Всего новостей: 2552684, выбрано 3 за 0.049 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Магид Михаил в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаАрмия, полициявсе
Магид Михаил в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаАрмия, полициявсе
Турция. Сирия. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 15 июня 2017 > № 2509735 Михаил Магид

РОССИИ УГРОЖАЕТ «АРАБСКОЕ НАТО»

После избрания Трампа ситуация на Ближнем Востоке складывается для России не лучшим образом, считают аналитики.

На днях вице-президент США Майк Пенс назвал РФ и Иран главными мировыми угрозами. По его словам, ничего более опасного не было в мире начиная с 1991 года, «после падения коммунизма».

«Иранские войска воюют в Сирии, - напоминает российский политолог, эксперт по Ближнему Востоку Михаил Магид. - Удар США по Сирии был не столько по Асаду, сколько по иранцам».

Усилиями Ирана образована так называемая шиитская дуга, которую как раз и намерены разрушить США, опираясь в первую очередь на «арабское НАТО». В это неформальное объединение входят сегодня почти все арабские страны, уверяют эксперты по Ближнему Востоку.

«Для арабских «заливников» не было ничего страшнее, чем администрация Обамы, тот проводил слабую политику, страны Персидского залива метались, пытаясь найти точку опоры. И вот бомбардировка Сирии Штатами стала сигналом о возвращении США в регион, - говорит Михаил Магид. - Главы арабских государств тут же выстроились к Трампу: «Мы с тобой, Вашингтон! Сколько вам нужно? 300 миллиардов? 500 миллиардов? Мы вам сделаем!»

Что все это значит для России? Ничего хорошего, считают востоковеды. Ближний Восток становится сегодня главным регионом для США, «острие обращено против Ирана и России».

«По одной из версий, Россия пришла в Сирию, чтобы обменять ее на Донбасс и добиться отмены санкций, - комментирует Александр Шумилин, директор Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады. - Однако вместо этого России теперь грозят новые санкции за Сирию».

Положение России в регионе достаточно сложное, помимо Ирана и Сирии здесь сложно найти союзников. Эрдоган хоть и разругался с США, но дружить с Россией по-настоящему не очень-то хочет.

«Обама после избрания президентом поехал вначале в Турцию, потом - в Саудовскую Аравию, Трамп - наоборот, - напоминает Павел Шлыков, эксперт по Турции Института стран Азии и Африки МГУ. - С Эрдоганом Трамп разговаривал всего 20 минут вместо положенных по протоколу 40 минут. Трамп сказал, что будет курдам поставлять оружие, Эрдоган взвился: а мы будем все равно их бомбить!»

С Россией турецкий лидер без конца торгуется. «То мы с Эрдоганом обо всем договорились, потом выясняется, что часть санкций сохраняется. По энергетическим проектам очень сложный торг - не удается России отстоять выгодные условия реализации этих проектов», - отмечает Шлыков.

В итоге эксперты относят Турцию не к союзникам России, а причисляют к «арабскому НАТО». Одним словом, Восток - дело тонкое.

Аделаида Сигида

Турция. Сирия. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 15 июня 2017 > № 2509735 Михаил Магид


Турция. Сирия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 9 сентября 2016 > № 1887331 Михаил Магид

Операция, которую армия Турции проводит в Сирии, является крупнейшей в истории этой страны. Она направлена против членов Рабочей партии Курдистана (РПК), заявил накануне турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган. Сейчас много говорят и пишут о позиции, занимаемой курдами в войне, идущей на Ближнем Востоке. Разные силы пытаются использовать их в Сирии и Ираке, однако, у курдов есть свои цели, к которым они будут стремиться. В любом случае, нет сомнения, что курдский вопрос превратился в один из главных факторов ближневосточной политики. О том насколько вероятно в этой ситуации появление независимого Курдистана, обозревателю «Росбалта» рассказал специалист по Ближнему Востоку Михаил Магид.

— Какова вероятность возникновения на развалинах Сирии и Ирака независимого Курдистана?

— Никто не может сказать, как сложится в будущем судьба Ближнего Востока. Но существует определенная вероятность того, что Курдистан будет существовать в том или ином виде. Как по причинам расширения курдского национального движения, так и потому, что в существовании Курдистана могут быть заинтересованы американцы.

Курды живут главным образом в четырех странах региона — 3 млн человек в Сирии, 20-25 млн в Турции (треть населения!), 6 млн в Ираке, 8-10 млн в Иране. Наиболее близки друг к другу сирийские и турецкие курды. Большинство курдов проживает компактно на территории этих стран.

В Сирии и Ираке уже существуют курдские квазигосударственные образования с довольно сильным ополчением (YPG в Сирии — 40-60 тыс. человек и Пешмерга в Ираке — до 200 тыс. человек). Формально независимость никто не провозглашает: по целому ряду причин это не выгодно сейчас, формально речь идет лишь о федерализции Ирака и Сирии (в перспективе Турции и Ирана). Курдские партии не рассчитывают на то, что кто-либо пойдет в данный момент на поддержку прямого сепаратизма и признает распад нескольких государств. В современном мире это маловероятно. Но в то же время де-факто эти территории независимы, имеют собственные правительства и вооруженные силы и поддерживают отношения с рядом государств Евросоюза и с США.

— А что будет с турецкими и иранскими курдами?

— Турецкий и иранский Курдистан не могут быть изолированы от данного процесса. В Турции идет полномасштабная гражданская война с курдскими партизанами, в Иране тоже происходят отдельные, хотя и не сравнимые по масштабам выступления курдов. При этом надо помнить, что курдские отряды могут перетекать из одной страны в другую.

Главная причина конфликта — политика сирийского, иракского, иранского и турецкого режимов. Все эти режимы подавляли курдов десятилетиями, лишив их школ, образования и других институтов на курдских языках и не предоставив курдам местное самоуправление. Политика тюркизации, арабизации и иранизации сорокамиллионного народа дала закономерный результат в виде появления мощного национально-освободительного движения.

— Почему США заинтересованы в появлении Курдистана?

— Потому что даже один только мучительный процесс зарождения Курдистана означает немедленное ослабление четырех крупных государств, претендовавших на роль региональных сверхдержав: Сирии, Ирака, Ирана и Турции. А значит, усиливает американские позиции в регионе. Курдское движение уже привело к распаду централизованного государства в Сирии и Ираке, к партизанской войне больших масштабов в Турции, нео-османистские притязания которой на роль ближневосточного лидера не могут нравиться американцам, а в будущем оно станет ударом по режиму муллократии в Иране.

Кроме того, крупнейшие курдские фракции — РПК и сторонники Барзани (род, правящий в Иракском Курдистане, — «Росбалт») тесно связаны с США и получают американскую военную помощь. То, что курды при этом раздроблены на враждующие фракции, американцам в данный момент тоже выгодно: всегда можно выступать в роли арбитра и, таким способом, контролировать их.

Таким образом, борьба Пешмерги и YPG против «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная на территории РФ), которую американцы поддерживают поставками оружия и воздушными ударами — это только часть причин, по которым курды нужны США.

— Раз курдов поддерживает такой мощный игрок, как США, значит ли это, что создание независимого Курдистана — это дело ближайшего будущего?

— Позиция американцев далеко не так однозначна. Кроме того, американцы — прагматики. Они не складывают яйца в одну корзину. Турция — член НАТО, и США не могут не считаться с этим. Не случайно они дали зеленый свет турецкой операции в Сирии, поддержали ее силами своей авиации и ограничили притязания руководства местных курдов, попытавшихся создать единую курдскую автономию, соединив все три своих кантона в Сирии. Американцы прямо сказали, что если курды это продолжат делать, они лишатся поддержки США. И курды остановились.

Есть и намеки на сотрудничество между США и Ираном, что тоже надо учитывать. Кроме того, из Вашингтона уже звучали (неофициально) угрозы, что в случае слишком тесного сотрудничества YPG с Россией или Башаром Асадом, помощь сирийским курдам может быть прекращена.

Наконец, есть фактор внутренней политики США. Мы не знаем, насколько в будущем американцы вообще будут заинтересованы в контроле над Ближним Востоком — в США усилились изоляционистские настроения, а их международное влияние несколько ослабло.

Тем не менее, вероятный сценарий, при котором американцы станут поддерживать дальнейшее развитие Курдистана, существует.

Беседовал Александр Желенин

Турция. Сирия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 9 сентября 2016 > № 1887331 Михаил Магид


Турция. Сирия > Армия, полиция > rosbalt.ru, 25 августа 2016 > № 1872572 Михаил Магид

Турция ввела свои войска, включая танки, на территорию Сирии в районе города Джераблус, начав там активные боевые действия на стороне Свободной сирийской армии (ССА), ведущей борьбу с режимом Башара Асада. При этом одной из официально продекларированных целей вторжения, помимо противодействия «Исламскому государству» (ИГ, террористическая группировка, запрещенная на территории РФ), названа борьба с сирийскими курдами, которых поддерживают американцы и (во всяком случае, на словах) Россия. О том, как операция турецкой армии и ССА, которая получила название «Щит Евфрата», повлияет на ход войны в Сирии и расклад сил в регионе, в интервью «Росбалту» рассказал специалист по Ближнему Востоку Михаил Магид.

- Что случилось на сирийском театре военных действий, что потребовало проведения сухопутной операции вооруженных сил Турции?

- Принципиальное изменение, которое произошло - это взятие курдами и союзными им арабскими формированиями при поддержке ВВС США города Манбидж и прилегающего района. В результате курдская милиция (ополчение) YPG близка к тому, чтобы соединить курдские кантоны Африн, Кобани и Джезира в непрерывную линию и превратить их в единый бастион на границах с Турцией.

Это чрезвычайно усилит позиции курдов и опасно для турецкого президента Реджепа Эрдогана, поскольку в самой Турции курды ведут широкомасштабную партизанскую войну против правительства. Такой бастион позволит курдам легко перебрасывать свои силы из одного кантона в другой, а также просачиваться на территорию Турции в любой точке границы, растянутой на сотни километров.

Накануне этих событий курды четко обозначили свои намерения - создали военную группировку для взятия под контроль города Джераблус на сирийско-турецкой границе, который контролировался ИГ. Сразу же после этого несколько боевиков (курды утверждают, что это были агенты турецких спецслужб) убили командующего Военным советом Абдулсетара Ал-Джадира. А затем турецкие войска атаковали Джераблус. Эта операция, по словам Эрдогана, направлена не только против ИГ, но и против курдского ополчения.

- Насколько серьезно может измениться расклад сил в Сирии после ввода туда сухопутных сил Турции и в чью пользу? Эрдогановская Турция будет решать в Сирии исключительно свои задачи? И что это за задачи, помимо борьбы с курдами? Попытка воссоздания в той или иной степени новой Османской империи или что-то более прагматичное?

- Турки могут занять пространство между Манбиджем и Африном и не допустить создания единого курдского бастиона на своей границе - это возможно. Захотят ли они взять сами в оборот все три курдских кантона - не факт. Это 4 миллиона человек (правда, там не только курды) и 60 тысячное ополчение, закаленное в четырехлетней войне и союзное американцам. Учитывая как это, так и то, что в самой Турции идет партизанская война, я сомневаюсь в том, что Турция нападет сейчас на курдские кантоны. Отдельные столкновения возможны.

- Выходит, Турция решает в Сирии сейчас свои локальные задачи?

- Скорее всего, Анкара ограничится на этом этапе операциями в районе турецко-сирийской границы, а так же, не исключено, что она, как я уже говорил, попытается занять оставшееся пространство на сирийской территории между Африном и Манбиджем, чтобы не допустить создания единого курдского бастиона. Пойдут ли турки дальше, например, на Алеппо или на курдские кантоны? Никто сейчас не скажет наверняка, война есть война, она может развиваться непредсказуемо, но последнее вызывает сомнения. Не факт, что Турция как страна сейчас морально готова нести крупные потери в Сирии на фоне другой войны, которая ведется на ее собственной территории.

Наконец, турецкая армия переживает сейчас грандиозные чистки и ее лояльность Эрдогану находится под вопросом. А это тоже ставит под сомнение возможность Турции вести широкомасштабную войну в Сирии. Скорее, речь все же идет о сравнительно небольших локальных операциях. Да, несомненно, Анкара решает в Сирии сейчас свои локальные задачи под видом борьбы с «Исламским государством». То же самое делают там и другие силы, включая курдов, Россию или американцев - и тоже под предлогом борьбы с ИГ. Это самый удобный предлог в современном мире для решения своих задач. Впрочем, борьба с ИГ на деле тоже ведется.

- Можно ли предположить, что на наших глазах сейчас создается новая ось - Москва-Анкара, которая в Сирии, а возможно, и не только там, будет противостоять Западу?

- Такое развитие событий представляется мне маловероятным. Турция - член НАТО, то есть участник крупнейшего военного альянса в современном мире. Ее экономика теснейшим образом связана с американскими и европейскими инвестициями и рынками. Маловероятно, что Турция войдет в конфликт с Западом, вступив альянс с Россией. Скорее всего, Москва и Анкара пытаются сейчас договориться о разделе Сирии. Но это очень сложно. Никаких конкретных договоренностей в этом направлении, о которых было бы известно, пока нет. Стороны говорят общие слова.

- Какова может быть реакция американцев на то, что турки откровенно обозначили в качестве одного из своих противников их союзников - сирийских курдов? Что американцы в этой ситуации могут предпринять?

- Союзники США, курды, сами уже давно ведут войну против Турции на ее территории, а та воюет с ними. Крупнейшие организации, ополчение сирийских курдов (PYD и YPG) и PKK (Курдская рабочая партия), которая ведет партизанскую войну в Турции – это, по сути, разные ветви одного и того же движения сторонников Абдуллы Оджалана (курдский лидер, который с 1999 года отбывает пожизненное заключение в турецкой тюрьме, - «Росбалт»). Это движение добивается федерализации Сирии и Турции по образцу Ирака (где формально существует единое государство, а фактически действует независимое курдское правительство в Иракском Курдистане).

Правда, есть и отличия. Правящий в Иракском Курдистане род Барзани не любит оджаланистов. Кроме того, в программе сторонников Оджалана есть элементы анархизма - они приверженцы преимущественно кооперативной экономики. Но в целом схема та же самая.

Получается, что, с одной стороны, США, как страна НАТО, выступают партнером Турции, а с другой, американцы, как соратники курдов в борьбе с ИГ, действуют на стороне PKK. То, что Вашингтон поддерживают лишь те операции курдов, которые проводятся на территории Сирии против ИГ и режима Асада, ничего не значит, потому что американское оружие, которое Штаты десятками тонн передают курдам, стреляет (и не может не стрелять) и в Турции.

Иными словами, воюют между собой два союзника США. Это, конечно, весьма щекотливая ситуация. Но разве это первый такой случай? Подобные вещи случались и раньше. Думаю, американцы постараются использовать свое влияние на обе стороны, чтобы не допустить разрастания конфликта между ними. Получится у них это или нет - другой вопрос.

Международное влияние США стало слабее во времена Обамы. Поэтому и стали возможны такие гамбиты. Возникает международный вакуум власти. Его следствием является растущая нестабильность. И в этот вакуум втягиваются различные силы, которые пытаются играть в свою самостоятельную игру: Турция, РФ, курды и другие.

- Что происходит сейчас в районе Джераблуса?

- Турки наступают не столько на юг (на курдские позиции), сколько расширяют зону контроля на запад от Джераблуса, и вводят туда подразделения ССА, лояльные им. Возможно, они хотят создать для начала буфер вдоль границы (против курдов) с помощью своей армии и лояльных им боевиков - от Азаза до Джераблуса. При этом они легко вытесняют группировки ИГ, для которого главный враг не Турция (откуда к ним идет приток боевиков), а курды.

Потом, когда они это сделают, боевики ССА и прочих враждебных Асаду группировок ударят на юг – по позициям сирийских правительственных войск, чтобы замкнуть блокаду их группировки в Алеппо.

Падение Алеппо - крупнейшего транспортного узла и экономического центра, означает потерю Асадом всего севера Сирии и, с высокой вероятностью, его поражение в войне. К тому же это перережет потенциальный курдский коридор между Африном и Кобани.

При этом американцы потребовали, чтобы курды отошли к востоку от Евфрата, угрожая в противном случае лишить их своей военной поддержки. Госсекретарь США Джон Керии заявил, что курды уже выполняют это требование. Такая позиция Штатов может означать, что они решили поддержать турецкую операцию. ВВС США уже в ней участвуют.

Беседовал Александр Желенин

Турция. Сирия > Армия, полиция > rosbalt.ru, 25 августа 2016 > № 1872572 Михаил Магид


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter