Всего новостей: 2577977, выбрано 1 за 0.012 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Мачихин Дмитрий в отраслях: Финансы, банкивсе
Мачихин Дмитрий в отраслях: Финансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 12 января 2018 > № 2455288 Дмитрий Мачихин

«Вывод криптовалюты в белые деньги – серьезная проблема криптоиндустрии»

Дмитрий Мачихин, CEO компании Midex IT

Беседовала: Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Кто такие эдвайзеры, зачем они нужны стартапам при планировании ICO и стоит ли полагаться на их оценку при выборе токенов для покупки? Нужно ли платить налоги при продаже криптовалюты, живя в России? Об этом в интервью Bankir.Ru рассказал CEO компании Midex IT, юрист и эдвайзер Дмитрий Мачихин.

— Кто такой эдвайзер и зачем он нужен во время ICO?

— Эдвайзер (adviser, «консультант») – человек, дающий советы. Эдвайзер ручается за проект своей репутацией и помогает команде стратегическими советами, по сути выступая визионером. Мы в Midex разбили визионирование на три части: юридическую, банковскую и финтех.

Институт эдвайзеров только зарождается. Сейчас эдвайзеры делятся на два типа. Первый – люди, действительно дающие советы. Второй – люди-картинки, ставящие свои фото на сайт компании, идущей на ICO, но реально в детали проекта не вникающие. Я против такого типа консультантов, потому что этот подход размывает доверие к институту эдвайзинга.

— Как стартапы расплачиваются с эдвайзерами за услуги?

— Рынок оплаты услуг уже сформировался. Изначально эдвайзеры получали процент в токенах со сборов. Сейчас многие начали наглеть и просить из этого процента половину выплатить токенами, половину – в криптовалюте. Разница в том, что «крипта» – это пусть и волатильный, но ликвидный актив, а токен, пока он не начал торговаться на рынке, – всего лишь внутренний инструмент. Существует крайняя стадия, когда эдвайзеры берут фиат, причем предоплатой.

— Это, наверное, очень раскрученные эдвайзеры?

— Дело не в уровне экспертизы, а в загруженности. Фиат берут очень занятые эдвайзеры, которым некогда заниматься проектом в полной мере. На самом деле если уделять проекту много времени, то его токены могут принести больше денег после ICO, чем фиат, полученный до. Люди берут 2 500 долларов за эдвайзинг, чтобы получить со стартапа хоть что-то. Когда компания идет на ICO, все понимают, что рисков очень много.

— Успешность эдвайзеров определяется какими-нибудь рейтингами?

— Да. Рейтинги публикуются (https://icobench.com/people) на ICObench (https://icobench.com). Успешность эдвайзера определяется исходя из количества проектов и их совокупной оценки. Проекты оцениваются по шкале от одного до пяти баллов. Скажем, если у меня десять проектов с оценкой пять, то, значит, у меня 50 баллов. Рейтинг динамически меняется. Изначально я был на 16-м месте среди эдвайзеров в мире. Сейчас – на 14-м.

Одни из самых известных в мире эдвайзеров и блокчейн-евангелистов – Джон Матонис и Брок Пирс. К примеру, Брок Пирс входит в один из наиболее успешных проектов – EOS. Его подход весьма примечателен: он не интересуется процентами с ICO и во всех проектах работает за долю. За счет этого, на мой взгляд, он смог заработать внушительный капитал.

— Скажем, я вижу интересный проект и хочу купить его токены. Открываю white paper и долистываю до раздела эдвайзеров. Все перечисленные имена мне незнакомы, и в рейтинге ICObench их нет. Как мне понять, заслуживает ли эдвайзер доверия? Гуглить?

— Гуглить – это высший уровень проверки. Чаще всего инвесторы ограничиваются LinkedIn. Видят хорошие фотографии, хороший костюм, заходят в Facebook. Читают, что эдвайзер работал на руководящих должностях в крутом банке или Google. Видят проекты, в которых он засвечен, и принимают решение.

Гуглят немногие, хотя это важно, потому что популярный эдвайзер, во-первых, может быть засвечен в скаме. Во-вторых, эдвайзер может быть перегружен всевозможными проектами и не занимается большинством из них в реальности.

— Что я могу сделать, чтобы защитить свои интересы, и как мне наказать плохих людей, если меня обманули?

— В первую очередь за проект отвечает команда. Эдвайзеры отвечают во вторую. Согласно законодательству США, эдвайзеры могут быть наказаны вплоть до лишения свободы и штрафами. В России в экономических преступлениях причинно-следственные связи выстроены иначе, и привлечь к ответственности эдвайзера нереально.

Я стал заниматься юридической стороной проектов в 2014 году, начав с консультирования стартапов, и постепенно перешел к ICO. Принципиально нового с юридической точки зрения в ICO ничего нет. Если речь идет о мошенничестве, то это преднамеренное преступление, за которое должны отвечать и команда, и эдвайзеры. Если проект просто не взлетел, то эдвайзеры тут ни при чем. Хотя следствие покажет.

— Почему команде важно подобрать хороших эдвайзеров?

— В среднем у команды шесть-семь эдвайзеров, которые должны тщательно изучить проект и убедиться в его жизнеспособности. Однако большинство людей не уделяет эдвайзингу серьезного внимания. Согласно опубликованной статистике, из 1 500 опрошенных лишь 4% заявили о том, что именно эдвайзеры играют важнейшую роль в проекте. Ценность эдвайзеров размылась из-за людей, «торгующих лицом». Однако, на мой взгляд, эдвайзинг – это важный и нужный институт с большим будущим.

— Как вы выбираете проекты для эдвайзинга? Каким критериям должен соответствовать проект, чтобы вы сказали да?

— Я смотрю, кто еще выступает эдвайзером. Желательно, чтобы это были люди с международной известностью. Кроме того, мне важно, чтобы у меня были общие знакомые с командой – наличие общей тусовки. Мне не очень важно, какой проект предлагают люди, если это, конечно, не скам и не мошенничество. Гораздо важнее, кто эти люди.

— Для вас команда важнее, чем продукт?

— Да.

— Вы верите, что стоящая команда может раскрутить любой проект?

— Да. Мне всегда важнее люди.

— У вас в портфеле токены многих проектов?

— К сожалению, да. И я понимаю, что часть из них не взлетит никогда. Однако я эти токены не сливаю, поскольку это нанесет им явный ущерб. Прижмет – продам. Я делаю ставку на другое.

— На что?

— Помимо руководства IT-компанией Midex, я еще и партнер юридической компании. Нам интересно помогать проектам с точки зрения юридической обвязки. У нас команда, которой надо платить реальными деньгами, а не токенами. В этом контексте мне, конечно, интереснее стандартные клиенты, а не эдвайзинг.

— Какие проекты из вашего портфеля вы считаете интересными и перспективными?

— Сейчас я эдвайзер в десяти российских проектах. Плюс есть проекты, которые идут на ICO. И больше не беру. Например, я консультирую MyWish – проект, который делает смарт-контракты для завещаний и разводов. До этих ребят никто в мире не додумался, что люди, имеющие криптовалюты, женятся, разводятся, умирают. MyWish обеспечивает автоматическое разделение криптоактивов пополам между супругами в случае развода. Если кошелек человека недоступен некоторое время, то MyWish считает, что с ним что-то случилось, и «крипта» автоматически переводится на заранее выбранный кошелек. За это проект берет комиссию. Идея довольно простая, однако под нее была собрана неплохая для российского ICO с маленьким бюджетом сумма в 3 миллиона долларов.

Из крупных проектов, где я выступаю эдвайзером, отмечу блокчейн-лотерею TrueFlip, собравшую на ICO биткоины на сумму, эквивалентную 10 миллионам долларов.

— В какой стране стартапу стоит проводить ICO?

— В России нельзя провести настоящее ICO. Мы сформулировали фреймворк, согласно которому выбираем юрисдикцию для ICO. Важное значение имеют бизнес-процессы, суть токена, бенефициары, налогообложение, кешфлоу. Получив ответ на эти вопросы, я решаю, какую страну выбрать. Популярны Гибралтар, Сингапур, Гонконг, Эстония. Есть возможность проводить ICO в США. Сейчас теряет популярность Великобритания.

Главный вопрос заключается в степени наглости команды. Если команда хочет изначально сделать белый бизнес, то придется потратиться: оплатить услуги юристов, регистраторов, позаботиться о каждом аспекте.

— Скажем, я купила токены, они попали на биржу и выстрелили. Теперь я хочу их продать и выйти в фиат честно, заплатив налоги. Скажите мне как юрист, как это правильно сделать?

— Вывод возможен через ряд платежных сервисов. При этом при поступлении средств к вам на счет желательно добровольно заполнить декларацию о доходе и уплатить налог в размере 13% от дохода.

— Наша налоговая отслеживает людей, которые зарабатывают на криптоактивах?

— Пока нет. Данные, конечно, собираются, но пока это просто сбор информации. А в США налоговая получила данные 14 тысяч пользователей криптобиржи Coinbase: налоговики узнали, кто куда что отправлял и сколько получил за каждую трансакцию. Я думаю, что в течение года этим людям придется заплатить налоги. Мы в России придем к этому через три-четыре года. При этом система начнет работать в полную силу не ранее чем через пять лет.

— А до этого времени можно получать доходы с криптоактивов, не платить налоги и не иметь проблем?

— Да. Для отслеживания доходов граждан от «крипты» нужны очень дорогие специалисты, которых налоговая не может себе позволить. Однако что касается правоохранительных органов, тут Россия впереди планеты всей: следят и берут на карандаш. Сейчас записываются данные всех, кто выводит средства с криптобирж.

— И как с этим быть?

— Никак. Налоги возникают при появлении рубля. Если я получаю доход в долларах, то должен их продать за рубли и заплатить налог. Пока – добровольно. Вывод криптовалюты в белые фиатные деньги – одна из самых серьезных проблем криптоиндустрии. Криптовалютного НДФЛ в России не будет никогда. Проще криптовалюты просто запретить.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 12 января 2018 > № 2455288 Дмитрий Мачихин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter