Всего новостей: 2556385, выбрано 4 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Артемьев Максим в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмСМИ, ИТНедвижимость, строительствоОбразование, наукаАрмия, полицияАгропромвсе
Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 января 2018 > № 2447927 Максим Артемьев

Итоги блокады Донбасса. Украинская экономика усиливает связи с Россией

Максим Артемьев

Историк, журналист

Вступление Украины в Евросоюз обозримом будущем вряд ли возможно, а оказывать ей необходимую помощь он не способен

2017-й год начался для Украины с объявления блокады Донбасса. Инициативу проявили оппозиционные общественники во главе с Семеном Семенченко — бывшим командиром батальона «Донбасс», а ныне депутатом Верховной Рады. Украинское правительство поначалу восприняло это крайне негативно, как говорил тогда его глава Владимир Гройсман: «Речь идет о том, что, по предварительным расчетам, 75 тысяч [человек] могут потерять работу. Мы потеряем $3,5 млрд — это валютные поступления, что негативно повлияет на курс гривны».

Но напор общественности был так силен, что 15 марта Кабмин принял решение ввести блокаду на экономическое сообщение с неподконтрольным Юго-Востоком Украины. Каковы же итоги принятого решения? Ситуацию необходимо рассматривать шире — в свете российско-украинского конфликта.

Начиная с 2014 года, на положение украинской экономики напрямую влияют два новых фактора — переход Крыма в состав России и война на Донбассе и его раскол. На стороне ДНР-ЛНР оказались основные населенные пункты — Донецкая агломерация с самим Донецком, Макеевкой, Енакиево и Горловкой, то есть с тремя из пяти крупнейших городов Донецкой области, а также Луганск и агломерация Алчевск-Стаханов с примыкающим к ним городами. Но при этом под контролем Украины остались Мариуполь (главный металлургический центр страны), Краматорск, Славянск и Константиновка в Донецкой области, и Лисичанск, Рубежное, Северодонецк (химический и нефтеперерабатывающий кластер) в Луганской. Также основные электростанции региона находятся на украинской стороне.

Ситуация характеризуется разрывом «по живому» давно устоявшихся коммуникаций. Угольная, металлургическая, коксохимическая отрасли Донбасса, равно как электроэнергетика и железные дороги действовали в едином комплексе. Теперь они разобщены.

Более того, невозможно инвестировать в модернизацию металлургических заводов Мариуполя — «Азовстали» и ММК, поскольку они фактически находятся на линии фронта с неопределенным будущим. То же самое касается Углегорской и Луганской ТЭС.

Таким образом, Донбасс, будучи старопромышленным районом с избыточным населением и ветхой инфраструктурой, и оттого находившийся в кризисе все время после распада СССР, получил еще шоковые удары. Блокада стала лишь последним из них. Прямой ущерб от нее составил, по оценке Нацбанка Украина, $1,8 млрд в 2017 году и $500 млн в 2018. Премьер-министр Украины Владимир Гройсман, подводя итоги года, сказал 27 декабря о сокращении ВВП Украины на 1% как результате блокирования неконтролируемых территорий.

Однако каковы же общие итоги года для экономики Украины? А они достаточно любопытны, если рассматривать их через призму российско-украинских отношений. Ведь Киев сделал ставку на минимизацию экономического сотрудничества между двумя странами. При этом надо учитывать, что с 2015 года действует запрет на прямое авиасообщение между Россией и Украиной, уменьшилось количество поездов, из Киева регулярно звучать призывы вообще запретить железнодорожное сообщение.

В 2016 году товарооборот России с Украиной сократился на 31,64% по сравнению с 2015 годом, а в течение 2017 наблюдался его резкий рост: в I квартале — на 38,17%, во II квартале — на 28,59%, в III квартале — на 14,72%. Таковы парадоксальные итоги.

В чем-то путь Украины повторяет путь государств Прибалтики, которые также резко оборвали в начале 90-х экономические связи с Россией, переориентировавшись на Евросоюз и другие страны Запада. Но есть и важные отличия. Во-первых, деиндустриализация Прибалтике далась довольно легко. На заводах работали в основном представители русскоязычных, и сокращения не приводили к значимым социальным конфликтам. Во-вторых, в силу малой численности населения этим странам было возможно принять модель посреднической экономики, обслуживая транспортные потоки между Россией и Западом. В-третьих, Евросоюз оказывал им с самых первых шагов значительную финансовую и иную помощь и они сравнительно быстро стали его членами.

Этих факторов на Украине нет. Деиндустрилизация приводит к серьезным трудовым конфликтам, как, например, в самом конце декабря на судостроительном заводе в Николаеве, в который был вынужден вмешиваться премьер Гройсман. Большинство украинских заводов, особенно в ВПК, предназначались для работы в тесной кооперации с предприятиями на территории России, и разрыв отношений приводит к тому, что, например, самый крупный завод Украины — «Южмаш», все время лихорадит.

От посреднической модели, которая позволяла как-то существовать в 90-е — начале 2000-х, получая по очень сниженным ценам российский газ, Украина также отказалась. Роль транзитера ее не устраивает, равно как и Россию, которая не хочет продолжения логистической зависимости от Украины.

Что касается Евросоюза, то вступление в обозримом будущем в его члены Украине не грозит, а в силу ее размеров оказывать ей необходимую помощь он не способен.

Кроме того, Украина — де-факто воюющее государство. Рост расходов на оборону происходит опережающими темпами, и она уже входит в пятерку первых государств на планете по проценту от ВВП, направляемого на нужды военных. Это резко сужает «горизонт» бюджетных маневров. Поэтому в экономике происходят совершенно естественные восстановительные процессы — а именно усиление экономических связей с Россией, которые резко «просели» в 2014-2016 годах. Усиление экономических связей с Россией происходит в рамках восстановления экономики вообще: экспорт по итогам десяти месяцев вырос на 20% и примерно так же выросла заработная плата.

Что бы не говорили политики, а человеческие и иные связи в одночасье не оборвать, как не оборвались они с той же Прибалтикой, которая стала важным центром туристического притяжения для россиян. Недаром в 2017 году только за девять месяцев Россию посетило больше граждан Украины (5,7 млн) чем за весь 2016 — 4,1 млн. Переводы от гастарбайтеров, в том числе из России, продолжают оставаться важнейшим средством пополнения валюты и поддержания курса гривны.

Но при этом надо понимать, что российско-украинские экономические отношения стабилизируются на уровне, значительно ниже предыдущего. Если в 2013 году Украина занимала 4,7% во внешнеторговом обороте России, то теперь только 2,2%.

Можно сделать следующие выводы. Несмотря на политические сложности и призывы, между Украиной и Россией останется весьма значительный спектр экономических связей, который будет основываться как на исторической преемственности, так и втекать из географии и гуманитарных связей.

Этот объем, достигнув своего восстановительного максимума на рубеже 2017-2018 годов, будет оставаться в ближайшие годы неизменным, если только не произойдет каких-либо чрезвычайных политических происшествий.

Ситуация на Донбассе может влиять больше на украинский ВВП, чем на внешнеторговый оборот между двумя странами. Регион, по сути, «выключается» из большой экономики в силу своего неопределенного статуса, и закрытия большинства предприятий на своей территории. Соответственно, продолжение блокады в перспективе мало воздействует на Россию или, даже, на Украину.

Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 5 января 2018 > № 2447927 Максим Артемьев


Украина > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413036 Максим Артемьев

День одураченных. Саакашвили вышел на свободу, но остался в заложниках

Максим Артемьев

Историк, журналист

Саакашвили обречен на бесперспективное выжидание. Если в ближайшее время на Украине не произойдет ничего экстраординарного, то протест затихнет

Происходящее сегодня в Киеве стало причудливой смесью публичной политики, насильственных действий и пиара. Ситуация менялась так часто, как было во Франции в так называемый «День одураченных» в 1630 году, когда с утра Мария Медичи добилась от короля Людовика XIII отставки ненавистного кардинала Ришелье, а к вечеру выяснилось, что позиции временщика только усилились, а противники Ришелье отправились кто в ссылку, кто на плаху

Задержание оппозиционного политика силами СБУ планировалось как первый этап операции против Саакашвили. Вторым должно было стать выступление генпрокурора Юрия Луценко в Раде с обвинениями против него как человека, связанного с беглыми олигархами, и на их деньги подготавливающего государственный переворот.

Однако с самого начала все пошло не так как планировалось. Ровно в девять утра к Саакашвили, снимающему квартиру в самом центре Киева буквально в одном шаге от Площади Независимости — эпицентра многих политических событий последних пятнадцати лет, пришли с обыском. Саакашвили среагировал мгновенно, пока его сторонники через соцсети начали собирать под окнами его дома киевлян в его поддержку, сам экс-президент Грузии выбрался на крышу, откуда выкрикивал лозунги, и — великолепный пиар-ход, — угрожал прыгнуть вниз и разбиться, в случае если его попытаются задержать.

Новость о том, что «Саакашвили на крыше и угрожает самоубийством» мгновенно разлетелась по информационным агентствам и вызвала огромный интерес. Через час примерно он был захвачен спецназом СБУ, и, конечно, прыгать вниз на мостовую не стал. Но главное было сделано — привлечено внимание, и выиграно время для того, чтобы собрать сторонников.

Поэтому, когда арестованного Саакашвили вывели из подъезда и посадили в машину, чтобы вести в изолятор, сотрудники СБУ столкнулись с мощным сопротивлением. Машина буквально увязла в толпе, и остановилась, проехав всего несколько десятков метров у т.н. «Украинского дома» перед местом где Крещатик переход во вторую центральную площадь города — Европейскую.

Примерно четыре часа продолжалось силовое противостояние толпы демонстрантов и силовиков, которые пытались пробиться, распыляя слезоточивый газ. В это время Луценко на срочно созванном брифинге начал рассказывать то, что планировал изначально сообщить в 16-00 в Раде. Он обвинил Саакашвили в получении денег от беглого олигарха Сергея Курченко, и заявил, что украинские силовики сорвали т.н. план «русской зимы» по захвату власти. Накануне был арестован один из самых доверенных людей Саакашвили — Северион Дангадзе, который, якобы, получил полмиллиона долларов на свержение Порошенко. Для Саакашвили прокуратура будет добиваться домашнего ареста с ношением электронного браслета, ему вменяется 256 статья «Содействие участникам преступной организации и сокрытие их деятельности».

Штурм и освобождение

Но главным в это время было не то, что происходило в Генпрокуратуре, а что творилось на улицах Киева, где к исходу четвертого часа противостояния толпа штурмом взяла автомобиль СБУ, где сидел закованный в наручники Саакашвили, и освободила его. Ситуация переменилась в одну минуту. Теперь уже освобожденный политик повел за собой многотысячную толпу к зданию Рады, где начался несанкционированный митинг, на котором он потребовал импичмента Петру Порошенко.

Для Порошенко это стало уже вторым серьезным ударом — после того как в сентябре этого года Саакашвили с боем прорвался на территорию Украины из Польши через границу. Дважды была показана беспомощность силовых структур страны. Сперва Саакашвили не могут не пустить, а теперь, не могут задержать. Толпа раскурочила автомобиль СБУ прямо в центре города и буквально на руках вынесла своего кумира — а правоохранительные органы не смогли исполнить приказ начальства и трусливо разбежались.

Полученный сигнал понятен — теперь о силовиков Украины можно вытирать ноги. Всем продемонстрирована слабость Порошенко, его неспособность добиться исполнения приказа. Это очень опасное послание как для режима, так и для оппозиции. Первый оно деморализует, вторую оно вдохновляет на следующие акции. Даже во времена Кучмы и Януковича невозможно было себе представить, чтобы сторонники Юлии Тимошенко отбивали ее у силовых структур. Теперь же успешное противостояние им становится нормой.

Перспективы Порошенко

Однако говорить о скором крахе власти Порошенко все же нельзя. Эффект от подобных событий всегда имеет отсроченный характер. Сам победитель – Саакашвили, имеет смутное представление о том, что делать дальше. И кроме призывов к импичменту ему нечего пока предложить. Идти штурмовать дворец президента, свергать его силой — и опасно и малореально. Во-первых, трудно будет найти желающих подниматься против пулеметов и автоматов, во-вторых, идею насильственного свержения главы государства не поддержат на Западе. Наилучшим вариантом для Саакашвили стала бы добровольная отставка Порошенко, но для этого нет никаких предпосылок — ни массовых демонстраций, ни соответствующего давления внутри элит.

Поэтому Саакашвили является заложником сегодняшней своей победы. Он на свободе, но это пребывание вне решеток обрекает его на бесперспективное выжидание. Если в ближайшее время не произойдет ничего экстраординарного, то все затихнет, как затихло после его возвращения из Польши, и после того как «михомайдан» провалился по причине малого к нему интереса украинцев.

Между «Оранжевой революцией» и «Евромайданом» прошло девять лет. От последнего до сегодняшнего дня — только четыре года. Усталость и раздражение от нового режима еще не достигли критической точки. Плюс в рядах самой оппозиции нет ни единства, ни общих целей. Юлия Тимошенко, экс-глава СБУ Виталий Наливайченко, комбат Семен Семенченко, журналист-депутат Сергей Лещенко и Михаил Саакашвили — лишь временные и очень недружные союзники. К тому же у Саакашвили сейчас нет украинского гражданства, и сам он никуда выдвигаться легально не может. Фактор же продолжающейся войны на Донбассе работает на Порошенко, так как обществе не хочет раздрая власти в момент вооруженного противостояния на Юго-Востоке.

Поэтому случившееся сегодня Киеве следует считать репетицией, подобной той, которая происходила за два года до «Оранжевой революции» под лозунгом «Кучму – геть!». Время для кардинальной смены власти еще не пришло.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413036 Максим Артемьев


Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 24 ноября 2017 > № 2400733 Максим Артемьев

Переворот в Луганске. Что упускает российское руководство

Максим Артемьев

Историк, журналист

В Луганской народной республике давно протекали подспудные процессы, в результате которых Игорь Плотницкий оказался генералом без войска, а Россия — перед неприятной неожиданностью

Переворот в Луганске, исходом которого стало вчерашнее бегство в Москву главы ЛНР Игоря Плотницкого — вопреки его многократным уверениям, что у него все под контролем, и что он никуда республику не покинет, вызывает множество вопросов.

Первый — и самый очевидный из них — где же были все наши аналитики, специалисты по ближнему зарубежью и украинским делам? Почему смена власти свалилась как снег на голову (а в эти дни в Луганске снег выпал в большом количестве, делая поговорку вдвойне актуальной) не только несчастным жителям ЛНР, но и «экспертному сообществу»?

Ни один из них даже не намекнул, что в непризнанной республике что-то происходит, что позиции Плотницкого очень шаткие, что его власть висит на ниточке. Только когда он отправил в отставку министра внутренних дел Игоря Корнета, «эксперты» заговорили — за день до начала переворота.

Это обстоятельство показывает, как плохо в России знают о том, что происходит в непризнанных республиках Донбасса, хотя и внешняя и внутренняя политика современной России напрямую зависит от ситуации там.

Второй вопрос непосредственно связан с первым. А каково же влияние России на Донбассе? Вкладывает ли Кремль средства в поддержание на плаву непризнанных республик? Буквально во время начавшегося переворота в Донбасс пришел уже 71-й гуманитарный конвой МЧС России. Только в Луганск пятнадцать грузовых автомобилей доставили 162 тонны гуманитарной помощи, в которую вошли продуктовые наборы для детей и медикаменты. Еще двадцать восемь автомобилей с 364 тоннами груза последовали в Донецк. Начиная с первого гуманитарного конвоя в августе 2014 года, Россия отправила более 71 000 тонн гуманитарной помощи, за счет которой во многом и живут республики.

И это только надводная часть «айсберга». Возможно, поддержка оказывается и по иным каналам. Один из местных журналистов в разговоре со мной сказал, что в «Луганске ремонтируют дорог и домов больше, чем до войны». По его мнению, жизнеобеспечение 3-4 миллионов человек, живущих в Донбассе на неконтролируемой Украиной стороне, целиком легло на Россию. Наша страна действительно приняла большое количество беженцев из Донбасса, и большое количество его жителей находится в России на заработках. Не забудем и о поддержании обороноспособности ДНР-ЛНР.

В Донбассе давно уже перешли на рублевое обращение. В принципе, для финансовой системы России это не страшно — как не страшно для США или Евросоюза наличие государств, не имеющих собственной валюты и использующих доллар или евро. Более того, утилизация там излишней рублевой массы может быть даже полезной с точки зрения борьбы с инфляцией. Однако это — палка о двух концах, ведь жители ДНР-ЛНР регулярно закупаются в России, и, таким образом, рубли к нам возвращаются.

Помимо экономических издержек (большинство из них через бюджет не проходит и завуалировано, и, таким образом, объективном подсчету не поддается), велики издержки и политические. Россия находится под международными санкциями в том числе ввиду поддержки непризнанных республик, а это в свою очередь бьет по экономике страны.

Поэтому, раз Россия столько несет расходов и убытков, было бы разумно считать, что ЛНР-ДНР находятся под контролем Кремля, и там ничего не происходит без его позволения. Собственно, на Западе, и, в особенности, на Украине считают именно так.

Контролирует ли Кремль ЛНР

Но произошедшее стало сильнейшим разрывом шаблонов. Ведь если принять точку зрения, что ЛНР и ДНР — марионетки Москвы, тогда случившееся с Плотницким либо инициатива Кремля, либо восстание против нее, либо свидетельство неподконтрольности, по крайней мере, ЛНР.

Но в данном случае все, видимо, сложнее. И загадочное молчание официальных лиц России это подтверждает. Даже уже когда Плотницкий прибыл в Москву, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявлял: «Я по-прежнему не комментирую ситуацию с Плотницким и с ЛНР». Такая позиция совершенно непонятна — Москва гарант Минских соглашений, под которыми стоит подпись Плотницкого. Теперь, когда он ушел в отставку, что с ними будет? Действительны будут соглашения или нет? К России это не имеет отношения?

Но хуже всего следующее — буквально накануне переворота Владимир Путин, впервые за три с половиной года, пообщался напрямую с главами ДНР и ЛНР по вопросу обмена пленными. Этому факту пропаганда придала особое значение. Теперь же один из глав, по сути, остался не у дел. Назвать это иначе как афронтом, серьезным унижением России — нельзя.

То, как легко и элегантно в Луганске произошла «коррекционная революция», если воспользоваться термином из сирийской истории, когда под этим лозунгом к власти пришел Хафез Асад — отец нынешнего президента, говорит о том, что в ЛНР давно уже протекали подспудные процессы, в результате которых Игорь Плотницкий оказался генералом без войска, а Россия — перед неприятной неожиданностью. Но только их не отслеживали ни «политологи», ни спецслужбы, ни политики. В противном случае Россия бы не молчала и не занимала отстраненной позиции.

Тут надо провести сравнение между двумя главами непризнанных республик — ЛНР, Плотницким, и ДНР, Захарченко. У первого послужной список повесомее и посолиднее — закончил военное училище, служил в армии, далее бизнес, затем восемь лет госслужбы. То есть человек имеет широкий опыт и понимает что такое управление. А у Александра Захарченко — всего лишь техникум и непонятный бизнес. Тем не менее, он власть держит крепко – в отличие от многоопытного Плотницкого.

Впрочем, биография Плотницкого имеет немало «белых пятен». Как уроженец Черновицкой области оказался в Луганске? Служил ли он там на момент увольнения, жена ли его оттуда родом? Зачем ушел с госслужбы в 2012 году, и чем занимался на момент восстания в 2014 году? Почему именно на него была сделана ставка, когда подал в отставку первый глава ЛНР Валерий Болотов? Ведь общественной активностью Плотницкий не отличался. Ну и самый неприятный вопрос — отчего именно в ЛНР случилось столько загадочных смертей вождей восстания и основателей республики, достаточно вспомнить легендарных Мозгового и Дремова?

Маленький человек и большие амбиции

Глава ЛНР на своей последней пресс-конференции перед бегством в Москву назвал своего противника Корнета «маленьким человеком с большими амбициями». Но, на самом деле, именно Плотницкого можно назвать «маленьким человеком» нежданно-негаданно попавшим в большую историю. Мелкий чиновник и мелкий бизнесмен в свои пятьдесят лет и думать не мог в 2014-м, что его ожидает такой взлет. Но его судьба типична для тех, кто в «русскую весну» решил сделать решительный шаг. В обстановке, когда правящие элиты растерялись и разбежались, именно такие люди поднимаются вверх. Однако его потенциала хватило только на три года, что также типично для революционеров. С работой в относительно мирное время Плотницкий не справился.

Делая хорошую мину при плохой игре, Москва, конечно, теперь что-то будет вынуждена предпринимать. Понятно, что в поисках компромисса между новыми элитами Донбасса ее слово будет решающим. Однако надолго ли хватит ее потенциала? Проблема ее политики в том, что она не умеет играть «вдолгую». До сих пор ничего кроме ситуативного реагирования продемонстрировано не было. Идея о слиянии двух республик в одну, о которой сейчас немало говорят, должна получить поддержку в Луганске, которому грозит превращение из самостоятельного центра в провинцию. Добиться этого будет нелегко — если такая задача, вообще, ставится.

Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 24 ноября 2017 > № 2400733 Максим Артемьев


Украина. Россия > Армия, полиция > forbes.ru, 23 марта 2017 > № 2114575 Максим Артемьев

От кризиса к кризису: что значит убийство Вороненкова для Киева

Максим Артемьев

Историк, журналист

Последние дни киевский политикум жил в ожидании чего-то худшего, хотя, казалось бы, что может быть хуже того, что уже имеется?

Блокада ДНР-ЛНР и фактическое присоединение к ней в итоге государства резко накалили обстановку. Усилилось геополитическое противостояние с Россией, обострились внутриполитические разногласия. Президент и правительство делают взаимоисключающие шаги и заявления. Резко осуждают организаторов блокады, но в итоге ее одобряют. При этом тут же повторяют, какой вред украинской экономике она наносит.

Подобная непоследовательная позиция подрывает доверие общества к верховной власти, порождает представление о ее слабости и непонимании ею путей выхода из глубокого кризиса. Ведь первым следствием решения Киева запретить торговлю с Юго-Востоком стала отсрочка решения МВФ о предоставлении Украине очередного транша.

Юрий Касьянов — ведущий украинский блогер и активист волонтерского движения, известный своей резкой критикой президента, завершил 22 марта постом в Фейсбуке, в котором задался вопросом: почему в Украине не происходит террористических актов?

Взрывы под Харьковом, убийство в Киеве

Утро следующего дня принесло две новости – пожар и взрывы на складе боеприпасов в Харьковской области, что сразу же было объявлено министерством обороны «диверсией», а затем убийство экс-депутата Госдумы РФ Дениса Вороненкова, попросившего политического убежища после окончания срока своих полномочий и получившего гражданство Украины в ускоренном порядке.

Это преступление стало поводом для взрыва копившихся эмоций. Почти одновременно лидеры общественного мнения выступили с резкими нападками на работу правоохранительных структур государства – СБУ, МВД, прокуратуры и т.д. Сам факт, что Вороненкова убили прямо в центре города, среди дня, притом что он пользовался охраной государства и как важный свидетель по делу Януковича, и как политический перебежчик из России, показал степень недееспособности спецслужб.

Не забудем, что в прошлом году точно так же, в центре Киева был убит (взорван в своей машине) другой политэмигрант – журналист Павел Шеремет. Это преступление до сих не раскрыто. Парой часов ранее, еще до убийства Вороненкова, в соцсетях и СМИ уже начался вал критики военных и правоохранителей в связи с пожаром на складе в Балаклее, где хранилась чуть ли треть украинских боеприпасов. Официальный Киев сам подыграл оппозиции, сразу же выставив в качестве приоритетной версию умышленной диверсии. Впрочем, спиши он пожар на халатность или стечение обстоятельств, вряд ли критики стало бы меньше. Гройсман уже объявил, что склад может гореть еще неделю, а эвакуировать пришлось до двадцати тысяч жителей и предстоит вывезти еще тысячи из опасной зоны.

Любое действие власти нынче рассматривается под микроскопом. В отсутствие положительных и ощущаемых большинством общества перемен – как в экономике, так и на Донбассе, любой промах правительства ощущается вдвойне и втройне болезненно.

Неспособность обеспечить безопасность даже в столице (и это после широко разрекламированной реформы органов внутренних дел), отсутствие прогресса в расследовании резонансных преступлений – покушения на мэра Харькова Кернеса, убийства Шеремета — дискредитируют начинания Арсена Авакова, главы МВД. Равно как работу СБУ, руководителя которого Василия Грицака Порошенко назначил почти два года назад, отстранив для этого Валентина Наливайченко.

Также президент провел изменение законодательства под своего старого политического союзника Юрия Луценко, чтобы тот смог возглавить генпрокуратуру, однако и в этом случае он ничем похвастать не может.

В тупике

Со времени победы Евромайдана прошло уже три года. Но искомого поворота к лучшему не происходит. Ситуация с преступностью по-прежнему обострена, по стране «гуляет» масса неучтенного оружия. Продолжающаяся война на Донбассе, пусть и вялотекущая, но с ежедневными людскими потерями, порождает цинизм и беспросветность. Сколько еще терпеть обществу эту межеумочную ситуацию ни мира, ни войны, с потерями солдат и без каких-либо перспектив победы или компромиссного урегулирования?

Киев несет потери и в плане информационной войны. Он пытался позиционировать себя в качестве безопасного прибежища для российской оппозиции. Теперь, после второго уже убийства ее видного представителя (при всей непрозрачности биографии Вороненкова, противоречивости его заявлений и действий, он, тем не менее, позиционировал себя именно так, и в этом качестве широко использовался официозной украинской пропагандой) очевидно, что построения «альтернативной России» не получилось. Это деморализующее действует на активистов-эмигрантов, например Айдера Муждабаева, который вовсю винит СБУ в громком провале.

На какие теперь шаги пойдет Петр Порошенко, чтобы в ситуации усиливающегося хаоса продемонстрировать твердость хватки, неизвестно. Ему необходимо показать, что штурвал государственного управления в надежных руках, но возможностей для этого все меньше. С одной стороны, он поднимает градус украино-российского противостояния, объявляя сразу же, что убийство Вороненкова — дело рук спецслужб РФ. С другой — он не может не понимать тех катастрофических последствий, к которым приведет курс на углубление конфронтации, которого он придерживается в последнее время.

Трагедия в том, что основные проблемы украинского общества и государства не рассосутся сами собой. Все они требует ясного и внятного плана действий (в большинстве своем непопулярных) и политической воли. Однако официальный Киев не может их продемонстрировать. Тупиковая ситуация во власти порождает запрос на ее смену, притом что менять ее некому - ни в парламенте, ни в обществе не сформировалось альтернативных политических сил.

И этот парадокс обуславливает то, что страна сегодня оказалась обречена на перманентный кризис.

Украина. Россия > Армия, полиция > forbes.ru, 23 марта 2017 > № 2114575 Максим Артемьев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter