Всего новостей: 2551619, выбрано 1 за 0.011 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Власов Алексей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Власов Алексей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Абхазия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 февраля 2012 > № 498762 Алексей Власов

22 февраля 2012 года в районе города Гудаута неизвестные обстреляли машину президента Абхазии Александра Анкваба. Глава республики не пострадал, тяжелое ранение получил его охранник. Кто может стоять за покушением, с чем оно может быть связано, можно ли исключить грузинский след и какова обстановка в Абхазии сейчас - об этом обозреватель РИА Новости Илья Бер беседует с генеральным директором Политологического центра "Север-Юг" Алексеем Власовым.

- Кому в нынешних условиях было бы выгодно убийство президента Абхазии?

- Выгодно прежде всего тем, кто желал бы дестабилизировать обстановку в республике - это понятно. Ликвидация Анкваба с политической карты Абхазии - это новый системный кризис. Потому что сейчас вокруг него происходит формирование элиты, уже сформировалась новая повестка дня, и, если бы покушение удалось, это была бы непредсказуемая ситуация.

- Каков сейчас расклад политических сил в Абхазии? Кто во власти, кто в оппозиции? Кто действует в большей степени в интересах России, кто - в интересах, возможно, Грузии?

- После прошедших в 2011 году президентских выборов в Абхазии ситуация достаточно стабильна. В течение последних нескольких месяцев удалось достичь компромисса между теми, кто противостоял во время президентской кампании. Я имею в виду окружение Анкваба, нынешнего президента страны, и группы, которая была вокруг альтернативных кандидатов, Шамбы и Хаджимбы. Большая часть политического класса Абхазии, безусловно, настроена на дальнейшее развитие структур независимого государства при поддержке и стратегическом партнерстве с Россией. Поэтому сказать, что в политическом классе Абхазии есть кто-то, кто публично призывает к возврату в состав Грузии, - наверное, это было бы очень сильным преувеличением.

Те противоречия, которые проявлялись на протяжении последних нескольких лет внутри абхазской элиты - это в основном вопросы, связанные с финансовыми ресурсами, со степенью политического влияния, но нельзя исключать и каких-то факторов личной неприязни, что на Кавказе, как вы понимаете, тоже играет не последнюю роль.

Но в целом, несмотря на сложную кампанию лета 2011 года, абхазская элита продемонстрировала высокую степень зрелости. Им удалось избежать каких-то противостояний, которые были в 2004 году, когда избирался Сергей Багапш.

- После ухода Багапша из жизни насколько гладко прошла передача власти?

- Конечно, выборы были непростые. Конкуренция была достаточно жесткая. Анкваб, Шамба и Хаджимба представляли разные ниши абхазской политики. Самая острая конкуренция была между Шамбой и Анквабом. Было видно, что по программам своим они близки друг другу, но по технологии ведения кампании там были серьезные расхождения. Шамба более активно использовал политические технологии, а Анкваб работал в режиме face to face с избирателями. То есть он больше учитывал специфику абхазского менталитета - ты должен видеть, понимать, чувствовать своего кандидата. Быть может, в меньшей степени задействовал какие-то биллборды, телевизионные форматы обращений.

Может быть, это, в конце концов, и привело его к достаточно уверенной победе. В Абхазии не любят тех, кто использует черный пиар. Но еще раз подчеркну, что после выборов удалось достичь какого-то равновесия. Хотя, как всегда, остались обиженные, Анкваб прочно удержал в своих руках рычаги управления страной.

- Насколько те обиды могли иметь отношение к нынешнему покушению?

- Это не первое покушение на Анкваба. Цифры расходятся. Кто называет пять покушений, то есть это шестое, кто - четыре, тогда это пятое. Но в любом случае понятно, что многих не устраивал его прямой и жесткий, если не сказать авторитарный стиль правления. При этом всегда будут появляться обиженные.

Но одно дело, когда обиженные могут решать свои вопросы в правовом, политическом поле. Другой вариант - когда они настолько обижены, что используют арсенал 1990-х годов - обстрел машины из винтовки или автомата. Но то, что произошло сегодня, кажется очень продуманной и спланированной акцией, направленной против абхазского руководства. Масштаб подготовки этой акции свидетельствует о том, что здесь были задействованы и серьезные силы, и серьезные ресурсы. На личную месть это как-то не очень тянет. На попытку запугать, как это у нас было принято в 1990-е годы, тоже.

- Есть мнение, что в последнее время Анкваб вел в республике серьезную борьбу с коррупцией. Может ли покушение быть с этим связано?

- Первая мысль, которая у меня возникла, когда я узнал о покушении, именно с этим и связана. Одним из главных лозунгов предвыборной кампании Анкваба была борьба с коррупцией. Причем, если его оппоненты предлагали всех чиновников уволить, и набрать где-то новых, то Анкваб сказал, что мы будем придерживаться линии преемственности, но при этом жесточайшим образом искоренять тех, на всех уровнях, во всех чиновничьих кабинетах, чья связь с коррупционными преступлениями будет доказана. Для южнокавказских республик, да и Кавказа вообще - это более чем серьезно.

Так что это (покушение - РИА Новости) вполне может быть реакция каких-то криминальных или полукриминальных структур на те шаги, которые в последнее время были осуществлены Анквабом.

- Для чего президент Дмитрий Медведев предложил помощь России в расследовании этого преступления? Это просто красивый жест, или за ним что-то стоит?

- Это нормальная реакция страны, которая является стратегическим партнером Абхазии. Я думаю, было бы странно, если бы российское руководство такое предложение не сделало. Тем более, что наши силовики с абхазскими всегда очень эффективно, успешно сотрудничают. Если подтвердится криминальная версия, концы можно будет найти и на территории России. Потому что велика вероятность, что исполнители сразу попытались покинуть территорию Абхазии, а понятно, где они могут это сделать прежде всего, в районе какой границы. Поэтому здесь помощь и информационная, и кадровая, и оперативная поддержка мероприятий, которые будут проводить абхазские силовики, со стороны России вполне уместна и разумна.

- Вы считаете, что какой-то грузинский след тут искать не стоит?

- Вы знаете, могут быть всякие варианты, и если бы мы с вами занимались конспирологическими изысканиями, то можно было сказать, что глубокие концы этого преступления уходят на территорию Грузии. Кто знает, могли этих людей против Анкваба использовать и втемную. Такой вариант нельзя исключать. Но у меня есть принцип в анализе ситуаций по линии Абхазия - Грузия, Абхазия - Южная Осетия, искать грузинский след только тогда, когда есть фактические основания. Иначе мы растрачиваем попусту наш пропагандистский запал.

На Западе уже привыкли, что русские везде начинают искать грузинский след. Это как-то нивелирует значимость таких заявлений. Но я бы обратил внимание, что грузины стали работать (и этому есть свидетельства) все более и более технично. А технично - это значит, что концы в воду. То есть доказать ничего невозможно, а на поверхности всегда оказывается криминал, личные счеты, еще что-то в этом роде.

Абхазия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 февраля 2012 > № 498762 Алексей Власов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter