Всего новостей: 2555046, выбрано 4 за 0.013 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Медведев Дмитрий в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольФинансы, банкиТаможняЭкологияХимпромСМИ, ИТАвиапром, автопромНедвижимость, строительствоОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияАгропромРыбаМедицинавсе
Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 14 ноября 2017 > № 2387433 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в 12-м Восточноазиатском саммите.

Темы саммита – укрепление безопасности и обеспечение устойчивого экономического роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе, развитие сотрудничества в сферах энергетики, финансов, здравоохранения, образования.

Восточноазиатский саммит был создан в 2005 году для стратегического диалога лидеров Азиатско-Тихоокеанского региона по вопросам безопасности и экономического роста. Встречи в этом формате проводятся ежегодно в привязке к мероприятиям Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) на высшем уровне.

В настоящее время участниками Восточноазиатского саммита являются 18 государств: «десятка» стран АСЕАН и её диалоговые партнёры (Австралия, Индия, Китай, Республика Корея, Новая Зеландия, Россия, США и Япония).

Темы 12-го Восточноазиатского саммита – укрепление безопасности и обеспечение устойчивого экономического роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе, а также развитие сотрудничества в таких приоритетных сферах ВАС, как энергетика, финансы, здравоохранение, образование, чрезвычайное реагирование и взаимосвязанность.

На полях 12-го Восточноазиатского саммита состоялись встречи Дмитрия Медведева с Президентом Республики Корея Мун Чжэ Ином и Премьер-министром Вьетнама Нгуен Суан Фуком.

Пресс-конференция Дмитрия Медведева по завершении саммита АСЕАН и Восточноазиатского саммита

Из стенограммы:

Вопрос: Газета «Известия». Дмитрий Анатольевич, в конце ноября стартует Совет глав правительств стран ШОС. За последнее время организация выросла территориально, и в этом году будет проходить совещание в формате «восьмёрки». На Ваш взгляд, какие есть перспективы развития сотрудничества между ШОС и АСЕАН?

Д.Медведев: Если говорить о текущем состоянии дел в Шанхайской организации, то действительно организация развивается, там появились новые участники, а именно Индия и Пакистан. В результате, можно сказать, в состав организации сейчас входят страны, которые составляют 44% населения всей нашей планеты и которые создают приблизительно четверть валового мирового продукта. Иными словами, это страны, которые создают в масштабах всей нашей планеты четверть экономического роста. Понятно, что это пока организация, которая не является в чистом виде интеграционным объединением, это не общий рынок, это не экономический союз, тем не менее это структура, которая координирует политику крупных, очень важных государств. В этой структуре, в этой организации участвует наша страна.

Прежде всего это вопросы, связанные с обеспечением безопасности, вопросы поддержания мира, урегулирования конфликтов. И вопросы экономического развития – именно поэтому мы обсуждаем в таких форматах, как саммит глав правительств государств – участников Шанхайской организации сотрудничества, вопросы экономического развития. Такое мероприятие в составе глав правительств стран ШОС состоится в конце ноября – начале декабря в Сочи. Я с нашими партнёрами, которые были здесь, в Маниле, обсуждал некоторые моменты, связанные с организацией этого мероприятия. В частности, со своим китайским коллегой.

Но очевидно, что в формате взаимодействия с АСЕАН тоже существуют проблемы или темы, которые можно назвать перекрещивающимися и которые можно рассматривать с использованием инструментов, существующих как в Шанхайской организации сотрудничества, так и у государств АСЕАН. Тем более что это очень близкие регионы: в рамках Восточноазиатского саммита, саммита стран Восточной Азии, принимают участие и государства АСЕАН, и государства, которые входят в Шанхайскую организацию сотрудничества. В этом смысле набор вызовов, угроз, как экономических, так и политических, угроз в сфере безопасности – практически один. Это создаёт неплохие возможности для того, чтобы эти проблемы обсуждать и вырабатывать единые решения.

Приведу такой пример. Сегодня мы обсуждали на Восточноазиатском саммите вопросы, связанные с поддержанием режима безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в том числе вопросы, связанные с ситуацией на Корейском полуострове. Совершенно очевидно, что ряд подходов, которые мы апробировали в ШОС, и я об этом сказал в своём выступлении, может быть применён здесь и скоординирован с усилиями стран АСЕАН. Поэтому я вижу в этом неплохие перспективы.

А если говорить об экономической повестке дня, то совершенно очевидно, что это может быть сделано по пути интеграции, создания различных торговых, инвестиционных режимов, начиная двусторонними договорённостями и заканчивая гипотетически какими-то полноформатными договорённостями, которые создают единое экономическое пространство, затрагивающее и Шанхайскую организацию сотрудничества, и АСЕАН. Конечно, это вопрос достаточно далёкого будущего, но определённое движение в эту сторону мы наблюдаем.

Страны АСЕАН отмечали 50-летие своей организации. Это очень важное событие, мы их с этим поздравили. И я специально сегодня сказал, что эти страны многого добились и в формате просто взаимодействия, и с учётом создания в 2015 году экономической структуры АСЕАН. Шанхайская организация сотрудничества гораздо моложе и не столь интегрирована внутри, как сообщество АСЕАН. Мы сегодня общались с участием руководства Шанхайской организации сотрудничества. Был Генеральный секретарь организации, который принял участие в обсуждении вопросов. Иными словами, контакты уже установлены как по линии глав государств и правительств, так и по линии аппаратов, что очень важно для будущего.

Вопрос: Дмитрий Мешков, «Интерфакс». Дмитрий Анатольевич, что Вы думаете о возможном наращивании торгово-экономического сотрудничества с Филиппинами, прежде всего в части агроэкспорта в эту страну? Особенно на фоне проблем с урожаем у более традиционных для этого рынка поставщиков – США, Австралии, Канады?

Д.Медведев: Если ориентироваться на сотрудничество, не нужно делать акцент только на неурожае. В этом году неурожай, в следующем году урожай. Надо просто развивать сотрудничество, кооперацию, экономические отношения с Филиппинами. В этом смысле, мне кажется, у нас очень неплохие перспективы.

Переговоры с Филиппинами, с Президентом Дутерте уже вышли на принципиально новый уровень. Мы сотрудничаем практически во всех областях, причём в тех областях, в которых, скажем прямо, ещё три-пять лет назад сотрудничество трудно было даже себе представить, включая вопросы обеспечения безопасности, военно-техническое сотрудничество. Вы, наверное, слышали: вчера Президент, когда мы вечером встречались, упомянул о помощи, которую Российская Федерация оказала в контексте антитеррористической операции, которая проводилась Правительством Филиппин в Марави. И Президент сказал прямо и откровенно, что это помогло. Но дело даже не в этом в конечном счёте, а в том, что отношения вышли на качественно новый уровень.

В чём это заключается? Это заключается в том, что у нас уже полноценная нормативная основа этих отношений. Только вчера было подписано девять соглашений на различные темы, как межправительственных, включая ведомственные документы, так и корпоративных, что, на мой взгляд, не менее важно, потому что это именно та ткань, которая соединяет экономики двух стран.

Если вернуться к аграрному сотрудничеству, то, действительно, это большой рынок, здесь живёт больше 100 миллионов человек. С одной стороны, здесь есть свои, особые продукты питания, которые наши филиппинские друзья могут поставлять и в нашу страну. Я имею в виду прежде всего тропические фрукты и продукты моря, которые здесь вылавливают в большом количестве и которые могут поставляться в нашу страну. С другой стороны, поставка зерновых, зернобобовых культур, а также мяса, включая мясо птицы, свинину, говядину была бы очень выгодна для нас. И в этом смысле мы пока только начинаем эту работу, но товарооборот вырос за последнее время, причём в значительной степени – за счёт поставок именно филиппинских товаров и продовольствия на наш рынок. Нам ещё нужно только осваивать рынок Филиппин, я думаю, это можно будет сделать в ближайшие годы. Во всяком случае, такие намерения есть у обеих сторон.

Вопрос: «Вести FM». Я хотела бы вспомнить о соглашении между ЕАЭС и Вьетнамом, которое было подписано год (может быть, чуть больше года) назад. О каких результатах можно говорить на сегодняшний день? Планируется ли подписание подобного соглашения (о ЗСТ) ещё с какими-то странами в ближайшее время? И на минувшем саммите шёл ли разговор о подобном соглашении между ЕАЭС и АСЕАН?

Д.Медведев: Нам нужно двигаться шаг за шагом. Вы справедливо упомянули соглашение о зоне свободной торговли с Вьетнамом. Я сегодня встречался с вьетнамским премьером. Мы как раз обсуждали результаты действия этого соглашения. В чём они заключаются? Наш товарооборот, несмотря на разные неблагоприятные тенденции, которые на рынке существуют, за счёт этого соглашения показывает прирост приблизительно на 20%. И это очень хороший результат. Вьетнамская цифра, кстати, не 20, а 25 (всегда существует разница в оценке таможенной стоимости, там различные товарные потоки). Тем не менее очевиден факт, что или пятая, или четвёртая часть товарооборота приросла в результате реализации этого соглашения. Причём мы не всё реализовали. Там ещё есть целый ряд позиций, которые подлежат реализации, в частности, они касаются нашего автопрома. Мы отдельно с нашими вьетнамскими друзьями это проговаривали. Это специальный протокол, я сегодня особо акцентировал внимание на необходимости его выполнения. Поэтому этот инструмент работает, он важный, интересный, благодаря ему активизируется товарообмен и инвестиционные связи, его можно тиражировать, в том числе с участием стран АСЕАН. Хотя я прямо скажу: мы ведём подобные переговоры не только со странами АСЕАН.

В рамках этого визита проблематику, связанную с подготовкой очередного, нового соглашения о зоне свободной торговли я вёл с Премьер-министром Сингапура господином Ли Сянь Луном, и мы договорились о том, что ускорим эту работу, так как это соглашение в достаточно высокой стадии готовности. Это непростая работа, потому что нужно смотреть на тарифы, на то, чтобы не оставить беззащитным свой рынок. С другой стороны, чтобы всё-таки произошла определённая либерализация торговых потоков и страны могли получить в результате этого соглашения особый, льготный или преференциальный режим для взаимных поставок. С Сингапуром такое соглашение готовится, мы обсуждаем эти вопросы и с другими странами, с Камбоджей, целым рядом других стран АСЕАН. В принципе я не исключаю вполне, что в какой-то момент мы выйдем уже и на возможность подготовки соглашения о такой свободной торговле между экономическим сообществом АСЕАН и Евразийским экономическим союзом, но для этого нужно пройти ещё достаточно большой путь. Будем двигаться от частного к общему.

Вопрос: Канал «Россия». Дмитрий Анатольевич, вопрос, касающийся наших западных партнёров. Сейчас Еврокомиссия рассматривает возможность применения новых ограничений в отношении нашего «Северного потока». Речь идёт о третьем энергопакете. Как это может повлиять на реализацию проекта и что Россия может сделать в этом случае?

Д.Медведев: Строго говоря, этот вопрос касается не только наших западных партнёров, он и нас касается, потому что это совместный проект, важный, большой проект. Действительно, в последнее время мы услышали (пока именно услышали) мнение, которое пришло из Брюсселя, о том, что надо переоценить критерии действия так называемого третьего энергетического пакета и распространить этот пакет не только на газопроводы, на трубопроводный транспорт, который идёт по территории стран Евросоюза, но и на мощности, которые идут в нейтральных зонах, включая нейтральные воды, то есть на морские газопроводы. Как минимум с правовой точки зрения это позиция весьма спорная, если не сказать абсурдная. Так можно объявить зоной покрытия любым экономическим пакетом, энергетическим или каким угодно вообще любые отношения в мире. По всей вероятности, это способ давления на нашу страну и на некоторые государства – участники Европейского союза с целью побудить отказаться от строительства второй нитки «Северного потока» или каким-то образом усложнить эту работу.

Пока комментировать дальше я не буду, кроме уже сказанного о том, что, на мой взгляд, в правовом смысле это решение абсурдно, что, кстати, подтверждали юридические ведомства самого Европейского союза в Брюсселе. Но пока решений нет. Посмотрим, как поведут себя в этом случае европейские страны, в том числе страны, которые активно заинтересованы в реализации этого проекта, и к чему в конечном счёте будет склоняться Европейская комиссия.

Одно лишь могу сказать: наш подход к реализации этого проекта остаётся неизменным. Это не политический инструмент, не средство влияния нашей страны на европейские страны, как это иногда подают отдельные государства и политики. Это совершенно другое. Это нормальный коммерческий проект, направленный на обеспечение энергетической безопасности Европы, который, конечно, выгоден и Российской Федерации, поскольку приносит нам весьма немалые валютные доходы. Именно так мы его и позиционируем.

Вопрос: Андрей Блашкевич, ТАСС. Дмитрий Анатольевич, скажите, пожалуйста, на саммите в эти дни Вам удалось пообщаться с Президентом США Дональдом Трампом? Если да, как Вы оцениваете эти контакты?

И по американской теме в целом. Как Вы оцениваете ужесточение санкций со стороны США, которые они собираются и дальше ужесточать (уже известны планы)? Может ли это привести к сворачиванию каких-то проектов, которые Россия ведёт совместно с западными партнёрами? Как Россия будет минимизировать ущерб от этих санкций?

Д.Медведев: Сначала про саммит. Всегда есть возможность пообщаться с коллегами в той или иной форме. Я впервые встретился на таком мероприятии с действующим Президентом Соединённых Штатов Америки. У нас было общение в ходе ужина, который давали в честь 50-летия АСЕАН. Поскольку Президент Дональд Трамп сидел практически рядом со мной, мы могли пообщаться.

Общее впечатление совпадает с тем, что недавно сказал Владимир Владимирович Путин на эту тему: он открытый, доброжелательный человек, с которым можно комфортно говорить на самые разные темы. В том числе мы вспоминали историю наших отношений с Соединёнными Штатами Америки, Вторую мировую войну и некоторые другие моменты. Само по себе это неплохо.

Плохо другое. Плохо, что, несмотря на наличие контактов, возможность обсуждать какие-то вопросы, наши отношения деградируют день ото дня. Они находятся в самой низкой точке за последние десятилетия. Я даже не знаю, с чем это сравнить. Я неплохо помню ситуацию, которая была в наших отношениях в конце 1970-х – начале 1980-х годов. Я, откровенно сказать, не уверен, что тогда наши отношения были хуже. Не было, например, законов, которые называются законами о распространении санкций на государства, являющиеся врагами Соединённых Штатов Америки. А сейчас такой закон действует. С недвусмысленной терминологией. Причём любопытно в этой истории то, что те же Соединённые Штаты Америки нас призывают к активному взаимодействию по ряду самых сложных мировых проблем, например, в борьбе с терроризмом или по разрешению ситуации на Корейском полуострове. С другой стороны, такими решениями объявляют нас весьма недвусмысленно не только своими оппонентами, а, по сути, врагами. Это как минимум непоследовательная позиция.

Если говорить о новом пакете санкций, то вы, наверное, знаете, что сам по себе этот закон не создаёт принципиально новых правил, но он кодифицирует исполнительные указы администрации Соединённых Штатов Америки. И если до этого закона все эти решения, все эти санкции можно было отменить актом Президента, то сейчас для этого требуется решение Конгресса. Это означает, что, по сути, происходит увековечивание всех этих решений. Если хотите, здесь можно провести параллель с поправкой Джексона – Вэника. Хотя этот закон гораздо шире, чем поправка Джексона – Вэника, поскольку для отмены этих решений потребуется новый закон. Более того, даже отложение действия этих правил требует гораздо более сложной процедуры. Я, конечно, не специалист по американскому праву, но, по-моему, там процедура даже сложнее, чем использование вейвера, который применяли Соединённые Штаты Америки, для того чтобы блокировать поправку Джексона – Вэника. Что это такое? Это означает, что, по сути, наши отношения будут подорваны на протяжении десятилетий. Другие люди уже будут управлять нашими странами, а отношения будут вот в таком состоянии. Поэтому мы считаем, что это очень плохо.

Если же говорить об экономических последствиях, то в значительной степени всё это относится к компетенции исполнительной власти Америки, то есть как раз той же администрации. Посмотрим, какие решения они будут принимать. В любом случае мы к различного рода ограничениям готовы. Во-первых, потому что они появились не сегодня, во-вторых, потому что наша экономика адаптировалась к условиям жизни как в ситуации с общеэкономическим кризисом, так и с учётом тех ограничений, которые ввели в отношении российской экономики Соединённые Штаты Америки и целый ряд других западных стран. Поэтому принципиально нового ничего не произойдёт. Но у нас есть способы влияния на эту ситуацию. Ещё раз говорю, наша экономика адаптировалась, Правительство имеет необходимый арсенал решений, которые можно будет задействовать в случае возникновения каких-то неожиданностей. Ещё раз подчеркну, само по себе это весьма прискорбно и создаёт абсолютно неприемлемый, на наш взгляд, уровень взаимоотношений с Соединёнными Штатами Америки. И это уже никак не связано ни с персоналиями, ни с чем другим.

И последнее, может быть, о чём я хочу сказать. Экономика всё равно сильнее, чем многие политические решения. Они всякие санкции вводят, пытаются нас ущемить где-то, где-то заблокировать нашу работу, но, с другой стороны – бизнес хочет этого? Если говорить о товарообороте с Америкой, то он за последнее время, несмотря на санкции, подрос. Если говорить о товарообороте с Европейским союзом, то он тоже подрос. Здесь есть и вклад углеводородов, тем не менее всё равно рост происходит.

В конечном счёте, если будут использованы отдельные инструменты этого закона, это ударит прежде всего по европейскому бизнесу, по интересам граждан Евросоюза. Будет создавать напряжение на рынке этих стран, потому что не будут реализованы новые проекты, могут произойти какие-то иные изменения, в том числе по ценам. Этот закон в известной степени превращается в инструмент конкурентной борьбы для продвижения сжиженного газа из Соединённых Штатов Америки на европейский рынок, причём с нарушением правил конкуренции. И вот этого не видеть тоже нельзя. Это действительно возмущает многих представителей бизнеса из Европейского союза, да и отдельных политиков Евросоюза, о чём они делали вполне недвусмысленные заявления.

Вопрос: «РИА Новости». Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос экономического плана. По некоторым данным, в последнее время российская экономика выходит из своего кризисного состояния. Однако по прогнозу МВФ достичь уровня 3%, о чём ранее говорил Президент, давал поручения, удастся не за 3 года, а за 7–10 лет. Кстати, по данным Росстата, рост ВВП в III квартале составил 1,8%, что несколько ниже. Скажите, какие меры необходимо принять, чтобы изменить ситуацию и достичь поставленных целей?

Д.Медведев: Всякие прогнозы – дело достаточно сложное и зачастую неблагодарное. Вы упомянули МВФ. Ещё совсем недавно МВФ прогнозировал рост нашей экономики около 1%.

Сейчас они прогноз поменяли. Эти прогнозы должны всё-таки сверяться с реальной ситуацией. Действительно, за последнее время (и это не некоторые данные, это уже, так сказать, медицинский факт, это уже диагноз, который поставили экономические аналитики) экономика вошла в стадию роста. Я не могу сказать, что это абсолютно уверенный рост, такой, какого мы бы хотели достичь. Тем не менее рост порядка 2% – это по мировым масштабам весьма неплохой рост. Достаточно посмотреть на рост экономик так называемых развитых стран, или рост развитых экономик.

Но нам этого мало. Это действительно так, и об этом говорилось в поручениях Президента, говорится на различных экономических совещаниях. Мы не считаем удовлетворительной ситуацию в целом. Российская экономика должна развиваться гораздо быстрее, для того чтобы ускорить решение проблем, которые у нас возникли в 1990-е годы и которые связаны с кризисом 2008 года и последствиями кризисных явлений текущего десятилетия.

Что для этого делать? У нас есть антикризисные решения, которые мы пока не отменяли, которые действуют. Я ещё раз об этом скажу, хотя мы неоднократно это подчёркивали: очень важно, что у нас стабильные макроэкономические условия. Сегодня это уже понимают все, вне зависимости от экономических взглядов, предпочтений и даже идеологии. Невозможно планировать нормальный рост экономики в условиях гиперинфляции. Сколько бы ни говорили на эту тему: давайте денег напечатаем, качнём их в промышленность, в сельское хозяйство, – всё съест инфляция. В результате инфляционного таргетирования, в результате курса на снижение инфляции мы вошли в число стран с цивилизованным уровнем инфляции. И это, может быть, важнейшее достижение последних лет, если не десятилетий, – самый низкий уровень инфляции за всю историю Российской Федерации как самостоятельного государства.

У нас растёт валовый внутренний продукт. На фоне снижающихся темпов инфляции можно корректировать отдельные элементы бюджетной политики и, безусловно, можно и нужно заниматься снижением кредитных ставок в структуре коммерческих банков. Здесь индикацию даёт Центральный банк Российской Федерации, аккуратно снижая ключевую ставку, но в конечном счёте это подталкивает к тому, чтобы выходить на другой уровень кредитных ставок, а это делает кредиты гораздо более доступными для бизнеса и, что не менее важно, делает кредиты гораздо более доступными для тех, кто хочет получить ипотеку. Вы знаете, что ипотечная ставка – я имею в виду не субсидированную ставку, а простую ставку, без субсидий от государства – достигла самого низкого уровня опять же за всю нашу новейшую историю. И я уверен, что ипотечная ставка продолжит снижаться. Это означает возможность роста жилищного сектора и, конечно, решение важнейшей социальной проблемы – проблемы получения жилья, приобретения жилья.

Снижение инфляции даёт огромный позитивный эффект с точки зрения предсказуемости цен на основные продукты питания и товары – это то, что непосредственно отражается на кошельке людей, граждан нашей страны.

Все эти макроэкономические условия вкупе с небольшим бюджетным дефицитом, который тоже снижается и в ближайшие годы может выйти уже в нулевую или даже профицитную фазу, дают основания полагать, что мы сможем достичь этих показателей в достаточно короткой перспективе.

Но дело даже не в показателях и не в темпах роста. Мы должны выйти на принципиально новую структуру российской экономики. Я часто слышу упрёки: «Что же вы так медленно проводите диверсификацию? Почему так медленно модернизируется экономика?» У нас экономика очень сложная. Это экономика самого крупного по территории государства. Экономика, которая ещё совсем недавно, двадцать с небольшим лет назад, жила по законам плана. Поэтому для того, чтобы перевести её на другие рельсы, для того, чтобы добиться её диверсификации, нужно потратить значительные усилия. Тем не менее я ещё раз акцентирую внимание на том, что за последнее время мы, по сути, получаем бóльшую часть доходов уже не от торговли нефтью и газом. Это уже другие доходы. О чём это говорит? Это говорит о том, что меняется сама структура экономики. Да, пока недостаточно быстро. Но эти изменения происходят.

Очень важно сделать технологические заделы, чтобы не отстать от всего мира. Для этого подготовлена и принята программа перехода к цифровой экономике. Этим занимаются сейчас все. Если кто-то скажет, что в каком-либо государстве, даже самом высокоразвитом, эта задача решена, это будет нечестно. Цифровая экономика как явление не существует ни в одной стране мира. Мы только движемся к ней. Но это движение необратимо, и мы должны занять в этом движении достойное место. Уверен, что мы это сможем сделать.

Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 14 ноября 2017 > № 2387433 Дмитрий Медведев


Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 ноября 2017 > № 2384220 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в Деловом и инвестиционном саммите Ассоциации государств Юго-Восточной Азии.

Тема дискуссии – «Развитие инфраструктуры для строительства будущего».

Выступление Дмитрия Медведева

Уважаемые дамы и господа!

Я искренне рад возможности выступить на таком представительном форуме – Деловом и инвестиционном саммите АСЕАН, встретиться с бизнесменами, политиками, экспертами, поговорить о том, как будет выглядеть экономика региона в ближайшие годы.

Тема этого делового саммита АСЕАН – «Развитие инфраструктуры для строительства будущего», – на мой взгляд, очень точно отражает особенности настоящего момента. Именно сейчас формируются контуры будущей глобальной экономики – экономики новых идей, новых технологий, новых материалов, которая, конечно, потребует и новой глобальной инфраструктуры, и новых механизмов регулирования.

Несмотря на бурное развитие электронной коммерции, цифровых технологий, международное регулирование мировой торговли по-прежнему существует в прежних рамках, в парадигме сорокалетней давности. Сохраняется нестабильность сырьевых рынков, растёт корпоративная и государственная задолженность, всё чаще используются методы так называемого нового протекционизма, когда экономические санкции становятся инструментом конкурентной борьбы.

Страны Азиатско-Тихоокеанского региона сталкиваются и со специфическими вызовами. Многие ресурсы экономического роста, которые ещё недавно успешно использовались, сегодня уже не дают такой отдачи. Сегодня трудно развиваться, опираясь только на дешёвую рабочую силу и низкие цены на сырьё. И всё это принципиально новая парадигма развития и для так называемых восточных драконов, которые последние 20 лет были локомотивами мирового экономического роста. А значит, это проблема и для глобальной экономики в целом.

Россия, как и другие страны, ищет пути адаптации к новой экономической реальности. Нам удалось несколько оздоровить национальную экономику, слегка изменив её текущее развитие и избавив её от чрезмерной зависимости от сырьевого экспорта. Положительные сдвиги появились в прошлом году и в этом году. У нас происходит неплохой восстановительный рост. Рассчитываем, что по итогам этого года рост ВВП превысит 2%.

В чём смысл этой экономической политики? Прежде всего в том, что мы проводили антикризисную поддержку перспективных отраслей, банковского сектора. Некоторые меры поддержки мы сохраняем и сейчас, так же как сохраняем плавающий валютный курс и режим инфляционного таргетирования. Жёстко контролируется бюджетный дефицит, чтобы обеспечить сбалансированность бюджетной системы при относительно низких ценах на нефть, которые имеют для нашей экономики большое значение до сих пор. Мы стараемся улучшать деловой и инвестиционный климат.

Выправляются структурные дисбалансы. Хорошую динамику показывают секторы экономики, которые не связаны с добычей нефти и газа. Они получили конкурентные преимущества на внутреннем рынке.

У нас в настоящий момент положительное сальдо торгового баланса. Есть тенденции к тому, чтобы наращивать международные резервы. Вполне закономерно, что интерес зарубежных инвесторов к проектам в нашей стране вырос. За первую половину этого года объём прямых иностранных инвестиций увеличился более чем на 100%. Мы и дальше будем стараться закреплять эти позитивные тенденции.

Д.Медведев: «Россия, как и другие страны, ищет пути адаптации к новой экономической реальности. Нам удалось оздоровить национальную экономику, изменив её текущее развитие и избавив её от чрезмерной зависимости от сырьевого экспорта. Положительные сдвиги появились в прошлом году и в этом году. У нас происходит неплохой восстановительный рост. Рассчитываем, что по итогам этого года рост ВВП превысит 2%».

Но этого мало. Мы, как и весь мир, понимаем, что будущее за цифровой экономикой. Перед нами сложная, нетривиальная задача: с одной стороны, нужно стимулировать международное сотрудничество в сфере информационных технологий, поощрять электронную коммерцию, трансграничный бизнес, с другой – обеспечивать национальную безопасность и защиту информации, в том числе такой информации, как персональные данные, в конечном счёте – выстроить прозрачные правила игры. Это непросто совмещаемые задачи. Россия, как и большинство других стран Азиатско-Тихоокеанского региона, готова в этой работе активно участвовать. Мы приняли специальную стратегию развития информационного общества и программу по цифровой экономике.

Россию и АСЕАН уже 20 лет связывает особая форма взаимодействия – диалоговое партнёрство. И общий настрой на активизацию взаимовыгодного сотрудничества. Напомню, что диалоговое сотрудничество между Россией и АСЕАН возникло в июле 1996 года. Прежде всего это торговля и инвестиции, хотя, скажем прямо, пока показатели взаимного товарооборота остаются достаточно скромными, особенно на фоне наших торгово-экономических связей с другими странами региона.

И по инвестициям, конечно, нам точно тоже есть чем заниматься. Возможностей для этого немало, тем более что есть необходимый инструментарий, включая механизмы взаимодействия и программные документы, и есть успешный опыт реализации совместных проектов на двусторонней основе. Но главное – мы видим реальный интерес делового сообщества наших стран к сотрудничеству в области энергетики, транспорта, сельского хозяйства, спутниковой навигации, в сфере высоких технологий, финансовых услуг, практически во всех значимых сферах это возможно. И это тем более логично, что АСЕАН сегодня по объёму экономики – шестая экономика в мире и третья в Азии.

Д.Медведев: «У нас в настоящий момент положительное сальдо торгового баланса. Есть тенденции к тому, чтобы наращивать международные резервы. Вполне закономерно, что интерес зарубежных инвесторов к проектам в нашей стране вырос. За первую половину этого года объём прямых иностранных инвестиций увеличился более чем на 100%. Мы и дальше будем стараться закреплять эти позитивные тенденции».

Российские предприниматели регулярно посещают Юго-Восточную Азию с бизнес-миссиями. Мы рассчитываем, конечно, и на ответные визиты, ваши визиты в нашу страну. Будем рады видеть вас в России.

Только в период с 2014 по 2017 год были организованы комплексные бизнес-миссии в Индонезию, Малайзию, Сингапур, Вьетнам, Камбоджу, Бруней-Даруссалам, Мьянму и на Филиппины.

Мы также готовы подключиться к инициативам АСЕАН по развитию энергетической, транспортной и информационной инфраструктуры. Мы делаем акцент на выстраивании оптимальных транзитных маршрутов, что очень важно для бизнеса. Развиваем свои морские и воздушные порты на Дальнем Востоке, создаём трансграничные нефте- и газопроводы.

Главная цель всех этих усилий, во-первых, сделать транзит грузов по маршрутам Азия – Европа максимально быстрым, экономически рентабельным. И во-вторых, сформировать на российском Дальнем Востоке мощный транспортный и индустриальный узел, который будет отвечать потребностям всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Стараемся создавать там специальные условия для бизнеса, которые соответствуют лучшим мировым практикам.

Приятно констатировать, что этими возможностями уже активно пользуются бизнесмены из разных стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе из стран АСЕАН, Китая, Японии, Республики Корея, Индии. Многие приезжают к нам в Россию, на Дальний Восток, чтобы посмотреть, как работают инструменты развития, принять участие в наших инвестиционных форумах. Они проходят в Петербурге, Сочи, Владивостоке. Там находят и перспективных партнёров. На Дальнем Востоке уже запущено более 500 совместных инвестиционных проектов. Совсем недавно у нас на Дальнем Востоке прошёл Восточный экономический форум. Было подписано много контрактов – в общей сложности на сумму около 50 млрд долларов. Так что в этом смысле развитие происходит.

Д.Медведев: «Мы делаем акцент на выстраивании оптимальных транзитных маршрутов. Главная цель этих усилий, во-первых, сделать транзит грузов по маршрутам Азия – Европа максимально быстрым, экономически рентабельным. И во-вторых, сформировать на российском Дальнем Востоке мощный транспортный и индустриальный узел, который будет отвечать потребностям всего АТР».

Ёмкий рынок, понятное регулирование, хорошая инфраструктура – это базовые условия успешного бизнеса. Именно такую среду мы стремимся создать и в рамках нового интеграционного объединения – Евразийского экономического союза, который мы создали в рамках нашего взаимодействия с пятью государствами. Важно, что многие азиатские, ближневосточные компании это уже оценили, как и хорошие перспективы экспорта в третьи страны.

Мы с партнёрами по Евразийскому экономическому союзу заинтересованы в максимально широкой кооперации со странами АСЕАН на основе универсальных принципов и норм международной торговли. Год назад вступило в силу первое полноформатное соглашение о свободной торговле государств Евразийского союза с одной из стран АСЕАН – Вьетнамом. Недавно завершены переговоры по такому соглашению в формате Евразийский союз – Китай. И идут переговоры, мы обсуждаем создание зоны свободной торговли в многостороннем формате – ЕврАзЭС – АСЕАН. Подобные переговоры идут и с другими странами АСЕАН в отдельности.

Уважаемые друзья!

По геополитическим, историческим и экономическим причинам Россия является частью Азиатско-Тихоокеанского региона. Развитие сотрудничества со всеми расположенными здесь странами, так же как и активное участие в решении региональных проблем, – это наш стратегический курс. Мы придаём этому региону сейчас особое значение.

В этом году Ассоциации государств Юго-Восточной Азии исполнилось 50 лет. История её развития убедительно доказывает, что можно находить взаимоприемлемые решения по самым сложным вопросам, несмотря на все различия. И в современном мире такой опыт нам исключительно важен.

Я сердечно поздравляю всех вас с этим юбилеем! Желаю участникам форума интересных дискуссий. И ещё раз всех приглашаю в Российскую Федерацию.

Спасибо за внимание!

Ответы Дмитрия Медведева на вопросы участников сессии:

Джои Консепсьон (председатель Делового консультативного совета АСЕАН, модератор сессии) (как переведено): В первую очередь хотел бы поблагодарить Его Превосходительство Премьер-министра Медведева за то, что он согласился ответить на вопросы аудитории. Первый вопрос задаст член Делового консультативного совета АСЕАН от Таиланда Арин Джира.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, меня зовут Арин Джира. Я представляю Таиланд в Деловом консультативном совете АСЕАН. Хотел бы задать такой вопрос. Российская Федерация достигла больших успехов и высокого уровня технологической компетенции в сфере инфраструктуры. Особенно сильное впечатление производит система метро в вашей стране. Какую роль могла бы сыграть Россия и что могла бы сделать ваша страна, чтобы содействовать осуществлению и ускорить темпы реализации Генерального плана по взаимосвязанности АСЕАН и наладить более тесное сотрудничество между Россией и нашим регионом в этой области? Спасибо.

Дмитрий Медведев: Спасибо большое за этот вопрос. Я уже начал, по сути, отвечать на него в своём вступительном слове. Конечно, с учётом нашей огромной территории развитие инфраструктуры имеет для России ключевое значение. И мы готовы предоставить свои инфраструктурные возможности всем государствам АСЕАН. Причём это не только аэропорты, но и морские терминалы, железная дорога, автомобильные дороги, трубопроводный транспорт, линии электропередачи и, конечно, то, что сейчас очень важно в любой стране, – высокоскоростные каналы связи. Это всё то, что создаёт единое экономическое пространство, создаёт эту самую взаимосвязанность, так сказать, connectivity, о чём Вы как раз и спрашивали. Не менее важно это для стран АСЕАН, поэтому мы считаем, что эти возможности могут быть применены и с учётом нашего перспективного сотрудничества, тем более что в последние годы реализован целый ряд крупных инфраструктурных проектов в этой сфере.

Мы готовимся к чемпионату мира по футболу, который пройдёт у нас в следующем году. Кстати, пользуясь этой возможностью, хочу пригласить всех присутствующих в этом зале посмотреть футбольные состязания, которые состоятся в нашей стране. Но мы смотрим в целом на инфраструктурные проекты максимально широко, поэтому видим большой потенциал и в развитии Северного морского пути. Мы реконструировали крупные дороги в нашей стране, такие как Байкало-Амурская и Транссибирская железнодорожные магистрали, которые также связывают Европу с Азией. Развиваем мы и международные коридоры. Все эти возможности могут быть использованы нашими партнёрами из АСЕАН. Мы приглашаем вас принять в этом участие.

Конечно, в значительной степени это будет зависеть и от активной позиции бизнеса, имею в виду и совместные проекты. Кстати, такие проекты уже есть. В частности, например, наша компания «Российские железные дороги» участвует в реализации крупного проекта по созданию на острове Калимантан в Индонезии комплексной инфраструктуры – мы считаем, что это один из хороших примеров, –там идёт строительство железнодорожной ветки, угольный терминал создаётся.

Кстати, есть примеры и обратного инвестирования, инвестирования в российскую инфраструктуру. В частности, сингапурская компания «Чанги эйрпортс» инвестирует в развитие авиахаба во Владивостоке.

Так что примеры сотрудничества в области инфраструктуры уже существуют. Конечно, мы бы хотели, чтобы их было как можно больше, и готовы предоставить все наши транзитные возможности нашим друзьям из стран АСЕАН.

Джои Консепсьон: Ещё один вопрос. Его задаст председатель Делового консультативного совета АСЕАН от Индонезии Анангга Русдьоно.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, меня зовут Анангга Русдьоно, я из Индонезии. Вы говорили об отношениях между Россией и АСЕАН. В чём заключается стратегическая позиция России в отношении Экономического сообщества АСЕАН?

Дмитрий Медведев: Мы видим в экономическом сообществе АСЕАН (это сообщество создавалось, по сути, на наших глазах, я помню провозглашение создания сообщества в 2015 году) очень многообещающего партнёра и очень серьёзную форму региональной интеграции. Я думаю, что буквально в ближайшие годы мы увидим в регионе влиятельное объединение экономик стран «десятки».

Конечно, для «десятки» существует и целый ряд вызовов, мы их также видим. Это серьёзный разрыв в области социально-экономического развития. Страны все разные, и разным является уровень их экономической подготовленности. Существуют и сложности логистического, транспортного порядка. Есть нестабильность на рынках, нарастание протекционизма. Все эти угрозы, безусловно, влияют и на Экономическое сообщество АСЕАН. Но я уверен, что эти угрозы преодолимы, тем более что налицо воля участников этого сообщества развивать такого рода экономическую интеграцию.

Для нас это тоже исключительно важно, потому что именно в формате такого рода взаимоотношений мы видим сотрудничество между Россией и государствами АСЕАН. Хотя пока, как я уже сказал, далеко не все возможности мы сумели реализовать, учитывая потенциал, который имеем. Во всяком случае, товарооборот между Российской Федерацией и Экономическим сообществом АСЕАН, если брать в целом, пока не так велик, как мы бы хотели. Он колеблется в пределах где-то до 15 млрд долларов в год. За последний год произошло его увеличение на треть, но потенциал существенно больше. Он может быть больше в разы. Потенциально, может, даже в десятки раз. Поэтому нужно будет сделать всё, чтобы развить эти отношения на новой основе.

В мае прошлого года у нас в Сочи прошёл саммит Россия – АСЕАН. Он стал знаковым для наших отношений с ассоциацией экономик АСЕАН. Надеюсь, что это даст хороший импульс и для формирования стратегического партнёрства между нашей страной, между Евразийским экономическим сообществом и «десяткой» экономик АСЕАН. Именно в этом мы видим основные перспективы нашего сближения.

Джои Консепсьон: Следующий вопрос, пожалуйста, Мокья Эбакчир из Мьянмы.

Мокья Эбакчир (как переведено): Господин Премьер-министр, ещё раз спасибо за то, что нашли время встретиться с представителями азиатских деловых кругов. Все, кто занимается бизнесом, знают, что для развития необходим выход на новые рынки. Экономика Азиатско-Тихоокеанского региона растёт наиболее быстрыми темпами, особенно экономика небольших стран, таких как Камбоджа, Лаос, Мьянма и Вьетнам. Эти растущие экономики способны стать новыми рынками для российских компаний. Почему бы Вам как Премьер-министру не призвать российских бизнесменов обратить внимание на Азию? Как можно стимулировать их интерес к Азии и азиатским рынкам? Россия добилась неплохих результатов в Таиланде, там работают многие российские компании. Что Вы думаете о том, чтобы пригласить азиатские компании на свой рынок? Как можно мотивировать азиатский бизнес к выходу на российский рынок?

Дмитрий Медведев: Мне кажется, мы этим и занимаемся. Я за последние несколько лет побывал во всех трёх странах, которые Вы упомянули, – в Камбодже, Лаосе, Мьянме. Туда же были направлены наши бизнес-миссии. Наверное, этого мало. Надо, чтобы компании из всех стран АСЕАН и упомянутой «тройки» тоже бывали в нашей стране. Тем более что, ещё раз подчеркну, пока наши экономические связи не являются такими активными, как нам бы хотелось.

В прошлом году внешнеторговый оборот стран АСЕАН составил более 2,22 трлн долларов. Наши торговые отношения гораздо скромнее. Это касается и инвестиций. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы эти связи наращивать.

Естественно, по линии Правительства Российской Федерации мы придаём импульс такого рода контактам, но не менее важно, чтобы развивались прямые взаимоотношения между представителями бизнеса.

В октябре этого года был согласован российско-асеановский план действий в сфере науки, технологий и инноваций. Надеюсь, что представители бизнеса тоже найдут там своё место. Одобрена рабочая программа по развитию энергетики на период до 2020 года. У нас есть рабочая программа со странами АСЕАН по сельскому хозяйству и продовольственной безопасности, действует программа в сфере туризма. Я думаю, что все эти программы могут внести дополнительный вклад в развитие наших связей.

И конечно, очень важно, чтобы свою лепту вносили бизнес-контакты. Деловой совет Россия – АСЕАН, который собирался в мае прошлого года в Сочи, Деловой консультативный совет АСЕАН, Торгово-промышленная палата, а также деловые клубы отдельных стран – естественно, все эти контакты мы будем поощрять как по правительственной линии, так и по линии наших общественных объединений – представителей делового мира. Причём, надеюсь, всё это приведёт к активизации наших переговоров по созданию соглашений о свободной торговле.

Я напомню, что мы, я имею в виду Евразийский экономический союз, подписали пока такое соглашение одно, с Вьетнамом (из государств АСЕАН), но в настоящий момент прорабатываются договорённости с целым рядом других стран Юго-Восточной Азии, в том числе с АСЕАН в целом. Надеюсь, что здесь будет полезное движение, которое поможет всем представителям бизнеса из государств «десятки» АСЕАН и упомянутых вами трёх стран. Так что мы ждём вас у нас, и, конечно, бизнес-миссии будут и в страны АСЕАН.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, позвольте мне задать последний вопрос. Тема АСЕАН – 2017 – «Партнёрство ради перемен, обеспечение процветания для всех». Проблема бедности остаётся актуальной для многих стран АСЕАН. В чём заключается ваша «дорожная карта» по поддержке малых предприятий в России, чтобы они могли выходить на более высокие уровни производственно-сбытовых связей и становиться средними и крупными предприятиями? На Филиппинах на малые и микропредприятия приходится 99,6% всей коммерческой деятельности. Не могли бы Вы поделиться вашим опытом поддержки малых предприятий в России?

Дмитрий Медведев: Я, когда говорил о перспективах сотрудничества с «десяткой» экономик АСЕАН, упомянул о том, что эти перспективы очень значительные, но есть и проблемы. Они заключаются ровно в том, о чём Вы только что сказали, а именно в том, что существует разница в экономическом развитии стран АСЕАН. Есть более развитые экономики, менее развитые экономики, есть проблема бедности, о которой Вы сказали, есть проблема неразвитости инфраструктуры, проблема развития образования.

Очевидно, что это вообще-то глобальные проблемы, над которыми работают практически все страны, даже те, у которых уровень развития выше, чем в странах АСЕАН. Я считаю, что мы можем совместными усилиями внести свой вклад в их решение, прежде всего за счёт совместных бизнес-инициатив, а также тех инициатив, которые мы продвигаем в сфере образования, в гуманитарной сфере и просто в сфере помощи и поддержки государств АСЕАН. Всё это, кстати, будет предметом рассмотрения на завтрашней встрече в рамках Восточно-Азиатского саммита. Мы будем говорить о том, о чём Вы сказали.

Если говорить о нашем опыте, то действительно за последнее время мы приняли целый набор мер, направленных на поддержку российского малого бизнеса, потому что мы считаем, что за малым бизнесом в значительной степени будущее нашей страны. Скажем прямо, у нас тоже здесь есть ещё определённые проблемы, поскольку мы недовольны уровнем охвата малым бизнесом наших экономических отношений. Мы полагали бы, что где-то приблизительно 50 или 60% населения нашей страны должно участвовать именно в проектах, связанных с малым бизнесом. Пока эти цифры меньше. Где-то 25% нашего населения занимается различными формами малого бизнеса. Поэтому наша задача – простимулировать развитие малого бизнеса в нашей стране. Может быть, этот опыт будет использован и в других странах.

Что для этого делается? Мы приняли целый набор законодательных актов, направленных на то, чтобы поощрять развитие малого бизнеса. Это различного рода льготы – льготы налоговые, льготы, которые связаны с арендой различного рода средств производства, поощрением инвестиционных проектов.

Мы стараемся также помогать малому бизнесу через фонды – государственные фонды, которые создаются для того, чтобы можно было реализовывать различные проекты в сфере малого бизнеса. Не так давно такой фонд у нас заработал. В его орбиту попадают сотни тысяч малых предприятий. Надеюсь, они смогут использовать возможности, которые связаны с развитием этого фонда.

Наш набор мер поддержки малого бизнеса, наверное, не уникален. Мы идём здесь по тому пути, который выбирают и другие страны. Самое главное, как мне кажется, чтобы государство, государственная власть, Правительство уделяли этому значительное внимание.

В России есть очень крупные государственные и частные компании, но не менее важно, чтобы внимание государства, Правительства было сконцентрировано на развитии малого бизнеса. Мы готовы делиться этим опытом и с нашими друзьями из АСЕАН.

Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 ноября 2017 > № 2384220 Дмитрий Медведев


Филиппины. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 ноября 2015 > № 1557904 Дмитрий Медведев

Пресс-конференция Дмитрия Медведева.

Председатель Правительства ответил на вопросы журналистов по итогам форума АТЭС.

Стенограмма:

Вопрос: ТАСС, Анастасия Савиных. Дмитрий Анатольевич, Россия давно уже выступает за интеграционное сотрудничество. Вчера была встреча с Тихоокеанским альянсом. Были ли какие-то договорённости достигнуты? И расскажите, что вообще обсуждалось.

Д.Медведев: Вообще саммит АТЭС, который прошёл здесь, на Филиппинах, в значительной степени был посвящён именно вопросам региональной кооперации. Есть группа стран АТЭС (которая, кстати, в последние годы не расширялась, но сейчас снова этот вопрос встал на повестку дня), есть другие региональные объединения, в том числе Тихоокеанский альянс, который возник в 2012 году. Вчера действительно по предложению организаторов саммита, в том числе Перу, которая является участником и АТЭС, и Тихоокеанского альянса, такой разговор был.

В чём смысл? Смысл в том, чтобы наладить полноценную кооперацию между двумя этими организациями. Тихоокеанский альянс расширяется, туда входят латиноамериканские государства и, по всей вероятности, будут дальше входить. С другой стороны, есть пересечения по интересам с группой государств, входящих в АТЭС. Соответственно, каждая из этих площадок имеет свои наработки, свои подходы к тому, как выстраивать международную торговлю прежде всего.

Я думаю, это как раз хороший пример того, как можно здесь наладить взаимодействие. Вчера все поддержали сотрудничество между двумя этими площадками – площадкой АТЭС и Тихоокеанским альянсом, для того чтобы использовать модели развития экономик, которые применяются в том и другом случае. Надеюсь, что это будет иметь смысл.

Вопрос: «Интерфакс», Ксения Голованова. Дмитрий Анатольевич, по прилёте в Манилу Вы выступили с достаточно жёстким заявлением, говорили о важности объединения усилий всех стран в борьбе с терроризмом. Скажите, пожалуйста, поднимали ли Вы тему создания широкой антитеррористической коалиции на саммите или в двусторонних контактах с партнёрами по АТЭС? Если да, то, по Вашему ощущению, встретила ли эта российская инициатива поддержку, в частности у американских партнёров?

Д.Медведев: АТЭС у нас посвящён экономической проблематике, это не та организация и не та площадка, где обсуждаются вопросы безопасности. Но с учётом того, что произошло, очевидно, что эту тему практически каждый участник АТЭС, каждый глава делегации, будь то президент, или премьер-министр, или ещё кто-то, поднимал в разговоре. Это действительно было. И с кем бы я ни общался, практически все, естественно, начинали с выражения соболезнований в наш адрес и в адрес Французской Республики. И конечно, всё это в итоге переходило в обсуждение вопросов антитеррористической защищённости.

Сами вопросы, посвящённые антитеррору, в повестку дня не входили, но на уровне персональных разговоров я это обсуждал с разными своими коллегами. Естественно, все хотели получить более подробную информацию, что произошло, какова будет наша реакция, что мы будем делать, что мы уже предпринимаем. В этом смысле это общение было полезным, оно будет продолжено и в ходе второго саммита – саммита АСЕАН.

Естественно, есть позиции сторон, которые высказываются и публично, и непублично. Есть наша позиция, она вам известна, есть позиция других стран, позиция Соединённых Штатов Америки в том числе, позиция некоторых европейских государств, в настоящий момент эта позиция меняется. Я свою позицию действительно высказал, по прилёту сюда сказал о том, что для меня удивительно, как сейчас можно приносить в жертву столь сложные вопросы, по сути, интересы всего человечества. Потому что речь идёт о войне против террора, войне, которая объявлена всему цивилизованному миру, и в такой ситуации надо договариваться, а не пытаться считать, кому это выгодно, надо ли это делать с русскими или это делать нельзя, потому что русские себя неправильно ведут и так далее. Эти рассуждения мне кажутся незрелыми и несолидными. Но надеюсь, что в связи с тем, что происходит, позиция наших партнёров будет меняться и в конечном счёте это будет способствовать формированию антитеррористической коалиции, которая объединит страны, заинтересованные в искоренении террора на Ближнем Востоке и уничтожении «Исламского государства» как явления. А то, что в настоящий момент «Исламское государство», по сути, является таким террористическим интернационалом, который угрожает всему цивилизованному миру, по-моему, сейчас ясно абсолютно всем. Эта работа с нашей стороны, естественно, будет продолжена. Соответствующие переговоры и Президент вёл, и в ближайшее время будут продолжены контакты, в том числе с французским Президентом, и на других уровнях консультации на эту тему будут продолжены.

Вопрос: Татьяна Голованова, агентство «Спутник». У меня вопрос такой. Сейчас самый туристический сезон в странах АТР, в том числе Вьетнаме и Таиланде. Обсуждались ли вопросы увеличения туристического потока из России в связи с ситуацией в Египте, и, самое главное, готовы ли наши партнёры усилить меры безопасности?

Д.Медведев: Не скрою, эти вопросы обсуждались, потому что партнёры, естественно, внимательно следят за тем, что происходит. Они знают о нашем решении ограничить временно полёты в Арабскую Республику Египет, о тех угрозах, которые вообще существуют в целом ряде регионов, и, конечно, исходя из экономических соображений, они хотели бы принять вот этот поток, который может образоваться, у себя и зарабатывать на туризме деньги. Я это обсуждал и с Президентом Вьетнама, обсуждал это с Премьер-министром Таиланда, обсуждал это с некоторыми другими коллегами в кулуарах, что называется. В принципе они хотят и готовы и уверяют нас в том, что они будут предпринимать активные меры по обеспечению безопасности, тем более что здесь, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, тоже проблем хватает, и нужно наводить порядок и здесь в смысле обеспечения защиты туристов, которые приезжают на отдых. Но такие возможности сейчас дополнительно открываются.

Вопрос: Павел Зарубин, телеканал «Россия». На днях было объявлено, что Россия готова реструктуризировать долг Украины. Направили ли мы уже свои предложения или ещё нет? Когда ждать ответа? И, на Ваш взгляд, каким будет ответ киевских властей?

Ещё один вопрос. Близится 1 января, когда Россия может ввести продовольственное эмбарго в отношении украинских товаров. Вчера об этом напоминал в том числе глава Минэкономразвития. На Ваш взгляд, какова вероятность того, что всё-таки это продовольственное эмбарго России придётся ввести и чем это грозит украинской экономике?

Д.Медведев: Начну с первой части вопроса – о реструктуризации долга. Такие предложения нами были сделаны, причём в абсолютно партнёрском ключе, и контакты между министрами финансов России и Украины, как я понимаю, на эту тему были проведены. Также эта позиция была сообщена руководству Международного валютного фонда. Мы предлагаем весьма льготные условия для реструктуризации кредита: каждый год по 1 млрд долларов начиная с 2016 года. Это лучше даже, чем нас просили представители МВФ. Но, естественно, если мы идём на такую реструктуризацию, необходимо несколько условий, о которых уже говорили. Я их повторю. Во-первых, пора перестать выкаблучиваться по поводу признания суверенного характера этого долга. Всем честным людям понятно, что речь идёт об обязательстве, которое возникло у Украины как государства, а не у каких-то коммерческих структур. Это совершенно понятно, всё остальное – манипуляции. Это первое.

Второе. Абсолютно очевидно, что, если мы такую реструктуризацию делаем, мы должны иметь гарантии, что в какой-то момент нас не пошлют подальше. К сожалению, нынешняя экономическая ситуация на Украине к этому сильно располагает. Что является гарантией в этом случае? Гарантией является либо обеспечение, которое нам предоставят кредитоспособные государства в виде гарантии (это могут быть Соединённые Штаты Америки, это может быть Евросоюз или отдельные государства Евросоюза), либо обеспечение, которое предоставлено первоклассным европейским или иным банком, который воспринимается в таком качестве.

Наконец, решение по этому поводу должно быть принято где-то в ближайшие три недели. Именно потому, что в ближайшие три недели будут рассматриваться все вопросы, связанные с Украиной, кредитные вопросы вокруг Украины и будут меняться некоторые правила, которые принимает для себя Международный валютный фонд, потому что он тоже вовлечён во все эти переговоры. То есть это вопрос ближайшего времени.

И наконец, самое последнее: в конце декабря наступает дефолт по этому кредиту. Если не будет принято этих решений, соответственно, мы исходим из того, что Украина как государство будет в просрочке или, выражаясь иностранными терминами, в дефолте. Такова наша позиция в настоящий момент.

Теперь вторая часть вопроса – по поводу продовольственного эмбарго. Здесь, в общем, ничего нового нет, в том, что вчера сказал мой коллега по Правительству Министр экономического развития Улюкаев. Действительно, как только Украина ввела так называемые санкции в отношении России, мы им сказали, что раз вы себя так ведёте, мы тогда так же будем вводить санкции в отношении Украины, как против всех государств, в том числе европейских государств, которые подобные санкции в отношении России ввели. Но мы отсрочили введение этих санкций только потому, что наши правительства находятся в переговорах при участии Европейского союза об адаптации подключения Украины к зоне свободной торговли Европейского союза. Мы договорились с европейцами, что мы год будем работать. Сейчас эта работа завершается. Результат работы – зеро, ноль, ничего пока нет. Вероятность того, что будут достигнуты какие-то соглашения, рассматриваю как крайне низкую. Но чудеса иногда случаются, в том числе и в таких вопросах, поэтому мы добросовестно ждём. В случае если не достигаются соответствующие соглашения, эта пауза заканчивается, документы все подписаны, и прямо в этом документе, который подписан, по Украине эта позиция (она сейчас отсрочена) начинает действовать с 1 января 2016 года, как и ряд других позиций, о которых мы сейчас не говорим. Таковы решения по этому поводу.

Убытки украинской экономики, я думаю, достаточно значительные. Некоторые украинские коллеги их подсчитывают на коленке, называют какие-то цифры. Я думаю, что их довольно сложно подсчитать. Даже несмотря на уменьшение товарооборота между Российской Федерацией и Украиной, это всё равно сотни и сотни миллионов долларов, потому что мы всё равно сохраняем довольно значительный товарообмен с Украиной. Как они хотят это заместить? Это их уже дело. Надо признаться, что, как мне представляется, эти продукты питания как минимум не ждут в одном месте – в Евросоюзе, потому что Евросоюз и сам перегружен продуктами питания. Плюс, после того как Украина встала на позицию активного сотрудничества с Евросоюзом и подписала договор о зоне свободной торговли, Евросоюз принял, на мой взгляд, весьма выгодное в кавычках для Украины решение и ввёл квоты в отношении тех товаров, которые имеют страной происхождения Украину. Что это означает? Это означает, что объём поставок продуктов, товаров с территории Украины на территорию Евросоюза, после того как возник этот прекрасный альянс, не увеличился, а уменьшился. Об этом мне рассказывали просто сами украинцы. Если это такое партнёрство, можно только, что называется, развести руками и сказать: ну, пожалуйста, если вы к этому стремились, получите. Вот такая ситуация. Она безрадостная в смысле сотрудничества, но это не наше решение.

Вопрос: Глебова Маша, РИА «Новости». У меня также вопрос в продолжение темы украинского долга. Скажите, может ли Россия в рамках переговоров по долгу обсуждать вопрос о снятии или частичном смягчении санкций в отношении России со стороны западных стран? И, на Ваш взгляд, если соглашение о реструктуризации всё же будет достигнуто, может ли это стать поводом для Запада хотя бы частично снять санкции с России? Спасибо.

Д.Медведев: Мне нечего здесь ответить. Не мы же санкции вводили, а ряд западных стран. Что они будут делать, я не знаю. Мы ни о чём их не просим и, естественно, просить не будем. Никакого в этом смысла нет. Переговоры с Украиной мы ведём по одной простой причине: Украина – близкое нам государство, и какие бы ни были сейчас политические отношения, там живут близкие нам люди, близкий народ. У нас действительно всегда были очень активные связи с Украиной. Поэтому мы пытаемся с ними договариваться и по вопросу этого самого кредита, который на самом деле когда-то украинское государство очень хотело получить. Санкции для нас – вещь, абсолютно не связанная с этим кредитом. Пусть сами определяются, как им поступить, мы им никаких условий на эту тему не высказываем. Вот так.

Вопрос: Первый канал, Наталья Юрьева. Возвращаясь к теме отпусков и перевозок. В этом году один из крупнейших авиаперевозчиков России компания «Трансаэро» оказалась банкротом. Другие авиакомпании переживают не лучшие времена. Угроза терактов повлекла неизбежное усиление мер безопасности, соответственно, дополнительные расходы. Также уже сейчас наблюдается падение спроса на авиабилеты. Считаете ли Вы необходимым оказать поддержку российским авиаперевозчикам? Готово ли Правительство оказать такую поддержку? И вообще выживут ли в таких условиях российские авиаперевозчики или останется один «Аэрофлот»?

Д.Медведев: Я отлично помню времена, когда был один «Аэрофлот». Не уверен, правда, что это была идеальная модель, потому что, когда не с кем конкурировать, это не очень хорошо. Но при этом хочу заметить, что воздушные перевозки – это довольно специфический вид бизнеса.

Многие большие развитые государства имеют одного перевозчика. Но, с другой стороны, далеко не всегда эти перевозчики идеальны по качеству. Тем не менее, вы правы, в настоящий момент воздушные перевозки, у нас во всяком случае, переживают не лучшие времена по двум этим причинам: и из-за банкротства «Трансаэро», и из-за проблемы, связанной с терроризмом.

Мы рассматривали на совещании, которое я провёл, вопросы поддержки воздушных перевозчиков. По всей вероятности, нам придётся какие-то решения принимать, потому что вообще тема воздушных перевозок довольно сложная. Скажу своё мнение. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы наш рынок – рынок воздушных перевозок в нашей стране – имел несколько альтернативных перевозчиков, которые бы могли такие услуги оказывать нашим людям. Иными словами, которые бы осуществляли перевозки в самых разных направлениях. Действительно, после банкротства «Трансаэро» значительная часть их перевозок, этих маршрутов отошла «Аэрофлоту», но это не значит, что другие компании в этом не могут поучаствовать. Насколько я знаю, там все эти переговоры ведутся. Если потребуется всё-таки каким-то образом поддержать рынок, я думаю, что мы эти вопросы обязательно рассмотрим.

Вопрос: Татьяна Григорьянц, радио «Вести ФМ». Я продолжу тему. Скажите, будут ли вводиться дальнейшие ограничения авиаперелётов, может быть, в какие-то иные страны помимо Египта? И последуют ли вообще рекомендации россиянам, может быть, воздержаться в ближайшее время от заграничных поездок?

Д.Медведев: Вы знаете, я такую вещь скажу. До тех пор, пока нет каких-либо очевидных проблем, естественно, маршруты закрываться не должны. Потому что, с одной стороны, мы обязаны следить за безопасностью (компании должны этим заниматься, соответствующие службы должны этим заниматься – во всех странах и в нашей стране в том числе), но, с другой стороны, конечно, должна быть достаточно чёткая информация о том, что происходит. Хотя разговоры об этом идут. Я поэтому хотел бы сказать следующее. В настоящий момент закрыто только одно направление – на Арабскую Республику Египет, причём это касается и российских перевозчиков, и египетских перевозчиков. Именно из соображений безопасности. Я не могу исключить, что в какой-то ситуации мы вынуждены будем рассмотреть подобные вопросы в отношении других направлений, для других стран. Но пока этого не сделано, и хотелось бы надеяться, что этого не произойдёт.

Что же касается рекомендаций, скажу так. В практике международной жизни достаточно часто случаются ситуации, когда государство не рекомендует своим гражданам посещать другие государства. Это делают все – делают крупнейшие государства, те же самые Соединённые Штаты Америки, европейские государства – из соображений безопасности. В каждом конкретном случае для этого должны быть основания, и это решение, соответственно, принимается на необходимом уровне. После того как решение вступает в силу, если гражданин той или иной страны посещает государство, куда не рекомендовано ездить, это его собственный риск, потому что запретить, конечно, мы ничего не можем. В конце концов, и на территорию государств, куда не летают самолёты, можно добраться, это всем абсолютно понятно. Поэтому подобные решения, подобные рекомендации действительно иногда возникают. В настоящий момент таких решений нет, кроме, по сути, решения, которое касается Арабской Республики Египет именно в части воздушных перевозок.

Вопрос (как переведено): Агентство «Асахи». Вопрос о Транстихоокеанском партнёрстве. В заявлении о завершении процесса переговоров по ТТП первоначальное слово «приветствуем» было заменено на слово «отмечаем». Эта замена была произведена по просьбе России, потому что Россия не поддерживает ТТП или нет?

Д.Медведев: Начну с того, что, конечно, мы никогда не комментируем кухню, связанную с подготовкой тех или иных деклараций, заявлений: кто на чём настаивает, кто чего просит, кто чего добивается. Могу лишь сказать, что по собственному опыту (а я принял участие в большом количестве самых разных саммитов), всегда та или иная страна на чём-то настаивает. Подчас споры идут вокруг таких нюансов, которые на первый взгляд, на взгляд обычного наблюдателя, кажутся совсем несущественными: запятая не там поставлена, модальность другая, использован тот или иной глагол, ну и так далее. Поэтому вот эту часть вашего вопроса я комментировать просто не буду, потому что это неправильно, – кто на чём настаивает при подготовке декларации.

Но отвечу, естественно, на вторую часть вопроса, которая посвящена отношению Российской Федерации к Транстихоокеанскому партнёрству, или к ТТП. Мы, естественно, совершенно спокойно и нормально относимся к этой модели сотрудничества, этой модели торгового партнёрства, которую продвигают Соединённые Штаты Америки. Мы видим, какие усилия были затрачены американским правительством, американской администрацией, для того чтобы объединить государства. Мы видим и вполне серьёзный потенциал у Транстихоокеанского партнёрства, потому что это высокая степень интегрированности экономик, отсутствие целого ряда барьеров, административных проблем и так далее. Поэтому – договорились, и слава богу, что называется. Нам тоже намекали, что нашу страну и некоторые другие страны хотели бы видеть внутри этого партнёрства, но я, откровенно говоря, никаких документов на эту тему не получал, официальных приглашений тоже не видел. Но о чём важно помнить, и об этом я сегодня сказал во время своего выступления на утренней сессии своим коллегам: все мы создаём те или иные виды партнёрств и те или иные торговые модели, торговые режимы. Вот мы только что создали Евразийский экономический союз. Евразийский экономический союз заключил соглашение о зоне свободной торговли с Вьетнамом. Вполне вероятно, что мы заключим и с другими государствами, с кем угодно, даже с Японией, естественно, готовы эти вопросы обсуждать, если это вам будет интересно. Но это должно происходить по понятным правилам. Иными словами, все эти соглашения, которые готовятся, обсуждаются, заключаются, не должны взламывать общих торговых правил. Потому что мы все, например, находимся внутри Всемирной торговой организации, и в этом смысле всё, что обсуждается, должно соответствовать правилам ВТО. И конечно, желательно, чтобы обсуждение было транспарентным, понятным для других сторон, которые тоже могут для себя думать – вступать куда-то или не вступать, – чтобы это не было закрытым обсуждением, кулуарным обсуждением. К сожалению, тема, связанная с Транстихоокеанским партнёрством, действительно обсуждалась в закрытом режиме. Слушайте, если мы все за открытую торговлю, за современную торговлю, за отсутствие барьеров в торговле, за либерализацию международной торговли – об этом все говорят, – тогда и подобные соглашения должны создаваться таким путём.

Вот, наверное, те сомнения, которые у нас существуют. Что получится в результате из этого соглашения? Поживём – увидим.

Телеканал «Звезда»: Много месяцев настойчиво ходят слухи о слиянии тех или иных ведомств в Москве, в частности, Минэкономразвития и Минфина. Возможно ли это? И Ваше отношение к этому?

Д.Медведев: Вообще в жизни много чего возможно. На моей памяти, когда я был в разных должностях, эту тему неоднократно предлагали высшим должностным лицам Российской Федерации, в частности по слиянию Минфина и Минэкономразвития. Эта идея ни разу не была поддержана. Как-то, выступая на коллегии Минэкономразвития, я им сказал: не волнуйтесь, мы пока таких решений не предлагаем по одной простой причине. У государства должно быть два экономических ока: одно – Минфин, другое – Минэкономразвития. Только такой подход образует стереозрение. В противном случае мы будем иметь только одну точку зрения. Как вы знаете, довольно часто Минфин не согласен с Минэкономразвития, и наоборот. Считаю, что это неплохо, это дискуссия и возможность найти правильную позицию, найти баланс, наиболее подходящий подход.

А в отношении других ведомств всякое происходит. В последние годы подобные решения по представлению Правительства принимал Президент Российской Федерации. Какие-то ведомства мы сливали в оперативных целях, какие-то разделяли.

Сейчас довольно активно обсуждается тема, связанная с контрольными ведомствами, есть и президентское поручение на эту тему. У нас действительно очень много контрольных структур. Но и в отношении контрольных ведомств это делать надо осмысленно. То есть не просто так – всё объединить. Потому что иногда, когда объединяешь, становится только хуже. Подобные проекты существуют. В настоящий момент они обсуждаются. Решений никаких пока нет.

Вопрос (как переведено): Manila Standard. Уважаемый господин Председатель Правительства, хотя Россия и не является стороной в территориальных спорах в Южно-Китайском море, возможно ли, что в случае вынесения международным трибуналом решения в пользу Филиппин, Россия бы такое решение поддержала?

Д.Медведев: Да, мы действительно не являемся стороной в этом споре. Но действительно такой спор существует, в нём участвуют разные государства, для которых актуальна эта проблематика. Мы неоднократно свою позицию высказывали по линии Министерства иностранных дел, ну и, естественно, в контактах с партнёрами, в том числе и я об этом говорил. Я могу сделать её публичной, ничего здесь сверхсложного нет. Мы, во-первых, считаем, что подобные споры должны обсуждаться и разрешаться дружеским путём во время переговоров. Это всегда лучше, чем что-то другое. Во-вторых, при обсуждении соответствующей проблематики Южно-Китайского моря нужно базироваться на руководящих установках международного права, использовать принципы международного права и Конвенцию по международному морскому праву 1982 года. В-третьих, очевидно, что любое решение может быть оспорено, и поэтому мы для себя определили, что у нас нет никаких предпочтений по этому поводу применительно к позиции той или иной стороны. Мы надеемся на то, что все эти проблемы будут разрешены соответствующим путём: в тех случаях, когда это дружеские переговоры, – на переговорах, но если стороны пришли к необходимости какой-то вопрос перенести в международный суд… Это их право, если решение будет вынесено, это будет решение международного суда.

Вопрос: Алексей Ашихмин, «Интерфакс». Дмитрий Анатольевич, на прошлой неделе в Москве, в «Крокус-Экспо», прошёл форум местных отделений партии «Единая Россия», где Вы присутствовали, там достаточно большое внимание предстоящим выборам было уделено. Что касается выборов в Государственную Думу, планируете ли Вы возглавить список «Единой России» на предстоящих выборах в следующем году? Что ожидаете от этих выборов в плане представительства «Единой России» в Госдуме? Будет ли оно (результаты) лучше, чем в 2011 году? Довольны ли вообще исполнением Ваших поручений партии? И последний подвопрос касается новых партий. Могут ли они появиться в Госдуме, кроме тех, что уже присутствуют?

Д.Медведев: Вы имеете в виду мой прогноз? Потому что появиться, безусловно, могут и, надеюсь, рано или поздно появятся. В отношении обсуждения на партийном мероприятии, когда присутствовали руководители местных отделений: мы действительно говорили в том числе о выборах, о том, как проводить праймериз, то есть предварительное голосование. Я считаю, что это весьма прогрессивная форма, которую мы, кстати, не сами придумали. Целый ряд стран её использует, подключает широкие массы людей к голосованию за тех представителей, которым они симпатизируют. Я думаю, что и нам эту систему очень неплохо было бы обкатать. Во всяком случае «Единая Россия» на это пошла.

Что касается моего участия в выборах. Я, естественно, абсолютно не исключаю того, что это произойдёт, просто потому, что я являюсь председателем партии и, конечно, мне небезразлично, как партия выступит на выборах в Государственную Думу. Перспективы я бы не хотел сейчас обсуждать. Вы задали вопрос, выступит ли партия лучше или ещё как-то, по отношению к 2011 году. Я прямо скажу, что и в 2011 году партия выступила неплохо, что позволило ей получить контрольный пакет в Государственной Думе и проводить решения, которые мы как члены «Единой России» считаем нужными для нашей страны. Есть шансы выступить лучше? Наверное, есть, если удастся объяснить людям, почему нужно голосовать за «Единую Россию», почему нужно поддержать ту партию, которая уже находится у власти. Если мы сможем это сделать, получим хороший результат.

Мои отношения с партией носят систематический, регулярный, по сути, еженедельный, а в необходимых случаях – ежедневный характер. Мы встречаемся, обсуждаем самые разные вопросы, встречаемся у меня в офисе, то есть в Правительстве, и в других местах, и на площадке Государственной Думы, и на партийных площадках. Это всегда заинтересованный разговор, довольно интенсивный, энергичный. Мои коллеги отстаивают свои представления, позиции, иногда, когда мы обсуждаем что-то, возникает дискуссия. Довольно часто по итогам этой дискуссии я корректирую позицию тех или иных ведомств, потому что вижу, что обеспокоенность партии небеспочвенна, что наши коллеги действительно провели консультации с людьми. Иногда, наоборот, результатом этих консультаций является отход от какой-то позиции. В общем и целом это нормальное, продуктивное сотрудничество. В конце концов, мы все товарищи по одной политической организации, поэтому там всё в порядке.

Филиппины. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 ноября 2015 > № 1557904 Дмитрий Медведев


Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 ноября 2015 > № 1552833 Дмитрий Медведев

Деловой саммит форума АТЭС.

Дмитрий Медведев принял участие в заседании сессии в рамках Делового саммита форума «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество».

Форум АТЭС, учреждённый в ноябре 1989 года, – межправительственный диалоговый механизм, не имеющий статуса международной организации.

В настоящее время участниками АТЭС являются Австралия, Бруней, Вьетнам, Гонконг, Индонезия, Канада, КНР, Республика Корея, Малайзия, Мексика, Новая Зеландия, Папуа – Новая Гвинея, Перу, Россия, Сингапур, США, Таиланд, Тайвань, Филиппины, Чили и Япония. На долю этих экономик Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) приходится 40% населения мира, 57% мирового ВВП, 48% оборота международной торговли, более 40% объёма всех прямых трансграничных инвестиций.

Руководящими органами форума, работающего на основе принципов консенсуса при принятии решений и добровольности в их выполнении, являются ежегодные неформальные саммиты глав государств и правительств и приуроченные к ним совещания министров иностранных дел и министров торговли. В течение года также проводятся отраслевые министерские встречи, заседания старших должностных лиц и мероприятия по линии порядка 40 отраслевых экспертных структур.

Деловой саммит АТЭС впервые был организован на полях встречи лидеров экономик АТЭС на Филиппинах в 1996 году. Мероприятие является главным бизнес-форумом Азиатско-Тихоокеанского региона и объединяет руководителей бизнеса, лидеров мировых экономик и ведущих политиков. Это уникальная платформа, на которой бизнес может взаимодействовать с руководителями стран – участниц Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества напрямую.

Встреча является самым значимым бизнес-событием недели форума. Она проводится непосредственно перед ежегодной встречей руководителей стран – участниц АТЭС.

Повестка дня манильского делового саммита включает вопросы поддержания темпов экономического роста в АТР, значения экономических реформ и роли бизнеса в них, вызовов развитию городов и инфраструктуры, роста глобальных дисбалансов.

Выступление Дмитрия Медведева:

Уважаемые дамы и господа! Я хотел бы искренне поблагодарить хозяев, принимающую сторону, Филиппины, за прекрасную организацию мероприятия и очень рад выступить на этой представительной авторитетной площадке, на Деловом саммите АТЭС, который, кстати, появился не сразу, но по праву считается барометром экономических и политических тенденций не только в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и во всём мире.

Девиз Делового саммита АТЭС-2015 – «Вперёд в будущее: лучше, сильнее и сплочённее». Он вообще хороший, но сегодня звучит особенно актуально.

Скажу несколько слов о печальных событиях, но это нужно сделать. Террористические атаки, которые только что пережили и Россия, и Франция, затронули весь мир. Распространение терроризма является глобальным вызовом, вызовом всему цивилизованному миру. И этот вызов требует совместного ответа, скоординированных и, по сути, сплочённых действий. Взрыв в российском самолёте над Синайским полуостровом, который унёс 224 жизни, массовое убийство людей в Париже – это не преступление против одной страны, это преступление против всего мира, и противостоять террористам мы должны все вместе.

Поэтому такие мероприятия, как саммит АТЭС, укрепляют наше взаимодействие во всех областях. Такой подход в полной мере созвучен нашей политике в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Я напомню, что наша страна находится почти на две трети своей территории в Азии и неразрывно связана с регионом. И развитие сотрудничества со всеми странами, которые расположены здесь, так же, как и наше участие в самых острых и важных региональных проблемах – наша принципиальная стратегическая линия. И, конечно, она никак не зависит от политической конъюнктуры.

Наша встреча проходит в непростой для мировой экономики период. Хотя по своему опыту скажу: я не припомню, чтобы наши встречи проходили в совсем какой-то простой период. Тем не менее, ситуация остаётся достаточно неустойчивой, волатильной. Нам всем – и участникам АТЭС, и другим странам мира – приходится искать ответы на сложнейшие вопросы. Какие это вопросы? Как обеспечить экономический рост в условиях глобальной нестабильности? Как использовать в интересах собственного развития современные технологические, социальные и экономические тренды? Как повысить конкурентоспособность и найти своё место в новой реальности?

Понятно, что универсальных рецептов здесь нет и не может быть. Тем не менее есть целый ряд базовых факторов, без которых невозможно выстроить эффективную модель современного экономического развития. Их и хотел бы я сегодня назвать.

Первое, о чём хочу сказать. Это, конечно, региональная интеграция – тема для Азиатско-Тихоокеанского региона сегодня действительно номер один, важнейшая тема.

Россия последовательно выступает за углубление региональной интеграции, и при этом мы считаем, что все заключаемые в её рамках преференциальные торговые соглашения, а они важны, конечно, тем не менее не должны подменять многостороннюю торговую систему и тем более не должны разрушать уже существующие, сложившиеся хозяйственные связи, должны лишь обогащать.

Как вы знаете, уже почти год работает Евразийский экономический союз. С присоединением ещё двух стран полноправными членами этого Союза стали пять государств. Мы стремимся налаживать взаимовыгодное сотрудничество со всеми партнёрами по всему миру, это наш вклад в такую интеграцию. Есть договорённость с нашими китайскими партнёрами о сопряжении интеграционных процессов в рамках Евразийского союза с проектом создания экономического пояса Шёлкового пути. В мае этого года было подписано преференциальное торговое соглашение между Евразийским союзом и Вьетнамом. В работе сейчас находятся аналогичные соглашения с другими странами. В целом в Евразийскую нашу комиссию как раз поступило около 40 заявок от третьих стран и объединений о создании зон свободной торговли.

Исходя из этой стратегической цели, правила мировой торговли должны оставаться универсальными (это действительно очень важно) и вырабатываться на единой площадке, прежде всего в рамках Всемирной Торговой Организации, иначе зачем она вообще была создана.

Очевидно, что к этой работе должны быть привлечены все заинтересованные стороны. Только так можно обеспечить безусловную легитимность новых норм, то есть их распространение на всех участников. Поэтому считаю принципиально важным, чтобы Азиатско-Тихоокеанский форум сохранял единую и последовательную позицию в том, что касается укрепления многосторонней торговой системы, в том числе, кстати, и в рамках достижения так называемых Богорских целей.

Второе, о чём хотел бы сказать и о чём, я уверен, сегодня здесь говорили мои коллеги, это инновации и развитие человеческого капитала.

Действительно, технологическая революция, в том числе так называемые большие вызовы, затрагивают практически все страны. Чтобы держаться на плаву, выигрывать в современной конкурентной борьбе, нужно быстро и адекватно на них реагировать.

Важно, что экономики АТЭС во многом дополняют друг друга – и по научной, и по экспериментальной базе, по кадровому и образовательному потенциалу, по опыту коммерциализации инновационных проектов. Совместное использование этих преимуществ, выход на практическое применение позволяет нам обеспечить новое качество экономического развития в регионе. Для бизнеса, в том числе, кстати, и для небольших и средних компаний, это огромное поле новых возможностей. Россия к такой совместной работе готова.

В следующем году у нас пройдёт престижный глобальный инновационный форум – Всемирная конференция Международной ассоциации научных парков, зон инновационного развития. Приглашаем к участию всех наших партнёров по АТЭС.

Ну и наконец, третье, без чего невозможны ни развитие региональной интеграции, ни действительно прорывные инновации, ни развитие человеческого капитала – это, как ни банально звучит, но это инвестиции.

В целом мы с удовлетворением отмечаем возрастающее участие нашей страны в формировании Азиатско-Тихоокеанской повестки. Об этом, кстати, свидетельствует стабильное увеличение нашего товарооборота с государствами региона. На страны Азиатско-Тихоокеанского региона уже сейчас приходится более четверти российской внешней торговли, а ещё совсем недавно это была довольно незначительная часть. Но прямые инвестиции в нашу экономику из стран АТР, ну, и наоборот, соответственно, растут не так динамично, как нам хотелось бы. На сегодня их объём составляет около 10 млрд долларов. Для повышения этого показателя мы, конечно, активно учреждаем совместные инвестиционные фонды. Такие фонды уже действуют с рядом государств: с Китаем, с Японией, с Республикой Корея. Прорабатывается использование аналогичных инструментов и с другими государствами Азиатско-Тихоокеанского региона.

Практически неисчерпаемые возможности сотрудничества заложены в наш проект по ускоренному развитию Сибири и Дальнего Востока. Здесь мы запустили специальный механизм территорий опережающего развития с льготным налоговым, административным режимом. Уже создано девять таких территорий. Стараемся, кстати, применять лучшие практики по работе с инвесторами, которые используются в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Даже при подготовке закона, который был посвящён этим территориям, мы специально опирались на практики АТР, смотрели законодательство, которое действует у наших партнёров.

Ещё более серьёзный набор преференций получат резиденты свободного порта Владивосток. Аналогичный льготный режим мы планируем распространить в будущем и на ряд других ключевых портов российского Дальнего Востока.

Я уже сказал, что Россия намерена участвовать в решении самых сложных региональных проблем. В частности, речь идёт об энергетической безопасности стран АТР. Нужно иметь в виду, что, несмотря на значительные запасы нефти и газа в регионе, тем не менее регион в целом был и остаётся энергодефицитным. В силу своей географической близости, наличия огромных запасов Россия способна обеспечить стабильные и долгосрочные поставки природных ресурсов, и, что немаловажно, по вполне конкурентоспособным ценам. Очевидно, что эти обстоятельства нужно использовать, и использовать максимально эффективно в интересах всех стран АТР.

Ещё одно направление, которое имеет особую важность для многих стран региона и где есть отличные перспективы сотрудничества, это вопросы обеспечения продовольственной безопасности. Регион огромный, растущий, большое население, и вопросы продовольственной безопасности будут всё более и более актуальными.

В России и сейчас производится уже много зерна, мы довольно много экспортируем зерна, но к 2020 году мы полагаем, что наши экспортные возможности составят порядка 35-40 млн т, что, безусловно, также сможет внести свой вклад в копилку решения этой задачи. Причём речь может идти не только об экспорте, но, конечно, и о полноценной кооперации в этой сфере с нашими партнёрами и с другими участниками Азиатско-Тихоокеанского рынка.

Уважаемые дамы и господа, уважаемые коллеги! Безусловно, обозначенные мною и теми, кто уже выступал на этой трибуне, темы далеко не исчерпывают повестку сотрудничества наших стран. Возможности для расширения этого сотрудничества действительно очень велики. При этом нам нужны серьёзные усилия, усилия бизнеса, с одной стороны, и государств, чтобы использовать все эти возможности по максимуму в интересах всего Азиатско-Тихоокеанского региона, а значит, в наших общих интересах. Спасибо.

Ответы Дмитрия Медведева на вопросы участников сессии

Вопрос: Вы уделили большое внимание интеграции с Тихоокеанским регионом. Как Вы оцениваете деловой климат в России и экономическую ситуацию с точки зрения инвестпривлекательности для иностранных инвесторов?

Д.Медведев: Я бы мог долго на эту тему говорить, но постараюсь компактно. В целом у нас есть сейчас и проблемы, и сильные стороны.

Сегодня Россия вместе с другими странами мира проходит через довольно сложный период, для России это, может быть, один из самых сложных периодов. Для нас имеет серьёзное, принципиальное значение, что рухнули цены на нефть, резко упал курс рубля, плюс уже полтора года наша страна сталкивается с санкционным давлением, что, конечно, не улучшает экономическую ситуацию. Но несмотря на это, ситуация в экономике и в финансовой системе у нас достаточно стабильная, мы справляемся с негативными колебаниями цен, при этом поддерживаем интерес инвесторов, и большинство иностранных компаний, которые работают в стране, этот настрой пытаются сохранить.

Но помимо негативных факторов для иностранных инвесторов, очевидно, образовались и некоторые позитивные моменты. Может быть, не всем они нравятся в нашей стране, но для иностранных инвесторов это не плохо. Я имею в виду прежде всего ослабление курса рубля, возможность приобретать российские активы дешевле, чем это было некоторое время назад, и, в общем, многие этим пользуются. С другой стороны, для компаний, которые создаются в России, улучшились условия по локализации бизнеса, а компании, которые создают бизнес экспортный, тем более, приобретают дополнительные преимущества.

Что касается бизнес-климата. В условиях жёсткой конкуренции мы, конечно, продолжали и будем продолжать работать над улучшением бизнес-климата. Для Правительства это первостепенная задача. У нас есть так называемая национальная предпринимательская инициатива, которой мы уже довольно давно занимаемся. Это целенаправленное решение целого ряда задач – задач по либерализации законодательства, по выстраиванию диалога с бизнес- сообществом, по улучшению целого ряда бизнес-позиций. Мы, например, приостановили сейчас взимание ряда неналоговых платежей до 1 января 2019 года, для того чтобы улучшить условия ведения бизнеса в современных условиях.

Есть приличные подвижки в развитии государственно-частного партнёрства. Мы пытаемся планировать активнее нашу работу на внешних рынках, созданы социальные институты для этого, включая Российский экспортный центр. В общем, в этом смысле движение есть, что, кстати, оценивают и инвесторы. Даже по тем индикаторам, которые используются, в частности по индикаторам в ряде международных рейтингов, мы свои позиции не ухудшаем, даже несмотря на сложную внешнеторговую и внешнеэкономическую конъюнктуру, а улучшаем. Последние индикаторы по линии Doing Business показывают, что мы всё-таки движемся вперёд и уже вошли, по сути, в первый «полтинник».

Конечно, это, наверное, не та цифра, которая нас всех устраивает, я имею в виду тех, кто занимается ведением российского бизнеса, регулированием российского бизнеса, но тренд, тем не менее, налицо. Мы впереди целого ряда государств, с которыми раньше соперничали. Надеюсь, что совместными усилиями мы сможем эти показатели и дальше улучшать. Поэтому рассчитываем на то, что все эти факторы будут учитываться и нашими партнёрами в АТР при принятии ими инвестиционных решений.

Вопрос: Джейси Параньес, старший советник в компании «Номура». Вы говорили о том, что Сибирь и Дальний Восток богаты природными ресурсами и обладают огромным потенциалом для вклада в развитие региона. Но также они служат своеобразным мостом между Россией и АТР. Какова, на Ваш взгляд, роль иностранных компаний? И как Вы планируете привлекать их к участию в этих проектах?

Д.Медведев: Спасибо большое за этот вопрос, потому что тема эта исключительно важна для нашей страны. Россия – самое большое государство в мире, и, конечно, мы заинтересованы в том, чтобы российская Сибирь и Дальний Восток стали таким нашим национальным приоритетом XXI века, потому что это огромные территории, где расположено большое количество месторождений, большие запасы полезных ископаемых находятся, и здесь нам без иностранных инвестиций просто, по сути, не обойтись. Мы рассчитываем на то, что наши коллеги будут активно вкладываться в эти территории.

Что для этого делается? Я уже немножко об этом сказал, ещё раз повторю. Речь идёт о создании специальных правовых режимов. Когда мы обсуждали эту тему в Правительстве – это было относительно недавно, буквально год назад, – мы специально изучили законодательства государств Азиатско-Тихоокеанского региона и создали модель, которая называется территория опережающего развития. Эта модель была создана специально под Дальний Восток. Что это такое? Это действительно преференциальный налоговый режим, возможности для вложения денег в инфраструктурные проекты, облегчённый визовый режим, так называемая система одного окна для того, чтобы регистрировать компании, решать административные задачи. То есть это такой инструмент, который, мы надеемся, принесёт пользу. Уже сейчас зарегистрировано девять этих территорий опережающего развития. В общей сложности уже порядка 70 резидентов готовы там работать, надеюсь, их количество будет возрастать. Пока объявленный объём инвестиций, по нашим прикидкам (я имею в виду уже согласованный), в настоящий момент составляет около 5 млрд долларов, но это только самое начало работы. Естественно, мы в этом смысле люди гибкие, если потребуется что-то корректировать в действии этого института, мы будем вносить изменения в законодательство.

Я также упомянул ещё один близкий, но тоже самостоятельный, способ стимулирования инвестиций в Сибири и на Дальнем Востоке – это конструкция порто-франко, или свободного порта. Эта модель тоже активно используется в регионе, мы её внедряем впервые. Сначала речь идёт о порте Владивосток, но если модель заработает, естественно, будем стараться её распространять и на другие места. Значит, в этом самом порто-франко действуют практически все названные мною послабления – и налоговые, и инфраструктурные. Надеюсь, что условия работы в этом месте, соответственно, и преимущества порто-франко будут сопоставимы с аналогичными портами, которые расположены в Азиатско-Тихоокеанском регионе, и мы сможем конкурировать с нашими партнёрами. Но ещё раз хотел бы сказать: это творческий процесс, мы будем откликаться на предложения наших партнёров, на предложения иностранных инвесторов. Если потребуется что-то корректировать в законодательстве, мы, естественно, будем внимательно изучать это и вносить поправки. Эта работа началась, надеюсь, она принесёт хорошие результаты.

Вопрос: Добрый день, господин Премьер-министр! Вы только что отметили, что делаете ставку на инновации и технологическое сотрудничество. По каким направлениям Россия собирается сотрудничать в этих сферах?

Д.Медведев: Сегодня о технологиях говорят все, и я так понимаю, что уже мои коллеги с этой трибуны тоже говорили о технологическом сотрудничестве. Это такая тонкая сфера: с одной стороны, все хотят сотрудничать, но, с другой стороны, есть и вопросы охраны коммерческой тайны, секретов промышленных. Поэтому очевидно, что тема инноваций имеет принципиальное значение для развития любых современных государств. Мир находится под влиянием целого ряда факторов, но важнейший фактор – это технологическая революция.

Мы тоже в этом смысле не стоим на месте, создали такую специальную программу, которая называется «Национальная технологическая инициатива». Это долгосрочная программа, она рассчитана на довольно такую среднесрочную перспективу, в ней есть целый ряд направлений, так называемых дорожных карт. В настоящее время мы определили девять целевых рынков, по которым будем финансировать мероприятия. Естественно, все они будут проходить в рамках государственно-частного партнёрства. Четыре «дорожные карты» я совсем недавно как Председатель Правительства утвердил, они посвящены разным направлениям, упомяну некоторые из них. Это так называемый «АвтоНэт», то есть те транспортные средства, которые управляются без пилота, без водителя. Также «НейроНэт», это те решения технологические, которые связаны с активизацией мозговой деятельности человека. И ряд других «карт» в ближайшее время мы тоже собираемся утвердить, потому как, вы знаете, в России неплохое образование, весьма сильные национальные центры научные, мы хотели бы всё это задействовать.

Добавлю, что Азиатско-Тихоокеанский регион в этом плане представляет для нас большой интерес. По сути, мы ведём речь об общем исследовательском пространстве АТЭС. Надеемся, что государства АТЭС проявят интерес к нашей исследовательской инфраструктуре, тем более что сейчас есть такие темы, которые принято называть mega-science и которые требуют гармонизации научной политики целых стран. Более того, очень важно общаться на дискуссионных площадках. У нас каждый год проходит специальный форум, он называется «Открытые инновации», совсем недавно он тоже состоялся в Москве. В этом году основная тема форума называлась «Человек на стыке трендов технологической революции», как раз то, о чём мы сегодня говорим в этом зале. Это действительно открытая площадка. Пользуясь этой возможностью, хотел бы пригласить всех наших партнёров из стран АТЭС принять участие в следующем году в этом мероприятии, где каждый год какая-то отдельная страна-участница имеет преимущества, преференции. Мы проводили такой форум с китайскими партнёрами в 2014 году, с Францией, Финляндией в 2013 году, и готовы, естественно, делать это и дальше. Я считаю, что технологическая кооперация имеет колоссальное значение для будущего. Надеюсь, что мы сможем и в этом плане выстраивать такие очень позитивные отношения с компаниями из стран АТЭС.

К.Дмитриев (генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций, модератор): Дмитрий Анатольевич, спасибо от лица всех представителей бизнеса и инвесторов, которые присутствуют здесь. Мы при Вашей поддержке планируем совместно реализовывать много проектов со странами АТЭС. Спасибо Вам за Ваше выступление.

Д.Медведев: Спасибо. А я всем желаю бизнес-успехов и хорошего настроения.

Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 ноября 2015 > № 1552833 Дмитрий Медведев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter