Всего новостей: 2554706, выбрано 2 за 0.005 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Егорова Ольга в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаАрмия, полициявсе
Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 29 декабря 2017 > № 2441390 Ольга Егорова, Александр Моисеев

Манеж Бетанкура

Ольга Егорова, Профессор МГТУ им. Н.Э.Баумана, доктор исторических наук

Александр Моисеев, Обозреватель журнала «Международная жизнь»

Уникальному архитектурному и инженерно-техническому творению Августина де Бетанкура - Манежу, что рядом с Московским Кремлем, в ноябре 2017 года исполнилось 200 лет.

Он был построен в ознаменование пятой годовщины победы в Отечественной войне 1812 года и торжественно открыт военным парадом в присутствии императора России Александра I. Манеж - это не только бесценный символ, посвященный победе русского оружия над Наполеоном, но и уникальное инженерно-техническое сооружение, национальное и культурное достояние нашей страны.

История постройки Манежа

Во время нашествия Наполеона, в 1812 году, за четыре дня пожар в Москве уничтожил почти три четверти города. По архивным материалам и по данным обер-полицмейстера Москвы Ивашкина, из 9158 жилых строений сгорело более 6,5 тысяч, осталось годными для жилья менее 30% домов. Вскоре после победы в Отечественной войне против французского нашествия, в феврале 1813 года, была создана «Комиссия для строения Москвы», которая разработала план превращения выгоревшей части города в единый архитектурный ансамбль. Работу комиссии возглавил князь Михаил Дмитриевич Цицианов. Ему подчинялись чиновники и архитекторы, включая знаменитых градостроителей О.И.Бове, В.П.Стасова, Доменико Жилярди, В.И.Гесте и многих других. В число вновь возводимых зданий вошел и Манеж, так что своим появлением он в некотором смысле «обязан» опустошительному пожару Москвы 1812 года.

Известно, что император Александр I в 1816 году принял решение переехать на целый год из тогдашней столицы Санкт-Петербурга в Москву и перенести туда же свой двор, чтобы личным присутствием ускорить и активизировать строительные работы в первопрестольной. Кроме того, для празднования победы над Наполеоном и проведения парада войск требовалось специальное помещение - экзерциргауз, где мог бы развернуться целый полк солдат в 2 тыс. человек, причем как пеших, так и конных. Мода на такие сооружения, в которых военные могли тренироваться в зимнее время и в периоды непогоды, пришла из Германии. Позднее немецкое название заменили на более благозвучное и простое в произношении, французское, - «манеж».

К 1816 году в России подобные помещения для военных упражнений уже существовали, но все они были небольших размеров и находились в Петербурге и некоторых других городах. В Москве же таковые просто отсутствовали. Вот и возникла в царском окружении идея в 1816 году возвести такой экзерциргауз рядом с Кремлем, а точнее, вблизи Боровицкого моста. Однако после обследования местности и в ходе подготовки проекта строительство было перенесено на Моховую площадь.

Как испанский гений стал российским

Любопытно, что возрождение интереса наших современников к выдающемуся испанскому ученому и инженеру XVIII-XIX веков Августину де Бетанкуру (Agustin de Betancourt) было вызвано, как ни парадоксально, таинственным и внезапным пожаром в московском Манеже, который случился в марте 2004 года. Именно в связи с этим трагическим событием стало широко известно о великом испанском инженере, его жизни и замечательных конструкторских творениях.

Родился Августин Хосе Педро дель Кармен Доминго де Канделария де Бетанкур и Молина (это его полное имя) 1 февраля 1758 года на острове Тенерифе (Канарские острова, Испания) в городе Пуэрто-де-ла-Крус, в семье потомственного дворянина. Получив блестящее образование в Мадриде, Париже и Лондоне, уже к концу 1790-х он стал самым известным инженером Испании. Тогдашняя обстановка в родной Испании, да и соседних странах, не очень-то способствовала стабильной жизни и мирному творческому труду инженера, к чему так стремился Августин де Бетанкур. И он собрался на Кубу, где его таланты предполагала применить местная знать - землевладельцы-сахарократы. Бетанкур предложил им механизировать переработку сахарного тростника с помощью специально сконструированной им для этого паровой машины (диковинки начала XIX в., более известной тогда под именем английского изобретателя паровой машины Уатта). Сахарократы оплатили изготовление паровой машины по проекту Бетанкура на заводе в Бристоле, в Англии, ее транспортировку на Кубу, выделили денежные средства испанскому инженеру, на которые он приобрел все необходимое для работы на острове, где намеревался пробыть не менее шести лет. Однако судьба распорядилась иначе, и на Кубу испанский инженер не попал.

Зато так сложились обстоятельства, что еще в ноябре 1807 года по рекомендации известного российского дипломата, посланника Санкт-Петербурга в Мадриде И.М.Муравьева-Апостола, Бетанкур в первый раз посетил Россию, чтобы ознакомиться с новой для него страной и изучить возможность перехода на русскую военную службу. В архиве Испании имеется подлинник донесения посланника в Санкт-Петербурге графа де Нороньи премьер-министру Педро Севальосу от 8 декабря 1807 года, в котором он сообщает: «Несколько дней назад в столицу Российской империи прибыл дон Августин де Бетанкур, интендант королевской армии. Я представил его графу Румянцеву, который принял гостя с великими любезностями. Российский министр назначил ему прибыть во дворец, где обер-гофмейстер императорского двора представил его государю императору для личной аудиенции. Такой чести удостаивались ранее только послы, ибо других иностранных особ представляют императору на приемах».

Известно, что русский император Александр I после личных бесед с Бетанкуром проникся к нему доверием и симпатией. Кроме того, российский император был хорошо информирован о широком престиже и популярности инженера в Испании и во Франции, и Августин де Бетанкур был приглашен императором Александром I на службу в Россию.

И все-таки досконально трудно определить все причины, из-за которых в 1807 году Августин де Бетанкур был вынужден покинуть Испанию. Но доподлинно известно из документов Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), из Формулярного списка о службе и достоинстве свиты Его Императорского Величества состоящего по армии генерал-лейтенанта Бетанкура, что 30 ноября в 1808-м, в год своего 50-летия, Августин де Бетанкур был принят на русскую военную службу в чине генерал-майора. Вместе с ним в Петербург приехала и вся его семья: жена Анна, три дочери - Каролина, Аделина, Матильда - и сын Альфонс…

«Невысокого роста, с красноватым лицом, высоким лбом мудреца и большими, умными, немного грустными глазами, со скорбной складкой у плотно сжатых губ» - таким рисовали Августина де Бетанкура его биографы. А затем перечисляли его многочисленные инженерные изобретения и архитектурные творения.

За неполные 16 лет, что отвела ему судьба в России вплоть до его кончины в Петербурге в 1824 году, он построил у нас в стране уникальные архитектурные ансамбли и инженерные сооружения в ряде больших и малых городов России. Подавляющая часть его изобретений, включая мосты, постройки и различные механизмы, были придуманы им и воплощены в жизнь в Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде. Ну а в Москве инженерное наследие Бетанкура представлено только Манежем - бесценным инженерно-архитектурным достоянием не только для нашего города, но и всей России.

Метод Бетанкура

При проектировании и строительстве Манежа Бетанкур старался исключить все риски, которые могли угрожать зданию в будущем. Он учитывал восход и заход солнца, близость Москвы-реки и возможность наводнения. К примеру, крышу здания он спроектировал под асимметричную нагрузку, потому что слой снега мог быть неодинаковым на теневой и солнечной стороне. Инженер приказал углубить фундамент на четыре метра, а стены сделать более широкими у основания. Учитывал Бетанкур и возможную осадку постройки. Он лично подбирал деревья для перекрытия, а если замечал дефекты, просил у царя Александра I разрешения на дополнительные траты для замены сомнительных материалов. Кроме того, испанский инженер руководствовался принципом одного из римских императоров: «Прочность, Польза и Красота». Возможно, именно поэтому все инженерно-архитектурные сооружения Бетанкура имеют вид произведений искусства. Поэтому проект московского Манежа, представленный Августином де Бетанкуром, и был выбран и утвержден Александром I среди нескольких других проектов.

Как свидетельствуют архивные документы, строительство здания осуществлялось именно по проекту Бетанкура - с размерами между стенами внутри сооружения 166,1 метра в длину и 44,7 метра в ширину. Реализовывалось исключительно оригинальное решение по постройке перекрытия, составленного из деревянных стропильных ферм. Манеж не должен был иметь ни одной внутренней колонны, фермы длиной 44,86 метра каждая должны были перекрывать все пространство. Для того времени такое инженерное решение было уникальным.

Конечно, в строительстве Манежа принимал участие не один Августин де Бетанкур. Помимо самого царя Александра I, московского военного генерал-губернатора Александра Тормасова, большой вклад в его сооружение вложили соотечественник Бетанкура Рафаэль Бауса, инженер-майор Александр Кашперов, руководивший проектом инженер генерал-майор Лев Карбонье и ряд других выдающихся специалистов. Нельзя забывать и то, что фасады здания были декорированы в стиле ампир выдающимся архитектором Осипом Бове, возглавлявшим комиссию после пожара Москвы 1812 го-да. (Поначалу планировалась декоративная отделка Манежа выдающимся архитектором Огюстом Монферраном, но не сложилось). А в основном Манеж - плод необыкновенного воображения и точных инженерных расчетов Бетанкура, его воли и уникальных организаторских способностей. К тому же, по свидетельству специалистов, русско-испанский инженер владел даром необычайного ощущения пространства…

К началу осени 1817 года строительство уже подходило к концу. В октябре производились кровельные работы, а в ноябре устраивался парапет на крыше, шло остекление окон. Первый этап строительства продолжался всего шесть месяцев и осуществлялся небывалыми по тем временам темпами под непосредственным приглядом Августина де Бетанкура, довольно часто приезжавшего для этого из Петербурга в Москву. И вот 30 ноября 1817 года московский Манеж площадью более 7,5 тыс. квадратных метров торжественно открыли.

За прошедшие два столетия уникальное здание не раз меняло свою роль. Построенный по указанию императора Александра I для упражнений и парадов конных и пеших войск, впоследствии московский Манеж служил местом для массовых увеселений, в нем проходили выставки и концерты, там выступал великий французский композитор и дирижер Гектор Берлиоз и другие выдающиеся личности, включая Льва Толстого, который, говорят, учился в Манеже езде не велосипеде. А в советские времена почти 40 лет в уникальном здании был Гараж особого назначения. Но в конце концов Манеж приобрел славу самого крупного выставочного зала в самом сердце российской столицы.

Пожар и возрождение из пепла

Как отмечено уже в современной «летописи», в московском Манеже огонь вспыхнул вечером 14 марта 2004 года. И только к утру следующего дня пожарным удалось его погасить. К сожалению, в огне погибла оригинальная деревянная кровля - изобретение инженера Бетанкура. К счастью, сохранились чертежи уникальных стропильных ферм испанского инженера. Надо отметить, что пожар уничтожил кровлю и интерьер постройки полностью, но толстые, почти двухметровые стены выстояли. Были изготовлены точные копии этих деревянных конструкций…

Восстанавливался же Манеж по проекту группы архитектора Павла Андреева, который учел все конструкции Бетанкура, но с модернизацией интерьеров и некоторых деталей экстерьера.

Московский Манеж был восстановлен через 400 дней после пожара и вновь распахнул свои двери 18 апреля 2005 года, в День культурного наследия, который ежегодно отмечается во всем мире. Манеж был воссоздан в минимальные сроки и в соответствии с историческими параметрами здания-оригинала, а новые клеенодеревянные фермы Бетанкура тогда покрыли специальным составом, который обеспечивает им био- и огнезащиту.

Манежу вернули статус Центрального выставочного зала столицы и страны. С целью увековечивания памяти выдающегося испано-русского инженера и ученого по инициативе Высшей школы Петербурга одной из малых планет солнечной системы с порядковым номером 11 446 присвоили имя «Бетанкур».

Манеж не только украсил Москву, но и чудесным образом возродил имя своего создателя, гениального инженера Августина де Бетанкура, сыгравшего в инженерной истории России выдающуюся роль.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 29 декабря 2017 > № 2441390 Ольга Егорова, Александр Моисеев


Россия > Приватизация, инвестиции > itogi.ru, 12 марта 2012 > № 515293 Ольга Егорова

Суд идет

«Из тех, кто говорит о новой судебной реформе, судьями работали единицы, большинство — ни часу. Что менять? Зачем? По-моему, уже все, что можно, изменили!» — говорит председатель Мосгорсуда Ольга Егорова

Поручение президента Дмитрия Медведева, потребовавшего от Генпрокуратуры проверить соблюдение законности при вынесении приговоров по целому ряду резонансных дел, если и не является черной меткой нашей судебной системе, то во всяком случае заставляет задуматься о состоянии дел в этой сфере. Правы ли критики, утверждающие, что российские суды стоят исключительно на страже интересов государства, с которым простым гражданам тягаться не под силу? Нуждается ли отечественная судебная система в гуманизации и реформировании? Об этом в интервью «Итогам» рассуждает председатель Мосгорсуда Ольга Егорова.

— Ольга Александровна, в судах вводятся апелляционные инстанции. Как говорят сами юристы, при апелляции будет пересматриваться решение суда не по отдельным вопросам, а по существу всего дела в целом. Как эта инновация приживается в Мосгорсуде?

— В Мосгорсуде уже 244 апелляционные жалобы, но в полную силу апелляция по гражданским делам заработает в апреле, а по уголовным — с будущего года. Главная проблема тут, конечно, кадры: нагрузка будет высокой. Мы уже укомплектовали штат: теперь у нас в граждан­ской коллегии 93 человека, а в ближайшее время добавится еще двенадцать судей. Образовавшиеся вакансии в районах, откуда мы привлекли специалистов, закрыли за счет привлечения мировых судей и помощников судей. Последние — наш кадровый резерв. Сейчас ведь немногие горят желанием работать в этой профессии, вот и приходится растить смену. В регионах ситуация еще сносная, а вот в Москве очередей из желающих не увидите: много не заработаешь, зато проблем!

— Проблем действительно хватает. Одна из главных — недовольство работой судов в целом.

— Недовольство есть. Но вот парадокс: его проявляют в основном те, кто в суд не обращался. А вот кто прошел через него, как правило, довольны. Например, в прошлом году мировые судьи рассмотрели 215 279 гражданских исков, из них удовлетворено 90 процентов. То есть потенциальных недовольных — 10 процентов. Исхожу из того, что вряд ли при выигрыше истец негодует. По районным судам картина примерно такая же. Это по гражданским делам. Что до уголовных, то в 2011 году 70 процентов из них было рассмотрено судами в «особом порядке». Это значит, что подсудимый согласился с предъявленным обвинением и получает при этом более мягкое наказание. Часто удается обойтись и без лишения свободы.

— Но гражданам сложно выиграть у государства.

— Я бы не согласилась с таким утверждением. Например, по налоговым делам граждане выигрывают судебные процессы в 60 процентах случаев. А по административным — картина другая. В прошлом году московские суды рассмотрели 159 602 дела, и в 130 тысячах случаев рассмотрение завершилось административным наказанием в отношении лиц, привлекаемых к ответственности. То есть около 30 тысяч человек выиграли у государства. Или почти каждый пятый. Это немало. Ведь речь преимущественно идет о нарушениях со стороны автовладельцев, а они в большинстве случаев действительно имеют место. В прошлом году 44 тысячи человек были лишены прав, административный арест назначен в 5537 случаях, штрафам были подвергнуты 56 тысяч. Но чем дальше, тем больше люди предпочитают оплачивать штрафы, не дожидаясь суда: получат «письмо счастья» из ГИБДД о превышении скорости — и платят. И все довольны.

— Почему суды так часто берут сторону ГИБДД?

— А как по-другому? Меня за это критикуют. Но зачем полиция, если ей не доверять? Полицейский несет двойную ответственность — и перед судом, и перед мундиром. Его ложь ему дорого обойдется. ГИБДД часто упрекают в том, что его работники вымогают взятки. Так не давайте! Вот мой совет: требуйте составления протокола, укажите в нем, с чем вы не согласны, свою версию. Если это вымогательство, такой протокол сразу выкидывают. Водители, тоже пытаясь уйти от ответственности, придумывают разные способы: сначала подпишут протокол, со всем согласятся, а потом в суде говорят, что с них деньги вымогали.

Я как-то была в Лондонском суде — слушалось дело в отношении наркоманов. Полиция, добывая доказательства, тайно вскрыла багаж, убедившись в наличии наркотиков, а впоследствии задержала всех с поличным. И никаких понятых ни на одном этапе! В суде хоть бы кто из подсудимых или их защитников слово протеста сказал или пожаловался, что доказательства получены незаконно! Никаких сомнений: полицейский положил руку на Библию, рассказал — и все, достаточно! Вот это степень доверия к полиции.

— Значит, чаша весов в судах и дальше будет склоняться на сторону властей предержащих?

— Суд принимает все меры к тому, чтобы в каждом конкретном случае установить истину. Так, например, когда сотрудники ДПС специально выставляют преграду на дороге и водители вынуждены объезжать по встречной полосе, судьи принимают сторону водителей. А вы знаете вообще, сколько у нас пьяных за рулем? За прошлый год — 13 305 человек. Только вдумайтесь — 13 тысяч! Прибавим к ним отказавшихся пройти медосвидетельствование, а это, как правило, те же выпившие, — еще 11 100 человек. То есть 24 тысячи граждан только в одной Москве! Вы и представить не можете, как они потом изворачиваются в суде. Несут справки, приводят псевдосвидетелей, всячески затягивают рассмотрение... Законодатели могли бы подумать о введении уголовной ответственности за такое правонарушение.

— Выиграть у государства сложно не только в тяжбах с ГИБДД. Я о громких делах…

— Вы о Ходорковском? 30 января Мосгорсуд отказал по надзорной жалобе в пересмотре приговора Хамовниче­ского суда от 27 декабря 2010 года. Думаю, тема закрыта... Или о деле Сергея Магнитского? Ко мне тут приходила ваша коллега с Би-би-си и спрашивала: как вы отнеслись к включению вашей фамилии в черные списки?

— И как отнеслись?

— Ответила: «Ужасно». Но оказалось, что это только слухи... А если говорить о деле Магнитского, то его уголовное преследование сейчас осуществляется в соответствии с постановлением Конституционного суда России, который указал, что без согласия близких родственников умершего обвиняемого прекращение уголовного дела невозможно.

— Громкими дела бывают еще и по факту реакции со стороны общественности, как в ситуации с Расулом Мирзаевым. Два столь разных решения. Какой из судей, по-вашему, должен нести ответственность?

— Первый раз его обвинили в совершении особо тяжкого преступления (статья 111 УК — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть. — «Итоги»), и мера пресечения должна была быть — заключение под стражу, поэтому решение о залоге в 5 миллионов рублей Московским городским судом было отменено. А во втором случае следствие переквалифицировало обвинение на статью 109 УК (причинение смерти по неосторожности. — «Итоги»), то есть преступление небольшой тяжести, и мера пресечения соответственно не могла быть избрана в виде заключения под стражу. Но, избрав во второй раз залог в 100 тысяч рублей, судья нарушила закон: не учла отсутствия фактического места проживания подсудимого и не мотивировала сумму залога. Мосгорсуд вынес по этому поводу кассационное определение, отменив постановление Замоскворецкого суда и отправив дело на повторное рассмотрение в тот же самый суд в ином составе судей. В итоге следователи сами попросили возвратить им уголовное дело. Поняли, что сырое дело невозможно рассматривать и выносить по нему решение.

— Может, вернуть судьям право участвовать в сборе доказательств?

— Не надо. Мы только-только вздохнули: в советское время суд отвечал за все. Сейчас мы оцениваем только то, что нам представляют стороны. Это и есть суть проведенной реформы. Молодое поколение судей даже и не думает что-то требовать от сторон: представили — хорошо, нет — суд будет оценивать то, что есть.

— Но обвинение традиционно сильнее…

— Уже нет. Судейский корпус изменился на 70 процентов! Молодежь, если доказательств у обвинения маловато, не замедлит оправдать или переквалифицировать обвинение. В советское время суд почти всегда был связан с позицией обвинения. А сейчас? В Дорогомиловском суде, например, прокурор попросил 12 лет лишения свободы для обвиняемого, так суд его вообще оправдал! Прокурор — к нам с представлением, но кассационная инстанция посчитала, что судья прав. Или еще: обвинение просило 8 лет лишения свободы, а суд дал 3 года условно. В общем, на решение суда если и может что-то повлиять, так только профессионализм сторон.

— Оппозиция ратует за введение жеребьевки при распределении дел. Ведь скандальные и громкие процессы, как правило, ведут одни и те же судьи. Как вам такая идея?

— Были случаи, когда таких «жеребьевщиков» привлекали к уголовной ответственности. Ведь крайне несложно сделать так, чтобы по жеребьевке дело досталось «нужному» судье. Когда председатель суда лично распределяет дела, он исходит из специализации судей, их нагрузки, опыта, оперативности и профессионализма при рассмотрении дел.

— Поговаривают не только о манипуляциях с персоналиями. Ведь были случаи, когда иски подавались в «нужные» районные суды.

— К сожалению, в практике такие случаи встречаются. Но это является основанием для отмены решений по таким делам, а для меня — сигналом к проведению проверки в отношении судей. Если будет установлено, что кто-то из них преднамеренно нарушил закон, это станет основанием для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности вплоть до прекращения полномочий.

— Почему среди этих оснований нет, скажем, такого простого и ясного, как взятка?

— Наличие взятки нужно доказать, а это крайне сложно. Например, в 2011 году мы вызвали на комиссию одного мирового судью. Сначала она была спокойна: мол, у нее ни одного решения не отменено. Но когда я ее спросила, почему из ста дел одной категории она при равной ситуации кого-то наказывала, а чьи-то дела переквалифицировала, ей нечего было ответить. К дисциплинарной ответственности мы ее привлекли, но данных, подтверждающих взятку, не было. Только подозрения. Конечно, нам сигналят потерпевшие, но, к сожалению, анонимными обращениями.

— И вы их не рассматриваете?

— Рассматриваю. Например, в случае с этой судьей так и было. Но такие сообщения от граждан доказательством получения взятки не являются. Поэтому сами и проверяем. А если гражданам становится известно о подобных фактах, необходимо обращаться в правоохранительные органы с соответствующим заявлением.

— Может, ввести такое подразделение, как маршалы в США? Независимая инстанция, занятая расследованием преступлений судей…

— Судейское сообщество способно к самоочищению, для этого у него достаточно механизмов. Если, конечно, маршалы по воле законодателей появятся, скажу спасибо. Правда, у службы маршалов в США в основном другие задачи. У нас же в Москве судейский мир очень маленький, чуть больше тысячи человек, и если появляются какие-то подозрения в недобросовестности судей — слухи доходят очень быстро и все факты становятся известны. Я была недавно на одном светском мероприятии и случайно стала свидетелем разговора. Говорили, что по уголовным делам в Москве стало неинтересно работать: взятку дать проблема, добиться освобождения — только по приговору суда. Очень хорошо, что у людей складывается такое мнение о столичных судьях!

— Но ведь судьи опасаются только своего сообщества…

— Правильно. А кого они должны опасаться? Наше сообщество спросит так, как ни одна власть. Например, в Москве никто из судей пьяным за руль не сядет, особенно после конкретного случая, когда судья лишился за это мантии. Да и ГИБДД в таких ситуациях мне незамедлительно сообщает. Недаром президент Дмитрий Медведев сказал, что если само судейское сообщество будет избавляться от «оборотней в мантиях», то такому сообществу нужно говорить спасибо. Если следствие обращается к нам за согласием на возбуждение уголовного дела в отношении судьи, то, как правило, мы его даем.

Дополнительной гарантией чистоты судейских рядов является общественный контроль. По нашей инициативе создана Общественная комиссия по взаимодействию с судейским сообществом Москвы. Только большинство ее представителей пришли туда работать и решать совместные проблемы, а некоторые восприняли наше приглашение как возможность влиять на рассмотрение конкретных дел, в которых затрагиваются их интересы.

— А как насчет «особых» отношений Мосгорсуда со столичными властями? Много ли дел против мэрии выигрывают граждане?

— По первой инстанции у нас было в прошлом году 319 дел, 27 из них — это жалобы на действия столичных властей. Мы удовлетворили 15 процентов из них.

— Негусто. Ходит слух, что вы весьма негативно относитесь к оправдательным приговорам по уголовным делам…

— Я вам уже привела примеры оправдательных приговоров именно по уголовным делам. Из 30 тысяч лиц, в отношении которых вынесены приговоры, 70 процентов подсудимых осуждены в «особом порядке». А из оставшихся 9 тысяч 271 человек оправдан. Это что, мало?

— Заключение под стражу — по-прежнему самая назначаемая мера пресечения?

— Из 10 тысяч ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, с которыми следствие обращалось в московские суды в 2011 году, примерно в тысяче случаев было отказано. Активнее стали применять залог и домашний арест. По преступлениям в сфере экономической деятельности в 2011 году аресту подверглись только шесть человек, тогда как годом ранее — 48.

— Много ли граждан ждут суда в СИЗО?

— Из 8 тысяч находящихся в москов­ских СИЗО за столичными судами числится 3891. Из них: за судами первой инстанции — 1870, второй — 2697 человек, то есть это те, кто ждет вступления решения в законную силу. Только 58 человек находятся в СИЗО в ожидании суда свыше года и 24 человека — свыше полутора лет. Сравните: в 2002 году таких было 18 тысяч! В три смены спали, по восемь лет люди суда ждали…

— Так, может, еще разгрузить суды?

— Нагрузка — это проблема номер два. Номер один — качество рассмотрения дел. Иными словами, профессионализм. С появлением апелляционной инстанции мы взяли из районных судов 40 лучших судей, на их место пришла молодежь, ее еще надо подучить, на это по­требуется время.

— На Западе нет такой нагрузки на суды: там судиться дорого и долго. Вот граждане и используют внесудебную систему — медиацию, третейские суды. Почему у нас они мало задействованы?

— Нет определенности, где и как такие органы создаются, отсюда и отсутствие доверия к ним со стороны граждан. Люди неохотно идут в частные конторы. Они сначала идут в суд, а уже судья направляет их к медиаторам. Но это двойные поборы. Стало быть, недовольство. Сейчас обсуждают вопрос, не разместить ли медиации при суде. Я не уверена, что это удачная идея: могут возникнуть подозрения в коррупции.

— Если поднять судебные пошлины? Обращаться в суд будет дорого, «по мелочи» сразу пойдут к медиаторам…

— Я против поднятия пошлины. Граждане должны иметь реальную возможность защищать свои права.

— ...Или создать административные суды.

— Это очень актуальное предложение, я его полностью поддерживаю. Боюсь только, с его реализацией могут возникнуть финансовые проблемы. Поэтому наилучшим решением стало бы создание вертикали подобных судов в рамках системы судов общей юрисдикции, где высшей инстанцией по административным делам являлся бы Верховный суд России.

— Как вы относитесь к идее новой судебной реформы?

— Конечно, нет предела совершенству. Но все же я против кардинальных перемен. В свое время все были против избрания судей населением. А сейчас некоторые «реформаторы» вновь предлагают вернуться к выборности судей, в частности мировых. При этом никто не учитывает, что мировые судьи входят в единую судебную систему, перед назначением на должность проходят серьезную проверку и получают свои полномочия из рук законодательного органа субъекта Российской Федерации, избранного этим же населением. Имея 40-летний опыт работы в судебной системе, точно знаю: из тех, кто говорит о новой судебной реформе, судьями работали единицы, большинство — ни часу. Что менять? Зачем? По-моему, уже все, что можно, изменили! Только за время моего председательства в Мосгорсуде, например, появились институт мировых судей, суд присяжных, апелляционное рассмотрение дел… Реформа? Безусловно. Налаживается открытый диалог с обществом: в сети Интернет публикуются судебные акты, официальные представители судов публично разъясняют СМИ мотивы решений, принятых судьями. Суды общей юрисдикции сегодня являются самой открытой из существующих ветвей власти. Чего еще желать? Нужно усовершенствовать то, что имеем, не забывать старое, не бояться нового и не шарахаться из стороны в сторону.

Россия > Приватизация, инвестиции > itogi.ru, 12 марта 2012 > № 515293 Ольга Егорова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter