Всего новостей: 2551172, выбрано 2 за 0.097 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Головин Дмитрий в отраслях: Армия, полициявсе
Головин Дмитрий в отраслях: Армия, полициявсе
Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 июня 2018 > № 2644593 Дмитрий Головин

В Одессе уровень террористической угрозы постоянно «желтый», не забывайте об этом

Татьяна Святенко, 112.ua, Украина

Глава полиции Одесской области Дмитрий Головин рассказал 112.ua о трех новых спецподразделениях, созданных в области, особенностях криминального мира Одессы и о том, какие виды преступлений полиции удалось сократить, а какой вид растет.

— Каковы особенности Одесского региона и как это влияет на работу полиции?

— Прежде всего, это географическое положение: протяженность границ, водного пространства, границы с непризнанной Приднестровской Молдавской Республикой. Также туристический сезон. В этот период времени сюда приезжает огромное количество людей и отдыхать, и работать. И, естественно, преступный элемент тоже этим пользуется и сюда приезжает.

В «спокойный период» у нас 7,5-8 тыс. регистраций (начатых уголовных производств, — ред.) в неделю. В неделю перед сезоном их было уже 10,5 тыс. А в июне-июле у нас 15-16 тыс. регистраций в неделю. И это все надо обработать. К сожалению, сейчас нам не дают приданных сил на туристический сезон (раньше на туристический сезон давали приданные силы, они помогали в охране общественного порядка) в выполнении определенных специфических задач. Это не жалоба, просто констатация факта.

— Какие в основном преступления совершаются?

— Если говорить о турсезоне — это в первую очередь уличная преступность. Главный акцент мы делаем на борьбу с уличной преступностью: уличные грабежи, кражи, угоны, уличные разбои и, естественно, квартирные кражи. Основной вал мы сбили, но тем не менее… Если в прошлом году было до 30 грабежей, в прошлом году мы сбили до 10-12, то в этом году — в среднем 4-5 грабежа в день. Бывают, конечно, в дни, как правило, субботу-воскресенье, спиртные напитки, жаркое солнце, синее море дает надбавку — до 7.

Квартирных краж в прошлом мае было 553, в мае этого года — 370. Грабежей в прошлом году за 29 дней мая было зафиксировано 989, в этом — 507. То есть фактически более 30% снижения. Такие преступления, как разбои, характеризуются дерзостью и использованием оружия. В прошлом году их было 96, в этом году — 104. Это реальные цифры.

Странно, но в текущем году у нас начался рост тяжких телесных повреждений. Рост очень большой, более 50%. Это связанно с тем, что, во-первых, категорически перестали скрывать — есть регистрация, она вносится, она расследуется. Во-вторых, наверно, наше общество не готово к цивилизованным нормам поведения, в обществе высокий уровень агрессии. Поэтому есть такая проблема.

Также одесский регион характеризуется тем, что тут жгут машины, имущество. В прошлом году зафиксированы 107 фактов, в этом — 74. Это не в том плане, что стали меньше совершать, это показатели нашей работы. Во-первых, все их регистрируем, во-вторых, направлены на раскрытие. И профилактика. Группы ГРПП (группы реагирования патрульной полиции), видеофиксация, усиленное патрулирование, в том числе, в ночное время, в том числе в сельских регионах. И введение Нацгвардии нам в помощь.

— В Одессе есть такое явление, как бандитизм?

— Куда ж Одесса и без бандитизма? Обижаете! (Смеется) В прошлом году мы выявили 6 ОПГ, и в этом году по окончанию 5 месяцев будет 5 ОПГ. Есть материалы по бандитской группе, есть преступная группа, связанная с игорным бизнесом. Занимаются в основном разбойными вооруженными нападениями, квартирными кражами, похищением людей, вымогательством, угонами.

— А воров в законе много? Откуда они приезжают?

— В основном, как мы их называем криминальные туристы, едут из ближнего зарубежья. Выходцы из кавказского региона. Они приезжают сюда, пытаются взять под свой контроль либо перераспределить денежные потоки, в том числе от уличных грабежей, от барсеточников, квартирных воров. И, естественно, сбыт наркотиков.

Это воры в законе, а также лица, которые приравнивают себя к криминальным авторитетам, так называемые смотрящие.

Одесса — город с криминальным прошлым, поэтому есть районы, в которых процветают мелкие воришки. Многим лавры Мишки Япончика не дают покоя.

— Расскажите, как обстоят дела с уличной наркоманией.

— Проблема сложилась исторически. Есть такие районы, как Палермо, Нерубайское, Усатово, с поселениями отдельных национальностей. У них это как бизнес, естественно, с этим борются, но если в советское время их не победили, то сейчас с либеральным уголовным кодексом это сделать несколько сложно.

Есть проблема наркомании. Проблема для Одессы — это закладки, наркотики продают через интернет-мессенджеры, адреса которых пишут на фасадах домов. Взаимодействуем с киберполицией, но это не всегда успешно, поэтому патрульный или участковый берет банку с краской и закрашивает все эти надписи. Это как один из методов превентивной борьбы.

Мы не делаем акцент на больных людях — наркоманах, которым надо уколоться, мы делаем акцент (и мной поставлена задача) на борьбе с наркосбытчиками, теми, кто занимается криминальным промыслом, сбытчиками, содержателями притонов, лабораторий. Их щемим жестко. А больные люди-наркоманы — это горе в семье, и если мы наркомана сейчас в тюрьму посадим, где у нас сейчас дома отдыха и повышения квалификации для преступников, то какое может быть исправление.

В прошлом году были задержаны 54 сбытчика, в этом — 93. И это за 5 месяцев. В прошлом году задержали 532 наркомана, в этом — 390. Делаем акцент.

— Как с дорожной обстановкой? Аварий много?

— ДТП — это проблема. Когда не было дорог, их было мало. Сейчас начали дороги делать, в результате пошел рост количества ДТП, пострадавших и трупов. Дорожная полиция обслуживает трассы только вокруг Одессы и киевскую трассу, но этого категорически мало. Где есть плюс, хорошие дороги, там есть и минус. Минус у нас — количество ДТП.

— Гонять стали по дорогам?

— Да, стали быстрее ездить. Там, где не было дорог 20 лет, сейчас сделали европейскую дорогу. Выходят на нее на евробляхах, 200 км/час, и первый столб «здравствуйте». Плюс употребление спиртных напитков за рулем. Если раньше были определенная система, ГАИ, стационарные посты, то сейчас только начали восстанавливать стационарные посты. Сейчас в Одесской области их 5, реальное количество должно быть хотя бы 10. И, естественно, наряды, которые обслуживают трассы, 8 патрульных машин. Этого не хватает для Одесской области, 836 км протяженности дорог. Плюс на дорожной полиции лежит оформление ДТП.

— Как ситуация в зоне АТО влияет на вид и количество преступлений в области?

— Оружия много сейчас не только в Одесской области. У нас и стреляют, и взрывают, к сожалению. Зона АТО — это зона АТО, но работают военная контрразведка, военная прокуратура. Кстати, есть позитивный опыт: с военной прокуратурой мы в очень хороших рабочих отношениях. Опять же нельзя забывать о большом сегменте Приднестровской границы. Пограничники все время кого-то задерживают, недавно, несколько недель назад, даже предотвратили срабатывание взрывных устройств, уже готовых, на таймере. Но тем не менее оружие идет не только из зоны АТО, но и от наших соседей. Есть контрабанда оружия. Завозится нелегально турецкое, дешевое, потом переделывается и из стартового превращается в травматическое либо огнестрельное.

— Что из контрабанды чаще всего пытаются провезти?

— Прежде всего, это предметы и товары, которые запрещены к обороту или имеют ограниченный доступ: сигареты, элитный алкоголь, спирт. Необходимо отметить еще одну позицию — рыбу, в том числе краснокнижную. Браконьеры добывают осетрину, камбалу, ту рыбу, которая в Красной книге и охраняется законом. Эта рыба уходит заграницу, в Румынию, в Молдавию и на внутренний рынок. Поэтому нам и открыли водную полицию. Выделили катера, людей. Мы совместно с пограничниками и экологами боремся с браконьерами. Уже задерживали и браконьеров, и лодки, и сети, их считают на километры, а рыбу — тоннами. И штрафы там миллионные. Каждую неделю задержания, притом что катер один на такую водную гладь. Самая большая водная гладь в Украине, наверно, у нас. С морским побережьем, с внутренними водоемами и с реками: Днестром, Дунаем.

— Катер только один?!

— Катера будут еще. Есть специфика водоемов. Нужен катер, который будет по морю передвигаться и по внутренним водоемам. И нужен такой, который будет передвигаться по лиманам и плавням. Катер — это не только борьба с браконьерами, в плавнях у нас выращивают большое количество марихуаны, там целые плантации. Там будут работать другие катера и наш так называемый водный спецназ, который мы создаем на базе спецбатальона. Это подготовленные сертифицированные бойцы, которые прошли водную подготовку, ныряльщики. Это не бойцы ВСУ, это наши, которые будут выполнять полицейские функции на воде, в том числе, при задержании особо опасных преступников. При заходе на сушу, при задержании преступников, которые на кораблях, на яхтах, на другом водном транспорте. И, естественно, они будут бороться с пьяными на воде. У нас ведь проблема не только пьяных на дорогах, у нас проблема пьяных за рулем на воде.

Есть еще одно подразделение, которое работает в катакомбах. Одесский регион специфичен и подземными катакомбами протяженностью 2,5 тыс. км. Исследованы порядка 500-800 км, остальные — это черные места. Поэтому было решено при поддержке руководства Нацполиции и МВД создать подразделение, которое не будет привязано к другим силовым структурам, а будет выполнять полицейские функции и специфические задачи: фильтрационные, поисковые функции, составление карт.

По катакомбам работаем также совместно с СБУ. Есть основания подозревать, что в катакомбах есть определенные моменты, связанные с сепаратизмом, с хранением оружия. Поэтому совместно с СБУ еженедельно отрабатываем. Это вопрос национальной безопасности.

— В катакомбах, наверно, еще и преступники прячутся?

— Там преступники прячутся с 1726 года! А если серьезно, не только преступники, там и диггеры, и контрабандисты. Поэтому новое боевое подразделение — это не дань моде или красивая картинка, это одесская рутина. Раньше такого не было, чтобы в катакомбы могли зайти подготовленные специалисты и провести там квалифицированно розыскные мероприятия. Они проходили специальную подготовку, в том числе психологическую. День без света — уже с ума сходишь, а через три дня они выходят в прострации. У них есть специальное оборудование, там есть места, где без кислородной маски, без водонепроницаемой одежды очень тяжело находиться. И, конечно, специальное оружие и оснащение, в том числе тепловизоры и приборы ночного видения.

Запустили туристическую полицию — аналог подразделения, который есть в европейских странах. Это ребята, которые в туристический сезон оказывают поддержку туристам. Они несут информационно-консультационную функцию. Это велопатрули, пешие патрули, полицейский сервис, а также повышение имиджа города туристической области.

— Какой же у вас штат?

— Штат очень маленький. Сейчас 6 тысяч, раньше было 12 тысяч. Но успеваем все охватывать. Конечно, нас критикуют, что по 102 нас ждут от 20 минут и больше. Да, не всегда успеваем. Для Одессы в туристический сезон штат должен быть, в первую очередь патрульной полиции, расширен. И также подразделения, которые непосредственно работают в городе и в местах массового скопления людей. И не надо забывать, что уровень террористической угрозы у нас постоянно «желтый», то есть в любое время может что-то взорваться. Не так давно гостиницу взорвали, гости из Приднестровья. Это тоже нужно учитывать. Плюс традиционно 10 апреля, 2 мая, у нас ситуация не совсем спокойная в плане обеспечения общественного порядка.

— Проблемы с ромами, попрошайками в городе и области есть?

— Есть проблемы, но не более, чем во Львове или Днепре. Был чуть ли не ромский погром в Лощиновке, когда могло закончиться кроваво. А так, город курортный, люди приезжают сюда, мы проводим профилактику, рейды осуществляем. Полиция диалога участвует, ювенальная превенция. Был случай, когда по три раза задерживали двух девочек 13-14 лет ромской национальности. Но это не украинские ромы, они не понимали русский или украинский, совершали кражи. И, конечно, это не давало покоя диванным правозащитникам, которые заявляли, что мы нарушаем конституционные права, разные конвенции по защите прав человека.

— Акты вандализма у вас норма?

— У нас город многонациональный. Да, отчасти город еврейский, но тут не только антисемитизм. Есть еще болгарская, молдавская диаспоры. Основные удары негодяи наносят для расшатывания ситуации. Например, с Болгарией, когда обливают краской памятники болгарской культуры. Либо на кладбищах что-то произойдет. У нас более 100 национальностей. Поэтому да, инциденты вандализма есть. Такие правонарушения в большинстве случаев раскрываются по горячим следам.

— Проблема сепаратизма остро стоит?

— Тут говорят, что Одесса — это украинский город-герой. Не надо говорить, что тут проживают «вата» и поклонники Путина. Нет! Выйдите на пляж или на Привоз и поговорите — хотят ли люди, чтобы тут была война или кто-то зашел сюда. Этого нет. Тут нормальные украинские города и села, которые «за» Украину. Но, конечно, есть определенный процент недовольных, но не надо путать протестные настроения и недовольство с проявлениями сепаратизма.

— Больше, чем везде?

— В этом вопросе немало спекуляций, отдельные политики или целые политические силы используют социальную напряженность для достижения собственных амбиций и культивируют такое мнение.

Но фактически поклонников «русского мира» практически не осталось, всем уже стало очевидно на четвертом году войны истинное лицо этого мира.

Кроме этого, ведется работа с населением, с органами местного самоуправления, особенно юго-запада области, где раньше не было даже украинского телевидения, чтоб вы понимали. Ситуация кардинально поменялась в последние годы, зато остались штампы и ярлыки.

— Спасибо за интересную беседу!

Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 16 июня 2018 > № 2644593 Дмитрий Головин


Украина > Армия, полиция > interfax.com.ua, 5 сентября 2017 > № 2301612 Дмитрий Головин

Глава полиции Одесской области: Мы не дадим "ворам в законе" влиять на криминогенную ситуацию в Одесском регионе

Эксклюзивное интервью начальника Главного управления Национальной полиции Украины в Одесской области Дмитрия Головина агентству "Интерфакс-Украина"

Охарактеризуйте, пожалуйста, общую ситуацию с преступностью в Одесской области.

Ситуация напряженная. Вместе с тем, мы имеем положительную динамику по снижению количества преступлений по сравнению с прошлым годом на 15%. В абсолютных цифрах это означает, что было совершено на 5 тысяч преступлений меньше. Не потому, что улучшилась криминогенная обстановка или преступников стало меньше. Нет, результат достигнут за счет профилактики.

Во-вторых, в этом году мы раскрыли на 96% преступлений больше, чем в прошлом. В 2016 году к этому времени было раскрыто 3,5 тысячи преступлений, в этом - уже почти 7 тысяч. Таким образом, мы имеем снижение общего вала преступности и увеличение раскрываемости с 11% до 29%.

Последнее время звучат заявления о росте преступности в регионе. С чем это связано?

У Одесской области есть специфика – курортный сезон. В этом году в регион приехало очень много туристов. Фактически все лето население области было вдвое выше обычного. То есть в обычный период в области проживают 2,3 миллиона человек, а в курортный сезон эта цифра вырастает до, в среднем, 5 миллионов.

Если в обычный период у нас в неделю поступает 6-7 тысяч заявлений, то в туристический сезон – 11-12 тысяч.

При этом дополнительных полицейских сил никто нам не выделял: всё уходит на АТО. Понятно, что СБУ помогает, Национальная гвардия, пограничники. Но опять же, это все – местные силы. Хорошо, что есть понимание с обладминистрацией и с мэрами некоторых городов, они помогают видеофицировать территорию, проводить профилактику.

С учетом аннексии Крыма ожидать, что в Одесской области снизится количество туристов, не приходится. Есть ли план по решению этой проблемы?

Моя золотая мечта – сделать на базе Одесской области туристическую полицию. Сейчас мы дорабатываем этот проект на государственном уровне. Планируется запустить его во Львове, Киеве и Одессе. И я приложу максимум усилий, чтобы в Одессе это было реализовано на высшем уровне. Чтобы мамы, которые выходят с детьми в Аркадию, не боялись, что ребенок потеряется, чтобы карманников не было, и даже если вы на пляже вещи забудете, чтобы никто их не украл. Идеология проекта в том, чтобы в период с 1 мая по 15 сентября туристическая полиция работала на упреждение и предоставление сервисных услуг, а не только на реакцию и раскрытие.

Планируется оснастить полицейских максимумом технических средств. Это лицо страны, лицо города. Такая полиция, устранив преступность в курортных районах, будет содействовать росту привлекательности этих городов для туристов, увеличению инвестиций в туристическую отрасль.

К нам в этом году приезжало много белорусов, граждан Молдовы. И были такие серии преступлений, которые совершались именно в отношении этих граждан: похищения автомобильных номеров, угоны машин. Поэтому по итогам этого сезона и возникло такое предложение. Думаю, министерство нас поддержит.

Кстати, в Аркадии, когда запустили велопатрули, преступность снизилась на 60%.

Какова сейчас обстановка на юге Одесской области?

Там обстановка непростая. Только за последние несколько месяцев произошло покушение на начальника уголовного розыска местной полиции, покушение на мэра Измаила. В этом городе есть определенные сложности, связанные с организованной преступностью. Но в целом по югу цифры говорят об улучшении ситуации. После того, как в Болграде были размещены подразделения Национальной гвардии, количество преступлений упало на 50% по сравнению с прошлым годом.

Какие еще трудности есть у Главного управления Нацполиции в Одесской области?

У нас большой некомплект сотрудников. На сегодняшний день не хватает 676 человек, сразу после переаттестации некомплект был около 1600 сотрудников. Больше всего не хватает следователей (более 100 человек), сотрудников уголовного розыска, участковых инспекторов, патрульных полицейских. Постепенно мы ситуацию исправляем. Сейчас люди на учебе, проходят переподготовку, некоторые - в АТО. Когда будет полный штат сотрудников, работать станет проще.

Ходят слухи об оказываемом на Вас лично давлении…

Давайте так: критику настоящих активистов и журналистов я не могу назвать давлением. Да, это вызывает определенные неудобства. Потому что постоянно приходится что-то кому-то объяснять и доказывать, а не делать свою работу. Хотя есть ситуации, которые не стоят выеденного яйца. Но наши недоработки мы пытаемся вместе устранять.

Однако есть также псевдоактивисты, которые сознательно или нет, но создают препятствия в нашей работе. Живой пример – мы вынуждены были отложить задержание преступной группы, так как все силы, в том числе специального назначения, находились на охране общественного порядка из-за таких псевдоактивистов.

Надо четко разделить тех, кто за идею, и псевдоактивистов, которые за "бабки", извините, делают всякую ерунду. Начиная от незаконной уборки чужого урожая и заканчивая поджогами судов или "борьбой" с проституцией.

Вы не связываете эти события в одну цепочку?

Если выстраивать общую цепочку из некоторых действий, которые происходили, я для себя понимаю, кому это выгодно. Понимаю, кто хочет, чтобы сюда пришел другой, управляемый человек, который будет закрывать глаза на определенные действия.

Можете назвать этих лиц или эти силы?

Не могу, потому что нет прямых доказательств. А неподтвержденные слова будут сразу использованы против нас.

При предыдущем руководстве областного управления был инцидент с пытками задержанного сотрудниками полиции в бывшем Ильичевске. Что привело к возникновению такой ситуации?

Эти проблемы действительно были. Но они были связаны с тем, что, по моему мнению, на руководящие должности назначались не те кадры. В некоторых райотделах мне пришлось поменять молодых руководителей на более опытных. Отвечаю очень просто: возьмите статистику и посмотрите, что было в том году и что в этом. Разница есть. Для бабушки или мамы с ребенком не имеет значения, кто начальник. Важно, что он делает. Если в прошлый курортный сезон было 30 грабежей в день, то сейчас мы "сбили" этот показатель до 10-12 в день. Разбоев было 5 в день, сейчас один, а бывают дни, когда и ни одного. Есть у нас проблемы, не говорю, что все идеально. Но они уже не столь критичны.

Насколько серьезное влияние на криминогенную ситуацию в Одессе оказывают "воры в законе"?

Сегодня на ситуацию в городе пытаются влиять три человека: Омар Бекаев, Миндия Горадзе и Антимос Кухилава. Первые двое вообще не оказывают какого-либо существенного влияния. А гражданин Кухилава периодически приезжает и пытается влиять тут на месте, подчеркиваю, пытается. Но мы ему не даем.

Мы следим и за другими лицами, которые "содействуют" ухудшению оперативной ситуации. Например, в СИЗО или в отдельных районах Одесской области. Каждым занимаемся, что называется, индивидуально. Как только кто-то из них оступится, мы сразу примем меры.

Антимос сейчас в городе?

Сейчас он выехал.

Насколько известно, он вернулся в Украину с украинским паспортом. Можно ли теперь как-то повлиять на него?

По решению Верховного суда ему действительно вернули паспорт гражданина Украины. Поэтому фактически у нас связаны руки. Хотя мы с миграционной службой Одесской области приложили максимум усилий, чтобы ситуация с Антимосом вошла в законное русло. К сожалению, у нас процедуры в этом плане очень бюрократические и длительные. Но мы продолжаем работу.

Я не считаю, что гражданин Кухилава должен находиться с таким статусом в Одессе и пытаться влиять на криминогенную ситуацию в регионе. В решении этой проблемы нам сейчас помогают Министерство внутренних дел и департамент уголовного розыска Национальной полиции. Хотелось бы, чтобы этот человек покинул территорию Украины.

Оказывает ли какое-то влияние на стабильность в Одессе Александр Ангерт и сообщения о его смерти? Не ожидается ли в связи с этим борьба за передел сфер влияния?

Насколько я знаю, Ангерт сейчас находится за границей. А что касается передела… Я больше переживаю из-за Бекаева, Горадзе и Кухилавы. Криминальные разборки между ними продолжаются. И мы не должны допустить, чтобы этот передел зон влияния и конфликт закончился стрельбой или повлиял на безопасность людей.

Один из самых важных запросов общества в Одессе – это завершение расследования второй части преступлений, совершенных 2 мая 2014 года (в части событий на Куликовом поле). Какова ситуация с расследованием этого дела?

Данное дело находится в следственном управлении, под него создана специальная усиленная следственно-оперативная группа из числа наиболее подготовленных сотрудников оперативных подразделений. Также туда входят специалисты киберполиции.

По состоянию на сегодняшний день было допрошено порядка 200 новых свидетелей. Сейчас назначены новые комплексная комиссионная судебно-медицинская и судебно-баллистическая экспертизы с целью определения обстоятельств причинения смертельных ранений по улице Греческой. Назначены судебно-трасологическая экспертиза, судебно-химическая экспертиза по оставшемуся после пожара в Доме профсоюзов мусору, которая позволит нам отработать версию по отравляющим газам, много других новых экспертиз.

Что касается подозреваемых, 5 человек мы привлекли дополнительно по статье организация массовых беспорядков – ч. 2 ст. 294 УК, разыскали двоих человек, которые находились в розыске. Еще по 15-ти продолжаем оперативно-розыскные мероприятия.

А что делает киберполиция по данному делу?

Киберполиция анализирует все материалы, которые есть в медиа, начиная с 2014 года. В частности, по ряду фигурантов, в отношение которых расследование было закрыто, мы сейчас заново собираем информацию. Проверяем, что это за люди, как и что они делали, при каких обстоятельствах.

Можно ли назвать конкретные сроки завершения расследования данного дела и его передачи в суд?

Дату назвать сложно. Если делать все обстоятельно, как требует закон, как требуют иностранные наблюдатели, с выполнением всех экспертиз, чтобы все было подтверждено документально и не развалилось в суде и не слушалось три года, то объем работы все еще сумасшедший. Это не два, не три и не четыре месяца.

По моему личному мнению, это дело – одно из самых сложных в Украине сейчас. А, может быть, и за всю современную историю Украины: количество человеческих жертв, политическая подоплека, противостояние в обществе... Поэтому надо подойти объективно, чтобы потом не получить обвинения, что мы однобоко рассматриваем ситуацию: одну сторону привлекаем, а другую якобы не трогаем. Нет, такого не будет! Те, кто совершили преступления во время этих событий, будут наказаны.

Переформулирую вопрос: есть ли ограничения по срокам расследования ввиду каких-либо факторов?

Для такого дела, я думаю, нас не будут ограничивать во времени. Понятно, что чем быстрее мы его расследуем, тем лучше будет. Но я считаю, лучше мы это дело расследуем качественно, а не быстро. Тем более, что нам, по сути, приходится собирать картину спустя три года по крупицам. Хотя в этом тоже есть свой позитив: угол зрения немного другой, тогда это было по-горячему, начало войны, сейчас иначе. Плюс мы используем материалы, которые наработали другие организации и структуры. Те же журналистские расследования, которые провела "Группа 2 мая".

Возвращаясь к активистам. Какие взаимоотношения между одесской полицией и этой частью общества?

Самая большая проблема – это двойные стандарты. Когда собираешь круглый стол с активистами, у многих из которых обострено чувство справедливости, и напрямую спрашиваешь их, мол, готовы ли они отвечать за свои действия честно и по закону, то все вроде "за". Но как только мы кого-то привлекаем к ответственности, сразу начинаются какие-то истории о том, что полиция чрезмерно жестоко действовала при задержании, какие-то уловки. И такие случаи были уже неоднократно. Например, при задержании активисту сломали нос. Сразу: полицейские – фашисты. А если активисты сломали нос полицейскому, то – извините, мол, мы по неосторожности, мы не хотели. Хотя в других странах в таких ситуациях полицейские вообще оружие применяют.

Какая ситуация с расследованием уголовных производств в отношении активистов? Было много фактов давления на судей, хулиганств.

По каждому факту открыто уголовное производство. Статьи не тяжкие – самоуправство, хулиганство. Но есть вопросы с доказательствами. Часто вину человека нечем доказывать, нет свидетелей.

А просто чьей-то политической воли, мол, надо это дело раскрыть, не достаточно. Я не буду нарушать Уголовный кодекс. Мы стремимся работать по европейским стандартам. Мы же все сами хотим новую полицию. Поэтому если есть достаточно материалов, чтобы привлечь человека к ответственности за определенные действия, мы его привлекаем. Не хватает материалов – не привлекаем.

Дела по многим фактам открыты. Но мы не можем делать людей виноватыми.

Ну и еще есть роль прокуратуры, которая осуществляет процессуальное руководство, есть еще суды, которые могут принять решение не принимать дело к рассмотрению, потому что не хотят конфликтов.

А сколько вообще таких дел?

От 10 до 15 дел. Их не так много, в основном фактовые дела.

Жители Одессы отмечают увеличившееся количество казино в городе. Полиция как-то борется с этим явлением?

Не казино, а игровые залы. Мы с прокуратурой ежедневно, так сказать, "выносим" по 1-2 таких зала. Но они растут как грибы. По городу, по нашей оценке, их сейчас 140-150 действующих. Это с учетом того, что мы выносим 1-2 в день и еще периодически проводим массовые рейды, "вынося" за раз 30-40 залов.

Проблема действительно есть. Но она больше связана с недочетами нашего законодательства.

Мы приходим, изымаем оборудование. Но потом по решению суда нас обязывают его вернуть, потому что недостаточно улик. А чтобы было достаточно улик и чтобы не вернули, надо 3-4 месяца документировать деятельность только одного зала.

Поэтому мы идем другим путем: пытаемся их вынудить свернуть эту незаконную деятельность. К сожалению, прибыль от нее с лихвой перекрывает все затраты. Даже если мы все изымаем и вывозим, люди организовывают процесс заново.

Проблему надо решать на законодательном уровне.

Завершены ли следственные действия по убийству и расчленению тела сотрудницы Одесского СИЗО?

По полицейской статье – 115-й – расследование завершено. Но существующие в СИЗО проблемы остались. Ситуация там катастрофическая с точки зрения влияния на криминогенную ситуацию. По большому счету, СИЗО являются домами отдыха для преступников. Начинающие преступники там не исправляются, а, наоборот, углубляются в преступную среду, проникаются "преступной романтикой". Потому что человек, который первый раз туда попал, видит, что многие себя там чувствуют, как на воле: телефоны, наркотики, женщины… и человек при этом не работает.

Безнаказанность, полное игнорирование должностных обязанностей отдельных лиц, неудачная реформа – все это привело фактически к развалу пенитенциарной системы. Это с моей, полицейской, точки зрения.

Журналисты активно обсуждали фотографии рук подозреваемого в убийстве, которые остались в крови после стирки вещей. Есть мнение, что его избивали.

Когда я туда приехал, когда там уже находились полицейские силы, при мне его точно не били. Его заковали в "браслеты" и все. Руки не дали вытереть, так как надо было провести экспертизы. И было бы глупо давать ему вытереть руки. Мы же даже не понимали, чья это кровь. Может, он свинью зарезал.

Но я не исключаю, что, с учетом тех видео о "наведении порядка" в Одесском СИЗО, с учетом того, как там обращались с задержанными, там, может, что-то и было. Но когда туда зашла полиция, насилия в отношении задержанного не было.

Насколько сегодня у полиции получается привлечь на свою сторону общество?

Определенное "прохладное" отношение к полиции у населения осталось со времен милиции, которая была карательным органом.

Понятно, что та категория людей, которые не любят полицию изначально (люди, которые имеют судимости или еще в каком-то негативном ключе сталкивались с полицией или милицией), они и не полюбят нас. Но другая часть видит изменения. И эта часть растет. Я это сам чувствую, когда с людьми общаюсь. Мы ломаем ситуацию, но не так быстро, как хотелось бы.

Значительную роль, как позитивную, так и негативную, в этом вопрос играют СМИ. Но люди в любой непонятной ситуации в первую очередь звонят в полицию.

Хотя, конечно, некоторые силы, иногда неосознанно, пытаются сформировать негативный образ полиции. В том числе те, которыми опосредованно управляют из "Поребрикстана", из Москвы. Это один из уровней гибридной войны – создать негативное впечатление об органах государственной власти.

Насколько налажено сегодня сотрудничество между полицией и городскими и областными властями?

Недавно область выделила 77 машин для полиции, большое спасибо за это. Город выделил деньги на полицейские станции, деньги на автотранспорт, на оборудование видеонаблюдения. Также во взаимодействии с городскими властями мы хотим сделать в Аркадии самое безопасное место в Одесской области.

Можете ли вы оценить эффективность и адекватность муниципальной охраны?

Такую оценку должны давать жители города. Со своей стороны могу сказать, что на прошлой неделе они нам помогли задержать грабителей, не побоялись. А я за любую помощь благодарен.

Я понимаю, что этот вопрос сильно политизирован. Мол, это частная армия. Но эти люди без оружия, 60% или 70% из них – бывшие АТОшники, есть бывшие сотрудники МВД. Мне бы хотелось, чтоб их было больше на охране публичного порядка.

То, что их, возможно, используют в каких-то других ситуациях, - мы по каждому факту разбираемся. С тем же нападением на журналиста мы разобрались. Там была охранная фирма. Хотя все кричали – это "армия" (мэра Одессы Геннадия – ИФ) Труханова.

И что сейчас с этим нападением?

Лицо установлено. Человеку объявлено подозрение по ст. 171 и 296 (препятствование деятельности журналиста и хулиганство). Сейчас подозреваемый привлек к делу адвоката, чтобы себя защитить.

Где в Одесской области нет сотрудничества между полицией и местными властями?

Проблемы однозначно есть в Ширяевском районе. Не совсем там все открыто и прозрачно, как должно быть. Мы делаем свои выводы. Может быть, они будут чересчур жесткими, но они будут. По остальным районам понимание есть. Все осознают, что безопасность – это один из приоритетов. Я очень рад за Арцизский, Болградский районы – там полное взаимопонимание. Общественность и полиция там одно целое. Чуть что – вся громада вовлекается в ситуацию. Это, кстати, яркий пример конструктивного взаимодействия, пример, когда полиция оказывает полицейские услуги своей громаде, к этому мы и стремимся.

Украина > Армия, полиция > interfax.com.ua, 5 сентября 2017 > № 2301612 Дмитрий Головин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter