Всего новостей: 2579266, выбрано 1 за 0.022 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Нурмухамедов Бурихан в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Нурмухамедов Бурихан в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Узбекистан. Казахстан. Азия > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 23 августа 2017 > № 2281378 Бурихан Нурмухамедов

Прорубит ли Казахстан «окно» в Центральную Азию?

«Региональный курс Узбекистана изменил политическую атмосферу в Центральной Азии». С такими заголовками вышли узбекские СМИ, освещая итоги прошедшей в Ташкенте международной конференции «Центральная Азия – главный приоритет внешней политики Узбекистана». Имеются ли реальные основания для таких заявлений? Попытаемся разобраться вместе с директором Института национальных исследований Буриханом Нурмухамедовым, принявшим участие в конференции.

– Бурихан Жолбарисович, Узбекистан пытается активно двигаться на поле региональной интеграции. Но есть ли шанс выйти за рамки традиционных деклараций?

– Сотрудничество со странами Центральной Азии было названо главным приоритетом в концепции внешней политики Узбекистана еще несколько лет назад. Но надо откровенно признать, что только с приходом к власти Шавката Мирзиеева это направление получило мощный импульс, который в перспективе способен серьезно изменить ландшафт центрально-азиатского региона. Дело в том, что именно Узбекистан, в силу различных обстоятельств, является здесь ключевым государством. Эта республика расположена в самом сердце ЦА, граничит со всеми странами региона, через нее проходят все региональные коммуникации, вся инфраструктура. И то, что ее лидер сегодня демонстрирует желание еще дальше продвинуться в направлении более тесного сотрудничества с ближайшими соседями, как говорится, дорогого стоит.

С этой точки зрения недавно состоявшаяся в Ташкенте конференция, на мой взгляд, беспрецедентна. Во-первых, ее организатором выступило Министерство иностранных дел Узбекистана, что уже говорит само за себя. Во-вторых, проходила она без ненужной помпезности, в рабочем формате, что позволило участникам обсудить реальные проблемы и обозначить пути их возможного решения. В рамках первой панели прошло экспертное обсуждение, затем прозвучали мнения и оценки послов Узбекистана в странах региона и послов стран региона в Узбекистане. Неудивительно, что это мероприятие вызвало большой интерес со стороны государств дальнего зарубежья, таких, как Китай, Индия, Пакистан, США, ЕС. Узбекистан меняется сам, и меняется его отношение к вопросам сотрудничества и интеграции.

– Какая реакция на эти изменения должна последовать со стороны Казахстана?

– Для нас такая позиция Узбекистана открывает новые возможности. Казахстан всегда обозначал в качестве одного из своих приоритетов сотрудничество со странами ЦА. Но процесс этот тормозился из-за отсутствия единой для государств региона позиции к сближению. Сейчас же, с активизацией Узбекистана в этом направлении, интеграционный процесс может выйти на новый уровень. И это при том, что существовавшие ранее противоречия между странами ЦА не исчезли – по-прежнему наблюдаются разные их подходы к решению, по сути, общих проблем. Предварительные условия для сближения остались прежними, но появился новый игрок, активно продвигающий свой курс. Это очень важно для Казахстана, и нам в этой связи нужно понять ситуацию и выработать свою позицию, свою стратегию.

– Назовите основные противоречия, существующие между странами региона. Возможно ли, на ваш взгляд, решение хотя бы части из них благодаря изменившейся позиции Узбекистана?

– В первую очередь, это касается водно-энергетического режима. Страны, которые находятся в низовьях рек (Казахстан, Узбекистан и Туркменистан), относятся к двум основным водным артериям региона – Сырдарье и Амударье – как к водным ресурсам. Страны же, расположенные в верховьях (Кыргызстан и Таджикистан) воспринимают их как водно-энергетические ресурсы и стремятся построить в верховьях гидроэлектростанции. Это бьет по интересам казахов, узбеков и туркмен в плане развития ими водного и сельского хозяйства. Данный вопрос остается самым острым для Центральной Азии, и пока вариантов его решения не найдено.

Другое противоречие заключается в разных подходах к экономическому сотрудничеству в плане таможенных пошлин, налоговых льгот и т.п. Но тут наблюдаются определенные подвижки. В частности, достаточно гибкую политику в этих вопросах стал проводить Узбекистан. Отчасти это связано с тем, что внутренний потенциал социально-экономического развития страны требует большей открытости и продвижения ее товаров на внешние рынки, в том числе и в страны ЦА. Прагматичный подход руководства Узбекистана к развитию центрально-азиатского региона заслуживает особого внимания. Например, оно решило серьезно снизить пошлины на ввоз изделий из муки. Это позволило производителям из Казахстана продавать макаронные изделия на территории Узбекистана. Другой пример: узбекские инвесторы открыли завод по производству автомобилей в Костанае. Это говорит о том, что взятый Узбекистаном курс на региональное сотрудничество обусловлен, в первую очередь, необходимостью экономического взаимодействия. А экономические связи, как известно, самые крепкие.

Мне кажется, что из четырех соседей Узбекистана первым должен сделать серьезный ответный шаг именно Казахстан. Открывшееся окно стратегических возможностей нам нужно использовать в полной мере. Мы должны предложить странам ЦА гораздо больше условий. Сейчас уже можно говорить о формировании новой архитектуры взаимоотношений в регионе и построении в будущем действенного интеграционного объединения. Очень важно, чтобы одним из архитекторов этой новой реальности стало руководство Казахстана, может быть, непосредственно наш президент. Это важно и потому, что открывшееся окошко может захлопнуться в любой момент.

– По каким причинам?

– Причины могут быть самые разные. Например, угроза терроризма и экстремизма, которая исходит от наших южных соседей. Нельзя исключать и различные субъективные факторы. Я смутно представляю себе рациональную позицию в плане развития сотрудничества в регионе со стороны Кыргызстана и Таджикистана. В Кыргызстане сейчас идет смена власти. В Таджикистане же наблюдаются серьезные признаки авторитаризма, что может стать непреодолимой помехой на пути к интеграции. Туркменистан как страна, придерживающаяся нейтралитета, больше заинтересован в прагматических отношениях. Поэтому в импульсе, исходящем от Узбекистана, больше всего должен быть заинтересован Казахстан. С одной стороны, чтобы проложить мост между странами ЦА и Евразийским экономическим союзом, а с другой, чтобы стать одной из ключевых стран, от которой будет зависеть будущее региональной интеграции.

– Вы неоднократно говорили о том, что сотрудничество стран Центральной Азии должно базироваться на союзе двух сильных партнеров с самыми большими экономиками – Казахстана и Узбекистана. Но не получится ли так, что, возглавив процесс региональной интеграции, наши страны станут своего рода кормушкой для других республик, которые серьезно отстают по уровню развития?

– Мне представляется, что более масштабное экономическое сотрудничество между Казахстаном и Узбекистаном и его выход на некий институциональный уровень позволят сдвинуть с мертвой точки процесс интеграции в ЦА. Мы должны понимать: есть разноуровневые и разноскоростные форматы сотрудничества, что вызвано различиями в экономических потенциалах, а также географическими, климатическими особенностями. Интеграция со всеми странами, в принципе, не может идти в одном темпе. Но, повторюсь, изменение позиции ключевого в регионе государства не должно пройти без внимания со стороны Казахстана. Я имею в виду перевод намерения Узбекистана к сближению в рабочий формат. И надо признать, что руководство Узбекистана поставило перед своим внешнеполитическим ведомством непростую задачу – добиваться конкретных результатов на этом направлении.

– И какие должны последовать шаги?

– Когда определяется приоритет во внешней политике, а тем более главный приоритет, все действия в этом направлении должны выражаться в количественно-качественных показателях. Прежде всего, это направление должно быть усилено кадрами, материально-финансовым обеспечением. С другой стороны, и на конференции об этом тоже было сказано, региональная интеграция требует серьезного экспертного, информационно-аналитического сопровождения. Я по-прежнему считаю необходимым создание казахско-узбекского комитета общественных отношений, в работе которого можно было бы задействовать не только экспертов, но и бизнес-ассоциации, финансовые круги, руководителей регионов. На фоне обмена опытом между делегациями различных областей двух стран эффективными могли бы стать работа ассоциации мэров городов, межпарламентское и межпартийное сотрудничество, использование элементов народной дипломатии. На мой взгляд, можно было бы создать и совет бывших послов. Таковых сегодня всего двадцать, но их опыт с точки зрения определения граней сотрудничества, форматов и путей взаимодействия бесценен. Эти шаги впоследствии облегчили бы перевод региональной интеграции на институциональный уровень.

Особо хочу отметить необходимость подготовки элиты, ориентированной на ЦА. Речь, в первую очередь, идет об образовании, которое граждане Узбекистана могли бы получать в престижных вузах Казахстана, и наоборот. Они бы и стали в будущем костяком этой элиты. То есть, вместе с решением текущих задач на основе разумного компромисса нужно создавать новые площадки взаимодействия, которые в ближайшем будущем и сформируют новую реальность.

– Существуют ли, на ваш взгляд, обстоятельства непреодолимой силы, способные помешать формированию этой самой новой реальности? Не является ли Казахстан заложником других интеграционных инициатив, которые, не исключено, и сдерживают более тесное сближение нашей страны с соседями по Центральной Азии?

– Я неоднократно говорил, что с учетом в том числе и этих обстоятельств Казахстану нужно выстраивать особые отношения с Узбекистаном. Есть конкретные области, сферы, в которых мы совместно могли бы снимать болезненные вопросы. И тут нужны какие-то льготные условия. Важна цена вопроса, которую мы способны заплатить за создание этих самых особых условий. И она, зачастую не так высока, как может показаться на первый взгляд.

– То есть, тесное сотрудничество Казахстана с Россией не должно помешать нашему движению в центрально-азиатском направлении?

– Нужно уже сейчас определяться с тем, кто наши друзья и союзники в вопросах регионального взаимодействия в ЦА, а кто нет, и, исходя из этого, оценивать дальнейшие перспективы сотрудничества. Тут, конечно, будут и ревность, и проявления других чувств, но повторю: окно возможностей уже открылось, и этим надо воспользоваться. Здесь важен и другой момент. Многое зависит от личности того, кто выступит в роли архитектора объединения стран региона. Если это, допустим, будет казахстанский лидер, то негатива в отношениях с партнерами по другим интеграционным объединениям Казахстан мог бы избежать.

– Однако вы сами как-то говорили, что до тех пор, пока сотрудничество стран региона не будет выражаться в солидной доле в ВВП, оно вряд ли выйдет на новый уровень…

– Действительно, говорил. Но не все упирается в ВВП. Гуманитарное, человеческое измерение, какие-то иные индикаторы сотрудничества, может быть, и выглядят не столь впечатляюще как мог бы выглядеть, допустим, рост товарооборота между Казахстаном и Узбекистаном, но они жизненно важны. Не так давно близ Актобе произошло ДТП с трудовыми мигрантами из Узбекистана, и то, как наша страна оказала им помощь, с благодарностью было воспринято нашими соседями. Простые человеческие отношения не измеришь ни тоннами, ни километрами…

– Резюмируя итоги прошедшей в Ташкенте конференции, какие бы вы расставили акценты?

– Наш южный сосед проявляет решимость, и мы должны предложить свой «план Маршалла», достойный и нашего положения, и нашего потенциала. Главное – нам нельзя упустить время, тем более что на других интеграционных направлениях у нас полная ясность. Движение по российскому вектору сдерживают санкции, введенные в отношении РФ. По китайскому вектору продолжаются очень серьезные подвижки. На американском направлении все идет на хорошем, качественном уровне, даже с учетом новых тенденций, связанных с приходом Трампа. Сотрудничество же по центрально-азиатскому направлению так и не получило должного развития. Между тем, важны ближайшие два-три года. Этого времени хватило бы для ликвидации данного пробела.

Автор: Юлия Кисткина

Узбекистан. Казахстан. Азия > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 23 августа 2017 > № 2281378 Бурихан Нурмухамедов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter