Всего новостей: 2550275, выбрано 7 за 0.004 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Репик Алексей в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыФинансы, банкиМедицинавсе
Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 18 октября 2016 > № 1937608 Владимир Путин, Алексей Репик

Съезд «Деловой России».

Владимир Путин принял участие в съезде общероссийской общественной организации «Деловая Россия», приуроченном к 15–летию организации.

В мероприятии также участвовали руководители федеральных министерств и ведомств, главы региональных органов власти, представители крупнейших бизнес–ассоциаций, владельцы и топ–менеджеры ведущих российских компаний.

«Деловая Россия» – союз предпринимателей, работающих в основном в несырьевом, перерабатывающем секторе экономики: в машиностроении, строительстве, лёгкой промышленности, сельском хозяйстве и сфере финансовых услуг, информационных технологий и многих других.

* * *

В.Путин: Добрый день, дорогие друзья!

Пятнадцать лет назад на встрече с предпринимателями была выдвинута идея создать организацию, объединяющую динамичные средние предприятия, средние компании, и её предложили назвать «Деловая Россия». Это было 16 октября 2001 года, а 17 октября состоялся учредительный съезд. За эти полтора десятилетия вы доказали, что именно несырьевой бизнес – это важнейший ресурс устойчивого долгосрочного развития отечественной экономики.

Все вы, начиная буквально с нуля, с небольших производств, добились реального серьёзного движения вперёд. Сегодня ваши компании уже нельзя назвать даже средними – это эффективные, конкурентоспособные, зачастую, уже крупные предприятия. Только несколько показательных примеров: компании «Деловой России» – это почти один миллион рабочих мест в отраслях с высокой добавленной стоимостью, более сотни миллиардов рублей ежегодных налоговых поступлений в бюджеты разных уровней. Растут и экспортные амбиции отечественного бизнеса. Предприятия «Деловой России» уже поставляют свою продукцию более чем в 120 стран мира. Но, безусловно, это не предел: потенциал гораздо выше.

Убеждён, именно отечественные несырьевые компании смогут занять лидирующие позиции на рынках будущего, с которыми связывают новые технологические уклады. Поэтому рассчитываю на успешные результаты в работе созданного по вашему предложению Агентства по технологическому развитию, а также на ваше участие в реализации Национальной технологической инициативы. Собственные передовые разработки повысят конкурентоспособность наших компаний, а формирование цепочек добавленной стоимости укрепит партнёрские отношения отечественного бизнеса с зарубежными компаниями.

Компании «Деловой России» – это почти миллион рабочих мест в отраслях с высокой добавленной стоимостью, более сотни миллиардов рублей ежегодных налоговых поступлений в бюджеты разных уровней.

Отмечу, что контакты по линии деловых кругов играют важную роль в расширении сотрудничества России с другими странами. Пользуясь возможностью, хотел бы поблагодарить «Деловую Россию» за значительный вклад в развитие так называемой бизнес-дипломатии. И ещё один важный момент, о котором тоже хотелось бы сказать особо. Деловая репутация вновь становится ценным активом отечественных предпринимателей. Вижу в этом возрождение исторических традиций и, конечно, значимый фактор общественного уважения, доверия к бизнесу, росту которого способствуют и ваша благотворительность, ваши благотворительные проекты, реализация важных просветительских, социальных инициатив.

Уважаемые друзья и коллеги! Отечественный бизнес доказал свою ответственность и патриотизм. Для многих из вас важны не только личные достижения, хотя, конечно, это очень важно, но важна и возможность работать в интересах России, не случайно успешные, состоявшиеся предприниматели стали движущей силой ключевых преобразований. Напомню, пять лет назад именно на съезде «Деловой России» запущена Национальная предпринимательская инициатива. Вместе с другими деловыми объединениями, с Агентством стратегических инициатив удалось снять многие административные барьеры, изменить законодательные и управленческие подходы. Кстати, и на федеральном, и на региональном уровнях в управлении появляется всё больше людей, которые понимают, слышат запросы бизнеса, работают с ним напрямую.

Просил бы органы власти и дальше расширять диалог, взаимодействие с предпринимательским сообществом, в том числе это касается, конечно, и правоохранительных органов. Вы знаете, что на федеральном уровне мы создали рабочую группу по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательской деятельности. Рассчитываю также на эффективное партнёрство субъектов Федерации и бизнеса по формированию благоприятной деловой среды на местах.

Для решения этой задачи в каждом регионе создаются специальные проектные офисы. Предлагаю на ближайшем заседании президиума Государственного совета посмотреть, как строится взаимодействие региональных управленческих команд с бизнесом, какие дополнительные решения необходимы, чтобы обеспечить единое высокое качество деловой среды на всём пространстве страны.

Дорогие друзья! Наши встречи носят постоянный характер. В ходе открытого диалога нам удаётся расшить многие проблемы: обратная связь с бизнес-сообществом позволяет максимально оперативно, эффективно принимать государственные решения.

Важно, что у нас общее понимание национальных приоритетов и общий подход, он заключается в том, чтобы предоставить бизнесу максимум свободы. И хотел бы ещё раз повторить, это лучший ответ на любые внешние ограничения, безальтернативный путь к благосостоянию наших граждан. Сейчас нам удалось стабилизировать экономику. Но цель, разумеется, у нас шире, больше – выйти на устойчивые темпы роста. Для этого нужно найти новые инструменты и усилить эффективность запускаемых мер поддержки.

Обратная связь с бизнес-сообществом позволяет максимально оперативно, эффективно принимать государственные решения. У нас общее понимание национальных приоритетов и общий подход – предоставить бизнесу максимум свободы. Это лучший ответ на любые внешние ограничения.

В этой связи предлагаю предметно обсудить, как гарантировать механизмы содействия экспорту, повысить доступность кредитных ресурсов, выстроить отношения частного бизнеса и государственных компаний. Особо подчеркну, сегодняшнюю встречу рассматриваю и как важный этап подготовки Послания Президента к Федеральному Собранию. Очень рассчитываю на ваши рекомендации и советы, уважаемые коллеги.

Прежде чем мы перейдём к разговору, хотел бы, конечно, поздравить вас с праздником – с 15-летием «Деловой России». Искренне хочу пожелать вам успехов, успехов всему отечественному бизнесу.

Благодарю вас за внимание.

А.Репик: Уважаемый Владимир Владимирович, спасибо за тёплые слова и высокую оценку российского бизнеса и «Деловой России».

Действительно, за 15 лет мы объединили тысячи сильных небезразличных предпринимателей, которые вложили и душу, и все свои силы для того, чтобы создать сильные российские предприятия. На пути были сложности, какие–то барьеры сохраняются до сегодняшнего момента, но это не мешает нашим амбициям двигать российские компании вперёд, потому что мы верим, что сильная экономика России – это залог силы России, а мы свою страну очень любим.

Владимир Владимирович, мы сегодня действительно хотим поговорить в первую очередь об успехах и перспективах, потому что это юбилейный съезд, формат праздничный, но не обойдём вниманием и трудности, а также способы их преодоления. Возможности, причём для роста экономики, о котором Вы говорите, мы видим не только в устойчивом развитии самих компаний «Деловой России», но и в осуществлении кооперации, кооперации взаимодействия между компаниями. Это часто случается в бизнесе, что один плюс один – это не два, а три, а то и четыре, и, может быть, нам это и нужно.

В.Путин: Это важно в смысле, кто продаёт, а кто покупает.

А.Репик: Главное, кто бы ни продавал и кто бы ни покупал, – чтобы на пользу России и чтобы налоги были уплачены.

Владимир Владимирович, часто препятствием для взаимодействия является недостаток информации о компаниях, а также не слишком высокий уровень доверия между компаниями. Поэтому в «Деловой России» попытались создать такой портал взаимодействия между компаниями, мы его назвали по–смешному, по–мультяшному «облако доверия», тем не менее это очень серьёзный проект для нас. Хотел бы сейчас на нашем юбилейном съезде Вам представить этот проект.

Коллеги, прошу запустить интерактивную презентацию, и потом мы сразу выйдем на вопросы и на конкретный диалог с предпринимателями.

(Демонстрация видеоролика.)

«Деловая Россия» в данном контексте представляет портал, который представляет собой базу предприятий наших, которые отсортированы как по принципу отраслевому, так и географическому. Для каждого предприятия, где бы оно ни находилось, создаётся определённый профайл – визитная карточка, которая рассказывает о деятельности предприятия, его успехах, руководстве предприятия. С помощью портала компании могут не только получить всю необходимую информацию о сервисах, которые представляет компания, но и понять, что о нас думают наши коллеги-предприниматели.

Отечественный бизнес доказал свою ответственность и патриотизм. Для многих важны не только личные достижения, но и возможность работать в интересах России, не случайно успешные предприниматели стали движущей силой ключевых преобразований.

Что делает система? Система анализирует информацию и предлагает варианты кооперации, кто с кем работает. Очень важный элемент – аккумулировать вопросы и запросы бизнеса, в каком бы регионе он ни находился; это задача исполкома «Деловой России», и поэтому система предусматривает интерактивное общение с исполкомом. Предприниматели оставляют свой запрос, а исполком либо решает его самостоятельно, либо направляет в соответствующие органы исполнительной власти.

С учётом того, что у нас сегодня присутствуют члены Правительства, главы субъектов Российской Федерации, думаю, что, может быть, какие–то вопросы мы сможем решить прямо здесь, на месте.

В.Путин: Судя по тому, что Алексей Евгеньевич начал со своей компании «Р-Фарм», мы всё–таки продаём, а не покупаем. Тогда дважды два это точно не меньше пяти. (Смех.)

А.Репик: Цены будут меньше двух, а налоги больше пяти. Так будем стараться сделать.

Владимир Владимирович, девиз «Деловой России» с самого начала был «Страна живёт, когда работают заводы». А заводы не работают без станков. Поэтому предлагаю начинать именно со станкостроения, если вы не возражаете. Прошу.

(Демонстрация видеоролика.)

Сергей Недорослев, прошу Вас.

С.Недорослев: Владимир Владимирович, добрый день! Коллеги!

Владимир Владимирович, сегодня хотелось бы сказать, что одно из самых важных действительно для наших производств, заводов – это доступность к кредитным ресурсам. Мы хотели бы обратить Ваше внимание на то, что есть некоторые барьеры (мы не говорим сегодня о кредитной ставке, которая, безусловно, определяется рынком), которые бы мы могли, может быть, вместе снять и тем самым обеспечить рост промышленности.

Например, регулирование Центрального банка предусматривает использование залога только в случае его возможности реализации за 180 дней. А в промышленных предприятиях в качестве залога обычно служат цеха, оборудование и многие другие вещи. Это к нам ко всем относится, не только к станкостроению. Если нужен срок выше, то ЦБ ставит очень большой резерв, фактически кредит тогда получается дорогим, и компании не могут его взять. Исходя из опыта предприятий «Деловой России», которые ведут производственную деятельность, мы предлагаем увеличить этот срок со 180 дней до 360. Это позволит обеспечить больше оборотных кредитов предприятиям.

И второе. Хотел бы сказать о планируемых изменениях, которые, посоветовавшись, можно было бы остановить, они нас волнуют. Положение № 254 регламентирует порядок резервирования кредитов, и с 1 января 2017 года если сумма уплаченных налогов и сборов за один год будет менее 10 процентов от суммы кредита, то банк должен увеличить резерв вплоть до 100 процентов. Так говорится в новации, которая размещена на сайте ЦБ сейчас.

Деловая репутация вновь становится ценным активом отечественных предпринимателей. Вижу в этом возрождение исторических традиций, значимый фактор общественного уважения, доверия к бизнесу.

В.Путин: За какой срок перед выдачей кредита?

С.Недорослев: Четыре срока отчётных, один год, скажем. За срок – год.

А ведь у нас под такие критерии попадут новые производства, те, которые мы построили, гринфилды, и производства, которые используют специальный налоговый режим, который дали местные власти. А также попадёт большинство компаний МСП и ещё высокотехнологичные предприятия, где мало людей. В этой связи просим, если есть возможность рассмотреть, не вводить эту норму, а оставить, как есть сейчас.

И вторая норма, которая тоже вызывает наши опасения, – она касается резервирования под оборотные средства, выдаваемые на срок более года. Сейчас они без ограничений выдаются на тот срок, который нужен промышленному предприятию, но с 1 января будет вводиться резерв вплоть тоже до 100 процентов, а многие промышленные предприятия производят высокотехнологичную продукцию по длинному циклу.

Например, некоторые станки строятся 2,5 года, и мы берём один раз на 2,5 года оборотные средства, и мы нуждаемся в таком оборотном кредите и не можем его возвращать каждый год. Поэтому просим также не вводить такую норму, поскольку она ухудшит и так сложное положение с кредитованием на промышленных предприятиях и может даже привести к остановке роста промышленной продукции. Спасибо большое.

В.Путин: Вижу, Эльвира Сахипзадовна здесь, она может пояснить свою позицию. Как мы хорошо знаем, Центральный банк Российской Федерации работает в рамках действующего закона о ЦБ, и другие всяческие инстанции не имеют права вмешиваться в регулирование тех сфер деятельности, которые закреплены законом за Центральным банком. Тем не менее мы регулярно встречаемся, обсуждаем текущие вопросы. И в ближайшее время тоже соберёмся и поговорим. Поговорим, наверно, и на эти темы.

Что касается резервирования больше года повышенного, то, конечно, это, безусловно, ограничения. Насколько они обоснованными являются, это Центральный банк всегда готов будет пояснить. Нужно это сейчас делать или не нужно, это тоже в диалоге, наверно, мы поймём позицию регулятора. Но, безусловно, в условиях достаточно высоких ставок по кредитам это дополнительное ограничение, которое не пойдёт на пользу обеспечению решения той задачи, о которой я сказал, – обеспечению темпов роста экономики. Хотя могут быть свои соображения у регулятора, но сейчас попробуем попросить Эльвиру Сахипзадовну, чтобы она пояснила.

Ещё один вопрос – это вопрос по 180 дням ликвидности. Тоже маловато. Я здесь тоже, скорее всего, на вашей стороне. Но, насколько я себе представляю, ЦБ и так рассматривает возможность увеличения этого срока. Насколько – сейчас попросим Эльвиру Сахипзадовну, она скажет.

И третий вопрос.

С.Недорослев: Третий вопрос – оборотные средства на срок более года.

Нам удалось стабилизировать экономику. Но цель у нас шире, больше – выйти на устойчивые темпы роста. Для этого нужно найти новые инструменты и усилить эффективность запускаемых мер поддержки.

В.Путин: На срок более года. Нет, это был первый вопрос – 10 процентов от налоговых поступлений. Иначе попадает в другой разряд, более сложный.

Но, вы знаете, здесь ведь ЦБ, я так понимаю, о чём думает: о кредитоспособности предприятия, которое кредит берёт. И если за предыдущие четыре квартала, по сути – за целый год, предприятие демонстрирует незначительные отчисления в налоговую систему, то возникает вопрос, как оно работает и в состоянии ли это предприятие своевременно вернуть кредит. Думаю, что с этим связана позиция Центрального банка.

Честно говоря, я разделяю эти опасения. Нужно быть повнимательнее и гарантировать нашу финансовую систему от пузырей, чтобы ничего подобного Freddie Mac или как там эти компании назывались в Штатах, когда недостаточное внимание регуляторов к их работе привело к известному ипотечному, а затем и финансовому кризису. В целом я озабоченности ЦБ по этому направлению разделяю.

А.Репик: Владимир Владимирович, пока Эльвира Сахипзадовна отвечает, ещё хотел на одном моменте акцентировать внимание.

Во–первых, санация и оздоровление финансового рынка, которые делает ЦБ, нам заметны. И макроэкономическая стабильность, про которую Вы говорили, – это во многом результат деятельности ЦБ, мы это хорошо понимаем. Другое дело, что, давая льготы гринфилдам, например, и компаниям малого бизнеса, – они сюда не должны подпадать.

В.Путин: Что касается гринфилдов, у них кредитная история идеальная, она только начинается. Поэтому здесь вполне можно делать исключения, так же как и по некоторым другим предприятиям с особыми условиями регулирования.

Пожалуйста.

Растут экспортные амбиции отечественного бизнеса. Предприятия «Деловой России» поставляют свою продукцию более чем в 120 стран мира. Но это не предел: потенциал гораздо выше.

Э.Набиуллина: По первому вопросу. Мы действительно сейчас предусматриваем изменения в законодательство, которые увеличат срок реализации залога со 180 до 270 дней. На наш взгляд, это укладывается в процедуры, которые предусмотрены законодательством о реализации залога, и такой проект документа уже опубликован на сайте для обсуждения с банковским сообществом. Думаю, что мы в ближайшее время примем.

Второе, что касается учёта налоговых поступлений при определении риска кредитов. Владимир Владимирович абсолютно правильно сказал, если предприятия не оплачивают налоги или очень маленькую долю платят налогов, то, скорее всего, это фирмы, не ведущие реальной деятельности, технические фирмы.

Но также я согласна, что, если компании, предприятия идут по проектному финансированию и льготы по налогам установлены для них законодательством, мы учтём этот момент. Эти исключения, которые нам позволяют точно определить, что это не фирма-однодневка, не техническая фирма, а реально работающая фирма, – мы это учтём.

По оборотным средствам мы внимательно посмотрим дополнительно. Больше года – это часто инвестиционные кредиты, то, о чём Вы говорили, это инвестиционные. Но ещё раз готовы рассмотреть по оборотным средствам тему резервирования.

В.Путин: Они не успеют развернуться, часто просто не успевают.

Убеждён, именно отечественные несырьевые компании смогут занять лидирующие позиции на рынках будущего, с которыми связывают новые технологические уклады.

Э.Набиуллина: Посмотрим.

А.Репик: Спасибо большое.

Думаю, что в прошлом году, Вы помните, мы много говорили про экспорт, нам уже есть и за этот год чем похвастаться. Предлагаю нашим компаниям-экспортёрам, вот «Аргус-Спектр», подготовиться к следующему вопросу. Прошу Вас.

(Демонстрация видеоролика.)

М.Левчук: Добрый день, Владимир Владимирович! Меня зовут Левчук Михаил. В ролике было сказано о двух ключевых вещах: в 14 раз, и Биг Бен нарисован.

Вот в 14 раз – это что получилось? После Вашего поручения 2009 года компании объединённой «Деловой России» выполнили без привлечения дополнительных госсредств оснащение пожарных частей специальной системой автоматического вызова пожарных бригад. И вот этот результат, то есть это не про деньги – это про гордость, то есть мы гордимся проектами, которые выполнены внутри страны.

Но в то же время понимаем: чтобы оставаться хозяевами здесь, мы должны выходить на экспорт. Мы должны глобально конкурировать и драться на международных соревнованиях. И здесь, конечно же, мы благодарны за ту работу, за ту поддержку, которую Вы оказываете, за системную работу со стороны Правительства: Минпром и Минэко сделали очень много сейчас.

Но остаются какие–то вопросы, которые нам понятны, рудиментарные вопросы. В конце концов, мы уже 10 лет работаем на европейском рынке и оснастили в прошлом году Биг Бен, то есть здание парламента оснащено русской электроникой, над головами лордов и пэров висит русская электроника. И мы на кончиках пальцев понимаем эту проблематику.

Одна из проблем, которые можно было бы обозначить, называется валютный контроль. Общепризнанная практика – это когда мы предоставляем отсрочку по платежу. Бывает так, что наш зарубежный клиент нарушает эти условия оплаты, на нашем рынке это 30–60 дней; бывает такое, что он не платит или платит не вовремя. В этот момент мы попадаем в неравные условия с нашими конкурентами за рубежом. Они страдают только оттого, что он нарушил, а мы страдаем оттого, что он нам деньги не заплатил, а нас ещё и оштрафовали за то, что мы вовремя не вернули валютную выручку в страну.

Возможно, это какой–то рудимент, ведь обязательства по продаже валютной выручки в стране отменили, есть общее направление по поддержке несырьевого высокотехнологичного экспорта. Мы Вас просим, может быть, рассмотреть возможность об изменении этой нормы так, чтобы для несырьевых высокотехнологичных экспортёров эти штрафы были изменены каким–то образом или этот контроль за нами был каким–то образом изменён.

Спасибо большое.

В.Путин: Здесь по большому счёту я не вижу разницы между сырьевой и несырьевой экономикой: возврат и есть возврат.

Мы с вами понимаем, что эта норма введена и действует для того, чтобы обеспечить интересы государства по поступлению в казну соответствующих средств от экспорта. И также знаем, к сожалению, что здесь много злоупотреблений, когда совершаются сделки, по сути, весь смысл которых заключается в выводе капитала: ничего к нам не приходит, либо мы ничего не продаём – просто движение денег происходит под видом этих якобы контрактов, ложных контрактов.

Поэтому у меня прямо сейчас окончательного ответа нет. Но я согласен, Вы и словечко употребили правильное, какие–то рудименты, которые сегодня, совершенно очевидно, вступают в противоречие с действующей практикой и с жизнью, а она у нас быстро меняется, тем более на рынки мы раньше со своими высокотехнологичными продуктами фактически не выходили, если не считать то, что производилось в ОПК. А сейчас у нас ИТ-технологии развиваются и многое другое, что уже, безусловно, может быть предметом нашей гордости. Надо посмотреть, и эти рудименты точно убирать.

Коллеги у нас здесь из Правительства – будем считать, что мы договорились. Давайте вместе поработаем с представителями бизнеса и внимательно, очень внимательно с контролирующими органами посмотрим, что нужно сделать. Не исключаю, что Вы правы, и действительно наша же цель – всё–таки максимальные условия создавать для бизнеса в его работе, в том числе и на экспортном направлении. Это одно из ключевых наших направлений совместной работы. Обязательно посмотрим.

М.Левчук: Спасибо большое.

А.Репик: Владимир Владимирович, мы перед Вашим приездом подписали соглашение с новым главой Федеральной таможенной службы Владимиром Ивановичем Булавиным, а также руководством РЦ АСИ, чтобы взять таких «аквариумных рыбок» типа Михаила Сергеевича Левчука и прозрачно посмотреть, как они работают: какие у них преграды на экспорте, при импорте комплектующих, при сервисном обслуживании. Может, по результатам этой работы и удастся выйти на какое–то поручение.

Ещё одним вопросом, который волнует бизнес, являются сроки оплаты в части № 44-ФЗ: в части госзаказа и, конечно, закупки госкомпаний. Здесь большие на самом деле подвижки произошли для компаний малых и вообще для МСП – с появлением корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства. Они нам не только помогают с кредитами, они не только уже несколько миллиардов дали компаниям «Деловой России», но и открывают доступы госкомпаниям. Мы здесь не все МиСП, здесь есть большие коллективы, миллионы рабочих мест, по малым предприятиям, что называется, не всегда рассуёшь.

Поэтому прошу следующий ролик. Александр Холдин.

(Демонстрация видеоролика.)

А.Холдин: Добрый день, Владимир Владимирович! Наша компания работает с тремя типами заказчиков: это частные компании, это государство, работающее в рамках 44-го закона, и госкомпании, работающие в рамках 223-го закона. С частными компаниями у нас всё получается, и мы держимся на плаву только благодаря этому.

С госзаказчиками есть проблемы. И если для малого бизнеса установлен 30-дневный срок оплаты, то для всех остальных компаний этого срока нет. Поэтому прошу распространить эту норму на все российские компании, участвующие в закупках.

Также есть проблемы и с госкомпаниями. Они сами определяют правила приёмки и сроки оплаты. И часто, сделав работу, мы не можем очень долго, полгода – год, получить причитающиеся нам средства. И нам бы хотелось, Владимир Владимирович, чтобы у компаний, работающих в рамках 223-го закона, появились стандартные типовые контракты, в которых жёстко прописаны условия приёмки и сроки оплаты.

В.Путин: То, о чём Вы сказали, слава богу, в целом работает, а именно закупка нашими крупными компаниями с госучастием товаров и услуг у мелкого и среднего бизнеса в объёме 10 процентов от общего количества их контрактов в стоимостном выражении. Есть и планы, в ближайшее время мы их реализуем, увеличим этот объём с 10 до 15 процентов.

Если эта норма действует не так эффективно, как бы нам хотелось в части своевременной оплаты, то я полностью Ваши опасения и озабоченности разделяю. У нас же действует закон в сфере торговли и взаимоотношений между сетями и сельхозпроизводителями, где совершенно чёткий срок обозначен возврата денег за полученный товар на реализацию. По малым предприятиям там, по–моему, в № 44-ФЗ 30 суток предусмотрено. Но если Вы говорите о том, что у крупных и средних предприятий возникает проблема, то она должна быть устранена. И прошу Правительство предусмотреть соответствующие изменения в действующее законодательство с тем, чтобы таких проблем не возникало. Доработаем обязательно.

А.Холдин: Спасибо большое.

А.Репик: Здесь ещё важно не только норму установить, хотя я уверен, что это очень многих касается, но ещё и проконтролировать ответственность за исполнение этой нормы, потому что коллеги из малого бизнеса часто жалуются, что норма есть, а не работает.

В.Путин: Значит, нужно тогда подумать и об этой ответственности, которая должна возникать в случае неисполнения этой нормы. Вместе с вами подумаем и примем соответствующее решение.

Конечно, крупные компании работают и выполняют в целом эти установки. Вы сейчас сами сказали, мы в значительной степени благодаря этим заказам и существуем. Объём средств, который получает малый и средний бизнес от наших крупных компаний, – сейчас боюсь ошибиться в цифрах, он уже очень большой. Это реальная поддержка малому и среднему бизнесу, по сути – это источник внутреннего роста экономики, обеспечение темпов роста. Мы обязательно будем это продолжать и будем совершенствовать эти механизмы. Безусловно, выполнять–то они выполняют – слава богу, что выполняют, но использовать своё доминирующее положение на рынке, конечно, недопустимо. Поработаем обязательно.

А.Репик: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Одна из самых успешных наших отраслей – это ИТ. Не случайно мы в прошлом году просили Вас поддержать те льготы, которые у нас были, потому что есть чем сектору похвастаться.

Я предлагаю компании «Акронис» запустить ролик.

(Демонстрация видеоролика.)

С.Протасов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Меня зовут Станислав Протасов, и я бы хотел затронуть вот какой вопрос. Я немного волнуюсь, потому что я костюм с галстуком надевал два раза: на выпускной и на свадьбу. Оба раза сильно повлияли на мою жизнь – надеюсь, традиция сегодня не прервётся.

Информационные технологии – это та область человеческой деятельности, где основной капитал человеческий. У нас 80 процентов расходов и 100 процентов успеха – это программисты. И способность российских программистов создавать новые технологии и заменять зависимость от импортных технологий напрямую зависит от количества программистов в стране.

Российское Правительство и Российское государство поддерживают нашу отрасль, предоставляя льготы по страховым взносам во внебюджетные фонды. И в результате количество программистов в России за последние примерно пять лет увеличилось в полтора раза, а качество и квалификация наших программистов признаны во всём мире.

И экономически это имело смысл. Наша отрасль примерно за те же пять лет выросла в два раза. И в экспортном исчислении, в валютном она тоже выросла практически в два раза.

Я знаю, что в прошлом году на съезде «Деловой России» Вы поддержали идею продолжить эту поддержку, хочу Вас отдельно за это поблагодарить. Полностью с Вами согласен, что поддержка нужна, но считаю, что важно, чтобы эта поддержка распространялась на всех российских программистов, включая, например, такие компании, которые занимаются заказными разработками на экспорт или оказывают услуги по разработке информационных технологий, – в общем, всех программистов, живущих и работающих в России.

В.Путин: Тема очень приятная для нас всех, и для Правительства, и для меня, потому что мы вместе с вами как раз вырабатывали эти решения, которые легли в основу бурного роста этого сектора экономики. И, Вы правы абсолютно, мы внимательно тоже анализируем, мы внимательно анализируем всё, что в этой сфере происходит, и, конечно, намерены поддерживать тот темп роста, который демонстрируют ваши коллеги, вы и ваши коллеги.

Вы сейчас правильно, совершенно точно сказали, объём бизнеса вырос в два раза, с 330 с лишним миллиардов до 500 с лишним миллиардов. То же самое касается уплаты налогов во все уровни налоговой системы, тоже почти в два раза, с 28 с небольшим до 54 с лишним. Выпадающие при этом составили всего 15 миллиардов. Я хочу, чтобы Антон Германович услышал это, и легко он посчитает, что, если выросли поступления на счёт налоговой с 28 до 54 миллиардов, а потом вычтем эти 15 так называемых выпадающих, получится, что бюджетная система получила плюсом больше 10 миллиардов. Это при том, что мы дали эту льготу – 14 процентов на уплату в страховые взносы. Если бы не было этой льготы, не было и плюсом 10 миллиардов, это очевидный совершенно факт.

Далеко не всегда льготы являются обоснованными и дающими такой позитивный эффект, как в данном случае. Но мы видим, что в данном случае это так: как мы планировали, так и получилось. Поэтому Правительство изучает возможность продления этих льгот до конца 2023 года. Надеюсь, что в ближайшее время мы внесём соответствующие изменения в Налоговый кодекс.

Что касается того, чтобы распространить эту льготу на те компании, которые работают как бы в общей среде, занимаются услугами, продвижением продукта и так далее, наверное, и об этом можно подумать, но это уже нужно, чтобы Правительство взвесило все за и против. Считаю, наверное, это тоже возможно. Но речь, безусловно, должна идти только о российских компаниях, первое, и, второе, о тех компаниях, которые занимаются именно этим видом деятельности, а никаким либо другим под видом того, о чём мы сейчас с вами говорим. Так что в самое ближайшее время, надеюсь, Правительство закончит эту работу, и вы увидите результат.

А.Репик: Большое спасибо. Я тоже очень надеюсь, что все российские программисты, именно программисты, которые делают сервисы, которые работают на экспорт, – они всё продолжат, будут работать здесь, в России, будут делать нашу страну ещё конкурентнее.

Мы только что вернулись из Индии. Могу сказать, что индийские коллеги, которые славятся ИТ…

В.Путин: Очень жарко там.

А.Репик: Очень жарко, да. Я вообще не понимаю, как там программисты работают.

В.Путин: Плюс 34. Ещё летают вот такие вот животные… (Смех.) Да, летающие собаки называются или лисы, не знаю. Мы называем это «летучие мыши», но там мыши прямо вот такие. Индия – большая страна.

А.Репик: В общем, не отпустим наших программистов в Индию, чтобы они там с собаками всякими не встречались. (Смех.)

В.Путин: Вы знаете, они мирные на самом деле, эти собачки.

Но ведь это не моё мнение, это мнение наших и ваших коллег, причём представителей развитых экономик. Они вот чего говорят – говорят, что, когда нужно обратиться к специалистам для того, чтобы проводить такие крупномасштабные исчисления, они с удовольствием обращаются к коллегам в Индии, потому что там сектор развит, и работает он очень удачно, это англоговорящая страна. И, когда, допустим, в Штатах ночь наступает, в Индии филиалы их компаний работают (кстати говоря, мы тоже можем это использовать, имея в виду, что у нас разница между Москвой и Владивостоком семь часов). Но когда нужна глубокая, содержательная работа, то они стараются найти специалистов в России. С чем я вас и поздравляю.

А.Репик: Айтишники выдохнули с облегчением, вроде бы пока туча прошла мимо.

Теперь надо найти налоги, потому что потерять налоги – дело нехитрое, а найти сложнее. И глава ФНС не даст соврать. Есть у нас предложения и по этому поводу. Прошу компанию «М.Видео» выступить.

(Демонстрация видеоролика.)

А.Тынкован: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Меня зовут Тынкован Александр, и я хочу поднять вопрос, связанный с трансграничной торговлей. И хотя в названии вопроса есть слово «торговля», на самом деле проблема лежит несколько в иной плоскости, а именно в равенстве между российскими и иностранными товаропроизводителями.

Что такое «трансграничная торговля»? Это когда российские потребители заказывают товары зарубежного производства на интернет-площадках – агрегаторах. При этом большинство товаров поставляется беспошлинно покупателям через почтовое отправление.

В чём заключается неравенство? Дело в том, что при производстве товаров на территории Российской Федерации в цену товара входят НДС, пошлины; если есть, например, импортные комплектующие – другие расходы, например сертификация; обеспечение сервисного обслуживания и тому подобное.

Это касается также и торговых компаний, у которых уже в цене заложены и НДС, и пошлины. При этом разница достигает по сравнению с беспошлинным ввозом 30–40 процентов. Всё это обеспечило в последние годы бурный рост развития именно трансграничной торговли. Если в прошлом году трансграничная торговля занимала 29 процентов от объёма интернет-торговли в России, в этом году – 35, а, по нашим прогнозам, к 2020 году составит 77 процентов. По сути, идёт вытеснение беспошлинной торговлей на территории Российской Федерации товаров российского производства с НДС.

Какие последствия? Естественно, идёт понижение конкурентоспособности российских товаров, идёт снижение инвестиций, идёт снижение налоговых поступлений и снижение количества рабочих мест.

С этой проблемой столкнулись и другие страны. В настоящее время и наше министерство тоже работает над этим вопросом. Основное направление, куда мы движемся, – это введение НДС-регистрации. То есть взимание налогов, прежде всего НДС, по месту формирования выручки и прибыли, то есть на территории, где проживают потребители этих товаров, то есть в Российской Федерации.

Данный подход начинает использоваться в других странах. Похожего рода механизм с 1 января 2017 года будет введён для услуг, которые оказывают иностранные компании в электронном виде, то есть это очень похожая механика.

Просим вас обязательно поручить активизировать этот вопрос, потому что на самом деле если эта тенденция продолжится, то наша оценка потерь бюджета от вытеснения торговли и производства товаров с НДС беспошлинной торговлей за четыре года составит 440 миллиардов рублей. Я правильно цифру говорю, 440 миллиардов рублей.

При этом введение НДС-регистрации – это более правильное: просто понижение пошлин. Потому что в этом случае НДС войдёт в цену товара, и покупателям в России, российским покупателям, не придётся на почте оплачивать дополнительные пошлины. А цены – несомненно, конкуренция их абсолютно выровняет, то есть здесь мы не видим проблемы. Спасибо.

В.Путин: Знаете, мы вчера только обсуждали эту тему, в том числе и с председателем правления Сбербанка, у которого хорошие очень есть предложения по сотрудничеству с зарубежными и российскими партнёрами по этому направлению.

Давайте мы прямо попросим. Да, пожалуйста, Правительство занимается этим. Мы обсуждаем этот вопрос и с нашими коллегами и партнёрами в рамках Евразийского экономического союза, потому что эти вопросы подлежат согласованию в этой международной организации, и выходим примерно на понимание того, как мы вместе должны действовать для того, чтобы и потерь не было, и для того, чтобы этот сектор развивался эффективно.

А.Дворкович: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги! Добрый день всем!

Действительно, мы эту тему активно обсуждаем, и совсем недавно у меня на совещании как раз нюансы проговаривали, – здесь есть две стороны. Действительно, есть общий режим взимания таможенных платежей в рамках Евразийского союза, и есть определённые договорённости, там есть изъятие для товаров личного пользования, по которым установлен сегодня порог – тысяча долларов, сверх которого берётся соответствующий платёж. Но мы видим, что эта система не работает с точки зрения равенства наших производителей и зарубежных производителей; по сути, у нас идёт взрывной рост трансграничной торговли.

Предложение, о котором говорят коллеги, – ввести НДС-регистрацию и таким образом обеспечить уплату НДС теми интернет-платформами, через которые идёт заказ и дальше поставка соответствующих товаров. В чём здесь нюансы? Первое – это таможня, как это будет администрироваться, есть разные предложения: либо обязанности возложить на сами интернет-платформы, либо есть идея, связанная с Почтой России, через которую идёт подавляющее большинство поставок, чтобы она служила агентом по уплате соответствующих платежей, и мы сейчас поручили Минфину и налоговой службе, таможенной службе проработать, как это может администрироваться.

Второй нюанс – как раз то, о чём Вы сказали, нужно ли договариваться с партнёрами. Если мы будем изменять только Налоговый кодекс Российской Федерации, то в принципе можно и не договариваться, хотя тогда возникает риск появления дыры, что всё будет идти через наших коллег, а мы не будем видеть потоков, то есть лучше всё равно договориться.

В.Путин: Там у нас тысяча, а в Белоруссии, по–моему, 400, вот и всё – и все будут там регистрироваться и работать.

А.Дворкович: Да, есть, конечно, этот нюанс, но, с другой стороны, мы для того, чтобы начать работу, можем изменить свой закон, не согласовывать с партнёрами, и хотя бы в пилотном режиме отработать соответствующие механизмы.

Другой параллельный путь заключается в снижении порога, о котором мы говорили, но риск здесь в другом. Сегодня тысячу долларов платят буквально по всей стране несколько сотен соответствующих лиц, потому что немного таких покупок. Если порог будет ниже, платить должны будут миллионы, а система платежей пока не работает, мы не смогли пока её настроить так, чтобы удобно, легко, за одну минуту можно было бы всё это уплачивать. И Правительство против того, чтобы снижать порог до того, как мы выстроим нормальную работающую систему платежей по соответствующим посылкам, поэтому попытаемся идти по пути НДС-регистрации, как коллеги и сказали, отработать нормативную базу до конца этого года, будем смотреть, как заработает система платежей по услугам, которая уже заложена в Налоговый кодекс, и надеемся ввести как можно быстрее НДС-регистрацию уже по товарам.

В.Путин: Чтобы выступление Аркадия Владимировича было законченным, мы попросим его сказать: как можно быстрее – это когда?

Почему? Потому что я ещё в начале года просил Правительство отзвониться.

А.Дворкович: Как я сказал, по услугам у нас норма уже введена в Налоговый кодекс, это было сделано летом. И с 1 января за услуги, то есть за те услуги, которые оказывают интернет-платформы, они должны уже будут платить НДС.

До конца этого года мы нормативную базу отработаем, и в весеннюю сессию сможем внести в Государственную Думу, параллельно посмотрев, как работает система по услугам, и уже обоснованно приняв соответствующие нормы. Вот такой план работы.

А.Репик: Владимир Владимирович, у Вас сегодня тяжёлый график, поэтому мы последнему выступающему даём слово. У нас, как я говорил, компании «Деловой России» отсортированы по отраслевому принципу, но и по географическому. Поэтому предлагаю слово в Якутию передать. Флида Габбасова, прошу.

(Демонстрация видеоролика.)

Ф.Габбасова: Уважаемый Владимир Владимирович! Флида Габбасова из Якутии.

У нас много магазинов, и мы с удовольствием реализуем товары местных производителей. Особенным спросом пользуется продукция якутских рыбаков и фермеров. Но в такой холодной, суровой длинной зиме нашим якутским рыбакам не так легко производить качественную и по приемлемой цене продукцию. Мы с этим справляемся.

Вопрос в другом: проблема в том, что когда продукты этих производителей идут на потребителя, идёт двойное налогообложение. Это идёт следующим образом: местные товаропроизводители в основном находятся на специальном налоговом режиме УСН и ЕСХН. Они не являются плательщиками налога НДС. А в процессе производства они покупают товары и услуги с НДС. Фермеры покупают тракторы, удобрения, комбикорма, а рыбаки – лодки, ГСМ, сети. И всё это ещё было приобретено, когда НДС был оплачен бюджету. А когда готовая продукция попадает в сети, НДС тут прерывается. И сети законодательно добавляют НДС не только за свою торговую надбавку, а добавляют на полную продажную стоимость. НДС идёт сразу в бюджет, и повышается цена продукта.

Владимир Владимирович, спасибо за налоги УСН, за ЕСХН. Отличные налоги, прекрасно работают, очень надёжно. Давайте ещё добавим, чтобы производители сельхозпродукции и рыболовецкой продукции могли являться плательщиком НДС, при этом сохранили все входящие НДС свои и могли остаться на УСН и на сельхозналоге.

В.Путин: Этот вопрос, так же как и предыдущие, многократно обсуждался и многократно поднимался для обсуждения. В том, что Вы сказали, в этих режимах регулирования, безусловно, есть внутренние противоречия. С одной стороны, производители пользуются льготной системой налогообложения, сельхозналог и так далее, а с другой стороны, Вы говорите, нужно бы им возможность дать НДС платить.

Мы с вами понимаем, что существует угроза выпадающих доходов из бюджетов регионов, прежде всего. Откровенно скажу, пока Правительство не нашло выхода из этой ситуации, хотя, конечно, нельзя забывать о том, что такое внутреннее противоречие существует, и нужно предпринять дополнительные усилия для того, чтобы из этой ситуации выйти.

Пока ответ Правительством не найден. Если сейчас Антон Германович скажет, что он в ходе нашей с вами дискуссии что–то придумал, мы скажем ему спасибо.

Антон Германович, придумали что–нибудь?

А.Силуанов: На самом деле здесь есть уже выход, просто коллегам из села можно выбрать два режима: либо простой совсем, который не требует ведения сложного учёта, книги покупок и продаж для того, чтобы НДС учитывать и облагаться через уплату единого сельхозналога, либо коллеги тоже могут выбрать общий режим, но со льготами.

В.Путин: Они и выбрали сельхозналог. А потом в торговую сеть поступает, а с них торговая сеть, имея в виду, иначе у неё будут определённые убытки, начинает накручивать, чтобы то, что она платит по НДС, к ним вернулось.

А.Силуанов: Чтобы они были более конкурентоспособными для продаж потом своих товаров в сеть, пускай переходят на общий режим налогообложения, но для селян он всё равно льготный, потому что установлена нулевая ставка по налогу на прибыль. Можно говорить ещё и с субъектами Российской Федерации, чтобы льготы по региональным местным налогам давали для селян.

Такое решение может быть найдено по решению субъектов Российской Федерации. Поэтому если сельхозпредприятие работает с сетями, с большими торговыми сетями, и выгодно использовать общий режим налогообложения с НДС – пожалуйста. Обращайтесь, кстати, ещё к субъектам Российской Федерации, они могут и льготу предоставить по региональным местным налогам, тогда вообще будет очень комфортный режим. Поэтому выбор есть – пожалуйста, выбирайте. Но мы специально делали такой режим и для единого сельхозналога, чтобы он был самый простой, не требовал сведения бухгалтерии, это было сделано специально для таких малых предприятий.

В.Путин: Это понятно, это всем известно, и все благодарны за это, но говорят, что этого недостаточно, потому что имеется внутреннее противоречие.

Ф.Габбасова: Есть факт двойного налогообложения.

А.Силуанов: Тогда на общий режим переходите с нулевой ставкой по налогу на прибыль – льгота для селян.

Ещё работайте с субъектами, чтобы можно было предоставить льготу по налогу на имущество.

В.Путин: Давайте, может быть, мы здесь посмотрим по поводу того, чтобы не просто отсылать их на региональный уровень, а проанализировать и вместе с коллегами из регионов выработать какие–то хотя бы методические рекомендации для начала.

А.Репик: Попробовать хотя бы пилот для морозной Якутии, пилотный проект.

Ф.Габбасова: Мы согласны быть пилотным проектом.

А.Силуанов: Просто мы очень аккуратно всегда относимся к льготам, которые принимаются на федеральном уровне по региональным налогам.

В.Путин: Нет, мы не принимаем никаких льгот на федеральном уровне, которые касаются регионального, у нас это уже запрещено законом. Но отработать какие–то дополнительные инструменты поддержки с регионами можно, наверное, не навязывая им этих решений. Поработайте с Якутией для начала.

А.Силуанов: Ясно.

А.Репик: Владимир Владимирович, каждый Ваш приход в «Деловую Россию» – это такой большой сигнал бизнесу: занимайтесь правильным делом; никакие санкции нам не страшны; чтобы они там ни придумали, мы всё равно не то что прорвёмся, а заставим всех нам завидовать.

Спасибо Вам.

В.Путин: Сельхозтоваропроизводители говорят, что страшна отмена санкций. (Смех.) Мы это тоже…

А.Репик: Не допустим.

В.Путин: Мы это тоже слышим.

Хочу пожелать вам успешной и приятной работы. Должен перейти к следующему этапу своего рабочего графика, а здесь оставлю за себя моих коллег из Правительства Российской Федерации. А Эльвира [Набиуллина] со мной тоже поедет, у нас совещание будет, будем обсуждать сейчас с Центральным банком ваши предложения.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 18 октября 2016 > № 1937608 Владимир Путин, Алексей Репик


Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 30 июня 2016 > № 1810265 Алексей Репик

Встреча с президентом общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Алексеем Репиком.

Владимир Путин обсудил с президентом общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Алексеем Репиком итоги деятельности союза предпринимателей за 15 лет, вопросы улучшения делового климата в России.

В.Путин: Алексей Евгеньевич, добрый день!

В этом году исполняется уже пятнадцать лет, как была создана «Деловая Россия»: многое сделано, надо сказать, за эти годы. Знаю, что Вы продолжаете активно работать.

А.Репик: Владимир Владимирович, «Деловая Россия» действительно создана почти пятнадцать лет назад, именно Вы в «Президент-отеле» в Москве в октябре 2001 года встретились с предпринимателями, которые фактически тогда создавали новое бизнес-объединение. Это и стало датой рождения «Деловой России».

И «Деловая Россия» создавалась как объединение, представляющее интересы малого в первую очередь бизнеса и среднего. Правда, за 15 лет экономика России сильно укрепилась, сильно подросла, многие малые и средние стали крупными, есть компании, которые успешно вышли на международные рынки, и теперь это, наверное, уже большое сообщество несырьевого бизнеса.

И раз Вы вспомнили о нашем юбилее, я, конечно, не могу не пригласить Вас: 17–18–го числа будет юбилейный, XV съезд «Деловой России», на нём мы подведём итоги 15 лет и определим повестку на следующие 15 лет.

В.Путин: Спасибо.

А.Репик: Тем более именно на съезде «Деловой России», на форуме «Деловой России» появились идеи, которые благодаря Вашим поручениям фактически стали большими национальными проектами. Например, в 2011 году это была национальная предпринимательская инициатива, в 2014–м – национально-технологическая. А в прошлом году, 26 мая, в день предпринимателя, – если Вы промните, Вы были у нас на форуме, – мы попросили Вас поддержать инициативу усиления работы в части создания необходимых компетенций по привлечению технологий, лучших мировых технологий, для повышения нашей производительности. Вы поддержали, было создано Агентство технологического развития. Кстати, здесь очень активно нам помогло Министерство промышленности и торговли.

Буквально через год Председатель Правительства Дмитрий Анатольевич Медведев подписал распоряжение о создании агентства. Уже в Питере на форуме в июне мы это агентство представили, там появился очень толковый молодой директор, Максим Шерейкин. Кстати, его выбирали на открытом отборе, было больше 350 кандидатов. Очень рассчитываем, что у него всё получится.

И Вы знаете, что меня приятно удивило: интерес российских компаний был предсказуем, ожидаем, но очень ярко отреагировали и наши иностранные коллеги. Причём санкции санкциями, но компании из Европы, Германии, Франции, Японии и даже американские компании очень заинтересованы в работе с этим новым контрагентом и хотят взаимодействовать с российскими предприятиями, в том числе в сфере высоких технологий. Так что эта инициатива полетела, за это Вам от бизнеса большое спасибо.

Ну а если всё–таки говорить про сегодняшние дела, то как с 2001 года для нас принципиально важными были вопросы, связанные с деловым климатом, так они у нас во главе повестки и остаются.

В рамках национальной предпринимательской инициативы сделано почти всё возможное в части изменения законодательства: все необходимые законы Федеральное Собрание приняло, остатки доприняли буквально на этой, на прошлой неделе. Теперь вопрос правоприменения выходит на первую роль.

В субъектах Российской Федерации эта работа идёт, во всех по–разному. Для того чтобы эту работу стимулировать, деловыми объединениями был запущен рейтинг состояния инвестклимата в регионах. И мы подвели эти итоги тоже на питерском форуме. То есть теперь понятно, кто лидеры, а кто отстающие. Время начать работу над ошибками, искать точки роста. Кстати, для этого в прошлом году Вы поручили создать проектные офисы в регионах.

Здесь не всё гладко, потому что, мне кажется, поручение в значительной степени выполняется формально, а где–то даже фиктивно. Эти проектные офисы формируются за счёт региональных чиновников, бизнес к ним не привлекается. Например, у «Деловой России» 78 региональных отделений, и мы бы просили Вас главам субъектов Федерации всё–таки поручить привлекать бизнес к этой работе. Тогда у нас есть возможность для рывка.

В.Путин: Думаю, коллеги в регионах услышат нас, наш с Вами разговор…

А.Репик: Я очень на это надеюсь.

В.Путин: …И отреагируют. Я считаю, что Вы правы. Конечно, так и нужно делать.

А.Репик: Если говорить про проблемы – рапортовать об успехах всегда приятно, но проблем остаётся много. Наверное, две хотелось бы отметить как основные. Спросишь любого предпринимателя, у него в топе проблем всегда доступ к долгосрочному финансированию.

Банковская система у нас достаточно сильно Правительством поддержана, но ставки пока всё–таки остаются высокими, да и в общем процесс получения кредитов пока непрост. Мне кажется, здесь можно было бы попробовать посильнее задействовать альтернативные источники получения финансовых ресурсов, в частности, конечно, корпоративные облигации.

В.Путин: И финансовый блок, и ЦБ над этим работают.

А.Репик: Они работают над этим, хорошо, но пока сохраняется определённое неравенство. Если граждане несут деньги на депозиты в банки, они освобождаются от налогов. Корпоративные облигации, к сожалению, по полной ставке 13 процентов подлежат налогообложению, то есть граждане платят с этого налоги. Поэтому здесь хотелось бы Вас попросить выровнять ситуацию и добавить, скажем, стимула гражданам работать с промышленными, в первую очередь российскими, предприятиями без посредников, напрямую, конечно, при строгом соблюдении законодательства.

В.Путин: Главное, чтобы пирамид не появилось и ещё одной категории обманутых, в данном случае вкладчиков.

А.Репик: Центральный банк научился правильно и грамотно работать с рисками. Здесь, я считаю, у них компетенции более чем достаточно.

Последний момент, совсем короткий, но важный. К сожалению, если в государственных торгах ситуация стабилизировалась, есть прозрачное и понятное для бизнеса законодательство, 44–й закон, то, когда идёт речь о продаже регионального, муниципального имущества, каких–то природных ресурсов, в частности, лесных, земельных, активов предприятий, находящихся в стадии ликвидации, в стадии банкротства, – здесь ситуация очень тяжёлая. Больше 30 нормативных актов; требования, соответственно, устанавливаются чиновниками, как им в голову взбредёт. Это создаёт питательную коррупционную среду, и бизнесу приходится работать с посредниками, которые единственные бенефициары такой нестабильности и непрозрачности.

Если бы здесь Вы дали поручение Правительству всё–таки проработать механизм унификации законодательства…

В.Путин: А есть у Вас предложения по этому механизму?

А.Репик: Мы работали с Федеральной антимонопольной службой в этом направлении и понимаем, что есть отраслевая специфика, но общие правила могут быть изложены в одном-едином законе.

В.Путин: Сформулируйте эти наработки за двумя подписями, в том числе и за подписью руководителя Федеральной антимонопольной службы. Я с ним встречусь и переговорю в ближайшее время.

Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 30 июня 2016 > № 1810265 Алексей Репик


Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 5 февраля 2016 > № 1644057 Денис Мантуров, Алексей Репик

Об Агентстве по технологическому развитию.

Заседание президиума Совета при Президенте по модернизации экономики и инновационному развитию России.

Стенограмма:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги, у нас сегодняшний президиум Совета по модернизации экономики посвящён одной вполне конкретной, но важной теме. Совсем недавно, в конце января, я встречался с экспертами, обсуждали, как улучшить инфраструктуру поддержки инноваций в контексте тех идей, которые уже сформулированы и которые должны быть реализованы. Сегодня мы эту работу продолжим, затронем вопросы, связанные с созданием нового института, а именно Агентства по технологическому развитию.

Сразу хочу отметить, во избежание кривотолков, речь не идёт о появлении ещё одного федерального органа исполнительной власти, потому что, когда говорят «агентство», в голову сразу приходит ассоциация, что это или новое министерство, или какое-то ведомство, которое будет делить деньги. Это не так. Планируется создать некоммерческую организацию, которая в перспективе, если всё будет нормально, должна выйти на самоокупаемость.

Мы проговаривали, что организация будет иметь целевую правоспособность, как говорят юристы, то есть у неё будет точечный мандат, а именно трансфер технологий. Что такое этот самый трансфер технологий? Это один из распространённых инструментов повышения конкурентоспособности промышленности. Он активно используется во всём мире, позволяет национальным компаниям приобретать необходимые компетенции для того, чтобы быть на рынке замеченными, а в дальнейшем развивать собственные продукты и услуги.

Сегодня создавать новые технологии с нуля очень часто экономически необоснованно, очень дорого. С другой стороны, простое копирование зарубежных разработок, их локализация могут дать лишь краткосрочный эффект, который далеко не всегда повышает уровень технологического развития. Хотя это тоже делается и, наверное, иногда просто необходимо. Но важно, чтобы передовые технологии именно прорастали и пускали корни на нашей земле, становились базой для дальнейшего развития независимо от настроений, которые существуют, от различных внешних факторов. Эту работу и предстоит организовать.

Очевидно, что работа по такому направлению – по поиску, отбору, передаче перспективных технологий – должна вестись на постоянной, системной основе. Для этого и создаётся новое агентство, о чём было сказано ещё в Послании Президента.

Коротко обозначу основные направления его работы. Естественно, что мы сейчас обсудим, и какие-то позиции могут быть скорректированы, дополнены. Прежде всего агентство должно помогать бизнесу искать необходимые технологии как в России, так и за рубежом, оказывать юридическую и консультационную поддержку. При этом нужно состыковать российских заказчиков с российскими разработчиками, то есть помочь тем, кто создаёт технологии здесь и здесь же планирует их коммерциализировать. А вот трансфер зарубежных разработок также необходим, но, конечно, обычно в той ситуации, когда нет отечественных конкурентоспособных аналогов.

Кроме того, предполагается, что агентство будет собирать информацию о существующих отечественных и зарубежных перспективных разработках. Это тоже очень важно, потому что в мире столько всего происходит, что даже специалисту, который следит пристально за рынком очень трудно во всём этом ориентироваться, что уж говорить об обычных людях или об обычных предпринимателях, которые хотят заняться тем или иным бизнесом. Поэтому это направление, безусловно, крайне необходимо. По сути, нужно будет заниматься аналитической работой.

Важно точно определить, и в этом сложность такой аналитики, какая именно технология «выстрелит», какая технология перспективна, а какая, вполне вероятно, устареет. Это, конечно, самое сложное, то, что требует глубоких знаний и, конечно, определённого дара предвидения, тем более что никто не спешит расставаться со своей интеллектуальной собственностью, дарить её, передавать. Зачастую, продавать действительно конкурентоспособные, приносящие прибыль решения – все стараются это делать самостоятельно или через использование тех или иных агентов, поэтому качественная экспертиза проектов исключительно важна.

Желательно также, чтобы при участии агентства решались не только вопросы импортозамещения, но и формировались заделы для новых рынков, включая и те, которые сегодня прорабатываются в рамках национальной технологической инициативы.

Структура этого агентства требует осмысления, обсуждения. Рассчитываю, что этот проект должен быть интересен прежде всего бизнесу, что деловое сообщество примет в нём активное участие, поэтому многое зависит и от того, кто будет реализовывать этот проект. Есть целый ряд идей, включая и идею провести конкурс на должность руководителя агентства. Давайте об этом тоже поговорим. Необходимо окончательно определиться и с некоторыми другими вопросами, включая и вопросы финансирования.

Пожалуйста, сначала выступает министр промышленности. Денис Валентинович, вам слово.

Д.Мантуров: Спасибо большое. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Факт того, что предпринимательское сообщество в лице «Деловой России» стало основным идеологом подготовки концепции создания агентства, говорит о прямой заинтересованности бизнеса в появлении на рынке проводника между носителями технологий и их потребителями. Здесь наши цели совпадают, поскольку без упрощения доступа отечественных компаний к передовым технологическим решениям сложно создать высокотехнологичное производство и обеспечить конкурентоспособность на внешних рынках.

Сегодня у бизнеса четыре основных канала наращивания инновационного потенциала. Первое – это импорт технологий в форме патентов, ноу-хау, лицензионных соглашений, создания совместных предприятий. Второе – вовлечение в технологические операции иностранных компаний. Третье – это использование результатов российской науки. И четвёртое – создание компаниями собственного научно-технического задела. Для того чтобы поднять технологический уровень нашей промышленности в короткие сроки, мы считаем необходимым на данном этапе сфокусировать работу агентства на оказании содействия реализации в первую очередь лицензионных проектов.

Должен сказать, что мы значительно отстаём от стран – технологических лидеров по объёмам импорта технологий. В частности, в 2014 году Россия потратила на эти цели всего 2,4 млрд долларов, в то время как в 2011 году США закупили иностранных технологий на 35 млрд, Япония – на 19 млрд, а Китай – на 15 млрд. Агентству надлежит не только простимулировать привлечение инвестиций в импорт технологий, но и содействовать изменению его структуры. Сейчас половина расходов приходится на инжиниринг, то есть на импорт уже зрелых технологий, в то время как доля покупок патентов, лицензий ноу-хау, сопряжённых с освоением новых производственных процессов, составляет лишь 10%.

Помимо прямого содействия в привлечении передовых иностранных технологий бизнесу для более точного построения долгосрочных стратегий нужна поддержка в виде предоставления объективного анализа различных технологических решений. Самостоятельное получение таких оценок в мировом разрезе сопряжено со значительными затратами, поэтому агентство должно стать точкой сборки и непрерывной актуализации данных о существующих технологиях и компетенциях не только в России, но и за рубежом.

Поддержка лицензионных сделок и создание совместных производств потребует от управленческой команды агентства глубокого понимания отраслевой специфики и концентрации на приоритетных отраслях и рынках. На данный момент мы выделили перспективные сегменты, они отображены на четвёртом слайде, в частности машиностроение, строительство, фармацевтика, биотехнологии и другие отрасли. По этим направлениям агентство должно будет вести непрерывный мониторинг и строить прогнозы тенденций технологического развития. Это даст возможность выделять перспективные наработки, определяющие будущие рынки.

Для создания инфраструктуры точечного привлечения ведущих технологий для развития компетенций агентство может содействовать становлению в стране рынка технологических брокеров. Вы как раз говорили, что в какое-то время агентство перейдёт на самоокупаемость. Мы смотрим даже дальше: рассредоточение таких брокеров на рынке, которые самостоятельно потом уже, отпочковавшись, будут выполнять эту работу. Тем самым оно последовательно передаст ряд функций коммерческим операторам.

С точки зрения достижения максимальной эффективности агентства важным фактором является его увязка с существующими институтами развития, такими как «Роснано», РВК, Фонд развития промышленности и «Сколково». В этой части основной задачей мы видим исключение прямого дублирования функций и максимальное использование агентством компетенций, накопленных коллегами. Поэтому в наблюдательный совет необходимо будет включить глав институтов развития, руководителей деловых объединений и российских компаний.

Мы предлагаем выбрать для агентства форму автономной некоммерческой организации, а его учредителем выступить Правительству Российской Федерации. Что касается позиции генерального директора, в части Вашей идеи по конкурсу у нас уже есть положительный опыт организации такой работы по Фонду развития промышленности, которую мы проводили как раз с АСИ, поэтому мы предлагаем таким же способом поступить и в этом случае. В отношении организационных процедур мы рассчитываем до 1 июля запустить агентство уже в работу. По предварительным расчётам, на этот год на обеспечение его деятельности потребуется порядка 200 млн рублей, которые, я думаю, при балансировке бюджета… Мы уже с Аркадием Владимировичем (Дворкович) на эту тему говорили, понимаем, как обеспечить это финансирование.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Денис Валентинович. В отношении денег давайте мы подумаем над тем, каким образом изначально заложить разумную схему финансирования. Если учредителем агентства будет Правительство, наверное, государство может что-то найти с учётом нынешней ситуации, да и дело даже не в нынешней ситуации, а в принципе. Но я исхожу из того, что по-хорошему эта деятельность должна быть нужна не только и не столько государству. Это же мы не для того, чтобы себя потешить, создаём это агентство, Правительство его учредило, и дальше что? А бизнесу наплевать, как оно работает? Оно в нём не заинтересовано, это бизнес-комьюнити? Поэтому мы здесь, во-первых, должны создавать то, что интересно бизнесу, и, во-вторых, бизнес должен в этом всём участвовать. Я не говорю о каких-то больших деньгах – просто чтобы было понятно, для чего это делается, а иначе это какая-то очередная государственная история. Поэтому могу поддержать тему по государственному финансированию только в очень ограниченных пределах и только в качестве начала работы, чтобы в будущем, когда мы всё это запустим, в следующем году ко мне не пришли и не сказали: «Нет, никто денег не даёт, никому это не надо, поэтому давайте ещё из бюджета дадим». Тогда лучше будет закрыть лавочку. Все услышали? Договорились.

Алексей Евгеньевич Репик, пожалуйста.

А.Репик (президент Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»): Добрый день, Дмитрий Анатольевич, коллеги!

Идея возникновения агентства во многом появилась в результате обсуждения деловым сообществом, и Вы совершенно правильно отметили в самом начале Вашего выступления, что стремительное развитие технологий меняет привычную нам картину мира просто на глазах. Пока мы здесь сидим, появляются новые технологические решения, может быть, возникают целые отрасли, и привычная нам экономическая модель в мире…

Д.Медведев: И может, уже даже возникли, а мы ещё не знаем. 15–20 минут потеряли, а мир изменился.

А.Репик: Поэтому давать этому положительную или отрицательную оценку, мне кажется, неправильно. Мы просто должны научиться в этих условиях жить, к ним адаптироваться.

Основную проблему невысокой конкурентоспособности Российской Федерации и российских компаний до сих пор все эксперты видят в технологическом отставании наших компаний. И, например, в рейтинге ВЭФа на форуме в Давосе именно недостаточный потенциал инновационный и уровень технологического развития ухудшают нашу общую позицию. То есть в целом, по оценке Давоса, мы поднялись на 45-е место, а вот по этим двум направлениям плетёмся в седьмом десятке.

Когда Вы, Дмитрий Анатольевич, встречались с Экспертным советом совсем недавно, была хорошая новость о том, как нас высоко оценивает «Блумберг». Мы посмотрели, на самом деле мы на 12-й строчке среди инновационных экономик в мире – в первую очередь благодаря высочайшему международному признанию нашего высшего образования и системе подготовки кадров, а с точки зрения технологий здесь есть над чем работать.

Поэтому предлагаемые бизнесом решения сформировать систему трансферов в первую очередь необходимых, недостающих зарубежных технологий крайне актуальны. Необходимость модернизации наших производств и продуктовых линеек – первоочередная задача для большого числа российских компаний. В подтверждение этого в начале года мы попросили предпринимателей «Деловой России» оценить актуальность предлагаемых наборов сервиса, а потом к этой инициативе подключилось, и очень эффективно, Агентство стратегических инициатив. Почти 2 тыс. предпринимателей за последние три недели так или иначе высказали позицию – надо им это или не надо, будут они пользоваться этим набором услуг или не будут. Полученные результаты для нас неожиданностью не стали. Запрос на функцию есть, особенно, когда написано чётко и конкретно, как Вы сегодня это сформулировали: не широкой повесткой технологического развития, которая может быть всё и обо всём, а именно адресное, точечное заполнение существующей лакуны, которого компаниям не хватает. Кстати, мировой опыт подтверждает, что запрос на трансфер технологий далеко не является российской спецификой.

Под технологиями в целом мы подразумеваем не только интеллектуальную собственность, это и патенты, ноу-хау, внутренние техрегламенты, система контроля качества, программа обучения – то есть всё, что нужно для того, чтобы «проросла» эта экспертиза здесь, чтобы потом дала нам те самые необходимые результаты в виде повышения конкурентоспособности. А формами передачи таких технологий являются лицензионные соглашения и совместные предприятия, создаваемые российскими компаниями, национальными компаниями с зарубежными, международными партнёрами – обладателями технологий.

Мы долго и серьёзно думали на тему, есть ли у российского бизнеса сейчас ресурс, для того чтобы инвестировать в совместные предприятия. Обычно ведь такой подход: международные компании передают технологии и ноу-хау, а российские инвестируют в свою производственную и коммерческую инфраструктуру, в СП. Недавно, на прошлой неделе, мы были с Вами в Санкт-Петербурге, на Петербургском тракторном заводе, и там на существующих мощностях в три раза увеличен выпуск тракторов без особых инвестиций, в два раза увеличена производительность труда. На самом деле многим иностранным партнёрам достаточно просто вовлечения имеющихся у нас ресурсов.

Более того, для привлечения технологий в Россию мы можем использовать такие преимущества, как наш человеческий капитал, доступ к рынку, а ещё умную регуляторную политику. Если в России будут созданы более выгодные условия, более удобные условия для запуска той или иной прорывной технологической продукции, это повысит интерес зарубежных обладателей технологий к партнёрству с российскими компаниями.

Функциональная модель агентства, конечно, опирается непосредственно на запрос бизнеса, с которым мы обсуждали набор необходимых функций и сервисов. Компании сталкивались с данной проблематикой и попытались эту логику перевести именно в набор задач для агентства.

Первый сервис, как Вы обозначили, – это информационно-аналитическая поддержка, потому что сегодня бизнес права на ошибку не имеет. Мы уже не можем попробовать и сказать: извините, не получилось. Для принятия правильного решения о модернизации производства нужна оценка потребностей, оценка возможностей, всего, что происходит на рынке в России и в мире сегодня, и ещё хорошие предсказания, как Вы сказали, о том, что может на нём происходить и будет завтра. Данный сервис очень востребован, потому что у компаний доступа к результатам такой хорошей научно-технической разведки и к аналитической информации сейчас нет, а реализовать эту функцию самостоятельно позволить себе частные компании не могут.

Второй сервис – консультационная поддержка, он описывает не менее важную проблему. Если у предпринимателя есть идея, важно, чтобы он мог протестировать идею, понять её работоспособность, технологическую реализуемость, риск попасть на более высокую стоимость проекта, чем в изначальном запросе, с чем часто сталкиваются предприятия.

Но даже тогда, когда все решения приняты, необходимо обеспечить, чтобы технологии приходили в Россию на наших, приемлемых для русских компаний условиях. Здесь важна команда переговорщиков, репутация тех людей, которые будут помогать российским предприятиям выполнять важную задачу технологической модернизации. Здесь у нас будет очень востребован сервис сопровождения сделки, включая юридическую, финансовую, технологическую, аудиторскую поддержку.

Но даже после подписания соглашения работа не должна заканчиваться, потому что важно довести идею до результата, то есть до рынка. Бизнес привык оценивать себя и свой успех именно в части результатов, в части выполнения проекта, а не в части комфортного движения по процессу. Поэтому, я считаю, здесь агентство может помочь и в привлечении необходимого банковского финансирования на рыночных условиях, и в помощи в инжиниринге, и в поддержке взаимодействия с существующими институтами развития, что немаловажно.

Можно, конечно, выполнять всю работу под ключ, то есть выполнять интеграционную функцию. Хотя, зная предпринимательское сообщество, я думаю, что скорее всего всё-таки будут заказы на работы в отдельных блоках, а не в целом. Для чёткой реализации конкретных функциональных задач необходимо правильно задать ключевые показатели эффективности. С нашей точки зрения, это должно быть в первую очередь количество заключённых соглашений о намерениях между компаниями, потом – количество заключённых лицензионных соглашений (и, кстати, показатель конверсии между намерениями и реализацией намерений), количество строящихся и построенных производственных предприятий, суммарные частные капитальные вложения по привлечённым агентством проектам.

Наряду с этими основными сервисами предлагаем сформировать на базе агентства экспертный совет, в состав которого могут войти генеральные конструкторы, технические директора крупнейших российских предприятий, – некая аналогия с ГКНТ, который достаточно успешно в советское время реализовывал или участвовал в определении запросов промышленности на перспективные технологические решения, именно с точки зрения совещательного подхода тех, кто в технологиях понимает и разбирается.

С помощью агентства планируется также доводить повестку технологического развития до субъектов и компаний, в том числе через наши деловые объединения, по аналогии с той деятельностью, которую Агентство стратегических инициатив проводит в субъектах в части улучшения инвестклимата.

И наверное, последнее. Основными задачами агентства всё-таки должны стать реализация программы импортозамещения без потери качества для потребителя и содействие росту несырьевого экспорта. В этом контексте агентство должно работать в тесной связке с существующими функциональными институтами развития, в первую очередь с Фондом развития промышленности, который может оказывать поддержку высокотехнологичным российским компаниям и в части проектного финансирования, и в части доступа к внутреннему рынку через инструмент специнвестконтракта. А что касается реализации задачи по развитию экспорта, здесь мы очень рассчитываем на поддержку проектов со стороны Российского экспортного центра. В этой связи мы хотели бы видеть руководителей этих институтов наряду с представителями деловых объединений в составе коллегиального органа управления агентством. Доклад завершён.

Д.Медведев: Спасибо. Я в целом идеи поддерживаю, кроме, наверное, не вполне корректного сравнения с ГКНТ. Я сказал, что не будем создавать орган государственного управления, но бизнес говорит: «Нет, создайте нам Государственный комитет по науке и технике СССР». Давайте ещё здание ему отдадим, которое мэрия сейчас занимает…

Тем не менее идея, чтобы лучший опыт впитать, безусловно, есть, и это правильно. И опираться надо на самые разные институты, которые занимаются в том числе научными изысканиями.

Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 5 февраля 2016 > № 1644057 Денис Мантуров, Алексей Репик


Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 декабря 2015 > № 1618208 Алексей Репик

«Не удалось достичь главного — стабильности налоговых условий»

Президент «Деловой России» Алексей Репик подводит итоги 2015 года

Алексей Репик

2015 год для предпринимательского сообщества выдался, прямо скажем, непростым. Ведение бизнеса в условиях кризиса, санкций, замедления экономики и снижения потребительского спроса — задачка «со звездочкой». Впрочем, легких времен в России не бывает. Итоги года для российского бизнеса подвел в своей авторской колонке для «Газеты.Ru» президент «Деловой России» Алексей Репик.

2015-й все же не стал годом потерь для российского бизнеса. Мы сумели мобилизоваться и в ряде случаев даже обратить в плюсы некоторые кризисные явления. Начал развиваться несырьевой сектор, растут экспортные амбиции.

Кроме того, Россия улучшила свои позиции в рейтинге Doing Business Всемирного банка, поднявшись еще на несколько ступенек вверх. Во многом это результат национальной предпринимательской инициативы, которая стала модельным инструментом. Инициатором большинства изменений текущего года выступил именно бизнес.

Очередной год пережит — а значит, пришла пора подвести итоги и посмотреть, чего нам удалось достичь, а где мы так и не сдвинулись с мертвой точки. Ориентиром в этом служит послание президента Федеральному собранию. Владимир Путин обозначил в своей речи неизменность налогов, «надзорные каникулы», доступ бизнеса к госзакупкам и развитие несырьевого экспорта.

Что же реально было сделано к сегодняшнему дню?

Да, появились «надзорные каникулы», введены квоты на долю закупок крупнейших госкорпораций у малого и среднего бизнеса, заработал Фонд развития промышленности. Текущая валютная конъюнктура подталкивает наши компании к выходу на внешние рынки — и в помощь им создан Российский экспортный центр (РЭЦ). Меры господдержки, безусловно, необходимы и помогают предпринимателям выживать и развиваться в эти трудные времена.

С другой стороны, не удалось достичь главного — стабильности налоговых условий.

Например, мы неоднократно просили государство не менять правила игры в этой сфере, и президент пообещал заморозить налоги на ближайшие четыре года.

С тех пор прошло совсем немного времени, а уже появился налог на недвижимость, который затрагивает в том числе и малые предприятия. В Москве был введен разорительный торговый сбор, предпринимались попытки увеличения единого налога на вмененный доход для малого бизнеса в 2016 году, и только благодаря персональным стараниям министра экономического развития этого не произошло.

Еще одна «новелла»: налоговые ставки зафиксировали, а вот существующие неналоговые платежи возросли (плата за проезд крупнотоннажного транспорта по федеральным трассам, увеличение кадастровой стоимости). А это уже совсем не то, о чем мы договаривались!

Министерства понять можно: времена сейчас трудные, есть проблемы с наполняемостью казны. Но если продолжать душить предпринимателей всеми новыми видами сборов, то скоро в стране не будет ни бизнеса, ни его налогов, ни новых инвестиций. А отправлять в суп курицу, несущую золотые яйца, недальновидно.

Другой больной вопрос — доступ к кредитным ресурсам.

Инфляция замедлилась, и ЦБ немного снизил ключевую ставку, но для бизнеса кредиты все еще слишком дороги. Попытки же решить эту проблему адресными субсидиями со стороны Минпромторга и Минсельхоза сродни тушению разразившегося лесного пожара ведрами с водой.

Конечно, есть и другие проблемы, их придется решать в следующем году.

Зависимость России от мировых цен на сырье, неблагоприятная внешнеэкономическая конъюнктура — это те вещи, которые мы обязаны преодолевать сами, в том числе и за счет изменений в структуре экономики.

Без конкурентоспособных производств любые увещевания о том, что нам нужно импортозамещение, будут либо неисполнимы, либо приведут к снижению качества товаров, которые мы, россияне, покупаем в магазинах. А ведь мы хотим видеть товары российского производства и на зарубежных прилавках.

Сделать по-настоящему конкурентоспособный продукт возможно только при наличии двух важных компонентов — профессиональных компетенций, т.е. качественной системы подготовки персонала, и современных технологий. И если в вопросе подготовки профессиональных кадров мы за последнее время продвинулись, то оперативное решение проблемы технологического отставания наших производств по-прежнему стоит на повестке. Власти поддержали нашу инициативу по созданию Агентства по технологическому развитию. Это, я надеюсь, позволит нам преодолеть технологический разрыв, обеспечить выпуск новой российской продукции, заместить импорт без ущерба для потребителя в качестве и цене товаров.

В 2016 год мы снова входим на тихом ходу. Надеюсь, ситуация в бизнесе будет выглядеть чуть лучше, чем сейчас. Но нельзя сидеть и ждать, когда поменяется внешняя конъюнктура и проблема решится сама собой. Надо ускориться.

Автор — президент «Деловой России» Алексей Репик.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 декабря 2015 > № 1618208 Алексей Репик


Россия > Финансы, банки > tpprf.ru, 14 марта 2015 > № 1316655 Алексей Репик

Алексей Репик: тренд на снижение ставки обнадеживает

Член Общественной палаты РФ, президент «Деловой России», председатель совета директоров группы компаний «Р-Фарм» Алексей Репик так прокомментировал решение Центробанка России о снижении ключевой ставки:

«Это было ожидаемое решение. Я думаю, что большинство аналитиков сходятся во мнении, что это именно то действие, которое было необходимо предпринять, чтобы, с одной стороны, показать намерения ЦБ сместить фокус – как было обещано – в сторону не только таргетирования инфляции курса, но и поддержки размораживания экономики. С другой стороны, инфляция пока высокая и ожидать более резкие шаги сегодня было бы неоправданно. То, что ставка сохраняет крайне высокий для бизнеса уровень – это так, но, когда в январе и сейчас показывается тренд на снижение ставки – это влияет на ожидание и бизнеса, и вкладчиков. Мне не кажется, что это сократит привлечение депозита коммерческими банками, потому что для многих банков сейчас хороший момент, – в ожидании дальнейшего снижения ставки привлечь вкладчиков и более активно и более доступно финансировать этими средствами предприятия.

Что касается того, недооценен ли рубль и насколько именно, то, на мой взгляд, текущий баланс вполне отвечает интересам экономики и сильное укрепление рубля может негативно сказаться на процессе импортозамещения и на наметившемся повышении конкурентоспособности российских товаров на внешних рынках, поэтому рубль–доллар в 60 мне кажется достаточно стабильной конструкцией, которая сохранится при нынешних условиях».

Россия > Финансы, банки > tpprf.ru, 14 марта 2015 > № 1316655 Алексей Репик


Россия > Медицина > forbes.ru, 12 марта 2015 > № 1313110 Алексей Репик

Алексей Репик, «Р-Фарм»: «Административный ресурс бизнесу нужен всегда»

Анастасия Жохова редактор Forbes

Елена Ходякова обозреватель Forbes

Владелец «Р-Фарм» в интервью Forbes рассказал, как фармацевтическая компания превратилась в крупнейшего поставщика лекарств по госконтрактам

«Р-Фарм», крупнейший поставщик лекарств по госконтрактам и участник рейтинга Forbes «Короли госзаказа», появился на рынке очень своевременно. Лидеры сегмента — «Биотек» Бориса Шпигеля и «Протек» Вадима Якунина 173 — из-за скандала в рамках программы дополнительного лекарственного обеспечения вынуждены были отойти на второй план. Успехам «Р-Фарм» не помешала даже активность одного из лидеров отрасли, компании «Фармстандарт» Виктора Харитонина 109, с которым дипломатичный и экономный владелец «Р-Фарм» Алексей Репик одно время делил бизнес-джет. Подробно об успехах своей компании Репик рассказал в интервью Forbes. Материал о бизнесе «Р-Фарм» читайте в мартовском номере Forbes.

— «Р-Фарм» — единственная фармацевтическая компания в рейтинге крупнейших получателей госконтрактов. Как вам это удалось?

— В нашей отрасли госзаказ очень дискретен: более 5000 заказчиков и более 30 000 контрактов. Это не три крупных заказа, когда на выбор подрядчика можно повлиять.

— У вас на госзаказ приходится 100% закупок?

— Мы работаем с заказами и бюджетами разных уровней. Лекарства специализированной помощи в силу их профиля должны быть обеспечены государственной поддержкой. Если система лекарственного обеспечения будет перестроена по страховому принципу и финансирование закупок перейдет к страховым компаниям, будем работать с ними.

— Почему вы решили специализироваться на поставках в медучреждения?

— Выбор был предрешен. Мое первое место работы — городская больница №29. Там я понял потребности заказчика. «Росмедкомплект», куда меня через год пригласили работать, была дистрибьютором лекарств. Там я научился выстраивать отношения с иностранными фармацевтическими компаниями. «Р-Фарм» создавался как дистрибьютор в сегменте специализированной медицинской помощи, основной потребитель — медучреждения.

— У вашей компании никогда не было административного ресурса?

— В классическом понимании — нет. За нами никогда не стояли чиновники, теневые лидеры. Административный ресурс бизнесу нужен всегда.

Если власть и бизнес будут жить на разных планетах и не слышать друг друга, экономика работать не будет.

Административный ресурс должен быть не у компаний, а у бизнеса в целом.

— Известны случаи, когда на аукционе «Р-Фарм» снижал цену в несколько раз. Как это объяснить?

— Сильно падать в цене имеет смысл в двух случаях. По правилам торгов к моменту их проведения срок годности лекарства должен составлять не менее 50% от указанного на упаковке. Лучше продать препарат с большой скидкой, чем списать и получить 100% убыток. Вторая причина для сильного падения в цене — появление аналога.

— Почему цена на лекарство по госконтракту иногда превышает цену на тот же продукт в аптеке?

— Первый вариант — в аптеке продается фальсификат. Второй — лекарство украдено из государственной системы здравоохранения. Например, врач выписывает рецепт на два флакона, из которых один выдает пациенту, второй продает перекупщику. Бывает, предлагаются лекарства с истекающим сроком годности или «честно» предупреждают, что лекарство «подешевле» есть, но оно без упаковки («промокла», «помялась»).

Есть лекарства, которые производит по лицензии и поставляет только «Р-Фарм», например, онкологический препарат герцептин. Мы много раз посещали коммерческие аптеки и обнаруживали, что препарат поставляла не наша компания.

— Вы действительно увели у «Росмедкомплекта» контракты на поставки силовым ведомствам?

— Нет. Министерство обороны появилось в списке наших заказчиков, наверное, лет через пять. До этого мы наоборот старались избегать таких заказчиков. Были популярны «методы 90-х». Например, через два месяца после регистрации «Р-Фарм» наши клиенты получили письма из правоохранительных органов, налоговой полиции с просьбой предоставить информацию о деятельности нашей компании за пять лет. А в 2008 году, когда только появились федеральные целевые программы, консультанты сказали, что наш сегмент дистрибуции скоро исчезнет — его займут либо производители, либо «Протек» и другие, и рекомендовали нам продаться.

Нас много раз хоронили. Вместо строительства завода мне вообще советовали купить хорошую яхту, остров и полсамолета.

— У вас есть яхта и самолет?

— Самолета нет, яхты нет, даже острова нет, что самое обидное.

— Как вам удалось стать поставщиком по программе ДЛО?

— Первые несколько лет мы наращивали клиентскую базу и к 2007 году были представлены почти во всех регионах. Федеральные контракты нам долго оставались недоступны. На первом этапе программы ДЛО поставщиков отбирали административным методом, и мы в выборку не попали. Но когда первый раз проводился конкурс, мы хорошо понимали рынок, могли предложить лучшие условия и выиграли крупную поставку. Победили, потому что снизили комиссию (обычно 25-30% от стоимости лекарств) примерно в два раза. Отказались от суперприбыли, но остались в плюсе.

Конкурс был выигран в конце декабря 2006 года и к началу нового года нам надо было наладить работу с 1500 аптеками. Система работала так: врач выписывал рецепт, продавец в аптеке его проверял, сканировал и выдавал лекарство. До нас на этой территории работал «Протек», который не разрешил пользоваться своим программным обеспечением. В каждой аптеке за пару недель до нового года мы должны были установить новое ПО и настроить компьютер. Так что 2007 год я встретил на дороге между Брянском и Смоленском в машине с компьютерами.

— Вы поддерживаете отношения с местной властью?

— Конфликты никогда не помогают конструктивно решать вопросы. Мы сталкивались с разными проблемами. К примеру, выиграли аукцион с зафиксированным ассортиментом, но в регионе произошел всплеск респираторных заболеваний и нужно изменить набор лекарств. Можно настаивать на первоначальных условиях, а можно пойти на компромисс.

— Вы поддерживаете близкие отношения с администрацией тех регионов, где работаете, в частности, Ярославской области?

— Впервые я был в Ярославле за год до начала строительства. Сначала мы вообще рассматривали Тульскую область. Ключевую роль сыграла активность местной администрации.

В Ярославле мы купили «убитый» завод по производству консервов.

Разрешения на работу до нас уже были получены, коммуникации подключены. В строительство первой очереди мы вложили около 4 млрд рублей. Сейчас это один из трех крупнейших налогоплательщиков области.

Фото Арсения Несходимова

— Несколько лет назад крупным поставщиком по программе ДЛО был «Биотек». Вы сталкивались с ним на конкурсах?

— «Биотек» конкурировал с нами за федеральный заказ, но у этой компании как раз был административный ресурс. Ее основатель — член Совета Федерации. Мы же, напротив, всегда фокусировались на сокращении доли федерального заказа в поставках в пользу регионального — стратегия low hanging fruits не для нас. Сейчас доля федеральных закупок в нашем обороте не превышает 8%, а в 2011 составляла 41%.

У всех крупных игроков было территориальное распределение: «Биотек» работал в Поволжье, «Протек» — в Центральном округе, «Роста» — в Сибири и на Дальнем Востоке, «СИА» — на Урале. Центральный округ был тогда для нас велик, но дробить было нельзя. Мы взяли рынок, который территориально для нас был ближе, и не прогадали.

— Какие еще у вас серьезные соперники?

— Сейчас главный конкурент для нас — «Фармстандарт».

— Он вас тоже хоронил?

— Был период, когда «Фармстандарт» заинтересовался госпитальным сегментом и очень удивился, обнаружив там нас.

Они рассчитывали, что скоро нас не станет, на их стороне был огромный финансовый ресурс, предприятия, а мы только начинали строить завод.

Но пример «Фармстандарта» и «Биотека» нас мотивировал: мы понимали, что не одиноки в борьбе за этот рынок.

— Насколько ситуация в компании осложнилась в связи с кризисом? Вы поменяли свои планы?

— Мы хотели снизить зависимость от импортных компонентов, но немного не успели. Начали строить завод по производству субстанций четыре года назад. В 2016 году, когда запустим вторую очередь завода в Ярославле, эту проблему полностью решим. Но если бы мы задержались еще на пару лет, то ежегодно платили бы $80 млн за сырье и материалы.

— Более 40% выручки вашей компании дает импортная продукция. Приходится платить в валюте?

— Основная часть контрактов заключена в рублях. Для наших иностранных партнеров это проблема, но уходить с рынка они не планируют. Мы приостановили несколько зарубежных проектов. Будем привлекать кредиты, хотя раньше обходились собственными средствами. Долговая нагрузка у нас — менее 5% оборота. Мы проводим клинические исследования препаратов в Европе и США, предполагающие оплату в валюте. Видимо, придется отказаться от самостоятельного финансирования и искать партнера.

— Санкции вас не касаются?

— Введение санкций на лекарственные препараты равносильно убийству. Тем не менее мы столкнулись с большими ограничениями при закупке биотехнологического оборудования в США. Пока проблемы удалось решить, хоть и с задержкой.

— Какие показатели ожидаете в 2015 году?

— Выручка вырастет, но существенно сократится прибыль.

— Какие у вас планы на будущее?

— «Р-Фарм» — дело моей жизни. Я буду заниматься компанией столько, сколько буду жив-здоров. Работа приносит не только доход, но и огромное удовольствие. Сейчас я больше занят стратегией, от операционного управления отказался, чтобы не мешать менеджменту.

Стартап — это мотоцикл, большая компания — поезд, принципы управления совершенно разные.

Стараюсь заниматься тем, что ближе по духу, — новыми продуктами и рынками.

— Чем увлекаетесь кроме фармацевтики?

— Люблю путешествовать. Мне нравится изучать чужую культуру, людей и страны — Японию, Китай, Индию, Бразилию. Я свободно владею английским, немного французским. Моя пятилетняя дочь свободно говорит по-английски и начинает учить мандаринский.

Россия > Медицина > forbes.ru, 12 марта 2015 > № 1313110 Алексей Репик


Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 22 октября 2014 > № 1212122 Алексей Репик

Встреча с сопредседателем организации «Деловая Россия» Алексеем Репиком.

Владимир Путин встретился с сопредседателем Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Алексеем Репиком. Обсуждались меры по улучшению делового климата в России.

В.ПУТИН: Добрый день!

Алексей Евгеньевич, Вы недавно избраны сопредседателем «Деловой России». Это одно из наших ведущих предпринимательских объединений. У вас с Администрацией и с Правительством очень добрые, деловые отношения были всегда. Я надеюсь, что это сотрудничество продолжится в будущем.

Исхожу из того, что активная работа по подготовке соответствующих инициатив, которые будут улучшать деловой климат, бизнес-среду, вообще всё, что связано с так называемой предпринимательской инициативой, – всё это будет дальше продвигаться, и будем вместе работать.

А.РЕПИК: Спасибо большое, Владимир Владимирович. Спасибо, во-первых, за возможность встретиться, сверить часы по тем темам, которые сегодня волнуют деловое сообщество.

Действительно, мы чувствуем, что все меры, решения, которые касаются бизнеса, всегда обсуждаются с деловыми, предпринимательскими объединениями, мы участвуем в принятии решений. Вы запустили в своё время на съезде «Деловой России» Национальную предпринимательскую инициативу, и она оказалась крайне действенной, потому что мы сами непосредственно работали над реализацией тех мер, которые вошли в дорожные карты по улучшению инвестиционного климата.

У нас, действительно, прошёл съезд 29 сентября, и мы обсуждали текущую ситуацию, она непростая. Понятно, что в условиях, когда нас по совершенно надуманным причинам масштабно дискриминируют с точки зрения доступа к финансовому капиталу, когда нашим партнёрам впрямую говорят, что они должны делать (например, завершить проекты, которые для них выгодны, для них интересны), – это всё вызывает лёгкую настороженность. Особенно когда [атмосфера] всё время нагнетается, из раза в раз [поступают] месседжи о том, что «дальше будет хуже, у вас ничего не получится».

Но предприниматели – это не те, кто привык опускать руки при первых тревожных сигналах. Мы, наоборот, воспринимаем текущие вызовы как возможности, и поэтому на съезде мы вышли с инициативой создания тысячи новых частных несырьевых производств – заводов «Деловой России». Мы представляли Вам наш проект «Заводы «Деловой России» в Воронеже, когда встречались с Вами. Здесь их 100 с небольшим, но мы видим огромный потенциал внутреннего рынка. Россия – это шестой внутренний рынок в мире и по размеру, и по привлекательности. Это признают наши коллеги-бизнесмены из других стран. Несмотря на текущую ситуацию, они, кстати, продолжают активно интересоваться возможностью инвестировать в российскую экономику.

Но, конечно, для реализации этих программ мы видим целый ряд необходимых действий, которые помогут, мне кажется, их реализовать быстрее. Это, конечно, и решение вопросов, связанных с доступным финансированием строительства новых заводов. Причём мы не просим средств ФНБ, мы не ищем какого-то золотого дождя, мы думаем, что нужно просто воспользоваться теми ресурсами, которые в экономике есть.

В первую очередь это касается мобилизации внутреннего капитала, средств российских инвесторов, рантье. Потому что, вместо того чтобы вкладывать их в облигации Соединённых Штатов Америки с околонулевой доходностью или размещать практически под нулевые ставки на депозитах в зарубежных банках (кстати, из которых потом их забрать не всегда удаётся), мне кажется, мы можем предложить российским инвесторам хорошую программу, как получить достаточно интересную и с точки зрения доходности, и с точки зрения безопасности систему вложения своих капиталов. Конечно, здесь нужно попытаться стимулировать экономическую эффективность этих предприятий.

На самом деле успех любого предприятия зависит сначала от продукта, потом от команды и уже, наверное, в третью очередь – от доступных ресурсов и финансирования. Если всё-таки вернуться к финансовой части, мне кажется, Вы в мае давали поручение по поводу стимулирования создания новых несырьевых производств. Мы следим. Пока, к сожалению, мы не увидели каких-то шагов в этом направлении, мы их ждём. Но, если бы на новый конкурентоспособный несырьевой бизнес, на новые заводы распространить те меры, которые уже придуманы и разработаны, например для территорий опережающего развития или особых экономических зон, это уже сильно повысит привлекательность инвестиций в новые российские несырьевые предприятия.

В.ПУТИН: Вы проанализируйте, пожалуйста, все эти инструменты, о которых сейчас упомянули, и в обобщённом виде передайте нам. Что-то можно применить, а что-то нельзя, – нужно сделать критический анализ и с конкретными предложениями. Хорошо?

А.РЕПИК: Мы подготовим их.

Считаю, на самом деле даже помимо того инструментария, который мы предлагаем, ещё есть масса неиспользованных ресурсов. Например, мы хотим модернизировать производство, повысить производительность труда. У нас ещё, по-моему, 12 или 13 лет назад было принято знаменитое постановление Правительства № 1 об амортизации различного вида основных средств. Даже, собственно, не придумывая никаких новых законодательных новелл, сократив или переместив основные средства в категории с ускоренной амортизацией, мы можем явным образом стимулировать инвестиции в новые линии, в новые станки. А последний раз, по-моему, эти классификаторы пересматривались почти пять лет назад.

И, наверное, важным тоже элементом стимулирования российской промышленности будет то, что сейчас происходит с точки зрения промполитики. Закон о промышленной политике «Деловая Россия» почти десять лет пыталась толкнуть вперёд, вот-вот он уже в Думе. Там есть очень важная для нас статья о неухудшении условий для инвесторов, которые будут вкладывать средства в строительство новых несырьевых заводов. Если она там сохранится, если закон пройдёт, то мы тоже вздохнём с облегчением.

На самом деле наряду, как я уже говорил, с финансовым блоком очень серьёзно конкурентоспособность предприятия, экономики зависит от продуктов, технологий, компетенций. У нас в России есть, во-первых, огромная база для технологического роста, у нас есть фундаментальная наука, которой мы гордимся, и гордимся с детства, есть чем гордиться. У нас иногда чуть-чуть пробуксовывает перевод этих, скажем так, теорий в практически-прикладную плоскость. И вот здесь, я считаю, мы можем тоже применить принципы, которые мы использовали при составлении дорожных карт Национальной предпринимательской инициативы, то есть сделать нашу новую предпринимательскую технологическую инициативу, когда бизнес сможет участвовать в определении новых отраслей, в определении возможных технологий, куда общество, экономика будут вкладывать деньги.

Но забывать про иностранные компетенции, особенно критически важные, тоже нельзя. Но я бы немножко, наверное, по-другому посмотрел сейчас на эту ситуацию, потому что в силу сложившейся турбулентности и, честно говоря, снижающегося нашего доверия к традиционным партнёрам бизнес не может так легко сидеть и смотреть, как то, что было рассмотрено, какие-то долгосрочные совместные планы теперь свёртываются по непонятной для нас причине.

Считаю, что технологические инвестиции должны теперь приходить в страну в первую очередь через стратегические партнёрства, через СП, чтобы ноу-хау, технологии в России оставались. Конечно, крупные иностранные компании, которые строят здесь, например, завод, – это очень хорошо, это и новые рабочие места, и налоги. Но завтра они под давлением или по чьей-то подсказке повесят амбарный замок на этот завод и уйдут, а мы собственно компетенцию не получим.

Мы, «Деловая Россия», предлагаем формат работы, которым мы фактически создаём некое «брачное агентство» для международного бизнеса и российского, когда мы ищем российских партнёров и вместе с АСИ, ЭКСАРом, институтом торгпредств Российской Федерации будем создавать новые бизнес-семьи. Причём стараться делать так, что если даже один из «родителей» семьи захочет или будет вынужден уйти, чтобы «дети», то есть технологии, ноу-хау и всё остальное, остались в России, чтобы у нас не было пробелов в критически важных для нас областях.

Наверное, ещё последний важный пункт: всё это возможно только при условии качественной, хорошей, сильной команды, то есть людей, а Россия богата людьми. «Деловая Россия» – это объединение частного бизнеса, несырьевого. Мы знаем своих сотрудников в лицо, мы в какой-то степени семья (до последнего момента, пока я был генеральным директором своей компании, я знал каждого сотрудника в лицо), их стало почти 2 тысячи, и всё равно для нас это важно, принципиально, потому что мы делаем дело – и делаем дело вместе с ними.

Поэтому мы будем сейчас активно помогать [организовывать] профсообщества, уже на их базе будем формировать стандарты, которые позволят новым предприятиям получить квалифицированный конкурентоспособный персонал – быстро, сразу, вовремя, чтобы мы не ждали так долго. Но, наверное, всё равно это не будет работать, если впереди не будут стоять молодые лидеры, энергичные, небезразличные, те, кто могут толкать вперёд сложные и интересные процессы создания новых предприятий.

Поэтому для нас очень важно, чтобы Вы поддержали движение навстречу общества и бизнеса, чтобы Вы попробовали дать сигнал нашим коллегам, нашему обществу о том, что добросовестный предприниматель – это хорошо, что это действительно то, на чём стоит экономика.

У нас уже давно была инициатива, про которую ещё Борис Юрьевич Титов Вам рассказывал, предлагал, – всё-таки сделать Год предпринимателя когда-то. Мне кажется, сейчас самое время, потому что перспективы у российского бизнеса есть, они очень-очень неплохие, мы в них верим. Просто хочется вовлечь больше людей в нашу работу, в нашу миссию.

Кстати, ещё для того, чтобы двигаться в этом направлении, мы инициировали с Российским историческим обществом очень интересный проект, он называется «История российского предпринимательства»: на конкретных примерах из прошлого, то есть предпринимателей-созидателей, которые создавали предприятия с нуля, которые добивались конкурентоспособности российской экономики в прошлом и делают это сейчас, – чтобы эти примеры тиражировались и масштабировались.

В.ПУТИН: У Вас большая программа действий. Я хочу пожелать Вам успехов на новом месте. Уверен, что будем работать. Действительно, идеи интересные, перспективные, хорошие, будем реализовывать их совместно.

А.РЕПИК: Спасибо большое.

Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 22 октября 2014 > № 1212122 Алексей Репик


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter