Всего новостей: 2555036, выбрано 2 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Марчиняк Влодзимеж в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Марчиняк Влодзимеж в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 ноября 2017 > № 2383222 Влодзимеж Марчиняк

Посол Польши: «Мы хотели бы говорить с вами о вопросах сложных и не очень»

На вопросы ИА REGNUM отвечает посол Польской Республики в России Влодзимеж Марчиняк

ИА REGNUM Господин посол, 11 ноября ваша страна отмечает восстановление независимости Польши, которое произошло в 1918 году. Однако польская история куда более долгая. Какие еще аспекты будут затрагиваться в ходе празднования?

Этот праздник всё же в основном связан с восстановлением нашей государственности. 11 ноября 1918 года произошла передача полноты власти Юзефу Пилсудскому со стороны членов Регентского совета. И можно считать, что с того момента Польша становится суверенным государством. Но исчисляем мы свою государственность с момента принятия христианства, крещения князя Мешко, которое произошло в 966 году. Круглую дату — 1000-летие — отмечали еще при социализме, в Польской Народной Республике, есть и другие некруглые даты, которые мы тоже отмечаем. Касательно восстановления государственности могу сказать, что в следующем году будет 100 лет этому событию, начинаем мы его праздновать уже в эти дни и продолжим вплоть до 2020 года. И, безусловно, внимание сосредоточено на событиях XX века. Вместе с тем, я признателен вам за то, что вы обратили внимание — история Польши столетием не ограничивается, в 1918 году произошло лишь восстановление государственности, которая насчитывает более 1000 лет.

ИА REGNUM Государственность Польши связана с крещением. Поляки приняли христианство еще в то время, когда оно не было разделено на православие и католичество. Хотя в итоге католическая версия стала базовой для вашего народа, католичество проникло в его душу, Костел сохранял и поддерживал поляков, особенно в условиях утраты государственности. Чем сегодня является Католическая церковь для Польши, и как католичество присутствует в повседневной жизни поляка?

Когда в 966 году состоялось крещение князя Мешко в связи с браком с чешской княжной Дубравой, это не означало еще полного принятия христианства поляками. Процесс был долгим, имели место откаты в язычество, но вслед за этим Церковь снова восстанавливала свои позиции. Как вы справедливо упомянули, принятие христианства произошло до его формального раскола. Кстати, в польской историографии ведутся дискуссии по вопросу, не создавались ли на территории Польши некие христианские общины и до крещения Мешко. Есть ряд свидетельств археологического характера, что это могло быть…

ИА REGNUM Речь о Силезии?

Не совсем, есть версия, что это было на юго-востоке Польши, в Перемышле. Об этом упоминается, как о доказанном факте, в работах по истории Православной церкви, изданных под патронажем главы Польской православной церкви митрополита Варшавского Саввы. Сложно сказать, так ли это, хотя мы понимаем, что миссия братьев солунских, Кирилла и Мефодия, не могла не затронуть какие-то польские земли. И отвечая уже прямо на ваш вопрос, мне кажется, что наше вероисповедание отличается от многих европейских практик тем, что очень сильно христианство проникло в польскую культуру. То есть даже те поляки, которых нельзя назвать религиозно-активными, отмечают в семейном кругу религиозные праздники, которые стали элементом общепринятой культуры. Допустим, Рождество, Пасха празднуются всеми, это национальные праздники. Могу также привести пример со 2 ноября, которое в Польше является днем поминовения усопших, независимо от конфессиональной принадлежности, веры или неверия, когда все поляки украшают кладбища свечами. И есть еще один аспект, начало чему положило убийство в конце XI века краковского епископа Станислава Щепановского, на которого поднял руку польский король Болеслав II. Обстоятельства того происшествия не очень понятны, хроники неоднозначны. Болеслав II, насколько я помню, был внуком киевского князя Владимира Великого, крестителя Руси…

ИА REGNUM И, как пишут некоторые хронисты, подобно своему деду до принятия христианства, был слаб до женского пола, из-за чего — по одной из версий — и пострадал епископ Станислав.

(смеется) Возможно, возможно это было одним аспектом данной истории. Но гораздо важнее то, что произошло потом. Епископ в течение последующих двух столетий признается святым, одним из первых польских святых. А что случилось с Болеславом — неизвестно, он исчезает из польской истории. И важно то, как польская культура освоила этот сюжет. Героем признается епископ, и за епископом признается право осуждать государя. А государь, который посягает на епископа, становится преступником, который нарушил базовые традиции и законы. Это очень характерно для польского понимания разницы между верой и политикой, между Церковью и государственной властью.

ИА REGNUM Позвольте немного поспорить с вами. Ведь был в истории Польши и эпизод — имею в виду восстание Костюшко — когда восставшие поднимали в прямом смысле слова руку на епископов, вешали или преследовали, как это было с братом короля Станислава Понятовского, примасом Польши.

Но это относилось к личностям, персонам, а не институту. Наиболее близкая аналогия здесь — убийство Томаса Бекета (Фомы Кентерберийского) в Англии.

ИА REGNUM У Польши и России отношения долгие и сложные. Было время, когда мы мало знали друг о друге, я имею в виду период Польского королевства. Потом Польша соединилась в Речь Посполитую с Великим княжеством Литовским, которое — ВКЛ — принесло в наследство новому государству свои дрязги с Москвой. Далее Смута, на мой взгляд, скорее, гражданская война, где русские воевали с русскими, когда в определенный этап вмешалась Варшава. Разделы Польши и 123 года существования в составе Российской империи. Наконец, союзнические отношения СССР и ПНР. Есть ли во всем этом нечто, что может объединять нас сегодня, а не только разъединять?

Я сейчас на минутку задумался, потому что… Я не думаю, чтобы прошлое нас разъединяло само по себе. Скорее всего, нас может разъединять непонимание прошлого, нерациональное понимание его. Любой из сюжетов, которые вы перечислили, может являться предметом совершенно рационального разговора, в котором можно обсудить, как формировалась политика обоих сторон, почему и так далее, и тому подобное. Скажем, вы упомянули Смуту, и я согласен с вами, что это, скорее всего, была гражданская война внутри Московского государства, подрыв многих политических институтов, и мы подключились к этому конфликту по соображениям собственной безопасности. Можно анализировать, было ли это удачным шагом или нет, но я не думаю, чтобы нас могли такие обсуждения разъединять, если мы будем придерживаться цели понять и объяснить политическое мышление участников тех событий. Хотя когда — я прочитал недавно в одной газете — пишут, что Речь Посполитая в Смуту преследовала задачу выстроить империю от Балтийского моря до Тихого океана, конечно, такие суждения будут разъединять. Подобная трактовка, а не само прошлое. А так любая тема может стать предметом полезной дискуссии, двухсторонней, даже многосторонней, если она будет вестись в рамках рациональной аргументации и логического мышления.

ИА REGNUM Тогда я бы хотел привлечь ваше внимание к одному эпизоду истории в целях получения рационального объяснения ему. 11 ноября 1918 года на уровне современных польских общественных стереотипов связано в основном с личностью маршала Пилсудского. И в меньшей степени с таким человеком, как Роман Дмовский. Практически не упоминается, что и Российская империя во время Первой мировой войны готовила почву для признания польской независимости, а Временное правительство констатировало ее практически в первые недели своего существования. Почему так?

Я не знаю, действительно ли личность Дмовского уходит на второй план. Что касается даты 11 ноября, то сам выбор ее некогда был предметом больших споров в польском обществе. Например, лагерь национал-демократии долгое время не признавал. Однако сейчас в обществе сложился консенсус. Но и публичные мероприятия в этот день подразумевают возложение цветов под памятниками не только Пилсудскому, еще и Дмовскому и Винценты Витосу. Что касается того, почему не помнят Николая II, дело здесь в том, что его действия не повлекли за собой никаких последствий, император был вскоре свергнут, так что его приказ оказался немножко запоздалым с точки зрения хода развития событий Первой мировой войны. Вместе с тем обсуждение этого вопроса может стать началом для более широкой дискуссии, в которой я с большим удовольствием готов принять участие.

ИА REGNUM Раз уж мы говорим сегодня об истории, хочется затронуть ее связь с современной политикой. Среди стран Восточной Европы ваше государство стоит особняком в контексте отношений с моей страной. России могут предъявлять исторические претензии и чехи, и венгры, но диалог с ними есть, а с Польшей его нет. Что это за аномалия такая? Уважаемый польский министр иностранных дел говорит, что контакты отсутствуют, упоминая в этой связи обломки президентского самолета. Однако по вопросу транспортных перевозок Москва и Варшава находят взаимоприемлемые решения. Возможно, следует пересмотреть повестку отношений, расширить ее?

Мне тоже эта аномалия не дает покоя. Но поскольку я нахожусь только год в России, то еще не нашел ответа на вопрос, почему российская политика по отношению к Польше выстраивается подобным образом, выглядит не вполне рациональной. Однако моя задача не в том, чтобы оценивать. Я с большой надеждой воспринял слова президента России Владимира Путина, произнесенные год назад на церемонии вручения верительных грамот в Кремле. Он тогда констатировал непростую ситуацию в наших взаимоотношениях и сказал, что у России есть полная готовность работать над их улучшением, исходя из принципов взаимного уважения и прагматизма. Ожидаю продолжения именно этого курса.

ИА REGNUM А что для этого нужно? Простите, но у меня иногда складывается впечатление, что Варшава придерживается следующей позиции: отдайте нам обломки самолета, и только после этого можно будет говорить о чем-то другом.

Нет, конечно, не так, такие условия мы не выставляли. Хотя есть проблема с самолетом. То, что мы слышим, будто эти обломки нужны для проведения российского расследования, всё меньше и меньше выглядит убедительным. И решение этой проблемы значительно облегчило бы ситуацию. Но суть не в этом. Год назад в Москву приезжал наш заместитель министра иностранных дел Марек Жулковский, и тогда о таком условии не говорилось. Мы понимаем так, что тогда договорились о постепенном разблокировании различных форматов взаимных отношений. После чего уже я как посол Польской республики в России получал отказы с российской стороны и был проинформирован о нежелании возобновления различных форматов.

ИА REGNUM Так что, будем ждать прихода лучших времен?

Не обязательно, потому что, как вы упомянули, есть области, в которых наши стороны находят взаимопонимание, возможно, позиции прагматизма здесь столь сильны, что соглашения нельзя было не заключить. Есть политический диалог по некоторым вопросам международного положения и так далее. Скорее всего, надо просто — и я повторю фразу президента Путина о принципах взаимного уважения и прагматизма — решать проблемы. И мне кажется, что элементы нашего с вами сегодняшнего разговора содержат аргументы в пользу того, чтобы возобновить работу Группы по сложным вопросам или, что мы предлагали, расширить формат этого института взаимной дискуссии в пользу повестки более широкой, чем просто сложные вопросы. Например, проблем польской и российской истории прошлого столетия, которые волнуют наши общества.

ИА REGNUM Господин посол, благодарю за беседу и позвольте еще раз поздравить вас с национальным праздником.

Спасибо.

Станислав Стремидловский

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 ноября 2017 > № 2383222 Влодзимеж Марчиняк


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 мая 2017 > № 2262541 Влодзимеж Марчиняк

«Нашим странам, Польше и России, нужен методологический реализм Дмовского»

На вопросы ИА REGNUM отвечает посол Республики Польша в России Влодзимеж Марчиняк

ИА REGNUM : Пан посол, недавно вы приняли участие в презентации в Москве работы крупнейшего польского политика Романа Дмовского «Германия, Россия и польский вопрос». В последний раз этот его труд издавался на русском языке чуть менее 100 лет назад. В чем вы видите актуальность Дмовского сегодня?

После публикации книги «Германия, Россия и польский вопрос» престижным петербургским издательством «Алетейя» задумываюсь над причинами интереса разных слоев общества в России к политической мысли Романа Дмовского. Свидетельством этой заинтересованности являются как сам факт переиздания этой книги Институтом польско-российского сотрудничества через сто с лишним лет после первого выпуска, так и активное участие российских ученых в ее презентации в Библиотеке иностранной литературы и в семинаре, недавно состоявшемся в РГГУ. Посольство Польши лишь поддерживает такого рода мероприятия. Дебаты, которых свидетелем являюсь, поощряют к более глубокой рефлексии на тему современного состояния отношений между обеими странами.

ИА REGNUM : Пан Дмовский видел Польшу сотрудничающей с Россией. Современная Республика Польша, как это выглядит из Москвы, ушла полностью на Запад. Есть ли третий путь, совмещающий оба направления?

Роман Дмовский — по крайней мере, я так понимаю его взгляды — считал независимость Польши условием польско-российского сотрудничества. Возможно, он рассчитывал на «бархатный развод» между этими странами в начале XX века, но реализм этих ожиданий был предметом разногласий в ходе семинара. Сегодня мы уже знаем, что история сложилась иначе и упомянутый в вопросе «третий путь» уже позади. Сегодня наши страны вынуждены справляться с последствиями длительного, длящегося целое столетие и поэтому не совсем «бархатного» развода.

ИА REGNUM : В одном из интервью вы говорили, что российские СМИ зачастую критикуют Польшу, исходя из либеральных позиций. А какие консервативные ценности — в свете наследия господина Дмовского — могут объединять сегодня наши страны?

У меня сложилось впечатление — исключительно на основании короткого наблюдения — что в представлении польских событий российскими СМИ подавляюще доминирует либерально-левый подход. Также во время семинара два российских ученых в своей оценке интеллектуальных и политических достижений Романа Дмовского сослались на авторитет Адама Михника, то есть публициста решительно левого. В данной ситуации методологический реализм Дмовского мог бы нам очень помочь, так как в сфере ценностей оба легкие Европы — как говорил святой папа Римский Иоанн Павел II — объединяет христианство.

ИА REGNUM : Что из мыслей господина Дмовского может быть интересным для Москвы и Варшавы в контексте таких республик, как Украина, Белоруссия и Литва?

Роман Дмовский сформулировал много предсказаний, касавшихся Беларуси, Литвы, России и Украины. Сегодня они часто цитируются, но, думая над их актуальностью, всегда надо помнить о том, что на протяжении столетия изменились реалии. Однако, остаются в силе два упомянутых мною выше постулата — этичный и методологический.

ИА REGNUM : Работа господина Дмовского — один из эпизодов исторического наследия российско-польских отношений в XX веке, предлагающий конструктивную работу друг с другом. Что или кого вы могли бы еще назвать в качестве такого позитивного примера?

Роман Дмовский искал в российском обществе партнеров для конструктивного сотрудничества по проведению «бархатного развода» Польши и России. Он искал их не по идеологическим или политическим, но по интеллектуальным и этичным критериям. Иногда убежденно сообщал, что нашел их, к примеру, в группе выдающихся российских дипломатов в Лондоне и Париже. Революция в России значительно усложнила внедрение этих планов, в основном в результате изменения состава группы лиц, принимающих ключевые решения в России. С этим столкнулись также польские политики, действующие активно в российских партиях. Например, Александр Ледницкий, во дворце которого заседали руководители партии конституционных демократов, а после революции проживали находившиеся в Москве польские коммунисты. Построенный на его средства католический костел на Малой Грузинской был захвачен во время польской операции НКВД. К счастью, ныне это кафедральный собор Московской архиепархии.

Станислав Стремидловский

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 мая 2017 > № 2262541 Влодзимеж Марчиняк


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter