Всего новостей: 2554706, выбрано 1 за 0.012 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Кужель Александра в отраслях: Приватизация, инвестициивсе
Кужель Александра в отраслях: Приватизация, инвестициивсе
Украина > Приватизация, инвестиции > expert.ua, 20 мая 2013 > № 939022 Александра Кужель

Двадцать лет на баррикадах

Глава Комитета Верховной Рады по вопросам предпринимательства, регуляторной и антимонопольной политики Александра Кужель рассказала о том, почему дерегуляция не поможет украинскому бизнесу

В рабочем кабинете Александры Кужель царит напряженная атмосфера. Все столы и свободные стулья завалены грудами бумаг. Хозяйка кабинета признается: тут не только проекты законов по линии возглавляемого ею парламентского комитета, межведомственная переписка или документы фракции «Батьківщина», в которой нынче состоит Кужель. Львиная доля этих бумаг — письма с просьбами, жалобами, а также благодарностями от предпринимателей и представителей бизнеса со всех концов Украины. Во время интервью мы не одни в кабинете — ее помощники, сидящие за соседним столом, неутомимо и кропотливо продолжают разбирать килограммы свежей корреспонденции.

Сегодня Александра Кужель появляется в лентах новостей преимущественно как системный разоблачитель махинаций власти и ярая защитница Юлии Тимошенко (наше интервью длится ровно до того времени, когда 22-му номеру в списке партии «Батьківщина» нужно бежать на очередное судебное заседание). Впрочем, «Эксперт» решил поговорить с Кужель как с главной защитницей предпринимателей. Ключевой вопрос сегодня — как поступит в условиях экономического спада украинская власть? Пойдет ли по пути «закручивания гаек» или, напротив, решится на послабления, которые стимулируют деловую активность?

— Как вы относитесь к инициативе правительства о введении финансовых векселей, которыми министры предлагают погашать задолженность перед бизнесом по налогу на добавленную стоимость (НДС)? Насколько такая мера может быть действенной?

— Идея с векселями, которую так усердно «пропихивает» премьер Азаров, — губительна для экономики. С ее принятием мы будем полностью отброшены на десятилетия назад — в начало 1990-х. Если бы закон предусматривал возможность рассчитаться векселями по старым налоговым долгам, это было бы еще полбеды. Но они вписали и текущую налоговую задолженность, что беспрецедентно!

К тому же, пока государство расплачивается с бизнесом некими бумажками, предпринимателю нужно закупать сырье, платить налоги и зарплаты людям, причем нормальными, настоящими деньгами. Более того, в форме векселей предполагается проводить еще и бюджетные расчеты с регионами. Однажды, в эпоху разрухи и развала, у нас всё это уже было, и как бы эти бумажки ни назывались, речь всегда шла о дополнительной эмиссии, которая может создать в экономике такие диспропорции, что сегодняшние проблемы в бюджете покажутся цветочками.

— Если эта идея губительна, то, возможно, спасением для бюджета станет сбор налогов «наперед»?

— Это только усугубит ситуацию. Например, сегодня многие предприниматели подтверждают: на возврат НДС можно рассчитывать лишь при одном условии — эти деньги должны быть моментально перечислены в счет авансовой уплаты налога на прибыль. Недавно я была на съезде грузоперевозчиков Киевской области, где один предприниматель мне признался, что налог на прибыль он уже заплатил на восемь лет вперед. Думаю, комментарии здесь излишни.

— Недоступность кредитных ресурсов — один из самых болезненных вопросов для бизнеса в нынешних условиях. Пытаетесь ли вы найти общий язык с властью в поиске источников «дешевых» денег?

— За интересы предпринимателей при разных командах и на разных должностях я воюю уже без малого два десятка лет (о деятельности Александры Кужель на посту главы Госкомпредпринимательства см. «Время запретов» и «Нация минимизаторов»), но впервые констатирую, что с этой властью конструктивный диалог невозможен, так как все ее действия направлены на построение модели грабительской экономики и захват собственности в интересах отдельно взятого клана. Ведь если из страны сегодня уходят иностранные инвесторы и международные банки — в том числе те, которые пытаются спасти свои деньги от захвата, о каком снижении процентных ставок и кредитовании в принципе может идти речь?

— Когда вы говорите о клане, видимо, речь идет о так называемой Семье президента. Об этом очень много говорит оппозиция. Уж простите за наивность, но кто — лица этого клана, о каких активах идет речь?

— Съездите в Одессу и зайдите на пляж Аркадия, где сгорело пять ресторанов. Узнайте, кому они теперь принадлежат… Посетите одну из крупнейших кондитерских компаний Украины «Житомирські ласощі», чьим собственником была швейцарская компания, у которой путем рейдерского захвата отобрали предприятие в течение недели. Зайдите, наконец, на Киевский ювелирный завод. А затем поднимите официальную декларацию Александра Януковича (старший сын действующего президента Украины. — «Эксперт»), который в этом году задекларировал доход в 0,58 миллиарда гривен! Впрочем, СМИ оценивают его состояние в 1,4 миллиарда…

Вопрос: на каком таком бизнесе стоматолог смог заработать всё это? Как так получилось, что большинство тендеров по углю выиграл всё тот же Александр Викторович Янукович, который до недавнего времени не имел ни одной шахты? Кто получил все тендеры на строительство, вплоть до строительства нового корпуса в больнице «Охматдет»? Даже там — фирма, аффилированная с компаниями сына президента, между прочим, не имеющая никакого опыта работы на подобных объектах.

Я не прокурор. Могу только помогать депутатскими запросами, когда ко мне обращаются предприниматели. Но когда мы говорим о бизнесе Семьи, то подразумеваем и первого вице-премьера, министра доходов и сборов, руководство Нацбанка, МВД, Генпрокуратуры, СБУ. Не дай Бог в эту по сути мафиозную паутину сегодня кому-то попасть — ничто и никто не спасет.

Прозрачность и еще раз прозрачность

— Парламент, как известно, долго не работал. А что всё это время происходило на уровне комитетов? Каких шагов стоит ожидать бизнесу в области дерегуляции?

— Наш комитет работал, не отменялось ни одно заседание. Депутаты активно вносили новые законопроекты, дорабатывали множество нормативных актов, оставшихся с прошлого созыва. Если же говорить о законодательстве, касающемся регулирования бизнеса, основная его часть создавалась при моем участии во времена работы парламента второго созыва (1994–1998 годы. — «Эксперт»). Я в нём отлично ориентируюсь и убеждена, что коренным образом менять эту базу нет смысла, так как она выписывалась согласно передовым европейским практикам.

Проблема в другом: законодательство не выполняется в принципе, поскольку в нашей стране отсутствует защита прав собственности, как и вообще право в широком смысле. Поэтому сейчас мы подошли к черте, когда действующие структурные законы попросту не работают.

Когда на рынке есть понятные всем рамки игры, тогда вы просто контролируете их выполнение. Но когда власть пытается что-то зарегулировать, это как раз и называется коррупцией.

— Каким образом можно преломить эту тупиковую ситуацию?

— Одна из наших последних законодательных инициатив как раз направлена на это. Речь идет о законопроекте, касающемся дерегуляции и улучшения условий развития малого и среднего бизнеса (№2116, зарегистрирован Кужель в январе 2013 года. — «Эксперт»). Суть его проста. Например, проводится обсуждение какого-то регуляторного акта в сфере налогового или таможенного регулирования. Сегодня это происходит следующим образом: к нему в ходе обсуждения и обнародования вносится множество поправок, но затем проект приходит в парламент, и мы обнаруживаем, что ни одно предложение не учтено. В ответ на наше изумление чиновник отвечает: «Ничего не слышал, ничего не знаю». Теперь же мы предлагаем, чтобы каждое замечание, вынесенное на обсуждение, вносилось в протокол, который будет храниться три года и содержать обоснование, почему ту или иную поправку приняли или не приняли. Причем ни одно решение не сможет пройти, если оно не было одобрено профильной отраслью.

Задаю руководителю Минагропрода Николаю Присяжнюку вопрос: на каком основании ветеринары сегодня забегали по магазинам с проверками готовой продукции? А он мне и говорит — мол, быть такого не может! Оказалось, и здесь создана новая коррупционная кормушка, с которой кормятся ватаги чиновников разных уровней, хотя у ветеринаров по закону есть право на проверку только если, скажем, на мясокомбинат поступает свежее мясо, которое они обязаны проверить.

Мы с народным депутатом Оксаной Продан (первый заместитель председателя Комитета Верховной Рады по вопросам налоговой и таможенной политики. — «Эксперт») параллельно дорабатываем проект №0937, который вносит существенные изменения в Закон «Об основных принципах государственного надзора (контроля) в сфере хозяйственной деятельности». Если нам удастся «протянуть» его в зале, это будет серьезный шаг вперед, так как закон запретит осуществлять ревизию разным субъектам госконтроля. Например, уплату НДС нельзя проверять милиции или прокуратуре, так как это в сфере компетенции только налоговой. Но, пожалуй, самое главное, что после принятия поправок в упомянутый закон ни одна проверка не сможет остановить работу компании или предприятия без решения административного суда.

— Сейчас ваш комитет работает над правительственным законопроектом №2139, который должен упростить процедуры регистрации бизнеса. Как вы оцениваете этот документ?

— В любой цивилизованной стране можно было бы принять такие нормы сразу и в первом, и во втором чтении. Ведь, к примеру, чтобы стать плательщиком НДС, нужно иметь оборот 300 тысяч гривен. После принятия закона предприниматель сможет заявить, что будет плательщиком НДС или единого налога. Для этого он подает в электронном виде скан-копии документации, после чего информация поступает в налоговую. Удобно? Безусловно! Но как будет на самом деле — сказать сложно. Ведь стоило лишь поинтересоваться, совпадают ли программы налогового реестра, органов статистики, совместимы ли электронные ключи и так называемые шлюзы, я сразу же получила ответ, что на решение этих вопросов понадобится месяца три. Хорошо, что удалось договориться с правительством об отсрочке принятия данного закона на некоторое время, потому что может повториться ситуация с реорганизацией БТИ, к которой государство не подготовилось, а расхлебывать всё пришлось рядовым гражданам (см. «Упростили до ”дыр”»).

— Какие еще шаги, направленные на упрощение работы бизнеса, намерен предпринимать комитет?

— Во второй половине мая мы заслушаем Совет предпринимателей при Кабмине относительно концепции закона о торговле. И, со своей стороны, хотим принять решение, чтобы все законы, которые сейчас находятся в парламенте и касаются торговли, не были рассмотрены, пока они не будут сведены в единый законодательный акт.

Другая проблема — введение кассовых аппаратов для предпринимателей-физлиц на едином налоге (при торговле импортной техникой, ювелирными изделиями и часами. — «Эксперт»), которых намерены штрафовать уже с 1 июля. Мы хотим добиться, чтобы власть отсрочила введение этих штрафов, дав бизнесу время на адаптацию к новым условиям.

— А что скажете по поводу намерения правительства ввести жесткое регулирование рынка такси?

— Мы пытаемся бороться с этой инициативой, которая аргументирована тем, что внушительная доля таксистов работает «в тени». Хотя еще с 2009 года я объясняю Министерству инфраструктуры, что по закону, который действует сейчас, лицензия на такси выдается только в том случае, если перевозки осуществляются от города к городу. Причем подразумеваются так называемые внутренние перевозки. Таким образом, сегодня обычный таксист не обязан по закону вообще брать лицензию! А то, что предлагается, приведет к концу этого рынка. Ведь если отдать местным советам право определять оптимальное количество такси, кто за это заплатит в итоге? Потребители, так как таксист, которому придется это право покупать, будет за наш счет компенсировать свои затраты, включающие взятки и другие коррупционные платежи.

Круговая порука

— Недавно вы обвинили Антимонопольный комитет в том, что он не справляется со своими функциями и занимается «взысканием штрафов с производителей туалетной бумаги, носков и соков». Что планируете предложить парламенту в связи с этим?

— Готовим «план войны», и для того чтобы отношения между потребителями и монополистами вышли на разумный паритет интересов, мы начали составлять «карту проблем». Прежде всего в сфере работы Национальной комиссии регулирования энергетики, а также жилищно-коммунальных хозяйств, деятельности облгазов, облэнерго, операторов связи и прочих монополий. Прописываем по шагам, какие нам нужно принимать законы, чтобы поставщики услуг отвечали перед потребителем за качество.

Я хорошо помню 1994–1996 годы, когда мы принимали антимонопольное законодательство, на сто процентов отвечающее европейским стандартам на тот момент. Тогда мы прописали серьезные полномочия комитету, но с одной важной оговоркой: АМКУ должен быть коллегиальным органом, который избирается парламентом на пять лет, как это происходит во многих странах Европы. Однако этот принцип упразднен, а руководство комитета назначается фактически единолично президентом, но при сохранении широких полномочий. Считаю, что сейчас как раз время убрать этот дисбаланс.

— Сегодня активно обсуждается вопрос снижения ставки единого социального взноса (ЕСВ). Люди считают, что ставки высоки и не хотят отказываться от зарплат в конвертах. Какова ваша позиция по данному вопросу? За счет чего в таком случае можно покрыть рост дефицита социальных фондов?

— Ключевой спор в отношении данного шага касается госказны, которая вроде бы лишится внушительных поступлений. Но как можно говорить, потеряет или нет бюджет деньги за счет снижения ставки, если сегодня никто даже представления не имеет, как используются средства фондов. К примеру, Фонд защиты инвалидов на огромные деньги, собранные в виде штрафов с предпринимателей в размере 400 миллионов гривен, создал всего лишь восемь (!) рабочих мест.

Причина, почему предлагается ввести ставку единого соцвзноса в размере 18 процентов вместо 37 очевидна. Почти двадцать лет в нашей стране как минимум половина реального фонда зарплат выплачивается в конвертах. В этой сфере действует своеобразная круговая порука между работодателем и работниками.

— Почему вы считаете, что уменьшение ставки ЕСВ приведет к легализации зарплат?

— Если государство пойдет на существенное снижение соцвзноса, оно получит моральное право контролировать его уплату, жестко наказывая тех, кто решится и дальше прятать зарплаты. Норма, которую я изначально предлагала, — объединение трех фондов в один, уже принята. Выяснилось, что только за счет проблем с администрированием был сумасшедший разгул с деньгами. Увы, но власть эту реформу так и не реализовала: кое-какой порядок с администрированием сборов навели, а расходы так и остаются бесконтрольными. Сейчас очень мало предпринимателей пользуются этими фондами — и на декретные, и на больничные, и на другие нужды. Так что и над этим нам еще предстоит серьезно поработать.

— Но всё-таки Кабмин постепенно снимает некоторые регуляторные барьеры, отменив уже сотни нормативных актов, ранее усложнявших работу бизнеса. Кроме того, снижен налог на прибыль с 25 до 19 процентов. Власть обещает снизить НДС с 2014 года до 17 процентов, а ставка налога на прибыль и вовсе составит 16 процентов (см. интервью с министром финансов Юрием Колобовым «Ставка на инвестора»). Разве это не облегчение для бизнеса?

— Президент Виктор Ющенко в свое время тоже отменил около пяти тысяч регуляторных актов. Но, как оказалось, бизнес этого совершенно не ощутил. Легко ликвидировать документы, о существовании которых не знают даже министры. Азаров уже несколько раз заявлял, что Кабмин заканчивает дерегуляцию. Извольте, но это всё равно, что снять с крана фильтр и заявить, что вы закончили очистку воды.

Дерегуляция и регуляторная политика — постоянный процесс. Регуляторная политика — это фильтр, а дерегуляция — это когда вы этот фильтр прочистили и снова включили в работу. То есть вернулись к ранее принятому решению и посмотрели: а может что-то работало неэффективно? Или, возможно, первоначальный эффект достигнут и пора нормативный акт менять?

В этом и заключается суть работы любого чиновника. Принимаешь документ — должен его с рынком проговорить, прочувствовать риски. Регуляторная политика подразумевает необходимость постоянного поиска паритета между государством, бизнесом и потребителем. Когда паритет есть, никакое решение не будет вызывать ни у кого вопросов.

Автор: Юрий Лукашин

Украина > Приватизация, инвестиции > expert.ua, 20 мая 2013 > № 939022 Александра Кужель


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter