Всего новостей: 2657549, выбрано 2173 за 0.273 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 12 ноября 2018 > № 2789245

Забайкальский край и республика Бурятия передаются из Сибирского федерального округа в Дальневосточный. Реформа не вызвала у местных жителей энтузиазма: больше всего их тревожит так называемый «дальневосточный гектар» и возможные теневые схемы передачи земли китайцам.

«Развитие Дальнего Востока видится возможным только с привлечением внешних инвестиций. Там слишком мало населения, зато регионы обладают большим потенциалом ресурсов. При этом понимается, что основной инвестор — Китай и другие страны АТР: Корея, Сингапур и Япония. На Дальний Восток инвестируются средства, там создаются территории опережающего развития, в которые вкладывается бизнес соседней КНР. В целом мы видим уникальный ландшафт, в который погружаются дальневосточные регионы», — прокомментировал «Росбалту» директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков.

По мнению эксперта, в федеральном центре долгое время не могли решить, как развивать соседние с ДФО Забайкалье и Бурятию, и в итоге решили развивать в одном русле с Дальним Востоком. «Забайкалье — один из самых депрессивных регионов. Это край множества колоний и криминализации населения. Видимо, долгое время не знали, что с ним делать, и решили присоединить к ДФО, чтобы в рамках дальневосточных целевых программ там что-то можно было изменить. Бурятия — не такой депрессивный субъект, но его дальнейшее существование тоже упиралось в отсутствие стратегии развития. Республика могла попасть под влияние мощной Иркутской области, которая бы стала драйвером промышленного развития. Но Бурятия находится рядом с Байкалом, охранной территорией, и развивать промышленность там невозможно. Остается только туризм. А основной турист — из Китая. Вот и было принято решение республику вместе с Забайкальем передать в ДФО, чтобы и Бурятия развивалась в рамках развития туризма во всем ДФО», — отметил Илья Гращенков.

Байкал — для китайцев?

Превращение из «сибиряков» в «дальневосточников» не вызвало у местных жителей энтузиазма. Они не исключают вероятности ухудшения экономической ситуации и усиления «китайской экспансии». Одним из инструментов последней может стать программа «дальневосточного гектара». Гражданам России полагается по гектару земли на Дальнем Востоке, если они согласятся жить и хозяйствовать на этом нем. Но нельзя исключить, что кто-то возьмет землю, чтобы передать ее в фактическое пользование иностранцам.

Жители Бурятии уже начали сбор подписей под интернет-петицией с призывом вернуть республику в состав Сибирского федерального округа. Главной причиной стало опасение, что в руки иностранцев теперь ускоренно будут передаваться прибрежные территории Байкала. Механизмом к этому может стать, по мнению авторов петиции, схема «дальневосточного гектара» при нынешнем упрощенном порядке получения российского гражданства.

«Иностранное лицо, получившее российское гражданство по упрощенному порядку, формально попадает под категорию лиц, претендующих на пресловутый „гектар дальневосточной земли“, а прибрежные территории Байкала со стороны Бурятии формально попали под ДФО. В этом большой риск: пользуясь такой лазейкой, „иностранные граждане“ по договору „безвозмездного пользования“ сначала будут „пользоваться“, а затем — имеют право на получение земли в собственность», — говорится в обращении.

Даже если иностранцы завладеют землей с целью выращивания сельхозпродукции, это не повод для радости, считают на российском Дальнем Востоке. Известно, что в Китае применяются варварские методы обращения с землей, которые инвесторы из Поднебесной приносят в другие страны. Так, в управлении Роспотребнадзора по Иркутской области официально сообщали, что граждане Китая и Киргизии заняли земли сельхозназначения, предоставленные им гражданами России для ведения личного подсобного хозяйства. При этом иностранцы заливают поля и огороды вредными пестицидами, и выращивают продукцию, которая может быть опасна для здоровья. Проверки показали, что китайские земледельцы грубо нарушают требования к работе с агрохимикатами, используют не внесенные в реестры пестициды, разного рода удобрения, прочие средства, в т. ч. ускорители роста и созревания, незаконно ввозимые на территорию России.

Заброшенный восток России

Жители Бурятии действительно опасаются возможных негативных последствий «передачи» региона в ДФО, рассказал депутат Народного хурала республики Баир Цыренов. «Первый вопрос, который всех беспокоит — это судьба Байкала. Озеро теперь становится пограничным водоразделом между двумя федеральными округами. Конечно, это не разные государства, но все головные структуры по охране природы остались в Сибирском ФО, и теперь непонятно, как это будет перелопачиваться. Большая часть побережья Байкала находится со стороны Бурятии, но и Иркутская область — крупный регион, который тоже оказывает огромное влияние на озеро, в том числе там, на Ангаре, находятся ГЭС. Поэтому и неясно, как будет решаться вопрос охраны озера», — сказал Баир Цыренов.

Парламентарий от КПРФ отметил, что вероятное распространение на Бурятию программы «дальневосточного гектара» не приведет к притоку в регион россиян из европейской части страны. «У меня много друзей, знакомых в регионах ДФО. Все в один голос утверждают, что эта программа — чушь, и она не работает. Говорить, что кто-то переедет из-за Урала ради этого гектара, не приходится. Отток населения из Сибири и Дальнего Востока на запад как был, так и сохраняется, и демографические вопросы эта программа не решает. С другой стороны, как раз для Бурятии вопросы демографии и не стоят: население региона более-менее растет», — указал Цыренов.

Народный избранник заметил, что именно перспектива перехода земельных участков в распоряжение иностранцев способна вызвать большую тревогу. Уже сегодня есть земельные участки, которые фактически оказались в руках граждан Китая. «Побережье Байкала во многих местах стало недоступно для пользования простыми российскими гражданами, и сложно сказать, кто стоит за этим земельным бизнесом. Не обязательно гражданину Китая быть формальным собственником, но есть множество аффилированных фирм, подставных лиц и т. д. Нельзя исключать, что и „дальневосточный гектар“ станет такой дополнительной лазейкой», — пояснил Баир Цыренов.

Горожане — против каменных джунглей

Жители Забайкальского края в целом с равнодушием отнеслись к передаче региона в ДФО, но опасаются ухудшения социально-экономического положения, рассказал учредитель «Черной газеты» Стас Захаров. «Забайкальцы пока не совсем понимают, что произошло. Если в Бурятии уже бунтуют, то у нас, например, за последние шесть лет уже четыре губернатора сменились. Поэтому люди на все смотрят наплевательски, только понимают, что лучше в Забайкалье не станет. Однако уже пошли слухи, что нам отменят северный коэффициент, забайкальские надбавки. Если дальневосточные надбавки составляют около 25%, то забайкальские до 70% были. Соответственно, зарплаты упадут», — рассказал Захаров.

По словам общественного деятеля, если на Забайкалье распространят программу «дальневосточного гектара», то россияне в регион не поедут, а вот усиление миграции иностранцев возможно. «У нас — самый сильный отток населения в России, по 17 человек в среднем в день уезжает. С приходом нового губернатора и передачей в ДФО только усиливаются настроения, что бежать отсюда надо. С другой стороны, уже идут разговоры, что для Дальнего Востока будет создаваться отдельное правительство во Владивостоке, и все территории, которые соприкасаются с Китаем и требуют китайских инвестиций, должны принадлежать Дальнему Востоку как отдельному региону. Ну, а межгосударственные отношения с Китаем подразумевают либо продажу ресурсов, либо занятие территорий. Сотрудничество в ТОСЭР выглядит незначительным», — констатировал Стас Захаров.

Жители Забайкалья опасаются, что передача региона в состав ДФО приведет к усилению притока бизнесменов из Китая и хищнической вырубки ими лесов, согласен и лидер общественного объединения «Забайкальский народный фронт» Константин Соболев. «Народ в крае считает недопустимым, что иностранные граждане получают возможности использования наших земель и вырубки лесов. Это самый больной вопрос, потому что тайги уже скоро в регионе не останется. Недавно в Забайкалье состоялся митинг, на котором было выставлено требование: прекратить вырубку. Видимо, правительство Российской Федерации добивается, чтобы в регионе произошел бунт. А он уже не за горами», — сказал Константин Соболев.

Характерной чертой действий власти стало игнорирование мнения населения. Считается, что «барин» лучше знает, как жить и что делать его «крестьянину». Но россияне все больше начинают сомневаться в «мудрости» верховной власти. Бездумная перекройка границ может стать запалом для протеста.

Дмитрий Ремизов

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 12 ноября 2018 > № 2789245


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 11 ноября 2018 > № 2788298

Удар по недотехнократам: есть ли фавориты на губернаторских выборах

В Хакасии завершилось голосование на выборах главы республики

На этой неделе телеграм-каналы, пишущие о политике, особо пристальное внимание уделяли грядущим выборам в Приморье и уже завершившемуся голосованию в Хакасии. Участникам предвыборной гонки досталось от души — анонимные авторы обвинили их едва ли не во всех смертных грехах.

Две скандальные темы, мимо которых опять не смогли пройти ряд телеграм-каналов, — это выборы в Приморском крае и Хакасии. В Приморье выборы пройдут в декабре, а второй тур в Сибири состоялся 11 ноября и уже подошел к концу.

При этом в выборах в Хакасии участвует всего один кандидат — баллотирующийся от КПРФ Валентин Коновалов. Другие кандидаты, в том числе бывший губернатор Зимин, с выборов благополучно снялись.

Канал «Стекломой» решил ударить по Коновалову от души. Анонимный автор приписывает коммунисту тесное сотрудничество с оппозиционным политиком Алексеем Навальным.

Последний, надо сказать, действительно призывал голосовать за коммуниста. «Хакасия чуть ли не единственный регион России (кроме Кавказа и Крайнего Севера), где у Навального даже не было своего штаба. А тут такой интерес и поддержка. Неужели Коновалов готов сотрудничать даже с Навальным ради удобного кресла?» — негодует «Стекломой». Впрочем, Навальному не впервой агитировать против действующей власти, причем все равно за кого. Подобный призыв вовсе не означает контактов о сотрудничестве.

Кстати, для победы нашему коммунисту нужно набрать 50%+1 голос от пришедших на выборы. Очевидно, что не всем нравятся такие шоколадные условия. Вот и канал «Доктор прописал» на неделе называет незапланированного фаворита гонки «клоуном». «У Кремля, видимо, появилась идея создать в региональной власти квоту для клоунов. Клоуны будут всеми силами подтверждать свой образ «бездельников от оппозиции», — написано в посте. Канал пишет, что Коновалов уже сейчас «не может ответить ни на один вопрос о жизни Хакасии от жителей».

Досталось не только коммунисту, якобы пустившемуся во все тяжкие. Канал «Стекломой» намывает и окна губернатора Владимирской области Владимира Сипягина, который избрался от ЛДПР. Анонимный автор обращает внимание на решение главы региона создать региональный Вселенский народный собор. Почему-то из этого выходит оскорбление мусульманских общин и русских атеистов. Оставим эту логику без комментариев.

Другой драматичный регион сейчас — Приморье, где, как мы помним, на выборах разгорелся нешуточный скандал с грязными подтасовками и неочевидными подкупами между кандидатом от власти Андреем Тарасенко и коммунистом Андреем Ищенко.

Выборы в Приморье, конечно же, под особым вниманием Кремля. Недавно стало известно, что приморская КПРФ не будет выдвигать Андрея Ищенко. Решение выглядело, мягко говоря, странно.

Ведь Ищенко, как мы все помним, очень уж уверенно соревновался в первом туре с экс-врио региона Андреем Тарасенко.

Впрочем, канал «Мейстер» удивился негативной реакции публики на отказ КПРФ от выдвижения кандидата в Приморье. «Основной мотив: «это нечестно! когда же власть научится в справедливом бою выигрывать?». Вообще-то это политика, тут все разрешено кроме того, что запрещено законом. Однако ясно: публика, возмущающаяся предвыборным соглашением, имеет такие изысканные вкусы, что на них даже при желании не угодить», — уверен автор канала.

Но мы-то знаем главный итог этой дрязги — Ищенко в итоге решил идти на выборы без всяких коммунистов. И пока шансов избраться не теряет. Тем не менее, новоявленный принц на белом коне, — господин Кожемяко, вызвавшийся спасать регион, вызывает позитивную реакцию в некоторых телеграм-каналах.

Среди его сторонников — канал «Ортега». «Со стыдом и в тихом ужасе читаю я во все последние дни новости из Приморского Края, где совсем еще недавно, по выражению некоторых ошалелых романтиков, политическое сердце России торжественно и грозно билось», — поэтично пишет канал, после чего сразу бросается в защиту Кожемяко:

«На фоне оппозиционного балагана прибывший с Сахалина Олег Кожемяко производит особенно благоприятное впечатление. Ходит командорским шагом туда-сюда по региону, молча поправляет все, раздает кому указания, а кому и …., и вообще, монументален и харизматичен».

Канал «Стекломой», в свою очередь, перечисляет скандальные и грязные подробности личной жизни Ищенко, которые якобы накопал Кожемяко.

Мы же этого, как порядочное СМИ, позволять себе этого не будем. Собственно, для таких сливов и существуют анонимные авторы. Ведь любое СМИ как минимум обратилось бы и к Ищенко, и к Кожемяко по поводу такой информации.

Но анонимам, как известно, закон не писан.

От более скромного канала «Околокремля» по этой же горячей теме Приморья следует пространный пост, главная мысль которого заключается в том, что Ищенко идет ва-банк, но не факт, что его ставка сыграет.

Интересно, как автор комментирует его недопуск до выборов от партии. «Очевидно, что его (Ищенко — «Газета.Ru») не устроил компромисс, которого ранее могли достигнуть федеральный центр и КПРФ: коммунисты не смогли провести переговоры с позиции силы... и готовились «сдать» Приморье за относительно невысокую цену», — уверен автор.

Фанаты Кожемяко есть и среди авторов других каналов, однако они не ограничиваются похвалами в его адрес, предлагая кандидату в главы непредсказуемого региона строгие рекомендации.

«Кожемяко из политического авантюриста превратился в реального кандидата на победу. За полтора месяца до дня выборов ему не надо тратить свои усилия на политическую дискуссию и требуется лишь планово «пропылесосить» группы избирателей по интересам, приходя не с обещаниями, как другие, а с «реальными дарами в руках», что при полной поддержке центра совсем несложно. Практика малых дел — это самая выгодная тактика для кандидата, играющего в плебисцит», — пишет автор канала «Политджойстик».

К счастью, решать кто же победит, будут все же не анонимные телеграм-каналы, а простой российский избиратель.

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 11 ноября 2018 > № 2788298


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 11 ноября 2018 > № 2788293

Эксперимент не сработал: Хакасию возглавит коммунист

Кандидат от КПРФ победил на выборах главы Хакасии

Представитель КПРФ Валентин Коновалов сумел избраться губернатором Хакасии во втором туре. Соревноваться ему пришлось лишь с протестным голосованием — коммунист оказался единственным кандидатом на пост главы региона. Впрочем, Коновалову еще предстоит удержаться в кресле руководителя республики, которая находится в тяжелой финансовой ситуации. Эксперты не исключают, что коммунисту назначат внешнего управленца — или дадут возможность элитам самим наложить ограничения на нового губернатора.

Согласно данным сайта ЦИК, представитель КПРФ Валентин Коновалов победил во втором туре губернаторских выборов в Хакасии. Коммунист набрал 101 405 голосов (57,57%), против — 72 498 голосов (41,16%).

Конкурентов у Коновалова не было. Также прошедший во второй тур экс-губернатор Виктор Зимин в конце сентября снял свою кандидатуру по состоянию здоровья.

Однако, по информации источников «Газеты.Ru», именно федеральный центр повлиял на решение Зимина отказаться от дальнейшей борьбы за пост главы региона.

В первом туре Коновалов набрал больше всех голосов — 44,8%. Зимин занял второе место — 32,42%. Источник в Кремле объяснял, что победа Зимина во втором туре была возможна только с нарушениями, но это не устраивало федеральные власти. В дальнейшем от гонки отказались и все другие кандидаты.

Это привело к тому, что повторное голосование, первоначально назначенное на 23 сентября, состоялось только 11 ноября. Но даже оставшись единственным кандидатом, Коновалов мог проиграть. Для победы ему было необходимо набрать 50% +1 голос от пришедших на выборы. Граждане могли голосовать как за него, так и против.

Впрочем, однозначно говорить о том, что Коновалов стал губернатором, пока рано. Региональный избирком еще должен признать выборы состоявшимися. Напомним, что в Приморье в ходе второго тура губернаторских выборов в сентябре было принято противоположное решение.

Однако политконсультант Алена Август считает, что, скорее всего, выборы в Хакасии признают состоявшимися. В прошлом Коновалова не стали снимать из-за орфографической ошибки в документах, хотя подобные прецеденты на выборах случались сплошь и рядом. «Уже тогда пошли навстречу, а значит, и сейчас к ситуации отнесутся мягко», — прогнозирует эксперт.

В октябре президент РФ Владимир Путин назначил на пост врио губернатора Хакасии Михаила Развозжаева. Российский лидер обещал после выборов забрать его на работу в федеральные структуры.

Тем не менее, это назначение породило предположения, что именно Развозжаев станет основным кандидатом от власти, если Коновалов не изберется.

Еще в пятницу врио губернатора заявил, что готов принять участие в новых выборах губернатора. С похожим заявлением выступил и мэр Абакана Николай Булакин. Однако Коновалову удалось преодолеть необходимый порог.

Валентина Коновалова трудно назвать опытным политиком. 30 ноября ему исполнится 31 год. По специальности он юрист, вступил в коммунистическую партию еще во время учебы. В дальнейшем делал карьеру именно в рамках этой структуры. К марту 2018 года стал секретарем комитета Хакасского отделения партии. С 2013 по 2018 год был депутатом гордумы Абакана.

Регион ему достался, мягко говоря, непростой. Хакасия с января этого года находится под внешним финансовым контролем со стороны Федерального казначейства РФ. Это означает, что ведомство будет следить за расходами региона. Причина такого контроля — большие долги, превысившие годовой бюджет.

Алена Август считает ситуацию коммуниста довольно сложной. По ее мнению, он все-таки не управленец. «Нам же не приходит в голову назначить в качестве директора завода просто хорошего парня. А губернаторство — это сейчас не синекура, а непростая работа, особенно когда и с деньгами не все хорошо», — считает политконсультант. Коновалову она советует учиться взаимодействию с разными людьми и умению отвечать на запросы избирателей. По ее словам, именно от этого зависит будущее его губернаторства.

Глава фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов, в свою очередь, считает, что главный вопрос заключается в том, будет ли Коновалов лишь фронтменом, политическим представителем региона, или же погрузится именно в работу губернатора. По мнению политолога, наиболее вероятны два сценария.

Первый вариант аналогичен тому, который реализуется сейчас во Владимирской области и Хабаровском крае.

«Там федеральный центр просто не мешает ограничивать губернатора местным элитам», — объясняет эксперт.

Второй вариант — это назначение некоего второго человека, которого уполномочат решать все сложные хозяйственные ситуации и быть на связи с Москвой. «Вопрос в том, почему по этому сценарию нельзя было пойти еще в сентябре», — задается вопросом эксперт.

Алена Август также не исключает, что за Коноваловым сейчас будут отдельно присматривать из федерального центра. В случае если он не будет справляться, возможно и некое внешнее управление. Кроме того, у президента, по российским законам, остается и право негативного контроля. Другими словами, губернатор может быть отправлен в отставку.

Михаил Виноградов отдельно отмечает, что делать какие-то выводы по результатам Коновалова и большому количеству проголосовавших «против» не стоит. «Тут как в спорте, самое важное, что это победа, и три очка взяты», — объясняет он. Кроме того, эксперт подчеркнул, что эксперимент с голосованием от противного показал себя неуспешным для власти.

По его мнению, причина в том, что именно условные «лоялисты» год за годом говорили, что голосование «против» — это поведение «лузеров». Поэтому сами реализовать эту стратегию власти не смогли.

Хакасия — один из четырех регионов, где за этот региональный цикл кандидат от власти не смог занять губернаторское кресло. Во Владимирской области и Хабаровском крае во втором туре победили представители ЛДПР. Приморский край новые выборы ожидают в декабре.

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 11 ноября 2018 > № 2788293


Корея. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 8 ноября 2018 > № 2788359

Губернатор Хабаровского края представил новые инвестиционные проекты в Республике Корея

Сергей Фургал выступил на саммите региональных правительств в г. Пхохан

В Пхохане продолжается Первый российско-корейский форум межрегионального сотрудничества. Губернатор Хабаровского края Сергей Фургал провел несколько рабочих встреч с представителями власти и бизнеса Республики Корея, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на сайт краевого правительства.

В частности, состоялись переговоры с заместителем губернатора провинции Кёнсаннам-до по экономике Мун Сын Уком. Хабаровский край и провинцию связывают многолетние дружеские отношения. Побратимские связи были установлены еще в 1996 году. Ежегодно проходят обмены молодёжными и спортивными делегациями. В ходе встречи Сергей Фургал сделал акцент на расширение сотрудничества в сфере инвестиций и рассказал о наиболее перспективных нишах для совместных проектов.

— Сегодня мы видим большой интерес со стороны южнокорейских бизнесменов. Особенно – в проектах по сжиженному газу, лесопереработке. Мы готовы работать по всем этим направлениям. Условия здесь неизменны – производства должны быть размещены в крае, причем эти предприятия мы ориентируем именно на глубокую переработку сырья. Мы со своей стороны предоставляем положенные по закону преференции и гарантируем выполнение всех договорённостей, — подчеркнул Сергей Фургал.

Эти вопросы обсуждалась и на саммите региональных правительств, который стал одним из главных событий форума. Губернатор Хабаровского края в своем докладе подчеркнул, что Республика Корея и Хабаровский край постоянно наращивают объемы взаимной торговли. За 8 месяцев 2018 года товарооборот превысил 270 млн долларов. Это больше прошлогодних значений на 26,4%.

— Для инвестиционного сотрудничества между краем и Республикой есть хорошая база — долгосрочные проекты в строительной сфере. Начиная с 2010 года строительно-промышленная компания "Керёнг" возвела в Хабаровске несколько крупных жилых комплексов. Компания намерена продолжить строительство жилья в регионе, — подчеркнул глава региона.

Новой сферой для инвестирования может стать транспортно-логистический комплекс. Речь идет о развитии второй очереди терминала компании "ВаниноТрансУголь", а также возможном участии в проекте по перевалке зерна и сжиженных углеводородов в порту Советская Гавань. Есть проекты и сельском хозяйстве: строительство комплексной фермы по выращиванию крупного рогатого скота в Амурском районе, создание птицекомплексов по производству и переработке мяса индейки. Также в числе инициатив, которые были представлены инвесторам — проект строительства завода по производству стеклянной тары в Комсомольске-на-Амуре. В Дальневосточном федеральном округе есть устойчивый спрос на данную продукцию.

Корея. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 8 ноября 2018 > № 2788359


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2784822

Коммунист Андрей Ищенко, участвовавший в сентябрьских выборах главы Приморья, решил пойти на новые выборы самовыдвиженцем, соответствующие документы он подал в избирательную комиссию, сообщила РИА Новости секретарь регионального избиркома Наталья Камаева.

В субботу региональное отделение КПРФ решило не выдвигать кандидата на выборы губернатора Приморья. По словам Ищенко, это связано с тем, что партия не признает отмену результатов сентябрьских выборов.

"Сегодня Ищенко подал документы на участие в выборах самовыдвиженцем", — сказала Камаева.

Ранее избирком Приморья по рекомендации ЦИК России признал результаты выборов главы региона недействительными. Бывший врио губернатора Приморского края Андрей Тарасенко заявил, что считает правильным решение об отмене итогов выборов. Ищенко выразил готовность оспаривать результаты на трех территориях — в Уссурийске, Артеме и Находке и всего подал более 30 исков. Через краевой суд Ищенко пытался обжаловать решение избиркома о признании результатов выборов недействительными. Суд 12 октября отклонил этот иск, коммунист обжаловал решение в Верховном суде России.

На прошлой неделе избирком начал прием документов на выдвижение кандидатов для участия в новых выборах главы края, которые состоятся 16 декабря.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2784822


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 7 ноября 2018 > № 2784747

Депутат законодательного собрания Приморья Андрей Ищенко, участвовавший в сентябрьских выборах губернатора Приморского края как кандидат от КПРФ, подал документы для участия в повторны выборах главы региона в качестве самовыдвиженца. Об этом в среду, 7 ноября, сообщила секретарь краевого избиркома Наталья Камаева.

Лидер коммунистов Геннадий Зюганов заявил, что "с пониманием" относится к решению Ищенко. Вместе с тем Зюганов полагает, что у Ищенко могут появиться трудности, связанные с муниципальным фильтром. "Это означает, что через две недели будет продолжена та же трагикомедия под вывеской криминальных выборов", - заявил Зюганов.

КПРФ решила не выдвигать своего кандидата

3 ноября Ищенко сообщил, что региональное отделение КПРФ решило не выдвигать своего кандидата для участия в повторных выборах губернатора, которые пройдут 16 декабря. "Это связано с тем, что партия не признает отмену результатов сентябрьских выборов", - пояснил он.

В середине сентября во втором туре губернаторских выборов в Приморье, помимо Ищенко, участвовал представитель "Единой России" Андрей Тарасенко. Ищенко побеждал по итогам подсчета 95 процентов голосов, но после получения результатов с оставшихся участков внезапно утратил первенство. Это вызвало подозрения в фальсификации итогов выборов. Из-за выявленных нарушенийкраевой избирком отменил итоги голосования. После этого Тарасенко ушел в отставку, а врио главы региона был назначен Олег Кожемяко.

19 октября газета "Ведомости" со ссылкой на информированные источники писала, что администрация президента РФ предложила назначить Ищенко на пост сенатора или вице-губернатора в обмен на отказ от участия в выборах.

Ольга Демидова

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 7 ноября 2018 > № 2784747


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 6 ноября 2018 > № 2783835

Бурятию передали в ДФО, «а Байкал – китайцам»?

Жители Бурятии и Забайкальского края «одним днём» превратились из сибиряков в дальневосточников. Они пытаются понять причины перевода Бурятии и Забайкалья из состава Сибирского федерального округа в состав Дальневосточного. И один из главных вопросов: как эти преобразования повлияют на Байкал?

Решение о переводе Забайкальского края и Бурятии из состава Сибирского федерального округа (СФО) в состав Дальневосточного (ДФО), принятое президентом РФ Владимиром Путиным, до сих пор весьма активно обсуждается в СМИ и в социальных сетях. Соответствующий указ был подписан 3 ноября 2018 года.

«Уснули в Сибири, проснулись — на Дальнем Востоке», — пишут жители Бурятии и Забайкалья, для которых, как видно, решение о переводе их регионов в ДФО стало большой неожиданностью.

Судя по записям в соцсетях, теперь уже бывшие сибиряки хотели бы знать больше подробностей о причинах принятого решения — как от федерального руководства, так и от местного.

Также стоит отметить: мониторинг интернет-пабликов показал, что большой интерес у жителей Бурятии в связи с вхождением их региона в состав ДФО вызывает ситуация, складывающаяся вокруг Байкала, который теперь оказался как бы «разорванным» между двумя федеральными округами.

«Будет много нюансов»

Депутат Народного Хурала (парламента) Бурятии Баир Цыренов (КПРФ) подтвердил информацию о том, что жителей республики сильно беспокоит судьба озера Байкал. В целом же, по его словам, механизм принятия данного решения совершенно непонятен:

«Присоединение регионов произошло без какого-либо серьёзного обсуждения на местах, это настораживает. Второй момент, который волнует многих, это озеро Байкал. Совершенно непонятно, как будет решаться этот вопрос, потому что теперь Байкал стал неким пограничным водоразделом между федеральными округами. Хотя, по моему мнению, такой крупный географический объект, природное достояние мирового масштаба даже в административном плане должно сохранять свою цельность. Тут будет много нюансов. У нас элементарно контролирующие охрану Байкала органы находятся на территории Сибирского федерального округа».

Тревогу парламентария разделяет и член Ангаро-Байкальского бассейнового совета, российский координатор международной экологической коалиции «Реки без границ» Александр Колотов. Ранее в беседе с корреспондентом ИА REGNUM он отметил, что превращение Бурятии в дальневосточный регион может негативно отразиться на ситуации с охраной Байкала.

«В решении социально-экологических вопросов, связанных с Байкалом, взаимодействие двух соседних регионов — Иркутской области и Бурятии — оставляло желать лучшего и в ту пору, когда они оба входили в состав одного федерального округа — Сибирского. Теперь Байкал окажется поделён (если не сказать «разорван») между двумя федеральными округами: Сибирским и Дальневосточным. Каким образом новый «промежуточный» территориальный статус Байкала будет учтён в будущем крупномасштабном нацпроекте «Экология», одним из основных направлений которого является охрана уникального сибирско-дальневосточного озера? Как дальневосточный статус Бурятии повлияет на реализацию действующей федеральной целевой программы по охране озера Байкал?» — задаётся резонными вопросами Колотов.

Теперь, по его словам, в число лиц, участвующих в процессе принятия решений по Байкалу, добавился ещё один пласт чиновников — на этот раз дальневосточных. И экологи сомневаются, что это может улучшить взаимодействие федеральных и региональных структур в вопросах, касающихся Байкала и жителей на его берегах.

Передачу Бурятии в ДФО ИА REGNUM также прокомментировала директор Бурятского регионального объединения по Байкалу Наталья Тумуреева:

«Больше всего возмущает то, что опять всё сделано без участия жителей, нет пояснения про перспективы и возможности, зачем все это нужно».

Она подчёркивает, что и ранее, когда Бурятия входила в состав СФО, не было «никакого взаимодействия по охране Байкала» с Иркутской областью, на территории которой находится часть озера.

«А теперь и вовсе нужно наладить взаимодействие между двумя федеральными округами. Как будет реализована ФЦП по охране озера Байкал? Получается, что у нас увеличится число чиновников, которые принимаю решения по Байкалу, хотя и так у семи нянек дитя без глазу. Ещё я опасаюсь, что всяческие «территории опережающего развития», «стратегические», «инвестиционные» и прочие проекты псевдоразвития, сутью которых является сведение леса и разработка месторождений полезных ископаемых в бассейне Байкала, приведут к сокращению Центральной экологической зоны (ЦЭЗ). Ну и так называемый дальневосточный гектар могут «по ошибке» выдать на особо охраняемых природных территориях, как это случалось в других регионах», — резюмировала Наталья Тумуреева.

Власти рассчитывают «где-то прирасти»

Что известно о судьбе Байкала на сегодняшний день из официальных источников?

«Решение (о переходе Бурятии в Дальневосточный федеральный округ — прим. ИА REGNUM ) никак не повлияет на судьбу федеральных целевых программ по развитию и сохранению озера Байкал. То, что касается Байкала, ничего не меняется. Нацпроекты и Федеральные целевые программы как были, так и остаются, и мы как в них были, так и остаёмся, и может быть, там ещё где-то и прирастём», — подчеркнул глава Бурятии Алексей Цыденов.

В правительстве Бурятии ИА REGNUM сегодня, 6 ноября, сообщили, что вопросы, касающиеся «дальневосточного гектара», будут прорабатываться. В том числе это касается и земель, которые не будут предоставляться в рамках программы.

При этом источник ИА REGNUM, знакомый с ситуацией, заявил, что «дальневосточный гектар» не будет касаться земель на Байкале в ЦЭЗ.

Стоит также отметить, что некоторая информация по этому вопросу прозвучала на пресс-конференции республиканских министров по вопросу перехода Бурятии в состав Дальневосточного федерального округа, которая состоялась 6 ноября в региональном правительстве.

Министр имущественных и земельных отношений Бурятии Маргарита Магомедова подчеркнула, что власти будут «отрабатывать» те территории, которые потенциально могут быть предоставлены (и, соответственно, не могут быть предоставлены) по программе «дальневосточного гектара», действующей на Дальнем Востоке.

По словам Маргариты Магомедовой, чтобы воспользоваться «дальневосточным гектаром», необходимо внести дополнение в ст. 1 Федерального закона от 01.05.2016 № 119-ФЗ, включив Бурятию и Забайкальский край в субъекты, на которых распространяется этот закон.

«Сама концепция закона для нас очень привлекательная, потому что предусматривает упрощенный порядок предоставления земельных участков. Надеюсь, что включение Бурятии позволит использовать максимальные механизмы. Мы сейчас будем отрабатывать те территории, которые потенциально могут быть и не могут быть предоставлены. У нас в Бурятии есть Байкальская природная территория, Центральная экологическая зона, включённые в объект Всемирного наследия ЮНЕСКО. Здесь действует ограничение ст. 27 Земельного кодекса, согласно которой земли, находящиеся в государственной и муниципальной собственности, но расположенные на территории объектов Всемирного природного наследия, не могут быть предоставлены в частную собственность», — приводит словам министра официальный портал правительства Бурятии.

По её мнению, необходимо принять республиканский закон, устанавливающий перечень территорий муниципальных образований, где земля не может предоставляться для реализации 119 ФЗ, то есть для предоставления гектара. При этом должно быть обоснование, почему, на основании каких норм федерального законодательства такое ограничение может быть.

Из слов министра следует, что участки в ЦЭЗ Байкала ограничены в обороте, то есть они не могут быть предоставлены в частную собственность. Однако остаётся ли возможность аренды? Судя по всему, да. Пока, честно говоря, вопросов больше, чем ответов.

Здесь целесообразно привести слова сибирского эколога Кристиана Ринчинова, который видит в произошедших изменениях (в переходе Бурятии в состав ДФО — прим. ИА REGNUM ) «несколько серьёзных угроз». В частности, это «ухудшение и без того сложной координации работы по сохранению Байкала между Бурятией и Иркутской областью как между регионами из разных федеральных округов». Также, по его словам, это «приближение угрозы сокращения Центральной экологической зоны Байкальской природной территории» и «раздача «дальневосточного гектара» на особо охраняемых природных территориях». Об этом эколог написал на своей странице в соцсети «ВКонтакте».

Волнуются за Байкал и жители других регионов. Например, новосибирский политический аналитик и журналист Алексей Мазур на своей странице в Facebook пишет, что не удивится, если главным результатом перевода Бурятии в ДФО станет раздача «гектаров» на берегах Байкала «правильным людям».

Не менее интересные предположения звучат в комментариях под этой записью.

«Так и есть. Только правильные люди — это китайцы», — пишет один из пользователей.

«Вполне возможно. Но. Есть китайский фактор. Китайцы нахрапом осваивают берега озера. А негласно считают Байкал своим», — пишет ещё один пользователь.

«Ну как минимум «в целях превращения Бурятии из глубоко дотационного региона в самостоятельный субъект» можно (нужно) ожидать, мягко говоря, послаблений в том, что касается экологических защитных зон — под предлогом развития туризма и вот этого всего», — подытожил пользователь Facebook.

В то же время «на просторах интернета» существуют и другие мнения:

«Не думаю, что частичная административная подчинённость Иркутской области и Бурятии разным округам играет значимую роль в вопросах сохранения Байкала. В конце концов, можно привести в пример приоритетный проект «Сохранение и предотвращение загрязнения реки Волги». А она протекает, как известно, по территории трёх федеральных округов и 15 субъектов РФ».

В группе «Наш дом — Бурятия!» в Facebook пользователи, за неимением полной информации, шутят, что Бурятии «подарили» Тихий океан, «а Байкал — китайцам».

В связи с этим, кстати, вспоминается недавнее решение по Байкалу федерального уровня, согласно которому произошло существенное сокращение водоохранной зоны Байкала. Экологи тогда высказали опасения, что это решение — зелёный свет для массированного бизнес-освоения берегов Байкала.

Вопросов много, ответов — мало

Все эти комментарии и предположения свидетельствуют о том, что у сибиряков, а теперь и у дальневосточников (Бурятия и Забайкалье) остаётся множество вопросов по поводу произошедших изменений и их последствий. А значит, власти должны как можно быстрее на них ответить. И речь идёт не только о вопросах по Байкалу, а о ситуации в целом.

Насчёт присоединения Бурятии к ДФО даже в отдельно взятом регионе — Бурятии — существуют диаметрально противоположные мнения.

Например, советник главы Бурятии по экономическим вопросам Алдар Бадмаев уверен, что нововведения пойдут республике на пользу.

«Дальнему Востоку в настоящее время оказывается очень большое внимание, и это напрямую сказывается на поддержке всех инвестиционных проектов, особенно в сфере инфраструктуры. Думаю, это крайне важно для Бурятии, тем более что именно сейчас республика продвигает целый ряд проектов и программ, направленных на ускоренное развитие региона. Таким образом, с переходом Бурятии и Забайкалья эти проекты получат новый толчок, более высокие шансы на получение господдержки».

В то же время депутат Народного Хурала Бурятии Баир Цыренов (КПРФ) совершенно не уверен, что передача республики в состав ДФО улучшит ситуацию в регионе:

«Формальные перекидывания и объединения регионов по большому счёту больше похожи на то, как толкут воду в ступе, а не на реальные решения социально-экономических проблем. Подход к таким вещам должен быть гораздо серьёзнее, а простое административное перекидывание регионов не решит никаких проблем. Более того, на мой взгляд, присоединение Бурятии и Забайкалья к ДФО похоже на местечковое решение, как будто бы даже принятое под конкретного человека. У нас в мае сменился министр по развитию Дальнего Востока (министром по развитию Дальнего Востока в мае 2018 года был назначен Александр Козлов, который до этого руководил Амурской областью — прим. ИА REGNUM ), и через непродолжительное время сибирские регионы перекидывают на Дальний Восток. Есть над чем задуматься».

Татьяна Иващенко

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 6 ноября 2018 > № 2783835


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > akm.ru, 6 ноября 2018 > № 2781850

Президент РФ Владимир Путин подписал указ, включающий Республику Бурятия и Забайкальский край в состав Дальневосточного федерального округа. Об этом свидетельствует сообщение пресс-службы Кремля.

Ранее регионы входили в состав Сибирского федерального округа.

В ДФО, кроме Забайкальского края и Бурятии, включены: Якутия, Чукотский автономный округ, Еврейская автономная область, Амурская, Магаданская, Сахалинская области, а также Камчатский, Приморский и Хабаровский край.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > akm.ru, 6 ноября 2018 > № 2781850


Россия. ДФО. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 5 ноября 2018 > № 2784226

В ГЛУХОМ ЛАБИРИНТЕ ФИЛЬТРОВ

Практика показывает, что политические технологии рано или поздно себя исчерпывают и начинают работать в минус.

Наглядный пример - скандалы на выборах в четырех регионах, где так называемый муниципальный фильтр не смог остановить кандидатов от оппозиции.

Тема фильтров обсуждалась на заседании ЦИК, где представители парламентской оппозиции категорически высказались за их отмену. И правда, почему горстка муниципальных депутатов должна решать, кому выдвигаться в губернаторы?! И только первый заместитель главы центрального исполкома ЕР Максим Жаворонков не постеснялся заявить, что фильтр «хорошо справляется со своей задачей». Еще бы: для них - хорошо!

Фильтр изначально ставит под сомнение честность и легитимность выборов, но в нынешнем сентябре на фоне всеобщего возмущения пенсионной реформой он вдруг перестал работать. Через него пропустили лишь второстепенных кандидатов от оппозиции, но люди все равно отдали им голоса, настолько сильно было отторжение от ЕР.

Тогда власть решила применить другие «фильтры». Перед вторым туром в Хабаровске и Владимире кандидатов от ЛДПР стали подкупать высокими должностями, чтобы расчистить дорогу своим. Но даже Жириновский не пошел на столь позорный размен.

В Хакасии другая технология: заставили последовательно сниматься всех конкурентов лидирующего представителя КПРФ. А когда он остался единственным кандидатом, попытались по смехотворному поводу отстранить и его. Но возмущение населения сразу зашкалило, и из Москвы дали команду «отставить».

Особый случай в Приморье, поскольку и цена региона особая. Там отменили результаты второго тура из-за многочисленных нарушений. Только это не нарушениями называется. Статья 142.1 УК РФ «Фальсификация итогов голосования» гласит, что «включение неучтенных бюллетеней в число бюллетеней, использованных при голосовании...» и прочие подобные деяния наказываются от крупного штрафа до лишения свободы на срок до четырех лет.

Фальсификации официально признаны ЦИК. В Приморье послали большую команду чиновников и правоохранителей. Но и спустя полтора месяца не слышно ни о каких наказаниях и уголовных делах! Из чего следует, что московские политтехнологи просто развели приморских избирателей.

Как рассказали в КПРФ, за отказ фактического победителя прошлых выборов А. Ищенко от участия в новых администрация президента предложила ему пост сенатора или вице-губернатора. Коммунисты не согласились. Тогда включили другую технологию: в первый день приема кампании местная ЦИК приняла документы от 12 претендентов в губернаторы. Расчет на то, что сторонники власти отдадут голоса кому велено, а голоса остальных избирателей размажутся, как каша по тарелке, среди десятка оппонентов.

Так работает наша власть, подменяя политику технологиями, честную конкуренцию фильтрами, а стратегию развития сохранением статус-кво, то есть застоя. Похоже, крепко она запуталась в этих симулякрах...

Павел Максимов.

Россия. ДФО. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 5 ноября 2018 > № 2784226


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 4 ноября 2018 > № 2782673

Путин изменил границы Сибири и Дальнего Востока

Президент России Владимир Путин изменил границы двух федеральных округов. Республика Бурятия и Забайкальский край перешли из состава Сибирского федерального округа (СФО) в Дальневосточный федеральный округ (ДФО).

Документ размещен на официальном интернет-портале правовой информации. Согласно указу, в состав ДФО вошли Республики Бурятия и Саха (Якутия), Забайкальский, Камчатский, Приморский и Хабаровский края, Амурская, Магаданская и Сахалинская области, Еврейская автономная область, а также Чукотский автономный округ. Сибирский федеральный округ стал соответственно на два региона меньше.

Согласно указу, правительство в течение трех месяцев внесет изменения в свои акты. Кроме того, руководителю администрации главы государства поручено утвердить штатную численность аппаратов полпредов в указанных федеральных округах.

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 4 ноября 2018 > № 2782673


Украина. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 3 ноября 2018 > № 2782546

«Отправить на завод»: депутат не смог отменить пенсии

В Госдуме раскритиковали заявление ярославского депутата о пенсиях‍

В «Единой России» заявили, что слова депутата Ярославской городской думы Дмитрия Петровского о необходимости отмены пенсий по старости не отражают позицию партии, и указали, что такие предложения может выносить только безответственный человек. В Сети также раскритиковали инициативу регионального политика, предложив отправить его работать на завод.

Слова депутата Ярославской городской думы от «Единой России» Дмитрия Петровского о необходимости отмены пенсий по старости не являются позицией партии, заявил первый заместитель руководителя фракции по законопроектной деятельности в Госдуме Андрей Исаев.

«Говорить такие вещи мог только безответственный человек. В России уже сложилась пенсионная система. Были изменены ее параметры. Но при этом эта система существует, она обеспечивает работу Пенсионного фонда. Выплата пенсий — важнейшая задача государства», — цитирует парламентария РИА «Новости».

В своем исходном заявлении Петровский выразил уверенность в необходимости ликвидировать Пенсионный фонд РФ, продать все ведомственное имущество, а чиновников отправить работать в другие места, передает ФАН.

«Лично я за отмену вообще понятия — пенсионный возраст, каждый должен сам определять сколько ему работать, и каждый должен сам определять на что и как он будет жить, выйдя на пенсию. Пенсионный фонд и пенсия — должны быть только по инвалидности. Так что я против повышения возраста выхода на пенсию, так как против самой идеи пенсии», — написал региональный чиновник на своей странице в фейсбуке.

В Сети также раскритиковали данное заявление.

«Ждем исключения данного хама из депутатов, пусть на завод идет работать, а то жиром весь заплыл», «Таких депутатов, нужно переводить срочно на «новое место работы», а именно в Магадан на Колыму. Дальневосточный гектар дать, и пусть на свежем воздухе заготавливают лес для страны, моют золотишко. Глядишь за года три-четыре ума наберется», «Почему-то все эти народные избранники пытаются принести пользу Отчизне только за счет народа?», — пишут пользователи.

Необходимо добавить, что ранее Госдума приняла законопроект, который предлагает депутатам и сенаторам добровольно отказаться от ежемесячной доплаты к пенсии, передает НСН.

В прошлом месяце стало известно, что россияне не рассчитывают жить на одну только пенсию при достижении нетрудоспособного возраста. По данным опроса, проведенного рекрутинговым агентством SuperJob, треть россиян намерены работать на пенсии, 19% респондентов рассчитывают на личные сбережения, 3% надеются на помощь детей, и примерно столько же — на инвестиции в негосударственные пенсионные фонды (НПФы). Среди других вариантов дохода опрошенные предлагали получение средств от сдачи в аренду недвижимости, продажи продуктов подсобного хозяйства и изделий ручной работы.

При этом средний размер пенсии, на который бы согласились россияне, составляет 37,3 тысячи рублей в месяц. Примечательно, что в 2016 году в ходе аналогичного опроса этот показатель составил 35,2 тысячи рублей. При этом у мужчин запросы на три тысячи рублей больше, чем у женщин: представители сильного пола хотели бы получать на пенсии 38,9 тыс. руб., их вторые половины — 35,8 тыс. рублей.

Стоит отметить, что повышение общеустановленного пенсионного возраста в России вовсе не означает, что тем, кто собирался на пенсию в ближайшие годы, придется ждать до 60 или 65 лет. Для комфортной адаптации россиян к новым параметрам предусмотрен плавный переходный период, который продлится в общей сложности 10 лет. В первые четыре года, начиная с 2019-го, возраст выхода на пенсию будет повышаться только на полгода в год, в следующие шесть лет с 2023-го шаг не изменится, однако повышение будет происходить по году в два года.

Переходным периодом смогут воспользоваться и те, у кого право на пенсию возникает не по достижении определенного возраста, а при выработке специального стажа. Например, врачи, учителя, актеры театра и балета. Минимально необходимая выслуга лет для получения пенсии у них не меняется, при этом момент назначения пенсии после приобретения выслуги будет постепенно переноситься на время от полугода до пяти лет в соответствии с переходным периодом. Преподаватель вуза, который в феврале 2019 года выработает необходимый педагогический стаж, сможет назначить пенсию уже через шесть месяцев, то есть в августе.

По схожему принципу будут выходить на пенсию и жители северных регионов, для которых сохраняется большинство пенсионных льгот. Как и раньше, право на досрочную пенсию им обеспечат 15 лет стажа на Крайнем Севере или 20 лет в приравненных местностях, а также 20 или 25 лет страхового стажа в зависимости от пола. При этом возраст, с которого северяне смогут обратиться за пенсией, будет повышен на пять лет: до 55 лет для женщин и до 60 лет для мужчин. Увеличение также будет происходить постепенно, в соответствии с переходным периодом.

Некоторым северянам тем не менее адаптироваться к новому пенсионному возрасту не придется, поскольку для них он повышен не будет. Изменения не коснутся малочисленных коренных народов Севера, которые в зависимости от пола выходят на пенсию в 50 или 55 лет, а также северянок, воспитавших двух и более детей – при наличии необходимого северного и страхового стажа пенсия им положена начиная с 50 лет.

Аналогично повышение пенсионного возраста не затронет и многих других россиян. Например, многодетных матерей с пятью и более детьми, которые при наличии страхового стажа в 15 лет, как и раньше, смогут выходить на пенсию в 50. Для работников, занятых во вредных и опасных условиях труда, пенсионный возраст, равно как и прочие условия досрочного выхода на пенсию, также останутся полностью без изменений.

Украина. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 3 ноября 2018 > № 2782546


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 октября 2018 > № 2777752 Юрий Трутнев

Национальную программу развития Дальнего Востока на период до 2025 года с перспективой до 2035 года должны разрабатывать не чиновники в московских кабинетах, а сами дальневосточники, считает вице-премьер РФ, полпред президента в ДФО Юрий Трутнев. Об этом, а также о том, куда все жители Дальнего Востока смогут отправить свои предложения и почему такой механизм работы над документом вызвал у чиновников когнитивный диссонанс, он рассказал в интервью РИА Новости. Беседовала Марина Луковцева.

— Юрий Петрович, планируется разработать национальную программу развития Дальнего Востока. Что даст этот документ простым дальневосточникам?

— Я очень надеюсь, что программа станет документом, который опишет будущее для всего Дальнего Востока в целом и для каждого жителя макрорегиона в частности. Мы абсолютно уверены в том, что ни одного человека, который обладает правом на истину в последней инстанции, нет. Каждый человек видит какую-то свою часть жизни, у каждого свои идеи, поэтому мы бы хотели, чтобы программа развития Дальнего Востока была создана не в московских кабинетах, не чиновниками министерства или правительства или какими-то умными экспертами. Я бы очень хотел, чтобы в подготовке документа приняли участие все те жители Дальнего Востока, которым небезразлично будущее, небезразлична страна, которые верят в Россию, верят в то, что мы будем развиваться. И мы бы хотели получить от них предложения, мысли. Собственно говоря, из этого и будет состоять программа.

Мы уже встречались в первом приближении с коллегами. Они пришли ко мне с набором целей, но я их немного притормозил. Говорю: давайте все-таки не так. Да, у нас есть цели, которые поставил президент Российской Федерации, у нас есть цели, которые мы считаем для себя важнейшими, но тем не менее давайте не будем спускать программу сверху, давайте сделаем так, чтобы она выросла, начиная с уровня поселков, городов, краев.

— Как это можно осуществить?

— Мы договорились так, что обсуждение программы пойдет в три слоя. Первый слой — предложения от всех жителей Дальнего Востока.

В середине ноября Минвостокразвития должно прийти ко мне с предложениями по организации этой работы. Она будет во многом основана на использовании электронных сервисов, чтобы люди не ходили, не теряли время, чтобы был сайт, где они могли обратиться с просьбой, предложением, идеей. Его только предстоит разработать, он должен быть удобен, прозрачен, в нем необходимо предусмотреть возможности для рейтингового голосования. То есть мы, например, будем проводить опросы, какие проблемы люди считают самыми важными. Понятно, что именно эти опросы помогут нам правильно донастроить программу.

Будет правильно для тех, кто предпочитает традиционный вид общения, предоставить возможность подачи заявлений в письменном виде.

Полученные в электронном и письменном виде обращения будут обрабатываться и обобщаться на уровне субъектов Российской Федерации. Затем в регионах должны пройти обсуждения этих предложений. Я думаю, что с этим должны будут выступить губернаторы перед активом регионов, чтобы защитить свои предложения, предложения конкретного региона в национальную программу развития Дальнего Востока.

Второй слой предполагает участие государственных институтов и объединений граждан, которые, на наш взгляд, очень важны, их участие просто необходимо. К таким институтам относятся Государственная дума, Совет Федерации, предпринимательские сообщества, такие как Торгово-промышленная палата, Российский союз предпринимателей, "ОПОРА России", а также Общественная палата, молодежные объединения.

То есть принцип, по которому одним дается право слова, а других слушать не будем, не должен применяться. Еще раз подчеркну, что мы должны дать возможность, чтобы все люди, у которых есть идеи, мысли, смогли принять участие.

У нас будет своего рода координирующий орган, который будет состоять прежде всего из руководителей дальневосточных регионов, Минвостокразвития, блока правительства. Мы обязательно включим в эту работу руководителей всех профильных министерств, которые должны работать. Я бы назвал это редакционной комиссией, задачи которой выстроить все предложения в единой логике, под единые цели.

Очень хочется, чтобы в этой работе каждый человек увидел ответы на свои вопросы, решение своих проблем. Если у нас это получится, значит, мы победим. Скажу честно, я не рассматриваю национальную программу развития Дальнего Востока как сугубо задачу правительства. Только усилиями правительства ни одна страна не развивается, так не бывает. Поэтому обсуждение программы нам нужно не только для того, чтобы учесть все мнения, но и для консолидации людей на решение общих задач. Потому что если каждый не будет трудиться, если каждый не будет вносить свой вклад в развитие территории, то шансы на победу у нас минимальные.

— Предложен поистине революционный механизм работы над документом. Обычно такие программы создаются именно правительством и экспертами. Мне казалось, участие жителей Дальнего Востока сведется к голосованию "согласен — не согласен".

— И сколько у нас созданных таким образом документов?! При этом мы еще не все счастливы. Хочу наоборот.

— Правильно я понимаю, что любой человек, живущий на Дальнем Востоке, сможет предложить, например, разбить в его селе сквер или построить больницу?

— Да, обращаться можно с любыми предложениями. Но думаю, мы немножко постараемся помочь людям. Если мы просто сейчас скажем: валите все в одну большую кучу — ямы на дорогах, недостаток мест в поликлинике, скверы и многое другое, а мы потом все это по корзинам рассортируем, — это, конечно, возможно. Но правильнее сделать по-другому. Причем и людям будет легче, если мы заранее уже на самом сайте сделаем эти "корзины", сформулируем и зададим вопросы, что надо сделать для благоустройства, на ваш взгляд, что нужно в медицине, что в транспортной доступности, спорте, культуре.

— Как отнеслись к такой идее работы над нацпрограммой ваши коллеги в правительстве? Возмущения, что это усложнит работу над документом или даже противодействия, не ощутили?

— Я вам страшный секрет раскрою. Если мне президент Владимир Путин ставит задачу, то на препятствия, которые встают на пути, я внимания особо не обращаю. Я исхожу из того, что если есть воля президента, то я обязан ее исполнить, а если я ее не могу исполнить, то мне просто надо другими делами заниматься. Вот поэтому я не вижу никакого противодействия, никакого сопротивления.

Мы настроены на большую работу. Отмечу еще один важный момент. Наивно предполагать, что вот мы сейчас эти предложения от людей соберем, потом с министром по развитию Дальнего Востока Александром Козловым засучим рукава и за пять лет сделаем всех счастливыми. Тяжеловато будет! Мне представляется, что национальная программа — это программа, состоящая и из слоев ответственности губернаторов на региональном уровне, руководителей муниципальных образований на своем уровне, правительства на своем. Причем правительства не только в блоке развития Дальнего Востока, но и остальных министерств и ведомств.

Например, в указе президента поставлены цели, связанные с повышением продолжительности жизни. При всем нашем старании без Минздрава, Минспорта эту задачу не решить. Поэтому нам еще надо будет в контур национальной программы развития Дальнего Востока вписать территориальные разделы отраслевых программ. Надо будет вписать туда то, что будет происходить отдельно по здравоохранению на Дальнем Востоке, культуре, спорту, транспорту, промышленности. Чтобы все это получилось, нам предстоит довольно серьезный диалог со всеми министерствами.

К такому серьезному объему работы мы готовились — не сегодня задумались о том, как это сделать. Прошло два очень важных для нас мероприятия: обсуждение вопросов работы национальных проектов на территории Дальнего Востока на правительственной комиссии под руководством Дмитрия Медведева на Камчатке, а после этого — заседание президиума Государственного совета под руководством Путина во Владивостоке. Поставлены задачи, чтобы каждая национальная цель была выполнена в каждом субъекте РФ на Дальнем Востоке.

Начинали мы не так оптимистично. Когда я первый раз собрал здесь, в своем кабинете, глав министерств, они меня убеждали, что в среднем по России все хорошо. Я говорю: стоп-стоп, в среднем по России не подходит, надо, чтобы в каждом субъекте Дальнего Востока все было сделано. И увидев в глазах министров некий когнитивный диссонанс, понял, что мне, вероятно, будет трудно справиться одному с позицией всех министерств, поэтому попросил поддержки на заседаниях и правительственной комиссии, и президиума Государственного совета. Поддержку получил — министерствам дали совершенно четкие, даже жесткие задачи, и сейчас все уже гораздо проще. Сейчас будем в рамках этих задач искать решения.

— То есть еще на этапе разработки нацпрограммы все министры, главы регионов, муниципалитетов будут принимать активное участие и параллельно ощутят степень ответственности?

— Да, это позволит им и определиться с участком ответственности, и все учесть. Хочу отметить, что этот год стал переломным. Мы в корне изменили целеполагание. Более четырех лет мы работали практически только на развитие экономики, привлечение инвестиций. Если вы мне зададите вопрос, который я сам себе регулярно задаю, раскаиваюсь ли я в таком целеполагании, ответ будет — нет. Я считаю, что мы были правы. Конечно, мы могли бы сделать наоборот, как до нас уже делали. Мы могли бы собрать все проблемы в социальном, культурном развитии, в состоянии дорожного хозяйства, инфраструктуры, прийти со всем этим к президенту и сказать: Владимир Владимирович, видите, сколько проблем на Дальнем Востоке, триллиона на три… И что дальше? Ждать, что кто-то откуда-то достанет эти три триллиона и нам даст, довольно странно. Развивая экономику, привлекая триллионы рублей в экономику Дальнего Востока, мы получаем фундамент для того, чтобы на этом фундаменте решать и социальные проблемы. И с этого года мы это начали.

К примеру, взять программу развития центров экономического роста. Конечно, не надо преувеличивать ее масштабы — там 199 объектов, на которые выделяется более 53 миллиардов рублей. Понятно, что для развития социальной сферы на Дальнем Востоке этих средств недостаточно. Поэтому взялись сначала за центры экономического роста. А вот национальная программа — совершенно другая ипостась. Она как раз дает возможность не усилиями одного министерства, а всех — правительства, субъектов РФ, муниципалитетов — действительно решать задачи совершенно другого уровня. Но чтобы решать их абсолютно точно, четко учитывать все чаяния людей, нам и нужно такое практически всенародное обсуждение.

— Когда должны приступить к обсуждениям национальной программы развития Дальнего Востока?

— Сроки у нас довольно жесткие. Мы должны в июне 2019 года сдать программу в правительство уже в готовом виде. Для того чтобы ее сдать в июне в правительство, нам надо с начала декабря уже приступить к обсуждению, о котором я сказал. К этому моменту должны быть подготовлены все электронные сервисы, режим обсуждения, редакционные группы. С губернаторами мы обязательно встретимся, проведем советы глав, обсудим это все подробно и начнем вместе работать.

Я считаю, что первый слой — сбор всей информации — мы должны закончить до марта 2019 года. То есть в марте мы должны начинать обрабатывать информацию, потому что массив, я уверен, будет большой, потому что, убежден, людей, которые думают о своем будущем, думают о будущем своих детей, у нас подавляющее большинство. Я надеюсь на активное участие жителей Дальнего Востока. И с марта пойдут обсуждения с коллегами по правительству, представителями общественных и бизнес-объединений.

— Какова цель визита в Японию — обсудить реализующиеся на Дальнем Востоке с участием японской стороны проекты или наметить новые?

— Здесь существует определенный разрыв. Я присутствовал на встречах президента РФ с премьер-министром Японии. И каждый раз премьер-министр Японии говорит, что они заинтересованы в развитии отношений с Россией, что хотят развивать совместные проекты. Представляется девять направлений сотрудничества, по которым все должно двигаться. Но двигается пока не очень быстро.

В этой связи, поскольку Дальний Восток является самый ближайшей частью России к Японии, я ощущаю свою ответственность за развитие торгово-экономических отношений с Японией, поэтому я буду стараться разбираться, что необходимо для того, чтобы японских инвестиций пришло в Россию, на Дальний Восток больше, что надо сделать для поддержки проектов. У нас создан ряд инструментов, создана совместная с Банком международного сотрудничества Японии платформа, которая пока дает не совсем ту отдачу, которую мы хотели бы видеть. Это рабочий визит, направленный на снятие препятствий в развитии нашего сотрудничества. Мне представляется это важным.

Кроме того, сейчас идет перекрестный год России и Японии, проводятся культурные и спортивные обмены. В частности, на время моего приезда приходится выступление ряда наших спортсменов по единоборствам, боевым искусствам. Я являюсь одним из сопредседателей Российского союза боевых искусств. И мне кажется, что это тоже неплохая история.

— А сами там в боях участвовать не собираетесь?

— Не думаю, что мне надо с кем-то вставать в спарринг в Японии. Но если это, скажем так, окажет положительное влияние на развитие торгово-экономических и политических связей, то я готов.

— Раз уж мы про спорт, кто ваш постоянный спарринг-партнер? Не поддается ли он вам, все-таки целый вице-премьер напротив?

— Он чемпион России. Весит он килограммов, наверное, на двадцать больше меня, поэтому поддаваться он не умеет по определению. Упрямый. Мы достаточно давно работаем с ним как со спарринг-партнером. Всегда стараюсь это делать, когда получается по времени. Скажу честно, я и министром не ленился, и помощником президента, но вот сейчас времени становится все меньше и меньше. И вчера вечером, например, тренировался с десяти до полдвенадцатого. И приглашать на такое время спарринг-партнера уже стыдновато. Поэтому тренировался один.

Мне спарринг-партнер нужен для отработки техники боя, потому что работа с тренажерами, снарядами в полной мере боя не заменит. Ты меньше двигаешься, тебе не надо защищаться, руки можно опустить, сам регулируешь темп и время. А вот когда ты работаешь со спарринг-партнером, так не получится. Секундомер включили — и ты атакуешь, и тебя атакуют. И нет возможности сказать: извини, я сейчас отдохну, а потом дальше продолжим. Поэтому спарринг-партнер нужен, но еще раз говорю, получается не всегда. Поддаваться он мне не поддается, он вообще ничему не поддается, по-моему.

— Как со своим графиком совмещаете спорт?

— Почему-то все считают, что если человек занимается спортом, то это какие-то суперволевые усилия с его стороны. Хочу вас разочаровать, это не так совсем.

Спорт — это своего рода зависимость. Если ты уже занимаешься, то приходишь домой в любое время, в любой степени усталости, а организм говорит: ты с ума сошел что ли, ты же не двигался сегодня совершенно, сидел в кресле, ну-ка быстро иди заниматься. Это требование такое настоятельное, от этого никуда не деться. У меня и дети такие же. Они тоже приползают домой после тренировки часов в одиннадцать, потом захожу в детскую — они уроки делают. Отправляю спать — "Папа, а я еще уроки не сделала". Ну что с этим делать?! Я пожимаю плечами, а потом с утра вытряхиваю из кровати бедного человека.

Марина Луковцева.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 октября 2018 > № 2777752 Юрий Трутнев


Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 13 сентября 2018 > № 2775772 Виктор Ларин

Новая геополитика для Восточной Евразии

Виктор Ларин

Тихоокеанская Россия снова на периферии

Виктор Ларин – доктор исторических наук, член-корреспондент РАН, заведующий Центром азиатско-тихоокеанских исследований Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, профессор Дальневосточного федерального университета.

Резюме Москва переориентирует свою повестку с АТР на «Большую Евразию». В ней территория Тихоокеанской России априори предстает окраиной гипотетически единого евразийского пространства. Это возвращает восточным районам страны привычный статус двойной периферии: восточноазиатской и евразийской.

Восточная Азия или, оперируя модными ныне терминами, Восточная Евразия стоит на пороге существенных изменений как своего места в мировой политической и экономической системе, так и характера внутрирегиональных связей. Четыре великих державы, считающие этот небольшой по площади регион сферой своих жизненных интересов, – Китай, Россия, США и Япония – никак не найдут приемлемую платформу для превращения его в зону мирного и стабильного развития. Непросто определить в этой конструкции место уже глобального Китая, самолюбивой Японии, амбициозной Южной Кореи и многоликой Юго-Восточной Азии, тем более что каждый из этих игроков имеет собственное видение будущего и понимание сложившейся ситуации.

По мере замедления темпов роста КНР и перенесения фокуса ее экономической активности на центральную и западную часть континента гравитационное притяжение Северо-Восточной Азии слабеет. Протекционизм Вашингтона меняет характер его экономических отношений со странами Восточной Азии. Инициативы Ким Чен Ына несколько ослабили градус военно-политической напряженности во всем регионе и реанимировали надежды на разрешение корейской проблемы. Наконец, Москва переориентирует свою геополитическую повестку с Азиатско-Тихоокеанского региона на «Большую Евразию», параллельно опробуя новую модель экономического освоения восточных районов России. В этой повестке территория Тихоокеанской России априори предстает как окраина гипотетически единого евразийского пространства, что возвращает восточным районам страны исторически привычный им статус двойной периферии: восточноазиатской и европейской, или же, если использовать координаты евро-азиатской интеграции – евразийской периферии.

В этих условиях нерационально тратить время и энергию на обсуждение «поворота России на восток», ее «интеграции в АТР» или «приоритетное развитие Дальнего Востока». Вероятно, в российской столице эти существительные с признаками движения («поворот», «интеграция», «развитие») вызывают энтузиазм, эмоции и кажутся настоящими, но на берегах Тихого океана они все больше воспринимаются как очередной эксперимент кремлевских мечтателей и инструмент для «рационального использования» бюджета. Частота произнесения ритуальных слов не сопровождается притоком капитала, новыми управленческими решениями, стабилизацией демографической ситуации в регионе. «Территории опережающего развития», «свободные порты», «дальневосточный гектар», как и созданные для управления ими бюрократические структуры, не оправдывают возлагавшихся на них надежд. Переориентация России в сторону Большой Евразии подтверждает прогнозы о скором завершении не первой в истории попытки «интенсивного освоения Дальнего Востока», а также теорию цикличности российских «поворотов к Востоку» и политик по развитию восточной периферии.

Это, однако, не снимает с повестки дня саму проблему. Если Москва по-настоящему хочет изменить судьбу восточных окраин России, необходимо осознать глубину происходящих в Тихоокеанской Азии тектонических сдвигов.

Конец старого мира: коллизии мирового и регионального развития

Кардинальные изменения в конфигурации мира, балансе и расстановке сил в глобальной политике, стимулах и направлениях движения международной экономики не могли не повлиять на обстановку в Восточной Евразии. Наименование непринципиально: Восточная или Тихоокеанская Азия либо Западная Пацифика – это все дело вкуса и мировоззренческих пристрастий. Вне зависимости от названия регион на глазах трансформируется в принципиально новую геополитическую и экономическую реальность, где не только Китай и КНДР, но уже Япония, Южная Корея, страны ЮВА пытаются делать акцент на самостоятельную внешнюю политику, основанную на примате национальных интересов.

Из многочисленных последствий этих изменений решающими для Восточной Евразии являются два.

Первый – относительное ослабление политического влияния гегемона (США), происходящее вследствие глубокого кризиса либерализма. Запад с его еще недавно «универсальными человеческими ценностями» быстро теряет привлекательность на Востоке. Он по-прежнему уверен в своей исключительности, агрессивно отстаивает право судить и вразумлять остальной мир, но каждый его шаг только ускоряет деградацию. Проблемы Евросоюза и социально-политический раскол американского общества тщательно анализируются и оцениваются в сильно европеизированной, но по-прежнему конфуцианско-буддийской Восточной Азии, побуждая ее все более дистанцироваться от дискредитирующей себя «Европы».

С этим процессом связан второй фактор – самоопределение КНР как глобальной державы. К концу первого десятилетия XXI века Китай стал державой номер два в экономике и мировой торговле (с претензией в ближайшем будущем занять первые позиции на обоих направлениях), создал современную и мощную военную машину, набрал солидный политический вес и престиж, прочувствовал свое новое качество, взвесил все плюсы и минусы пребывания на мировом Олимпе и созрел для признания неизбежности превращения в глобальную державу. Китайские руководители «пятого поколения» отважились отойти от заветов «мудрого Дэна» и объявили о готовности взять на себя часть ответственности за решение мировых и региональных проблем. Китай становится центром притяжения для многих государств, что и демонстрирует их реакция на инициативу «Пояса и пути» Си Цзиньпина.

На сегодняшний день в Тихоокеанской Азии возник вакуум силы, в котором сосуществуют и соперничают два полюса, два лидера: старый – Соединенные Штаты и новый – Китай. Это именно полюса притяжения, но не центры силы в традиционном понимании. Поскольку Вашингтон откровенно демонстрирует, что более не намерен жертвовать своими внутренними интересами ради безопасности союзников, он теряет магнетизм. Пекин же целенаправленно и последовательно обретает влияние. В подспудном соревновании США и Китая за Восточную Евразию еще семь десятилетий назад возникли и по сей день доминируют несколько точек, где интересы четко обозначены и сталкиваются напрямую (Тайвань, Корейский полуостров), но еще больше сфер, где продолжается жесткая подковерная борьба.

Главным трендом современного развития Восточной Евразии стал переход инициативы в руки Пекина, в том числе вследствие растущей отстраненности Вашингтона. Стратегические устремления и повседневные потребности КНР не только диктуют логику его поведения, но и становятся ориентиром для других государств, которые, с одной стороны, намерены извлечь выгоду из планов и проектов китайского руководства, с другой – закономерно опасаются ущемления своих интересов, с третьей – конкурируют с ним за жизненное пространство, ресурсы и рынки.

Япония и Южная Корея аккуратно высвобождаются из-под абсолютного влияния Вашингтона, маневрируют в отношениях с Пекином и модернизируют стратегические подходы к России. Рост комплексной мощи КНР стал для обеих держав мотивом для перестройки отношений с Москвой в конкуренции за экономическое присутствие в Сибири и на Дальнем Востоке. Эта конкуренция имеет в большей степени виртуальный, чем реальный характер, и силу ее воздействия на их внешнюю политику замерить невозможно, но и не учитывать ее нельзя.

На карте региона появился новый амбициозный, изощренный и не признающий устоявшихся правил ядерный игрок – Северная Корея. Демонстративное миролюбие и дипломатическая активность Ким Чен Ына, проявленные весной 2018 г., обусловлены не только эйфорией от успехов ракетно-ядерной программы, но и стремлением поиграть на противоречиях между США и Китаем, вовлечь в свои игры другие страны, в том числе и Россию. Формальное согласие Белого дома на американо-северокорейский саммит – победа Пхеньяна в длительной идеологической «борьбе с империализмом». Каковы бы ни были результаты, ситуация на Корейском полуострове уже не будет прежней.

В эту меняющуюся конфигурацию придется встраиваться Москве, если она намерена найти и обеспечить России нишу, адекватную ее интересам и потенциалу. Пока такая ниша не определена ни в экономической, ни в политической сфере, будучи невнятно обозначена как «достойное место в Азиатско-Тихоокеанском регионе».

Новые проекции двусторонних отношений в Восточной Евразии

В начале XXI века в результате провала интеграционных устремлений, так и не достигнутых многосторонних договоренностей по вопросам региональной безопасности и свободной торговли, основой международных отношений в Северной Пацифике остаются, как и прежде, двусторонние связи. Тем не менее они переживают трансформацию. Главной тенденцией становится растущая самостоятельность региональных акторов, ориентирующихся прежде всего на свои национальные интересы.

Глубочайшая экономическая взаимозависимость США и КНР (объем взаимной торговли в 2017 г. составил 687 млрд долларов), а также неуверенность в гарантированной победе в случае прямой конфронтации заставляют американцев осторожничать. Пекин, со своей стороны, ведет себя как разрастающаяся империя в отношении империи в стадии упадка. Диаметрально противоположные взгляды Пекина и Вашингтона на мировое устройство и управление являются главным препятствием к тому, чтобы две столицы договорились о разделении ответственности за будущее планеты. Они способны лишь ограниченно сотрудничать в отдельных сферах, но США не воспримут китайскую модель многополярного мира, а Китай не согласится на сохранение американского доминирования.

Отношения Китая с Японией, Южной Кореей, странами ЮВА выстраиваются на платформе из сложнейшей комбинации экономических интересов, цивилизационных аллюзий, исторических обид, военно-политических и бюрократических расчетов, реальных и призрачных ценностей и личностных предпочтений.

Стратегическая неопределенность сохраняется на Корейском полуострове. Пхеньян, поднаторевший в том, как провоцировать и сталкивать лбами своих противников, продолжает стравливать Китай и Соединенные Штаты, пытаясь вовлечь в игры Россию. Сеул, сохраняя приверженность альянсу с США, дипломатично дистанцируется от антироссийских санкций. Новая северная политика Мун Чжэ Ина еще не обрела ясной формы, но ставит южную часть Тихоокеанской России в центр краткосрочной стратегии по объединению Кореи путем вовлечения Севера в совместные экономические проекты. Пекин, продолжая терпеть своего ненадежного союзника – КНДР, без сомнения, выработал несколько сценариев действия на Корейском полуострове. Ни один из них не предполагает американского доминирования в регионе, но каждый учитывает глобальные последствия конфликта.

Япония, расставшись с надеждами на региональное лидерство и не будучи уверена в том, что Америка всегда придет ей на помощь в соперничестве с Китаем, не скрывает желания вырваться из-под плотной опеки Вашингтона, надеется выстоять в жесточайшей экономической конкуренции с КНР и разорвать путы экономически глобальной, но политически региональной державы. Премьер-министр Синдзо Абэ рассчитывает найти ключик к Владимиру Путину и выполнить предвыборные обещания – продвинуть решение проблемы Северных территорий, естественно, в русле японских интересов.

Для России по объективным причинам главным партнером в регионе является Китай. Еще осенью 2010 г. руководители России и КНР практически в унисон заговорили о «новой главе» (Дмитрий Медведев) и «новом старте» (Ху Цзиньтао) межгосударственных отношений. «Новый исторический старт» официально закреплен в коммюнике по итогам саммита Путин – Ху в июне 2012 года. Даже беглый взгляд на подписанные тогда документы показывает, что касается этот «старт» не экономических и гуманитарных связей, где стороны не смогли предложить друг другу ничего принципиально нового, а глобальной политики, обеспечения безопасности (продвижение российско-китайской инициативы по формированию в АТР «архитектуры безопасности и устойчивого развития») и фиксации нового формата отношений – «всеобъемлющего равноправного доверительного (выделено мной. – В.Л.) партнерства и стратегического взаимодействия».

О необходимости «двум мировым державам» совместно прилагать усилия для «вступления российско-китайских отношений в новую эпоху» Си Цзиньпин написал в марте 2018 г. в поздравительной телеграмме Путину по случаю его избрания на должность президента. Задачей сторон, особенно актуальной в свете давления Соединенных Штатов, является наполнение ритуальной фразы конкретным, главным образом экономическим, содержанием.

На окраине Большой Евразии

Важной тенденцией глобального развития начала XXI века стало перемещение центра мировой активности из выпестованной Вашингтоном политической конструкции под названием Азиатско-Тихоокеанский регион на просторы Евразийского континента. Конструкт АТР оказался недолговечным. Причиной тому не столько аморфность и громоздкость региона, сколько тот факт, что его задачей было подстроить эту часть мира под американское видение мира и интересы, выдаваемые при этом за общие. Игра на американской поляне априори проигрышна для других крупных участников, в том числе Китая и России. Первыми это осознали в Пекине. Инициатива «Пояса и пути», ориентированная в противоположном от АТР направлении (хотя и не исключающая его использование в интересах Пекина), обозначила поворот головы китайского дракона в сторону Евразийского континента. Идея создания общеевропейского экономического пространства, впервые прозвучавшая из уст российского президента осенью 2010 г. и некоторое время сосуществовавшая с концептом «тихоокеанской интеграции», постепенно стала доминирующей и в России.

Тем не менее «формирование единого экономического пространства от Атлантики до Тихого океана» остается сомнительной, но теоретически возможной перспективой. Хотя предложенная президентом России идея переживает пик популярности среди российской бюрократии, наивно надеяться, что политика регионализма и экономическая интеграция сами по себе объединят, расслабят и примирят страны, народы, культуры и цивилизации Евразии, заставят их одолеть веками копившиеся недоверие, обиды, противоречия. Политическая, экономическая и культурная мозаика на континенте слишком сложна, чтобы предполагать возможность такого объединения в обозримом будущем.

Перенос геополитических акцентов с Тихого океана на Евразию автоматически снижает значение Северо-Восточной Азии как региона. Тем более что ожидания, связанные с ним, не оправдались. Он не стал локомотивом мирового экономического развития. Международная экономическая интеграция в СВА, о которой мечтали последние три десятилетия и которая предполагала мощную синергию развития региона на основе объединения японских капиталов и технологий, южнокорейского менеджмента, китайской и северокорейской рабочей силы и российских природных ресурсов, не состоялась. Слишком велики и непреодолимы политические, исторические, культурные и психологические барьеры. На сегодняшний день неприятие ядерной и ракетной программ КНДР фактически является единственным стимулом для тесного взаимодействия государств региона, оставаясь в то же время главным и непреодолимым барьером для их экономической интеграции. Реальностью СВА стали не экономическое взаимопроникновение, а наращивание военной мощи, рост государственного национализма и настойчивости в отстаивании национальных интересов. Все это повышает градус конфликтности в зоне Северной Пацифики. И главная опасность заключается в том, что экономическая повестка в этом регионе уходит на второй план. Единственным экономическим проектом общеевразийского значения, который может быть реализован в Северной Пацифике, является восточный участок Северного морского пути.

Япония и Южная Корея в нынешней конфигурации мира остаются в большей степени тихоокеанскими, чем евразийскими державами. Японский премьер Синдзо Абэ по-прежнему привержен идеям тихоокеанской интеграции, продвигает стратегию «открытой и свободной Индо-Пацифики». Новая северная политика президента РК Мун Чжэ Ина, в фокусе которой «Северные страны» континента, от России и Монголии до Восточной Европы и Кавказа, находится в стадии теоретического осмысления. Администрация Дональда Трампа слишком озабочена внутренними проблемами Америки и не страдает альтруизмом, чтобы предлагать своим союзникам в Азии привлекательную для них повестку дня. Как результат, перспективы Восточной Евразии в концепте Единого евразийского пространства выглядят туманно.

Смена геополитических приоритетов Кремля закономерна. За годы самостоятельного существования Россия дважды пыталась встроиться в крайне аморфные образования с одним очевидным лидером – США. В 1990-е гг. это был «западный мир», в первое десятилетие 2000-х – Азиатско-Тихоокеанский регион. Оба раза не получилось – по объективным причинам: размеры страны, ее история, независимый характер и лидерские традиции. Россия по определению не может куда-либо интегрироваться. Она способна и должна сама выступать в роли интегратора, что и пытается делать на Евразийском континенте.

Тем же самым занимается сегодня Пекин, воплощая в жизнь идеи «Пояса и пути». Обращение Китая и России к континентальной Евразии – закономерное явление, обусловленное совокупностью экономических и политических факторов. Во-первых, главные угрозы развитию, суверенитету и безопасности обоих государств проистекают с Евразийского континента. К южной евразийской дуге нестабильности, протянувшейся от Корейского полуострова до Украины, может добавиться северная, возникновение которой обусловлено разворачивающейся борьбой за Арктику. Во-вторых, именно на этот регион почти на 90% завязаны экономические интересы России и более чем на 60% – Китая. В-третьих, Россия и Китай имеют богатый опыт собирания вокруг себя стран и народов, основанный на понимании важности обеспечения безопасности по периметру границ.

Российский и китайский интеграционные проекты, воплощаемые на ограниченном пространстве Евразии, конкурируют. Пока китайская идея «Пояса и пути» более жизнеспособна, она притягивает к себе все больше и больше заинтересованных государств. И не только благодаря существенным финансовым вливаниям, но и потому, что предлагает привлекательные перспективы. Решение Москвы и Пекина о «сопряжении» двух интеграционных евразийских инициатив, фактическое согласие руководства двух государств работать тандемом в строительстве комфортной для себя Евразии стало закономерным результатом осознания ими не только общности экономических и политических интересов, но и ответственности за судьбу континента, целенаправленно ввергаемого в пучину войн и конфликтов. Можно обоснованно критиковать идею «сопряжения» с экономической точки зрения, но как геополитическое решение она представляется весьма разумной, а в современной ситуации критического обострения отношений не только России, но и Китая с Западом – единственно верной.

Если регионализм «сверху» в Восточной Евразии не состоялся, а идеи регионализма по-прежнему не могут перешагнуть стадию обсуждения, то стихийная регионализация, являющаяся одним из главных приводных ремней развития региона, идет полным ходом. Ускоряются, расширяются и усложняются потоки движения денег, людей, товаров. Достаточно посмотреть, как оперативно и гибко отреагировали приграничные районы России и Китая на изменение экономической и финансовой конъюнктуры в последние три года.

Тихоокеанская Россия в новых геополитических реалиях

Создается впечатление, что изменение конфигурации мира, баланса и расстановки сил в глобальной политике, о котором говорилось выше, если не поставило крест на тихоокеанской повестке дня России, то как минимум отложило ее на неопределенное время. По крайней мере она стала постепенно исчезать из политической риторики. На словах Москва все еще привержена лозунгу интеграции в АТР; развитие Сибири и Дальнего Востока по инерции увязывается с идеей «поворота на Восток», однако континентальная евразийская природа страны в очередной раз взяла верх. В результате главным образом по причине своей краткосрочности и импульсивности полуразворот Москвы в направлении Тихого океана был в большей степени сымитирован, чем выполнен.

Тем не менее продвижение общеевразийской интеграционной модели не исключает возникновения нескольких самостоятельных платформ сотрудничества, одной из которых может стать Северо-Восточная Евразия с включением в нее Тихоокеанской России.

В евразийских интеграционных концептах – пока преимущественно умозрительных конструкциях Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП), «Большой Евразии», сопряжения ЭПШП и Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и даже «экономического коридора Китая, Монголии и России» – Тихоокеанская Россия, как, впрочем, и вся Восточная Евразия, представлены условно. Для большинства российских и китайских разработчиков концепций и проектов ее присутствие – лишь некая данность, которую нельзя по ряду причин отвергнуть, но которая тяготит, озадачивает, а некоторым кажется обузой. Тихоокеанская часть России в этот концепт вставляется механически, как географическая составляющая Евразийского континента. На практике, перенеся внимание на Центральную и Юго-Западную Евразию, российское правительство резко сократило бюджетные вливания в восточную часть страны. Создание там территорий опережающего развития и свободных портов с их преференциальными условиями для предпринимательской деятельности выглядит как откуп государства, призванный компенсировать его финансовый уход из региона. Причина не только в ограниченности средств. Трудно, если не невозможно, притянуть к сориентированным на центрально-азиатское и европейское пространство проектам восточные районы России, которые, с одной стороны, экономически развернуты к Азии, а с другой, несмотря на все усилия, никак не поддаются экономической модернизации. Неудивительно, что даже концепции «Большой Евразии» и «поворота России на Восток», имея одних идеологов и разработчиков, существуют в параллельных мирах, не мешая друг другу, но и не находя точек соприкосновения.

Китайская интеграционная повестка однозначно фокусируется на Центральной, Южной и Юго-Западной Азии. Северо-восточные провинции КНР всеми силами пытаются обустроить свою нишу в концепции ЭПШП, но без особого успеха. В наиболее выигрышном положении оказывается Внутренняя Монголия, попавшая в зону экономического коридора Китай–Монголия–Россия, однако и здесь много неясностей. Потребуется время для теоретического осмысления новой реальности, складывающейся в регионе. При этом правила игры определены: поскольку московская и пекинская бюрократия приняли сопряжение ЭПШП и ЕАЭС в качестве руководящей идеи, то задача экспертного сообщества становится прикладной: наполнить эту идею конкретным содержанием, то есть органично встроить немалый кусочек Восточной Евразии в единое экономическое и инфраструктурное пространство континента.

Совместимость интересов России и Китая в зоне Северо-Восточной Евразии несомненна. И политических (демилитаризация и обеспечение безопасности региона), и экономических (производственная кооперация), и социальных (интересы населения приграничных территорий). Сегодня развитие восточных районов России осуществляется на новых принципах. Китай также в поиске новых идей, стимулов, форматов развития. Давно прорабатываемая, но так и не нашедшая подходящего формата идея со-развития приграничных территорий Тихоокеанской России и Северного (Автономный район Внутренняя Монголия) и Северо-Восточного (Хэйлунцзян, Цзилинь) Китая требует иных подходов, должна разрабатываться на новых технологических и интеллектуальных основах и принципах, в контексте интересов и потенциала всей зоны Северо-Восточной Евразии и Северной Пацифики. Первая попытка руководства Москвы и Пекина скоординировать планы развития российского Дальнего Востока и Северо-Востока Китая и на этой основе получить какой-то эффект не сработала. Бюрократическое и формальное отношение привело к дискредитации и фактическому провалу хорошей идеи. Но это не означает, что от нее надо вовсе отказаться.

Через Тихоокеанскую Россию к общеевропейской интеграции могут подключаться другие мировые игроки – Япония и Южная Корея, находящиеся в активном поиске новой идентичности и возможностей для продвижения своих интересов на Европейском континенте, а в перспективе – Северная Корея и Тайвань. Учитывая экономическую ориентацию США на страны Евразии (КНР, Япония) и их историческую связь с европейской прародиной, интерес Вашингтона к тесному взаимодействию со всей Евразией фундаментален, и изоляционизм Трампа долго не продержится.

Северо-восточная платформа евразийской интеграции превратится из фантазии в реальность, если станет продуктом прежде всего интеллектуального и политического, а вслед за этим экономического взаимодействия на двух уровнях – межгосударственном и региональном. В обоих случаях только Китай и Россия способны выступить движущими силами и координаторами проекта. Институциональную основу составит многосторонний политический диалог государств, формирующих зону Восточной Евразии (Россия, Китай, Япония, Южная и Северная Кореи и Монголия) в формате международного «Совета по развитию Северо-Восточной Евразии» как политического инструмента для реализации хотя бы отдельных элементов этого проекта.

Приоритетные проекты для Северо-Восточной Евразии – инфраструктурные. Самое понятное и доступное условие для ускорения темпов экономического развития Северо-Восточной Евразии – создание на ее территории условий для свободного перемещения людей (интеллектуальных ресурсов, рабочей силы, туристов), товаров и капиталов. В этом нуждаются, каждая по-своему, все страны региона. Сегодня только предполагается начать переговоры о создании зон свободной торговли на межгосударственном уровне между Россией и Южной Кореей, Россией и Китаем, на формирование правового поля уйдут десятилетия. Есть надежды (скорее всего, иллюзорные), что в скором времени исчезнет главное препятствие для реализации многих таких проектов – закрытость Северной Кореи.

Ничто не мешает начать работу с создания открытых каналов для движения людей, капиталов и товаров в определенных ареалах Евразии. Например, между специально созданными экономическими анклавами, такими как уже действующие на территории Тихоокеанской России «свободные порты». При всех недостатках они обладают немалым потенциалом для стимулирования интеграционных процессов. Другие страны региона могут сформировать параллельные российским локальные зоны ускоренного развития, и, замыкая их на аналоги в других странах, постепенно расширять масштабы свободной торговли и обмена. «Свободные морские порты» можно дополнить комплектом открытых сухопутных и речных портов вдоль российско-китайской границы: Благовещенск–Хэйхэ, Забайкальск–Маньчжоули и др. Яньбянь-Корейский автономный округ при обретении статуса свободного порта сможет более активно взаимодействовать со «Свободным портом Владивосток».

Политическая и правовая среда для реализации таких идей реальна только на межгосударственном уровне. Так что все по-прежнему упирается в интересы и глубину понимания проблем столичными чиновниками. От того, насколько глубоко в их сознании геополитические изменения в Восточной Евразии соотносятся с трансформацией роли и возможностей собственных и соседних периферийных территорий.

* * *

Российская версия «поворота на Восток», выстроенная в парадигме Азиатско-Тихоокеанского региона, являла собой в значительной степени виртуальные упражнения группы московских интеллектуалов. Она была лишь формально признана (но не разделена) российской политической элитой. Сознание этой элиты быстро и безболезненно возвращается к восприятию Дальнего Востока как вторичного (окраинного) геополитического и геоэкономического пространства уже не только России, но и «Большой Евразии». В рамках этого концепта государство не будет (да и не может) жертвовать интересами других территорий России ради «комплексного развития» ее тихоокеанской части. Оно будет вынуждено – ради обеспечения национальной безопасности, политического престижа и интересов крупных госкорпораций – сконцентрироваться на: 1) вопросах его безопасности; 2) продвижении на его территории нескольких крупных энергетических и инфраструктурных проектов; 3) обеспечении демографического доминирования россиян хотя бы в ключевых точках региона; 4) техническом оформлении Тихоокеанской России как сегмента евразийского экономического пространства и полпреда российского присутствия в Тихоокеанской Азии.

Сегодня Тихоокеанская Россия является экономически менее обустроенной, но политически наиболее стабильной частью Восточной Евразии. Наряду с Северной Кореей, которая рано или поздно встанет на путь нормального развития (не принципиально – в составе объединенной Кореи или как самостоятельное государство), Тихоокеанская Россия является самой перспективной частью континента для приложения финансового и человеческого капитала, интеллектуальных ресурсов и научно-технических достижений, самореализации людей и воплощения идей. Изменившаяся геополитическая ситуация в регионе открывает для этого новые возможности. Значит, будут новые попытки изменить судьбу региона.

Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 13 сентября 2018 > № 2775772 Виктор Ларин

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Азия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 13 сентября 2018 > № 2775771 Леонид Бляхер

Фронтир будущего

Поворот на Восток, или Евразийский проект России

Леонид Бляхер – доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии и культурологии Тихоокеанского государственного университета (г. Хабаровск).

Резюме Россия может выступить «местом сборки» Евразии, только если осознает себя ее частью. Наша история писалась под сильнейшим воздействием западных традиций. Путь России в Азии был невероятно сложен и интересен, а ее азиатская часть так же заполнена исторической жизнью, как и европейская.

Одним из типичных, повторяющихся из текста в текст, подходов к пониманию и конструированию внешней политики нашей страны уже не первое десятилетие выступает мысль о необходимости для России встроиться в тот или иной глобальный проект – уже существующий или возникающий в мире. Подобно варварским королевствам, готовым после краха Западной Римской империи видеть императора в любом чуть более сильном владыке, постсоветские страны (и Россия не исключение) бросились на поиски империи (метафора Святослава Каспэ), в пространстве которой они могли бы заново определить себя.

Изначально, в 1990-е гг., речь шла о встраивании в глобальный проект, возглавляемый Соединенными Штатами и репрезентированный в сознании экспертов (и не только) как возвращение на путь «всех цивилизованных стран». Собственно, это идея мира-фабрики, идущая от конструкций Иммануила Валлерстайна, где США являются заводоуправлением, Европа – инженерным и распределительным центром, Китай, Индия и ряд других стран – цехами, а России отводится роль поставщика сырья, той же природы. В награду за готовность интегрироваться в этот вариант глобального мира, за отказ от субъектности Россия получала символический шанс вхождения в «семью цивилизованных народов» (преобразование G7 в G8). Довеском к политическому символизму выступала не менее призрачная надежда на переход от статуса поставщика сырья к статусу производственного цеха, модернизированного под действием передовых технологий, идущих из мирового центра.

Впрочем, число счастливчиков, вписавшихся в новую империю взамен прежней, было невелико. По существу, только страны Балтии обрели входной билет в империю Евросоюза. Остальные соискатели продолжали пребывать в подвешенном состоянии, становящемся порой источником катастрофы. Россия по вполне понятным причинам тоже оказалась в числе тех, кто ко двору не пришелся. Точнее, сама модель глобализации и та роль, которая отводилась в ней России, оказались ей не по размеру. Ее евразийская сущность, гигантская территория, как и то, что, в отличие от иных осколков империи, она не могла полностью отбросить наследие СССР, препятствовали встраиванию в единую Европу. Да и слишком быстрое с точки зрения европейских экспертов восстановление экономики России отчего-то не вызывало радости «партнеров».

По целому ряду причин европейское направление интеграции и геополитически, и экономически является сегодня для России все менее выгодным. Так что интерес к восточному направлению понятен и обоснован. Однако здесь возникли сложности.

Во-первых, поворот на Восток был осмыслен не как общероссийское движение, изменение направления развития всей страны, а как региональный проект преобразования Дальнего Востока России. Своя логика присутствовала. Именно эта отдаленная часть страны граничит с Азиатско-Тихоокеанским регионом, куда предполагалось интегрироваться. Соответственно, здесь были необходимы инструменты интеграции: глобализированные города, выступающие центрами торговли и логистическими центрами, транспортная инфраструктура, связывающая регион с остальной частью страны и со странами-соседями. Крайне желательно было выйти на рынок Восточной Азии не только с привычными нефтью и газом, но с гораздо более широким спектром товаров. Для этого нужно развивать здесь производство, добычу полезных ископаемых. Концепты «ресурсный регион» и «регион транзита» воплощали подобные соображения.

Однако внятно сформулированного проекта за этими действиями не стояло. Очень много компонентов поворота на Восток осталось в области подразумевания, в сфере «и так понятно». Понятно же это было далеко не полностью. В результате на уровне массового (да и не только) восприятия поворот на Восток превратился в набор не очень осмысленных и не очень согласованных усилий по развитию одной из территорий страны. Жители других территорий (в том числе региональная элита и значительная часть элиты федеральной) почувствовали себя ущемленными этими, не вполне понятными, преференциями для Дальнего Востока. Но обиженными оказались и дальневосточники. Поскольку население этого региона забыли пригласить к обсуждению развития их территории, все проекты, идущие извне, трактовались ими как «освоение (распил) бюджета». Непонимание рождало оппортунизм – если не явный, то скрытый.

Во-вторых, одной из причин того, что для большей части населения страны суть «поворота на Восток» осталась нераскрытой, стал уже привычный поиск глобального проекта, куда Россия могла бы встроиться. Опять бесконечные поиски «империи», способной стать образцом для подражания, поиск самих этих образцов, которые видели то в Южной Корее, то в Сингапуре, то где-то еще. Собственно, оттуда родом концепты «Азиатско-Тихоокеанский регион», «Северо-Восточная Азия» и т.д. Но здесь выпадала западная, европейская часть России, то есть территория, где сосредоточено 4/5 населения, основные мегаполисы, промышленные мощности и многое другое. Да и выгоды от участия в «чужом проекте» были относительными. Потому-то рассуждения о Тихоокеанской России остались на уровне спекуляций достаточно узкого круга мыслителей.

Пожалуй, наиболее интенсивно перспектива поворота на Восток обсуждалась в последние годы, когда растущее давление на Россию с «Запада» буквально выталкивает ее в противоположном направлении. Но и здесь предметом обсуждения оказывается не российский, а, по сути, китайский проект, и возможность для России в него вписаться. Из того, что «китайский дракон» повернул голову в сторону Центральной Азии, делается вывод о том, что Дальний Восток России отныне попросту не у дел, в положении «двойной периферии» (по отношению и к Европе, и к Азии). При этом усилия по продвижению российского проекта видятся исключительно как результат непонимания действительного положения дел.

Подобный подход вполне оправдан, но только если аналитик полностью отказывает России в способности выработать собственный вариант евразийской интеграции. На долю нашей страны остается лишь выбор между завершающимся проектом АТР с гегемонией США и инициативой «пояса и пути» с гегемонией Китая. Вместе с тем сама идея «поворота на Восток» связана со стремлением не столько вписать себя в чью-то модель, сколько «вернуться к себе», предложить собственное видение общего будущего. И условия для этого сегодня благоприятны. Некоторый вакуум силы, возникший в Северо-Восточной Азии на фоне изменения политики Вашингтона в макрорегионе, заставляет всех игроков с большей или меньшей интенсивностью выстраивать отношения с Россией, стремиться использовать ее в своих интересах. Последнее позволяет и России, несмотря на несоизмеримость ее восточной и западной частей, формировать сложную и многовекторную политику, отстаивая собственные интересы.

Евразийские возможности России

Несмотря на потери, которые десятилетия попыток «стать Европой» нанесли престижу нашей страны в Евразии, унаследованное от СССР влияние по-прежнему весьма значительно. В Монголии, Центральной Азии и на Кавказе русский язык остается языком межнационального общения, а отношение к России как к ориентиру (положительному или отрицательному) продолжает преобладать.

Для Монгольской Народной Республики, стремящейся, несмотря на возрастающие торговые контакты, дистанцироваться от своего южного соседа, Россия выступает желанной «второй силой». Нельзя игнорировать и то обстоятельство, что до сих пор большая часть монгольской элиты получала образование в России, преимущественно в Иркутском государственном университете, общежития которого в этнокультурном сознании окружены романтическим ореолом.

Сложная ситуация в Закавказье, несмотря на демонстративную отстраненность от России ряда политических и государственных деятелей, делает посредническую функцию Москвы крайне важной и необходимой.

Особенно велика роль России в Центральной Азии – территории, на «освоение» которой ориентирован сегодня Китай. Причины объективны. В двух странах региона – Узбекистане и Таджикистане – демографический взрыв 1970-х гг. и засоление почв постоянными посадками хлопка приводит к тому, что огромное число жителей просто не востребованы в рамках национальной экономики. Отток избыточного населения в Россию – не только источник валютных поступлений, но способ резко снизить социальное напряжение. Возможности отъезда на временные заработки в арабские страны снижаются за счет низкого уровня знания и арабского, и английского. В то же время русский язык здесь остается городским языком, который знают (или считают, что знают) местные жители. Сложные межэлитные отношения в Киргизии формируют запрос на миротворческую и посредническую функцию России. Безусловно, самостоятельную политическую роль в Центральной Азии играет Казахстан. Но и здесь есть факторы, делающие Россию если не определяющим, то значительным партнером.

Столетия проживания в рамках одного государства привели к тому, что в каждой из этих стран существует русская диаспора, а в России проживают многочисленные выходцы из этих стран, сохранившие связи со страной исхода. Активная политика России в этих странах в отношении местных элит, русских диаспор, населения позволит не только сохранить, но и многократно усилить влияние.

За постсоветский период сложились входные пространства между этими странами и Россией. Новосибирск, Екатеринбург, Иркутск являются воротами не только для временных рабочих, но для товарных и финансовых потоков в обе стороны. Безусловно, политические просчеты в отношении соотечественников в плане миграционной политики сказываются на полноте и интенсивности потоков. Однако наличие долговременных факторов демографического, культурного и экономического характера не позволяет обменам прерваться. Таким образом, на пространстве Евразии Россия обладает инструментами и пространственными структурами влияния.

В силу ряда обстоятельств сохраняется или возобновляется влияние России в Иране и на Ближнем Востоке. Однако, если в новых и не очень новых государствах Центральной Азии и Закавказья речь идет о долговременных цивилизационных факторах, то в последнем случае можно говорить о благоприятной политической конъюнктуре. Сходные связи с сопредельными странами формируются на Дальнем Востоке, правда, происходит это трудно, во многом по историческим причинам. Набор обстоятельств, предопределяющих характер и направление взаимодействия с сопредельными странами, разнообразен – под стать самому региону.

Разный Дальний Восток России, или проблемы регионального проекта

В Дальневосточный федеральный округ административно объединены три не особенно связанные между собой территории. Первый, наиболее представленный для внешнего окружения Дальний Восток – это узкая полоска на юге вдоль Транссиба и Амура. Именно здесь располагаются крупнейшие города ДФО (Благовещенск, Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре, Уссурийск, Владивосток, Находка). В этой части сосредоточено до 70% населения, существует развитая сеть автодорог, логистических центров, крупнейшие образовательные центры, относительно развитая социальная, экономическая и культурно-досуговая инфраструктуры. Не столь катастрофически обстоит дело с климатом. Исторически данная часть региона и составляла ядро Приамурского генерал-губернаторства, как тогда именовался Дальний Восток. В силу особенностей российской политики того периода она была плотно «пристегнута» к сопредельным территориям, находившимся под русским протекторатом (Квантунская область). Южная часть Приамурья и Приморья, север Китая и Корейский полуостров достаточно долгое время развивались как единый хозяйственный организм. Следы того единства ощущаются до сих пор.

Однако не менее длительный период территория развивалась в искусственном отрыве от соседей. Начиная с 30-х годов ХХ века Дальний Восток рассматривался (и был) крепостью, форпостом СССР в Восточной Азии. Бóльшая и наиболее статусная часть населения так или иначе была связана с обороной (военнослужащие и члены их семей, работники предприятий ВПК и т.д.). Необходимость прокормить «гарнизон крепости» и невозможность сделать это силами региона делали Дальний Восток жестко зависимым от поставок из других частей Советского Союза. Именно поэтому его распад и нарушение устоявшихся хозяйственных связей поставили регион на грань катастрофы.

Но ее не произошло. Отток «лишнего» населения, продолжающийся до сих пор, сбил градус социального напряжения. Оставшаяся же часть резко и качественно изменила сферу деятельности, переориентировавшись на взаимодействие с сопредельными странами. От «челночной» торговли начала 1990-х гг. дальневосточники все интенсивнее переходили к более сложным формам взаимодействия. Торговые поставки леса и рыбы, легкодоступных полезных ископаемых. В сторону российского Дальнего Востока шли автомобили и станки, продукты питания и одежда, вычислительная техника и т.д.

В целом торговое взаимодействие оставалось приграничным, но его значимость была достаточной для того, чтобы создать «русский Китай», провинции КНР, где русский язык является основой коммуникации, а торговые связи поддерживаются устойчивыми межличностными контактами. Формируются и относительно многочисленные «русские диаспоры» – российские граждане, проживающие и работающие в Южной Корее, Китае, Японии. В этот период, продолжавшийся до 2005–2008 гг., сложились и основные «входные» точки: Благовещенск, Уссурийск – с Северным Китаем, Владивосток, Петропавловск-Камчатский, Ванино, Николаевск-на-Амуре – с прибрежными территориями Тихоокеанского побережья стран Северо-Восточной Азии.

Однако этот процесс затормозился на уровне приграничной торговли. Прежде всего причиной тому стала нехватка возможностей для обновления ресурсной базы. Использовался «советский трофей», причем его наиболее легкодоступная часть. К концу периода большая часть ресурсов (прежде всего биоресурсов) была выбрана. Для выхода на новые лесные массивы, «рыбные поля» необходимы были дороги, складские помещения, корабли и автомобили. Истощались и рудные богатства южной части Дальнего Востока. В результате к настоящему времени «точки входа» и богатства региона находятся в разных пространствах. Конечно, трубопровод из Сибири, ГОК в Еврейской автономии, золотопромышленные центры в Амурской области, обширные плодородные земли – все это остается. Однако для полноценного «выхода» в Восточную Азию, создания значимой альтернативы европейскому направлению этого маловато.

Основные (по-прежнему гигантские) лесные массивы, богатые месторождения драгоценных металлов и минералов, редкоземельных и черных металлов располагаются в северной – «сибирской» – части региона (Якутия, континентальная часть Магаданской области, северные районы Хабаровского края). С этим продуктом выход в Азию через Дальний Восток мог бы быть намного эффектнее. Но это – другой Дальний Восток с совершенно иными сложностями, прежде всего проблемами транспортной доступности, обеспечения трудовыми и всеми иными ресурсами существующих производств (рудников, ГОКов и т.д.). Сейчас железная дорога доходит только до Нерюнгри (южная часть Якутии). Дорога до Якутска строится. Навигация по Лене очень короткая, как и навигация в районе северных портов тихоокеанского побережья. Автомобильные же дороги, включая федеральные трассы, в основном представляют собой «зимники», непригодные для эксплуатации в период с весны до осени. Только проектируется постоянный мост через Лену (в настоящее время действует паромная переправа и ледовая трасса зимой).

Понятно, что алмазы, золото, платина и редкоземельные металлы – не тот продукт, который вывозят железнодорожными составами, хватает авиасообщения. Но чтобы все это добыть, необходимо завезти станки и механизмы, строительные материалы и продукты питания, горючее и одежду, обеспечить минимальную социальную инфраструктуру поселкам при приисках и ГОКах. Постоянный житель Якутии или Магадана стоит очень дорого. Его наличие предполагает строительство детских садов и школ, комфортабельного жилья, клиник, культурно-досуговых учреждений. Да местное население работать на приисках особенно и не стремится. Соответственно, завозить необходимо и людей (временных работников). Все это делает разработку большей части месторождений и лесных массивов (богатств) попросту нерентабельной. А строительство дорог, способных снизить себестоимость продукции, доставить ее к потребителям в те самые «точки входа», становится задачей жизненно важной не только для Дальнего Востока, но и для страны в целом.

Сходным образом обстоят дела и с «третьим Дальним Востоком» – северной частью тихоокеанского побережья, где располагаются самые значительные в стране запасы морских биоресурсов. Но и тут транспортировка осложнена. Точнее, как раз на рынки Японии и Южной Кореи дальневосточная рыба поступает – функцию «входа» выполняет Петропавловск-Камчатский. Но вот другие рынки остаются закрытыми. Не случайно даже в Хабаровске чаще можно встретить «западную» рыбу, чем камчатскую или сахалинскую. Вместе с тем морские биоресурсы и продукты их переработки могли бы частично решить проблему возвратного движения вагонов по Транссибу. Не секрет, что движение грузов в сторону тихоокеанских портов ныне гораздо интенсивнее, чем возвратное. Значительная, если не бóльшая часть вагонов идет до Иркутска «порожняком», что существенно удорожает транзакции. Но для этого требуется реконструкция всех портов, нужны суда ледового класса для организации круглогодичной навигации.

Все это – огромные затраты, выгода от которых проявит себя не сегодня и даже не завтра. Такие усилия возможны и эффективны, когда сформулирован и понятен проект, обозначен желанный и достижимый результат. Но как раз недостаточная оформленность восточного поворота начинает тут мстить за себя. Дорогостоящие стройки на далекой восточной окраине, которая символически намного более удалена от жителя западных регионов, чем, скажем, Польша или Турция, большей частью населения страны воспринимаются только как непонятные бюджетные игры, основанные на столь же непонятных амбициях или просто «освоении средств».

Поворот на Восток или путь домой

Попробуем на свой страх и риск сформулировать суть феномена «поворота на Восток», предварив его небольшим историческим экскурсом в прошлое Северной Евразии. Попытаемся выявить условия, в которых в XV–XVI столетиях произошел «поворот на Запад», чтобы понять, почему сегодня это направление теряет смысл.

Отправной точкой нашего рассуждения на этой зыбкой почве станет особенность возникновения и развития евразийских империй, наследницей которых и выступает Россия. Северная Евразия – специфический регион с относительно редким населением, расположенным на гигантских просторах. Эти условия породили две важнейшие особенности сообществ, заселявших Северную Евразию. Во-первых, здесь был невозможен или очень затруднен бюрократический контроль над территорией и населением по типу европейского или китайского. Издержки такого контроля в условиях, когда объект контроля всегда мог просто уйти на вольные земли, были столь велики, что сам он лишался смысла. Бескрайние степные пространства не только обеспечивали эффективность кочевого скотоводства, но и земледельцев делали отчасти кочевниками (подсечное земледелие). Из этого и вытекает «во-вторых». Домохозяйство оказывалось почти автаркичным, нуждаясь во внешнем окружении и власти (любого рода) только в экстраординарных условиях недорода или падежа скота. Собственно, социальная организация евразийских сообществ (порой довольно сложная) и была ориентирована на взаимопомощь в рисковых обстоятельствах.

Конечно, подобное отношение к земле противоречит современным установкам борцов за сохранение окружающей среды. Но в эпоху средневековой борьбы за бел?к она обладала максимальной эффективностью. В страдающей от перенаселенности Европе или Китае выживание было возможно только ценой невероятных усилий, проведения масштабных мелиоративных работ, существования на протяжении столетий в малокомфортном режиме постоянных технологических новаций. Это, в свою очередь, требовало максимального закрепощения работника. Только в таком обществе могла возникнуть мысль о «свободе как осознанной необходимости», только здесь лучшие умы вообще бились над «проблемой свободы». В сообществах Северной Евразии свобода не составляла проблемы. Она там просто была.

Империи же от сяньби и хунну до монголов, по остроумному замечанию Николая Крадина, возникали исключительно с целью «дистанционной эксплуатации Китая». Понятно, что речь здесь идет не об эксплуатации в современном политико-публицистическом смысле слова. Кочевники объединялись с целью организовать обмен сырья (продуктов питания, мехов), избыток которого имел место, на технологические достижения оседлой цивилизации. Конечно, экономика набега, сохранившаяся в ряде регионов до настоящего времени, имела место. Но показательно, что постоянным требованием кочевников было именно открытие торговых пунктов. Оседлая цивилизация становилась своего рода «технологическим придатком» Евразийской империи. Евразийская империя, в свою очередь, не только поставляет остро необходимое сырье, но и становится транзитной территорией, по которой продукты «технологической цивилизации» доходили до отдаленных потребителей. Империя (не домохозяйство) и оказывалась держателем благ, получаемых извне, распределителем этих благ. Здесь коренится еще одно качественное отличие европейских политий от политии евразийской. Власть основывалась не на идее изъятия (модель «стационарного бандита»), а на идее распределения того, что ей и только ей принадлежало в зависимости от ранга, занимаемого субъектом в обществе.

Сходная структура сложилась и на другой стороне Северной Евразии, в ареале обитания восточнославянских племен. Вполне автономные домохозяйства с духовной властью волхва, актуализировавшейся в кризисных обстоятельствах, и княжеской властью, контролировавшей путь «из варяг в греки». Последние и представляли собой зародыш возможной империи. Но в домонгольской Руси, несмотря на все попытки, не случилось своего Чингиз-хана. Объединитель пришел извне. С его помощью Ярослав Всеволодович и Александр Ярославович смогли создать политическую структуру в евразийском пространстве монгольских империй («Орда Залеская» Задонщины и Данилевского). Московские Великие князья боролись за власть («собирание русских земель») в уже сложившейся структуре.

Но особенностью западной части Улуса Джучи («Золотой Орды») было то, что в непосредственной близости к нему просто не оказалось оседлого населения, которое можно было бы «дистанционно эксплуатировать». С этим, вероятно, связаны упорные попытки первых Великих ханов улуса вырвать контроль над Кавказом и Ираном из рук Ильхана. Лишенная «технологического придатка» империя («Золотая Орда») начинает распадаться. Русь здесь находилась в относительно благополучном положении, продолжая контролировать некоторые транзитные коридоры. Конечно, новое титулование Великого князя (царь) отсылало к римской традиции. Но стоит вспомнить, что царем на Руси титуловали Великого хана. Вполне разумно предположить, что принятие нового титула московскими князьями содержало в себе претензию на главенство в Золотой Орде, центр силы которой смещался с низовий Волги в Москву. Но, став во главе политической структуры, Московское царство оказалось в сложном положении. Движение на восток имело в тот момент не особенно большой смысл. Ни Сибирское ханство, ни Тюменский юрт не обладали ресурсом, который мог бы стать источником власти-распределения. Константинополь (традиционная зона кормления Руси), превратившись в Стамбул, все более терял положение торгового и технологического центра европейской ойкумены. В этот момент и начинается российский «поворот на Запад», берущий свое начало со «Сказания о князьях Владимирских» и концепции «Москва – третий Рим».

Но, будучи евразийской империей, для организации «дистанционной эксплуатации Европы» Московское царство было вынуждено мимикрировать под государство среди государств. В эпоху Романовых оно обретает «защитный слой», с помощью которого организует взаимодействие с Западом – бюрократию, заимствует институты, позволяющие осуществлять это взаимодействие. В обмен на сырье из Европы шли технологии. Конечно, об «экономике набега» речь заходила лишь эпизодически, отношения выстраивались существенно более сложные и изощренные. Но суть их оставалась прежней – Европа выполняла функции «технологического придатка» Российской империи и СССР. Тем более что начиная с XVIII столетия она обладала и военным превосходством, вольно или невольно делясь им с Россией.

Однако сегодня и военное, и технологическое преобладание Запада перестает быть бесспорным фактом. Взаимодействие с Европой как с «технологическим придатком» теряет выгоду для России. Сами же формы такого взаимодействия в условиях обострившейся борьбы за лидерство становятся все более затратными. Условный Запад все еще сохраняет позиции мирового центра потребления, центра влияния. Но это не столько новации настоящего, сколько наследие прошлого. Страны же Восточной Азии постепенно превращаются из мест скопления дешевых трудовых ресурсов в центры не только производства, но и технологий, возникающего мирового богатства.

Что же может предложить Россия в обмен на технологии и менеджмент, трудовые ресурсы и инвестиции для стран этой части света? Прежде всего уникальные природные ресурсы, хранящиеся в «северных кладовых». Это золото, платина, нефть, газ, лес, морепродукты, уголь и т.д. Собственно, для этого и предпринимаются действия по организации логистики в северной части Дальнего Востока, развивается Северный морской путь. Да, отдача от этих вложений не мгновенная. Однако без них Россия обречена на «привязку» к Европе. Но это далеко не все. Идею продавать сырье не на Запад, а на Восток, конечно, можно назвать «поворотом». Однако это будет весьма ограниченный и странный поворот.

Выше мы говорили о наличии «входных пространств» России в Азию, причем в различные ее части. На сегодня конечным пунктом большинства транзитных коридоров и товарных потоков (центром потребления, задающим ритм мировой экономике) являются Европа и США. Но эти рынки уже поделены. Кроме того, Соединенные Штаты демонстрируют все более откровенное желание отгородиться от потоков извне, сделав ставку на собственное производство. Тем более значимы новые, азиатские (континентальные) рынки и дорога к ним. Эту дорогу в Евразию для Южной Кореи и Японии, для стран ЮВА способна (или может быть способна) обеспечить Россия. Владивосток и выступает при этом «входным пространством» – не окном, но воротами в Азию. Для этого и необходимо продолжение реконструкции порта, расширение Транссиба, развитие БАМа. Нужно развитие транзитных возможностей и остальных «ворот» (Екатеринбург, Новосибирск, Иркутск), которые выступают теперь не только «точками входа», но и «выхода», плотно интегрированными в сопредельное евразийское пространство.

Остается в этой модели место и для Китая. Говоря о «голове дракона», повернувшейся в сторону Центральной Азии, не стоит забывать о других частях тела. Для северных провинций КНР связь с Евразией через Транссиб и КВЖД, соединенную с Транссибом, оказывается гораздо более удобной, чем через Казахстан с выходом в европейской части России. И здесь «входным пространством» может быть Хабаровск и логистический центр на о. Большой Уссурийский, создаваемый сегодня. Россия становится не просто транзитным пространством, но «центральной распределительной станцией», «местом сборки» Евразии. Через Россию и при посредстве России по Евразии будут распределяться товары, трудовые силы, капиталы и сырье.

Подобный проект предполагает не только реконструкцию транспортной системы. Есть еще два крайне значимых обстоятельства, без которых «поворот на Восток» невозможен.

Первое – наличие адекватных инструментов продвижения и защиты интересов России в Евразии и прежде всего в Восточной Азии. Некогда в России, как и в большинстве стран мира, были созданы инструменты (посольства, консульства, система международных договоров и т.д.), адекватные принципам взаимодействия с Западом. Но сегодня, в условиях кризиса большей части международных институций, формируется иной тип взаимодействия, более свойственный Азии. Недостатки (или отсутствие) институционального доверия компенсируются доверием персональным, межличностным. Именно оно позволяет преодолевать формальные запреты, страховать бизнес, отстаивать интересы. Личные контакты здесь значат намного больше, чем договоры, заключенные под вспышки фотоаппаратов. В относительно новом пространстве Восточной Азии таких контактов у России немного. Но не у всей России.

Дальневосточники, как и многие жители других «входных пространств», вынужденные в 1990-е годы выживать, используя ресурс Трансграничья, так или иначе обзавелись подобными контактами. Сегодня они практически не востребованы. Отчасти потому, что о них не знают (в девяностые взаимодействие строилось неформально, оттого не фиксировалось внешним наблюдателем), отчасти потому, что приоритет отдается традиционным формам организации транснационального взаимодействия. Но реальное, а не номинальное вхождение в Азию без этого опыта затруднительно. И здесь дальневосточники (не все, но многие) способны выполнить важнейшую функцию любого жителя фронтира – быть проводником в неведомых землях. Еще более важными «ретрансляторами» могли бы стать русские диаспоры в странах Евразии и Восточной Азии.

Есть и вторая проблема. Россия может выступить «местом сборки» Евразии только в том случае, если осознает себя ее частью. Так сложилось, что история страны писалась под сильнейшим воздействием западных традиций. В результате «азиатчина» превратилась в именование всего негативного и отсталого, что можно приписать обществу. От нее старательно дистанцировались. Рождались непонимание и пренебрежение. Их следствием были социальные фобии типа «желтой угрозы», мигрантофобия. Для того чтобы избавиться от них, необходимо не только глубже узнавать соседей, их культуру, но и осмыслить судьбу русской Азии как важнейшую часть судьбы страны. Пора отбросить миф об «освоении суровых и пустых просторов», понять, что путь России в Азии был невероятно сложен и интересен, а ее азиатская часть так же заполнена исторической жизнью, как и европейская. И тогда родится понимание того, что «поворот на Восток» – не экзотический проект очередной когорты «кремлевских мечтателей», а путь домой, возвращение России к себе, своей евразийской природе.

Россия. Азия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 13 сентября 2018 > № 2775771 Леонид Бляхер

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 30 октября 2018 > № 2775770

Куда идет Дальний Восток?

Как обеспечить ускоренное экономическое развитие азиатской части России?

Игорь Макаров – кандидат экономических наук, руководитель программы «Мировая экономика» Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Резюме Образ будущего Сибири и Дальнего Востока неотделим от природных ресурсов – главного богатства региона и сегодня, и через десять, и через двадцать лет. Но роль и структура ресурсного фактора в мировой экономике быстро меняется, и России пора приспосабливаться к этим изменениям.

Развитие Сибири и Дальнего Востока, которые на самом высоком уровне объявлялись приоритетом развития страны в XXI веке и потенциальным двигателем российской экономики, пока не в полной мере соответствует ожиданиям. Ключевая проблема состоит в том, что многочисленные инструменты ускоренного развития применяются без четкого видения будущего территории, в отрыве от анализа ее конкурентных преимуществ. Нет и представления о долгосрочных трендах развития азиатской и мировой экономики. Сибирь и Дальний Восток имеют огромный потенциал роста, но реализован он может быть только при наличии понимания, в какую сторону эти территории движутся.

Внятное формулирование образа будущего азиатской части России позволит понять, почему реализуемые сегодня меры не дают желанного результата, и решить, что необходимо изменить. Учитывая трансформацию социально-экономической модели Китая, меняющийся характер глобализации и современных тенденций развития технологий, естественная роль Сибири и Дальнего Востока в будущем – зона инновационной ресурсной экономики, опирающейся на сочетание природных богатств, качественного человеческого капитала и близости к азиатским рынкам. Воплощение такого образа в жизнь возможно лишь при обеспечении грамотной промышленной и научно-технологической политики, открытости региона для внешнего мира и максимальной гибкости его социально-демографического и пространственного развития.

Поворот на Восток: успехи и пробелы

Начало российского поворота на Восток нередко связывают с предвыборной статьей Владимира Путина 2012 г., в которой он призывает поймать «китайский ветер» в «паруса» российской экономики. Использованные в статье формулировки подчеркивали, что действия по активизации азиатского вектора внешнеэкономической политики обусловлены сугубо прикладными задачами. Речь вовсе не о смене цивилизационной направленности страны. Все гораздо проще: доля главного восточного соседа в мировом ВВП с 2000 г. увеличилась более чем вдвое (с 7,6% до 15,3% в 2012 г. в терминах ВВП по ППС) и продолжает быстро расти, а это означает, что на востоке открываются новые возможности, которые непростительно было бы не использовать. Россия не одинока, многие страны гораздо раньше и успешнее «пристегнули» себя к китайскому экономическому росту – например, как поставщики сырья и компонентов или в качестве получателей инвестиций. В число этих стран входили и китайские соседи из Юго-Восточной Азии, и наиболее успешные африканские государства, и ресурсные гиганты Бразилия, Канада и Австралия, и даже США – достаточно вспомнить термин Chimerica, популярный в середине 2000-х годов. С бывшим вице-премьером Игорем Шуваловым, несколько раз заявлявшим, что никакого поворота на Восток Россия не осуществляет, можно согласиться в том смысле, что в отношениях с азиатскими странами она пока не сделала ничего такого, чего не делают все другие ведущие государства. А рост доли азиатских стран в товарообороте и инвестициях в Россию – в основном лишь отражение роста их доли в мировой торговле и международном движении капитала.

Тем не менее по сравнению с другими государствами, наращивающими сотрудничество с азиатскими партнерами, Россия имеет ярко выраженную особенность: внешняя составляющая поворота на Восток здесь неразрывно связана с внутренней, а именно ускоренным развитием азиатской части страны. Эту взаимосвязь можно описать простым принципом: Россия не сможет стать полноценной частью азиатской экономики, пока азиатская часть ее собственной территории остается национальной периферией.

В рамках борьбы с этим периферийным статусом в течение последних пяти лет ведется обширная работа по ускоренному развитию Дальнего Востока. Вплоть до настоящего момента она сводилась преимущественно к выстраиванию институтов – начиная от министерства и заканчивая территориями опережающего развития, свободным портом Владивосток и Восточным экономическим форумом. Некоторые результаты видны. Дальний Восток пять лет подряд демонстрирует темпы экономического роста выше, чем средние по стране. В последние годы динамику лучше среднероссийской показывают индикаторы промышленного и сельскохозяйственного производства, ввода жилья, привлечения иностранных инвестиций. Тем не менее эти показатели позволяют говорить об ускоренном выходе из кризиса, а не ускоренном росте. Кроме того, увеличение объемов производства почти не сказывается на уровне жизни населения. Люди продолжают покидать регион.

Сейчас азиатская часть России на перепутье: инструменты ускоренного развития созданы, но пока не дают должной отдачи. Беспрецедентно теплые отношения с ведущими странами Восточной Азии конвертируются преимущественно в громкие меморандумы о намерениях, но не в реальные инвестиции. Дальневосточники с подозрением относятся к новомодным инициативам Москвы, считая их далекими от нужд региона. Федеральные чиновники, напротив, кивают на многочисленные недоработки на местах. Среди жителей Дальнего Востока и региональных элит растут опасения, что наблюдающийся на протяжении семи-восьми лет новый виток внимания к их региону завершится столь же безрезультатно, как и предыдущие. Несмотря на то что чиновники говорят о грядущих темпах роста ВРП Дальнего Востока на уровне 8% в год, вера в успех как у местных жителей, так и у российской политической и интеллектуальной элиты невелика. Опасения усугубляются тем, что внешнеполитический вектор поворота на Восток постепенно смещается с тихоокеанского направления в Большую Евразию, смысловой центр которой лежит от российского Дальнего Востока в тысячах километров. При этом Сибирь, которая непосредственно примыкает к Большой Евразии, почти полностью выключена из программы ускоренного развития Востока России. Здесь особенно ощущается обида на федеральный центр, который, как кажется сибирякам, недооценивает потенциал и значение их региона.

Одна из причин скептического восприятия поворота на Восток населением и элитами Сибири и Дальнего Востока – неспособность четко сформулировать образ того, каким должен стать регион через одно-два десятилетия, к чему он стремится, за счет чего будет развиваться, чем конкретно станет привлекателен для людей. Для этого недостаточно установить плановые показатели роста различных секторов экономики. Вторичны по сравнению с этим и конкретные инструменты. Важнее понять, какое место регион займет в стране и в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в чем будет состоять его специализация, каким окажется характер взаимодействия с другими частями России и соседними государствами. Формирование подобного образа должно начинаться с осознания собственных конкурентных преимуществ – не только сегодня, но и через пять, десять, пятнадцать лет – с учетом ожидаемых изменений в мировом и региональном экономическом ландшафте, а также стратегии развития страны в целом. Определившись с образом будущего, можно переходить к основным принципам его воплощения в жизнь. А уже за принципами должна следовать выработка конкретных механизмов их воплощения в жизнь.

Мир меняется…

В современном мире конкурентные преимущества той или иной территории являются результатом не только внутренних обстоятельств (например, обеспеченности факторами производства или государственной политики), но и изменений в глобальном ландшафте. А они стремительны. Экономическое доминирование Запада и даже само его существование как единой международной политической общности ставится под сомнение. Экономическая взаимозависимость, выраженная в потоках торговли и инвестиций, достигла пика, и все больше стран заинтересованы в ее снижении. США, в прошлом главные апологеты глобализации, бросают ей открытый вызов. В структурном кризисе Европейский союз. Международные институты, координирующие торговую и макроэкономическую политику, не справляются с новыми вызовами. Быстрый рост Китая замедляется по мере превращения его в страну со средним уровнем доходов. Это, наравне с проблемами развитых экономик, тормозит спрос на природные ресурсы. Цифровые технологии преобразуют индустрию. Все острее глобальные проблемы, связанные с деградацией окружающей среды и изменением климата. Мировая экономика постепенно переходит на путь «зеленого» развития.

Все это приводит к пересмотру конкурентных преимуществ государств. Соединенные Штаты по причине сланцевой революции обрели дешевую энергию. Ряд стран Юго-Восточной Азии, такие как Малайзия, Таиланд и Вьетнам, демонстрируют быстрые темпы роста благодаря сочетанию относительно дешевой рабочей силы и инноваций, привлекаемых из развитых государств в рамках цепочек добавленной стоимости. А вот Китай это преимущество уже утратил, существенно подняв из-за бурного роста последних десятилетий уровень жизни в основных центрах экономической активности и угодив в «ловушку среднего уровня доходов».

На этом фоне меняются позиции России и ее восточных территорий в частности. Ископаемое топливо, ранее выступавшее главным богатством, уже неспособно придавать ускорение стагнирующей российской экономике. А в ближайшие десятилетия, по мере того как мир будет двигаться к отказу от углеводородов, и конкуренция между поставщиками на энергетических рынках станет обостряться, опора на углеводороды может окончательно превратиться в тормоз развития.

Вместе с тем появляются или выдвигаются на передний план другие преимущества.

Во-первых, географическое положение, в том числе близость к растущим азиатским рынкам, которые еще несколько десятилетий назад были периферией мировой экономики, а сегодня выступают ее главным двигателем. Даже континентальность Сибири, ранее воспринимавшаяся как ее проклятие, может обратиться в плюс из-за постепенного поворота Китая на Запад, развития интеграционных связей в Большой Евразии и появления новой инфраструктуры в рамках инициативы «Пояса и пути».

Во-вторых, новую роль приобретает богатство возобновляемыми природными ресурсами – пресной водой, лесами, рыбой, пахотной землей. В мире, и в Азии в особенности, усугубляется их нехватка.

В-третьих, в результате девальвации рубля и низких темпов экономического роста в последнее десятилетие Россия превратилась в страну с относительно дешевой рабочей силой. Этим вряд ли можно гордиться, но глупо не воспользоваться тем, что по соотношению цены и качества трудовых ресурсов именно Россия сейчас, возможно, самая конкурентоспособная экономика в Восточной Азии.

На сочетании этих преимуществ – природные ресурсы, относительно дешевый и качественный человеческий капитал, близость к азиатским рынкам – и должна быть сосредоточена российская экономическая политика, в первую очередь политика развития Сибири и Дальнего Востока, где эти новые сильные стороны российской экономики сконцентрированы особенно явно.

В центре стратегии развития восточных территорий следует поставить создание зоны инновационной сырьевой экономики. Такая формулировка в Москве может звучать как оксюморон: инновации здесь ассоциируются с Кремниевой долиной или захватывающими дух проектами Илона Маска. Это копирование американских представлений об инновациях находит отражение в научно-технологической политике государства. При этом вопрос о том, могут ли ее приоритетные направления – от нанотехнологий до цифровой экономики – стать прорывными в российской институциональной среде, пока остается без ответа.

Между тем в России необъяснимо игнорируется более близкий нам тренд научно-технологического развития, проявляющийся во всем мире – стремительная интеграция высоких технологий в ресурсный сектор. Энергетика преобразуется под влиянием цифровых технологических прорывов. Генетическая модификация и иные биотехнологии знаменуют новую революцию в сельском хозяйстве, а автоматика и роботизация позволяют эффективно замещать рабочую силу. Точная наука давно проникла в современные системы управления водными, рыбными и лесными ресурсами. На качественно новый уровень в последнее десятилетие вышли технологии добычи многих полезных ископаемых. Все перечисленное касается далеко не только развитых стран. Такие государства, как Малайзия, Бразилия и Чили, находятся далеко впереди России по внедрению инноваций в ресурсный сектор. В том числе и потому, что реалистично воспринимают его как основу своего экономического развития, от которой глупо отказываться, но которая должна соответствовать современным технологическим реалиям.

Инновации в ресурсном секторе хороши еще и тем, что конкуренция на их рынке не столь остра. Сложно представить, что может заставить квалифицированных специалистов, которых предполагается готовить в рамках программы «Цифровая экономика», остаться в России в условиях жесткой конкуренции за профессионалов с ведущими мировыми компаниями, капитализация крупнейших из них уже приближается к объему российского ВВП. В то же время Россия по естественным причинам предоставляет крупнейший в мире полигон для реализации инноваций в ресурсном секторе, что может сделать ее привлекательной не только для своих, но и для зарубежных специалистов. Центром этого поля притяжения могли бы стать Сибирь и Дальний Восток.

…меняется и Китай

Пока российское правительство преобразовывало Дальний Восток через механизмы ускоренного развития, менялся и Китай. Его экономика проходит полномасштабную структурную трансформацию. Привычной многим КНР, производящей потребительские товары для всего мира за счет преимуществ дешевой рабочей силы, низких трудовых и экологических стандартов, больше нет. Традиционная экономическая модель не в силах поддерживать высокие темпы роста – главным образом из-за повышения стоимости труда, а также расширения экологических и социальных запросов населения в главных центрах экономической активности на побережье. Реакцией на это стало объявление о структурных реформах, цель которых – переключиться с поддержки экспорта и наращивания инвестиций на стимулирование внутреннего спроса. Последний и должен стать новым двигателем китайской экономики.

Трансформация экономики Китая имеет два важных следствия для других стран, ориентированных на сотрудничество с ним. Во-первых, неизбежно замедление роста импорта инвестиционных товаров, сырья и компонентов – все это было необходимо для поддержания статуса «мировой фабрики», но менее востребовано сейчас. Во-вторых, быстро увеличивается импорт товаров конечного потребления, призванных удовлетворить растущий спрос китайских домохозяйств. С учетом размеров китайской экономики эти изменения приведут к масштабной трансформации целых отраслей и скажутся на множестве стран: преуспеют те из них, которые максимально приспособятся к новым реалиям. Это уже работает: существуют свидетельства того, что государства, с 2010–2011 гг. наращивающие долю инвестиционных товаров в экспорте, теряют позиции на китайском рынке. Напротив, те государства, которые делают акцент на экспорт потребительских товаров, укрепляют положение.

Китай, особенно его восточные провинции, становится крупнейшим в Азии центром потребления. Здесь быстро развивается сфера услуг, а трудоемкие или грязные производства переносятся на запад страны либо за рубеж: в Юго-Восточную, Южную или Центральную Азию. Этому способствуют и планы развития инфраструктуры, соединяющей Китай с соседними странами, в том числе в рамках инициативы «Пояса и пути». Модель «китайские товары для всего мира» преобразуется в модель «азиатские товары для Китая». Этот переход ускоряется в ответ на разворачивающуюся торговую войну с США и быстро развивающиеся интеграционные процессы в азиатском регионе: в последнее десятилетие Китай связал себя с соседями сетью зон свободной торговли, а в ближайшие годы может стать центром крупнейшего в мире мегарегионального соглашения – о Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве.

Россия пока запаздывает с реакцией на структурную трансформацию Китая, так же как запоздала в свое время с использованием преимуществ его быстрого экономического роста. В отношениях с Китаем она по-прежнему ориентирована на экспорт сырья и инвестиционных товаров, в то время как расширяются иные ниши китайского рынка – связанные с товарами и услугами конечного потребления.

Для России китайская трансформация имеет четыре важных последствия.

Во-первых, наилучшим образом новая модель развития Китая соответствует потребностям не Дальнего Востока, а Сибири: с одной стороны, здесь больший потенциал производства продукции с высокой добавленной стоимостью, с другой – географически Сибирь ближе к новым центрам экономической активности на западе Китая и в Центральной Евразии. Как следствие, с новой актуальностью встает вопрос о необходимости включения Сибири в планы ускоренного развития Востока России.

Во-вторых, вряд ли стоит опасаться того, что Восток России превратится в сырьевой придаток Китая, по крайней мере в части ископаемого сырья. Спрос на него не будет расти прежними темпами. По большинству энергетических прогнозов, пик спроса на уголь в КНР будет пройден в ближайшие годы; потребление нефти продолжит расти, но медленнее, чем в последние пятнадцать лет, и лишь природный газ имеет хорошие перспективы на горизонте полутора-двух десятилетий, так как будет постепенно замещать в энергобалансе более грязный уголь. Впрочем, желающих поставлять в Китай природный газ так много, что для России успехом будет даже запуск тех проектов, по которым уже ведутся переговоры (в первую очередь пока не согласованного газопровода «Сила Сибири-2»).

В-третьих, хорошие возможности открываются перед российскими экспортерами ресурсоемких потребительских товаров и услуг. К таковым относятся сельскохозяйственная продукция, товары пищевой промышленности, рыба и морепродукты, ювелирные товары, бумага, продукция деревопереработки, экотуризм, хранение и переработка данных и т.д. Для развития соответствующих отраслей есть возможности в восточной части страны.

В-четвертых, в Россию могут быть перенесены некоторые китайские промышленные мощности. Так, Сибирь и Дальний Восток удобны для размещения энергоемких производств, которые в Китае являются грязными, но в России могут работать на чистой гидроэнергии. Вместе с тем юг Дальнего Востока может выступать в качестве промышленных площадок, на которых происходит сборка и доработка японских и корейских компонентов с дальнейшим выводом готовой продукции на китайский рынок. В настоящее время такую роль выполняют в основном страны Юго-Восточной Азии, но среди преимуществ России – стабильные отношения со всеми государствами региона, географическая близость и более качественный человеческий капитал. Все это создает предпосылки для постепенного формирования высокотехнологичных промышленных кластеров.

Открытость внешнему миру как условие роста

Переход от стагнации к ускоренному развитию в экономике нередко обсуждают в терминах равновесных состояний и сравнивают с качелями. Для того чтобы перевести качели из одного положения (левая часть внизу, а правая вверху) в другое (правая часть внизу, а левая вверху), надо лишь приложить некоторую силу, и, если она окажется достаточной, дальнейший переход произойдет сам по себе, под действием силы тяжести. Аналогом силы тяжести в экономике выступает эффект масштаба. Когда компания производит и продает больше продукции, издержки производства в расчете на единицу товара сокращаются. Во-первых, это связано с наличием первоначальных капитальных затрат, размер которых не зависит от того, произвела ли компания одну единицу продукции или миллион. Во-вторых, по мере роста объема производства компании оптимизируют производственные процессы, учатся как на своем опыте, так и у конкурентов, внедряют инновации. Эти два фактора образуют положительную обратную связь: компания наращивает объем производства, это позволяет ей сократить удельные издержки и повысить конкурентоспособность продукции, что, в свою очередь, приводит к увеличению объема производства. Так и работает экономический рост.

Проблема восточных территорий России в том, что из двух необходимых элементов – толчок со стороны государства и силы, приводящей в движение положительную обратную связь, – наличествует только первый. Государство внедрило на Дальнем Востоке набор инструментов ускоренного развития, которые должны стать стимулом для инвестиций российских и зарубежных компаний. Однако эффект масштаба не возникает в связи с отсутствием емкого внутреннего рынка. Это объясняется низкой численностью населения (на Дальнем Востоке проживает всего 6,2 млн человек) и неразвитостью инфраструктуры, через которую товары теоретически могли бы поставляться в другие части страны.

Ситуация не может кардинально измениться в ближайшем будущем – из-за инерционности демографических процессов. Поэтому единственный способ обеспечить объем рынка, достаточный для запуска роста, который бы стимулировал сам себя, – предоставить российским компаниям возможность выхода на рынки других стран.

Еще в октябре 2013 г., на совещании Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока в Комсомольске-на-Амуре, где была сформулирована новая модель ускоренного развития региона, премьер-министр Дмитрий Медведев фактически признал неосуществимость идей ориентации дальневосточных производств на внутренний рынок или рынок других регионов России и отсутствие альтернатив экспортоориентированной модели. Однако положительных сдвигов с тех пор почти не произошло.

Причин тому несколько. Во-первых, уже в 2014 г. экспортоориентированная модель вступила в противоречие с задачами импортозамещения, поставленными в условиях введения санкций. Во-вторых, для открытия зарубежных рынков необходимо открывать свой. К этому в России крайне болезненно относится не только бизнес, но и политическая элита, в решениях которой традиционно доминирует мотив защиты национального производителя. Важно и наличие конфликта интересов, заложенного в структуре правительства: за либерализацию торговли выступает Минэкономразвития, ответственное за экономический рост, а против – Минпромторг и Минсельхоз. Минвостокразвития никаких решений в этой сфере принимать не может. Еще больше осложняет ситуацию членство в ЕАЭС: для любого открытия рынков требуется согласование с партнерами по евразийской интеграции.

Как результат, ЕАЭС сейчас участвует лишь в двух зонах свободной торговли (ЗСТ), хотя переговоры еще по нескольким ведутся. В Азиатско-Тихоокеанском регионе соглашение о ЗСТ есть только с Вьетнамом, а в будущем, вероятно, появится с Сингапуром и Индией. Между тем прочие страны региона связаны между собой сетью торговых соглашений, в совокупности превращающих регион в почти полноценную восточноазиатскую ЗСТ. Соглашение о Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве должно еще больше укрепить интеграционные связи между восточноазиатскими странами, а Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение для Транстихоокеанского партнерства, пришедшее на смену исходному ТТП (и не включающее теперь США), откроет регион для внешних игроков. Но не для России. С учетом сохраняющихся таможенных барьеров на китайском, японском, корейском рынках российским экспортерам будет практически невозможно конкурировать с производителями других стран, для которых такие барьеры сняты.

Еще одно важное ограничение, которое накладывает на Россию изолированность от процессов либерализации торговли в АТР, касается участия в цепочках добавленной стоимости. Они стали одной из ключевых форм международных экономических взаимодействий начиная с 1990-х гг., когда информационные технологии позволили снизить издержки координации различных стадий производства одного и того же товара, локализованных в разных странах. Это позволило углубить международное разделение труда и максимизировать выигрыш стран от специализации на уже не товарах, но стадиях их производства, которые у них получаются лучше всего. Такая форма организации производства предполагает многократное пересечение границ компонентами одного и того же товара, что практически нереализуемо при сохранении таможенных барьеров.

Именно возможности участия в цепочках добавленной стоимости побудили многие развивающиеся государства начать либерализацию внешней торговли в 1990-е годы. До той поры доминировала точка зрения, что свободная торговля закрепит сырьевую специализацию и убьет на корню зарождающуюся промышленность, которая будет не в силах конкурировать на зарубежных рынках. Цепочки добавленной стоимости все изменили – благодаря им наиболее успешные развивающиеся страны не только не потеряли промышленное производство, но и смогли, благодаря комбинации дешевой рабочей силы и технологий из развитых стран, стать настоящей фабрикой мира. А со временем, перенимая и адаптируя эти технологии, создать высокотехнологичные промышленные кластеры. Сибирь и Дальний Восток сейчас встроены в международные цепочки добавленной стоимости исключительно как поставщик сырья. Без устранения взаимных барьеров в торговле с азиатскими странами иная форма участия вряд ли возможна.

Между тем либерализация российской внешней торговли по-прежнему очень пугает отечественную элиту. Особенно это касается торговли с Китаем, хотя именно китайский рынок наиболее привлекателен для российского бизнеса. В результате ЕАЭС подписал с Пекином лишь рамочное соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве, не предполагающее устранения взаимных барьеров в торговле. Против полноценной зоны свободной торговли с участием России и Китая, как правило, используется стандартный аргумент: «российский рынок окажется завален китайскими товарами». Однако он устарел. Во-первых, девальвация рубля резко укрепила позиции отечественных производителей по сравнению с китайскими конкурентами. Во-вторых, в самом Китае на фоне трансформации социально-экономической модели стимулирование экспорта перестает быть приоритетом. Страна активно переносит производства за рубеж, замедляет рост спроса на импортное сырье и ускоряет – на конечные потребительские товары. Все это снижает для России риски открытия рынков, но повышает привлекательность зоны свободной торговли.

Безусловно, отдельные отрасли российской экономики могут пострадать от конкуренции. Однако их можно точечно защитить – в любом соглашении о ЗСТ возможны изъятия. Но речь должна идти о конкретных чувствительных отраслях. Отгораживая всю национальную экономику от абстрактной конкуренции с китайскими товарами, мы одновременно лишаем возможностей российских экспортеров – а именно они должны стать главным двигателем экономического роста. В первую очередь это касается восточных территорий России. Важно понимать, что главное условие для того, чтобы они полноценно интегрировались в систему хозяйственных связей АТР – это их открытость.

В то же время ни одна зона свободной торговли не может стать для российских производителей панацеей. Параллельно требуется резкая активизация торговой политики в азиатском направлении. Переговоры на самом высоком уровне с подписанием десятков меморандумов о намерениях, из которых считанные проценты воплотятся в реальные сделки (преимущественно сырьевые), больше не могут и не должны быть ее основным инструментом. Гораздо важнее, хотя и существенно тише, рутинная работа по поддержке малых и средних экспортеров; выстраивание механизмов кредитования и страхования экспорта; создание условий для встраивания российских производителей в китайские маркетинговые каналы (в том числе на платформах электронной торговли); организация промышленных площадок в Южной и Юго-Восточной Азии с ориентацией в том числе на китайский рынок; создание совместных индустриальных парков – не только на российской, но и на китайской территории.

Позитивные сдвиги есть. Развитие несырьевого экспорта – один из ключевых пунктов майского указа президента. Среди конкретных мер названы и модернизация системы поддержки экспортеров, и сокращение административных процедур в сфере внешней торговли, и совершенствование работы торговых представительств и т.д. Министерство экономического развития объявило об отходе от политики импортозамещения в пользу стимулирования экспорта. Постепенно меняется отношение и к зонам свободной торговли. Обсуждаются вопросы либерализации торговли в рамках ШОС. Готовится технико-экономическое обоснование торгового соглашения с Китаем. Если эти шаги будут доведены до конца, качели экономического развития российского Востока вполне способны прийти в движение стимулирующего себя роста.

Гибкость политики пространственного развития

Открытие экономики для внешних партнеров будет способствовать ускорению экономического роста в Сибири и на Дальнем Востоке. Однако выигрыш не распределится равномерно. Максимальным он будет для наиболее эффективных компаний, а также тех регионов, где появятся кластеры конкурентоспособных производств. Вероятно, это будут территории, обладающие особым статусом (территорий опережающего развития либо свободного порта), богатыми природными ресурсами (например, отдельные районы Якутии и Чукотки) или выгодным географическим положением (например, Приморский край). Именно там появятся рабочие места, возрастет уровень реальных доходов и качество жизни. В то же время неконкурентоспособные производства могут проиграть, как и города и регионы, в которых они размещены. Экономическая обстановка в депрессивных регионах будет ухудшаться, и как следствие возрастут риски социальной напряженности. Открытость неизбежно усугубит региональную дифференциацию, которая в восточной части России и так крайне высока.

Возможны два подхода к решению этой проблемы. Первый заключается в государственной поддержке проигрывающим регионам и попытке удержать там население и экономическую активность за счет социальных трансфертов и государственных субсидий. Этот путь преобладает в России в настоящее время: огромные суммы тратятся на сохранение структуры расселения, унаследованной с советских времен и совершенно не отвечающей реалиям рыночной экономики. В огромной степени это относится к Сибири и Дальнему Востоку, где каждый седьмой житель проживает в моногородах, а многие населенные пункты находятся на территориях с экстремальным климатом.

Второй путь – смириться с невозможностью сохранения нынешней системы расселения и сделать упор на большую мобильность рабочей силы. Там, где эффективная хозяйственная деятельность невозможна, приоритет отдается не сохранению рабочих мест и численности населения, а поддержанию достойного качества жизни тех, кто остается. Именно такой подход используется в большинстве развитых стран, где есть проблемные регионы, страдающие от технологического прогресса или глобализации – достаточно вспомнить американский Детройт или угольные регионы в Великобритании и Германии. Либо обратить внимание на пространственное развитие Канады, где 70% населения сконцентрировано на 5% территории, прилегающей к южной границе.

Распространение второго подхода в большинстве ведущих стран вовсе не значит, что он подходит и для России. Но выбор одного из двух должен быть сделан не следуя инерции исторического процесса, а исходя из приоритетов развития тех или иных территорий. Если на востоке России выбирать диверсификацию экономики с опорой на человеческий капитал и развитие инноваций в ресурсном секторе, без концентрации населения в небольшом количестве агломераций, где сочетание промышленного производства и квалифицированных кадров способно создать высокотехнологичные кластеры, не обойтись. Добыча же природных ресурсов в труднодоступных районах должна осуществляться гибким вахтовым методом, без поддержания дорогостоящей инфраструктуры для постоянного населения.

Пока же на Дальнем Востоке политика в отношении пространственного освоения парадоксальна: ускоренного развития предполагается достигать с опорой на ограниченное число приоритетных территорий (им присвоен статус территорий опережающего развития либо свободного порта), где должна концентрироваться экономическая активность, однако менять географию расселения не планируется. Напротив, для региональных властей выстроена система стимулов, консервирующая нынешнюю пространственную схему. Так, система оценки губернаторов принуждает их уделять особое внимание демографическим показателям и бороться с оттоком населения. Один из естественных методов выполнения поставленной задачи – сдерживать межрегиональную мобильность рабочей силы.

В результате как в России в целом, так и в ее азиатской части мобильность населения остается крайне низкой. Потенциал ее повышения огромен и связан с развитием транспортной (особенно авиа-) и социальной инфраструктуры, а также снижением административных издержек переезда (вопросы регистрации, медицинского страхования, устройства детей в школы и детские сады и т.д.). А главное – с дифференцированным подходом к развитию территорий и признанием неравномерности их экономического потенциала. Такое признание, среди прочего, позволит наиболее успешным регионам более полно использовать свои возможности, а наименее конкурентоспособным – снизить риски.

* * *

Перечисленные проблемы востока России во многом являются отражением проблем страны. Прежняя модель экономического развития, основанного на добыче и экспорте углеводородов, завела в тупик. Отчасти это связано с недостаточной эффективностью государственного управления, отчасти – с динамичными изменениями в мире, к которым Россия оказалась не готова. Новая модель долгосрочного развития экономики так и не предложена, хотя отдельные ее черты и содержатся в майском указе президента.

Образ будущего Сибири и Дальнего Востока чуть более понятен. Очевидно, что он неотделим от природных ресурсов – главного богатства региона и сегодня, и через десять, и через двадцать лет. Но роль и структура ресурсного фактора в мировой экономике быстро меняется, и России пора приспосабливаться к этим изменениям. Увы, это не произойдет по инерции – потребуется решительный отход от понятных и привычных, но не работающих в должной мере подходов к промышленной, научно-технической, внешнеэкономической, региональной и социально-демографической политике в сторону более гибких и проактивных. Построение инновационной ресурсной экономики, опирающейся на природные богатства, развитый человеческий капитал и близость к растущим азиатским рынкам, позволит Сибири и Дальнему Востоку наконец найти себя в меняющемся мире. А вместе с ними, возможно, найдет себя и вся Россия.

Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 30 октября 2018 > № 2775770

Полная версия — платный доступ ?


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 30 октября 2018 > № 2775769 Федор Лукьянов

Бесконечный бенефис

Фёдор Лукьянов - главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Научный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Резюме Минувшим летом на международных подмостках разыгрывалась пьеса с одним героем. Бенефициант (Дональд Трамп) блистал всеми гранями таланта, заставляя зал с замиранием сердца следить за каждым дивертисментом.

Минувшим летом на международных подмостках разыгрывалась пьеса с одним героем. Бенефициант (Дональд Трамп) блистал всеми гранями таланта, заставляя зал с замиранием сердца следить за каждым дивертисментом. Лишь малая часть публики испытывала восторг, большинство реагировало на рисунок роли с изумлением, недоумением или даже страхом, будучи, однако, не в силах оторваться от захватывающей фабулы. Представление продолжается. Финал драмы не предрешен, кульминация впереди.

Анализируя международную политику, сегодня невозможно не сосредоточиться на логике внутреннего развития самой влиятельной страны – Соединенных Штатов. Дмитрий Новиков обращает внимание, что при всей экстравагантности Трампа происходящее в Америке является циклическим процессом обновления политической системы. И уже неважно, как долго он останется на своем посту (об импичменте рассуждают в полный голос) – возврата к прошлому не будет. Джеймс Голдгайер и Элизабет Сондерс указывают, что процесс концентрации власти в руках президента и деградации остальных органов власти начался задолго до Трампа, и его нахождение в Белом доме лишь довело давно начавшийся процесс до кульминации. Рэндалл Швеллер встает на защиту гонимого истеблишментом руководителя: во-первых, Трамп намного более успешен, чем можно судить по публичной картинке, во-вторых, его действия – продуманный возврат к реалистической политике, даже если внешне они могут выглядеть импульсивно. Андрей Цыганков считает Трампа жестким и целеустремленным националистом, что делает необоснованными надежды некоторых в России на благожелательность американского президента.

Несомненно одно: Америка переживает глубокую трансформацию, и как бы она ни закончилась, Соединенные Штаты не будут играть в мире роль, которую играли после окончания холодной войны. Единоличное доминирование миновало. И наиболее важная перемена в том, что меняется не только военный или экономический баланс, уходит однородность идейного ландшафта.

Роли идей в мироустройстве посвящен раздел этого выпуска. Владимир Малявин размышляет о китайском мировоззрении, которое будет все больше влиять на мир по мере роста могущества КНР. Авторы доклада Валдайского клуба, выдержки из которого мы публикуем, анализируют, как выход на ведущие мировые позиции Китая и Индии, держав с собственной и очень специфической стратегической культурой, повлияет на глобальную политику. Чарльз Капчан ожидает перемен и в американском подходе. США никогда не откажутся от идеи собственной исключительности, но интерпретация ее подлежит периодическим коррективам. Сергей Караганов считает происходящее сейчас в мире очередной инкарнацией холодной войны, то есть – конфликта и идеологического тоже, но полагает, что на сей раз у России неплохие шансы взять верх. Штрих к теме – исторический обзор того, как сверхдержавы эпохи большой конфронтации прозевали выход на мировую арену ислама как мощной политической силы. Дмитрий Асиновский описывает реакцию СССР и США на Исламскую революцию в Иране.

Последние месяцы отмечены быстрым ухудшением отношений между Москвой и Вашингтоном, волны американских санкций следуют одна за другой, Россия грозит зеркальным ответом. Правда, зеркальности быть не может, никто не обладает таким арсеналом мер давления, как Соединенные Штаты, контролирующие мировую финансовую систему. Вопрос, звучащий в этой связи: чем способна ответить Россия? Одномоментного ответа нет, речь может идти только о системной работе по расширению собственных возможностей и снижению зависимости от американо-центричной системы. Составная часть – «поворот на Восток», о котором активно говорят давно, но в особенности последние 4-5 лет.

Специальный блок в этом номере посвящен теме российского Дальнего Востока и азиатской России в целом, что надо делать в этой части страны (очень обширной), чтобы использовать для национального развития потенциал роста Большой Азии. Игорь Макаров видит залогом успеха ресурсный потенциал – но при условии совершенно другого, современного, способа его освоения. Леонид Бляхер делает упор на идейной составляющей – пора кардинально изменить восприятие Дальнего Востока как чего-то далекого и периферийного. Тем более что исторически он не был захолустьем. Виктор Ларин скептически оценивает такие перспективы. По его мнению, мода на тихоокеанский дрейф России в Москве уже прошла, уступив место континентальной евразийской идее. А это значит, что Дальний Восток возвращается к периферийному положению. Наконец, группа норвежских исследователей сомневается в способности России добиться прорыва на азиатском направлении, но признает сами усилия крайне важными.

В этом номере мы открываем специальную рубрику – резонанс. В ней будем рассматривать реакцию на различные международные решения, процессы или события, которые могут иметь долгосрочные последствия. На этот раз Павел Гудев анализирует недавно опубликованную арктическую стратегию Китая, а Игорь Ковалев следит за мучительным Брекзитом, который не пройдет бесследно ни для кого.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 30 октября 2018 > № 2775769 Федор Лукьянов


Китай. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 29 октября 2018 > № 2790509 Иван Зуенко

Как Китай будет развивать Дальний Восток

Иван Зуенко

На Восточном экономическом форуме подписали «Программу развития российско-китайского сотрудничества в торгово-экономической и инвестиционной сферах на Дальнем Востоке России на 2018-2024 годы». Событие прошло незамеченным. Между тем речь идет о программе, в соответствии с которой в ближайшие пять лет на Дальний Восток будут привлекаться китайские инвестиции

2018 год обещал стать важной вехой в развитии российско-китайского регионального сотрудничества – прежде всего на Дальнем Востоке, который, согласно известному высказыванию Владимира Путина, является «национальным приоритетом России на весь XXI век». На это указывало сразу несколько факторов. Во-первых, именно в этом году подходила к завершению программа координации развития приграничных регионов России и Китая на 2009–2018 годы (о ее плюсах и минусах мы писали здесь). Во-вторых, в феврале в Харбине (哈尔滨) были запущены «перекрестные годы российско-китайского межрегионального сотрудничества», а вместе с ними реанимировали целый ряд трансграничных проектов (хотя из реальных результатов сотрудничества пока есть только «выставки, конференции и фестивали»).

В сентябре во Владивостоке прошел Восточный экономический форум, на который впервые в истории прилетел председатель КНР Си Цзиньпин. А вместе с ним – внушительная делегация китайских чиновников. Одиннадцатого сентября прошел круглый стол руководителей регионов России и Китая, собравший 20 глав регионов из двух стран. Китайские журналисты тогда не скрывали своего изумления. Во Владивостоке за одним столом собрались сразу семь секретарей провинциальных комитетов Компартии Китая, управляющих регионами с общим населением 363 млн человек (а 106-миллионную провинцию Гуандун представлял губернатор, второе после партсекретаря лицо во властной иерархии) и общим ВРП около $5 трлн, что в номинальном выражении примерно в четыре раза больше, чем ВВП всей России.

Впрочем, все внимание наблюдателей было приковано к встрече Путина и Си, которые пекли на берегу Японского моря блины и ими же закусывали. На этом фоне осталась незамеченной новость о подписании ключевого документа о межрегиональном сотрудничестве России и Китая, который пришел на смену завершившейся программе 2009–2018. В этот раз его подписали не лидеры двух стран, а всего лишь главы профильных ведомств: министр по развитию Дальнего Востока Александр Козлов и министр коммерции КНР (商务部部长) Чжун Шань (钟山). Увы, это вполне отражает место регионального сотрудничества в повестке отношений двух стран. На первом плане – высокая кабинетная геополитика, а вопросы экономического сотрудничества на земле – скучный, утомительный и не особо позитивный довесок.

Без грифа «Секретно»

То, что уровень соглашения, по которому Россия и Китай будут сотрудничать в ближайшие пять лет, был понижен с межгосударственного на межведомственный и региональный, не объясняет ту тишину, которая окружает новый документ. Новости о его подписании отсутствовали даже в официальной ленте ВЭФ. Сайт Министерства развития Дальнего Востока, который обычно не упускает случая написать даже о выращивании помидоров на «дальневосточных гектарах» на Чукотке, уделил новой программе лишь короткую заметку два дня спустя после подписания.

В результате эксклюзив получил «Коммерсантъ», единственное из российских СМИ, где провели экспресс-анализ программы. Не лучше ситуация и в Китае, где новость о подписании «Плана развития сотрудничества России и Китая на Дальнем Востоке» (中俄远东地区合作发展规划) можно было найти только в обзорных заметках об итогах ВЭФ.

Самого текста программы в открытых источниках пока нет. Представители Минвостокразвития объясняют, что он будет опубликован ориентировочно в конце октября – ноябре, после подготовки специальной брошюры на китайском языке, которую можно было бы раздавать потенциальным китайским инвесторам. Девять лет назад все было иначе, и соглашение, которое критики назвали «планом предпродажной подготовки Дальнего Востока», сразу же на все лады стали обсуждать журналисты, исследователи и оппозиционные политики.

В чем же причины того, что чиновники не спешат хвастаться новым документом?

Во-первых, очевидно, что подписали не то, что ожидалось. Новая программа – это не продолжение программы 2009–2018. Это совсем другое соглашение, хотя, как уверяет источник в руководстве Минвостокразвития, «никакая другая программа подписываться не будет» и нишу дорожной карты российско-китайского регионального сотрудничества будет занимать именно этот документ.

Решение о том, что «провалившаяся программа 2009–2018 продлеваться не будет», по словам собеседника, было принято еще 8 сентября 2017 года в Хабаровске на первой встрече Российско-китайской межправкомиссии по сотрудничеству и развитию Дальнего Востока и Байкальского региона РФ и Северо-Востока КНР. Тогда же было решено «разработать новую программу сотрудничества на Дальнем Востоке и в Байкальском регионе», хотя внимание общественности к этому факту особо не привлекалось.

В результате сложилось впечатление, что чиновники, которые обычно не упускают случая рапортовать о своих успехах, предпочли обойти молчанием как анализ результатов программы 2009–2018, так и подготовку документа, который планировалось подписать ей на смену. Хотя изменения в концепции соглашения носят не косметический, а самый что ни на есть принципиальный характер.

У программы сейчас новые кураторы: Минвосток РФ и Минкоммерции КНР вместо Министерства экономического развития РФ и Госкомитета по развитию и реформе КНР (国家发展改革委员会). Если ранее программа была нацелена на координацию развития двух регионов по обе стороны границы: Восточной Сибири и Дальнего Востока России с одной стороны и Северо-Восточного Китая – с другой, то сейчас речь идет только о российском Дальнем Востоке. Китай в новом соглашении присутствует только как субъект развития, тогда как девять лет назад идеалистично полагалось, что и российские инвесторы будут участвовать в развитии китайского приграничья.

Во-вторых, в новую программу не включили многие резонансные проекты, о которых Минвосток и потенциальные китайские инвесторы говорили в течение долгого времени. Здесь нет упоминания «трансграничных территорий опережающего развития» (фактически речь шла бы о реанимации идеи приграничных торгово-экономических комплексов по образу и подобию зоны Хоргос на границе Казахстана и КНР). Обходится стороной вопрос строительства трансграничных высокоскоростных магистралей, на чем регулярно настаивают представители провинций Хэйлунцзян (黑龙江) и Цзилинь (吉林) и о чем вице-премьер Юрий Трутнев еще в августе в Даляне (大连) заявлял как о почти решенном деле.

Лишь вскользь упоминается совместное освоение острова Большой Уссурийский (黑瞎子岛) под Хабаровском, что, конечно, не соответствует значимости этой территории в глазах китайских партнеров. В программе говорится только то, что «стороны признают Большой Уссурийский уникальной территорией, которая способна стать центром притяжения туристов». До 2024 года запланировано, что «каждая из сторон подготовит проект развития своей части острова, после чего стороны совместно обсудят общие вопросы создания инфраструктуры на острове, в том числе инфраструктуры защиты от негативного воздействия воды».

Переводя на обычный язык, это означает, что Россия пока не готова на части своей территории делать особый безвизовый и беспошлинный режим (что предлагают китайцы) и под предлогом того, что остров периодически исчезает под водой (это правда), оттягивает принятие решения, не обижая своих геостратегических партнеров.

Как говорят знакомые с ситуацией собеседники, не включать в программу эти пункты рекомендовал МИД РФ. Причина – отсутствие у российской стороны уверенности в экономической целесообразности проектов и возможности их согласования с силовыми ведомствами.

Накануне ВЭФ казалось, что новый документ может быть не подписан. В итоге был достигнут компромисс. Документ все же появился, но многие из положений, в течение года проходившие согласование в российских и китайских ведомствах, до итогового текста не дошли. Минэкономразвития РФ от курирования программы отстранено. В финальной версии программа выглядит как очередной «меморандум о намерениях сторон» или, как его называют в самом Минвостоке, «навигатор для китайских инвесторов».

Сразу у нескольких групп лоббистов есть основания считать такой итог своим аппаратным поражением. Поэтому программа 2018–2024 сейчас выглядит «нежеланным ребенком», о котором могут забыть даже раньше, чем о программе 2009–2018.

Между тем все это было бы зря. Несмотря на сложности согласования итогового текста, на данный момент мы имеем вполне адекватный для текущего уровня российско-китайского сотрудничества документ. Не слишком амбициозный, но более внятный и потенциально реализуемый.

Что внутри?

Название документа – «Программа развития российско-китайского сотрудничества в торгово-экономической и инвестиционной сферах на Дальнем Востоке Российской Федерации на 2018–2024 годы» – отражает его содержание, хотя более корректно было бы назвать его «пятилетним планом Минвостока по работе с китайскими партнерами».

Львиная доля текста представляет собой реферат текущего состояния российско-китайского сотрудничества на Дальнем Востоке и политики федерального центра по этому поводу – довольно качественно, нужно сказать, выполненный. Все остальное – тот самый «навигатор для китайских инвесторов», о котором говорят в министерстве. Широкими мазками показаны потенциальные сферы сотрудничества и привлечения инвестиций, а вся конкретика связана с теми проектами, которые уже реализуются.

В отличие от программы 2009–2018 новый документ не связывает стороны (особенно китайскую) завышенными обязательствами. И, учитывая провал предыдущего списка инвестпроектов из 212 наименований, это не так уж плохо.

Наличие в предыдущей программе обширного списка «ключевых проектов сотрудничества» создавало впечатление «проработанности документа». Однако фактически это же делало ее нереализуемой, так как было непонятно, кто за что отвечает и как чиновники должны указывать бизнесу, куда и как инвестировать.

В новом документе российская сторона лишь «предлагает рассмотреть возможность инвестирования». Речь идет о нефтехимии, добыче полезных ископаемых, транспортной инфраструктуре, лесном и сельском хозяйстве, аквакультуре и туризме. При этом упоминаются отдельные проекты, куда китайцев зовут вложить свои капиталы: среди них, например, строительство автомобильного моста через реку Лену в районе Якутска, создание в Артеме завода по сборке грузовых автомобилей, модернизация завода по переработке сахарного тростника в Приморском крае, освоение месторождений золота, платины, угля, никеля и меди по всему Дальнему Востоку.

Специалисты, знакомые с российско-китайским инвестсотрудничеством, скажут, что здесь нет ничего нового. Все эти проекты давно уже на повестке сотрудничества, и по некоторым из них уже заключены соглашения о совместных предприятиях с китайскими инвесторами. Особенность программы заключается в том, что конкретные китайские компании не называются и целевые показатели реализации проектов не устанавливаются.

Собственно сроки и обязательства появляются только в части крупных инфраструктурных проектов, зависящих от государства. К 2019 году планируется достроить железнодорожный мост через Амур Нижнеленинское – Тунцзян (通江), к 2020 году – автомобильный мост Благовещенск – Хэйхэ (黑河), к 2022 году – канатную дорогу между этими же городами. Работы по этим проектам уже ведутся, так что, включая их в программу, авторы ничем особенно не рисковали.

Без срока исполнения упоминается самый проблемный объект – дублирующий мост через пятиметровую речку Гранитную (Хубутухэ, 瑚布图河) в районе погранперехода Полтавка – Дуннин (东宁). Объект не могут начать строить уже более десяти лет, а без постройки дублирующего невозможен ремонт существующего моста, который построен еще в 1980-х годах. Частным инвесторам этот проект неинтересен, поэтому лоббистов у него нет.

Долгое время строительство моста находилось в ведении «Росграницы», которая, потратив несколько миллиардов рублей на так и незавершившееся обустройство дальневосточных погранпереходов, в 2016 году благополучно прекратила свое существование. Сейчас трансграничной инфраструктурой (включая злополучный мост) занимается Министерство транспорта РФ, которое заново начало изучать ситуацию и проводить инвентаризацию проектов.

Китайцы неоднократно предлагали построить мост за свой счет, однако из-за того, что объект трансграничный, многие спорные вопросы (например, доступ строителей, оборудования и материалов на российский берег) никак не удавалось урегулировать. Наконец 1 марта 2018 года правительство России одобрило проект соглашения о строительстве моста через речку. Но по состоянию на сегодняшний день проект так и не воплощен в полноценный договор, а авторы программы 2018–2024 ограничились очень осторожной формулировкой: «Стороны будут содействовать работе над подготовкой текста проекта межправительственного соглашения о строительстве мостового перехода через реку Гранитная».

Еще один пункт, содержащий обязательства сторон, касается создания международных транспортных коридоров Приморье-1 и 2 (мы уже анализировали этот проект). Сами транспортные пути, соединяющие китайское приграничье с портами Южного Приморья, уже существуют, но для серьезных вложений в их модернизацию они должны стать востребованными со стороны китайских грузоотправителей. Пока Китай, несмотря на все увещевания с российской стороны, никак не обеспечивает должный поток транзитных грузов из своих северных провинций в южные, объясняя это в том числе сложностью трансграничных процедур и неготовностью инфраструктуры.

Существуют серьезные сомнения, что этот поток будет обеспечен даже в случае строительства нового порта в бухте Троицы и семидесятикилометровой дороги к нему от границы. Однако подписанная на ВЭФ программа гласит, что «китайская сторона будет поддерживать китайские предприятия, осуществляющие транзит грузов через порты Приморского края, а также участвовать в подготовке необходимых ТЭО, определяющих экономическую эффективность развития МТК Приморье-1 и 2. В завершающих разделах документа прописан механизм реализации программы, и это большой плюс по сравнению с программой 2009–2018, где такой механизм отсутствовал.

Реализацией займется та самая межправкомиссия, которую с китайской стороны раньше возглавлял тогдашний вице-премьер Ван Яном (汪洋), а после мартовских кадровых назначений его место занял Ху Чуньхуа (胡春华), последний в негласной иерархии четырех вице-премьеров Госсовета КНР. С российской стороны ее возглавляет Юрий Трутнев, один из десяти российских вице-премьеров, куратор всех институтов развития Дальнего Востока.

Таким образом, в руках Трутнева концентрируются полномочия не только по развитию Дальнего Востока, но и по российско-китайскому региональному сотрудничеству, что делает его фигурой, равной которой в истории восточной окраины России был только граф Муравьев-Амурский. Если в «систему Минвостока» включат еще и Забайкальский край, о чем в своем инстаграме недавно заявил министр по развитию Дальнего Востока Александр Козлов, вся российско-китайская граница (а значит, и все трансграничные проекты) окажется в ведении Трутнева.

При межправкомиссии должен быть создан деловой совет, в который, как ожидается, войдут предприниматели из двух стран. Оперативную работу по реализации программы будут осуществлять Минвосток и Минкоммерции КНР. Прописано, что китайское ведомство будет привлекать Государственный банк развития КНР (国家开发银行) для подготовки «предложений по реализации программы» (читай: предоставления кредитов для строительства указанных в тексте объектов).

Наконец, определено, что в программу могут вноситься изменения. Для этого придуман такой механизм: два курирующих министерства будут докладывать о ходе реализации программы на межправкомиссии и в случае необходимости будут заключать меморандумы, являющиеся своего рода «поправками» к программе.

Успех без гарантий

Вехой в российско-китайском региональном сотрудничестве, после которой слова наконец превратятся в дела, 2018 год, очевидно, не станет. За пышным фасадом ВЭФ с его душевной блинной встречей Путина и Си, а также представительным «выездным заседанием Центрального комитета КПК» еле уловимы реальные тенденции.

Нынешний уровень регионального сотрудничества двух стран настолько не соответствует высокой планке, заданной дружбой двух лидеров, а результаты настолько скандальны и низки, что главы государств сознательно дистанцируются от него, предоставляя карт-бланш своим подчиненным. По сравнению с реалиями десятилетней давности, когда дорожная карта российско-китайского регионального сотрудничества с помпой подписывалась в Нью-Йорке на встрече Медведева и Ху Цзиньтао, перемены разительны.

Иллюзий по поводу быстрых успехов уже нет. Зато постепенно растет понимание, что ради результатов придется окунаться в местную специфику и в некоторых случаях даже идти на создание особых условий (режим «свободного порта Владивосток», прецедент с введением электронной визы – из этой серии). С китайской стороной подобная работа велась еще с 1980–1990-х годах. В России она оказалась связанной с системой Минвостокразвития и ее куратором Юрием Трутневым.

Централизовав повестку регионального сотрудничества с Китаем, Москва сделала его менее динамичным, чем в 1990-е годы, но в то же время более упорядоченным. Сконцентрировав в одних руках полномочия и прописав, насколько это было возможно, механизм взаимодействия с китайскими партнерами, Трутнев максимально приблизился к тому, чтобы решать сложные вопросы трансграничной повестки с помощью «политической воли».

Однако, как показывает предыстория подписания программы 2018–2024, возможности Трутнева и его команды не безграничны. Лобби со стороны «традиционной бюрократии» (Министерство финансов, МИД и особенно силовики) вполне в состоянии заблокировать любые инициативы «бюрократии развития». Поэтому и итоговая программа, подписанная на ВЭФ, получилась половинчатой. Она дает хороший расклад, что и как нужно делать, но никого ни к чему не обязывает. И уж точно не дает никаких гарантий, что близость к Китаю наконец воплотится в долгожданное развитие Дальнего Востока.

Китай. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 29 октября 2018 > № 2790509 Иван Зуенко

Полная версия — платный доступ ?


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 октября 2018 > № 2769076

Sveriges Radio (Швеция): Клуб только для женщин призван объединить расколотое женское движение в России

В российском Владивостоке открылся клуб только для женщин, и некоторые считают его первой ласточкой феминистской борьбы в стране. Правда, консервативные взгляды глубоко укоренились: не только мужчины, но и большинство женщин не готовы делить пополам домашние дела, а женщину на посту президента России даже представить себе не могут, сообщает «Шведское радио».

Лубна Эль-Шанти (Lubna El-Shanti), Sveriges Radio, Швеция

Чуть более года тому назад движение #metoo (#ятоже) захлестнуло немалую часть мира, но в России оно прошло практически незамеченным.

Однако сегодня запущены несколько инициатив, поднимающих вопрос равноправия и положения женщины в российском обществе.

Во Владивостоке на юго-востоке России, например, открылся клуб только для женщин.

«Здесь женщины могут говорить о том, что их действительно волнует, что бы об этом ни думали общество, их семьи или партнеры», — объясняет Катя Федорова.

Она стала инициатором проекта под названием Феминологи. Этот проект стал для женщин возможностью встретиться в непринужденной обстановке и высказаться о том, что, по их мнению, часто игнорируется в российском обществе. Например, домашнее насилие, разные формы дискриминации, взгляды на материнство, психические проблемы или секс.

Около сотни женщин разных возрастов собрались в небольшом подвальном баре во Владивостоке на юго-востоке России. Многие хорошо одеты и заказали себе напитки. У сцены становится тесно, женщины расселись на подушках вдоль стены или просто на полу.

По словам Кати Федоровой, важно создать пространство, где женщины могут высказываться свободно, без анализа или оценки со стороны мужчин.

«На женщинах лежит больше ответственности за дом, воспитание детей и объединение семьи, и это влияет на их карьерные возможности, их свободное время и жизнь вне дома».

«Это всего лишь пример обыденной проблемы, а не повод идти на баррикады и митинговать», — продолжает она.

Настало время первого «феминолога» — женского монолога — этого вечера. На сцену поднимается женщина в пестром платье, ее щеки слегка порозовели.

Она рассказывает, что после ряда отношений она в возрасте около 40 лет наконец осознала, что ей нравится быть одной. И окружающие сразу обеспокоились, пытались ее утешить, в чем она не нуждалась, говорили, что она скоро кого-нибудь найдет. Но я не хочу — жить одной, не впадать в зависимость от другого человека тоже должно считаться нормальным, заявляет она.

Рассказывая, женщина на сцене что-то ищет в своих записях. Говорит, что долго взвешивала плюсы и минусы серьезных отношений. Плюс: всегда рядом есть человек, способный повесить полку. Но дело в том, что в моей жизни и в моем доме так мало меняется, что мне крайне редко бывает нужна такого рода помощь. Зато еда должна быть на столе ежедневно, говорит она с усмешкой.

Публика смеется и аплодирует рассказу женщины.

Инициатор проекта Катя Федорова считает, что именно так в России и должна начинаться борьба за права женщин. По ее словам, сегодня российское женское движение расколото. Защитников прав женщин или тех, кто указывает на несправедливости в обществе, зачастую называют радикалами или противниками мужчин.

«Вот почему важны такие инициативы: здесь женщины могут обмениваться опытом, и это их объединяет. Только когда женщины начнут понимать и поддерживать друг друга, мы сможем вести настоящую борьбу», — говорит она.

Мария Попова слушает монологи. Она согласна, что подобные инициативы могут объединять, однако ей кажется, что это непростой путь, ведь в политике права женщин часто не принимаются во внимание.

В качестве примера она приводит домашнее насилие. Вот уже почти два года назад в России по сути разрешили бить жен, во всяком случае до тех пор, пока женщине не потребуется медицинская помощь. Несколько российских политиков и законодателей объявили, что это личное семейное дело.

«Многие женщины винят себя, считают, что заслужили побои. Некоторым даже кажется, что побои — это проявление любви», — говорит Мария Попова.

При этом власть проявляет двойственность в вопросе равноправия. Несколько недель назад президент Владимир Путин выступил на ежегодном Евроазиатском женском форуме. Он подчеркнул, что надо бороться с неравноправием и гендерными стереотипами, женщинам должно быть проще сделать карьеру. Но также он сказал, что важно защищать традиционные ценности, что касается семьи и материнства.

Молодежь тоже нередко разделяет традиционные взгляд на место женщины в обществе. В одном владивостокском кафе я встретилась с профессором социологии Галиной Ковтун, которая как раз изучает восприятие гендерных ролей среди молодых людей.

Как показало ее последнее исследование, основанное на опросе 200 студентов во Владивостоке, молодые люди одновременно верят в равноправие и хотят сохранить традиции.

Она приводит пример из своей работы. Многие мужчины положительно относятся к желанию женщины работать вне дома, но при этом не хотят делить с ней домашние обязанности. Так же отвечали и женщины: они хотят работать, но не готовы передавать или разделять ответственность за домашние дела.

Другая область, в которой влияние традиционного взгляда на гендерные роли ощущается еще сильнее, — это политика. Ни один из опрошенных мужчин не может себе представить, что проголосовал бы за женщину — кандидата в президенты. Среди женщин это сделали бы крайне немногие из участниц исследования.

«Многие считают, что женщинам надо держаться подальше от политики, что их место дома, именно так они и написали в своих ответах», — рассказывает Галина Ковтун.

Вернемся в маленький подвальный бар, где только что был произнесен последний монолог. На улице уже выстроилась очередь, люди ждут, когда бар снова станет обычным местом, куда пускают и женщин, и мужчин.

В помещении появляется зазевавшийся мужчина. Хозяйка немедленно объясняет ему, что здесь проходит закрытое мероприятие. Мужчина понимающе кивает и выходит.

«Мужчины то и дело пытаются зайти, им ведь интересно, что здесь происходит, о чем мы говорим», — объясняет она.

Катя Федорова довольна тем, как прошел вечер. Заметно, как в последние годы изменилась атмосфера, говорит она. О положении женщин заговорили более открыто. Но делать чересчур позитивные прогнозы на будущее она не осмеливается.

«Трудно изменить позицию людей, когда власть постоянно действует вопреки правам женщин».

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 октября 2018 > № 2769076


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 октября 2018 > № 2767057

Председатель правления регионального отделения Партии пенсионеров за социальную справедливость в Приморье Юлия Толмачева, в сентябре участвовавшая в выборах главы края, стала общественным советником врио губернатора региона Олега Кожемяко, сообщает администрация края.

Кожемяко заявлял, что планирует участвовать в выборах главы края в качестве самовыдвиженца. В начале октября депутаты законодательного собрания Приморья приняли закон, который позволяет самовыдвиженцам участвовать в выборах губернатора региона.

"Юлия Толмачева отметила, что предложение Олега Кожемяко "консолидировать силы и стать советником" восприняла как возможность напрямую озвучивать проблемы жителей и глубже вникнуть в механизмы работы исполнительной власти", — говорится в сообщении.

Толмачева выразила надежду на конструктивное сотрудничество с властями края.

"В качестве основных тем, которые планирую курировать в роли советника, конечно, останется социальная сфера и вопросы развития края в контексте инвестиционной политики", – сказала она.

На выборах главы края в сентябре Толмачева набрала 10,8% голосов.

Избирком Приморья по рекомендации ЦИК РФ признал результаты сентябрьских выборов главы региона недействительными. Бывший врио губернатора Приморского края Андрей Тарасенко заявил, что считает правильным решение об отмене итогов выборов. Кандидат от КПРФ Андрей Ищенко выразил готовность оспаривать результаты на трех территориях — в Уссурийске, Артеме и Находке. Всего им подано более 30 исков, отмечал кандидат от КПРФ. Новые выборы пройдут 16 декабря.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 октября 2018 > № 2767057


Россия. УФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 18 октября 2018 > № 2763899

Бизнес-миссия Союза «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил» в город Магадан (Магаданская область)

С 9 по 13 октября состоялся официальный деловой визит руководителей предприятий и предпринимателей Свердловской области в город Магадан (Магаданская область). В бизнес-миссии, организованной Союзом «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил», приняли участие: ООО Научно-инновационная фирма «Свой дом», ООО «Форэст», ООО ТК «Бояр», ООО ЦСНЭ «Уралэкспертпроект», ЗАО «НПП «Машпром», ООО «Регионпоставка», ООО «АвтоПромМаркет», ООО «Униформа».

Деловая программа включала в себя: посещение предприятий города Магадан и области, в том числе крупнейших горнодобывающих и золотодобывающих компаний Магаданской области, Магаданского морского торгового порта, Магаданского механического завода, ООО «Маг-Си Интернешнл», ООО «Тихрыбком», ООО «Москва Фуд», Магаданского политехникума, предприятий энергетической отраслей, а также индивидуальные деловые переговоры с руководителями предприятий по отраслевой принадлежности. Мэр Магадана Юрий Гришан провел рабочую встречу с представителем торгово-промышленной палаты Нижнего Тагила, директором ООО ЦСНЭ «Уралэкспертпроект» Александром Шумкиным, на которой был рассмотрен проект строительства мусороперерабатывающего завода на территории города.

Губернатор Магаданской области Сергей Носов принял главу делегации Президента Союза «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил» Бориса Соколова и Председателя Союза «Магаданская торгово-промышленная палата» Алексея Липинского. На встрече было отмечено успешное развитие двусторонних отношений между регионами во всех сферах, подчеркнуто, что сотрудничество с предприятиями Свердловской области вносит вклад в дело укрепления деловых связей Магадана и Нижнего Тагила.

По итогам бизнес-миссии были установлены кооперационные связи, стороны в рамках деловой миссии наметили конкретные планы сотрудничества в самых разных отраслях. По окончании делового визита было подписано соглашение о сотрудничестве между Союзом «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил» и Союзом «Магаданская торгово-промышленная палата». Участники делегации выразили пожелания торгово-промышленной палате и в дальнейшем организовывать деловые миссии.

Помощник Президента по связям с общественностью,

Союз «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил»,

Е.А. Нургалеева

Россия. УФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 18 октября 2018 > № 2763899


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 17 октября 2018 > № 2765134 Андрей Перцев

Победа непослушания. Как Москва признала Приморье особой территорией России

Андрей Перцев

Новый врио главы Приморского края Олег Кожемяко в своей агитации делает упор на местный патриотизм и критику Москвы. Кремль пытается учесть ошибки сентябрьских выборов, превращая Кожемяко в главного революционера Приморья, который требует от федералов справедливости. Но эффект от такой пиар-стратегии может быть непредсказуемым, и коснется он не только Дальнего Востока

Средний российский губернатор ничего не требует от федерального центра – он прекрасно знает, что обязан должностью не избирателям, а руководству страны. Глава региона может что-то у Кремля попросить, и ему пойдут навстречу – такой чиновник считается «хорошим лоббистом». Накануне выборов центр может региону что-нибудь подарить: списать кредит, выделить дополнительную субсидию, привести крупного инвестора. Но требовать у центра ничего нельзя. И тем более нельзя напоминать, что Москва забирает у регионов большую часть налоговых поступлений, а потом перераспределяет их.

Специфический российский федерализм подразумевает, что вся политика и экономика в воле Кремля – он казнит, милует, делит и делится, но никак не наоборот. Единственное исключение, которое, как мы знаем, подтверждает правило, – глава Чечни Рамзан Кадыров. Он не стесняется прямо говорить центру, что его республика чего-то недополучила, Чечня – регион особенный, и справедливость должна быть восстановлена. Требуемое Кадыров обычно получает.

Однако теперь в старых правилах появилось новое исключение, возможно, даже более радикальное, чем Рамзан Кадыров. Врио главы Приморского края Олег Кожемяко, назначенный Владимиром Путиным, публично сомневается в эффективности политики Кремля и правительства – по крайней мере, в области экономики.

Назначенец-оппозиционер

Сомнения в том, что Москва всегда права, – это одна из основных линий агитации Кожемяко на выборах губернатора региона, которые пройдут в декабре этого года. Например, на встрече с жителями Уссурийска он раскритиковал систему ГЛОНАСС, которую федеральное законодательство требует теперь устанавливать на все автомобили. В Приморье эта проблема особенно актуальна – там популярны подержанные японские авто, сравнительно дешевые и надежные, на которых, естественно, никакой российской системы нет, поэтому ее надо покупать.

«Платить по 30 тысяч рублей за бесполезный инструмент — это противоречит интересам людей и создает дополнительные трудности», – дал свою оценку ГЛОНАСС Олег Кожемяко и пообещал поговорить о проблеме с федеральными чиновниками.

Врио губернатора осудил и другую недавнюю инициативу федерального правительства – нормативы потребления электроэнергии, которые вводят со следующего года. Выполняешь норматив – платишь средний тариф, превысил – повышенный. По мнению Олега Кожемяко, «в XXI веке неправильно ограничивать людей в потреблении электроэнергии, которая расходуется практически на любые домашние нужды». Врио губернатора обещал использовать свои контакты в правительстве, чтобы избавить Приморье от таких нововведений.

Другие желания приморцев глава края тоже исполняет. Во Владивостоке давно мечтают, чтобы город стал столицей Дальневосточного федерального округа (сейчас это Хабаровск). Врио губернатора публично это поддерживает, призывает оформить законодательно. Полпред президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев предложение уже оценил и считает, что перенос столицы ДФО в скором будущем вполне возможен.

Кроме того, Кожемяко уже внес в Заксобрание региона законопроект о возвращении прямых выборов глав муниципалитетов, в том числе Владивостока. По всей России их отменяют, а в Приморье наоборот – демократия и вольность.

Агитационные паблики Олега Кожемяко в соцсетях идут еще дальше. Новость о нормативах энергопотребления иллюстрирует такая картинка: нарисованный Кожемяко пинает карикатурных чиновников с портфелями – «Валите обратно в свою Москву».

«Как это так получается, что Москва определяет, как нам здесь жить. Мы знаем доминирующую проблему в Приморье – угольные терминалы, а кому принадлежат эти терминалы? …ФГУП «Нацресурсы», которое как юридическое лицо зарегистрировано в Москве… рассматривает только одну строчку – получение прибыли», – рассуждает в видео, выложенном в паблике, уже живой Кожемяко. «Москвичи будут указывать, как нам жить? Олег Кожемяко поднял острую для нас тему про Приморье и отношения со столицей», – обостряет заголовок поста.

Рецепт особого статуса

Еще раз повторим – Олег Кожемяко не оппозиционер, а назначенный Путиным врио губернатора. До Приморья он управлял еще тремя регионами (Сахалинской, Амурской областей и Корякским округом). На Сахалине при Кожемяко центр пересмотрел распределение доходов от нефтеперерабатывающего проекта в свою пользу (вместо 75% регион стал получать 50%, а будет получать 25%). Кожемяко свое слово тогда, конечно, сказал, но оно было не таким жестким и, как видно, безрезультатным. А выборы мэров на Сахалине Кожемяко, наоборот, отменил.

В Приморье ситуация другая – выборы главы края, которые прошли в сентябре, признали несостоявшимися. Во втором туре голосования, куда вышли врио губернатора Андрей Тарасенко, выдвинутый «Единой Россией», и коммунист Андрей Ищенко, первоначально лидировал кандидат от КПРФ. Но под конец результаты единоросса стали неправдоподобно расти, и выборы решили отменить.

Сейчас кампания Олега Кожемяко выглядит как работа над ошибками в кампании Андрея Тарасенко. Тарасенко публично одобрял инициативы центра – например, пенсионную реформу, пренебрегал местным патриотизмом, баллотировался от теряющей популярность «Единой России», напирал на то, что его поддерживает Кремль и лично президент, что-то просил у Москвы. Он был типичным представителем типажа «хороший лоббист», ранее вполне успешного. Но именно эту ориентированность на центр, а не на край приморцы поставили в упрек Тарасенко, проголосовав за малоизвестного коммуниста, которому помогла выдвинуться администрация региона.

Штаб Кожемяко, за работой которого пристально наблюдают из президентской администрации, пошел противоположным путем. Образ нового врио – это не эмиссар Кремля, а «капитан Приморья», который не просит, а требует. Новый врио губернатора – и есть главный революционер, перед которым должны померкнуть любые оппозиционные кандидаты.

Тактически эти шаги верны. После сентябрьского второго тура местные влиятельные группы воспряли, и противником Олега Кожемяко может оказаться куда более сильный кандидат, чем Андрей Ищенко. Тут надо играть на опережение.

С другой стороны, это опережение пока выглядит слишком нарочито. Если щедро выданные обещания потом никто не подумает исполнять, то это чревато сильным разочарованием и раздражением жителей и без того протестного региона. А если эти обещания исполнить, то возникнет интересная ситуация – Приморье станет регионом, который живет по своим правилам, и центр разрешает ему это делать.

Его жители могут выбирать мэров, их не касаются федеральные нормативы. И для получения этих свобод надо всего лишь прокатить кандидата от власти на губернаторских выборах. Получится, что праздник непослушания сработал – избиратели показали силу и Москва прогнулась.

Политтехнологические игры Кремля сделали (даже если допустить, что только на время избирательной кампании) Приморье центром реального федерализма, примером для других регионов. Олег Кожемяко пока выглядит идеальным руководителем субъекта – ради победы на выборах его политтехнологи и АП вылепили этот образ. «Дайте и нам такого! А не дадите – сами выберем!» – такое желание может возникнуть у жителей других регионов. Тем более что сюжеты о справедливом приморском врио то и дело мелькают на федеральном ТВ.

Проблема установки ГЛОНАСС на подержанные авто общая для всей страны. И вряд ли жители других регионов горят желанием платить за электроэнергию по повышенным нормативам. «Наш-то чего молчит?» – задумаются граждане. Тактические действия власти в Приморье ставят стратегический вопрос о федеральных отношениях регионов и центра. Методологические игры АП в регионах, с обнулением результатов, изменением правил и вводных, вопреки желанию организаторов переформатируют политическую реальность.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 17 октября 2018 > № 2765134 Андрей Перцев


Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 октября 2018 > № 2759209

Tokyo Shimbun (Япония): Вновь всплыла идея моста между Сахалином и Россией. Мечта — построить мост до Японии

Автор японской «Токио симбун» рассуждает о перспективах строительства моста между Сахалином и Хоккайдо. Эта идея всплывала в СССР со времен Сталина, однако реализована не была. Этим летом президент Путин распорядился, чтобы местные чиновники рассчитали окупаемость проекта. Японский журналист приводит данные опросов неназванных местных СМИ: жители Сахалина относятся к этой идее скептически.

Акира Курита (Akira Kurita), Tokyo Shimbun, Япония

Идея строительства моста, который свяжет Россию с Сахалином, вновь оказалась в центре внимания. Эта идея всплывала в СССР со времен Сталина, однако реализована не была. Тем не менее президент Путин этим летом распорядился, чтобы местные чиновники рассчитали окупаемость проекта. Между тем местные жители относятся к этой идее скептически: есть более приоритетные сферы, требующие инвестиций.

В ходе встречи с губернатором Сахалинской области в июле этого года президент Путин заявил, что мост — это давняя мечта жителей. Эксперты полагают, что цель российского лидера была в том, чтобы продемонстрировать энтузиазм в отношении развития Дальнего Востока. По информации агентства «ТАСС», в 1950 году Сталин приказал построить мост, соединяющий Сахалин с материком. Строительство началось, однако после смерти Сталина его свернули. Около 20 лет назад вновь начали обсуждать возведение моста, однако дело так ничем и не закончилось.

Заместитель председателя правительства Сахалинской области Владимир Сидоренко пояснил нашей газете, что совместно с Хабаровским краем была организована рабочая группа. «Все зависит от того, сможем ли мы объяснить властям в понятной форме эффективность моста», — подчеркнул Сидоренко.

Расходы на строительство 19-километрового моста, который соединил Россию с аннексированным Крымом и который был открыт в мае этого года, составили примерно 230 миллиардов рублей. Длина самой узкой части Татарского пролива, разделяющего Сахалин и Россию, составляет шесть километров, однако поскольку придется с нуля прокладывать автомобильные и железные дороги, этот проект может стать более крупномасштабным, чем Крымский мост.

По информации газеты «Ведомости», бюджет строительства железной дороги составит 540 миллиардов рублей. Предполагается, что объемы транспортировки грузов вырастут более, чем в три раза, однако эксперты и некоторые чиновники подвергли сомнению экономический эффект: «Расчеты грузоперевозок и расходов на строительство неправильные».

Сидоренко также признает, что не стоит рассчитывать на скорую окупаемость, однако подчеркивает: «Следует оценить глобальный инфраструктурный проект со стратегической точки зрения с прицелом на 50 или 100-летнюю перспективу».

У России есть перспективный план повысить экономическую эффективность сахалинского моста. Идея в том, чтобы построить большой мост до Хоккайдо, который расположен в 40 километрах от Сахалина. По мнению России, это может стать одним из центральных проектов российско-японского сотрудничества. Москва оказывает воздействие, заявляя, что если построить мост, Япония превратится в материковую страну, простирающуюся до Европы, однако есть проблемы в области безопасности, поэтому Япония лишь молча наблюдает за развитием ситуации.

Между тем многие местные жители также сомневаются в целесообразности строительства сахалинского моста, что идет вразрез с заявлениями Путина.

В соответствии с сетевым опросом, который провели местные СМИ в сентябре, 48% респондентов ответили, что мост будет способствовать развитию Сахалина, однако по мнению 49% «проект невыгодный», «бюджет будет разворован». «Есть другие насущные проблемы, мост — это не самая приоритетная задача», — отмечает сотрудница южносахалинской больницы.

Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 октября 2018 > № 2759209


Япония. Корея. Китай. Азия. ДФО. СФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > amurmedia.ru, 12 октября 2018 > № 2788398

Экспорт сибирского зерна в страны АТР

Обзор возможных путей транспортировки

Прошедший в начале сентября во Владивостоке Восточный экономический форум в очередной раз поднял на поверхность вопрос экспорта российского зерна в страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Судя по заявлениям, сделанным на полях форума, а также ряду подписанных соглашений, российский АПК заинтересован в увеличении экспорта зерновых в восточном направлении, вместе с тем существует спрос на дальневосточное и сибирское зерно на рынках Японии, Кореи, Китая, в перспективе возможно налаживание экспорта в Малайзию и Вьетнам. Пожалуй, самым серьезным препятствием на пути развития экспорта зерновых в регионе является недостаточная развитость логистической составляющей. Обзор существующих и находящихся в стадии планирования транспортных путей и перевалочных пунктов, пригодных для перевозки и хранения зерна, в материале ИА UssurMedia.

В настоящее время ситуация с экспортом сибирского зерна обстоит следующим образом: местные аграрии постоянно находятся в поиске новых каналов реализации продукта, но единственным доступным долгое время остается черноморское направление, а именно довольно ограниченные мощности Новороссийского порта. Логичным направлением работы выглядит развитие экспорта на восток. На сегодняшний день существует три возможных пути транспортировки сибирского зерна в страны Азии. Два связаны с морскими перевозками из портов Хабаровского и Приморского краев, третий – через примыкающий к региону Казахстан в Китай.

Последний вариант можно считать неподлежащим реализации, так как экспорт зерна в Китай осуществляется по специальным квотам, в перераспределении которых казахстанские аграрии совершенно незаинтересованы. Поэтому рассмотрим варианты экспорта через порты, расположенные на берегу Японского моря.

Сегодня на Дальнем Востоке нет специализированных зерновых терминалов, хотя зерно переваливают ВМТП, Первомайский порт во Владивостоке и порт Петропавловска-Камчатского. Самые большие объемы у ВМТП — около 130—150 тыс. тонн в год (92,5 тыс. тонн по итогам 6 месяцев 2018 года), Первомайский порт перевалил за 6 месяцев 25 тыс. тонн, а порт Петропавловска-Камчатского — 1,5 тыс. тонн. Владивостокский морской торговый порт под перевалку зерна ввел в эксплуатацию и сертифицировал два зерновых склада, кроме того разработал технологию перегрузки зерна в сухогрузы без перевалки на склады: когда портовый кран цепляет вагон напрямую с железной дороги и пересыпает содержимое в танк судна. На экспорт через порты Приморья идет преимущественно кукуруза. Основные направления — Япония и Корея.

В 2018 году было заявлено о начале реализации сразу нескольких проектов по строительству зерновых терминалов в Приморском и Хабаровском краях, в большинстве которых планируется участие иностранных компаний. Зерновой терминал с заявленной мощностью более 5 млн тонн зерна в год планируют построить в порту Советская Гавань, обозначенный бывшим руководителем края срок реализации – 2024 год. Другой проект в Хабаровском крае, проводимый китайской компанией "Дунцзин", связан со строительством речного порта мощностью до 400 тысяч тонн, сроки более обнадеживающие – конец 2019 года. При анализе перспектив любых масштабных проектов нужно учитывать внутреннюю и внешнюю политическую конъюнктуру. Фактор, который, возможно, будет препятствовать китайскому проекту, – российско-японские переговоры по увеличению экспорта зерна в Страну восходящего солнца, отчасти именно заинтересованностью в японском рынке и вызвано строительство зернового терминала в Советской Гавани. Сроки строительства которого могут затянуться на неопределенное время вследствие смены руководства края, в частности, ухода с губернаторского поста Вячеслава Шпорта, активно лоббировавшего данный проект.

Таким образом экспорт сибирского зерна через Хабаровский край на данный момент и неопределенное время вперед невозможен. Более оптимистичной выглядит ситуация с инфраструктурными объектами по перевалке зерна в Приморье. Помимо уже упомянутых действующих портов во Владивостоке в ближайшем будущем планируется реализация еще нескольких проектов. Китайская группа компаний "Порт Хэбэй" готова построить специализированный зерновой терминал в Славянке Приморского края. Планируется, что терминал сможет обрабатывать до 2 млн тонн зерна в год.

О планах строительства специализированного зернового терминала в Приморье также заявляла "Объединенная зерновая компания". По словам генерального директора компании Михаила Кийко, первую очередь проекта планируется запустить к 2021 году, а строительство специализированного зернового терминала в морском порту Зарубино в Приморье остается основным стратегическим проектом ОЗК, который позволит сельхозпроизводителям из Сибири и Дальнего Востока выйти на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона.

Оставляя за скобками внешнюю политику, остановимся на внутренних факторах, теоретически способных помешать реализации обоих проектов в Приморье. Точно так же, как и в соседнем Хабаровске, немаловажным фактором может стать очередная смена губернатора и борьба местных элит. Что касается проекта ОЗК, то, как кажется, определенное влияние на сроки строительства окажет арест главы группы "Сумма" Зиявудина Магомедова.

Краткий обзор существующих портов и находящихся на различных стадиях реализации проектов зерновых терминалов позволяет сделать вывод: несмотря на наличие на азиатском рынке интереса к сибирскому зерну, возможности по экспорту ограничены мощностями, не специализирующихся на зерне владивостокских портов. А учитывая то, что часть зерна, отправляемого по железной дороге в Приморье из Сибири, в процессе перевозки может терять качественные характеристики, требуется дополнительная подготовка перед отправкой на экспорт. Однако морские порты Приморского края на сегодняшний день не имеют возможности оказывать соответствующие услуги.

Одним из решений, до ввода в эксплуатацию крупных зерновых терминалов в Приморском крае, является строительство нескольких небольших перевалочных комплексов на действующих причалах, рассчитанных на краткосрочное накопление и быструю перевалку одной судовой партии зерна, реализация данного проекта уже ведется в одном из портов г. Владивостока. Крупная консолидация и перераспределение зерна может осуществляться на элеваторе ООО "Уссурийские мельницы" в Уссурийске. Руководство предприятия в ближайшем будущем планирует уйти от зависимости от местных сельскохозяйственных производителей и направить особые усилия на обслуживание зерна из Сибири.

Город Уссурийск территориально является естественным транспортно-логистическим центром Приморского края. Через него проходит Транссибирская железнодорожная магистраль, связывающая морские порты Приморского края с Сибирью и Центральной Россией, а также железнодорожные и автомобильные пути сообщения с Китаем и Северной Кореей. Станция Уссурийск является "внеклассной", на которой происходит формирование и расформирование всех грузовых поездов по заданным направлениям.

ООО "Уссурийские мельницы" в Уссурийске имеет полнофункциональную инфраструктуру элеватора на 32 тысячи тонн единовременного хранения. Предоставляет полный комплекс услуг по типу "сухого зернового порта" с возможностью долговременного хранения зерна. Предприятие способно принимать с автомобильного и железнодорожного транспорта до 2 тысяч тонн и отгружать до 1,5 тысячи тонн зерна ежесуточно с перспективой увеличения объемов в два раза. Опыт предприятия и знания особенностей работы в экспорте зернобобовых через порты Приморья позволяют решить комплексную задачу по накоплению судовых партий зерна, его подработке и доставке в морские порты Приморского края. Предприятием отработана и опробована доставка зерна автомобильным транспортом с элеватора в Уссурийске в порт Владивостока с непосредственной выгрузкой зерна в судно без накопления судовой партии в напольных складах причала. Данная технологическая схема позволяет сократить потери зерна, сохраняет его качество, уменьшает расходы на логистику.

В настоящее время, учитывая неприспособленность портовой инфраструктуры под перевалку зерновых и загруженность железной дороги, единственным функциональным коридором для экспорта сибирского зерна в страны АТР является его доставка по железной дороге до "сухого зернового порта" в Уссурийск, с последующей доставкой судовых партий в порты Владивостока грузовым автомобильным транспортом. При этом элеватор компании ООО "Уссурийские мельницы" является важнейшим логистическим хабом, способным обеспечить прием, подготовку и перераспределение экспортных партий зерна.

Япония. Корея. Китай. Азия. ДФО. СФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > amurmedia.ru, 12 октября 2018 > № 2788398


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 12 октября 2018 > № 2788385

Перенос столицы ДФО только раздраконит дальневосточников и настроит против Москвы

Политологи о шансах, причинах и последствиях

Идея переноса столицы ДФО из Хабаровска во Владивосток, озвученная кандидатом в губернаторы Приморья Олегом Кожемяко и подхваченная полпредом в ДФО Юрием Трутневым, приведет к тому, что два региона столкнутся лбами, и лишь усилит неприязнь к федеральному центру. К такому мнению пришли эксперты, сообщает корр. ИА AmurMedia.

Владивосток forever

Пожалуй, самая громкая новость сегодняшнего дня — перенос столицы ДФО из Хабаровска во Владивосток.

Больше всего поражают скорость и размах. Не успел кандидат в губернаторы Приморья Кожемяко высказаться, как его уже поддержал полпред Трутнев, приведя целую раскладку доводов "за", администрация президента и премьер. Осталось, убеждает кандидат, дело за малым: согласием президента. При этом мнения жителей Хабаровского края, ну так, из приличия, даже не спросили.

Надо отметить, что задолго до образования ДФО, еще в конце 80-х и в 90-ые в Приморье крайне скептически относились к одной только идее соперничества между Хабаровском и Владивостоком, ныне двумя главными центрами Дальнего Востока.

Привилегированное положение, а Владивосток, как и все Приморье, в советское время был закрытой территорией, довольно долго подпитывало убеждение приморцев в своей особости.

И в советскую эпоху так, наверное, и было. Военный флот с мощными линкорами и субмаринами наглядно демонстрировал жителям силу и надежность Советской власти, а торговый флот вносил радостное разнообразие в серые будни. Пока вся страна работала на отечественной бытовой технике, Приморье тихо осваивало импортную, как правило, японскую, предмет вожделения не одного поколения советских граждан. Неудивительно также, что первые по-настоящему дорогие автомобили, опять-таки японские, сначала появлялись в Приморье, а затем уж везде.

90-ые принесли региону совсем другую славу. Край открыли, и он прогремел на всю страну криминальными разборками, забастовками шахтеров, разграблением флота, долгами по зарплате, жизнью без света и воды, почти комичным противостоянием региональной и городской власти.

Хабаровск на этом буйном фоне выглядел тихой домашней гаванью. Да, и здесь постреливали и захватывали предприятия, но бесчинствовали, как-то не выходя за рамки приличий, то есть без приморской театральной шумихи, и уж точно, что свет с отоплением не исчезали в домах навсегда.

Несмотря на перемены долгие годы приморцы лишь вежливо улыбались в ответ на робкие замечания, что-де и в Хабаровске можно жить, пока вдруг с огорчением не обнаружили, что и в самом деле можно. Без помпы, без шума и практически без федеральных средств Хабаровск разросся, отстроился и расцвел. Новые парки, скверы, пруды, дороги и развязки, современная архитектура дали краевой столице право называть себя самым благоустроенным городом Дальнего Востока.

А Владивостоку отстроиться помогли. Точкой отсчета новой истории столицы Приморья стал саммит АТЭС 2012 года, на мероприятия которого пошли миллиардные вложения из федерального бюджета.

Статус раздора

Эксперты отмечают, что начиная с 90-ых карту "Владивосток круче Хабаровска" в Приморье разыгрывали не раз, но всегда с большим воодушевлением. При этом показательно, что в Хабаровске она не действует совсем.

— На этих губернаторских выборах командой Шпорта был заброшен тезис о том, что, если выборы выиграет либерал-демократ Фургал, столицу перенесут во Владивосток под крыло единоросса Тарасенко. Однако этот тезис не подхватили, и тема ушла, а затем и Тарасенко, — отметил политолог Григорий Говорухин. — Тема ушла, а вот политтехнологи московские, которые ее предложили, уехали мастерить избирательную кампанию в Приморье господину Кожемяко и, видимо, решили там ее отработать — не пропадать же добру. Мне вообще трудно представить, что эта тема может быть кому-то так уж интересна, хабаровчанам или приморцам. Ну как столичный статус поможет изменить пенсионную реформу, повысить зарплату или снизить цены на коммуналку и бензин? А ведь именно за это выступило население Хабаровского и Приморского краев, отказав в доверии кандидатам в губернаторы от "Единой России".

С Григорием Говорухиным согласен социолог Юрий Березутский:

— Определенного рода ревность есть, сродни той, что существует в отношениях между Москвой и Петербургом, но всерьез рассчитывать на этот довод не стоит никому. Обществу по большому счету этот вопрос не интересен. Уже даже появились шутки на эту тему: то сахалинский Корсаков заявляет о своих столичных притязаниях, то Колыма. А недавно прием серьезно Магадан. Приморцы, как и хабаровчане, отлично понимают, что статус столицы не улучшит жизнь людей в регионе. Очевидно, с этой инициативой выступили в надежде хоть как-то расшевелить общество, добавить популярности кандидату в губернаторы от ЕР Кожемяко.

Другой немаловажный момент связан с силовыми ведомствами, которые традиционно размещались в Хабаровске. Перевод силовиков во Владивосток — дело немыслимое, и с точки зрения организационной и с точки зрения финансовой, а без силовиков новая столица неполноценна.

Если же оставить силовые ведомства на месте, переведя во Владивосток все остальные структуры, то де-факто в ДФО будет две столицы, что вряд ли устроит федеральный центр: территория огромная и далекая — центр должен быть один.

Третий момент — связи с другими регионами ДФО.

— Рвутся сложившиеся логистические цепочки. Смена столицы означает, что придется ехать в Приморье из той же ЕАО и Амурской области, откуда до Хабаровска можно легко добраться и на машине. Хабаровск находится куда в более выгодном положении, чем Владивосток. Следовательно, неизбежны издержки, — говорит Григорий Говорухин.

Но самый важный вопрос, по его мнению, а нужен ли перенос столицы власти.

— Зачем сталкивать лбами два региона, население которых и так доказали свою нелояльность федеральной власти? — удивляется политолог. — Неужели выдвижение одного кандидата в губернаторы настолько важно?

Между тем, есть доводы и в пользу этих соображений. ДФО — вотчина полпреда Трутнева, и фиаско партии власти на выборах в двух самых значимых регионах округа автоматически ставит под сомнение его способности хорошего управленца и организатора. Не исключено, говорят эксперты, что дабы не допустить третьего громкого провала в случае с Кожемяко, полпред хватается за любую возможность усилить позиции своего кандидата.

— В этой версии есть определенная логика, и она вполне имеет право на жизнь. Но сама идея противопоставления партийных элит в корне не верна и не укладывается в формирующуюся политическую концепцию. Если федеральный центр допустил приход к власти представителя ЛДПР, то попытки затем дискредитировать его, а перенос столицы во Владивосток — это, безусловно, удар по репутации губернатора Хабаровского края, выглядят как мелкая месть и откровенная слабость, и так и будут прочитываться населением. Что, как вы сами понимаете, не улучшит отношение населения к федеральной власти и только повысит градус социального напряжения. А впереди у нас череда выборов. Поэтому я склонен думать, что перенос столицы — часть предвыборной кампании господина Кожемяко.

Главный показатель удовлетворенности дальневосточников качеством жизни, подчеркивает Юрий Березутский, — это желание жить и работать на родине. Между тем увеличивающийся с каждым годом миграционный отток с Дальнего Востока ясно дает понять, что качеством жизни они недовольны. Ни перенос столицы, ни другие подобные мелочи никогда не звучали в списке чаяний дальневосточников, и не таких "прорывных" решений ждет от Москвы Дальний Восток.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 12 октября 2018 > № 2788385


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 11 октября 2018 > № 2788400

Храм построят на Центральном городском кладбище Хабаровска

Просьбы от жителей дальневосточной столицы поступают на протяжении нескольких лет

На Центральном городском кладбище Хабаровска будет заложен храм святых Царственных страстотерпцев Подворья Петропавловского женского монастыря, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на информационный отдел Хабаровской епархии.

Многочисленные просьбы хабаровчан о строительстве храма на территории городского кладбища поступали в Хабаровскую епархию на протяжении нескольких лет и, наконец, молитвами и трудами сестер Петропавловского монастыря — единственной монашеской обители на территории Хабаровского края — и его благотворителей удалось приступить к реализации столь долгожданного проекта.

В 2018 году исполнилось сто лет с момента убиения Царской семьи, члены которой прославлены Русской Православной Церковью в лике святых Царственных страстотерпцев, поэтому было принято решение посвятить новый храм именно этим святым угодникам Божиим.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 11 октября 2018 > № 2788400


Япония. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 10 октября 2018 > № 2763534

«Отвергаем демарши»: Россия не приняла протестов Японии

В МИД России ответили на претензии Японии по Курилам

Москва отвергает демарши Токио, вызванные действиями России на Курилах. В МИД РФ также отмечают, что подобные заявления Японии плохо влияют на развитие двусторонних отношений. Представителям внешнеполитического ведомства кажется странным, что высокопоставленные политики в Токио выдают за официальные протесты претензии, которые младшие дипломаты посольства Японии в Москве высказывают в адрес России.

Москва отвергает протесты японской стороны по поводу действий России на Курилах, а заявления Токио наносят ущерб положительному развитию двусторонних отношений, отмечается в заявлении российского МИДа.

«Решительно отвергаем такие демарши, поскольку Россия имеет суверенное право на любую деятельность на своей территории, включая меры по укреплению национальной обороноспособности. Эти действия никоим образом не направлены против соседних государств и являются исключительно внутренним делом нашей страны», — подчеркнули в ведомстве, добавив, что подобные случаи «мегафонной» дипломатии со стороны Японии плохо влияют на атмосферу двусторонних отношений и препятствуют развитию российско-японских связей.

В российском министерстве убеждены, что любые возникающие вопросы необходимо решать не при помощи «ритуальных протестов», а путем диалога.

Как указали в тексте заявления, в последнее время японская сторона все чаще удивляет своим странным поведением: младшие дипломаты посольства Японии в Москве высказывают претензии в адрес России, иногда даже по телефону, а высокопоставленные политики в Токио затем выдают их за официальные протесты.

Ранее в этот же день сообщалось, что Япония заявила России протест по поводу планирующегося проведения стрельб в районе Курильских островов. Об этом журналистам сообщил генеральный секретарь правительства Есихидэ Суга.

«Это приведет к усилению военного присутствия российской армии на четырех северных островах и не совпадает с позицией нашей страны», — цитирует японского политика агентство Kyodo.

По словам Суги, для решения данной проблемы необходимо закрыть вопрос о принадлежности самих северных территорий (островов Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи).

Москва и Токио не подписали мирный договор по итогам Второй мировой войны. Причиной этого является вопрос принадлежности островов Кунашир, Итуруп и Малой Курильской гряды, которые по окончании войны вошли в состав СССР. Несмотря на это, Япония считает их своими «северными территориями». В российском внешнеполитическом ведомстве не единожды заявляли, что российский суверенитет над островами, который закреплен на международном уровне, сомнению не подлежит.

В середине лета ситуация в отношениях России и Японии осложнилась принятием Токио поправок в закон «О специальных мерах по содействию решению проблемы северных территорий» от 1982 года.

«В утвержденном законопроекте СХД (совместной хозяйственной деятельности) прямо увязывается с надуманными тезисами об «исконной принадлежности Японии» южных Курил и де-факто ставится в один ряд с мерами по «скорейшему возвращению северных территорий». Видим в этом ни что иное, как попытку предрешить исход соответствующих переговоров, навязать неприемлемые варианты урегулирования проблемы мирного договора», — отметили в комментарии департамента информации и печати МИД РФ.

Принятые поправки вызвали у представителей ведомства непонимание: зачем правовой акт, который был принят в годы непростых отношений Москвы и Токио, «японским законодателям потребовалось вытаскивать на свет», если на данный момент связи между Россией и Японией динамично развиваются в зависимости от решений лидеров.

«Более того, принятые поправки прямо противоречат договоренностям на высшем уровне о налаживании совместной хозяйственной деятельности на Южных Курильских островах, в том числе в интересах создания атмосферы доверия и сотрудничества между нашими двумя государствами», — подчеркнули в министерстве, добавив, что предпринятый японскими парламентариями шаг создает препятствия на пути к дальнейшему продвижению переговоров по СХД.

В сентябре 2017 года президент России Владимир Путин и премьер-министр Японии Синдзо Абэ провели встречу в рамках Восточного экономического форума, проходившего во Владивостоке. По итогам переговоров Синдзо Абэ заявил, что они вместе с Путиным решили подписать мирный договор между двумя странами.

Российский лидер, в свою очередь, сообщил, что находится в постоянном контакте с главой японского правительства, и подчеркнул, что взаимодействие с Абэ также способствует поддержанию контактов бизнес-структур.

Позже японский премьер заявлял о важности ведения совместной с российской стороной хозяйственной деятельности на Южных Курильских островах. «Посредством осуществления совместной экономической деятельности мы хотим углубить понимание России о том, что она ей также выгодна, и решить проблему [мирного договора]», — отметил Абэ в ходе встречи с мэром города Нэмуро Сюнсукэ Хасэгавой.

В начале этого года агентство Kyodo со ссылкой на правительственные источники сообщило, что японские власти намерены попытаться решить проблему Курильских островов, «пока Путин, имеющий стабильную поддержку внутри страны, остается у власти».

Япония. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 10 октября 2018 > № 2763534


Россия. СКФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 10 октября 2018 > № 2758663

СЕНТЯБРЬСКИЕ СТРЕЛОЧНИКИ

Едва в минувшем сентябре избрали 20 глав регионов, сразу посыпались отставки там, где выборы предстоят в сентябре будущем.

Губернаторы сменились в Архангельской, Липецкой и Курганской областях, в Кабардино-Балкарии, сахалинского перебросили в качестве и. о. в Приморье, Питер покинул непотопляемый Г. Полтавченко.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков бодро заявил, что смена губернаторов - «перманентный процесс» и «нельзя исключать продолжения».

Потенциальными кандидатами на вылет эксперты называют еще минимум семерых, и это уже похоже на некий обвал. Число отставленных может сравняться с числом губернаторских выборов в сентябре 2019-го, что свидетельствует о попытках Кремля кардинально сменить имидж местных властей.

В качестве поводов упоминаются почтенный возраст, низкая эффективность, слишком долгое пребывание в кресле... Особый случай с Г. Полтавченко, отправленным руководить советом директоров Объединенной судостроительной корпорации, где более 40 военно-промышленных предприятий России.

В особых познаниях в судостроении он замечен не был, и если неудачно трудился в Питере, то ради чего так рисковать судостроением? Если же был успешным, зачем менять?

В экспертном сообществе уверены, что причины ротации - протестное голосование в сентябре 2018-го. Кремлю нельзя допустить повторения этого через год, иначе «болезнь» станет хронической и устойчивой, превратится в долгосрочное противостояние между властями и народом.

Но верно ли выбран рецепт лечения «болезни»? Есть сомнения. Свеженазначенные и. о. столкнутся в регионах с теми же трудностями, что и предшественники: с большой кредитной задолженностью, со стагнацией экономики, с отсутствием денег в бюджетах, низкими доходами населения, проблемной социальной сферой. Им предстоит внедрить в органы управления свои команды, которые должны будут вникать, осваиваться и завоевывать доверие местных элит. На все это уйдет немало времени, и где гарантия, что через год новоприбывшие станут своими для местных жителей и те пойдут голосовать за них, а не против?

Пусть даже отдельным выдвиженцам центр подкинет денег, чтобы заткнуть ими зияющие дыры, но на все 15 регионов средств бюджета не хватит. А без них и выдающимся менеджерам ситуацию принципиально не улучшить.

Но главное даже не в этом. Анализ прошедших выборов показывает, что регионы голосовали не столько против плохих губернаторов, сколько против политики центра, которую те олицетворяли: против пенсионной реформы, роста налогов и тарифов, против падения уровня жизни. Это беды федерального значения, губернаторам они не по чину.

То есть центр де-факто выставляет своих назначенцев в качестве громоотвода народного недовольства или в амплуа стрелочника, который всегда крайний, чтобы он в следующем сентябре принял протестную энергию на себя и искра ушла бы в землю.

Алексей Воробьев

Россия. СКФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 10 октября 2018 > № 2758663


Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 октября 2018 > № 2755443 Максим Крылов

Почему провалилось сближение России и Японии

Максим Крылов

Несмотря на разговоры о «новом подходе» к России, Абэ взял на вооружение старую схему «экономика в обмен на политику», опробованную предшественниками. Просто в отличие от предшественников, иногда сменявших друг друга чаще, чем цифры на календаре, у него было достаточно времени, чтобы попытаться довести эту схему до логического завершения. Это логическое завершение мы и увидели во Владивостоке: схема не работает

В январе 1990 года старожил японской политики, бывший министр иностранных дел Японии Синтаро Абэ во главе делегации Либерально-демократической партии отправился с визитом в Москву. Холодная война закончилась, советско-японские отношения ощутимо теплели, и многим в Токио тогда казалось, что до благополучного разрешения территориального спора если не рукой подать, то уж в тройном прыжке долететь можно точно.

Два первых прыжка уже были намечены: во-первых, надлежало установить доверительные личные отношения с советским руководством; во-вторых – договориться об организации первого официального визита советского лидера в Японию. За тем и полетели.

Как и положено политику высокого ранга, Синтаро Абэ взял с собой личного секретаря, которого при первой возможности представил Горбачеву. Михаил Сергеевич внимательно рассмотрел секретаря, перевел взгляд на Синтаро Абэ, сравнил увиденное и вынес вердикт: «Можно перепутать».

В другом контексте подобное наблюдение можно было бы счесть очередной неделикатной вариацией на тему «все японцы на одно лицо», но в данном случае шутка Горбачеву действительно удалась. Личным секретарем Синтаро Абэ был его сын Синдзо, который и правда поразительно похож на отца.

Так или иначе, тогдашний визит увенчался успехом, пусть и временным. Доверительные отношения были установлены, Горбачев годом позже действительно посетил Токио, но третьего прыжка мир так и не увидел, а невинная шутка советского лидера даже стала своеобразным дурным пророчеством.

История российско-японских политических отношений с тех пор напоминает собой не столько прыжки в длину, сколько забег по ленте Мебиуса: движение есть, прогресса нет, маршрут все тот же, и поверхность только одна. Каждый сезон этого сериала настолько похож на предыдущий, что даже имена актеров повторяются: когда к апрелю 2013 года история описала очередной полный круг, очередной японский политик высокого ранга с фамилией Абэ (тот самый сын первого) снова отправился в Москву устанавливать отношения и договариваться о визите.

Правда, на сей раз возникли некоторые непредвиденные осложнения. Мировая история внезапно решила, что она ничем не хуже истории российско-японских отношений, и отправилась в свое собственное турне по дурной бесконечности. Россия вступила в новую холодную войну, в которой и Японии пришлось пару раз пальнуть холостыми в направлении ДНР, ЛНР и Крыма, в результате чего очередное потепление между Москвой и Токио было отложено на неопределенный срок. Туман войны рассеялся лишь к маю 2016-го, когда японский политик высокого ранга с фамилией Абэ (все тот же сын первого) в третий раз отправился устанавливать и договариваться. «Можно перепутать».

Чтобы не перепутать

На всякий случай, чтобы никто ничего не перепутал, Абэ-сын окрестил очередной поход по ленте Мебиуса «новым подходом», чем немало заинтриговал наблюдателей. Со стороны, впрочем, все выглядело до боли знакомо: многочисленные саммиты, еще более многочисленные контакты уровнем пониже, заверения в дружбе, росте торгового оборота и расширении экономического сотрудничества.

Из новшеств невооруженному глазу были видны, пожалуй, только встречи министров обороны и иностранных дел в формате «2+2» да переход двух лидеров на «ты» и обращение друг к другу по имени. Не «господин президент», а «Владимир», причем с ударением на последнее «и», что, безусловно, представляет собой новый подход к орфоэпии. Но не более того.

Тем не менее стараниями японского премьера за следующие два года российско-японские контакты заметно активизировались. В Японии был даже учрежден пост государственного министра по вопросам экономического сотрудничества с Россией, а на должность заместителя министра иностранных дел, курирующего российское направление японской внешней политики, был назначен еще один сын первого Абэ, но его с отцом перепутать сложнее, потому что зовут его Нобуо Киси.

Скорость движения ощутимо возросла, но у ленты Мебиуса есть одна неприятная особенность: чем быстрее ты по ней движешься, тем быстрее вернешься к исходной точке. Примерно это и случилось 11 сентября, когда «новый подход» благополучно почил в бозе во Владивостоке, не выдержав испытания неожиданным предложением Путина заключить мирный договор до конца года.

Следует заметить, что первый тревожный звонок для «впоследствии покойного Берлиоза» прозвучал днем раньше, во время официальной встречи двух лидеров. Вопреки установившейся за два года контактов практике Синдзо и Владимир (с ударением на последнее «и») внезапно вернулись к официальным обращениям «господин президент» и «господин премьер-министр», а на совместной пресс-конференции говорили друг о друге исключительно как о «президенте Путине» и «господине Абэ».

Синхронный демарш наводил на мысли о предварительной договоренности, инициированной российской стороной, поскольку японский лидер до сих пор настаивал на втором лице единственного числа и личных именах, несмотря на то что это противоречит не только требованиям протокола, но и нормам японского языка.

Тем, кого смена тональности и подчеркнутая дистанция в личном общении ни на какие мысли не навели, на следующий день диспозицию объяснил сам Путин, в присутствии Абэ публично предложивший как можно скорее раскурить трубку мира без предварительных договоренностей о содержимом трубки. Абэ посмеялся, российские новостные ленты поспешили сообщить о возможном дипломатическом прорыве, официальный Токио поспешил заявить, что не курит, а за скобками осталась одна простая истина: «новый подход» премьер-министра Абэ увенчался оглушительным провалом. И вот почему.

Позиция «давайте заключим мирный договор без предварительных условий до конца года» отличается от всех предыдущих российских позиций только словами «до конца года». Никакого прорыва здесь нет, поскольку этот самый вариант Япония отвергает уже не первое десятилетие; с тем же успехом российский президент мог предложить сделать это до полуночи, пока карета не превратилась в тыкву, а точечные инвестиции – в секторальные санкции (запрещены на территории РФ).

Японская точка зрения предельно ясна: мирного договора до сих пор нет, потому что не урегулирован территориальный спор; никаких иных препятствий не существует. Следовательно, благополучное разрешение спора является необходимым условием для заключения договора. А предложение Путина даже хуже формулы, определенной в Московской декларации 1956 года («мирный договор плюс два острова из четырех»), которая и сама по себе для Токио весьма неприятна.

Итого в сухом остатке: после двух лет интенсивных контактов стороны ни на миллиметр не сдвинулись с крайних точек, о чем одна из них и заявила городу и миру в довольно провокативной форме.

Справедливости ради отметим, что некоторые вариации и гипотетические сценарии, по всей видимости, все же обсуждались, но никого не удовлетворили. Так, одна из многих высокопоставленных японских делегаций, посетивших за эти два года Москву, на прямой вопрос российской стороны, будет ли действие американо-японского Договора о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности от 1960 года (по которому США имеют право размещать военные базы на всей территории Японии) распространяться на Южные Курилы в случае передачи их целиком или частично под японский контроль, вынуждена была ответить утвердительно. Тут и сказке конец, а кто не слушал, тому российская сторона охотно пересказала краткое содержание, продолжив развивать военную инфраструктуру на островах, к немалому недовольству Токио.

Два года разницы

На этом очевидные выводы заканчиваются и начинаются менее очевидные. Например, подобное возвращение на исходные позиции может служить косвенным свидетельством, что никакого фундаментально нового подхода и не было вовсе.

Вполне вероятно, что Абэ взял на вооружение старую схему «экономика в обмен на политику», опробованную предшественниками; просто в отличие от предшественников, иногда сменявших друг друга чаще, чем цифры на календаре, у него было достаточно времени, чтобы попытаться довести эту схему до логического завершения. Это логическое завершение мы и увидели во Владивостоке: схема не работает.

Второй вывод: в отличие от ситуации двухлетней давности Япония сейчас почти не нужна России. Или по крайней мере гораздо меньше, чем Россия нужна Японии и лично Синдзо Абэ, вложившему немало политического капитала в этот раунд сближения.

Два года назад, в исходной точке процесса, Путин был почти в полной международной изоляции, и активные контакты с одним из лидеров G7 были для него весьма кстати. Теперь он спокойно летает на свадьбы в Австрию, встречается с Трампом в Хельсинки и играет ключевую роль в сирийском урегулировании, а из мировых столиц ему сейчас закрыты, пожалуй, лишь Киев, Лондон и Вашингтон.

Единого антироссийского фронта нет и в помине, империалистические ястребы разлетелись по своим империалистическим делам, от Украины все устали. Япония же кроме денег ничего ценного предложить не может; это фундаментальная слабость японской внешней политики, не сводящаяся к ее российскому направлению, но именно на российском направлении она видна особенно отчетливо.

Наконец, вывод третий: забег по ленте Мебиуса, вне всякого сомнения, продолжится. Уже в октябре японский парламент будет созван на внеочередную сессию, и в своем послании обеим палатам японский премьер, как и каждый раз до этого, подобно Катону Старшему, скажет, что Карфаген (территориальный спор) давно должен быть разрушен.

Несмотря на очевидный конфуз (за который по Абэ уже прокатилась либеральная пресса), Япония продолжит соблазнять Россию экономическим сотрудничеством, а Россия продолжит слать ей mixed signals до востребования. Первый был послан уже на прошлой неделе: в поздравительной телеграмме по случаю переизбрания Абэ лидером Либерально-демократической партии Путин вернулся к столь любимому японским премьером второму лицу единственного числа и формуле «дорогой Синдзо». Тут и до нового «нового подхода» если не рукой подать, то уж в тройном прыжке долететь можно точно. Он будет тоже «новый», но новый. Главное – не перепутать.

Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 октября 2018 > № 2755443 Максим Крылов


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 10 октября 2018 > № 2754828

Мэр Владивостока Виталий Веркеенко уйдет в отставку с 12 октября, несмотря на то, что депутаты перенесли дату рассмотрения его заявления об уходе, сообщил РИА Новости представитель администрации города.

На прошлой неделе Веркеенко заявил, что с 11 октября уходит в отставку по собственному желанию. Он отметил, что "есть силы бороться за благополучие города, но уже нет мотивации". В мэрии сообщали, что дума Владивостока 11 октября рассмотрит его заявление о сложении полномочий. Во вторник, 9 октября, стало известно, что на заседании 11 октября вопрос об отставке рассматриваться не будет. В думе сообщили, что, вероятно, депутаты рассмотрят вопросы отставки и назначения конкурсной процедуры на заседании на следующей неделе – 16 октября.

"Завтра истекает срок полномочий Веркеенко. Депутаты гордумы на этот факт не влияют, согласно уставу и документам, которые он подписывал. Завтра последний рабочий день Веркеенко", — сказал собеседник агентства.

Он напомнил, что в повестку заседания думы города на 11 октября не внесен вопрос о рассмотрении заявления Веркеенко об отставке, несмотря на то, что мэр просил об этом.

Выбрать нового мэра депутаты должны до конца года. Дума Владивостока сформирует конкурсную комиссию из восьми человек, в которую войдут на паритетных началах четыре назначенных ею члена и четыре — от главы Приморского края. По результатам конкурса комиссия представит на рассмотрение думы Владивостока не менее двух кандидатов.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 10 октября 2018 > № 2754828


Россия. ДФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 9 октября 2018 > № 2789279

«Три кота» разбегаются, не оставив и следов?

Крупная сеть гипермаркетов в Хабаровске и Приморье тихо уходит с рынка, а поставщики боятся остаться без оплаты

Одна из крупных сетей гипермаркетов в Хабаровске и Приморье уходит с рынка тихо, по-английски. Поставщики уже отгруженного товара опасаются, что могут остаться без оплаты. Уже есть заявления в полицию, ожидаются судебные тяжбы, сообщает ИА AmurMedia.

Лови момент на перетоке

В сентябре руководитель ООО "Три кота" Сергей Богдан неожиданно пропал из поля зрения многочисленных поставщиков. После многочисленных безуспешных попыток выйти с ним на контакт и прояснить ситуацию по погашению долгов, которые, по словам кредиторов, уже перевалили за несколько десятков миллионов, партнёры начали получать странные объяснения. Суть их сводилась к тому, что владелец "Трёх котов" не готов на данный момент разговаривать о возврате денежных средств, мол, сначала нужно выверить и подтвердить задолженность. Директор "Трёх котов", посоветовав ловить момент на перетоке покупателей и зарабатывать, пожелал коллегам удачи. На минуточку: сегодня кредиторская задолженность компании Сергея Богдана только, например, перед одним из самых крупных поставщиков продуктов в ДФО — компанией "Невада" — согласно претензионным письмам, составляет более 17 миллионов рублей. Встретиться с ним во Владивостоке не представлялось возможным — вход туда, по словам коммерсантов, перекрыт сотрудниками подконтрольного Богдану ЧОП.

— Забрать товар без разрешения поставщик, разумеется, не имеет права: его передали на реализацию по счетам-фактурам и официально это собственность торговой сети, — комментирует ситуацию представитель "Невады" Максим Караченцев. — Мы сразу попытались забрать оставшийся в магазинах товар, чтобы это не привело к ещё большим для нас убыткам. Но нам отказали, потребовав официальное письмо. Его мы отправили сразу, в электронном и бумажном виде, но товар так и не отдали. Нам объяснили, что в выходные 6 и 7 октября магазины будут закрыты на ревизию, товар начнут выдавать 8 октября.

И тут же в соцсетях появилась реклама о массовых распродажах со скидкой в 70 процентов во всех магазинах "Трёх котов". Что это, если не попытка максимального слива товара по минимальной цене?

— Нам было представлено официальное письмо с информацией, что долг будут выплачивать понемногу, — сообщил директор регионального центра "Эником Невада Групп" Антон Бочкарев. — Когда будут выплачивать — не сказано, конкретных сроков нет. А высказанное намерение платить — чтобы успокоить нас. Знаю, что они должны значительные суммы во Владивостоке многим дистрибьюторам.

СПРАВКА

На сайте "Три Кота" говорится, что это крупнейшая сеть розничной торговли, основанная в 2009 году в городе Владивостоке. В настоящее время сеть присутствует в Приморском и Хабаровском краях. В Приморье работает один дискаунтер и три гипермаркета во Владивостоке и два гипермаркета в Артёме и Уссурийске. В августе 2015 года сеть "Три Кота" вышла на рынок Хабаровского края. На данный момент в Хабаровске открыто два гипермаркета.

Все в неведении

С такой же проблемой столкнулся другой поставщик, ведущий свою деятельность в Хабаровске.

— Больше месяца не отгружаем товар по причине того, что ООО "Три кота" задолжало нам немалую сумму, — рассказал директор ООО "ДВ Март", официальный дистрибьютор "Столицы" Александр Пугачев. — Просрочка превышает договорную уже на 30 дней. Раньше компания периодически подвисала по оплатам, но какой-то диалог всё равно был. После того как руководство торговлей в Хабаровске ведётся из Владивостока, нам не с кем тут разговаривать. И мы находимся в полном неведении: кто в этой компании за что отвечает, забирать товар или нет, отдадут нам его, рассчитаются ли с нами — об этом мы ничего не знаем. Направили им претензию: если реакции не будет, обратимся в суд.

Справедливости ради, скажем, что акции с беспрецедентными скидками в хабаровских магазинах сети в эти выходные замечено не было. Никто из сотрудников "Трёх котов" от продавцов до товароведов ничего о происходящем не знает и ходит на работу с уверенностью в завтрашнем дне. Даже директор магазина на улице Суворова была просто ошарашена вестью о том, что в понедельник, возможно, она будет уже безработной.

Чтобы прояснить ситуацию, мы позвонили Сергею Богдану — ожидаемо никто не ответил. Не получился разговор и с Еленой Шабашиной, бывшим финансовым директором "Трёх котов". Ещё весной она, со слов поставщиков, предупреждала, что у компании сложное финансовое положение и они идут кредитоваться. После ушла в отпуск с последующим увольнением — якобы не хотела участвовать в развитии дальнейшей ситуации.

— Мне эта ситуация очень неприятна, поэтому комментировать её желания у меня нет, — объясняет теперь уже экс-финансовый директор "Трёх котов" Елена Шабашина. — И на вопросы о том, что сейчас будет с компанией, должны отвечать её владельцы.

Уход от обязательств?

Громом среди ясного неба стала информация о том, что "Три кота" якобы выкупает известная в Приморье компания "РЕМИ". Разумеется, без долгов. 8 октября во Владивостоке по адресу улица адмирала Юмашева, 7, на площади 4,5 тысячи квадратных метров открылся новый магазин — котики с вывески исчезли.

— Мы не покупаем сеть, а заключаем договоры с арендодателями и собственниками этих площадей для того, чтобы открыть магазины под своим брендом, — уточнил президент группы компаний "РЕМИ" Дмитрий Сулеев. — В Приморье будем оперировать под брендом "РЕМИ", в Хабаровске по двум магазинам вопрос ещё окончательно не решён. Это решение не зависит от каких-то обстоятельств, всё зависит от нашего решения. У нас нет долгов перед поставщиками, выплачивать долги "Трёх котов", разумеется, не будем.

На сегодня известно, что "РЕМИ" уже размещает заказы на поставки в этот магазин, в том числе хочет приобретать товар и в "Неваде".

— 3 октября, как только я узнал об этом, приехал в офис "Трёх котов", — говорит Антон Бочкарев. — Но, оказалось, что встречи, назначенные руководством, были перенесены на эту неделю. То есть, когда "Три кота" уже, возможно, перестанут существовать.

— Сейчас мы понимаем, что, если сеть начнёт банкротство, в этом случае вероятность получить долги — минимальная, у "Трёх котов" вряд ли найдётся столько средств в уставном капитале, — считает Максим Караченцев. — Придётся вступать в судебную тяжбу, определять количество активов. Но уже известно, что заложенная в банках недвижимость и взятое в лизинг дорогостоящее оборудование куда-то испарились.

Некоторые поставщики приняли решение обратиться в полицию Приморья. У них есть все основания предполагать, что руководство столь скоропостижно свернувшего свою деятельность, ещё совсем недавно успешного, предприятия ведёт нечестную игру. Но поможет ли им это, чтобы вернуть деньги — большой вопрос.

Кредиторам не понятно, куда уходит выручка, которая продолжает поступать в кассы "Трёх котов". Ведь речь идёт, даже по самым скромным подсчётам, о 10-12 миллионах в сутки. Партнёры опасаются, что средства, судя по ответам на претензии партнёров в формате "денег нет, но вы держитесь", вряд ли копятся для погашения долгов. Непонятно, и что будет с персоналом сетей, ведь люди до сих пор в неведении, что "Три кота", похоже, приказали долго жить.

Россия. ДФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > amurmedia.ru, 9 октября 2018 > № 2789279


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 9 октября 2018 > № 2755384

О чем договорились алтайские предприниматели с представителями бизнес-сообщества Республики Саха (Якутия): результаты торгово-экономической миссии в город Якутск

С 25 по 27 сентября прошла торгово-экономическая миссия (ТЭМ) алтайских предпринимателей в Республику Саха (Якутия). Организаторами ТЭМ выступили Алтайская торгово-промышленная палата и Торгово-промышленная палата Республики Саха (Якутия).

Миссия проводилась с целью расширения рынков сбыта товаров алтайского производства, установления деловых контактов и налаживания партнерских отношений между предпринимателями Алтайского края и Республики Саха (Якутия).

Руководителем делегации предприятий Алтайского края выступила директор Департамента партнерских отношений Алтайской торгово-промышленной палаты Ксения Пушакова. Координатором миссии стала специалист по организации торгово-экономических миссий Алтайской ТПП Татьяна Петренко.

В состав делегации вошли руководители и представители предприятий региона, работающих в сфере производства экотоплива, пищевой промышленности, транспортных услуг, сельского хозяйства: ООО «ЭКОПРОМ», ООО «ФЕРМЕР АЛТАЯ», ООО ТК «РУСГРУЗ», Крестьянское хозяйство Александра Гукова, ООО «Алтайская продовольственная компания».

Деловые переговоры в формате В2В, встречи с руководством и представителями органов государственной власти Республики Саха (Якутия), посещение профильных предприятий – вот далеко не полный перечень мероприятий, вошедших в программу бизнес-миссии в г. Якутск.

В первый день ТЭМ, 25 сентября, члены алтайской делегации встретились с президентом Торгово-промышленной палаты Республики Саха (Якутия) Владимиром Членовым, вице-президентом ТПП РС(Я) Михаилом Федоровым, заместителем министра по внешним связям и делам народов Республики Саха (Якутия) Владимиром Васильевым, руководителем департамента пищевой и перерабатывающей промышленности министерства сельского хозяйства Республики Саха (Якутия) Василием Афанасьевым.

В рамках запланированной встречи Ксения Пушакова рассказала коллегам об экономике Алтайского края, отметила перспективные направлении сотрудничества предприятий Алтайского края и Республики Саха (Якутия). Представители компаний, вошедших в состав алтайской делегации, презентовали продукцию собственного производства предпринимателям Якутии. В рамках индивидуальных бизнес-встреч были определены условия развития конкретных направлений совместной деятельности.

Директор ООО «ЭКОПРОМ» Алексей Дятлов провел переговоры с руководителем АО «Якутская ярмарка» Михаилом Федоровым, в настоящий момент ведутся переговоры о дальнейшем сотрудничестве.

Еще одним мероприятием программы бизнес-миссии, запланированным на первый день пребывания алтайских предпринимателей в Республике Саха, стало посещение одной из крупнейших продовольственных сетей региона – ООО «Айгуль». Участники встречи ознакомились с ассортиментом представленной на полках магазина продукции, обсудили с руководством сети возможные направления сотрудничества.

26 сентября состоялась официальная встреча алтайской делегации с первым заместителем главы городского округа «Город Якутск» Владимиром Федоровым, где были обозначены возможные направления работы алтайских компаний в регионе и перспективы увеличения доли их присутствия на якутском рынке. В рамках встречи предприниматели Алтайского края также узнали об особенностях ведения бизнеса с якутскими партнерами.

Ключевым событием миссии стали индивидуальные выездные встречи предпринимателей Алтайского края на предприятия Республики Саха (Якутия).

По итогам встречи начальника отдела логистики ООО ТК «РУСГРУЗ» Виталия Павлова с председателем РОО «Дальнобойщики Якутии» Евдокией Дьячковской достигнуты договоренности о дальнейшем сотрудничестве. В настоящее время сторонами уточняются условия заключения договора.

Для участников ТЭМ от Крестьянского хозяйства Гукова А.В. и ООО «Алтайская продовольственная компания», деятельность которых связана с сельским хозяйством, а также пищевого производства ООО «ФЕРМЕР АЛТАЯ» на территории СХПК «Тулагинская Агрошкола», занимающегося выращиванием овощей, бахчевых, корнеплодных и клубнеплодных культур, была организована встреча с председателем кооператива Татьяной Илларионовой.

Представители алтайских организаций также посетили ОАО «Туймада-Агроснаб» и АО «Сахаплемобединение».

По мнению участников прошедшей торгово-экономической миссии, вхождение в состав делегации Алтайского края открыло множество направлений для расширения сотрудничества с якутскими коллегами. В целом деловой визит в Республику Саха оказался весьма насыщенным и результативным.

Алтайская торгово-промышленная палата ежегодно проводит бизнес-миссии в зарубежные страны и регионы России. Благодаря составлению индивидуальных программ бизнес-встреч каждый предприниматель-участник имеет возможность провести деловые переговоры с руководителями интересующих компаний, презентовать производимую продукцию, определить наиболее перспективных деловых партнеров.

Алтайская ТПП

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 9 октября 2018 > № 2755384


Япония. ДФО > Рыба. Внешэкономсвязи, политика > fishnews.ru, 8 октября 2018 > № 2759410

Японская бизнес-миссия вновь побывала на Курилах

Делегация из разных префектур Японии посетила Итуруп и Кунашир. На этот раз осматривались земельные участки для реализации совместных проектов.

Третья японская бизнес-миссия должна была пройти в августе, однако из-за плохой погоды ее пришлось перенести. Визит состоялся со 2 по 5 октября. Японскую делегацию возглавил специальный советник премьер-министра Японии Эйити Хасегава. Цель поездок японских представителей – выяснить возможности для совместной экономической деятельности на Южных Курилах. О совместном развитии островов президент Владимир Путин и премьер-министр Синдзо Абэ договорились в декабре 2016 г.

В состав группы вошел 61 человек. Это представители деловых кругов, правительственных структур и органов местного самоуправления Японии. Иностранная делегация провела на островах серию экспертных консультаций с российскими коллегами.

Как сообщили Fishnews в пресс-службе правительства Сахалинской области, стороны обсудили возможности совместной деятельности на Курилах по пяти направлениям: аквакультура, развитие тепличных хозяйств, туризм, ветроэнергетика и переработка отходов.

По итогам поездки совещание с представителями бизнес-миссии провели председатель и заместитель председателя сахалинского правительства Вера Щербина и Алексей Белик.

– Правительство островного региона совместно с федеральным центром проводит работу по всем пяти направлениям. Во время бизнес-миссии были осмотрены земельные участки, на которых возможна реализация запланированных проектов. Мы озвучили свои предложения японской стороне, в дальнейшем их вынесут на совещания рабочих групп федерального уровня, – отметила Вера Щербина. – Для нас в одинаковой степени важны все направления работы. Подчеркну, что они обозначены на высшем уровне и очень перспективны.

– Я доволен прошедшими переговорами, думаю нам удалось достичь взаимопонимания, – заявил Эйити Хасегава. – Сейчас мы конкретизируем свою работу. На сегодняшних консультациях обсуждались места-кандидаты, где можно реализовать совместные проекты. Мы постепенно продвигаемся вперед и убеждаемся, что такие партнерские отношения выгодны обеим сторонам.

Первая и вторая бизнес-миссии японских предпринимателей и чиновников работали на Курилах в 2017 г. В мае текущего года Владимир Путин и Синдзо Абэ договорились ускорить реализацию совместных проектов на островах.

Fishnews

Япония. ДФО > Рыба. Внешэкономсвязи, политика > fishnews.ru, 8 октября 2018 > № 2759410


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752841

Инаугурация вновь избранного губернатора Чукотского автономного округа Романа Копина состоялась в понедельник в окружной думе, сообщает правительство региона.

На церемонии присутствовали более 60 человек: представители органов власти и Совета депутатов, главы муниципальных образований округа, общественные деятели и духовенство. Копин поблагодарил всех жителей округа и определил план действий нового правительства региона.

"Во время избирательной кампании мы получили более 300 обращений, предложений и замечаний, инициатив граждан. В ближайшее время они будут объединены и опубликованы на официальном сайте Чукотского АО. Жители будут постоянно информироваться об их реализации. Это будет планом действий нового правительства округа на ближайшее время. Также инициативы поступили в адрес других кандидатов, поэтому их нужно объединить, так как это необходимо для развития Чукотки и формирования открытого гражданского общества", — отметил Копин.

Заместитель полпреда президента РФ в ДФО Олег Скуфинский, который прибыл в Анадырь, поздравил Копина и передал ему папку от полномочного представители президента РФ в ДФО Юрия Трутнева с поручениями руководства страны по развитию Чукотского автономного округа.

От имени коллектива МИД РФ пришла поздравительная телеграмма. Копина поздравил глава министерства Сергей Лавров.

"Долгие годы плодотворной работы на благо округа снискали вам авторитет и уважение его жителей, что наглядно подтверждает результаты голосования. Убежден, что ваш профессионализм, богатый управленческий опыт в совокупности с энергией и целеустремленностью будут и далее востребованы в деле обеспечения поступательного социально-экономического развития региона, повышения его инвестиционной привлекательности, роста благосостояния граждан. В МИД России ценят конструктивное сотрудничество с Чукоткой по совершенствованию её международных и внешнеполитических связей", — отметил в своём поздравлении Лавров.

Девятого сентября на выборах губернатора автономного округа Копин обошел трех конкурентов и получил голоса 57,83% голосов избирателей при явке 60,19%. Избирательная комиссия Чукотки 12 сентября признала его победителем выборов главы региона. Это уже третий срок Копина на посту главы автономного округа.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752841


Россия. СЗФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 7 октября 2018 > № 2755491

Со слезами на глазах: почему молодые побеждают «старичков»

Взрывная реакция телеграмм-каналов на ротацию губернаторов

Telegram-каналы плотно вошли в политическую реальность. Их излюбленная повестка – выборы губернаторов, внутриэлитные конфликты. «Газета.Ru» проанализировала, что писали в Телеграм-каналах по поводу выборов и назначений губернаторов на этой неделе.

Один из телеграм-каналов «Незыгарь» свою главную сенсацию на этой неделе организовал вовсе не за свой счет. Прославился политическим предсказанием он благодаря куда менее популярному каналу «Протопроедр».

Накануне поездки президента Владимира Путина в Санкт-Петербург наш любимый сложносочиненный канал написал о том, что президент РФ отправит многострадального губернатора Георгия Полтавченко, засветившегося сомнительным скандалом с Исаакиевским собором, в отставку. Хотя о таком сценарии поговаривали год назад, сейчас он казался малореальным.

Тем не менее, канал с перепечаткой неожиданно угадал. Полтавченко благополучно отчалил на пост главы ОСК.

«Было время, были обещания. Обнулили», — ностальгирует анонимный автор.

То, что сбылся не прогноз «Незыгаря», (а вообще-то, будем откровенны, совсем другого канала) не мешает ему с многозначительной миной делать новые. Например, он уже успел назвать могущественного спикера Совфеда Валентину Матвиенко «хромой уткой». Впрочем, понятно, что ее судьбу могут решать не тм-каналы и не новый врио Беглов, а совсем другой человек.

ТМ-канал считает, что назначенный временно исполняющим обязанности губернатора Санкт-Петербурга Александр Беглов вовсе необязательно будет баллотироваться на позицию главы Северной столицы.

Такой же версии придерживается и «Давыдов-индекс». «Злые языки говорят, что Александр Беглов, возможно, будет работать по «хакасской» схеме — обеспечивать проведение выборов в Петербурге», — утверждает автор канала.

Под «хакасской схемой» имеется в виду назначение в республику Хакасия временно исполняющего обязанности губернатора Михаила Развозжаева. Владимир Путин на встрече с ним заявил, что через месяц управленец вернется из Хакасии в Москву на федеральную должность. Пока в его задачах лишь скромно руководить регионом до проведения выборов.

Впрочем, не все верят в то, что Развозжаев временщик. «Пир во время чумы» считает подозрительным то, что некоторые каналы так активно напоминают, что врио не должен остаться в регионе.

«То ли этой башне Кремля не нравится Развожаев сам по себе, то ли его назначение и вполне себе возможное губернаторство с ними не согласовано и в планы этой башни не входит», — пишет канал.

«Давыдов-индекс» в начале прошлой недели также подводил итоги прошедших выборных кампаний в регионах. В ТМ-канале в ироничной форме отмечалось, что вести кампании губернаторов, как президентские, оказалось невозможно.

«…желание вести дело в манере президентской кампании произошло от того, что организаторы некоторых кампаний перенесли на себя способности президента.

Выяснилось в итоге, что невозможно оказалось повторить ту кажущуюся легкость, с которой прошел свою кампанию президент», — пишет канал с присущей ему туманностью.

Впрочем, есть и те, кто пытаются чуть поглубже подумать о том, что вообще происходит на окраинах Родины нашей, и, разумеется, ставят наш излюбленный со времен великих писателей вопрос о проблеме поколений. Т-каналы отмечают, что все проблемы на выборах пошли у «старичков», губернаторов-старожилов, а вот «молодые технократы» показали себя на «отлично». И в этом вроде как и есть причина новых кадровых изменений.

Эта логика прослеживается у местами интересного канала «Околокремля». Новые отставки и назначения губернаторов- это борьба «засидевшихся» стариков и молодых и амбициозных. Вот как звучит его интерпретация «губернаторского листопада».

«Очевидно, что свою роль сыграли неожиданные проблемы, вскрывшиеся после единого дня голосования, когда сразу в 4-х регионах кандидаты от власти впервые не смогли выиграть губернаторские выборы в первом туре. Это стало поводом для Владимира Путина действовать на опережение и реализовать заявленную в Послании ориентацию на внутренние проблемы страны», — написано в посте.

«Околокремля» добавляет, что «оперативная замена» даст Кремлю достаточное время для того, чтобы «консолидировать местные элиты вокруг нового кандидата от федерального центра».

Впрочем, с этим можно и поспорить. Времени у новых врио — чуть меньше года. Ровно столько было у Андрея Тарасенко, который не смог стать главой Приморья на этих выборах. Ряд экспертов считают, что как раз к моменту выборов «эффект новизны губернатора» не сработал из-за его долгого пребывания в качестве врио.

Молодые и дерзкие не отпускают нас. Как будто бы молодежный (или моложавый) ТМ-канал «Стекломой» уж очень яростно встал на защиту концепции молодых управленцев-технократов и кадровой системы. «Стекломой» нещадно отчитывает коллег, которые причисляли бедного несостоявшегося губернатора Тарасенко к технократам:

«Очень несуразно выглядят некоторые телеграм-каналы, которые внезапно увидели в поражении Тарасенко в Приморском крае слабость политических администраторов».

Анонимный автор пишет, что несостоявшийся губернатор ничему толком не учился и, более того, не проходил курсы РАНХиГСа, которые внутриполитический блок Кремля позиционирует почти как обязательные для губернаторов новой волны. «Тарасенко такие курсы не проходил, а значит «молодым технократом», или хоть в каком-либо смысле протеже админки, он быть не мог», — намывает стекла т-канал.

Анализирует выборы и ТМ-канал «Мейстер». В заслугу АП он ставит снятие с выборов уже экс-главы Хакасии Виктора Зимина. Последний, по мнению данного автора, рассчитывал на фальсификации. При этом на этой неделе «Мейстер» прогнозирует, что регионы будут принимать закон, по которому в губернаторы можно выдвигаться в качестве самовыдвиженца. Поправка уже принята в Приморском крае, и Олег Кожемяко пойдет на выборы в качестве самовыдвиженца. Однако для этого ему надо будет собрать 0,5% подписей от общего количества избирателей региона.

В ТМ-канале пишут, что в перспективе такая мера увеличит конкуренцию на выборах. Тезис, конечно, спорный, так как кандидатам в губернаторы необходимо преодолевать «муниципальный фильтр», собирать подписи муниципальных депутатов. Периодически их на всех не хватает.

Кроме того, большая часть представителей муниципалитетов принадлежат «Единой России». Инструмент зачастую позволяет губернаторам самим выбирать своих оппонентов. Другой вопрос, насколько главы регионов будут теперь ограничены партийным выбором. Однако как будто бы молодые и образованные все же в фаворе, и с этим поспорить тяжело. Но всю правду нам расскажут выборы, а не анонимные каналы.

Россия. СЗФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 7 октября 2018 > № 2755491


Россия. ДФО > Рыба. Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > fishnews.ru, 4 октября 2018 > № 2759390

Разбирательства вокруг гибели «Дальнего Востока» продолжатся

Скончался один из фигурантов по делу о крушении траулера «Дальний Восток» - заместитель гендиректора по безопасности компании «Магеллан» Александр Кудрицкий. Его защита готова дойти до Европейского суда по правам человека, добиваясь посмертной реабилитации.

Александр Кудрицкий умер в Сахалинской областной больнице от остановки сердца. Об этом Fishnews сообщили в компании «Магеллан».

Напомним, виновными по делу о крушении траулера «Дальний Восток» были признаны 5 человек, в том числе Александр Кудрицкий. Всех подсудимых приговорили к реальному лишению свободы на сроки от 5 лет 8 месяцев до 6 лет 6 месяцев. Однако Александру Кудрицкому в связи с ухудшением здоровья наказание было снижено до 5 лет. От отбывания срока его освободили по амнистии.

Несмотря на вступление приговора в законную силу, разбирательства по делу не закончены. Так, защитник Александра Кудрицкого 12 сентября подал в президиум Сахалинского облсуда кассационную жалобу. В компании «Магеллан» выразили готовность, несмотря на смерть Александра Кудрицкого, добиваться его реабилитации, даже если для этого понадобиться дойти до Верховного суда России и Европейского суда по правам человека.

Президент Ассоциации рыбопромышленных предприятий Сахалинской области Максим Козлов рассказал, что АРСО внимательно следит за развитием событий вокруг произошедшей трагедии. Отраслевое объединение неоднократно обращалось в Сахалинский суд с просьбой о тщательном и вдумчивом изучении дела и высказывало свое мнение в различных инстанциях.

Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > fishnews.ru, 4 октября 2018 > № 2759390


Россия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 4 октября 2018 > № 2751095

Обсессивно-компульсивное расстройство: зачем Кремль снова увольняет губернаторов

Андрей Перцев

Новые назначения в регионах показывают, что «битая» на Дальнем Востоке и в Хакасии власть не учится на ошибках, а предпочитает реагировать на стресс привычным ритуалом передвижения фигур в надежде, что все образуется

Пару лет назад в России появилась верная примета — по осени Кремль массово увольняет губернаторов и назначает новых. Отставки и назначения этого года и события тому предшествующие — явное свидетельство того, что «ротация губернаторов» превратилась в ритуальное действие, руки жрецов из АП его помнят, а вот смысл, похоже, почти потерялся.

Итак, за полторы недели в отставку отправлены четыре губернатора – Александр Жилкин (Астраханская область), Олег Королев (Липецкая область), Алексей Кокорин (Курганская область) и Георгий Полтавченко (Санкт-Петербург). Еще примерно в пяти регионах увольнения ожидаются. Раньше по осени губернаторы тоже уходили, но, как правило, это были чиновники, чей срок полномочий истекал в следующем году либо совсем уж неудачные кадры.

Новые ветры приносят новую политическую погоду. В 4 из 22 регионов, где только что прошли прямые выборы глав, все закончилось вторым туром голосования. В трех из них (Приморский край, Хабаровский край и Владимирская область) кандидаты власти проиграли, в Хакасиии действующий губернатор снялся сам. Пока Кремль, по-видимому, списывает эти результаты на усталость граждан от глав-старожилов.

Ошибочность такого взгляда показывает опыт Приморья, где фиаско потерпел «свежий руководитель» — Андрей Тарасенко. Сейчас Тарасенко ругают все кому не лень. Однако достаточно посмотреть летние комментарии лояльных АП экспертов, и легко обнаружится, что перед выборами Тарасенко считался чуть ли не идеальным кандидатом – и менеджер, и силовик, и молодой технократ, и с элитами договорился. Сейчас оказался технократ, как бы помягче сказать, – совсем не технократом. Кремлевские интерпретаторы вынесли за скобки социальное недовольство – пенсионную реформу, рост цен, затянувшийся экономический кризис – оставив в них только «усталость от стариков» и примкнувшего к ним Андрея Тарасенко. Новые увольнения и назначения только подтверждают, что в Кремле учиться на ошибках не собираются.

На статусный Санкт-Петербург поставлен проверенный президентский соратник Александр Беглов. Бывшего главу города Георгия Полтавченко там, прямо скажем, недолюбливали: за то, что назвал петербуржцев «жлобами», за вечность, которую строили «Зенит-арену», за намерение передать Исаакий церкви. А главное – за непубличность, отсутствие харизмы и ярких действий. Культурную столицу – особое место – возглавлял человек, чья единственная (но самая важная) заслуга была: Полтавченко давно знаком с Владимиром Путиным.

Выборов 2019 года Санкт-Петербург ждал. Георгий Полтавченко намекал, что уже готовится принять участие в них, и кто знает, как обстояли бы дела, не случись в истории российской политики сентябрьские вторые туры. Сильного конкурента ему обещали выдвинуть в «Яблоке» – а депутаты от партии, в отличие от той же Москвы, в питерском парламенте есть. Реванша ждала экс-депутат Госдумы Оксана Дмитриева – популярный в городе политик, которую в 2014 году не допустили до участия в кампании и которую уже поддержал Навальный. Наконец, баллотироваться пообещала Ксения Собчак. Этот набор кандидатов сулил Полтавченко проблемы на выборах и пресловутый второй тур. Кремль как будто бы снял проблему и сменил губернатора-раздражителя. Полтавченко ушел, Беглов пришел – а проблемы остались. Такой же непубличный человек, чья единственная заслуга – знакомство с Владимиром Путиным. Не крепкий хозяйственник, не трибун, не поборник свобод, умеренный ретроград. Даже усы такие же – эту черту сходства Беглова с Полтавченко ироничные санкт-петербуржцы быстро заметили. Оппозиции в Санкт-Петербурге не нужно менять риторику. Изученных слабых мест Полтавченко уже хватит для борьбы.

В других регионах не успевшие толком поработать врио губернаторов уже удивляют народ не с самой приятной стороны: для Олега Кожемяко в Приморье перекрывают дороги, новый глава Липецкой области активно использует для передвижения вертолет.

У вертикали власти на фоне явных политических проблем началось обсессивно-компульсивное расстройство. Чтобы успокоить себя, система начинает совершать монотонные привычные действия – увольняет глав по осени, выбирает одни и те же типажи новых врио. Так больной ОКР, когда нервничает, может, например, мыть посуду, вместо того, чтобы вовремя выйти на работу. Это действие привычно и успокаивает — вертикаль моет посуду, вместо того чтобы работать над ошибками.

Еще один симптом ОКР – убеждение кремлевских чиновников, что «молодые технократы» прошедшие тренинги РаНХИГС, на выборах выступили хорошо, и заслуга тому как раз курсы. Новоназначенные врио курсы прошли, а значит, бояться нечего. На деле у части молодых бюрократов проблемы на выборах были (Амурская область, Алтайский край). Большинству центр помог, расчистив политическое поле от сильных конкурентов. На курсах имени Сергея Кириенко учат прыжкам со скалы, броску под танк, каким-то командным действиям, но, кажется, не учат основам политического этикета. В регионах врио ждут не танки, а избиратели, которые могут и рассердиться после того, как им перекроют дорогу для проезда кортежа.

Новые врио, которых назначили в ходе сеанса кремлевского самоуспокоения, в будущем окажутся в сложном положении. Недовольство россиян может только вырасти – в 2019 году повысятся налоги и вырастут коммунальные тарифы. Местные влиятельные группы уже почувствовали слабину центра и после вторых туров этого года могут попробовать сыграть на губернаторских выборах уже всерьез.

Россия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 4 октября 2018 > № 2751095


США. Индия. Китай. ЛатАмерика. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > gazeta.ru, 3 октября 2018 > № 2747719

У России есть план: когда страна откажется от доллара

The Bell: правительство России планирует отказаться от доллара

В ответ на антироссийские санкции Москва официально примет план отказа от доллара во внешнеторговых расчетах. Об этом сообщают СМИ, со ссылкой на источники. Но революции не будет — переход на национальные валюты будет постепенным. Ранее план дедолларизации представил глава ВТБ Андрей Костин, а свою поддержку выразил финансово-экономический блок правительства.

Правительство готовит план по дедолларизации российской экономики, сообщает The Bell со ссылкой на свои источники. Документ может быть утвержден в течение двух недель.

В основе документа будут лежать предложения главы ВТБ Андрея Костина. В частности, он включал переход на расчет в других единицах по экспортно-импортным операциям, перевод холдингов в российскую юрисдикцию, создание российского депозитария для размещения еврооблигаций и лицензирование всех участников фондового рынка по единым правилам работы.

Во вторник Костин заявил, что президент Владимир Путин в целом поддержал эти предложения. При этом он подчеркнул, что план носит долгосрочный характер, а речи об одномоментном отказе от доллара нет.

«Этот план абсолютно долгосрочный и нацелен скорее на изменение тенденции мировой, чем на какое-то сиюминутное одноразовое решение», — отметил глава ВТБ (цитата по РИА «Новости»).

По его словам, на это потребуется не менее пяти лет. «Нужно сдвигаться, делать маленькие шаги хотя бы по новым контрактам, на будущее. Я не думаю, что все нужно пересматривать сразу. Надеюсь, что ситуация будет не настолько критична», — отметил Костин.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков подчеркнул, что глава государства говорил о том, что нужно снизить роль доллара в российской экономике, еще до Костина.

«Это процесс, который не может быть краткосрочным, он растянут по времени, поэтому это очень-очень длительный и скрупулезный труд. Но вы знаете, что тенденция к расширению объемов расчетов в национальных валютах на самых разных направлениях сейчас имеет место», — сказал Песков.

О том, что необходимо уходить от долларовых расчетов, Владимир Путин говорил, в частности, в сентябре, выступая на пленарном заседании Восточного экономического форума (ВЭФ) «С учетом того, с чем мы сталкиваемся при расчетах в долларах, у большего и большего количества стран возникает желание торговать в национальных валютах», — отмечал президент России.

Планы по дедолларизации ранее уже поддержали в финансово-экономическом блоке правительства.

«Снижение роли доллара по разным направлениям — это то, что активно происходит, и многие предложения Андрея Леонидовича (Костина) я полностью поддерживаю», — говорил министр экономического развития Максим Орешкин.

Минфин также согласился с планом Андрея Костина. Об этом заявлял замглавы ведомства Алексей Моисеев.

«Никто не предлагает запрет на хождение доллара. Речь идет исключительно о том, что доллар не должен быть элементом нашего обычного делового оборота», — пояснил чиновник.

По словам Моисеева, расчеты между третьими странами должны вестись в национальных валютах, а расчеты в иностранных валютах между российскими организациями необходимо минимизировать.

Министр промышленности и торговли Денис Мантуров рассказывал, что Россия уже ведет работу по переходу на расчеты в национальных валютах со странами Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии, Латинской Америки и Африки.

Предприятия российского ОПК готовы к переходу на расчеты в национальных валютах. «Нам доллары не нужны, нам рубли нужны», — подчеркивал в беседе с журналистами вице-премьер Юрий Борисов.

По его словам, Федеральная служба по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) и «Рособоронэкспорт» проводят серьезную работу в этом направлении. «В принципе, основные наши партнеры – покупатели нашей техники смотрят на эту проблему вполне здраво. Зачем нам иметь контракты с Ираком или Китаем в долларах? В этом нет никакой необходимости», — говорил он, отвечая на вопрос корреспондента «Газеты.Ru».

По его словам, российские компании интересует вся валюта, которая имеет реальную рыночную ликвидность, «которую мы всегда можем превратить в рубли: евро, швейцарские франки, фунты, рупии». «На долларе свет клином не сошелся», — говорил Борисов.

Ряд контрактов по военной части, по словам вице-премьера, уже переведены в национальные валюты. Источники «Газеты.Ru» отмечают, что «Рособоронэкспорт» сейчас все новые контракты заключает не в долларах. В самой организации не ответили на запрос «Газеты.Ru».

Гендиректор «Рособоронэкспорта» Александр Михеев заявлял, что использовать альтернативные валюты в расчетах с клиентами РФ вынуждена из-за санкций США, часть из которых напрямую затрагивает «Рособоронэкспорт».

«Мы рассматриваем возможность расчетов в национальных валютах — это индийские рупии, китайские юани, дирхамы, а также рубли», — отмечал он (цитата по «Интерфаксу»).

С учетом того, что власти не будут предпринимать резких шагов и отказываться от доллара, никакого эффекта на курс рубля эти планы не окажут, говорят аналитики. Основным фактором, на который сейчас реагируют биржевые игроки, является санкционная риторика Белого дома и конгресса США. Ее смягчение в последнее время позволило укрепиться рублю. Но последние месяцы этого года обещают быть жаркими, ведь американским парламентариям предстоит рассмотреть сразу несколько инициатив направленных против России.

США. Индия. Китай. ЛатАмерика. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > gazeta.ru, 3 октября 2018 > № 2747719


Корея. КНДР. США. ДФО. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт. Нефть, газ, уголь > gazeta.ru, 2 октября 2018 > № 2746334

Все из-за КНДР: Южная Корея освободила «Севастополь»

Как власти Южной Кореи освободили российское судно «Севастополь»

Южная Корея освободила задержанное российское судно «Севастополь», сообщает посольство РФ в Сеуле. Сухогруз компании «Гудзон» может покинуть порт «Пусан», однако пока делать этого не собирается. Ранее он был задержан в связи с проверкой сведений о якобы нелегальных поставках топлива в КНДР вопреки международным санкциям. «Севастополь» находился в южнокорейском порту с середины августа на ремонте.

Власти Южной Кореи освободили российский сухогруз «Севастополь», задержанный ранее в порту «Пусан», сообщает посольство России в Сеуле.

«Запрет полностью снят, все южнокорейские ведомства об этом проинформированы», — говорится в сообщении дипмиссии.

Теперь судно может покинуть порт, однако пока выходить в море капитан не планирует. «Севастополь» находится на ремонте в доках Пусана с середины августа. 28 сентября сухогруз был задержан южнокорейскими властями — сначала без объяснения причин, однако после выяснилось, что причиной инцидента стали санкции.

Судоходная компания «Гудзон», владеющая судном «Севастополь», попала под санкции США, введенные 21 августа в связи с подозрениями в участии приморской компании в нелегальных поставках топлива в Северную Корею — вопреки международным санкциями ООН.

На борту сухогруза находятся 14 членов команды — все они граждане России. После задержания судна МИД РФ сделал официальное представление послу Южной Кореи в Москве У Юн Гыну. Москва потребовала немедленно отменить запрет на выход судна из порта «Пусан».

Судно при этом не было арестовано — лишь задержано агентом, не выдававшим разрешения. Представитель Международной федерации транспортных рабочих (ITF) на Дальнем Востоке Петр Осичанский подчеркнул, что сам агент пока не раскрывает точные причины, по которым не выдает разрешение — действует ли он по своей инициативе или чьей-либо другой.

«Информация о задержании судна поступила в компанию вечером в пятницу. Обычно агент присылает письмо капитану на английском языке, в этот раз письмо был написано на корейском», — добавил Осичанский.

Российские суда регулярно задерживаю в иностранных портах. За несколько дней до инцидента в Пусане в испанском порту «Мотриль» задержали российское судно «Заполярье».

Судно было задержано из-за возникших у судовладельца финансовых проблем. Как отмечается, власти Испании задержали судно до разрешения ситуации. При этом у экипажа «Заполярье» заканчивается продовольствие.

Неделей ранее российское судно «Лада» было задержано в Южно-Африканской Республике за транспортировку промышленных взрывчатых веществ без необходимых документов.

Вскоре после этого представитель посольства России в ЮАР заявил, что судно покинуло южноафриканский порт в городе Порт-Элизабет. Как сообщили в российской дипмиссии, владельцы сухогруза смогли получить транзитное разрешение, необходимое для выхода в море.

Наконец, в начале осени российский генконсул в Хьюстоне Александр Писарев заявил, что члены экипажа российского судна «Поморье» не могут вернуться из США, так как у сменного экипажа нет виз.

При этом скандалы с задержанием судов случаются по всему миру, хотя внимание западной прессы привлекает именно Дальний Восток.

В конце 2017 года агентство Reuters сообщило со ссылкой на свои источники, что Россия нелегально поставляет сырую нефть и нефтепродукты в КНДР, нарушая режим антикорейских санкций, введенный Совбезом ООН и поддержанный Москвой.

Трансферы в октябре и ноябре показали, пишет агентство, что погрузка сырья происходит прямо в море, с корабля на корабль, отметил анонимный собеседник агентства. Данные за сентябрь показали, что северокорейские танкеры шли напрямую из России в КНДР.

«Никаких свидетельств того, что правительство России было вовлечено в эти контрабандные поставки, не зафиксировано», — заявил один из источников. При этом он отметил, что эти поставки представляют собой «дорогу жизни» для КНДР.

Оба анонимных источника располагают данными военно-морской разведки и спутниковыми снимками судов, приписанных к российским портам на Дальнем Востоке. Агентство сообщает, что остальную информацию источники сообщать отказались, поскольку она является «засекреченной».

МИД РФ и Таможенная служба отказались комментировать информацию о предполагаемых трансферах нефтепродуктов с российских танкеров на северокорейские суда.

Reuters сообщает, что им также не удалось уточнить объемы контрабандной нефти. Однако ряд маневров в океане, сделанных российскими танкерами, выглядит «необычно». Также агентство располагает информацией, что на несколько дней капитан российского танкера отключал GPS-транспондер. Владелец российского танкера, компания «Алиса», отрицала любые контакты с северокорейскими судами и заявил, что не в курсе того, что «Витязь» заправлял рыболовные траулеры. Замдиректора владельца танкера, Ярослав Гук, заявил, что «Витязь» не участвовал в контрабанде нефти в КНДР — это было бы «полным безумием».

Корея. КНДР. США. ДФО. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт. Нефть, газ, уголь > gazeta.ru, 2 октября 2018 > № 2746334


США. Индия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > neftegaz.ru, 1 октября 2018 > № 2747293

Договорились миром. Роснефть и консорциум Сахалин-1 урегулировали спор по перетокам во внесудебном порядке

Роснефть и участники соглашения о разделе продукции (СРП) Сахалин-1 договорились о внесудебном урегулировании спора.

Об стало известно 28 сентября 2018 г. от топ-менеджера ONGC Videsh.

Сообщается, что участники СРП Сахалин-1 согласились выплатить Роснефти 230 млн долл. США.

В своем иске к консорциуму Сахалин-1, поданном в Арбитражный суд Сахалинской области 13 июля 2018 г, Роснефть требовала с ответчиков 89 млрд руб. (1,357 млрд долл. США) в качестве компенсации неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 10 июля 2015 г. по 31 мая 2018 г.

В т.ч по 26,7 млрд руб Роснефть потребовала с Эксон Нефтегаз Лимитед (дочки ExxonMobil, оператора проекта) и с Сахалин Ойл энд Газ Девелопмент (дочки Sodeco), владеющих по 30% в проекте Сахалин-1.

С ONGC Videsh Limited (20%) Роснефть хотела взыскать 17,8 млрд руб.

Со своих дочек - Сахалинморнефтегаз-шельфа (11,5%) и с РН-Астра (8,5%) - Роснефть потребовала 10,2 млрд руб. и 7,6 млрд руб. соответственно.

Официально суть претензий Роснефти к участникам СРП Сахалин-1 не называлась.

Неофициально говорилось, что иск связан с перетоками нефти и газового конденсата между месторождении Северное Чайво (Чайво-море, северный купол), разработку которого ведет Роснефть, и месторождением Чайво (центральный и южный купол) проекта Сахалин-1.

Обнаружить и подтвердить факт неконтролиремого перетока - довольно реально.

Можно это установить на основе изменения компонентного УВ-состава нефти, газа и конденсата скважин, расположенных в районе массообмена, а также оптической плотности нефти и газового конденсата, на их фракционном составе и т. д.

То есть, по характерному изменению различных показателей нефти, газа и газового конденсата - либо визуально (построением различных диаграмм изменения состава продукции во времени и по простиранию), либо при помощи различных статистических критериев, позволяющих проверить гипотезу об изменении средних величин или дисперсий.

Добыча нефти на месторождении Северное Чайво началась в 2014 г., но спустя 3 года сильно упала - в 1,7 раза за год.

Роснефть предположила, что нефть мигрирует с Северного Чайво на участок Сахалин-1, где добыча ведется с 2005 г.

В начале августа 2018 г. стало известно, что участники СРП Сахалин-1 рассчитывают урегулировать спор с Роснефтью во внесудебном порядке.

А 10 сентября 2018 г. Арбитражный суд Сахалинской области отложил рассмотрение иска Роснефти к участникам СРП Сахалин-1 на 2 ноября 2018 г, чтобы стороны смогли урегулировать спор.

Конкретная сумма, в которую обойдется урегулирования конфликта, не сообщалось, но говорилось, что цена вопроса составляет менее чем 10% среднего годового бюджета консорциума, т.е. 200-300 млн долл. США.

США. Индия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > neftegaz.ru, 1 октября 2018 > № 2747293


Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 октября 2018 > № 2747153

Асахи симбун (Япония): Владивосток — место унижения и единения

«Российско-китайские отношения вступили в лучший период за всю историю». Такое заявление сделал китайский лидер Си Цзиньпин на Восточном экономическом форуме, прошедшем в сентябре во Владивостоке, и крепко пожал руку президенту Путину. Скорее всего немало китайцев в этот момент испытывали смешанные чувства. Дайсукэ Нисимура решил разобраться, что значит Владивосток для китайцев.

Дайсукэ Нисимура (Daisuke Nishimura), Асахи симбун, Япония

«Российско-китайские отношения вступили в лучший период за всю историю». Такое заявление сделал китайский лидер Си Цзиньпин на Восточном экономическом форуме, прошедшем в сентябре во Владивостоке, и крепко пожал руку президенту Путину. Он продемонстрировал администрации Трампа дружеские отношения с главой России на фоне обострения торгового конфликта с США.

Форум проходил в виде панельных дискуссий с участием премьер-министра Японии Синдзо Абэ и лидеров других стран. Си Цзиньпин, отвечавший на острые вопросы российского журналиста, который был ведущим, и напряженно высказывавший собственное мнение, выглядел свежо.

Ранее в ходе дипломатической деятельности Си ни разу не отвечал на вопросы во время пресс-конференций. Очевидно, что это было сделано для того, чтобы спасти репутацию Путина, который организовал мероприятие.

За день до этого они прогулялись по набережной, где, надев фартуки, приготовили блины с икрой и, улыбаясь, запивали их водкой. Скорее всего немало китайцев, наблюдавших за этим, испытывали смешанные чувства.

На китайской карте после китайской транслитерации Владивостока в скобках пишется «Хайшеньвэй». Власти Китая требуют, чтобы название города писалось именно так. Это место получило такое название во времена империи Цин. Оно означает «залив трепанга». По всей видимости, там добывалось большое количество трепанга.

В 1860 году Российская империя подписала с Цин Пекинский договор, получив по нему Приморский край. В его южной части был построен военный порт, который был назван Владивосток, что означает «владей Востоком».

В 2008 году была проведена окончательная демаркация границ, и несмотря на то, что территориальный спор был урегулирован, Китаю сложно принять это название.

Несмотря на то, что китайская провинция Гирин находится неподалеку, Владивосток отличается европейской архитектурой. Сейчас город посещает большое количество китайских туристов, однако все они называют его Хайшеньвэй. Многие даже не знают русского названия города. Когда я посетил популярный Музей трепанга, гид рассказал, что это место принадлежало Китаю, однако отошло России по неравноправному договору. Китайский турист из провинции Хэйлунцзян, осматривавший город со смотровой площадки, расположенной неподалеку, недовольно проворчал: «Это унизительно».

Владивосток также является местом примирения

В 1949 году, вскоре после провозглашения КНР, СССР и Китай стали социалистическими братьями, однако в 1950-х годах у них возник конфликт вокруг политического курса. Дело дошло даже до военных столкновений.

Генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачев, провозгласивший новую дипломатию, посетил Владивосток в 1986 году и заявил: «Я хочу, чтобы граница, разделяющая нас, стала границей мира и дружбы». Тем самым он выразил намерение положить конец 30-летнему конфликту.

Через три года Горбачев посетил Пекин. Дэн Сяопин заявил ему: «Российская империя захватила китайскую территорию площадью 1,5 миллиона квадратных километров. Китайцы были унижены. Тем не менее, надо забыть прошлое и открыться для будущего». Тем самым он взял курс на улучшение отношений.

В этот раз Владивосток стал местом демонстрации единства двух держав, которые будут противостоять администрации Трампа. Возможно, портовый город, находящийся на краю российской территории, будто бы вонзившей клыки в северо-восточную Азию, из-за его географических особенностей постигнет судьба места, где разыграется историческая драма.

Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 октября 2018 > № 2747153


Корея. США. Украина. ДФО. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > gazeta.ru, 29 сентября 2018 > № 2745648

Задержка в Пусане: санкции США ударили по «Севастополю»

В Южной Корее задержано российское судно «Севастополь»

Южнокорейские власти задержали в порту Пусан российское грузовое судно «Севастополь». Инцидент связан с тем, что на судовладельца — владивостокскую компанию «Гудзон» — наложены санкции США. Российское генеральное консульство в Пусане уже подключилось к решению вопроса.

В порту южнокорейского города Пусан задержано многоцелевое грузовое судно «Севастополь», принадлежащее судоходной компании «Гудзон», зарегистрированной во Владивостоке, передает «Интерфакс».

«Судно не арестовано. Оно задержано агентом, который не выдает разрешение на выход в рейс. Инцидент связан с тем, что на компанию «Гудзон» наложены санкции США», — рассказал представитель Международной федерации транспортных рабочих (ITF) на Дальнем Востоке Петр Осичанский.

Он добавил, что сам агент пока не раскрывает точные причины, по которым не выдает разрешение — действует ли он по своей инициативе или чьей-либо другой. Российское генеральное консульство в Пусане уже подключилось к решению вопроса.

«Информация о задержании судна поступила в компанию вечером в пятницу. Обычно агент присылает письмо капитану на английском языке, в этот раз письмо был написано на корейском», — добавил Осичанский.

Неделей ранее капитан российского нефтеналивного танкера «Механик Погодин» Михаил Замятин после освобождения из порта Украины рассказал про обстоятельства задержания, передает ФАН.

«Первую информацию о задержании судна мы получили из интернета через несколько часов после швартовки в порту, что явно говорит о спланированном характере задержания судна. Затем, 11 августа, мы узнали о получении капитаном порта Херсон предписания от СБУ Украины о задержании судна на 72 часа», — сказал капитан.

При этом, по его словам, разрешение ситуации откладывалось на неопределенный срок, а судно начали «атаковать» сотрудники украинских госведомств.

«Вместо представителей профсоюзов к нам пришли «экологи». 11 крепких мужчин, в черных очках, с характерной прической и выправкой…

Сказали, что мы «пошкоджуємо» экологию акватории Днепра какими-то «плямами», и потребовали пустить их на борт. Присутствующие среди «экологов» украинские силовики даже не особо таились: в их числе был сотрудник СБУ, который ранее сообщал нам о запрете выхода судна из порта», — пояснил Замятин.

В середине сентября российское судно «Лада» было задержано в Южно-Африканской Республике за транспортировку промышленной взрывчатки без необходимых документов.

Позднее представитель посольства России в ЮАР заявил, что судно покинуло южноафриканский порт Нгкуна в городе Порт-Элизабет. Как сообщили в российском посольстве, владельцы сухогруза смогли получить транзитное разрешение, необходимое для выхода из порта.

В начале нынешнего месяца российский генконсул в Хьюстоне Александр Писарев заявил, что члены экипажа российского судна «Поморье» не могут вернуться из США, так как у сменного экипажа нет виз.

Отмечалось, что судно принадлежит ОАО «Мурманское морское пароходство». Оно арестовано и находится в порту Нового Орлеана с мая этого года из-за задолженности компании-судовладельца.

Он добавил, что во владеющей судном компании подготовили экипаж на смену нынешней команде судна, но для него не удалось получить американские визы. Писарев рассказал, что генконсульство в связи с происходящим обратилось в посольство США в Москве.

В мае у мыса Скаген в Дании сотрудники госслужб арестовали судно «Novaya Zemlya», принадлежащее Мурманскому морскому пароходству.

Об этом сообщил координатор Международной федерации транспортников Сергей Фишов со ссылкой на инспектора МФТ в Дании Мортена Баха. На борту судна были 19 россиян.

Ранее инспектор МФТ в Испании Луз Бас рассказал, что с середины июля теплоход «Zapolyarye» стоит у берегов Сеута (Испания). Экипаж постоянно испытывает трудности с водой, провизией и топливом. За полтора месяца ММП смогло репатриировать лишь шестерых моряков.

Кризисная ситуация складывается и на судне «Pomorye», застрявшем в Новом Орлеане (США). Судно стоит на рейде с середины мая. Планировалось, что экипаж выполнит короткий рейс в США, но во время рейса были утеряны два якоря. Это в корне изменило положение: судно не смогло вернуться после выгрузки в двух портах США в Европу. На сегодняшний день у моряков закончились контракты, нет американских виз, получить их — задача не из легких. Репатриация откладывается на неопределенный срок», — добавил Фишов.

В марте нынешнего года в Азовском море украинскими пограничниками был задержан рыболовецкий траулер «Норд» с десятью членами экипажа. Он был арестован и под прицелами двух пулеметов отбуксирован в порт Бердянска.

Экипажу запретили покидать судно, набитое тухлой — из-за нескольких дней хранения в трюме — рыбой. На судне находились 10 крымчан, всем им грозило до 12 лет тюрьмы. Капитана «Норда» Владимира Горбенко заключили под стражу на два месяца, перед этим «фактически похитили», и перед судом у него дважды случился гипертонический криз.

В свою очередь, крымское Управление Федеральной службы безопасности (УФСБ) завело на украинских пограничников дело по статье «угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава».

Корея. США. Украина. ДФО. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > gazeta.ru, 29 сентября 2018 > № 2745648


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 сентября 2018 > № 2759758

Айсен Николаев, одержавший победу на досрочных выборах главы Якутии, вступил в должность.

В ходе церемонии инаугурации Николаев произнес текст присяги на якутском и русском языках. "Клянусь своей честью и достоинством, что буду добросовестно исполнять обязанности главы Республики Саха (Якутия), соблюдать Конституцию РФ и федеральные законы, Конституцию и законы Республики Саха (Якутия), защищать государственный национальный статус республики и интересы ее многонационального народа", — сказал он.

Председатель центральной избирательной комиссии региона Алексей Ефимов вручил Николаеву удостоверение об избрании главой Якутии. Также Николаев получил церемониальный знак главы республики.

Со вступлением в должность его поздравил полпред президента РФ в ДФО Юрий Трутнев. "Люди на выборах оказали вам большую поддержку. У вас один из лучших результатов по итогам выборов в России. Значит, вам доверяют и вас уважают. И это очень важно, потому что доверие людей — это и есть та сила, с помощью которой можно менять жизнь республики. Именно на доверие людей надо опираться… Мы будем рядом с вами в этой работе", — сказал Трутнев.

По итогам досрочных выборов главы республики Николаев одержал уверенную победу, получив 71,4% голосов избирателей.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 сентября 2018 > № 2759758


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 27 сентября 2018 > № 2750653

Он хотел построить мост: интервью врио губернатора Приморья Олега Кожемяко

Екатерина Кравченко

Редактор Forbes

Президент Владимир Путин назначил 26 сентября губернатора Сахалинской области Олега Кожемяко врио главы Приморья. Незадолго до назначения Forbes поговорил с Кожемяко о строительстве моста на Сахалин и российском бизнесе на Курильских островах

В декабре 2016 года президент России Владимир Путин и японский премьер Синдзо Абэ договорились об общей хозяйственной деятельности на Курильских островах, четыре из которых Япония считает своими и ставит их возврат обязательным условием для заключения мирного договора с Россией. 12 сентября 2018 года на Восточном экономическом форуме Путин предложил Абэ до конца года заключить мирный договор без каких-либо условий, а днем ранее они договорились об организации японской бизнес-миссии на Курилах, после которой будет проведен очередной раунд переговоров по совместной деятельности на островах.

По информации МИДа, пакет российских предложений по совместному развитию бизнеса с Японией включает рыболовную отрасль, медицину и туризм. Но в этом году вице-премьер Юрий Трутнев сетовал: деклараций много, а действий мало, японские инвесторы так и не появились, и придется, вероятно, прилагать усилия для привлечения инвесторов из других стран. Почему так происходит?

Мы открыты для любых типов сотрудничества, оговоренных соглашением о сотрудничестве по пяти направлениям — аквакультуре, сельскому хозяйству, туризму, энергетике и окружающей среде. Более того, мы создали условия, в которых иностранные инвесторы могут себя чувствовать столь же комфортно, как и в других международных инвестиционных зонах: создана территория опережающего развития «Курилы», в которой использованы лучшие мировые практики инвестиционного законодательства. Инвесторам предлагается большой пакет мер господдержки и льгот по налогам, в том числе на прибыль и землю, льготному таможенному оформлению и др. Сегодня мы ждем предложений от инвесторов.

Вы пока ждете их предложений?

Конечно. Традиционно инвесторам требуется время, чтобы внимательно проанализировать привлекательность проектов, все посчитать. Бизнес в целом осторожно относится к новым проектам: никто не хочет терять деньги. Сейчас Курилы динамично развиваются, но в основном силами российских инвесторов. На Шикотане строятся два мощных рыбоперерабатывающих завода. На Курилах идет активное развитие аквакультуры.

Есть статистика по компаниям, которые заинтересовались или готовы инвестировать?

Российские компании готовы работать и уже работают.

Иностранцы боятся инвестировать?

Дело не в боязни. Это всегда вопрос выбора для тех компаний, которым интересны Курилы. В первую очередь речь идет об отраслях рыбопереработки и энергетики. Сегодня на Курилы активно идет российский бизнес.

Кто из крупных компаний инвестирует?

Например, «Гидрострой», «Курильский рыбак», «Южно-Курильский рыбокомбинат» — все эти компании устойчиво работают, обладают инвестиционным потенциалом и активно развиваются. На Шикотане был проблемным рыбокомбинат «Островной», но сейчас производство проходит реорганизацию и планируется построить новый мощнейший завод.

Хотя вы, как говорите, рады иностранному бизнесу, он не торопится воспользоваться инвестиционными возможностями?

Но в проектах используется в том числе и иностранное оборудование. Если человек хочет прийти с инвестициями, пожалуйста, пусть приходит. Понятно, что решиться поехать на остров и начать новый бизнес непросто.

Но есть вопросы еще и политического характера, связанные с претензиями на острова.

Эти вопросы не относятся к моей компетенции. Мы создаем все условия, чтобы инвесторам было интересно работать на Курильских островах.

Хорошо. Вы видите целенаправленные действия Японии по стимулированию бизнеса на Курильских островах?

Я думаю, просто нужно время. Диалог идет. Ведь его не было 70 лет, а сейчас он пошел. А вы хотите, чтобы за два года были приняты все решения! Нужно больше времени, чтобы сделать оценку юридического характера и провести всю правовую экспертизу. Наши руководители работают по этим направлениям, а мы со своей стороны создали площадку, на которой было бы удобно всем инвесторам.

Вклад Курил в бюджет Сахалинской области невелик.

Смотря как оценивать вклад. Во-первых, Курилы — это биоресурсы страны, во-вторых, это наша территория, которая, безусловно, должна развиваться, и мы вкладываем средства в развитие. На Курилах сформирована система социальных гарантий и инфраструктурных проектов, обеспечивающих занятость населения. Сегодня это не территория, где мы вынуждены держать людей в силу каких-то обстоятельств. Там у них есть работа, и мы со стороны государства обеспечиваем их необходимой инфраструктурой, в том числе детскими садами, дорогами и пр. Житель Курил — это сформировавшийся человек с долгосрочным горизонтом планирования жизни, у которого есть понимание, что государство будет развивать социальную сферу. Ситуация там является устойчивой.

На развитие Курил планируется потратить около 70 млрд рублей. И это всего на 20 000 человек населения островов.

Это инвестиции в будущее Курильских островов, которые обладают большим потенциалом.

Миграционные проблемы стоят остро?

Они есть, но вместе с тем рождаемость на островах растет. Увеличивается количество многодетных семей. В том числе благодаря большому пакету мер социальной поддержки, решению их жилищных вопросов.

А почему тогда в Курилы, да и в Сахалин не вложился ни один российский миллиардер?

Миллиардеров вы как считаете, в долларах или рублях?

В долларах.

А вы посмотрите на балансы компаний, которые на Курилах работают. Капитал некоторых превышает миллиард. Считать их миллиардерами или нет? Это сильные бизнес-структуры, и люди там чувствуют себя хорошо не в плане личного богатства, а благодаря тому, что они трудятся в мощных компаниях.

Президент поручил правительству оценить возможность строительства моста на Сахалин. Проект обсуждался давно, называлась цена 600 млрд рублей. Вы предлагали направить на его финансирование часть средств от «Сахалина-2». Как вы оцениваете возможность реализации проекта, его целесообразность и отдачу?

У РЖД на сегодняшний день есть готовая схема проекта, предполагающая использование денег корпорации. Мы со своей стороны можем изыскать источники для финансирования.

Сколько будет стоить мост на Сахалин?

Около 580 млрд рублей. Но это не просто мост, речь идет о создании инфраструктуры развития региона: строительстве 140 км железных дорог по Сахалину и 500 км — по Хабаровскому краю. Мост — это прорыв на восток, он задает новое направление развития, как в свое время было, например, развитие Черноморского побережья и Крыма или выход на Владивосток.

Сколько может занять строительство моста?

Около пяти лет.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 27 сентября 2018 > № 2750653


Россия. ДФО. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 27 сентября 2018 > № 2750649

Президентские избранники. Кремль наносит ответный удар

Максим Артемьев

Историк, журналист

За один день Владимир Путин назначил трех новых глав регионов — в Кабардино-Балкарии, Астраханской области и Приморском крае. Эти назначения представляют собой разные варианты кадровых ходов

Кремль взял короткую паузу, во время которой осмыслял уроки неудачных для себя выборов губернаторов во втором туре и избирательной кампании вообще с учетом победы коммунистов в ряде горсоветов и заксобраний. Теперь администрация президента перешла в наступление и начала отвечать на политические вызовы. За один день президент Владимир Путин назначил трех новых глав регионов — в Кабардино-Балкарии, Астраханской области и Приморском крае.

Что же показывают эти назначения?

Начнем с самого важного региона — Приморского края. Проявилась очевидная тенденция последних дней — ни в коем случае не допускать до власти коммунистов. Если Хабаровский край и Владимирскую области отдали ЛДПР без попыток побороться за них, то ни в Хакасии, ни в Приморье представителей КПРФ не пропустили. В Хакасии избирателей ждет перенесенный второй тур. В Приморье — новые выборы, на которые теперь пойдет свежеиспеченный врио Олег Кожемяко. Он стал уникальным политиком в современной России, возглавив четвертый субъект Федерации подряд. Кожемяко уже руководил Корякией, затем шесть с половиной лет — Амурской областью, после три с половиной года — Сахалином. Сам он выходец из Приморья, жил и работал там в разных местах — и в самом Владивостоке, и на самом севере края, и в низменной центральной части, так что регион знает хорошо.

Крупный бизнесмен, он вошел в большую политику в 2002 году, когда его делегировали в Совет Федерации от Приморского края. Кожемяко считается опытным кризисным менеджером, поскольку все его предыдущие назначения носили именно такой характер: в Корякию он пришел на фоне скандала с северным завозом, в Амурскую область — после неудачного предыдущего губернатора, которого сняли по «утрате доверия». На Сахалине он сменил арестованного за коррупцию губернатора Александра Хорошавина.

Кремлю, с учетом приморской специфики, было важно продемонстрировать, что нового главу посылает не центр, а он вызвался сам. Отсюда весь этот диалог Олега Кожемяко с президентом, в ходе которого он объявляет Путину о своем желании баллотироваться, просит разрешения и согласия. Путин переспрашивает и уточняет, что в Приморье «нормальная ситуация» — возражая против характеристики «не очень хорошая», прозвучавшей от Кожемяко. Посыл тут ясен — Кремль не видит в случившемся там ничего серьезного, обычная рабочая ситуация. Особенно постановочным выглядел эпизод, когда президент спрашивал: «Вы там родились?», «Вы были членом Совета Федерации от Приморья?», — как будто он этого не знал из представленных ему ранее объективок.

Теперь Кожемяко предстоит в течение кратчайшего времени завоевать себе популярность в крае, достаточную для своей победы, поскольку выборы состоятся не позже чем через три месяца. А про него в Приморье уже успели подзабыть, да и популярной, широко известной фигурой он там никогда и не был. Придется сейчас напоминать и представлять в выгодном свете его биографию.

Что касается коммуниста Андрея Ищенко, то его либо попытаются не пропустить через муниципальный фильтр, либо попробуют с ним договориться. В любом случае как публичный соперник он может доставить немало проблем Кожемяко. Действовать грубо против кандидата от КПРФ не получится — принимая во внимание предыдущий негативный опыт, когда власть действовала слишком топорно. Переход Кожемяко во Владивосток порождает проблему назначения нового губернатора на Сахалине. Там последние муниципальные выборы показали силу коммунистов, которые неплохо выступили в ряде районов. Соответственно, новый глава должен быть политически весьма искушен.

Что касается Астрахани, то там назначен Сергей Морозов, фигура непубличная и даже засекреченная. Он буквально «человек без биографии». В срочно появившейся статье в Википедии даже не указан год его рождения. Последнее место работы — федеральная таможенная служба. До этого — Минобороны и ФСО. Он принадлежит к той плеяде охранников, которых отправили возглавлять регионы — Тульскую, Ярославскую, Калининградскую области. И в данном случае отсутствие малейшего опыта публичной политики вовсе не помеха. Вопреки заявлениям политологов и социологов, прозвучавшим в последние дни, что новые губернаторы должны быть умелыми пиарщиками, Кремль, видимо, так не считает и полагает, что близость к президенту — самый сильный аргумент для избирателя.

Отставка же предыдущего губернатора Александра Жилкина, равно как и главы Кабардино-Балкарии Юрия Кокова, которого сменил однофамилец Казбек Коков, укладываются в парадигму назначений на опережение, когда «старых» глав стараются заменить своевременно. Четких критериев здесь нет. Евгений Савченко в Белгороде работает уже двадцать пять лет, однако речь о его замене почему-то не возникает. Сам факт не избрания, а именно назначения, позже проштампованного «выборами», ничего не гарантирует в плане профессионализма или ответственности. За последние годы в коррупции было замешано немало губернаторов, и все они были назначенцами.

Утечки из администрации президента обещают нам в ближайшее время еще целую серию отставок — посмотрим, какова будет тенденция в назначениях. Пока какого-то перелома не наметилось. Все трое — Кожемяко, Морозов и Коков — достаточно стандартны и представляют собой разные варианты кадровых ходов, типичных для сегодняшнего времени. Первый — «опытный управленец», второй — «доверенное лицо», третий — «местный с хорошим бэкграундом». Новых фигур, допустим, публичных политиков, партийных лидеров, не появилось.

Россия. ДФО. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 27 сентября 2018 > № 2750649


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 сентября 2018 > № 2748979 Глеб Кузнецов

Реванш патерналистов. Чему угрожают победы оппозиции на региональных выборах

Глеб Кузнецов

В регионах, которые якобы породили «новую политическую реальность», избиратель, рассчитывающий на себя, а не на государство, так и не пришел на участки 9 и 23 сентября. Пришли традиционалисты и патерналисты, недовольные нарушением статус-кво, изменениями как таковыми, их скоростью

Высокий уровень протестного голосования в четырех из 22 регионов, где проходили губернаторские выборы, быстро окрестили наступлением «новой политической реальности». Каждый придает этой реальности свой оттенок, густо замешанный на спекуляциях вокруг страхов прошлого и надеждах на будущее. Кто говорит о неминуемом крахе всей системы управления, кто о новом рынке политтехнологий, кто пророчит репрессии, кто слышит треск медленно отмирающего патернализма. Но за обобщенными трактовками важно не упустить реальность конкретных региональных кампаний.

Несмотря на то что «Единая Россия» стала проводником закона о повышении пенсионного возраста, в 13 из 16 избирательных кампаний в региональные заксобрания «Единая Россия» получила большинство по партийным спискам и обеспечила себе контроль во всех 16 законодательных собраниях за счет одномандатников. 25 сентября депутаты городской думы Екатеринбурга – преимущественно единороссы – избрали мэром города заместителя губернатора Свердловской области Александра Высокинского. Так что несложно заметить, что своеобразный краш-тест система прошла.

Два года направленных усилий по убеждению «разочарованного избирателя» в важности участия в выборах и чистоте процедуры выборов вернули живую политическую атмосферу. Похоже на идущий в сети флешмоб о девяностых, когда пользователи размещают фотографии себя, вроде узнаваемые, но юные. Также и события в Приморье заставляют вспомнить мэра Владивостока Виктора Черепкова – снятие, митинги, голодовки, отмена выборов. А выборы во Владимире напоминают 1996 год, разве что результат у Светланы Орловой сейчас лучше, чем у тогдашнего «ставленника Кремля». Уместнее говорить не о явлении «новой политической реальности», а об эндемичной каждому конкретному региону политической флоре, которая пробивается между серыми бетонными плитами.

Приморье, Хабаровский край и Владимирская область – три территории с традиционно протестным голосованием на региональных выборах, при этом относительно лояльные на выборах федеральных. В абсолютных числах избирателей здесь столько же, сколько в одной Свердловской области, маловато для вынесения вердикта об общероссийской тенденции.

Тем не менее оседающая пыль оставляет несколько вопросов. А что это было? Что означают победы оппозиции? Выразителем чего являются победившие Сергей Фургал (Хабаровск) и Владимир Сипягин (Владимир), а также Андрей Ищенко (Приморье) и Валентин Коновалов (Хакасия), чья политическая судьба пока не решилась?

Интересных для рассмотрения сценариев, пожалуй, два: модернизационный вызов и популистская волна, накатывающая с востока.

Модернизационный вызов?

Разговоры про «модернизационный вызов системе» (требование новых лидеров и подходов, иных темпов и качества развития региона, протест «модернизированного города» и запрос новых классов на расширение политического участия) разбиваются о данные электоральной статистики. Что «город», что «село» с одинаковым единодушием поддержали Сипягина и Фургала. Владимир отдал кандидату от ЛДПР лишь на 0,7% голосов больше, чем область в целом. А в Хабаровске поддержка Фургала оказалась всего на 1,5% выше, чем по краю без учета столицы. При этом в 2013 году на выборах губернатора Хабаровского края за Сергея Фургала наиболее активно голосовала как раз глубинка, районы без крупных городов – Верхнебуреинский, Ульчский, Нанайский, Бикинский районы с административным центром 18 тысяч жителей.

Будь политические предпочтения в России устойчивыми в течение хотя бы полутора столетий, мы бы безошибочно узнавали консервативных дальневосточных избирателей. В душе своей дальневосточники – традиционалисты, охранители. Эти люди объясняют свою жизнь на Дальнем Востоке, как правило, интересами страны – «мы держим эту землю для России». Дальневосточникам обидно, что московское начальство не понимает их любви и преданности к далекой Родине («у вас в России» – частый оборот, особенно на Сахалине и в Приморье), не признает подвига: «меня царицами соблазняли» (это про мегаполисы Китая, Кореи, Японии), а «я вам верен», уравнивает с западом все, что лежит дальше Новосибирска, и с тоской смотрит на юг – теплый тучный рай Краснодарского края.

Сама жизнь в непростых условиях Дальнего Востока требует особого вознаграждения – «длинного рубля» и профсоюзного санатория. Все новое часто воспринимается в штыки. Изменения, которые навязывает Москва, тревожат привычный образ жизни, экологию, пейзаж.

Именно на этой, абсолютно традиционалистской и консервативной карте исключительности людей, населяющих Дальний Восток, построил свою кампанию Сергей Фургал. «Дальний Восток – это особая территория: здесь трудно жить, тяжело вести бизнес и заниматься сельским хозяйством и крайне сложно что-то планировать. Поэтому особый статус региона я предлагаю закрепить законом, который бы гарантировал постоянные комфортные условия жизни и работы. Если не будет особого отношения к дальневосточникам, то скоро здесь никого не останется» – его слова из официальной предвыборной программы.

Владимир – та же консервативная песня, но с другим оттенком исторической миссии: «Отсюда есть пошла русская земля, не надо нас ничему учить». На первых прямых губернаторских выборах в 1996 году Юрия Власова, ельцинского назначенца, по нынешним меркам – молодого технократа (в 1983 году окончил Московский институт управления, кандидат экономических наук, назначен губернатором в 40 лет; в последние годы работает в РАНХиГС), владимирцы с треском прокатили, отдав 62% голосов коммунисту Николаю Виноградову, который и руководил областью следующие 17 лет. Победа Светланы Орловой в 2013 году – уникальный случай для электоральной истории Владимирской области, и связана она была не с региональной спецификой, а со спецификой администрирования выборов на том этапе развития политической системы.

Мы все еще рассматриваем версию модернизационного вызова? Очевидно, не стоит.

Антиистеблишмент?

Популистская волна докатилась до России? Степень схожести с мировыми процессами примерно как между коровой и божьей коровкой. Это даже не межвидовой барьер, а иной класс.

Современный популизм – это вызов истеблишменту, апелляция к расширению участия граждан в принятии решений в противовес традиционному политическому классу. По сравнению с флорентийскими пополанскими статутами современный популизм лишь более технологичен и менее сосредоточен на традиционных институтах. Для него скорее важны новые формы политического участия и вовлечения в принятии политических решений.

Единый день голосования 2018 года отчасти можно назвать примером успеха современного типа популизма. Но только в муниципальных кампаниях, на что закрывают глаза парламентские оппозиционеры, считая себя исключительно победителями региональных выборов 2018 года. Так победила, например, Сардана Авксентьева на выборах главы Якутска. Она получила 40% голосов, на 8,3% обойдя кандидата от «Единой России».

Авксентьева не говорила о пенсионной системе. Зато активно вела кампанию в интернете со слоганами «Все решает человек!» и «Народный мэр». Упирала на неправильное расходование городского бюджета, бездействие управленцев, которые «и тронуть бояться» проблемы города, на отказ от привилегий, дорогих машин и сокращение расходов на содержание мэра Якутска и его аппарата. Отбила Сардана Авксентьева и традиционную гендерную тему: «Какая «женская рука»? Судя по количеству накопившихся проблем… нужен твердый кулак». В наборе технологий – работа с «новыми средами»: блогерами, молодежью; постоянная демонстрация открытости, противопоставление себя политическому классу.

А вот семья Фургал в соседних c Якутией регионах – плоть от плоти истеблишмента. Бизнесмены-депутаты, профессиональные лоббисты, могучий клан элиты. Сам Сергей Фургал в Госдуме второй созыв. Два брата – депутаты заксобраний Хабаровского края и Амурской области. Еще один – в городской думе города Зеи. Сын Антон Фургал в 2014 году баллотировался от ЛДПР в Хабаровскую городскую и краевую думы. Люди, знакомые с ситуацией на Дальнем Востоке сколько-нибудь глубоко, сильно бы посмеялись, что в Москве победу Фургала продают в качестве кейса на тренингах по использованию популистской антиистеблишментной риторики.

Это больше похоже на тренировочный матч первого состава спортклуба с дублем. Может ли дубль выиграть у звезд? Редко, но может, когда создаются определенные условия. Такие условия сложились в нескольких матчах: «стареющие звезды»; разрядка после «матча десятилетия» в марте; объявленные реформы – для Приморья и Хабаровска это было не только повышение пенсионного возраста и НДС, но и изменение принципов распределения квот на вылов краба, из-за чего летом в регионе прошли протесты; красные карточки – международные санкции, затронувшие предприятия оборонного комплекса, расположенные в Хабаровском крае и Владимирской области. Стоит ли на основании этого делать вывод, что игра пошла другая? Одной победы дубля недостаточно. Да и честолюбивые дублеры, судя по всему, готовы и даже хотят играть в высшей лиге по ее правилам.

Но напор молодых волков, пожалуй, ощущается. Только вот в 16 регионах власть сама двинула вперед новый состав, сыграв на опережение, и победила.

Русский чавизм

В России популизм чаще понимается в искаженном смысле. Из стигматизирующего «он популист», то есть заигрывает с народом, превращает политику в шоу, выросла полноценная политическая технология, которой не гнушаются ни мэтры, ни молодая поросль. И вот Андрей Ищенко превращает выборы в шоу «Холостяк», объявляя конкурс на роль первой леди Приморья.

Победители вторых туров – это не никому неизвестные люди, как нередко пытаются показать федеральные эксперты, выдавая за реальность собственный московский изоляционизм. Эти люди вели кампанию, выступали на митингах, заваливали почтовые ящики агитационными материалами, продвигали себя в соцсетях.

Их нарративы, ценности и лозунги, подкупившие избирателей, не представляют собой загадки, хотя не являются ни модернистскими, ни популистскими. Это традиционалистско-патерналистский дискурс, ориентированный вовсе не на локомотивный класс горожан, а скорее на традиционный властный электорат – пенсионеров, желающих сохранить статус-кво распределительной пенсионной системы и льгот, которые, как известно еще с 2005 года, выходят налогоплательщикам дороже стоимости получаемых услуг за счет издержек на администрирование.

В первую очередь все кандидаты использовали тему пенсий. Фургал обострял: «Покойникам пенсия не нужна». Ищенко шел с баннерами «За наши пенсии!». Сипягин уже инициирует рассмотрение законопроекта в заксобрании Владимирской области, призывая голосовать против пенсионной реформы, участвует в митингах и выступает в СМИ. В Амурской области коммунистка Татьяна Ракутина, хоть и уступила в первом туре, набрала больше, чем Андрей Ищенко в Приморье, использовав в последние две недели слоган «Нам не нужны послабления в пенсионной реформе! Нам нужна ее отмена».

Из других предложений – возвращение льгот. Бесплатный проезд в общественном транспорте в Хабаровском и Приморском краях; специальные дальневосточные коэффициенты для расчета подъемных по программе «Земский доктор» для врачей, льготы для детей военного времени и так далее.

Третьей линией атаки для претендентов становится «почва», подчеркивание исключительности региона и, соответственно, необходимости быть местным, чтобы чувствовать регион и управлять им. Мир не открыт, Россия не едина, а процессы регионального развития не взаимосвязаны. Секрет успеха губернатора – это «связь с почвой» и «гением места». Вот такой «прогрессивный» нарратив во второй декаде XXI века.

Сипягин строил на этом всю кампанию, к тому же заявляя, что Орловой надо вернуться на родину и растить внуков (она не просто плохая, она – иная и по происхождению, и по полу, чужая, гений места – не ее). В большинстве западных стран такого рода предвыборный нарратив – противопоставление правильного мужского слабому и некомпетентному женскому началу в политике – был бы не просто неэффективен, а незаконен, да и у нас настолько откровенно сексистской кампании я не припомню. Как вам понравилась бы газета с заголовком «Баб к управлению градом Владимиром не подпускать»? Но для традиционалистской российской глубинки это приемлемый и даже одобряемый ход, мачизм, продаваемый в качестве экзистенциальной компоненты управленческой и политической компетентности.

Итак, распределение, льготы, традиционализм вплоть до сексизма, бытовой регионализм вплоть до изоляционизма – в итоге, как мы видим, «истеблишмент 2.0» берет на вооружение патерналистский нарратив старших товарищей, адресуясь даже не к началу 2000-х, а к кампаниям, характерным для красного пояса середины 90-х годов прошлого века. Если всерьез рассматривать произошедшее в идеологической рамке, то победили чависты. И именно с этим вызовом власти сегодня придется иметь дело.

Угроза модернизации

В России в отличие от большинства европейских стран «буржуазное сознание» не является ценностным консенсусом среднего класса. Базовые ценности и ориентации этой якорной части российского общества остаются левыми по сути. Они специфичны не только для людей старших возрастных когорт, но почти для всех остальных электорально значимых групп населения. Системные левые просто не были способны мобилизовать всех избирателей, которым свойственны эти настроения, в том числе потому, что в левой повестке успешно работали и президент Владимир Путин, и партия «Единая Россия».

Модернизационный нарратив президентской избирательной кампании, построенной на переходе от идеи культа стабильности к идее прорыва, и последующие за ней инициативы, в первую очередь – повышение пенсионного возраста, лишили президента и представителей партии власти статуса главных социальных консерваторов. И это место понемногу занимают гибкие представители истеблишмента 2.0, держатели местных франшиз системных оппозиционных партий.

Если победа Фургала и Сипягина действительно чему-то угрожает, то не стабильности политической системы и не ценностному консенсусу, сложившемуся вокруг фигуры президента страны, а его попытке повернуть госаппарат и избирателя лицом к реальным вызовам XXI века, лицом к модернизации и модернизационному настрою. Указ президента №204 как попытка закрепить новый политический консенсус вокруг задач развития пока не нашел читателей в электоральной провинции. Люди не хотят изменений, если они не приводят к их большему участию в действующей распределительной модели.

В регионах, которые якобы породили «новую политическую реальность», избиратель, рассчитывающий на себя, а не на государство, так и не пришел на участки 9 и 23 сентября. Пришли традиционалисты и патерналисты, недовольные нарушением статус-кво, изменениями как таковыми, их скоростью. Стоит ли это считать «политической катастрофой» – личный выбор, вопрос веры, а не знания. Не стоит лишь закрывать глаза на то, что густонаселенные территории и города-миллионники не подтверждают катастрофизм фургаловедов и фургалолюбов, а опровергают его – своими делами и своими голосами.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 сентября 2018 > № 2748979 Глеб Кузнецов


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > mirnov.ru, 27 сентября 2018 > № 2744915

РОССИЙСКИЕ ИССЛЕДОВАТЕЛИ СОБРАЛИСЬ НА КОНГРЕСС «РЕЛИГИЯ КАК ФАКТОР ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЦИВИЛИЗАЦИЙ»

IV Конгресс с темой «Религия как фактор взаимодействия цивилизаций» на этот раз принимает Дальний Восток - Конгресс проходит Благовещенске с 24 по 28 сентября.

«Как религия связана с проблемами безопасности, например, России или сопредельных с Россией государств? Мы понимаем, что это огромная проблема: мы видим, что происходит в мире, мы видим, что религиозный фактор создает проблемы, связанные с безопасностью людей, государств, политических систем», – отметил зампредседателя Оргкомитета, завкафедрой религиоведения Амурского госуниверситета профессор Андрей Забияко.

Детали и особенности сложнейших проблем современности в религиозно-политической, духовно-идеократической сферах жизни обществ Оргкомитет решил обсуждать на 6 основных секциях:

1-я: Социокультурные процессы в контексте русской философской традиции;

2-я: Изучение религии в контексте цивилизационного подхода. История российского религиоведения: новые находки и исследования;

3-я: Религия, наука и образование в контексте историко-культурных трансформаций;

4-я: Современные религиозные и этнорелигиозные процессы как фактор цивилизационного развития России;

5-я: Религии как фактор диалога и конфронтации цивилизаций;

6-я: Религии в истории цивилизаций.

Также в рамках Конгресса уже прошли специальные мероприятия - расширенное заседание Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при губернаторе Амурской области и круглый стол «Взаимодействие общественных институтов, государства и религиозных организаций в сфере гармонизации общественной жизни», в работе которых приняли участие профессор РАНХиГС Вильям Шмидт и директор научно-исследовательский центра «ReligioPolis» профессор Екатерина Элбакян.

«Амурская область сама по себе имеет довольно разветвленную религиозную структуру. Сегодня в области 14 различных религиозных направлений, зарегистрировано более 130 религиозных организаций, - отметил во время открытия Конгресса председатель его Оргкомитета - заместитель председателя Правительства Амурской области Андрей Плутенко. - При этом в Приамурье традиционно поддерживается высокий уровень межконфессиональных отношений.

Правительство Амурской области совместно с руководителями религиозных объединений давно ведут уважительный и конструктивный диалог в целях совместной деятельности в социальной, культурной и просветительской сферах во многом благодаря эффективной учебно-научной деятельности крупнейшего религиоведческо-этнографтческого центра, каким является кафедра религиоведения Амурского госуниверситета».

Как подчеркнул директор Центра религиоведческих и этнокультурных исследований и экспертизы ИГСУ РАНХиГС Вильям Шмидт, «...религиоведение является уникальной отраслью научного знания, которая имеет широкий арсенал специализированных и межотраслевых инструментов, чтобы обеспечить не только прогноз развития политико-идеологической ситуации на региональном уровне, но и эффективное, устойчивое развитие идеократической сферы жизни общества и государства.

Религиоведческие, философско-теологические и этно-культурологические человека, на каком бы месте в системе гражданско-государственных отношений он ни находился, становятся тем важнейшим инструментарием, который позволяет обеспечить его адаптацию и социализацию, поддерживать цивилизационный и культурный диалог, мировоззренческую целостность и быть защищённым от агрессивной пропаганды и манипуляций на уровне общественного сознания».

В адрес Конгресса с приветственным словом обратились Министр просвещения Российской Федерации Ольга Васильева и врио руководителя Федерального агентства по делам национальностей Михаил Ипатов, которые подчеркнули особую роль религиоведческого сообщества в части экспертно-аналитического сопровождения деятельности органов власти и управления по обеспечению профилактики конфликтогенных условий в системах с высоким аксиологическим и идеологическим статусом.

Председатель Совета Ассамблеи народов России Светлана Смирнова в приветственном слове выразила готовность к дальнейшему развитию заинтересованных отношений - формированию экспертных советов на базе ресурсных центров на региональном и федеральном уровне в рамках обеспечения Стратегии государственной национальной политики и вступившего в силу 21 сентября 2018 г. профессионального стандарта «Специалист в сфере национальных и религиозных отношений».

* * *

Решения об институциональном оформлении религиоведческого сообщества России были приняты на апрельском симпозиуме 2016 г. «Большой» кафедры религиоведения и религиозных отношений ИГСУ РАНХиГС «Религия в аспектах философских, теологических, религиоведческих подходов: проблемы определения объекта и экспертизы».

В 2017 г. на итоговом симпозиуме «Большой кафедры» «Взаимодействие государственных, общественных и религиозных институтов: проблемы безопасности, устойчивости и воспроизводства» вопрос о базовых принципах организации и деятельности сообщества был вынесен на общественное обсуждение и по итогам было принято решение об учреждении Экспертного совета исследователей религии и религиозной жизни при Кафедре государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС для дальнейшей апробации форм взаимодействия с учетом опыта координации деятельности в рамках Ассоциации российских религиоведческих центров.

В Благовещенске участники Конгресса приняли решение развивать институциональные формы религиоведческого сообщества - учредить межрегиональную общественную организацию.

Как отметил профессор Вильям Шмидт, РАНХиГС в рамках обеспечения государственного задания 2018 г. по теме «Система экспертно-аналитического обеспечения религиозно-политических процессов на региональном и муниципальном уровнях органов законодательной и исполнительной власти Российской Федерации» (научное направление «Социально-исторические, политико-правовые, культурологические и философские исследования») также разработала модель организации профессионального сообщества с учётом требований ФЗ-238 - проект пакета уставных документов для создания юридического лица в форме саморегулируемой профессиональной организации, который предполагается рассмотреть на Всероссийском форуме «Религия в контексте политической и конституционно-правовой системы Российской Федерации» (пройдет 16-17 Октября 2018 г. на площадке Общественной Палаты Российской Федерации).

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > mirnov.ru, 27 сентября 2018 > № 2744915


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 26 сентября 2018 > № 2748978 Наталья Зубаревич

Политэкономия проигрыша в Приморье. Откажется ли центр от варягов-технократов

Наталья Зубаревич

Несмотря на поражение власти в Приморье, центр продолжит использовать присланных сверху варягов-технократов на губернаторских выборах ближайших двух лет, только с более тщательной подготовкой и отбором кандидатов. Клиническое недоверие федеральных властей к местным кадрам, более тесно связанным со своим регионом и имеющим больше обязательств перед местными элитами, никуда не делось

Провалы представителей власти на губернаторских выборах в четырех регионах справедливо объясняются негативным влиянием на настроения избирателей трех базовых факторов: повышение пенсионного возраста, длительное падение доходов населения, общая усталость от несменяемой власти.

В трех регионах проиграли давно работающие, слабые и непопулярные губернаторы. Где тонко, там и рвется. Намного успешнее для власти прошли выборы в регионах, куда назначили новых и.о. губернаторов – молодых варягов-технократов. Технология обновления губернаторского корпуса через назначение молодых технократов и последующее автоматическое их избрание стала массовой в 2017–2018 годах (более 30 регионов). Провал пока только один – Приморский край. Это случайный сбой или системный риск для технологии, нацеленной на обновление региональных элит сверху и еще более жесткий контроль над регионами?

Попробуем разобраться, почему этот провал случился именно в Приморье. Никакой предопределенности не было, но в крае больше факторов, способствовавших провалу кандидата от власти на губернаторских выборах, чем в других регионах. Основными можно считать три.

Экономика, элиты и население Приморья

Первый – это экономические интересы и специфика региональных элит. В Приморье велика роль ресурсодобывающей экспортной экономики, главный ресурс – рыба. В отличие от добычи нефти и газа этот ресурс не сконцентрирован в локальных точках, а распределен пространственно. При распределенном ресурсе бизнесу проще уходить из-под контроля государства – превышать квоты на вылов, продавать улов прямо в море или портах соседних стран, не заходя в родную гавань.

Квоты на рыбу и морепродукты распределяют теперь в Москве, и в дележе участвуют сильные лоббистские группы, но у губернатора есть свои рычаги влияния на этот бизнес. Недаром рыболовецкая компания Сергея Дарькина была столь успешной в период его губернаторства. Конечно, отрасль стала менее криминальной по сравнению с девяностыми, бизнес постепенно концентрируется, но до олигополии далеко, экономических игроков немало, и все они имеют ресурсы и интересы.

Именно в этом базовое отличие Приморья от большинства регионов, где местный бизнес, имеющий ресурсы и интересы, представлен в основном девелопментом, торговлей и все реже – региональными банками. Федеральные и региональные власти имеют множество рычагов давления на них. Крупный российский бизнес не интересуется выборами губернаторов, он решает вопросы на федеральном уровне.

Второй фактор – более сильная региональная идентичность, особенно во Владивостоке, где сохранился дух мореманской вольницы и явная нелюбовь к начальникам-варягам. Все это проявлялось и в местной политике. В девяностых федеральные власти никак не могли убрать одиозного губернатора Евгения Наздратенко, потом выборы губернатора против воли центра выиграл Сергей Дарькин. Можно добавить к этому букет мэров Владивостока – уходившего в астрал Виктора Черепкова, проворовавшегося Юрия Копылова, выходца из криминальных структур Владимира Николаева. Их снимали, кого-то сажали, но население все равно выбирало своих, а не чужих.

Попытка направить в край москвича Владимира Миклушевского (сначала на пост ректора Дальневосточного федерального университета, потом – губернатора) закончилась войной с региональными элитами, посадкой мэра Владивостока Игоря Пушкарева и досрочным уходом Миклушевского с поста губернатора из-за низкой популярности. Федеральные власти решили, что еще технократ Андрей Тарасенко сможет додавить региональные элиты и сделать край более управляемым. Вот и получили…

Жители края сильнее сопротивлялись экономически невыгодным для них федеральным решениям: вспомним массовые митинги против ограничения импорта праворульных машин из Японии в 2009 году. Это решение подрывало и местный бизнес в этой сфере (действительно, он был сильно теневым и криминализованным), и занятость, а также доходы примерно ста тысяч жителей края. Пришлось привозить ОМОН из Москвы и Мордовии, местный разгонять людей отказался.

Федеральная политика

Третий фактор – сильное разочарование жителей края в политике «поворота на восток». Обещаний много, результатов мало. Пик федерального внимания к региону пришелся на период подготовки к саммиту АТЭС во Владивостоке в 2012 году, город получил большие инвестиции. Были и большие ожидания. Однако за шесть последующих лет огромные вложенные средства не привели к ускоренному развитию города и края.

Миграционный отток населения остается устойчивым. Инвестиции с 2013 по 2017 год сократились в реальном выражении на 21%. По объему инвестиций в 2017 году самые крупные по численности населения Приморский и Хабаровский края в два-три раза отставали от Якутии и Сахалина и в полтора раза – от Амурской области. В краях не добывают нефть и газ, а новые индустриальные проекты пока остаются на бумаге.

Федеральные власти пытаются улучшить условия для бизнеса, но крошечные «территории опережающего развития» малопривлекательны для инвесторов, как и режим свободного морского порта, введенный для пятнадцати муниципалитетов Приморского края. Льготы не компенсируют высокие издержки плохой инфраструктуры, дорогой электроэнергии, повышенной стоимости и структурного дефицита рабочей силы.

На Дальнем Востоке прибылен в основном сырьевой сектор, барьеры для обрабатывающих производств слишком высоки, но федеральные власти продолжают делать ставку на их развитие. Экономику не обманешь, что-то получается только при выделении больших бюджетных и квазибюджетных денег (гособоронзаказ) или добровольно-принудительном привлечении инвестиций крупнейших госкомпаний (судостроительный завод в городе Большой Камень).

Проект строительства нефтеперерабатывающего завода под Владивостоком остается в подвешенном состоянии уже несколько лет. «Роснефть» не хочет брать на себя риски и предлагает китайцам стать основными инвесторами, торгуясь за свою долю в собственности. Российский крупный бизнес, в основном угольный и металлургический, инвестирует в дальневосточные порты для вывоза на экспорт своей продукции и без указки властей, ему это нужно.

Попытка закрепить местное население и привлечь мигрантов с помощью программы «Дальневосточный гектар» также оказалась малоуспешной: две трети из 122 тысяч заявок подали сами жители Дальнего Востока, притока мигрантов эта программа не обеспечила. И не могла – Россия столыпинских времен с ее аграрным перенаселением европейской части осталась в далеком прошлом.

Программа все же помогла дальневосточникам оформить землю под гаражами, сараями, другие уже использовавшиеся участки. Но взявшие новые земельные наделы в основном не могут их использовать из-за отсутствия дорог и электроснабжения. Пока оформлено только 40 тысяч участков на весь Дальний Восток.

С большой вероятностью раздражения жителям Приморья добавил сильнейший диссонанс между реальной жизнью и победными реляциями на Восточных экономических форумах, последний из которых проводился накануне губернаторских выборов. Пожалуй, только Петербургский экономический форум сопоставим с Восточным по масштабам государственного пиара.

Четыре форума и четыре года обещаний больших инвестиций, очередной приезд высокого столичного начальства и лидеров азиатских стран с перекрытием дорог, мерами безопасности, парализующими жизнь Владивостока на несколько дней. А после этого ничего не происходит, тишина. Население не только раздражается, оно не понимает: если государство готово на огромные инвестиции, то почему нет денег на пенсии и нужно повышать пенсионный возраст?

Сочетание всех этих факторов нетипично для других регионов: им столько не обещали, они не получали такого большого притока инвестиций несколько лет назад (саммит АТЭС) без заметного эффекта для последующего социально-экономического развития, их элиты укрощены и сопротивляются слабее, население менее активно и сильнее задавлено, поэтому добиться нужного результата на выборах легче.

Будущие риски

Значит ли это, что Приморский край – одиночный прокол в технологии губернаторов-варягов и технократов? В этом конкретном случае просто недостаточно учли специфику региона, а в других местах такое не повторится? Для электорального цикла 2017–2018 годов это так. Скорее всего, та же технология будет использована и на губернаторских выборах ближайших двух лет, только с более тщательной подготовкой и отбором кандидатов от власти.

Клиническое недоверие федеральных властей к местным кадрам, более тесно связанным со своим регионом и имеющим больше обязательств перед местными элитами, никуда не делось. Только повышенные риски заставляют отказаться от варягов. Таким исключением в произошедшей замене губернаторов в 2017–2018 годах был большой и очень непростой Красноярский край, где и.о. губернатора был назначен опытный и известный местный политик Александр Усс, который затем выиграл выборы.

Какими будут следующие выборы для отправленных в регионы губернаторов-варягов и технократов? Некоторые предположения уже можно сделать. Результаты будут разными, поскольку среди варягов-технократов есть и управленцы с неплохим опытом, и силовики, у которых нет соответствующих компетенций, и даже политтехнолог. Картина пестрая, ведь назначения были обусловлены влиянием лоббистских групп в федеральной власти.

Многие губернаторы-технократы надеются, что их сослали в регионы ненадолго и после такого жесткого испытания вернут в федеральную власть. Мотивация временщиков и профнепригодность части губернаторов для управления регионом усиливают риски ошибочных управленческих решений, конфликтов с муниципалами и региональными группами интересов из-за жесткого давления на них. Это уже происходит, например, в Ярославской области.

Кроме того, через пять лет эффект ожиданий от «молодого и новенького» перестанет работать, накопится усталость и разочарование. Опять придется подыскивать новых губернаторов-технократов?

Пока федеральные власти еще уверены, что проблемы управления регионами можно и нужно решать сверху, используя политтехнологические (выборы), силовые (посадки) и финансовые (бюджетные пряники или кнуты) инструменты. До последнего времени такой набор инструментов позволял держать регионы под жестким контролем, сбои появились только сейчас.

Проблемы будут нарастать, потому что доведенная до предела жесткости вертикальная система управления, в которой губернаторы-технократы отправляются центром в регионы чуть ли не как наместники, не способна балансировать интересы двух уровней власти, особенно в условиях сжимающихся ресурсов и снижающегося уровня поддержки.

Стоит ожидать, что в 2020-х будет много интересного, федеральным властям не помогут даже улучшенные политтехнологии. А пока посмотрим на первую попытку замены варяга-технократа в Приморском крае на представителя местной элиты как кандидата в губернаторы от власти. Кремлю придется решать эту задачу в ближайший месяц, а полученный опыт очень пригодится и в будущем.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 26 сентября 2018 > № 2748978 Наталья Зубаревич


Китай. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 26 сентября 2018 > № 2746849

В последние годы лидеры Китая и России на встречах неоднократно затрагивали вопросы сотрудничества на Северном морском пути и совместного развития "Ледяного Шелкового пути". Во время 4-го Восточного экономического форума /ВЭФ/ в России продвижение взаимодействия в рамках "Ледяного Шелкового пути", укрепление связей между российским Дальним Востоком и Северо-Восточной Азией и Европой через Северный морской путь, и открытие новых возможностей развития региона стали важными вопросами для всех сторон.

Ускорение развития Дальнего Востока

Дальний Восток России богат газом, нефтью и рудами, его можно назвать сокровищницей ресурсов. Обширный и малонаселенный регион также обладает огромным потенциалом развития сельского хозяйства. Однако он отстает в развитии от западной части России из-за того, что значительная часть Дальнего Востока расположена в морозном Заполярье, здесь наблюдается нехватка капиталов, людских ресурсов и инфраструктуры.

После вступления в должность президент РФ Владимир Путин объявил развитие Дальнего Востока приоритетом и выдвинул соответствующую стратегию. С 2014 года правительство России начало работать над ускорением развития Дальнего Востока, организовало в сентябре 2015 года первый ВЭФ, направленный на расширение открытости Дальнего Востока и привлечение иностранных инвестиций.

Главная тема последнего ВЭФ -- "Дальний Восток: расширяя границы возможностей". Среди важных вопросов -- перспективы экономического сотрудничества между Дальним Востоком России и соседними странами и значение развития дальневосточных транспортных коридоров для Азиатско-Тихоокеанского региона.

По мнению экспертов, ключ к развитию Дальнего Востока лежит в связи ресурсов региона с потребностями его соседей. "Ледяной Шелковый путь" предлагает вести сотрудничество на Северном морском пути, что может поспособствовать развитию портов Дальнего Востока, стимулировать экономический потенциал внутренних районов и открыть новые каналы сотрудничества со странами, выходящими к Тихому и Атлантическому океанам.

Россия рассматривает КНР как "наиболее подходящего партнера по сотрудничеству" в развитии Дальнего Востока. Формальный ввод в эксплуатацию проекта "Ямал-СПГ" -- первого крупного энергетического проекта в России, в котором Китай участвовал после выдвижения инициативы "Пояс и путь" -- имеет символическое значение для сотрудничества двух стран в развитии Дальнего Востока.

Полуостров Ямал, находящийся за Северным Полярным кругом, располагает самыми богатыми в мире запасами природного газа, но разрабатывать их очень непросто из-за сложных природных условий и сурового климата. Совместное развитие Китаем и Россией "Ледяного Шелкового пути" позволило добывать энергетические ресурсы на полуострове Ямал, а китайский бизнес стал важным участником проекта.

Дальний Восток России и возрождение Северо-Восточного Китая

На улицах города Хуньчунь китайской провинции Цзилинь можно повсюду увидеть российских туристов, заметны вывески на русском языке, немало прилавков уставлены матрешками. Согласно статистике местного туристического ведомства, каждый день в Китай въезжают более тысячи россиян через Хуньчунь. Этот город стал воплощением совместного развития Северо-Восточного Китая и Дальнего Востока России.

Провинции Хэйлунцзян и Цзилинь граничат с Дальним Востоком России. Исследование показывает, что если эти две провинции получат доступ к портам Дальнего Востока, то смогут подключиться к "Ледяному Шелковому пути" и выходить на рынки Японии и Республики Корея, а через Севморпуть -- и Северной Европы.

Создание российских международных транспортных коридоров в Приморском крае помогает внутриконтинентальным районам Северо-Восточного Китая "выйти к морю", от чего получает пользу и город Хуньчунь. Коридор "Приморье-2" связывает Хуньчунь с российскими Зарубино и Славянкой, принося заметный экономический эффект.

В последние годы валовый продукт города Хуньчунь растет двузначными темпами. С помощью богатых угольных, нефтегазовых и лесных ресурсов Дальнего Востока Хуньчунь ускоряет реализацию новых промышленных проектов и становится новым центром развития и открытости в Северо-Восточной Азии.

Международный транспортный коридор "Приморье-1" соединяет Суйфэньхэ провинции Хэйлунцзян с российскими Владивостоком и Пограничным, он способствует быстрому развитию Суйфэньхэ и окружающих районов. Прибрежные порты провинции Ляонин также могут напрямую сопрягаться с "Ледяным Шелковым путем", чтобы предоставлять проходящим судам погрузочно-разгрузочные услуги.

Мы видим, что международные транспортные коридоры в Приморском крае и "Ледяной Шелковый путь" сливаются в портах Дальнего Востока. Таким образом формируется единая транспортная артерия сухопутных и морских перевозок, что может связать развитие российского Дальнего Востока с возрождением старопромышленных баз в Северо-Восточном Китае и создать более широкую платформу для сотрудничества.

Усиление взаимосвязанности между Азией и Европой

5 сентября после 33 дней в пути китайское грузовое судно "Тяньэнь" вошло в порт Руан на северо-западе Франции. Данное судно впервые прибыло в Европу по "Ледяному Шелковому пути".

Северный морской путь связывает Тихий океан с Атлантическим и является кратчайшим маршрутом между Азией, Европой и Америкой. В отличие от традиционных морских путей в Арктике нет ограничений на размер судна. Севморпуть позволяет сократить судоходный маршрут между Северо-Восточной Азией и Европой и значительно повысить эффективность грузоперевозок.

"Ледяной Шелковый путь" -- это инициатива по совместному использованию Северного морского пути, она способствует общему развитию Северо-Восточного Китая и Дальнего Востока России, содействует взаимосвязанности и торгово-экономическому сотрудничеству между Корейским полуостровом, Японией и Европой, открывает новую торную дорогу сотрудничества Азии и Европы.

Китай. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 26 сентября 2018 > № 2746849


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > amurmedia.ru, 26 сентября 2018 > № 2745811

АО «Российский экспортный центр»: мы увеличим несырьевой экспорт до $250 млрд

Подразделение РЭЦ в Хабаровске помогает местным производителям выйти на мировой рынок

Владимир Крет, руководитель обособленного подразделения АО "Российский экспортный центр" в Хабаровске рассказал корреспонденту ИА "AmurMedia" о деятельности центра, который он возглавляет, о помощи, которую они предоставляют местным производителям, о стратегии выхода на внешний рынок и его подводных камнях, а также поделился секретами успеха людей, которым уже удалось его покорить.

— Владимир Викторович, расскажите, пожалуйста, о центре, о целях и задачах, которые он перед собой ставит.

АО "Российский экспортный центр" создан в 2015 году, в Хабаровском крае обособленное подразделение появилось в октябре 2016 года. РЭЦ был реализован как "единое окно" для работы с экспортерами в области финансовых и нефинансовых мер поддержки, включая взаимодействие с профильными министерствами и ведомствами, осуществляющими функции по развитию внешнеэкономической деятельности Российской Федерации. На Дальнем Востоке работают два обособленных подразделения РЭЦ: во Владивостоке и в Хабаровске. Мы объединяем Еврейскую АО, Магаданскую область, Хабаровский край, Республику Саха (Якутию) и Чукотку. Все остальные Дальневосточные субъекты закреплены за Приморским краем.

— В чем суть деятельности вашего подразделения?

— Мы оказываем комплексную адресную поддержку экспорто ориентированным и ведущим внешнеэкономическую деятельность компаниям. В Группу Российского экспортного центра интегрированы:

Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (ЭКСАР);

Государственный специализированный Российский экспортно–импортный банк (АО РОСЭКСИМБАНК).

Целевыми стратегическими ориентирами Группы РЭЦ являются показатели роста объема поддержанного несырьевого экспорта, роста числа уникальных экспортеров (отдельно — рост экспорта субъектов малого и среднего предпринимательства) и высокое качество оказываемых услуг.

В рамках своей деятельности мы оказываем широкий перечень услуг существующим и потенциальным экспортерам, взаимодействуем с профильными органами исполнительной власти, готовим предложения по улучшению условий ведения предпринимательской деятельности в части экспорта и ВЭД, регулярно взаимодействуем с представителями делового и экспертного сообщества и способствуем преодолению барьеров и снятию "системных" ограничений. То есть, смысл нашей деятельности – поддержка экспортеров, вывод компаний на внешний рынок и помощь тем, кто уже работает в этом направлении.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее – какого рода осуществляется поддержка, кто ею может воспользоваться и каков механизм ее получения?

— Как я уже сказал, мы помогаем компаниям – производителям продукции выйти на международный рынок, закрепиться там и успешно работать. Отмечу, что мы не поддерживаем сырьевой и энергетический экспорт.

Мы осуществляем консультирование, помощь экспортерам по всем этапам экспортной деятельности, начиная от подготовительного, получения различных разрешительных документов, финансирования, субсидирования, заканчивая возмещением налога на добавленную стоимость.

Кроме того в нашем центре есть Школа экспорта, в которой можно обучаться как дистанционно, через наш сайт, так и очно, посещая занятия наших бизнес-тренеров. Обучение проводится бесплатно. Также консультируем по всем вопросам экспорта. Это и таможенное администрирование, и сертификация, и аналитика. Экспортёр задумывается: "Я произвожу товар. Куда бы я мог с ним выйти, на какой рынок?" Мы можем предоставить аналитику по тому товару, который он производит. Во-первых, сначала проанализировать всю мировую торговлю, выяснить, какая из стран больше импортирует тот вид товара, который выпускает производитель. Затем потенциальный экспортёр может выбрать какой-то макрорегион, более удобный для себя, мы предоставим ему аналитику по макрорегиону.

Если понравилась какая-то конкретная страна, готовим информацию по этой стране, по товару, по всем процедурам импорта этого товара в страну назначения: какие необходимы разрешительные документы, какие затраты при таможенном оформлении на территории этой страны. После этого поможем создать маркетинговую стратегию, научим производителя, как правильно подготовить товар, подскажем, какие здесь существуют традиции, какие условия продажи, как правильно подготовить упаковку. Возможно, чтобы выйти на рынок и товар пользовался спросом, придётся что-то изменить в технологическом процессе. Поможем составить экспортный контракт. На нашем сайте имеется весь перечень услуг. Любой желающий может зайти на сайт и получить услугу, зарегистрировавшись. Можно обратиться непосредственно к нам в офис.

Подготовкой всех материалов занимается специальное подразделение: кто-то несёт ответственность только за консультирование по вопросам сертификации, другие – за консультирование по патентованию и охране интеллектуальной собственности, третьи занимаются помощью в вопросах таможенного администрирования, логистики и так далее. Мы осуществляем выдачу сертификата свободной продажи, сертификат, который подтверждает, что данный товар на территории РФ был изготовлен по всем нормам и требованиям, действующим в нашей стране. Широко известная марка "Made in Russia" придумана нами. Знак птицы в виде триколора – это продукт Российского экспортного центра. Мы сами его придумали, разработали систему сертификации.

— Чем она отличается от других подобных марок?

— Это программа, которая направлена на повышение престижа российских товаров, на повышение их узнаваемости на международном рынке. Она состоит из двух этапов. На первоначальном этапе мы рассматриваем экспортера: его производственные мощности, его деятельность. И по результатам прохождения первого этапа потенциальный экспортер либо получает, либо не получает звание "Российский экспортер". В дальнейшем, при отгрузке товаров на каждую партию выдается знак "Made in Russia".

— А каким условиям нужно соответствовать, чтобы получить этот сертификат?

— Условия все прописаны в положении о знаке "Made in Russia". Прежде всего, товар должен соответствовать требованиям российских ГОСТов, производственные мощности должны соответствовать определенным нормативам. Мы подтверждаем, что товар изготовлен по всем ГОСТами, нормативам, производство проверено и соответствует мировым нормам. Кадровый состав также должен соответствовать. Для оформления документов требуется штатное расписание, нужно указать опыт сотрудников, инженерного состава, квалификацию. Среди обладателей знака "Made in Russia" в Хабаровске — компания "Мастер плит", "Вода "Ильинская" и еще несколько производителей. Сейчас на получение звания претендует компания "Золотой Юг". Это производители соков, напитков. Ребята очень активно идут на рынок, выбрали для себя китайский. Компания "Торекс Хабаровск" на очереди в подготовке документов. Крупная компания, большой пакет документов.

— Существуют ли у вас специальные программы поддержки отечественного экспорта? Может быть, предоставляете своим клиентам скидки, льготы, другие преференции?

— Да, и прежде всего это организация выставочно-ярмарочных мероприятий. То есть мы компенсируем от 50 до 80% затрат на участие в выставках, ярмарках. Для крупного бизнеса – 50%, для малого и среднего – 80%. Это затраты на организацию, аренду площадей, участие в мероприятиях. Кроме того, РЭЦ проводит демонстрационно-дегустационные мероприятия, так называемые гастровики. Это гастрономическая неделя. К примеру, у нас производитель мороженого марки "Два зайца" Илья Амерханов – регулярный участник гастровиков. В основном выбирает азиатские страны: Японию, Корею, Китай. К слову, мы можем возить и в Европу, и в Африку — по всему миру, но дальневосточные компании, как правило, выбирают близлежащий регион. Главным образом, это страны Юго-Восточной Азии. Приглашаем заинтересованные иностранные компании принять участие в выставках. В рамках этих мероприятий происходят дегустации, деловые встречи, переговоры.

Основная цель таких мероприятий — создание условий для проведения эффективной бизнес-коммуникации с потенциальными потребителями продукции и эффективного маркетингового продвижения с упором на созданную инфраструктуру присутствия российских производителей за рубежом. Размещение продукции компании в павильоне позволяет представить продукцию потенциальным покупателям за рубежом, наладить b2b-контакты и повысить узнаваемость компании среди иностранных покупателей. Основные преимущества для российских компаний при размещении продукции в павильонах:

бесплатная инфраструктура павильонов (площади, оборудование, содержание павильона, стендов и иного оборудования);

продвижение и маркетинговая поддержка павильонов со стороны РЭЦ;

поиск потенциальных покупателей продукции со стороны РЭЦ;

помощь в проведении промо-акций со стороны РЭЦ в рамках павильона.

На сегодняшний день, работают три павильона — в Китайской Народной Республике (Шанхай), Объединенных Арабских Эмиратах (Дубай), Социалистической Республике Вьетнам (Хошимин). Сейчас у нас уже есть компании, которые получили разрешения для размещения своей продукции в павильонах. Единственное – трудности с логистикой и таможенной очисткой. Дорогая получается, если везти небольшую партию товаров. Чтобы доставка обходилась предпринимателям дешевле, мы стараемся собрать сразу несколько компаний, будем пытаться организовать сборный контейнер.

Из финансовых услуг у нас есть различные кредитные продукты, которые предоставляет "Росэксимбанк". Среди них, например, компенсация процентных ставок некоторых банков. То есть "Росэксимбанк" выступает оператором правительственной программы по компенсации процентных ставок кредитов именно для экспортных поставок. Это значит, что компания берет кредит для осуществления экспортной поставки, реализации экспортного контракта, и банк, который кредитует компанию для этих целей, обращается в "Росэксимбанк" с просьбой о компенсации процентной ставки. То есть экспортер берет кредит всего под 5-6% годовых.

Как агент правительства мы помогаем предпринимателям в получении лицензий Минпромторга для экспорта товаров. Это преимущественно живой краб, бивни мамонта, чага. Большой популярностью за рубежом пользуется древесина дальневосточных хвойных пород. С мая этого года произошло распределение квот, и компании начали получать лицензии. Для крупных переработчиков лесоматериала появилась льгота, в рамках которой они могут экспортировать круглый лес под пошлину 6,5%, тогда как простая пошлина без квоты – 25%. Но постановлением предусмотрено, что компании, получившие квоту, обязаны увеличивать в определенном процентном соотношении объем экспорта переработанной древесины. Эта денежная подушка должна идти на модернизацию производства, на вкладывание денег именно в переработку леса. Больше продукта уже с надбавленной стоимостью.

Мы готовы кредитовать не только компании-экспортеры, но и оказывать пред— и постэкспортное финансирование. Например, компания осуществляет экспортную поставку на условиях отсрочки платежа. И после отгрузки товара появляется некий финансовый разрыв: товар отправлен, денег нет, а жить надо. В таких случаях мы через "Росэксимбанк" предоставляем финансирование на льготных условиях.

Мы можем финансировать компанию через банк, предлагаем различные кредитные продукты, направленные именно на экспорт. В чем преимущество наших продуктов? Те, что выдаются "Росэксимбанком", застрахованы "Эксаром". Эта страховка является обеспечением первой категории, то есть ничего не нужно закладывать в залог, обеспечением является страховка. В качестве обеспечения берется поступающая в перспективе валютная выручка. Компании, которые получают страховку "Эксара", застрахованы от невозврата валютной выручки, от административной и уголовной ответственности, которая наступает в этом случае.

Что касается финансовых инструментов, наиболее интересным предложением для экспортеров является гарантия "Росэксимбанка" перед налоговыми органами по поводу возмещения налога на добавленную стоимость. Как происходит возмещение налога в обычной повседневной деятельности? Экспортер готовится, производит продукт, осуществляет экспортную поставку, подает в налоговый орган налоговую декларацию по НДС. В течение 4 месяцев его проверяют. Идет камеральная проверка. Возврат НДС для экспортеров, как правило, длится до 7 месяцев. В случае получения гарантии "Росэксимбанка" для налоговых органов по возмещению НДС при предоставлении в налоговый орган декларации и гарантии налог зачисляется в течение двух недель. Потом уже идет проверка. "Росэксимбанк" гарантирует, что если проверкой будут выявлены какие-то недочеты, то "Росэксимбанк" компенсирует их за экспортера, а потом уже будет с экспортером разбираться. Сейчас крупные компании, например, "АзияЛес БМ групп", заинтересованы этим продуктом и будут им пользоваться.

К специальным продуктам также относятся компенсации по логистическим затратам. Специальная программа направлена на поддержку производителей высокотехнологичной продукции, а именно на компенсацию до 80% фактически понесенных затрат при транспортировке своей продукции на внешние рынки. коды ТН ВЭД продукции которых включены в перечень высокотехнологичной продукции, утверждены в приложении № 2 к приказу Минпромторга России от 23 июня 2017 г. № 1993.

— Как много местных производителей имеет успешный опыт выхода на внешний рынок? Какие товары, кроме продуктов питания, пользуются еще популярностью за рубежом?

Основные показатели экспортной деятельности Хабаровский край делает за счет экспорта самолетов. На втором месте идет рыба, на третьем – лес. Это если смотреть в общем по экспорту. Несырьевой, неэнергетический экспорт представлен самолетами. Для обособленного подразделения в Хабаровске это не показатель. Наши показатели – малый и средний бизнес. Но проблема в том, что у нас очень мало производств малого и среднего бизнеса, которые могли бы выходить на внешний рынок. К таким можно отнести "Центр кровли". Компания построила завод металлических конструктивных решений в г. Артеме. Они делают ограждения, ранее экспортом своей продукции не занимались. Сегодня в своей деятельности активно пользуются услугами и возможностями как РЭЦ, так и других структур поддержки экспорта. Компания получила различные консультации по вопросам, связанным с экспортом. Посетила выставку в Южной Корее, стала участником ВЭФ на стенде РЭЦ. Появились какие-то первые контакты, идет поступательное движение по выходу на внешний рынок. Но таких компаний немного: "Мастер плит", "Технониколь", "Центр кровли" — на пальцах можно посчитать. Недавно появилась компания в Комсомольске-на-Амуре ООО "Зодчий", которая делает сборные игрушки из дерева, серии "Городище". Они тоже стали участниками ВЭФ, при поддержке РЭЦ. Среди производителей продуктов питания, можно выделить такие компании, как ООО "Золотой Юг" (производители соков восстановленных, напитков сокосодержащих, напитков безалкогольных), ИП Амирханов (производство мороженного), ДАКГОМЗ (производство мороженного), ООО "ДПТК" (мёд), ИП Лебедева, ООО "Лесные продукты" (мёд и дикоросы). Это те компании, которые активно пользуются нашими услугами. Всего у нашего подразделения порядка 200 клиентов. Кто то, только проходил обучение и присматривается к возможностям экспорта. Кто то получал наши услуги, но пока не готов к экспортной дейтельности. Некоторые не знают, что их продукция может быть конкурентоспособной. Кто-то делает на дому куколки, а потом мы их везем на выставку в Париж, и они там идут "на ура". Хотелось бы продвигать народное творчество. Но у народа пока ещё нет уверенности, что их товар конкурентоспособен. Кто сделает нанайские мотивы лучше, чем сами нанайцы? Пытаемся достучаться. У нас на Дальнем Востоке народ дружелюбный, но осторожный.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > amurmedia.ru, 26 сентября 2018 > № 2745811


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 26 сентября 2018 > № 2744917

ПРИМОРСКИЙ СИНДРОМ

Кто еще месяц назад ожидал, что избрание глав регионов станет вдруг одним из главных пунктов внутриполитической повестки? Однако это случилось, причем в режиме «Продолжение следует».

Скандал, разразившийся на выборах в Приморье, казалось бы, утих. Не факт, что окончательно, поскольку в его основе была не злонамеренность отдельных региональных чиновников. Причины гораздо глубже и носят системный характер. От таких за неделю не избавишься.

Ни для кого не секрет, что губернаторов сначала подбирают в Москве. Затем решение доводят до местных властей с жесткой командой: «Обеспечить победу!» А вот как, какими способами обеспечить, региональные чиновники должны придумать сами. О фальсификациях речи нет. Но категоричность указаний из центра сомнений не оставляет: следствием поражения кандидата будут серьезные кадровые чистки. А кому же охота расставаться с насиженным креслом?!

Эффективность такой мотивации проверена многолетней практикой, вписана в отечественную систему выборов. Поэтому ничего принципиально нового приморские избиркомы при подведении итогов второго тура не продемонстрировали.

Подобные «финишные рывки» кандидатов от власти случались не раз, а общественность успокаивали дежурной формулировкой: «Отдельные нарушения на результат не повлияли».

Отменив итоги второго тура в Приморье, центр пошел на беспрецедентный шаг, настолько необычный, что возник фундаментальный вопрос: либо здесь политика - попытка быстрыми уступками нейтрализовать протестные выступления, либо политтехнология - увидев, что ее кандидат проигрывает, поступила команда прибегнуть к демонстративным фальсификациям, чтобы иметь повод перечеркнуть результаты и начать игру заново - хитрее и с новыми фигурами?

Многие эксперты склоняются ко второй версии. Опровергнуть ее власть может лишь быстрым и жестким наказанием ключевых фальсификаторов - не врачей или учителей из ТИК и УИК, а отдававших команды региональных начальников. Если они останутся при своих, значит, придумали новый механизм манипуляций на выборах.

Но главный сюрприз в другом. По утверждению экспертов, все четверо вышедших во второй тур «оппозиционеров» у себя в регионах не являются сильными и авторитетными политиками. Как раз таких повсеместно и выдвигали парламентские партии, понимая, что реальных соперников власть не пропустит через муниципальные фильтры. А этих чего опасаться! Пусть потренируются, нарисуют «борьбу за власть». И вдруг эти второстепенные персонажи собирают большинство голосов!

Это свидетельство серьезной болезни властей - люди голосовали не за кого-то, а против них. Тут сошлось много негатива: острая реакция большинства общества на пенсионную реформу, на рост цен, вызванный повышением НДС, на постоянные попытки правительства залатать дыры в бюджете исключительно за счет населения, и на этом фоне падение реальных доходов граждан. Долгое время эти плохие эмоции имели латентный, скрытый характер, но рано или поздно задраенный кипящий котел взрывается.

Протестные настроения настолько выросли, что против них оказались бессильны даже административные барьеры в виде муниципальных фильтров, то есть бюрократическая избирательная машина вдруг обнаружила свою неэффективность. Это важный урок нынешней избирательной кампании.

В результате приморский синдром поразил и другие регионы, где проводился второй тур. Тамошние власти посыпались по принципу домино. В Хакасии по настоянию сверху с выборов снялся действующий губернатор Виктор Зимин. В Москве якобы испугались его тяжелого поражения. В Хабаровске очень убедительную победу одержал представитель ЛДПР Сергей Фургал. Выдвиженец той же партии сумел набрать большинство и во Владимирской области.

Вероятно, придворные политологи попробуют представить все это лишь как четыре отдельных эпизода на выборах глав регионов, поскольку в остальных 18 уверенно победили представители партии власти. Однако из высоких кабинетов доходит информация, что после скандала в Приморье на места были даны категорические указания исключить любые фальсификации итогов второго тура. Сейчас, мол, важно убедить народ в прозрачности и легитимности властей.

Но в большинстве из указанных 18 регионов социально-экономическая ситуация не менее сложная, чем в четырех, голосовавших «неправильно». И протестные настроения там не меньше. Поэтому можно представить, какие бы там были итоги выборов 9 сентября, если бы накануне была отдана жесткая команда: «Без нарушений!»

И еще. Явка во втором туре оказалась значительно выше, чем в первом. Похоже, люди пошли на выборы, увидев, что с «Единой Россией» можно бороться и можно ее побеждать, то есть своими руками возможно начать менять жизнь в стране, выдвигая новых руководителей.

Это на сегодня, пожалуй, главное.

Алексей Воробьев

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 26 сентября 2018 > № 2744917


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter