Всего новостей: 2550628, выбрано 1 за 0.006 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Цыплаков Сергей в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценывсе
Тайвань > Внешэкономсвязи, политика > chinapro.ru, 7 апреля 2014 > № 1055930 Сергей Цыплаков

Тайваньский Майдан

Пока внимание в мире было приковано к событиям в Украине и присоединению Крыма к России на далеком китайском острове Тайвань продолжают происходить события, во многом напоминающие евромайдан в Киеве. 18 марта, т.е. в тот самый день, когда Крым присоединился к России группа студентов в Тайбэе захватила здание тайваньского "парламента" и в течение уже двух недель продолжает удерживать его. По острову прокатилась волна студенческих забастовок и антиправительственных демонстраций, в ходе которых предпринимались попытки захвата не только здания "парламента", но и резиденции "правительства".

30 марта в Тайбэе прошла массовая антиправительственная демонстрация, в которой приняли участие по различным оценкам от 250 000 до 500 000 человек. В общем, Тайвань столкнулся с весьма острым политическим кризисом, пожалуй, самым крупным за последнее десятилетие.

Поводом к началу событий стало соглашение между Тайванем и континентальным Китаем о торговле услугами. Правда, в отличие от Украины, где участники Майдана требовали от властей скорейшего подписания договора об евроинтеграции, на Тайване, наоборот, протестующие выдвигали лозунги пересмотра либо отказа от соглашения с континентальным Китаем.

Для тех, кто недостаточно хорошо осведомлен об отношениях между КНР и Тайванем, коротко напомню их историю. В 1949 г. после поражения в гражданской войне руководство Гоминьдана во главе с Чан Кайши бежало из континентального Китая на Тайвань, куда также перебрались несколько миллионов беженцев с континента. Чан Кайши рассматривал свое пребывание на Тайване, как временное. Долгие годы его мечтой (а умер он в 1975 г.) продолжала оставаться "контратака на континент". Установившийся на Тайване режим официально именовался и продолжает называться до настоящего времени "Китайская республика". За минувшие более чем 60 лет отношения между двумя берегами тайваньского пролива прошли сложный и извилистый путь, от вооруженной конфронтации к постепенному сближению, прежде всего в экономической сфере. Все эти годы для руководства КНР принцип единого Китая, включая Тайвань, оставался одним из основополагающих политических принципов.

Новый этап в отношениях между материковым Китаем и Тайванем начался в 2008 г., когда на "президентских" выборах на острове победу одержал кандидат от партии Гоминьдан Ма Инцзю. Он объявил основными принципами своей политики в отношении континента "не провозглашать независимости, не использовать силу, не объединяться". Своим партнерам на континенте Ма Инцзю предложил "сначала говорить об экономике, а потом о политике". Пекин не на шутку встревоженный существующими на Тайване сепаратистскими настроениями фактически принял эти условия.

В результате доброй воли, проявленной с обеих сторон, за последние 6 лет отношениями между двумя сторонами пролива сделали большой шаг вперед. За это время было подписано более 20 соглашений о сотрудничестве в различных областях. В частности, было восстановлено морское, воздушное и почтовое сообщение между континентальным Китаем и Тайванем. В настоящее время китайские и тайваньские авиакомпании ежедневно выполняют порядка 120 рейсов через пролив. Начал бурно развиваться туризм. По сравнению с 2008 г. число туристов с материка, посещающих Тайвань, выросло в 10 раз и достигло 2,85 млн человек.

Прошедшие годы характеризовались также беспрецедентным ростом торговых и инвестиционных связей. В 2013 г. объем торговли между КНР и Тайванем достиг $197,28 млрд, при чем Тайвань имеет значительное положительное сальдо. Его экспорт на континент был равен $156,64 млрд, а импорт - $40,67 млрд. Суммарный объем накопленных тайваньских инвестиций в экономику континентального Китая на конец прошлого года превысил $59 млрд. Развитию торгово-экономических обменов во многом способствовало подписанное в 2010 г. "Рамочное соглашение об экономическом сотрудничестве" (ECFA), в котором содержались договоренности о поэтапном создании зоны свободной торговли. Для этого стороны должны были подписать еще четыре соглашения: "О торговле товарами", "О поощрении и защите капиталовложений", "О механизмах разрешения споров" и "О торговле услугами". Три первые соглашения уже подписаны и вступили в силу. Соглашение о торговле услугами было подписано в июне 2013 г., но его вступление в силу откладывалось до прохождения внутренних процедур утверждения на Тайване. На момент подписания обе стороны высоко оценивали достигнутые договоренности. Для Тайваня, более 70% ВВП которого занимают услуги, получение доступа на рынок Китая, в том числе в такие сектора, как банковское дело, страхование, финансовые услуги, электронная торговля, медицинское обслуживание, образование и т.д., сулило большие перспективы. Например, Ма Инцзю говорил о том, что соглашение поможет тайваньским бизнесменам в борьбе с их главными конкурентами - южными корейцами. В свою очередь представитель КНР, бывший министр коммерции Чэнь Дэмин, который в настоящее время отвечает за переговоры с Тайванем и подписывал данное соглашение, отмечал, что в настоящее время отрасли сферы услуг в Китае пока являются отсталыми и привлечение в них тайваньского капитала станет катализатором развития.

Именно поэтому в процессе переговоров Пекин пошел на значительные уступки, предоставив тайваньскому бизнесу более льготный режим, чем предусматривается соглашением ВТО по услугам (ГАТС). Для него предполагается открыть 80 отраслей сферы услуг, в то время как Тайвань обязуется открыть для предприятий с континента только 64 отрасли. Казалось бы, в такой благоприятной ситуации особенно раздумывать нечего и нужно скорее вводить соглашение в силу, тем более что еще несколько месяцев назад по данным опросов общественного мнения его поддерживало около 70% жителей острова. В этих условиях тайваньское руководство было намерено провести упрощенную процедуру утверждения соглашения. Именно в этот момент в события вмешались студенты.

Поначалу они выступали не столько против самого соглашения, сколько против процедуры его утверждения. Власти критиковались за то, что они проводят политику "черного ящика", пытаются навязать обществу некие секретные договоренности, действуют в авторитарной манере и т.д. Студенты требовали подробной и объективной экспертизы текста соглашения, постатейного голосования при его утверждении, выражали озабоченность тем, в достаточной ли мере защищены рабочие места на Тайване, не нанесет ли соглашение ущерба малому бизнесу. В общем, выдвигались, так сказать, общедемократические требования, находившие сочувствие у широких кругов тайваньской общественности, которой импонировали заявления организаторов протестов об их политической незаангажированности, отсутствии связей с какими-либо политическими партиями, стремлении руководствоваться исключительно интересами народа. При этом однако как-то упускалось из вида, что протестующие в своем большинстве самого текста соглашения в глаза не видели, хотя он давно уже был опубликован. В Пекине на все это реагировали очень сдержанно. Отмечалось, что содержание соглашения - это одно дело, а порядок его утверждения - совсем другое, поэтому пусть тайваньцы сами с ним разбираются и решают, какая процедура утверждения их устраивает.

Тем временем, масштабы протестов все увеличивались, выдвигаемые требования становились все более радикальными. В рядах демонстрантов появились лозунги: "Не хотим превращаться во второй Гонконг", "Защитить экономику и безопасность Тайваня". Несмотря на все заявления о политической незаангажированности, протестующих активно поддержала главная оппозиционная сила Тайваня - Демократическая прогрессивная партия. Между тем хорошо известно, что мечтой лидеров этой политической группировки является отказ от принципа "одного Китая" и превращение Тайваня в независимое государство. Стало понятно, что вопрос о судьбе соглашения о торговле услугами всего лишь только повод, основная цель заключается в том, чтобы торпедировать или, по крайней мере, поставить под сомнение всю политику постепенного сближения с континентальным Китаем.

Это и есть главное содержание политического кризиса на Тайване. Я осознанно в начале статьи провел параллель между тайваньскими протестами и событиями в Украине. При всех различиях в них просматриваются отнюдь не только чисто внешние аналогии. Подобно Украине перед Тайванем встал исторический выбор: какой путь развития избрать, на что ориентироваться. С одной стороны, объективные экономические интересы подталкивают к расширению сотрудничества с континентальным Китаем, а с другой - есть страх утратить свое благосостояние, образ жизни, "тайванскую специфику" если хотите. Общество расколото, оно мечется и не знает, какой выбор ему сделать. С этой точки зрения нынешний внутриполитический кризис на Тайване был неизбежен. Тайвань и континентальный Китай в своих отношениях достигли некого поворотного пункта, когда диалог об экономике нужно дополнить диалогом о политике. Первые осторожные шаги в этом направлении были уже предприняты. В феврале текущего года прошла первая встреча на министерском уровне (до этого все переговоры велись исключительно по линии неправительственных организаций, либо между представителями КПК и Гоминьдана). В политических кругах активно обсуждалась возможность проведения встречи между Си Цзиньпином и Ма Инцзю. В качестве возможного варианта рассматривалась встреча глав АТЭС, которая должна состояться осенью текущего года. Однако в свете последних событий строить какие-либо прогнозы на этот счет вряд ли было бы уместно. Политическое противостояние на Тайване пока продолжается.

В то же время, как видится, вне зависимости от того, чем закончится тайваньский "майдан", Пекину придется серьезно переосмыслить свою тайваньскую политику. Есть ощущение, что ее базовый постулат "одно государство, две системы", который был апробирован в Гонконге, применительно к Тайваню не срабатывает. Так как Китай ни при каких условиях не согласится на любую форму независимости острова, а нынешний статус-кво не может продолжаться бесконечно, то китайскому руководству придется прибегнуть к "политической инновации" и предложить обновленный вариант решения тайваньского вопроса. Однако пока это не более чем ощущение.

Сергей Цыплаков

Торгпред России в Китае (2001-2013 гг.)

Тайвань > Внешэкономсвязи, политика > chinapro.ru, 7 апреля 2014 > № 1055930 Сергей Цыплаков


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter