Всего новостей: 2553970, выбрано 5 за 0.013 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Трофимова Екатерина в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкивсе
Трофимова Екатерина в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 27 мая 2018 > № 2623075 Екатерина Трофимова

«Выставление рейтингов — дело во многом неблагодарное»

АКРА готова выставить рейтинг банку БРИКС

Наталия Еремина

Можно ли доверять рейтингам российских агентств? Глава Аналитического кредитно-рейтингового агентства (АКРА) Екатерина Трофимова говорит, что «да», но 100-процентной гарантии никто дать не может. Об этом, а также о том, зачем АКРА купило агентство в Словакии и какой рейтинг словаки могут выставить России, она рассказала «Газете.Ru».

— Лозунг этого Петербургского экономического форума в этом году — «Экономика доверия». Что такое доверие, на ваш взгляд, с точки зрения рейтингового агентства? И в целом насколько сейчас важно доверие для нынешней экономической ситуации?

— Действительно, мне как руководителю рейтингового агентства хорошо известно, насколько тема доверия чувствительна для финансовых рынков и развития экономики в целом. Известно даже из макроэкономических учебников, что в любой формуле формирования стоимости, развития экономики это фактор очень чувствительный, существенный и оказывающий значительное влияние на динамику развития различных процессов в экономике.

Экономика без доверия невозможна. Потому как, соглашаясь на некие партнерские проекты, подписывая договоры, мы принимаем обязанность по совершению некоего процесса. И без уверенности в том, что ваш партнер выполнит те обязательства, которые берет на себя, экономические процессы невозможны.

--Как вы считаете, доверия в рейтинговой отрасли в России удалось достичь?

— Доверие всегда субстанция очень хрупкая и субъективная. Мы, как рейтинговое агентство, считаем, что именно работа наша, результаты нашей деятельности должны закладывать ту основу доверия российских и иностранных инвесторов, за которую мы боремся. Это фактически одна из основных задач нашей деятельности.

Реформа, которую Центральный банк инициировал по перезапуску рейтинговой отрасли примерно три года тому назад, была направлена на восстановление и на укрепление этого доверия. Рейтинговое агентство АКРА несколько лет уже проводит опрос участников рынка о ситуации в рейтинговой отрасли.

И мы с большим удовольствием наблюдаем постоянный рост именно показателей доверия по отношению к российским рейтинговым агентствам. Кроме этого, мы видим, что наш рейтинговый портфель постоянно увеличивается. Что означает, что инвесторы доверяют все больше нашим продуктам, соответственно, стимулируют спрос на рейтинги. И, в свою очередь, эмитенты приходят к нам с подобными заказами.

— Ранее было высказано очень много критики по отношению к рейтингам, которые выставляют рейтинговые агентства. Нынешним рейтингам можно на 100% доверять?

— Мы провели очень глубокую методологическую работу, которая должна сделать наши рейтинги более предсказуемыми, более качественными. Большой акцент мы сделали на стресс-тестировании наших моделей, на увеличении предсказательной силы наших прогнозов. АКРА регулярно публикует отраслевые макроэкономические прогнозы, которые являются основой нашей деятельности.

Но надо объективно говорить о том, что всегда, в любой модели, в любом прогнозе есть неоднозначные выводы. Поэтому, конечно, давать стопроцентную гарантию мы не можем.

Выставление рейтингов — это дело во многом неблагодарное. Мы лишь гарантируем то, что, со своей стороны, мы делаем работы наивысшего качества. Но мы готовы к тому, что ошибки, безусловно, будут. Предусмотреть все возможности сценарии развития будущего практически нереально.

— Недавно АКРА заявила о том, что купило рейтинговое агентство в Словакии. Как вы считаете, учитывая нынешнюю политическую ситуацию, рейтинговое агентство с российскими корнями может добиться какого-то доверия на европейском рынке? Насколько понимаю, ваш план — это покорение рынков Западной и Восточной Европы.

— Действительно, в развитии новых бизнесов определенная национальная принадлежность может быть либо дополнительным импульсом к развитию, либо препятствием к нему. Понимая все эти ограничения, мы очень четко разработали позиционирование различных частей нашей группы в зависимости от рынков, на которые собираемся выйти. Приведу пример.

Хотя формально рейтинговое агентство АКРА после приобретения Европейского рейтингового агентства (ERA) в Европе и является его стопроцентным собственником, но оба агентства развиваются абсолютно независимо. И персонал разделен, и процессы разделены, и взаимодействуют они с разными регуляторами.

Например, АКРА работает исключительно с национальными рейтингами Российской Федерации. В то время как ERA будет продолжать работать по международной шкале для европейских клиентов и европейских инвесторов.

Мы не смешиваем эти процессы, что позволяет нам достаточно комфортно развиваться на выбранных рынках. Поэтому я не думаю, что национальная принадлежность будет препятствием.

Основной вызов даже не национальная принадлежность собственников в данном случае. Основной вызов — это та олигополия, которая на мировом рынке рейтингов сложилась уже достаточно давно.

Агентство мы приобрели достаточно маленькое. Но все агентства в мире, особенно на европейском рынке, по сравнению с американской «большой тройкой» являются маленькими. То есть рынок не сбалансирован. Поэтому основной вызов будет связан с тем, чтобы достичь, в принципе, хоть какого-то заметного положения на европейском рынке. И тут успех будет зависеть не столько от того, из какой мы страны, а насколько мы сможем предложить инвесторам интересные технологические рейтинговые решения. От методологии будет очень много зависеть.

С этого мы и начали после приобретения. В начале этой недели агентство ERA опубликовало проект новой суверенной методологии для обсуждения с рынком. И надеется, что летом уже будет опубликован финальный результат этой методологии. Мы предложили очень многие интересные новые решения. И впоследствии агентство начнет присваивать и суверенные рейтинги, одни из которых, безусловно, будет рейтинг Российской Федерации.

— И каким он может быть? Будет ли отличаться от оценки рейтинга России от агентств большой тройки?

— Даже угадывать не буду. Потому как решение принимает рейтинговый комитет в соответствии с утвержденной методологией. Такие вопросы не находятся в сфере моей компетенции.

— На нынешнем форуме обсуждается на тема появления банка БРИКС. Когда банку может быть присвоен рейтинг и будет ли его присваивать АКРА?

— Появление банка развития БРИКС — очень важное инфраструктурное решение. Однако очевидно, что должно пройти определенное время на организацию инфраструктуры и на отлаживание процессов. И сделок мы очевидно видим пока что достаточно мало. Но потенциал у банка БРИКС очень хороший. Потому что есть явные финансовые и экономические предпосылки, которые требуют именно дополнительных средств в инвестиции в инфраструктуру в регионе БРИКС.

Взаимообмен, общее экономическое взаимодействие между пятью странами увеличивается постепенно. И мы знаем, что по многим прогнозам зоны роста во многом будут именно в этом регионе. Поэтому у банка БРИКС, повторюсь, очень хороший потенциал. В целом все пять стран испытывают большой недостаток в инфраструктуре, на которую банк делает особую ставку.

Касательно рейтинга новому банку БРИКС мне пока сложно комментировать. Я знаю заявление руководства банка БРИКС, что они рассматривают такую возможность. Известно, что банк БРИКС планирует делать национальные выпуски облигаций, то есть в национальных валютах тех стран, где он работает.

Соответственно, Россия, безусловно, войдет в этот список. И здесь неизбежно появится необходимость получать национальный рейтинг. Но решение всегда за банком. Если такое обращение будет — мы, конечно же, проведем всю необходимую процедуру и будем уже публиковать наше официальное мнение касательно финансового кредитного профиля этого банка.

Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 27 мая 2018 > № 2623075 Екатерина Трофимова


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 9 ноября 2016 > № 1964058 Екатерина Трофимова

Екатерина Трофимова: «Я не ассоциирую профессиональную деятельность со словом «комфорт»

Юлия Чайкина

редактор канала Forbes Woman

С тех пор как в России появился закон о регулировании рейтинговой деятельности, прошло чуть более года. За это время гендиректор первого в России аккредитованного агентства АКРА Екатерина Трофимова собрала 27 независимых акционеров с капиталом 3 млрд рублей и намерена привести рейтинговую отрасль страны в соответствие с мировыми стандартами. Ей есть с чем сравнивать. Получив в конце 2000-х финансовое образование в родном Санкт-Петербурге, за докторской диссертацией Трофимова отправилась в Парижский университет Сорбонна. Во Франции она начала с должности простого аналитика и доросла до директора и главы группы рейтингов финансовых институтов России и стран СНГ S&P. А потом вернулась на родину.

— После 11 лет удачной карьеры в международном рейтинговом агентстве вы переехали из Парижа в Москву, перешли на сторону клиента, да еще в квазигосударственный Газпромбанк. Это был вызов собственной карьере?

— Это было интересное предложение от одного из крупнейших российских банков. В парижском офисе S&P я специализировалась на российском финансовом рынке, поэтому к моменту приглашения из ГПБ я прекрасно понимала, компанию какого масштаба и какой корпоративной культуры он собой представляет, хорошо лично знала команду и ни разу впоследствии не разочаровалась. Моим первым «проектом» там стало создание единого аналитического «Центра экономического прогнозирования» для обеспечения банковских подразделений аналитикой и прогнозами для внутренних потребностей и работы с клиентами.

— Пригодились ли навыки из международной компании в крупном госбанке, где люди с другим мышлением и по-другому построены управленческие процессы?

— Я бы не сказала, что люди в российских компаниях имеют какое-то кардинально другое мышление. Все-таки многие из моих коллег успели поработать и на Западе, и на Востоке, и, учитывая процессы глобализации, профессиональная культура в России стремительно меняется. А корпоративная культура отдельно взятой компании всегда будет отличаться от других, и к ней придется адаптироваться. Но если говорить о конкретных примерах, мне кажется, главное, что мы можем использовать, например, из западного опыта — это стандартизация процедур, которая позволяет повысить операционную эффективность компании.

— Саму идею создания АКРА (Аналитическое кредитное рейтинговое агентство. — Forbes Woman) некоторые участники рынка связывают с резким снижением рейтинга России тройкой международных агентств в начале 2015 года и обвинением их в ангажированности против нашей страны. Не обидно слышать подобное?

В карьере бывают моменты, когда ты интуитивно понимаешь, что делаешь шаг, способный изменить не только тебя, но и целую сферу жизни, общества, экономики. Такое выпадает не каждому и вообще бывает очень редко.

АКРА — как раз тот случай, когда появился реальный шанс изменить в лучшую сторону ландшафт рейтинговой отрасли в России, перенести ее на принципиально новый качественный уровень. Этот вопрос назревал уже давно, и отдельные события в макроэкономике и геополитике были лишь его катализатором. Кроме того, реформа рейтингового рынка совпала с похожими изменениями, происходящими в развитых странах ЕС и США, и сейчас мы соответствуем лучшим мировым стандартам регулирования рейтингового рынка. Остановить меня могло лишь понимание, что концепция проекта неэффективна, либо даже малейший намек на конфликт интересов или покушение на независимость деятельности агентства.

— Почему, по-вашему, ранее в России не инициировали процесс создания подобного института?

— Регулирование рейтингового рынка не может появиться из ниоткуда, для этого должны быть объективные предпосылки — определенная степень развития финансового рынка, компетентность регулятора, запрос инвесторов на более детальную оценку кредитного риска внутри страны. Кроме того, наблюдавшаяся на рынке ситуация с доминированием и использованием рейтингов «большой тройки» международных агентств устраивала большинство.

Ухудшение макроэкономической ситуации привело к серьезной компрессии рейтингов, присвоенных по международной шкале, что, в свою очередь, привело к невозможности дифференцировать компании и банки с разным уровнем риска. Это очень важно для регулятора и институциональных инвесторов. Поэтому и возникла потребность в использовании в регулятивных целях кредитных рейтингов, присвоенных по национальной шкале, и в соответствующей реформе рынка в целом.

В России не стали изобретать велосипед. Если, например, мы захотим присваивать рейтинги в Европе, то должны создать там дочернюю структуру, полный набор штата и получить лицензию на местном рынке. Только в этом случае наши рейтинги будут признаваться в Европе. После принятия Федерального закона «О деятельности кредитных рейтинговых агентств в РФ» все агентства, желающие работать с российскими клиентами, оказались в одинаковой ситуации. Мы уверенно конкурируем с тройкой крупнейших иностранных агентств (Standard & Poor's, Fitch и Moody’s). Де-юре эти компании, имея в России одни из своих крупнейших бизнесов в Европе, являются филиалами лондонских офисов и до сих пор пока не озвучили, намерены ли приводить свою деятельность в соответствие с российскими законами.

— Вы начали с нуля масштабный проект странового масштаба. Какие чувства испытали, когда согласились и осознали сей факт?

Больше всего я ощущала ответственность, и, по-моему, это чувство намного сильнее страха. Точнее, оно просто не оставляет страху появиться.— Больше всего я ощущала ответственность, и, по-моему, это чувство намного сильнее страха. Точнее, оно просто не оставляет шанса страху появиться. Ответственность я несла и за весь проект по созданию совершенно нового игрока на финансовом рынке с такими большими и амбициозными задачами, и за акционеров, которые поверили в этот проект, и за совет директоров, состоящий из профессионалов международного уровня и имеющих колоссальный опыт в рейтинговой сфере, которые не колеблясь приняли предложение участвовать и делиться своим опытом.

Сейчас в команде АКРА чуть более 40 человек, и это уже абсолютно сформировавшаяся структура с выстроенными процессами. Менее чем за год с момента создания агентства мы смогли сделать большой рывок, важным этапом которого стало признание нас Центральным банком РФ и включение первыми в реестр кредитных рейтинговых агентств. И чувство, которое я испытываю в данный момент, — это желание показать агентство в деле, ведь именно сейчас, получив аккредитацию, мы имеем возможность присваивать рейтинги, то есть производить продукт, ради которого и создавались.

— Поясните цели создания национального рейтингового агентства и его концепцию. Собираетесь ли выходить за рамки обслуживания российских компаний и конкурировать с «большой тройкой» по части не только российских клиентов?

— Основной целью создания АКРА является обеспечение инвесторов качественным независимым аналитическим продуктом, показывающим уровень кредитного риска эмитентов и финансовых инструментов в разных секторах экономики. Безусловно, наша первичная задача — развитие продукта в России. Мы делаем на это основную ставку, концентрируя компетенцию команды на российском рынке. Это совпадает с потребностью инвесторов и логично вписывается в стратегию развития российского финансового рынка в целом.

Ведь степень развития финансового рынка у нас такова, что становится уже странно, когда рейтинговая отрасль отстает от финансовой.

Для сравнения: в не самой развитой стране Бангладеш имеется порядка 7000–10 000 кредитных рейтингов, а в России на сегодня их не более 500–600. Вместе с тем, как бы интенсивно ни развивался российский рынок, его емкость ограничена, и мы в какой-то момент упремся в потолок возможностей. Поэтому, конечно, международный рынок входит в наши планы.

— Что вы почувствуете, если не удается найти компромисс или продвинуть свое решение, — бессилие или, наоборот, двойную решимость всех победить?

— Конечно, я никогда не сдаюсь, иначе какой из меня руководитель! Но вопрос, какими методами добиваться победы. Идти напролом со знаменем в руках и наперекор всему, включая ветряные мельницы, — не совсем моя модель поведения. Если хотите, то в бизнесе я скорее дипломат. Считаю, что всего можно добиться спокойно, уверенно и не теряя достоинства. Однако не стоит это путать с бездействием или чрезмерной осторожностью — когда, как говорится в известной латинской пословице, «промедление смерти подобно» и приходит момент действовать, нужно брать и делать. Задача хорошего руководителя и управленца как раз этот момент увидеть и использовать.

— Однако в середине 2015 года на заседании ЦБ, когда обсуждалась концепция создания агентства, вы очень настойчиво отстояли его название в зале, где присутствовало более 50 самых влиятельных мужчин российского финансового сектора.

Название агентства мы с командой придумывали вместе, перебрали много вариантов, но остановились именно на лаконичном АКРА. Да, первая реакция на том самом заседании была если не отрицательная, то искренне удивленная. Для такого проекта ожидали какого-то громкого названия и обязательно связанного с российской тематикой. Но мне понадобилось не более получаса, чтобы аудитория согласилась. АКРА созвучно греческому слову, означающему верхнюю или наивысшую степень. Именно от этого слова произошло название «Акрополь», и именно наивысшими стандартами мы руководствуемся в своей каждодневной работе. С таким названием в списке более 100 рейтинговых агентств мира в алфавитном порядке мы оказались на первом месте. По всем правилам маркетинга название должно быть сбалансировано по количеству гласных и согласных (у нас их поровну), желательно, чтобы название закольцовывалось (у нас это А и А) и чтобы буквы были близки по алфавиту. А для скептиков сработала история, как в 1982 году в Крыму был обнаружен античный город Акра, погруженный сейчас в морские воды. Этим летом Российское географическое общество организовало археологическую экспедицию по его обследованию.

— Вы помните свое первое назначение на руководящую должность? Каковы внутренние ощущения, что «я несу ответственность за коллектив и решение важных вопросов», насколько они отличаются от нынешних впечатлений перед стартом новой деятельности странового масштаба?

— Знаете, я верю, что даже самые малые дела имеют большое значение. Я ощущала свою ответственность, и присваивая рейтинги, будучи аналитиком в международном рейтинговом агентстве, и организуя работу своих подразделений в банке, и, разумеется, ощущаю ее и сейчас. Наверное, будь оно иначе, мне бы и не доверили возглавить проект по созданию АКРА, ведь помимо своего опыта я привнесла в проект свою репутацию. Просто по своему характеру работа руководителя агентства отличается от моих предыдущих задач, добавились новые обязанности, и приходится вникать в темы и нюансы, которыми раньше мне просто не приходилось заниматься: закупка офисной мебели, замена лампочек и выбор кейтеринговой компании для презентации.

— После перехода в АКРА ваш распорядок дня изменился?

— Я по-прежнему стараюсь начинать свой день с занятий спортом, затем работаю в офисе или езжу по встречам и заканчиваю свой рабочий день достаточно поздно. В таком режиме спорт мне просто необходим. Даже отправляясь в командировку, всегда стараюсь взять с собой спортивную форму и, если в отеле есть спортзал или бассейн, обязательно начну свой день именно там, как бы рано ни пришлось встать. Я в какой-то момент поняла, что просто не выдержу рабочей нагрузки, если не буду получать достаточно физической. Великих спортивных целей я не ставлю, мне даже не совсем важно, каким спортом заниматься. Часто именно в движении или при прослушивании классической музыки мне особенно хорошо думается. Когда я бегу, например на лыжах, то в кармане всегда держу блокнот и ручку. Ну или в крайнем случае записываю мысли в телефон. А вот в бассейне не так удобно, блокнот с собой не возьмешь, а плаваю я обычно час-полтора без перерыва.

— Насколько, по-вашему, эффективен для продолжения карьеры выход из той самой зоны комфорта, которая рано или поздно возникает в текущей деятельности?

— Я не считаю решение новых задач или освоение нового бизнеса выходом из зоны комфорта. Я, признаюсь, вообще не привыкла ассоциировать свою профессиональную деятельность со словом «комфорт» и не понимаю, зачем осознанно выстраивать себе какие-то умозрительные препятствия, чтобы потом их преодолевать. Комфорт — это когда ты в теплой уютной квартире пьешь чай или когда летишь в самолете первым классом. А работа — это интерес, драйв, движение! Так что, по-моему, как только ты начинаешь на работе ощущать себя в «комфорте», вставай и иди делай дела, преодолевай застой. Я живу по принципу: лучший отдых — это смена деятельности.

— Что, по-вашему, женщина может сделать лучше, чтобы продвигать свою карьеру? На что она может опираться, кроме личной помощи третьих лиц?

— Лучшее, что может сделать женщина, желающая построить карьеру, — стать по-настоящему экспертом в своей сфере и работать от души и с удовольствием, не ставя перед собой задачу «сделать карьеру».

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 9 ноября 2016 > № 1964058 Екатерина Трофимова


Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 января 2016 > № 1620682 Екатерина Трофимова

Россия в прошлом году лишилась инвестиционных позиций двух из трех международных агентств — Moody's и S&P, что позволило властям усомниться в компетентности составляемых "большой тройкой" рейтингов. Сейчас в правительстве признают, что ситуация в экономике действительно непростая: цены на нефть, экспорт которой приносит почти половину доходов бюджета страны, на мировом рынке продолжают падать, рубль слабнет рекордными темпами, накопленные за тучные годы резервы подходят к концу и выполнять взятые на себя обязательства государству становится все сложнее.

Какие уроки вынесет экономика РФ из текущего кризиса, похож ли он на 1998 год, стоит ли правительству распродавать активы для пополнения бюджета, что делать, чтобы "простуда" банковской системы не переросла в "хроническое заболевание", и на чем базируются решения рейтинговых агентств, рассказала в интервью РИА Новости глава недавно созданного национального Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) Екатерина Трофимова.

— "Большая тройка" рейтинговых агентств не меняла суверенных рейтингов РФ с 2010 до 2014 года, а затем на фоне украинских событий и санкций рейтинги РФ были снижены. В начале прошлого года произошло новое снижение, при этом Moody's и S&P присвоили России спекулятивный рейтинг с негативными прогнозами. Вы согласны с российскими политиками, что эти решения было чисто политическими, или все же объективные основания для такого снижения были? На ваш взгляд, нынешний уровень кредитных рейтингов РФ отражает реальную картину?

— Не считаю этичным комментировать внутреннюю кухню других рейтинговых агентств, тем более аналитические вопросы. Как человек, более десяти лет проработавший в одной из компаний "большой тройки", и как участник финансового рынка с большим уважением отношусь к работе коллег по цеху. Возможно, кому-то кредитные рейтинги кажутся заниженными или необъективными, но так было всегда, и это проблема асимметрии рыночной информации. Критика со стороны правительства понятна, поскольку никто не может быть рад негативной оценке своей работы. Вместе с тем при рассуждении на тему кредитных рейтингов никогда не стоит забывать, что кредитный рейтинг это не абсолютная мера вероятности дефолта, а мнение агентства, основанное на доступной ему информации, методологии и опыте аналитиков, голосующих на рейтинговом комитете. Это относится ко всем рейтинговым агентствам, и АКРА не исключение. Обратите внимание — даже у "большой тройки" мнения о кредитоспособности российского суверена разнятся (Fitch сохраняет кредитный рейтинг в инвестиционной категории, а Moody's уже изменило прогноз на стабильный в конце прошлого года). Я придерживаюсь мнения, что критика не лучший инструмент при взаимодействии с рейтинговыми агентствами. Конструктивное сотрудничество, прозрачность и максимальное раскрытие информации может дать гораздо больший положительный эффект, чем кажется.

— Как, по вашим прогнозам, переживет этот год российская экономика: ожидаете ли вы рост ВВП, какой будет инфляция к концу года?

— Российская экономика в 2016 году будет в лучшем случае стагнировать. Это связано со снижением доходов населения и потребительского спроса, темпов роста стран-торговых партнеров, отрицательным фискальным стимулом, сохранением внешнеэкономических ограничений и другими негативными факторами. При этом шокового падения не будет, и это хорошая новость. Динамика реального ВВП составит от —2,9% до +0,4% (при различных уровнях среднегодовых цен на нефть в диапазоне от 30 до 55 долларов за баррель).

Потребительская инфляция снизится до однозначных уровней, так как по сравнению с прошлым годом сгладится эффект от девальвации и продовольственного эмбарго. Индексация администрируемых цен (в том числе тарифов ЖКХ и на транспортные услуги) также будет ниже в среднем по году. Другие, традиционно менее значимые драйверы также не должны спровоцировать шок. Это приведет к тому, что инфляция, конечно, не упадет до среднесрочного целевого уровня Банка России (4,5%), но вряд ли превысит 9% (наиболее вероятный диапазон: 7-9% в целом по году). Это приведет к некоторой нормализации кредитных рынков и банковской деятельности

— Вслед за суверенным рейтингом РФ были понижены и рейтинги компаний. Причем об угрозе дефолта для нескольких крупных компаний в России говорили не только рейтинговые агентства. Пример "Трансаэро" показал, что опасения были не напрасны. Насколько, на ваш взгляд, был большой риск для крупных российских компаний не справиться с долговой нагрузкой? Сохраняется ли этот риск сейчас или пик платежей по долгу пройден и можно выдохнуть?

— Ситуация различна по отраслям и не связана с масштабами бизнеса компаний. Скорее, те отрасли, которые характеризовались и до кризиса высоким уровнем закредитованности, оказались в сложившейся ситуации более уязвимы. Среди отраслей, где максимально за последний год выросла просроченная задолженность, — воздушный транспорт (рост просроченной задолженность за три квартала 2015 года +12%), строительство (+7%)

— Какие риски для российских компаний, на ваш взгляд, сейчас являются наибольшими? Насколько серьезной для них будет проблема привлечения заемных средств, ведь внешние рынки остаются закрытыми для многих из них, а на внутреннем придется конкурировать с Минфином, который серьезно увеличил программу внутренних займов в 2016 году?

— Ключевые риски для компаний в 2016 году — сокращение внутреннего спроса (и потребительского, и инвестиционного), более медленное, чем ожидалось, замедление инфляции и сохранение высокой стоимости заимствований. Вероятно, что стоимость заимствований останется высокой и в этом году, что крайне негативно для инвестиционного процесса и является основным барьером для активизации процесса импортозамещения. В наибольшей степени сохраняется уязвимость отраслей, операционная деятельность которых зависит от привлечения заемного финансирования, — торговля, строительство. План заимствований Минфина не так велик, чтобы привести к каким-то дополнительным негативным тенденциям на рынке капитала.

— С каким дисконтом сейчас торгуются бумаги российских эмитентов? Что оказывает наибольшее давление на стоимость этих бумаг? Когда дисконт начнет уменьшаться?

— Российский рынок акций торговался с дисконтом к другим развивающимся рынкам, но за последние месяцы этот дисконт стал даже меньше, чем в среднем за последние десять лет (если сравнивать по отношению PE-коэффициента РТС к MSCI Emerging Markets, РЕ-коэффициент — цена акции к прибыли на акцию). Это связано с уходом многих инвесторов с развивающихся рынков на фоне ухудшения экономической обстановки и ослабления их валют. В конце прошлого года было несколько заявлений от крупных инвестиционных банков, что они рассматривают российский рынок акций в числе интересных для инвестиций из-за дешевизны активов. Однако на фоне продолжающейся девальвации рубля и экономической стагнации российский рынок акций пока остается рискованной инвестицией.

— Вы считаете, что вопрос о приватизации крупных госкомпаний сейчас своевременный?

— Несмотря на негативную ценовую конъюнктуру, некоторые страны объявили или уже проводят приватизацию нефтяных активов (Саудовская Аравия, Мексика). В условиях бюджетного дефицита приватизация может быть рассмотрена как один из источников дополнительных бюджетных доходов, но в текущих условиях, когда российские активы очень сильно подешевели, продажа активов возможна только с дисконтом.

— Осенью Греф дискутировал с ЦБ и правительством по поводу того, есть ли в России банковский кризис. На чьей вы стороне в этом споре? Какого рода поддержка нужна банкам? Как вы оцениваете программу поддержки через ОФЗ на триллион рублей, которую Минфин осуществил в прошлом году? Не придется ли ее повторить?

— Я придерживаюсь позиции, что ситуация в банковском секторе является управляемой. Регулятивные и стимулирующие меры (а программу докапитализации я рассматриваю именно в этом ключе, как способ поддержать кредитование и стимулировать экономический рост) были своевременными и позволили избежать системного кризиса и дестабилизации финансовой системы.

Актуальная задача финансовых властей сродни вопросу, стоящему перед хорошим врачом, — как предотвратить переход текущего недомогания в хроническую форму. Сегодня мы говорим о том, что на первый план выходит вопрос кредитного риска, а волатильность на финансовых рынках не расшатывает устойчивость кредитных организаций. Поскольку вызревание проблем в реальном секторе происходит постепенно, у банков и регулятора есть возможность минимизировать негативный эффект, повышая эффективность работы с проблемной задолженностью и управляя аппетитом к риску.

Вместе с тем имеющиеся проблемы важно решать, а не маскировать и прятать в отчетности. На мой взгляд, в направлении решения этих проблем регулятор действует довольно решительно.

— В прошлом году правительство РФ приняло антикризисный план. Он был выполнен, и первый вице-премьер Игорь Шувалов считает, что в прошлом году правительство не совершило ни одной крупной ошибки. Вы согласны с этим? Если ошибки были, то какие?

— Если посмотреть на комментарии международных экспертов относительно развития экономик мира в 2015-2016 году, то всегда российскую экономику относят к числу тех, результаты развития которых относительно экономических вызовов оказались лучше. Обычно похвалу заслуживают действия по поддержанию финансовой стабильности. Я также с этим согласна. При этом адаптация бюджетной политики к новым условиям, возможно, могла бы происходить активнее. Считаю, что ручное управление бюджетом должно как можно быстрее смениться новой стратегией и системой бюджетных правил (ведь от старых пришлось отказаться).

Важной целью экономической политики 2015 года стало импортозамещение. Эффект импортозамещения на фоне резкого падения спроса на внутреннем рынке оказался ниже желаемого. Продолжающаяся девальвация рубля сохраняет высокие стимулы для развития производств, ориентированных как на внутренний, так и внешний рынок, но стоимость капитала и неустойчивые экономические ожидания пока остаются серьезным барьером для наращивания инвестиций.

— В этом году правительство решило вновь вернуться к такому специальному плану. На чем стоит сосредоточиться в рамках этого плана в текущем году? Какие отрасли российской экономики нуждаются в наибольшей поддержке?

— В 2016 году аналитики АКРА ожидают сохранения тенденции на сокращение инвестиционного и потребительского спроса, а это означает, что как и в 2015 году отрасли, ориентированные на внутренний рынок, будут испытывать большее давление, чем экспортоориентированные отрасли, у которых снижение цен компенсируется девальвацией рубля.

— Прогноз, заложенный в основу бюджета на 2016 год, уже очень сильно отличается от ситуации, которую мы наблюдаем. Правительство решило пока не править его официально, но Минфин пошел по пути прошлого года — сократил лимиты бюджетных ассигнований для министерств на 10%, за этим последует сокращение расходов бюджета. Видите ли вы возможности избежать сокращения бюджета в этом году?

— Несмотря на формальное сокращение горизонтов планирования (с 3 до 1 года), Минфин все же де-факто должен ставить в приоритет среднесрочную сбалансированность федерального бюджета. В текущих условиях это подразумевает сохранение части Резервного фонда к концу 2016 года и рост чистого долга государства темпами не более 0,8-1% ВВП в год. В свою очередь, учитывая нестабильность нефтяных цен, это автоматически означает необходимость сокращения расходов в текущем году.

— Глава Минфина Антон Силуанов сказал, что если не сделать этого, то существует риск повторения кризиса 1998 года, когда инфляция превысила 80%. Насколько уместны сравнения нынешней ситуации с концом 90-х? Насколько серьезные риски для инфляции, на ваш взгляд, несет бюджетная политика?

— Если бюджетная политика будет скоординирована с денежно-кредитной и не будет исходить из излишне оптимистичных прогнозов внешней конъюнктуры, эти риски ограничены. Риск возникновения гиперинфляции пренебрежимо мал. Все инструменты для ее избежание есть, необходимый опыт регулирования в рыночной экономике накоплен.

— Стоит ли вообще сравнивать нынешнюю ситуацию с кризисом 1998 года?

— Опыт прошлых лет позволяет избежать ошибок, и о кризисе 1998 года надо помнить, но, конечно, ситуация в российской экономике сегодня и в 1998 году кардинально различаются. Сегодня наша финансовая система намного здоровее, а бюджетная политика ответственнее.

— Считаете ли вы реализуемым прогноз ЦБ по инфляции на это год?

— Ожидания аналитиков АКРА по инфляции на конец года 7-9%.

— Если вернуться к рейтингам РФ, главным ограничителем для них "большая тройка" называла структурные проблемы, прежде всего зависимость от нефти. А главным условием изменения рейтингов проведение реформ. Нефть марки Brent сейчас торгуется около 30 долларов за баррель. Как вы оцениваете риски того, что цены на нефть останутся на этом уровне на длительное время? Если да, то какие последствия ждут в этом случае российскую экономику?

— Избыток предложения на рынке нефти оценивается в 2%, и до тех пор, пока не будет достигнут баланс между спросом и предложением, высокая волатильность нефтяных цен будет сохраняться. Аналитики АКРА ожидают, что во второй половине 2016 года избыток предложения на рынке нефти сократится до 0,5%, а окончательно нивелируется только к началу 2017 года. До сих пор никто не знает возможности Ирана по наращиванию добычи после многолетнего недоинвестирования в добывающие мощности в условиях санкций, и если Иран сможет быстро наращивать добычу, то период перепроизводства на рынке нефти может затянуться дольше. Низкие цены на нефть, за исключением сланцевых производителей, слабо влияют на добычу нефти, так как операционные расходы компаний на уже работающих месторождениях в большинстве случаев все равно ниже 20-30 долларов за баррель. Влияние же на инвестиции низких цен на нефть действительно ощутимо: падение инвестиций в нефтедобычу в мире в 2015 году составило 20%, но эффект на добычу от этих сокращений мы увидим только через четыре-пять лет.

Российская экономика не смогла избавиться от нефтегазовой зависимости и все прошлые периоды низких цен на нефть переживала тяжело — с падением доходов населения, инвестиций и экономической стагнацией. Позитивными факторами, отличающими текущую ситуацию от предыдущих, являются низкий и сравнительно "длинный" государственный долг и снижение корпоративной внешней задолженности после закрытия западных рынков капитала. Традиционными факторами поддержки российской экономики в условиях негативной внешней конъюнктуры и слабого рубля являются большой внутренний рынок и сокращение подорожавшего импорта. В долгосрочном периоде потенциально низкие нефтяные цены создадут стимулы для диверсификации экономики — уровень человеческого капитала в России в целом достаточен, чтобы данный процесс активизировался.

— Какие реформы прежде всего нужны?

— В экономической сфере — снижение барьеров для работы малого и среднего бизнеса. Возобновление устойчивого экономического роста должно быть связано с развитием именно этих сегментов экономики. В социальной — снижение неравенства, повышение качества и доступности образования и медицины, что является ключевой инвестицией в долгосрочное развитие.

— Ранее глава Сбербанка Герман Греф высказал мнение, что Россия проиграла конкуренцию в мире по адаптации своей экономики к новой реальности и оказалась в списке стран-дауншифтеров и ей нужно быстро бежать в сторону изменений, чтобы уйти от "технологического порабощения". Согласны ли вы с такой позицией? Насколько она обоснована?

— Проблема технологического отставания действительно существует, но с этим можно и нужно работать. Уровень образования и квалификации кадров в России сравнительно высок, а теперь еще и дешев. Как известно, зарплаты в России в реальном выражении ниже, чем зарплаты в китайских городах. Проблема институциональная, и нужно работать над инвестиционным климатом, и я надеюсь, что деятельность АКРА внесет свой позитивный вклад в этот процесс и будет способствовать повышению транспарентности и эффективности нашего финансового рынка.

— На сайте АКРА появились проекты методологии, которой будет придерживаться в своей деятельности новое агентство. В чем ее принципиальное отличие от методологий представителей "большой тройки"?

— При выстраивании принципов работы АКРА придерживается лучших международных практик и передовых стандартов кредитного анализа и разрабатывает собственные авторские методологии. Сравнения с методологиями "большой тройки" мы не проводим, но очевидно, что основные отличия связаны прежде всего с использованием разных шкал. АКРА начнет свою работу с кредитных рейтингов, присвоенных по национальной шкале, что обусловлено регулятивными требованиями в Российской Федерации. В агентствах "большой тройки" также существуют рейтинги по национальной шкале, но это вторичный аналитический продукт, производный от рейтингов по международной шкале. В АКРА же вся методологическая база разрабатывается с учетом присвоения рейтингов именно по национальной шкале, с учетом локальных особенностей, что позволяет полностью соблюсти регулятивные требования и повысить аналитическое качество и грануляцию самого рейтингового продукта. Впервые в российской практике все проекты рейтинговых методологий мы публикуем на нашем сайт www.acra-ratings.ru для сбора комментариев с рынка до их окончательного утверждения. Такая обратная связь очень важна для повышения качества нашей методологической базы и понимания участниками рынка рейтингового процесса и продуктов АКРА.

— Когда АКРА получит аккредитацию ЦБ?

— Мы планируем подать документы на аккредитацию в Банк России в феврале и надеемся, что процесс проверки и внесения в реестр рейтинговых агентств будет завершен к началу лета 2016 года.

— Есть ли уже договоренности с ЦБ или Минфином о том, что они будут использовать исключительно рейтинги АКРА в своей деятельности? Например, для включения бумаг в ломбардный список? Когда ЦБ начнет учитывать рейтинги АКРА для включения бумаг в ломбардный список?

— Таких договоренностей нет и быть не может быть в принципе, это прямое нарушение как минимум антимонопольного регулирования. Согласно новому законодательству, в регулятивных целях будут использоваться кредитные рейтинги исключительно аккредитованных агентств. Поэтому задача номер один для нас на сегодня — выполнение всех необходимых требований для получения аккредитации и включения АКРА в реестр рейтинговых агентств Банка России. Но даже среди аккредитованных агентств участники рынка будут ориентироваться на те оценки, которые вызывают у них доверие своим качеством, глубиной, своевременностью, объективностью. И это главная задача ежедневной работы АКРА.

— В прошлом году вас пригласили стать членом жюри премии CartierWomen's Initiative Award, вы стали первым членом жюри из России. Насколько созвучна ваша роль в этом проекте вашей новой позиции в АКРА?

— Премия Cartier Women's Initiative Award присуждается женщинам, разработавшим инновационные, экономически эффективные и социально-ориентированные проекты в различных сферах, от здравоохранения до информационных технологий. Конкуренция на получение премии очень высока — из сотен проектов со всего мира мы выбираем лучшие, и я с огромным интересом и уважением к организаторам премии и ее соискателям принимаю участие в этом процессе. Мое участие в жюри премии как руководителя вновь созданного агентства как никогда актуально. Поддержка рынка и растущая востребованность рейтинговых продуктов АКРА — это не только возможности, но и огромная ответственность для растущей команды АКРА. Руководство процессом создания агентства такого уровня приносит колоссальный опыт, который я стремлюсь не только применять на благо агентства, но и передавать соискателям премии, чьи проекты требуют развития и доработки. Одной из своих задач в этой связи я вижу продвижение премии в России и очень надеюсь увидеть больше соискателей от нас, которые не побоятся представить свои проекты, будут готовы перенять лучшие международные практики и, возможно, стать лауреатами премии.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 января 2016 > № 1620682 Екатерина Трофимова


Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 29 декабря 2015 > № 1618234 Екатерина Трофимова

«Кредитный рейтинг не обязан нравиться»

Гендиректор АКРА Екатерина Трофимова о том, как в России в новом году будут делаться собственные кредитные рейтинги

Рустем Фаляхов

В новом году в России начнет работать Аналитическое кредитное рейтинговое агентство (АКРА). Насколько агентство будет независимо от властей, от подкупа бизнес-лоббистов и сможет ли составить реальную конкуренцию «большой тройке» международных рейтинговых агентств, в эксклюзивном интервью «Газете.Ru» рассказала гендиректор АКРА Екатерина Трофимова.

— Завершены ли организационные процедуры, необходимые для начала работы вашего агентства?

— Да, соблюдены все юридические процедуры для создания юрлица, проведено первое заседание совета директоров, идет прием первых сотрудников.

— Денег-то хватит, чтобы нанять специалистов высокого международного уровня?

— АКРА ориентируется на лучших специалистов в области кредитного анализа. Но не могу не отметить, что свою кадровую политику мы строим с учетом эффективности расходов и оптимального распределения персонала, наших аналитиков. Перед акционерами необходимо отчитываться за каждый потраченный рубль, а основной расход — это зарплата персонала.

В процессе отбора мы просмотрели более сотни кандидатов — это только по аналитическому направлению, из рейтинговых агентств, подразделений риск-менеджмента банков и инвестиционных компаний, аудиторских компаний, государственных органов, Банка России. Поиск не ограничивался только специалистами из России. Мы определили лучших, которые составят костяк аналитического блока и будут набирать отраслевые команды по мере развития бизнеса АКРА.

— А рейтинговать когда начнете?

— Сначала необходимо получить аккредитацию Банка России и войти в реестр рейтинговых агентств. Планируем подать документы на аккредитацию в феврале. Процедура проверки займет несколько месяцев. Присвоение первых рейтингов возможно не ранее 2–3-го квартала 2016 года.

— Если бы суверенный рейтинг необходимо было бы выпустить в декабре, каким бы он был?

— В декабре АКРА представит на своем сайте www.acra-ratings.ru проект национальной рейтинговой шкалы для обсуждения с рынком. Важным вопросом является, какой уровень признавать наивысшим, точкой отсчета для шкалы. В проекте, который предлагает АКРА, это кредитоспособность правительства РФ. Комментарии будут собираться до 20 января 2016 года, после чего окончательное решение будет принимать методологический комитет АКРА.

— АКРА начинает работать в самое «веселое» за последние 15 лет время. Экономика — на дне, геополитическая ситуация — на грани обострения. Может ли так получиться, что рейтинги АКРА будут более лояльными в оценке России, чем рейтинги «большой тройки» международных рейтинговых агентств? Собственно, ваше агентство и было решено организовать после того, как Fitch, Moody's и Standard & Poor's начали на фоне рецессии активно понижать суверенный рейтинг России…

— Суверенные рейтинги снижали и раньше. Создание нового агентства не с этим связано. С методологической точки зрения есть принципиальное отличие между рейтингами по международной и национальной шкале.

— АКРА будет работать именно по национальной шкале?

— Да, в ней эмитенты ранжируются по уровню риска в одной взятой стране, макроэкономические факторы учитываются в той степени, в которой они влияют на индивидуальные особенности каждого конкретного эмитента по сравнению с другими в данной стране. Международная шкала работает иначе — через межстрановые сравнения.

— То есть межстрановые сравнения жестче?

— Нет, это просто другая система измерения, другая система координат. Хотя международная шкала действительно приводит к более низким рейтингам для всех эмитентов в стране с невысокими международными рейтингами.

— Отсюда и все обиды в адрес «большой тройки» рейтинговых агентств?

— Как часто бывает, обиды от недопонимания, сложности с принятием другой позиции... Но это не значит, что один или другой подход неправилен. Каждая шкала соответствует определенным потребностям инвесторов, они во многом дополняют друг друга. Национальная шкала, например, особенно удобна для локальных инвесторов и представляет большую градацию рейтинговых уровней для лучшего учета отличий различных эмитентов.

— Насколько методика расчета рейтингов АКРА все-таки будет отличаться от методик «большой тройки»?

— Отличие будет прежде всего в более глубокой оценке локальной специфики российской экономики и учете региональных факторов в структуре кредитных рейтингов компаний различных отраслей. При работе над методологической базой АКРА не ставит себе целью изобрести методологический велосипед, поскольку фундаментальные основы кредитного анализа довольно однородны. При этом методологии строятся на основе лучших практик рейтингового бизнеса и будут максимально широко описывать подходы к трактовке тех или иных особенностей, встречающихся в российских компаниях и банках.

— Предположим, вы выпустили первый отчет и он не понравился Минфину или депутатам и сенаторам от партии власти. Ваши действия?

— Кредитный рейтинг не обязан кому-то нравиться или нет. Кредитный рейтинг — инструмент принятия инвестиционных решений, не более того. Моя задача — чтобы рейтинговый процесс в агентстве был выстроен согласно лучшим практикам, чтобы отсутствовал конфликт интересов. Лучшим индикатором отношения к кредитным рейтингам является степень их использования инвестиционным сообществом, востребованность рейтинга.

— Как будете учитывать политические риски в рейтингах?

— Политический фактор может являться компонентом суверенного рейтинга исключительно в форме оценки эффективности институциональной среды, стабильности и предсказуемости бюджетного процесса и финансовой политики. В любой другой форме кредитные рейтинги должны быть вне политики и тем более политического давления. Хотя, конечно, политика во все времена не только влияла на экономику, но и во многом, если говорить о векторе развития, ее определяла. Но кредитный рейтинг как раз и оценивает в том числе способность компаний адаптироваться к изменяющимся политическим условиям.

— Чувствуете ли вы себя независимым от внешнего давления руководителем?

— Я ощущаю исключительно высокую ответственность перед инвестиционным сообществом. Моя задача — оправдать ожидания инвесторов, заинтересованных в аналитическом продукте высокого качества.

— Но добросовестный труд ничего не гарантирует…

— Я не чувствую на себе внешнего давления.

— А процедура переизбрания руководителя агентства дает гарантию защиты?

— При учреждении агентства генеральный директор назначается общим собранием его учредителей, а решение о его переизбрании принимает совет директоров.

— Насколько акционеры могут влиять на рейтинг?

— Права акционеров прописаны в акционерном соглашении, являющемся конфиденциальным документом. Юридически у акционеров АКРА нет возможности повлиять на решения аналитического блока, что практически полностью минимизирует конфликт интересов.

— Как считаете, это нормальная ситуация, когда правительственные чиновники, Минфин встречаются с руководителями региональных подразделений «большой тройки» рейтинговых агентств и намекают им: не грохать суверенный рейтинг? А члены Совета Федерации давят на «большую тройку» публичными заявлениями о несправедливости рейтингов агентств, которые «кормятся за океаном».

— Любое рейтингуемое лицо заинтересовано в том, чтобы его кредитный рейтинг был максимально высокий. Это чисто экономический интерес.

— Возможно ли такое за пределами России — в США, Великобритании или Германии?

— Публичные критические высказывания в адрес рейтинговых агентств случаются повсеместно, но не оказывают влияния на их аналитическую работу. Усилия, которые прикладываются для информирования аналитиков агентств о позитивных аспектах кредитоспособности, также являются абсолютно легитимными и распространены в большинстве стран мира.

— Насколько значителен субъективизм, человеческий фактор при составлении рейтинга? Все ли решают методика и заранее утвержденный алгоритм?

— Несмотря на то что фундаментом рейтингового процесса является методология, кредитный рейтинг не является продуктом скоринга, расчетной величиной. Решение принимает рейтинговый комитет исходя из всестороннего анализа финансового положения и бизнеса компании с учетом прогноза ее показателей в будущем. Во внимание также принимается эволюция и ожидание по динамике макроиндикаторов.

В АКРА прогнозированием будет заниматься отдельное подразделение, и такой подход не имеет аналогов в России и даже в «большой тройке» агентств. Члены нашего рейтингового комитета будут полагаться не в последнюю очередь на свой опыт кредитного анализа.

— Как преодолеть скептицизм глобальных инвестфондов относительно нового российского агентства, создание которого инициировали сами российские власти?

— Начнем с того, что перед АКРА не стоит задача через год стать международным рейтинговым агентством масштаба компаний «тройки». Задача прежде всего состоит в том, чтобы создать компетентного, профессионального регионального игрока, способного удовлетворить потребность локальных инвесторов, регулятора и других участников финансового рынка. Удовлетворить потребность в качественной, достоверной и объективной оценке кредитного риска. Убеждена, что только такой подход является правильным на пути к признанию крупнейших международных долговых инвесторов.

— Возможна ли такая ситуация, когда агентства «большой тройки», все или некоторые, уйдут из РФ? Из-за санкций. Или как часть санкций?

— Я уверена, что вопрос об уходе международных рейтинговых агентств с российского рынка даже не стоит, хотя возможны некоторые изменения по формату их работы.

— Насколько сейчас выгоден бизнес рейтингования в РФ?

— Реальность такова, что все рейтинговые агентства, работающие в России, столкнулись с существенным ростом регулятивной нагрузки, которая серьезно увеличивает расходы на ведение полноценной рейтинговой деятельности. Безусловно, это серьезно влияет на рентабельность. При этом формирование надзорных требований все еще продолжается. Поэтому пока рано говорить, какие операционные решения будут принимать те или иные агентства. Переходный период продлится до конца 2016 года для российских агентств и до середины 2017 года — для международных.

— Почему количество учредителей агентства в какой-то момент было ограничено 27 участниками?

— Финансовая независимость коммерческой организации, в том числе АКРА, определяется величиной чистых активов, то есть капитала. Поскольку АКРА не будет привлекать заемные средства, мы ориентируемся на те ресурсы, которые есть в нашем распоряжении сегодня. Поскольку акционерами поставлена задача выйти на положительный финансовый результат уже к концу третьего года работы, капитал агентства будет прирастать за счет прибыли.

Ограничение по количеству акционеров было исключительно логистическим — поскольку сроки запуска АКРА были четко определены, не все потенциальные акционеры были готовы дать гарантии получения всех необходимых согласований и осуществления корпоративных процедур для участия в капитале агентства в срок.

— Для вас эта должность — факт карьерного роста или... ?

— Для меня это не только «должность», но и возможность создать проект, который не просто принесет сиюминутную выгоду, а внесет вклад в решение намного более глобальных задач. В их числе — движение российской экономики в сторону большей транспарентности и эффективности.

— В чем смысл KPI руководителя АКРА?

— На этапе запуска результативность руководителя агентства оценивается по эффективности выстроенных бизнес-процессов. В перспективе — качеством производимого агентством продукта и периодом достижения окупаемости проекта.

— На чем АКРА планирует зарабатывать?

— Выручка агентства будет складываться из дохода от предоставления рейтинговых услуг (присвоение рейтингов эмитентам и эмиссиям) и продаже подписок на аналитические материалы. Это не дотационный проект, и у меня стоит задача от акционеров по выведению проекта на окупаемость. Согласно бизнес-плану, это должно произойти к концу третьего года работы АКРА.

— Где зарплата выше: на должности первого вице-президента Газпромбанка или здесь, в АКРА?

— Работать только ради денег — занятие тупиковое, и финансовая составляющая в чистом виде никогда не может быть лучшим мотивирующим фактором в работе, особенно если говорить о долгосрочной перспективе. Сейчас у меня появилась возможность выстроить все процессы с нуля, применить лучший международный опыт и, адаптировав его к нуждам локального рынка, создать востребованного и компетентного игрока российского финансового сектора. Движение к этой цели и есть для меня главный мотиватор.

— Каким будет 2016 год в России?

— Он точно будет не менее сложным и насыщенным, чем 2015-й. При этом я надеюсь, что он будет более предсказуемым, поскольку любая волатильность (тем более не заложенная в ожиданиях) — это негативный фактор как для бизнеса, так и для государства. Понимая условия операционной среды, в них можно работать и корректировать свою стратегию. Если условия постоянно меняются (процентные и налоговые ставки, курс валюты, инвестиционный и потребительский спрос), это выступает дополнительным катализатором стресса. Поэтому я жду года, который покажет, как экономика и ее субъекты научились работать в условиях new normal. По всей видимости, это найдет отражение в кредитных рейтингах АКРА.

Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 29 декабря 2015 > № 1618234 Екатерина Трофимова


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 16 марта 2015 > № 1315489 Екатерина Трофимова

Екатерина Трофимова: «Неожиданным оказалось полное отсутствие поддержки рынка через валютные интервенции»

О ситуации с курсом рубля, ВВП России в 2015 году, трансформации мировой экономики, инфляции и безработице рассказала первый вице-президент, член правления Газпромбанка Екатерина Трофимова. // Наталия Трушина, Bankir.Ru

На Гайдаровском форуме-2015 года вы сказали, что мировая экономика сейчас переживает один из структурных кризисов, и, по ощущениям, еще и пятая часть его не пройдена. Расскажите, пожалуйста, на чем вы основываете свои выводы? Как правильно характеризовать текущий кризис? Когда-то Алексей Кудрин назвал 10-е годы 21 века «потерянным десятилетием». Вы согласны с его оценкой, или кризис, о котором вы говорите, еще более масштабный, и к 2020 году он не закончится?

- Сложившуюся ситуацию не совсем верно называть кризисом; скорее, мировая экономика вошла в фазу слабого и неустойчивого роста, который обусловлен структурными и фундаментальными факторами. С обвала мировых финансовых рынков в 2008 году прошло уже почти 7 лет, но мы по-прежнему видим неустойчивый экономический рост и балансирование на грани дефляции в мировой экономике. Даже этого удалось добиться только ценой беспрецедентных монетарных стимулов и высоких бюджетных расходов. Оценить долгосрочные последствия применяемых мер монетарного стимулирования достаточно сложно, а понятной и прозрачной стратегии выхода из стимулирующей политики у ведущих стран мира нет. Уровни имущественного расслоения продолжают расти на фоне низкой занятости, что не позволяет рассчитывать на рост потребительской активности. Пока мы не видим достаточных предпосылок, чтобы говорить о том, что период трансформации мировой экономики близок к завершению, и впереди – возврат к устойчивому росту. Скорее, это еще даже не середина пути.

- В таком случае, в чем, по-вашему, заключаются фундаментальные проблемы мировой экономики? В чем заключаются основные вызовы, на которые необходимо будет ответить мировому сообществу в ближайшие годы?

- Среди таких факторов – демографические тренды, стремительный рост концентрации доходов и капиталов, истощение среднего класса и занятости в развитых странах (то есть платежеспособного спроса). Свою роль в этих процессах играют и технологический прогресс, глобализационные тренды, которые меняют структуру мировой экономики, финансовой системы и рынка труда. Экономическая политика сконцентрирована на кратко- и среднесрочных локальных целях, но создает риски для долгосрочной устойчивости, сложные решения откладываются. В условиях медленного роста происходит усиление различных форм протекционизма, которые могут только ухудшить общую ситуацию и не позволить выстроить эффективную систему взаимного учета интересов.

Для развитых экономик огромным вызовом становится растущее расслоение, которое приводит к истощению среднего класса, угнетая потребительскую и инвестиционную активность. Фактически общие доходы растут, но в реальности этот рост сконцентрирован только в секторе состоятельных домохозяйств, что резко снижает трансмиссию доходов в потребление. Развивающиеся страны сталкиваются с внутренней неэффективностью экономик и неразвитостью финансовых систем, которые были ориентированы в основном на внешний спрос и привлечение внешних инвестиций, а сейчас требуют перехода на рост за счет внутреннего потребления и повышения эффективности инвестиций. Сейчас крайне важно, даже более важно, чем это было в 2008 году, идти по пути активизации международного экономического сотрудничества в условиях взаимного учета интересов.

- Чем отличается ситуация в российской экономике от общемировой? Что является основной ее проблемой? Какими вы видите пути выхода из кризиса?

- В краткосрочном периоде основной проблемой российской экономики является всплеск инфляции, которая вызывает сохранение высокого уровня ставок, сокращение спроса населения в реальном выражении на фоне сохранения номинальных темпов роста, а также требует более значительного объема расходов бюджета. По мере исчерпания девальвационного эффекта российская экономика с высокой вероятностью сможет остановить падение.

В среднесрочном периоде основной проблемой останется отсутствие внутренних долгосрочных источников рублевого финансирования. Очередная итерация пенсионной реформы не связана с активным ростом обращения средств пенсионных накоплений на финансовом рынке, а размещению длинных депозитов населения сейчас препятствует инвертированная кривая доходности. Внешний рынок, который до последнего времени являлся источником длинных денег, остается закрытым. Впрочем, некоторый выход из этой ситуации возможен за счет развития специализированных инструментов Банка России и развития секьюритизации.

Отдельную проблему традиционно представляет мотивация к развитию производства в России. Ослабление рубля возвратило традиционные сравнительные преимущества России – дешевые энергоресурсы, доступная и образованная рабочая сила, емкий рынок (население Евразийского экономического союза более 170 млн. человек) и низкий уровень долговой нагрузки. Продолжение работы по совершенствованию инвестиционной привлекательности страны для внутренних и внешних инвесторов, создание благоприятных условий для функционирования малого и среднего бизнеса должны помочь переломить сложившееся отношение к ведению бизнеса в России.

- Дайте, пожалуйста, вашу оценку состоянию банковского сектора в России? Насколько устойчивым можно назвать его положение сегодня? В каком сегменте банковского бизнеса будет сосредоточен драйвер роста для отрасли (будут ли это комиссионные доходы, или повышение эффективности работы с задолженностью, или что-то еще)?

- Наблюдаемое в 2014 году и ожидаемое в 2015 году сокращение прибыли вызвано временными факторами, связанными с увеличением основных монетарных ставок и вялой экономической динамикой. Это не свидетельствует о значительном сокращении ожидаемой в среднесрочном периоде доходности банковского бизнеса или росте угрозы финансовой устойчивости.

Сокращение прибыли в 2014 году по сравнению с 2013 годом было вызвано ростом резервов, сформированных под возможные потери, и резким удорожанием стоимости ресурсов. Произошедший в декабре ощутимый рост ключевой ставки (с 9% до 17%) и доходностей по депозитам Минфина (до 38% на 10 дней) сказался и на росте процентных расходов по привлеченным средствам юридических лиц. В 2015 году уже наблюдается снижение ставок относительно пиковых значений, достигнутых в декабре 2014 года.

В условиях ослабления экономики и ожидаемого значительного изменения процентных ставок в течение года, драйвером прибыли станет управление задолженностью и более гибкая работа в отношении процентных доходов и расходов.

В отношении роста просроченной задолженности ситуация выглядит вполне управляемой. Ослабление рубля улучшило положение экспортеров, а наблюдаемое продолжение роста доходов и расходов населения, инвестиций в номинальном выражении будет поддерживать финансовое положение заемщиков, имеющих кредиты в рублях.

- Как вы оцениваете политику Банка России? Много критики было адресовано регулятору со стороны экспертного сообщества, представителей власти, различных СМИ и т.д. в течение последних нескольких месяцев, но хотелось бы услышать ваше мнение по поводу повышения ЦБ РФ ключевой ставки, например?

- Решение по повышению ключевой ставки было адекватно сложившейся на тот момент ситуации на валютном рынке: были ожидания масштабных выплат по погашению долга, динамика цены на нефть демонстрировала негативный тренд, сохранялась внешнеполитическая напряженность. Возможно, несколько неожиданным оказалось полное отсутствие поддержки рынка через валютные интервенции. Использование совокупности этих инструментов с большей долей вероятности помогло бы сгладить реакцию игроков и стабилизировать валютный курс на уровнях, более соответствующих фундаментальным значениям курса.

- По вашему мнению, какой уровень ключевой ставки является наиболее комфортным для экономики России?

- Универсального комфортного значения ключевой ставки нет – все зависит от ситуации в экономике России: в динамике экономического роста, инфляции, ситуации на валютном рынке, рисках ухудшения качества кредитного портфеля, например, в случае его активного роста. Можно предположить, что в ситуации стабильного развития ключевая ставка по возможности должна быть приближена к средним темпам ожидаемой через полгода-год инфляции, плюс-минус 1%.

- Как вы оцениваете ситуацию с курсом рубля? Насколько своевременно рубль был отправлен регулятором в «свободное плавание»? Сегодня ряд экспертов заявляет, что этого, вообще, не стоило делать в связи со сложившимися экономическими реалиями. Что вы думаете по этому поводу?

- Досрочный переход рубля в «свободное плавание» в некоторой степени был вынужденным решением Банка России. В ситуации падения цен на нефть, закрытого рынка капитала и сформированных негативных ожиданий Банк России не мог комфортно контролировать ситуацию на валютном рынке, принимая во внимание ограниченный объем золотовалютных резервов. Более того, даже сейчас активные операции с валютой продолжаются – общий объем предоставленной Банком России и Минфином валютной ликвидности через операции РЕПО/312-П/депозитные аукционы на 1 марта 2015 года составил более $30 млрд. Принимая во внимание значительное воздействие ослабления рубля на инфляцию, а также все возрастающие относительно резервов ЦБ объемы движения капитала и его влияние на курс, можно ожидать возобновление дискуссии об уточнении параметров валютной политики.

- В заключение хотелось бы узнать ваш экономический прогноз на 2015 год. Каким будет уровень ВВП? Удастся ли удержаться инфляции в заявленных Минэкономразвития рамках? Что будет с безработицей? В общем, к чему готовиться российским банкам, обществу и бизнесу?

- В отличие от ситуации 2009 года, сокращение ВВП происходит на фоне роста номинального объема доходов и расходов населения, инвестиций, выручки. Таким образом, определяющим фактором снижения ВВП выступает высокий дефлятор, обусловленный всплеском инфляции. По мере ее замедления, которое ожидается во второй половине 2015 года, темпы сокращения ВВП будут уменьшаться, а уже с начала 2016 года, вероятно, вновь перейдут в рост. В целом по итогам 2015 года Центр экономического прогнозирования Газпромбанка ожидает сокращение ВВП на 2,5–3,5%. Темпы роста инфляции, вероятно, составят 12,5–14,5%, многое будет зависеть от динамики курса рубля и развития геополитической ситуации в целом в предстоящие месяцы.

Сохранение роста выручки (в среднем по экономике) имеет и важные социальные последствия: прежде всего, предприятия смогут продолжать обслуживать свои обязательства перед работниками (Росстат не фиксирует роста просроченной задолженности по зарплатам). Сокращение персонала будет носить умеренный характер: безусловно, снижение физического объема продаж создает предпосылки для этого, но этот процесс будет более обдуманным и выборочным. По этой причине умеренный рост безработицы (на 0,5–1%) более вероятен, чем ее резкий рост.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 16 марта 2015 > № 1315489 Екатерина Трофимова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter