Всего новостей: 2551172, выбрано 4 за 0.013 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Бельянинов Андрей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкиТаможнявсе
Бельянинов Андрей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкиТаможнявсе
Россия > Таможня > zavtra.ru, 23 ноября 2016 > № 1985625 Андрей Бельянинов

 Государевы люди

К 25-летию таможенной службы Российской Федерации. Беседа с Андреем Бельяниновым

Александр Нагорный

"ЗАВТРА". Андрей Юрьевич, недавно российская таможенная служба отпраздновала своё 25-летие. Вы руководили этой службой в течение более чем десяти лет. Как вы оцениваете достижения, проблемы и перспективы отечественной таможни на новом этапе развития нашей страны, утверждения российской государственности?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Наверное, прежде всего, нужно сказать о том, в каких условиях функционирует сегодня российское государство и его таможенная служба. В 90-е годы прошлого столетия были сломаны многие механизмы, защищавшие интересы нашей Родины. Только с приходом Владимира Владимировича Путина начался созидательный процесс формирования Таможенной службы, которая сочетала открытость внешнему миру с разумным контролем за внешнеторговыми рисками. Если же задаться вопросом о том, в чём состоит новый этап развития российского государства и его Таможенной службы, то ответ на него будет двухкомпонентным. Во-первых, нынешняя мировая экономика представляет собой единый глобальный рынок практически с одной валютой расчётов в реальном времени. Во-вторых, этот глобальный рынок переживает сейчас системный кризис, и российскую экономику этот кризис не обошёл стороной — тем более в условиях падения цен на энергоносители и другие сырьевые товары, западных санкций и наших контрсанкций. Объёмы международной торговли в целом и внешней торговли нашей страны в частности за последние годы серьёзно упали. По данным ФТС, за первую половину 2016 года он составил всего 210,4 млрд. долларов, на 22,3% меньше, чем годом ранее. Неудивительно, что в этих условиях таможенная служба, на долю которой ранее приходилось 51-52% доходной части бюджета, сейчас даёт всего 34-36%. Свою роль сыграли также программы импортозамещения плюс изменения налогового законодательства — например, сократились таможенные пошлины на экспорт углеводородных энергоносителей за счёт налога на добычу полезных ископаемых. Не скажу, что происходит "отстройка" России от мирового рынка, но определённые политические и экономические приоритеты смещаются, и сейчас самое время задуматься о новом этапе в развитии российской таможенной службы.

Что же касается проделанной работы, то по сравнению с "лихими девяностыми" отечественная таможня сделала впечатляющий шаг вперёд, и здесь "за державу" больше не обидно. "Дыр" на границах отечественной таможенной территории больше нет, техническая и информационная оснащённость данной службы соответствует мировому уровню, а кое в чём даже превосходит его. Например, центр электронного декларирования позволяет оформлять экспортируемый или импортируемый товар из любой точки России. Разумеется, всё это было бы невозможным без слаженной работы всех институтов государственной власти во главе с действующим президентом России. В 1999 году, когда Владимир Владимирович Путин возглавил страну, отечественный ВВП составлял 195,9 млрд. долл., по итогам 2015 года — 3725 млрд. долл., это рост в 19 раз. Соответственно, объём внешней торговли был 118,4 млрд. долл., а в 2015 году, несмотря на значительное падение 2014-2015 годов, — 530,4 млрд. долл., в 4,5 раза больше. А на пике 2013 года — 842,3 млрд. долл. Понятно, что в этих условиях таможенная служба не могла не развиваться, более того — не имела права не развиваться. Полагаю, что её нынешний уровень вполне соответствует статусу России как одной из ведущих экономик и великих держав современного мира.

"ЗАВТРА". Вы привели конкретные цифры того, как финансово-экономический кризис отражается на показателях работы таможенной службы. Но, наверное, не всё сводится к денежному измерению, к "сумме прописью"?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Я всегда говорил и могу повторить, что таможенная служба стоит на пе­ред­нем крае за­щи­ты на­ци­о­наль­ных ин­те­ре­сов Рос­сии, что на те трил­ли­о­ны руб­лей, ко­то­рые взи­ма­ются в ка­че­ст­ве та­мо­жен­ных сбо­ров, ра­бо­та­ет вся стра­на. Без это­го по­ни­ма­ния, без чув­ст­ва па­т­ри­о­тиз­ма, без люб­ви к Рос­сии в та­мо­жен­ной служ­бе де­лать не­че­го. А таможенники — они же "государевы люди", не они определяют государственную политику во внешней торговле, что им скажут — то они и делают. Велено "держать и не пущать" — будут исполнять, велено "открыть ворота" — откроют. Люди дисциплинированные, приказы хорошо понимают и исполняют тоже хорошо.

Кстати, с этой позиции очень хорошо просматривается вся отечественная экономика, все её достижения и проблемы. Например, видно, что налоговая и валютная политика пока не ориентированы в должной мере на развитие высокотехнологичного производства, что обменный курс национальной валюты и налоговые рамки держатся на том уровне, который оптимален для экспорта сырьевых товаров, а ведь даже незначительное их изменение может привести к значительны последствиям — и мы можем видеть это на примере сельского хозяйства, которое не только закрыло многие позиции по импорту продовольствия, но получило значительный экспортный потенциал, причём это не только зерновые культуры, та же пшеница, где Россия вышла на первое место в мире, но уже и мясопродукты… Таможенная служба тоже участвует в этих процессах — например, облегчая декларирование экспорта аграрной продукции.

"ЗАВТРА". Наверное, всё-таки везде нужна мера, иначе можно прийти к печально знаменитому "недоедим, но вывезем!" министра финансов Российской империи Ивана Вышнеградского, когда экспорт обеспечивается за счёт "схлопывания" внутреннего потребления?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Понимаете, раз у нас есть государство, то в нём, внутри него всё взаимосвязано: и зарплаты, и социальные выплаты, и цены, и налоги, и тарифы, и так далее. Нет такой сферы деятельности, которая была бы изолирована от других. Любые изменения где угодно, а особенно — на федеральном уровне, отзываются на всём остальном. Я об этом говорю, основываясь на опыте работы и в таможенной службе, и в Рособоронэкспорте, и в частном бизнесе. Тут нельзя ни застаиваться, ни пытаться бежать впереди паровоза. Так что здесь, да, полностью с вами соглашусь, — поиск нужных "здесь и сейчас" решений, а также механизм обеспечения их выполнений составляют суть государственного управления, работы государственной власти.

"ЗАВТРА". Но эта сфера принятия и осуществления решений во многом остаётся закрытой от населения страны, которое в результате часто не понимает действия власти, особенно во внутренней политике, по ряду социально-экономических проблем…

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Здесь тоже нужна мера, потому что Российская Федерация существует не в безвоздушном пространстве, сама по себе, а в достаточно плотной конкурентной среде, зачастую — враждебной и даже агрессивной по отношению к нашему государству. Поэтому закрытость и обособленность органов государственной власти оказывается в большей мере оправданной, но, несомненно, создаёт определённый конфликтный потенциал между ними и обществом, который необходимо снижать.

У нас люди сейчас почему-то — во многом с подачи масс-медиа — зациклились на двух вещах: какой курс доллара и какая цена на нефть? Наверное, это важно, но важно, в первую очередь, для тех, кто занимается валютными операциями и торговлей энергоносителями. А есть ли, какого качества и по какой цене хлеб, молоко, мясо и картофель в магазинах, какие коммунальные платежи, как они соотносятся с зарплатами и пенсиями — наверное, не менее важные вопросы. Как работает транспорт? Как работают больницы, чему и как учат в наших школах и институтах? Как убираются улицы? Как вывозят мусор? Поэтому, когда отдельные экономисты утверждают, что у нас рост производительности труда отставал от роста заработной платы и доходов населения в целом, то за последние два года всё уже наоборот, а ёмкость внутреннего рынка во многом обеспечивается за счёт роста долговой нагрузки на граждан России. Тут назревает, на мой взгляд, серьёзный дисбаланс, из которого нужно будет выходить за счёт каких-то решений на государственном уровне.

Конечно, санкции дали определённый импульс росту внутреннего производства, но оно пока не компенсирует в полной мере падения экспортных доходов.

"ЗАВТРА". Кроме того, в результате введения санкций, определённые технологии, которых у нас нет или которые мы утратили, приходится искать через третьи страны — например, через Китай. И в этом плане таможня может играть либо стимулирующую, либо дестимулирующую роль. Есть и другой момент, связанный с работой Таможенного союза, когда к нам в страну из Беларуси и Казахстана идут беспошлинные товары, присутствие которых на российском рынке тормозит внутреннее производство, не позволяет увеличивать количество рабочих мест, снижает доходы населения. Как вы прокомментируете эти настроения? Можно ли сказать, что создание в 2010 году Таможенного союза создало для России, по сути, новую социально-экономическую реальность?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Санкции, вступление в ВТО в 2012 году, создание Таможенного союза — наша социально-экономическая реальность меняется непрерывно. Но давайте исходить из того, что Таможенный союз — это вовсе не улица с односторонним движением, его существование расширяет беспошлинные рынки и для российских товаров, это серьёзное расширение экспортного потенциала российской экономики. Кроме того, давайте не будем забывать, что совсем недавно мы были с Казахстаном и Белоруссией одной страной, у нас очень много общего в технологиях, стандартах, сохраняется множество интеграционных связей на низовом уровне, — поэтому снятие внутренних пошлин делает нашу продукцию более конкурентоспособной и на внутренних, и на внешних рынках. Ведь если вы получаете комплектующие или запчасти для своей продукции из этих государств без таможенных пошлин, себестоимость снижается. Иное дело, когда идёт "серый" реэкспорт, когда белорусская и казахстанская территории используются как "отмычки" для фактической контрабанды. Эти моменты тоже ставят перед нашей таможенной службой новые задачи… Сегодня уже многие государства постсоветского пространства проявляют интерес к Таможенному союзу — даже такие, как Армения, которая не имеет общих границ с Россией, Казахстаном и Белоруссией, но вошла, как и Киргизия, в ТС в 2014 году.

"ЗАВТРА". Интеграционные процессы в рамках Таможенного союза, в рамках Единого экономического пространства, в рамках Евразийского экономического союза — как они соотносятся с процессами глобализации мировой экономики, которые осуществляются крупными транснациональными корпорациями, "коллективным Западом" во главе с США? Ведь если евразийская интеграция строится на базе, заложенной ещё в советскую эпоху, то она очень быстро натолкнётся на границы СССР или СЭВ?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Думаю, что те или иные границы, те или иные рамки не стоит абсолютизировать. Особенно в экономике. Мы же видим, как идёт европейская интеграция между странами, которые до того столетиями воевали между собой — порой просто на уничтожение. Потому что для этого теперь есть реальная экономическая база. Будет у нас экономическая база для процессов интеграции — будут выработаны и те политические, а может быть, и идейные формы, в которых они будут осуществляться. А вот без такой базы ничего создать нельзя: даже если гладко будет на бумаге, овраги непременно скажутся. Конечно, нам нужно уходить от доминирования сырьевого экспорта, "экономики трубы". И мы видим, как это происходит в ракетно-космической отрасли, в сфере атомной энергетики, в оборонной отрасли, в вертолётостроении — спрос на эту высокотехнологичную российскую продукцию устойчиво растёт. Думаю, в ближайшее время возможен прорыв в гражданском авиастроении, есть подвижки в тепловой энергетике, тяжёлом машиностроении, производстве станков, даже традиционно "второсортная" у нас автомобильная промышленность, кажется, начала сдвигаться с мёртвой точки. Железные дороги, Северный морской путь, про агропромышленный сектор я уже говорил…

"ЗАВТРА". Конечно, огромный промышленный потенциал СССР полностью уничтожить в ходе либеральных "рыночных реформ" 90-х годов не удалось, хотя потери на многих направлениях оказались критическими и даже невосполнимыми. Нужна ли сегодня, на ваш, Андрей Юрьевич, взгляд, для развития нашего экспорта и нашей хай-тек индустрии государственная монополия внешней торговли?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. В некоторых сферах она необходима и, по сути, существует в разных формах даже сегодня. Это касается вооружений, атомной энергетики, газа, многих других стратегических направлений. Но, опять же, полная монополия по советскому образцу — нужна ли она везде и всюду? Стоит напомнить, что советская продукция на внешние рынки почти всегда заходила вместе с деньгами, то есть странам-покупателям выдавались кредиты, льготные кредиты на оплату этих поставок. Эти рынки для нашей продукции формировались искусственно, реальной оплаты за неё не было, затем эти многомиллиардные кредиты просто списывались, безвозмездно или с существенным дисконтом. Кстати, есть китайский опыт, когда они осваивают и даже формируют внешние рынки для своих товаров и услуг через частно-государственные партнёрства, через долевое участие, совместные предприятия — в каждом случае есть свои особенности и, соответственно, оптимальные формы взаимодействия.

"ЗАВТРА". Но всё равно без государственной поддержки экспорта не обойтись? А она, в свою очередь, требует выстраивания системы приоритетов, стратегического планирования, защиты государственных интересов и в международно-правовом, и в информационном, и, если понадобится, в силовом поле…

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Конечно. Нужны целевые ориентиры по всему спектру экономической деятельности — не жёсткие планы, как во времена пятилеток, а своего рода "дорожные карты", нацеленные на максимальную эффективность. Пока министерство экономики на себя эту функцию не взяло, многоотраслевое планирование пока у нас не практикуется. А в "ручном режиме", тем более — одной "невидимой рукой рынка", такой экономикой, как российская, руководить чрезвычайно тяжело.

"ЗАВТРА". Знаете, Андрей Юрьевич, в своё время мне запомнился известный график Мэдиссона-Илларионова, на котором представлено отношение отечественного ВВП к ВВП США за 1885-2005 годы на душу населения в процентах. Так вот, несмотря ни на какие потрясения, которые испытывала наша страна: две мировые войны, революция, "рыночные реформы" и так далее, сейчас этот показатель — конечно, если делать поправку на перекосы современной американской статистики — такой же, как был в конце XIX века, в 1937 году и на пике брежневского "застоя" — чуть больше 40%. Хотя за это время Штаты пережили всего одно серьёзное потрясение — Великую Депрессию 30-х годов. Значит ли это, что "вдолгую" мы, как минимум, не уступаем США?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Сейчас это очевидно. У нас гораздо больше территория, больше ресурсов и гораздо меньше населения. Такая ситуация — одновременно и плюс, и минус для нашей страны, потому что охочих до наших богатств всегда было более чем достаточно.

"ЗАВТРА". Мировая экономика с 2007 года переживает системный глобальный кризис. Относительно неплохо в условиях этого кризиса чувствует себя из развитых стран разве что Германия, а основными локомотивами роста выступают Китай и Индия. Но в Индии начинается какая-то непонятная ситуация с денежной эмиссией, которую создаёт правительство Нарендры Моди, и это может привести к серьёзным неприятностям. Какие возможности преодоления кризиса, выхода из него вы видите для мировой экономики в целом и для российской экономики в частности?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Лидеры сегодня — это США, Китай и Индия. Потому что американские корпорации технологически и финансово действуют во всём мире, потому что американский рынок составляет 40% мирового рынка, потому что США "держат" интернет и другие средства массовой коммуникации, потому что их оборонные расходы составляют больше половины мировых Насколько эти расходы эффективны — другой вопрос, но сопоставимых с американскими армии и флота нет ни у одной страны "коллективного Запада". Все они сегодня находятся под "зонтиком безопасности" США и обязаны оплачивать эту безопасность: косвенно, как это было раньше, через расчёты в долларах, или напрямую, как это потребует новая республиканская администрация во главе с Дональдом Трампом. И Китай, который давно стал "мастерской мира", производя львиную долю реальных товаров и услуг, — до половины всего, что сегодня продаётся по всему миру, это made in China. Индия за последнее время тоже стала великой державой, вышла на третье место в мировой экономике, но в политическом отношении пока деликатно держится в тени.

"ЗАВТРА". Андрей Юрьевич, а как вы с этой точки зрения оцениваете два крупных международных проекта под эгидой США: Трансатлантическое и Транстихоокеанское партнёрства? Что произойдёт с ними при Трампе? Нужно ли Китаю и России выдвигать аналогичные крупные проекты в международной торговле?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Я полагаю, необходимость в таких проектах с участием Китая и России не то чтобы назрела, а даже перезрела. Но таких глобальных проектов, соединяющих или, тем более, объединяющих экономику хотя бы двух этих стран, пока не появилось. Полагаю, это во многом связано с тем, что пока 90% мировых трансакций осуществляется в долларах и евро, вый­ти из данной системы международной торговли очень тяжело. Вот Китай в 2015 году экспортировал своих товаров и услуг на 2,27 трлн. долл. А бездолларовые свопы для расчётов в китайско-российской торговле составили всего около 0,07% от этой суммы. Да, их объём, начиная с 2013 года, растёт, но пока это несущественные цифры. Нужно существенное увеличение двусторонней торговли, которая пока не дотягивает даже до 70 млрд. долл.; наша страна занимала только 16-е место в списке внешнеторговых партнёров "красного дракона". На мой взгляд, хорошей основой для развития двусторонней торговли может стать проект Нового Шёлкового Пути из Китая в Европу. Наше участие в этом проекте должно строиться строго с учётом наших национальных интересов.

Что же касается океанских парт­нёрств под эгидой США, то, думаю, что они состоятся в несколько ином виде, чем было задумано при Обаме. Так, Евросоюз фактически подписал Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство, но не с США, а с Канадой, которая продолжает следовать, скорее, в фарватере Лондона, а не Вашингтона. Сюда же хорошо вписывается и Брекзит, и та истерика, которая царит в США после избрания 45-м президентом не Хиллари Клинтон, а республиканского кандидата. В этих условиях Канада может получить негласный статус нового центра глобальной экономики, через который будут идти поставки ТНК. Америке же, на мой взгляд, предстоят достаточно сложные — не скажу, что тяжёлые, но очень непростые — времена. Видимо, доля доллара Федрезерва США будет ограничиваться, если уже не ограничена в связи с включением 1 октября китайского юаня в корзину валют МВФ, чему США всячески противились.

"ЗАВТРА". Но развитие российско-китайских отношений и совместных проектов всё равно потребует участия соответствующих государственных институтов, которые нашей стране ещё предстоит создать?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Несомненно, поскольку проекты такого уровня, о которых мы с вами говорим, принципиально невозможно осуществить на корпоративном уровне, какими бы мощными эти корпорации ни были. Например, у нас есть академический Институт Дальнего Востока. С учётом современных реалий из его состава необходимо выделить Институт Китая, который занимался бы исключительно китайской проблематикой и перспективами российско-китайского взаимодействия. Думаю, такая инициатива нашла бы поддержку и у российского бизнеса, и в рамках евроазиатской интеграции. Далее, известно, что Китай проявляет огромный интерес к развитию Северного морского пути как одного из кратчайших логистических решений для поставки своих товаров водным транспортом в Европу, минуя такие проблемные с точки зрения безопасности зоны, как Молуккский пролив и Красное море. Льды-то действительно отступают, освобождая в Заполярье новые водные пути для морской торговли. Кстати, здесь нашим конкурентом снова будет Канада и её пока закрытый Северо-западный проход…

"ЗАВТРА". Когда мне довелось преподавать в университете штата Вашингтон, то одной из групп была группа офицеров U.S.Navy. Я им читал лекции по советской экономике, и они мне писали курсовые работы. И одна милая студентка лет тридцати — потом я узнал, что она была заместителем начальника разведывательного управления Тихоокеанского флота США — написала мне курсовую под названием "Северный морской путь как будущее всего мира". Честно говоря, для меня было большой неожиданностью, что эти проблемы разрабатываются "мозговыми штабами" наших американских партнёров на таких вот уровнях. Что нужно было бы сделать Российской Федерации, чтобы не оказаться в числе проигравших XXI века? Ведь сейчас у РФ — всего 2,5-3% мирового экономического потенциала, хотя во времена СССР этот показатель достигал 20%. Можем ли мы вернуться на такие лидирующие позиции?

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ. Думаю, блицкриг здесь по ряду причин очень маловероятен, то есть этот процесс займёт не одно десятилетие. Как говорится, ломать — не строить. А вот сосредоточив свои усилия на таких направлениях, как образование и инфраструктура, особенно — энергетическая, транспортная и информационная, мы сможем постепенно достичь обозначенной вами цели, втягивая в российскую орбиту влияния многие народы евроазиатского пространства.

Россия > Таможня > zavtra.ru, 23 ноября 2016 > № 1985625 Андрей Бельянинов


Россия. Весь мир > Таможня > customs.ru, 12 января 2016 > № 1608248 Андрей Бельянинов

Интервью руководителя ФТС России А.Ю. Бельянинова «Послали автоматом» газете «Российская газета» от 11.01.2016 г.

Новое спецотделение очистит интернет-торговлю от контрабанды.

Лук из Чили, помидоры - иранские, зелень - своя. Так по-новому к началу этого года разложился овощной пасьянс России. Ушедший 2015-й перетасовал в нем немало карт. И не только овощных.

2016-й продолжит начатое. С 1 января действует эмбарго на поставку продовольствия из Турции, "закрылась" зона свободной торговли с Украиной.

В целом же импорт важнейших товаров в Россию сократился почти на 40 процентов. Таковы свежие данные Федеральной таможенной службы. Но тревогу по поводу сокращения импорта из стран дальнего зарубежья и Украины большинство опрошенных "РГ" экспертов все-таки не бьет. "Проблем с товарами на полках в 2016 году не предвидится. В переходный период импортеры так или иначе уже заменили все позиции, которые ограничены к ввозу из Турции в 2016 году", - сообщили "РГ" в Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ).

Однако эксперты допустили, что в 2016 году торговля с "санкционными" странами все-таки будет развиваться, но не напрямую, а через соседние страны. "Покупателем товара, допустим, выступает армянская или белорусская компания, а потом перепродает товар, как армянский и белорусский", - приводит пример руководитель Центра постсоветских исследований Института экономики РАН, профессор Леонид Вардомский. Партии товаров будут незначительными, прогнозирует эксперт, чтобы не бросались в глаза таможенникам.

- Бросятся, заверили нас в Федеральной таможенной службе. И не только по санкционным товарам. Серьезный заслон контрабанде поставят и в интернет-торговле, - сообщил в интервью "РГ" руководитель Федеральной таможенной службы Андрей Бельянинов.

- Андрей Юрьевич, говорят, ваша служба создает отдельное подразделение по выявлению нарушений при интернет-торговле. Это так?

Андрей Бельянинов:

- Да. Оно создается в Главном управлении по борьбе с контрабандой. Задача - противодействие таможенным преступлениям, совершаемым с использованием Интернета, в частности, контрабанды в международных почтовых отправлениях.

Несколько лет назад именно ФТС обратила внимание на новое экономическое явление - стремительный рост интернет-торговли. И именно "Российская газета" опубликовала мое интервью, где ставились острые вопросы. Мы отмечали, что под видом товаров для личного пользования в страну стали поступать коммерческие партии по почте. Товарные потоки могли идти мимо налогообложения и формировать зону сверхприбыли.

Сейчас мы видим, что зона сверхприбыли оказалась еще и криминальной. Только в 2015 году в международных посылках мы нашли около 120 килограммов наркотиков, это сотни случаев. Выявляли факты пересылки оружия, боеприпасов, продукции, опасной для здоровья.

- Накануне Нового года на границах с Казахстаном и Беларусью таможня вывела свои мобильные группы. Зачем? И будете ли наращивать их количество?

Андрей Бельянинов:

- Эти группы работают в рамках постконтроля, в полном соответствии с законодательством Евразийского экономического союза.

Как известно, таможня сокращает время на контроль при выпуске товара на границе за счет проверок правильности его декларирования в последующие три года. Это и есть постконтроль. Сейчас у нас работают тридцать мобильных групп близ границ. Свою эффективность они доказали. Необходимости в увеличении их количества нет.

- Повлияет ли на выполнение бюджетного задания ФТС России в 2016 году снижение цен на нефть?

Андрей Бельянинов:

- Определение мировых цен на нефть находится вне моей компетенции. Как и бюджетное задание, которое формируется федеральными министерствами и службами.

Однако, несмотря на оба эти фактора, все без исключения последние годы таможня выполняла поставленные задачи по сбору платежей. Вот это как раз в моей компетенции.

- Андрей Юрьевич, какие выделите три приоритета таможенной службы России на 2016 год?

Андрей Бельянинов:

- Прежде всего это - обеспечение сбора таможенных платежей, в том числе за счет правоохранительной работы и применения системы управления рисками.

Мы открыли "личные кабинеты" для каждого плательщика, делаем прозрачным движение денег, предоставляем все больше услуг в электронном виде. Агрегация баз данных с Федеральной налоговой службой позволит в 2016 году более технологично администрировать платежи. Это второй приоритет.

Новые технологии преобразили таможенную сферу России. Таможня стала электронной. 99,9 процента деклараций выпускается в электронной форме. В июне 2015 года в Смоленске впервые выпущена декларация "автоматом", без инспектора. Упразднены многие бумаги, заверенные копии которых раньше нужно было привозить на таможенный пост. Почти 50 госорганов присылают нам разрешительные документы онлайн. Это упрощает жизнь бизнеса, работа будет продолжена.

Третье - таможенная служба самым непосредственным образом участвует в интеграционных процессах. Как сопредседатель российско-киргизской межправкомиссии, с особым чувством я ждал вступления Киргизии и Армении в ЕАЭС. Сейчас это свершившийся факт.

Есть и задачи по линии ШОС, по другим направлениям. У ФТС России открыто 18 представительств в зарубежных странах, даже в Латинской Америке. После санкций зарубежный бизнес больше полагается на каналы прямого диалога. И они выстраиваются. Мы видим растущий интерес со стороны деловых кругов Запада и Востока. И со своей стороны будем оказывать всестороннюю поддержку.

Топ-7 торговых партнеров России

По данным ФТС, основным торговым партнером России в январе-октябре 2015 года среди стран дальнего зарубежья был Китай. Товарооборот с ним составил 52,5 миллиарда долларов.

Германия - более 38 миллиардов. Нидерланды - свыше 37 миллиардов. Италия - 26,3 миллиарда долларов, Турция - почти 20 миллиардов, Япония и США - более 17 миллиардов.

Россия. Весь мир > Таможня > customs.ru, 12 января 2016 > № 1608248 Андрей Бельянинов


Россия > Таможня > kremlin.ru, 18 августа 2014 > № 1151965 Андрей Бельянинов

Рабочая встреча с руководителем Федеральной таможенной службы Андреем Бельяниновым.

Руководитель ФТС информировал Президента о текущей работе ведомства.

В.ПУТИН: Андрей Юрьевич, как текущая работа идёт? Как осуществляются планы ФТС, Федеральной таможенной службы, прежде всего по сборам?

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Владимир Владимирович, мы сейчас находимся в стадии стопроцентного выполнения плановых задач, которые нам поставили на текущий год. В части и экспорта, и импорта это не вызывает сейчас тревог никаких, хотя это достаётся достаточно большими усилиями. Но, собственно, это так и должно быть.

Что касается готовности Федеральной таможенной службы Российской Федерации, тех ответных мер, которые приняты в соответствии с Вашим Указом, – мы начали эту работу.

В.ПУТИН: В соответствии с санкциями Евросоюза.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: С санкциями Евросоюза, да. Мы организовали эту работу, организовали работу по реализации этого Указа и работаем вместе с таможенными службами Белоруссии и Казахстана, потому что реально экономические интересы этих двух государств не затрагиваются тем объёмом поручений, которые нам поставили. И считаем, что мы выполним всё, что нам необходимо, для ограничения поставок на территорию Российской Федерации некачественных товаров. Думаю, что мы справимся с поставленной задачей.

В.ПУТИН: То есть техническая возможность такая у таможенной службы существует.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Да, Владимир Владимирович, это тоже не вызывает тревог. Уверен, что мы отработаем.

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия > Таможня > kremlin.ru, 18 августа 2014 > № 1151965 Андрей Бельянинов


Россия > Таможня > kremlin.ru, 26 января 2012 > № 481674 Дмитрий Медведев, Андрей Бельянинов

Рабочая встреча с руководителем Федеральной таможенной службы Андреем Бельяниновым.

Андрей Бельянинов доложил главе государства о результатах работы Федеральной таможенной службы в 2011 году и текущей деятельности ведомства. Затрагивался, в частности, вопрос перехода ФТС и других государственных ведомств на электронный документооборот.Работа таможенной службы обсуждалась на заседании Комиссии по модернизации и технологическому развитию экономики России, состоявшемся во вторник, 24 января.

* * *

Д.МЕДВЕДЕВ: Андрей Юрьевич, начнём с нашей последней встречи. На Комиссии по модернизации мы обсуждали инвестиционный климат, не в первый раз, конечно, с учётом того, что есть трудности по созданию благоприятного инвестиционного климата в нашей стране.

Конечно, как обычно в этих ситуациях, анализировались все ведомства, которые оказывают влияние на инвестиционный климат, в целом на развитие экономики страны, на наполнение бюджета нашего государства, в том числе таможня.

Суждения Вы знаете, бизнес критиковал деятельность таможни, в то же время признавал, что в деятельности таможни есть перемены и нужно помогать таможенным органам, с тем чтобы другие ведомства подтягивались до уровня Таможенной службы, в частности, по электронному документообороту. В общем, прозвучал целый ряд идей. Я подпишу поручение на эту тему, как и обещал, в ближайшие день-два.

Хотел бы, чтобы Вы сегодня доложили мне о том, с какими результатами закончился год, что было сделано, в том числе и в смысле совершенствования деятельности Таможенной службы, и каковы перспективы, что, Вы считаете, нужно делать в самое ближайшее время, в том числе, конечно, и с учётом пожеланий представителей нашего предпринимательского класса и вообще всех граждан нашей страны, которые сталкиваются с деятельностью таможни. Пожалуйста.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Дмитрий Анатольевич, хотел бы вначале проинформировать Вас об итогах внешнеторговой деятельности, чтобы соотнести с ними деятельность таможни. Внешнеторговый оборот у нас растёт, как по экспорту, так и по импорту. Мы за 2011 год превысили значение предкризисного периода, как Вы видите, и по экспорту, и по импорту, естественно, и совокупный оборот. По всем показателям идёт превышение. Можно, конечно, отметить, что структура экспорта у нас пока не меняется, но, наверное, это не моя задача, это задача Министерства экономического развития.

Д.МЕДВЕДЕВ:Это уж точно не Ваша задача, это задача вообще для всех-всех, кто занимается экономикой, и не только для Министерства экономического развития. Но это всё равно неплохие цифры.А.БЕЛЬЯНИНОВ: По собираемости также был превышен докризисный уровень и поставлен своего рода рекорд, когда общий объём сборов превысил шесть триллионов рублей. Дмитрий Анатольевич, это для меня, во всяком случае, очень впечатляющая цифра – 6 триллионов 28 миллиардов.

Д.МЕДВЕДЕВ: Большая цифра, что там говорить. У нас в докризисный год максимальный сбор от таможенных платежей был 4 триллиона 700 миллионов. Потом в 2009-м, 2010-м, естественно, было проседание.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Хочу отметить, что каждый год мы идём с перевыполнением тех значений, которые нам определены по собираемости, то есть и на падающем рынке, и на растущем мы перевыполняем план. Здесь может быть два варианта: либо некачественное планирование, либо всё-таки, может быть, качественное администрирование. Хочется верить во второе, Дмитрий Анатольевич. Может быть, не совсем скромно, но…

Д.МЕДВЕДЕВ: Наверное, вопрос, в конечном счёте, в том, нужны ли такие планы. С одной стороны, ориентиры нужны, с другой стороны, это не должно превращаться в самоцель.

Ладно, пожалуйста.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Очень интересный показатель – это показатель по импорту, который также является составной частью нашей деятельности. Он превышен и составил в этом году 2 триллиона 115 миллиардов рублей, тоже весьма значимая цифра.

Были относительные опасения по поводу вступления России в Таможенный союз, единое экономическое пространство, как это скажется на показателях. Но показатели это пока характеризуют таким образом, что потерь ощутимых нет – только рост.

Д.МЕДВЕДЕВ: Не просто нет, только рост – это, кстати, на самом деле важно, потому что действительно прогнозы по поводу последствий вступления в Таможенный союз были разные. Мы сейчас видим, что всё-таки цифры позитивные.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Если посмотреть хронологию, мы взяли 2000 год, всё-таки доля импорта в структуре таможенных платежей растёт. Это свидетельствует о том, что структура потребления в нашей стране тоже растёт, и в значительной степени это пока замещается импортом.

Д.МЕДВЕДЕВ: Потребление в целом растёт, и структура его такова, что значительная доля импорта в ней сохраняется. Потому что вырос, я смотрю, импорт практически больше, чем в десять раз за 10 лет, даже за 11 лет.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Вот такие цифры.

Если обсуждать повестку дня совещания, которое Вы проводили два дня назад, я бы хотел показать Вам график, касающийся доли электронного декларирования, который у нас меняется, и тренд, безусловно, положительный.

Если сравнить с 2009 годом, то сейчас у нас доля участников внешнеэкономической деятельности, которые применяют электронное декларирование, с 9 процентов 2009 года поднялась до 81 процента на начало 2012 года.

Критика, звучавшая в отношении забюрокраченности таможенных процедур, документооборота, безусловно, справедлива. Но также справедливо, что не одна таможня заинтересована в сборе этих документов. У нас очень много смежников, с которыми у нас пока, к сожалению, электронный документооборот не отлажен. У нас применяется электронно-цифровая подпись, а в других ведомствах, к сожалению, пока нет.

Д.МЕДВЕДЕВ:Это ключевая вещь, о которой говорили другие участники, они действительно сами признавали, что таможенная служба здесь ни при чём. Таможенная служба действительно уже довольно высоко или далеко продвинулась в смысле внедрения электронного декларирования. Давайте обсудим, каким образом простимулировать другие службы. Конечно, я дам максимально жёсткое поручение, но они должны понимать, что от того, что у них такое разгильдяйство и они не способны выработать вместе с вами единый протокол или не готовы к этому, страдают интересы всех: и грузоотправителей, и грузополучателей, и обычных граждан в некоторых случаях.А.БЕЛЬЯНИНОВ: Дмитрий Анатольевич, вот наши предложения по редакции повестки дня по проекту решения совещания, которое Вы проводили. Я Вам их приготовил для доклада.

Д.МЕДВЕДЕВ: Хорошо. Я дам поручение обязательно это изучить и использовать.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Может быть, это послужит основой.

Д.МЕДВЕДЕВ: В любом случае, завершая разговор об электронном декларировании, действительно цифры за себя говорят, продвинулись неплохо, и в целом, я так понимаю, исходя из внутренних соображений, недалёк тот день, когда вы полностью перейдёте на систему электронного декларирования. Но значительного толку от этого не будет, если другие ведомства будут сохранять использование бумажных носителей.

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Дмитрий Анатольевич, готовность таможенных органов к работе в режиме электронного декларирования стопроцентная. Над всеми существенными замечаниями, о которых Вы сейчас говорите, надо совместно работать, и я, конечно, с себя никакой ответственности не складывал.

Хотелось бы прокомментировать цифры по продолжительности таможенного оформления. Там, где товары не облагаются пошлинами, у нас среднее значение – 3,7 часа при норме в 4 часа.

Д.МЕДВЕДЕВ: А что это за нормы: это наши нормы или это международные правила, международные рекомендации?

А.БЕЛЬЯНИНОВ: Это уже в рамках Таможенного союза. И, как Вы знаете, все документы Таможенного союза писались на основе присоединения России к Киотской конвенции, это международный стандарт.

Д.МЕДВЕДЕВ: Но объективно они выдерживаются, эти 3,7 часа?

А.БЕЛЬЯНИНОВ: 3,7 часа – там, где не берутся платежи.

Следующий слайд – те товары, которые облагаются платежами. Здесь уже другие цифры, другие критерии.

Но, по нашим оценкам, мы, в общем-то, находимся в рамках мировых стандартов, у нас нет провалов. Вероятно, это нуждается ещё в обсуждении с Министерством экономического развития. Но это объективные данные, они с границ, с «мест», что называется, «с земли», Дмитрий Анатольевич.

Д.МЕДВЕДЕВ: Ну ладно. Хорошо.

У меня какое предложение: Вы вместе с Министерством экономического развития продолжите эту работу, потому что в конечном счёте мы все работаем на один результат. Здесь не должно быть ведомственных подходов. Естественно, в деятельности таможни присутствует большое количество недостатков, как в любой службе, которая связана с осуществлением определённых полномочий от имени государства, в службе, которая имеет правоохранительную составляющую. Но это не значит, что ничего не меняется. Действительно изменения есть. И это признают все участники рынка. Главное, чтобы эти изменения шли быстрее. Давайте на этом сейчас и сконцентрируемся.

Россия > Таможня > kremlin.ru, 26 января 2012 > № 481674 Дмитрий Медведев, Андрей Бельянинов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter