Всего новостей: 2652992, выбрано 13 за 0.011 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Лавров Сергей в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаМиграция, виза, туризмСМИ, ИТОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияМедицинавсе
Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 августа 2018 > № 2720280 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Турецкой Республики М.Чавушоглу, Москва, 24 августа 2018 года

Мы провели очень полезные предметные переговоры, которые стали продолжением наших недавних встреч – 14 августа я был приглашен на совещание послов и постоянных представителей Турции, и 2 августа в Сингапуре – «на полях» министерских мероприятий по линии АСЕАН. Такие регулярные контакты позволяют нам не только «сверять часы» по всему комплексу вопросов двусторонней и глобальной повестки дня, но и оперативно решать возникающие вопросы.

Констатировали сегодня обоюдную заинтересованность в дальнейшем углублении двусторонних связей. Постоянный импульс нашей работе придает насыщенный и доверительный диалог между Президентом Российской Федерации В.В.Путиным и Президентом Турецкой Республики Р.Т.Эрдоганом. Только в 2017-2018 гг. они провели девять полномасштабных встреч. У нас плотные контакты по линии оборонных ведомств, о чем свидетельствует сегодняшний визит в Москву Министра национальной обороны Турецкой Республики, которой проходит параллельно с нашими переговорами.

Положительно оценили взаимодействие по парламентской и общественно-политической линии. На прошлой неделе Турцию посетил Председатель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации В.В.Володин, принявший участие в шестом съезде Партии справедливости и развития по приглашению Президента Турции Р.Т.Эрдогана.

Анкара – один из наших ключевых торгово-экономических партнеров. Мы наблюдаем устойчивый рост товарооборота, который по итогам прошлого года увеличился на 40,5 %, превысив 22 млрд.долл.США.

У нас общая позитивная оценка реализации совместных инициатив, прежде всего в сфере энергетики. Имею в виду «Турецкий поток», который имеет стратегически важное значение как для наших стран, так и для энергобезопасности Европы в целом, а также начавшуюся реализацию проекта строительства первого реакторного блока АЭС «Аккую», сооружаемого в Турции российскими специалистами.

Отмечаем востребованность наращивания практической кооперации и в других областях, в том числе в металлургии, автомобилестроении, сельском хозяйстве, банковской сфере, военно-техническом сотрудничестве. Договорились энергично работать над устранением остающихся барьеров в двусторонней торговле.

Рассмотрели вопросы, связанные с подготовкой к проведению в 2019 г. «перекрестного» Года культуры и туризма России и Турции. Это станет значительным вкладом в укрепление нашего гуманитарного сотрудничества.

Растет поток российских туристов. В прошлом году Турцию посетили 4,7 млн. россиян, что превысило рекордные показатели 2014 года. В этом году планируется выход этой цифры за 5 млн. человек.

Со своей стороны, подтвердили готовность России к переговорам об упрощении на взаимной основе режима поездок для отдельных категорий турецких граждан. В самое ближайшее время будем этим заниматься. Договорились сформировать механизм для консультаций по выработке договоренностей на эту тему.

Обсудили международные проблемы. Главное внимание уделили ситуации в Сирии. Рассмотрели ход договоренностей, которые достигаются в рамках «астанинского формата» на высшем и высоком уровнях, на уровне экспертов. Рассмотрели ход выполнения решений Конгресса сирийского национального диалога, который состоялся в Сочи, в том, что касается скорейшего формирования Конституционного комитета. Эта работа идет. Сегодня мы обсудили задачи ее скорейшего завершения. Россия и Турция, безусловно, заинтересованы во взаимодействии в том, что касается создания условий для безопасного и достойного возвращения на родину сирийских граждан. Мы будем прилагать совместные усилия с тем, чтобы эти процессы помогали стабилизировать обстановку и решать вопросы, необходимые для начала политического процесса. В наших общих планах прилагать совместные усилия в целях окончательного искоренения террористов на сирийской земле, установления прочного мира и стабильности в Сирии.

Мы продолжим наши сегодняшние переговоры за рабочим завтраком. Обсудим другие международные темы, по которым также весьма тесно сотрудничаем с Турцией, имею в виду, Закавказье, Центральную Азию, Черноморский регион, Украину, а также Западные Балканы, где Россия и Турция могут вполне оказать позитивное стабилизирующее воздействие на развитие ситуации.

Я благодарю своего коллегу Министра иностранных дел Турции М.Чавушоглу за сотрудничество.

Вопрос: Когда можно будет увидеть конкретные договоренности по облегчению визового режима для граждан Турции, въезжающих в Россию?

С.В.Лавров: Мы работаем, но многие наши эксперты находятся в отпуске. Мы договорились, что сразу, после того, как закончатся каникулы, мы поручим им собраться и рассмотреть ближайшие шаги, по которым достаточно несложно достичь договоренности. Например, водители грузовиков, которые совершают международные перевозки, испытывают неудобства. Еще в 2017 г. мы предложили отказаться от визовых требований для этой категории наших граждан России и Турции на взаимной основе. Так что мы можем это очень быстро сделать.

Еще одна категория, которая интересует наших турецких друзей, это т.н. специальные паспорта. Наряду со служебными паспортами, которые есть в России и Турции, специальные паспорта – это особая категория, которая присутствует только в турецкой государственной системе. В прошлом месяце мы уведомили нотой наших коллег, что готовы рассматривать возможность отказа от визовых требований для обладателей служебных паспортов и специфической турецкой категории специальных паспортов. Я надеюсь, в ближайшее время вы услышите по этому поводу новости.

Вопрос: Как Вам видится ситуация в Идлибе? Какое там будет принято решение?

С.В.Лавров: Могу только подтвердить то, что мы уже сказали с моим другом М.Чавушоглу. Мы сейчас рассматриваем эту ситуацию. Конечно, она многогранная. Там есть много гражданских лиц, есть вооруженная оппозиция, которая заинтересована в участии в процессах урегулирования. Есть несколько десятков тысяч боевиков т.н. «Хейат Тахрир аш-Шам», бывшей «Джабхат ан-Нусры», которые пытаются контролировать всю эту территорию и препятствуют усилиям, в частности, предпринимаемым Турцией по размежеванию здоровой оппозиции от террористических структур. Эти вопросы обсуждаются между внешнеполитическими ведомствами. Мы сегодня уделили им немало времени. Они обсуждаются и между нашими военными (сейчас в Москве находится Министр национальной обороны Турции Х.Акар), а также по линии специальных служб. Сегодня мы еще не завершили эту работу. У нас состоятся дополнительные встречи с участием всех коллег, поэтому чуть попозже мы сможем дать какую-то информацию.

Вопрос: Насколько верна информация относительно наличия разногласий между Анкарой и Москвой по спискам оппозиции в Конституционной комиссии?

С.В.Лавров: Что касается слухов по поводу того, что при формировании Конституционной комиссии, чем занимается спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура, возникли разногласия между Москвой и Анкарой по поводу списков оппозиции, то это по определению неправда, потому что Россия не занималась формированием списков оппозиции. Эту работу координировала Турция. У нас не возникло никаких вопросов с тем списком, который оппозиция представила С.де Мистуре.

Вопрос: Есть ли конкретная дата предстоящего в Тегеране саммита Россия-Турция-Иран? Есть ли сейчас намерение расширить Астанинский формат с учетом того, что стоит уже не только задача деэскалации, но и восстановления Сирии?

С.В.Лавров: Дата встречи лидеров есть. Ее скоро объявят. Это прерогатива протокольной и пресс-службы президентов.

Что касается повестки дня, которая будет рассматриваться на очередной встрече в верхах президентов России, Турции и Ирана, то, наверняка, это будет весь комплекс вопросов. Проблемы деэскалации сейчас решаются, и мы комментировали ситуацию в Идлибе. Она действительно многослойная, очень непростая. Но когда создавалась зона деэскалации в Идлибе, никто не предлагал использовать ее для того, чтобы в ней террористы, прежде всего из «Джабхат ан-Нусры», прикрывались гражданским населением как живым щитом. Тем более что они не просто там отсиживаются. Оттуда постоянно осуществляются набеги, обстрелы позиций сирийской армии. Несколько десятков беспилотников (около 50), которые запускались из этой зоны с целью атаковать российскую военную базу в Хмеймиме, были сбиты. Мы сегодня очень подробно об этом говорили. Нужно делать все, чтобы это размежевание состоялось, и чтобы минимизировать какие-либо риски для мирных граждан. Уверен, что президенты будут подробно говорить на эту тему.

Что касается расширения Астанинского формата, не думаю, что это сейчас актуальная вещь. Есть множество возможностей сотрудничать без каких-либо формализованных изменений в том, что касается гибкого процесса Астаны, Сочи. Например, есть «малая группа» по Сирии, куда входят три западные, четыре арабские страны ближневосточного региона. Президент Франции Э.Макрон неоднократно предлагал налаживать контакты между Астанинским процессом и этой группой. Мы к этому готовы. Разумеется, нужно понимать, какие цели мы все преследуем. Если такие контакты будут осуществляться на базе принципов, одобренных СБ ООН в резолюции 2254, думаю, это будет очень полезный процесс. Не забудем, что есть еще международная группа поддержки Сирии, в которой участвуют около 30 стран (практически все, кто так или иначе может влиять на обстановку, участвовать в содействии восстановлению инфраструктуры, социальной сферы, экономики Сирии). Так что недостатка в форматах нет. Самое главное опираться на согласованные принципы сирийского урегулирования, которые заключены в резолюции 2254 СБ ООН. Тройка стран-гарантов действует именно таким образом. Думаю, поэтому у нас получается достигать результатов. Уверен, что так будет и дальше.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 августа 2018 > № 2720280 Сергей Лавров


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 14 августа 2018 > № 2720286 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова по итогам совещания послов и постоянных представителей Турции при международных организациях, Анкара, 14 августа 2018 года

Уважаемый господин Министр, дорогой друг,

Дамы и господа,

Прежде всего, хотел бы поблагодарить турецких друзей за предоставленную возможность выступить перед послами и постоянными представителями Турции за рубежом. Это – наглядный пример высокого уровня взаимного доверия. Наши отношения развиваются по возрастающей траектории. Постоянный импульс общим усилиям по их развитию на всех направлениях придают президенты двух стран. Они лично координируют совместную работу всех ведомств и структур, включая внешнеполитические ведомства. У нас уверенно растет товарооборот, в прошлом году он увеличился более чем на 40%. Успешно реализуются крупные проекты, включая «Турецкий поток» и строительство АЭС «Аккую» силами российских специалистов. Мы также отмечаем насыщенные гуманитарные связи, в следующем году состоится перекрестный год культуры и туризма России в Турции и Турции в России. На этом фоне мы с удовлетворением отмечаем рост турпотока из нашей страны на прекрасные турецкие курорты. В прошлом году мы опять вышли на первое место по количеству посещений россиянами Турции с целями рекреации — 5 млн. человек. В этом году, наверное, будет новый рекорд, об этом недавно сказал Президент Турции Р.Т.Эрдоган.

В сфере внешней политики Россия и Турция проводят независимый курс. Мы высоко ценим отказ партнеров присоединиться к антироссийским санкциям.

В ходе выступления перед турецкими послами и постоянными представителями поделился видением российского государства ключевых тенденций глобального развития, изложил наши принципиальные подходы к основным проблемам современности, ответил на многочисленные вопросы коллег. Разговор получился профессиональный, такой обмен мнениями абсолютно востребован сегодня, когда ситуация в мире остается тревожной. Мы находимся на переломном этапе, без преувеличения мировой истории, это этап перехода от биполярных и однополярных моделей и схем к построению полицентричного миропорядка, который формируется как объективная реальность. Мы сегодня много об этом говорили. Конечно, противодействие этим объективным тенденциям налицо — используются методы санкций, угроз, шантажа и диктата. В этих условиях ощущается, что некоторые наши западные партнеры утратили культуру дипломатии, но, надеюсь, объективная реальность все-таки заставит разум восторжествовать, и мы вернемся к тем основам, которые заложены в Уставе ООН и предполагают коллективную работу над решением глобальных проблем при уважении суверенного равенства государств и невмешательстве в их внутренние дела. Наша заинтересованность в решении многочисленных проблем опирается именно на такие принципы. Это проявляется в Сирии, где мы сегодня обсуждаем по разным каналам задачи преодоления сопротивления последних террористических групп, возвращения к мирной жизни вооруженной оппозиции, которая отвергает террористические методы, и реализации в полном объеме договоренностей по зонам деэскалации, включая зону деэскалации в Идлибе, во всем объеме этой договоренности. С аналогичных позиций поиска общих подходов и мирных решений сегодня рассмотрели и другие ситуации, в т.ч. в ближневосточном регионе, на севере Африки, в Ливии, Йемене, ситуацию на Балканах, украинское урегулирование, нагорно-карабахскую проблему и др.

Сегодня мы подтвердили выбор наших стран на наращивание стратегического партнерства по внешнеполитическим делам. Я думаю, что за рабочим завтраком мы подробнее обсудим конкретные аспекты нашего взаимодействия.

Еще раз хочу поблагодарить наших хозяев, лично М.Чавушоглу, за приглашение и прекрасное гостеприимство.

Вопрос: Есть ли у Москвы и Анкары какие-то договоренности по провинции Идлиб, учитывая, что Дамаск хочет вернуть её под свой контроль, а Анкара выступает против?

С.В.Лавров: Что касается зоны Идлиба, то в дополнение к тому, что я уже сказал во вступительном слове, замечу следующее: Идлибская зона деэскалации, как и все зоны деэскалации, создавалась на определенных условиях. Одним из непременных условий была договоренность о том, что на террористов режим прекращения огня не распространяется и что те вооруженные формирования, которые не хотят ассоциироваться с террористами, должны территориально от них отмежеваться для того, чтобы «непримиримые», прежде всего «Джабхат ан-Нусра», были уничтожены. Эта договоренность сохраняется и в Идлибе. Обстановка там сложнее, чем в других зонах. Она была с самого начала наиболее сложной, в том числе и из-за доминирования «Джабхат ан-Нусры». Там несколько десятков тысяч боевиков, в том числе по оценкам ООН. По мере развертывания в Идлибской зоне наблюдательных постов Турции, ситуация успокаивалась, но в последнее время мы ощущаем достаточно агрессивные действия прежде всего «Джабхат ан-Нусры»: обстрелы позиций сирийский войск, ежедневное направление дронов с целью обстрела российской авиационной базы Хмеймим и многие другие провокационные действия. Поэтому сирийская армия имеет полное право подавлять подобные проявления. Здесь не может быть и речи о том, что «позволит ли Россия что-то сирийской армии». Сирийская армия находится на своей земле, она воюет за свою независимость против террористов в полном соответствии с резолюцией СБ ООН 2254, а мы, в полном соответствии с международным правом, оказываем ей поддержку в этих действиях. Ключевым в рамках сирийского кризиса является хроническая неспособность, начинающаяся еще с Администрации Б.Обамы, отделить нормальные, патриотические отряды вооруженных оппозиционеров от террористов «Джабхат ан-Нусры», которые не проявляют никакой договороспособности и которые должны быть легитимной целью всех тех, кто борется с экстремизмом и терроризмом в Сирии. Сегодня мы будем об этом говорить с господином Министром. Об этом говорят и наши военные в рамках тех механизмов, которые были созданы в Астанинском формате.

Вопрос: Как Москва смотрит на политику ужесточения санкций США в отношении России, Ирана и Турции? Насколько сильно это повлияет на кризисы в регионе, особенно на координацию по сирийскому досье и стремление России найти решение по вопросу беженцев?

С.В.Лавров: Вы фактически перечислили страны-участницы Астанинского формата. Конечно, никакого прямого увязывания с сирийским кризисом мы не увидим в заявлениях, которые делает американская сторона, объявляя о санкциях против наших стран, но объективно мы ощущаем желание Запада, прежде всего, США, но не только, не позволять Астанинскому процессу достигать конкретных результатов и подавать его как не вполне успешный. Эти попытки предпринимались и раньше. Наверное, они продолжатся. То, что Россия, Турция и Иран, имеющие не всегда, а порой и далеко несовпадающие подходы к тому или иному аспекту сирийского кризиса, смогли найти в себе мудрость и готовность решать конкретные проблемы, я считаю, все это внесло коренной перелом в ситуацию в Сирии. Т.н. ИГИЛ практически разгромлен, остались отдельные разрозненные группки. Главной задачей, сейчас мы об этом уже упоминали, является «Джабхат ан-Нусра».

Не думаю, что США вводили санкции для того, чтобы каким-либо образом вывести из равновесия астанинскую «тройку», но в целом позиция Запада по ситуации с беженцами вызывает удивление - сдержанность в большинстве случаев. Была, правда, очень полезная акция с участием России и Франции по доставке гуманитарной помощи в Восточную Гуту. Но мы говорим сейчас о гораздо более масштабных задачах. Огромные территории Сирии освобождены от террористов. На них не ведутся боевые действия. Там пора восстанавливать инфраструктуру, все системы жизнеобеспечения, чтобы беженцы из Турции, Ливана, Иордании, Европы начали возвращаться в свои дома, в том числе и из Ирака. Этот процесс уже идет. Мы считаем, его нужно всячески поощрять. На этом фоне было странно услышать заявление, если оно было правильно изложено, Верховного комиссара ООН по делам беженцев Ф.Гранди о том, что, по его мнению, возвращение беженцев в Сирию сейчас преждевременно, потому что там по-прежнему опасно. Если такое заявление действительно имело место, то это недостаточная информированность, если не нечто более серьезное.

Возвращаясь к вопросу о том, как мы смотрим на политику ужесточения санкций. Мы смотрим на нее как на нелегитимную, незаконную политику, продиктованную в решающей степени стремлением доминировать везде и во всем, «заказывать музыку» в мировых делах без согласования с кем бы то ни было ради того, чтобы достигать преимуществ на мировых рынках, односторонних выгод для своего бизнеса, прибегая к протекционизму, санкциям, недобросовестной конкуренции, в том числе наказывая и своих союзников, как Вам известно. Эта политика не может быть основой для нормального диалога. Мне кажется, что она не может долго продолжаться.

Вопрос: Европейские страны недавно осудили санкции США против Турции и Ирана. Как Россия оценивает эти санкции? Есть ли возможность использовать национальную валюту в международной торговле?

С.В.Лавров: Я про санкции уже сказал: они незаконны и подрывают все принципы мировой торговли и принципы, одобренные решениями ООН, в соответствии с которыми односторонние меры экономического принуждения нелегитимны.

На счет того, как преодолевать эти противоправные барьеры и ограничения, действительно, использование национальных валют во взаимной торговле является уже несколько лет одной из задач, которую президенты России и Турции поставили в наших отношениях с Ираном. Такие же процессы уже имели место не только с Турцией и Ираном, но и с КНР, с которой мы договариваемся и уже реализуем расчеты в национальных валютах во взаимной торговле.

Я уверен, что подобное грубейшее злоупотребление ролью американского доллара в качестве мировой резервной валюты приведет к тому, что роль его будет ослабевать и падать. Все больше стран, даже не затронутых американскими санкциями, будут на всякий случай уходить от доллара и полагаться на более надежных, более договороспособных партнеров с точки зрения использования их валюты.

Вопрос: США заявили о желании обсудить соответствие новых российских вооружений Договору СНВ-3. В этой связи интересно узнать позицию Москвы и понять, идёт ли речь исключительно о технических параметрах или же это начало дискуссии о возможном выходе Вашингтона из Договора?

С.В.Лавров: О чём идёт речь, мне судить трудно. Гадать, что произойдёт в Вашингтоне в ближайшие дни и даже часы – достаточно бесперспективное занятие. Слышал заявления многих экспертов, представителей Администрации США о том, что они заинтересованы в продлении действия Договора СНВ-3. Для этого, конечно, как сказал Президент России В.В.Путин, нужно уже сейчас начинать переговоры.

Как я понимаю, СНВ-3 в Вашингтоне в последнее время упоминался в Конгрессе, когда утверждался бюджет Пентагона. В законе идёт речь не о желании США обсуждать с нами эти вопросы, а о поручении Администрации США разобраться в том, о чём идёт речь, и задать нам определённые вопросы. Могу только в очередной раз напомнить, что в Хельсинки на встрече Президента России В.В.Путина с Президентом США Д.Трампом и на проходившей там же моей встрече с Госсекретарем М.Помпео, мы подтверждали нашу готовность возобновить полноценный диалог по всем вопросам стратегической стабильности. Если американская сторона хочет профессионально задать нам конкретные вопросы, это та самая площадка, где это необходимо делать.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 14 августа 2018 > № 2720286 Сергей Лавров


Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588840 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Ирана М.Д.Зарифом и Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу, Москва, 28 апреля 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Наша сегодняшняя встреча проходила в ситуации, когда вокруг сирийского урегулирования наблюдается немало не всегда позитивных событий. Мы уже упоминали неправомерную атаку на Сирию 14 апреля, которую совершили США, Франция и Великобритания под совершенно надуманным предлогом, не дождавшись, когда эксперты ОЗХО начнут свою работу. Эта атака, конечно же, отбросила назад усилия по продвижению политического процесса.

Тем не менее, сегодня мы твердо высказались за то, чтобы продолжать эти усилия. Договорились о конкретных шагах, которые все три наши страны коллективно и индивидуально будут предпринимать для того, чтобы вернуть всех нас на траекторию устойчивого продвижения к целям резолюции 2254 СБ ООН.

При этом мы отметили, что будем противостоять попыткам подорвать нашу совместную работу. Подчеркнули, что «астанинский формат» прочно стоит на ногах. Мы продолжим решать принципиальные задачи, которые связаны с деэскалацией, снижением напряженности и конфликтного потенциала. Происходит нарушение режима прекращения боевых действий. У нас есть механизм мониторинга этих нарушений. Мы будем преодолевать эту ситуацию, а также стараться максимально укреплять доверие между сторонами «на земле».

В этом смысле наше трехстороннее взаимодействие носит уникальный характер. Благодаря этому взаимодействию какое-то время назад удалось переломить ситуацию на поле боя с террористами из ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и помочь сотням тысяч сирийцев избежать гуманитарной катастрофы.

Мы сегодня приняли Совместное заявление, которое будет распространено. В нем отражены основные итоги нашей встречи. В любом случае мы твердо привержены безальтернативности политико-дипломатического преодоления кризиса в Сирии на основе резолюции 2254 СБ ООН и рекомендаций Конгресса сирийского национального диалога в Сочи. Напомню, Конгресс в Сочи официально от имени всех участвовавших в нем этнических, конфессиональных и политических групп Сирии закрепил 12 ключевых принципов урегулирования сирийского кризиса, которые в свое время были выдвинуты спецпосланником Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистурой. Уже одно это явилось прорывом в усилиях по преодолению сирийского кризиса, потому что до Сочи попытки одобрить эти 12 принципов в рамках усилий по реанимации женевского процесса результатов не дали. Напомню еще раз, что помимо этого достижения в Сочи мы все помогли сирийским участникам одобрить задачу создания Конституционного комитета, согласовать базовые принципы его формирования и дальнейшее функционирование при содействии спецпосланника Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуры.

Сегодня, подтвердив эти задачи, также отметили абсолютную недопустимость попыток разделить Сирию по этно-конфессиональным линиям.

Обменялись мнениями относительно состоявшихся на прошлой неделе контактов, которые провел спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура в Тегеране, Анкаре и в Москве. Обсудили ход подготовки к девятой международной встрече по Сирии в Астане, которую мы проведем в середине мая. Там же, в увязке с этой встречей, по нашей договоренности состоится заседание Рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести.

В контексте усилий по реанимации женевской переговорной площадки мы считаем крайне деструктивными некоторые заявления, которые озвучиваются отдельными представителями внешней оппозиции, обуславливающие решение сирийского конфликта переходом к политическим переговорам с предварительными условиями, в качестве которых выдвигаются требования смены режима, предание руководителей Сирии суду как военных преступников. Такие подходы не только противоречат сути и букве резолюции 2254 СБ ООН, но и откровенно направлены на то, чтобы максимально осложнить работу по возобновлению переговорного процесса с учетом тех прорывных итогов, которые были достигнуты в ходе Конгресса сирийского национального диалога в Сочи.

Мы сегодня также подтвердили необходимость продолжать наращивать усилия в деле оказания гуманитарного содействия. Будем работать с тем, чтобы оно доставлялось максимально эффективно. Будем работать с Правительством Сирии, оппозиций и, конечно же, с нашими коллегами в ООН, Международном Комитете Красного Креста, Сирийском Арабском Красном Полумесяце и в других международных структурах. Важно, чтобы международное содействие, включая помощь в разминировании, оказывалось тем районам, которые возвращаются к мирной жизни в результате наших совместных усилий без какой-либо политизации и политических предварительных условий.

Я искренне признателен своим коллегам и друзьям за продолжение нашей совместной работы. Уверен, что сегодняшние переговоры, результаты которых отражены в Совместном заявлении, помогут консолидировать наши усилия по добросовестному и полному выполнению резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Граждане Турции продолжают сталкиваться с проблемами визового режима. Обсуждали ли Вы сегодня с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу эту тему? Когда мы сможем увидеть конкретные шаги в этой сфере?

С.В.Лавров: Мы сегодня обсуждали вопросы, касающиеся дальнейшего облегчения визового режима. Некоторое время назад российская сторона предложила уже на этом этапе пару конкретных шагов. Во-первых, вернуть безвизовый режим для владельцев служебных паспортов и, во-вторых, обеспечить безвизовое пересечение границы для водителей-дальнобойщиков, работающих на международных автомобильных перевозках. Наши турецкие друзья обещали отреагировать. Это будет осязаемый шаг для целого ряда наших граждан. У нас в планах расширять категории, которые будут пользоваться безвизовым режимом. В целом мы заинтересованы в том, чтобы двигаться к этой цели, о чём не раз говорил Президент России В.В.Путин на встречах с Президентом Турции Р.Т.Эрдоганом. Понятно, что сейчас мы все находимся под серьёзным прессингом террористической угрозы, особенно наши турецкие друзья, испытывающие на себе проблемы, которые «переливаются» из соседних с ними стран. В этой связи нашим компетентным службам необходимо наладить максимально чёткое конкретное взаимодействие в режиме реального времени по отслеживанию иностранных террористов-боевиков.

Мы договорились, что сегодня мы такую работу будем делать и будем регулярно в режиме реального времени обмениваться информацией по тем лицам, которых наши страны объявляют «невъездными» и им закрывается въезд в Турцию или Россию. Нам также очень важно заблаговременно получать информацию по тем лицам, которые экстрадируются из Турции. Мы будем отвечать взаимностью на основе Консульской конвенции, которая существует между нашими странами.

Вопрос: Недавно высказывались сомнения по поводу астанинского процесса, в том числе его успехов, функций. Хотел бы узнать Ваше мнение по этому поводу.

Спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура недавно посетил страны-гаранты астанинского процесса – Иран, Россию и Турцию. Есть ли у вас план по сотрудничеству с ООН относительно Сирии?

С.В.Лавров (отвечает после министров иностранных дел Ирана и Турции): Присоединяюсь к тому, что сейчас сказали мои коллеги. Добавлю, что ООН с самого начала астанинского процесса была приглашена к участию в нём. На всех встречах в Астане присутствовал С.де Мистура либо его заместитель. Сейчас ООН может многое сделать, чтобы астанинский процесс по всем направлениям развивался эффективно. Там 4 основных направления.

Первое (фирменное изобретение астанинского процесса) – зоны деэскалации, в которых должен соблюдаться режим прекращения боевых действий, естественно, за исключением террористических группировок, которые пытаются спрятаться в этих зонах и спекулировать на их статусе. Эта борьба с террористами будет абсолютно бескомпромиссной, и те отряды вооружённой оппозиции, которые являются патриотически настроенными и хотят мира в своей стране, должны незамедлительно отмежеваться от террористов, изгнать их из этих зон деэскалации. Конечно, ООН, которая имеет контакты со всеми основными вооружёнными группами, политическими силами сирийской оппозиции и теми, кто поддерживает и направляет работу этих оппозиционеров, могла бы более отчётливо доносить мысль, что не надо «путаться» с террористами, создавать с ними некие союзы и альянсы, пусть даже ситуативные. Это очень важное направление нашего сотрудничества с ООН.

Вторая тема, являющаяся приоритетной на астанинских встречах, это гуманитарное содействие. Мы активно помогаем сирийцам возвращаться к мирной жизни. Россия делает немало, также как Иран и Турция. ООН, конечно, должна вполне осознать свою ответственность за организацию масштабной кампании по решению проблем тех людей, которые возвращаются к родным очагам, хотят вернуться к мирной жизни, наладить какие-то элементарные основы жизнедеятельности. Здесь мы тоже контактируем с гуманитарными структурами ООН, помогаем им достигать договорённостей с Правительством Сирийской Арабской Республики в соответствии с нормами международного гуманитарного права о том, каким способом, как конкретно реализовывать гуманитарные проекты в Сирии. Мы побуждаем наших сирийских коллег в Дамаске быть более гибкими, более конструктивно настроенными, хотя порой это непросто, учитывая те дискриминационные подходы, которые они наблюдают от некоторых западных партнёров. Тем не менее, мы это делаем. Одновременно призываем ООН, чтобы она избегала давления на себя с целью политизации гуманитарных поставок, гуманитарной помощи. ООН, конечно, не имеет права подыгрывать тем, кто заявляет, что помощь будет оказываться только тем районам, которые находятся под контролем оппозиции. ООН не то что не имеет права – она обязана возвышать свой голос против подобных подходов.

Третье направление, которое является принципиально важным для астанинского процесса, да и для всего сирийского урегулирования, это политический диалог, политические переговоры. Я уже упоминал, как и мои коллеги, что и на этом направлении астанинский процесс, особенно с кульминацией в рамках сочинского Конгресса, сделал больше, чем все другие попытки наладить какие-то устойчивые политические контакты. В сочинском Конгрессе были согласованы принципы сирийского урегулирования, предложенные, между прочим, ООН (это к вопросу о сотрудничестве с ООН), а также необходимость создать конституционный комитет опять-таки под эгидой ООН для того, чтобы в рамках полномочий Специального посланника Генерального секретаря ООН готовить новый основной закон для Сирии. Это, собственно говоря, самое большое подспорье для усилий С.де Мистуры. Поэтому, конечно, бывает странно, когда на него пытаются воздействовать, чтобы он выступал с критикой астанинского процесса и результатов сочинского Конгресса. Ещё раз повторю, что на сегодня сочинская декларация – главное подспорье, которое есть у С.де Мистуры для того, чтобы он успешно выполнил мандат, заложенный в резолюции 2254 СБ ООН.

В заключение хочу сказать, что Иран, Турция и Россия во всех своих действиях, при всех нюансах в наших подходах (мы их не скрываем), ориентируются на то, чтобы помочь найти конкретные пути урегулирования, помочь самим сирийцам договориться о национальном примирении, о том, как возвращать свою страну к мирной жизни и сделать это в рамках принципов, заложенных в Уставе ООН.

Те, кто критикует астанинский процесс и результаты сочинского Конгресса, наверное, всё-таки руководствуются другими целями. Если совсем упрощённо, то эти цели заключаются в том, чтобы попытаться доказать, что именно они сегодня решают все дела в нашем мире. К сожалению, а, может, к счастью (для них – точно к сожалению), это время давно прошло.

Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588840 Сергей Лавров


Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588820

Вступительное слово Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе переговоров с Министром иностранных дел Ирана М.Д.Зарифом и Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу, Москва, 28 апреля 2018 года

Уважаемые г-да Министры,

Дорогой Мевлют,

Дорогой Джават,

Коллеги, друзья,

Мы согласились провести эту внеочередную встречу на уровне министров иностранных дел астанинского процесса, чтобы обсудить весьма непростую ситуацию, которая складывается в Сирии и вокруг неё.

Мы считаем необходимым в срочном порядке согласовать коллективные меры в рамках созданного нами более года назад «астанинского формата» с целью продолжения в этих очень сложных условиях движения Сирии к миру и нормализации. Мы все движимы желанием помочь этому процессу. Рассчитываю сегодня обсудить ситуацию, которая сложилась в Сирии «на земле», а также новые дополнительные шаги, которые будут способствовать закреплению позитивных тенденций, в том числе, в контексте решений Второго Саммита президентов России, Ирана и Турции, который состоялся 4 апреля в Анкаре.

Астанинский процесс – это пример того, как при наличии политической воли можно решать, казалось бы, неразрешимые проблемы. За год с небольшим в Астане было проведено 8 международных встреч высокого уровня по Сирии, в которых наряду с тремя странами-гарантами – Россией, Ираном и Турцией - принимали участие представители Правительства Сирии, вооруженной оппозиции, наблюдатели от Иордании, США, спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура и его заместитель. Достигнутые в ходе этих мероприятий договоренности легли в основу мер, которые помогли снизить уровень насилия в стране, способствовали нормализации гуманитарной ситуации в стране, хотя в целом она ещё требует дополнительного внимания, созданию условий для начала возвращения домой беженцев и внутренне перемещенных лиц, началу восстановления экономики.

Появились реальные перспективы для активизации процесса межсирийского урегулирования. Особое значение для создания этих условий имели итоги Конгресса сирийского национального диалога, состоявшегося по инициативе президентов России, Ирана и Турции 30 января в Сочи.

Как показывают события последних недель, мир в Сирии не всем, наверное, нужен. Каждый раз, когда в сирийском урегулировании появляется надежда, по ней наносится удар. Мы вынуждены констатировать продолжающиеся попытки помешать налаживанию диалога между сирийцами, формированию конституционного комитета, решение о создании которого было принято делегатами Конгресса сирийского национального диалога и получило четкую поддержку со стороны Генерального секретаря ООН А.Гутерреша и его специального посланника по Сирии С.де Мистуры, который принимал непосредственное участие в Конгрессе.

Однако получается, что пока мы с вами вместе создаем и строим, некоторые наши коллеги пытаются разрушить результаты совместных и конструктивных усилий, не останавливаясь перед нарушениями международного права, какой и была американо-британо-французская акция против Сирии 14 апреля. Нанесенные тогда по суверенному сирийскому государству ракетные удары не только серьезно обострили обстановку в этой стране и на международной арене, но и нанесли существенный вред перспективам скорейшего продвижения по пути мирного урегулирования. По сути дела, инициаторы данной акции своими действиями подтвердили, что для них заявления в поддержку суверенитета, независимости и территориальной целостности Сирии всего лишь слова, которые должны, судя по всему, прикрывать планы переформатирования Ближнего Востока и планы по разделу Сирии на части.

Уверен, что Россия, Иран и Турция, подтверждая нашу поддержку этим основополагающим принципам Устава ООН, искренне заинтересованы в том, чтобы Сирия оставалась единым государством, в котором все этнические и конфессиональные группы получают равные права и могут жить в мире между собой и со всеми своими соседями без какой-либо угрозы для международных границ в этом очень важном для судеб мира регионе.

Сегодня нам необходимо помочь сирийцам завершить зачистку страны от террористов, возвести мосты национального примирения и восстановить разрушенное. Все мы помогаем Правительству Сирии в том, чтобы это всё произошло как можно скорее.

Попытки вновь дестабилизировать обстановку, поощрить экстремистов на продолжение вооруженной борьбы, выдвигать предварительные условия для диалога, которые абсолютно не отвечают требованиям резолюции 2254 СБ ООН, наподобие тех, которые мы слышим из уст некоторых оппозиционеров, поддерживаемых нашими западными партнерами, абсолютно неприемлемы. Это будет означать приглашение к разделительным линиям внутри Сирии, против чего мы и выступаем.

Надеюсь, что сегодня мы сможем откровенно рассмотреть все эти вопросы, а по итогам наших переговоров согласовать общую позицию в развитие тех документов, которые принимались лидерами наших стран и на нашем уровне в ходе предыдущих встреч.

Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588820


Россия. Иран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532420 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Исламской Республики Иран М.Д.Зарифом и Министром иностранных дел Турецкой Республики М.Чавушоглу по итогам встречи стран-гарантов Астанинского процесса, Астана, 16 марта 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы только что завершили трехстороннюю встречу министров иностранных дел Российской Федерации, Турецкой Республики и Исламской Республики Иран как стран-гарантов соблюдения режима прекращения боевых действий в Сирии. Пользуясь случаем, хочу искренне поблагодарить руководство Республики Казахстан, лично Президента страны Н.А.Назарбаева, а также нашего коллегу и друга Министра иностранных дел Казахстана К.К.Абдрахманова за гостеприимство и оказываемую на протяжении всего года поддержку работе «астанинского формата».

Мы рассмотрели итоги работы, которая была проделана с начала функционирования астанинской площадки, старт которой был дан в столице Казахстана в январе 2017 г. С того момента наши высокие представители «тройки» стран-гарантов провели восемь раундов содержательных переговоров в Астане, в результате которых были приняты конкретные меры по снижению насилия «на земле», восстановлению доверия между конфликтующими сторонами, облегчению гуманитарной ситуации и приданию импульса усилиям по поиску политического решения. Важно также, что успех коллективных усилий позволил в значительной степени приблизить полную ликвидацию ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и других террористических организаций, определенных в качестве таковых СБ ООН. Сегодня едва ли кто-то может аргументированно спорить с тем, что «астанинский формат» и его достижения стали эффективным инструментом содействия миру и cтабильности в Сирии, доказавшим свою жизнеспособность и востребованность.

Я тут должен оговориться, что неаргументированные попытки принизить и даже обнулить значение Астанинского процесса предпринимались и предпринимаются. Мы это хорошо видим. Делают это те, кому не по душе сам факт партнерского взаимодействия России, Турции и Ирана, а также те, кто хотел бы не допустить сохранения Сирии в качестве целостного государства и превратить эту важнейшую страну в очередную территорию хаоса, где удобно заниматься геополитическими играми.

В противовес этой авантюрной линии три страны-гаранта твердо демонстрируют неизменную приверженность суверенитету, независимости, единству и территориальной целостности Сирии, то есть тем основополагающим принципам, которые закреплены в резолюциях СБ ООН, прежде всего в резолюции 2254 СБ ООН. Эти же важнейшие принципы были четко подтверждены представителями всех сегментов сирийского общества в ходе Конгресса сирийского национального диалога в Сочи в январе этого года, который был созван по инициативе президентов России, Турции и Ирана. Сегодня мы договорились продолжать оказывать содействие сирийцам в восстановлении единства страны и достижении политического урегулирования, в том числе путем создания, как это и было условлено на Конгрессе в Сочи, Конституционного комитета и запуска его работы в Женеве в ближайшее время. При этом, как и прежде, речь идет о нашей твердой поддержке такого политического процесса, который ведут и осуществляют сами сирийцы. Как постановил СБ ООН, сирийцы сами должны договариваться между собой без вмешательства извне. Именно сирийцам предстоит определить будущее своей страны.

Дальнейшая координация усилий России, Ирана и Турции как трех стран-гарантов особенно важна сегодня, когда обстановка в Сирии в таких районах как Восточная Гута, Ярмук, Фуа и Кефрая, Рукбан, Ракка, в провинциях Идлиб и Хама серьезно обострилась. Налицо однобокое прочтение ситуации вокруг Восточной Гуты, знакомое нам еще по истории с Восточным Алеппо. Видно стремление некоторых наших западных коллег вывести из-под удара и сохранить боевой потенциал террористов, прежде всего «Джабхат ан-Нусры», играющих роль провокаторов в сценариях западных геополитических режиссеров, которые руководствуются чем угодно, только не интересами сирийского народа.

Постоянные обстрелы Дамаска, в результате которых гибнут мирные жители, блокирование конвоев с гуманитарной помощью, несмотря на вводимые ежедневно с 27 февраля гуманитарные паузы, не только держат в страхе столицу Сирии, но и дают повод для надуманных обвинений сирийских властей, а также России, в недостаточных действиях по выполнению положений резолюции 2401 СБ ООН. Напоминаем, что любое использование силы в отношении Дамаска на основе надуманных предлогов недопустимо. Прозвучавшие недавние угрозы нанесения односторонних военных ударов США по Сирии, включая Дамаск, как это было в апреле прошлого года на основе голословных обвинений в применении Правительством Сирии химического оружия, неприемлемы и недопустимы. Об этом со всей четкостью было заявлено американским представителем по дипломатическим и военным каналам.

Несмотря на всю поднятую вокруг Восточной Гуты шумиху, мы продолжаем работу по содействию сирийским властям в деле вывода мирных граждан, обеспечения доступа гуманитарных конвоев, эвакуации больных и раненых, которая дает очевидные результаты. Только за вчерашний день из Восточной Гуты вышли свыше 12 тыс. человек, в г.Дума заведен конвой ООН и МККК, доставивший 137 тонн гуманитарного груза. Намерены продолжать усилия по строгому и неукоснительному выполнению всех положений резолюции 2401 СБ ООН в их совокупности с тем, чтобы помогать укреплять режим прекращения огня и улучшать гуманитарную ситуацию на всей территории Сирии при решительной борьбе с террористами, которых никакие резолюции не выводят из-под удара. Призываем все другие стороны руководствоваться такими же принципами.

Отдельно хочу отметить состоявшееся вчера в Астане первое заседание нового механизма «астанинского формата» – Рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести, в котором помимо представителей наших трех стран, приняли участие представители ООН и МККК. Начало практической работы этой группы является важным вкладом в процесс восстановления доверия между сирийцами и нормализацию обстановки в Сирии в целом.

Рабочий документ, который вчера был согласован, определяет параметры дальнейшей работы и создает все необходимые условия для того, чтобы эта работа была эффективной.

В заключение хотел был подчеркнуть еще раз, что «астанинский формат» успешно развивается. Но еще важнее не останавливаться на достигнутом и преумножать накопленный потенциал. Сегодняшняя встреча является подтверждением нашего общего стремления продолжать совместную работу в интересах надежного и долгосрочного сирийского урегулирования. Наши оценки и планы на будущее отражены в согласованном Совместном заявлении трех министров, которое распространяется по итогам нашей встречи.

Мы также договорились о подготовке очередного запланированного на 4 апреля в Турции саммита лидеров «тройки», который приобретает особое значение на нынешнем этапе и призван еще больше укрепить нашу координацию во имя достижения справедливого мира в Сирии. Я убежден, что, когда эта цель будет достигнута, это в значительной степени поможет оказать позитивное воздействие на обстановку в регионе Ближнего Востока в целом.

Я признателен своим коллегам за очень тесное сотрудничество. Еще раз благодарим наших казахстанских хозяев. Я уверен, что это не последняя наша встреча на гостеприимной казахстанской земле.

Вопрос: Договорились ли вы сегодня о продлении срока действия зон деэскалации? Если да, то на какой срок? Это будут очередные 6 месяцев или какой-то другой срок? Обсуждали ли вы возможность расширения территориального охвата зон деэскалации, в частности, за счет района Африн? Небольшое уточнение к тому, что сказал Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу: правильно ли я понимаю, что речь идет о том, чтобы в Стамбуле и затем в Иране организовать конгресс, аналогичный сочинскому?

С.В.Лавров: Я хотел бы сразу начать с этого. Была неточность перевода, речь идет о том, что сочинский саммит президентов России, Ирана и Турции, который состоялся 22 ноября, не будет разовым событием. Следующий саммит трех президентов состоится 4 апреля в Турции. Затем мы, естественно, будем готовы рассмотреть приглашения наших иранских друзей. Речь не идет о конгрессе, как это прозвучало в переводе, поэтому просим вас не создавать двусмысленность в медийном пространстве.

Что касается Вашего первого вопроса. Зоны деэскалации действуют, они не являются постоянными, это было подчеркнуто при их создании. Один раз этот режим уже продлевался. Когда истечет ныне действующий срок, будет принято решение о том, как поступить дальше с этими зонами с учетом ситуации «на земле» и той реальной обстановки, которая будет складываться вокруг этих зон. Мы заинтересованы в том, чтобы как можно скорее прекратились нарушения режима прекращения огня, и, что немаловажно, чтобы налаживались контакты по вопросам жизнедеятельности и жизнеобеспечения населения между местными властями внутри зон деэскалации и сирийскими правительственными структурами. Это одна из ключевых частей концепции зон деэскалации. Расширение территориального охвата и создание новых зон мы не обсуждали.

Вопрос: Только за вчерашний день из Восточной Гуты были освобождены 12 тыс. человек благодаря усилиям российского Центра по примирению враждующих сторон. Почему, на Ваш взгляд, в этом процессе отсутствует роль ООН? Довольны ли Вы в целом ролью ООН в женевском процессе по формированию конституционной комиссии?

С.В.Лавров: Что касается Восточной Гуты, то я уже приводил цифры. Вы правы, из Восточной Гуты вышли более 12 тыс. мирных жителей, и выход продолжается. Мне как раз только что звонили из Москвы. Я прошу прощения, что был вынужден ответить на телефонный звонок. Звонок был как раз на эту тему, там есть серьезные проблемы – жители выходят, хотя боевики пытаются им препятствовать. Тем не менее, работа с полевыми командирами внутри Восточной Гуты постепенно дает свои результаты. Я надеюсь, что они сделают следующий важнейший шаг – отмежуются от «Джабхат ан-Нусры», которая верховодит на значительной территории Восточной Гуты. Внутрь этого анклава направляется гуманитарная помощь, прежде всего силами наших военных. Но, как я только что сказал во вступительном слове, ООН вместе Международным Комитетом Красного Креста (МККК) вчера направили значительный гуманитарный конвой весом около 140 тонн. Это произошло после действительно длительной паузы, когда ООН не очень активно занималась этими вопросами. Там были и соображения безопасности, безусловно. В принципе, конечно же, международное сообщество обязано быть более активным в оказании гуманитарной помощи.

Как я уже сказал, внутрь Восточной Гуты сейчас идет гуманитарная помощь и она увеличивается. Проблемы возникают с теми, кто выходит из Восточной Гуты, потому что их нужно где-то размещать, не хватает элементарных вещей – постельных принадлежностей, предметов первой необходимости. Мы призываем международное сообщество, которое печется о гуманитарной ситуации в этом районе Сирии, о судьбах мирных граждан, прежде всего, конечно, призываем ООН и другие гуманитарные организации незамедлительно помочь обустроить тех людей, которые спасаются от террористов и идут из Восточной Гуты на территории, контролируемые сирийским Правительством.

Что касается роли ООН в женевском процессе по формированию конституционной комиссии на основе решений сочинского Конгресса. Я бы не стал сейчас делать какие-то заключения или оценки. Прошло чуть больше месяца с сочинского Конгресса, там были достигнуты договорённости о том, как формировать конституционную комиссию. Понятно, что координирующую роль играет ООН, но ООН должна действовать на основе тех вкладов, которые будут делать три страны-гаранта. ООН должна будет добиться того, чтобы, опираясь на решения сочинского Конгресса, состав конституционного комитета был абсолютно инклюзивным, представительным, с точки зрения участия всех этнических, конфессиональных и политических групп сирийского общества.

Это не очень простая работа. Напомню, и мы сегодня как раз говорили об этом, что нашим саудовским друзьям, когда они проявили очень полезную и поддержанную всеми инициативу объединить в одну делегацию т.н. «эр-риядскую», «каирскую» и «московскую» группы, потребовалось точно больше полугода, чтобы завершить эту работу.

Я не хочу сказать, что формирование конституционной комиссии должно занять столько же времени, но я бы сейчас не выступал с какими-то оценками, потому что процесс идет. Он очень непростой. Наверное, это решающая фаза политического процесса. Как только комитет будет сформирован и принят всеми как полномочный орган, тогда уже можно будет заниматься конституционной реформой. Разумеется, при понимании что, как записано во всех решениях СБ ООН, любые договоренности могут быть только предметом общего согласия между Правительством и оппозиционерами. Навязать никто никому ничего не может.

Вопрос: Не можем обойти важную тему последних слов и действий Вашингтона и Лондона по отношению к России. Как бы Вы прокомментировали последнее заявление Госдепартамента США о планах введения новых санкций против России из-за скандала с отравлением С.Скрипаля, а также уже объявленные министерством финансов новые санкции по «списку Мюллера»?

Еще раз произнесу, не переводя с английского, слова, которые мы услышали от главного военного Великобритании: «Russia should go away and shut up». Можете ли Вы припомнить, когда в последний раз официальное лицо такого высокого ранга на таком языке разговаривал с Россией?

С.В.Лавров: It is highly impossible to remember. Я не припомню такого, конечно. Мы перестали обращать на это внимание, как по большему счету, уже особо не возбуждаемся (да, и раньше не возбуждались) по поводу объявления все новых и новых санкций. Была придумана некая история с вмешательством в выборы. Это тянется уже больше года. Проходит расследование, проходят слушания. Ни единого факта не удается предъявить общественности. Отсутствие фактов компенсируется все новыми и новыми волнами санкций за одно и то же, что, надо сказать, не вписывается в англо-саксонское право. Сейчас такое время, когда англо-саксонская система права и правосудия показывает себя с совершенно необычной стороны. Хотя за последние годы это случалось уже не раз. Можно было бы привыкнуть.

А происходит что? Смотрел сегодня новости «Би-би-си» и «Си-эн-эн». Там очень простая подача материала. Говорится, что Великобритания получила поддержку, солидарность Франции, Германии, США. Они потребовали, чтобы Россия объяснила, зачем отравила этого полковника. А Россия отрицает, что его отравила. Вот и все, вся подача материала. Не говорится о том, что еще идет расследование, которое не завершено, о том, что еще даже не передавались итоги этого расследования ни в какой суд, включая английский, о том, что англичане поставили этот вопрос в Организации по запрещению химического оружия, а раз так, то они обязаны выполнять свои обязательства по Конвенции о запрещении химического оружия, о том, что Россия абсолютно закономерно выдвинула просьбы предъявить доказательства обвинений, которые выдвигаются в наш адрес, и что мы опираемся на положения международно-правового документа, ратифицированного и Россией, и Великобританией, и всеми остальными государствами, которые сейчас сильно переживают по этому поводу. Нам было прямо сказано, что с нами разговаривать не будут. Это грубейшее нарушение Конвенции, в которой сказано, что прежде, чем что-либо делать, ты обязан напрямую обратиться к тому государству, с территории которого ты подозреваешь происходит то или иное отравляющее вещество. Нам высокомерно говорят, что не будут с нами разговаривать. Этого всего западному зрителю ваши профессиональные коллеги из «Би-би-си» и прочих СМИ не объясняют. Все говорится очень простенько, причем с такими многозначительными выражениями лиц. От России потребовали объяснить зачем она это сделала, а Россия отрицает, что это сделала. Конечно, обывателю это вбивается в голову достаточно плотно, и это, наверное, методы, которые применяет западная пропаганда. Надеюсь, мы никогда до таких не скатимся.

В принципе говорить про нынешнюю ситуацию уже как-то неловко. Мне кажется, мы все предъявили, абсолютно официально запросили со стороны Великобритании те действия, которые она обязана предпринять по Конвенции о запрещении химического оружия. Реакцию вы видите. Даже в британском парламенте, когда лидер оппозиции попросил ознакомить депутатов с тем, что же все-таки имеет на руках британское руководство, ему было в этом отказано. Но подчеркну еще раз, что абсолютно игнорируется наш вопрос о том, почему не дождаться когда (очень на это надеюсь) поправится потерпевший и его дочь, кстати, российская гражданка. Нам о ней тоже ничего не сообщают, хотя обязаны. Как не сообщили ничего о смерти Н.Глушкова, хотя обязаны сообщить. Почему не спросить у г-на С.Скрипаля, когда, я надеюсь, он поправится? Он, наверное, сможет пролить свет на многое из того, что произошло в тот день, когда случилась эта трагедия. Отсутствуют намеки на то, когда начнется судебный процесс.

В печально известном деле А.Литвиненко мы сначала тоже сотрудничали с британским правосудием. Потом, когда мы обратились с целым рядом конкретных вопросов в контексте расследования его смерти, британские коллеги прекратили сотрудничество, сделали процесс закрытым и приговор был вынесен на основе секретных материалов, которые никогда никому вовне судебного заседания не предъявлялись. При всей срежисированности этой истории, непонятной загадочности и таинственности там хотя бы прошел суд, после которого британское правительство стало делать некие рефлексии. А сейчас и суд не начинался.

Мне уже не хочется комментировать происходящее. Пусть остаётся на совести тех, кто затеял абсолютно беспардонную и ничем неоправданную игру на русофобском поле.

Насчет слов главного военного Великобритании, как Вы его назвали. Министр обороны Великобритании – симпатичный молодой человек, наверное, ему тоже хочется войти в историю какими-то громкими заявлениями. У Т.Мэй «highly possible» главный аргумент в отношении вины России, у него, значит, – «Russia should go away and shut up». Может образования не хватает, я не знаю.

Россия. Иран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532420 Сергей Лавров


Казахстан. Сирия. Турция. ООН. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inform.kz, 16 марта 2018 > № 2530034 Сергей Лавров

Сергей Лавров: Миллионы сирийцев наблюдают за переговорами в Астане

Министр иностранных дел России Сергей Лавров отметил значимость Астанинского процесса для миллионов жителей Сирий, страдающих от военного конфликта, передает корреспондент МИА «Казинформ». 

«С началом Астанинского процесса Астана превратилась в важнейшую площадку, где принимаются решения по сирийскому регулированию - одному из наиболее острых вопросов международной повестки дня. Если говорить высоким слогом, когда в СМИ звучит название столицы Казахстана, миллионы сирийцев с надеждой смотрят в сторону Астаны», - сказал Сергей Лавров на встрече министров иностранных дел стран-гарантов Астанинского процесса по урегулированию ситуации в Сирии.

Он отметил, что созданный год назад Россией, Ираном и Турцией Астанинский формат доказал свою востребованность, «стал синонимом продвижения по пути нормализации обстановки в Сирии, содействия политико-дипломатическому урегулированию».

«Скажу, что на деле работают зоны деэскалации, выработаны принципы гуманитарного разминирования, сформирована рабочая группа по освобождению задержанных заложников, которая вчера провела здесь очень продуктивное заседание. И конечно же, мы в значительной степени облегчили доставку гуманитарной помощи своей работой и создали условия для возобновления полноценного политического процесса на основе резолюции 2254 под эгидой ООН. Это было очень четко закреплено в заключительном заявлении беспрецедентного совещания, которое мы собрали в Сочи - Конгресса сирийского национального диалога, где были представлены все основные этнические, конфессиональные группы сирийского общества», - подчеркнул Сергей Лавров.

Казахстан. Сирия. Турция. ООН. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inform.kz, 16 марта 2018 > № 2530034 Сергей Лавров


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 14 марта 2018 > № 2532535 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Турецкой Республики М.Чавушоглу по итогам VI заседания Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, Москва, 14 марта 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели шестое заседание Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, действующей в рамках Совета сотрудничества высшего уровня, который возглавляют президенты двух стран.

Основное внимание уделили подготовке очередной встречи в верхах, которая состоится в начале апреля в Турции, а также рассмотрели вопросы, которые выносятся на ее повестку дня.

Основное внимание в двусторонней сфере было посвящено деятельности наших экономических ведомств по реализации задач по увеличению инвестиционного, торгового взаимодействия, которые были поставлены Президентом России В.В.Путиным и Президентом Турции Р.Т.Эрдоганом.

Мы с удовлетворением констатировали, что в прошлом году товарооборот увеличился более, чем на 37%, составив 21,6 млрд.долл.США.

Условились продолжать шаги по снятию ограничений, в том числе в отношении сельскохозяйственной продукции, но и в отношении других товаров, которые мы поставляем на рынки друг друга. Во многом это связано с необходимостью отменять бюрократические процедуры, которые затрудняют поставки.

Мы, безусловно, позитивно оценили ход реализации таких стратегических проектов, как «Турецкий поток», а также сооружение первой в Турции атомной электростанции на площадке «Аккую».

Мы полностью выразили поддержку активной работе Смешанной Межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, а также согласились с необходимостью активизировать деятельность российско-турецкого Форума общественности. Рассчитываем, что его очередная встреча состоится накануне заседания Совета сотрудничества высшего уровня.

Мы также констатировали выполнение подписанного контракта на поставку в Турцию зенитно-ракетных систем С-400 «Триумф», других текущих и перспективных проектов в области военно-технического сотрудничества. Отметили, что все эти направления нашего взаимодействия развиваются в соответствии с достигнутыми президентами договоренностями.

Обсудили подготовку к намеченному на 2019 г. «перекрестному» Году культуры и туризма России в Турции и Турции в России. Есть очень интересные задумки. Уверен, что это мероприятие будет позитивно и с энтузиазмом встречено нашими гражданами в Российской Федерации и в Турции.

Отметили рекордный рост турпоездок россиян в Турцию. В прошлом году количество наших граждан, которые посетили Турцию, достигло 4 млн. 700 тыс. человек. По этому показателю в прошлом году мы обогнали Германию, которая до тех пор была лидером в направлении своих граждан на туристические объекты в Турцию.

Мы подтвердили необходимость продолжать соблюдать договоренности об обеспечении безопасности туристов, которые в свое время были согласованы между нашими соответствующими структурами.

Мы, безусловно, будем руководствоваться приоритетностью безопасности жизни и здоровья наших граждан при подходе к другому важному вопросу, который мы хотим решить с нашими турецкими друзьями – взаимному упрощению режима поездок. В этой связи мы обсудили целый ряд шагов, который может уже на данном этапе привести к облегчению визового режима, а, в конечном счете, стать прелюдией к работе по подготовке условий для возвращения к безвизовым обменам.

Мы также рассмотрели международные вопросы. Сделали упор на ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки, прежде всего в Сирии, где Россия, Турция и Иран работают в рамках «астанинского формата» по реализации договоренностей президентов трех стран. Итоги Конгресса сирийского национального диалога в Сочи, который был совместной инициативой лидеров России, Турции и Ирана, одобрены ООН и легли в основу работы, которая сейчас проводится по подготовке к возобновлению полноформатных переговоров о политическом урегулировании сирийского кризиса в соответствии с резолюцией 2254 СБ ООН.

У нас на повестке дня такие темы, как ситуации в Закавказье, Центральной Азии, в Черноморском регионе, на Украине, а также взаимодействие в международных организациях, включая ООН, ОБСЕ и СЕ.

Мне кажется, что наши сегодняшние договоренности, касающиеся продвижения двусторонней повестки дня и укрепления внешнеполитической координации, вносят очень полезный вклад в подготовку очередного саммита, который, как я уже сказал, состоится в начале апреля в Турции.

Вопрос: Обсуждалось ли на сегодняшней встрече военно-техническое сотрудничество между двумя государствами? Когда будет осуществляться доставка зенитно-ракетного комплекса С-400 в Турцию?

С.В.Лавров: Я уже сказал во вступительном слове, что мы обсуждали военно-техническое сотрудничество, включая реализацию российско-турецкого договора о поставках зенитных ракетных систем С-400 в Турецкую Республику. Это вопросы, которые в практическом плане сейчас обсуждают специалисты, не для публичной сферы. Могу только сказать, что мы позитивно реагируем на просьбу наших турецких партнеров ускорить первоначально планировавшиеся сроки поставки.

Вопрос: Обсуждался ли вопрос присутствия американских военных баз на востоке Сирии? Какие есть противодействия планам раскола страны?

С.В.Лавров: Среди прочих аспектов сирийской проблематики мы сегодня обсуждали действия США, прежде всего, на восточном берегу Евфрата и на всём протяжении восточной части Сирийской Арабской Республики, где американцы создают военные базы. Убеждён, что нет оснований сомневаться в намерении, по крайней мере, у некоторых представителей руководства США, закрепиться там надолго, если не навсегда, и способствовать развалу Сирийской Арабской Республики. Для этого применяются самые различные методы. Вчера по линии Министерства обороны и Министерства иностранных дел России мы довели до сведения общественности информацию о том, что готовятся очередные провокации с применением химического оружия – будут организованы постановки, в частности, в Восточной Гуте, как всегда с надрывом, привлекут внимание мирового сообщества к страданиям мирного населения, жертвам среди невинных граждан. Под этим предлогом планируют применить силу со стороны американской коалиции, в том числе по сирийской столице. Мы вчера жёстко предостерегли США по всем каналам. Надеюсь, эти безответственные планы не будут реализованы. В любом случае, они говорят о том, что линия на создание любых предлогов для свержения режима, остаётся в США на повестке дня. Они не зря говорят, что все опции остаются «на столе». Это будет нарушением всех мыслимых норм международного права, резолюции 2254 Совета Безопасности ООН и торжественных заверений Вашингтона о том, что он не пытается подорвать территориальную целостность Сирийской Арабской Республики. Это придётся доказывать делами, а не словами. Слишком много дел расходится с этой риторикой.

Вы спросили, обсуждают ли с нами наши турецкие коллеги те вещи, которые рассматриваются ими в контактах с американцами. Да, мы сегодня получили информацию от Министра иностранных дел Турции М.Чавушоглу. Признательны за это. Как он сказал, не во всём мы соглашаемся на сто процентов, но, тем не менее, обмен мнениями помогает координировать усилия и двигаться к тем целям, которые поставлены в резолюции 2254 Совета Безопасности ООН в рамках астанинского процесса и были подтверждены на Конгрессе сирийского национального диалога в Сочи.

Вопрос: Накануне Вы обратили внимание, что российский МИД до сих пор не получил официального запроса от Лондона по делу С.Скрипаля. Изменилась ли ситуация за последние сутки? Москва также обращала внимание на необходимость проведения совместного расследования, предоставления образцов отравляющего вещества. Есть ли какой-либо прогресс в этом деле?

С.В.Лавров: Есть регресс. Прогресса мы не наблюдаем. Мы так и не получили никакого официального запроса от Лондона в связи с делом об отравлении С.Скрипаля и его дочери. Мы, в свою очередь, официально уведомили англичан, что будем готовы ответить на запрос, если они его сформулируют, на основе своих собственных, британских обязательств по Конвенции о запрещении химического оружия, которая требует в такого рода ситуациях направлять официальный запрос компетентным органам страны, о подозрении в отношении которой идет речь. Такого запроса направлено не было.

Более того, представитель Соединённого Королевства в ОЗХО стал задавать вопросы нашему представителю относительно того, зачем мы вовлекаем в этот разговор тематику КЗХО. Достаточно того, что Министр иностранных дел Великобритании Б.Джонсон пригласил российского посла и все ему сказал. Это такое огромное самомнение, проявление которого видно почти во всех шагах, предпринимаемых Лондоном не только в этом случае, но и во многих других ситуациях. Мы спокойно объяснили еще раз, что вариант проведения консультаций в соответствии с Конвенцией не является факультативным, он обязательный. Если в Лондоне перевелись эксперты, которые могут посоветовать руководству «Форин офиса» и «Даунинг Стрит», как в таких случаях следует вести себя законопослушным членам международного сообщества, то это не наша проблема. Когда поступит официальный запрос, мы, как и положено, в соответствии с нашими обязательствами по КЗХО, в десятидневный срок обязательно дадим ответ, который будет вписываться в требования этого международного документа. Пока, однако, вместо направления такого запроса, Соединенное Королевство продолжает разыгрывать политические сцены.

Вчера поступило и было распространенно в Нью-Йорке официальное обращение Т.Мэй на имя Генерального секретаря ООН А.Гутерреша, в котором говорится, что установлено, что химикат был произведен в СССР, затем перешел в собственность России. Как это все соотносится с зафиксированным КЗХО в присутствии наблюдателей, в том числе и из США, фактом полного завершения уничтожения нашей страной химического оружия? Об этом не упоминается. Заявляется, что никто, кроме России, это отравляющее вещество провести в Великобританию не мог, что никто, кроме России, не обладает мотивами для выбора указанных лиц в качестве жертв. Я оставляю это вообще без комментариев, потому что вчера и в наших СМИ, и в западных было представлено множество аргументов в пользу того, что как раз у России никаких мотивов и быть не могло.

А могли они быть и, наверняка, были у тех, кто хотел бы продолжать русофобскую кампанию во всех без исключениях сферах человеческой деятельности.

В письме Т.Мэй (мне кажется, это самым интересным) говорится, что все эти утверждения англичане делают с высокой степенью вероятности, употреблен английский термин «highly likely». Для людей, которые взывают к необходимости уважать международное право, параллельно отказываются выполнять свои обязательства по Конвенции о запрещении химического оружия и говорят лишь о том, что проведенные ими действия позволяют судить о весьма вероятном вовлечении той или иной стороны, тех или иных лиц в ту или иную акцию, наверное, это не очень солидно и серьезно.

Кстати, подобного рода термины - «вполне вероятно, как представляется, с большой долей уверенности» - были сплошь и рядом включены в доклад об известном инциденте с применением химического оружия в Хан-Шейхуне 4 апреля, который расследовался дистанционно, в том числе лабораториями, которые находились в Соединенном Королевстве. Результаты этих расследований были переданы в Гаагу. Когда нас проинформировали, что эта организация будет опираться на данные британской лаборатории, мы попросили у британских коллег по-человечески, как и положено любой стране, которая хочет иметь точную информацию, ознакомить нас с тем, как были получены пробы из сирийского Хан-Шейхуна. Этот район контролировался, как нам говорили, боевиками, там небезопасно, как этот анализ проводился, как были доставлены пробы в советующие лаборатории. Нам не по-джентельменски вообще отказали в получении какой-либо информации. Так что подход – мы все знаем, верьте нам, и мы требуем, чтобы вы со всем согласились – уже не в первый раз применяется Лондоном.

Как-то уже думал о том, что линия в такого рода вещах перехлестывает то, чем занимался Генпрокурор СССР А.Я.Вышинский, когда изобрел термин «признание – царица доказательств». В этом случае нашим британским коллегам, да и тем, кто их голословно начинает поддерживать, даже не зная результатов расследования, которое еще не завершено, и этого мало. Для них не «признание - царица доказательств», а подозрение, которое они сами выдвигают, уже должно восприниматься всем мировым сообществом как царица доказательств. Так дело не пойдет. Мы будем отстаивать международное право. Аргументов у наших партнеров мы не видим. Без предъявления конкретных фактов придется отвечать за откровенную попытку грубо ввести в заблуждение мировую общественность.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 14 марта 2018 > № 2532535 Сергей Лавров


Россия. Турция. Иран > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 19 ноября 2017 > № 2398369 Сергей Лавров

Комментарий и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова по итогам переговоров министров иностранных дел России, Турции и Ирана, Анталья, 19 ноября 2017 года

Мы собрались для обмена мнениями о конкретных деталях подготовки к саммиту президентов трех наших стран, который состоится 22 ноября в Сочи.

Работа была очень полезной. Мы договорились по всем ключевым вопросам и будем докладывать Президенту наши оценки того, как двигаться дальше, как укреплять процесс, который называется процессом Астаны и который должен создать максимально благоприятные условия для того, чтобы женевский процесс, наконец, обрел некие действенные инструменты для решения задач, поставленных в резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Достигнут ли консенсус по поводу участия курдов в Конгрессе национального перемирия Сирии, и когда может состояться этот форум в Сочи?

С.В.Лавров: Обсуждались все вопросы. Не могу вдаваться в детали. Наши рекомендации будут доложены главам государств, и они будут принимать решение по тем предложениям, которые будут внесены.

Вопрос: Были ли достигнуты новые договоренности по вопросу присутствия наблюдателей от стран-гарантов в зоне деэскалации в районе Идлиба?

С.В.Лавров: Этими вопросами занимаются наши военные, которые находятся в постоянном контакте в качестве подготовки по военной линии к саммиту 22 ноября в Сочи. Руководители генеральных штабов трех стран – России, Турции и Ирана – также проведут свою встречу, в ходе которой будут обсуждаться эти вопросы.

Вопрос: Обсуждались ли перспективы расширения зон урегулирования или создания пятой зоны в Сирии?

С.В.Лавров: Фактически, ответ тот же, что и на предыдущий вопрос. Эти темы рассматриваются военными трех стран, и именно они вырабатывают договоренности, которые потом реализуются «на земле».

Россия. Турция. Иран > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 19 ноября 2017 > № 2398369 Сергей Лавров


Россия. Сербия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 13 декабря 2016 > № 2023098 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с первым заместителем Председателя Правительства, Министром иностранных дел Сербии И.Дачичем, заместителем Министра иностранных дел Турции А.Йылдызом, Генеральным секретарем Секретариата ОЧЭС М.Христидисом по итогам 35-го заседания СМИД ОЧЭС, Белград, 13 декабря 2016 года

Уважаемый г-н Министр,

Уважаемый Генеральный секретарь,

Уважаемые коллеги,

Дамы и господа,

Прежде всего, в очередной раз хотел бы выразить соболезнования турецкому руководству и народу Турции в связи с отвратительными террористическими актами. Мы солидарны с борьбой против терроризма. Понимаем причины, по которым Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу вынужден был остаться в Анкаре и не смог принять участие в нашем заседании.

Мы рассматриваем Организацию черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС) как единственную полноформатную региональную экономическую организацию в Черноморском регионе, членам которой удается совместными усилиями укреплять сотрудничество в различных областях экономики, инфраструктуры, в социальной сфере. Для нас причерноморские страны всегда были и остаются важнейшими экономическими и политическими партнерами. Мы уверены, что дальнейшее развитие ОЧЭС будет способствовать укреплению многосторонних отношений, обеспечению стабильности в Черноморском регионе.

Россия заинтересована в совершенствовании Организации ЧЭС при соблюдении ее Устава и укреплении ее институциональных основ. Считаем важным придерживаться существующего формата работы, мандат Организации, сохраняя, прежде всего, ее деполитизированный характер. Для решения политических вопросов, в том числе, касающихся региональной безопасности, существуют другие форматы.

Мы признательны сербскому председательству за усилия по ограждению Организации от несвойственных ей задач. Надеемся, что и Турция, которая заступает на пост председателя с 1 января 2017 г., продолжит эту линию.

Считаем, что залогом дальнейшей успешной работы ОЧЭС является реализация взаимовыгодных проектов в области развития сухопутных и морских транспортных магистралей, энергетики, сотрудничество в деле ликвидации последствий стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций.

В следующем году мы будем отмечать 25-летие ОЧЭС. Это очень хорошая возможность осмыслить итоги проделанной работы и наметить план на будущее. Мы приветствуем намерение турецких партнеров в будущем году организовать юбилейную встречу. Это будет значительным событием для всего Черноморского региона.

1 июля на заседании СМИД ОЧЭС в Сочи Россия объявила о своей инициативе по созданию Механизма развития проектного сотрудничества в Черноморском регионе и выделении на эти цели 1 млн. долл.США в качестве единовременного добровольного взноса. 18 ноября этого года в Салониках было подписано одобренное Правительством Российской Федерации Донорское соглашение с ОЧЭС и Черноморским банком торговли и развития о перечислении упомянутого российского взноса. Думаю, это хороший жест в контексте предстоящего 25-летия нашей Организации.

Мы признательны всем нашим коллегам по Организации за одобрение соответствующего решения на сегодняшнем заседании. Приглашаем всех желающих членов ОЧЭС присоединиться к этой инициативе. Считаем, что это могло бы стать дополнительным позитивным фактором наращивания проектного потенциала Организации.

Еще раз хотел бы искренне поблагодарить сербское председательство, которое успешно провело многочисленные мероприятия за истекающие шесть месяцев, и пожелать успехов нашим турецким коллегам.

Вопрос: Считаете ли вы целесообразным продолжение переговоров по ситуации в Алеппо с американской стороной, учитывая, что, по последним данным, 98% территории Восточного Алеппо уже находится под контролем сирийской армии? Ведутся ли параллельно двусторонние консультации с Турцией по этому же вопросу? Не могли бы Вы также прокомментировать назначение на пост Государственного секретаря США председателя совета директоров «Эксон Мобил» Р.Тиллерсона?

С.В.Лавров: Что касается последнего вопроса, то я не считаю себя вправе комментировать решение, которое планирует принять избранный президент США. Об этих планах стало сегодня известно, и это было подтверждено. Мы принимаем это как решение избранного президента США. Как неоднократно говорил Президент России В.В.Путин, мы готовы работать с любыми партнерами, которые заинтересованы в развитии равноправных отношений с Российской Федерацией. Думаю, что Президент США Д.Трамп и новый будущий Госсекретарь Р.Тиллерсон не были противниками развития нашего взаимодействия. Даже наоборот. Это прагматичные люди, и мы рассчитываем, что этот прагматизм будет хорошей основой для выстраивания взаимовыгодных отношений с точки зрения российско-американского взаимодействия и решения международных проблем.

Что касается Алеппо, то мы уже устали слушать причитания американских коллег из нынешней администрации по поводу того, что надо немедленно прекратить боевые действия, а русские хотят сделать это только после согласования коридоров. Говорят, что три дня это мало, и нужно сразу прекращать боевые действия. Если же вспомнить историю, то еще после 9 сентября можно было потратить два-три-четыре-семь дней и согласовать такие коридоры, чтобы боевики ушли из Алеппо и там была бы восстановлена законная легитимная власть. Вместо того, чтобы этим заниматься, нас и сирийские вооруженные силы каждый день призывают на завтра прекратить боевые действия, а сами не делают ничего, «не ударили палец о палец» для того, чтобы отмежевать своих умеренных от «чужих» террористов. Странно, потому что я регулярно слышу эти причитания на брифингах Госдепартамента США. На самом деле все очень просто. Мы в Женеве контактировали с американскими экспертами, нужно было сделать очень простую вещь – потраченное впустую время можно было давным-давно использовать для того, чтобы решить все вопросы, касающиеся вывода боевиков и окончательного освобождения гражданских лиц, которые фактически находятся в заложниках у боевиков. Мы, как я уже говорил не раз, работаем со всеми, кто так или иначе влияет на обстановку «на земле»: это страны региона и, прежде всего, Турция. Президенты Российской Федерации и Турецкой Республики регулярно общаются лично и по телефону, обсуждают вопросы, которые предстоит решать, чтобы не допустить разрастания террористической угрозы и пресечь ее на территории Сирии, Ирака и других стран, потому что ИГИЛ «пустил побеги», по сути дела, по всему региону. В рамках этих контактов согласован механизм взаимодействия по линии дипломатических ведомств, военных и специальных служб. Мы имеем общее понимание задач, которые стоят перед международным сообществом, прежде всего антитеррористических и по сохранению территориальной целостности Сирии, недопущению ее развала. Так что могу вас заверить, что наши контакты с турецкой стороной, действия, направленные на координацию наших шагов в Сирии, весьма интенсивны и носят регулярный характер.

Вопрос: Как Вы прокомментируете слова Федерального канцлера ФРГ А.Меркель и Президента Франции Ф.Олланда о том, что они продлят санкции против России еще на шесть месяцев?

С.В.Лавров: По-моему, это не единственные политические деятели современного мира, которые грозят России санкциями, теперь уже за Сирию. Слышим мы и про то, что мы недостаточно работаем и по другим направлениями. Скоро, наверное, нас обвинят и в том, что по Ливии не удается договориться и что в Йемене все разваливается.

Регион этот разбередили наши натовские коллеги в нарушение всех норм международного права, резолюции СБ ООН, теперь они ищут виноватого. Не только Канцлер ФРГ и Президент Франции, но и другие руководители западных стран – Канады, Италии, Великобритании, т.н. «Группа семи минус Япония». Эта «шестерка» несколько дней назад выпустила заявление, в котором нас обвинили в том, что мы не даем ООН возможность доставить гуманитарную помощь. Это, мягко говоря, неправда. Нам вменили то, что мы, якобы, удерживаем Правительство САР от того, чтобы оно дало согласие на гуманитарный план ООН. Это тоже неправда –Правительство согласие свое дало. Другое дело, что боевики так толком и не подписались под этим планом. То, что западная «шестерка» заявила о будто бы имеющемся согласии боевиков, тоже неправда. Нам представители ООН показали бумажку, на которой не было ни одной подписи, просто содержалось перечисление семи или восьми организаций, которые засели в Восточном Алеппо и которые якобы готовы сотрудничать в доставке гуманитарной помощи. Для того, чтобы сотрудничать с ними, нужно иметь не просто «филькину грамоту», нужны конкретные подписи, координаты этих людей, чтобы с ними напрямую договариваться.

В заявлении «шестерки» было много чего, включая прямое обвинение в военных преступлениях, угрозы всем тем, кто поддерживает сирийское правительство. Я думаю, что это просто от безысходности и неспособности наших западных партнеров урезонить тех, кого они подпитывали, кого создали и вооружали в единственном стремлении сменить режим в Сирии. Они надеялись, что сотрудничать с экстремистами можно, если есть общая цель – свержение режима Б.Асада. После этого они рассчитывали справиться и с экстремистскими организациями. Так не бывает. На эти грабли наши западные партнеры наступали неоднократно, в результате их действий была создана «Аль-Каида» и ИГИЛ. Сейчас в результате их действий укрепляется еще одна террористическая структура под названием «Джабхат ан-Нусра».

Мы по-прежнему готовы работать в рамках равноправного диалога с участием всех стран, которые так или иначе влияют на ситуацию в Сирии с тем, чтобы как можно скорее прекратить насилие, покончить с террористами и начать без всяких предварительных условий политический процесс, как того и требует резолюция СБ ООН. Критерием оценки действий той или иной страны являются не односторонние заявления наших западных партнеров из США и Европы, а те требования, которые содержатся в резолюции СБ ООН, посвященной сирийскому урегулированию.

Россия. Сербия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 13 декабря 2016 > № 2023098 Сергей Лавров


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 1 декабря 2016 > № 1990000 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу по итогам пятого заседания российско-турецкой Совместной группы стратегического планирования, Турция, 1 декабря 2016 года

Уважаемые дамы и господа,

Хотел бы начать с того, чем завершил мой коллега Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу, выразить признательность губернатору провинции, мэру города за гостеприимство. Конечно, благодарность Министру иностранных дел Турции М.Чавушоглу за приглашение провести в Аланье пятое заседание российско-турецкой Совместной группы стратегического планирования, которая была создана лидерами двух стран и действует в рамках Совета сотрудничества высшего уровня.

Как сказал Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу, оказавшись в Аланье, сразу ощущаешь гостеприимство здешних жителей, властей и понимаешь, почему многие россияне остались здесь для постоянного проживания. Когда я вчера прилетел, то в аэропорту видел несколько наших соотечественников, которые были очень рады, что именно Аланью выбрали в качестве места проведения нашего сегодняшнего мероприятия.

Мы, по-моему, очень полезно поговорили по самому широкому спектру вопросов. Особое внимание уделили острым международным проблемам, в частности ситуации в Сирии. Мы были едины в понимании того, что необходимо как можно скорее пресечь террористические угрозы в этой стране, прекратить кровопролитие, перевести процесс урегулирования в политическое русло и обеспечить решение гуманитарных проблем, доставку помощи. Все это должно осуществляться в соответствии с теми решениями, которые были приняты ранее в рамках Международной группы поддержки Сирии (МГПС), членами которой являются Российская Федерация и Турция, и на основе резолюции 2254 СБ ООН, сформулировавшей комплексный подход ко всем аспектам сирийского кризиса в интересах его устойчивого и надежного урегулирования.

Мы также обменялись мнениями относительно положения дел в других частях региона Ближнего Востока и Севера Африки, включая Ливию, Ирак, Йемен. Во всех этих случаях наша общая позиция заключается в том, что необходимо обеспечивать инклюзивный характер политического процесса, диалог с участием всех политических этноконфессиональных сил каждой из этих стран, которые переживают очень тяжелые времена. Рассчитываем, что именно таких позиций будут придерживаться и другие международные игроки, которые имеют то или иное влияние на положение дел в перечисленных и других странах.

Обсудили, конечно же, проблематику кипрского урегулирования, включая содействие межобщинному диалогу, а также роль международного сообщества на переговорах и после того, как будет достигнуто, мы надеемся, скоро, соглашение сторон.

Обменялись оценками положения дел в Закавказье, в черноморском регионе, где мы имеем очень хорошие перспективы возобновления тесного сотрудничества. Поговорили о кризисе на Украине, а также о сотрудничестве в рамках ООН, ОБСЕ, других международных организаций.

Мы подтвердили нашу поддержку деятельности специальной мониторинговой миссии ОБСЕ на Украине. Отметили очень квалифицированное руководство этой миссии Э.Апаканом, который достойно представляет Турцию в рамках этого международного процесса.

Конечно же, подробно говорили о наших двусторонних отношениях. С удовлетворением констатировали обоюдную заинтересованность в их поступательной нормализации в соответствии с договоренностями Президента Российской Федерации В.В.Путина и Президента Турецкой Республики Р.Т.Эрдогана. Рассмотрели ход подготовки предстоящих контактов в рамках очередного заседания Совета сотрудничества высшего уровня под сопредседательством президентов В.В.Путина и Р.Т.Эрдогана.

Мы, как сказал мой коллега Министр иностранных дел Турции М. М.Чавушоглу, подчеркнули важность продолжения наших усилий для преодоления негативных тенденций в торгово-экономической области, где товарооборот у нас пока снижается. Как договорились президенты, мы делаем упор на сферу энергетики. Затронули вопросы дальнейшего снятия ограничений на наши экономические связи. Исходим из того, что взаимодействие по всем этим вопросам будет расширяться в рамках Смешанной Межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству.

Со своей стороны отметили прогресс, достигнутый в реализации проекта «Турецкий поток», который, безусловно, отвечает интересам России, Турции и европейских стран. Положительно оценили подготовительные работы по строительству в Турецкой Республике атомной электростанции на площадке «Аккую» силами российских специалистов. Наши друзья подтвердили, что этому проекту будет предоставлен официальный статус стратегической инвестиции. Намерены активнее использовать имеющийся потенциал сотрудничества в военно-технической сфере и в области оборонной промышленности.

Мы за то, чтобы возобновилась деятельность Форума общественности двух стран, начиная, может быть, со встречи его сопредседателей.

Отметили возобновление туристического потока, который набирает темпы. Естественно, мы обратили внимание на то, что необходимо соблюдать рекомендации в сфере безопасности, которые были сформулированы нами на этапе подготовки к возобновлению туристических связей.

Мы руководствуемся безопасностью наших граждан как в том, что касается расширения туризма, так и в том, что касается возвращения к упрощенному визовому режиму между нашими странами.

В целом еще раз хотел бы сказать, что мы провели очень полезные переговоры, и мы удовлетворены их результатами. Уверен, что они будут способствовать дальнейшему восстановлению наших полноформатных связей. Еще раз глубокая признательность Министру иностранных дел Турции М.Чавушоглу, властям провинции и города Аланья.

Вопрос (к обоим министрам): Как известно, Турция ранее заявляла, что ее военное присутствие на территории Сирии направлено на борьбу с ИГИЛ. По словам Президента Турции Р.Эрдогана, у Анкары, оказывается, иная цель - это свержение режима Б.Асада. Как Вы можете это прокомментировать? Турция ведь неоднократно говорила, что военного решения сирийского кризиса нет. На заявление Р.Эрдогана очень резко отреагировали в Москве, в том числе в МИД России. Сегодня об этом также говорил заместитель Министра иностранных дел России С.А.Рябков.

Прокомментируйте, пожалуйста, также реакцию западных стран на освобождение значительной части территории Восточного Алеппо. Что вы можете сказать о гуманитарной ситуации там?

С.В.Лавров (отвечает после М.Чавушоглу): Могу также подтвердить, что президенты России и Турции регулярно общаются. За последние несколько дней они, по-моему, трижды разговаривали по телефону, углубляя и конкретизируя договоренности, которые были достигнуты в ходе их личных встреч, в том числе в отношении сирийского урегулирования.

В ответ на вопросы журналистов мы уже дали оценку некоторым последним заявлениям. Но, еще раз подчеркну, в практической работе мы руководствуемся не чьими-то односторонними заявлениями, которых звучит немало, а теми договоренностями, которые были достигнуты президентами. Могу вас ответственно заверить, что эти договоренности выполняются по линии дипломатических, военных и специальных служб. Рассчитываю, что очень тесное сотрудничество России и Турции по сирийской проблеме поможет внести реальный вклад в выполнение тех решений, которые приняло международное сообщество.

По крайней мере политический процесс, о чем только что сказал Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу, «топчется на месте». Наши коллеги из ООН, которым поручено проводить инклюзивные межсирийские переговоры, по каким-то причинам не могут это сделать. Мы не можем ждать бесконечно. Будущее Сирии должны определить сами сирийцы. Россия и Турция в практических делах всячески способствуют тому, чтобы создать для их инклюзивного диалога необходимые благоприятные условия, как это и записано в резолюции 2254 СБ ООН.

Что касается реакции западных коллег на освобождение Восточного Алеппо, то они, по-моему, как-то приутихли в последнее время. Я что-то не слышал в последние дни этой абсолютно необоснованной, оголтелой критики. Наверное, они поняли, осознали, что ситуация в Восточном Алеппо ничем не отличается от ситуации в иракском Мосуле. Сейчас Запад призывает гражданское население уйти из Мосула, поскольку необходимо освободить этот город от террористов. Та же самая задача стоит перед сирийской армией при нашей поддержке в том, что касается освобождения Алеппо от террористов. Призывая гражданское население покинуть Мосул и дать возможность расправиться с бандитами, наши западные коллеги одновременно спрашивали нас, зачем мы призываем мирных граждан уйти из Восточного Алеппо. То есть здесь налицо двойной стандарт. В том и в другом случае очевидно для всех непредвзятых наблюдателей, что террористы в иракском Мосуле и террористы в сирийском Алеппо используют гражданское население в качестве «живого щита».

Мы помогли сирийским властям преодолеть попытки террористов заблокировать выход мирных граждан из Восточного Алеппо и даже выход тех боевиков, которые были готовы уйти с позиций, на которых верховодит «Джабхат ан-Нусра». Уже много сотен граждан смогли оттуда выбраться, включая примерно 500 боевиков различных группировок, которые порвали с «Джабхат ан-Нусрой». Задача по отмежеванию умеренных оппозиционеров от «Джабхат ан-Нусры», которую американцы взялись выполнять и которую они провалили полностью, выполняется сейчас уже по факту. Думаю, что приглушенность этой критики в наш адрес отражает понимание нашими западными коллегами, что они проводили несостоятельную политику по этим направлениям.

Что касается гуманитарной ситуации в Восточном Алеппо, мы все дни и недели, в которые проводилась и продолжает проводиться операция по освобождению Восточного Алеппо от террористов, использовали любую возможность для того, чтобы помогать мирным гражданам, доставляя туда гуманитарную помощь вопреки угрозам со стороны т.н. местного совета предотвращать поступление гуманитарных конвоев, обстреливать их и т.д. Теперь, когда значительная часть Восточного Алеппо была освобождена, нет никаких препятствий для доставки гуманитарной помощи по дороге «Кастелло». Мы сказали об этом сотрудникам ООН в Нью-Йорке и Женеве. Не понимаем, почему они до сих пор не предприняли никаких крупных акций по организации гуманитарных конвоев. Тем временем по линии наших военных и МЧС России туда доставляется гуманитарная помощь, в Восточном Алеппо разворачиваются мобильные госпитали, направляются врачи, необходимые медикаменты, оборудование. Так что вместо стенаний по поводу того, что жители Восточного Алеппо не могут получить помощь, мы занимаемся конкретными делами. Надеемся, что международные организации, включая ООН, последуют нашему примеру.

Вопрос (адресован обоим министрам): Российская Федерация ввела визовый режим в отношении турецких граждан. Это создает большие препятствия для турецких предпринимателей, производителей и экспортеров. Можно ли сказать, что все санкции в отношении сельхозпродукции и другой продукции турецкого производства сейчас будут приостановлены и сняты?

С.В.Лавров: Я уже сказал, что мы последовательно продвигаемся к полной нормализации наших отношений. Уже нет никаких политических препятствий для расширения взаимной торговли. Речь идет исключительно о соблюдении фитосанитарных требований. На значительную часть сельскохозяйственной продукции ограничения уже сняты. Ограничения на остальные товары этой группы будут сняты, как только состоятся профессиональные инспекции, подтверждающие фитосанитарную чистоту тех или иных предприятий. Мы, кстати, в свою очередь, попросили наших турецких коллег проинспектировать наши предприятия, которые производят мясо-молочную продукцию, в расчете на то, что мы будем поставлять эту продукцию на турецкий рынок в существенных объемах.

Говорили мы сегодня и о том, как турецкие предприниматели работают в России. Очень многие из них никогда не прекращали свою деятельность, свои проекты, которые реализуются совместно с российскими партнерами, как прямые инвестиции турецкой стороны. В контексте реализации новых крупных проектов мы будем готовы рассматривать возможность привлечения на широкой основе турецкой рабочей силы.

Насчет виз сегодня уже говорили. Чтобы мы вернулись к упрощенному визовому режиму, необходимо все-таки решить ряд проблем в сфере безопасности. Мы обратились к нашим турецким коллегам с просьбой более эффективно сотрудничать в выявлении лиц, причастных к террористической деятельности, в том числе тех, кто перемещается из России в Турцию и обратно. Такой диалог предусмотрен консульской конвенцией между нашими странами, но далеко не всегда ее положения реализуются. Думаю, что сотрудничество по этим конкретным вопросам, от которых зависит безопасность, должна быть более эффективно отлажена. С этой целью мы договорились провести специальные консультации.

Все эти меры вкупе с проектами «Турецкого потока», атомной электростанции должны позволить существенно увеличить наш товарооборот, который сокращается не только по причинам, относящимся к российско-турецким отношениям, но и потому, что мировая конъюнктура, прежде всего, цены на сырье, углеводороды, находится в понижательном тренде. Несмотря на это, цель для товарооборота достичь 100 млрд. долл. США все равно будет реализована. На это направлены все наши усилия в сфере экономики, инвестиционного сотрудничества. Подробно по всем этим вопросам будут говорить наши премьер-министры в ближайшее время.

Вопрос (адресован обоим министрам): Соответствует ли действительности публикация в газете «Файнэншл Таймс» о том, что Турция выступает в качестве посредника на переговорах между Россией и вооруженными отрядами оппозиции в сирийском Алеппо? По сведениям издания, этот процесс проходит без какого-либо участия Вашингтона.

С.В.Лавров: Мы никогда не уклонялись от контактов со всеми группами оппозиции. По нашему настоянию в резолюцию 2254 Совета Безопасности ООН по инициативе МГПС было включено положение о необходимости диалога с участием всех ключевых политических групп оппозиции. На встрече в Лозанне, где мы оба присутствовали около месяца назад, шла речь и о том, что помимо политической оппозиции, которая в своей значительной части представлена эмигрантами, не появляющимися в Сирии, существует еще и вооруженная патриотически настроенная оппозиция, болеющая за судьбу своей страны, которая «на земле» реально контролирует целые территории САР. В Лозанне мы выступили за налаживание прямых контактов с полевыми командирами этих отрядов. Если Вы внимательно следите за тем, как работает созданный Министерством обороны России в сотрудничестве с сирийскими властями Центр по примирению враждующих сторон в Хмеймиме, то Вы, наверное, вспомните, что уже более тысячи населенных пунктов и контролирующих их отрядов стали участниками этого процесса примирения и прекращения боевых враждебных действий между оппозиционерами в соответствующих городах и ВС САР. Мы никогда не уклонялись ни от контактов с любыми политическими оппозиционными группами, ни от контактов с полевыми командирами. Поскольку наши турецкие коллеги также имеют контакты и с теми, и с другими, включая полевых командиров, мы обмениваемся информацией о том, какие настроения царят в этой среде. Мы побуждаем их к тому, чтобы они стали частью решения проблемы в русле того, о чем говорилось в рамках МГПС и Совета Безопасности ООН. По понятным причинам мы не будем говорить о деталях этой работы. Она ведется профессионально и сейчас продолжается.

Вопрос: Некоторое время тому назад поступили сообщения, что в Анкаре прошла встреча с членами умеренной оппозиции. Как Вы это прокомментируете?

С.В.Лавров: Я уже прокомментировал информацию, касающуюся возможной встречи в Анкаре, отвечая на предыдущий вопрос.

Вопрос: 24 ноября с.г. на ведущих военную операцию «Щит Евфрата» военных Турецкой Республики, действующих на территории САР, было совершено нападение. Обсуждали ли вы этот вопрос? Как действовала нападавшая сторона?

С.В.Лавров: Что касается инцидента 24 ноября, когда турецкие военнослужащие, участвующие в операции «Щит Евфрата», были подвергнуты бомбардировке с воздуха, то этот вопрос обсуждался нашими представителями на самых разных уровнях сразу после того, как это произошло. Есть общее понимание, что Россия, как и ВВС САР не имеют к этому никакого отношения. Безусловно, для того, чтобы мы все сконцентрировались на заявленных задачах, а именно на борьбе с террористами, нам нужно продолжать налаживать координацию. У нас есть координация с целью избежания непреднамеренных инцидентов с коалицией, возглавляемой США, частью которой является Турция. Думаю, что по этим каналам нужно также проверить, кто летал, а кто не летал тогда.

?

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 1 декабря 2016 > № 1990000 Сергей Лавров


Россия. Турция. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 25 ноября 2015 > № 1639187 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова российским и иностранным СМИ, Москва, 25 ноября 2015 года

С.В.Лавров: Я только что закончил телефонный разговор с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу. Он только вчера был назначен и сегодня утром срочно попросил о телефонном контакте. Естественно, я согласился. Конечно, мы вчера ждали каких-то объяснений с турецкой стороны, и, может быть, на более высоком уровне, но лучше поздно, чем никогда.

Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу начал с того, что принес, как он подчеркнул, искренние соболезнования в связи с гибелью российских военнослужащих. Он выразил сожаление в связи с произошедшим, но одновременно пытался оправдывать действия ВВС Турции тем, что самолет, несмотря на многократные предупреждения, нарушал турецкое воздушное пространство, и в итоге на целых 17 секунд все-таки залетел в воздушное пространство Турецкой Республики. Говорил он также и о том, что турецкие диспетчеры и летчики не знали, что это российский самолет, поскольку, мол, там летают и сирийские ВВС (замечу, что там летают и натовские самолеты). Даже если, исходя из семнадцатисекундного пребывания в воздушном пространстве, сразу открывать огонь, то можно и по своим попасть. Тем более, что в документе, который мы подписали с американцами (я об этом сказал Министру иностранных дел Турции М.Чавушоглу), призванном изложить меры, которые необходимо принимать в воздухе для избежания непреднамеренных инцидентов, есть специальный пункт, гласящий, что американцы берут на себя обязательства обеспечить, чтобы все без исключения участники коалиции следовали согласованным в этом документе процедурам. Поинтересовался у моего турецкого коллеги, согласовывали ли турки свои действия против российских самолетов с американцами как с начальниками коалиции. Он ничего не смог мне ответить. Напомнил ему и о том, что по российской инициативе с момента начала операции ВКС Российской Федерации в Сирии между Национальным центром управления обороны России и турецким министерством обороны была установлена линия экстренной связи, которая не задействовалась ни вчера, ни до этого. Это тоже вызывает большие вопросы.

У нас серьезные сомнения в том, что это был непреднамеренный акт. Это очень похоже на спланированную провокацию, о чем говорят репортажи, которые делаете вы и ваши коллеги, показывая заранее подготовленный видеоряд, и многие свидетельства того, что все это было спланировано. Несмотря на то, что мой коллега заверял меня в обратном, я подробно привел ему оценки, изложенные вчера Президентом Российской Федерации В.В.Путиным в начале встречи с Королем Иордании Абдаллой II, привел дополнительные факты, которые мы сейчас анализируем. В частности, я упомянул, что, по последней информации, в этом районе, который наши турецкие коллеги считают населенным туркоманами, там, как сказал вчера Президент России В.В.Путин, не только насчитывается несколько сотен, а может быть и тысяч с лишним боевиков из числа граждан Российской Федерации, которые представляют прямую угрозу нашей безопасности и безопасности наших людей, но в этом же районе расположена и инфраструктура боевиков, включая склады с вооружением и боеприпасами, командные центры, пункты снабжения. Я поинтересовался, не означает ли такое внимание Турции к этому району, включая постоянные предложения создать буферную зону на этой территории, стремления оградить эту инфраструктуру и не допустить ее уничтожения. На этот вопрос тоже не получил ответа.

Я также сказал, что в свете вчерашнего случая с нападением турецких ВВС на российский самолет, в новом свете предстает ситуация с нелегальной торговлей нефтью, вообще с нелегальной нефтяной индустрией, которую игиловцы создали на своей территории. Произошедшее вчера случилось после того, как по этим бензовозам и в целом по этим нефтяным приискам стали наноситься прицельные и весьма эффективные удары нашей авиации.

Напомнил я и о том, что когда в Анталье встречались наши президенты «на полях» саммита «Группы двадцати», турецкая сторона опять зондировала тему относительно буферной, бесполетной зоны. Я выразил надежду, что подобные поползновения, которые сопряжены с вторжением на сирийскую территорию, на территорию суверенного государства, не получат продолжения, и что вчерашнее нападение на наш самолет и вся эта ситуация не будут использованы для того, чтобы «не мытьем, так катанием» протаскивать эту идею создания бесполетной, буферной зоны. Обратил внимание на то, что по итогам вчерашнего заседания Совета НАТО, которое турки созвали на уровне постоянных представителей в Брюсселе, звучали весьма странные оценки, которые не содержали никакого сожаления и соболезнования, и, по сути дела, имели целью покрывать то, что сделали вчера турецкие ВВС. Такая же странная реакция прозвучала и со стороны Европейского союза.

Турецкий Министр иностранных дел М.Чавушоглу заверял в стремлении сохранять дружеские отношения, вновь и вновь говорил, что это право Турции наносить удары по любым нарушителям воздушного пространства. Напоминал о том, что соответствующие призывы к нам делались еще в начале октября, когда один раз российский самолет залетел на несколько секунд в турецкое воздушное пространство, и этот эпизод получил исчерпывающие разъяснения с нашей стороны. Но он ссылался на предупреждение о том, что в следующий раз турецкие ВВС уже не смогут не реагировать.

Действительно, такие предупреждения нам делались, но наши данные объективного контроля, как вы знаете, четко говорят о том, что самолет находился в сирийском воздушном пространстве, где и был сбит, и упал в 4 км от турецкой границы. Но даже если принять на веру то, что говорят наши натовские коллеги и что мне сегодня подтвердил Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу, а именно, что самолет находился в турецком воздушном пространстве целых 17 секунд, то я тут же вспомнил случай, произошедший 3 года назад, в 2012 году, когда только начиналась сирийская трагедия. Тогда Анкара обвинила Дамаск в том, что сирийские ВВС сбили турецкий самолет, сказав, что он вторгся в воздушное пространство Сирии. Господин Т.Эрдоган, который тогда был, по-моему, Премьер-министром, выступая в парламенте, заявил, что краткое нарушение воздушного пространства и границы никогда не может быть каким-либо предлогом для применения силы. Я напомнил об этом высказывании моему турецкому коллеге, и он тоже на это не мог мне ничего ответить, лишь повторил, что они не знали, что это за самолет.

Беседа продолжалась около часа. В ответ на его призывы сохранять добрые отношения и наладить диалог по произошедшему, я подтвердил сказанное вчера Президентом России В.В.Путиным. Во-первых, диалог нужно продвигать до того, как ты применил силу в ситуации, вызывающей массу вопросов. Во-вторых, я, кстати, убежден, что дружеские отношения между российским и турецким народом не зависят от действий тех или иных политиков, но то, что касается нынешней стадии наших отношений, тех соглашений, которые мы заключали с турецким правительством, которое сейчас работает в Анкаре, как сказал Президент России В.В.Путин, мы будем серьезно переоценивать и переосмысливать под углом нападения, которое было осуществлено на наш самолет. В качестве вступления здесь остановлюсь. Буду готов ответить на ваши возможные вопросы.

Вопрос: Вопрос о переоценке наших отношений. Турция действительно была дружественной страной, которая не присоединилась к западным санкциям, что у нас высоко оценили. И в одночасье страна из дружественной стала недружественной. Сейчас всех интересует, как будут дальше строиться отношения. Не будем ли мы воевать с Турцией? Для нас Турция, прежде всего, – это туризм, «Голубой» и планируемый «Турецкий» потоки, турецкие строители, импорт. Наконец, не надо забывать про проливы, через которые наши корабли проходят из Черного в Средиземное море. Как это может отразиться на наших отношениях в дальнейшем? Не будет ли сворачиваться сложившиеся за годы налаженное партнерство?

С.В.Лавров: Воевать с Турцией мы не собираемся. Отношение к турецкому народу у нас не изменилось. У нас возникают вопросы к действиям нынешнего турецкого руководства. Я перечислил целый ряд фактов, которые показывают наличие у нас доброй воли, что мы всегда стремились наладить практические, прагматичные отношения с нашими турецкими соседями, в т.ч. в контексте сирийского кризиса, и, особенно, когда мы начали операцию Воздушно-космических сил в Сирийской Арабской Республике по просьбе официального Дамаска.

Вчера Президент России В.В.Путин особо подчеркнул, что мы всегда стремились с уважением относиться к региональным интересам наших соседей, включая региональные интересы Турции. Скажу уж теперь, т.к. сейчас это не должно являться секретом, что, конечно, многие факты, о которых мы сейчас говорим (как террористы используют турецкую территорию для подготовки своих операций в Сирии и терактов в различных странах, как с этим пытаются или не пытаются бороться официальные турецкие власти) были давно всем известны. Не то, чтобы мы старались на них закрывать глаза, но мы постоянно старались учитывать законные интересы наших турецких соседей и пытались доверительно и откровенно в диалоге с ними разъяснять нашу линию, убеждать в том, чтобы они проводили более взвешенную политику, не зацикленную только на свержении Президента Сирии Б.Асада любым путем, предполагающую союзнические отношения с любыми, самыми оторванными, отвязными экстремистскими группировками. Никогда и ни на каких уровнях мы эту работу не предавали огласке, никогда не высказывали каких-то негативных оценок действий турецкого руководства, всегда призывали к поиску конструктивных совместных действий в двухстороннем плане и в контексте многосторонних усилий по урегулированию сирийского кризиса, борьбе с терроризмом. К сожалению, Анкара взаимностью не отвечала, и еще задолго до начала действий наших ВКС оценки политики России в сирийском кризисе, я считаю, были неподобающими для официальной презентации руководящими деятелями Турецкой Республики.

Конкретно по тем вопросам, которые Вы задали, по аспектам нашего сотрудничества, которые являются предметом межправительственных соглашений, подписанных или готовящихся, сейчас у Правительства России есть поручение, и оно рассматривает весь комплекс отношений. Конечно, мы не хотим искусственно создавать проблемы для турецких производителей и экспортеров, которые, конечно же, не несут никакой ответственности за произошедшее, не хотим мы создавать излишних проблем и для наших граждан и компаний, взаимодействующих с турецкой стороной. Но мы не можем оставить без реакции произошедшее не потому, что мы обязательно должны чем-то ответить, совсем нет. Просто на самом деле на турецкой территории накопилось слишком много явлений, которые представляют собой прямую террористическую угрозу нашим гражданам и не только. Это своего рода плацдарм, который мало кем контролируется, хотя поступает информация, что эти процессы, так или иначе спецслужбами, мягко говоря, все-таки сопровождаются. У нас многофункциональная, многокомпонентная ситуация, требующая межведомственного анализа, который будет оперативно проведен, будут подготовлены предложения для доклада Президенту Российской Федерации. Надеюсь, что это все произойдет быстро. Мы не будем делать каких-то предложений, которые будут искусственно создавать отчуждение между народами наших стран.

Что касается конкретной меры, которую мы уже осуществили, я имею в виду рекомендацию нашим гражданам не посещать Турцию, – это не какая-то месть, это сделано не по горячим следам или с горячей головы. Мы весьма объективно оценили наличие террористических угроз в Турции. Эта рекомендация сделана на основе объективного и всестороннего анализа ситуации.

Вопрос: Как Вы оцениваете реакции НАТО на этот инцидент? Ведь это самый серьезный инцидент в отношении НАТО и России с 1950 года.

С.В.Лавров: Я уже сказал, что слушал заявление Генерального секретаря НАТО Й.Столтенберга. Мне показалось, что это было немножко вымученное заявление, по большому счету, покрывающее то, что произошло с турецкой стороны. В НАТО все-таки 28 членов, поэтому то, как шла вчера в Брюсселе дискуссия, не засекретить, и кое-какая информация до нас доходит. В ходе дискуссии было очень жарко, очень горячо. В адрес Турции за нападение на российский самолет высказывались очень нелицеприятные оценки, но пресловутая солидарность союзников и принцип консенсуса все-таки возобладали. Конечно, мы понимаем, что Турция никогда не пропустила бы какие-либо критические комментарии в общей позиции, которые излагал Генеральный секретарь НАТО Й.Столтенберг. Но мы также знаем, что заявление, которое сделал Генсекретарь Альянса, не было дословно согласовано со всеми. Он как бы взял на себя ответственность, посмотрел, наверное, на ведущих членов НАТО, прислушался к ним и сказал то, что сказал. Особенно я бы выделил (и я сегодня сказал это М.Чавушоглу) его фразу, общий смысл которой заключался в том, что произошедшее вчера лишний раз подчеркивает необходимость принятия мер в контексте опасного приближения российской военной инфраструктуры к границам НАТО. Надеюсь, все присутствующие здесь люди грамотные, им не нужно объяснять, какая лицемерная подоплека под этим заявлением. Примерно то же самое витиевато высказали представители Европейского союза.

Ф.Могерини сегодня выступает в Европарламенте, она тоже просила о телефонном разговоре. Может быть, после встречи с вами у нас такая возможность появится.

Вопрос: Вы собирались лететь в Турцию, чтобы обсудить возможное участие этой страны в альянсе с Россией в борьбе против «ИГ». Сейчас эта возможность навсегда потеряна или есть некие какие-то условия, при соблюдении которых Россия готова это участие, как минимум, обсуждать?

С.В.Лавров: Я собирался лететь в Турцию по другой причине – у нас сложилась действовавшая до вчерашнего дня структура межгосударственного диалога. Верхушка этого диалога – это Совместный Российско-турецкий Совет сотрудничества высшего уровня (президентский совет) с участием основных министров. Координирующей повседневной структурой является Российско-Турецкая Совместная группа стратегического планирования, которую возглавляют министры иностранных дел. На сегодня в Стамбуле была запланирована ее очередная сессия (они поочередно проводятся в Турции и в России). Разумеется, после вчерашнего нападения на наш самолет мы сессию отменили. У нас пока нет каких-либо планов наносить визиты в Турецкую Республику или принимать здесь турецких коллег.

Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу понимает, что это было неизбежно, он так мне прямо и сказал про отмену сегодняшней встречи и выразил надежду, что мы где-нибудь «на полях» международных мероприятий сможем «присесть и спокойно все обсудить». В частности, он упоминал СМИД ОБСЕ, который состоится 3-4 декабря с.г. в Белграде. Я не ангажировался, потому что прежде всего необходимо, конечно, не «спокойно все обсуждать», а понять все аспекты и последствия произошедшего. От контактов мы не уходим, и мой сегодняшний телефонный разговор с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу тому свидетельство.

Вопрос о коалиции по борьбе с терроризмом очень хороший. Формально Турция является членом коалиции, которую создали США. Помимо содержащихся обязательств в российско-американском меморандуме об избежании инцидентов в воздухе, заключенном по линии военных, и принятии конкретных мер, которые в этом меморандуме перечислены, американцы в этом документе записали, что он распространяется на всех участников коалиции, включая и Турцию. Но каких-либо мер предосторожности, предусмотренных этим российско-американским документом, турки не предпринимали. Помимо этого документа в американской коалиции есть и внутрикоалиционная дисциплина. Некоторые члены коалиции, в том числе предоставившие свои боевые самолеты для нанесения ударов по территории Ирака и Сирии, доверительно нам поведали, что поскольку самолеты на вооружении их ВВС американского производства, США требуют от этих участников коалиции прежде, чем наносить удары, спрашивать согласия на такую акцию. Как я понимаю, наш самолет был сбит американским истребителем F-16. Интересно, распространяется ли это требование США о применении полученных участниками коалиции американских боевых самолетов только с согласия Вашингтона на Турцию? Если распространяется, то, интересно, спрашивала ли Турция разрешения у Соединенных Штатов Америки поднять в воздух свои самолеты и сбить над сирийской территорией пусть даже и неизвестный самолет. Все это вызывает очень много вопросов.

Президент Франции Ф.Олланд, которого мы ждем завтра в Москве, находился в Вашингтоне и провел совместную пресс-конференцию с Президентом США Б.Обамой. Лидеры акцентировали, что бить нужно только по ИГИЛ, и что Россия будет поступать «правильно», если она ограничит свои удары только позициями «Исламского государства». Во-первых, во всех документах, в том числе «Венского процесса», говорится о «Исламском государстве», «Джабхат ан-Нусре» и других террористических группировках». Я понимаю сложность для наших западных партнеров отойти от этой узкой интерпретации антитеррористических задач, потому что, как только мы вступаем в сферу определения, кто же является террористом, внутри западной коалиции начинаются очень глубокие разногласия. Есть курдские отряды. США рассматривают их в качестве союзников, вооружают, помогают им, как минимум советами. А Турция считает их террористами. Без внесения ясности в этот вопрос очень трудно двигаться дальше. Есть такие группировки как «Ахрар аш-Шам», которые многократно замечены в прямом сотрудничестве с ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусрой». Есть другие группировки, которые занимались совершенно изуверскими делами вместе с террористами, но которых пытаются «перекрасить» в умеренную оппозицию и предлагать ее в качестве партнера для переговоров с Правительством САР.

Две венские встречи коалиции (я сейчас говорю о коалиции, которая занимается политическим процессом, но она неизбежно будет заниматься и антитеррористическими аспектами) закончились тем, что мы договорились о следующем. Во-первых, политический процесс должен вестись самими сирийцами – только сами сирийцы могут определять судьбу своей страны, включая судьбу Президента Сирии Б.Асада. Во-вторых, для того, чтобы этот процесс пошел, нужно как можно скорее созвать переговоры между оппозицией и Правительством Сирии под эгидой ООН, а для этого определить, наконец, кто же может представлять оппозицию в рамках единой сводной делегации. Такое поручение было дано представителю ООН, который сейчас занимается обобщением предложений, какие именно конкретные сирийские политические группировки (может быть, даже с включением представителей вооруженной патриотической оппозиции Сирии) могут сесть за стол переговоров с Правительством САР. В-третьих, договорились о необходимости выработать общее видение террористических организаций, составить общий список. Эту работу поручено координировать Иордании. Вчера в Сочи об этом шла речь с Королем Иордании Абдаллой II и Министром иностранных дел Н.Джодой. Они занимаются подготовительной работой, но этот процесс будет сложным. Пока не будет единого списка террористических организаций, на которые не будет распространяться прекращение огня (на каком-то этапе о прекращении огня говорить придется), пока не будет единого списка оппозиционной делегации, продолжать Венский процесс очень трудно. Все заклинания, которые мы слышим, о том, что Россия наконец-то активизировалась в политическом процессе, и что этот процесс надо продолжать, – от лукавого. Россия никогда не сбавляла оборотов в своих усилиях продвигать политический процесс, начиная с принятия по нашей инициативе Женевского коммюнике от 30 июня 2012 года, который мы тут же принесли в Совет Безопасности ООН для одобрения, а американцы и европейцы категорически отказались это делать, заявив, что они могут одобрить это Женевское коммюнике только с добавлениями о том, что Б.Асад должен уйти. Одобрили его в Совете Безопасности в итоге только полтора года спустя, когда принимали резолюцию по химической демилитаризации Сирии. Впоследствии мы постоянно проявляли инициативу, в том числе несколько раз собирали сирийскою оппозицию и представителей Правительства Сирии в Москве, принимали документы, призывали других к сотрудничеству. Но другие, в том числе те, кто составляет американскую коалицию, делали ставку на военное решение, на свержение режима Б.Асада. А когда поняли, что это не получается, только тогда они, наконец, изменили свою позицию.

Мы верны своей позиции, она у нас открытая, честная. Мы не должны, как некоторые наши партнеры, в том числе, в Европе, камуфлировать нашу линию какими-то не очень понятными зигзагообразными высказываниями, и мы рассчитываем, что так будут поступать и все остальные. При всей важности Венского процесса до тех пор, пока не будет выполнено решение последней встречи от 14 ноября с.г. о достижении согласия по составу оппозиционной делегации на переговорах с Правительством Сирии, о формировании единого списка террористических организаций, дальнейшее продолжение встреч в этом формате весьма сомнительно, по крайней мере, никакой отдачи от этого мы не ждем. Я сказал об этом нашим западным партнерам, Государственному секретарю США Дж.Керри, который на днях звонил и предлагал поскорее собраться снова. Я ответил, что собираться, чтобы провести очередную встречу и опять совершенно бессмысленно и бесперспективно «перетягивать канат» относительно судьбы Б.Асада, – это трата времени. Нужно договориться по террористам и составу делегации оппозиции. Без этого процесс не сдвинется: без этого не начнутся переговоры и нельзя будет обсуждать прекращение огня.

Вопрос: Что сегодня должна сделать Турция, чтобы рекомендации гражданам России не посещать страну были отменены? Будет ли отменено рейсовое авиасообщение в Турцию?

С.В.Лавров: Сейчас все это изучается. Не буду перечислять конкретные меры, потому что коллега задавал вопросы по конкретным аспектам нашего взаимодействия. Сейчас это все комплексно анализируется.

Возникает вопрос, что нужно сделать Турции для того, чтобы отношения нормализовались. Знаете, наверное, необходимо все-таки сделать выводы из того, что подобное нападение, которое произошло вчера, является абсолютно недопустимым.

Сегодня я услышал от Министра иностранных дел Турции М.Чавушоглу сожаления о том, что так произошло, соболезнования, но все остальное в нашей беседе с его стороны было нацелено на оправдание турецкой позиции. Я привел факты касательно отношения самой Турции к нарушениям ее самолетами воздушного пространства Сирии, напомнил ему о том, что турецкие самолеты в районе Эгейского моря заходят в воздушное пространство Греции в среднем 1,5 тысячи раза в год. Греция регулярно делает протесты по этому поводу, но безрезультатно.

Вчера мне звонил Министр иностранных дел Греции Н.Кодзиас, который тоже выражал солидарность с нами в связи с этой трагедией. Он напомнил, что 1,5 тысячи нарушений в год со стороны Турции стало привычным делом. Он не приемлет объяснений, что даже, если и было, как утверждает НАТО, семнадцатисекундное нарушение воздушного пространства, это является поводом для нападения самолета натовского государства на военный самолет Российской Федерации.

Мы не хотим давать каких-то рецептов. Наверное, турецкое руководство должно само думать о том, как жить в своей стране. Сегодня Президент Турции Р.Эрдоган перед открытием президиума Госсовета говорил о тенденциях политической жизни Турции. Это всем хорошо известно. В любом случае устранение причин и, конечно же, последствий, которые привели к тому, что турецкую территорию активно используют (не будем сейчас уточнять кто) для подготовки террористических отрядов, снабжения боевиков и их финансирования, само по себе является очень серьезным фактором.

Возвращаясь к пресс-конференции Президента Франции Ф.Олланда и Президента США Б.Обамы в Вашингтоне. Я обратил внимание, что Президент Франции Ф.Олланд предложил принять меры по закрытию турецко-сирийской границы, чтобы прекратить поток боевиков и подпитку террористов. Показательно, что Президент США Б.Обама на это никак не отреагировал. Думаю, что это верное предложение. Надеюсь, что завтра Президент Франции нам подробнее об этом расскажет. Мы были бы готовы всерьез рассмотреть необходимые для этого меры. Многие говорят, что перекрыв эту границу, мы, по сути, пресечем террористическую угрозу в Сирии.

Вопрос: Как Вы думаете, какова истинная цель турецкой стороны в атаке на российский самолет? Как отреагировали международные органы на произошедшее? Будет ли российская сторона требовать расследования данного инцидента на международном уровне?

С.В.Лавров: Я не могу судить об истинных целях. У нас достаточный массив информации, которая подтверждает, что это был преднамеренный, спланированный акт. Некоторые наши партнеры, которые вчера с нами связывались, сказали, что это была очевидная засада – ждали, следили, искали предлога. Мне трудно сказать, почему это было сделано. Бывают внутриполитические соображения, хотя выборы в Турции только что прошли, бывают соображения, связанные с отношениями с зарубежными партнерами, союзниками, со «старшими братьями». Не буду гадать и спекулировать.

Если за соответствующие органы держать НАТО и ЕС, то они кое-как отреагировали. Турки распространили в СБ ООН письмо, в котором излагают свою версию о том, что они многократно подвергались нарушениям своего воздушного пространства и в данном случае предупреждали, а самолет залетел на 17 секунд, и у них не оставалось выбора.

Это не производит впечатление на серьезных аналитиков и политиков. Мы не стали писать свои письма, а просто официально распространили в Совете Безопасности ООН дословно всю стенограмму вчерашнего заявления Президента Российской Федерации В.В.Путина перед началом переговоров с Королем Иордании Абдаллой II. Сейчас это официальный документ СБ ООН. Есть у нас и другие материалы, которые мы будем готовы предъявить нашим партнерам, в том числе, данные объективного контроля в том, что касается маршрута самолета, которые Министерство обороны Российской Федерации уже распространило.

Вопрос: Может ли ситуация вокруг сбитого российского самолета негативно отразиться на усилиях России по созданию широкой коалиции для борьбы с «Исламским государством»? Какие сигналы поступают из Вашингтона и Парижа? Каковы Ваши ожидания от завтрашней встречи в Москве Президента Российской Федерации В.В.Путина и Президента Франции Ф.Олланда?

С.В.Лавров: Я уже почти ответил на все эти вопросы. Эта ситуация не может не сказаться на тех усилиях, которые мы предпринимаем в рамках т.н. Венского процесса, в рамках созданной Группы поддержки Сирии, в которой обсуждаются, как я уже сказал, не только сугубо политические аспекты подготовки переговоров, но и важнейший вопрос о формировании общего подхода к террористическим организациям. Такая договоренность уже есть. Этот список должен быть согласован. Думаю, что теперь мы будем настаивать на том, чтобы помимо списка, члены этой группы согласовали также общее понимание тех каналов, по которым террористы получают подпитку и поддержку. Наверное, придется как-то даже разбираться с конкретными странами и принимать решение, чтобы такая поддержка прекращалась. Думаю, мы можем поставить этот вопрос в СБ ООН. Принята целая серия резолюций о недопущении покупки нефти с территории, захваченной террористами, награбленных артефактов, других видов торговли с ними. Кстати, по некоторым сообщениям, которые мы сейчас перепроверяем, на тех территориях Турецкой Республики, где террористы чувствуют себя спокойно, налажена даже торговля человеческими органами умерщвленных ими сирийцев, которые привозят из Сирии боевики «Исламского государства» и прочих террористических групп. На эту тему СБ ООН принял несколько резолюций, нацеливающих на необходимость пресечения контрабандной торговли нефтью, каких-либо финансовых и прочих отношений с террористами.

Прошел уже год, и пока никакого движения мы не видим, хотя в этих резолюциях содержится поручение государствам предоставлять информацию о том, что они делают для выполнения соответствующих требований СБ ООН. Думаю, необходимо оживить сейчас эту тему в Нью-Йорке. Попробуем сегодня внести для одобрения членами Совета Безопасности ООН поручение Генеральному секретарю рассказать (в Секретариат стекается вся информация), что известно о том, как подпитывается «Исламское государство», как идет торговля нефтью и артефактами, как поддерживаются террористические группы. Пусть обобщат информацию и нам ее представят. Необязательно в виде официального доклада, но чтобы хотя бы что-то у нас было в качестве отправной точки.

Вопрос: В СМИ мало информации о судьбе летчиков сбитого СУ-24. По некоторым данным, один летчик выжил и попал в плен. Будут ли стараться вернуть его на Родину? Будет ли Турция в этом помогать?

С.В.Лавров: Он уже на российской базе Хмеймим, это часть нашей Родины. Сегодня он был освобожден нашими спецназовцами с помощью сирийских экспертов и военнослужащих. Об этом часа два назад уже сообщил Министр обороны Российской Федерации С.К.Шойгу.

Россия. Турция. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 25 ноября 2015 > № 1639187 Сергей Лавров

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 17 сентября 2015 > № 1516682 Сергей Лавров

Комментарий и ответы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на вопросы представителей СМИ по итогам переговоров с Министром иностранных дел Турции Ф.Синирлиоглу, Сочи, 17 сентября 2015 года

Мы провели хорошие переговоры с моим турецким коллегой. Обсудили двусторонние отношения, в том числе в контексте графика предстоящих контактов на высшем и высоком уровнях. До конца года должно состояться заседание Совета взаимодействия на высшем уровне, которым руководят Президент России В.В.Путин и Президент Турции Р.Т.Эрдоган. Посмотрели на контакты по линии министерств иностранных дел, а также на состояние нашей договорно-правовой базы, где у нас находятся в стадии подписания или ратификации несколько важных документов.

Удовлетворены тем, как развиваются гуманитарные связи. В Турции уже больше года действует российский Центр науки и культуры. Аналогичное учреждение Турции скоро будет открыто на нашей территории.

Обсудили региональные дела, международную повестку дня, предстоящую сессию Генеральной Ассамблеи ООН, мероприятия по линии структур, занимающихся черноморским сотрудничеством.

Основное внимание было уделено ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки. У нас абсолютно общее видение тех целей, к которым нужно стремиться – это стабильность региона, недопустимость того, чтобы экстремисты сохраняли контроль, захватывая все новые и новые территории, необходимость обеспечить в каждой стране региона и на Ближнем Востоке и Севере Африки в целом безопасность и равные права всех этноконфессиональных групп. Есть разные идеи, которые не всегда совпадают на сто процентов, как двигаться к этим целям.

В том, что касается сирийского урегулирования, у нас есть общая заинтересованность в содействии началу значимого, конкретного, ориентированного результата политического процесса под эгидой ООН в соответствии с договоренностями, достигнутыми с участием России и Турции еще в июне 2012 г. (т.н. Женевское коммюнике), которые предполагают решение всех вопросов, с которыми сейчас сталкиваются сирийцы внутри своей страны, исключительно через общенациональный диалог, в котором должны участвовать представители всего спектра политических и общественных сил, всех этнических, конфессиональных групп. Результатом такого диалога должно быть общее согласие.

Я удовлетворен нашими переговорами. Мы условились продолжить контакты, как мы это делали с предшественником Ф.Синирлиоглу. У нас непрерывающийся диалог по линии министерств иностранных дел, существует программа консультаций. Сейчас мы готовим очередную двухлетнюю программу.

Вопрос: Смогли ли вы достичь консенсуса по поводу роли Президента Сирии Б.Асада в будущем? Что Вы могли бы сказать относительно участия российских формирований в борьбе с «Исламским государством» (ИГ)? Есть ли точки соприкосновения с турецкой стороной по этому вопросу?

С.В.Лавров: Консенсуса по поводу конкретных персоналий мы достичь не могли, потому что в том, что касается сирийского руководства и лично Президента Б.Асада, решать должен сирийский народ. На днях в интервью российским СМИ сирийский Президент это четко подтвердил. Есть демократические механизмы, выборы. Наверное, сирийцы сами должны договариваться, а международное сообщество содействовать тому, чтобы выборы, которые могут состояться в Сирии, были максимально прозрачными, демократическими, честными, справедливыми, под наблюдением беспристрастных организаций и представителей различных стран и структур.

Что касается борьбы с терроризмом. Мы неизменно говорим, что те, кто противостоит «Исламскому государству», должны объединиться. Это касается сирийской армии и армии Ирака, потому что ИГ действует на территориях прежде всего этих двух стран. Но не только - он уже прорастает своими побегами и в других государствах региона. Конечно, курдские ополчения в САР и Ираке являются естественными союзниками в борьбе с этой террористической структурой.

Сегодня мы с моим коллегой обменивались мнениями, вспоминали историю создания коалиции, которую возглавляют США. Сейчас мы видим, как эта коалиция (авиация США, в последнее время воздушные силы Великобритании, а теперь еще Австралии и Бельгии), которая договорилась с правительством Ирака о возможности нанесения ударов по позициям ИГ на территории этой страны и которая в одностороннем порядке объявила, что будет действовать аналогичным образом и на сирийской территории, нанося удары с воздуха по террористам, но без согласия сирийского правительства, наносит удары по позициям на сирийской территории. Французы объявили о начале разведывательных полетов, потому что располагают информацией, что где-то там могут быть какие-то «плохие люди, замышляющие теракт против Франции». Все участники коалиции объясняют, оправдывают свои действия правом на самооборону.

Мы последовательно боремся с терроризмом. Российская Федерация начала это делать, наверное, раньше, чем кто-либо другой. Как Вы знаете, еще задолго до 11 сентября 2001 года, у нас был Северный Кавказ. 11 сентября Президент Путин был первым, кто позвонил Президенту США, выразил солидарность и предложил помощь. Мы поддерживаем все действия, которые ведут к ослаблению террористической угрозы в мире. Но действовать против терроризма нужно исключительно на основе международного права. Напомню, что Совет Безопасности и органы ООН, которые занимаются правами человека, неизменно требуют в своих резолюциях действовать таким образом, чтобы борьба с терроризмом не превращалась в беззаконие. В данном случае нет никаких причин уклоняться от сотрудничества с сирийским руководством, которое, во-первых, противостоит этой террористической угрозе, и, во-вторых, Президент САР является главнокомандующим, наверное, наиболее дееспособной наземной силы, которая борется с терроризмом. Отказываться от такой возможности, игнорировать возможности сирийской армии как партнера и союзника в борьбе с ИГ означает приносить в жертву каким-то политическим, геополитическим построениям и расчетам безопасность всего региона. Мы за то, чтобы работать исключительно на основе международного права.

Говоря о том, какие есть потенциалы «на земле», напомню, что американцы и европейцы, независимые наблюдатели, многие официальные лица неоднократно заявляли, что одними ударами с воздуха террористов не победить. Из наземных сил мы имеем сирийскую, иракскую армии, ополчения курдов. Необходимо делать все, чтобы преодолевать имеющиеся между этими отрядами «на земле» шероховатости. Необходимо, чтобы те, кто влияют на отряды сирийской оппозиции, которые с оружием в руках находятся в Сирии и состоят из сирийцев, а не из каких-то зарубежных наемников, объяснили им абсолютную приоритетность борьбы с террористической угрозой параллельно с активизацией политического процесса. Тем не менее, на земле не так много боеспособных подразделений, чтобы можно было игнорировать их возможности и увлекаться очередными геополитическими проектами.

Говоря о том, кто «на земле» может сражаться с террористами. Сегодня в новостной программе по телевидению транслировалась запись со слушаний в американском сенате. Один из руководителей Пентагона докладывал сенаторам о том, чем, по крайней мере на данном этапе, закончилась затея США с подготовкой умеренной вооруженной оппозиции для противостояния ИГ, правительству. Схема была достаточно туманная. В начале, год назад, американцы объявили о намерении подготовить 15 тысяч бойцов, потом цифра была снижена хотя бы до 5-6 тысяч. На прямой вопрос сенатора руководители Пентагона ответили, что подготовлено 60 человек. На уточняющий вопрос, сколько сейчас из них воюет, ответ был – 4 или 5. Такой знаток всех революций и любой вооруженной борьбы против любых угроз как сенатор Дж.Маккейн, руководитель комитета сената по безопасности, назвал это провалом и сказал: «Вот откуда берутся беженцы».

У наших партнеров есть выбор – либо продолжать упорствовать в том, что только уход Президента Б.Асада спасет регион от угрозы терроризма (я думаю в утопичности этой идеи никого убеждать не надо), либо все-таки начать сотрудничать всем, кто искренне заинтересован в недопущении развала этого исторически бесценного региона, где зародились все три великие религии, где представители этих религий и исповедующие их люди столетиями и тысячелетиями жили вместе. Мы сейчас не имеем права в угоду сиюминутным конъюнктурным внутри- или внешнеполитическим соображениям отказаться от сотрудничества по спасению этого региона.

Вопрос: Вчера представители Белого дома заявили, что приветствуют любую помощь международной коалиции со стороны Российской Федерации. Как Вы думаете, возможно ли сотрудничество между Россией и коалицией?

С.В.Лавров: Я уже сказал, что, к сожалению, мы рассматриваем коалицию как построенную на неверных началах. Принцип борьбы с терроризмом мы, конечно, разделяем. Но нельзя бороться со злом незаконными методами. Методы, которыми пользуется коалиция, противоречат международному праву. Надо договариваться со всеми теми правительствами, на территории которых существует угроза, которую мы все хотим нейтрализовать.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 17 сентября 2015 > № 1516682 Сергей Лавров


Турция. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 28 января 2012 > № 567706 Сергей Лавров

Выступление С.В.Лаврова на совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Турции А.Давутоглу, Москва, 25 января 2012 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели второе заседание Совместной группы стратегического планирования. Этот механизм, возглавляемый Президентом России Д.А.Медведевым и Премьер-министром Турции Р.Т. Эрдоганом, был создан в соответствии с решением Совета сотрудничества высшего уровня. Российско-турецкий стратегический диалог в рамках группы под председательством министров иностранных дел был посвящен разработке общих подходов на основе сближения позиций для определения перспективных направлений нашего сотрудничества.

С момента предыдущего заседания, состоявшегося в 2011 г. в Стамбуле под эгидой Совместной группы стратегического планирования, было организовано более двадцати встреч и консультаций. Сегодня были рассмотрены итоги работы и одобрено Совместное заявление, охватывающее все аспекты двустороннего взаимодействия. Рассматриваем это заявление как вклад внешнеполитических ведомств в подготовку третьего заседания Совета сотрудничества высшего уровня, которое планируется на второе полугодие 2012 г. Безусловно, свою лепту здесь должны внести Смешанная Межправительственная российско-турецкая комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству и Форум общественности, заседания которых должны также состояться в этом году до встречи лидеров.

В ходе сегодняшних консультаций мы констатировали хорошее, интенсивное развитие торгово-экономических связей между Россией и Турцией. Ожидается, что товарооборот по итогам прошлого года должен достигнуть рекордной цифры в более 31 млрд. долл. Активно идет работа по реализации проекта строительства газопровода «Южный поток» и сооружению первой в Турции атомной электростанции на площадке «Аккую». Считаем, что реализация упомянутых проектов позволит существенно приблизиться к реализации цели, поставленной Президентом России Д.А.Медведевым и Премьер-министром Турции Р.Т.Эрдоганом, – довести объем товарооборота между нашими странами в ближайшие годы до 100 млрд. долл.

Помимо экономического взаимодействия мы отметили успешно развивающиеся связи по линии военно-технического сотрудничества, в гуманитарной сфере и в области туризма. По итогам прошлого года зафиксирован еще один рекорд - Турцию посетили три миллиона шестьсот тысяч россиян.

Много внимания было уделено актуальным вопросам региональной и международной повестки дня. У наших стран очень близкие или даже совпадающие подходы по вопросам дальнейшего развития сотрудничества в Черноморском регионе, поиску путей стабилизации обстановки на Балканах и в Закавказье. Мы также активно сотрудничаем по центральноазиатской проблематике.

В конструктивном и доверительном ключе мы обсудили вопросы, связанные с событиями на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Рассматриваем данную ситуацию в контексте всех аспектов, возникающих в этом важнейшем геополитическом регионе. Наша дискуссия подтвердила очевидную полезность механизма Совместной группы стратегического планирования. Мы заинтересованы с нашими турецкими друзьями всячески углублять взаимодействие в этих рамках.

Вопрос (обоим министрам): Известно, что позиции России и Турции по многим международным вопросам совпадают или очень близки. В чем сходство подходов двух стран по Ирану и Сирии, и где они не стыкуются?

С.В.Лавров (отвечает первым): Что касается Сирии, у нас принципиальные подходы, по большому счету, совпадают. Мы, безусловно, выступаем за прекращение насилия, откуда бы оно ни исходило. За это, кстати сказать, высказалась и Лига арабских государств. Выступаем за мирное политическое урегулирование сирийской ситуации и за то, чтобы внешние игроки способствовали именно такому развитию событий. Мы также против какого-либо военного вмешательства извне. Сегодня мы очень подробно обсуждали, как эти базовые принципы можно реализовать на практике. Легких решений пока не просматривается. Договорились о продолжении диалога. Будем оставаться в контакте с другими странами, которые хотят помочь мирному урегулированию ситуации в Сирии, и работать со всеми сирийскими сторонами. У нас есть сравнительные преимущества в отношении тех, от кого зависит урегулирование кризиса, которые мы будем стараться скоординировано использовать.

По Ирану у нас также практически единые позиции. Россия и Турция выступают за то, чтобы иранская ядерная проблема была урегулирована исключительно политико-дипломатическим путем. И Москва, и Анкара выступают за скорейшее возобновление переговоров по ИЯП между группой «пять плюс один» и Тегераном и активно работают над созданием необходимых для этого условий. Россия в качестве члена «шестерки» активно содействует модернизации подходов, которые были изложены этой группой три года назад и предложены Ирану. А Турция активно стремится помочь в решении организационных вопросов, в частности, предложила свою территорию для проведения нового раунда переговоров. Мы это активно поддерживаем.

Вопрос (адресован А.Давутоглу): Турция активно поддерживает экономически и дипломатически сирийские «освободительные силы». Почему Вы считаете это допустимым в то время, как сама Турция выражает резкое недовольство поддержкой курдских движений другими странами?

С.В.Лавров (в дополнение к ответу А.Давутоглу): Что касается места проведения диалога между различными сирийскими силами, то мы будем приветствовать любой выбор, который подойдет всем. Если оппозиция не хочет ехать в Дамаск, то таким местом может стать Каир, где находится штаб-квартира Лиги арабских государств, либо территория Российской Федерации или Турции. Важно, чтобы мировая общественность коллективно побуждала все стороны сесть за стол переговоров. Необходимо отмежеваться от вооруженных групп, которые в соответствии с инициативой ЛАГ обязаны прекратить насилие. Здесь процесс должен быть взаимным. Важно, чтобы все члены мирового сообщества действовали в унисон, заставляя стороны отказаться от применения силы и начать переговоры.

Хочу сделать одно уточнение. Мой друг А.Давутоглу упомянул, что турецкое посольство в Ливии не закрывалось. Российское диппредставительство в Триполи тоже постоянно работало.

Вопрос: Будет ли Россия заново подавать проект резолюции по Сирии в СБ ООН? Если да, то с какими изменениями, а если без изменений, то почему?

Как Вы прокомментируете призыв ЛАГ к Президенту Сирии Б.Асаду покинуть свой пост? Будет ли уход Б.Асада способствовать мирному урегулированию в Сирии?

С.В.Лавров: Россия не собирается заново, как Вы выразились, «подавать» резолюцию в Совет Безопасности, потому что она никуда оттуда не исчезала и находится на столе переговоров. По нашему проекту продолжаются консультации.

Мы открыты для конструктивных предложений, которые будут идти в русле задачи прекращения любого насилия. И с этой целью будем воздействовать на всех, кто сегодня применяет оружие в Сирии. Вторая задача - обязать всех содействовать скорейшему началу инклюзивного диалога между всеми сирийскими силами. Третий и очень важный момент - мы не сможем поддержать предложение об освящении «задним числом» Советом Безопасности ООН односторонне введенных санкций против Сирии, принятых без каких-либо консультаций с Россией, Китаем и другими странами БРИКС. Это нечестный и контрпродуктивный подход.

Сначала нужно консультироваться, вырабатывать общую позицию, а потом принимать какие-либо решения. Односторонне придуманные санкции делу не помогают. Это подтверждают и многие другие ситуации в мире. И четвертый, неотъемлемый элемент резолюции Совета Безопасности – четкая фиксация того, что она не может быть интерпретирована в целях оправдания любого внешнего вооруженного вмешательства в сирийский кризис. Считаем такой подход сбалансированным и справедливым, в отличие от попыток принятия односторонних резолюций, осуждающих только одну сторону и тем самым стимулирующих другую к наращиванию конфронтации и неуступчивости. Мы это проходили в ситуации с Ливией и не допустим повторения «ливийского сценария».

Что же касается Вашего второго вопроса, мы принципиально выступаем за то, чтобы инклюзивный диалог между всеми сирийскими силами начинался без предварительных условий. Исходим из того, что все участники такого диалога будут руководствоваться задачей достижения согласия и проявлять ответственность за судьбы своей страны и народа.

Турция. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 28 января 2012 > № 567706 Сергей Лавров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter