Всего новостей: 2554706, выбрано 10 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Соколов Василий в отраслях: Рыбавсе
Соколов Василий в отраслях: Рыбавсе
Россия > Рыба > fishnews.ru, 28 марта 2018 > № 2547228 Василий Соколов

В искусственном воспроизводстве пора расставить приоритеты.

Какие изменения для предприятий аквакультуры планируется внести в законодательство, для чего создается Стратегия искусственного воспроизводства водных биоресурсов в России и как решается вопрос с марикультурой на ООПТ – об этом в интервью Fishnews рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

ГОТОВЯТСЯ ВАЖНЫЕ ЗАКОНЫ

– Василий Игоревич, начать хотелось бы с правовой базы. Планируются ли в ближайшее время изменения, которые имеют большое значение для аквакультуры, выход новых документов?

– Если говорить о законах, то сейчас в Госдуме находятся два документа, на которые стоит обратить внимание. Первый – это законопроект о приоритетном закреплении рыбоводных участков за организациями, которые до вступления в силу закона об аквакультуре осуществляли искусственное воспроизводство анадромных видов рыб (принят в первом чтении 7 февраля – прим. корр.). Изменения направлены на решение вопроса с уже действующими лососевыми рыбоводными заводами на Дальнем Востоке. Пока они работают в подвешенном состоянии, и проблем там много.

Второй законопроект посвящен государственной поддержке в части страхования предприятий аквакультуры. Документ прошел первое чтение, сейчас будет активно дорабатываться ко второму. Формируется рабочая группа по подготовке методики страхования. Рассчитываем, что в ближайшее время законопроект будет вынесен на второе чтение. Единственное, при обсуждении мы попросили, чтобы закон вступил в силу со следующего года – чтобы было время для качественной проработки вопроса с методикой. Необходимо совместно со страховыми компаниями и рыбоводами подготовить качественный, работающий инструмент поддержки.

Еще один документ – это также депутатский законопроект, с которым мы серьезно работаем. Он нацелен на решение проблемы с действующими аквакультурными хозяйствами в Республике Крым и Севастополе. Украинские документы были признаны соответствующими нашему законодательству, однако срок их действия у многих организаций подходит к концу. И встает вопрос, как этим предприятиям работать дальше, как пролонгировать их право на пользование акваторией, на которых размещена их рыбоводная инфраструктура. К сожалению, на документ есть и отрицательные заключения, сейчас совместно с депутатами и ГПУ Президента будем работать над устранением этих замечаний.

Достаточно большая работа ведется в части внесения изменений в Земельный кодекс, чтобы хозяйства аквакультуры могли в приоритетном порядке получать земельные участки и осуществлять свою деятельность. Этот законопроект несколько раз возвращали из разных инстанций. Непростой документ, не могу сказать, что он находится на финальной стадии, но работа ведется.

Также работаем над подзаконными актами. В частности, над урегулированием ситуации, когда предприятия занимаются аквакультурой за счет сбора естественных оседаний и их дальнейшего выращивания. А такая практика достаточно распространена, например с моллюсками.

Недавно внесены изменения в правила организации торгов, через которые распределяются рыбоводные участки. Дорабатывается нормативная база в части формирования границ РВУ – здесь не все так однозначно, особенно с Дальним Востоком, есть серьезные замечания у дальневосточных регионов по тем предложениями, которые подготовило Минвостокразвития.

Большая работа ведется по облегчению государственной экологической экспертизы для марикультурных хозяйств. Процедура очень громоздкая, неудобная. Стремимся к тому, чтобы по максимуму ее облегчить, предусмотреть время предприятиям для прохождения ГЭЭ. В случае с пастбищным рыбоводством, мы считаем, государственная экологическая экспертиза вообще не нужна.

– Были также вопросы к методике, классификатору для аквакультуры.

– Эти документы дорабатываются, по классификаторам мы уже получили предложения от регионов. ВНИРО подготовил подробный классификатор, по нему поступил ряд замечаний.

По методике определения объема ситуация достаточно сложная, все-таки мы предлагали несколько иные цифры, чем те, что ушли в итоге в Минюст. Но вопрос важный и, учитывая, что для достижения заявленных объемов много чего не готово на Дальнем Востоке, в рамках рабочей группы, которая соберется в селекторном режиме, планируем пройти по всем замечаниям.

Стратегия задаст ориентиры рыбоводам

– Нам также очень интересно, как идет подготовка Стратегии искусственного воспроизводства водных биоресурсов в Российской Федерации на период до 2030 года. В связи с чем решено было создать такой документ? На какой стадии его разработка?

– Стратегия должна задать основные направления искусственного воспроизводства водных биоресурсов в нашей стране. Сейчас эта деятельность осуществляется по такому полухаотичному-полутрадиционному принципу. Заводы в свое время строились исходя из разных соображений. Большая часть создавалась для компенсации ущерба, который наносился запасам той или иной хозяйственной деятельностью. После развала Советского Союза большинство организаций, в частности гидроэлектростанции, отказались от непрофильных активов, заводы были переданы в управление нашему ведомству.

Сейчас есть целый ряд проблем, которые нужно решить. Часть заводов работает, с нашей точки зрения, неэффективно, часть – не очень эффективно. Необходимо понять, каким образом с большим результатом использовать имеющееся финансирование, на реконструкцию и модернизацию каких мощностей направить усилия в первую очередь. В ряде регионов вообще нет воспроизводственных комплексов, хотя состояние запасов там оставляет желать лучшего. В этом случае надо подумать о создании новых заводов, посмотреть, где этим может заняться бизнес. Таким образом, мы анализируем не только ситуацию с государственными предприятиями, но и с мощностями частного сектора. Также необходимо определить, какие виды водных биоресурсов наиболее важны для воспроизводства в каждом конкретном регионе.

Многие наши предприятия занимаются воспроизводством «краснокнижных» объектов, которые по законодательству не относятся к ведению Росрыболовства. Нужно понять, как быть с этой работой, возможно, стоит обратиться по поводу финансирования в Минприроды. Необходимо также дать ориентир для хозяйствующих субъектов: выпуск каких видов водных биоресурсов они должны обеспечить в рамках компенсационных мероприятий.

Стратегия будет учитываться при формировании рыбохозяйственной госпрограммы, при постановке задач перед Главрыбводом и наукой. Также после принятия стратегии будет доработана методика оценки ущерба, подготовлены соответствующие рекомендации для организаций, занимающихся оценкой не предотвращаемого вреда, а также для наших территориальных управлений, чтобы было понимание, какие объекты лучше выпускать в рамках компенсационных мероприятий.

– То есть стратегия может быть интересна в том числе хозяйствующим субъектам.

– Да. Причем обсуждать этот документ мы решили абсолютно публично. Сейчас методично собираем по бассейнам представителей региональных администраций, науки, бизнеса, чтобы получить предложения. Каркас стратегии есть, но нужно учесть специфику и пожелания предпринимателей, субъектов Федерации.

– А с Приморским краем уже проводились такие обсуждения?

– Да. С Приморьем все достаточно понятно. В регионе есть частные рыбоводные заводы, которые уже работают, есть понимание, что такая деятельность может быть интересна для бизнеса. Но в то же время существуют серьезные опасения в плане эффективности государственных заводов. Пока мы не видим должного результата от их работы. Нужно понять, куда двигаться дальше. Ясно, например, что нельзя переводить всю работу на воспроизводство кеты, и в плане компенсационных мероприятий тоже – сейчас большая часть возмещается кетой. Надо расширять список объектов воспроизводства. Возможно, изучить целесообразность перепрофилирования заводов, если это позволит технология. Потому что пока выпуски такие, что зачастую не обеспечивают даже ежегодную закладку икры.

– Замминистра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков поставил задачу подготовить стратегию для лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области – это будет отдельный документ?

– Нет, это будет раздел в рамках общей стратегии для Российской Федерации. Лососи – очень специфический объект в плане воспроизводства, и основные проблемы возникают именно на Дальнем Востоке. 5 марта проводили селекторное совещание, на котором рассматривались вопросы искусственного воспроизводства в дальневосточных регионах. Большую часть обсуждения заняла ситуация на Сахалине. Администрация области несколько лет назад говорила о планах по существенному увеличению мощностей ЛРЗ. Сейчас, судя по всему, взгляд на это изменился, ждем письменной позиции областных властей по рыбоводным заводам с соответствующими обоснованиями. Конечно, мы не можем влиять особо на бизнес, который уже построил заводы, но надо понимать: формируем мы рыбоводные участки или не формируем по лососям. Наука должна ответить на вопрос: где заводы можно строить, исходя из биологических принципов, а где нельзя. А главное – хотелось бы четко сформулировать цели, к чему мы стремимся.

– Региональная ассоциация рыбопромышленников предложила организовать в Сахалинской области конференцию по искусственному воспроизводству.

– Да, такое мероприятие планируется провести на Сахалине где-то в середине мая, там мы и презентуем стратегию искусственного воспроизводства в России, основное внимание, конечно, при обсуждении уделим островному региону.

ООПТ и марикультура – актуальный вопрос

– Большой резонанс получила тема работы аквакультурных хозяйств в границах ООПТ в Приморском крае. Как вы бы ее прокомментировали?

– Проблема с особо охраняемыми природными территориями много где поднималась, считаем, что да, тут нужно внести изменения. Хотелось бы обратить внимание на два момента. Первое – администрация края должна в установленном порядке внести согласованные с Минприроды поправки в Решение исполнительного комитета Приморского краевого Совета народных депутатов от 29 ноября 1974 года № 991. На заседании рабочей группы в феврале была отмечена необходимость таких изменений. Научное обоснование, насколько мне известно, по итогам этой встречи ТИНРО-Центр подготовил.

Второй момент – нужно определить четкие границы этих ООПТ. Потому что в соответствии с паспортами, которые служат основой для принятия всех решений, площадь там очень незначительная. Возможно, и проблемы никакой нет: рыбоводные участки находятся за пределами особо охраняемых природных территорий.

– Насколько я понимаю, позиция Росрыболовства – обеспечить предприятиям, которые столкнулись со сложностями, возможность работать, так как участки они получили на законных основаниях?

– РВУ были получены абсолютно легально, в рамках действовавшего на тот момент законодательства. Переоформлены они были также законным образом. Был сбой, когда представители территориального управления не явились на выпуски, - но, надеюсь, такие ситуации не повторятся. Я дал соответствующее поручение, ведь речь идет об исполнении государством своих обязательств по договору. В ближайший месяц, думаю, проведем селекторное совещание по проблеме хозяйств аквакультуры и ООПТ.

– В связи с работой в границах памятников природы, как я понимаю, поднималась тема специальной ТОР для аквакультуры в Приморском крае.

– Да, есть поручение вице-премьера – полпреда президента в ДФО Юрия Петровича Трутнева проработать вопрос и установить нормы, требования и параметры для таких территорий опережающего развития. В первую очередь это касается, конечно, ТОР по заливу Петра Великого, как наиболее интересной с точки зрения аквакультуры. Поэтому сейчас такая работа с Минвостокразвития ведется.

Маргарита КРЮЧКОВА, Fishnews

Россия > Рыба > fishnews.ru, 28 марта 2018 > № 2547228 Василий Соколов


Россия. ЮФО > Рыба > fish.gov.ru, 30 июня 2017 > № 2226439 Василий Соколов

Нарастить объёмы производства товарной рыбы помогут новые объекты аквакультуры и новые акватории

Для реализации потенциала России в области аквакультуры нужно развивать рынок сбыта, включать в работу маркетинговые инструменты, механизировать производство товарных хозяйств

За последние два года в товарном рыбоводстве прибавилось 364 хозяйства, субсидирование аквакультуры составило почти 2 млрд рублей. О достижениях и перспективах товарной аквакультуры в России рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов на совещании, которое состоялось 29 июня в Ростове-на-Дону.

Заместитель руководителя обозначил возможности роста показателей и сдерживающие факторы. Так, если придерживаться экстенсивного курса развития, к 2030 году объём производства увеличится только до 300 тыс. тонн, при этом Росрыболовство приложит все усилия для развития событий другим путём, интенсивным, для достижения показателя не менее 700 тыс. тонн.

Сегодня в отрасли работают более 2 тыс. рыбоводных хозяйств. «Это небольшой показатель и в основном мелкие предприятия, при этом 73% занимаются прудовой аквакультурой и 27% – индустриальной, то есть высокопроизводительные хозяйства у нас в меньшинстве. В рыбоводстве занято около 10 тыс. человек и только 1,5 тыс. сотрудников имеют профильное образование. Основной объём производства приходится на карповые виды», – сказал Василий Соколов.

Вместе с тем, есть положительная тенденция: количество небольших предприятий индустриальной аквакультуры динамично увеличивается.

Этому способствуют в том числе меры государственной поддержки. «Суммарно государственная поддержка, региональная и федеральная, составляет за два года почти 2 млрд рублей», – сказал Василий Соколов.

Конечно, этого недостаточно. Для реализации потенциала необходимо заниматься развитием рынка сбыта. Василий Соколов привёл пример агрессивной кампании по продвижению в России норвежского лосося: фактически под этот продукт был сформирован сегмент рынка. россиян научили есть сёмгу. И сейчас, в условиях контрсанкций, этим нужно воспользоваться, развивая отечественное лососеводство. Кроме того, нужно вводить в производство и новые, перспективные объекты аквакультуры.

В структуре выращивания рыбы в России в настоящее время 65% приходится на карповые, 24% – на лососевые, 11% – на другие объекты аквакультуры. При этом потенциал перераспределения долей к 2030 выглядит следующим образом: объем производства карповых может снизиться до 26%, доли лососевых и других объектов, наоборот, вырастут до 37% по каждому направлению.

«Рынок сбыта – первое, о чем нужно думать. Особенная свобода в этом сегменте появилась после введения странами Евросоюза санкций против России, и это дает нашим рыбоводам неплохую перспективу. Создание коопераций поможет развитию этого направления. Второе – прибыльность. Определенная разница в курсах валют также дает российским предприятиям импульс, так как их продукция становится более конкурентоспособной», – сказал Василий Соколов. Третье важное направление – повышение эффективности использования водного фонда, внедрения высокотехнологичных предприятий. Необходимо задействовать трудовые резервы, привлекать в вузы студентов для воспитания квалифицированных специалистов, возможности у профильных вузов для этого есть.

Василий Соколов подчеркнул, что для реализации всех обозначенных мер необходимо сконцентрировать усилия федеральной власти, регионов, бизнеса и науки.

«Наука обязана заняться новыми перспективными видами – такими, как лососевые, например, гольцы и сиги, окунеобразные – судаки и цихлиды, есть потенциал роста производства ракообразных и водорослей, которым пока уделяется незаслуженно мало внимания. Регионы должны предоставить площадки и осуществлять контроль, федеральные органы – создать эффективную систему ветеринарного контроля. При экстенсивном развитии мы сможем увеличить объём производства аквакультуры только до 300 тыс. тонн. Но мы ориентируемся на интенсивный путь: к 2030 году производить не менее 700 тыс. тонн», – резюмировал свое выступление Василий Соколов.

Россия. ЮФО > Рыба > fish.gov.ru, 30 июня 2017 > № 2226439 Василий Соколов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 18 января 2016 > № 1621625 Василий Соколов

Рыбохозяйственные вузы ждет дальнейшее укрупнение

Василий СОКОЛОВ, Заместитель руководителя Росрыболовства

В конце ноября в Калининграде прошел ежегодный совет ректоров образовательных организаций Федерального агентства по рыболовству, где помимо результатов приемной кампании 2015 года традиционно обсуждались первоочередные проблемы, стоящие перед высшим и средним профобразованием. С какими результатами закончили год отраслевые учебные заведения, почему рыбохозяйственные вузы нельзя лишать экономических дисциплин и каким образом будет происходить трансформация образовательных комплексов в кластеры, в интервью Fishnews рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

– Василий Игоревич, давайте начнем с приемной кампании? Как она проходила в прошлом году и каковы ее результаты?

– Приемная кампания 2015 года, как и предыдущие, проходила в сложных условиях в силу ряда факторов. Основной из них – демографическая ситуация в регионах. На протяжении последних лет отмечается тенденция сокращения количества выпускников средних школ, что существенно влияет на набор абитуриентов. В целом по стране, как свидетельствуют данные Росстата, количество выпускников школ за последние четырнадцать лет сократилось более чем на 700 тыс. человек.

Общий план приема на обучение за счет средств федерального бюджета в 2015 году, установленный Минобрнауки России образовательным организациям Росрыболовства, составил 2888 человек по программам среднего профессионального образования и 4185 человек по программам высшего образования. По сравнению с 2014 годом план приема был увеличен на 3% по среднему профессиональному и на 14,8% по высшему образованию (за счет создания нового подведомственного вуза – Керченского государственного морского технологического университета).

По итогам приемной кампании 2015 года план приема на очную форму обучения по среднему профессиональному образованию выполнен на 100%, по высшему образованию – на 97%. В образовательные учреждения Росрыболовства принято на бюджетные места 4062 человека по программам высшего образования и 2888 человек по программам среднего профессионального образования. Это больше, чем в прошлом году. Хочу отметить значительный интерес у абитуриентов к получению именно среднего профессионального образования.

– Как сильно отразилась система ЕГЭ на учебных заведениях рыбохозяйственного профиля? Можно ли делать какие-то выводы спустя несколько лет ее применения?

– Конечно, отразилась, и, к сожалению, скорее негативно. Дело в том, что большинство образовательных программ наших вузов – технического профиля. Он требует сдачи ЕГЭ по физике и математике, а экзамен по математике с 2015 года подразделяется на базовый и профильный уровни. Средние школы заинтересованы в повышении планки итоговых результатов ЕГЭ, поэтому зачастую рекомендуют выпускникам сдавать экзамен по гуманитарным предметам, как например обществознание, или по математике базового уровня.

В результате абитуриенты, даже получив высокие баллы в школе, не могут поступить в технические вузы, так как не сдавали профильные ЕГЭ по нужным предметам.

– По прогнозам, трудности с организацией приема абитуриентов будут продолжаться еще минимум три года. Данные Минобрнауки России, представленные в докладе в Правительство РФ о готовности системы образования к 2015/2016 учебному году, фиксируют рост численности первоклассников только н ачиная с 2007 года. Что будете предпринимать для обеспечения отрасли специалистами?

– Мы знакомы с этим прогнозом. Получается, что ожидать роста количества выпускников средних школ можно не ранее 2018 года. В связи с этим перед образовательными организациями рыбной отрасли поставлена задача привлекать абитуриентов из других субъектов Российской Федерации.

Также нужны современные модели организации дополнительного профессионального образования, которые обеспечивают готовность работников переходить на новые места, получать новые квалификации. При этом перечень программ переподготовки должен быть максимально ориентирован на потребности рыбохозяйственного комплекса, а лишь потом – на потребности других отраслей экономики.

– Если говорить о реальных потребностях рыбохозяйственного комплекса, в 2015 году по итогам осенней проверки Рособрнадзора Дальрыбвтуз был лишен аккредитации по всему блоку экономических дисциплин. Как вы оцените эту ситуацию? И будут ли приняты какие-то меры?

– Ситуация неприятная и неоднозначная. Хотя лишение аккредитации по этим дисциплинам позволяет вузу продолжать образовательный процесс, однако он теряет возможность выдачи документов государственного образца. Получается, нашим студентам экономических специальностей не дали возможности после стольких лет учебы получить долгожданные дипломы. И этот важный вопрос пока остается неурегулированным.

Согласно имеющейся у нас информации, подобная картина наблюдается и в вузах других ведомств, осуществляющих подготовку кадров экономического профиля. Более того, велика вероятность, что с подобными проблемами в ближайшее время столкнутся и другие рыбохозяйственные вузы при прохождении процедуры государственной аккредитации.

Не могу не сказать несколько слов о Дальрыбвтузе. Он осуществляет подготовку кадров экономического профиля более 80 лет, в вузе сформирована научная школа по экономическому направлению. С учетом отсутствия в рыбной отрасли в настоящее время специализированного научно-исследовательского института экономического профиля ликвидация научных школ в рыбохозяйственных вузах в краткосрочной перспективе фактически лишит нас специалистов, способных участвовать в подготовке предложений по проблемам экономического характера.

Приведу простой пример: в октябре 2015 года состоялось заседание президиума Государственного совета РФ по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса. Традиционно к такому мероприятию готовится обобщающий доклад, где основная роль отводится экономическому анализу дел в отрасли. Понятно, что изучением экономических процессов в рыбном хозяйстве должны заниматься не ихтиологи, а именно отраслевые экономисты.

Нас и так подкосила приватизация Всероссийского научно-исследовательского и проектно-конструкторского института экономики, информации и автоматизированных систем управления рыбного хозяйства (ВНИЭРХ), проведенная несколько лет назад. Отрасль по сути осталась без аналитического центра, способного проводить научные исследования для разработки стратегии развития рыбохозяйственного комплекса. Хорошо, что удалось сохранить хотя бы часть коллектива. И сейчас мы, как Росрыболовство, ставим задачу перед нашими НИИ и вузами по подготовке полноценных обоснований внедрения новых разработок, программ развития.

– А какие планы в наступившем году с точки зрения развития образовательных комплексов Росрыболовства?

– Вопрос повышения эффективности вузов Росрыболовства для нас первостепенен, тем более что и требования Минобразования к образовательным организациям ежегодно ужесточаются. Мы решили пойти по пути дальнейшей консолидации центров, включая создание научно-образовательных кластеров. Такой шаг позволит, во-первых, сохранить профильные специальности, усилить научную базу, а во-вторых, что сейчас является для нас очень болезненным вопросом, снизить финансовые издержки.

Укрупнение будет происходить по бассейновому принципу. Под созданием научно-образовательных кластеров подразумевается интеграция НИИ и вузов Росрыболовства с учетом региональных особенностей деятельности. Это позволит активнее вовлекать студентов в научную деятельность, эффективнее участвовать в конкурсах на получение научных грантов. Кроме того, «подпиткой» для образовательного процесса вузов будет привлечение профессорского состава наших научных институтов, которые входят в число лучших.

– И как будет происходить эта реорганизация?

– Сейчас мы обсуждаем варианты. Такие кластеры могут появиться, например, на базе Калининградского государственного технического университета и АтлантНИРО, Мурманского государственного технического университета и ПИНРО, Дмитровского филиала Астраханского государственного технического университета и ВНИИПРХ, ТИНРО-Центра и Дальрыбвтуза. Рассматривается и вопрос укрупнения самих образовательных центров по бассейновому принципу с головными вузами во Владивостоке, Мурманске, Керчи, Астрахани и Калининграде. Например, в главном рыбохозяйственном бассейне страны – Дальневосточном – обсуждается вопрос объединения КамчатГТУ с Дальрыбвтузом, как это было в советские годы.

Скорее всего, реорганизация затронет и сеть филиалов образовательных учреждений. В настоящее время Росрыболовство обсуждает с Минтрансом возможности взаимодействия по близким по профилю специальностям.

Одновременно акцент будет сделан на увеличении доли профильных специальностей в наших образовательных учреждениях, таких как судовождение, промышленное рыболовство, аквакультура, ихтиология и т.д. Важно также сохранить профиль деятельности колледжей и техникумов, накопленного ими опыта, кадрового потенциала, материально-технической базы, традиций среднего профессионального образования.

– Как обстоят дела с трудоустройством молодых специалистов? И как оценивают работодатели уровень подготовки кадров?

– Мы уже требуем от наших вузов более активного взаимодействия с реальным сектором, с рыбопромышленными организациями. Важно обеспечивать направление обучающихся в первую очередь на предприятия, использующие современное технологическое оборудование, организовать долгосрочное сотрудничество с работодателями, заинтересованными в подготовке квалифицированных кадров. С учетом потребности рынка мы расширяем целевые программы обучения. В рыбной отрасли, как, впрочем, и в других отраслях реального сектора, сейчас остро чувствуется «кадровый голод», поэтому потребность в специалистах высока.

– А в каком направлении наиболее остро ощущается нехватка специалистов?

– В первую очередь, в мореплавании – это опасная и сложная работа, молодежь практически не идет в море. И, разумеется, в аквакультуре. Мы видим необходимость расширения подготовки кадров указанного профиля и актуализации учебных программ в соответствии с меняющейся нормативно-правовой базой. Хотим обеспечить наряду с образовательной деятельностью возможность предоставления информационно-консультационных услуг в данной сфере с учетом накопленного отраслевыми вузами опыта и имеющихся научных разработок.

– Сейчас обсуждается идея создания так называемых «опорных вузов». С учетом того, что вузы Росрыболовства имеют уникальные отраслевые направления обучения, им будет легко вписаться в эту концепцию?

– Исторический опыт других отраслей показывает, что довольно просто разрушить выстраиваемую на протяжении десятков лет систему профильного отраслевого образования, а вот воссоздать ее заново – это совершенно иная история. Одна из самых сложных задач – вновь собрать преподавательские кадры, настоящих знатоков морского дела, которых и сегодня не так просто удержать.

Концепция создания «опорных вузов» предусматривает формирование региональных вузов социально-экономических систем, в то время как специфика деятельности образовательных учреждений Росрыболовства имеет ярко выраженный межрегиональный характер. Поэтому нужно дополнительно проработать вопрос участия рыбохозяйственных вузов в этом конкурсном отборе.

– Какие еще решения принял совет ректоров по вопросу повышения уровня подготовки студентов?

– Среди основных поручений руководства – разработать шаги по интеграции деятельности образовательных учреждений с учетом региональных особенностей. Речь идет о том, что у каждого вуза есть свои наработки и нюансы в приеме абитуриентов, в специфике подачи, оценке и, в конечном итоге, в выпуске готовых кадров.

Другая большая образовательная и просветительская задача – подготовка к плаванию парусников Росрыболовства «Седов», «Крузенштерн» и «Паллада». Отмечу, что у нас есть разные, достаточно амбициозные предложения от вузов, мы пока их анализируем и просчитываем. Так что полная картина о рейсах всех трех парусников появится чуть позже.

Существует еще один проект, который мы сейчас рассматриваем, – это создание на базе МГТУ новой системы военной подготовки студентов и курсантов вузов Росрыболовства. Современные реалии демонстрируют повышенную потребность в специалистах самого широкого профиля, в том числе и военной направленности. И задача наших образовательных учреждений – оперативно отвечать на вызовы времени.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 18 января 2016 > № 1621625 Василий Соколов


Россия. ЦФО > Рыба > fish.gov.ru, 16 сентября 2015 > № 1494476 Василий Соколов

Василий Соколов принял участие в конференции по вопросам продвижения отечественной рыбы

Заместитель руководителя Федерального агентства по рыболовству Василий Соколов принял участие в конференции «Российский рынок рыбы и морепродуктов: продвижение русской рыбы». Она состоялась в рамках деловой программы 24-й Международной выставки продуктов питания и напитков World Food Moscow 2015.

Ключевыми темами конференции стали меры популяризации отечественной рыбной продукции, совершенствования производства, доставки, хранения, осуществления контроля за качеством рыбы, вопросы ценообразования и доступности продукции.

В том числе на конференции отмечен положительный опыт фестиваля «Рыбная неделя», который был проведен в апреле 2015 года Росрыболовством совместно с Правительством Москвы и рыбохозяйственными предприятиями. По словам Василия Соколова, благодаря успеху московского фестиваля, многие регионы активно откликнулись на предложение распространить эту практику. «Мы планируем и дальше проводить рыбный фестиваль, объединяя на одной площадке рыбопромышленников, представителей торговых сетей, ресторанов, тем самым делая отечественную рыбу доступнее», – добавил заместитель руководителя Росрыболовства.

По словам Василия Соколова, потребление рыбы в России несколько выше среднемирового уровня, при этом существует потенциал повышения культуры потребления. «Государство со своей стороны может дать лишь импульс этому рынку, например, путем установления четких правил при государственных и муниципальных закупках. Нужно также использовать опыт США по программам детского и школьного питания на основе отечественной качественной рыбной продукции», – уточнил он. Не менее важной проблемой, по его мнению, является и проблема обеспечения качества рыбной продукции на всех этапах доставки, транспортировки и реализации рыбы. Пока мы вынуждены констатировать, что качественная рыба, произведенная на борту российских судов, при попадании на прилавок имеет совсем не тот вид и вкус, который должен соответствовать этому продукту. И здесь вопрос не только к контролю за этими процессами, но и к ответственности бизнеса.

На конференции также был поднят вопрос создания системы добровольной сертификации продукции, в том числе и рыбной.

Василий Соколов отметил, что Росрыболовство поддерживает идею консолидации всех участников рынка – рыбаков, переработчиков, ритейла – вокруг соблюдения норм качества выпускаемой продукции. По его словам, добросовестные производители как никто заинтересованы в искоренении фальсифицированных и контрафактных товаров на российских прилавках, так как это подрывает их бизнес. При этом принцип добровольной сертификации позволяет уйти от таких негативных явлений, как покупка поддельных документов и формальное выполнение требований по обеспечению качества.

По мнению специалистов, введение собственной сертификации по качеству станет важным элементом в программе по продвижению и популяризации рыбы в России. «Это системное, абсолютно правильное и одно из самых перспективных направлений на нашем внутреннем рынке. Радует, что появление знака качества на рыбной продукции инициируется и активно поддерживается самим бизнес-сообществом. Со своей стороны, мы также подключили наши подведомственные институты для того чтобы помочь бизнесу продвинуть эту идею. Без такого механизма сделать наш внутренний рынок рыбной продукции цивилизованным будет достаточно сложно», – отметил Василий Соколов.

В завершение встречи, Василий Соколов напомнил, что в этом году Росрыболовство инициировало создание национального бренда «Русская рыба», целью которого является формирование общего представления российских потребителей о пользе и ценности отечественной рыбы, ее популяризация.

Россия. ЦФО > Рыба > fish.gov.ru, 16 сентября 2015 > № 1494476 Василий Соколов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 7 сентября 2015 > № 1492086 Василий Соколов

Нормативная база в целом принята, теперь надо с ней работать

Василий СОКОЛОВ, Заместитель руководителя Росрыболовства

Федеральный закон «Об аквакультуре (рыбоводстве)…» появился в России в июле 2013 года, но лишь спустя два года можно говорить о том, что он действительно заработал. В регионах комиссии полным ходом формируют рыбоводные участки. Территориальные управления Росрыболовства ведут сбор заявок от пользователей и переоформляют старые договоры. Государство выделило первые средства на субсидирование части процентов по кредитам для аквакультурных хозяйств. Как проходит интеграция предприятий отрасли в новое правовое поле и какие первоочередные вопросы находятся в фокусе внимания федерального ведомства, в интервью Fishnews рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

– Василий Игоревич, принятие нормативно-правовых актов, необходимых для реализации федерального закона о аквакультуре, растянулось на два с лишним года. Завершена ли эта работа? Какие документы были выпущены?

– В развитие закона об аквакультуре было выпущено пять постановлений Правительства, включая изменения в положение о Росрыболовстве, 20 приказов Минсельхоза и один приказ Росрыболовства. Сейчас один приказ находится на выходе из Минюста, все остальные приняты, зарегистрированы и вступили в силу. Еще один приказ, далеко не самый ключевой – это справочник, – будет готов буквально на днях. Таким образом, можно сказать, вся нормативная база, которая предполагалась в развитие закона, принята.

Безусловно, есть целый ряд моментов, над которыми мы продолжаем работать. Они касаются внесения изменений как в сам закон об аквакультуре, так и в некоторые подзаконные акты, в том числе в постановления Правительства. Конечно, дорабатываются и методики, утвержденные приказами Минсельхоза. Поэтому работа продолжается, но костяк уже полностью сделан.

– Нормативно-правовые акты в развитие закона об аквакультуре появились относительно недавно, но уже успели вызвать вопросы со стороны бизнес-сообщества. Так, мы не раз писали об опасениях, которые испытывают владельцы лососевых рыбоводных заводов на Сахалине в связи с утвержденными правилами организации торгов по закреплению рыбоводных участков. Расскажите, пожалуйста, какие проблемные моменты в сфере нормативно-правового регулирования аквакультуры вы видите? Как планируется решить вопрос с рыбоводными участками для действующих ЛРЗ?

– На самом деле проблем хватает. Вы затронули только одну тему – это сахалинские заводы. Сейчас мы готовим законопроект, чтобы учесть нюансы не только по сахалинским предприятиям – есть и другие заводы на Дальнем Востоке, которые тоже занимались искусственным воспроизводством. Ими сформирована большая, затратная инфраструктура, которая, к сожалению, выпала из правового поля. Поэтому подготовлены соответствующие изменения в законодательство.

Хотя правоприменительной практики как таковой у нас еще не сложилось, много сложных ситуаций возникает из-за того, что сам закон об аквакультуре почти весь состоит из отсылочных норм. Ряд моментов, который, кстати, предлагался Росрыболовством в свое время, не был учтен в процессе финальной доработки этого закона. Теперь приходится, можно сказать, в ручном режиме их отрабатывать.

Больше всего вопросов связано с двумя моментами – это распределение рыбоводных участков и переоформление тех участков, которые существовали до вступления в силу закона. Тут все очень сложно, потому что кроме рыбопромысловых участков для товарного разведения рыбы существовали самые разные формы хозяйств. Например, озерные товарные хозяйства и другие виды деятельности на водоемах, которые были организованы за рамками, скажем так, закона о рыболовстве или не были своевременно переоформлены после вступления в силу соответствующих норм в 2009 году. Они опять-таки выпадают из правового поля, и сейчас мы ищем пути, как это все учесть.

Новой станет и практика торгов для впервые вводимых участков, я напомню, раньше они распределялись по конкурсу, а сейчас будут аукционы. Предполагается, что на торги будет выставляться не просто некий участок в определенных границах, а договор на длительный период использования водного объекта для целей аквакультуры с обязательствами по осуществлению этой деятельности, где будут прописаны конкретные объемы выращивания. По аналогии с законом о рыболовстве: вырастишь больше – замечательно, вырастишь меньше два года подряд – идет расторжение договора. Хотя тут тоже не все гладко. В частности, одним из существенных условий договора указан список объектов аквакультуры, которые можно выращивать на этом участке. Сейчас мы готовим изменения, чтобы пользователь мог сам расширять этот перечень. Кроме того, по многим водоемам у науки просто нет данных и оценок, сколько и какие виды там можно выращивать.

В целом работы очень много, и проблем уже наметилось достаточно, но они пока что не критичны.

– Хотелось бы уточнить по проблеме лососевых заводов: почему потребовалось внесение изменений в федеральный закон? Разве нельзя было обойтись актом более низкого уровня, например постановлением Правительства?

– Да, такой вариант тоже был. И мы еще полтора года назад, когда Минсельхоз готовил проект постановления Правительства по торгам, разрабатывали его как одну из рабочих версий. В том проекте особенности предприятий, занимавшихся искусственным воспроизводством, учитывались как раз в акте Правительства. Однако, по мнению правовиков, тут требуется именно внесение изменений в закон.

– Но ведь в правовом управлении президента указали на отсутствие правоприменительной практики как препятствие для поправок в закон?

– Это позиция не только правового управления президента – это общая позиция, если закон еще толком не начал действовать, а его уже меняют. Но в данном случае его меняют в связи с тем, что выявлен очевидный пробел: на подготовительной стадии не был учтен очень важный момент. Поэтому мы не видим здесь серьезного противоречия с позицией правового управления президента. Считаем, что законопроект находится в высокой степени готовности, сейчас он вновь проходит согласование и в ближайшее время будет внесен в Правительство, где, надеемся, будет поддержан и направлен в Государственную Думу.

– Предприятия проявляют беспокойство…

– Мы знаем. Более того, в связи с этой ситуацией появилось очень много жуликов, которые пытаются, условно говоря, вскочить на подножку уходящего поезда. Они срочно начинают формировать какую-то отчетность по выпускам, пытаются заключить договоры на искусственное воспроизводство с прицелом на то, чтобы потом получить право на эту речку даже без инфраструктуры. К сожалению, такое тоже есть, у нас люди очень креативные.

– Отслеживает ли федеральное агентство процесс создания комиссий по определению границ рыбоводных участков? Во всех ли регионах завершена эта работа?

– Комиссии созданы при всех территориальных управлениях Росрыболовства, но не во всех регионах. По разным причинам. Одни субъекты сказали, что у них нет подходящих водоемов, и они в принципе не видят перспектив развития аквакультуры. Другие, как Магаданская область, не проявили интереса, обоснованно указывая на суровые условия региона. Хотя закон вообще-то предписывает создание таких комиссий во всех субъектах Федерации.

В целом комиссии созданы везде, где был интерес и желание местных властей. Они работают на постоянной основе – и комиссии при теруправлениях, и комиссии при субъектах, на которых приходится основной удар в части пресноводных водоемов. Идет активный прием заявок, эти заявки рассматриваются. Для примера могу назвать вам такие цифры: до вступления в силу закона на территории Российской Федерации существовало 1956 рыбопромысловых участков для товарного рыбоводства, они сейчас проходят переоформление. За последние полгода принято и рассмотрено еще более 500 заявок на участки, то есть рост практически на 25%.

Более того, ориентировочно на конец сентября – октябрь намечаются по итогам рассмотрения заявок и первые торги, которые будут проводить наши теруправления. Эта работа продолжится, поскольку, как мы считаем, будет расти интерес бизнеса к товарному рыбоводству и, соответственно, расти число заявок. Со своей стороны мы тоже стараемся стимулировать этот процесс. Например, по нашему заданию территориальные управления подготовили перечни водоемов, пригодных под аквакультуру, во всяком случае по максимуму собрали эту информацию. Она размещена в открытом доступе.

Сейчас мы совместно с Минвостокразвития планируем сделать по Дальневосточному региону интерактивные карты, где будут показаны существующие рыбоводные участки вместе с объектами, которые на них разводятся, и те участки, которые запланированы для дальнейшего выставления на торги. Впоследствии этот опыт можно будет распространить на всю страну.

–Вы упомянули интерактивные карты. В Минвостокразвития отмечали, что таким образом хотят добиться максимальной прозрачности в процессе распределения рыбоводных участков.

– Я могу сказать, что уж здесь-то максимальная прозрачность – по новым участкам не будет никаких конкурсов. Конкурсы предусмотрены только для участков, уже задействованных под аквакультуру, по которым заканчиваются сроки договоров. А по всем впервые вводимым участкам будет открытый аукцион. Что здесь непрозрачного? Мы не видим тут никакой закрытости.

Карты нужны в первую очередь для удобства, чтобы люди видели, где есть возможность получить участки и что на них можно разводить. Дело в том, что у Минвостокразвития существуют свои наработки по интерактивным картам в части инвестпроектов, поэтому мы договорились, что один из слоев будет, в частности, по рыбоводным участкам.

По факту это будет совместный проект. Минвостокразвития за государевы деньги заказало и разработало эту программу, поэтому они готовы бесплатно предоставить ее нам. Мы соответственно готовы наполнить ее содержанием. Интерактивная карта появится на сайтах двух ведомств, и мы еще подумаем, как подключить туда наши теруправления, чтобы они напрямую могли обновлять информацию.

В ближайшее время мы планируем подписать соглашение об информационном обмене между Минвостокразвития и Росрыболовством, и уже сейчас готовим основные параметры по заявкам. А потом занесем и действующие участки. Надеюсь, что это будет удачный и полезный проект.

– Вы сказали, что до выхода закона в стране действовало почти 2 тыс. участков. Как проходит процесс переоформления этих договоров? Все-таки уже второе полугодие, все успеют переоформиться?

– Мы подгоняем всех, потому что установлены определенные сроки после вступления в силу закона. Рассчитываем, что все успеют. Вначале активность была очень низкая, шли единичные предприятия, сейчас идет поток. Поскольку пока переоформлено меньше половины, по нашим прогнозам, на оставшиеся три месяца придется основная нагрузка в этой части. Но информацию, что надо прийти, мы доводим до хозяйствующих субъектов, чтобы не повторить опыт 2009 года, когда многие не пошли переоформлять договоры и, соответственно, выпали из правового поля.

Более того, мы раз в месяц собираем все теруправления по селектору с приглашением администраций и представителей бизнеса. Выясняем все моменты правоприменения, какие сложности возникают на местах, как идет переоформление, как продвигается работа комиссий. Теоретически могут появиться проблемы, например, с наложением границ участков в территориальном море и во внутренних водах, поскольку там пересекаются полномочия обеих комиссий.

Задача теруправлений – отслеживать, чтобы таких случаев не происходило, и здесь очень важен тесный контакт с субъектами. Главное, что должностные лица Росрыболовства вошли в субъектовые комиссии, а представители регионов – в наши, как раз чтобы исключить такие моменты. Кстати, создание интерактивных карт также поможет убрать эту проблему.

Еще одной причиной затягивания процесса переоформления, судя по всему, может быть то, что некоторые пользователи, которые выиграли участки на конкурсе по определенным параметрам, понимают, что на самом деле они их не выдерживают. При переоформлении конкурсная документация будет поднята, и все, что они заявляли в своем бизнес-плане, будет подгружено в договор. Они обязаны будут заниматься на участке аквакультурой. Не хочешь заниматься – тогда через два года освободи место другому.

– Весной было заявлено о планах по укрупнению бассейновых управлений по рыболовству и сохранению водных биоресурсов. Как продвигается работа по реформированию системы рыбводов? Каких результатов планируется за счет этого достичь?

–Действительно, такая работа ведется. Не секрет, что у нас регулярно проходят секвестры бюджета, которые в том числе отражаются и на существовании наших подведомственных рыбводов. Поэтому вопрос оптимизации их деятельности стоит остро. Денег доводится все меньше и меньше, цены растут, а восстанавливать запасы ВБР тем не менее нужно, так что было принято решение оптимизировать деятельность рыбводов.

Пока в качестве эксперимента мы взяли Южный федеральный округ – Ростов и Краснодар, а также Калининградскую область. По Калининграду небольшой район, где работает наш рыбвод и наш институт. Причем рыбвод арендует у института и мощности, и площади. Поскольку у нас есть неплохая практика по КаспНИРХ, когда институт успешно занимается воспроизводством осетровых, мы приняли план реорганизации по этим объектам. Основная цель – повысить эффективность деятельности наших учреждений.

Реорганизация должна быть завершена до 1 января 2016 года, поэтому первый опыт мы получим уже в следующем году. На будущий год мы уже будем формировать госзадание кластерно для этих экспериментальных комплексов.

– Речь идет об объединении учреждений?

– Не просто об объединении. С одной стороны, я бы назвал это профильной кластеризацией – объединяются рыбводы с заводами, выделяется группа нерестово-выростных хозяйств. С другой стороны, институтам передается проведение мониторинговых работ. Мы концентрируем и людские ресурсы, и технические средства по профильности.

На сегодняшний день имеет место не совсем рациональное использование государственных денег. Например, Центррыбвод и Мосрыбвод – в чем между ними разница? Только в том, что у одного есть заводы, а у другого нет? Зачастую средства распыляются на вещи, которые не дают никакого эффекта, а между тем существует масса объектов, которые требуют серьезного внимания и больших денежных вливаний именно по воспроизводству запасов. Это касается осетровых, сиговых, по байкальскому омулю выпуски резко сокращаются.

Или мониторинговая работа ряда ФГБУ, которая явно требует серьезной реорганизации. Мы ведь не зря весь мониторинг передаем от рыбводов в институты. По факту это выполнение одних и тех же работ. Институты и до этого осуществляли мониторинг, более того, у них есть все полномочия и возможности этим заниматься, а у рыбводов они очень ограничены, им не разрешено даже вылавливать рыбу, которая необходима для исследований. У институтов все это есть. Поэтому мы передаем не только полномочия и деньги, но и специалистов и технику. Получается, мы просто оптимизируем деятельность наших подведомственных институтов и рыбводов и убираем дублирование работ.

– Какая, на ваш взгляд, главная задача стоит сейчас перед Росрыболовством в сфере развития аквакультуры?

– Самое главное – чтобы это направление заработало и заработало эффективно. Чтобы бизнес начал активнее входить в эту сферу, встречая как можно меньше проблем. Пока, к сожалению, проблем достаточно. Далеко не все урегулировано законодательством, очень многое отрабатывается в ручном режиме.

Нет, например, в законе рыбоводно-биологического обоснования, хотя это традиционная вещь, которая всегда была у рыбоводов. Соответственно, ни в один подзаконный акт мы его внести не можем. Очень плохо учтена роль науки, проблемы с собственностью рыбовода на разводимую рыбу, пока она не изъята из воды, есть вопросы с правоприменением, с теми же русловыми прудами – масса неурегулированных моментов…

Из хорошего могу сказать, что все-таки на субсидии деньги были выделены, правила приняты, заявки собраны и в настоящее время рассматриваются созданной для этих целей комиссией в Росрыболовстве. Начали проводиться работы по науке. Активно включились в подготовку специалистов в сфере аквакультуры наши вузы, потому что кадров очень не хватает. Сейчас в учебных заведениях сформированы кафедры и отдельные направления по рыбоводству, набирают преподавателей, развивают опыт по обмену студентами с зарубежными странами, в первую очередь с Норвегией и Китаем.

Поэтому положительные моменты есть. Главное, что нормативная база в целом принята. Теперь надо с ней работать и через какое-то время, если понадобится, вносить изменения.

Маргарита КРЮЧКОВА,

Анна ЛИМ

Россия > Рыба > fishnews.ru, 7 сентября 2015 > № 1492086 Василий Соколов


Россия. ДФО > Рыба > fish.gov.ru, 15 мая 2015 > № 1370201 Василий Соколов

Интервью заместителя руководителя Росрыболовства Василия Соколова Деловому порталу Bigness.Ru

Сокращение поставок рыбы с Дальнего Востока - сезонное явление

Несмотря на ввод эмбарго и слова президента о необходимости наполнять российский рынок отечественной рыбой, с начала 2015 года объемы перевозки рыбы с Дальнего Востока на запад России сократились. О причинах снижения поставок дальневосточного улова Bigness.Ru рассказал заместитель руководителя Федерального агентства по рыболовству Василий Соколов.

- Как сообщили СМИ в пресс-службе Дальневосточной железной дороги (ДВЖД), пока погружено всего 121 900 тонн тихоокеанской рыбы для перевозки на запад России. Это на 8,4 процентов меньше объема погрузки за аналогичный период 2014 года. В чем причина? И были ли запущены какие-то новые механизмы по стимулированию поставок рыбы на внутренний рынок в 2015 году?

- В прошлом году на внутреннем рынке была очень благоприятная конъюнктура, даже невзирая на скачок доллара. В итоге, за прошлый год у нас сократился экспорт и очень сильно сократился импорт. Объемы поставок на внутренний рынок были значительные. Надо разобраться, почему был большой отрыв, например, по селедке, если брать Дальний Восток. Сельдь начали в прошлом году ловить повсеместно с 1 января, включая и Западную Камчатку. В этом году для сохранности ресурса, только исключительно для этих целей, сроки промыслов Западно-Камчатской, так называемой гижигинско-камчатской, селедки был перенесен на более позднее время. Оно правда, тоже уже завершилось. Но существует определенный люфт доставки. То есть пока транспорта забились, пока идут, все это сказывается на поставках на внутренний рынок. Поэтому это сезонные явления, связанные больше с промысловой деятельностью, нежели с объективными данными по поставкам за пределы или внутрь страны.

- На простом покупателе это как-то скажется?

- Я думаю, на простом покупателе это уж точно не отразится. Мы прогнозируем, что будет только снижение цены на внутреннем рынке. К сожалению, сложилась не совсем удачная ситуация именно по поставкам на внутренний рынок в том плане, что в прошлом году из-за спекулятивного ажиотажа на скачке доллара были произведены закупки ритейлом по очень высоким ценам. По таким ценам наше население было не готово покупать эту рыбу. Поэтому сейчас имеются достаточно большие запасы, которые не обеспечены спросом, и по факту многие перепродавцы сейчас попали в тяжелую ситуацию, потому что купили по высокой цене при том, что закупочная цена на внутреннем рынке, так же, как и на внешнем, начинает достаточно быстро снижаться. Поэтому проблемы есть именно между теми, кто закупился в прошлом году или в начале этого года под высокий доллар, и теперь имеет проблемы со сбытом купленной продукции.

- Когда ситуация нормализуется? От чего это зависит?

- В данном случае это решает бизнес. То есть ясно, что цены не могут сейчас пойти вверх, особенно при снижающемся долларе. Покупательская способность тоже несколько снизилась у нашего населения, поэтому в итоге подержат-подержат и будут продавать. Традиционно, если смотреть годовую динамику по продажам, то лето является наименее оптимальным сезоном для продажи рыбы. То есть обычно продажи активно растут осенью-зимой и к лету начинают спадать в силу особенностей закупок непосредственно населения. Поэтому ничего страшного в этом не вижу, летом спрос будет снижаться так же, как в прошлом, в позапрошлом и во всех предыдущих годах. Поэтому цены должны снижаться, во всяком случае, закупочные цены в магазинах будут снижаться. Насколько продавцы будут не наглеть, сложно сказать, потому что есть у них определенный люфт и вообще контролировать магазин - не наша задача. Но часть ритейлов будет в тяжелом положении из-за того, что они потратили одни деньги, а будут получать другие деньги. На населении это точно не скажется. Неоправданно взвинченные цены в прошлом году должны сейчас пойти вниз.

Россия. ДФО > Рыба > fish.gov.ru, 15 мая 2015 > № 1370201 Василий Соколов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 31 марта 2015 > № 1330933 Василий Соколов

Василий Соколов: Заявления ФАС о вреде «исторического принципа» ошибочны

Сообщение Федеральной антимонопольной службы о пагубных результатах увеличения срока закрепления квот – отсутствии инвестиций в отрасль, увеличении числа рантье – не соответствует действительности, отмечает заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

Напомним, 26 марта на заседании Экспертного совета при ФАС России по развитию конкуренции в сфере рыбохозяйственного комплекса представители антимонопольной службы заявили, что увеличение срока закрепления квот не привело к положительным изменениям в отрасли. По словам замруководителя ведомства Алексея Доценко, анализ развития рыбного хозяйства за последнее десятилетие показал отсутствие инвестиций, физический износ флота на 90%, установление барьеров для входа производителей на рынок, появление «квотных рантье».

Начальник управления контроля ЖКХ, строительства и природных ресурсов ФАС Вадим Соловьев сообщил, что данные по инвестициям и износу судов представлялись Росрыболовством на заседаниях рабочих групп, в том числе межведомственной рабочей группы по подготовке предложений, направленных на развитие рыбохозяйственного комплекса. Представитель ФАС добавил, что антимонопольная служба провела собственное исследование, связанное с лизинговыми компаниями, которое показало: финансовые инструменты в судостроении не работают. «По нашим данным, по данным лизингового рынка, Росрыболовства, красивой картинки нет с точки зрения отрасли», - подытожил Вадим Соловьев.

Fishnews обратился за разъяснениями к заместителю руководителя Федерального агентства по рыболовству Василию Соколову.

«Во-первых, непонятно, как связана Федеральная антимонопольная служба и модернизация «исторического» принципа. В стране есть орган, ответственный за госполитику в области рыболовства, – это Министерство сельского хозяйства. А ФАС является согласующим органом, но никак не законотворцем в этом отношении. Это не в их полномочиях», - подчеркнул Василий Соколов.

Он отметил, что Росрыболовство никакой аналитики в антимонопольную службу не представляло. «Данных, согласно которым в отрасли полный износ флота, упадок и куча рантье, мы не направляли. Наоборот, после введения десятилетнего периода закрепления долей квот количество рантье снизилось, повысилась эффективность пользователей. Да, нового флота появилось не так много, как хотелось бы, но он по своему возрасту моложе, чем, скажем, японский и американский. Более того, существенно повысилась его производительность за последние несколько лет за счет глубокой модернизации. На инвестиции в береговую переработку построены великолепные перерабатывающие заводы на Камчатке и Сахалине. Вылов увеличился на миллион тонн по сравнению с 2004 годом, когда вступило в силу первое закрепление долей квот», - рассказал замглавы ФАР.

Собеседник Fishnews обратил внимание на выполненную модернизацию судов. «Если в советское время 70-80 тонн на БАТМ считалось – передовик производства, то сейчас 140-150 тонн – это норма. Поставлены новые линии, новые двигатели, современные цеха, новейшее навигационное и поисковое оборудование. К сожалению, ничего из этого в нашей стране не производится. Кстати, на Северном бассейне предприятия построили новейшие суда на зарубежных верфях.

Мне непонятно, на чем строятся выводы ФАС. Есть справки о том, что флот стареет, это так, но возраст судов - вообще не показатель. Плохо, если флот технически отсталый. Флот у нас достаточно «молодой» по сравнению с мировыми рыболовными державами. Вот только ресурсов для модернизированных судов уже не хватает. Рыбаки готовы и дальше строить флот, но за какую цену и под какой ресурс? Поэтому на чем строятся утверждения коллег из ФАС, мне не совсем понятно», - заметил Василий Соколов.

Он подчеркнул, что увеличение срока закрепления квот в целом благоприятно сказалось на рыбном хозяйстве России. «Есть некоторые «шероховатости», определенный импульс, данный «историческим» принципом, сейчас исчерпывается. Поэтому мы работаем над изменениями в законодательстве, которые обеспечат новый толчок развития отрасли. Но в целом принцип был крайне положительным, он дал очевидный хороший эффект и очень позитивные изменения налицо», - резюмировал заместитель руководителя Росрыболовства.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 31 марта 2015 > № 1330933 Василий Соколов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 марта 2015 > № 1323295 Василий Соколов

Рынок сделал неэффективной господдержку перевозок рыбопродукции

Ранее прорабатывался вопрос субсидирования доставки рыбопродукции с Дальнего Востока в центральные регионы страны. Однако в нынешних рыночных условиях эта мера малоэффективна, отметил заместитель главы Росрыболовства Василий Соколов.

Замруководителя Росрыболовства Василий Соколов, общаясь с журналистами в рамках работы во Владивостоке, прокомментировал тему поддержки перевозок рыбопродукции. По словам представителя ФАР, сейчас установившаяся цена на рыбные товары на внутреннем рынке делает доставку рентабельной. И хотя стоимость перевозки рыбы из дальневосточных регионов в западные не понизилась, эти расходы составляют незначительную часть в общей цене на продукцию. «Идея о субсидировании доставок сельди из Владивостока в Москву давно прорабатывается, уже был подготовлен специальный акт Правительства. Однако сейчас курсовая разница и резкий скачок цен на рыбу делают эту меру неэффективной», – сообщил Fishnews Василий Соколов. Он отметил, что проблемы, иногда возникающие с подвижным составом, ведомству обычно удается решать быстро.

Также замглавы Росрыболовства подчеркнул, что, несмотря на рост поставок рыбопродукции на внутренний рынок по сравнению с прошлым годом, эти товары не очень востребованы в центральных регионах страны из-за их высокой цены.

«Население зачастую не может себе позволить купить какие-то виды продуктов. И речь идет не о деликатесах – красная рыба в силу спекулятивного спроса «подскочила» очень сильно, – констатирует Василий Соколов. – Спекуляции появились на основе запрета на ввоз семги из Норвегии. Хотя этот сегмент рынка иной, он негативно сыграл на ценовом сегменте российской горбуши и кеты». По мнению заместителя руководителя Росрыболовства, пока покупательский спрос не уравняется с ценовым предложением, актуальность мер по поддержке доставки рыбопродукции будет небольшой.

В целом ситуация в 2014 г. с ценой на лососевые в прошлом году была необычной – уже привыкший к горбуше покупатель искал именно ее, по итогу стоимость этой рыбы вплотную приблизилась к уровню стоимости кеты, напомнил представитель ФАР. Однако практически сравнялся и вылов этих двух объектов. «И такая ситуация может продолжаться, поскольку долгосрочные прогнозы науки говорят о прохождении исторического максимума численности горбуши и ее постепенном снижении», – проинформировал Василий Соколов.

Заместитель руководителя Росрыболовства также сообщил, что подготовка к «красной» путине идет интенсивно, наука дает благоприятный прогноз. Пока, по данным ученых, ожидаются неплохие подходы горбуши к Восточной Камчатке, менее оптимистичный прогноз по курильской горбуше. «Путина, как всегда, будет непростая, но мы рассчитываем, что весенние съемки ученых смогут принести больше ясности о перспективах вылова», – подытожил замглавы рыбного ведомства.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 марта 2015 > № 1323295 Василий Соколов


Марокко. Россия > Рыба > fishnews.ru, 17 апреля 2014 > № 1056005 Василий Соколов

Соглашение с Марокко не подпадает под нормы закона о рыболовстве

Василий СОКОЛОВ, Заместитель руководителя Росрыболовства

7-8 апреля в Агадире состоялась очередная сессия российско-марокканской комиссии по рыболовству, на которой обсуждались вопросы сотрудничества двух стран, в том числе условия промысловой деятельности российских судов в атлантической рыболовной зоне Марокко. Подвести итоги переговоров и рассказать о проблемах, возникающих в ходе реализации российско-марокканского соглашения в области рыболовства, в интервью Fishnews согласился участник комиссии, заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

– Василий Игоревич, как на этот раз проходила сессия российско-марокканской комиссии по рыболовству? К каким результатам пришли участники переговоров?

– Сессия прошла в рекордно короткие сроки и на более высоком уровне, чем обычно. В соответствии с распоряжением Правительства официальным представителем Российской Федерации в российско-марокканской комиссии по рыболовству был назначен заместитель министра сельского хозяйства – руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков, который возглавил российскую делегацию в Агадире. С учетом этого марокканскую сторону на переговорах представлял министр сельского хозяйства и рыболовства Королевства Марокко Азиз Аханнуш.

К тому же в эти дни в порт Агадира зашло учебно-парусное судно Росрыболовства «Крузенштерн», на борту которого состоялось открытие сессии, там же был подписан и итоговый протокол. Все это произвело большое впечатление на марокканскую делегацию, а мероприятия, связанные с открытием сессии привлекли огромное внимание местных СМИ.

Наверное, благодаря такому заделу, а также состоявшейся в самом начале визита встрече глав делегаций, сессия прошла очень конструктивно. Королевство Марокко, как и в прошлом году, выделило для российских судов квоту на добычу 100 тыс. тонн пелагических рыб (скумбрия, ставрида, сардинелла, сардина, рыба-сабля) и на тех же финансовых условиях. При этом в соответствии с договоренностями между руководителями делегаций в протоколе была отмечена возможность пересмотра выделяемого объема квот по итогам научных исследований. С этой целью предусмотрено проведение внеочередной сессии до октября текущего года.

Кроме вопросов о выделяемых ресурсах и финансовой компенсации за эти объемы, на сессии традиционно рассматривались планы научно-технического взаимодействия, расширения сотрудничества в области образования, а также некоторые моменты, связанные с промысловой деятельностью российских судов. Надо сказать, что в нынешнем году впервые за последнее время для марокканских студентов предусмотрено 17 мест в учебных заведениях Росрыболовства (из 32 заявок, поданных марокканцами на обучение в России). В целом можно сказать, что сессия прошла в благоприятной, дружественной атмосфере.

– С какими наиболее сложными вопросами пришлось столкнуться российской делегации по ходу переговоров?

–Во-первых, традиционно непростым был вопрос по выделяемым нам квотам. Российская сторона предложила увеличить предоставляемые российским рыбакам объемы. Однако наши коллеги сослались на то, что это ресурс Королевства Марокко, который распределяется в соответствии с местным законодательством и правилами управления мелкими пелагическими рыбами, поэтому дальнейшее обсуждение перенесено на осень.

Другим сложным моментом стали различия в видовом составе российских уловов. В соответствии с предыдущим протоколом для российских судов установлены правила, согласно которым в уловах должно было быть определенное соотношение видов: 65% – скумбрия и ставрида, 30% – сардина и сардинелла и 5% – прилов. По факту же российский флот показал уловы, почти на 90% состоящие из скумбрии и ставриды.

И конечно, проблемным оказался вопрос о финансовой компенсации за право добычи рыбных ресурсов, которую в соответствии с соглашением должна выплачивать российская сторона. Марокканцы всегда настаивали на этом пункте соглашения, понимая под российской стороной Правительство Российской Федерации. Однако бюджетом такие расходы не предусмотрены, и Росрыболовство не смогло добиться согласования от Минфина для выделения 5 млн. долларов на эти цели. В связи с этим стороны договорились, что такая выплата может быть произведена государственным предприятием, осуществляющим рыболовство. Таким образом Россия предоставляет гарантии по соблюдению норм и законов Марокко в части доступа к ресурсам.

– Насколько мне известно, как раз по доступу к ресурсам в зоне Марокко определенные претензии в адрес Росрыболовства высказывала Федеральная антимонопольная служба. В частности, ФАС и одна из добывающих компаний потребовали провести распределение квот между рыбопромышленниками в соответствии с постановлением Правительства РФ от 12 августа 2008 года № 604. Какова на сегодняшний день позиция федерального агентства?

– Действительно, в Росрыболовство поступило представление от Федеральной антимонопольной службы, в котором предписывается провести «распределение и определение долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов». Должен сказать, что наше законодательство предусматривает такой механизм, как распределение квот добычи водных биоресурсов между заявителями путем заключения с ними договоров о закреплении долей квот на 10 лет на основании данных государственного рыбохозяйственного реестра об объеме добытых заявителями водных биоресурсов за 9 лет, предшествующих расчетному году. Уже сама формулировка представления говорит о неверном применении ФАС норм материального права, установленных законом о рыболовстве.

Однако соглашение в области рыболовства с Королевством Марокко предусматривает предоставление российской стороной только списка судов, которые будут осуществлять промысел в зоне Марокко. Распределение квот между этими судами осуществляется марокканскими компетентными органами.

Также необходимо учитывать, что используемое в российском законодательстве понятие «квота добычи (вылова) водных биоресурсов» всегда имеет конкретные характеристики, которые позволяют разделить ее на доли без дополнительных условий. Речь всегда идет о конкретном виде водного биоресурса в определенном районе вылова. Каких-либо персональных ограничений для реализации права на добычу водных биоресурсов не устанавливается. Между тем, соглашением предусмотрено выделение (и только на первый год действия) квоты в размере 100 тыс. тонн, которая на 95% должна состоять из таких видов рыб, как сардина, сардинелла, скумбрия, ставрида и анчоус, а также 5% прилова иных видов.

При этом к безусловным полномочиям марокканской стороны отнесено ежегодное определение общего состава уловов по группам видов рыб, определения районов промысла, учетных цен, а также количества и типа российских рыболовных судов, осуществляющих рыбопромысловую деятельность. В соглашении также есть условие о возможности ведения промысла не более чем 10 судами одновременно.

Таким образом, применяемое в соглашении понятие «квота вылова» не соответствует буквально термину «квота добычи (вылова) водных биоресурсов», используемому в законе о рыболовстве, что в сочетании с наличием ограничения по количеству одновременно допускаемых к промыслу судов, а также обязательством по финансовой компенсации, выплачиваемой до захода судов в зону Марокко, не вписывается в действующие в Российской Федерации нормы, определяющие право вылова.

Предоставление права на добычу водных биоресурсов путем закрепления за пользователями долей квот также подразумевает необходимость выдачи Росрыболовством пользователям разрешений на вылов, что противоречит соглашению, в котором от российской стороны требуется только предоставление списка российских судов. Следует учитывать и недавно опубликованное решение Арбитражного суда Москвы, указывающее на невозможность применения постановления Правительства от 12 августа 2008 года № 604 в случае с марокканским соглашением.

Имеется и целый ряд других моментов, по которым условия данного соглашения не подпадают под нормы закона о рыболовстве. Так, срок действия соглашения – всего 4 года. До этого действовали соглашения на двухлетний и трехлетний периоды. Были годы, когда соглашение прекращало свое действие, и российские суда не могли осуществлять рыболовство. В качестве обременений марокканцы выставляют требования по числу местных рыбаков в составе экипажей, производству продукции и т.д.

Надо сказать, что в заявочные кампании 2004 и 2008 годов заявок на закрепление долей по историческому принципу в этой зоне в Росрыболовство не поступало. Так как данный район не может считаться вновь открытым, а также районом, в котором действовал запрет рыболовства, то при отсутствии договоров на доли квот какое-либо закрепление прав на добычу законом не предусмотрено.

Также необходимо учитывать, что марокканцы после печального случая с компанией «Севнаучфлот», которая не расплатившись за выловленную рыбу, покинула зону Марокко, требуют гарантий именно от Российской Федерации по обеспечению установленных королевством правил доступа к своим ресурсам. Сейчас нами подготовлены изменения в закон о рыболовстве, предусматривающие отдельный порядок для этого соглашения. Будем стараться, чтобы соответствующие поправки были приняты.

Людмила ДЕМЕНТЬЕВА, Fishnews

Марокко. Россия > Рыба > fishnews.ru, 17 апреля 2014 > № 1056005 Василий Соколов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 января 2014 > № 989363 Василий Соколов

Чем больше рыбы ты везешь в Россию, тем больше ты виноват

В апреле 2011 года на пресс-конференции, отчитываясь о результатах исследования ценообразования на рыбу, статс-секретарь – заместитель руководителя ФАС России Андрей Цариковский заявил, что наибольшая часть наценки – до 70% – образуется на этапе посредников («серая зона») и торговых сетей. Именно этот сектор должен был стать предметом дальнейшего расследования антимонопольной службы.

Однако спустя год внимание ФАС оказалось приковано совсем не к посредникам-перепродавцам, а к рыбодобытчикам. Последних обвинили в создании картеля на рынке икры минтая и наказали рублем. Максимальные штрафы – на десятки миллионов рублей – получили предприятия, откликнувшиеся в свое время на призыв чиновников увеличить поставки рыбы на российский рынок, тогда как компании, работающие преимущественно на экспорт, отделались легким испугом. Насколько соответствует такой подход политике государства в рыбохозяйственном комплексе, проводимой последние годы под лозунгом «рыбу на берег», корреспонденту Fishnews рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

– Василий Игоревич, большинство предприятий, которым были назначены миллионные штрафы за участие в «минтаевом картеле», намерено идти до конца и обжаловать решение ФАС в судебном порядке. Росрыболовство будет поддерживать рыбаков в этих судебных процессах?

– Меня очень удивило и заключение ФАС в отношении минтаевого дела и тем более решение Арбитражного суда города Москвы, подтвердившего его законность. Тут сложно что-то комментировать, суд есть суд, но мы будем следить за развитием дела в следующих инстанциях. Рыбаки, разумеется, возмущены санкциями и не сидят сложа руки. Насколько мне известно, активно судятся сахалинские предприятия, которые вообще не подписывали никаких соглашений и все равно получили предписания об уплате штрафов. Решительно настроены камчатские компании и тоже собираются отстаивать свои права в суде.

Поразительно, но самый большой штраф достался Преображенской базе тралового флота – только за то, что она осуществляла самые крупные поставки минтая на внутренний рынок. Такой абсурд даже представить сложно! Получается, что чем больше рыбы ты везешь в Россию, тем больше ты виноват. Что это, как не прямое подталкивание рыбаков к продаже рыбы за границу? Повторю, точку в этом деле рано или поздно поставит суд, но сам подход крайне удивителен.

В связи с этим руководство ПБТФ направило обращения в различные инстанции: в администрацию Президента РФ, Правительство, Министерство сельского хозяйства, эти письма поступали на рассмотрение и в Росрыболовство. Со своей стороны, мы сообщили, что нормы по выходу икры, которые присутствуют в Правилах рыболовства, научно обоснованы, направлены на сохранение запасов и противодействие браконьерству. В этой части в пределах своей компетенции мы считаем, что Преображенская база тралового флота, как, впрочем, и все остальные, кто брал на себя добровольные обязательства по их соблюдению, действовала в рамках рыбоохранного законодательства.

Для меня лично такая постановка вопроса сродни тому, как если бы рыбаки все вместе подписали обязательство не заниматься браконьерством и их за это наказали. Потому что по факту это одно и то же. Я об этом говорил на заседании комиссии ФАС, не знаю, почему меня не услышали те, кто вел разбирательство.

– Какая связь между ограничением выпуска икры минтая 4,5% и повышением розничных цен на филе минтая, минтай б/г – основную продукцию, которую мы видим на прилавках российских магазинов?

– А никакой связи здесь нет. Я затрудняюсь оценить объемы внутрироссийского рынка икры минтая, потому что в нашей стране этот продукт не имеет спроса, у нас нет культуры его потребления. Думаю, многие помнят, что даже в эпоху тотального дефицита в Советском Союзе, когда с деликатесами было совсем плохо, баночки «Икра минтая» никто не хотел покупать. Это востребованный продукт в странах Юго-Восточной Азии, где он традиционно используется во многих блюдах, и де-факто это продукт экспортный. Поэтому речь идет в первую очередь о зарубежном рынке. Никто же не предлагал ограничивать выход филе или минтая б/г, то есть той продукции, которую едят россияне. Все ограничения шли по икре, основной рынок для которой это Япония и Южная Корея.

Икра минтая – достаточно дорогой экспортный продукт, но на внешнем рынке мы конкурируем с американскими производителями, а их продукция всегда продается дороже, чем наша. Американцы любыми способами борются за то, чтобы их компании получали максимальную прибыль от использования водных биологических ресурсов, и нам бы по-хорошему нужно делать то же самое. Меня всегда поражало то, что российская продукция из водных биоресурсов на международном рынке, как правило, стоит дешевле, чем аналогичные товары под маркой США или ЕС. Потому что в этих странах и на государственном уровне и на уровне отраслевых ассоциаций делают все возможное, чтобы продавать как можно дороже, и это правильно. А у нас получается с точностью до наоборот.

Нельзя забывать и о том, что эффективность любых природоохранных мер связана в том числе с высокой сознательностью пользователей. Они должны понимать, что рыба – это не однодневная кормушка, а ресурс, который желательно передать и детям, и внукам-правнукам. Но в нынешней ситуации требовать от рыбаков какой-то сознательности очень сложно. Ведь фактически получается, что как только наши рыбаки из чувства самосохранения – все-таки свои запасы никому не хочется угробить, все хотят работать долго и счастливо – предприняли определенные шаги, в полной мере отвечающие государственной политике использования водных биоресурсов, то сразу получили за это и очень жестоко. Во-первых, полностью очернили репутацию всей отрасли, а во-вторых, еще и наказали рублем.

При рассмотрении дела комиссией ФАС полностью игнорировался тот факт, что действия, направленные на сохранение запаса, в любом случае будут вести к ограничению производства продукции. Это нормально, ведь рыба – ограниченный ресурс. Конечно, если ты – браконьер и тебя не сдерживают разрешения, то ты выловишь и продашь не одну квоту, а десять, но в результате от запаса ничего не останется. Можно вспомнить, что творилось до ввода этой нормы в Правила рыболовства. Выход икры минтая порой достигал 12%, 14% и даже 20%! В пересчете на массу улова получается, что 40% от рыбы составляла икра, что нонсенс.

Отражая в отчетах такие цифры, недобросовестные пользователи, имеющие небольшие объемы квот, пытались максимально заработать, а пограничники, не имея никаких рычагов, ничего не могли с ними сделать. Огромные отходы шли за борт, то есть запас по-настоящему разворовывался, шло уничтожение популяции. То, что в этих условиях рыбаки смогли объединиться, решили строго соблюдать закон и стараться максимально сохранить этот запас, я считаю большим достижением.

И не надо думать, что этот путь был легким. Ведь в первой редакции правила, регламентирующие выход икры не более 4,5%, оказались технически неправильно оформленными. В результате пограничниками были задержаны десятки судов, принадлежащих именно тем предприятиям, которые сейчас обвиняются в том, что у них якобы был сговор. Тогда многие судовладельцы заплатили колоссальные штрафы за то, что выход икры оказался на несколько килограммов больше положенного. Выходит, что они пострадали в 2008 году – за то, что не соблюдали норму, а сейчас страдают в 2014 году – за то, что соблюдали.

– В расследовании комиссии ФАС осталось неясным, кто пострадал от действий так называемого «минтаевого картеля». Государство прямых убытков не понесло, рыбные запасы пребывают в прекрасном состоянии, потребительские цены на продукцию из минтая не растут, конкуренты не жалуются. Чьи же интересы защищал антимонопольный орган?

– Не знаю. Для меня удивительно, что в какой-то момент Федеральная антимонопольная служба даже собиралась направить обращение к своим японским коллегам, чтобы они применили санкции к нашим рыбакам! Это унизительно, по-другому не скажешь, чтобы наших же рыбаков еще и японцы наказали. Да те с радостью бы наказали, если бы нашли за что! Им-то, конечно, выгоднее, если наша продукция у них будет продаваться дешевле, а Российская Федерация будет получать меньше денег. Слов нет! О какой конкуренции здесь идет речь? Каждая страна должна защищать своих граждан, своих хозяйствующих субъектов на внешнем рынке. Это святая обязанность государства. И ни в коей мере не наказывать за то, что они пытаются эти интересы отстоять.

Внутренний рынок – другое дело. Но ведь три года назад на правительственной комиссии, которую тогда возглавлял вице-премьер Виктор Зубков, прозвучал доклад ФАС, где было сказано, что рыба, проданная рыбаком по одной цене, на прилавке стоит в несколько раз дороже. В антимонопольной службе даже окрестили этот разрыв «серой зоной». Но причем тут рыбак? Он пришел в порт, сдал улов по прозрачным схемам, а дальше начинается что-то непонятное. В результате рыба дорогая, а обвиняют в этом опять же рыбака, да еще выставляют ему разорительные штрафы.

Еще раз подчеркиваю, что абсурдно увязывать размеры штрафа с объемами поставок рыбы на внутренний рынок. Они же не икру поставляли, они везли в страну минтай. Но в глазах ФАС обязательство ряда предприятий поставлять на внутренний рынок не менее 10% улова стало еще одним свидетельством сговора. Да мы сами в Росрыболовстве все время убеждали их, уговаривали: сделайте план, как увеличить поставки на внутренний рынок, прекращайте везти все за рубеж. Ну вот вам и результаты. Одни чиновники призывали рыбаков везти больше рыбы на берег, а теперь другие чиновники их за это же и наказывают. Поэтому мы и не можем российскую рыбу на российский берег завернуть, потому что ее мало того все встречают «с ложкой», что называется, так еще и такие репрессивные меры.

– В связи с чем, на ваш взгляд, фокус внимания антимонопольного ведомства вдруг так резко переместился с «серой зоны» на рыбодобытчиков?

– Распутывать все эти хитросплетения здесь на берегу очень сложно, куда проще выставить крайним производителя и наказать его. А вот разбираться со всеми посредниками, с бесчисленными фирмами-однодневками, с запутанной документацией, ссылками на «коммерческую тайну» и другими уловками – дело долгое и малоперспективное. Перекупщики и сети скорее заплатят административный штраф, чем раскроют данные о закупках и ценах. Именно с этим и столкнулись сотрудники ФАС, когда попытались проследить цепочку ценообразования по рыбе. Оказалось, гораздо проще сосредоточить усилия на том, что лежит на поверхности, а не копать вглубь. Как результат – такие обвинения.

– Получается, рыбаки именно в силу прозрачности своей деятельности оказались в этом плане самым удобным объектом?

– Конечно. И ладно бы ФАС выявила что-то серьезное, а то ведь вскрыли сговор о том, что люди не будут заниматься браконьерством. Да им памятник надо за это ставить, а не штрафовать.

– Сговор подразумевает скрытое соглашение, но разве Ассоциация добытчиков минтая делала тайну из своих намерений соблюдать норму выхода икры минтая?

– Нет, это озвучивалось и в прессе, и на научно-промысловых советах. Они выходили на все уровни и открыто говорили, что беда и с международным рынком, где мы не отстаиваем свои позиции, и с запасами, и, я считаю, были приняты правильные меры. Карать их за то, что эти компании пять или шесть лет назад оказались более сознательными, чем все остальные по меньшей мере странно. По-человечески обидно, что хорошие начинания, которые дали реальный и экономический, и рыбоохранный эффект, вдруг обернулись таким кошмаром для бизнеса.

Всегда надо судить по результатам. Вот объявила ФАС о ликвидации картеля. И что цена на минтай упала? Не упала она на внутреннем рынке, поскольку зависит совершенно от других факторов. Что рыбы стали больше есть? Да нет, столько же. А ведь предполагалось, что ассоциация начнет продвижение рыбной продукции на внутреннем рынке, предусматривался целый комплекс мер, в том числе поддержка научных исследований, внедрение системы наблюдателей и много других моментов. Где теперь эти меры? А рыбаки ничего не делают, потому что боятся новых обвинений. Сейчас они судятся с ФАС каждый сам по себе, их даже здесь лишили возможности консолидированно бороться за свои права, а мое личное мнение, что эти права были попраны.

Василий СОКОЛОВ, Заместитель руководителя Росрыболовства

Анна ЛИМ, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 января 2014 > № 989363 Василий Соколов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter