилить инфраструктуру. Это обратная сторона реализации проекта по развитию тяжеловесного движения.

– Восточно-Сибирская дорога традиционно сотрудничала с Иркутским ГУПСом. Учёные делали по заказу РЖД мониторинг экологии Байкала. Ведутся ли сейчас эти работы и как в целом строится сотрудничество с профильным вузом у дороги?

– Иркутский государственный университет путей сообщения – это главный поставщик кадров на нашу дорогу. За счёт молодых специалистов мы формируем кадровый потенциал. Ежегодно мы принимаем из стен университета до 200 молодых работников. Взаимодействие очень тесное, вплоть до того, что мы участвуем в выпускных экзаменах. Руководители Восточно-Сибирской железной дороги возглавляют комиссии, чтобы воочию видеть уровень подготовки специалистов, которых для нас готовят. По статистике, более 80% выпускников этого университета приходит к нам на работу, это самый высокий показатель среди профильных железнодорожных вузов. На ВСЖД есть школы-интернаты, которые уже ввели в программу для учеников специальные предметы, чтобы у них формировалось представление о железнодорожном транспорте. Есть Детская железная дорога, где в 2012 году был создан центр детского технического творчества. Там дети во время каникул живут две-три недели и проходят специальное обучение, получают навыки железнодорожника.

– ИрГУПС, как и любой вуз, должен вести научную работу…

– Во всех технико-технологических советах, проводимых на Восточно-Сибирской железной дороге, присутствует профессорско-преподавательский состав ИрГУПСа. Мы получаем полезную научную информацию о том, как развивается какой-либо транспортный объект или транспортная система. Кроме того, совместно с ИрГУПСом в этом году провели девятую Байкальскую экологическую школу. Общей комиссией рассмотрели проекты по сохранению экологии озера Байкал. Помимо этого, мы активно используем научные наработки ИрГУПСа для контроля за сейсмоустойчивостью Северомуйского тоннеля.

И как недавний пример могу привести металлографическую экспертизу, которую провёл ИрГУПС с целью оценки качества произведённого рельса, – это было после схода вагонов на станции Ук.

– Кругобайкальская дорога – уникальный туристический маршрут. На ваш взгляд, насколько сейчас используется её потенциал?

– КБЖД, несомненно, привлекает россиян и зарубежных туристов. В прошлом году Кругобайкальскую железную дорогу посетило 40 тыс. туристов. Мы ежегодно отмечаем повышение этого интереса. Если в 2014 году мы назначали 140 поездов по Кругобайкальской дороге, то в нынешнем сезоне – уже 250 поездов. При этом число туристов из России увеличилось, а зарубежных путешественников стало несколько меньше. Чуть сократилось число приезжающих из КНР, и вырос турпоток из КНДР. Для привлечения туристов мы организуем движение ретропоездов, состав ведёт паровоз. Занимаемся стилизацией посадочных платформ, вокзалов. В прошлом году мы обновили два вокзала в ретростиле и семь посадочных платформ, в планах – оформить ещё пять платформ.

– Когда на линию выходит паровоз, он соответствует всем современным требованиям по безопасности?

– Конечно. У него изменена тормозная система, установлены необходимые приборы безопасности.

– Давайте немного заглянем в будущее. На ваш взгляд, что подразумевается под термином «цифровая железная дорога»? Какие её элементы могут быть внедрены на Восточно-Сибирской железной дороге?

– РЖД взяли стратегический курс на формирование цифровой железной дороги. При реализации мероприятий в значительной степени будет повышена эффективность управляемости перево­зочным процессом. Помимо этого, цифровая железная дорога будет охватывать не только саму перевозку, но и внутрипроизводственные процессы предприятий железнодорожного транспорта. Одним из уже внедрённых элементов является минимизация бумажных носителей – этот аспект бережливого производства уже даёт значительный экономический эффект. На базе системы ЭТРАН многие формы заявок перешли в электронный вид. Вплоть до бухгалтерских отчётных документов, которые наши партнёры-грузоотправители получают буквально в день организации самой перевозки. Дальнейшее развитие бизнеса компании требует минимизации присутствия человеческого фактора. На Восточно-Сибирской железной дороге в этом году уже запускается автоматизированный комплекс «Эльбрус», который будет сам формировать программы по режиму ведения поездов, составлять энергосберегающий график. Сейчас на каждой дороге созданы рабочие группы по внедрению цифровых элементов, но в конечном счёте все эти элементы должны быть увязаны в нечто единое для того, чтобы цифровая железная дорога охватила всю сеть.

– Вы упомянули систему «Эльбрус». Восточно-Сибирская – первая дорога, где она внедряется. Можно ли говорить, что появление «Эльбруса» обеспечит качественный скачок в управлении движением?

– Эту систему мы планируем ввести в постоянную эксплуатацию в ноябре на участке Тайшет – Хани. Суть проекта единой интеллектуальной системы управления на железнодорожном транспорте в управлении перевозочным процессом на основе контроля реализации взаимоувязанных планов с возможностью принятия управленческих решений. Все разработки и наши планы сводятся к тому, чтобы в автоматизированном режиме управлять многими процессами. Это и электронный маршрут машиниста, и ведение в электронном виде книги выдачи предупреждений и так далее.

– Год от года производительность труда во всех подразделениях компании растёт. Ключевым ориентиром считается показатель в 5%, РЖД в целом этот показатель традиционно перевыполняют. На Восточно-Сибирской дороге производительность выросла на 9% по сравнению с прошлым годом. Остались ещё резервы для роста производительности труда?

– Рост производительности труда – это составляющая основного экономического закона, который позволяет индексировать заработную плату. А это, в свою очередь, элемент мотивации для коллектива – хорошо выполнять свою работу. В текущем году динамика составляет 8,8%. При этом темп роста производительности труда опережает темп роста реальной заработной платы. За последние 10 лет на Восточно-Сибирской железной дороге производительность увеличена практически в два раза. Этому способствует рост объёма работы. Вторым фактором, который влияет на положительную динамику, является оптимизация технологических и технических процессов, которая позволяет эту же работу сделать меньшим количеством людей.

Для вовлечения персонала в работу по совершенствованию производственных процессов в 2016 году

создана и действует отлаженная система мотивации, которая заключается в распределении полученного экономического эффекта. Решением проектного офиса из фонда поощрения на мотивацию работников направлено уже более 5,3 млн руб.

Кроме того, в проблемных регионах с высоким уровнем текучести кадров и недостаточным уровнем заработной платы устанавливаются зональные надбавки.

Есть и нематериальные инструменты, которые осуществляются в рамках социальной политики железной дороги.

– На всех дорогах реализуется программа «Бережливое производство». Можете ли вы отметить какие-то проекты, которые в рамках бережливого производства были реализованы на дороге и которые, на ваш взгляд, сами по себе интересны и достойны того, чтобы их переносить на другие дороги и участки?

– В проект «Бережливое производство» дорога включилась в 2010 году, можно сказать, одной из первых. В 2011 году было задействовано семь подразделений дороги, а в 2016 году принято решение об участии в проекте всех структурных подразделений, участвующих в обеспечении перевозочного процесса на полигоне дороги.

В настоящее время у нас отработана и функционирует достаточно отлаженная система инициации и тиражирования проектов улучшений. И эта система успешно развивается. В этом году не менее 40 млн руб. экономического эффекта должны получить от реализации всех наших проектов.

В разрабатываемых проектах решаются задачи по двум основным направлениям: оптимизация процессов и улучшение технологии.

Скажем, в Тайшетском регионе разработан проект изменения технологии работы сортировочной горки станции Усть-Илимск. Экономический эффект – около 3 млн руб., полученный за счёт перераспределения обязанностей между регулировщиками скорости движения и оптимизации штата сигналистов.

– Есть ли у работников вообще какая-то заинтересованность в том, чтобы в этих программах участвовать?

– Инженерное творчество очень ценится в сотрудниках. Считаю, таких людей в коллективе необходимо поддерживать и вдохновлять на новые инициативы, которые приносят реальную пользу делу. При получении экономического эффекта мы формируем мотивационный фонд, из которого поощряем сотрудников. Из этого фонда направлено уже более 5,3 млн руб. Но подчеркну, не ради материальных благ сотрудники приходят со своими проектами, в первую очередь видно желание помочь производству, улучшить своё рабочее место. Как правило, авторы проекта – непосредственные участники процесса, который они хотят усовершенствовать.

– В прошлом году был подписан новый Коллективный договор с профсоюзом. Как вы, будучи представителем работодателя, относитесь к этому документу?

– Коллективный договор – неотъемлемый атрибут работы РЖД. Мы имеем очень правильную социальную ориентацию для повышения благосостояния наших работников. В этом же Коллективном договоре отражены аспекты социальной защищённости наших работников, в том числе по отдыху и охране здоровья. На железнодорожном транспорте социально незащищённый человек, нездоровый человек больше вреда принесёт, нежели пользы.

В пределах Восточно-Сибирской железной дороги по всем предприятиям вес этого Коллективного договора по году составляет 8 млрд руб. С другой стороны, договор обязывает работника и профсоюзы обеспечить качественную работу. Профсоюзы должны этому способствовать. Все условия для эффективной работы у нас есть.

Беседовал Алексей Харнас

Россия. СФО. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 25 октября 2017 > № 2363755 Василий Фролов


США. СФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 октября 2017 > № 2345100 Леонид Бершидский

Зачем вообще США вмешались в сирийский конфликт?

Бывший министр обороны Соединенных Штатов Эш Картер описывает в своих мемуарах действия, у которых мало сторонников на Ближнем Востоке.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Откровенные мемуары бывшего министра обороны Соединенных Штатов Эша Картера (Ash Carter) предоставляют редкую возможность лучше понять стратегию президента Барака Обамы еще до того, как она станет достоянием истории. Однако в результате многочисленных глубоких наблюдений автора возникает вопрос: А зачем вообще Соединенные Штаты ввязались в это дело?

Очевидной целью публикации подробных воспоминаний Картера является определение его собственной роли в нанесении поражения «Исламскому государству» (запрещенная в России организация — прим ред.). Бывший министр обороны утверждает, что активные операции против «Исламского государства» и конкретный план ведения боевых действий, который, по мнению Картера, до сих пор реализуется Соединенными Штатами и союзными силами (две «красные стрелки» указывают на Мосул и Ракку), принял определенную форму только после его назначения на должность в феврале 2015 года.

Но если отставить в сторону его заботу о самом себе, то следует сказать, что в 45-страничной публикации Картера описываются действия, которые имели мало сторонников в этом регионе.

Картер полагает, что вывод американских войск из Ирака и стал причиной возникновения «Исламского государства». Но даже после того как эта террористическая группировка образовала свое «государство», «люди этого региона не были против возвращения вооруженных сил в том количестве, которое необходимо для вторжения», — подчеркивает бывший министр обороны. В течение двух лет пребывания на посту министра обороны Картер вынужден был «уговаривать (иракского) премьер-министра (Хайдера) аль-Абади принять большее количество американских солдат (это был спорный вопрос для внутренней политики Ирака). Иракские силы тоже первоначально не хотели воевать, что вызывало откровенное возмущение Картера и американских генералов, подталкивавших иракцев к активным действиям.

Сирийское правительство президента Башара Асада, конечно же, еще меньше приветствовало вмешательство Соединенных Штатов, даже когда идея вашингтонской администрации состояла в формировании с чистого листа местных сил для борьбы с «Исламским государством» «с помощью рекрутирования отдельных боевиков, формирования из них новых подразделений и повторного направления их для ведения боевых действий в Сирии». Хотя, как подчеркивает Картер, идея состояла в том, что эти боевики не будут вовлекаться в гражданскую войну в Сирии, Асад прекрасно понимал, что американцы думали о нем. Затем в игру вступил Картер и изменил план. «Почти все реальные боевики уже были частью созданных ad hoc (в переводе с латинского: специально, для конкретной цели — прим. ред.) группировок и все они хотели воевать против Асада, а также против «Исламского государства», — отмечает он.

Уже после того как Соединенные Штаты согласились на этот вариант, Асад представил российскому президенту Владимиру Путину свою картину происходящего. Путин увидел в этом вмешательство Соединенных Штатов в гражданскую войну, попытку устроить смену режима — против этого он резко возражал в случае с Ливией и даже вступил в спор с тогдашним президентом Дмитрием Медведевым, позволившим Западу беспрепятственно вмешаться в этот конфликт. За счет вооружения и подготовки настроенных против Асада группировок администрация Обамы — и лично Картер, если это он, на самом деле, обеспечил изменение стратегии — смогла втянуть Россию в этот конфликт.

Путин в сентябре 2015 года начал российскую военную операцию, и Картер вспоминает настойчивые попытки российской стороны установить какую-либо модель сотрудничества с Соединенными Штатами. «С самого начала Россия пыталась ассоциировать нас и проводившуюся против «Исламского государства» кампанию с тем, что она сама делала в Сирии — Москва постоянно говорила всему миру о своем желании координировать с нами свои усилия и сотрудничать с нами, а также просила делиться данными о целях и разведывательной информацией», — отмечает Картер. Он резко выступил против такого предложения по трем основным причинам.

Во-первых, координация с Россией, близкой союзницей Ирана в Сирии, могла бы ослабить решимость премьер-министра Ирака Абади работать вместе с Соединенными Штатами. Во-вторых, это могло связать Соединенные Штаты с «бесчеловечной» российской военной кампанией (в лучшем случае сомнительная причина с учетом многочисленных жертв среди гражданского населения, вызванных ударами возглавляемой Соединенными Штатами коалиции). И, в-третьих — на мой взгляд, это было наиболее важным для администрации Обамы, — «подобное решение было бы опрометчивым шагом, в результате которого России незаслуженно получила бы лидерскую роль на Ближнем Востоке».

Неудовлетворительное взаимодействие с Россией и борьба Картера, направленная на то, чтобы лишить Госдепартамент возможности заключить сделку с Путиным — она предусматривала военную координацию, а не только деэскалацию, — описывается в главе под названием «Вредители и пассивные созерцатели» (spoilers and fence-sitters). Помимо России и Ирана, в эту категорию входит Турция, которая, по мнению бывшего министра обороны, «создавала наибольшее количество сложностей при проведении этой кампании». А также соседние арабские государства, страны Персидского залива, которые, как отмечает Картер, «активно занимались лоббированием и проведением пиар кампаний, однако все эти действия по какой-то причине никогда не превращались в операции на поле боя».

Резюмируя, следует сказать, что общие интересы Соединенных Штатов не были четко определены в отношениях с Ираком, Ираном, Россией, Турцией, правительством Асада в Сирии и государствами Персидского залива. А были ли вообще у Соединенных Штатов союзники, полные энтузиазма?

Ну, были некоторые среди настроенных против Асада повстанцев (за исключением тех, кто был предан исламистским целям) и, в основном, курды. Поддержка курдов Соединенными Штатами была главной причиной того, что Турция из союзника превратилась во «вредителя». Но, по крайней мере, хоть кто-то хотел, чтобы Соединенные Штаты были вовлечены, однако причины этого были больше связаны не с «Исламским государством», а мечтой курдов о суверенном государстве. Иракские курды недавно проголосовали за свою независимость, подтвердив тем самым все те опасения, которые были у Абади в отношении операции Соединенных Штатов против Исламского государства.

Ведя борьбу с «Исламским государством», Соединенные Штаты умудрились наступить на «больные мозоли» всем участникам событий в этом сильно пострадавшем и взрывоопасном регионе, который с подозрением относился к вмешательству Соединенных Штатов после авантюр в Ираке и в Ливии. Картер в своей публикации проливает свет на то, как это случилось, а также на механику нанесения поражения «Исламскому государству». Он объясняет, почему мир в этом регионе не будет гарантирован даже после победы над исламским государством — сам Картер озабочен тем, что «усилия международного сообщества по стабилизации и управлению отстают от военной кампании». В своих воспоминаниях Картер также задает вопрос: А можно было бы добиться более устойчивого решения, если бы Асад и его союзники, с одной стороны, и Турция, с другой стороны, сами бы решали проблему с «Исламским государством» без вмешательства Соединенных Штатов?

Однако не имеет смысла рассуждать о том, что не произошло. Вовлеченность Соединенных Штатов лишь возросла после ухода администрации Обамы, а политическая стабильность в Сирии и в Ираке стала еще более труднодостижимой на фоне попыток наций Ближнего востока и вооруженных группировок привыкнуть к треугольнику влиятельных политических брокеров в составе Соединенных Штатов, России и Турции. Картер может с гордостью говорить о том, что он внес свою лепту в создание этой новой и неустойчивой конфигурации.

Высказанные в этой статье взгляды не обязательно отражают позицию редакционной коллегии, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

США. СФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 октября 2017 > № 2345100 Леонид Бершидский


Россия. СФО > Армия, полиция. Образование, наука > mvd.ru, 9 октября 2017 > № 2346126 Игорь Медведев

У нас формируются звёзды и звёздочки.

В этом году Сибирский юридический институт МВД России отмечает 55-летие. О деятельности вуза в сфере международного сотрудничества и не только нам рассказал начальник института генерал-майор полиции Игорь МЕДВЕДЕВ.

- После упразднения ФСКН России в 2016 году Сибирский юридический институт перешёл в ведение МВД России. Что изменилось?

- Мы вновь стали членами большой команды образовательной системы МВД России. Появилась возможность обмениваться опытом, методическими разработками с коллегами из других ведомственных вузов. С возвращением в Министерство внутренних дел Российской Федерации мы возродили образовательные программы дополнительного образования.

Главное новшество - на базе института одновременно с курсантами обучаются слушатели факультета профессиональной подготовки, в том числе сотрудники полиции, только что принятые на службу. Вуз стал профильной площадкой и для тех, кто, придя служить в полицию, проходит базовое профессиональное обу­чение, и для тех, кто получает высшее юридическое образование на факультете заочного обучения.

Сибирский юридический институт МВД России по-прежнему специализируется на подготовке специалистов для подразделений наркоконтроля как в Российской Федерации, так и за её пределами.

- Расскажите подробнее о деятельности СибЮИ МВД России за рубежом.

- Международное сотрудничество - одновременно и повод для гордости, и трудоёмкий процесс. С 2012 года преподаватели Сибирского юридического института МВД России проводят выездные тренинги в Перу, Узбекистане и Казахстане. В институте на курсах повышения квалификации обучаются специалисты антинаркотических подразделений Афганистана, Пакистана, стран Центральной Азии. На базе института и при проведении выездных курсов повысили квалификацию 700 сотрудников из 16 стран мира.

Второе, не менее значимое направление в международном сотрудничестве - обучение по программе высшего юридического образования будущих офицеров правоохранительных органов из республик Киргизия, Таджикистан, Казахстан, Монголия. В этом году состоялся второй выпуск иностранных специалистов, которые продолжают служить в компетентных органах у себя на родине. Юноши и девушки считают, что образование, полученное в России, даёт возможность построить успешную профессиональную карьеру. Они любят Сибирский юридический институт, город Красноярск, Россию за гостеприимство.

Развиваем международное сотрудничество и в рамках научно-исследовательской деятельности. Наши преподаватели в формате видеоконференций обмениваются опытом с коллегами из Белоруссии, Казахстана, Киргизии, Перу. С руководством Могилёвского института МВД Республики Беларусь мы подписали протокол о сотрудничестве в научной деятельности.

- Игорь Анатольевич, на что вы делаете ставку в процессе обучения: современные методы и технологии или профессионализм профессорско-преподавательского состава?

- Как любая инновационная образовательная организация, мы используем оборудованные лаборатории и полигоны, новые информационные технологии и методики. Но приоритет отдаём формированию мотивации обучаемого. Чем она сильнее, тем больше шансов у курсанта и слушателя глубоко освоить ту или иную учебную дисциплину. А что может замотивировать лучше всего? Конечно, личный пример преподавателя. Талантливый педагог с опытом практической деятельности в подразделениях, с богатыми теоретическими знаниями и творческим потенциалом всегда будет образцом для подражания.

Практики с учёной степенью для прохождения службы выбирают наш институт. И нам есть из кого выбрать знающих и опытных педагогов, владеющих интересными методиками работы с аудиторией.

Мы предлагаем кандидатам на должность преподавателя провести несколько пробных занятий. Это даёт возможность и нам оценить потенциал преподавателя, и самому кандидату понять, справляется ли он с аудиторией, каким образом он сможет осуществлять образовательную деятельность. Кроме того, у нас преподают по совместительству работники прокуратуры, следственных органов, экспертных учреждений различного профиля, многие из которых­ - выпускники Сибирского юридического института МВД России и имеют учёные степени.

- Наверняка среди курсантов есть те, которыми гордится институт. Расскажите о ваших звёздах и звёздочках.

- Я уверен, что современный сотрудник полиции должен быть не только высококвалифицированным юристом, но и грамотным, образованным, эрудированным и разносторонне развитым человеком. В Сибирском юридическом институте МВД России не первый год существуют курсантские общественные формирования. Молодые люди, поступая на службу в институт, могут развиваться в любом направлении - творчестве, спорте, общественных инициативах. Обучение в вузе даёт возможность раскрыть разные грани талантов, что наши юноши и девушки постоянно демонстрируют на различных конкурсах, фестивалях и форумах. И это можно рассматривать как элемент воспитательной работы.

Курсанты проводят проф­ориентационные или профилактические занятия с обучающимися и воспитанниками подшефных организаций и образовательных учреждений города и края. Ребята собирают команды единомышленников, пропадая вечерами в актовом зале или компьютерном классе. Наши юноши и девушки помогают детям с ограниченными возможностями участвовать в городском проекте «Инклюзивные танцы».

Вернувшись в систему МВД, мы сразу заявили о себе на творческих конкурсах - Всероссийской благотворительной акции МВД России «Милосердие белых ночей», Всероссийском конкурсе музыкального творчества МВД России «Щит и лира». Наши танцевальные коллективы Liberty и «Грация», вокальная группа «Статус», команда КВН «30 грамм юмора», операторы, режиссёры и корреспонденты телевизионного проекта СибЮИnews - это постоянные участники и победители молодёжных форумов и фестивалей. Это те молодые люди, про которых говорят с восхищением: «Да это же будущие офицеры полиции!»

В сентябре курсант 1-го курса Валерия Гензе стала второй на первенстве Европы по кикбоксингу. А ведь на соревнования в Македонию приехали 1600 участников из 37 стран.

А курсант 4-го курса Сибирского юридического института МВД России Марина Букреева привезла серебряную медаль из Словении. Спортсменка выступила на первенстве Европы среди юниоров по дзюдо. В борьбе за втрое место ей пришлось нелегко в поединке с хозяйкой соревнований. Победили сибирский характер и наша поддержка!

Но, конечно, наши курсанты и слушатели - это прежде всего сотрудники правоохранительных органов. И они проявляют себя таковыми вне стен института. Месяц назад в лесном массиве около административного корпуса факультета профессиональной подготовки мужчина напал на девушку и, угрожая ножом, вырвал из рук сумочку. Потерпевшая отбивалась руками и ногами. Нападавший ранил её в ухо. На крики прибежали слушатели института майор полиции Айдын Делгер, капитан полиции Вячеслав Шалаев, старший лейтенант полиции Владимир Безденежных и младший лейтенант юстиции Константин Ефимов. Злоумышленник набросился с ножом на Владимира Безденежных. Но слушатель института обезоружил мужчину, применив навыки боевых приёмов. Все вместе задержали злодея. Ребята передали его коллегам, приехавшим на место из территориального отдела полиции, а девушку - в руки медработников скорой помощи. Оказалось, что задержанный ранее был судим за убийство.

Поступок отметили руководители краевого главка: слушателям вручили почётные грамоты. Такими парнями институт тоже гордится.

И меня радует тот факт, что мы, прикладывая массу усилий, получаем и квалифицированных специалистов, и полицейских, готовых демонстрировать человеколюбие и талант. Мы - одна большая команда, работающая на развитие потенциалов каждого, кто служит в стенах Сибирского юридического института МВД России.

Беседу вела Ольга АНДРЕЕВА

Россия. СФО > Армия, полиция. Образование, наука > mvd.ru, 9 октября 2017 > № 2346126 Игорь Медведев


Россия. СФО > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335671 Сергей Титов

Кузбасс на продажу: холдинг СДС распродает активы для погашения долга

Сергей Титов

обозреватель Forbes

Долг кемеровского холдинга приближается к $1 млрд. Чтобы рассчитаться с банками, СДС избавляется как от второстепенных, так и от профильных угольных активов

«Сибирский деловой союз» (СДС) Михаила Федяева F 170 и Владимира Гридина F 158 закрыл сделку по продаже 100% ООО «Сибэнергоуголь», сообщил сегодня кемеровский холдинг. Покупателем выступила московская компания «Сибуголь», учрежденная в 2017 году. 99% компании принадлежит швейцарской Sib Coal AG, 1% — гендиректору «Сибугля» Артему Казакову. Он и является бенефициаром компании, рассказали Forbes два источника на угольном рынке. Один из собеседников уточняет, что это выходец из Кемерово, который ранее занимался трейдинговыми операциями. До сделки с СДС добывающих угольных активов у Казакова не было.

Стоимость сделки СДС не раскрыл. Год назад аффилированная с Казаковым швейцарская Sib Trading AG сообщила на сайте российской Торгово-промышленной палаты о намерениях выкупить «Сибэнергоуголь» за $300 млн. По словам источника, знакомого с условиями сделки, итоговая стоимость составила $220-250 млн.

Производственная мощность «Сибугля» составляет 2,2 млн т угля в год, говорится в сообщении СДС. Это было единственное в составе СДС предприятие, добывающее антрацит. 80% продукции предприятие экспортирует. Основные потребители — Китай, Вьетнам, Южная Корея и Япония. Цель сделки – уменьшить кредитную нагрузку отраслевого подразделения «СДС-Уголь», указывает кемеровский холдинг. По словам источника, близкого к СДС, долг холдинга составляет не менее 50 млрд рублей. Другой источник говорит, что кредитная нагрузка СДС составляет около $1 млрд, основные кредиторы — Сбербанк и Газпромбанк.

В 2000-е СДС активно скупал угольные активы Кузбасса на кредиты. Но с 2011 года цены на уголь неоднократно обновляли многолетние минимумы, а банки наоборот поднимали ставки, вспоминает один из угольщиков. В итоге СДС был вынужден начать распродажу активов.

В 2016 году СДС продал химического производителя «СДС Азот» миллиардеру Роману Троценко F 55 и 74% Европейской медиагруппы УГМК Искандера Махмудова F 19 и партнеров. До этого СДС избавился от кемеровского аэропорта, «Новокузнецкого ликероводочного завода» и сократил долю в транспортной компании «Новотранс».

До сделки с «Сибуглем» в состав СДС входили шесть угольных предприятий с совокупной добычей в 30 млн т. Вскоре количество угольных активов холдинга может сократиться до четырех. Сейчас холдинг ведет переговоры с владельцем «Южуралзолота» Константином Струковым F 108 о продаже разреза «Киселевский». При этом от угольного бизнеса СДС не отказывается, говорит источник, знакомый с планами холдинга. Долгосрочная программа развития разреза «Черниговский», основного угольного актива СДС, предполагает увеличение добычи с 6,5 млн т угля до 9 млн т, делился планами Федяев в прошлом году.

Россия. СФО > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335671 Сергей Титов


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Медицина > mirnov.ru, 20 сентября 2017 > № 2501402 Олег Нилов

В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЕ ПРЕДЛОЖИЛИ ЛЕЧИТЬ НАРКОМАНОВ В СИБИРИ

Депутат Госдумы от фракции «Справедливая Россия» Олег Нилов считает, что сотни тысяч наркоманов можно спасти, построив центры для их лечения в Сибири и на Дальнем Востоке.

Парламентарий поделился с коллегами своими размышлениями на эту тему. Он убежден, что реабилитационные центры для лечения людей, страдающих от наркотической зависимости, нужно строить в труднодоступных местах. Идеальным расположением для таких заведений Нилов считает Сибирь и Дальний Восток, где больные люди будут изолированы от многочисленных соблазнов мегаполисов и им будет проще побороть зависимость.

Вместо медицинских практик по лечению наркоманов депутат предлагает иную терапию - свежий воздух, рыбалку, труд и охоту. По его мнению, таким способом удастся спасти сотни тысяч россиян.

Кроме того, как полагает Нилов, впоследствии вставшие таким способом на путь истинный наркоманы смогут остаться в тех регионах, чтобы «развивать и осваивать» их.

Вера Сергеева.

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Медицина > mirnov.ru, 20 сентября 2017 > № 2501402 Олег Нилов


Россия. СФО > Транспорт > forbes.ru, 20 сентября 2017 > № 2317597 Роман Троценко

Кооператив и озеро: чем сегодня живет Байкал

Антон Иванов

журналист

Миллиардер Роман Троценко инвестирует в аэропорт «Байкал» 3 млрд рублей. А что происходит с самим озером?

Новость о том, что Роман Троценко F 55 собирается превратить аэропорт «Байкал» города Улан-Удэ в авиахаб, вызвала огромный интерес: через пять лет аэропорт сможет обслуживать 1 млн пассажиров в год. То есть в регионе будет больше туристов. Чтобы эта новость была хорошей, придется активнее защищать крупнейшие природные запасы пресной воды от последствий наплыва гостей. Одним из ярых защитников и борцов за экологию озера выступает компания En+ Group Олега Дерипаски F 23.

Защитная реакция

2017 год в России объявлен годом экологии и особо охраняемых природных территорий — по той причине, что самая первая такая территория в нашей стране появилась ровно 100 лет назад: 11 января 1917 года на Байкале был создан Баргузинский заповедник. Не менее важным годом для сохранения экологии озера стал 1996-й, когда ЮНЕСКО включило Байкальский участок площадью почти 9 млн га в Список всемирного наследия.

Статус всемирного наследия помогает озеру: во многом благодаря международным акциям протеста (тут подключились все: от профессоров и глав структур ООН до дворников) было остановлено строительство нефтепровода компании «Транснефть» по берегу Байкала. 26 апреля 2006 года Владимир Путин заявил о необходимости отодвинуть нефтепровод от берега озера.

Штука в том, что есть и негативные стороны. Поток туристов на Байкале рос год от года, но после падения цен на черное золото, а следом и обвала рубля в 2014-м, количество туристов из Китая стало зашкаливать (От Пекина до Улан-Удэ лететь 4 часа, до Иркутска — на час меньше). Сейчас планируется строительство совместных российско-китайских гостиничных комплексов на $11 млрд — к таким количествам гостей Байкал не готов, нужна соответствующая инфраструктура с современными системами очистки сточных вод. Отдыхающие и туристы убирают за собой далеко не всегда и именно это, вместе с нехваткой банальных туалетов на берегах Байкала, становится серьезной проблемой для озера. Для того, чтобы упорядочить «дикий» туризм в районе Байкала и минимизировать ущерб для прибрежных экосистем, в 2003 году ученые и волонтеры начали строительство «Большой Байкальской тропы», а точнее — системы туристических экологических троп, запланированная длина которой около 1800 километров. Тропа преграждает путь низовому пожару, препятствует процессу уничтожения растений.

Еще одна угроза Байкала, не дающая экологам спать спокойно — планы Монголии по строительству ГЭС на реке Селенга, главной водной артерии Байкала.

Целлюлозно-бумажный комбинат против здравого смысла

На Байкальском ЦБК работали более 2000 человек и, как бы ни радовало закрытие этого предприятия в 2013 году «зеленых», спасаясь от экологической катастрофы образовались предпосылки для катастрофы социальной. Надо ведь еще найти, чем занять бывших работников предприятия. В противном случае, многие просто займутся браконьерством, от чего страдать, опять же, будет озеро. Для решения проблем в Иркутской области открыли Школу Экологического Предпринимательства (ШЭПР). Сделано это силами местных энтузиастов и компании En+ Group Олега Дерипаски F 23. Школа, родившаяся на проблеме моногородов, лишившихся ключевого предприятия, проводит всего лишь две очные сессии в год (обычно это 4-5 дней почти круглосуточной работы местных предпринимателей с тренерами и консультантами по теме развития бизнеса), но на них не просто учат, а устраивают глобальный мозговой штурм по развитию бизнеса, в результате которого совместными усилиями находят решения. Например, идея дополнить производство меда гончарной мастерской (чтобы фасовать продукт в горшочки), привела к появлению у производителя дополнительной линии товаров: гончарной посуды и керамических сувениров.

Самое интересное, что после закрытия БЦБК экологи зафиксировали рост загрязнения озера. Это означает, что угроза осталась и эта угроза — сам человек. Рост интереса к Байкалу (а инвестиции в аэропорт «Байкал» интерес точно подхлестнет) приведет к новому строительству турбаз и гостиниц на берегах озера, которые увеличат нагрузку на экологию региона. Для управления ситуацией местные общественные организации и владельцы отелей вместе с группой компаний En+ Group Олега Дерипаски создали платформу для экопросвещения туристического потока на Байкала, сформировали научно-практическую основу исследования последствий эвтрофикации озера, а тривиальную уборку мусора превратили в масштабный экологический марафон En+ «360 минут»: например, только 9 сентября, в день Байкала, 17 000 волонтеров убрали 1249 га прибрежной территории озера.

При правильном подходе на очистке озера можно заработать

Одна из проблем озера — водоросль спирогира, распространяющаяся в воде из-за сброса человеком сточных вод, в которых много фосфатных моющих средств. Длинные зеленые нити спирогиры, тянущиеся со дна, влияют на легендарную прозрачность воды (в Байкале видно в глубину на 40 метров), а гниение водорослей, выносимых на берег, а потом, снова попадающих в воду, может сделать байкальскую воду непригодной к использованию. В 2016 году молодежный благотворительный фонд «Возрождение земли сибирской» и En+ Group организовали «Байкальскую экспедицию», которая начала изучать обитающую в озере спирогиру, а Школа экологического предпринимательства разработала для нее практическое применение, которое может заинтересовать местных предпринимателей.

Так, выяснилось, что водоросль можно использовать в сельском хозяйстве в качестве гумуса и мульчи, а из прессованной спирогиры делать дизайнерскую бумагу. Для сравнения на Бали, где волны также выносят огромное количество водорослей на берег, их тут же убирают местные жители: они в курсе, что это отличный корм для домашнего скота. Кстати, о корме. Туристы привыкли, что главный деликатес озера — байкальский омуль. Для информации: выпускники ШЭПРа делают рыжиковое масло (идущее в том числе на экспорт) или кексы, рецептура которых близка венскому штруделю, но адаптирована под сибирские продукты: добавлены кедровые орехи, мёд и пр. Такие кексы могут храниться до 30 суток без консервантов и не черствеют.

Война нерп с рыбаками

Байкальская нерпа, которую также называют ушканом, обладает массой особенностей. Например, это единственное млекопитающее в мире, способное приостанавливать свою беременность (зародыш перестает развиваться, но не умирает, а ждет в анабиозе следующего брачного периода, когда нерпа будет готова родить). Как работает этот механизм, до конца не изучено. Впрочем, пока люди изучают нерп, нерпы тоже присматриваются к людям. Например, они отлично поняли приемы рыбной ловли на Байкале, из-за чего ушканы стали главной головной болью для рыбаков: заметив, что те закинули сети, нерпы дожидаются, когда в них соберется достаточно рыбы, а потом разрезают сеть и воруют улов. Если один раз такое случилось, дальше на этом месте рыбачить бессмысленно — нерпы запоминают рыбные места и регулярно проверяют, нет ли там рыбаков, так что тем приходится искать еще не рассекреченные точки.

Ежегодные ледовые побоища

Зимой, когда озеро сковывают льды, а вода, говоря языком физики, переходит из одного агрегатного состояния в другое, на лед начинают выезжать машины. Это не только рыбаки, но и путешественники, автотуристы или местные жители, активно использующие дороги на замерзшем озере, которые размечает МЧС. Съезжать с этих ледовых трасс без провожатых крайне опасно, поэтому лучше обратиться за помощью в Байкальскую лигу ледовых капитанов, которые могут по мельчайшим признакам понять, где можно ехать, а где нет.

При этом, если вы проехали в одном направлении с провожатым, это не значит, что обратно можно спокойно ехать там же одному. Ледовая обстановка меняется постоянно. Так, изменение окружающей температуры всего на один градус вызывает расширение льда на 70 мм на каждый километр (всего в Байкале 23 000 куб. км воды). Треск и взрывы лопающегося под собственным давлением льда на озере слышны очень часто, а длина трещин достигает 30 км. Впрочем, иногда, выезжать на слегка припорошенную снегом льдину куда опаснее, чем преодолевать ходом здоровую трещину во льду. Опытный водитель легко перепрыгнет даже метровый провал.

Каждый год зимой на озере проходит «Неделя скорости»: на отобранной профессионалами льдине (ее поиск начинается, как только лед сковывает Байкал) гонщики на спортивных автомобилях пытаются устанавливать рекорды. В отличие от финских аналогов, на Байкале машины-участницы «обувают» в обычную зимнюю резину без гипертрофированных шипов. На данный момент рекорд принадлежит седану Jaguar XF (двигатель 3,0 л, полный привод), пилот Андрей Леонтьев разогнал его до 263,5 км/ч.

Россия. СФО > Транспорт > forbes.ru, 20 сентября 2017 > № 2317597 Роман Троценко


Россия. СФО > Транспорт > forbes.ru, 6 сентября 2017 > № 2299180 Роман Троценко

Миллионник для Бурятии: Роман Троценко хочет превратить Улан-Удэ в крупный авиахаб

Сергей Титов

обозреватель Forbes

Миллиардер планирует в четыре раза нарастить пассажиропоток аэропорта «Байкал». На это он готов потратить три миллиарда рублей

«При правильном подходе» аэропорт «Байкал» через пять лет будет обслуживать миллион пассажиров в год, поделился с Forbes планами миллиардер Роман Троценко F 55. О том, что его холдинг «Новапорт» купил аэропорт в Улан-Удэ у экс-депутата и основателя ИФК «Метрополь» Михаила Слипенчука, стало известно вчера.

«Аэропорт стагнирующий, поток падал», — признает Троценко. По данным Росавиации, в прошлом году аэропорт Улан-Удэ обслужил 235 тысяч пассажиров, на 17,5% меньше, чем в 2015 году.

Самым существенным фактором пересмотра прогноза по аэропорту стал курс местных властей на развитие туризма, пояснил миллиардер. В советское время пассажиропоток аэропорта был около миллиона, рассказал Forbes Слипенчук. Он считает, что за пять лет «при удачном стечении обстоятельств» на этот уровень выйти вполне реально: «Мы проводили в свое время исследование, у нас такие показатели вырисовывались, но к сожалению выполнить не смогли».

Чтобы аэропорт обслуживал такой пассажиропоток, нужно вложить 3 млрд рублей, рассказал Троценко. 50% суммы — средства «Новапорта», остальное — заемные. Сам «Байкал» холдинг приобретал полностью на свои средства.

Сумму сделки Троценко и Слипенчук называть отказались. По словам источника, знакомого с ее параметрами, она составила около 350 млн рублей (около $6 млн по текущему курсу). По данным портала «Байкал Daily», в 2011 году Слипенчук купил аэропорт за $5 млн.

Улан-Удэ очень маленький аэропорт, но перспективный, рассуждает том-менеджер одного из аэропортовых холдингов: «Там центр буддизма и озеро Байкал». Впрочем он сомневается, что аэропорт быстро выйдет на миллион: «Лет пять тащить до полумиллионника». «Если только лет через двадцать [пассажиропоток превысит 1 млн человек в год. — Forbes]», — считает топ-менеджер другого холдинга.

Большой Pipe-line

Улан-Удэ стал четырнадцатым аэропортом «Новапорта». Pipe-line сделок «достаточно большой», отмечает Троценко. Но не все можно сразу купить, признает миллиардер: «Либо не продается, либо не приходим к согласию по цене».

Наиболее вероятным следующим приобретением «Новапорта» может стать аэропорт «Нового Уренгоя», считает топ-менеджер одного из аэропортовых холдингов. Сейчас правительство ЯНАО проводит конкурс на заключение концессии по модернизации аэропорта.

Сегодня закончилась предквалификация, рассказали Forbes два источника, знакомых с ходом конкурса. Вскрытие конвертов показало, что заявки подали «Новапорт» и «Аэропорты регионов» Виктора Вексельберга, говорят собеседники. Один из них уточняет, что теперь нужно до декабря подать ценовое предложение. Собеседники Forbes указывают, что «Новапорту» были также интересны аэропорты Омска и Сургута, но пока со стороны продавцов нет конкретики.

Ситуация с аэропортом Иркутска тоже неопределенная, признает Троценко. Иркутские власти хотели создать с «Новапортом» СП для управления аэропортом, но против выступили «Аэропорты Регионов» и «Базэлаэро», которым также интересен актив.

Троценко сохраняет интерес и к доле в Пулково. Изначально он претендовал на 10% из 25%, выставленных на продажу «ВТБ-Капиталом». Но в итоге выставленный на продажу пакет выкупают РФПИ и арабские фонды. «За год попытаемся договориться. Пока подвижек нет», — говорит Троценко.

Россия. СФО > Транспорт > forbes.ru, 6 сентября 2017 > № 2299180 Роман Троценко


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 августа 2017 > № 2280596 Сергей Жвачкин

Рабочая встреча с временно исполняющим обязанности губернатора Томской области Сергеем Жвачкиным.

С.Жвачкин информировал Президента о социально-экономической ситуации в Томской области. Отдельно обсуждались обращения граждан региона, поступившие главе государства в ходе «Прямой линии».

В.Путин: Сергей Анатольевич, чем порадуете?

С.Жвачкин: Занимаемся текущей работой, её всегда много. Но мы в последнее время в текущую работу стараемся внести стратегические вопросы. Сегодня мы в Томске очень плотно занимаемся вопросами и конкурентоспособности, и технического перевооружения. Очень здорово, что сейчас как раз под Вашим руководством идёт реализация целого пакета инициатив. Это и Ваши указы об основах государственной политики и развитии регионов, и стратегия научно-технологического развития, цифровая экономика. Мы уверены в том, что мы можем достичь хороших результатов. Тем более это всё идёт через призму улучшения качества жизни.

Почему мы так уверены? У каждого региона есть свои особенности, мы их стараемся использовать, мы их «фишечками» называем. Во-первых, это концентрация науки, которая у нас, всем известно, есть. Во-вторых, это инновационная инфраструктура, которая воссоздана, и инновационный бизнес, который у нас присутствует. И плюс, конечно, наша гордость – это кадры. Сегодня у нас по итогам прошлого года из 70 регионов России и 60 стран мира учатся, поэтому у нас есть возможность отбирать звёздочек.

Но что это такое? Это не оторвано от жизни. Вот короткий пример, в области промышленных кадров мы стратегию выстраивали. У нас в прошлом году праздновали 50-летие добычи нефти. Вышли на полку определённую и идём. Как говорят нефтяники, дальше будем потихонечку, ещё много десятилетий [добывать], но выше показатели не будут. За 50 лет где-то 365 миллионов тонн мы добыли для государства, а 506 [миллионов тонн] разведанных запасов остаётся. Почему? Потому что взяли лёгкую нефть, а тяжёлая нефть остаётся.

Что мы делаем для этого? С «Газпромнефтью», с университетами, с Минприроды мы создали проектный офис, полигон. Отрабатываем, потому что технологии есть, но они любят там покупать задорого, и не наши, а ничего сложного в принципе там нет, надо просто поработать. Эти вопросы мы решаем. Но всё равно нам необходима поддержка, необходим механизм реинвестиций доходов, новая экономика, со стороны нефтяных компаний. Потому что иначе, как я сказал, эти 500 миллионов останутся. У нас есть конкретные предложения.

Или что касается технологического развития. Понятно, что, когда мы говорим про новую экономику, это прежде всего новые знания и, самое главное, талантливые люди. Тут, конечно, главная роль – у вузов. У нас тоже есть определённые предложения в этой стратегии, которую мы сегодня под Ваши указы [разработали]. Например, что такое вузы? У них есть определённые задания, и они отчитываются по количеству публикаций, научных работ. Это здорово, что им дают задания сегодня на бакалавров, на магистрат. Но если мы говорим о том, что вузы должны участвовать в науке, то, наверное, государство должно давать какие-то задания, и они должны отчитываться, что они внедрили. Сегодня, получается, кто-то хочет этим заниматься, кто-то – нет.

Или, например, мы сделали анализ университетов: зарубежные Гарвард, Стэнфорд, наши МГУ, Санкт-Петербургский госуниверситет. И мы готовим обращение о придании федерального статуса нашим [региональным] университетам без лишения юридических лиц – тоже очень интересное предложение, оно уже практически готово. Есть такая стратегия.

Но мы не забываем и об улучшении качества жизни [населения]. Думаю, ни для кого не секрет, что простого человека количество миллионов тонн нефти к 2025 году, жителей, скажем, Томской области, наверное, интересует, но больше интересуют цены, социальные объекты.

В.Путин: Конечно.

С.Жвачкин: Вот мы параллельно запускаем как раз несколько очень интересных проектов. Например, у нас более 300 населённых пунктов, в которых плохая питьевая вода. Да, есть программа, которая стоит десятки миллиардов (это новые скважины, бурение). Мы подключили науку и создали за достаточно малые деньги такие установки, и в этом году мы 69 установим, на следующий год – ещё, и во всех 300 появится чистая вода. А дальше будем параллельно заниматься.

Или программа по бюджетному дому. Я потом Вам ещё более подробно расскажу. Понятно, что есть программы, как сделать, чтобы число учителей, врачей увеличить, но как это сделать, чтобы они не сбегали из населённых пунктов, особенно сельских? Мы с этого года строим специальные дома на определённых условиях. То есть это всё и есть общая стратегия. Плюс у нас в Томске, мы считаем, есть очень хороший опыт системных, комплексных больших проектов. Проект называется «ИНО Томск», утверждён Правительством, входят 12 федеральных ведомств. Это здорово помогает решать как раз межведомственные программы.

Поэтому, Владимир Владимирович, всё это вместе взятое, я пришёл к Вам за поддержкой. Сейчас разрабатывается стратегия, и мы просим включить Томскую область, Томский регион в состав пилотного региона по реализации стратегии научно-технологического развития как регион с большой долей научно-исследовательских работ. Мы не подведём.

В.Путин: Хорошо. Давайте мы посмотрим, как его можно вмонтировать в общую стратегию, как это должно быть органично сделано, и потом решим.

У Вас первый срок заканчивается.

С.Жвачкин: Да.

В.Путин: В целом регион развивается достаточно интенсивно. У Вас есть планы идти на выборы?

С.Жвачкин: Спасибо, да. Уже началась кампания, работаем.

В.Путин: Хочу пожелать Вам удачи. Но за этими крупными проектами мы никогда не должны забывать о том, как люди живут непосредственно. Я Вам передам папку с вопросами, которые поступили на «Прямую линию», сами увидите, о чём идёт речь. На что я обратил внимание: на Томском заводе измерительной аппаратуры были задержки по заработной плате. Это текущие вещи, те, которые на нас лежат.

Ветхое жильё, другие текущие вопросы, их много, тем не менее на один из вопросов хочу особо обратить внимание. «Ещё в 2008 году, – женщина пишет, – обращалась по поводу аварийного состояния дома. Обещали квартиру через год, но до сих пор жду». Я Вас прошу разобраться с этим конкретным случаем, разобраться и мне доложить. Хорошо?

С.Жвачкин: Разберёмся, доложу.

В.Путин: Спасибо.

А что касается выборов и работы в будущем – желаю Вам успехов.

С.Жвачкин: Спасибо, Владимир Владимирович.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 августа 2017 > № 2280596 Сергей Жвачкин


Россия. СФО > Агропром > zol.ru, 17 августа 2017 > № 2276401 Мария Шостак

"Это замечательно": эксперт рассказал, какого качества зерно нового урожая на Алтае

В 2017 году региональный "Центр оценки безопасности и качества зерна" проверил более 200 проб сельхозпродукции нового урожая. В основном это озимая пшеница. Непродовольственных образцов выявлено не было. Кроме того зерно оказалось очень хороших качественных показателей. Об этом 16 августа, в ходе заседания правительства Алтайского края, посвященного работе зерноперерабатывающего комплекса региона, сообщила Мария Шостак, руководитель ведомства.

По ее словам, поступившая на проверку пшеница — III и IV класса. 50% проб пшеницы оказалось с клейковиной более 32%.

Мария Шостак,

директор алтайского филиала "Федерального центра оценки безопасности и качества зерна и продуктов его переработки":

Это просто замечательно. У нас в этом году также отличный рапс с масличностью более 45%. Сельхозпроизводители получили хороший горох. Я знаю, что его уже продают на корню и готовят к отправке.

Как сообщил Николай Халин, замминистра сельского хозяйства Алтайского края, в регионе убрано более 50% площадей, отведенных под озимые культуры. При средней урожайности в 23,2 ц\га намолочено более 200 тысяч тонн зерна. В Косихинскм, Кытмановском, Зональном, Бийском, Павловском районах средняя урожайность составляет более 30 ц\га. Максимальный показатель по сбору озимых в этом году зафиксирован в крестьянском хозяйстве Анатолия Иванова. Здесь с гектара убирают более 70 центнеров.

В крае также идет уборка гороха. Урожай собрали с 20% площадей под этой культурой. По 4% площадей убрано овса и ячменя. В регионе начали убирать чечевицу. В этом году она занимает более 65 тысяч га.

Россия. СФО > Агропром > zol.ru, 17 августа 2017 > № 2276401 Мария Шостак


Россия. СФО > Агропром > tpprf.ru, 16 августа 2017 > № 2280651 Сергей Терентьев

Сладкий бизнес.

Медовый бизнес – дело интересное, но не без трудностей. С каждым годом спрос на продукцию пчеловодства повышается, и сегодня мы отправились в компанию «Мёд Алтая» - члену Алтайской торгово-промышленной палаты, чтобы узнать о перспективах развития этого молодого бизнеса. Директор предприятия Сергей Терентьев рассказал нам о своем производстве, о тенденциях медового рынка в России, с какими трудностями придется столкнуться предпринимателю, решившему открыть этот бизнес, и почему все-таки это дело стоит того, чтобы вкладывать в него много сил и времени.

Сергей Николаевич, почему решили заняться медовым бизнесом? С чего все начиналось?

Во времена перестройки, в 1992 году, мой отец, бывший военный, с товарищами решили заняться пчеловодством. Поначалу это было просто хобби - они создали общество пчеловодов любителей, у них была своя пасека и производство мёда. Со временем организация стала расширяться, приходили новые люди, и любимое дело превратилось в настоящий бизнес, причем очень даже прибыльный. Когда отец ушел на пенсию, свое дело передал мне. С годами я очень сильно к нему привязался, и теперь мёд стал для меня уже образом жизни, нечто большим, чем средством для заработка.

Это большая редкость, когда работа приносит радость, удовлетворение, не гаснет интерес к ней. Вам по-настоящему повезло. В вашей семье кто-нибудь еще занимается медовым бизнесом?

Да, у нас это семейный бизнес, целая связь поколений – сначала папа, потом я, сейчас вот моя дочь помогает мне, скажем так наследница. Когда есть, кому передать свое дело, вкладываешь в него много сил, стараний.

Хорошо, давайте теперь поговорим о ЗАО «Мёд Алтая». Как сейчас живет компания?

Сегодня это Группа Компаний. У нас есть свой цех для фасовки мёда, а также открыто два направления: продажа инвентаря для пасечников и ключевое – реализация мёда, других продуктов пчеловодства и фитопродукции. На Мало-Тобольской у нас был открыт первый магазин «Дом Мёда». Еще один совсем недавно, в мае, в Ледоколе. Наши магазины ориентированы исключительно на продукцию для здорового образа жизни – мёд: луговой, горный, таежный и другие разновидности; бальзамы, сиропы, чай, халва, масла, природная косметика. Мы стараемся учитывать все вкусы наших клиентов. Вот, например, человеку нужно было миндальное масло. Не проблема! И в скором времени на полочке в магазине появился этот полезный лечебный продукт. Если клиенты довольны, значит и мы довольны, значит не зря мы трудимся не покладая своих рук. Что касается новшеств, то сейчас мы расширяем линейку масел и халвичной продукции. В августе этого года планируем выпуск детских батончиков. Это будет некий эксперимент – медовые подсолнечные композиции в шоколаде. Все натуральное, без химии.

Да, действительно, довольные клиенты – лучшая награда. А помимо магазинов в Барнауле, где еще реализуете продукцию – за пределами Алтайского края, за рубежом?

Мёд и другую сопутствующую продукцию мы поставляем по всей России: Московская, Свердловская, Тюменская, Омская, Магаданская области и Красноярский край. Поступают заказы как от торговых компаний, так и от частных лиц. Кстати у нас появился и VIP-клиент. Этой зимой у нас в гостях побывал Александр Розенбаум. Ему пришлись по вкусу наши медовые композиции – набрал целую корзинку и увез с собой.

Становитесь уже популярными среди наших звезд!

Именно, ведь продукция натуральная, вкусная. Возвращаясь к каналам сбыта, скажу, что в последнее время мы все-таки ориентируемся на частных лиц.

Я так понимаю, идет тенденция ухода в розницу?

Раньше мы занимались оптом, сейчас выбрана другая стратегия – продавать частным клиентам, точечно. Оптовые продажи мы сжимаем – розницу развиваем. В этом направлении, как я уже сказал, открылись два магазина, а не так давно на нашем сайте был запущен Интернет-магазин.

С чем это связано?

Во-первых, сейчас сложилась непростая ситуация на рынке мёда. Мы столкнулись с многочисленными подделками «алтайского мёда» со стороны украинских производителей. Их мёд значительно дешевле, чем наш. И поэтому, продавая украинский мёд на территории нашей страны, его выдают за алтайский. В связи с этим была предпринята попытка защитить местный продукт – был создан бренд «алтайский мёд». Но на данный момент этот уникальный знак требует многочисленных доработок, и защитить наших пчеловодов бренд пока не может. Во-вторых, производство мёда относится к мелкотоварному производству, и ко всему прочему в России оно не достигло высокого уровня – отрасль пчеловодства практически не регламентирована, остается слабой пропаганда пользы продуктов пчеловодства для здоровья человека, не хватает кадров. Есть ресурсы, есть возможности для развития, но этим никто почти не занимается. Поэтому реализовывать мёд оптом не то, что за рубежом, в России то довольно таки трудно. Есть и другие проблемы, их скопилось достаточно, об этом можно целую статью писать.

Все-таки возвращаясь к теме про фальсификацию мёда, как можно определить, что перед нами подделка?

К сожалению, в бытовых условиях это не представляется возможным. Только с помощью специальных лабораторных исследований можно определить подделку. Рекомендую покупать мёд и другие продукты пчеловодства только у проверенных производителей. Сейчас продавцы придумывают огромное количество маркетинговых ходов, чтобы привлечь клиента купить их продукт. Продукция пчеловодства не осталась в стороне. Людям предлагают мёд из верблюжьих колючек, женьшеня и так далее. Некоторые из них верят, покупают, думая, что такой мёд существует.

Сергей Николаевич, а положительные тенденции в отрасли есть?

Конечно. Люди стали больше внимания уделять здоровому образу жизни. К ним потихоньку начинает приходить понимание, что мёд- это не просто сладкая, вкусная еда, но и очень полезная. Несмотря на некоторые трудности в отрасли пчеловодства, медовый бизнес набирает обороты, и сегодня я наблюдаю, как мёд становится частым гостем на нашем столе. Я всегда говорю: человек может быть богатым, иметь хорошую машину или квартиру, но если не будет здоровья у него, его родных, то все эти материальные блага не будут представлять никакой ценности. Поэтому для сохранения своего здоровья, мы должны питаться натуральными полезными продуктами. Одним из таких является как раз таки мёд, представляющий собой целую кладезь витаминов. Мёд делают пчелы – они настоящий дар природы. Только представьте себе, одну капельку нектара пчела проносит через все поле к улью, и так делают тысячи пчел, и получается мёд. Это огромный труд. Причем пчела дает нам не только мёд, но и прополис, пыльцу, пчелиный яд, даже из погибших пчел делают настойки, обладающие лечебными свойствами. Получается вот такая биофабрика, и мы должны этим пользоваться.

На этой замечательной ноте мы закончим наше интервью. Спасибо, вам, Сергей Николаевич. Мы, в свою очередь, надеемся, что медовой бизнес будет продолжать свое развитие, и желаем компании «Мёд Алтая» успехов и дальнейшего процветания.

Алина Гуркина,

специалист по связям с общественностью

Алтайской ТПП

Россия. СФО > Агропром > tpprf.ru, 16 августа 2017 > № 2280651 Сергей Терентьев


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 11 августа 2017 > № 2273899 Наталья Жданова

Встреча с губернатором Забайкальского края Натальей Ждановой.

Обсуждались обращения жителей Забайкальского края, поступившие в ходе «Прямой линии» с Президентом России. Н.Жданова также информировала главу государства о текущей социально-экономической ситуации в регионе.

В.Путин: Наталья Николаевна, поговорим, конечно, по всему комплексу социально-экономической ситуации. Но вначале хочу Вам передать перечень проблем, которые поступили от граждан в ходе «Прямой линии». Мы сейчас поговорим об этом поподробнее, на некоторые вещи хотел бы обратить внимание, что бросается в глаза.

Мы многое сделали для того, чтобы обеспечить необходимое количество мест в детских садах, и публично говорим о том, что эта проблема фактически решена на 90 с лишним процентов, почти на 100. Но люди жалуются, что в Чите вообще не строят новых детских садов и попасть в детский сад очень сложно. Действительно такая проблема до сих пор?

Н.Жданова: Владимир Владимирович, такая проблема, к сожалению, есть. К сожалению, не удалось выполнить за отведённый период Указ Президента и на выделенную сумму, это было ни много ни мало 2,5 миллиарда, не удалось до конца закрыть очереди детей от трёх до семи лет. Хотя, справедливости ради, следует отметить, что почти 8 тысяч дополнительных мест в рамках этой программы было всё-таки создано. Но это оказалось недостаточным, и на сегодня очередь ещё в пределах 1700 мест.

Но, Владимир Владимирович, разрешите я Вам доложу, что за этот период – полтора года, нам удалось всё-таки ещё дополнительно 1,5 тысячи мест открыть, и в городе Чите в том числе, но и в основном в районах края. Потому что с десяток районов, даже чуть более, сегодня в крае ещё не обеспечены в полном объёме местами в детских садах.

На 2017–2018 год мы также планируем продолжать работу над этим и ещё дополнительно создать в пределах 1200 мест, тем самым закрыть полностью очередь детей от трёх до семи лет.

В.Путин: У вас какие-то договорённости на этот счёт с Правительством есть?

Н.Жданова: У нас осталось большое количество недостроенных детских садов, объекты в высокой степени готовности. Это та проблема, которая связана в том числе с кредиторкой. Поэтому в данном случае, Владимир Владимирович, мы ведём строительство и окончание строительства тех объектов, которые уже есть, начинаем новые объекты, некоторые здания возвращаем, перепрофилируем под детские сады.

В.Путин: Вы от Федерации получили средства, которые вам были положены?

Н.Жданова: В рамках федеральной программы – да, то, что было положено Забайкальскому краю.

В.Путин: То есть вы просто недофинансировали со своей стороны?

Н.Жданова: Недофинансировали со своей стороны. На сегодня это сумма в пределах 200 миллионов.

В.Путин: Есть у вас эти деньги?

Н.Жданова: Не в полном объёме.

В.Путин: Почему так получилось? Вы же взяли на себя обязательства по софинансированию.

Н.Жданова: Не выполнили, Владимир Владимирович. Обязательства были не выполнены.

В.Путин: Напишите мне на этот счёт отдельное письмо, хорошо?

Н.Жданова: Хорошо.

В.Путин: По некоторым вопросам: по рабочим местам. Особенно много обращений из Краснокаменска. Там что, есть угроза закрытия комбината?

Н.Жданова: Ситуация следующая. Там действительно есть необходимость открытия дополнительного, так называемого шестого, рудника – два новых месторождения урана. Работа ведётся на нынешнем комбинате, запасы урана уже истощаются, и есть необходимость открытия нового рудника, для того чтобы остался и город Краснокаменск. Это второй по величине город после Читы в Забайкальском крае, на сегодня там более 50 тысяч населения. Я хотела в своём докладе об этом говорить подробно. На сегодня этот рудник признан инвестиционным проектом, но не обеспечен финансированием на 2017 год.

В.Путин: Давайте с «Росатомом» тогда поработайте как следует. Если есть необходимость, то подробнее расскажете.

Н.Жданова: «Росатом» со своей стороны уже осуществил финансирование в пределах миллиарда на всяческие изыскательские работы. Но в настоящее время мы работаем, Владимир Владимирович, над тем, чтобы доля софинансирования со стороны федерального Правительства была тоже подтверждена.

В.Путин: Письмо тоже сделайте, пожалуйста.

Н.Жданова: Хорошо.

В.Путин: Здесь есть ещё и другие вопросы, связанные с аварийным жильём, с дорогами. Обычный такой набор, но он обычный статистически, а для конкретных людей-то это всё имеет огромное значение. Я Вам это всё передам. Жду доклад, информацию о том, что сделано. Хорошо?

Н.Жданова: Хорошо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Слушаю Вас по Вашему вопросу.

Н.Жданова: Владимир Владимирович, в продолжение вопроса, который прозвучал на «Прямой линии». Поручение Ваше выполнено. Где-то в конце августа заявительница этой проблемы будет переселяться в квартиру.

В.Путин: Хорошо.

Н.Жданова: Владимир Владимирович, разрешите доложить по текущей ситуации.

В.Путин: Пожалуйста.

Н.Жданова: Текущая ситуация, несмотря на то что в целом она остаётся достаточно непростой в нашем крае, тем не менее характеризуется достаточной устойчивостью к внешним вызовам, так скажем, и относительно стабильными основными макроэкономическими показателями.

В сфере промышленности мы наблюдаем небольшой, но всё-таки реальный рост объёмов добычи полезных ископаемых. На сегодня он составляет 102,4 процента по отношению к прошлому году. Это связано с увеличением доли добычи цинкового концентрата, меди, в связи с тем, что развиваются полиметаллические месторождения на юго-востоке Забайкальского края.

Ряд крупных инвестиционных проектов, серьёзных проектов находится в высокой степени готовности, готовы к вводу в эксплуатацию. В текущем году, в частности, планируется к вводу в эксплуатацию крупный, для нашего края это действительно прорывной, да и, наверное, для всей страны, проект – это Быстринский ГОК ПАО «Норильский никель». Планируется дополнительно ввести две тысячи рабочих мест по основным специальностями и 1200 дополнительных мест по смежным специальностям. Уже освоено порядка 75 миллиардов инвестиций. Это действительно серьёзный проект, с которым мы связываем на самом деле большие надежды и планы экономического развития Забайкальского края.

Кроме этого реализуется целый ряд других проектов – не только в горнорудной промышленности, но и в других отраслях. Эти проекты являются базовыми в нашем плане, который мы разрабатываем по Вашему поручению. Вообще в общей сложности их количество на сегодня в крае – 29 с объёмом инвестиций где-то около 800 миллиардов рублей, из них 200 миллиардов на сегодня уже освоили.

Кроме того, что это очень серьёзные в экономическом и промышленном смысле проекты, это проекты, которые очень явно и чётко социально ориентированы. Мы с руководителями госкорпораций, представителями этого бизнеса подписали соглашения о социально-экономическом партнёрстве (их порядка 28–30), согласно которым мы осуществляем различные действительно социально ориентированные вещи, очень важные для людей. Например, совместно с железной дорогой планируем уже в этом году начать строительство как раз детского сада – школы. Есть такой проект «Школа – детский сад» с количеством мест на 100 человек.

В.Путин: Где?

Н.Жданова: Вдоль железной дороги. Это город Могоча и посёлок Могзон. И целый ряд других проектов, например «Успешная школа», «Спорт для всех» и так далее.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 11 августа 2017 > № 2273899 Наталья Жданова


Россия. ЦФО. СФО > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 9 августа 2017 > № 2504182 Михаил Мищенко

РОССИЯНЕ СТАЛИ ЕСТЬ МЕНЬШЕ СЫРА

Директор Центра изучения молочного рынка Михаил Мищенко считает, что жители России попросту отказываются покупать некачественный продукт.

Мищенко отметил, что потребление сыра в РФ в последнее время постоянно снижается, а производство этого продукта при этом, напротив, увеличивается.

В прошлом году в России выпуск сыра, сырных продуктов и творога в пересчете на сырое молоко достиг 9,94 млн тонн (рост в среднем по стране составил 33 %). А в Калужской области и Алтайском крае производство выросло на 42 % и 36 % соответственно. Также увеличился (на 31 %) и выпуск цельносварной продукции.

В чем же причина снижения потребления на фоне роста производства? Дело вовсе не в том, что российские потребители не любят или не хотят покупать сыр, считает Мищенко. Они с удовольствием приобретали бы его, но при условии, что это качественный продукт. Поэтому отечественного потребителя смогут «завоевать» только те производства, которые будут внедрять технологии новой формации, выводить на рынок новые продукты.

Кроме того, на фоне растущей конкуренции на молочном рынке в выигрыше окажется тот, кто будет выпускать качественный и недорогой продукт. Мищенко полагает, что сегодняшние небольшие предприятия, владеющие технологиями, в скором времени могут вырасти и составить серьезную конкуренцию большим холдингам.

Вера Сергеева

Россия. ЦФО. СФО > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 9 августа 2017 > № 2504182 Михаил Мищенко


Россия. СФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 7 августа 2017 > № 2267960 Александр Асеев

Академик Асеев: «Байкальский регион стал центром притяжения, но формирование центра развития еще впереди»

О проблемах Байкала и окружающих великое озеро территорий рассказывает председатель Сибирского отделения РАН академик Александр Леонидович Асеев.

— Недавно в Улан-Удэ состоялся международный форум «Байкал как участок всемирного природного наследия: 20 лет спустя», а в его рамках — одноименная научно-практическая конференция. Сибирское отделение, наряду с Советом Федерации РФ, правительством Республики Бурятия и другими субъектами выступило соорганизатором этих мероприятий, а их инициатором и мотором вместе со своими ближайшими коллегами стал экс-член Совфеда, основатель и научный руководитель Бурятского института природопользования (БИП) СО РАН академик Арнольд Кириллович Тулохонов.

Участники форума констатировали: после запуска Федеральной целевой программы «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012-2020 годы» многое уже изменилось в лучшую сторону. Построены очистные сооружения, проложены дороги, посещаемые туристами берега стали более обустроенными и цивилизованными. Новый облик получили основные рекреационные зоны — например, «Байкальская гавань» в бывшем поселке лесозаготовителей Турка. Но одновременно с этим тревогу специалистов вызывает возрастающая с каждым годом антропогенная нагрузка на озеро. Благодаря дорогам и всеобщей автомобилизации на береговой линии стоят целые караваны машин, с номерами регионов от Санкт-Петербурга до Владивостока (недоступных участков берега Байкала остается все меньше). Прибавим к этому наплыв иностранных туристов — прежде всего, из Китая и Монголии.

Вторая проблемная область — это невероятное количество больших и мелких запретов, вытекающих из ФЦП, законов и нормативных актов по охране озера Байкал. В береговой зоне не разрешается заготавливать дрова и топить ими, выделывать шкуры, печь хлеб — воспрещено всё, что даже в малейшей степени может негативно влиять на экологическую обстановку. Но у нас в стране, как известно, запреты порождают нарушения и лазейки: на Байкале распространилось браконьерство, а лес, чтобы добыть дрова, во многих случаях сначала намеренно поджигают — горельники рубить на топку допустимо.

И, наконец, третий узел проблем. Охрана Байкала и приток туризма не поддержаны экономическим базисом, экологически чистой энергетикой и развитием инфраструктуры. Хотя Арнольд Тулохонов в своей книге «Записки провинциального сенатора» справедливо указывал, что на берегах американских Великих озер и Женевского озера расположены атомные станции и металлургические заводы. «Здесь в равной степени сочетаются интересы развития экономики и сохранения природной среды, а в основу такого баланса заложены высокая степень ответственности хозяйственных руководителей и широкое использование экологобезопасных технологий», — пишет академик. Но в России о социальной ответственности бизнеса, за редкими исключениями, говорить не приходится, а реальный сектор экономики прибайкальских территорий так и не вышел из депрессивного состояния. В качестве примера приведу свой родной город Улан-Удэ, в котором закрылся единственный за Байкалом стекольный завод, «Электромашина», судостроительный (раньше выпускавший речные суда и торпедные катера) и другие. Резко упали объемы работ на бывшем гиганте промышленности Бурятии — локомотиво-вагоноремонтном. Из предприятий современной индустрии можно назвать только веротлетостроительный завод, продукция которого пользуется хорошим спросом в странах третьего мира. В целом же, Байкальский регион благодаря своему международному статусу, вниманию общественности и притоку туристов стал центром притяжения — но пока не сформировался в качестве центра развития.

Наука может и должна участвовать в создании предпосылок для этого перехода, но Бурятский научный центр находится в сложном положении — он включен в программу ФАНО 2017 года по реструктуризации. Настрой у руководства БНЦ достаточно конструктивный, а институты, я уверен, получат хорошую оценку эффективности и попадут в первую, минимум во вторую категорию. Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН уникален не только для России, но и в мировом масштабе — например, недавно там вышла фундаментальная монография «Шел Пхренг. Ожерелье чистого хрусталя» с переводом, расшифровкой и анализом рецептур тибетской медицины. Хорошие позиции занимают БИП, Институт общей и экспериментальной биологии СО РАН, Геологический институт СО РАН, Институт физического материаловедения СО РАН, читинский Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН.

В продолжение международного форума по очень плотному четырехчасовому графику прошло заседание Межведомственной комиссии по вопросам охраны озера Байкал под председательством министра природных ресурсов и экологии РФ Сергея Ефимовича Донского. В своем выступлении я отметил, что работа комиссии строится по уже хорошо проработанным направлениям — строительству очистных сооружений, переработке отходов и т.п. И предложил: бюджетные средства, которые не осваиваются при решении этих задач, перенаправить на научные исследования двух проблем глобального характера, напрямую связанных с Байкалом — планетарных климатических изменений и комплексного динамического моделирования биосистемы озера. Мы не получим целостной картины, если будем по отдельности изучать распространение спирогиры, деградацию колоний байкальской губки, колебания численности омуля и тому подобное. Соответственно, на проведение масштабных междисциплинарных исследований требуются дополнительные ресурсы для развития Бурятского и Иркутского научных центров СО РАН — прежде всего, на покупку современного оборудования и развертывание экспедиционной работы.

Важность академической науки для решения проблем Байкала и прилегающих территорий усиливается в связи с международными коллизиями. Прежде всего, это намерения Монголии построить каскад гидроэлектростанций на Селенге, дающей около 50% притока воды в «священное море». А его уровень, в связи с глобальными климатическими изменениями, и так понижается до критических отметок, пересечение которых может, соответственно, уменьшить сток Ангары и затруднить работу расположенных на ней мощнейших в России ГЭС. Ученые, в том числе академик А.К. Тулохонов, предлагают альтернативные решения глобального уровня. Монголия на самом деле нуждается в электроэнергии, но российская генерация предлагает слишком высокую цену за киловатт, намного превышающую себестоимость. Проблему сопредельной страны можно решать на трансграничном уровне, исходя из парадигмы кооперации, а не «войны суверенитетов» за водные ресурсы. Тем более, что присутствовавший на форуме новый президент Академии наук Монголии академик Дугэр Рэгдэл — ученый-организатор классической школы, нацеленный на сотрудничество с Россией и, конкретно, с Сибирском отделением РАН.

В форуме и конференции по Байкалу активно участвовали не только российские и монгольские, но и китайские учёные. В КНР двумя неделями раньше состоялось очень представительное международное мероприятие, посвященное организации новых комплексных научно-инновационных центров. Китай намерен уже с 2017 года создавать такой центр в городе Хайроу под Пекином на базе работающего там технопарка и с использованием успешного опыта Новосибирского академгородка СО РАН. И Китай, и Монголия, и государства-лидеры АТР (Корея, Тайвань, Сингапур, не говоря уже про Японию) сегодня уделяют большое внимание развитию фундаментальной науки, без которой невозможно не только технологическое развитие, но и решение экологических, социальных, гуманитарных проблем. По нашу же сторону границы мы видим регионы с точечными очагами промышленности, образования и науки, с находящимися под угрозой «реструктуризации» научными центрами и оттоком активной части трудоспособного населения, прежде всего — талантливой молодежи.

Восток России, Бурятия, Байкал и многое, что с ними связано, требуют решений, соответствующих глобальному уровню проблем цивилизационного характера в этом стратегически важном регионе Центральной Азии и, соответственно, высочайшего научного уровня их проработки. Будем надеяться, что решение этих непростых проблем облегчится правильными во всех отношениях выборами президента РАН в сентябре, в результате которых российская академическая наука получит современного, сильного и авторитетного лидера.

Подготовил Андрей Соболевский, Наука в Сибири

Россия. СФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 7 августа 2017 > № 2267960 Александр Асеев


Россия. СФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264700 Владимир Путин

Совещание по вопросам развития Байкальской природной территории.

Владимир Путин провёл совещание, посвящённое актуальным проблемам сохранения озера Байкал и экологического развития Байкальской природной территории.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами сегодня обсудим вопрос, к которому обращались неоднократно, но от этого актуальность его не становится меньше, потому что мы сегодня с вами будем обсуждать Байкал и экологическое развитие Байкальской природной территории.

Эта территория, безусловно, является уникальной, все мы об этом хорошо знаем. Является не только достоянием нашей страны, России, но и без всякого преувеличения является достоянием планеты в целом.

Байкал для нас – это и гордость, и наша особая ответственность, а задача его сбережения для нынешних и для будущих поколений – несомненный государственный приоритет.

Ликвидация последствий нерациональной, зачастую безответственной хозяйственной деятельности на этих территориях требует особого внимания. Для того чтобы, во–первых, ничего подобного больше в будущем не допускать, а во–вторых, сделать всё для того, чтобы минимизировать то, что уже накоплено.

Всё это требует самого пристального внимания и, конечно, вложения солидных финансовых ресурсов.

Экстремально высокому загрязнению подверглись значительные территории Прибайкалья. Причём Байкальский ЦБК и Джидинский комбинат уже несколько лет как закрыты, мы с вами хорошо об этом знаем, однако накопленные ими отходы продолжают отравлять воду озера и питающих его рек.

Первая, требующая неотложных действий задача, – ликвидировать экологический ущерб, провести полноценную рекультивацию загрязнённых территорий. Прошу определить источники финансирования, планы и конкретных исполнителей.

Одновременно с этим необходимо разобраться и с объектами, продолжающими здесь работать. Очистные сооружения большинства из них изношены, причём более 60 процентов загрязнённых стоков приходится на жилищно-коммунальное хозяйство. Но, как это ни печально, нужно сказать, конечно, и о деятельности сельхозпредприятий. Всё–таки химические отходы, применяемые в сельском хозяйстве, так или иначе в воду Байкала и рек региона попадают.

Объёмы сброса неочищенных вод в озеро, безусловно, нужно кардинально сокращать. И в этой связи встаёт вторая задача – интенсивно и качественно модернизировать коммунальную инфраструктуру. Это ответственность регионов, которые в том числе могут опираться на действенную поддержку со стороны федеральных властей, в том числе на федеральную целевую программу «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012–2020 годы».

Её реализация уже обеспечила строительство десятков очистных сооружений и полигонов твёрдых коммунальных отходов, создала базу для борьбы с лесными пожарами и браконьерством, обеспечила сохранение экосистем, редких видов животных и растений. За 2012–2016 годы выделено более десяти миллиардов рублей, хотя предусматривалось гораздо больше, нужно об этом тоже сказать.

Считаю необходимым рассмотреть вопрос о продлении срока действия программы, причём особое внимание обратить на эффективность и приоритеты расходования средств.

Третья задача – обеспечить экологическое развитие Байкальской природной территории в целом. А это прежде всего означает гармоничный, рациональный баланс между социально-экономическим развитием, социально-экономическими интересами и задачами сбережения природы. Собственно говоря, во всех цивилизованных странах этот вопрос стоит очень остро, и хуже или лучше, но есть примеры того, как это делается и как это решается.

Особый статус Байкала предъявляет повышенные требования к любой хозяйственной деятельности, но нередко они оборачиваются и явно избыточными ограничениями, об этом тоже не нужно забывать. Ограничениями, которые напрямую сказываются на качестве жизни людей, на развитии поселений, сдерживают развитие предпринимательства, а значит, создание новых рабочих мест, наполнение местных бюджетов.

Давайте обсудим все эти факторы, связанные с особым режимом охраны озера, и вместе определим оптимальные решения проблем экологии и социально-экономического развития байкальских территорий. При этом принципиально важно не допустить увеличения антропогенной нагрузки на экосистему Байкала.

Это касается, конечно, и туристической отрасли. Сейчас с губернатором говорили об этом. Конечно, это очень перспективная отрасль экономики региона, интересная, приносящая доход, создающая рабочие места. Интерес к Байкалу и российских, и иностранных граждан постоянно растёт, до миллиона человек бывает на берегах Байкала за год. Но обратной стороной этого в целом позитивного фактора становятся новые проблемы.

Бесконтрольность так называемых «диких» туристов приводит к стихийным свалкам на берегу и мусору в водоёмах. А стремление предпринимателей по максимуму использовать спрос на байкальские путешествия – часто к игнорированию ими экологических норм.

Этими вопросами нужно, конечно, заниматься вплотную. Нужно стимулировать экологическую ответственность бизнеса, в том числе разрабатывать варианты софинансирования экологически ориентированных проектов. С особым вниманием нужно относиться к обеспечению систем жёсткого контроля.

И в этой связи прошу Генеральную прокуратуру проверить Байкальскую территорию на предмет фактов незаконной и экологически вредной деятельности. Я хочу это подчеркнуть: не всё подряд проверять, здесь тоже меру нужно знать, но именно незаконной и экологически вредной деятельности. И принять соответствующие меры.

Ключевая роль здесь отводится инспекторам особо охраняемых природных территорий. Сейчас Василий Иванович [Сутула] рассказывал о том, как люди работают – не только люди, которые на государственной службе находятся, но и волонтёры, за что им особое спасибо.

Их работа должна опираться на достойные ресурсы. Говорю не только об административной поддержке, но и о вознаграждении, необходимом оборудовании, экипировке и так далее.

Давайте мы рассмотрим все эти вопросы в комплексе.

Поговорим, с Минфином надо посоветоваться. Ничего здесь нового не скажу, всякие идеи есть, в том числе вопрос о возвращении части собираемых штрафов, платежей – возвращении их напрямую в заповедники и нацпарки и использовании в целях повышения эффективности их развития и охраны.

Здесь хотел бы обратить ваше внимание на место, где мы с вами находимся. Визит-центр «Байкал заповедный» – это очень хороший пример сочетания задач охраны заповедных территорий и развития цивилизованного экологического туризма. Такой опыт требует самого широкого распространения и популяризации, в том числе в рамках Года экологии, который сейчас проходит, как известно, в нашей стране.

В центре «Байкал заповедный» работают настоящие профессионалы – ещё раз хочу поблагодарить Вас, Василий Иванович, и всех Ваших коллег – искренне преданные своему делу люди.

Давайте перейдём к обсуждению.

Слово Министру природных ресурсов и экологии Сергею Ефимовичу Донскому. Пожалуйста, Сергей Ефимович.

С.Донской: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Коротко разрешите доложить об экологической ситуации на объекте Всемирного природного наследия ЮНЕСКО «Озеро Байкал».

Характеризуя ситуацию в целом, следует сказать, что после закрытия Байкальского ЦБК показатели экологической обстановки в регионе стабилизировались. В частности, выбросы в атмосферный воздух на Байкальской природной территории в целом за последние четыре года уменьшились на 15 процентов, по Центральной экологической зоне – более чем в два раза. Сбросы в озеро сточных вод снизились более чем на 80 процентов.

Но сегодня остаётся ряд проблем, о которых Вы упомянули, в частности связанных с загрязнением озера жидкими и твёрдыми отходами системы ЖКХ. Проблемами также остаются объекты накопленного экологического ущерба, в том числе промплощадка Байкальского ЦБК, о которой я позже скажу.

В связи с этим приоритетными направлениями нашей деятельности в рамках охраны озера Байкал и экологического развития Байкальской природной территории являются ликвидация накопленного экологического ущерба, эффективная утилизация отходов, сокращение загрязнения озера сточными водами. Кроме того, нам важно обеспечить защиту лесов, сохранение биоразнообразия, а также развитие особо охраняемых природных территорий.

Главным инструментом экологического развития стала, как тоже уже сказали, принятая в 2012 году федеральная целевая программа охраны озера Байкал. Сегодня общий объём финансирования этой программы на период 2012–2020 годов составляет почти 26 миллиардов рублей. Первоначально она была 58 миллиардов рублей, то есть сократилась с начальных цифр более чем в два раза. Учитывая это, мы сегодня оптимизируем перечень проектов, исходя из основных приоритетов. Теперь подробнее о каждом направлении.

Начну с ликвидации объектов накопленного экологического вреда. Это брошенные ещё в советские времена промпредприятия, хранилища опасных отходов, горнодобывающие предприятия.

В рамках ФЦП перед нами стоит задача ликвидировать восемь наиболее опасных для Байкала объектов. На сегодня мы выполнили первый этап данной работы, в частности, ликвидируем ущерб по Джидинскому вольфрамо-молибденовому комбинату. В настоящее время ведутся работы ещё по двум аналогичным проектам. Речь идёт о Холбольджинском угольном разрезе и терриконах бывшей шахты Гусиноозерской – почвенные скопления нефтепродуктов, загрязняющих воды реки Селенга.

Начинаем работу ещё по пяти проектам, в том числе по полигону опасных отходов «Восток», хранилищу гальванических отходов и Холоднинскому месторождению, где тоже когда-то была разработка, потом всё остановлено, но часть опасных отходов, которые там остались, попадают на природную территорию.

В результате будет очищено свыше двух тысяч гектаров земель и до полутора тысяч тонн отходов снижен объём загрязнений, поступающих в окружающую среду.

Что касается ликвидации негативного воздействия отходов Байкальского ЦБК. Здесь накоплено более шести миллионов тонн опасных промышленных отходов. Минприроды подготовлена проектная документация в соответствии с поручением Правительства, полномочия по реализации этого проекта переданы Иркутской области, и работа по ликвидации отходов должна быть начата не позднее декабря текущего года.

Мы разработали и утвердили совместно с регионом «дорожную карту» ликвидации накопленных отходов, и в целях организации работы в установленные сроки рассматриваем возможность привлечения в качестве оператора государственную компанию «Росгеология». Она имеет мощности и необходимый опыт, в том числе в Арктике работала по уборке отходов. В связи с этим, уважаемый Владимир Владимирович, просьба дать поручение Правительству рассмотреть вопрос о статусе «Росгеологии» как единственного исполнителя работ по ликвидации отходов Байкальского ЦБК. Это позволит быстрее начать – уже в этом году – эту работу.

Теперь несколько слов о сокращении загрязнения озера сточными водами. После закрытия ЦБК, на долю которого приходилось более 80 процентов сбросов грязных стоков, львиную долю загрязнения сейчас формируют предприятия ЖКХ – это более 60 процентов от всего объёма. При этом в Бурятии сегодня действуют 33 очистных сооружения, и лишь четыре из них соответствуют экологическим требованиям. Из 17 действующих очистных сооружений в Иркутской области практически ни одно не удовлетворяет экологическим требованиям.

Сегодня из предусмотренных ФЦП 46 очистных сооружений завершено строительство по шести объектам, ещё три объекта в Иркутской области находятся в стадии завершения. В условиях сокращённого финансирования приоритетным проектом в этом направлении является реконструкция очистных сооружений города Улан-Удэ: это основной загрязнитель. Здесь ежегодно сбрасывается 22 миллиона кубометров загрязнённых сточных вод.

К работе по модернизации указанных сооружений приступаем в этом году, объём в целом средств на реализацию проекта составляет 2,7 миллиарда рублей. Сейчас идёт первый этап, и деньги выделены пока только на первый этап этого проекта.

Теперь об отходах. Основная причина замусоривания берегов Байкала – это отсутствие современных объектов размещения и переработки. Здесь, конечно, хотелось бы более активных и согласованных действий со стороны региональных властей. Поэтому считаем одним из эффективных способов решения мусорной проблемы разработку единой территориальной схемы обращения с отходами. Таким образом можно оптимизировать количество перерабатывающих и утилизационных мощностей, в том числе можно будет по-другому взглянуть на экономику строительства таких объектов. Это в том числе позволит ускорить сроки ликвидации нелегальных свалок, выработать единый подход к координации потоков отходов и их логистику: как они будут собираться и куда будут доставляться на переработку.

Реализация единой терсхемы, возможно, будет частью федеральной целевой программы. Сейчас документом предусмотрено создание в Республике Бурятия 20 полигонов, а в Иркутской области – 11 полигонов. Сегодня в Бурятии закончено строительство двух объектов и по одному объекту ведутся работы, а в Иркутской области один объект построен и один также в работе.

При этом должно быть публичное обсуждение новой территориальной схемы. Законопроект, предусматривающий обязательность такой процедуры в целом по всей стране, подготовлен, сейчас внесён в Правительство. Планируем принять его в осеннюю сессию.

Кроме того, на Байкале начал работать эффективный инструмент борьбы с незаконными свалками – система электронного общественного контроля «Наша природа». Главной целью таких нововведений мы считаем участие людей в выявлении и пресечении правонарушений в области охраны окружающей среды. Сегодня на это, конечно, существует общественный запрос. Вы встречались сейчас с волонтёрами, они об этом сами везде говорят.

Теперь о лесе. Основная задача – это обеспечение сохранности и восстановление леса. За два последних года удалось обеспечить увеличение объёмов лесовосстановления в полтора раза – до 41 тысячи гектаров. Мы на этом не останавливаемся, считаем, что объёмы лесовосстановления должны быть увеличены в два раза как минимум.

Одним из сдерживающих факторов сегодня является дефицит качественного посадочного материала. В связи с этим мы планируем реализовать проект строительства селекционных центров лесного семеноводства в рамках государственно-частного партнёрства, который может обеспечить до десяти миллионов саженцев в год. Это позволит активнее проводить работу по лесовосстановлению.

Дополнительным фактором должно стать принятие осенью этого года закона по компенсационному восстановлению леса. Речь идёт о том, что вводится правило: сколько срубил – столько восстановил. Это относится ко всем объектам, в том числе к линейным.

Кроме того, сегодня существует законодательный запрет на санитарные рубки в гарях Центральной экологической зоны Байкала, поэтому мы разработали соответствующий законопроект, он согласован и в ближайшее время будет внесён в Правительство.

Все законопроекты, как я уже сказал, мы считаем, должны быть приняты в осеннюю сессию. Для этого и с Думой мы сейчас работаем: она готова всё принять в этом году.

Мы также внесли изменения в методику распределения лесных субвенций, предусмотрев увеличение с 2018 года финансирования регионам Сибири и Дальнего Востока, акцентировав финансирование и на лесовосстановлении, и на других мероприятиях в лесном комплексе, в том числе произошло увеличение затрат на байкальский регион на 20 процентов.

Один из основных рисков для биологического разнообразия Байкала, как ни прискорбно, – это всё-таки браконьерство. Я коротко перечислю те меры, на которых мы сконцентрировались.

Минимизировать его уровень мы сможем за счёт наделения перекрёстными полномочиями инспекторов в области охотничьего и лесного контроля, а также рыбинспекций. То есть у них будет возможность участвовать в пресечении браконьерства и по всем видам лесного фонда, и по водным объектам.

За счёт развития института производственного и общественного контроля и за счёт мер экономического стимулирования – это увеличение штрафов в разы – также считаем, что можно по крайней мере усилить борьбу с браконьерством.

Законопроекты уже подготовлены, и мы считаем, что в осеннюю сессию это может быть принято.

В качестве иллюстрации по поводу браконьерства приведу пример сокращения популяции байкальского омуля. Мы сегодня выпускали [молодь омуля], с коллегами общались. Цифры они Вам говорили: численность омуля за последние десять лет снизилась практически в четыре раза. Сейчас популяция нерестового стада в два раза меньше средних многолетних значений. Для восстановления популяции необходимо увеличить выпуск молоди омуля. В том числе в рамках ФЦП предусмотрена реконструкция трёх устаревших рыбозаводов Росрыболовства, это тоже позволит увеличить объём выпуска омуля.

Однако и запрет промысла, и увеличение искусственного воспроизводства не дадут результатов: считаем, что при сохранении современного уровня браконьерского улова и бесконтрольной продажи нелегальной продукции, включая икру, добиться этого будет сложно. Поэтому регионом должна быть организована система контроля оборота продукции из омуля – это тоже одна из ключевых задач.

Несколько слов о байкальских охраняемых природных территориях. Сегодня Вам уже рассказывали, именно здесь был создан первый заповедник 100 лет назад, мы в этом году это празднуем. Практически десятая часть всех федеральных охраняемых природных территорий сосредоточена именно на Байкальской природной территории, и ясно почему.

Для Байкала особенно важен рекреационный потенциал нацпарков, так как именно эти учреждения формируют основной тренд на регулируемый, экологически ответственный и познавательный туризм. Считаем, что его развитие даст и мультипликативный эффект, обеспечив создание дополнительных рабочих мест, и это будет также работать как антибраконьерская мера. Поэтому Год экологии и особо охраняемых природных территорий мы начали, кстати, здесь с открытия уникального визит-центра, в котором сейчас находимся.

Если говорить о задачах и масштабах всей страны, то в этом году Правительством принят приоритетный проект «Дикая природа России: сохранить и увидеть». В нём сконцентрированы все основные направления для развития экотуризма, в том числе и развития экотуризма на Байкале.

Практическая реализация этих программ будет осуществляться с использованием механизма государственно-частного партнёрства с обязательным привлечением операторов, обладающих международным опытом в реализации проектов комплексного развития территорий.

Считаем, что как раз рекреационный потенциал – об этом уже говорили – у Байкала измеряется миллионами туристов в год, при этом мы должны обеспечить строгое соблюдение всех экологических ограничений. Как раз это и предусмотрено в приоритетном проекте.

И в заключение ещё раз хочу отметить, что мы должны продолжить интенсивную работу по всем приоритетным направлениям нашей деятельности. Мы понимаем, что ценность Байкала вне времени, и мы должны сделать всё, чтобы сохранить его для наших потомков.

Основные результаты мероприятий и того направления, которое мы планируем реализовывать в рамках ФЦП на Байкальской природной территории, приведены на слайде, не буду их перечислять.

Один из основных элементов того, что мы тоже хотели попросить, – это восстановление первоначальных объёмов финансирования ФЦП, потому что это важный инструмент именно для реализации всех планируемых мероприятий на Байкальской природной территории, и продление её действия до 2030 года. Потому что, конечно, объём работ большой, а сейчас она действует до 2020 года: срок маленький. Нужно дополнительное время, чтобы можно было реализовать все эти проекты. Прошу поддержать.

Спасибо.

В.Путин: Алексей Самбуевич, пожалуйста.

А.Цыденов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Подписывая Указ о проведении в 2017 году Года особо охраняемых природных территорий, Года экологии, Вы обратили особое внимание общества на вопросы экологического развития и экологической безопасности России, и, соответственно, на здоровье, долголетие и качество жизни населения нашей большой страны.

Хочу выразить благодарность Вам, Владимир Владимирович, и Правительству, Министерству природы за реализацию ФЦП охраны озера Байкал и за предложение о продлении этой программы.

Но помимо программы требует решения целый ряд вопросов нормативного регулирования жизнедеятельности на прибайкальской территории, например несогласованность норм Земельного кодекса и конвенции ЮНЕСКО, куда был включён Байкал и прилегающие территории.

Нормами Земельного кодекса одинаково ограничивается оборот земель как памятника культурного наследия, так и просто объекта, включённого в список. При этом при формировании Земельного кодекса не подразумевалось, что в список ЮНЕСКО попадут целые территории и обширные водные пространства.

В результате невозможно зарегистрировать право собственности на земельные участки жителям 76 населённых пунктов, расположенных в границах объекта всемирного наследия. Это же касается многодетных семей, которым мы по Указу должны давать землю. Это ограничение не только на оборот земель, но и на [привлечение] частных инвесторов, которые хотели бы получить землю для осуществления строительства объектов социальной, инженерной и прочей инфраструктуры.

Нами подготовлен проект корректировки Земельного кодекса, который не затрагивает положения конвенции ЮНЕСКО. Он предварительно с Минприроды, с Администрацией Президента проработан. Просим Вашего поручения, чтобы доработать и внести соответствующие изменения.

Похожая ситуация в Тункинском районе Бурятии, где весь район полностью объявлен национальным парком без изъятия территорий фактически существующих населённых пунктов. В результате те, кто до 2012 года оформить право собственности на землю не успел, сейчас это сделать уже не могут: более шести тысяч граждан стоят в очереди на оформление права собственности – и не могут. Помимо граждан – организации: 48 школ в районе, из них 46 не имеют оформленной земли.

До недавнего времени раз в пять месяцев всем – и организациям, и частным лицам – Росреестр выставлял штрафы за неоформление. Есть факты судебного понуждения к сносу жилья с неоформленной земли. Сейчас мы с Росреестром нашли [возможность] хотя бы не штрафовать, но это временная мера.

Нами подготовлено предложение, предварительно тоже проработано, по изменению границ Тункинского парка без сокращения общей площади и без ущерба природоохранной функции. Требуют решения сопутствующие вопросы: это предоставление дров и бесплатный вход жителям прилегающих территорий в нацпарк, поскольку парк будет окружать посёлок. Предварительно мы с Минприроды проработали, Сергей Ефимович в курсе наших предложений.

Отдельно стоит вопрос пожарной безопасности и восстановления лесов после пожаров. Законом об охране озера Байкал в Центральной экологической зоне запрещены сплошные рубки леса, в том числе противопожарные разрывы, а также санитарные рубки сгоревшего леса, и запрещены сплошные рубки под линейные объекты инфраструктуры, в том числе к действующим населённым пунктам.

Понимаем, что запрет на то и вводился, чтобы не рубили, и просто так взять и отменить его нельзя и нецелесообразно. А разрешение вырубки горельника вообще может привести к умышленным поджогам – мы такие риски понимаем. Но и сохранение горельника на корню влечёт опасность распространения шелкопряда и других вредителей уже на здоровый лес.

Такая проблема есть, санитарные рубки каким-то образом надо проводить. Сергей Ефимович уже сказал, что проект закона подготовлен, мы, безусловно, поддерживаем такой подход и надеемся, что вопрос сплошных рубок в Центральной экологической зоне для пожарной безопасности и санитарно-восстановительного ухода будет решён.

Фактором, оказывающим значительное влияние на социально-экономическое развитие региона, является необходимость проведения экологической экспертизы на все капитальные объекты, строящиеся в пределах Байкальской природной территории. На карте указано: Байкальская природная территория – это три субъекта по сути. Даже если футбольное поле строим, детский сад или фельдшерско-акушерский пункт – они должны пройти экологическую экспертизу. В итоге продление только проектных работ минимум на три месяца, удорожание, ну и, с учётом сроков бюджетного процесса, иногда [строительство] откладывается на год.

У нас предложение: оставить на всей Байкальской природной территории экологическую экспертизу только для опасных производственных объектов, а для всех остальных если оставлять, то только в пределах Центральной экологической зоны, что существенно облегчит вопрос капитального строительства и снизит сроки и стоимость.

Вопросов, требующих рассмотрения, много, Владимир Владимирович, но часть уже решается. По итогам Вашего прямого общения с гражданами Вы уже дали поручение по корректировке границ водоохранной зоны Байкала. Это существенное решение многих вопросов. Более 50 лет не решался вопрос по приданию так называем лесным посёлкам, созданным для освоения лесного фонда, статуса населённых пунктов, таких в Бурятии 33. Буквально на днях Вы подписали закон о лесной амнистии, который позволяет в том числе и этот вопрос решить.

Так что, Владимир Владимирович, ситуация не стоит на месте, вопросов много, но есть понимание, как их решать. Прошу поддержать.

В.Путин: Хорошо, спасибо.

Сергей Георгиевич, есть что добавить?

С.Левченко: Один вопрос. Владимир Владимирович, Вы помните, на «Прямой линии» с Вами житель острова Ольхон говорил по поводу невозможности строительства дороги.

В.Путин: Там, кстати, сбой сейчас был на переправе.

С.Левченко: Да.

В.Путин: Восстановили?

С.Левченко: Один паром в ремонте был, и поэтому задержка была достаточно большая – больше суток.

Задача по строительству дороги на Ольхоне не может быть решена без корректировки федерального законодательства. Дело в том, что он входит в Центральную экологическую зону, и там запрещена добыча общеприродных полезных ископаемых. Ближайший карьер расположен в другом районе, в Баяндаевском, за 160 километров, плюс ещё на пароме нужно возить общедоступные природные ресурсы.

Мы в этом году выполняем работы по планировке дорожного покрытия по самому острову, но, конечно, этого недостаточно для того, чтобы дорога была там нормальная, цивилизованная.

Поэтому я хотел бы попросить Вашего поручения Правительству внести изменения в перечень видов деятельности, запрещённых в Центральной экологической зоне Байкальской природной территории, в части снятия запрета на разведку и добычу общераспространённых полезных ископаемых в целях реконструкции и строительства автомобильных дорог. Иначе возить в наших сибирских просторах нужно очень далеко.

Пожалуй, это единственное.

В.Путин: Сергей Ефимович, пожалуйста.

С.Донской: У меня несколько ответов – на то, что Алексей Самбуевич говорил, и на то, что Сергей Георгиевич сказал.

Что касается водоохранной зоны. Сейчас было упомянуто, мы уже совместно с коллегами начали работу: подготовлены предложения по корректировке водоохранной зоны и уточнению границ, ограничивающие её площадь с 57 тысяч квадратных километров до 5,9 тысячи квадратных километров, то есть практически в десять раз уменьшение. Они подготовлены совместно с учёными Института имени Сочавы, который здесь находится. Мы подготовили совместно этот проект, сделав водоохранную зону более привязанной к ландшафту, то есть она фактически обеспечивает охрану исключительно озера Байкал именно в рамках тех экологических норм, которые у нас в законодательстве прописаны.

Коллегам сейчас представлены все эти материалы, они должны их согласовать. И мы надеемся весной уже утвердить новую водоохранную зону без тех ограничений, которые на сегодняшний день существуют.

Что касается разрешения сплошных рубок для ликвидации последствий лесных пожаров. Уже было сказано: подготовлен законопроект, осенью мы планируем его принять, и можно будет проводить эти самые рубки в гарях.

В.Путин: Надо следить только за этим, чтобы под видом этих рубок не вырубалось всё подряд.

С.Донской: Да, там и контроль со стороны МЧС, потому что это всё-таки гари, это то, что после пожаров, и предполагается ещё и контроль усиленный в том числе.

Что касается объектов экологической экспертизы. Соответствующий законопроект сейчас подготовлен, тоже осенью мы планируем его в Госдуму вносить. Но мы с коллегами решили поступить таким образом, чтобы ряд полномочий по экологической экспертизе передать на уровень субъекта: Росприроднадзор подготовил проект соглашения, и сейчас субъекты его рассматривают. Тем самым субъекты сами могут у себя оптимизировать процедуру проведения экспертизы, и это до принятия закона, то есть чтобы можно было уже сейчас этот вопрос решать.

Что касается населённых пунктов на особо охраняемых природных территориях. Тункинский национальный парк – это наиболее яркий пример, здесь руководитель Тункинского национального парка находится: на большей территории этого национального парка находится муниципальное образование, посёлки.

У нас такое предложение. В 2013 году был принят закон, который позволяет корректировать границы именно с точки зрения исключения муниципальных образований из границ национальных парков. Потому что, конечно, на территории национальных парков города и посёлки не должны находиться, потому что сразу же определённые ограничения на них накладываются, и это, естественно, мешает социально-экономическому развитию.

В рамках этого закона, который был принят в 2013 году, в 2014 году всё-таки Вашим поручением было сделано ограничение, чтобы мы не применяли этот закон с учётом того, что надо будет отработать определённые процедуры, как эти границы будут меняться. Сейчас дополнительно ещё готовится закон, который уточняет эту процедуру.

Но что касается Байкальской природной территории, уже для Тункинского национального парка в принципе всё подготовлено для того, чтобы мы могли эти границы скорректировать. В том числе даже образован заказник, который компенсирует ту площадь, которую муниципальное образование будет «вырезать». Мы этим заказником площадь национального парка компенсируем, тем самым охраняемая площадь останется такой, какая была до «вырезания» муниципального образования. Если Вы дадите поручение, мы отработаем этот механизм и могли бы здесь, на Байкале, эти вопросы решить, чтобы их не затягивать.

Что касается оборотоспособности земельных участков, расположенных в границах объекта всемирного природного наследия ЮНЕСКО – озера Байкал. Уже было сказано: на наш взгляд, один из наиболее эффективных способов – внести изменения в Земельный кодекс. Эти изменения уже подготовлены, это короткая фраза, которая через запятую позволяет приватизировать как раз в границах городов, посёлков имущество, не нарушая те ограничения, которые ЮНЕСКО наложила. То есть это тоже решаемый вопрос, просто нужно поручение Правительству, чтобы это быстро можно было скорректировать.

И последнее. Тут, может быть, не упоминалось, но мы ещё работаем над приоритетным проектом «Байкал: великое озеро великой страны», который весной должны принять – у нас поручение Правительства, – где будут рассмотрены все вопросы, в том числе и социально-экономического развития данного региона. Исходя из этого, считаем, что работа и продление ФЦП позволят нам обеспечить и финансирование, и реализовывать все эти проекты.

Спасибо.

В.Путин: Дорогу-то как построить?

С.Донской: С коллегой ещё встретимся. В данном случае тема дороги, как мы у себя разбирались, на самом деле достаточно давно возникла. Коллеги сейчас обратились, чтобы посмотрели, где можно оптимизировать, где можно взять щебень. Конкретно посмотрим.

В.Путин: Вопрос в чём? Вопрос в том, чтобы туда щебень довозить? Вопрос не в том, чтобы разрешить строительство дороги?

С.Донской: Нет, дорогу можно построить.

В.Путин: Вы хотите выкопать там огромную яму, чтобы построить дорогу?

С.Левченко: Нет. Там достаточно недалеко – не за пределами Центральной экологической зоны, не за 200 километров – есть территории, где можно взять… Мы же дорогу до острова построили уже, причём с асфальтированным покрытием, но по самому острову не можем построить, потому что нет карьера. Рядом есть, в пределах этих 200 километров, но не везти же.

С.Донской: Мы с коллегой тогда рассмотрим.

В.Путин: Секундочку, а как вы рассмотрите? Мы сейчас разойдёмся, и Вы будете рассматривать ещё лет десять, потом на пенсию пойдёте, скажете: всё, меня уже не касается. Вам же понятно, в чём проблема. Нужно менять этот перечень?

С.Левченко: Да, включить в перечень.

В.Путин: Если мы сейчас включим в перечень, потом все будут рыть ямы по берегам Байкала – вот в чём проблема.

С.Левченко: Без разрешения, Владимир Владимирович, они всё равно не будут.

В.Путин: Как без разрешения?

С.Левченко: Всё равно контролирующая роль органов, которые должны согласовывать.

В.Путин: Сколько стоит туда завезти песок, щебень, для того чтобы не нарушать установленных правил?

С.Левченко: Мне трудно навскидку сказать, остров большой. До столицы, до Хужира, 40 километров по самому острову. Плюс если через паром и те 200 километров, по которым нужно из–за пределов Центральной экологической зоны везти, я думаю, что это раза в 3 –3,5 увеличивается стоимость.

В.Путин: Скажите, пожалуйста, а карьер, о котором Вы сказали, он когда-то функционировал?

С.Левченко: Да.

В.Путин: Там есть карьер?

С.Левченко: Да, не на острове, а рядом.

В.Путин: То есть это когда-то был действующий карьер и его просто закрыли?

С.Левченко: Да, совершенно верно.

В.Путин: Когда его закрыли?

С.Левченко: С введением закона.

В.Путин: Когда это было?

С.Левченко: Закон введён был в 1996 году.

В.Путин: До этого работал как карьер?

С.Левченко: Да.

С.Донской: Владимир Владимирович, нужно конкретно посмотреть, о чём идёт речь, карьер я имею в виду.

В.Путин: Карьер – он и есть карьер. Там что, щебень?

С.Левченко: Щебень, да.

С.Донской: То есть можно ли оттуда ещё брать, какие объёмы? Непонятно, в каком состоянии этот карьер, и что оттуда можно взять.

В.Путин: А сколько нужно завезти щебня?

С.Левченко: Опять же навскидку сказать трудно – смотря какой класс дороги. Если будет самый низкий…

В.Путин: Сергей Георгиевич, Вы нас ставите в трудное положение, потому что Вы говорите, что увеличится стоимость, но насколько она увеличится конкретно – Вы не знаете. Какой нужен объём щебня – Вы ответить не можете. А как принять решение?

С.Левченко: Дело в том, что если возить из–за пределов Центральной экологической зоны, то мы автоматически никакую экспертизу не пройдём.

В.Путин: Экспертизу чего?

С.Левченко: Экспертизу проекта дороги.

В.Путин: Почему?

С.Левченко: Потому что стоимость будет далеко за пределами существующих рамок.

В.Путин: Это другой вопрос. Имея в виду уникальность ситуации, тут как раз решение принять легче – это вопрос только денег. А то, что Вы просите, это вопрос защиты озера Байкал.

Я понимаю Ваши озабоченности как хозяйственного руководителя, связанные с лишними тратами, но надо понять, каковы они. Может быть, легче заплатить чуть побольше, а мы Вам могли бы помочь в этом, но я должен понять, сколько это стоит.

С.Левченко: Можно и так, Владимир Владимирович. Но с учётом того, что дорогу, я повторяю, до самого острова, до места, где паромная переправа, мы сделали относительно недавно, и это тоже в Центральной экологической зоне, то я думаю, что это просто самый оптимальный вариант решения – ещё раз из этого карьера взять.

В.Путин: А вы брали из этого карьера?

С.Левченко: Да, совершенно верно.

В.Путин: А как же вы брали, если это запрещено?

С.Левченко: А разрешение действовало до закона.

В.Путин: До 1996 года?

С.Левченко: Да. Эта дорога строилась, наверное, с середины 80–х годов.

В.Путин: 1996 год, когда запретили законом, – это было когда уже, 20 лет назад.

С.Левченко: 20 лет назад, да.

В.Путин: А Вы говорите: построили дорогу недавно.

С.Левченко: Асфальт сделали по этой дороге и сделали ту планировку, которую мы можем в пределах законодательства…

В.Путин: Вы же не могли положить асфальт на покрытие, на подушку, которая была 20 лет назад положена.

С.Левченко: Нет, Владимир Владимирович, мы сделали необходимую планировку. Там была гравийка. Мы сделали необходимую планировку, утрамбовали, для того чтобы сделать асфальт, и положили последний кусок, десять километров, в прошлом году.

В.Путин: Давайте посмотрите.

Первое, что я могу сказать, хочу сказать и должен сказать: дорога должна быть сделана. Вопрос только цены. Или мы заплатим эту цену за счёт Байкала, и вы дальше будете разрабатывать карьер, или мы заплатим из бюджета – просто дадим немножко больше денег, и завезёте туда больше гравия, вот и всё. Посчитайте, сколько это стоит.

«Прямая линия» была в июне. Июнь, июль, август – можно было бы уже и посчитать. Сергей Георгиевич, посчитайте, пожалуйста.

С.Левченко: Это, конечно, элементарно, Владимир Владимирович. Просто я думал, что мы другим путём пойдём. Хорошо, договорились, сделаю буквально к понедельнику.

В.Путин: Давайте. Прикиньте и дайте нам информацию о том, сколько это стоит. Сергей Ефимович посмотрит.

(Обращаясь к С.Донскому.) За это же время я Вас прошу посмотреть, в каком состоянии этот карьер, можно ли сделать исключение, насколько это будет действительно серьёзным ущербом.

С.Донской: Всё сделаем. Скорее всего, найдём другое решение.

В.Путин: За эти 20 лет карьер не использовался никак? Там уже, наверное, всё заросло.

С.Донской: Поэтому и надо посмотреть, что там вообще есть, есть ли такой объём ПГС.

В.Путин: Давайте сделайте.

С.Донской: Хорошо.

В.Путин: Пожалуйста, кто хотел бы добавить что-то? Прошу Вас.

И.Честин: Честин, Всемирный фонд дикой природы, Общественная палата Российской Федерации.

Конечно, когда мы находимся на Байкале, нельзя не вспомнить, как говорил Алексей Самбуевич, о том, что отсюда начиналась наша заповедная система – в Баргузинском заповеднике 100 лет назад. То есть в этом году 100–летие заповедной системы, и, наверное, это основная тема вопросов, которые я хотел бы поднять.

В 2014 году Вы, Владимир Владимирович, давали поручение Правительству обеспечить принятие федерального закона, предусматривающего усиление правового режима государственных природных заповедников, национальных парков, включая запрет на изъятие земельных участков и лесных участков, расположенных в границах особо охраняемых природных территорий, и на изменение их целевого назначения.

Должен сказать, что, к сожалению, поручение не выполнено. Более того, в 2016 году принят федеральный закон, который позволяет застройку заповедников через выделение так называемых биосферных полигонов. Пока это разрешение не реализовано нигде, но юридически такая возможность, к сожалению, существует.

Связано это, на мой взгляд, с разным пониманием туризма, который, я думаю, все люди, которые связаны с заповедным делом, видят как очень хорошее и правильное направление. Но есть разные виды туризма: для одних туризм – это палатки, рюкзаки, дикие животные; для других туризм – это пятизвёздочный отель, бассейн, спа и так далее. Наверное, пришло время, чтобы избежать недопонимания и разного толкования, определить всё-таки, какие формы туризма и на каких территориях должны и могут развиваться.

Если говорить про заповедники, то представляется, что здесь возможен исключительно познавательный туризм, не требующий преобразования территорий, включая вырубок, не требующий строительства линейных объектов типа дорог, линий электропередачи и не требующий объектов капитального строительства. То есть это могут быть гостиницы вокруг особо охраняемых природных территорий с ежедневным посещением, либо – для отдельных любителей – это могут быть пешие, конные, байдарочные маршруты по территории заповедника с минимальным воздействием на их экосистемы.

В национальных парках режим, конечно, другой. И мы знаем, тот же Сочинский национальный парк – миллион посетителей в год. Там есть и культурные объекты, есть и гостиницы, это исторически сложилось. То есть там, конечно, ситуация совершенно другая.

Но в заповедниках это, на мой взгляд, единственно возможный и допустимый вид туризма. Для этого, конечно же, необходимо внести изменения в законодательство. Такой законопроект, кстати, во исполнение того поручения, которое я процитировал, был подготовлен, и он решает очень многие вопросы из тех, которые сегодня поднимались. Он позволяет перевести ряд наших заповедников – ограниченный список – в национальные парки, потому что эти заповедники не соответствуют статусу заповедников. Например, Тебердинский с Домбаем в центре или заповедник «Столбы» – 300 тысяч посетителей в год. Да, конечно, режим национального парка более бы подходил этим территориям.

Этот законопроект также решает вопросы и по выделению населённых пунктов, о чём говорили представители регионов. Вопрос очень болезненный, и очень правильно его ставят, потому что, конечно, для особо охраняемой природной территории заниматься проблемами жителей – несвойственная деятельность. Но и ограничения прав жителей – собственно, с какой стати? Они там родились, всю жизнь жили, потом кто-то на них навесил обременения, ничего не дав взамен. Это, наверное, тоже неправильный подход, настраивающий население против системы особо охраняемых природных территорий.

Этот законопроект решает многие из этих вопросов. Но, к сожалению, он был принят в 2015 году в первом чтении и с тех пор лежит. Как-то так у нас получилось, что законопроекты, которые ослабляют систему и во многом даже содействуют её разрушению, они как по маслу: раз – и проскочили. А системный законопроект, который долго согласовывался и готовился, остался непринятым.

Поэтому предлагаю дать поручение Правительству, и, наверное, в этом году, поскольку текст готов, всё готово – Год экологии, Год особо охраняемых природных территорий, – обеспечить принятие этого законопроекта, который направлен на усиление охраны наших заповедников и национальных парков, жёсткое регулирование видов туризма, допустимых на этих территориях, и решение всех тех проблем, о которых мы сегодня говорим.

Находясь на Байкале, конечно, нельзя не сказать о той трансграничной угрозе, которая над этой территорией пока что существует: это строительство ГЭС на реке Селенга, в нашей соседней стране, дружественной Монголии, и правовая фактически неурегулированность данного вопроса.

Благодаря Вашему личному вмешательству год назад на встрече с руководителями Монголии и Китая этот вопрос удалось отложить, но он не ушёл совсем с повестки дня. И здесь решением могло бы быть участие нашей страны в международном правовом механизме, который существует и называется «Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте». Я даже скажу больше: в 2011 году Президент Российской Федерации давал поручение обеспечить ратификацию присоединения нашей страны к этой Конвенции. Поручение тоже до сих пор не выполнено, хотя законодательная база подготовлена Минприроды, и это напрямую связано в том числе, кстати, и с экологической экспертизой, о которой сегодня тоже говорилось.

Надо сказать, что тот законопроект, о котором Сергей Ефимович говорил, согласован с РСПП, вырабатывался вместе с РСПП, потому что, понятно, оказывает воздействие на бизнес. Сергей Ефимович сам вёл все рабочие группы по вечерам, мы два месяца, наверное, работали с ними – договорились обо всём.

Я сразу могу сказать, что никаких экспертиз детских садиков, жилых домов где-либо – хоть в Центральной экологической зоне, хоть где-то ещё – этим законом не предусмотрено. Есть список объектов, который полностью согласован с международной практикой, и на основе этого списка объектов предлагается проводить экологическую экспертизу.

Соответственно, просьба, предложение – поручить Правительству Российской Федерации обеспечить присоединение нашей страны к этой Конвенции как к международному правовому механизму решения данных вопросов и ускорить принятие законопроекта, разработанного Минприроды, под лидерством Минприроды, я бы сказал.

Присоединение к конвенции облегчит реализацию других проектов в других регионах. Достаточно вспомнить, что, когда строился «Северный поток», «Газпром» был обязан по международным обязательствам пройти всю процедуру стратегической экологической оценки, а у нас её в правовом поле нет. Так, может быть, проще её ввести и оказывать на неё воздействие, чем просто следовать тем правилам, которые приходят извне? Та же самая проблема сейчас и с «Северным потоком–2», и с «Южным потоком». То есть это возможность работать в существующем правовом поле, и она, на мой взгляд, очень важна.

Здесь поднимался вопрос о зарплатах инспекторов. Я не буду на эту тему говорить, просто предлагаю поручить Правительству более конкретно обеспечить минимальную зарплату инспекторов особо охраняемых природных территорий на уровне средней зарплаты по региону – здесь не надо, может быть, использовать абсолютные цифры, именно средней зарплаты по региону – а также государственное страхование жизни и здоровья. Понятно, что работа этих людей, наших героических рейнджеров, связана с постоянным риском, и они гибнут не только от пуль браконьеров, но они гибнут ещё и от погодных условий, просто от условий, в которых они работают. Я думаю, что это было бы крайне важно.

В заключение хотел бы сказать, что, я думаю, имеет смысл поручить Правительству Российской Федерации проработать вопрос о создании агентства по особо охраняемым территориям. У нас 200 федеральных особо охраняемых территорий, 10 тысяч человек. Практика всех стран, где есть культура национальных парков, – будь то ЮАР, Бразилия, США, Австралия, то есть страны, которые так же, как и мы, гордятся своим природным достоянием, хотят развивать туризм, – показывает, что это наиболее эффективная форма работы.

Конечно, я имею в виду агентство в ведении Минприроды, но просто как самостоятельную структуру. На сегодняшний день фактически все эти территории – часть одного из департаментов Министерства, это совершенно недостаточный управленческий ресурс, и его предлагается усилить.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Игорь Евгеньевич, по поводу исключительно познавательного туризма в заповедных зонах. Вы предлагаете вообще всё запретить, строительство любых объектов?

И.Честин: Временные объекты необходимы. Например, там ставятся временные туалеты, там ставятся навесы для того, чтобы люди могли где-то переночевать, но в принципе это действительно дикая природа, спрос на которую растёт.

Я буквально две недели назад вернулся из Кавказского заповедника, был совершенно поражён. Сотни туристов ежедневно – ни одной бумажки, ни одного окурка, абсолютная чистота, никакой громкой музыки – ничего этого нет. Поэтому люди ходят и видят животных вокруг: ходят медведи, туры ходят, серны. Построй туда дорогу, сделай линию электропередачи – всё, этого ничего уже нет.

В.Путин: Они ходят и видят медведя, а медведь их видит?

И.Честин: Медведь тоже видит, да. Но медведи мирные на Кавказе.

В.Путин: Но здесь немножко другая ситуация. Как я понял губернатора, миллион человек бывает на берегах Байкала, и проблема есть с отходами. Вопрос в том, как это организовать.

То, что Вы говорите, мне импонирует, мне нравится Ваше предложение. Просто я думаю, что в таких местах, как здесь, делать? Всё отпустить, и пускай всё это валяется, пусть бросают?

И.Честин: Так это вопрос зонирования. Берег и склон, например: на склоне не надо ничего строить; на берегу можно построить правильным образом, с очистными [сооружениями] и так далее, мы не нарушим этим саму заповедную историю. А вот наверх, например, – уже, пожалуйста, пешком, ребята.

В.Путин: Надо подетальнее просто продумать это. А так в целом, конечно, по этому пути нужно идти.

Я хочу Минфину задать вопрос по поводу ФЦП. В 2020 году она заканчивается? И наполнение этой ФЦП.

А.Иванов: ФЦП до 2020 года, Владимир Владимирович.

В принципе по объёмам ФЦП растёт: мы в 2018 году предусматриваем почти 2,6 миллиарда против 2,4 в текущем году.

Действительно, дополнительная потребность министерствами заявлена приличная. В целом общая дополнительная потребность на 2018 год составляет 2,32 миллиарда, из которых 1,6 – Минстрой, 0,46 – Минприроды, ещё и по рыборазведению – Росрыболовство.

Владимир Владимирович, всё-таки те проблемы, которые сегодня прозвучали, тянут больше чем на ФЦП. Вы вчера поручили по Дальнему Востоку спросить, где, по каким отраслевым направлениям есть приоритет. Ведь у Минприроды ФЦП «Байкал» звучит 2500, а вообще расходы Минприроды – 111 миллиардов рублей по году. В той же госпрограмме охраны окружающей природной среды есть ликвидация ранее накопленного ущерба и другие направления.

В этом смысле мы далеки от такого иезуитского предложения: отобрать последнее у Росгидромета или особо охраняемых природных территорий. Но мы докладывали уже в Правительстве, Владимир Владимирович, и просим Вас поддержать. По дополнительным источникам: у Минприроды есть возможность эти дополнительные источники найти. По твёрдым бытовым отходам мы собираем только 6,5 миллиарда. По нашим оценкам, не нагружая особо предпринимателей, мы можем собирать до 23,5 миллиарда в год. По лесу есть, мы прорабатывали с коллегами эти источники. Есть и по недрам. В этом году, например, мы дополнительно 7 миллиардов собрали, их не было в доходах бюджета, они не были спланированы. И есть возможность собирать и по 2018–2019 годам.

Но нужно оговорить сразу, как Вы вчера сформулировали по проекту, что Байкал – это комплексный проект. Давайте посмотрим в приоритетном порядке на то, что мы в условиях, когда у нас общий мораторий на увеличение, так скажем, фискальной нагрузки, по накопленному ущербу, если мы будем собирать, будем направлять на байкальские задачи.

ФЦП – что это такое? Это просто «капиталка», а на самом деле надо посмотреть, чтобы мы не просто разово взяли и построили. А кто это будет дальше содержать, эксплуатировать и использовать, какие тарифы, будут ли они создавать возможность дальше содержать и эксплуатировать очистные сооружения? Где-то, может быть, и концессионное соглашение, где мы привлечём – тем более у нас такая продвинутая сейчас команда в Бурятии – инвестора, и будем дальше с этими объектами работать. Сам субъект по налогу на имущество, по плате за землю может источники посмотреть, насколько это можно сбалансировать, и тогда эти цифры не покажутся уже такими пугающими.

Поэтому, конечно, хотелось бы, чтобы поручение Ваше по итогам было не просто продлить ФЦП, это частность, а действительно сделать комплексный проект. И там, где созрели управленческие возможности по дописточникам и по менеджменту в субъектах, эту ситуацию докрутить.

Даже по инспекторам. У нас миллиард рублей – внебюджетка по особо охраняемым природным территориям. Вам предложили за счёт штрафов увеличить оплату труда инспекторов, но штрафы – это 200 миллионов в год, и все они уже посчитаны в бюджетах субъектов как доходные источники.

А здесь, посмотрите, замечательный пример: если сюда добавить внебюджетку и простимулировать особо охраняемые природные территории не просто бегать за нарушителями, а привлекать частника, для того чтобы развивать туристическое направление, это будет совсем другая история, совсем другой источник доходов. Но заранее нужно договориться – проектно, это в ФЦП не сделаешь, – что все сверхисточники, которые ООПТ [особо охраняемая природная территория] получает, она вправе в рамках внебюджета направлять в том числе и на выплату заработной платы соответствующим инспекторам. Мы все такие решения поддерживаем.

Поэтому хотелось бы, чтобы по результатам этого совещания был комплекс решений, прежде всего ориентированных на то, чтобы это было не просто создание объекта капитального строительства, как это есть в федеральной целевой программе, а чтобы была настройка и создания, и последующей эксплуатации. И самое главное, чтобы это просто не вешалось на бюджет, а везде находился по возможности управленческий частный партнёр, который может в дальнейшем помогать и на особо охраняемой природной территории, и в коммунальном хозяйстве эти расходы вместе с государством, субъектом нести.

В.Путин: Это может быть дополнительная прибавка к местным бюджетам, к региональным бюджетам, но вряд ли это может быть источником повышения уровня доходов государственных служащих, понимаете, напрямую этого нельзя делать.

А.Белоусов: Владимир Владимирович, мы прорабатывали этот вопрос. Понятно, что надо лесникам, инспекторам повышать заработную плату, сегодня у них должностной оклад в среднем по стране составляет порядка семи тысяч рублей, то есть ниже прожиточного минимума. Они не госслужащие, они не подпадают под закон о госслужбе, поэтому тот механизм, о котором сейчас сказал Андрей Юрьевич, возможен, и Минфин с ним согласен. И если Вы не будете против, мы его проработаем. Это один из источников, который нужно разрешить.

Второе, по поводу продления ФЦП и увеличения денег. Есть вещи очевидные, которые мы, к сожалению, не сможем решить никаким, видимо, государственно-частным партнёрством. Это ликвидация карт, которые остались после закрытия Байкальского ЦБК. Они висят над Байкалом, и, не дай бог, сход селя – всё это окажется в воде.

Стоит это порядка шести миллиардов, выделили нам на это миллиард сейчас. Мне кажется, на эту задачу можно было бы найти пять миллиардов на три года. Это не такая фантастическая задача, чтобы её нельзя было решить. Поэтому, если можно, то дайте поручение проработать этот вопрос в рамках бюджета 2018–2020 годов.

И третье. Я, честно говоря, может, прослушал, может, об этом говорили, но вещь абсолютно необходимая – это поручение Минэкономразвитию или, точнее, Росреестру определить границы лесных поселений на территории в основном Бурятии. Все посёлки, о которых в прошлый раз говорили, посёлки, в которых живут лесорубы бывшие и так далее, они находятся на землях лесфонда.

Проблема в том, что мы не можем к ним применить «лесную амнистию» – закон, который приняли только что, и даже не сможем применить в будущем, если мы примем закон о выделении муниципальных образований и поселений из ООПТ, поскольку у них нет фиксированной границы. Поэтому нам нужно провести эти границы в пределах, что важно, фактического расположения строений, чтоб не захватили леса. Но это надо сделать, потому что если мы этого не сделаем, то мы никакие другие нормы просто не сможем применить.

В.Путин: Правильно. Давайте отметим в поручениях, так же как и первое замечание. Я согласен, если Минфин не возражает, давайте это сделаем.

И по поводу ликвидации так называемых карт тоже продумайте, пожалуйста, и сделайте предложение. Думаю, что года за три эту работу можно профинансировать, она действительно важна.

По поводу поселений. Точно совершенно должен быть найден алгоритм решения этой проблемы. Людей нельзя обижать, они здесь ни при чём. Они жили там десятилетиями, и за что их наказывать-то? Это нужно обязательно сделать, поэтому тоже в поручении отметьте.

Что касается гидроэлектростанции в Монголии. Китай не занимается этим вопросом, это монгольский проект. Я с коллегами разговаривал, но они говорят о том, что не на самой реке Селенге они собирались строить, а на одном из притоков, на маленькой речке, и якобы это никак не повлияет на экологическую ситуацию. Но мы в контакте с коллегами, будем продолжать.

Нужно, думаю, продумать Ваше предложение, связанное с тем, чтобы экспертиза подобных проектов проводилась на международном уровне с широким обсуждением. Это, безусловно, правильно. И также нужно продумать целесообразность присоединения России к международным документам, конвенциям. Но это должна быть комплексная экспертиза.

Пожалуйста.

А.Цыденов: Владимир Владимирович, по монгольским ГЭС. Мы сделали предложение монгольским коллегам по поставке электроэнергии от нас. В регионе есть профицит, у нас недозагружена Гусиноозёрская ГРЭС. Предварительно посмотрели, получается конкурентная цена по электричеству: что они будут брать от нас, что они будут получать у себя с ГЭС, с учётом инвестиционных затрат на эти ГЭС. При этом они с ГЭС попадают в кредит от Китая, как они планируют, а у нас кредита не будет.

У меня просьба дать нам поручение, чтобы мы с Минэнерго проработали баланс электричества и объём инвестиций, чтобы мы могли монголам дать официальное предложение по цене и по условиям.

В.Путин: Пожалуйста, давайте тоже в поручение запишем, и Минэнерго посчитает.

Спасибо большое.

Россия. СФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264700 Владимир Путин


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264695 Алексей Цыденов

Встреча с врио Главы Бурятии Алексеем Цыденовым.

Временно исполняющий обязанности Главы Республики Бурятия Алексей Цыденов доложил Президенту о социально-экономической ситуации в регионе. Отдельно обсуждались обращения, поступившие от жителей Бурятии в ходе «Прямой линии».

В.Путин: Алексей Самбуевич, как идёт начало работы, как Вы вживаетесь в свою новую должность, новую роль?

: Владимир Владимирович, полгода прошло, как Вы доверили мне регион, ответственность возложили за республику. За этот период уже удалось часть вопросов решить.

Один из вопросов – Улан-Удэ включили в инициированный Вами проект «Безопасные и качественные дороги». Как говорится, в уходящий поезд: проект был утверждён в прошлом году, но в этом году нас туда добавили, и мы уже начали ремонтировать дороги в Улан-Удэ и в прилегающих районах, и жители это отметили.

Удалось получить компенсацию по засухе за прошлый год, это поддержка наших сельхозпроизводителей. Запустили региональную авиакомпанию, обеспечили связанность северных районов со столицей республики.

И один из ключевых вопросов – это стоимость электроэнергии, удалось снизить стоимость электроэнергии. Ваше поручение было ещё в прошлом году дано, в июле принято постановление Правительства, которое включило Бурятию в особую ценовую зону. Мы почти на четверть для малых и средних предприятий снизили стоимость электроэнергии. Это существенная помощь.

Естественно, остаётся ещё целый комплекс вопросов, которые нужно решать. Сейчас езжу по районам, проехал практически уже все, осталось несколько. Встречаюсь с жителями, в первую очередь интересуюсь теми приоритетными вопросами, которые есть, и исходя из этого строю свою работу.

В.Путин: У вас отдельно вопрос стоял по Селенгинску. Там что происходит?

А.Цыденов: Да, Селенгинск – моногород, и мы получили на моногород статус территории опережающего социально-экономического развития, особый налоговый режим, что позволяет нам сейчас более активно привлекать инвесторов.

При этом в рамках программы «Моногород» у нас должны были быть там реализованы инвестпроекты, но, к сожалению, якорный инвестор ушёл на банкротство, и у нас график сдвинулся. Но мы ведём работу, с Правительством договорились о переносе сроков. Уверен, что эта работа будет дальше вестись, инвесторов найдём – сейчас уже определённые предложения есть.

Помимо Селенгинска у нас также Гусиноозёрск в режиме моногорода работает и ещё несколько населённых пунктов.

То есть мы все программы, которые есть на федеральном уровне, пытаемся использовать, для того чтобы максимально решить наши социально-экономические вопросы.

В.Путин: Я принёс папочку с вопросами, которые задавались в ходе «Прямой линии». Понятно, что на всё Вам пока не удалось обратить внимание, но нужно это сделать.

Здесь в принципе такие болевые точки, мы с Вами об этом говорили, Вы это знаете, но непосредственно с мест люди пишут об этом, говорят. Поэтому повнимательнее отнеситесь к тому, о чём здесь идёт речь.

Здесь и пожары – я ещё с Министром поговорю: люди отмечают недостаточно эффективную работу МЧС на местах. Беспокоит неурегулированность вопросов с иностранными гражданами, которые занимаются экономической, коммерческой деятельностью. И на что я обратил внимание – это нехватка мест в школах и детских садах.

По детским садам мы вроде бы по стране в целом решили, но здесь проблемы ещё есть.

А.Цыденов: Есть, 1900 человек.

В.Путин: Поэтому нужно по детским садам довести до конца и обязательно по школам поработать, особенно по тем населённым пунктам, в которых нет школ, – должна быть доступность школ; нужно посмотреть на дорожную сеть.

В общем, здесь всё есть, я прошу Вас внимательно к этому отнестись.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264695 Алексей Цыденов


Россия. СФО. СЗФО > Леспром > bumprom.ru, 13 июля 2017 > № 2245751 Ксения Соснина

До 2020 года Группа «Илим» вложит в модернизацию около 53 млрд рублей

Крупнейшая российская компания целлюлозно-бумажной промышленности (ЦБП) Группа «Илим» намерена вложить около 53 млрд рублей до 2020 года в модернизацию производства, улучшение качества продукции и снижение воздействия на окружающую среду. О том, как компания намерена достичь этого результата и что необходимо сделать для поддержки лесопереработки в России в интервью рассказала генеральный директор Группы «Илим» Ксения Соснина.

- Каковы финансовые итоги компании в 2016 году, и что ожидаете в 2017 году?

Компания завершила 2016 год с рекордными финансовыми и операционными показателями. Группа выпустила 3,25 млн т продукции, EBITDA составила $742 млн. Даже при наращивании долговой нагрузки для продолжения инвестирования, соотношение долга и EBITDA остается на хорошем уровне.

Мы ожидаем сильных результатов и в 2017 году. Колебания курса рубля сказываются и на операционной и на полной прибыли, и этот эффект трудно предсказать с высокой точностью. Но говоря о бизнесе — и спрос, и ценовая конъюнктура находятся на неплохом уровне. Компания активно работает над эффективностью, конкурентоспособностью, развитием кадров и укреплением партнерства с ключевыми клиентами. Все это дает нам основания для уверенности и хорошую базу для продолжения поступательного развития.

- Какие компания ставит цели по развитию Группы, есть ли приоритетные инвестпрограммы?

В компании принята стратегия развития до 2030 года и бизнес-план до 2020, и у нас есть процесс для постоянного поиска и обработки новых идеи и инициатив. В компании функционирует инновационный комитет, поддерживающий работу стратегического комитета совета директоров Группы «Илим».

Мы продолжим модернизацию всех комбинатов, с суммарным увеличением мощности производства на 500 тыс. т в год, улучшением качества продукции и снижением воздействия на окружающую среду. По данным проектам запланированы инвестиции на уровне около 53 млрд рублей до 2020 года.

Кроме курса на модернизацию производств, наша стратегия инвестирования лежит и в области диверсификации бизнеса для устойчивого долгосрочного роста и сбалансированного наполнения портфеля продуктов.

- Какие новые направления бизнеса сейчас развивает «Илим»?

Стратегическими для нас являются сегменты упаковки и лесохимии. Рынок упаковки неуклонно растет и в России, и в мире, переходит на технологии переработки отходов, что является естественным этапом развития. То же самое можно сказать о расширении использования возобновляемых природных ресурсов и сопутствующих продуктов лесохимии для производства с высоким переделом. На наш взгляд, все это представляет хорошие возможности для бизнеса. Мы делаем конкретные шаги в этой сфере. В июле Группа «Илим» подписала соглашение о создании совместного предприятия с российским биохимическим холдингом «Оргхим».

Это предприятие получило название «Янтарный поток». Оно займется выпуском «зеленой химии», — широкой линейки экологичной лесохимической продукции с высокой добавленной стоимостью. Это эфиры канифоли с улучшенными свойствами, жирные кислоты таллового масла и продукты их переработки. Впервые в России станет возможным выпуск ситостеринов, активно применяемых в мировой фармацевтике и производстве органических добавок. Получение лицензии и начало производственной деятельности совместного предприятия запланировано на IV квартал 2017 года. Это новое для нас, инновационное направление, которое имеет хороший потенциал.

- Минпромторг сейчас активно занимается разработкой стратегии развития лесопромышленного комплекса России, как в этом участвует ваша компания?

Разработка стратегии действительно ведется в плотном взаимодействии с ведущими компаниями отрасли. «Илим» активно участвует в этом процессе. Кроме того, впервые к разработке стратегии в части ЦБП была привлечена международная консалтинговая компания — McKinsey&Company. Уверена, это обеспечит создание современного документа и подходов, которые будут в полной мере отвечать задачам и государства, и бизнеса и даст импульс для сбалансированного развития. Очень важно, чтобы создание документа дало начало долгосрочной последовательной работе по реализации этой стратегии. Тогда и государство и инвесторы получат желаемые результаты.

- В нормативной части, какие меры должны быть приняты для поддержки лесопереработки в России, на ваш взгляд?

Вклад отрасли в ВВП ниже, чем в странах со сравнимыми ресурсами. В то же время государственная политика нацелена на диверсификацию и ВВП и источников дохода бюджета. Существует ряд существенных факторов, сдерживающих развитие ЦБП России: это опережающий рост тарифов, высокая стоимость строительства, дефицит кадров и демография в удаленных районах страны, недостаточное финансирование и поддержка НИОКР, транспортная инфраструктура, достоверность информации о лесных ресурсах, эффективность процесса выделения лесных участков стратегическим крупным инвесторам, и поддержка таких проектов, отсутствие оборудования ЦБП и лесозаготовительной техники отечественного производств и многое другое. Все это требует выработки совместных системных решений от профильных государственных органов и крупных отраслевых игроков и их последовательной реализации. Для всех инвесторов интересны растущие рынки со стабильными предсказуемыми условиями и поддержкой стратегических инвесторов. Вот над этим и нужно работать.

- Есть ли какие-то положительные примеры?

Конечно, есть и позитивные примеры. Сейчас подготовлен законопроект о внесении изменений в лесной кодекс, который предусматривает приоритетное выделение лесных ресурсов предприятиям, обладающим собственными перерабатывающими мощностями. Мы всецело поддерживаем эту инициативу, которая направлена на более справедливые условия, исключение возможности спекуляций и недобросовестности во время торгов. Это даст поддержку инвесторам, уже доказавшим свою состоятельность и результативность.

Еще одним важным вопросом для российского ЛПК является вопрос повышения эффективности использования и воспроизводства лесов. Пока в России преобладает модель экстенсивного лесопользования, когда увеличение объемов заготовки происходит за счет вовлечения в эксплуатацию новых лесных участков. Модель интенсивного использования подразумевает работу на тех же участках за счет постоянной высадки саженцев и ухода за лесом. Мы уже специально их выращиваем в питомниках на базе наших лесных филиалов. Счет идет на сотни тысяч саженцев в год и целью является миллион. Эти подходы уже обрели поддержку у государства. Определены пилотные регионы, для которых разрабатываются соответствующие нормативы. Для первого региона — Двинско-Вычегодского таежного лесного района, часть нормативов, включая новые правила лесовосстановления, уже утверждена.

- Как вы в целом оцениваете инвестиционную привлекательность лесопромышленного комплекса России?

Индустрия является доходной, но отличается высоким входным барьером в силу капиталоемкости. Так же ключевым фактором выступает доступность сырьевой базы. Россия обладает самыми большими в мире площадями, занятыми лесом, но наличие и доступность для стратегических инвесторов — далеко не одно и то же. Для успешной реализации проектов требуются специфические отраслевые знания и компетенции. В целом, наша индустрия является комплексной, а проекты носят долгосрочный характер. Поэтому она подходит устойчивым и успешным крупным игрокам рынка.

В 2014 году группа «Илим» завершила реализацию двух больших инвестиционных проектов по строительству новых и модернизации действующих производств в Братске (Иркутская область) и Коряжме (Архангельская область), с объемом финансирования порядка $2 млрд. В российской ЦБП таких масштабных инвестиций не было со времен СССР. Новых целлюлозно-бумажных комбинатов в нашей стране после распада советского союза так и не построили.

Сегодня модернизированные комбинаты «Илима» вышли на проектные мощности, компания занимает лидирующие позиции в выбранных сегментах, предприятия стабильно работают, и инвесторы получают отдачу на свои вложения.

Конечно, мы были бы рады возобновлению более динамичного роста экономики России — при снижении инфляции, это стимулировало бы спрос и на нашу продукцию. Однако мы понимаем, что в ближайшей перспективе темпы роста будут невысокими и не рассчитываем на быстрый органический рост бизнеса. В то же время, мы видим хорошие экспортные возможности, которые последовательно и успешно реализуем.

Девальвация рубля для нас, как и для всех экспортеров, имела позитивный эффект. Экспорт остается привлекательным, в первую очередь, на растущих рынках Азии. Несмотря на некоторое снижение темпов, экономики стран этого региона продолжают развиваться, спрос на продукцию ЦБП устойчиво растет. География продаж «Илима» очень широка — мы поставляем свою продукцию в 78 стран мира.

Россия. СФО. СЗФО > Леспром > bumprom.ru, 13 июля 2017 > № 2245751 Ксения Соснина


Россия. СФО > Армия, полиция. Транспорт > mvd.ru, 26 июня 2017 > № 2265767 Андрей Калинников

В путешествие без злоключений.

Билеты на поезд, самолёт, пароход раскупаются летом, как горячие пирожки зимой.

А это значит, что добавляется работа транспортной полиции. Об этом в беседе с нашим корреспондентом рассказал заместитель начальника Восточно-Сибирского ЛУ МВД России на транспорте - начальник полиции полковник полиции Андрей КАЛИННИКОВ:

- Андрей Владиславович, как изменилась работа транспортной полиции Восточной Сибири с наступлением курортного сезона?

- Летом существенно возрастает пассажиропоток. На объектах воздушного, железнодорожного и водного транспорта принимаем дополнительные меры безопасности пассажиров на железнодорожных вокзалах и в аэропортах, увеличиваем количество нарядов сопровождения поездов.

Ежедневно получаем информацию о следовании организованных групп детей железнодорожным, водным и воздушным транспортом. Малолетних туристов сотрудники контролируют и в пути, и на длительных остановках. Как только группа покидает зону нашего обслуживания, мы передаём сведения о ней коллегам в соседние линейные подразделения.

- С какими нарушениями приходится сталкиваться на объектах водного транспорта?

- С началом навигационного периода сотрудники выходят в рейды по выявлению недобросовестных владельцев судов. Они организуют прогулки и экскурсии по акватории озера Байкал, не имея лицензии на перевозку пассажиров внутренним водным транспортом. При этом горе-предприниматели не учитывают погодные условия, берут на борт больше пассажиров, чем это допустимо. На судне не хватает, иногда и вовсе нет спасательных жилетов. Всё это создаёт угрозу жизни и здоровью отдыхающих. Проверке подвергаются граждане, которые оказывают развлекательные услуги на воде: владельцы лодок, водных мотоциклов и бананов.

В текущем году по статье 238 УК РФ «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» выявлено пять фактов. В настоящее время направлено в суд уголовное дело в отношении жителя Ангарска. Управляя маломерным судном, он перевозил пассажиров из посёлка Листвянка в бухту Песчаная. Мужчину предупреждали о неблагоприятных погодных условиях, и несмотря на это предприниматель вышел на воду. Катер попал в сильный шторм. Никто не пострадал, но жизнь и здоровье пассажиров подверглись опасности.

Ещё одно уголовное дело возбуждено в отношении 68-летнего жителя Братска. Мужчина организовал полёты, естественно платные, на самодельном незарегистрированном экраноплане над рекой Ия. При этом он не имел ни навыков управления летательными аппаратами, ни документов, дающих такое право. Как выяснилось, воздушное судно пенсионер мастерил сам из подручных средств в течение 15 лет! Материалы дела направлены в суд.

Боремся и за сохранность биоресурсов. Уже вступил в законную силу приговор суда в отношении двух обвиняемых в незаконном вылове 2 тонн омуля на реке Баргузин в Республике Бурятия. С места происшествия полиция изъяла сеть длиною 2,5 километра и 4 тысячи особей омуля. Ущерб составил 900 тысяч рублей. Браконьеры осуждены на 2 года лишения свободы условно. Мужчины добровольно погасили ущерб на 635 тысяч рублей. С начала этого года за незаконную добычу биоресурсов возбуждено 24 уголовных дела.

- Кражи личного имущества - распространённый вид преступлений на железной дороге. Какие профилактические меры принимаются транспортной полицией?

- Ежемесячно мы анализируем криминогенную ситуацию в поездах. Чтобы выявить и не допустить факты хищения имущества граждан в пригородных и поездах дальнего следования, создали дополнительные группы из сотрудников уголовного розыска.

К тому же сотрудники транспортной полиции тесно сотрудничают с работниками Восточно-Сибирской железной дороги. Мы инструктируем членов поездных бригад, разъясняем алгоритм действий при поступлении информации о преступлении. О мерах имущественной и личной безопасности в пути следования мы информируем и пассажиров. Для этого используем листовки, объявления на информационных стендах и аудиосообщения.

- Какое имущество чаще становится объектом хищения? И как выглядит современный вор?

В 90 % случаев злоумышленники крадут сотовые телефоны, оставленные без присмотра.

С начала года сотрудники Восточно-Сибирского ЛУ МВД России на транспорте не выявили ни одной организованной группы, специализирующейся на кражах в поездах. Поэтому образа похитителя как такового не существует. Кражи чаще совершают соседи по купе, случайные попутчики. Они, как правило, не судимы, и преступный умысел возникает у них при виде оставленных бесхозных вещей.

В поезде Москва - Хабаровск пассажир забыл сотовый телефон в туалетной комнате. Обнаружив пропажу, он обратился в Улан-Удэнский линейный отдел МВД России на транспорте. Сотрудники уголовного розыска установили причастного к хищению 31-летнего жителя Забайкальского края. Мужчина ехал по пути с потерпевшим. Ранее он не попадал в поле зрения правоохранительных органов, но теперь привлечён к уголовной ответственности.

Благодаря профилактике с начала года в два раза снизилось количество краж частной собственности, в том числе совершённых в поездах в пути следования по Восточно-Сибирской железной дороге.

Конечно, действенная профилактическая мера - бдительность самих пассажиров. Следует не оставлять вещи без присмотра, особенно электронные устройства при зарядке в поездах дальнего следования, не доверять имущество незнакомым и не забывать при выходе из транспорта. И ещё: чем быстрее пассажир обратится в полицию, тем больше шансов раскрыть преступление по горячим следам.

Беседу вела Раиса СИЛИНА

Россия. СФО > Армия, полиция. Транспорт > mvd.ru, 26 июня 2017 > № 2265767 Андрей Калинников


Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 13 июня 2017 > № 2212070 Дмитрий Рылько

Дмитрий Рылько: «Нам не может постоянно везти».

О поводах для оптимизма и пессимизма в сельском хозяйстве страны рассказал на этой неделе журналистам гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько. Он приезжал в Барнаул, чтобы прокомментировать результаты опроса руководителей 100 сельхозпредприятий страны, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения.

Исследование ВЦИОМ показало, что, несмотря на неблагоприятные явления в экономике в целом, в аграрном секторе второй год подряд наблюдается положительная динамика. Более того, официальная статистика говорит, что рост прибыли в сельском хозяйстве фиксируется уже три года. Если раньше прибыль в аграрных регионах (кроме юга страны) обеспечивалась за счет государственных субсидий, то с 2014 года она превысила субсидии. Дмитрий Рылько объясняет новую реальность контрсанкциями в отношении западных экспортеров продовольствия, девальвацией рубля и благоприятными климатическими условиями. Последний фактор позволил резко поднять темпы прироста сельхозпроизводства. В среднем растениеводство выросло на 8%, животноводство – на 1,5%.

Российский экспорт продовольствия в 2016 году превысил 16 млрд долларов и в 2017-м, по прогнозам, вырастет еще на 8%, до 18,4 млрд долларов. По объемам экспорта сельскохозяйственной продукции наша страна в прошлом году побила все рекорды, но это совпало с падением мировых цен, поэтому в долларах получилась не столь впечатляющая картинка. Дмитрий Рылько с удовлетворением отметил, что среди покупателей российского продовольствия растет доля Китая. За последние три года она поднялась с 6 до 10%, а в первом квартале 2017 года увеличилась до 11%.

Темпы прироста сельхозпродукции по стране не случайны, а свидетельствуют о том, что российское растениеводство вошло в новый этап технологического развития. На европейской территории страны четко видно, что по ряду сельскохозяйственных культур аграрии вышли на новые показатели продуктивности. Уже никого не удивляют урожаи пшеницы по 6 тонн с гектара и кукурузы по 8 тонн. В последние годы они думают не просто о росте урожайности культур, а проводят маржинальный анализ. И, может быть, крестьяне не знают этого термина, но интуитивно чувствуют, что надо сопоставлять доход и затраты по каждой культуре, чтобы понимать, выгодно ли наращивать ее урожайность, оправдываются ли дополнительные вложения ростом продуктивности. «Этот подход внедряется повсеместно, в том числе и на Алтае, где мы видим изменения структуры посевов, – отметил гендиректор ИКАР. – Теперь хозяйства выращивают меньше культур, но включают в структуру посевов наиболее прибыльные в их почвенно-климатических зонах». …

Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 13 июня 2017 > № 2212070 Дмитрий Рылько


Россия. СФО > Леспром > rosleshoz.gov.ru, 5 июня 2017 > № 2217743 Виктор Толоконский

Интервью Губернатора Красноярского края Виктора Толоконского

– Виктор Александрович, тема пожаров, в том числе лесных, остается по прежнему актуальной. Как развивалась в конце мая ситуация с пожарами в Красноярском крае? Насколько эффективно удавалось противостоять пожарам?

– Благодаря принятым мерам нам удалось защитить от огня порядка 4 тысяч домов, ряд социально значимых учреждений и объектов инфраструктуры, а также строения, где размещены потенциально опасные производства. На сегодняшний день всем пострадавшим от пожаров в населенных пунктах в полном объеме оказывается финансовая, материальная, моральная и психологическая помощь. Кроме того, готовятся предложения, направленные на укрепление пожарных частей новой техникой и на наращивание штатной численности подразделений.

В настоящее время восстановлено электроснабжение пострадавших поселков, идет подготовка к восстановлению объектов транспортной инфраструктуры и связи, в штатном режиме работают торговые точки, оказывается медицинская и другая помощь. Все погорельцы расселены, им оказана вся необходимая поддержка, доставлены продукты питания, предметы первой необходимости. Пострадавшим в поселках будут предоставлены семена и картофель, также по просьбе населения планируется доставка кормов для животных.

– Каковы причины случившегося? Можно ли было избежать пожаров, произошедших 24 мая? Что можно и нужно сделать, чтобы подобные беды не случились и не повторились в других местах Красноярского края?

– В настоящее время активно ведется работа по выявлению причин произошедших пожаров, возбуждено несколько уголовных дел в отношении предполагаемых виновников масштабных возгораний.

Следующим шагом станет работа по усилению защищённости от пожаров населенных пунктов, расположенных в лесной зоне, по усилению надзора за деятельностью предприятий лесной отрасли в части выполнения противопожарных правил и норм, укреплению муниципальных пожарных постов.

– Связаны ли пожары в населенных пунктах, в частности, произошедшие 24 мая с тем, что полномочия по ведению лесного хозяйства, охране и защите лесов были переданы в регионы?

– Ни в коем случае, не связаны. На протяжении последних нескольких лет Красноярский край эффективно выполняет переданные полномочия в области охраны лесов от пожаров. Как результат – в регионе не были зафиксированы переходы огня из лесного фонда на населенные пункты и объекты экономики. Стоит также отметить, что в части организации работ по тушению лесных пожаров в Красноярском крае выработан эффективный механизм внутрибазового маневрирования, который уже два сезона подряд позволяет региону справляться с текущей лесопожарной обстановкой своими силами без привлечения федерального резерва.

Красноярский край – один из немногих регионов, где Правительство и Губернатор уделяют особое внимание охране лесов от пожаров и выделяют на обнаружение и тушение лесных пожаров из регионального бюджета серьезные объемы финансирования. Так, в 2016 году федерация выделила краю 328,6 млн рублей, краевые власти – более 850 млн рублей, что позволило проводить своевременное патрулирование, и в результате 99% лесных пожаров были обнаружены на ранней стадии и ликвидированы в первые сутки. По результатам пожароопасного сезона 2016 года Рослесхоз признал краевой Лесопожарный центр лучшей организацией по авиационной охране лесов в России.

В этом году в Красноярском крае лесопожарная обстановка также находится под контролем. Несмотря на то, что весной (в преддверии майских праздников и в последней декаде мая) в регионе было зафиксировано несколько пиков горимости, когда в день возникало по 70-80 новых очагов возгораний, лесопожарным формированиям удавалось оперативно реагировать и своевременно ликвидировать пожары в лесах.

– Виктор Александрович, а что сейчас делается для размещения граждан, организации их питания, ночлега?

– Все погорельцы расселены. Для семей, оставшихся без крова, развёрнуто 5 пунктов временного размещения вместимостью 690 человек – гостиницы, общежития, организации образования и тому подобное. Пока этой возможностью воспользовались порядка 74 человек, остальные размещены по родственникам.

Для пострадавших организовано бесплатное питание, с ними работают психологи и социальные работники учреждений социального обслуживания.

Кроме того, погорельцам оказывается содействие в восстановлении утраченных документов – паспортов, пенсионных удостоверений, справок об инвалидности. Организован патронаж каждой семьи.

Органами социальной защиты населения края организована работа пунктов приема предметов первой необходимости, вещей, продовольственных товаров и иной гуманитарной помощи. Информация о работе пунктов размещена в СМИ, в том числе в сети Интернет.

– Какой будет финансовая и социальная поддержка пострадавших от пожаров жителей Красноярского края?

– По моему поручению пострадавшим от пожара жителям края перечислена положенная по закону материальная помощь – по 10 тысяч рублей на каждого пострадавшего гражданина, включая детей любого возраста, а в Лесосибирске – северной территории, где действует повышающий коэффициент, – 12 тысяч рублей, и по 50 тысяч рублей семьям, утратившим имущество в результате чрезвычайной ситуации.

Средства гражданам продолжают перечисляться по мере поступления реквизитов счетов и прочих данных.

Материальная помощь в размере 10 и 12 тысяч рублей на каждого члена семьи погорельцев уже выплачена. Деньги на семью в связи с утратой имущества продолжают перечисляться.

Также предполагается, что из резервного фонда Правительства РФ каждому пострадавшему будет выплачена единовременная материальная помощь в размере 10 тысяч рублей, за утраченное имущество будет выплачена компенсация в размере 100 тысяч рублей.

– Где и в какие сроки будут построены для погорельцев новые дома?

– По моему распоряжению перед краевым Правительством, руководством муниципалитетов стоит важнейшая задача – к середине сентября обеспечить всех погорельцев необходимым жильём.

Сейчас самые неотложные меры помощи пострадавшим оказаны, впереди более сложный этап – приобретение и строительство домов для погорельцев. В настоящее время с каждой семьей и одиноко проживающим человеком, потерявшим жилье при пожаре, ведется индивидуальная работа, людям предложено определиться с одним из вариантов – строительство нового дома или уже готовое жильё.

До 2 июня будет сформирован полный перечень объектов, которые нужно построить и список жилых помещений, которые придётся приобретать. На основе этих предложений Правительство края до 15 июня примет все необходимые решения по оказанию помощи в обеспечении людей жильём.

Планируется, что приобретение жилья начнется через 2–3 недели и людей будут размещать на постоянное место жительства, не дожидаясь осени. А в ближайшие дни будет принято решение о строительстве нового 60-квартирного дома в Канске.

Россия. СФО > Леспром > rosleshoz.gov.ru, 5 июня 2017 > № 2217743 Виктор Толоконский


Россия. ЮФО. СФО > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 3 июня 2017 > № 2509473 Лидия Михеева

НА ОТДЫХАЮЩИХ НАТРАВЯТ ТУРИСТИЧЕСКУЮ ПОЛИЦИЮ

В Общественной палате Российской Федерации 26 мая этого года прошло «нулевое чтение» проекта федерального закона №169585-7 «О проведении эксперимента по развитию курортной инфраструктуры в Республике Крым, Алтайском крае, Краснодарском крае и Ставропольском крае».

Речь идет о взимании курортного сбора с каждого отдыхающего в размере «от нуля до 100 руб. в сутки».

Как отметила член Общественной палаты Лидия Михеева, Алтайский край заявил о своей готовности установить курортный сбор на уровне 30 руб. в сутки: «Однако народ в это не верит - все понимают, что если написано до 100 рублей, то и будет 100 рублей».

Надо отметить, что сумма 100 рублей вовсе не маленькая. Аналогичный туристический сбор установлен в каждой второй европейской стране, причем зависит обычно от типа размещения. В кемпинге он может составлять 0,2 евро в сутки (примерно 12 рублей), в четырех- и пятизвездочных гостиницах с вас возьмут в среднем 1-1,5 евро в сутки.

Причем в большинстве стран курортный сбор распространяется только на иностранных туристов. Россия решила пойти другим путем: и сборы у нас вводят только для своих, и сам размер сбора - на уровне самых высоких мировых стандартов. Законодателей вовсе не волнует, что отдыхать вы будете не в гостинице в Альпах, а у бабушки в Крыму на раскладушке.

Причем, согласно новому закону, бабушка становится «оператором курортного сбора» - она обязана взимать те самые 100 рублей с каждого отдыхающего и сдавать эти деньги государству.

«Гораздо проще благодаря новому закону станет жить участковым: можно заходить в любой дом около моря и говорить: или мне 200 рублей в карман, или я буду на тебя жаловаться куда следует», - продолжает Лидия Михеева.

Как заявили эксперты Общественной палаты, «введение курортного сбора может привести к необходимости введения туристической полиции, в функции которой будет входить проверка оплаты курортного сбора отдыхающими».

Кстати, в Общественной палате напомнили, что несколько лет назад в ряде регионов уже пытались ввести подобный сбор в качестве эксперимента. Но, к сожалению, курортной инфраструктуре это нисколько не помогло - чиновники собранные денежки попросту проели, списав на административные расходы «по сбору курортного сбора».

Анна Александрова

Россия. ЮФО. СФО > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 3 июня 2017 > № 2509473 Лидия Михеева


Россия. ЦФО. СФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 3 июня 2017 > № 2199345 Алексей Булдаков

Алексей БУЛДАКОВ: «Родину надо любить тихо».

У каждого популярного актёра есть своя «визитная карточка» – роль, ставшая звёздной в его карьере. Так, для Вячеслава Тихонова – это был Штирлиц, для Анатолия Кузнецова – товарищ Сухов, для Александра Демьяненко – Шурик. А для Алексея Булдакова такой «визиткой» стала роль генерала Иволгина (Михалыча) в комедии «Особенности национальной охоты».

Образ генерала настолько крепко «прилип» к нему, что все остальные роли, а их у актёра почти полторы сотни, как-то отошли на второй план. Мы посчитали это несправедливым и решили расспросить Алексея Ивановича о его отношении к сложившейся ситуации, а заодно узнать о жизни и творческих планах.

Итак, в гостях у журнала «Содружество» – народный артист России Алексей Булдаков.

Алексей Иванович Булдаков родился 26 марта 1951 года в селе Макаровка Ключевского района Алтайского края. Затем семья переехала в Павлодар. Работал на Павлодарском тракторном заводе. Занимался боксом и классической борьбой.

В 1969 году окончил театральную студию при Павлодарском драматическом театре имени А.П. Чехова.

До 1976 года служил в театрах Павлодара, Томска, Рязани, до 1982 года – в Карагандинском областном русском драматическом театре имени К.С. Станиславского.

С 1985 по 1993 год – актёр Театра-студии киностудии «Беларусьфильм».

В кино начал сниматься с 1979 года. Широкую известность и по-настоящему народную любовь принесла роль генерала Иволгина в фильме «Особенности национальной охоты», который вышел на экраны в 1995 году.

На сегодняшний день в фильмографии актёра – около 140 киноработ.

В 1989 году удостоен почётного звания «Заслуженный артист Российской Федерации», в 1999 году – «Народный артист Российской Федерации».

– Алексей Иванович, Ваш знаменитый земляк Михаил Евдокимов некогда пел: «Я памятью полон вчерашнею / И помню на каждом шагу, / Что вскормлен алтайскою пашнею / И вечно пред нею в долгу». Несмотря на то, что Вы жили в разных городах страны и уже давно живёте в Москве, чувствуете ли долг перед малой родиной?

– Да, безусловно. Хотя бы даже потому, что редко там бываю. Считаю, что это плохо.

– А есть к кому приезжать?

– А как же! У меня там двоюродные братья. Да и вообще вся деревня – практически родня.

Алтайская земля меня взрастила, и я питаюсь от неё, даже находясь в отдалении. Жена порой удивляется, когда я захожусь от хохота, пересматривая выступления Миши Евдокимова. А я не могу сдержаться, поскольку то, о чём он говорил, мне очень близко, я это всё просто нутром чувствую. И говор алтайских мужиков, и их проблемы...

– Для многих актёрская профессия – это слава, статус, солидные гонорары. Но есть у этой медали и оборотная сторона. Как Вы считаете, какие негативные моменты сопровождают жизнь артистов?

– Слава, гонорары, поклонники – всё это наносное. Или, как говорил Жан-Жак Руссо, «суета и томление духа». Когда был молодой, мне это нравилось, но постепенно пришёл к выводу: главное – в том, чтобы получать удовлетворение от своей профессии и быть уверенным в правильности своего выбора.

Когда я осваивал актёрскую специальность, у нас каждый учебный год начинался с того, что руководитель курса спрашивал:

«Точно вы выбрали ту профессию? Уверены в этом?» За что я ему благодарен.

Курс у нас был достаточно большой – 26 человек. А выпускалось всего шестеро. Из них в кино остались, пожалуй, только я и Толя Узденский (народный артист России Анатолий Ефимович Узденский – прим. авт.).

И ещё в театре работает актриса Роза Азизова. Вот, пожалуй, и все с нашего курса.

Это я к тому, что, возможно, кто-то и приходит в профессию за славой, за гонорарами, но эти люди постепенно отсеиваются. Ведь сказать правду самому себе всегда тяжело. Даже в подушку. Хотя говорить надо.

– У Вас получается?

– Получается. Даже жена меня иногда спрашивает: «Почему ты не смотришь свои фильмы?» Я обычно отвечаю: «Расстраиваться не хочу». И тут я не кокетничаю. На самом деле редко бывает, когда я себя хвалю, когда чувствую, что задача выполнена и попадание точное. А обычно сижу и думаю: «Не так надо было». А с другой стороны, народу-то нравится (смеётся).

– У многих замечательных актёров их «звёздная» роль оказывается впоследствии их проклятием, потому что режиссёры и зрители видят лишь только этот один-единственный образ. У Вас не было проблем с избавлением от генеральских лампасов после цикла фильмов «Особенности национальной…»?

– Были. И до сих пор есть.

Я уже много раз говорил, но, пожалуй, повторюсь. У меня есть роли, за которые я отвечаю. Считаю, что они с профессиональной точки зрения сделаны почти безупречно. Во всяком случае, мне за них не стыдно. Но вот генерал мне всю творческую биографию подпортил. Режиссёры порой так и говорят: «Алексей, мы боимся ассоциаций». Я отвечаю: «Ну это же глупо. Тащить роль из одного фильма в другой». Если это, не дай бог, когда-нибудь случится, я просто уйду из профессии. Как можно пользоваться одним и тем же? Но я уже понял, что мне от этого не избавиться.

Помните Александра Демьяненко? Сколько у него ролей! И каких ролей! И всё равно все его знали как Шурика.

Никогда не забуду, начало 90-х годов, мы приехали на кинофестиваль в Тверь, тогда этот город ещё назывался Калининым. И как раз Демьяненко получил телеграмму из министерства культуры о присвоении ему звания народного артиста. Он собрал коллег, чтобы отметить это событие. Посидели, а потом пошли гулять по вечернему городу. Вдруг его увидели поклонники и закричали: «Ой, Шурик, Шурик идёт!» Седой человек, за плечами – сотни ролей… И вдруг «Шурик»! Я смотрю, он прямо в лице изменился…

– А как Вы сами реагируете, когда Вас одаривают подобными приветствиями? Кстати, что обычно говорят?

– Михалыч, конечно (улыбается). Да никак уже не реагирую. Я понял, что бесполезно сопротивляться и смирился с этим.

– Вы как-то заявили, что делали своего Михалыча с генерала Александра Лебедя. Вы были с ним лично знакомы?

– Мы познакомились уже после выхода фильма. Как-то под Новый год нас свели журналисты. Я у него сразу поинтересовался впечатлением о фильме. Он мне сказал: «Знаешь, Иваныч, я тогда этот фильм воспринял как издёвку. Он вышел как раз в то время, когда меня сняли с должности секретаря СНБО (Совет национальной безопасности и обороны России – прим. авт.). Вокруг фильма начался ажиотаж. Я тоже решил посмотреть. Купил кассету, поставил…» «Ну, и как ощущения?» – спрашиваю. «В одном месте чуть не расплакался, – отвечает, – настолько похож!» С этого момента у нас завязалась по-настоящему мужская дружба.

Пресса его выставляла этаким солдафоном – «упал – отжался». Я, когда слышал такое, всегда говорил, что это неправда. Он был очень начитанный, умный человек, с хорошим чувством юмора, с самоиронией. Беседовать с ним было одно удовольствие. И главное – честный! Честь мундира для него была превыше всего.

– За свою актёрскую карьеру Вы сыграли много людей в погонах, всецело отдаваясь роли. Приходилось ли в связи с этим испытывать какие-то трудности, сомнения?

– Ну вот, если помните, был такая картина «В лесах под Ковелем», где я играл генерала Фёдорова. Это дважды Герой Советского Союза, партизан, я был лично с ним знаком. Сценарий, который написал кто-то из его приближённых, показался мне слабоватым. Как актёру мне хотелось, чтобы в фильме было больше человеческих взаимоотношений. Ведь партизанский отряд – это совсем другая жизнь, постоянное напряжение.

Хотя потом, когда уже фильм вышел на экраны, Фёдоров сказал, что его многие играли, но так, как сыграл Алексей Иванович… Хотя сам я не очень был удовлетворён работой. Но это скорее из-за слабой драматургии.

– Какой отпечаток на Вашу семью и, может быть, на Вас лично наложила Великая Отечественная война?

– У меня отец воевал, под Москвой. Пулемётчиком был, первым номером. О ручном пулемёте Дегтярёва слышали, конечно. Вот им он и бил врага.

В 1942-м отца контузило. Он мне рассказывал, как это произошло. Шли они ротой, и вдруг команда «Воздух!» Он успел отскочить и залечь. Но рядом как ахнуло, и его завалило землёй. Очнулся уже в госпитале. После излечения отца комиссовали. С войны он вернулся с медалью «За отвагу» и орденом Красной звезды. Кстати, любовь к стрелковому оружию у меня, видно, от него, люблю пострелять (смеётся).

– Какой из созданных Вами кинообразов наиболее близок именно Вашему характеру?

– Трудно так сходу сказать… Их уже более ста сорока. Ну, пожалуй, в фильме «Кому на Руси жить». Тяжёлый фильм, но я бы его отметил. Мне в нём довелось сыграть главную роль. Считаю, что это очень хорошая работа.

– Вы сказали, что снялись уже более чем в 140 фильмах и, собственно, стали широко известны благодаря «голубому экрану». Но тем не менее не раз приходилось слышать Ваши слова, что не кино Вас сделало артистом, а театр. Почему?

– Да, это так. Я и молодёжь наставляю: «Хотите научиться профессии актёра – идите в театр. А кино от вас никуда не уйдёт. Если вы талантливый, вас обязательно заметят и пригласят».

Профессия артиста сродни профессии спортсмена – нужен постоянный тренинг. Не физический, естественно, а внутренний. Надо сидеть над ролью, читать, проговаривать, философствовать. Работа над ролью – это очень серьёзный и в то же время интересный процесс. Именно в театре. А в кино – это эксплуатация твоего таланта, внешности и так далее.

– Меня всегда удивляло, как актёры умудряются заучивать такие большие тексты?

– Ну что вы! Это же целая наука! Сначала режиссёр читает труппе пьесу. Потом разбираем по ролям. Начинаем проговаривать каждую сцену, по событиям, по взаимоотношениям. Затем «встаём на ноги», начинаем ходить по площадке. Дальше отыгрываем первый акт, второй. Потом идём на сцену. Это достаточно сложный процесс. И не за один день делается.

– Случалось ли Вам забывать во время спектакля слова?

– Конечно, бывало. И самый лучший выход в такой ситуации, это замолчать. Потому что если начнёшь выкручиваться, такого наговоришь!

Это Лёва Дуров (народный артист СССР Лев Константинович Дуров – прим. авт.) мне как-то рассказывал. С ним работал актёр, фамилию уже не помню, так он в одном слове четыре ошибки делал. Может от зажима, не знаю. Вот Дуров в главной роли, у него монолог, в котором есть реплика, адресованная партнёру: «Это вы, вы во всём виноваты!» Партнёр должен вопрошать: «Я?» Во время спектакля идёт этот диалог, Дуров произносит фразу: «Это вы, вы во всём виноваты!» И вдруг его партнёр выпаливает: «Мна?» Ну что тут можно сказать?

Или Ефремов (народный артист СССР Олег Николаевич Ефремов – прим. авт.) – ещё во МХАТе, в главной роли. С ним в одном спектакле – Евстигнеев (народный артист СССР Евгений Александрович Евстигнеев – прим. авт.). И Ефремов должен заканчивать свой монолог фразой: «Я отвечаю за вас и за всех!» После чего вступал Евстигнеев. И вдруг на спектакле он выдаёт: «Я отвечаю за вас и за свет!» Евстигнеев говорит: «Да? А за газ?»

В общем, выкручиваются. Их много, таких оговорок. Я знаю, что в Малом театре даже книга выходила с такими вот казусами.

– Некогда судьба Вас связала с Казахстаном, где Вы покоряли сначала театральные подмостки Павлодара, а потом Караганды. Насколько гладко проходило Ваше актёрское становление?

– Мне, как говорится, грех жаловаться на какие-то творческие неудобства. Не могу сказать, что мне не везло, не давали ролей, что было как-то тяжело. Нет. Что давали, то и играл. Причём играл в разных жанрах – драмы, трагедии, мелодрамы, комедии. У меня был свой зритель. Это очень важно, когда у актёра в театре формируется свой зритель. Ведь идут чаще всего именно на актёров.

А потом был Томск, затем – Рязань. И тоже вроде бы всё нормально. Но наступал момент, когда я говорил себе: «Поеду!» Куда поеду? Зачем? Просто подавал заявление и уезжал.

– Не хватало самореализации?

– Да, чувствовал, что чего-то не хватает. Не то чтобы непременно рвался в Москву, нет, Москва – это последний редут.

В Питере был, и в Театре-студии киноактёра в Белоруссии. Семь лет там служил, и очень неплохо.

Как ни странно, в этот период как раз на студии «Беларусьфильм» я почти не снимался. Мотался по всем киностудиям страны, а здесь у меня не заладилось. Если говорить именно о серьёзных работах. Второстепенные роли, конечно, были, например, в фильме «Хотите любите, хотите – нет». Но, как я понимаю, для того времени это было нормально. Например, питерских артистов тащили на «Мосфильм» и наоборот. Происходил такой взаимообмен.

В общем, всякое было. Одно время и жить было негде, скитался по вокзалам, аэропортам. На Московском вокзале в Питере бомжи меня держали за своего. Я на «Ленфильм» поехал сниматься, когда ушёл из рязанского театра. Ни денег, ни прописки. Милиция меня тоже сначала за бомжа принимала, но потом вышел мой первый фильм, и меня начали узнавать. Кто-то из милиционеров даже рекомендовал какую-то недорогую гостиницу. Я отвечал:

«С удовольствием бы, да денег нет». Так что с милицией я дружил, как в аэропорту, так и на вокзале.

– Не оттуда ли корни Вашего персонажа из сериала «Москва. Три вокзала»?

– Да. Над этой ролью я с удовольствием работал и работаю. Бомжей в моей творческой биографии до неё не было. Я для этого персонажа сам многое придумал. Зачастую то, что пишут сценаристы, играть неинтересно. Одно и то же из сериала в сериал. А мне хотелось сыграть живого человека.

Мы отсняли уже восемь сезонов. Сейчас, правда, встали – денег нет.

– Можете что-то ещё назвать из свежих работ?

– В «Леснике» сейчас играем с Толей Котенёвым (заслуженный артист Республики Беларусь Анатолий Владимирович Котенёв. Интервью с Анатолием Котенёвым было опубликовано в № 4 журнала «Содружество» за 2016 год – прим. авт.). Там, кстати, тоже есть претензии к сценаристам. Действие происходит в некой деревне Сосновка, так вот, такое ощущение, что эта захолустная деревушка является центром криминала всей России. Кого там только нет! Золотокопатели какие-то, лесорубы, наркоманы и так далее.

Я уже предлагал, давайте про деревню расскажем. Мне и многие поклонники говорят: «Алексей Иванович, так нравится, когда просто, о деревенской жизни». А у нас – сплошные убийства.

С другой стороны, кто платит, тот и музыку заказывает.

– С годами теряется энергичность, импульсивность. Не мешает ли это Вам строить творческие планы, видеть профессиональные перспективы?

– К сожалению, у нас профессия такая, где не мы выбираем, а нас выбирают. О каких творческих планах можно говорить? Вот я, например, с удовольствием сыграл бы Понтия Пилата, но никто ж не предлагает. «Мастер и Маргарита» – моя любимая книга. Я её постоянно перечитываю. Каждый раз нахожу в ней что-то новое. Мне интересна внутренняя борьба в человеке, движение его души.

– А кого бы ещё хотелось бы сыграть?

– Иуду хотел бы сыграть. Ведь Иуда был любимейшим учеником Христа. И он же его и предал. Почему? Что им двигало? Вот, что интересно. И, кстати, сколько параллелей можно провести с днём сегодняшним. У нас сейчас тоже – деньги получат и на Болотную. Дело даже не в том, что они свою душу продают. Но страну-то зачем продавать? Она-то что вам плохого сделала?

Ну, что ещё? Очень люблю Островского. У него столько современного! Естественно, Чехова... Достоевского... Много чего!

– И в заключение, что бы Вы пожелали сотрудникам органов внутренних дел России и бывших советских республик?

– Хотелось бы отметить, что органы внутренних дел стали работать более профессионально, так сказать, на опережение. Опять же, технические возможности возросли. Поэтому хотелось бы пожелать не сбавлять темпов.

Как точно сказал этот парень из Дагестана: «Работайте, братья!» Какой молодец! Да, надо работать. Если мы хотим жить в нормальной, демократичной стране. То же самое относится и к другим республикам.

Родину надо любить тихо. Каждый на своём месте должен приносить ей пользу!

Игорь Алексеев

Россия. ЦФО. СФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 3 июня 2017 > № 2199345 Алексей Булдаков


Россия. СФО > Рыба > fishnews.ru, 3 мая 2017 > № 2160798 Илья Шестаков

Промысел омуля запретят уже в середине года.

Запрет на промышленную добычу омуля в Байкале начнет действовать уже с середины года, сообщил глава Росрыболовства Илья Шестаков. Он также рассказал об усилиях по скорейшему восстановлению запасов этого вида.

На вопрос об ограничении добычи омуля в озере Байкал заместитель министра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков ответил в интервью РИА «Новости». Глава федерального агентства отметил, что при запрете промышленного освоения вылов омуля останется разрешен для рыбаков-любителей и коренных малочисленных народов Севера. При этом для любителей будут ограничения по суточному вылову. «Обсуждение уже не идет, сейчас идет работа, связанная с внесением изменений в правила, которые закроют возможность промышленного вылова байкальского омуля уже начиная с середины этого года», - заявил Илья Шестаков.

Как сообщает корреспондент Fishnews, глава ФАР рассказал о мерах, предпринимаемых для борьбы с браконьерством и восстановления популяции байкальского омуля.

«Во-первых, еще в прошлом году мы провели усиление нашего территориального управления, как с точки зрения технической обеспеченности, так и с точки зрения координации с другими силовыми ведомствами на этой территории, - отметил Илья Шестаков. - Во-вторых, провели большую работу по спасению от банкротства тех заводов, которые должны заниматься разведением байкальского омуля, они теперь являются государственными. Мы установили дополнительное государственное задание по объему выпуска молоди и личинок байкальского омуля в целях воспроизводства популяции. Большую работу провели в этом году для того, чтобы в оптимальных условиях и объемах байкальский омуль пошел на нерест, и последние данные науки по скату малька в озеро Байкал достаточно оптимистичные. Я думаю, что, работая по всем этим направлениям, через два-три года мы вернемся к вопросу о снятии запрета на промышленный вылов».

Россия. СФО > Рыба > fishnews.ru, 3 мая 2017 > № 2160798 Илья Шестаков


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 2 мая 2017 > № 2160832 Наталья Жданова

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Забайкальского края Натальей Ждановой.

Обсуждалась текущая социально-экономическая ситуация в регионе, в частности, вопросы, связанные с ликвидацией задолженности по выплате заработных плат и социальных пособий, со строительством новых школ и сельских клубов.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Наталья Николаевна, давайте обсудим с Вами, как дела в крае обстоят. Было бы хорошо, чтобы Вы сказали несколько слов по поводу текущей ситуации и решения важнейших социальных задач, которые стоят перед администрацией края в этом году.

Н.Жданова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, согласно Вашему поручению мы исполняем и решаем текущие задачи, которые направлены на стабилизацию обстановки в нашем крае, прежде всего социального характера. Работаем по исполнению всех социальных обязательств. Как известно, в этом смысле определённые проблемы были в недавнем прошлом. На сегодня эти проблемы сняты. Социальные обязательства и по выплате заработных плат, и по выплате социальных пособий выполнены.

Д.Медведев: Навели порядок?

Н.Жданова: В этом смысле порядок навели.

Д.Медведев: То, о чём мы говорили во время моего пребывания в вашем крае и совещания, которое мы проводили, – все эти темы сняты сейчас?

Н.Жданова: Остался вопрос по окончанию разблокировки блокированных счетов. Но их на сегодня уже несравнимо меньше.

Д.Медведев: На какую сумму?

Н.Жданова: На сумму 300 млн. В то время, когда мы начинали, было несколько миллиардов.

Д.Медведев: Нужно довести до конца. Если нужны какие-то поручения по федеральной линии, я готов помочь, эти поручения дать, но надо обязательно это всё окончательно разблокировать.

Н.Жданова: Мы доведём до конца решение этой проблемы.

Кроме этого занимаемся завершением строительства социальных объектов, которые были начаты. На подходе к открытию несколько детских садов, кардио-ожоговый центр, который уже не одно десятилетие строится в краевом центре. Решаем текущие задачи по завершению зимнего периода, начали подготовку уже к новому отопительному периоду. Конечно, сельскохозяйственная кампания, посевная кампания. Понятно, что в непростых условиях мы её начинаем в этом году с учётом засухи прошлого года. Спасибо Вам за поддержку – в том смысле, что подписаны все необходимые документы на возмещение затрат по засухе.

Более 20 крупных инвестиционных проектов реализуются согласно графику на территории края – в основном это проекты, связанные с горнодобывающей промышленностью.

Д.Медведев: Со школами как обстоят дела?

Н.Жданова: Со школами задача номер один на сегодня – уход от трёхсменки.

Д.Медведев: Она есть кое-где?

Н.Жданова: Буквально точечно в нескольких школах в краевом центре.

Д.Медведев: От трёхсменки надо, безусловно, уходить. Если двухсменка – это, во-первых, более распространённая история, а некоторым даже и удобнее в двухсменном режиме учиться, то трёхсменка – это точно зло, что называется. От неё нужно уходить. Мы эту задачу поставили. Надо строить новые школы и ремонтировать те, что есть.

Н.Жданова: Дмитрий Анатольевич, ещё с радостью хочу Вам сообщить, что Ваше поручение по строительству сельских клубов, по созданию там культурной среды выполняется, несколько районов участвуют в этой программе. Работа идёт.

Д.Медведев: Это хорошо. Недавно подводили промежуточные итоги – я был с визитом в Омске, мы говорили об этом. Эта программа по строительству сельских клубов развёрнута по всей стране. И это очень важно, потому что общая задача – подтянуть уровень жизни в сельских территориях к городскому (при всех различиях) – сохраняется, и клубы помогают эту задачу решать. Просьба и дальше этим заниматься.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 2 мая 2017 > № 2160832 Наталья Жданова


Россия. СФО > Экология > kremlin.ru, 2 мая 2017 > № 2160827 Владимир Пучков

Совещание по вопросам ликвидации последствий пожаров в Сибири.

Владимир Путин провёл совещание по вопросам ликвидации последствий природных пожаров в Сибирском федеральном округе. Совещание состоялось в режиме видеоконференции.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами знаем, что, к сожалению, в Сибирском федеральном округе произошли пожары – пострадали социальные объекты, жилые дома. Не в первый раз мы сталкиваемся, к сожалению, с такими ситуациями.

Просил бы руководителей регионов, муниципалитетов ещё раз обратить внимание на то, что происходит у нас с пожароопасностью в подобных ситуациях и в этом месяце, в это время года.

Но сейчас не об этом. Сейчас поговорим о том, что делается. Знаю, что все вы работаете. Всё-таки хотел бы от вас напрямую услышать, что делается для того, чтобы ситуацию взять под контроль, чтобы людям помочь, и что вы считаете наиболее важным на данный момент, какие планы и какие перспективы решения возникших проблем. Начнём с МЧС.

Пожалуйста, слово Министру.

Просил бы руководителей регионов, муниципалитетов ещё раз обратить внимание на то, что происходит у нас с пожароопасностью.

В.Пучков: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

В соответствии с решением оперативного совещания Совета Безопасности от 17 марта 2017 года МЧС России совместно с федеральными структурами и регионами нашей страны осуществляет комплекс дополнительных мер по защите населённых пунктов и социальной инфраструктуры от природных пожаров с учётом прогноза развития ситуации.

Наиболее сложная обстановка складывается в регионах Сибири, поэтому с 28 апреля 2017 года решением правительственной комиссии во всех регионах введён режим чрезвычайной ситуации. В 51 субъекте Российской Федерации действует особый противопожарный режим.

Благодаря совместным действиям в сложной ситуации удалось отстоять 283 населённых пунктов, более 200 тысяч объектов, жилых домов и других важных объектов.

К сожалению, в связи со сложными погодными условиями и высокой скоростью ветра из-за несоблюдения мер пожарной безопасности и перехода природных пожаров на жилые постройки пострадали жилые дома, объекты социальной инфраструктуры в Бурятии, в Иркутской области, а также в ряде других регионов нашей страны.

Благодаря совместным действиям не допущена гибель людей. Оперативно эвакуировано более 490 человек. Приняты все необходимые решения на местах.

Товарищ Президент Российской Федерации! В соответствии с Вашими поручениями рабочая группа правительственной комиссии с выездом на место быстро и оперативно организовала выполнение дополнительных мероприятий по размещению пострадавших, доставке в населённые пункты грузов гуманитарной помощи и адресной конкретной помощи и поддержке каждого пострадавшего и всех семей. Особое внимание уделено детям и людям пожилого возраста.

В настоящее время федеральные структуры приняли все необходимые решения, и людям оказывается оперативная поддержка по оформлению утерянных документов, оказывается адресная необходимая помощь. На местах работают сводные группы под эгидой Минстроя, которые готовят предложения по восстановлению жилья.

Подготовлено решение Правительства Российской Федерации о выделении материальной помощи пострадавшим – по 10 тысяч рублей каждому, выплате компенсаций за утрату имущества – по 100 тысяч рублей каждому. Подготовлено решение об оплате содержания пострадавших в пунктах временного размещения, и осуществляется целый ряд других задач на местах.

В настоящее время с учётом прогноза развития ситуации и погоды усилена группировка сил РСЧС до 135 тысяч человек и 28 тысяч единиц техники. Дополнительно переброшена тяжёлая авиация МЧС России, Министерства обороны и Росгвардии, которая по заявкам руководителей субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления выполняет задачи по тушению пожаров и недопущению распространения природных и лесных пожаров на населённые пункты. Энергично работают сводные манёвренные группы и другие структуры на местах.

В целях выполнения всех мероприятий, которые требуют координации деятельности федеральных структур, субъектов Российской Федерации, поддержки органов местного самоуправления, работает Национальный центр управления в кризисных ситуациях МЧС России, соответствующие центры управления на местах. Все необходимые мероприятия предпринимаются.

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Органы управления и силы Единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций продолжают выполнять возложенные задачи по защите населённых пунктов и социальной инфраструктуры от природных пожаров с учётом прогноза развития ситуации в регионах нашей страны.

В целях обеспечения безопасности в период празднования Дня Победы в отношении всех объектов, где будут проводиться соответствующие мероприятия, в населённых пунктах развёрнуты дополнительные группировки сил, работают мобильные группы управления, осуществляется целый комплекс мероприятий по оказанию помощи и поддержки людям.

Доклад закончил.

В.Путин: Спасибо.

Сергей Георгиевич Левченко, пожалуйста. Иркутская область, Саянск.

С.Левченко: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Действительно, в конце апреля у нас была очень высокая температура, более чем на 10 градусов превышающая средние температуры, и шквалистый ветер – больше 20 метров в секунду. В пяти районах Иркутской области сгорели дома и социальные объекты.

В порядке убывания скажу: Киренский район, деревня Бубновка, где проживало 435 человек, – сгорело 59 домов. В настоящее время все эти люди расселены в пунктах временного размещения, в том числе и дети, которые ходят в школы в посёлке и в городе Киренск, районном центре.

Мы находимся в городе Саянск, – здесь сгорела часть 118-квартирного дома, сгорела крыша, девять квартир сгорели полностью, остальные сгорели частично. Аларский район, деревня Вершина – сгорело восемь домов, 17 человек [пострадали]. В годе Черемхово – три дома, восемь человек пострадали. И деревня Первое Мая – два дома, [пострадали] четыре человека. Это всё, что произошло за период конца апреля.

В настоящее время идёт оформление документов и тех, у кого утеряны документы, сгорели, и тех, кто имеет документы на местах, для того чтобы получить необходимую компенсацию и решить вопрос с переселением из тех домов, которые сгорели.

Если говорить о Киренске – мы спланировали закончить строительство двух пятиэтажных домов, где требуется в общей сложности 170 миллионов рублей для того, чтобы до конца сентября закончить эти дома и переселить людей.

Есть ещё третий вариант для этих людей. Мы будем выделять земельные участки и в соответствии с нашим законом 125 кубометров пиломатериала для того, чтобы они могли построиться.

В Саянске, где мы находимся, задача, чтобы в мае мы отремонтировали крышу полностью для того, чтобы дожди не заливали, и затем до конца сентября отремонтировать те сгоревшие квартиры, которые сегодня обследуются.

По всем идёт оформление документов. Решили, чтобы не ждать окончания, по 10–15 человек, отдельными распоряжениями с завтрашнего дня будут выделяться те деньги, о которых говорил Владимир Андреевич: 100 тысяч на человека в случае полной утраты имущества и 50 тысяч, если частичная утрата; работают психологи.

В настоящий момент вопросов, которые мы не могли бы решить, нет.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Сергей Георгиевич упомянул о деревне Вершина. У нас на экран она тоже выведена.

А.Щепотя: Глава сельского поселения Андрей Анатольевич Щепотя.

В.Путин: Андрей Анатольевич, пожалуйста, скажите пару слов о том, как оцениваете ситуацию. Что произошло и каковы потребности для вашего населённого пункта? Что Вы считаете наиболее оптимальным, что нужно сделать для того, чтобы людям помочь?

А.Щепотя: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Пал травы пришёл с пустыря в 12 часов дня. Части населения не было на месте, и получилось так, что сгорело восемь домов. Психологическая помощь оказана, все расселены по родственникам, помощь нам обещает оказать губернатор Иркутской области и район. Такая помощь будет оказана и Правительством Российской Федерации.

В.Путин: Конечно, будет.

Вы с людьми напрямую общайтесь, поддержите их, а федеральные органы и областные сделают всё, чтобы в кратчайшие сроки восстановить то, что утрачено.

Вы считаете, что дома должны быть построены именно в Вашем населённом пункте, в деревне, или люди хотят оттуда куда-то уехать?

А.Щепотя: Им предложение поступало – в районный центр, центр сельского поселения, но население отказалось: хотят жить и строиться в деревне Вершина.

В.Путин: Хорошо, так и сделаем.

Пожалуйста.

А.Цыденов: Уважаемый Владимир Владимирович! Докладываю: 28 апреля в 15:35 местного времени был замечен пожар – возгорание в районе населённого пункта Черёмушки. На место немедленно были вызваны местная добровольная пожарная дружина и местная пожарная часть.

В связи с высокой температурой воздуха, 27 градусов, и ветром, порывами до 30 метров в секунду, огонь удержать не удалось, он перекинулся на жилые строения. Была вызвана подмога МЧС из Улан-Удэ, в итоге тушили 81 человек и 20 единиц техники, в том числе самолёт «Ил-76» сбросил 42 тонны воды.

Сгорели 21 строение, из них 17 домов, в том числе семь домов постоянного проживания, всего пострадало порядка 40 человек. В домах постоянного проживания проживало 14 человек. Погибших и раненых нет, сейчас все люди размещены, вопросов по размещению нет.

Восстанавливаются документы, 10 тысяч рублей материальной помощи сегодня уже всем выплатили по факту, медицинские полисы сегодня восстановили. Четыре паспорта сгорели – временные удостоверения личности уже выдали, паспорта сейчас оформляются.

Население Улан-Удэ проявило инициативу – собирают помощь для пострадавших: предметы первой необходимости, продукты питания. Сейчас уже две партии раздали, оформляем документы на восстановление жилья. Местные жители хотят восстанавливаться именно здесь, чтобы дома были построены. Получать деньгами расчёт не намерены, просят восстановить жильё на месте.

В целом по республике сейчас ситуация по пожарам стабильная: из 24 пожаров осталось пять. На завтра прогнозируется полная ликвидация всех пожаров. Надеемся, что так и будет.

Доклад закончил. Спасибо.

Знаю, что и в Бурятии, и в Иркутской области люди инициативно, очень быстро отреагировали на эти события и делают всё для того, чтобы помочь пострадавшим.

В.Путин: Сейчас Алексей Самбуевич сказал по поводу того, как наши граждане откликнулись на беду, с которой столкнулись наши соотечественники в результате пожаров. Хотел бы от себя тоже поблагодарить всех наших граждан, кто так оперативно, тепло, душевно откликнулся на это печальное событие, на эти пожары.

Знаю, что и в Бурятии, и в Иркутской области люди инициативно, очень быстро отреагировали на эти события и делают всё для того, чтобы помочь пострадавшим. Но рассчитываю на то, что не только рядовые граждане, но и все органы власти, которые по долгу службы должны соответствующим образом отреагировать, сделают это профессионально и на высоком уровне.

Хочу обратить внимание и Алексея Самбуевича, и Сергея Георгиевича: для вас это тоже определённая проверка на компетентность, на дееспособность. Надеюсь на то, что все планы, которые были мне и ранее доложены и сейчас, будут реализованы в срок и с высоким качеством.

И исхожу из того, что МЧС предпримет все необходимые меры с целью предотвращения распространения пожаров в Сибири – собственно говоря, не только в Сибири, но и в других пожароопасных регионах страны.

Сейчас нет необходимости вам там мешать, но я на места обязательно приеду, посмотрю, как идут работы по восстановлению.

Всего вам доброго, желаю вам удачи. Всего хорошего, до свидания.

Россия. СФО > Экология > kremlin.ru, 2 мая 2017 > № 2160827 Владимир Пучков


Россия. СФО > Транспорт. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 25 апреля 2017 > № 2160838 Дмитрий Медведев

Совещание о дорожном хозяйстве Омской области.

Из стенограммы:

Д.Медведев: У нас сегодня несколько важных мероприятий, а начнём мы с темы, которая волнует большое количество людей в разных частях нашей страны, и в Омской области, а в Омске в особенности. Мы обсудим состояние дорог. Это действительно важная тема для любого региона.

Во время поездок я всегда стараюсь сесть за руль и вместе с губернатором проехаться, посмотреть, как выглядят дороги, почувствовать, что называется, на собственном опыте, что происходит, есть ли изменения. И сейчас мы так же поступили – проехались, посмотрели состояние дорог в Омске. Понятно, не во всех местах, тем не менее общую картину составить можно.

Ситуация и в стране, и, конечно, в Омской области, мягко говоря, далека от идеальной.

По федеральным трассам нам удалось в нормативное состояние привести более 70% сети. Это движение, которое наметилось в последние годы. Но по региональным дорогам ситуация гораздо хуже: лишь порядка 40% соответствуют эксплуатационным требованиям.

Совсем недавно мы обсуждали реализацию приоритетного проекта «Безопасные и качественные дороги». Цель – привести в нормативное состояние дороги 37 крупнейших городов. Это действительно ключевая тема, потому что именно в городах дороги разбиваются, естественно, больше, сконцентрировано большое количество людей. И в эти 37 крупнейших городов вместе с прилегающими территориями входит город Омск.

В этом году в общей сложности планируется построить и отреставрировать около 5 тыс. км автомобильных дорог, ликвидировать тысячи очагов аварийности.

По линии «Единой России» реализуется проект «Безопасные дороги», в рамках которого наши коллеги проверяют состояние дорожного покрытия, помогают контролировать качество отремонтированных и построенных участков. Насколько я знаю, такая работа ведётся и здесь, в Омске, и, конечно, она должна быть налажена.

Люди, которые живут в Омске, Омской области, много пишут на эту тему. Это, может быть, один из наиболее важных вопросов, по которым люди обращаются к власти. Во всяком случае, ко мне поступает огромное количество обращений именно из Омска по поводу состояния дорог. Это и понятно: Омск – город большой, в нём живёт более миллиона человек, а с учётом агломерации почти полтора миллиона, и вопросы транспортной инфраструктуры здесь стоят очень остро.

Конечно, мы стараемся с федерального уровня помогать региональным и городским властям. Сюда направляются бюджетные средства. В прошлом году было выделено почти 1,4 млрд рублей.

В этом году в рамках приоритетного проекта по безопасным и качественным дорогам уже доведены лимиты бюджетных ассигнований в размере миллиарда рублей. В результате протяжённость дорожной сети, которая соответствует нормативным требованиям, должна быть увеличена за этот период и должно быть снижено количество аварийных участков в полтора раза.

Ещё приблизительно полмиллиарда (464 млн) рублей предназначено по программе «Устойчивое развитие сельских территорий» для области. Эти средства должны позволить улучшить транспортную доступность, чтобы люди могли добираться до районных центров, до городов.

Эти средства запланированы, но, естественно, они не закроют всех проблем. Нужно думать над тем, каким образом решать эту задачу в дальнейшем. Надо подумать о перспективе – каким образом все эти вопросы планировать с точки зрения финансов как на федеральном, так и на региональном уровне.

Давайте послушаем сообщения наших коллег о том, как им видится ситуация. Это у меня уже не первое региональное совещание по дорогам, но, ещё раз подчёркиваю, для Омской области этот вопрос очень актуален, почему я решил и позвать сюда федеральных государственных служащих, и послушать региональные власти.

В.Назаров: У нас действительно по прошлому году стояла по социальным вопросам некачественность дорог на первом месте. В прошлом году нам удалось выровнять ситуацию. Более 50 улиц только по городу Омску было сделано. Но сегодня основная задача, которая стоит перед нами, – не просто сделать дороги, а сделать их качественно, и чтобы подрядчик понимал, что у него есть гарантийные обязательства по качеству выполнения работ.

По прошлому году в рамках программы «Платон» было выделено дополнительно 750 млн к 300-летию города Омска, которые также были переданы муниципальному образованию.

По этому году у нас планируется порядка 7,5 млрд рублей – это в полтора раза больше, чем в прошлые годы. И опять же мы будем основной упор делать на областной центр.

Д.Медведев: Сколько всего, Виктор Иванович, людей проживает в областном центре вместе с агломерацией? В процентах от населения области? Я так понимаю, это значительная часть области.

В.Назаров: Да, процентов 70 с агломерацией. Остальные – по территориям.

В прошлом году мы недоосвоили порядка 380 млн, но это произошло из-за подтопления территорий. По прошлому году у нас было порядка 150 населённых пунктов на этот момент подтоплено. В этом году у нас нормально, и, если эти деньги вернутся из федерального центра, мы, безусловно, сможем их в этом году освоить.

Сегодня главная задача – построить как можно больше дорог с качественным покрытием. По этому году мы планируем построить порядка 125 км дорог с твёрдым покрытием – это будет в шесть раз больше, чем в прошлом году, и восстановить мостовые переходы – четыре моста по северу, там, где были подтоплены, где не смогли из-за большой влажности их довести до логического завершения.

68% регионального дорожного фонда будет направлено на капитальный ремонт и содержание региональных и муниципальных дорог. В результате будут ликвидированы более 500 тыс. кв. м наиболее разрушенных участков и отремонтировано 100 км, в том числе и региональных дорог.

И о комфортной среде населённых пунктов. Мы в этом году планируем 215 км дорог населённых пунктов и 128 км по городу Омску.

На мероприятия по проекту «Безопасные и качественные дороги» у нас предусмотрено 2 млрд рублей, 1 млрд – из федерального центра и 1 млрд из бюджета Омской области. На эти деньги мы дополнительно планируем ремонт 45 объектов общей протяжённостью 218 км. Безопасность – это 30 нерегулируемых пешеходных переходов возле детских учреждений, оборудование светофорными объектами перед пешеходными переходами в соответствии с ГОСТ, это ликвидация мест, где часто происходят дорожно-транспортные происшествия. Они все выявлены, систематизированы, и порядка более половины за этот год и следующую половину года мы должны завершить с учётом того, какие рекомендации дали работники Государственной автоинспекции.

Сложности у нас, конечно, сегодня есть. Хотелось бы сказать огромное спасибо Министерству транспорта, коллегам за то, что деньги поступили вовремя из федерального центра. Никогда такого не было, чтобы в феврале уже деньги были зачислены в бюджет области. Сегодня мы работу ведём. К сожалению, немного задержали. Тем не менее сегодня передача трансфертом бюджету города Омска 950 млн проведена (из 2 млрд). На 495 млн проведены торги, подписание контрактов – на 28 апреля. На 1,4 млрд торги объявлены, подписание контрактов – на 16 мая, окончательно – 29 мая.

Мы гарантированно можем сегодня заявить о том, что с учётом всех конкурсных процедур, всех обязательств все работы завершим до 30 сентября. Все деньги по дорожному фонду будут освоены в полном объёме.

Вы ставили задачу – общественное обсуждение этих проектов. Мы и встречи проводили с населением, и через средства массовой информации рассказывали, и Общероссийский народный фронт участвовал. Люди выбирали те объекты, где, как они считают, наиболее важно сегодня провести ремонт.

Формирование городской среды – это второй проект, в котором нам помогает федеральный центр. Мы планируем в этом году отремонтировать около 300 тыс. кв. м дворов и подъездов к дворам, а также более 150 тыс. кв. м наиболее посещаемых территорий общего пользования. На этот проект будет направлено 450 млн рублей (355 млн – это деньги федерального центра, 95 млн – из областного бюджета). Деньги уже распределены 46 муниципалитетам. 25 мая будут утверждены муниципальные программы с окончательным перечнем объектов, потому что там идёт индивидуальная работа. И к 25 июля мы уже определимся с подрядчиками и начнём работы. К 1 ноября мы планируем полностью завершить программу формирования комфортной городской среды.

Ещё раз хочу акцентировать внимание – сегодня эту задачу нужно брать под личный контроль и действительно формировать пул, о чём говорит сегодня население. Немного затянули, но в те сроки, которые я обозначил, 1 сентября и 1 ноября, – в полном объёме все деньги будут освоены и все работы будут выполнены с учётом качества и количества.

Д.Медведев: Нужно, конечно, не деньги освоить, а именно работы выполнить в положенные сроки. Осваивать деньги у нас, к сожалению, умеют, в том числе и дорожники, а нам нужны качественно выполненные работы по восстановлению дорог, в ряде случаев – по строительству дорог.

Теперь по той поддержке, которая оказывается по федеральной линии.

Е.Дитрих (первый заместитель Министра транспорта Российской Федерации): Ситуация с дорогами в Омской области и в городе Омске, как и во многих регионах сегодня, далека от идеальной. 65% региональной сети (6,5 тыс. км из 10 тыс. км) не отвечает нормативным требованиям. По местным дорогам Омской области (городские и поселковые улицы) ситуация похожая: на начало текущего года 71% из 13 тыс. км не соответствует нормативным требованиям.

С одной стороны, правительством Омской области практически в полном объёме выдерживаются обязательства по формированию регионального дорожного фонда. Если в предыдущие годы мы фиксировали отклонения между суммами, которые должны зачисляться в дорожный фонд и фактически зачисляются, то по 2016 и 2017 годам и акцизы на ГСМ, и транспортный налог, и все трансферты поступают в дорфонд практически в запланированном объёме.

В прошлом году Федерация оказала Омской области довольно значительную поддержку по линии дорожного хозяйства – 1,35 млрд рублей были предоставлены в виде межбюджетных трансфертов. Это и 300 млн на реализацию мероприятий по региональным дорожным программам, и 750 млн на неотложные меры по приведению дорог области и Омска в нормативное состояние, и компенсация выпадающего транспортного налога, и субсидии на сельские дороги. Это была своего рода тренировка перед проектом «Безопасные и качественные дороги».

Каков итог? 87% прошлогодних бюджетных назначений использовано в полном объёме. Это в целом по России очень неплохо. Вместе с тем, по итогам мониторинга Федерального дорожного агентства по этому году (в апреле провели такой мониторинг) не все отремонтированные участки по выходу из зимы находятся в надлежащем состоянии. Например, по программе неотложных мер в прошлом году ремонтировалось 10 участков региональных дорог и 28 участков уличной сети города Омска общей протяжённостью 67 км. По апрелю: на 65 км – продольные трещины, на 40 км – деформация обочины. Это говорит о том, что работы в прошлом году были закончены достаточно поздно, по городу в середине октября – это была дата завершения последних работ. По нашему мнению, при выполнении части работ использованы недостаточно качественные материалы. 15 км шелушения дорожного полотна – был использован, вполне возможно, некачественный битум. Это приведёт к тому, что через какое-то короткое время эти дефекты появятся вновь.

Нам бы хотелось предложить, чтобы правительство Омской области и город дали подрядчикам поручение в рамках гарантийных сроков исправить все недочёты, которые были выявлены.

По безопасным и качественным дорогам. Вы, Дмитрий Анатольевич, не далее как неделю назад провели президиум, были приняты важные решения по сетевому сводному плану-графику проекта по учёту субъектами средств от дорожных фондов. Для Омской области планы по безопасным и качественным дорогам очень амбициозны. В проект вовлечено более 1250 км дорог и улиц, из них 200 км – дороги федерального значения на территории городской агломерации, 500 – это региональные и муниципальные дороги, 550 – это дороги и улицы местного значения.

Сегодня в нормативном состоянии 34% из них, или 428 км. Во многом это из-за федеральных дорог, которые вошли в состав этой агломерации. В период 2017–2018 годов протяжённость соответствующей нормативу дорожной сети по Омской агломерации составит в 2017-м – 44% (от 34% сегодняшних), в 2018-м – 55%.

Сегодня на сети Омской агломерации 70 мест концентрации дорожно-транспортных происшествий. К концу 2017 года количество таких мест будет сокращено до 45, к концу 2018-го – до 35. Для достижения этих показателей мы совместно концентрируем в проекте 2 млрд рублей (1 млрд даёт Российская Федерация, 950 млн предоставляет Омская область, 50 млн – город).

В утверждённой программе реализации проекта на этот год запланировано выполнение работ по ремонту покрытия проезжей части (это основная статья расходов). Будет капитально отремонтировано без малого 200 км дорог и уличной дорожной сети. Будет установлено 340 дорожных знаков, 30 светофорных объектов. Виктор Иванович (Назаров) говорил о точках около школ – это как раз эти светофоры. Будут устанавливаться дорожные ограждения, наноситься дорожная разметка. Все эти работы собраны в 47 объектов, по которым Федерация, субъект и город проводят торги и заключают контракты. Львиная доля работ (38 объектов) – это город Омск.

План-график предусматривал доведение федеральной поддержки в I квартале, и 21 февраля Росавтодор средства перечислил. Но, к сожалению, только 13 апреля эти средства попали в муниципалитет, и в результате из семи объектов региональной дорожной сети торги проведены только по четырём, а по трём ещё пока проходят конкурсные процедуры. Из 38 объектов местной дорожной сети (это половина запланированных работ) только позавчера объявлены торги по 31 объекту.

Завершение контрактации исходя из этого – конец мая – начало июня, и это если по торгам не будет вопросов со стороны антимонопольных органов. С учётом короткого строительного сезона здесь, конечно, нужно приложить серьёзные усилия, чтобы все работы были выполнены в срок и с высоким качеством. Службы Минтранса, Росавтодора возьмут на контроль исполнение этих работ в нормальном качестве.

Есть отставание по целому ряду непроизводственных, но очень важных позиций плана-графика проекта «Безопасные дороги». В феврале проектный комитет давал поручение субъектам Федерации, которые участвуют в проекте, провести презентации, общественные обсуждения и свериться с жителями по программам выполнения работ, которые были ранее утверждены, и при необходимости откорректировать программы без ухудшения показателей. Общественные слушания окончены совсем недавно. Только сейчас начинается работа по корректировке программ. Это с учётом того, что нужно проводить торги по объектам. Здесь тоже затяжка сроков, конечно, недопустима. Мы стараемся из федерального минтрансовского проектного офиса раз в две недели проводить селекторы. Тем не менее по части позиций региональной проектной команде требуется бóльшая активность.

Часть вопросов, которые нам задают субъекты Федерации, мы решаем оперативно. По Казначейству по электронной системе торгов были вопросы – Казначейство оперативно отреагировало, Министерству финансов огромное спасибо – всё сделали. Были системные вопросы у Федеральной антимонопольной службы – решили, рассмотрели их на проектном комитете.

Но отклик и активность омской проектной команды нужно улучшать. И здесь просил бы Виктора Ивановича (Назарова) в еженедельном режиме организовать работу с членами команды, чтобы оперативно получать обратную связь от участников, какие проблемы в проекте существуют, информировать и Минтранс, и Правительство Российской Федерации.

Уверен, что это позволит выйти на целевые показатели в 2017 году.

Д.Медведев: Я на три вещи ещё хочу обратить внимание из того, что было сказано сейчас Евгением Ивановичем (Дитрихом) и Виктором Ивановичем (Назаровым).

Надо действительно сделать всё, чтобы была совместная работа по этой теме, потому что и финансирование совместное. Строго говоря, это в значительной степени региональные обязательства, тем не менее мы стараемся помогать. Поэтому, во-первых, по всем документам, которые есть, нужно провести все процедуры, если они ещё не проведены, всё законтрактовать и всё поставить на исполнение вместе с контролем.

Второе. По поводу дефектов, которые были выявлены по итогам зимы. Зимы у нас суровые, снега много, тем не менее есть гарантийные обязательства подрядчиков. Там, где выявленные дефекты являются следствием некачественного проведения работ, необходимо в рамках гарантийных сроков всё это исправить. Пусть подрядчики всё сделают. В противном случае нужно применять к ним меры ответственности. Нам не нужны дороги, которые ремонтируются на несколько месяцев.

И последнее. У нас этот проект сопряжён с проектом по восстановлению городской среды, по дворам. Оба проекта находятся под самым внимательным контролем «Единой России», да и люди просто смотрят, что происходит, обращаются. Я просил бы по партийной линии тоже обеспечить необходимый контроль, общаться с властями, но самое главное – обеспечить необходимые согласования с жителями региона, обеспечить вместе с региональными властями систему обратной связи по дорожным работам, которые ведутся, и по работам, которые идут по проекту, связанному с восстановлением дворов, с улучшением общей городской среды. Эту работу нужно организовать.

Россия. СФО > Транспорт. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 25 апреля 2017 > № 2160838 Дмитрий Медведев


Россия. СФО. СЗФО > Агропром > mirnov.ru, 24 апреля 2017 > № 2512166 Сергей Данкверт

ЧУМА ДОБРАЛАСЬ ДО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Вирус африканской чумы свиней (АЧС) обнаружен в Иркутской области, ранее благополучной по этому заболеванию. Небольшое в масштабах страны происшествие показало несостоятельность существующей системы защиты территории России от болезней животных.

После выявления в области АЧС региональная ветеринарная служба сообщила, что источником заболевания послужили мясные обрезки, найденные на территории личного подсобного хозяйства в деревне Куда.

Главный вопрос, как зараженное сырье просочилось в благополучный регион, скорее всего, останется без ответа. Не будут же инспекторы территориального Россельхознадзора расписываться в собственном бессилии и признаваться в том, что нынешняя система не способна защитить страну от невидимого врага?

- Мы сами по своим электронным системам с трудом нашли, что мясо пришло из Санкт-Петербурга, а туда - из Воронежа, - признался руководитель Россельхознадзора Сергей Данкверт, не уточнив, каким именно путем зараженные обрезки оказались в Иркутской области.

Выходит, следили-следили да не уследили? Расхваленная ведомством электронная ветеринарная сертификация, призванная уберечь страну от ввоза и транспортировки контрафактной и незарегистрированной продукции, дает сбои?

Произошедшее показало, что если опасная болезнь после всех принятых Росcельхознадзором мер все равно проникает туда, куда проникнуть не должна, то, значит, что-то не так в системе. Ее надо либо менять, либо дорабатывать, ведь в следующий раз через посты инспекторов может пробраться уже не чума свиней, а какая-нибудь зараза пострашнее.

Свою ложку дегтя в сложившуюся ситуацию добавляет и недавнее изменение законодательной нормы, согласно которой теперь оформление ветеринарных документов для перевозки животных в личных целях не требуется, а значит, нет необходимости отображать эти данные в электронной системе.

Между тем такие перевозки повлияют на увеличение на рынках количества контрафактной, в том числе и небезопасной, продукции, которую потом может купить любой житель страны.

Иркутское управление ветеринарии справилось с локализацией очага оперативно: в сжатые сроки провело отчуждение всего свинопоголовья на территории в радиусе пяти километров, мобилизовало все имеющиеся ресурсы, провело полную дезинфекцию...

За неделю с момента подтверждения диагноза очаг был ликвидирован, режим чрезвычайной ситуации снят. Внес свой вклад в борьбу с АЧС и Россельхознадзор: выделил шесть сотрудников, которые... заполнили акты на отчуждение свинопоголовья и на том свою миссию посчитали выполненной.

Не успела ветеринарная служба Иркутской области вздохнуть с облегчением, как Россельхознадзор санкционировал ее проверку через прокуратуру. Ведомство решило разобраться, как область допустила ЧС, хотя, если уж смотреть правде в глаза, само же мощно и прокололось.

- Региональные ветеринарные службы всегда проводят мероприятия по ликвидации болезней оперативно, поскольку это в их интересах. Они не заинтересованы ни в заносе, ни в распространении заболеваний, поскольку все издержки - как материальные, так и кадровые - несут именно регионы. Ветеринарная служба Иркутской области сработала очень оперативно. А вот в чем задача Россельхознадзора, непонятно. «Может, в том, чтобы делать крайними других за свои промахи?» - задается вопросом президент Ассоциации «Ветбезопасность» Лилия Сургучева.

И, правда, каким образом Россельхознадзор обеспечивает возложенную на него защиту территории России от болезней животных и чем на самом деле занимается кроме проведения проверок?

Если проследить историю заноса таких опасных заболеваний, как африканская чума свиней, нодулярный дерматит, болезнь Шмалленберга, окажется, что все они впервые попали на территорию России трансграничными путями, а за их безопасность, как известно, отвечает Россельхознадзор. Зато ведомство, как ответственный исполнитель, регулярно получает из бюджета деньги на предупреждение распространения и ликвидацию АЧС на территории РФ.

Только в 2017 г. на эти нужды ему полагается более 136 млн рублей. Как-то нехорошо получается: деньги, и немалые, на сохранение эпизоотического благополучия выделяются Россельхознадзору, а козлами отпущения в случаях возникновения вспышек заболевания становятся региональные ветеринарные службы. При этом уровень финансирования многих из них недопустимо низкий, несмотря на то, что основная работа по обеспечению ветеринарной безопасности государства возлагается именно на них.

Получается, Россельхознадзор ничем регионам не помогает, а только мешает работать, организуя бесконечные проверки. Чтобы иметь реальные результаты в области ветеринарной безопасности, каждый должен заниматься своим делом: региональные службы - обеспечивать защиту от болезней и выпуск безопасной продукции в регионах, а Россельхознадзор - защиту границ.

Между тем, по нашей информации, препарат от вирусной болезни свиней уже есть, но чиновники не заинтересованы в его дальнейшем продвижении – гораздо выгоднее бороться с ликвидацией АЧС, ведь на нее выделяются огромные государственные деньги.

Елена Хакимова

Россия. СФО. СЗФО > Агропром > mirnov.ru, 24 апреля 2017 > № 2512166 Сергей Данкверт


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 апреля 2017 > № 2154428 Виктор Зимин

Рабочая встреча с Главой Хакасии Виктором Зиминым.

Руководитель республики информировал Президента о социально-экономической ситуации в регионе.

В.Путин: Слушаю Вас, Виктор Михайлович.

В.Зимин: Владимир Владимирович, разрешите мне доложить о социальном развитии региона в 2016 году и перспективные планы на 2017–й и последующие годы.

Республика сохранила динамичное развитие при всех сложностях. По итогам 2016 года мы имеем результаты индекса промышленного производства – 111,4 процента, седьмые в стране, добыча полезных ископаемых, обеспечение электроэнергией, газом. Также рост регионального валового продукта у нас все эти годы.

В.Путин: Виктор Михайлович, проблемные вопросы, связанные с обеспечением граждан жильём после тяжёлых событий, – что там?

В.Зимин: Владимир Владимирович, обязательно подойдём к этому вопросу. Для нас очень важна безопасность на территории. Вы лично знакомы с нашими проблемами.

В.Путин: Вы эти вопросы решили?

В.Зимин: Все сняли на сегодняшний день. Что касается пожаров, мы ничего не бросили. Вопросов нет, есть элементарные вещи, которые возникают в рамках обслуживания домов. Нет таких моментов, чтобы у нас были какие-то сборные дома, у нас же всё капитально построено по Вашему решению.

В.Путин: Да я же видел.

В.Зимин: Всех сопровождаем, особенно пожилых, особенно тех, кто в сельской местности, никого не бросаем. Остаются совсем элементарные вещи. Сейчас заходим опять, опять будем рядом. Созданы группы.

В.Путин: Извините, что перебил, давайте вернёмся к экономическим показателям.

В.Зимин: Да, Владимир Владимирович. Что касается безопасности: Вы помните, у нас и Саяно-Шушенская ГЭС, и наводнения, и пожары, и землетрясение было. Мы особое внимание уделяем этим вещам. Вот показатели, сделан срез. Ощущаемость собственной безопасности граждан на улицах и в общественных местах региона находится на первой позиции в Сибирском федеральном округе.

Очень важным считаю показатель удовлетворённости населения деятельностью органов исполнительной власти по обеспечению безопасности. Видите цифры, [регион] тоже на лидирующих позициях.

И удовлетворённость населения деятельностью правоохранительных органов – также первое место в Сибирском федеральном округе. Также очень важным пунктом считаем удовлетворённость граждан, степень их защищённости от преступных посягательств. [Этот параметр] влияет на инвестиционный климат.

В.Путин: Хочу Вас спросить о доходах населения, о зарплатах.

В.Зимин: У нас самая низкая инфляция, ниже на процент, чем среднероссийская. Реальные доходы также выше, чем среднероссийские. При этом мы сохранили самые низкие цены на основные продукты в Сибирском регионе, особенно на мясо, на рыбу. Гордимся, сами себя кормим. Среднемесячная зарплата – мы отчасти радуемся, но и, понятно, напряжение возникает, – 32 310 рублей.

С учётом того, что у нас республика индустриальная – алюминщики, энергетики, угольщики, – хочу доложить, это не проблемный вопрос, это очень хороший вопрос в части комплексного плана по развитию: мы уже 37 миллиардов имеем частных инвестиций. Я не буду сегодня говорить о привлечении федеральных средств. Единственное, мне нужно будет Ваше поручение по координации действий с Правительством по большим проектам, связанным с энергетикой, железнодорожной инфраструктурой. Иначе через полтора года мы будем иметь коллапс на Транссибе.

В.Путин: Да, давайте.

В.Зимин: Вот наши реальные доходы. При этом мы имеем два года подряд самую низкую безработицу. Уровень безработицы у нас падает.

В.Путин: Самую низкую – имеется в виду на востоке страны?

В.Зимин: Сибирь, я говорю о Сибирском округе. Мы самый молодой регион по стране, мы сохраняли молодёжь, она остаётся. У нас почти 53 процента из работающего населения – это молодые люди. Планируем в рамках этого проекта создать за два года более семи тысяч рабочих мест. Буквально через два дня будет совещание на Красноярском форуме, где будем об этом говорить.

Социальные показатели, о которых Вы спрашивали. Для детей-сирот построили в два раза больше жилья в 2016 году. Финансирование мер социальной поддержки многодетным семьям было увеличено. Организация отдыха, оздоровление детей также увеличены.

Работаем очень тонко с вопросом изучения хакасского языка, родного языка, языка титульной нации. По каждому году у нас рост постоянно идёт, я считаю, это очень важный показатель.

Удельный вес населения, систематически занимающегося спортом, в два раза вырос с 2009 года. Очень большие проекты реализовали в рамках создания и строительства новых спортивных объектов. Более 177 ввели новых спортивных объектов. 34, почти 35 процентов [населения] постоянно занимаются спортом.

По данным правоохранительных органов, показатели преступности у нас самые низкие, и мы входим в десятку самых стабильных регионов страны.

В.Путин: С финансовой стороны как ситуация?

В.Зимин: Владимир Владимирович, разрешите сначала доложить об этом проекте, и мы перейдём к финансам. Такие вещи реализовали с Вашей поддержкой. Объекты, которые Вы нам подписывали, реализованы. Это перинатальный центр на 150 мест, новый хирургический корпус – старый пострадал при землетрясении, – пять этажей, хирургия новая, суперсовременная. Культурно-исторический центр, крупнейший за Уралом. Лыжный спортивный комплекс, где готовятся сборная России.

В.Путин: Музей хороший.

В.Зимин: Это центр. С Вашей резолюцией мы тогда это реализовали. Хосе Каррерас приезжал закладывать первый камень.

За полтора года мы приросли на 33 процента по туризму. Уникальная группа каменных изваяний, единственная в мире. Все наши гости – и зарубежные, и наши, конечно же, прежде всего, россияне, – удивлены, что у нас такое было и есть. За четыре дня по три тысячи [посещаемость].

В.Путин: Очень хорошо.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 апреля 2017 > № 2154428 Виктор Зимин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter