Всего новостей: 2552687, выбрано 6 за 0.009 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Лавров Сергей в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаМиграция, виза, туризмСМИ, ИТОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияМедицинавсе
Россия. Вьетнам > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 23 марта 2018 > № 2557045 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных дел Социалистической Республики Вьетнам Фам Бинь Минем, Ханой, 23 марта 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Прежде всего хотел бы выразить искреннюю признательность от нашей делегации и от себя лично нашим вьетнамским друзьям за гостеприимство.

Cегодня утром уже состоялась встреча с Генеральным секретарём ЦК КВП Нгуен Фу Чонгом, сейчас прошли очень насыщенные переговоры, ещё предстоит встреча с Президентом Социалистической Республики Вьетнам Чан Дай Куангом.

Переговоры с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных дел Вьетнама Фам Бинь Минем прошли в дружественном ключе и позволили обменяться мнениями по самому широкому кругу вопросов. Вьетнам и Россия – давние, надёжные друзья, стратегические партнёры. У нас налажен доверительный политический диалог на высшем и высоком уровне, взаимодействие по линии практически всех профильных министерств, ведомств и служб.

Сегодня мы рассмотрели выполнение договорённостей, которые были достигнуты во время официального визита в Российскую Федерацию Президента Социалистической Республики Вьетнам летом 2017 г., а также в ходе встреч наших президентов осенью 2017 г. «на полях» саммита АТЭС в Дананге и глав правительств на Восточноазиатском саммите в Маниле тоже осенью прошлого года.

Мы констатировали устойчивое расширение контактов по линии парламентов, министерств и ведомств, политических партий, общественных объединений, а также между людьми, о чём говорит существенный рост туристических потоков из России во Вьетнам и из Вьетнама в Россию в прошлом году.

Договорились об ускорении подготовки программ, мероприятий, которые в будущем году будут проводиться в России и Вьетнаме в рамках «перекрёстных годов» России во Вьетнаме и Вьетнама в России.

С удовлетворением отметили рост товарооборота в прошлом году более, чем на 30%. Статистика разнится: по нашим данным, это уже больше 5 млрд. долл., по вьетнамской – чуть меньше, но в любом случае рост налицо. Мы согласились, что это стало возможным во многом благодаря реализации соглашения о свободной торговле между Вьетнамом и ЕАЭС.

Отметили эффективную работу Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству, которая провела уже 20-е заседание в сентябре прошлого года в Хошимине.

Вьетнам и Россия заинтересованы в том, чтобы наряду с торговлей расширялись взаимные инвестиции. Уверены, что этому будет способствовать деятельность не так давно созданной рабочей группы по приоритетным инвестиционным проектам. На взаимной основе будем поощрять прямые контакты между деловыми кругами России и Вьетнама. В том числе ожидаем представительную делегацию вьетнамского бизнеса на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) и на Восточном экономическом форуме во Владивостоке.

Высоко оценили деятельность совместных предприятий с участием ведущих российских и вьетнамских нефтегазовых компаний. Это одно из ключевых направлений нашего партнёрства в экономике. Обсудили перспективы взаимодействия в электроэнергетике, в области мирного атома, сельском хозяйстве, машиностроении, банковском секторе, в сфере транспорта и инфраструктуры. Договорились расширять гуманитарные связи, образовательные обмены. Число государственных стипендий, которые Россия ежегодно предоставляет Вьетнаму, неуклонно растёт и уже приблизилось к тысяче.

Вьетнам и Российская Федерация одинаково смотрят на проблему мироустройства, выступают за уважение международного права и центральной роли ООН, за коллективный подход к решению любых проблем и исключительно мирные методы урегулирования любых споров. Эти подходы мы проповедуем и в том, что касается ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Мы заинтересованы, едины в том, чтобы создать здесь такую архитектуру сотрудничества, которая могла бы обеспечить устойчивое развитие и интересы безопасности всех без исключения стран региона. Констатируем, что этим критериям в полной мере отвечает военное и военно-техническое сотрудничество между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам.

В отношении наших связей со странами региона и подходов к коллективным действиям по формированию новой инклюзивной внеблоковой архитектуры Россия неизменно выступает за то, чтобы все эти усилия опирались на центральную, стимулирующую роль АСЕАН. Задачам дальнейшего совершенствования нашей внешнеполитической координации будет на деле способствовать только что подписанный План сотрудничества между министерствами иностранных дел двух стран на 2019 – 2020 гг.

По нашей общей оценке, сегодняшний визит, состоявшиеся переговоры внесли очень полезный вклад в дальнейшее развитие нашего всеобъемлющего стратегического партнёрства.

Россия. Вьетнам > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 23 марта 2018 > № 2557045 Сергей Лавров


Россия. Вьетнам. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532549 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова вьетнамским и японским СМИ, Москва, 16 марта 2018 года

Вопрос: Как Вы оцениваете роль и значение Вашего предстоящего визита во Вьетнам? Какова роль России в АТР?

С.В.Лавров: У нас с нашими вьетнамскими друзьями очень тесные отношения. Мы их называем отношениями стратегического партнерства. Регулярно общаются руководители наших стран – президенты. Президент России В.В.Путин неоднократно встречался с Генеральным секретарем Коммунистической партии Вьетнама, министры иностранных дел находятся в очень тесном контакте, равно как и руководители практически всех других ведомств – министерств промышленности и торговли, экономического развития, финансов, транспорта, связи. По сути дела, нет ни одного подразделения нашего Правительства, которое бы не имело контакта со своими вьетнамскими партнерами.

Безусловно, сфера образования, культурных обменов, гуманитарного сотрудничества является традиционно очень насыщенной в нашем стратегическом партнёрстве с Социалистической Республикой Вьетнам. Одним из знаковых событий, которое мы будем в том числе обсуждать в ходе моего визита во Вьетнам, является подготовка «перекрестного» Года Вьетнама в России и России во Вьетнаме. Он планируется на 2019 г., когда мы будем отмечать 25-летие межгосударственного Договора об основах дружественных отношений.

Что касается Азиатско-Тихоокеанского региона, то и здесь мы стараемся вместе с нашими друзьями не только из Вьетнама, но и из АСЕАН, с государствами-партнерами АСЕАН поднимать повестку дня, которая будет объединительной и нацеленной на обеспечение устойчивой, стабильной архитектуры безопасности и сотрудничества, чтобы положение в этом важнейшем регионе мира, который сейчас является локомотивом мировой экономики, определялось не договоренностями закрытого, блокового характера, а диалогом, в котором могут участвовать все без исключения расположенные здесь страны. Мы очень ценим центральную роль АСЕАН в организации усилий по созданию условий для такого диалога – ежегодный форум АСЕАН по вопросам региональной безопасности, ежегодные встречи министров обороны АСЕАН с участием министров обороны государств-партнеров Ассоциации и целый ряд встреч между АСЕАН и индивидуальными диалоговыми партнёрами, каковым является и Россия.

Хочу также сказать, что одним из весьма перспективных форматов, который был инициирован странами, являются Восточноазиатские саммиты. В рамках таких саммитов АСЕАН с главными своими партнёрами, включая Россию, Китай, США, Индию, Японию и ряд других стран (Австралию, Южную Корею), уже несколько лет обсуждает необходимость формирования в АТР открытой системы безопасности и сотрудничества, которая будет опираться на принцип равноправия всех участников и неделимости безопасности, чтобы никто не пытался обеспечить свою безопасность за счет ущемления безопасности других.

Если коротко, это те темы, которые мы будем гораздо подробнее, чем я сейчас их изложил, обсуждать во Вьетнаме.

Вопрос: Как Вы оцениваете торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Вьетнамом, а также между Вьетнамом и ЕАЭС? Каковы перспективы двусторонних отношений между Вьетнамом и Россией?

С.В.Лавров: Я уже частично затронул тему двусторонних отношений. Если говорить более подробно о нашем торгово-экономическом взаимодействии, то в прошлом году наш товарооборот вырос более, чем на 35% и достиг исторического максимума после 1991 г., когда Россия стала тем государством, которое существует сейчас. В прошлом товарооборот был порядка 5 млрд. 350 млн. долл. США. Повторю, это рекорд с 1991 г. Конечно, такой результат (более чем 35%-ый рост) мы в значительной степени связываем с Соглашением о зоне свободной торговли (ЗСТ), которое Вьетнам заключил с ЕАЭС в 2015 г. и которое вступило в силу в 2016 г. Убежден, что если посмотреть на статистику торговых отношений Вьетнама с другими членами ЕАЭС, там будут похожие данные, свидетельствующие о том, что эта ЗСТ работает на благо всех участников ЕАЭС и, конечно же, Вьетнама.

Из тех вещей, которые можно делать дополнительно, это стимулирование регулярных прямых связей между деловыми кругами. Здесь тоже есть заделы. Чем больше таких прямых контактов будет, тем больше наши бизнесмены найдут взаимовыгодных проектов для совместной реализации. Важно поощрять встречи, бизнес-форумы, круглые столы, выставки, ярмарки. Нет недостатка возможностей в приложении усилий для сближения бизнеса наших стран. Особенно с учетом того, что в дополнение к уже ставшему традиционным Петербургскому международному экономическому форуму (ПМЭФ), куда приезжают наши вьетнамские друзья, теперь есть еще и новая площадка, поближе к вам – Восточный экономический форум (ВЭФ), который в этом году, как и три года до этого, в сентябре состоится во Владивостоке.

Есть еще один очень перспективный потенциальный формат. Мы сформировали с вьетнамскими друзьями Рабочую группу высокого уровня под председательством министров промышленности и торговли, которые занимаются конкретными инвестиционными проектами, помогают расширению связей между экономическими операторами в таких областях, как добыча углеводородов, нефтепереработка, другие сферы энергетики, инфраструктура, транспорт, связь, телекоммуникации. У нас есть, во-первых, хорошие результаты, во-вторых, понятно, что это далеко не предел. Очень важно, что у нас есть очень хорошие заделы, которые наверняка дадут позитивную отдачу в самом ближайшем будущем.

Вопрос: Мы слышали такое выражение: «Кто не хочет говорить с Лавровым, будет говорить с Шойгу». К счастью, с японскими партнерами переговоры ведете и Вы, и Сергей Кужугетович в формате «2+2». Как Вы оцениваете такой вид переговоров в качестве способа укрепления доверия? Какие перспективы у такого сотрудничества?

С.В.Лавров: Мы бы вообще хотели, чтобы все наши ключевые партнёры были заинтересованы в том, чтобы одновременно говорить и с С.К.Шойгу, и с С.В.Лавровым, потому что я убежден, что формат «2+2» (а он у нас был создан не только с Японией) позволяет очень комплексно и продуктивно не просто обсуждать вопросы военно-политической безопасности, урегулирования разных конфликтных ситуаций в тех или иных регионах, но и помимо обсуждения принимать достаточно конкретные и оперативные решения. Когда отдельно работают министры иностранных дел, им нужно время, чтобы свериться, как то, о чем они договариваются, будет сопрягаться с военными планами. Когда отдельно говорят министры обороны, они тоже должны потом смотреть, как это будет преломляться в дипломатической деятельности своих государств. А когда министры обороны и иностранных дел собираются за одним столом в формате «2+2», это всегда позволяет не только обмениваться мнениями, но и по целому ряду вопросов, без задержек, принимать решения.

Мы ценим, что именно Япония стала инициатором возобновления деятельности этого формата. Год назад мы с С.К.Шойгу были в Токио. Сейчас мы согласовываем сроки ответного визита наших японских коллег – министров иностранных дел и обороны. Мы довольны тем, что период, когда этот формат был поставлен на паузу по известным причинам, которые не имеют никакого отношения к российско-японским связям, позади.

Рассчитываю, что и другие страны, с которыми мы создали такой формат, поступят таким же образом. Прежде всего, это европейские страны – у них тоже возобновился интерес к тому, чтобы начать работать в таком формате. Они понимают, что замораживать каналы сотрудничества по меньшей мере недальновидно, контрпродуктивно, во вред тому, кто этим занимается.

Вопрос: Премьер-министр Японии С.Абэ предложил России свой План из 8 пунктов, который предполагает существенное продвижение экономического сотрудничества и деловых связей. Таким образом Россия и Япония налаживают атмосферу доверия, укрепляют свои отношения. Это могло бы способствовать решению самых сложных вопросов – и территориального, и вопроса мирного договора. С другой стороны, существует такая вещь, как договор между Японией и США, согласно которому США могут размещать свои базы на японской территории. Как Вы смотрите на существование таких двояких вещей: с одной стороны – необходимость укрепления доверия в отношениях с Японией, с другой – фактор договора между Японией с США?

1 марта Президент России В.В.Путин презентовал новое оружие в ходе Послания Федеральному Собранию Российской Федерации. Он сказал, что новое оружие делает бессмысленным существование ПРО США. Как Вы считаете, снимает ли это озабоченности России в связи с размещением ПРО США, в том числе рядом с Японией?

С.В.Лавров: Что касается первой части вопроса, то у нас действительно в основе торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества лежат документы, которые призваны перевести в фактическую плоскость договоренность Президента России и Премьер-министра Японии о налаживании совместной хозяйственной деятельности на Южных Курильских островах. Но в гораздо более широком плане есть документы с перечнем приоритетных проектов, которые сформулировала Россия, есть известные «8 пунктов», которые сформулировала Япония. Они уже составляют основу всего нашего движения по развитию хозяйственного взаимодействия в самых разных областях.

Скажу, что у большинства этих инициатив уже есть хорошие результаты. Мы бы точно хотели, чтобы они были более весомыми. Надеюсь, что это отвечает интересам наших японских коллег. По крайней мере, товарооборот растет достаточно уверенно, ближайшие контакты по линии министерств, ведомств, мой визит посвящены тому, чтобы посмотреть, какие предложения мы сможем вынести на очередной саммит Президента России и Премьер-Министра Японии. Сейчас в рамках общей линии на расширение и углубление экономического сотрудничества мы особое внимание уделяем совместной хозяйственной деятельности на четырёх известных островах.

Что касается вопроса о договоре о безопасности, который существует между Японией и США, если не ошибаюсь, с 1960 года, то, безусловно, Япония – суверенное государство, которое самостоятельно принимает решения на основе своей внешней и оборонной политики. Это в полной мере относится и к тому, на каких условиях функционирует альянс Японии с США. Ни здесь, ни в каком-либо другом случае мы не можем диктовать – это не наши методы выступать с требованиями, ультиматумами. Мы откровенно говорим нашим японским друзьям, что отношения Японии с США в военной сфере, в том числе планы, которые уже начинают материализовываться по развёртыванию на японских островах, наряду с Республикой Кореей, азиатского сегмента глобальной противоракетной обороны США, напрямую затрагивают вопросы обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.

Вы совершенно правы, 1 марта в своём Послании Федеральному Собранию Президент России В.В.Путин это откровенно в очередной раз подчеркнул, ретроспективно показав, как многие годы, минимум 15 лет, когда американцы объявили о выходе из договора об ограничении систем противоракетной обороны, мы пытались убедить их в пагубности такого шага. Затем мы пытались создать механизм совместного рассмотрения вопросов защиты от баллистических ракет. Все наши усилия были тщетны. Всё, что делали наши американские коллеги, убеждало нас, что эта глобальная система противоракетной обороны создаётся не для парирования угроз, исходящих от Ирана и Северной Кореи, а для того, чтобы окружить Российскую Федерацию по всему периметру этими противоракетными системами, которые, по оценке наших военных, реально были нацелены на то, чтобы обесценить наш стратегический ядерный потенциал.

Мы об этом честно говорим нашим японским друзьям. Объясняем, что для того, чтобы снять все раздражители в наших отношениях с Японией, о чём договаривались Президент России и Премьер-министр Японии – убирать раздражители, углублять сотрудничество, наращивать стратегические и дружественные отношения для того, чтобы к этой цели двигаться, придётся рассматривать те вопросы, которые мы сейчас обсуждаем – как сопоставлять задачи снятия проблем в наших отношениях с тем, что американская противоракетная оборона, представляющая угрозу для нас, будет находиться на японской территории.

Поэтому мы говорим о том, что все вопросы безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, включая Юго-Восточную Азию, Восточную Азию, Северо-Восточную Азию, если мы хотим устойчивых решений, единственно возможно урегулировать не через блоковый подход, военные альянсы, каковые есть между Японией и США, Республикой Кореей и США (Австралия также задействована в этих закрытых блоковых форматах), а только на инклюзивной основе, когда все заинтересованные стороны садятся за одним столом, излагают свои озабоченности и начинают переговоры, призванные выработать общий знаменатель, чтобы все озабоченности были адекватно урегулированы на основе баланса интересов и никто не пытался укреплять свою безопасность за счёт безопасности других. Мы можем ошибаться, но это японское суверенное право - принимать решения о военных альянсах, наше суверенное право – делать выводы, насколько эти договорённости, в частности, система противоракетной обороны, влияет на нашу безопасность. Думаю, ни у кого здесь не должно быть никаких обид. Мы готовы к диалогу, в том числе и по этой теме. Но, наверное, в данной конкретной ситуации Япония едва ли сможет решать за США, а США от диалога по противоракетной обороне, собственно как и по большинству других вопросов, сейчас последовательно уклоняются. Правда, недавно они вновь подтвердили заинтересованность возобновить консультации по вопросам стратегической стабильности с Российской Федерацией. Мы к этому готовы и будем в контакте с нашими японскими соседями, информировать их о наших оценках того, как эти консультации с американцами развиваются. Не будем делать из этого каких-то секретов.

Вопрос: Это сложное противоречие?

С.В.Лавров: Надеюсь, я достаточно понятно говорил. Мы уважаем право Японии на выбор методов обеспечения своей безопасности, выбор своих партнёров, форм сотрудничества с ними в военной сфере. Мы, конечно, имеем полное право оценивать, как эти договорённости на наших границах влияют на безопасность Российской Федерации.

Вопрос: У меня вопрос о планах совместной хозяйственной деятельности на спорных островах. В своём интервью от 11 февраля этого года Вы сказали, что нет никакой необходимости создавать некий наднациональный орган. Как нужно понимать Ваши слова? Как Вы относитесь к японской позиции? Согласны ли Вы, что необходимо создать специальные системы, на которых делает акцент японская сторона? Хочет ли Россия достичь договорённостей, направленных на то, чтобы не затрагивать вопрос принадлежности островов? Например, похожее на русско-японское соглашение по рыболовству от 1998 года, где есть прямое указание – не наносить ущерб позициям обеих стран.

С.В.Лавров: Во-первых, как я уже сказал, наши лидеры, президенты, премьер-министры в ходе их встречи в Японии в декабре 2016 года, договорились о том, чтобы развивать совместную хозяйственную деятельность на этих островах. Там даже было принято короткое заявление, в котором очень конкретно изложена последовательность действий. Она заключается в том, чтобы сначала определить перечень экономически значимых совместных проектов, которые будут поддержаны Москвой и Токио, а потом, в зависимости от масштаба этих проектов, определять на какой юридической основе они должны реализовываться. Во главу угла надо ставить не одержимость юридической стороной дела, а, прежде всего, совместную хозяйственную деятельность. В этом суть договорённости. Если окончательный список согласованных проектов будет внушительным (пока обсуждаются 5 очень важных, конкретных, но не очень масштабных проектов, таких, как культура, туризм) и наши японские друзья увидят возможность реализовать эти проекты в том, что касается японского участия на основе имеющихся привилегий в этой части Российской Федерации, предоставляемых нашим законодательством (это, прежде всего, режим территорий опережающего социально-экономического развития (ТОР) и Свободного Порта Владивосток (СПВ), то эти льготы будут применяться. Если вдруг масштаб тех экономических проектов, которые мы согласуем будет таков, что потребует дополнительных льгот, то мы будем готовы, как я уже сказал, подписать межправительственное соглашение специально по этому вопросу, по дополнительным благоприятным условиям в реализации экономических проектов в рамках совместной хозяйственной деятельности на четырёх островах. Не видим необходимости в создании какого-либо наднационального органа. Повторюсь, есть нынешний режим, включающий в себя льготы СПВ (это полтора десятка портов на всём дальневосточном пространстве Российской Федерации) и режим ТОР. Если будут настолько крупные проекты, что этого окажется мало, мы будем готовы подписать с нашими японскими друзьями межправительственное соглашение.

Мы исходим из того, что японская сторона не будет вступать в договорённости, которые будут для неё юридически неприемлемы. Но сейчас рано об этом говорить. Прежде чем начать что-то оформлять юридически, надо это «что-то» иметь. Мы это пока ещё не согласовали. Пока обсуждается пять достаточно интересных, но скромных и не очень масштабных проектов.

Вопрос: Что Вы ожидаете от предстоящей встречи лидеров США и КНДР? Повлияет ли отставка Госсекретаря США Р.Тиллерсона на этот процесс? Есть ли изменения в российской позиции по вопросу КНДР? Россия и Япония являются участниками шестисторонних переговоров. Будет ли Россия сотрудничать с Японией для возобновления этого формата?

С.В.Лавров: Во-первых, мы приветствуем то движение, которое началось накануне Олимпийских игр в Пхёнчхане и продолжается уже независимо от Паралимпийских игр. Момент движения был задан, по нашей оценке, именно благодаря тому, что стороны нашли в себе ответственность воспользоваться олимпийским перемирием и послать друг другу взаимные, очень позитивные сигналы. Мы одобряем и желаем успеха предстоящим контактам, прежде всего, межкорейскому саммиту, который, как нам сказали наши коллеги, состоится в апреле с.г. Мы были обнадёжены тем, что лидеры КНДР Ким Чем Ын и США Д.Трамп объявили о готовности встретиться лично. Если такая встреча состоится, мы будем только рады.

Странно было видеть вчера в Совете Безопасности ООН ситуацию, когда Россия и Китай предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности ООН, которое в самой общей форме поддерживало бы договорённости, пусть предварительные, но уже достигнутые, о проведении межкорейского саммита, возможность проведения встречи лидеров КНДР и США и выражало бы поощрительное отношение Совета Безопасности ООН к этому движению от военной напряжённости к политическому урегулированию, а это заявление было заблокировано именно американской делегацией. Поэтому мне очень трудно судить, кто конкретно решает в каком направлении двигаться по проблемам Корейского полуострова. В принципе, это не наше дело. Бывший Госсекретарь США Р.Тиллерсон, вновь назначенный на этот пост М.Помпео или Директор ЦРУ Дж.Хаспел, кто из них будет отвечать за формирование политики – решать Президенту США Д.Трампу. Мы будем смотреть на то, как формируется позиция США. Может, там будет несколько позиций. Не могу здесь гадать. Посмотрим, как Вашингтон будет действовать, и кто там возьмёт верх. Даже в период, когда Президент США Д.Трамп сказал, что готов встретиться с руководителем КНДР Ким Чен Ыном и решать все проблемы, тут же представители Администрации Президента США заявляют, что надо продолжать дополнительно оказывать давление на Пхеньян, утверждая, что он дрогнул. Это не очень принято в дипломатии. Когда договариваются о встрече, то стараются беречь эту договорённость, а не пытаются призывать к действиям, которые могут быть расценены как провокации, нацеленные на срыв саммита. Повторю, это дело американской Администрации. Мы внимательно это изучаем, будучи не меньше других заинтересованными в мирном урегулировании и избежании катастрофического военного сценария, в том, что касается Корейского полуострова. Мы граничим с Северной Кореей. Целый ряд наших населённых пунктов и промышленных объектов находится совсем близко. Если что-то случится и начнутся военные действия, нас это абсолютно не устраивает. Поэтому мы, как вы знаете, вместе с КНР последовательно, ещё несколько лет назад стали предлагать концентрироваться на политическом процессе, на урегулировании. Этот подход мы регулярно обсуждаем со всеми странами, которые участвовали и, надеюсь, будут участвовать в так называемых шестисторонних переговорах, включая Японию. У нас регулярно проходят консультации между дипломатами, которые отвечают за это направление работы. Рассчитываю, что «партия мира» в корейском урегулировании возобладает во всех столицах.

Вопрос: Вы говорили, что у России нет никакого мотива и назвали чушью обвинения, которые выдвигает Великобритания в адрес России. Как Вы считаете, какие шаги может предпринять Россия в сложившейся ситуации? Что может сделать Россия, чтобы истина была установлена?

С.В.Лавров: Россия не то что может, но и делает больше, чем кто-либо другой, включая Соединенное Королевство. В Великобритании заявили, что это происшествие (когда обнаружили мужчину с его дочерью) явилось результатом отравления, что они сами провели расследование, выявили и решили, что отравляющее вещество было произведено в СССР и оказалось у россиян потому, что не все запасы химического оружия были уничтожены. Поэтому не остается никакого другого вывода, кроме того, что это сделала Россия либо по поручению руководства государства, либо по причине утраты контроля над запасами химического оружия. Но и в этом случае Россия виновата, потому что она должна была все химическое оружие уничтожить.

Просто практически каждое слово в перечислении этих обвинений требует подтверждения. Никто никому ничего не показывает. Когда в британском парламенте обсуждался этот вопрос, лидер лейбористов г-н Дж. Корбин попросил ознакомить парламент с результатами расследования. Ему тоже отказали. Так что как минимум это уже должно вызывать вопросы в традиционных и устоявшихся демократиях.

Что касается остального, то мы ждем от Соединенного Королевства официального обращения, задействования процедур Конвенции о запрещении химического оружия (там все эти процедуры прописаны). Нам же говорят, что заявление Премьер-министра Т.Мэй в парламенте и вызов нашего посла к Министру иностранных дел Б.Джонсону это и есть официальное обращение. Это не так, это абсолютно безграмотное заявление. По Конвенции сторона, которая хочет разобраться в чем-то, происшедшем на ее территории, обязана сделать это официально, письменно. Я не сомневаюсь, что наши британские коллеги все прекрасно знают – там сидят умные люди. То, что они категорически отказываются от оформления официального запроса и буквально сознательно и аррогантно идут на раздувание антироссийской риторики в публичном пространстве вплоть до истерики, говорит о том, что они прекрасно понимают, что у них отсутствует формальный повод для того, чтобы идти юридическим путем. Они пытаются все это свалить в сферу политической риторики, в русофобию в надежде на то, что, как и в целом ряде других случаев, западный мир построится в одну шеренгу и «возьмет под козырек», тем более, что Соединенные Штаты заявили, что они полностью поддерживают позицию Великобритании.

Мы представили множество фактов, которые нельзя игнорировать, в том числе почерпнутые из западных научных журналов последних 15 лет, повторю еще раз, западных публикаций, посвященных работе над отравляющими веществами, которые в Великобритании решили называть «Новичок». После того, как химическое оружие было уничтожено в Российской Федерации, эти работы продолжались и продолжаются, если верить западным публикациям в США, Великобритании, Чехии, Швеции. Началось это все в 1991-1992 гг., когда Советский Союз распался, а лаборатории по производству отравляющих веществ той категории, которую сейчас упоминают в качестве имеющей отношение к «новичку», остались в целом ряде других республик, помимо Российской Федерации, включая страны Балтии, Узбекистан. Узбекистанскую лабораторию, узбекистанские склады ликвидировали как раз при участии специалистов из США. Так что кто, что, где сумел увидеть, забрать, увезти – сейчас очень трудно с этим разбираться. Но факт остается фактом – небезызвестный химик, который сейчас живет в США и который уехал из СССР, г-н В.Мирзоянов (и он не один, там еще как минимум два-три химика было) вывезен вместе с документами, кстати сказать, на Запад. Мы все эти факты представили. А то, что от них открещиваются и даже не хотят их обсуждать, наводит на мысли.

Вот такой факт – С.Скрипаль жив и дочь его жива. Наверное, если, я надеюсь, их вылечат, они тоже смогут пролить какой-то свет на все происшедшее. Никто не хочет этого дожидаться. Все уже решено и, как сказали британские коллеги, нам ничего не покажут, они все знают, а нам остается сознаться в содеянном, после чего они будут нас наказывать. Это буквальный перевод с английского того, что они говорят.

При этом на вопрос насколько они уверены, что все это так (причем вопрос звучит не от нас, а от тех же западных экспертов), они отвечают «весьма вероятно» (highly possible). Но учитывая гибкость английского языка, для тех обвинений, для тех абсолютно провокационных действий, включая высылку дипломатов и угрозы дальнейшего ухудшения отношений, все строить вокруг «хайли поссибл» – это несерьезно.

Вчера в Гааге заседал Исполнительный Совет ОЗХО. Мы в очередной раз предложили задействовать процедуры, которые прописаны в Конвенции о запрещении химического оружия. Британский представитель высокомерно заявил, что Британия это делать не обязана (почему – не знаю) и делать этого не будет. В принципе, наверное, у страны-участницы Конвенции есть возможность сказать, что она не хочет обращаться в этот орган. Но они же в него обратились! А раз ты в эту организацию обратился, то ты обязан руководствоваться пунктами Конвенции, которые предполагают обращение к нам с запросом, поскольку нас подозревают, в том, что мы страна происхождения и даже страна применения этого отравляющего вещества, предоставление нам этого вещества, чтобы мы вместе с экспертами ОЗХО проанализировали его химический состав. Затем, после официального поступления запроса от британской стороны, у нас есть 10 дней по этой Конвенции, в течение которых мы точно дадим ответ. Более того, в соответствии с конвенционными процедурами, если этот ответ не устроит британскую сторону, по той же Конвенции у них есть право обратиться с предложением о созыве чрезвычайной сессии Исполнительного Совета ОЗХО, который будет принимать соответствующее решение. Ничего из этого англичане использовать не хотят, и об этом они сказали в микрофон. Если после такой позиции, такого поведения у каких-то других стран поворачивается язык говорить, что они солидарны с Лондоном, это, знаете, полная профанация и издевательство над здравым смыслом.

Есть еще другие способы. Если их не устраивает ОЗХО и Конвенция, которая лежит в основе ее работы, есть еще Конвенция Совета Европы 1959 года об оказании взаимной помощи по уголовным делам. Можно задействовать механизм этой Конвенции. Но весь пафос британских речей и риторики сводится к тому, что они ни нам, ни вообще никому ничего показывать не обязаны. Они решили, что они вне всяких сомнений и подозрений, и поэтому требуют от всех наказывать Российскую Федерацию. Смешно.

Вы упомянули про отсутствие мотива. Если уж говорить честно, то его действительно нет. В принципе, ни в какой ситуации нельзя предположить, что Российская Федерация будет этим заниматься. Но даже если гипотетически взять эту больную извращенную логику западных коллег, то кто в здравом уме может предположить, что Российская Федерация накануне выборов Президента, накануне Чемпионата мира по футболу вдруг решает создавать какие бы то ни было проблемы? Нет никакого мотива. Мотив есть у тех, кто продолжает на нас «наседать», в том числе, ищет новые поводы (вслед за допингом, за другими вещами), как осложнить проведение Чемпионата мира по футболу. Это всем известно. Но думая о том, какой же мотив все-таки у британского правительства, правительства консерваторов (это уже прозвучало косвенно в комментариях многих обозревателей западных СМИ), наверное, понятно, что Лондон оказался в очень тяжелой ситуации на переговорах с ЕС по «Брекзиту». Популярность этого правительства стремится вниз. О том, что не удается вырвать из Брюсселя то, что они обещали своему народу, своим избирателям, это известно общественному мнению Великобритании. А такой ход с организацией провокации вокруг С.Скрипаля отвлекает внимание. Второй причиной является (может, это мое субъективное мнение, я немного знаю британцев) их желание, чтобы о них не забыли, их желание лидировать. В данном случае была выбрана «поляна» русофобии потому что, наверное, других площадок, где Британия могла бы осмысленно лидировать, становится все меньше и меньше. Повторю, мы открыты к диалогу, мы заявили об этом в Гааге, в Исполнительном Совете ОЗХО, предложив использовать все (а их там немало) возможности, которые предоставляет Конвенция для исследования и расследования этого вопроса, мы предлагаем использовать и Конвенцию Совета Европы об оказании помощи по уголовным делам. Вчера в СБ ООН мы предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности, которое призывало бы к сотрудничеству всех сторон для того, чтобы установить истину. Это заявление было заблокировано нашими британскими коллегами, что лишний раз подтверждает то, о чем я уже сказал - что они не хотят установления истины, а хотят, чтобы все приняли то, что они распространяют по миру «за чистую монету». Я не думаю, что у них это получится.

Россия. Вьетнам. Япония. Азия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532549 Сергей Лавров


Великобритания. Вьетнам. Япония. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > newizv.ru, 15 марта 2018 > № 2529982 Сергей Лавров

"НИ" публикует полный ответ Сергея Лаврова на обвинения Терезы Мэй

Ответ министра иностранных дел России С.В. Лаврова на вопрос вьетнамских и японских СМИ об отношении к обвинениям Великобритании.

Вопрос: Вы говорили, что у России нет никакого мотива и назвали чушью обвинения, которые выдвигает Великобритания в адрес России. Как Вы считаете, какие шаги может предпринять Россия в сложившей ситуации? Что может сделать Россия, чтобы истина была установлена?

С.В.Лавров: Россия не то что может, но и делает больше, чем кто-либо другой, включая Соединенное Королевство. В Великобритании заявили, что это происшествие (когда обнаружили мужчину с его дочерью) явилось результатом отравления, что они сами провели расследование, выявили и решили, что отравляющее вещество было произведено в СССР и оказалось у россиян потому, что не все запасы химического оружия были уничтожены. Поэтому не остается никакого другого вывода, кроме того, что это сделала Россия либо по поручению руководства государства, либо по причине утраты контроля над запасами химического оружия. Но и в этом случае Россия виновата, потому что она должна была все химическое оружие уничтожить.

Просто практически каждое слово в перечислении этих обвинений требует подтверждения. Никто никому ничего не показывает. Когда в британском парламенте обсуждался этот вопрос, лидер лейбористов г-н Дж. Корбин попросил ознакомить парламент с результатами расследования. Ему тоже отказали. Так что как минимум это уже должно вызывать вопросы в традиционных и устоявшихся демократиях.Что касается остального, то мы ждем от Соединенного Королевства официального обращения, задействования процедур Конвенции о запрещении химического оружия (там все эти процедуры прописаны).

Нам же говорят, что заявление Премьер-министра Т. Мэй в парламенте и вызов нашего посла к Министру иностранных дел Б. Джонсону это и есть официальное обращение. Это не так, это абсолютно безграмотное заявление. По Конвенции сторона, которая хочет разобраться в чём-то, происшедшем на её территории, обязана сделать это официально, письменно. Я не сомневаюсь, что наши британские коллеги всё прекрасно знают – там сидят умные люди. То, что они категорически отказываются от оформления официального запроса и буквально сознательно и аррогантно идут на раздувание антироссийской риторики в публичном пространстве вплоть до истерики, говорит о том, что они прекрасно понимают, что у них отсутствует формальный повод для того, чтобы идти юридическим путем. Они пытаются всё это свалить в сферу политической риторики, в русофобию в надежде на то, что, как и в целом ряде других случаев, западный мир построится в одну шеренгу и «возьмет под козырек», тем более, что Соединенные Штаты заявили, что они полностью поддерживают позицию Великобритании.

Мы представили множество фактов, которые нельзя игнорировать, в том числе почерпнутые из западных научных журналов последних 15 лет, повторю еще раз, западных публикаций, посвященных работе над отравляющими веществами, которые в Великобритании решили называть «Новичок». После того, как химическое оружие было уничтожено в Российской Федерации, эти работы продолжались и продолжаются, если верить западным публикациям в США, Великобритании, Чехии, Швеции. Началось это все в 1991-1992 гг., когда Советский Союз распался, а лаборатории по производству отравляющих веществ той категории, которую сейчас упоминают в качестве имеющей отношение к «новичку», остались в целом ряде других республик, помимо Российской Федерации, включая страны Балтии, Узбекистан. Узбекистанскую лабораторию, узбекистанские склады ликвидировали как раз при участии специалистов из США. Так что кто, что, где сумел увидеть, забрать, увезти – сейчас очень трудно с этим разбираться. Но факт остается фактом – небезызвестный химик, который сейчас живет в США и который уехал из СССР, г-н В.Мирзоянов (и он не один, там ещё как минимум два-три химика было) вывезен вместе с документами, кстати сказать, на Запад. Мы все эти факты представили. А то, что от них открещиваются и даже не хотят их обсуждать, наводит на мысли.

Вот такой факт – С. Скрипаль жив и дочь его жива. Наверное, если, я надеюсь, их вылечат, они тоже смогут пролить какой-то свет на все происшедшее. Никто не хочет этого дожидаться. Всё уже решено и, как сказали британские коллеги, нам ничего не покажут, они все знают, а нам остается сознаться в содеянном, после чего они будут нас наказывать. Это буквальный перевод с английского того, что они говорят.При этом на вопрос насколько они уверены, что все это так (причем вопрос звучит не от нас, а от тех же западных экспертов), они отвечают «весьма вероятно» (highly possible). Но учитывая гибкость английского языка, для тех обвинений, для тех абсолютно провокационных действий, включая высылку дипломатов и угрозы дальнейшего ухудшения отношений, все строить вокруг «хайли поссибл» – это несерьезно.Вчера в Гааге заседал Исполнительный Совет ОЗХО. Мы в очередной раз предложили задействовать процедуры, которые прописаны в Конвенции о запрещении химического оружия. Британский представитель высокомерно заявил, что Британия это делать не обязана (почему – не знаю) и делать этого не будет. В принципе, наверное, у страны-участницы Конвенции есть возможность сказать, что она не хочет обращаться в этот орган. Но они же в него обратились! А раз ты в эту организацию обратился, то ты обязан руководствоваться пунктами Конвенции, которые предполагают обращение к нам с запросом, поскольку нас подозревают, в том, что мы страна происхождения и даже страна применения этого отравляющего вещества, предоставление нам этого вещества, чтобы мы вместе с экспертами ОЗХО проанализировали его химический состав. Затем, после официального поступления запроса от британской стороны, у нас есть 10 дней по этой Конвенции, в течение которых мы точно дадим ответ.

Более того, в соответствии с конвенционными процедурами, если этот ответ не устроит британскую сторону, по той же Конвенции у них есть право обратиться с предложением о созыве чрезвычайной сессии Исполнительного Совета ОЗХО, который будет принимать соответствующее решение. Ничего из этого англичане использовать не хотят, и об этом они сказали в микрофон. Если после такой позиции, такого поведения у каких-то других стран поворачивается язык говорить, что они солидарны с Лондоном, это, знаете, полная профанация и издевательство над здравым смыслом.

Есть ещё другие способы. Если их не устраивает ОЗХО и Конвенция, которая лежит в основе ее работы, есть еще Конвенция Совета Европы 1959 года об оказании взаимной помощи по уголовным делам. Можно задействовать механизм этой Конвенции. Но весь пафос британских речей и риторики сводится к тому, что они ни нам, ни вообще никому ничего показывать не обязаны. Они решили, что они вне всяких сомнений и подозрений, и поэтому требуют от всех наказывать Российскую Федерацию. Смешно.Вы упомянули про отсутствие мотива. Если уж говорить честно, то его действительно нет. В принципе, ни в какой ситуации нельзя предположить, что Российская Федерация будет этим заниматься. Но даже если гипотетически взять эту больную извращенную логику западных коллег, то кто в здравом уме может предположить, что Российская Федерация накануне выборов Президента, накануне Чемпионата мира по футболу вдруг решает создавать какие бы то ни было проблемы? Нет никакого мотива. Мотив есть у тех, кто продолжает на нас «наседать», в том числе, ищет новые поводы (вслед за допингом, за другими вещами), как осложнить проведение Чемпионата мира по футболу. Это всем известно. Но думая о том, какой же мотив все-таки у британского правительства, правительства консерваторов (это уже прозвучало косвенно в комментариях многих обозревателей западных СМИ), наверное, понятно, что Лондон оказался в очень тяжелой ситуации на переговорах с ЕС по «Брекзиту». Популярность этого правительства стремится вниз. О том, что не удается вырвать из Брюсселя то, что они обещали своему народу, своим избирателям, это известно общественному мнению Великобритании. А такой ход с организацией провокации вокруг С.Скрипаля отвлекает внимание.

Второй причиной является (может, это мое субъективное мнение, я немного знаю британцев) их желание, чтобы о них не забыли, их желание лидировать. В данном случае была выбрана «поляна» русофобии потому что, наверное, других площадок, где Британия могла бы осмысленно лидировать, становится все меньше и меньше. Повторю, мы открыты к диалогу, мы заявили об этом в Гааге, в Исполнительном Совете ОЗХО, предложив использовать все (а их там немало) возможности, которые предоставляет Конвенция для исследования и расследования этого вопроса, мы предлагаем использовать и Конвенцию Совета Европы об оказании помощи по уголовным делам. Вчера в СБ ООН мы предложили принять заявление Председателя Совета Безопасности, которое призывало бы к сотрудничеству всех сторон для того, чтобы установить истину. Это заявление было заблокировано нашими британскими коллегами, что лишний раз подтверждает то, о чем я уже сказал - что они не хотят установления истины, а хотят, чтобы все приняли то, что они распространяют по миру, «за чистую монету». Я не думаю, что у них это получится.

Великобритания. Вьетнам. Япония. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > newizv.ru, 15 марта 2018 > № 2529982 Сергей Лавров


Россия. Вьетнам. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 8 ноября 2017 > № 2381724 Сергей Лавров

Комментарий и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова «на полях» Совещания министров иностранных дел и торговли Форума АТЭС, Дананг, 8 ноября 2017 года

Началось заседание СМИД АТЭС – подготовительное мероприятие накануне саммита АТЭС, который откроется послезавтра во вьетнамском Дананге. Министры рассмотрели проекты документов, которые сейчас находятся на столе переговоров и должны быть доложены лидерам. Самый острый вопрос – это отношение к протекционизму: осуждать или отказываться от него, как того хочет большинство стран-членов АТЭС, или все же не брать на себя дополнительные обязательства, как пытается сделать Администрация США, которая сейчас пересматривает подходы президента Б.Обамы к мировой торговле. Высказывается сомнение в том, что открытость мировой торговли является благом для США. Дискуссии предстоят довольно острые.

Все это происходит на фоне сохраняющихся политических и экономических проблем в мире. Волатильность валютных курсов и в целом рынков, в том числе сырьевых, не помогают выстраивать долгосрочную стабильную стратегию. Это одна из тем, которые обсуждаются здесь на встречах министров иностранных дел и министров экономического развития (некоторые страны представлены министрами финансов).

На этом фоне обсуждается новое явление – цифровая экономика, прорывные технологии. В России этому уделяется повышенное внимание – Президент и Председатель Правительства подробно говорили на эту тему и сделали целый ряд конкретных поручений. Мы здесь привлекли внимание к такому аспекту проблемы информационной безопасности, как обеспечение сочетания свободы доступа к информации и пресечение попыток злоупотреблять информационными технологиями, в том числе в преступных, а иногда и террористических целях. Еще пару лет назад мы выступили с инициативой в ООН от имени ШОС разработать универсальные правила поведения в киберпространстве. Сегодня на заседании министров АТЭС мы привлекли внимание коллег к этой инициативе. Надеюсь, что в условиях, когда угрозы злоупотреблением социальными сетями и в целом информационными технологиями действительно являются общими и становятся все более ощутимыми для всех, эта тема привлечет дополнительное внимание всех государств в АТЭС и в более широком плане – в ООН.

Посмотрим, какие результаты будут у сегодняшнего заседания, какие проекты и в каком окончательном виде будут вынесены на рассмотрение президентов.

Вопрос: Есть информация, что американцы якобы вообще могут не подписать итоговую декларацию, настаивая на формулировке «честная», а не «свободная» торговля. Соответствует ли это действительности?

С.В.Лавров: Есть такая информация. Мы слышали об этих подходах США. Переговоры продолжаются и, наверное, будет найден какой-то компромисс. От того, какими словами удастся выразить общую позицию, не зависит реальное поведение США на мировых рынках. Они будут руководствоваться, прежде всего, своими намерениями, о которых Президент США Д.Трамп заявлял в ходе предвыборной кампании – по максимуму переводить все производство, вынесенное за границу, назад в США. Учитывая огромный масштаб американской экономики и ее долю в мировом хозяйстве, это будет иметь серьезные последствия для мировых рынков. Уверен, наши партнеры и мы сами будем искать возможности учесть такие перемены в американской позиции в собственных действиях с тем, чтобы не пострадали наша экономика и планы развития страны.

Вопрос: Только что, выступая в Парламенте Южной Кореи, Д.Трамп заявил, что хочет построить мир через силу, время оправданий прошло и мир больше не может быть терпеливым по отношению к режиму-изгою, который угрожает ядерным оружием.

С.В.Лавров: Как я понимаю, речь идет о КНДР?

Мы уже не раз высказывали свое отношение к происходящему. Убеждены, что обмен угрозами и даже оскорблениями (а такие вещи тоже имели место с обеих сторон) не приведет ни к чему хорошему. Нужно садиться и договариваться. Есть российско-китайское предложение. Мы убеждены, что альтернативы мирному урегулированию нет. Все должны подходить к этой проблеме с холодной головой, а не с зашкаливающими эмоциями. Это слишком опасная игра. Я уже приводил слова Министра обороны США Дж.Мэттиса, который еще летом сказал, что в случае начала военного конфликта будет катастрофа с многими десятками тысяч человеческих жертв (а последние оценки уже упоминают миллионы).

Вопрос: Встреча президентов России В.В.Путина и США Д.Трампа может быть полноформатной или «на ногах»?

С.В.Лавров: Повторю, мы слышали заявление самого Д.Трампа о том, что он планирует провести такую встречу с Президентом России. В.В.Путин к этому готов, американцы об этом знают, протокольные службы находятся в контакте. Когда графики лидеров будут окончательно прояснены, вам об этом сообщат.

Вопрос: Будете ли Вы встречаться с Госсекретарем США Р.Тиллерсоном?

С.В.Лавров: Как я понимаю, сейчас он сюда не приезжает, а прибудет уже с Президентом США Д.Трампом. Поэтому, наверное, пообщаемся уже непосредственно в ходе саммита.

Вопрос: Что планируется обсудить?

С.В.Лавров: Все стоящие на повестке дня вопросы. Наши двусторонние отношения требуют «серьезного ремонта» после того, как команда Б.Обамы постаралась и поработала над их ухудшением. В международных делах – тот же Корейский полуостров, сирийское урегулирование, Ирак, палестино-израильский конфликт, Украина, где сейчас представитель США, вроде, начал активно работать и планирует в ближайшие несколько дней провести встречу с Помощником Президента России В.Ю.Сурковым. Тем для разговора будет достаточно.

Вопрос: После первой встречи В.В.Путина и Д.Трампа, когда прозвучали заявления, многие объявленные тогда решения в итоге были очень быстро дезавуированы американской стороной. Есть ли риск, что сейчас произойдет то же самое?

С.В.Лавров: Они были не то чтобы дезавуированы, просто Президенту США Д.Трампу не позволяют выполнять свои президентские полномочия, в частности, в том, что касается взаимодействия с нами по кибербезопасности.

В Гамбурге действительно президенты обсуждали возможность возобновления сотрудничества по предотвращению преступлений в информационной среде. Мы предложили создать группу по кибербезопасности, которая рассматривала бы, в том числе озабоченности, возникающие у одной страны в отношении другой. Президент Д.Трамп нашел это предложение весьма перспективным. О достижении предварительной договоренности было объявлено. Впоследствии мы услышали голоса и шум из Конгресса с вопросами о том, как может Белый дом сотрудничать с русскими, которые вмешивались в ту самую сферу, о которой идет речь: кибербезопасность США, взлом серверов Демократической партии и многое другое. Факты, которые уже установлены и известны, говорят о том, что ни одного российского следа до сих пор в этих делах не найдено. Следы там внутренние, в том числе внутри Национального комитета Демократической партии США были выявлены вмешательства и сливы информации конкурентам.

Мы, конечно, можем достигать договоренности, но, к сожалению, они тут же становятся элементом внутриполитической борьбы и игр с целью максимально осложнить жизнь и деятельность Президента Д.Трампа.

Вопрос: Власти Украины уже дошли до того, что собираются разрешать любые гастроли российских артистов через согласование со спецслужбами.

С.В.Лавров: Я уже не комментирую то, что делают власти Украины. По-моему, они сами уже не понимают, чем занимаются.

Россия. Вьетнам. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 8 ноября 2017 > № 2381724 Сергей Лавров


Россия. Вьетнам > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 ноября 2016 > № 1989997 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра Правительства, Министром иностранных дел Вьетнама Фам Бинь Минем, Москва, 24 ноября 2016 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели подробные и очень полезные переговоры с заместителем Премьер-министра Правительства, Министром иностранных дел Вьетнама Фам Бинь Минем.

Вьетнам – давний и надежный стратегический партнер России. У нас налажен регулярный доверительный политический диалог, в том числе на высшем уровне, что позволяет эффективно и оперативно решать задачи, которые мы совместно ставим на перспективу.

Мы предметно обсудили ключевые вопросы двусторонней повестки дня, прежде всего с учетом договоренностей, которые были достигнуты в ходе майского визита в Российскую Федерацию Премьер-министра Вьетнама Нгуен Суан Фука и состоявшейся на прошлой неделе «на полях» саммита АТЭС встречи Президента Российской Федерации В.В.Путина и Президента Социалистической Республики Вьетнам Чан Дай Куанга.

Мы отметили, что, несмотря на непростую ситуацию в мировой экономике, торговый оборот между Россией и Вьетнамом растет. Реализуются согласованные сторонами приоритетные инвестиционные проекты. Полезный вклад, как мы сегодня подтвердили, в эти усилия вносит Межправительственная комиссия по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству, заседание которой состоялось в сентябре в Санкт-Петербурге.

У нас очень устойчивые отношения в нефтегазовой сфере. Здесь флагманом выступает совместное предприятие «Вьетсовпетро», которое отметило в августе свое 35-летие. Во Вьетнаме продуктивно работают ПАО «Газпром», ПАО «НК «Роснефть», АО «Зарубежнефть», а в России – совместные российско-вьетнамские компании ООО «СК «Русвьетпетро» и ООО «Газпромвьет».

Наше взаимодействие не ограничивается, конечно, только сферой энергетики. Есть немало заделов в промышленности, в области добычи полезных ископаемых, в транспорте, сельском хозяйстве и банковском секторе. Мы рады, что вьетнамские инвесторы активно осваивают российский рынок, создавая предприятия в наших регионах, в том числе, в Московской и Калужской областях.

Безусловно, все формы нашего хозяйственного взаимодействия получат серьезный позитивный импульс в связи со вступлением в силу в октябре этого года Соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) и Вьетнамом.

Активно развиваются культурно-гуманитарные, образовательные и туристические обмены, научные связи.

Мы рассмотрели основные международные и региональные проблемы. У нас единые или очень близкие подходы к ключевым вопросам международных отношений.

Мы сотрудничаем в формате Восточноазиатских саммитов и в контексте отношений между АСЕАН и его зарубежными партнерами, в рамках АТЭС. Отметили, что эти общие подходы зафиксированы в том числе в документах саммита Россия-АСЕАН, который состоялся в мае этого года в Сочи.

Договорились сотрудничать в связи с предстоящим в следующем году саммитом АТЭС, который пройдет во вьетнамском Дананге. Мы будем оказывать вьетнамскому председательству всяческое содействие, чтобы обеспечить преемственность и успех этого мероприятия.

Только что мы подписали План сотрудничества между министерствами иностранных дел России и Вьетнама на 2017-2018 гг., реализация которого, безусловно, будет способствовать дальнейшей эффективной координации наших действий, в том числе в рамках ООН и других международных форумов.

Вопрос: Вчера глава МИД ФРГ Ф.-В.Штайнмайер заявил что Германия совместно с французской стороной предложили России и Украине провести 29 ноября в Минске министерскую встречу в «нормандском формате». Была ли Москва официально информирована об этой франко-германской инициативе? Готова ли российская сторона участвовать в этой встрече?

С.В.Лавров: Мы получили письмо, содержащее это приглашение. Оно было подписано министрами иностранных дел ФРГ и Франции и датировано, если я не ошибаюсь, 18 ноября. Поступило оно только вчера.

Что касается существа дела, то 19 октября на встрече в Берлине лидеры «нормандской четверки» договорились о необходимости согласовать «дорожную карту» и утвердить ее на уровне министров иностранных дел. При этом подготовка «дорожной карты», согласование ее текста, было поручено внешнеполитическим помощникам лидеров четырех стран. Лидеры высказали пожелание, чтобы встреча министров, утверждающая «дорожную карту», состоялась до конца ноября этого года. Однако подчеркнули, что встреча ради встречи не нужна, а главное сейчас – добиться содержательного результата встречи – утверждения готовой «дорожной карты». При этом лидеры определили принципиальные ориентиры для работы над «дорожной картой». Прежде всего, речь идет о необходимости зафиксирования достигнутой еще год назад в Париже договоренности о том, каким образом вступит в силу закон об особом статусе Донбасса, необходимости обеспечения синхронного параллельного движения по вопросам обеспечения безопасности в этой части Украины и проведения политических реформ, требуемых в соответствии с Минскими договоренностями от февраля 2015 года. В ходе работы над проектом «дорожной карты» российские представители строго придерживаются этих принципиальных пониманий лидеров. Тем не менее, мы наталкиваемся на попытки отойти от этих пониманий и вновь продвигать односторонние несбалансированные подходы, опирающиеся на искаженные интерпретации Минских договоренностей. Работа из-за этого идет очень туго. Я сомневаюсь, что до 29 ноября удастся договориться по всем параметрам, хотя мы будем делать для этого все от нас зависящее, но, повторю, на основе тех пониманий, которые были достигнуты лидерами. Сохраняется достаточно серьезный риск, что все это опять может оказаться встречей ради встречи. Тем не менее, если мои остальные коллеги по «нормандскому формату» готовы пойти на такой риск, то мы поедем на встречу (в Минск) 29 ноября. Мы все присутствовали на встрече лидеров 19 октября, все помним, о чем тогда договорились. Наверное, будет небесполезно посмотреть друг другу в глаза и напомнить о тех договоренностях.

Вопрос: Министр иностранных дел Франции Ж.-М.Эйро обвинил Правительство Сирии и союзников этой страны в использовании периода политической неопределенности в США для ведения, как он выразился, «тотальной войны». Он также заявил, что Париж будет добиваться принятия Совбезом ООН резолюции о введении санкций против правительства Сирии в связи с использованием химического оружия в этой стране. Также было объявлено о проведении в Париже в ближайшее время очередной встречи стран, которые поддерживают сирийскую оппозицию. Как Вы можете прокомментировать такую активизацию французской стороны по сирийскому вопросу?

С.В.Лавров: У наших французских коллег много внешнеполитических инициатив, достаточно интенсивная активность на международной арене. Предлагается целый ряд конференций, встреч по ближневосточной проблематике и сирийскому урегулированию. Мы готовы поддерживать любые инициативы, которые нацелены на достижение согласия, общеприемлемых договоренностей, которые неконфронтационны. Конечно, мы слышали о предложении провести встречу стран, поддерживающих сирийскую оппозицию. Но, наверное, это будет немного уводить нас в сторону от выполнения задачи, поставленной Советом Безопасности ООН в резолюции 2254, а именно о незамедлительном начале межсирийских инклюзивных переговоров, то есть с участием всех групп оппозиции и Правительства. Такая встреча только тех стран, которые поддерживают исключительно оппозицию, может послать этой оппозиции сигнал о том, что торопиться с началом переговоров не надо. Точно так же инициативы, нацеленные на осуждение Правительства САР, попытки его антагонизировать, изолировать от международного сообщества посылают аналогичные сигналы оппозиции, что не надо торопиться, что сейчас задействуется план «Б» и все силы брошены на то, чтобы режим был сменен. Я думаю, что это не помогает нашим общим интересам, не помогает выполнять то, о чем договаривались в Международной группе поддержки Сирии (МГПС), и самое главное, в Совете Безопасности ООН.

В том, что касается конкретно фактов применения химического оружия, мы выступаем за то, чтобы любые сведения, сообщения, подозрения незамедлительно расследовались. Имеющиеся утверждения о применении химических веществ в качестве оружия сирийским Правительством должны быть перепроверены. Они не стопроцентно доказаны. Но эксперты ООН и ОЗХО точно установили, что целый ряд оппозиционных групп применял химическое оружие. Когда в этой ситуации вместо того, чтобы заняться дополнительным расследованием всех имеющихся сообщений говорят о необходимости осудить режим, ничего не упоминая о том, что имеются факты применения химического оружия оппозицией, это еще один сигнал той самой оппозиции, что в борьбе с режимом все средства хороши. Поэтому надо говорить не о необходимости «тотальной войны» против режима, как это делает мой французский коллега, а все-таки о согласованных, сбалансированных, нацеленных на политическое урегулирование подходах международного сообщества. Не думаю, что в интересах Франции противопоставлять себя этим подходам.

Россия. Вьетнам > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 ноября 2016 > № 1989997 Сергей Лавров


Вьетнам. Россия > Внешэкономсвязи, политика > vietnam.vnanet.vn, 31 января 2015 > № 1426285 Сергей Лавров

Глава МИД РФ Сергей Лавров дал интервью вьетнамским СМИ

30 января 2015 года в Москве министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров дал интервью вьетнамским СМИ. Иллюстрированный журнал "Вьетнам" предлагает вашему вниманию содержание интервью.

Вопрос: 65 лет назад Россия и Вьетнам установили дипломатические отношения. Какие результаты достигнуты за эти годы?

С.В.Лавров: Отношения между нашими странами развиваются не с чистого листа. За шесть с половиной десятилетий они обрели характер всеобъемлющего стратегического партнерства, опираясь на традиции совместного боевого братства, приверженность основополагающим принципам международного права – прежде всего, уважения права народов на самоопределение, права самим определять свою судьбу, без вмешательства извне, права на свободу и независимость.

Сегодня отношения всеобъемлющего стратегического партнерства охватывают все сферы общения между государствами – политический диалог, торгово-экономические связи, инвестиционное сотрудничество, научно-технологическое, гуманитарное, военное и военно-техническое взаимодействие. Исходим из того, что в наших общих интересах выполнять задачи, которые ставят перед нами наши руководители.

Мы очень ценим политический диалог на высшем и высоком уровнях. За последние полтора года состоялись официальные визиты во Вьетнам Президента Российской Федерации В.В.Путина и Председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации С.Е.Нарышкина. В прошлом году Москву посетил Генеральный секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Вьетнама Нгуен Фу Чонг. Достигнутые договоренности определяют среднесрочную и долгосрочную перспективы наращивания наших связей.

Развивается торгово-экономическое сотрудничество. В прошлом году товарооборот между Россией и Вьетнамом достиг более 3 млрд. долл.США. Поставлена задача к 2020 г. довести его объем до 10 млрд. долл. Задача вполне реализуема, тем более у нас в работе находятся много перспективных и крупномасштабных проектов.

Отмечу сферу энергетики. Подписано соглашение о сооружении первой вьетнамской атомной электростанции. Заложены хорошие традиции, есть прекрасные перспективы в нефтегазовой сфере, где российские компании ОАО «Газпром», ОАО «Роснефть», ОАО «Зарубежнефть» вместе с вьетнамской государственной корпорацией нефти и газа «Петровьетнам» активно осваивают месторождения и реализуют совместные проекты во Вьетнаме и Российской Федерации.

Убежден, что торгово-экономические связи получат мощный импульс с завершением переговоров о соглашении между Вьетнамом и Евразийским экономическим союзом о создании зоны свободной торговли. Исходим из того, что этот документ будет подписан уже в этом году.

У нас очень интенсивные обмены в сферах высоких технологий, образования, в области гуманитарных связей. Скажу без преувеличения - наши отношения процветают и имеют очень хорошие перспективы.

Мы тесно сотрудничаем в международных делах, опираясь на общее видение проблем, с которыми сталкивается современный мир. Как и наши вьетнамские друзья, мы понимаем, что с общими угрозами – терроризмом, организованной преступностью, незаконной миграцией, изменением климата и многим другим – можно бороться только коллективными усилиями, без попыток навязывать волю одного государства или группы государств.

Мы ценим взвешенную, ответственную позицию Вьетнама в том, что касается событий на Украине, необходимости исключительно мирного, через переговоры, урегулирования глубокого кризиса украинского государства, неприятия односторонних мер принуждения, санкций и прочих рестриктивных действий, не сочетающихся с международным правом.

Вопрос: Вьетнам занимает важное положение в Юго-Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Россия, в свою очередь, играет большую роль в Европе и на пространстве СНГ. В контексте нынешней ситуации какое значение для региона и всего мира имеет развитие двусторонних отношений между Россией и Вьетнамом?

С.В.Лавров: Скажу без преувеличения, что наши отношения являются важным фактором в общих усилиях по укреплению стабильности и безопасности в АТР. Ценим роль Ханоя в деле развития сотрудничества между Россией и странами АСЕАН. Вьетнам вносит существенный вклад в расширение наших связей с этим объединением, в том числе в торгово-экономической области. Упомянутое мной соглашение о зоне свободной торговли между ЕАЭС и Вьетнамом, которое должно быть вскоре подписано, мы расцениваем как важный шаг на пути развития экономического взаимодействия со странами АСЕАН в целом.

Что касается сферы безопасности, то мы сотрудничаем с Вьетнамом и другими нашими партнерами в рамках механизма Восточноазиатских саммитов (ВАС) по выработке общих правил поведения в АТР, которые были бы универсально применимыми, опирались бы не на блоковые подходы, а на принцип неделимости безопасности и обеспечение равной безопасности для всех стран в этом регионе. В рамках механизма ВАС уже состоялись несколько раундов консультаций по выдвинутой Россией инициативе. Признательны нашим вьетнамским друзьям за поддержку этих усилий.

В более широком плане важную роль играют структуры, создаваемые в контексте развития связей между АСЕАН и его партнёрами. Прежде всего отмечу Региональный форум безопасности АСЕАН, объединяющий «десятку» и её партнёров из России, Европы, США и азиатских стран, не входящих в Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии – Китая, Индии, Японии, Кореи и др.

В прошлом году мы принимали Генерального секретаря АСЕАН Лe Лыонг Миня, наметили конкретные шаги по дальнейшему укреплению нашего взаимодействия. В Москве при МГИМО (У) действует Центр АСЕАН. Мы активно содействовали его становлению и поддерживаем его деятельность.

Всё это позволяет на уровне научных исследований, профессионального анализа и практической политики искать пути преодоления сложностей, которые мы продолжаем наблюдать в АТР, и находить коллективные ответы на угрозы терроризма, преступности, решать проблемы, связанные со свободой мореплавания, и многое другое.

Вопрос: В России достаточно большая вьетнамская диаспора. Какова Ваша оценка её вклада в укрепление и развитие наших двух стран, особенно в торгово-экономической и инвестиционной сферах? Что делают российские власти для создания благоприятных условий для проживания и работы вьетнамских граждан в России?

С.В.Лавров: По нашим оценкам, в России постоянно проживают и работают порядка 100 тыс. вьетнамских граждан – представители малого и среднего бизнеса, которые открыли здесь своё дело, сотрудники совместных предприятий, члены их семей, студенты. В Российской Федерации обучаются около 6 тыс. вьетнамских студентов. Ежегодно их число растет.

Мы ценим ответственную, заинтересованную позицию вьетнамцев, которые проживают в России и активно способствуют развитию наших дружественных отношений. Когда люди общаются друг с другом, всегда возникает больше возможностей лучше понять традиции, культурные особенности страны, в которой они живут, и установить теплые личные отношения, которые всегда были одним из основополагающих фундаментов нашей дружбы. Мы всячески будем поддерживать такие контакты.

Отмечаем, что вьетнамская диаспора заинтересованно относится к сотрудничеству с нашими соответствующими структурами – Федеральной миграционной службой (ФМС) и Министерством иностранных дел России. Мы делаем все, чтобы те, кто на законных основаниях работают в Российской Федерации, чувствовали себя максимально комфортно, имели возможность изучать русский язык, знакомиться с российскими традициями, культурой и искусством.

Конечно, есть случаи незаконной миграции. Мы вместе с вьетнамскими товарищами по линии ФМС России стараемся эти вопросы урегулировать. В наших и ваших интересах, чтобы те, кто хотят жить и зарабатывать в России, делали бы это на законных основаниях. В таком случае их права будут защищены. Любые незаконные попытки проникнуть в Российскую Федерацию создают проблемы, в том числе для самих этих людей – иногда они попадают к «нечистоплотным» бизнесменам, которые их используют как рабочую силу, но совершенно не обеспечивают их права. Эта тема является важным компонентом нашего постоянного диалога. Отмечаем существенный прогресс в решении имеющихся проблем. Убежден, что все остальное мы тоже урегулируем.

Вопрос: В этом году наши страны отмечают знаменательные даты – годовщину установления дипломатических отношений и 70-летие Победы в Великой Отечественной войне. Что бы Вы могли пожелать нашим слушателям?

С.В.Лавров: В этом году у нас немало памятных дат. Во-первых, 65-летие установления дипломатических отношений между Россией и Вьетнамом, о чем мы уже говорили. Во-вторых, 9 мая в Москве мы будем отмечать великое событие – 70-летие Победы, на празднование которого приглашены многие руководители иностранных государств. Признательны Президенту Вьетнама Чыонг Тан Шангу за подтверждение участия в этих торжествах. За несколько дней до 9 мая будет отмечаться 40-летие освобождения Юга Вьетнама, а осенью 2015 г. – годовщина создания независимого вьетнамского государства. По этим поводам у нас есть планы двусторонних мероприятий, запланировано участие наших стран в многосторонних церемониях. Убежден, россияне и вьетнамцы достойно отметят эти праздники.

Мы едины в том, чтобы использовать эти даты не только для того, чтобы отдать дать дань памяти павшим за свободу и независимость России, Вьетнама, Европы, Азии и всего мира, но и напомнить о недопустимости попыток искажать исторические факты, переписывать историю в угоду сегодняшней политической конъюнктуре, предавать забвению подвиг отдавших свои жизни за свободу и независимость и, как порой делают некоторые, пытаться поставить победителей на одну «доску» с теми, кто развязывал агрессивные войны и продвигал человеконенавистнические идеологические установки.

Говоря о праздниках, не будем забывать, что скоро наступает Новый год по лунному календарю. От всей души хотел бы поздравить всех вьетнамцев с этим событием, пожелать здоровья, счастья, благополучия и всего самого доброго!

Спасибо!

Вьетнам. Россия > Внешэкономсвязи, политика > vietnam.vnanet.vn, 31 января 2015 > № 1426285 Сергей Лавров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter