Всего новостей: 2604131, выбрано 11 за 0.015 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Галстян Арег в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмАрмия, полициявсе
Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 26 июня 2018 > № 2653779 Арег Галстян

Два одиночества. Почему встреча Трампа с Путиным обречена на провал

Арег Галстян

американист

Американского лидера окружают неоконсерваторы, считающие Россию «империей зла». Любой компромисс с русскими, по их убеждению, должен быть основан на признании исключительности США, а обоюдные договоренности должны иметь точечный и временный характер

Ряд зарубежных и российских СМИ сообщают, что встреча президента США Дональда Трампа с российским лидером Владимиром Путиным может состояться уже 15 июля в австрийской столице — Вене. Мировое экспертное сообщество активно обсуждает возможные повестки сторон и потенциальные политические решения, которые могут быть приняты по итогам двусторонних переговоров.

На данном этапе уже проводятся мероприятия подготовительного характера. Сначала в Москву прибудет делегация сенаторов и конгрессменов, после чего запланирован визит советника по национальной безопасности Джона Болтона. Российская сторона рассматривает эти события как важный политический импульс, который крайне необходим для реанимирования политического диалога с Вашингтоном. В свою очередь, для Трампа, который одержал ряд внешнеполитических побед, встреча с Путиным может закончиться не только положительными, но и негативными последствиями. Вероятность кардинального прорыва мала ввиду наличия значительных объективных и субъективных барьеров. В чем же они заключаются и возможно ли их преодолеть?

Главная проблема — чрезмерная идеологизированность внешней политики Соединенных Штатов. Государственный облик Дональда Трампа конструировали по образу 7-го президента Эндрю Джексона, который выполнял свои предвыборные обещания и служил интересам народа, игнорируя все этические стороны политических реалий. Однако «джексонианство» проявляется крайне избирательно и прагматично. Риторика «народной политики» вполне удобна для объяснения мер жесткого протекционизма, которые ведут к торговым войнам с внешним миром. Однако налоговая реформа и поддержка банковского сектора со стороны Трампа вряд ли были бы одобрены Джексоном, который был убежден в том, что банки — основная угроза для страны и нации. Аналогичным образом обстоят дела и во внешней политике. С одной стороны, республиканец говорит на языке реалистов, с другой, использует наиболее радикальные категории исключительности, на которые не решался даже неоконсерватор Джордж Буш-младший.

Он по-прежнему выступает за установление прагматичного диалога с Москвой на основе признания взаимных интересов. Этот подход базируется на принципе холодного реализма, ведь ни один мировой лидер не может игнорировать фактор страны, занимающей 1/9 часть суши. При этом на ключевые внешнеполитические позиции он назначает людей, которые видят в России не просто стратегического противника, а идеологического врага. Госсекретарь Майк Помпео, советник по национальной безопасности Джон Болтон, руководитель аппарата Джон Келли и министр обороны Джеймс Мэттис не настроены на признание за Москвой статуса равноправного партнера по диалогу. Они также не входят в число политических перевертышей, позиция которых меняется от одной администрации к другой.

Трампу приходится считаться с тем, что вокруг него не просто ястребы-неоконсерваторы, а проводники идей богоизбранности американской нации и священной миссии Соединенных Штатов и именно их руками Господь осуществляет политику на Земле. Россия — это «империя зла», которая пытается поставить под сомнение глобальную гегемонию Америки, а следовательно — Божью волю. Любой компромисс с русскими, по их убеждению, должен быть основан на признании исключительности США, а обоюдные договоренности должны иметь точечный и временный характер, исходя из национальных интересов страны. В подобной административной конфигурации Трампу остается роль хорошего полицейского, которого политтехнологи продают под соусом нового Джексона, вынужденного в одиночестве вести борьбу в сложном окружении.

Другой фактор — это Конгресс. Процесс принятия решений в США достаточно сложен и многослоен. Администрация Белого дома обладает широкими конституционными полномочиями по внешней политике, которая непосредственно реализуется президентом и профильными министерствами (в первую очередь, Госдепартаментом). Однако правовая система делегирует значительные полномочия и Конгрессу — законодательной ветви власти. Палата представителей не может принимать внешнеполитические законы (act), и ее функционал ограничен резолюциями (resolution), которые носят исключительно рекомендательный характер. За международную политику отвечают законодатели верхней палаты — Сената. Именно члены комитетов по внешней политике, вооруженным делам и разведке утверждают кандидатов на должности госсекретаря, министра обороны и глав специальных служб — ЦРУ, ФБР, АНБ. Сенаторы могут блокировать любой акт президента и обойти его карманное и абсолютное вето, если соберут необходимое количество голосов. Более того, исключительное право объявления войны, мира, а также ратификация международных договоров целиком находятся в ведомстве Конгресса.

Американская действительность сильно отличается от российской, где правящая партия является инструментом в руках правящей элиты. В Штатах партийная дисциплина крайне размыта и сенатор-республиканец никак не зависит от президента-республиканца, и наоборот. Напротив, по большинству вопросов идет противостояние не по партийному принципу, а институциональному — исполнительной ветви с законодательной. Отношение к России — яркий пример этого тезиса.

Республиканское большинство в обеих палатах в обход решения Трампа заключило консенсусное соглашение с демократами о необходимости продолжения давления на Москву путем санкций. Когда президент намекнул о своем несогласии с подобным подходом, законодатели приняли решение лишить его возможности наложения вето на санкции против России. Теперь сложилась ситуация, когда в российском направлении Трамп лишен основного инструмента по сдерживанию Конгресса — права вето. Более того, назначенцы Трампа, которые были настроены на диалог с Россией (Майкл Флинн, Стивен Бэннон, Рекс Тиллерсон), были нейтрализованы после сильного давления со стороны Сената, который большинством утвердил кандидатуры ястребов Болтона, Мэттиса и Помпео. Сложно представить, как будут формироваться отношения с Капитолием, где находятся политические ключи от диалога с Москвой.

Позиция Конгресса довольно проста — ослабление санкций возможно при условии, что Россия пойдет на значительные уступки по ряду международных вопросов, включая украинский и сирийский.

Нельзя также забывать, что в ноябре текущего года пройдут промежуточные выборы в Конгресс. Сегодня разрыв между партиями в Сенате минимален — всего четыре голоса в пользу «слонов». По предварительным оценкам, демократы могут уже этой осенью как минимум сократить отставание до 1 голоса. Учитывая сплоченность и партийную организованность, «ослы» смогут институционально лишить Трампа любого воздействия на верхнюю палату. После поражения Хиллари Клинтон демократы сконцентрировались на ударах по России, лоббируя точку зрения, что именно Москва в сговоре с Трампом повлияла на исход избирательной кампании 2016 года. Если они смогут отвоевать Сенат у республиканцев, власть президента будет ограничена уже вдвое. Более того, принимая во внимание работу специальной комиссии Мюллера, «ослы», получив партийное большинство, могут поставить под сомнение и политическое выживание Трампа до 2020 года (импичмент). Республиканец понимает эти расклады и вряд ли будет говорить о равноправном диалоге с Россией перед столь важным электоральным циклом. Скорее всего, его политтехнологи преподнесут эту встречу как желание России найти компромиссы, ответом на что будет жесткая и принципиальная позиция Трампа — лидера свободного мира.

Помимо формальных барьеров существуют и различные группы интересов, воздействующие на процесс принятия политических решений. В российском направлении сильное влияние оказывают СМИ и польское лобби. Ведущие издания от Washington Post до Time детально изучают каждое высказывание Трампа в отношении России и президента Путина. Подавляющее большинство статей и очерков имеет критический характер с посылом о наличии тайных связей главы Белого дома с агентами Кремля. На другом фронте активно действует польская диаспора, обладающая серьезным политическим влиянием в Вашингтоне. Конгресс Американской Полонии (КАП) активно продвигает повестку, направленную на сдерживание России.

В частности, польские лоббисты в Сенате выступают за предоставление летального вооружения Украине, увеличение количества санкций против России (секторальных и персональных), расширение американского военного присутствия в Восточной Европе и Прибалтике и увеличение безвозмездных внешних ассигнований Польше по линии ведущих федеральных программ. По многим направлениям они достигли значительных результатов, а визит президента Трампа в Варшаву, который совпал с днем принятия новых санкций против Москвы, был воспринят с большим воодушевлением польской диаспорой. У российской общины нет ни ресурсов, ни организационных возможностей для борьбы с одной из наиболее могущественных этнолоббистских структур, что также представляет позицию Москвы крайне уязвимой.

Наконец, важно понять повестку самих переговоров. На сегодняшний день имеется одно направление, которое может стать объектом достижения каких-либо соглашений. Речь идет о продолжительной работе по денуклеаризации корейского полуострова.

Москва и Вашингтон заинтересованы в том, чтобы ослабить ядерный инструментарий Северной Кореи, ставшей серьезной угрозой глобального масштаба.

Пхеньян может стать новой точкой соприкосновения для двух стран, учитывая, что в карабахском направлении единая линия в рамках Минской группы ОБСЕ начинает постепенно размываться в сторону Азербайджана. Подобный вопрос, который имеет международное геополитическое значение, можно использовать как возможность нахождения общих интересов, невзирая на существующие разногласия. К тому же демократы вряд ли станут выступать против того, что США решают северокорейский кризис путем диалога, на котором так усердно настаивал их президент Билл Клинтон в 1990-х и Хиллари Клинтон в бытность госсекретарем. Другие вопросы — энергетика, торговые войны, Иран, Украина, Сирия, Карабах – с высокой долей вероятности также будут затронуты в закрытой части переговоров, но вряд ли стоит ожидать какого-то прорыва.

Крайне сложным будет разговор об энергетическом будущем Европы. Белый дом и Конгресс выступают против реализации проекта «Северный поток — 2», который рассматривается как угроза для долгосрочных американских энергетических интересов в Европе. Российский формат поддержан Австрией, Швецией и Финляндией и неформально лоббируется Германией. Американцы готовятся принять серьезные ограничительные меры, если европейцы не пересмотрят свою позицию. Немецкая компания «Юпитер» — партнер «Газпрома» — уже заявила, что санкции со стороны США могут быть чрезвычайно опасными для всех европейских участников проекта.

Параллельно Польша, более ориентированная на Вашингтон, готовится к сопротивлению внутри европейского сообщества. Кроме того, пока позицию Америки поддерживает Дания, которая также должна дать согласие на прокладку трубы в своей экономической зоне. Американцы также рассматривают «Северный поток — 2» как попытку России сократить свою зависимость от украинского коридора для экспорта энергоресурсов на европейский рынок. Европейцы недовольны политикой введения торговых пошлин со стороны Штатов и будут использовать «Северный поток -2» в качестве предмета политического торга с Вашингтоном. Насколько сложным будет трехсторонний разговор Вашингтон-Брюссель-Москва остается только гадать, но вряд ли Трамп пойдет на какие-либо уступки.

Таким образом, не следует ожидать каких-либо серьезных прорывов от грядущей встречи двух лидеров. Российская сторона хотела бы наладить диалог и найти выход из конфронтационного тупика с коллективным Западом, который сегодня находится в расколотом состоянии. Однако взаимоотношения с Америкой имеют свои нюансы и специфику, а ряд вышеназванных причин не создает предпосылок для оптимистичных выводов. Вашингтон взял курс на максимальный прагматизм американской исключительности, который должен приносить не только моральное удовлетворение, но и вполне конкретные ощутимые дивиденды. Это и есть «America First». Всему миру, включая ближайших союзников США, придется к этому привыкать.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 26 июня 2018 > № 2653779 Арег Галстян


США. Россия > Армия, полиция > forbes.ru, 14 марта 2018 > № 2533084 Арег Галстян

Подарок военным. Новый госсекретарь США может обострить отношения с Россией

Арег Галстян

американист

Майк Помпео известен своей бескомпромиссной позицией в отношении Москвы. Конгресс получает от администрации четкий сигнал о дальнейшей поддержке политики давления на Россию

Президент Дональд Трамп официально отправил госсекретаря Рекса Тиллерсона в отставку. В американской экспертно-аналитической среде эту новость восприняли неоднозначно. Одни издания отметили, что слухи об увольнении Тиллерсона активно распространялись определенными источниками из Овального кабинета с прошлого года и потому судьба госсекретаря была предопределена. Другие крупные информационные агентства и эксперты мозговых центров видят в действиях президента больше эмоционально-субъективных причин, чем хладнокровный и прагматичный расчет. Что могло натолкнуть Трампа на подобный шаг?

Первое — кризис взаимопонимания. Пресса давно публикует материалы о том, что президент не может найти общий язык со своим госсекретарем. Анализ многочисленных заявлений Трампа и Тиллерсона по ряду внешнеполитических вопросов показывает наличие серьезных противоречий относительно внешнеполитических проблем: часто президент делает одно заявление (по Ирану или Северной Корее), а госсекретарь — совершенно противоположное. Подобные разночтения можно было воспринимать как классическую американскую политическую игру в хорошего и плохого полицейского. Но ситуация изменилась, когда The Washington Post и The Wall Street Journal стали писать о том, что Рекс крайне недоволен политикой Трампа. Не исключается, что эти вбросы могли быть организованы самим Тиллерсоном как средства давления на президента.

Подобное отношение Тиллерсона можно понять, ведь он дал согласие занять должность в администрации на конкретных условиях. Он многократно подчеркивал, что Трамп обещал предоставить ему определенную свободу действий в рамках управления Госдепартаментом. На деле все сложилось иначе: президент каждый раз блокировал кандидатов, которых Тиллерсон предлагал на разные должности во внешнеполитическом ведомстве. В результате подобных действий президента более 30% постов в Госдепе оставались вакантными вплоть до конца декабря прошлого года. Кадровый голод не позволял Тиллерсону выработать нужные стратегические концепции в тех или иных внешнеполитических направлениях. Влиятельные сенаторы из обеих партий — Чак Шумер, Марко Рубио, Боб Менендес, Джек Рид и Роберт Коркер — неоднократно критиковали Госдепартамент за невнятные предложения по решению иранского, северокорейского и венесуэльского кризисов. Неудивительно, что Рекс, получающий удары со всех сторон, перешел в наступление против Трампа.

Важно также учитывать психологический портрет нынешнего президента. Дональд Трамп считает себя не просто главой государства, но большим босом в Белом доме, а членов своей администрации — простыми подчиненными.

В данном контексте он не терпит проявлений неповиновения, которые Тиллерсон допускал достаточно часто. Свое отношение к непослушным сотрудникам республиканец четко выразил еще во время избирательной кампании знаменитой фразой: «Ты уволен». Более того, отставка Рекса — не единственный случай. Первым от этого подхода пострадал бывший директор ФБР Джеймс Коми, к которому Трамп также ощущал личную неприязнь. В американской экспертной среде можно достаточно часто встретить мнение, что президент часто принимает важные решения, поддаваясь эмоциям. В данном случае вполне можно допустить, что последнее заявление Тиллерсона о возможном российском следе в скандальном «деле Скрипаля» было сделано без согласования с пресс-секретарем президента. В целом это было характерно для Рекса: он умудрялся делать заявления до официальных выступлений пресс-секретаря президента.

Второе — борьба узких лобби-групп в администрации. Новый рабочий год Трамп начал с администрацией, которая за последние два года подверглась серьезной внутренней чистке. Все ближайшие соратники республиканца — Майкл Флинн, Стивен Бэннон и Райн Прибус — были по разным причинам отправлены в отставку. На их смену пришли классические генералы, которые продвигают интересы военно-разведывательного сообщества. Министр обороны Джеймс Мэттис пролоббировал своих сослуживцев и близких друзей — Герберта Макмастера и Джона Келли — на должности советника по национальной безопасности и руководителя аппарата президента соответственно. Другой лоббист ВПК — Майк Помпео — ранее был утвержден в качестве директора ЦРУ. Иными словами, военные получили возможность беспрецедентного влияния на принятие политических решений в западном крыле, особенно в направлении перераспределения бюджетных средств.

Единственным конкурентом ВПК стало нефтяное лобби, представленное госсекретарем Рексом Тиллерсоном (экс-директора ExxonMobil) и министром энергетики Риком Перри (лоббист Chevron). С точки зрения классической лоббистской стратегии они должны были составить коалицию и вместе бороться против генеральского лобби за ум и сердце президента. Однако этот союз не случился ввиду того, что Перри изначально проявил себя как командный игрок администрации, не желая идти в конфронтацию с военным блоком. Тиллерсон остался один на один против «группы Мэттиса», которая использовала его личные разногласия с Трампом для извлечения собственных дивидендов. Теперь с отставкой Рекса и назначением на его место Помпео военно-разведывательное лобби взяло под контроль последнюю высоту в исполнительной власти — Государственный департамент. Конфигурация сложилась таким образом, что как минимум до 2020 года именно ВПК будет не только определять оборонную политику, но и держать под контролем дипломатическое сопровождение внешнеполитических решений. С точки зрения обеспечения внутренних интересов ВПК получил инструменты, с помощью которых можно обойти все барьеры на пути к ежегодному увеличению военного бюджета.

Из всей этой ситуации Трампу удалось извлечь ряд других дивидендов. Во-первых, место Помпео у руля сверхконсервативного ЦРУ впервые в истории было отдано женщине — Джине Хаспел. Этот шаг позволит Дональду избавиться от репутации ультраконсерватора, которого преследует «слава» сексиста.

Политтехнологи тщательно вычищают из республиканца остатки «бэнноновского джексонианца» и пытаются укрепить его позиции среди левых, умеренных и центристов, в которых широко представлен женский электорат. Это назначение также должно в какой-то мере смягчить информационные издержки отставки госсекретаря. Сложно определить, что общество будет обсуждать больше — увольнение Тиллерсона или назначение женщины директором внешней разведки глобальной сверхдержавы. Во-вторых, оба решения — отставка Рекса и назначение Хаспел — будут с одобрением встречены в Конгрессе. Трамп, подталкиваемый лоббистами ВПК, осознает важность нормализации отношений с законодателями для решения внутренних и внешнеполитических задач. Теперь можно с высокой долей вероятности сказать, что президент найдет новых союзников на Капитолийском холме.

В свою очередь, назначение Помпео может привести к ряду изменений.

Первое — ужесточение риторики в иранском направлении. В отличие от Рекса он поддерживает позицию неоконсерваторов в Конгрессе о необходимости аннулирования «ядерной сделки», заключенной при администрации Обамы. Во время недавних протестов в Иране Помпео раскритиковал мягкую позицию Тиллерсона, заявив, что Америка должна поддержать желание иранского народа жить в свободной демократической стране. Кроме того, в лице Помпео Израиль — главный стратегический союзник США в регионе — получит большого друга и идеологического соратника в Госдепартаменте.

Второе — укрепление тылов в рамках разрешения северокорейской проблемы. Трамп многократно поддерживал жесткие выпады Помпео в отношении политики официального Пхеньяна. Более того, экс-глава ЦРУ всегда подчеркивал, что эта проблема может быть урегулирована лишь на условиях Америки и ее союзников в регионе — Японии и Южной Кореи. Белый дом не исключает формата переговоров, и ведущая роль Помпео в этом процессе не позволит критикам говорить о проявлении слабости со стороны Вашингтона.

Третье — Конгресс получает от администрации четкий сигнал о дальнейшей поддержке политики давления на Россию. Майк известен своей бескомпромиссной позицией в отношении Москвы. Он предлагает ужесточить санкционную политику и требует более решительных действий: поставок вооружения Грузии и Украине, усиления позиций НАТО в Восточной Европе и Прибалтике. Помпео также последовательно говорил о российском вмешательстве в американские выборы и подчеркивал, что Кремль может планировать подобные атаки и в будущем. Переход Майка в Госдеп должен успокоить политические силы, которые требуют от администрации решительных действий в деле обеспечения внутренней безопасности перед грядущими ноябрьскими выборами в Конгресс и президентской кампанией в 2020 году.

Четвертое — Трампу импонируют идеи Помпео в отношении Китая. В своих докладах Сенату Майк называл Китай (наряду с Россией) главной угрозой национальной безопасности Америки и требовал от Госдепа более решительных действий в рамках политического и торгово-экономического диалога с Пекином. Таким образом, с приходом Майка Помпео внешняя политика Соединенных Штатов станет более жесткой и, что более важно, последовательной.

США. Россия > Армия, полиция > forbes.ru, 14 марта 2018 > № 2533084 Арег Галстян


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 марта 2018 > № 2533013 Арег Галстян

Холодная война: сможет ли Россия сломать американский миропорядок

Арег Галстян

американист

Новый миропорядок строится постепенно, и места в ложе будущих лидеров будут определяться не только военно-техническими возможностями стран. В мире, где капитализм одержал победу, народы и государства должны быть конкурентоспособными в таких областях, как экономика знаний, образование и технологии

Последнее интервью президента Владимира Путина телеканалу NBC породило широкие дискуссии в информационно-аналитической среде. Примечательно, что ранее ведущие зарубежные СМИ активно обсуждали послание Путина Федеральному собранию, где были продемонстрированы последние достижения военно-промышленного комплекса, а также фильм-интервью «Миропорядок», в котором российский лидер рассуждал о прошлом, настоящем и будущем международных отношений.

Ряд влиятельных американских экспертов (Фукуяма, Закария, Рэмник, Райан) заявили, что последние события и высказывания Путина говорят о том, что Россия объявила коллективному Западу во главе с Америкой новую холодную войну. Однако были и те, кто увидел в действиях главы Кремля сухой и прагматичный политтехнологический расчет перед грядущими выборами лидера страны.

Второй подход логичен, ведь на фоне достаточно противоречивых и унылых дебатов других кандидатов «три шага Путина» — послание Федеральному собранию, размышления о новом миропорядке с самостоятельной Россией и интервью NBC — действительно впечатлили общественность.

Вопрос о возобновлении холодной войны обсуждается не первый год, и ряд российских аналитиков и ученых старательно пытаются убедить российскую общественность в том, что новое противостояние уже идет.

Однако аргументы (санкции, исключение России из G8, скандалы с WADA), которые приводятся в подтверждение этой гипотезы, не очень убедительны.

Во-первых, необходимо разобраться с тем, что подразумевается под холодной войной. В прошлом веке этим термином обозначали идеологическое противостояние двух глобальных мировоззренческих моделей: капитал-демократической и социал-коммунистической.

Соединенные Штаты и Советский Союз, обладая серьезными качественно-количественными ресурсами, играли роль государств — проводников этих идеологий. Развал СССР не только положил конец биполярной системе международных отношений, но и покончил с последней идеологией, способной конкурировать с глобальным капитализмом. Ни одно государство, включая Китай, не объявило себя новым носителем и проводником идей мировой революции.

Капитуляция состоялась, и мир должен принять демократию и капитализм как единственно возможные модели государственного и национального строительства. В этой парадигме все рассуждения о второй холодной войне абсолютно несостоятельны ввиду того, что современная Россия не способна предложить миру новую альтернативу. Разговоры о многополярности носят абстрактный характер, и ее реализация практически невозможна.

Соединенные Штаты — триумфатор холодной войны — создали крупнейшие в человеческой истории сети военно-политических союзов. В Североатлантический альянс (НАТО) входит двадцать восемь европейских стран, на Ближнем Востоке союзниками Вашингтона являются наиболее мощные военно-политические и сырьевые державы — Турция (член НАТО), Израиль, Саудовская Аравия, Иордания, Катар. В Азии и Океании на стратегический союз с американцами делают ставку Индия, Япония, Южная Корея и Австралия. Американские вооруженные силы являются одними из самых многочисленных в мире — 1 300 000 действующих военных и более 800 000 находятся в резерве. По данным за 2017 год, военный бюджет страны составлял $602 млрд, в то время как у ее ближайших конкурентов — Китая и России — затраты на оборону составили $150 млрд и $61 млрд соответственно.

Общий суммарный военный бюджет Америки и ее ближайших союзников — Великобритании, Франции, Германии, Японии, Южной Кореи, Австралии и Израиля — составил $870 млрд из общей суммы в $1284 млрд в рейтинге топ-15 стран по затратам на оборону за прошлый год. Военный бюджет Штатов растет каждый год, и, по предварительным данным, в 2019 году он составит $716 млрд. Соединенные Штаты остаются абсолютным лидером по количеству военных объектов за рубежом — более 730 крупных баз в различных участках планеты и самый многочисленный военно-морской флот в мире (общее водоизмещение американского флота в 13 раз больше, чем суммарное водоизмещение других ВМФ, идущих в рейтинге вслед за ним). Эти цифры лишь подтверждают тотальное военно-техническое превосходство Америки, и поэтому в ближайшем будущем никто объективно не составит ей достойной конкуренции в этой области.

Новый миропорядок строится постепенно, и места в ложе будущих лидеров будут определяться не только военно-техническими возможностями стран. В мире, где капитализм одержал победу, народы и государства должны быть конкурентоспособными в таких областях, как экономика знаний, образование, технологии и т. д. Каждый, кто хочет занять свое место в системе и принимать участие в решении международных задач, должен внести свой позитивный вклад в общечеловеческое развитие. Америка по-прежнему сохраняет мировое лидерство по номинальному ВВП (больше четверти общемирового показателя).

В 2009 году американцы вышли в лидеры среди стран — производителей природного газа, обогнав Россию. По данным Международного энергетического агентства, Штаты скоро выйдут на первое место в мире по добыче нефти. Министерство энергетики США заявило, что к ноябрю 2019 года нефтедобыча в стране достигнет отметки в 11 млн баррелей в день. В целом последовательное развитие альтернативных источников привело к значительному сокращению зависимости от импорта энергоресурсов.

Соединенные Штаты остаются передовой технологической державой. Особенное место в этом секторе занимают компьютеры, инструменты для хранения информации, программное обеспечение, телекоммуникации и услуги связи. Наиболее известными глобальными игроками из США являются Apple, Cisco, Hewlett-Packard, IBM, Intel, Microsoft и т. д. Годовая прибыль корпорации Apple в 2016 году достигла $234 млрд, что превышает доходы многих крупных сырьевых государств. За аналогичный период государственный бюджет России составил $209 млрд, а показатели Китая лишь в четыре раза превысили выручку американской компании. Несмотря на качественный скачок Пекина, большинство ведущих высокотехнологичных фирм остаются американскими, а университеты в США являются более квалифицированными и престижными, так как их система образования больше соответствует потребностям инновационной экономики.

Все перечисленные достижения позволяют Штатам применять инструменты мягкой силы для решения международных проблем. Вашингтон также использует свое влияние и возможности в международных организациях, военно-политических и торгово-экономических альянсах для реализации своих национальных интересов в мире. Санкционная политика в отношении России — яркий пример того, как работают альтернативные инструменты внешнеполитического давления. Совершенно неважно, насколько они эффективны сегодня, важно осознать и принять простой факт: Соединенные Штаты могут где-то побеждать, где-то ошибаться и где-то проваливаться, но при любых обстоятельствах они находятся на несколько шагов впереди всего остального мира.

При возникновении любого политического, экономического или социального пожара, мир смотрит в сторону Вашингтона и пытается предвосхитить его действия. Таким образом, все рассуждения о новом миропорядке не имеют ничего общего с существующими реалиями. Американский порядок будет существовать до тех пор, пока не появится экономически мощное государство, способное предложить человечеству новый, более привлекательный путь развития.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 марта 2018 > № 2533013 Арег Галстян


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2484004 Арег Галстян

Ближний круг. Какими будут последствия «кремлевского доклада»

Арег Галстян

американист

Рекомендации к внесению в санкционный список получили Юрий Ковальчук, Геннадий Тимченко, а также Аркадий и Борис Ротенберги. Именно этих бизнесменов власти США считают доверенными людьми Путина

Министерство финансов США предоставило Конгрессу специальный доклад со списком высокопоставленных российских политиков и бизнесменов, в отношении которых могут быть разработаны и приняты различного рода санкции и ограничения. В преамбуле отмечается, что перечисленные лица были отобраны исходя из близости к правящему режиму и их нетто стоимости. Выборка была осуществлена на основе объективных критериев, касающихся должности конкретного политического деятеля или нетто стоимости в 1 миллиард долларов и выше для олигархов.

Документ, над созданием которого активно работали ведущие эксперты из мозговых центров The Atlantic Council и RAND Corporation, разделен на несколько частей. Первый раздел посвящен политическим деятелям и поделен на три отдельных списка: «администрация президента», «кабинет министров» и «другие высокопоставленные лица».

В первом списке 43 фамилии крупных чиновников-тяжеловесов, среди которых Антон Вайно — руководитель администрации президента, его первые заместители – Алексей Громов и Сергей Кириенко, а также пресс-секретарь Дмитрий Песков. Рядом с фамилиями Вайно, Кириенко и Пескова отсутствуют «звездочки», которыми отмечены политики, на которых уже наложены санкции, поэтому «особо рекомендуемые» для потенциального попадания в санкционный список. В президентской администрации таких чиновников всего 8: Алексей Громов, Владислав Сурков, Владимир Козин, Андрей Фурсенко, Игорь Щеголев, Сергей Глазьев, Олег Белавенцев и Сергей Меняйло.

Все члены кабинета министров (31 человек) попали под удар, включая самого премьера Дмитрия Медведева, главу МИД Сергея Лаврова и министра обороны Сергея Шойгу. На «особом счету» находятся заместители председателя правительства Дмитрий Козак и Дмитрий Рогозин. Среди «иных высокопоставленных лиц» стоит отметить спикера Совета Федерации Валентину Матвиенко, директора Службы внешней разведки Сергея Нарышкина, спикера Государственной Думы Вячеслава Володина и секретаря Совета безопасности Николая Патрушева. Таким образом, официальный Вашингтон посылает совершенно четкий и ясный сигнал российской политической элите — под прицелом санкционной политики находятся все и каждый, вне зависимости от их положения, статуса и занимаемой должности.

В третий список американцы внесли российских бизнесменов и олигархов, которые, по мнению Вашингтона, тесно связаны с политической элитой Кремля. Таковыми теперь Соединенные Штаты считают Леонида Михельсона F 1 — самого богатого человека в России с состоянием в $14,4 млрд, Александра Мамута F 40, Владимира Потанина F 8, Юрия Мильнера F 31, Андрея Мордашова F 2, Михаила Прохорова F 13, Алишера Усманова F 5, Виктора Вексельберга F 10 и т.д. Статус «особо рекомендуемых» получили Юрий Ковальчук F 93 — председатель совета директоров банка «Россия», Геннадий Тимченко F 4 — владелец инвестиционной группы «Volga Group», а также Аркадий F 39 и Борис F 94 Ротенберги, поскольку они входят в уже существующие санкционные списки.

Стоит отметить, что вышеперечисленные бизнесмены рассматриваются Белым домом и Конгрессом как наиболее приближенные и доверенные люди президента Владимира Путина.

Последствия доклада

Важно подчеркнуть, что данный доклад был подготовлен в соответствии с требованием раздела 241 ранее принятого закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (H.R. 3364). Напомним, что этот акт был принят значительным двухпартийным большинством в Палате представителей и Сенате. Закон закрепил ранее принятые санкции, а также предусматривает возможность форсированного принятия новых ограничений в отношении России, Ирана и Северной Кореи. Также были установлены новые процедуры рассмотрения Конгрессом приостановления или отмены санкций в отношении Москвы. Помимо кодификации существующих санкций, закон нацелен на новые ограничения по российским оборонным, разведывательным, финансовым и энергетическим секторам, а также предписывает возможности ужесточения ограничений в ответ на «попытки России подорвать кибербезопасность и дестабилизировать Украину и Сирию».

В свою очередь, раздел 241 требовал доклада о российских «полугосударственных организациях», включая оценку их роли в экономике страны и анализ потенциальных последствий принятия дополнительных долговых ограничений. Конгресс потребовал от Минфина произвести оценку возможных последствий для американской и российской экономик после введения дополнительных санкций против олигархов, высокопоставленных политических деятелей и предприятий. По мнению администрации Белого дома, «полугосударственными организациями» считаются те, в которых доля государственного владения составляет как минимум 25 %, а прибыль 2016 года составляла около 2 миллиардов долларов и более. Все подобные организации представлены в классифицированной части доклада.

Таким образом, нынешний доклад — это не список санкций, а включение лиц и предприятий не означает незамедлительного наложения ограничений. Авторы доклада подчеркивают, что нахождение в данном списке не означает, что существуют какие-либо ограничения или запреты для контактов с отмеченными лицами со стороны Соединенных Штатов. При этом важно учитывать, что Сенат может в любое время разработать новый санкционный пакет, основываясь на представленном докладе. Более того, согласно второй главе H.R. 3364 , любые санкции в отношении России являются строго обязательными, а любые приостановления, отмена или существенные изменения становятся предметом рассмотрения в Конгрессе.

Теоретически президент может прекратить действие ограничений после предоставления аргументированного уведомления в соответствующий комитет Сената. Ряд потенциальных санкций хоть и являются обязательными, но применяются только в той степени, в которой определит президент. Иными словами, у Трампа есть определенные полномочия в этом вопросе. Введение санкций по отношению к конкретному лицу из опубликованного списка также может быть блокировано, если президент предоставит обоснованное прошение законодательному органу. Однако Конгресс может помешать этим действиям Дональда Трампа, приняв соответствующее двухпартийное решение большинством голосов (преодоление карманного и абсолютного вето).

В разделе 216 определяется порядок своевременного рассмотрения совместного решения о неодобрении, а также защищается возможность партии меньшинства (сегодня – Демократическая партия) вносить подобные резолюции и законопроекты на рассмотрение в обеих палатах Конгресса, без уведомления администрации Белого дома и лично президента. В целом, остается констатировать важный факт — санкционная политика в отношении России по-прежнему остается прерогативой американских законодателей, установивших для президента минимальные возможности вмешательства в процесс разработки и принятия любого рода ограничений.

В целом нынешний доклад является неким звоночком для российских политических и бизнес элит о необходимости пересмотра своих взглядов и приоритетов. Кроме того, Америка стремится продемонстрировать Москве масштабы своих санкционных возможностей, которые могут нанести непоправимый вред российскому государству. И другой, на мой взгляд, важный посыл — национальные интересы США превыше всего, поэтому все попытки российских бизнес – лоббистов в Вашингтоне спасти своих клиентов обречены на провал.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2484004 Арег Галстян


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 4 января 2018 > № 2447930 Арег Галстян

Иллюзии по Трампу. Почему американо-российские отношения обречены на кризис

Арег Галстян

американист

Независимо от того, как будут развиваться события и кто будет президентом США (если Дональду Трампу объявят импичмент), государственная повестка жесткого давления на Россию вряд ли будет пересмотрена

После развала Советского Союза и окончания холодной войны Соединенные Штаты стали единственной сверхдержавой, обладающей беспрецедентными финансовыми и военно-техническими особенностями. Глобальное американское могущество также обеспечивалось за счет реализации концепций мягкой и умной силы, которые позволили завоевать умы и сердца миллионов людей по всему миру. В подобных условиях формирование новой системы международных правил, которая бы заменила биполярную парадигму прошлого, целиком и полностью зависело от политической воли Вашингтона. Другие державы, ввиду отсутствия необходимых ресурсов и уровня международного влияния, не могли бросить военно-политический и экономический вызов Америке. Такие видные философы, как Френсис Фукуяма и Джозеф Най-младший заявили о триумфе американских (западных) демократических ценностей, которые рано или поздно примет все человечество.

Параллельно размывались различия во внешнеполитических подходах у двух основных политических сил внутри страны — Республиканской и Демократической партий. Новые элиты выстраивали свою международную политику на основе концепции американской исключительности и сохранения позиций глобального гегемона. Отличались лишь некоторые инструменты по решению тех или иных внешних задач: демократы отводили особое место мягкой и умной силе, допускали возможность договоренностей со своими условными противниками, а республиканцы ориентировались на жесткую силу и усиление военно-промышленного комплекса. За последние двадцать лет укрепилась неоконсервативная элита, объединяющая политиков из обеих партий, которые имеют единые позиции по ряду ключевых внешнеполитических вопросов: расширение НАТО, безопасность Израиля, ликвидация ядерной программы Ирана, военное решение северокорейской проблематики, ослабление российского энергетического фактора в Европе, снижение политического влияния Москвы на постсоветском пространстве и т.д.

Количественно-качественные ресурсы позволяли Америке принимать самостоятельные решения в обход международных организаций и не обращать внимания на отличающиеся мнения своих ближайших ключевых союзников по всему миру. Восприятие Вашингтоном России как субъекта международных отношений происходило через нарратив поражения Москвы в холодной войне. Иными словами, не было никаких предпосылок для диалога на равных при обсуждении международных вопросов. Проблемы в межгосударственных отношениях имелись при администрации Клинтона (Югославия, Чечня, Грузия и т.д.) и Джорджа Буша-младшего (расширение НАТО, выход США из договора по ПРО, иракская кампания, война в Грузии).

Во время выборов 2008 года высокопоставленные российские политики, ученые и журналисты утверждали, что победа сенатора-демократа Барака Обамы может привнести новые положительные импульсы в двусторонние отношения, в то время как потенциальный выигрыш республиканца Джона Маккейна рассматривался как сигнал к неизбежному кризису. Таким образом, российская сторона уже тогда чрезмерно идеализировала фактор личности президента, игнорируя особенности института президентства и нюансы процесса принятия политических решений в США.

Перезагрузка отношений

В первый год правления демократической администрации сложилась очередная ложная надежда о «перезагрузке» межгосударственных отношений. Как ни парадоксально, но главными вдохновителями этой политики были вице-президент Джозеф Байден (который позже курировал украинский вопрос в администрации) и госсекретарь Хиллари Клинтон, которая позже стала рассматриваться в российской политической и информационно-аналитической среде как наиболее опасный враг России. В основу первой четырехлетки «перезагрузки» легли не только доверительные взаимоотношения между президентами двух стран — Обамой и Медведевым, но и положительная конфигурация внутри американской системы. Барак Обама, в отличие от сегодняшнего Трампа, был консенсусной кандидатурой демократических элит, и его инициативы пользовались поддержкой партийных лидеров в Конгрессе (весь первый срок «ослы» имели большинство в обеих палатах).

Победа Владимира Путина на выборах и переизбрание Обамы на второй срок в 2012 году ознаменовались изменением мирополитической ситуации. Ухудшение отношений было неизбежным, поскольку вторая команда Обамы была сформирована с учетом интересов неоконсервативной элиты, набравшей новую силу после завершения президентства Буша-младшего. Провалы во внутренней политике ослабили позиции демократов, которые проиграли республиканцам выборы в Сенат и Палату представителей. В значительной степени усилилось военно-разведывательное лобби. Неоконсерваторы, республиканцы и военные не простили Обаме публикацию доклада по тюрьме Гуантанамо, нерешительные шаги по делу Эдварда Сноудена, оттягивание развертывания систем ПРО в Румынии и Польше, украинский кризис, мирное соглашение с Ираном без учета интересов союзников в регионе и т.д. На фоне сирийского вопроса портились отношения с Израилем, Саудовской Аравией и Египтом, в азиатской части было слышно недовольство со стороны Японии и Южной Кореи.

Республиканцы, имея большинство в обеих палатах, нашли общий язык с демократами по российскому направлению. Именно при Обаме сложился двухпартийный консенсус о необходимости введения и дальнейшего расширения, ограничительных мер политического, экономического, энергетического и военно-технического характера против Москвы. Необходимо еще раз особенно подчеркнуть, что санкционная политика — это детище партийных элит в Конгрессе, которое было обречено на молчаливое согласие любого главы Белого дома. Значительная часть законопроектов и резолюций против России были приняты тотальным большинством (97%) голосов, которых достаточно для преодоления не только карманного, но и абсолютного президентского вето. Уже в последний год президентства Обамы было понятно, что, по меньшей мере, четыре грядущих года пройдут под влиянием именно законодательной системы.

Ложный расчет

Воодушевление по поводу победы Дональда Трампа на выборах 2016 года носило эмоциональный характер и было основано на ложных политических расчетах. Представления о том, что несистемный кандидат способен кардинально изменить внутреннюю конфигурацию и создать благоприятный внешнеполитический фон были из разряда геополитического романтизма. Иммунитет американской государственной системы сразу же отреагировал на появление чужеродных элементов и начал с ними бороться. СМИ в этой борьбе стали условными антибиотиками широкого спектра, которые помогли очистить Белый дом от ключевых звеньев команды Трампа — Майкла Флинна, Стивена Бэннона, Райана Прибуса и т.д.

Надежды на то, что консервативные взгляды президента-бизнесмена помогут деидеологизировать двусторонние отношения, переведя их на прагматичные деловые рельсы, также были лишены логики. Ни один президент в американской истории не мог принимать стратегические решения без оглядки на другие институты власти и множество субъективных факторов — группы влияния, лоббисты, фонды, организации, движения и т.д. В случае с Трампом Конгресс не только принял новые санкции против России, но и законодательно запретил президенту отменять их в одностороннем порядке. Джексонианский бунт против системы был подавлен, а его остаточные явления более не представляют угрозы для привычного функционирования системы. Действующая администрация даже в полуочищенном состоянии находится под серьезным влиянием военно-разведывательного лобби — министра обороны Джеймса Мэттиса, советника по национальной безопасности Герберта Макмастера и главы президентского аппарата Джона Келли.

Нынешний политический год заканчивается прорывом в расследовании против Трампа, которым руководит специальный прокурор Роберт Мюллер, введением очередных антироссийских санкций, связанных с договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности РСМД, а также серьезными разговорами о будущей отставке госсекретаря Рекса Тиллерсона. В следующем году Америку ждут важнейшие выборы в Палату представителей и губернаторский цикл, от исхода которых во многом будет зависеть конфигурация президентских выборов 2020 года.

Вряд ли стоит ожидать каких-либо существенных прорывов в американо-российских отношениях. Напротив, решительность Вашингтона окончательно закрыть вопрос Северной Кореи может привести к непредсказуемым последствиям. В случае выхода США из соглашения с Ираном (что маловероятно), следует ожидать новый виток кризиса на Ближнем Востоке, а принятие новых законопроектов об увеличении военных ассигнований Украине и Грузии может теоретически обострить до предела и без того кризисные взаимоотношения между Вашингтоном и Москвой. Независимо от того, как будут развиваться события и кто будет президентом США (если Трампу объявят импичмент), государственная повестка жесткого давления на Россию вряд ли будет пересмотрена.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 4 января 2018 > № 2447930 Арег Галстян


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 декабря 2017 > № 2419485 Арег Галстян

Новая нормальность. Трампу придется вести санкционную политику против России

Арег Галстян

американист

В МИДе России прокомментировали новые санкции США и назвали голословными обвинения в размещении Россией на суше крылатых ракет большой дальности. Все говорит о том, что Вашингтон намерен усиливать политику ограничений во всевозможных сферах

Влиятельное издание Politico сообщило о том, что президент Дональд Трамп одобрил очередной пакет санкций против России. По мнению высокопоставленных чиновников Пентагона и сенаторов из комитета по вооруженным делам, Москва преднамеренно нарушает договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Хизер Нойерт, официальный представитель Государственного Департамента, отметила, что Соединенные Штаты не могут стоять в стороне, когда Москва продолжает разрабатывать и размещать запрещенные ракеты, ставя под угрозу дальнейшее существование договора РСМД. По истечении двадцати дней после подписания документа Министерство финансов и Министерство торговли должны начать процедуру ввода новых ограничений в отношении тех российских компаний, которые занимаются исследовательской деятельностью в области ракетных технологий.

Министр обороны США Джеймс Мэттис призвал союзников по НАТО присоединиться к новым санкциям и разработать единую стратегическую линию, чтобы заставить Россию соблюдать договор. Помимо санкций, Конгресс готовится выделить $58 млн на исследования для разработки ракеты, которая должна соответствовать российской программе. Однозначную поддержку Мэттису выразили Польша и Литва. Глава литовского оборонного ведомства Раймундас Караоблис заявил, что нарушение Россией договора РСМД подтверждено многочисленными источниками от спецслужб стран Североатлантического альянса. Замглавы МИД России Сергей Рябков отверг эти обвинения, назвав их голословными и подтвердив приверженность официальной Москвы соблюдению основных положений договора. Чем опасны игры вокруг РСМД, есть ли конец санкционной политике и к чему могут привести очередные ограничения со стороны Вашингтона?

Гонка вооружений и масштабное ядерное противостояние США и СССР началось после того, как Вашингтон развернул в Великобритании, Италии и Турции баллистические ракеты средней дальности «Тор» и «Юпитер», начиненные ядерными боеголовками. Это позволило вдвое сократить подлетное время до территории Советского Союза. Для достижения паритета по подлетному времени своих ракет до американской земли Кремль принял решение разместить арсеналы «Р-12» на Кубе. Кубинский кризис 1962 года, по мнению историков и аналитиков, был самым опасным за весь период холодной войны, когда мир стоял на пороге ядерной катастрофы. Несмотря на мирное разрешение ситуации, стороны продолжили наращивание своих ядерных сил: американцы размещали ракеты «Першинг», Советы развивали системы «Пионер». К концу 70-х гг. США и СССР осознали масштабы потенциальных последствий, начав поиск политического регулирования проблем перенасыщения ядерных ракет средней дальности.

Москва предложила установить паритет с НАТО по количеству боевых самолетов-носителей и сократить численность ракет «Пионер» до символичных 140 единиц. В свою очередь, Вашингтон должен был полностью отказаться от установки своих ракетных систем в Европе. Соединенные Штаты заявили, что готовы отказаться от размещения модернизированных ракет «Першинг-2», если СССР полностью ликвидирует свои ракеты средней дальности не только в европейской, но и в азиатской части страны. Первые попытки поиска компромисса не увенчались успехом. Ситуация изменилась после того, как новый советский генсек Михаил Горбачев в одностороннем порядке приостановил размещение новых комплексов и предложил формулу двойного глобального нуля — полную ликвидацию всех советских и американских ракет средней и меньшей дальности. Переговоры завершились успехом, и в 1987 году Горбачев и президент США Рональд Рейган подписали «Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности».

Уникальность этого соглашения заключается не только в бессрочном характере, но и в беспрецедентных обязательствах сторон не производить, не испытывать и не развертывать баллистические и крылатые ракеты наземного базирования. В итоге СССР успел ликвидировать 1836 ракет против 859 единиц со стороны США. В свою очередь, американцы уничтожили 443 крылатых ракет наземного базирования против 80 единиц со стороны Советов. Нынешние военные эксперты отмечают, что это соглашение было более выгодным для Вашингтона, который к тому времени обладал большой группировкой крылатых ракет морского (типа «Томагавк») и воздушного (типа «AGM) базирования. Однако с политической точки зрения значимость РСМД сложно переоценить. Достаточно сказать, что был сделан серьезный шаг на пути к возможному безъядерному миру.

После того, как в 2001 году президент Буш-младший объявил об одностороннем выходе США из договора по ПРО (1972 год), в Москве стали звучать идеи о возможном расторжении договора РСМД. Кремль считает расширение НАТО и размещение американской военной инфраструктуры (в т.ч. противоракетных систем «Пэтриот») главной угрозой своей национальной безопасности, предпринимая ответные меры — размещает оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер» в Калининграде (европейская часть страны).

За последние пять лет в американское информационно-аналитическое пространство просачивалась информация о том, что Россия продолжает производить и испытывать ракеты наземного базирования средней дальности. Ряд высокопоставленных лиц в американской разведке в многочисленных интервью подчеркивали, что администрация президента Обамы была поставлена в известность. По словам влиятельных политиков Демократической партии, президент Обама и вице-президент Байден поднимали эти вопросы, но Кремль называл эти обвинения безосновательными. В текущем году газеты The New York Times и The Washington Post публиковали материалы, в которых говорилось о том, что Москва вновь нарушила договор РСМД, установив на своей территории ракеты дальностью более 500 км.

Американцы также настаивают на том, что на вооружении у россиян появились установки с ракетами дальностью 2000 км. Филип Бридлав, тогдашний командующий объединенными вооруженными силами НАТО в Европе, заявил, что Соединенные Штаты и другие члены должны выработать все необходимые меры, чтобы заставить Москву соблюдать договор 1987 года. Новые санкции, по сути, стали результатом отсутствия каких-либо прорывов работы специальной международной контрольной комиссии, которая должна заниматься мониторингом соблюдения положений договора РСМД. Более того, председатели трех профильных внешнеполитических комитетов Сената — по делам вооруженных сил, по международным делам и по разведке — выразили солидарность с министром обороны Мэттисом и советником по национальной безопасности Макмастером по вопросу дальнейшего расширения санкций против России.

Ситуация с каждым днем накаляется. Однако главная опасность заключается не в том, что были приняты очередные санкции, и совершенно точно будут приняты новые. Проблема в том, что санкционная политика в отношении России стала новой нормальностью для американской стороны. Подобная фундаментальная установка говорит о том, что Вашингтон намерен лишь усиливать политику ограничений во всевозможных сферах, включая военно-техническую. Эта стратегия в отношении Москвы является компромиссной для обеих партийных элит и военно-разведывательного лобби в Белом доме. В подобной ситуации президенту Трампу остается лишь принять и поддержать эту политику. Иные сценарии исключены.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 декабря 2017 > № 2419485 Арег Галстян


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 25 июля 2017 > № 2255759 Арег Галстян

Друг нефтяников: почему Трамп выбрал Хантсмана послом в Россию

Арег Галстян

американист

Новый посол США должен донести до российских собеседников, что американские нефтяные компании готовы и дальше работать с Россией, но повилять на отмену санкций не могут

После длительных размышлений и консультаций президент Дональд Трамп окончательно утвердил кандидатуру Джона Хантсмана на должность посла США в Россию. Следующий этап — слушания в Сенате, в ходе которых кандидат должен быть одобрен большинством голосов. В случае с Хантсманом эта процедура будет носить сугубо формально-протокольный характер, так как большинство республиканцев и значительная часть демократов с уважением относятся к бывшему губернатору Юты. Таким образом, об утверждении Хантсмана можно говорить как о состоявшемся факте. В связи с этим, наиболее важными становятся два вопроса: кто такой Джон Хантсман и чего от него ожидать?

Он родился в глубоко религиозной мормонской семье, чьи корни уходят к самому Томасу Джефферсону. Исторически протестантская Америка воспринимала мормонов как некую секту еретиков, которая представляла угрозу национальной безопасности. Большинство не разделяло их образ жизни, а власти не допускали их к серьезной политической деятельности. Однако в стремлении доказать свою «американскость» мормоны всегда оказывались на передовых позициях в политике, экономике, военной сфере, торговле, миссионерстве и т.д. Достаточно вспомнить, как республиканец-мормон Митт Ромни на протяжении последних десяти лет рьяно защищал идеи американской исключительности, называя Россию главным геополитическим врагом Соединенных Штатов.

Джон Хантсман во многом превзошел своего единоверца и коллегу по партии. Как и Ромни, он пользуется большим авторитетом в родной Юте, получив самый высокий рейтинг доверия из всех когда-либо правящих губернаторов. Он, как и Ромни, перенял у Рональда Рейгана — своего кумира и главного политического учителя — идеологический нарратив о защите Америки как града Бога на Земле. Долгое время он занимался защитой этой идеи, будучи руководителем Atlantic Council — ведущего мозгового центра неоконсервативной направленности.

Многие эксперты подчеркивают, что Хантсман отличается последовательностью и принципиальностью — черты, которые давно считаются роскошью в политике. Однако именно характер, вероятнее всего, не позволил ему преуспеть в большой политике. Политтехнологи, работавшие с Хантсманом, утверждают, что тот никогда не позволял использовать против своих конкурентов технологии черного пиара, вбросов через СМИ компрометирующих материалов, переходов на личности и использования самого слабого звена любого политика — семьи. Подобная принципиальность сыграла негативную роль в его политической карьере, но сильно помогла в дипломатической. Хантсман был послом США в Сингапуре при Буше-старшем и Клинтоне и, будучи республиканцем, был назначен демократом Обамой главой дипломатической миссии в Китае.

Он провел в Азии более пяти лет и за это время заработал репутацию человека, сочетающего в себе черты чрезвычайно искусного дипломата и жесткого переговорщика. В отличие от многих своих коллег, Хантсман не держал при себе большой корпус советников, консультантов и аналитиков. Он всегда сам пытается разобраться в хитросплетениях международной политики, веря, что профессиональный политик должен быть высококлассным аналитиком и психологом. Умение находить общий язык с представителями разных социальных групп вкупе с отточенными политическими навыками позволили Джону за короткое время наладить прекрасные отношения с ведущими транснациональными корпорациями и получить место в совете директоров Ford Motor Company, Chevron Corporation и Hilton Worldwide.

Нефтяное лобби щедро финансирует многочисленные программы, которые проводит фонд семьи Хантсман. Во время президентских праймериз 2012 года он получил от энергетических корпораций более $8 млн. У него тесные отношения с госсекретарем Рексом Тиллерсоном, который ранее возглавлял компанию Exxon Mobil, и министром энергетики Риком Перри — влиятельным лоббистом Chevron. Эти связи Хантсмана очень важны для администрации. Exxon и Chevron не заинтересованы в принятии новых санкций против России и в подобной ситуации им нужен человек, который сможет при ухудшении политического диалога Вашингтона с Москвой (сам Хантсман выступает за санкции) защитить их корпоративные интересы. Иными словами, новый посол должен донести до российских собеседников, что нефтяные компании против санкций и готовы дальше работать с Россией, но повлиять на их отмену не могут.

Президент Трамп также прекрасно понимает, что будет крайне сложно убедить Конгресс не то что отменить санкции (такая опция не рассматривается в принципе), но не принимать новых ограничений. Иными словами, в Белом доме понимают неизбежность затягивания и углубления кризиса в отношениях с Кремлем. В подобной конфигурации Трампу в Москве нужен дипломат, способный не просто выполнять инструкции из Вашингтона, а аналитик, умеющий видеть и анализировать самые тонкие нити политической игры. Сложно сказать, справится ли республиканец с этой непростой задачей. Однако уже сейчас понятно, что Хантсман — это новый стиль и новый язык общения для США с Россией.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 25 июля 2017 > № 2255759 Арег Галстян


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июня 2017 > № 2207786 Арег Галстян

Новые санкции США: наказание России или войны лоббистов?

Арег Галстян

американист

Почему сенаторы-республиканцы не могут выразить поддержку Дональду Трампу в стремлении отменить санкции и начать процесс политического диалога с Москвой

Вчера сенатор-республиканец Линдси Грэм заявил, что Конгресс готовит очередной законопроект, предусматривающий ужесточение санкций против России. По мнению законодателя из Южной Каролины, Россия должна понести наказание за вмешательство в президентские выборы в США, поддержку режима Башара Асада в Сирии и поставку оружия движению «Талибан» в Афганистане. Ведущие американские издания отмечают, что речь идет о законодательной инициативе, выдвинутой сенаторами Джоном Маккейном и Бенджамином Кардином в начале января текущего года. Этот законопроект предлагает ужесточить ограничения против российских силовых структур и энергетического сектора. Новые санкции также предусматривают замораживание активов россиян, которые «подрывают кибербезопасность государственной или частной инфраструктуры и демократических институтов в США».

Помимо новых ограничений предлагается выделить дополнительные $100 млн в год на борьбу с российской пропагандой в США и Европе. По последним сообщениям, республиканцы и демократы практически согласовали новый законопроект, который уже на следующей неделе будет представлен на рассмотрение в Сенате. Чарльз Шумер — лидер Демократического меньшинства верхней палаты – подчеркнул, что в Конгрессе сложилась единая позиция о необходимости дальнейшего давления на Москву. Он заметил, что демократы и республиканцы немного расходятся лишь в том, какого объема должны быть новые санкции. «Ослы» считают, что необходимо нанести массированный удар по всем направлениям и принять дополнительный законопроект, запрещающий Белому дому издавать любой указ о снятии действующих санкций. В свою очередь, «слоны» предлагают оставить Дональду Трампу определенное окно возможностей. Несмотря на имеющиеся противоречия, лидеры обеих партий настроены решительно.

«Войны» в Белом доме

Подобное единодушие в отношении России, породившее новый санкционный законопроект, стало возможным по ряду причин. Чтобы выявить и проанализировать эти причины, необходимо понять, что сейчас происходит в Белом доме. Непрекращающиеся скандалы в Вашингтоне говорят о том, что пока Трампу не удалось решить основную задачу – взять под контроль собственную администрацию. Надо отметить, что с этой проблемой сталкивались почти все президенты, получившие в наследство кадры своих предшественников. Однако в случае с Трампом кадровое наследие демократов было минимальным, и многие эксперты не понимают, почему республиканец столкнулся с такими сложностями.

Первая причина кадрового провала – это сопротивление со стороны однопартийцев президента. Не будем забывать о том, что главная угроза блокирования большинства номинантов Трампа шла именно от сенаторов-республиканцев – Марко Рубио, Джона Маккейна, Линдси Грэма, Дугласа Коллинза и Люка Мэссера. Под давлением партийной элиты Трампу постепенно приходилось отказываться или дистанцироваться от тех людей, которые были с ним на протяжении всей избирательной кампании. Так, Кристи Крис и Руди Джулиани оказались за бортом новой администрации, а главный идеолог кампании Стивен Бэннон был выведен из Совета по национальной безопасности (СНБ).

Вторая причина – это борьба внутри военно-разведывательного лобби. На протяжении длительного периода эта сфера контролировалась представителями классической школы реализма. Определенные сдвиги начались с президентства Джорджа Буша — старшего, когда на смену условным «вооруженным голубям» — политикам и генералам, стремящимся выстроить американскую внешнюю политику на прагматичных принципах реалполитик, пришли «идеологизированные ястребы», пытающиеся имплементировать идеи американской исключительности в основы внутренней и внешней политики. Неоконсервативная элита ястребов укрепила свои лидирующие позиции в этом клане во время восьмилетнего срока Буша-младшего. Влияние неоконсерваторов было настолько избыточным, что даже демократы, ведомые Бараком Обамой, не смогли разбавить военно-разведывательное лобби своими элементами.

Назначив «вооруженного голубя» Флинна советником по национальной безопасности, Трамп попал под удар «идеологизированных ястребов». Республиканец пытался сбалансировать влияние между двумя группировками, назначив неоконсерваторов Джеймса Мэттиса и Майка Помпео на должности министра обороны и главы ЦРУ соответственно.

Эти назначения укрепили неоконсервативный блок, который воспользовался ситуацией вокруг вмешательства России в избирательный процесс и добился отставки Флинна. Таким образом, первый этап борьбы между представителями военно-разведывательного лобби завершился победой неоконсервативных «идеологизированных ястребов».

Второй этап начался после отставки Флинна, когда отдельные узкие группы внутри «идеологизированных ястребов» пытались пролоббировать своего представителя на должность нового советника по национальной безопасности. Кандидатуру Герберта Макмастера, связанного с фирмой Northrop Grumman, предложил глава Пентагона Мэттис – лоббист корпорации Lockheed Martin. Для агентов влияния этого ВПК-гиганта было важным не допустить кандидата, которого продвигал директор ЦРУ Помпео, представляющий интересы корпорации Boeing. Победа Макмастера означала, что условная лоббистская коалиция Lockheed Martin и Northrop Grumman получила в силовом блоке администрации трех представителей – министра обороны Мэттиса, советника по национальной безопасности Макмастера и директора ФБР Джеймса Коми, который находился на этом посту с 2013 года. Вполне вероятно, что увольнение Коми является также следствием контрмер со стороны лоббистов Boeing. Как бы ни развивались события в дальнейшем, уже очевидно, что президент Трамп не способен остановить набирающие силу лоббистские войны в Белом доме.

День X

В ноябре 2018 года в США пройдет очередная волна федеральных и региональных выборов. Главный объект грядущей схватки – палата представителей, состоящая из 435 конгрессменов. Республиканцам удалось в ноябре 2016 года удержать относительное большинство в сенате, но из-за текущих скандалов их рейтинги упали. Почему для «слонов» важно удержать большинство в нижней палате? Во-первых, именно палата представителей, согласно делиберативной системе, отвечает за каждодневные проблемы американских граждан. Каждый конгрессмен, избранный от конкретного округа, несет прямую ответственность перед своими избирателями. В связи с этим именно от исхода выборов в палате представителей во многом зависят будущие итоги избирательных баталий в сенате и президентских выборов в 2020 году.

Во-вторых, конституция определяет спикеру палаты статус третьего по влиянию политика в стране. Фактически же спикер, обладая поддержкой абсолютного большинства, представляет собой главную оппозицию президентской администрации. Ну и наконец, в палате представителей обсуждаются и принимаются ключевые внутриполитические решения. В свое время спикер Тип О’Нилл справедливо заметил, что вся американская политика – внутренняя (all politics is local). Президент из противоположной партии, желающий сохранить власть в стране, должен преуспеть именно в реализации внутренней повестки. В случае если демократы отобьют нижнюю палату у республиканцев, Трампу придется считаться с мнением «ослов» по ключевым вопросам: рабочие места, здравоохранение, иммиграция, пенсии, бюджет, налоги и т. д. Демократы смогут использовать этот козырь для влияния на процесс принятия внешнеполитических решений.

Вторые по значимости выборы пройдут на уровне 36 штатов, которым предстоит избрать своих губернаторов. По состоянию на сегодняшний день 33 штата возглавляют «слоны», 16 — «ослы» и один штат – Аляску – возглавляет независимый кандидат. По аналогии с выборами в палату представителей, антирейтинги Трампа перекинулись на большинство губернаторов-республиканцев. Серьезно пошатнулись позиции Рика Скотта во Флориде, Натана Дила в Джорджии и Брюса Раунера в Иллинойсе. При этом рейтинги кандидатов от Демократической партии последовательно растут в традиционных прореспубликанских штатах. «Слоны», понимая хрупкость своего большинства перед выборами, стремятся продемонстрировать свою приверженность интересам американских граждан. В связи с этим республиканцы не могут выразить поддержку Трампу в стремлении отменить санкции и начать процесс политического диалога с Москвой.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июня 2017 > № 2207786 Арег Галстян


Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 марта 2017 > № 2100808 Арег Галстян

Вечный зов: как Варданян, Карапетян и другие российские миллиардеры могут повлиять на выборы в Армении

Арег Галстян

Кандидат исторических наук, американист, колумнист журналов "The National Interest" и "Россия в глобальной политике"

Российско-армянские бизнесмены — безальтернативные союзники Еревана с момента объявления независимости. На апрельских парламентских выборах этот фактор может оказаться ключевым

В начале апреля в Армении пройдут парламентские выборы, которые имеют принципиальное значение для политического будущего страны. Напомним, что в конце 2015 года был проведен референдум, в ходе которого более 60% граждан поддержали инициативу действующих властей о переходе от полупрезидентской системы правления к парламентской республике. Так, новые поправки в Конституцию гласят, что отныне президент будет избираться не народом, а парламентом на семилетний срок.

Но в случае с Арменией имеется ряд оговорок. Парламентаризм эффективен лишь при условии уже сформированного гражданского общества и наличия конкурирующих идеологически ориентированных партий. В случаях, когда подавляющее большинство мест в парламенте занимают представители одной партии, автоматически возникают риски. При таких условиях становится совершенно неважно, кто занимает пост президента и премьер-министра, так как реальное влияние на принятие политических решений будет оказывать наиболее авторитетный политик из правящей партии. Именно поэтому нынешние выборы имеют чрезвычайно важное значение для закавказской республики, которая пытается найти решение острых внутриполитических проблем, находясь в сложной региональной геополитической конфигурации. Примечательно, что из официального Еревана все чаще звучат призывы к диаспоре по всему миру активнее вовлекаться в дела исторической Родины.

Буквально несколько дней назад нынешний премьер-министр Карен Карапетян обратился с официальным обращением, в котором отмечалось: «Мы приглашаем менеджеров, деятелей культуры из диаспоры, наших соотечественников, пользующихся международной известностью в сфере образования и науки, принять участие в процессе реформ в Армении, в первую очередь, чтобы привнести новую культуру управления и приложить потенциал наших лучших специалистов к осуществлению общеармянских целей». Конечно, такой призыв звучит далеко не в первый раз. Разные политические силы в Армении последовательно вспоминают о необходимости вовлечения диаспоры во время избирательных циклов. В связи с этим, обращение нового премьера довольно логично. Карену Карапетяну необходимо доказать эффективность своей политики конкретными реформами, которые объективно невозможно провести без привлечения инвестиций от финансовых элит из диаспоры. В свою очередь, разные диаспоральные группы по всему миру также имеют свое видение относительно будущих парламентских выборов в частности и политического будущего Армении в целом.

Для понимания этих процессов необходимо очень четко разделить диаспору на две условные элиты: армяно-российскую и западноармянскую. Согласно переписи населения 2010 года, в России проживает 1,2 млн этнических армян. Однако по оценке ряда общественных организаций (в том числе диаспоральных), на территории России постоянно проживает до 3 млн армян. По данным Центрального банка, за прошлый год объем диаспоральных денежных переводов из России в Армению составил $3,4 млрд. По этому показателю российско-армянская диаспора является абсолютным лидером среди армянских общин по всему миру. Таким образом, именно армянская диаспора в России является гарантом экономической безопасности Армении.

C политической точки зрения, лидеры армянских диаспоральных структур в России традиционно поддерживают тесные контакты с властями официального Еревана. Самвел Карапетян, Рубен Варданян, Сергей Амбарцумян и братья Саркисовы (Николай и Сергей. - Forbes) — влиятельные российские бизнесмены армянского происхождения — активно инвестируют в экономику Армении, становясь серьезным фактором в общественно-политической жизни страны. Более того, они пользуются большой любовью и уважением в широкой армянской общественности. В Армении сложно найти крупный проект, где бы ни были задействованы инвестиции этих бизнесменов. Сложно сказать, имеются ли у этих предпринимателей серьезные политические амбиции в Армении. Однако трудно себе представить крупного бизнесмена, который вкладывает огромные средства, не надеясь в будущем извлечь какую-либо выгоду.

Материальной прибыли от вложений в Армению ждать не приходится, поэтому остается рассчитывать на имиджево-репутационные и политические дивиденды. Например, братья Сергей и Николай Саркисовы в 2013 году были назначены на должности генеральных консулов Армении в Лос-Анджелесе (США) и Лионе (Франция) соответственно. Принимая во внимание фактор политических амбиций, действующие армянские власти пытаются удерживать крупнейших бизнесменов на определенном расстоянии от политического поля. Однако, учитывая сегодняшний острый внутренний кризис в стране и недовольство населения политическим курсом, российско-армянские бизнесмены становятся для официального Еревана безальтернативными союзниками. Таким образом, на грядущих выборах фактор армянской диаспоральной финансовой элиты может стать одним из ключевых.

Диаспоральные структуры на условном Западе (в первую очередь США и Франция) в 1990-х сыграли важную роль в укреплении и развитии независимой армянской государственности. Лоббистские организации в Америке добились от Конгресса включения Армении и Республики Арцах (на тот момент Нагорно-Карабахской Республики) в официальные правительственные программы по линии «Агентства в поддержку демократии (USAID)». По проекту бюджета по внешним безвозмездным ассигнованиям 1992 года Армения получила от Соединенных Штатов 200 млн долларов. Примечательно, что по пересчету на душу населения эта помощь уступала лишь ассигнованиям, направленным в поддержку Израиля. По сути, политический лоббизм помог привлечь в экономику Армении безвозмездные средства из американского бюджета. Кроме того, филантропы армянского происхождения из США, Канады и Европы также вкладывали крупные средства в проекты общенациональной важности.

Одним из крупнейших доноров в истории независимой Армении стал американский миллиардер Кирк Керкорян, состояние которого на 2007 год оценивалось в 18 млрд долларов (в 2015 году миллиардер умер на 99-м году жизни, его состояние тогда составляло $4,2 млрд. - Forbes). По договоренности официального Еревана и представителей Керкоряна, был основан фонд «Линси». За 10 лет этот фонд выделил более $200 млн на реализацию приоритетных государственных программ (инфраструктура, благоустройство, создание рабочих мест и т.д.). В 2011 году миллиардер, не называя причин, принял решение прекратить деятельность «Линси». Многие бывшие политики и эксперты считают, что Керкорян был недоволен отсутствием прогресса в развитии проектов, на которые были выделены миллионные средства. В целом, из 40 почетных благотворителей «Всеармянского фонда Айастан» американские и европейские диаспоры представлены 26 бизнесменами и десятью организациями.

Представители западных общин с большим энтузиазмом поддерживали Армению первые 15 лет с момента независимости, после чего произошел резкий спад помощи. Западноармянская диаспора рассматривала независимость Армении и Арцаха как сигнал к возрождению государственности, которую армянский народ потерял в далеком 1920 году. В связи с этим определенные лидеры ведущих диаспоральных организаций стремились помочь построить сильные государственные институты. Кроме этих субъективных причин имелись и объективные факторы. Соединенные Штаты и Европейский Союз, стремясь не допустить чрезмерного усиления российского фактора, активно поддерживали и призывали своих граждан армянского происхождения вовлекаться в общественно-политическую жизнь Армении.

По причинам личного разочарования, связанного с отсутствием политического и экономического прогресса в стране, многие филантропы прекратили свою деятельность. Помимо этого, различные организации приостановили благотворительные и инвестиционные проекты, в связи с изменением политической позиции властей стран — проживания. Политические симпатии армянских общин Запада традиционно находятся на стороне оппозиции. Так, на президентских выборах 2013 года западноармянские общины в основном поддержали лидера партии «Наследие» Раффи Ованнисяна. Примечательно, что Ованнисян родился в США в семье потомков, выживших во время геноцида армян 1915-1923 годах. в Османской Турции. Он переехал в Армению в 1990-х и стал первым представителем диаспоры, который получил должность министра иностранных дел.

На предстоящих парламентских выборах многие известные деятели американских и европейских общин в определенной степени поддерживают инициативу «Справедливость в Армении». Данная инициатива был предложена всемирно известным рок-музыкантом, бывшим вокалистом группы «System of a Down» Сержем Танкяном, известным канадским режиссером Атомом Эгояном и его супругой Арсине Ханджян. Организаторы заявили, что главная цель – утвердить в Армении демократические и прозрачные выборы. Таким образом, эти деятели призывают представителей диаспоры поехать в Армению для участия на выборах в качестве наблюдателей. В свою очередь, ведущие диаспоральные организации полностью проявляют пассивность к внутриполитическим процессам в Армении, предпочитая лоббировать проблематику признания геноцида армян по всему миру.

Подводя краткий итог, необходимо отметить ряд принципиально важных положений. Первое — армянская диаспора, обладая существенными ресурсами, в разной форме принимает участие в политических процессах в Армении. Второе — российско-армянские и западноармянские диаспоральные элиты поддерживают разные политические силы по субъективным (личные связи и привязанности) и объективным (политический вектор и позиции стран — проживания) причинам. Третье — действующие власти и лидеры оппозиции стремятся использовать фактор диаспоры для получения финансовой, политической и лоббистской поддержки. И наконец, нельзя забывать, что разные диаспоральные элиты также конкурируют друг с другом, стремясь получить статус «ведущих» на исторической Родине.

Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 марта 2017 > № 2100808 Арег Галстян


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 декабря 2016 > № 2006440 Арег Галстян

Почему россияне доверяют Путину?

Арег Галстян (Areg Galstyan), American Thinker, США

В последние годы рейтинги популярности российского президента Владимира Путина в стране значительно выросли. По данным одной из ведущих социологических организаций России Левада-Центра, рейтинг одобрения Путина достиг 89%, что является абсолютным рекордом для современной России. Между тем, на последних парламентских выборах в Госдуму явка оказалась одной из самых низких, составив 47%. Это объясняется недоверием населения к правовой системе и к депутатам. Более того, россияне абсолютно не удовлетворены политикой правящей партии «Единая Россия». Общество обычно называет ее президентской партией.

Таким образом, в России сложилась уникальная ситуация, когда россияне не доверяют президентской партии, но верят в президента. Такое положение дел вдвойне парадоксально, так как почти все граждане России уверены, что все решения на всех уровнях принимает один-единственный человек — Владимир Путин.

По вполне очевидным причинам такой внутриполитический расклад может показаться странным и противоречивым. Однако, если проанализировать представления россиян о личности и о политических институтах, этому можно найти логическое объяснение.

Во-первых, следует подчеркнуть, что российская история всегда выделяла царя как богоданного лидера, отличного от бояр, которые стремились к личному обогащению в ущерб стране и народным интересам. В исторической литературе и фольклоре царь предстает как борец с врагами, сохраняющий единство страны и расширяющий ее пределы. Иными словами, президент должен быть сильной личностью, способной править железной рукой. В русском менталитете уступчивость и нерешительность лидера всегда воспринимались как непростительный признак слабости. Последнего советского руководителя Михаила Горбачева и первого президента России Бориса Ельцина считают слабыми лидерами, потому что из-за них мир усомнился в силе и власти Москвы.

Люди очень долго ждали нового лидера, способного восстановить величие России. Таким лидером стал новый президент Владимир Путин. Он задушил сепаратизм на Северном Кавказе, реформировал и укрепил органы власти, защищает интересы русского мира на Украине и дает отпор Западу в Сирии. Спикер российского парламента Вячеслав Володин, выразил свое мнение о Путине следующими словами: «Есть Путин — есть Россия. Нет Путина — нет России». В свою очередь, один из ведущих внешнеполитических идеологов России и лидер евразийского движения Александр Дугин сказал: «Путин — везде, Путин — все, Путин абсолютен, Путин незаменим». Новый документальный фильм «Президент», посвященный пятнадцатой годовщине правления Путина, показывает сегодняшнюю борьбу российского лидера с олигархическими кланами, которые не желают видеть его в Кремле. Ближайшие союзники Путина рассказывают, что до его прихода к власти эти представители элиты занимались сокращениями бюджета, разворовывали остатки государственной собственности и перераспределяли ее между собой.

Кроме того, многие россияне видят в Путине человека, способного защитить интересы государства и, что более важно, очистить русскую православную цивилизацию от чужеродных западных элементов. Он часто говорит об особом пути России, который основан на уважении к традиционным ценностям. Несмотря на разные точки зрения, россияне в целом не приемлют такие вещи как гендерное равенство и однополые браки. Конечно, в России есть движения ЛГБТ и феминизма, но государство смотрит на них осуждающе. Иными словами, россияне против западных стандартов как естественной формы жизни. В этом плане Путин просто дает людям то, чего они хотят. Поэтому парламент принимает законы против пропаганды гомосексуализма и вводит запреты на усыновление российских детей гражданами других стран.

Более того, многие влиятельные российские эксперты говорят, что миссия Путина состоит в защите «русского мира», и консервативных ценностей во всем мире. Философ Иван Ильин обозначил главные идеи русского мира: быть русским (в душе), верить в Бога (Бог в интерпретации Ильина несет как духовный, так и нравственный смысл), быть сильной личностью (повиновение царю) и так далее.

Политические руководители полагают, что полноценная поддержка русского мира — абсолютный приоритет российской внешней политики. Это зафиксировано в Концепции внешней политики Российской Федерации. С началом кризиса на Украине и событий в Крыму и в Донбассе термин «русский мир» прочно вошел в лексикон кремлевских представителей. Так, пресс-секретарь Дмитрий Песков, комментируя события на Украине, назвал Путина «гарантом русского мира». Государственные средства массовой информации часто пишут о том, что российский президент пользуется большим уважением у консерваторов всего мира из-за своих идеологических убеждений и готовности защищать российские интересы где бы то ни было.

Кроме того, Путина часто представляют российской общественности как последователя православных византийских императоров. Он стал первым российским руководителем, который ежегодно посещает гору Афон в Греции, являющуюся святыней для всех православных народов. В прошлом году в пресс-центре российского МИД состоялось учредительное собрание «Византийского клуба». Его основатели говорят, что цель данной организации — добиться признания Россия преемницей великой византийской цивилизации. Президент клуба и член Общественной палаты Российской Федерации Сергей Марков сказал, что Россия — это другая Европа, для которой важны не только закон и экономика, но еще и духовность. Российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что Россия выстояла под бременем монгольского ига и сумела выйти из суровых испытаний как единое государство, на которое впоследствии Восток и Запад стали смотреть как на наследника Византийской империи.

В одной из статей влиятельного мозгового треста российских ультраконсерваторов «Изборский клуб» проводится мысль о том, что Владимир Путин стал героем многополярного человечества и главным врагом однополярной проамериканской либеральной элиты. Неудивительно, что многие российские политики из других ветвей власти любят говорить о том, что личность Путина для общества важнее, чем государственные институты. Такое представление подкрепляется не только достижениями внешней политики, но и форматом общения с народом. Президент Путин часто проводит телеконференции, напрямую отвечая на вопросы и выслушивая жалобы и претензии людей со всей страны. Во время трансляций в прямом эфире президент наказывает депутатов, мэров и губернаторов, игнорирующих проблемы народа. Установив прямой диалог с населением, Путин дистанцировался от бюрократического класса, который весьма непопулярен среди россиян.

Еще один важный фактор — страх, глубоко засевший в сознании большинства россиян. Люди боятся не Путина. Они просто не знают, что случится со страной без него. Одна из традиционных черт российской истории — мощная зависимость неорганизованного большинства населения от решений влиятельных людей. В России никогда не было институтов, способствующих формированию гражданского общества, в котором каждый человек сам строит свою жизнь. Простые россияне глубоко убеждены в том, что своими пожеланиями и действиями они никак не смогут помочь развитию страны. Неверие в собственные силы накладывается на банальную лень и нежелание большинства участвовать в общественной и политической жизни своей страны.

В связи с этим все надежды люди всегда возлагали то на царей, то на руководителей коммунистической партии, то на президентов. Нынешнее поколение россиян, пережившее трудные времена кризиса после распада Советского Союза, хочет, чтобы в стране был лидер, обеспечивающий стабильность жизни. И такой лидер сегодня имеется. По мнению подавляющего большинства россиян, в России нет лидера, способного стать достойным преемником Путина, и жизнь без него намного ухудшится. Таким образом, можно отметить, что президента Путина не считают частью политической элиты и главой исполнительной власти. В глазах огромного большинства населения Путин является новым посланником Бога, преемником русских царей и византийских императоров.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 декабря 2016 > № 2006440 Арег Галстян


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 декабря 2016 > № 2006264 Арег Галстян

Дилемма Тиллерсона: за Трампа или против Путина

Арег Галстян

Кандидат исторических наук, американист, колумнист журналов "The National Interest" и "Россия в глобальной политике"

Судя по отдельным опросам ведущих СМИ, значительное большинство американцев не поддерживают это кадровое решение Трампа. По мнению избирателей, новый президент собирает команду миллиардеров, что идет вразрез с его обещаниями сформировать администрацию из людей, служащих обществу и стране. В действительности же Трамп продвигает кандидатов с Уолл-стрит и представителей промышленных, нефтяных и военно-разведывательных лоббистских групп. Трудно поверить, что новый президент и его советники не просчитали возможность серьезных репутационных издержек подобной кадровой политики. Элиты, настроенные против республиканца, отмечают, что Тиллерсон – близкий друг президента России Владимира Путина и его назначение будет выгодным для Кремля.

Нефтяник неоднократно выступал против введения санкций в отношении России и говорил о Путине как о сильном и мудром лидере. Более того, во время своей лекции в Техасском университете Тиллерсон подчеркнул, что гордится своей длительной дружбой с российским президентом.

Примечательно, что связи того или иного чиновника с Россией и лично с Путиным, стали одним из определяющих факторов в рамках формирования общественного мнения в отношении кандидатов на внешнеполитические посты в новой администрации. Ранее Трамп был раскритикован из-за того, что назначил советником по национальной безопасности Майкла Флинна, который выступает за равноправный диалог Вашингтона с Москвой. Многие российские аналитики отмечают, что эти ситуации схожи и давление со стороны либерально-демократических сил не помешает Трампу назначить главу Exxon Mobil новым госсекретарем. Однако случай с Тиллерсоном гораздо сложнее из-за ряда объективных и субъективных причин. Согласно американским законам, президент имеет право назначить советника по национальной безопасности без одобрения Конгресса.

Многие демократы и ряд влиятельных республиканцев негативно воспринимали возможность появления того же Флинна в Белом доме. Трамп отдал ему этот пост, понимая, что выдвижение на должность директора ЦРУ, министра обороны или госсекретаря будет заблокировано в Сенате. Иными словами, Флинн сумел избежать встречи с Конгрессом, что невозможно сделать Тиллерсону. Такие влиятельные законодатели, как Бенджамин Кардин, Джон Маккейн, Марко Рубио, Марк Кирк и Роберт Менендез уже заявили, что выступят против его утверждения. Сенатор Маккейн считает, что Тиллерсон не имеет права занимать какой-либо пост в администрации, так как является заинтересованной стороной и зарегистрированным лобби-заказчиком. В связи с этим Маккейн напомнил, что в 2011 году Exxon и «Роснефть» подписали соглашение о совместной разработке месторождений на арктическом шельфе в Сибири стоимостью $300 млрд. Позицию Маккейна поддержал другой влиятельный республиканец Марко Рубио, заявивший, что Тиллерсон будет действовать на благо своего бизнеса и поставит под угрозу национальные интересы и безопасность Соединенных Штатов.

Лидеры демократов в комитете по международным делам — Бенджамин Кардин и Роберт Менендез — считают, что выдвижение топ-менеджера из нефтяного сектора является нарушением Конституции. Действительно, согласно федеральному закону о регулировании лоббистской деятельности 1946 года и акту о раскрытии лоббистской деятельности 1995 года, Тиллерсон попадает под определение «охваченного должностного лица», которому запрещается занимать посты в региональных и федеральных исполнительных структурах. Таким образом, по закону он не может занимать должности мэра, губернатора, министра в Белом доме и дипломата любого ранга. Сенатор Менендез также подчеркнул, что если Рекс Тиллерсон станет госсекретарем, то администрация Трампа гарантированно позволит сообщнику российского руководства управлять американской внешней политикой. По состоянию на сегодняшний день семь высокопоставленных сенаторов (четыре демократа и три республиканца) готовы блокировать его кандидатуру. Впрочем, будет достаточно, если вето наложат два руководителя комитета – республиканец Роберт Коркер, для которого Тиллерсон прямой конкурент в борьбе за должность госсекретаря, а также демократ Бенджамин Кардин, сумевший убедить своих однопартийцев выступить против нефтяного лоббиста. Необходимо также принять во внимание, что Ромни и Коркер прагматично объединят свои усилия, чтобы вывести нового фаворита и друга Трампа из игры.

В целом у Тиллерсона пока нет серьезной поддержки и влиятельных союзников в Конгрессе. Из новой команды Трампа за его назначение выступил лишь Майкл Флинн. Однако его поддержка при столь сложной внутренней конфигурации скорее вредит руководителю Exxon. СМИ уже преподносят позитивные отзывы Флинна и Тиллерсона друг о друге как взаимоподдержку двух пророссийских лоббистов и друзей Путина. Сторонники нефтняника утверждают, что Рекс умеет играть в команде и ставит интересы страны превыше всего.

Советники Трампа также напоминают, что Тиллерсон прислушался к просьбе президента Обамы отказаться от участия в крупном деловом форуме, состоявшемся в Москве в мае прошлого года. Действительно, он тогда не поехал на российский форум, но направил одного из своих заместителей — Нила Даффина, который и вел переговоры о расширении сотрудничества Exxon Mobil c «Роснефтью», предусматривающем совместное бурение в Северном Ледовитом океане.

Помимо внутриполитических противоречий важно учитывать и лоббистский фактор. Нефтяное лобби – это не монолитная структура, имеющая безграничные возможности влияния на политические решения в Вашингтоне. На самом деле в Америке наблюдается жесткая конкуренция между ведущими корпорациями, которые тратят миллионы долларов на продвижение своих интересов и блокирование неугодных инициатив противников. В данном аспекте за широкой кампанией против Тиллерсона стоят лоббисты влиятельной нефтяной компании Chevron. Они считают, что назначение непосредственного руководителя компании-конкурента на должность госсекретаря будет означать смещение баланса в американском нефтяном секторе в пользу Exxon Mobil. Примечательно, что буквально через несколько дней после появления новости о возможном назначении Тиллерсона Трамп заявил о готовности выдвинуть кандидатуру Рика Перри — бывшего губернатора Техаса и одного из крупнейших лоббистов Chevron — на пост министра энергетики. Таким образом, республиканец пытается найти баланс между крупнейшими нефтяными гигантами и успокоить страсти в лоббистских кругах. Если у Трампа получится договориться с Chevron, ее лоббисты – Маккейн, Рубио и Кирк — вряд ли будут протестовать против Тиллерсона. Однако помимо них, предстоит решить куда более сложную задачу – добиться нейтралитета лидеров Демократической партии.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 декабря 2016 > № 2006264 Арег Галстян


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter