Всего новостей: 2551619, выбрано 11 за 0.014 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Новак Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольЭкологияЭлектроэнергетикавсе
Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 сентября 2017 > № 2330346 Александр Новак

Интервью Александра Новака австрийской газете Die Presse.

- Альянс из членов ОПЕК и десяти стран, не входящих в ОПЕК, очевидно, четко выполняет обещание по сокращению добычи нефти. С целью дальнейшего поддержания цен теперь увеличено давление на Ливию и Нигерию, чтобы эти две страны также ограничили добычу. Но не идет ли тут речь о «мелочи»? Что может дать их присоединение к соглашению?

- Ливия и Нигерия наряду с другими странами в ноябре участвовали в переговорах, но для них не было введено лимитов на добычу. После достижения договоренностей обе страны увеличили производство нефти на 500 тысяч баррелей. Мы считаем, что им следовало бы зафиксировать добычу и удерживать ее на определенном уровне, по меньшей мере, до истечения соглашения (в конце марта 2018 года). Министр энергетики Нигерии подтвердил нам, что при достижении показателя в 1,8 миллиона баррелей в день «нажмет на тормоз». Надо сказать, что ситуация с добычей в этих странах непростая. Так, в Ливии в августе добывалось почти на 100 тысяч баррелей меньше, чем в июле.

- Независимо от этого большой вопрос состоит в том, как «расширенная ОПЕК» будет действовать после истечения соглашения в конце марта. В ноябре, предположительно, состоятся соответствующие консультации. Саудовская Аравия или, к примеру, Ирак, выступают за его пролонгацию. Россия не выступает за это. Вы исключаете дальнейшее участие в этом соглашении?

- В случае необходимости мы обдумаем данный вопрос.

- Что значит «в случае необходимости»?

- Это значит, что, возможно, до 1 апреля на рынке не будет достигнут баланс. В этом случае речь может идти о продлении, но пока мы не знаем, какова будет ситуация на рынке. Существует слишком много обстоятельств, и нужен качественный прогноз. Опция по продлению соглашения есть, и мы ее не исключаем.

- То есть Россия не настроена категорически против?

- Мы никогда этого не говорили. Наша главная цель – сбалансировать ситуацию на рынке.

- Когда истечет срок ограничения добычи нефти, на рынке могла бы сложится «шоковая» ситуация, и цена могла бы вновь обвалиться.

- Если заканчивать соглашение, то лучше в период растущего спроса, обычно он приходится на лето. Когда спрос вырастет, всем следовало бы постепенно выйти из соглашения.

- То есть этот сценарий стал вероятным? Ведь согласно прогнозам, в 2018 году ожидается рост спроса.

- Мы видим, что в этом году рост спроса превышает изначальные прогнозы. Вместо 1,2 миллиона баррелей рост составляет 1,4 миллиона.

- Вы говорили ввиду роста цен на нефть, что альянс стран-производителей, ограничив добычу, продемонстрировал свою эффективность, в которой многие долго сомневались. Но надо честно сказать, что и спрос на нефть тоже вырос, что в США бушевали ураганы и т.д. То есть причин было сразу множество. Насколько высоко вы оцениваете долю ограничения добычи в росте цен?

- Оно сыграло ключевую роль. Это успокоило рынок, вернуло участникам уверенность. Сегодня спрос превышает предложение уже на миллион баррелей в день. При этом уровень запасов нефти в хранилищах превышает средний пятилетний показатель всего на 170 миллионов баррелей – это вдвое меньше, чем было ранее.

- Как только цены вырастут, в США возобновится добыча, и весь эффект сойдет на нет. Аналитики Commerzbank уже сравнили эту ситуацию с игрой в «кошки-мышки», точнее с игрой одной «кошки» сразу с многими «мышами». Но последних, похоже, слишком много, и они слишком быстры.

- Когда мы 10 декабря впервые договорились о сокращении добычи, мы сразу учли растущую добычу в США. И этот рост действительно отмечался, но в последние месяцы оставался не слишком значительным, для этого просто не хватает потенциала. Мы продолжим «мониторить» ситуацию. У сокращения добычи в любом случае больше преимуществ, чем недостатков.

- Около десяти лет назад российская газета «Ведомости», глядя на газовые конфликты, писала, что в Европе «Газпромом» уже можно пугать детей. Сейчас на авансцену все больше выходит государственная нефтяная компания «Роснефть», тем более что на место в ее совете директоров претендует Герхард Шрёдер. Не будут ли в Европе скоро пугать детей «Роснефтью»?

- У всех есть свои страхи, они могут проявляться в разных ситуациях. «Газпром» и «Роснефть» - компании, акции которых торгуются на бирже и в число акционеров которых входят иностранцы. И если уж мы заговорили о страхах, то давайте также упомянем иностранные концерны. «Газпром» и «Роснефть» - конкурентоспособны, имеют низкую себестоимость добычи, эффективны. А придумывать сказки о «детских страхах» могут лишь те, кто боится конкуренции.

- Вы можете назвать реакцию Запада на то, что Шрёдер претендует на попадание в наблюдательный совет «Роснефти», истеричной?

- Мне кажется, что тот факт, что Шрёдер может войти в совет директоров, является важным событием, причем положительным для рынка. Человек с таким большим опытом будет участвовать в управлении одним из крупнейших концернов в мире. Кроме того, Шрёдер последовательно выступает за восстановление и развитие отношений между Россией и Европой, в частности, между Россией и Германией. Это также позитивный факт.

- Каковы при этом будут его функции?

- Они будут такими же, как у любого другого члена совета директоров. А если его выберут председателем, то он, соответственно, будет руководить советом.

- Он нужен из-за его политических контактов в Европе, или решающую роль играет его дружба с Путиным?

- Решающим фактором является его большой опыт работы в государственных структурах и компаниях и профессионализм. Шрёдер будет независимым членом совета директоров, он может привлечь в компанию специалистов, имеющих, в свою очередь, большой опыт корпоративного управления.

- И что с этого получили бы Европа или Германия?

- Рост доверия и бОльшую транспарентность, чтобы «детей не пугать». Когда в компанию приходят такие люди, это значит, что она становится более открытой.

- Вы сами входите в советы директоров сразу нескольких российских концернов. Скажите, чем иностранные члены, в принципе, могут помочь российским компаниям?

- Во-первых, это независимые эксперты, дающие важные оценки в процессе принятия решений. Это значит, что решения принимаются открыто. А еще они повышают уровень корпоративного управления.

- ЕС планирует предоставить комиссару по энергетике Марошу Шефчовичу мандат на переговоры о расширении «Северного потока»…

- Насколько я знаю, этот вопрос еще только прорабатывается, решение не принято.

- Во всяком случае, планируется, что вы встретитесь с ним в октябре. Такой план действительно есть?

- Мы надеемся, что он приедет на Российскую энергетическую неделю в начале октября. Если его рабочий план позволит, то мы встретимся. Пока соответствующего подтверждения не было. Но мы его пригласили.

Есть вопросы, по которым мы имеем различные мнения. Что касается расширения газовой инфраструктуры, то действующих законов вполне достаточно. Так что зачем нужен мандат на переговоры? Кого с кем? Проект «Северный поток-2» реализуется коммерческими компаниями. Инвестиции берут на себя европейские предприятия и «Газпром». Все регулируется европейскими законами. Мы, с юридической точки зрения, не понимаем, зачем нужен этот мандат.

- Но если мандат все же будет выдан, что тогда?

- Это было бы беспрецедентно. И не ясно, куда привел бы такой прецедент в будущем. Что, если компания захочет построить нефтеперерабатывающий завод? Ей тогда тоже понадобится мандат ЕС? Все это принципиальные вопросы.

- Согласно первым оценкам, ЕС может стремиться к компромиссу. А именно, что «Газпром» не будет участвовать в оперативном управлении трубопровода. Проще говоря, что Третий энергетический пакет ЕС, который предписывает разделение производителей газа от операторов трубопровода, будет распространен на «Северный поток 2». Понадобится ли компромисс?

- При строительстве трубопровода мы полностью придерживаемся положений действующего законодательства. Для морского участка нет предписаний Третьего энергетического пакета, потому что это не территория ЕС, а на сухопутном участке выполняются все требования энергетического пакета. Инвесторы, компании, которые участвуют в проекте, просто хотят, чтобы их инвестиции окупились.

- Россия была бы готова к компромиссу?

- Давайте разъясним, что такое компромисс, и тогда будем говорить о том, готовы мы к этому или нет. При реализации проекта мы не выходим за рамки действующего законодательства.

- Сейчас со стороны Запада добавляется еще и то, что США введением новых санкции хотят не допустить реализации «Северного потока 2». Участники уже думают о новых возможностях финансирования, чтобы спасти проект. Какая финансовая схема была бы возможной?

- Это дело компаний.

- Но проект стратегически важен для России.

- Мы поддерживаем его реализацию, считаем, что с экономической точки зрения, как и «Северный поток 1», он привлекателен. Короткий путь до потребителя, вдвое ниже себестоимость. Непонятно, почему внезапно какие-то третьи страны запрещают то, что выгодно для Европы. Мы считаем, что меры по ограничению, в первую очередь, препятствуют конкуренции. Они направлены не против России, а против Европы, которая теряет свою независимость и возможность выбора в энергетических проектах. По сути, ликвидируются все рыночные принципы: американский СПГ в настоящее время на 70 процентов дороже, чем трубопроводный газ.

- Россия сама начинает как раз экспортировать СПГ.

- Но мы готовы к конкуренции. Мы не пытаемся заблокировать какие-то поставки.

- 50 лет назад Германия и Россия реализовали договор о газовых трубопроводах и запустили энергетическое сотрудничество, хотя Америка активно протестовала. Сегодняшняя Европа трусливая?

- Европейские страны должны быть заинтересованы в том, чтобы защищать свой суверенитет и принимать самостоятельные решения по реализации коммерческих инвестиционных проектов на своей территории.

- США совсем не скрывают, что для них речь идет о собственном экспорте СПГ. Ожидания очень большие. Сколько, по Вашему мнению, Америка сможет поставить в течение следующих десяти лет?

- Это будет зависеть от конъюнктуры, рыночной стоимости, собственных возможностей. В настоящий момент американский СПГ в ЕС не конкурентоспособен. Конечно, если дело дойдет до того, что любые газовые поставки в ЕС – не только из России, но и из Алжира или Катара – будут запрещаться, тогда Европа будет покупать газ по цене вдвое выше в США. Все должна определять конкуренция.

- В июне Вы сказали, что в конце 2019 года истекающий транзитный договор с Украиной не будет продлеваться. Между тем, кажется, позиция смягчилась. Он будет продлен?

- Это будет зависеть от переговоров между «Газпромом» и украинским «Нафтогазом». Пока что переговоры не ведутся.

- По чьей вине?

- Если есть какие-то интересные коммерческие предложения, «Газпром» готов к переговорам.

- Мяч на поле Украины, которая же хочет транзита?

- Мы видим, что появляются предложения удвоить стоимость транзита. Зачем? Это неприемлемо.

- Украинский президент Петр Порошенко предлагает, чтобы европейцы брали российский газ больше не на западной границе Украины, а на восточной. Что Вы думаете об этом?

- Мы считаем это нецелесообразным.

- Украина обратилась в Арбитражный суд и хочет конфисковать имущество «Газпрома», потому что «Газпром» нанес ущерб стране использованием украинской транзитной сети. Какова Ваша реакция?

- Мы написали письмо в Еврокомиссию о том, что наши опасения относительно действий со стороны Украины и «Нафтогаза» оказались оправданными. Еврокомиссия и г-н Шефчович заверяли нас в том, что рисков нет. В действительности же они есть.

- И ЕС ответил?

- Да. Очень расплывчато.

Беседовал Эдуард Штайнер.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 сентября 2017 > № 2330346 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197757 Александр Новак

Интервью Министра Александра Новака РИА Новости.

Александр Новак: второй раз договориться о снижении добычи нефти было легче.

Беседовали Дмитрий Сокуренко и Дарья Станиславец

Нефтедобывающие страны на прошлой неделе продлили соглашение о сокращении добычи нефти еще на девять месяцев. Как проходили переговоры, почему рынки отреагировали на это решение снижением, о международных проектах в ТЭК, а также чего ждать российским нефтяникам в сфере налогообложения и господдержки, рассказал в интервью РИА Новости в рамках Петербургского международного экономического форума министр энергетики РФ Александр Новак.

— На прошлой неделе в Вене нефтедобывающими странами для стабилизации ситуации на рынке было принято решение о продлении соглашения о сокращении добычи нефти еще на 9 месяцев. Вместе с тем рынок отреагировал снижением цены на нефть. Чем вызвана такая реакция и насколько она долгосрочна, по вашему мнению?

— Во-первых, колебания возможны, это рынок. Цена находится в пределах диапазона 50 и 60 долларов, который, на наш взгляд, является обоснованным. Если бы сделки не было, вы увидели бы совсем другое падение цены. По оценкам экспертов, она бы обвалилась ниже 30 долларов. Поэтому то, что она держится на уровне 50 и выше, это уже плюс.

Второе — в преддверии сделки отмечался достаточно серьезный рост по цене, то есть рынок уже, в принципе, заложил в цену принятие решения. Обычно по окончании оформления сделки многие участники рынка, спекулянты закрывают свои позиции, продают фьючерсы, и это тоже один из факторов (повлиявших на снижение цены — ред).

На мой взгляд, в ближайшей перспективе цены будут восстанавливаться до тех же уровней, на это повлияет ряд фундаментальных факторов: продолжается снижение остатков, есть уверенность в том, что в течение девяти месяцев на рынок ежедневно не будет поступать 1,7 миллиона баррелей. Поэтому не вижу никакой трагедии в колебаниях цены в приемлемом диапазоне, в этом плане все соответствует прогнозам.

— Вы и ваши коллеги-министры в Вене заявили о возможности принятия в ноябре новых решений по Венскому соглашению, как о его продлении, так и о завершении в более ранний срок. На какие целевые показатели Россия будет ориентироваться при определении своей позиции по данному вопросу? Когда планируется определить эту позицию?

— Мы наделили мониторинговый министерский комитет дополнительными полномочиями. Если раньше он только отслеживал исполнение соглашения, то сейчас комитету предоставлены полномочия по подготовке предложений для последующего обсуждения на министерской встрече. Комитет будет собираться каждые два месяца, вырабатывать предложения, исходя из текущей ситуации на рынке. Это будет некая консолидированная позиция.

Министерская встреча состоится в ноябре, не исключено, что на ней не будет принято никаких решений — посмотрим на ситуацию. Сегодня нельзя сказать, будет ли продлеваться соглашение. У нас такая опция всегда есть, создан хороший инструмент взаимодействия стран ОПЕК и не-ОПЕК, и мы уверены, что мы всегда сможем принять совместное решение.

Дважды уже был такой прецедент (достижение договоренности о сокращении добычи нефти — ред). Второй раз договариваться было гораздо легче, все консолидированно решили, что нужно пройти зимний период. Если бы говорили про шесть месяцев, то сразу возник бы вопрос, поскольку зимой спрос падает, избыток нефти очень негативно влияет на ситуацию на рынке, происходит разбалансировка. Поэтому мы договорились, что наиболее оптимальным вариантом будет девять месяцев. Пройдем "яму", а в летний период спрос растет и самое рациональное, если к тому времени остатки снизятся до пятилетнего среднего значения. По мере роста спроса можно плавно наращивать и восстанавливать сокращенные объемы добычи. Не все страны смогут это сделать, поэтому не думаю, что все 1,7 миллиона одновременно выйдут на рынок, это будет управляемый процесс, об этом мы будем договариваться.

— В случае если в ноябре какие-то страны заявят о сокращении обязательств, готова ли Россия компенсировать это своей квотой, увеличив ее свыше 300 тысяч баррелей в сутки?

— Эту тему даже не обсуждали, потому что исходим из того, что все страны должны исполнять свои обязательства в полном объеме в соответствии с соглашением. На момент продления страны ОПЕК и не-ОПЕК выполнили договоренности на 102%. Это очень высокий уровень. Думаю, задача каждого — выполнение обязательств.

— Казахстан уже заявил о возможности пересмотра его обязательств по Венскому соглашению на встрече в ноябре. Вы, когда встречались с коллегой из Казахстана, затрагивали этот вопрос?

— Мы встречались, обсуждали ситуацию, считаем, что у них есть желание и приверженность к исполнению обязательств по цифрам. И они будут стараться это делать. Если увидим какие-то отклонения от графика, всегда есть возможность обсудить этот вопрос на министерском комитете, как мы делали до этого. Но главный посыл — и это подтвердили министры — все должны исполнять свои обязательства.

— Вы отметили, что нефтедобывающие страны уже обсуждают механизм плавного выхода в будущем из соглашения по сокращению добычи, но пока говорить о нем рано. Между тем есть ли у Минэнерго РФ уже какая-то своя оценка того, каким должен быть такой механизм, чтобы процесс оказался безболезненным для российских компаний?

— Наши компании участвуют в сокращении добычи добровольно, потому что считают, что это действительно им выгодно. Сократить на 2,5% объемы добычи, иметь более стабильную ситуацию (на рынке — ред) и более высокую цену выгоднее с точки зрения инвестиций и прогнозируемости, снижения волатильности, которая бы очень негативно повлияла на их планы.

Технологически у всех разная ситуация: кто-то закрывает нерентабельные скважины на старых месторождениях, кто-то на больший период становится на ремонт — делают то, что планировали на более поздние сроки, кто-то придерживает, снижает дебит на хороших месторождениях. Мы даже не пытаемся вмешиваться в этот процесс, для нас важен конечный показатель. Исходя из технологических особенностей, у каждой компании своя ситуация по восстановлению добычи. Сейчас я не готов прогнозировать, как это будет происходить. Кто-то может это быстро сделать, кто-то будет постепенно наращивать. Времени еще много, давайте подождем.

— Минэнерго намерено понизить свой прогноз по добыче нефти в РФ на 2017 год на 4 миллиона тонн — до 547 миллионов тонн в связи с продлением Венского соглашения. А каковы прогнозы в отношении экспорта в текущем году? И каковы оценки министерства по добыче и экспорту нефти на 2018 год?

— Мы считаем, что скорректируется общий прогноз (добычи нефти — ред,) до 547 — 547,5 миллиона тонн. Это на 2-1,5 миллиона тонн меньше, чем мы прогнозировали (было 549 миллионов тон). В 2018 году, в зависимости от условий работы отрасли, планируется добыча в размере 547 — 551 миллиона тонн. А по экспорту предварительно в 2017 году — 257 миллионов тонн, в 2018 году — 260,7 миллиона тонн.

— Обсуждается ли сейчас вопрос либерализации экспорта газа в РФ? Могут быть разработаны пилотные проекты по либерализации экспорта газа?

— Сейчас этот вопрос так активно не стоит, сегодня большое внимание уделено упорядочению взаимоотношений с точки зрения равного доступа к инфраструктуре, стоимости транспортировки и совершенствование методологической базы, касающейся тарифообразования по транспортировке (так называемая методика ФАС), вопросы доступа к подземным газовым хранилищам и так далее. На данном этапе эти вопросы не менее актуальны, чем либерализация. Это довольно серьезное и сложное решение, пока по нему нет окончательных вариантов.

— Роснефть некоторое время назад предлагала через Газпромэкспорт с трейдером BP продать определенный объем газа, просила дать им разрешение на продажу. Эта история получила какое-то развитие? Возможна ли выдача Роснефти такого разрешения или пока вопрос отложен?

— Вопрос находится в стадии проработки и обсуждения, по нему есть разные позиции, окончательного решения нет.

— Если обратиться к международной повестке. В настоящее время Россия ожидает получения разрешения от Турции на вторую нитку "Турецкого потока". Есть ли уже покупатели на этот газ? Получило ли Минэнерго от ЕС гарантии по покупке газа Газпрома?

— В настоящее время этот вопрос прорабатывается, мы ожидаем реакции от наших европейских партнеров, которые заинтересованы в этом, в том числе это Греция, Италия. Необходимо также получить соответствующее согласие Еврокомиссии. Это задачи, которые должны решать заинтересованные в получении этого газа европейские партнеры. В принципе, мы понимаем потребителей, но инфраструктура должна строиться на условиях гарантии того, что она будет использоваться.

— Гарантии от ЕС должны быть как-то юридически оформлены и закреплены?

— Форматы в этом случае могут быть определены, если возникнет такое желание. У нас запланирована встреча с господином Шефчовичем (вице-президент ЕК по энергодиалогу — ред) в Астане в июне месяце на полях ЭКСПО, мы обсудим этот вопрос.

— Будете ли обсуждать вопрос поставок российского газа на Украину? И актуален ли он?

— Он всегда в повестке, в основном его инициирует либо украинская сторона, либо Евросоюз и Еврокомиссия. Поэтому, если этот вопрос возникнет, мы готовы его обсуждать. На сегодняшний день, в соответствии с действующим контрактом, Газпром будет поставлять столько газа, сколько будет предоплачено.

— Украина не выходила с запросом дополнительных консультаций в последнее время?

— В последнее время обращений в наше министерство не было.

— Получило ли Минэнерго РФ ответ от господина Шефчовича по антимонопольному штрафу Украины Газпрому? Вы раньше обращались к нему с письмом, в котором говорили о незаконности наложения Украиной антимонопольного штрафа. Удовлетворены ли вы ответом?

— Да, мы получили ответ. Господин Шефчович в своем письме написал, что у него есть гарантии со стороны Украины, что никаких действий по взысканию штрафа и наложению ареста на имущество не будет. Мы были не удовлетворены таким ответом, потому что это не юридические гарантии, словесные, что, в принципе, и проявилось в том, что буквально недавно украинский суд возбудил исполнительное производство по этому поводу.

— Этот факт вы будете обсуждать с Шефчовичем во время встречи в Астане?

— Конечно. Мало того, мы хотим получить ответ опять же на все эти вопросы, потому что такое решение Украины снижает энергобезопасность. На наш взгляд, это абсолютно незаконно, решение принято украинским судом в интересах украинского Нафтогаза, даже не международным судом. Обвинение Газпрома в антимонопольном положении по транзиту газа, если владельцем трубы на сегодняшний день является Украина, Нафтогаз, абсолютно абсурдно. Поэтому здесь, скорее, можно говорить о монопольном положении украинского Нафтогаза, чем наоборот.

— Какую позицию вы заявите на встрече с господином Шефчовичем?

— Наша позиция — решение суда незаконно и должно быть отменено. Политически мотивированное решение судебных органов характеризует украинскую сторону как непредсказуемого партнера и ненадежного транзитера газа в Европу, говорит о неудовлетворительной ситуации с защитой инвестиций на Украине.

— Планируете ли вы в рамках Петербургского экономического форума встречаться с коллегами из Ирана? Приедет ли министр связи Ирана Махмуд Ваэзи?

— Я постараюсь провести максимальное количество запланированных встреч, особенно с коллегами-министрами энергетики, которых мы приглашали. Господина Ваэзи мы приглашали. Если он будет в Петербурге, мы обязательно встретимся.

— Вы планируете проведение двусторонней встречи? Или же заседание межправкомиссии России и Ирана?

— Да, двустороннюю, в формате цейтнота, который превалирует на ПМЭФ, когда в день по 10-15 встреч, плюс еще пленарные сессии. Очень сложно проводить большие мероприятия поэтому на форуме мы будем принимать участие в пленарных сессиях, в содержательных дискуссиях и в двусторонних встречах.

— Россия рассматривает возможность своповых поставок газа в Иран через Азербайджан. Идет ли сейчас обсуждение своповых поставок? В каком объеме, когда могут начаться?

— Это вопрос комплексный, затрагивает интересы нескольких стран. Нужно изучить существующие технические возможности как на территории Азербайджана, так и на территории Ирана. Экономика проекта также должна быть тщательно рассчитана. Поэтому, что касается окончательных решений, пока рано говорить о конкретных сроках и объемах.

- Приедут ли ваши коллеги из Японии? Планируете ли встречи?

— Подтвердил свое участие министр экономики Хиросигэ Сэко.

— Получили ли вы ответ от Японии по работе с Газпром нефтью на арктическом шельфе?

— Если речь идет о моем письме, направленном в июле 2016 года моему японскому коллеге, то оно носило информационный характер о возможностях компании ПАО "Газпром нефть" и ее заинтересованности в привлечении японских компаний к реализации шельфовых проектов в Арктике, а также о проведении переговоров с японскими партнерами. Насколько мне известно, соответствующая работа на корпоративном уровне ведется. Надеемся, что наши компании найдут точки соприкосновения в этом вопросе.

— На какой стадии сейчас проект азиатского энергокольца?

— По энергокольцу у нас идет диалог с каждой из стран. Надо понимать, что энергокольцо — это в первую очередь перетоки, а не синхронная работа. Соответственно, речь идет о двустороннем сотрудничестве. Мы обсуждаем этот вопрос на регулярной основе. Создана рабочая группа, которая на уровне компаний ведет переговоры с Китаем, Монголией, Японией. У Монголии есть конкретные предложения по строительству линии передач, наши специалисты сейчас будут изучать технико-экономическое обоснование этого проекта, чтобы говорить не только про стройки и конкретную физику, но и просчитать экономику проекта.

— Продлено ли СРП по Сахалину-1? (контракт был заключен в 1996 году на 20 лет)

— Нет, сейчас нет окончательных решений по продлению. Есть запрос со стороны оператора — ExxonMobil, идет обсуждение в правительстве. Пока окончательного решения нет.

— К какому варианту монетизации газа Сахалин-1 склоняется Минэнерго — Дальневосточный СПГ, поставки в Китай или продажа "Сахалин энерджи"?

— Нас, в принципе, устраивает любой вариант, потому что государство в любом случае получит с монетизации газа доходы с проекта СРП. Именно поэтому все три варианта коммерческие. Мы готовы поддержать любой вариант договоренностей компании с контрагентами.

— Давайте вернемся к повестке ПМЭФ. Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих принял приглашение участвовать в форуме. Вы наверняка тоже будете с ним встречаться. Какие конкретные проекты планируете обсудить на полях форума?

— Мы с господином аль-Фалихом в постоянном контакте, часто встречаемся. Помимо наших взаимных действий по ОПЕК, у нас есть интерес по развитию наших совместных проектов при участии российских компаний, в том числе в нефтесервисе для Saudi Aramco. Это и организация совместного исследовательского центра, кооперация в области технологии сжижения природного газа, строительство морской техники для перевозки СПГ и так далее. У господина аль-Фалиха будет много встреч с руководителями российских компаний, с рядом министров. И, безусловно, будем встречаться. Надеюсь также показать ему наши новые проекты.

— Сейчас планируется IPO Saudi Aramco. Россия, компании РФ могут принять в нем участие?

— Да, действительно, разговоры об этих планах Королевства Саудовской Аравии активно ведутся. Условия, цена вопроса пока неизвестны. После того, как будут официально объявлены условия приватизации этой крупнейшей компании, наши инвесторы могут подумать и о возможном участии в этом процессе.

— Позвольте вопрос по китайским проектам. Когда стоит ожидать подписание коммерческого контракта по западному маршруту поставок российского газа в КНР?

— Переговоры ведутся, еще не закончены. Надеемся, что скоро выйдут на завершающую фазу.

— Если вернуться к российской повестке дня. На какой стадии сейчас находится законопроект о новой системе налогообложения в нефтяной отрасли? Какие-то уже удалось найти общие позиции, точки соприкосновения?

— У нас разногласий нет. Мы по законопроекту с Минфином, в принципе, согласовали все. И насколько я знаю, Минфин внес законопроект для рассмотрения в правительстве Российской Федерации.

— Возможно ли предоставление льгот для Самотлора?

— Вы знаете позицию министерства энергетики, мы поддерживаем льготы для истощенных, обводненных месторождений. Окончательного решения пока нет, правительство еще рассматривает этот вопрос.

— Решение по Самотлору будет совмещено с принятием новой системы налогообложения? По вашему мнению, стоит это увязывать или нет?

— Это не увязано между собой. И то и другое нужно делать. Чем быстрее, тем лучше для отрасли, для дальнейшего развития, поддержки действующих месторождений, сохранения тех же рабочих мест и так далее.

— Возможна ли корректировка акциза на бензины и на дизтопливо в 2018 году в связи с ростом цен на нефть? И если это возможно, то, примерно, в каких пределах?

— Будем обсуждать новую политику, посмотрим, дополнительно проанализируем ситуацию. Сейчас конкретных предложений по этому поводу не поступало.

— Какие есть предложения по росту НДПИ на газ для Газпрома в следующем году?

— У нас нет таких предложений. Мы за стабильную налоговую политику.

— Технопромэкспорт уведомил ли Минэнерго о переносе сроков ввода в эксплуатацию электростанций в Крыму? Когда компания планирует ввод?

— Мы рассчитываем, что первые два блока будут ведены уже в 2018 году. Ближе к началу 2018 года.

— В мае Минэнерго планировало объявить конкурс на строительство электростанции в Тамани и малой генерации в Крыму…

— Да, в июне будут объявлены конкурсы.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197757 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197447 Александр Новак

Брифинг Александра Новака и Мохаммеда Баркиндо по завершении встречи.

Из стенограммы:

А.Новак: Мы очень активно сейчас взаимодействуем с ОПЕК. Во-первых, это связано с нашими совместными действиями со странами ОПЕК по стабилизации ситуации на рынках. Здесь ключевую роль играет генеральный секретариат ОПЕК, сама организация и лично господин Баркиндо, который сегодня находится в Москве и только что встречался с Председателем Правительства, чтобы ещё раз подтвердить поддержку нашим совместным действиям.

Второй формат, в котором мы взаимодействуем, – это энергодиалог между Россией и секретариатом ОПЕК. Работу такого формата мы возобновили в 2012 году. Он очень полезный, поскольку позволяет нам обмениваться опытом, информацией, совместными исследованиями и делать оценку текущей ситуации и прогнозы на будущее по ситуации на нефтяных рынках. Кроме этого мы ведём совместные работы, исследования по разным направлениям, темам, более узконаправленные, но влияющие на ситуацию на рынке, например: ситуация со сланцевой нефтью и её влияние на мировые рынки, исследования в области развития нефтепереработки, исследование роста возобновляемых источников энергии и влияния на ситуацию, связанную с будущим нефти, и другие. Это очень интересное и важное взаимодействие.

После соглашения о сделке, которая сегодня реализуется, когда закончится её действие и рынок войдёт в равновесие, мы, безусловно, будем продолжать работать и взаимодействовать с ОПЕК. В организацию входят страны-экспортёры. Мы также страна, которая является экспортёром углеводородов, и нам важно обмениваться интересующими нас вопросами, темами и делать совместные прогнозы.

Вопрос: Звучали слова «институализация отношений». Будет ли создан какой-то орган, может быть, комитет?..

А.Новак: Мы сейчас над этим работаем вместе с нашими странами. Это площадка, на которой консолидировались страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК, она могла бы продолжать свою работу и по окончании действия соглашения по сокращению добычи. Мы думаем, в каком формате это будет. Не комитет в узком составе, а, может быть, это будет министерская встреча, которая будет проходить один или два раза в год в более широком составе, включая страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК. Мы поручили такие предложения подготовить. На очередном заседании мониторингового комитета мы услышим эти предложения, с тем чтобы обсудить их на министерской встрече, которая состоится в ноябре.

Вопрос (как переведено): Господин Баркиндо, означает ли это, что страны, которые не участвуют в сделке, примут участие в диалоге со странами ОПЕК и странами, не входящими в картель? Будут ли страны, которые в настоящее время не снижают нефтедобычу, привлечены к такому обмену мнениями?

М.Баркиндо: Да, те самые 24 страны, которые сейчас связаны подписанной Декларацией о сотрудничестве, те, кто твёрдо намерен выполнять то, о чём договорились. Как видите, выполнение соглашения пока идёт неплохо. За время работы Министерского мониторингового комитета (ММК) мы создали новые структуры, которым оказывает помощь Совместный технический комитет (СТК). Он проводит встречи ежемесячно, а Министерский мониторинговый комитет – раз в два месяца. Все отчёты ММК и СТК подтверждают высокий уровень выполнения обязательств странами − участниками соглашения. Это существенно повлияло на рынок. В настоящее время обязательства полностью выполняются. Как только что сказал министр Александр Новак, кооперация и сотрудничество между нами, ОПЕК, и не входящими в эту организацию странами будет продолжаться и после выполнения соглашения. Помимо приведения рынка в равновесие мы в настоящее время рассматриваем возможность институализации этого партнёрства между ОПЕК и не входящими в неё нефтедобывающими странами на постоянной основе.

Вопрос: То есть, если срок действия соглашения истекает в марте, продолжат ли Совместный комитет министров по мониторингу сокращения добычи нефти и Совместный технический комитет работу над отчетами или эти механизмы сотрудничества прекратят свое существование вместе со сделкой?

М.Баркиндо: Эта работа продолжается, мы обсуждали это во время встреч на заседаниях ОПЕК и 25-го числа на министерском заседании стран ОПЕК и стран, не входящих в эту организацию. Секретариат работает с различными комитетами − Советом экономической комиссии ОПЕК, Советом директоров ОПЕК, СТК и Техническим комитетом стран ОПЕК и не входящих в неё стран − над созданием эффективной системы, которая обеспечит это взаимодействие и сотрудничество на постоянной основе, поскольку мы считаем, что это сотрудничество отвечает интересам не только производителей, но и потребителей, и, следовательно, всей мировой экономики. Если хотите, мы закладываем фундамент католического брака. Мы уверены, что этот брак не завершится разводом. И мы только что получили благословение его превосходительства премьер-министра Медведева, который поддерживает то, что сделано на сегодня, и призывает нас продолжить работу для достижения этих долгосрочных отношений.

Вопрос: Господин Баркиндо, поднимался ли в ходе вашей сегодняшней встречи вопрос о вступлении России в ОПЕК?

М.Баркиндо: Мы весьма удовлетворены уровнем и качеством существующего взаимодействия с Российской Федерацией. Как сказал господин Новак, сегодня состоялась шестая встреча на высоком уровне Энергетического диалога Россия − ОПЕК. Энергетический диалог, начатый давно, 11−12 лет назад, постепенно терял своё значение. Господину Новаку удалось вернуть этот диалог к жизни. С 2012 года он регулярно принимает участие в его работе и стал одним из его лидеров. Сегодня у нас был очень плодотворный день, шестой, и мы договорились о проведении последующих технических заседаний с Россией. Мне кажется, благодаря его умелому руководству ОПЕК и Россия открыли новую главу взаимовыгодных отношений. И это отвечает не только интересам ОПЕК и России – с его помощью мы смогли привлечь к подписанию этой Декларации о сотрудничестве ещё 10 стран. Поэтому его деятельность отвечает интересам всех. Однако решение вступить в ОПЕК – это суверенное решение, и я не вправе обсуждать его или отвечать на Ваш вопрос.

Вопрос: Александр Валентинович, вопрос по Саудовской Аравии. Вы сказали, что в Иране российские нефтекомпании работают вместе с компаниями Саудовской Аравии по совместным проектам. Можете перечислить их или сообщить какие-то детали?

А.Новак: У нас было подписано соглашение между нашими министерствами – Министерством энергетики Российской Федерации и Саудовской Аравии – о развитии сотрудничества в области энергетики. В развитие этого соглашения у нас создана рабочая группа, куда входят представители министерств, компаний, и они регулярно проводят свои встречи, для того чтобы найти точки развития, совместные направления сотрудничества. Их достаточно много, мы определили порядка 30 направлений. Речь идёт и об участии в добычных проектах, разведке, реализации проектов по развитию нефтегазохимии, по возобновляемым источникам энергии, технологии сжиженного природного газа. Нефтесервис, участие российской компании в Саудовской Аравии и саудовских в России – сейчас идёт диалог по этому поводу. Вы знаете, здесь, в Москве два дня находился Министр энергетики Саудовской Аравии, он встречался с руководством наших компаний, господин аль-Фалих. Я думаю, что более конкретные проекты по данным направлениям, которые я озвучивал, мы сможем назвать после того, как компании между собой проработают все вопросы, касающиеся этих проектов.

Вопрос: Скажите, а установили уже дату следующего мониторинга?

А.Новак. Мы с господином Баркиндо обсуждали сегодня возможность проведения с 22 по 24 июля. Я думаю, что мы согласуем со всеми участниками мониторингового комитета.

Вопрос: Господин Баркиндо, присоединятся ли международные компании к соглашению ОПЕК, то есть не только страны, но и компании?

М.Баркиндо: Мы не можем исключать никакие варианты в среднесрочной и долгосрочной перспективе, в зависимости от формата взаимодействия и сотрудничества, над которым мы сейчас работаем. В данный момент при разработке этого формата мы рассматриваем все сценарии. Пока рано говорить, каким он будет.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197447 Александр Новак


Австрия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 марта 2017 > № 2128626 Александр Новак

Интервью Александра Новака RT.

«Арктика — стратегический потенциал России»: Александр Новак дал эксклюзивное интервью RT.

Говорить о целесообразности продления соглашения нефтедобывающих стран по сокращению добычи нефти пока рано, однако степень его реализации сейчас удовлетворяет все заинтересованные стороны. Об этом в эксклюзивном интервью RT по итогам министерской встречи в Кувейте мониторингового комитета по сокращению добычи нефти рассказал министр энергетики России Александр Новак. Помимо этого Новак затронул вопрос нереализованного из-за санкций потенциала сотрудничества с США и объяснил, почему Москва считает Арктику стратегически важным регионом.

— Каковы перспективы продления действия соглашения ОПЕК и стран вне ОПЕК по сокращению добычи нефти на второе полугодие 2017 года? Какие есть для этого препятствия?

— Мы сегодня в рамках второго заседания министерского мониторингового комитета, который был создан 10 декабря прошлого года в целях наблюдения за исполнением договора о сотрудничестве между странами ОПЕК и не-ОПЕК, уделили этому вопросу особое внимание. Многих интересует сегодня, будет ли соглашение между ОПЕК и не-ОПЕК продлеваться по истечении 6 месяцев его действия, то есть после 1 июля 2017 года.

Первое, что я хочу сказать: у нас такая возможность предусмотрена самим соглашением. Есть отдельный пункт, в котором говорится, что оно может быть продлено на срок до 6 месяцев. Второе: сегодня ещё конец марта. Мы ещё не перешагнули экватор. Обмен мнениями, который состоялся среди министров, и предложение, которое прозвучало, — означают возможность всем странам изучить этот вопрос до следующей министерской встречи; дать поручения секретариату ОПЕК с тем, чтобы секретариат провёл дополнительный анализ ситуации на рынке, которая будет складываться с января по апрель; дать прогнозы исполнения в мае, в июне и на второе полугодие. Это большой объём аналитической информации, который должен быть подготовлен, проанализирован и представлен на следующем заседании. Мы в рамках мониторингового комитета рассмотрим эту информацию и дадим рекомендации для других стран, которые являются членами (ОПЕК. — RT) и подписали это соглашение 10 декабря.

Поэтому сегодня преждевременно говорить о целесообразности продления соглашения. Такая возможность есть, но для принятия решения нам требуются дополнительное время и дополнительный анализ — в первую очередь ситуации, которая будет складываться на рынках.

— Как оценивается соблюдение странами ОПЕК соглашения по сокращению добычи за январь и февраль 2017 года?

— Это был основной вопрос, который сегодня рассматривался в мониторинговом комитете. Конечно, для этого и создавался комитет. Мы посчитали и, обменявшись мнениями, признали, что соглашение выполняется на высоком уровне, полностью соответствует духу, который закладывался в рамках подписанного договора о сотрудничестве. Уровень соответствия на сегодняшний день за февраль месяц составил 94% от целевого показателя. Это на 8% больше, чем цифры, которые были в январе. При этом мы отметили, что для успешной реализации договора и достижения целей по балансировке рынка очень важно, чтобы все, кто участвует в этом соглашении, исполняли в полном объёме свои целевые показатели и соответствовали на 100% цифрам, которые были указаны в соглашении от 10 декабря 2016 года. В сегодняшнем документе, который мы подписали, даны рекомендации всем выйти на стопроцентный уровень. Считаем, это главное, что необходимо в ближайшее время реализовать в рамках исполнения нашего соглашения.

— Как сокращение добычи сказывается на российских компаниях?

— Каждая компания выбирает собственную стратегию достижения целевых показателей. Вы знаете, что крупные компании в Российской Федерации участвуют на добровольной основе. Цифры достигаются прямо пропорционально объёмам добычи. То есть каждая компания участвует. Мы видим, что в целом, если оценивать в комплексе ситуацию, связанную с балансировкой рынка, со снижением волатильности цены, с возможностью инвестировать в новые проекты, мы видим положительные эффекты для наших компаний.

— По подсчётам экспертов, за время действия соглашения о снижении добычи нефти российский бюджет дополнительно получил примерно $8—9 млрд. Как вы оцениваете экономический эффект от роста нефтяных цен на фоне сокращения добычи?

— Мы видим в целом положительный эффект, и не только для нефтяных компаний, но и для бюджета, как правильно отмечают эксперты. Мы оценивали ранее: если цены будут держаться на уровне, который сегодня складывается в диапазоне $50—60, то дополнительный эффект для бюджета может составить в год до 1,5 трлн рублей. Это действительно позитивно. Многое зависит от текущей ситуации на рынке, от волатильности, от текущего курса рубля по отношению к доллару, поэтому, думаю, те оценочные показатели, которые сегодня дают эксперты, во многом могут быть взяты за основу.

— Ранее вы заявляли, что пока вопрос вступления России в ОПЕК не рассматривается. Как вы видите дальнейшее взаимодействие с ОПЕК? Какую позицию и почему сейчас выгодно занять России?

— Мы действительно не рассматриваем формат присоединения к ОПЕК. Россия никогда не была членом ОПЕК, хотя и является крупнейшей добывающей страной в мире. Тем не менее у нас выстроены очень конструктивные отношения с ОПЕК. В плане взаимодействия в рамках энергодиалога ежегодно мы встречаемся с нашими коллегами из ОПЕК, с секретариатом, проводим встречи для обсуждения ситуации на рынках, прогнозов, которые готовит как секретариат ОПЕК, так и российские институты. Мы обмениваемся мнениями, вырабатываем рекомендации, и это происходит каждый год: один раз в Вене, один раз в Москве.

У нас определён перечень вопросов, которые будут обсуждаться, готовятся аналитические материалы. Но сотрудничество с ОПЕК у нас не ограничивается только взаимодействием с секретариатом. Мы практически с каждой из стран, входящих в организацию, взаимодействуем в двустороннем формате: и с Саудовской Аравией, и с Катаром, и с Ираном, с Венесуэлой, с Алжиром. Это сотрудничество развивается на двусторонней основе в целях реализации совместных энергетических проектов во всех отраслях: и в нефтегазовой сфере, и в других. Обмен технологиями, возможности создания совместных предприятий. Я провёл двусторонние встречи в Кувейте и с министром Алжира, и с министром энергетики Венесуэлы, и с министром Кувейта. Мы нашли много общих дополнительных точек соприкосновения и развития, которые на взаимной основе, учитывая обоюдный интерес, позволяют нам развивать наше сотрудничество в энергетике.

— Ранее вы говорили о большом потенциале развития сотрудничества между Россией и США. Какие конкретно шаги и в каких отраслях планируют совершать для этого стороны?

— Я думаю, что у нас большой нереализованный потенциал по сотрудничеству наших энергетических компаний. Как вы знаете, на сегодняшний день в России присутствует компания Exxon Mobil, она участвует в реализации проектов. Ключевой из них — проект «Сахалин-1» на шельфе Охотского моря вместе с другими иностранными компаниями и «Роснефтью». Это успешный проект, и таких проектов могло быть больше, если бы не известная ситуация с санкциями, которые были введены относительно участия американских компаний в разработке шельфовых проектов в России, в разработке трудноизвлекаемых запасов нефти. Но эти санкции вводили не мы — вводили наши американские коллеги.

— В конце января министр коммерции и инвестиций Саудовской Аравии Маджид аль-Кассаби заявил, что Россия и Саудовская Аравия наметили «дорожную карту» по взаимным инвестициям в энергетической сфере. Как сейчас развивается этот вопрос?

— Действительно, на ПМЭФ мы подписали меморандум между Министерством энергетики Российской Федерации и Министерством нефти Саудовской Аравии о сотрудничестве в области энергетики и реализации совместных проектов. В прошлом году у нас большая делегация посетила Саудовскую Аравию, я летал совместно с представителями российских нефтегазовых компаний. Мы посетили объекты энергетики в Саудовской Аравии и создали дополнительную рабочую группу, которая сегодня занимается подготовкой конкретных проектов, в которых могли бы участвовать российские компании и компании из Саудовской Аравии. Речь идёт о нефтегазовых проектах, развитии проектов нефтегазохимии, производстве оборудования нефтегазохимической промышленности и о многом другом.

— Сейчас на шельфе Арктики ведётся нефтедобыча только на «Приразломной» (Ненецкий автономный округ, компания «Газпром нефть»). Планируется ли разработка новых месторождений в среднесрочной и долгосрочной перспективах? Какие компании (российские и зарубежные) проявляют наибольший интерес к участию в проектах на российском шельфе Арктики?

— Я бы хотел отметить, что Арктика для нас — стратегический потенциал. Там на сегодняшний день огромные запасы углеводородов, которые оцениваются миллиардами тонн нефти и десятками триллионов кубических метров газа. Арктика на сегодняшний день — это не только шельф, но и сухопутная часть. Её освоение идёт полным ходом. Я могу сказать, что за прошлый год в Арктике было добыто почти 90 млн тонн нефти, что составляет около 17% от общего объёма нефти, добытой в России. Если говорить о добыче газа, то это ещё более высокие цифры. Сегодня основные центры добычи газа — это Ямало-Ненецкий автономный округ, это Ненецкий автономный округ. В прошлом году в России было добыто порядка 500 млрд кубических метров газа в Арктике. Это около 80% от общих объёмов. Конечно, это стратегический ресурс. Мы последовательно занимаемся развитием Арктики и шельфа. В перспективе в этом году планируется ввод в эксплуатацию завода по сжижению природного газа «Ямал СПГ». Первая очередь — 5,5 млн тонн. У нас много проектов, которые были реализованы в последнее время: ввод в эксплуатацию Бованенковского нефтегазового месторождения, другие месторождения, которые осваивают такие компании, как «Роснефть» и ЛУКОЙЛ.

Что касается шельфа, то с учётом сегодняшней ситуации, связанной со снижением мировых цен на углеводороды, активность, которую мы наблюдали несколько лет назад, до 2014 года, сегодня гораздо ниже. Тем не менее у нас на сегодняшний день там около 19 открытых месторождений. Это говорит о том, что в будущем, при улучшении конъюнктуры, мы, безусловно, рассматриваем в рамках нашей стратегии развития энергетики более активное исследование, бурение, ввод в эксплуатацию месторождений. Ещё раз хочу повторить: Арктика — это будущее нашей нефтедобычи и газодобычи.

— Каков ваш прогноз цен на нефть до конца 2017 года на фоне последних встреч и достигнутых договорённостей?

— Во-первых, в рамках мониторингового комитета мы не обсуждаем цены. Мы обсуждаем вопросы, касающиеся балансировки рынка и исполнения соглашений по объёмам добычи, потому что цены формируются на рынке исходя из множества факторов. Это зависит от рыночной конъюнктуры, от баланса спроса и предложения. В целом могу сказать, что диапазон, который я ранее называл (что в 2017 году средняя цена на Brent будет в диапазоне от $50 до $60), я пока не меняю. Мы говорим о средней цене. Конечно, она может иметь колебания. Тем не менее эти показатели, которые мы и ранее прогнозировали, на мой взгляд, на сегодняшний день могут быть взяты для моих оценок за основу.

Австрия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 марта 2017 > № 2128626 Александр Новак


Кувейт. Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 26 марта 2017 > № 2128629 Александр Новак

Александр Новак дал интервью кувейтской газете «Ас-Сияса».

- Российская Федерация сыграла значимую роль в достижении так называемых «венских соглашений», которые привели к снижению добычи нефти в странах-членах ОПЕК и государствах, не входящих в картель. Считаете ли Вы, что указанные соглашения были единственным способом удержать падение цен на нефть, негативно повлиявшее на доходы стран-производителей «черного золота»?

- Прежде всего, хотелось бы отметить, что за последние год-полтора наше сотрудничество с ОПЕК в рамках совместных усилий по стабилизации рынка нефти вышло на беспрецедентно высокий уровень.

На протяжении переговорного процесса мы активно взаимодействовали со всеми его участниками и с удовлетворением наблюдали все возрастающую солидарность между ними. У нас сложились прекрасные доверительные отношения со странами Ближнего Востока, которые позволили нам открыть для себя, в том числе, новые возможности для двустороннего сотрудничества.

Что касается «венских договоренностей», то принятие ОПЕК и ключевыми не входящими в ОПЕК производителями нефти Декларации о сотрудничестве от 10 декабря 2016 г. стало историческим по своему значению шагом, открывающим новую веху в развитии всего глобального нефтяного рынка.

На протяжении прошлого года мы стали свидетелями все возрастающей солидарности стран ОПЕК и не-ОПЕК, на которую смогли опереться ведущие производители нефти в своем решении содействовать обеспечению рыночного баланса.

Вместе мы впервые создали эффективный механизм координации действий по стабилизации ситуации на мировых рынках. Важно, что мы стали доверять друг другу больше, и это не менее значимый результат наших усилий, чем стоимость барреля. Еще год назад мало, кто верил в успех нашего начинания, а сегодня положительный эффект, оказанный на рынок, очевиден для всех.

Одним из основных итогов кооперация я считаю стабилизацию нефтяного рынка – волатильность снизилась, инвестиционная активность возобновляется, этого невозможно было бы достичь без тесной кооперации ответственных производителей.

- Ожидаете ли Вы, что исполнение соглашений приведет к повышению нефтяных котировок и, соответственно, позволит компенсировать потери? Какая цена была бы подходящей, комфортной для России в следующих месяцах?

- Как известно, договоренности по скоординированному сокращению добычи оказали значительный положительный эффект на ценовую конъюнктуру.

Достигнутые договоренности позволили стабилизировать мировые нефтяные рынки. После успешного подписания соглашения о сокращении добычи нефти от октябрьского уровня 30 ноября 2016 г. между членами ОПЕК, а также 11 странами, не входящими в организацию экспортеров, цена на нефть Brent достигла 50 долл./барр., а к концу года составила около 55 долл./барр. и сохранялась в этом диапазоне на протяжении трех месяцев.

Цена устанавливается рынком и является его отражением. Сегодня все участники видят намного более здоровое состояние мирового нефтяного рынка, от чего выигрывают как производители, так и потребители.

- Согласно данным агентства «Рейтер», в январе и феврале т.г. добыча нефти РФ снизилась только на треть от той доли сокращения нефтедобычи, которую Россия на себя взяла. Насколько корректны приведенные данные, и, если они верны, что помешало России в полной мере выполнить взятые на себя обязательства? Ожидаете ли Вы, что исполнение обязательств РФ в полном объеме может произойти в ближайшие недели?

- Россия взяла на себя более половины из объема сокращения добычи, отведенного на долю стран, не входящих в ОПЕК (300 тыс. барр. в сутки из 558 тыс. барр. в сутки).

Следует отметить, что страны, не входящие в ОПЕК, имеют совершенно другую структуру нефтяного сектора, не обладают опытом скоординированных действий, имеют большое количество независимых компаний с утверждёнными инвестпрограммами компаний. Все эти факторы учитывались при корректировке добычных планов.

При присоединении к сделке для России был изначально оговорен особый порядок корректировки добычи – мы осуществляем ее поэтапно, в несколько шагов, с достижением целевого показателя к апрелю-маю 2017 г. В настоящее время Россия сокращает объемы добычи опережающими темпами по сравнению со взятыми на себя обязательствами и установленным графиком добровольной корректировки.

Россия полностью привержена «Декларации о кооперации» и в ближайшее время выйдет на оговоренные уровни добычи.

- На какие механизмы опирается мониторинговый комитет для гарантии исполнения «венских соглашений»? Имеется ли постоянная координация между членами комиссии, которую возглавляет Кувейт?

- Отслеживание выполнения венских соглашений основывается на тесном взаимодействии между членами мониторингового комитета и Секретариатом ОПЕК. Осуществляется постоянная координация и обмен информацией.

Не вдаваясь в излишние детали, поясню, что в ходе первого заседания Мониторингового комитета, состоявшегося 22 января 2017 г. в Вене, было принято решение о создании Технического комитета в составе экспертов 5 стран-членов Мониторингового комитета, а также Саудовской Аравии и Секретариата ОПЕК. Этот комитет собирается на ежемесячной основе и оказывает содействие Секретариату ОПЕК в подготовке доклада о текущей ситуации с исполнением соглашений, который не позднее 17 числа каждого месяца предоставляется министрам стран-участниц.

В целях информирования участников рынка о ходе выполнения договоренностей Мониторинговый комитет на ежемесячной основе выпускает совместный пресс-релиз, а также проводит регулярные встречи на министерском уровне, вторая из которых пройдет 25-26 марта т. г. в Кувейте, очередная состоится 24-25 мая т. г. в Вене в преддверие Конференции ОПЕК.

- Как Вы считаете, ОПЕК стремится только к стабилизации цен, как об этом неоднократно говорилось в официальных заявлениях картеля, или же речь идет о необходимости достижения какой-то определенной цены через сотрудничество государств ОПЕК и не ОПЕК под руководством РФ?

- Страны-участницы «венских соглашений» никогда не ставили и не могут ставить целью договоренностей достижение какого-либо ценового показателя, удержание цены в рамках определенного коридора.

Цена на нефть определяется действием рыночных сил и соотношением фундаментальными факторами, такими как соотношение спроса и предложения и объем запасов.

Задачей соглашений является ускорение стабилизации рынка нефти, нормализация уровня мировых коммерческих запасов нефти, т.е. Их возврат к 5-ти летнему среднему уровню, устранение неоправданных перекосов на нем, отчасти вызванных активностью спекулянтов. Все участники рынка заинтересованы в справедливых и предсказуемых условиях на рынке. В противном случае может быть подорван инвестиционный цикл, что создаст риски для бесперебойного снабжения рынка нефтью уже в среднесрочной перспективе.

- Вы неоднократно заявляли, что РФ не боится конкуренции со стороны сланцевой нефти. Однако как только цена на «черное золото» преодолевает отметку в 50 долл. за баррель, наблюдается еженедельный рост количества нефтяных платформ для добычи сланцев. Это вызывает опасения производителей традиционной нефти. Как Вы относитесь к данному вопросу? Как это может повлиять на добычу нефти в РФ?

- Сланцевая добыча в США в текущем году действительно демонстрирует высокие темпы роста – прогноз увеличения добычи в 2017 г. составляет 0,3-0,5 млн. барр. в сутки, а число активных буровых с мая прошлого года увеличилось более чем в 2 раза. Во многом это связано с возросшей эффективностью сланцевых производителей.

В то же время, рост добычи в отдельно взятой стране должен восприниматься лишь как один из факторов, влияющих на рыночный баланс. При этом необходимо также учитывать естественное падение добычи в других странах, таких как Китай. Ключевым факторов влияния на нефтяной рынок также является темп роста спроса. Мы прогнозируем, что потребление в текущем году вырастет не менее чем на 1,2-1,3 млн. барр. в сутки. При комплексном анализе ситуации получается, что рост сланцевой добычи в рамках растущего спроса и прочих факторов является лишь одним из компонентов общей картины.

Российская нефтяная отрасль чувствует себя уверенно и не боится конкуренции со стороны сланцевиков. Себестоимость разработки нефтяных месторождений в России – одна из самых низких в мире. Это уровень, с которым могут сравниться только государства Персидского залива.

- Возможно ли продлить «венские соглашения» еще на 6 месяцев? Или на сегодняшний день об этом преждевременно говорить?

- На сегодняшний день об этом преждевременно говорить. Определяющим фактором будет являться рыночная конъюнктура, баланс спроса и предложения, состояние коммерческих запасов, а также эффективность текущего соглашения. Поэтому к этой теме целесообразно вернуться в мае с.г., когда состоится заседание Министерского Мониторингового комитета, на котором планируется тщательно проанализировать состояние рынка, лишь после этого можно будет принять решение о дальнейших шагах.

- Считаете ли Вы энергетическое сотрудничество РФ со странами ССАГПЗ на сегодня ограниченным, если не принимать во внимание «венские соглашения»? Могут ли несколько достигнутых ранее договоренностей об использовании российских нефтегазовых технологий в Кувейте стать базой для расширения сотрудничества с остальными государствами ССАГПЗ? Есть ли у Вас какие-то конкретные идеи, как поддержать и активизировать такое сотрудничество?

- Потенциал энергетического сотрудничества между Россией и странами ССАГПЗ, действительно, не реализован полностью.

В то же время те соглашения, к которым мы вместе пришли в Вене, показывают, что мы способны договариваться и вырабатывать совместные решения по самым острым вопросам в интересах наших стран. Считаю, что этот успешный опыт может и должен быть экстраполирован на другие возможные области нашего сотрудничества.

Россия – это глобальная энергетическая держава, и у нас, конечно, есть, что предложить нашим арабским партнерам. Мы знаем о традиционных проблемах и вызовах, с которыми сегодня сталкивается энергетический комплекс стран ССАГПЗ, особенно, в области нефтедобычи. Это и проблемы разработки месторождений с тяжелой нефтью, и работа в скважинах с аномально высокими давлениями и температурами, и контроль качества тех работ, которые традиционно выполняют западные подрядчики. Яркий пример – ГРП, который является одним из наиболее распространенных способов увеличения нефтеотдачи в этом регионе. В большинстве случаев именно американские компании выполняют работы по ГРП. И эти же компании проводят конечный контроль качества. В таких условиях сложно говорить об объективности получаемых результатов.

Россия могла бы предложить свои уникальные технологии, тем более, что соответствующий опыт работы в этом регионе имеется. Так, с 2014 г. по н.в. в Кувейте активно работают несколько российских нефтесервисных компаний, продвигающих на кувейтский рынок передовые российские технологии в области нефтегазового сервиса. В 2015 – 2016 гг. в сотрудничестве с кувейтскими нефтесервисными компаниями GOFSCO и Eastern United Petroleum Services российскими подрядчиками были проведены ок. 20 работ с использованием технологий Электрического дивергентного каротажа (ЭДК) и Магнитно-импульсного дефектоскопа (МИД) на скважинах Кувейтской нефтяной компании (КОС). Все работы были признаны успешными, о результатах некоторых из них кувейтской стороной было доложено в международное Общество инженеров нефтяной промышленности (SPE). Работы с российскими технологиями продолжаются в Кувейте по н.в.

В этой связи в качестве одного из наиболее перспективных возможных проектов сотрудничества РФ и стран ССАГПЗ представляется создание совместных производств нефтегазового оборудования и научно-исследовательских институтов. Реализация данной идеи позволит найти решения актуальным проблемам нефтяной промышленности как Кувейта, так и других стран ССАГПЗ. С нашей стороны готовы предложить отдельную структуру – интегратора российских технологий и знаний в области нефтедобычи, имеющую доступ к ведущим российским исследовательским центрам и институтам по инновациям. Предлагаем нашим арабским друзьям начать совместную реализацию данного проекта.

- После Вашей последней встречи с министром нефти Кувейта Вы выступали с заявлениями о возможности российско-кувейтского сотрудничества в строительстве АЭС в Кувейте. Есть ли на сегодня какая-то конкретика по данному вопросу? Могут ли российские технологии в атомной области решить ряд технических сложностей, с которыми сталкивается Кувейт, в частности проблема охлаждения реакторов.

- Сооружение АЭС - длительный проект. Для его реализации стране нужно иметь долгосрочную программу развития атомной энергетики, которая охватывает многие области: от подготовки кадров и развития нормативно-правовой базы, до подбора площадки для сооружения АЭС и выбора модели реализации атомного проекта. Но самое важное - выбрать стратегического партнера, который обеспечит содействие стране в реализации атомного проекта на всем его жизненном цикле: от планирования до непосредственно сооружения и эксплуатации АЭС. Россия, как мировой лидер в атомной энергетике, имеет обширный опыт такой совместной работы с зарубежными странами (сейчас мы реализуем проекты сооружения 34 энергоблоков в 12 странах мира) и готова выступить партнером для Кувейта. Мы сделали первый шаг - подписали в 2010 г. Меморандум о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии. Следующий шаг - подписание рамочного МПС, которое определит области дальнейшего взаимодействия двух стран в АЭ. Рассчитываем, что такой документ будет в ближайшем будущем подписан между Россией и Кувейтом.

- Около двух лет назад Вы заявляли, что Россия готова предоставить необходимую помощь Саудовской Аравии в вопросе ее ядерной программы, к которой так стремится Эр-Рияд. На какой стадии сегодня находятся переговоры по данному вопросу? Сотрудничает ли РФ в ядерной области для мирных целей с другими государствами Персидского залива?

- Даже богатые нефтью страны обращаются к атомной энергетике. И Саудовская Аравия - яркий пример такого продуманного и стратегического подхода, а Россия готова оказать ей содействие на этом пути.

В июне 2015 года было подписано рамочное российско-саудовское Межправсоглашение о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии. Данное соглашение создало основу для сотрудничества между РФ и КСА по широкому спектру направлений, в том числе по проектированию, сооружению, эксплуатации и выводу из эксплуатации энергетических и исследовательских ядерных реакторов, опреснительных установок, радиационных технологий и ядерной медицины, подготовки кадров и т.д. Для обсуждения потенциальных направлений сотрудничества и возможностей реализации совместных проектов в области атомной энергетики, в том числе проекта сооружения АЭС по российским технологиям, был создан Совместный Координационный Комитет.

Надо отметить, что сегодня регион Ближнего Востока и Северной Африки это один из локомотивов развития мирового рынка атомной энергетики. В регионе колоссальный потенциал рынка как в энергетической сфере, так и в смежных областях, в их числе опреснение морской воды, ядерная медицина, изотопы, исследовательские реакторы, системы безопасности и т.д.

У Росатома давняя и успешная история сотрудничества со странами Ближнего Востока и Северной Африки в атомной отрасли, которое ведет начало с 60-х гг прошлого века. В целом ряде стран, таких как Египет, Ливия, Ирак в это время по нашим технологиям были сооружены первые в регионе небольшие исследовательские реакторы мощностью до 5 МВт, на базе которых отрабатывались шаги этих стран в развитии будущей мирной атомной программы с точки зрения развития ядерных технологий, подготовки кадров, материаловедения, изотопной продукции для промышленных нужд, ядерной медицины… Часть атомных специалистов из этих стран прошли в то время советскую научную и исследовательскую школы.

Сегодня мы по-прежнему тесно взаимодействуем со странами региона. Существенная доля нашего зарубежного портфеля заказов приходится именно на этот регион. Здесь мы реализуем проекты по сооружению АЭС в Египте, Иордании, Турции, Иране. Также нами подписаны межправительственные соглашения о сотрудничестве в области мирного атома с Саудовской Аравией, Алжиром, Тунисом. С ОАЭ мы ведем проекты в области ядерного топливного цикла. По результатам тендера, проведенного в 2011-12 годах, с двумя дочерними предприятиями Росатома – TENEX и Uranium One – были заключены договоры на поставку обогащенной урановой продукции и природного урана соответственно для первой в этой стране АЭС.

- Недавно шли разговоры о планах РФ по осуществлению проекта строительства египетской АЭС Эль-Дабаа и предоставлению крупного кредита под данный проект. Продвигается ли работа по данному вопросу или есть что-то, что тормозит ее начало? Над какими ядерными проектами в области мирного использования чистой энергии сотрудничает Россия со странами ССАГПЗ?

- В ноябре 2015 г. было подписано межправительственное соглашение между Россией и Египтом о сотрудничестве в сооружении и эксплуатации АЭС «Эль Дабаа», в соответствии с которым ведется работа над подписанием контрактов на сооружение четырех блоков общей мощностью 4800 мегаватт.

Рассчитываем, что полный пакет контрактов должен быть подписан в ближайшее время. Работа по реализации проекта идет полным ходом, например, 37 египетских студентов учится в российских вузах по атомным специальностям. Также идет активное взаимодействие регулирующих органов наших стран, что является принципиально важным для успешного строительства и последующей безопасной эксплуатации АЭС «Эль Дабаа».

- Как сильно повлиял отскок цен на нефть на курс российского рубля и дефицит бюджета? Считаете ли Вы, что достижение цен на нефть, при которых балансируется российский бюджет, требует координации со странами ОПЕК, на долю которых приходится значительная доля нефтедобычи?

- Россия привержена созданию внутри страны максимально предсказуемых рыночных условий. Политика плавающего курса позволила нам сгладить часть внешних макроэкономических шоков и создать прочную основу для дальнейшего эконмического роста. В 2017 году мы рассчитываем вернуться к экономическому росту в 1,5%-2%, несмотря на снижение цен практически в два раза по сравнению с 2011-2014 годами.

Конечно, отскок цен в 2016 году привел к некоторому укреплению курса рубля и исполнению бюджета в первые 2 месяца 2017 года с меньшим дефицитом, чем планировалось, – мы закладывали в бюджет цену в $40. Крайне важно понимать, что благодаря своевременным усилиям правительства, выбранной монетарной и фискальной политике нам удалось обеспечить стабильность в экономике и при такой цене на нефть. Таким образом, рост цены не является самоцелью – это рыночный процесс. Но при спекулятивном падении цен мы видим более глубокие фундаментальные риски для мировой энергетики, разбалансировку рынка, это и является тем вызовом, который требует скоординированного ответа ответственных производителей нефти.

- Как Вы видите будущее сотрудничества РФ и Кувейта в нефтяной сфере? Есть ли какие-то определенные проекты, которые изучаются российской и кувейтской стороной?

- В настоящее время российские компании не участвуют в реализации проектов в области разведки и добычи нефти на территории Кувейта.

В то же время ПАО «ЛУКОЙЛ» готово рассмотреть предложения кувейтской стороны по участию в таких проектах. Кроме того,

ПАО «Газпром нефть» заинтересованно в привлечении кувейтских инвестиций в проекты нефтедобычи на территории России. Мы также видим большой нереализованный потенциал для сотрудничества в области нефтесервиса и ВИЭ.

- На какой стадии сейчас находятся совместные проекты по разработке между РФ и странами Каспийского моря? Какие планы в отношении «Северного потока»? Планирует ли Россия его расширять?

- Российской Федерацией совместно с Азербайджаном, Казахстаном, Туркменистаном разрабатывается ряд проектов (в том числе шельфовых, в которых принимают участие компании как прикаспийских государств, так и других зарубежных государств. Наиболее успешным совместным проектом на сегодняшний день является разработка месторождения «Шах-Дениз» (Азербайджан).

Российские компании ПАО «Газпром», ПАО «НК «Роснефть», ПАО «ЛУКОЙЛ» принимают активное участие в разработке проектов «Хвалынское», «Центральная», «Курмангазы» (Казахстан) и в Туркменистане.

Тем не менее, при реализации совместных проектов, мы сталкиваемся с некоторыми сложностями. Например, правовой статус Каспийского моря все еще не определен, отсутствуют общие юридически закрепленные правила по освоению недр и природных ресурсов Каспийского моря. При этом все прикаспийские государства активно ведут работу в этом направлении.

Решение вопросов по статусу Каспийского моря будет способствовать ускорению реализации проектов.

Что касается проекта «Северный поток», то на текущем этапе ведется работа по его расширению. Строительство «Северного потока 2» осуществляется единолично ПАО «Газпром», проект предусматривает строительство двух ниток морского газопровода суммарной производительностью 55 млрд куб. м из России в Германию по дну Балтийского моря. Мы исходим из того, что обе нитки будут введены в эксплуатацию до конца 2019 года. На данном этапе все потенциальные участники проекта подтвердили сохранение заинтересованности в «Северном потоке 2».

Проект будет реализован, основываясь на успешном опыте проекта «Северный поток» как безопасной и надежной инфраструктуры.

- В свете последних открытий значительного количества нефти и газа в Средиземном море российские компании стремятся получить долю в добыче и транспорте УВ в этом регионе. Какие здесь предлагаются проекты? Начали ли российские компании реализацию каких-либо конкретных проектов в акватории Средиземного моря?

- Российские компании постоянно анализируют возможности для экономически обоснованного и целесообразного расширения географии своего присутствия. Это, безусловно, также относится к новым нефтегазовым провинциям. Мы регулярно получаем от наших средиземноморских партнеров информацию о проводимых тендерах на разведку и добычу углеводородов в этом регионе. Наши компании, такие как Роснефть и Лукойл, уже давно присутствуют в средиземноморском сегменте нефтепереработки и имеют хороший рабочий контакт со странами региона.

Одной из последних крупных сделок является приобретение Роснефтью доли в газовом месторождении Зохр, идет анализ перспективы участия в прочих проектах в регионе.

Однако надо понимать, что при принятии решений российские компании всегда, в первую очередь, оценивают экономику проекта.

- В мае 2016 г. Вы объявили о том, что РФ получила официальную просьбу от Сирии участвовать в проектах нефтедобычи и развития инфраструктуры страны. Позволяет ли осуществить указанные проекты сегодняшняя ситуация, связанная с безопасностью в САР? Какие конкретные проекты могут связать Россию и Сирию на данном направлении? Останутся ли данные договоренности в силе в случае, если в руководстве Сирии произойдут изменения?

- Мы на постоянной основе поддерживаем тесный и доверительный диалог с сирийскими партнерами по вопросам возможного участия российских компаний в реализации как новых, так и реконструкции/модернизации действующих нефтегазовых проектов на территории Сирии. В рамках нашей последней встречи с Министром нефти и природных ресурсов Сирии Али Ганемом (8 декабря 2016 г.) мы предметно обсуждали участие ряда крупных российских компаний в проектах разведки и добычи нефти и газа на территории Арабской Республики с акцентом на обеспечение безопасности их деятельности там. Действительно, как Вам известно, в настоящее время военно-политическая ситуация в Сирии остается напряженной. Вместе с тем, Россия продолжает прикладывать усилия для скорейшего политического урегулирования конфликта в Сирии, создания дополнительных возможностей борьбы с находящимися там террористическими группировками. Убежден, что в случае вхождения российских компаний в нефтегазовые проекты на территории Сирии их сотрудникам будет обеспечен должный уровень комфортного пребывания в стране.

Кувейт. Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 26 марта 2017 > № 2128629 Александр Новак


Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак

Новак: соглашение с ОПЕК стабилизировало рынок.

О работе российской делегации на нефтегазовой конференции CERAWeek, проведенных деловых встречах, перспективах развития отрасли и энергетических рынков рассказал в интервью Александр Новак, глава Минэнерго России.

- Александр Валентинович, каковы ваши ощущения от конференции CERAWeek и в целом от того, как вас принимает Америка. Вы чувствуете желание Запада как-то налаживать отношения с Россией в энергетической сфере?

- Конференция CERAWeek , которая проходит ежегодно в марте в Хьюстоне, является одной из крупнейших в мире нефтегазовых конференций, куда слетаются со всего мира представители бизнеса, представители министерств, властей различных стран, для того чтобы обсудить текущую ситуацию в нефтегазовом секторе и в электроэнергетике, а также в целом в энергетике. В конференции принимают участие около 3,5 тысяч человек.

Работает российская делегация, которая в этом году достаточно представительная, прилетело много руководителей компаний. Представители наших компаний встречаются со своими коллегами, с бизнесменами, осуждают текущую ситуацию на рынках.

Основная задача - это возможность представить инвестиционный потенциал России, налаживание сотрудничества с партнерами.

- Есть ли интерес к России, к нашим компаниям. Вы встречались с представителями крупнейших американских инвест-фондов и рассказывали им про инвест-климат в России. Проявили ли они заинтересованность?

- Одна из встреч была действительно с крупнейшими американскими инвесторами. Были представители руководства этих компаний. Это такие фонды как OPFIS, Fidelity , Сapital это крупнейшие фонды мира. Мы встречались для того, чтобы рассказать о нашем инвестиционном потенциале, бизнес-климате.

Со стороны инвест-фондов мы увидели большой интерес к России. Могу сказать, что и сегодня мы в России имеем иностранные инвестиции, иностранных инвесторов в нефтегазовом секторе, порядка 25% добычи нефти в стране относится именно к иностранному капиталу, который участвует как в акциях, так и в составе других возможностей инвестирования. Поэтому встреча с инвесторами носила позитивный характер. Надеемся, что это получит свое дальнейшее развитие, и дополнительные инвестиции придут в Россию.

- Вы еще перед поездкой в США говорили о том, что здесь не будет затрагиваться вопрос того, чтобы подключать Америку к соглашению о сокращении добычи нефти, для того чтобы поддерживать цены на хорошем уровне, ещё сейчас на рекордном уровне находятся запасы нефти в США. На неофициальной встрече с главой ОПЕК, который здесь тоже присутствует. В принципе, американские нефтяники дали понять, что такой тактики они будут придерживаться и дальше. В таком случае, какую тактику надо выбрать другим странам экспортерам, входящим в картель, не входящим в картель?

- Соглашение, которое действует в течение полугода, носит срочный характер, имеется, конечно, возможность продлить данное соглашение, тем не менее, мы считаем, что сегодня рано говорить об этом, такая возможность есть, но принимать решение можно будет и оценивать ситуацию, рассматривать этот вопрос примерно в апреле – мае месяце, когда мы проживем несколько месяцев.

- Как вы считаете, это было бы резонно продлить до конца 17-го года?

- В настоящее время точно сказать невозможно, и об этом можно будет судить только по истечении определённого времени действия соглашения. Когда мы будем понимать, как рынок сбалансировался, какие объемы добычи в мире, какой баланс спроса и предложения, что происходит не только в странах экспортёров, которые принимают участие в соглашении, но и странах крупных добывающих, таких как Соединенные Штаты Америки, Китай, Норвегия, тех, кто не вошел добровольно в соглашение, хотя такая возможность есть. Вот что касается участия американских добывающих компаний. Мы хотим сказать, соглашение носит добровольный характер.

- Вы встречались с министром энергетики Саудовской Аравии, наверняка вы затрагивали тоже этот вопрос. Вообще, в целом, о чем говорили, о чем договорились?

- Действительно, мы встретились отдельно с министром энергетики Саудовской Аравии Аль- Фалехом, это была традиционная встреча. Мы регулярно встречаемся для того, чтобы обсудить вопросы касающиеся текущей ситуации на рынках, исполнения соглашения, в первую очередь странами ОПЕК и странами не входящими в ОПЕК, в том числе, мы обсудили перспективы и возможности налаживания сотрудничества между нашими странами в энергетике, и реализацию совместных проектов в нефтегазовой отрасли как в офстриме так и в даунстриме и в переработке.

Поэтому будем и дальше продолжать взаимодействие, наша очередная встреча состоится в марте месяце в Кувейте, когда мы будем проводить министерскую встречу для анализа исполнения соглашения за февраль месяц.

- Накануне, на своей пресс-конференции вы говорили про то, как Россия исполняет свои обязательства по этому соглашению. Сказали, что сейчас сокращение добычи происходит на 150 тысяч баррелей, в марте будет сокращение на 200, и к апрелю уже выйдем на показатели 300 тысяч баррелей в сутки. Как вообще это отражается на наших компаниях, все ли выполняют свои обязательства, и как выполняют свои обязательства другие страны?

- Мы действительно планомерно двигаемся к цели по снижению добычи в 300 тысяч баррелей, и могу сказать, что в январе – феврале месяце шли даже несколько с опережением графика, который изначально планировали наши компании. И это позитивно, это, в целом воспринимается рынком хорошо, потому что общее снижение довольно высокое исполнение соглашения, еще предстоит оценить результаты исполнения соглашения за февраль месяц, тем не менее уже можно сказать, что мы видим позитивный эффект от реализации соглашения. Рынок сбалансировался, меньше волатильность, цены более-менее стабильные. И в общем-то мы видим, что инвестиции возвращаются в отрасль. Поэтому, на самом деле, наши компании исполняют свою часть в соответствии с взятыми на себя обязательствами.

- Минэнерго России следит как друге страны, которые заключают соглашения, выполняют взятые на себя обязательства?

- Безусловно, создан инструмент для того, чтобы поводить оценку исполнения соглашения другими странами. Сейчас четко есть понимание за январь месяц поскольку данные появляются к концу следующего месяца. Февраль повторяю, оценивать ситуацию, но в целом, есть страны, которые перевыполняют соглашение. Мы оцениваем в комплексе общий объем снижения добычи, который действительно сейчас позитивно влияет на балансировку рынка.

- В каких потенциальных проектах могут начать сотрудничать западные и российские компании в настоящее время?

- Поскольку и Россия, и Соединённые Штаты Америки это две крупные державы, которые являются в том числе, лидерами по добыче газа, США занимают первое место по добыче газа Россия второе, с точки добычи нефти, США сегодня находятся на третьем месте. Поэтому здесь огромный план совместных проектов, которые могут реализовываться как в добыче в разработке месторождений, так и в переработке. В том числе, проекты, касаются нефтегазовой переработки, а нефть и сервис, много совместных технологий, которые могут и дальше разрабатываться, что, в принципе, должно дать пользу для сектора, повышения производительности труда снижения себестоимости в этих производствах. Здесь, мне кажется, по всем направлениям есть перспектива сотрудничества.

- О чем шла речь, о чем договорились с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем?

- Действительно, мы провели переговоры, в том числе, и с заместителем еврокомиссара, еврокомиссии господином Марошем Шефчовичем.

Вопросы, которые мы обсуждали, касались в том числе, прохождения зимнего периода и надежного транзита газа через Украину для европейских потребителей, необходимости закачки газа в летний период, механизмы контроля этой ситуации, оказания поддержки со стороны еврокомиссии нашим украинским партнёрам.

Обсуждали, безусловно, развитие инфраструктурных проектов – «Северный поток», «Турецкий поток», обсуждали газопровод «ОПАЛ» и ту ситуацию, которая сегодня складывается с судом по данному проекту.

Потом мы обсудили вопросы синхронной работы нашей северо-западной части единой энергетической системы с Литвой, Латвией, Эстонией. Мы договорились продолжить работу, и подготовить соглашение, которое бы этот процесс отрегулировало с точки зрения сроков и механизма выхода этих стран из системы Интер РАО.

- А по поводу украинской ситуации, о чем договорились?

- Мы просто обменялись мнениями о текущей ситуации, и договорились, что и дальше будем вместе работать с тем, чтобы обеспечивать надежный транзит газа через Украину.

Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110530 Александр Новак

Александр Новак в интервью ИА «Рейтер» рассказал о ситуации на рынке нефти и налогообложении нефтяной отрасли.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью ИА «Рейтер» рассказал о планах России по уровню добычи нефти в 2017 году, реформе налогообложения нефтяной отрасли и поделился прогнозами цен на нефть.

По словам Александра Новака, Россия планирует нарастить добычу нефти по итогам 2017 года до 548-551 миллионов тонн, если действие глобального пакта Организации нефтеэкспортеров (ОПЕК) и стран вне ОПЕК не будет продлено.

Министр подчеркнул, что если страны, не входящие в ОПЕК, не смогут исполнять свои обязательства по сокращению, Россия не будет брать на себя их долю.

«Каждая страна отвечает за свою собственную добычу. В частности, нефтяные компании России добровольно определили свои планы по добыче на 2017 год, и мы можем отвечать только за свои цифры», - сказал Александр Новак.

Что касается возможности продления пакта, то, по словам главы Минэнерго России, если ситуация с мировыми коммерческими запасами потребует продления инициативы, то такая возможность предусмотрена в рамках меморандума о кооперации.

При этом Александр Новак прогнозирует стоимость эталонной корзины Brent в 2017 году на уровне $55-60 за баррель, тогда как Urals будет торговаться с дисконтом в $2-3 за баррель к североморскому эталону.

Министр считает нецелесообразным в ближайшие несколько лет обнулять экспортную пошлину на нефть, поскольку, по его мнению, это затормозит модернизацию российских НПЗ.

«Мы считаем, что раньше 2021 года это опасно делать, потому что предприятия должны завершить модернизацию НПЗ. Если с 2019 года это сделать, то весь инвестиционный процесс остановится и субсидии не помогут», полагает Министр.

Глава Минэнерго России выразил надежду, что схема нового налогообложения нефтяной отрасли с применением налога на дополнительный доход заработает с 2018 года.

«У нас были разногласия (с Минфином) по некоторым позициям, сейчас все согласовано. По новым месторождениям предусмотрен срок, в течение которого компания принимает решение оставаться на старой методике, или переходить на НДД. По действующим месторождениям мы договорились снизить планку выработанности до 10 процентов, а раньше было 20 процентов. Объем пилотных проектов может быть меньше установленного лимита в 15 миллионов тонн и будет зависеть от количества заявок», - заключил глава Минэнерго России.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110530 Александр Новак


Австрия. Германия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 13 декабря 2016 > № 2014601 Александр Новак

Александр Новак в интервью газетам Die Welt и Die Presse рассказал о подробностях соглашения с ОПЕК.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью немецкой газете Die Welt и австрийской Die Presse рассказал о ходе подготовки к подписанию соглашения стран ОПЕК и не ОПЕК о сокращении добычи нефти, а также о влиянии достигнутых договорённостей на мировой нефтяной рынок.

Цена на нефть: «И тогда все поняли, что нам пора действовать»

В субботу страны ОПЕК и еще одиннадцать других государств договорились снизить добычу, чтобы стабилизировать цены на нефть. О том, как это получилось, рассказал министр энергетики РФ Александр Новак.

- Почему достигнутое в субботу соглашение одиннадцати стран, не входящих в ОПЕК, о сокращении добычи рассматривается как историческое?

- Никогда ранее еще не было такого, чтобы страны ОПЕК и одиннадцать стран вне картеля скоординировали свои действия на рынке.

- За несколько часов до достижения соглашения Вы сказали: «Мы должны прийти к соглашению». Почему?

- Есть две причины. Во-первых, это сегодня важно для рынка и ожиданий, которые были с этим связаны. Поскольку предшествовавшее соглашение стран ОПЕК о сокращении добычи, достигнутое в конце ноября, было в значительной степени нацелено и на потенциальное соглашение стран, не входящих в картель. То есть если бы мы в субботу не достигли соглашения, то и соглашение стран ОПЕК провалилось бы.

- Но соглашение стран ОПЕК уже было подкреплено подписями…

- Да, но с оговоркой, что свой вклад внесут и страны вне картеля. То есть если бы мы не достигли соглашения, внезапно мы бы вновь столкнулись с ситуацией, которая была в апреле 2016 года в Дохе, когда соглашение провалилось. По всем оценкам экспертов, цена на нефть снова значительно бы снизилось, а спекулятивный фактор вновь оказал бы сильное влияние на ценообразование.

- То есть одной причиной было поддержание сделки ОПЕК. А вторая причина?

- Вопрос доверия. Мы условились с партнерами как в ОПЕК, так и за его пределами, что мы будем координировать действия. Если бы мы не достигли соглашения, вплоть до подписей, то доверие бы пропало, и в ближайшем будущем его невозможно было бы восстановить.

- Россия, будучи страной, не входящей в ОПЕК, в 2001 году впервые заключила соглашение с ОПЕК о сокращении добычи и затем – как это часто бывает со странами ОПЕК – не придерживалась его. Откуда существует уверенность, что сейчас все будет иначе?

- Во-первых, все, как в рамках картеля, так и за его пределами, заинтересованы в быстрых изменениях на рынке, потому что мы находимся в тяжелейшем кризисе нашей отрасли. В 2001 году ситуация была совсем другой, и падение цен было вызвано падением спроса после ряда событий. Тогда спрос восстановился относительно быстро.

- Но что все придерживаются соглашения – этого для причины еще не достаточно.

- Есть еще и другие причины. Так, образовались особые личные, доверительные, отношения с Саудовской Аравией и другими странами.

- Тем не менее, отсутствуют санкции на тот случай, если кто-то не будет придерживаться соглашения.

- Это так. Но есть определенное моральные обязательства и политические отношения. И еще есть вопрос доверия в будущем к принятию решений и сказанных слов. Каждый, кто подвергает сделку рискам, нарушая ее, ухудшает ситуацию и для себя тоже.

- Какой момент в ходе переговоров был для Вас самым тяжелым?

- Вернуться к переговорам, после того как встреча в Дохе в апреле выявила обоюдное недоверие. В июле мы начали интенсивно общаться друг с другом. Этому способствовало еще и то, что в Саудовской Аравии мой коллега Халед Аль-Фалех был назначен новым министром нефти. Кроме того, существовала поддержка на политическом уровне со стороны руководства многих стран. Без этой поддержки мы бы вряд ли смогли достичь соглашения.

- За счет участия России в сокращении добычи и за счет ее посреднической роли между странами ОПЕК кажется, что ваша страна на Ближнем Востоке действительно приобрела больше влияния. Правильное ли это впечатление?

- Россия – крупный игрок на нефтяном рынке.

- Россия и раньше им была.

- Зная, что ОПЕК сегодня не в состоянии в одиночку восстановить нефтяной рынок, необходимо, чтобы в таких сделках участвовали страны вне картеля.

- Но ОПЕК, по всей видимости, необходимы посредники, чтобы между собой прийти к соглашению.

- Мы вели переговоры как со странами ОПЕК, так и со странами вне картеля. И я надеюсь, что наше участие здесь помогло достичь консенсуса.

- Владимир Путин сыграл важную роль для достижения договоренности?

- Президент Путин сыграл ключевую роль при достижении договоренности. Он поддержал решение по сокращению добычи российскими компаниями. В конечном итоге, его отношения с главами государств, принимающих основные решения, помогли нам согласовать позиции и достичь договоренности.

- Тем не менее, вам пришлось 29 ноября, в ночь накануне сделки, звонить саудовскому министру нефтяной промышленности. Это имело определяющее значение?

- У нас было очень много телефонных переговоров, в том числе рано утром и поздно вечером. Саудовская Аравия в значительной мере взяла на себя роль координатора в ОПЕК. Должен сказать, что Саудовская Аравия заняла очень умную и прагматичную позицию и сыграла очень важную роль.

- А что же Саудовская Аравия хотела услышать от вас по телефону? Что вы действительно будете участвовать в сокращении добычи?

- Да, это тоже.

- На Россию придется половина всего сокращения добычи странами, не участвующими в ОПЕК, а именно 300 тысяч баррелей в день. Когда вы достигнете этого показателя?

- До конца первого квартала мы достигнем сокращения на 200 тысяч, затем ускоренными темпами сократим до 300 тысяч. И этот уровень мы будем удерживать до конца июня.

- А почему не сразу на 300 тысяч?

- Это никогда не было целью, потому что есть технические ограничения. В настоящее время мы бурим много новых скважин, и для завершения бурения большей части из них нужно 20-25 дней. Часть этих скважин будет введена в эксплуатацию только в январе, а это значит, что необходимо время, чтобы пересмотреть процессы.

- Какой эффект будет иметь нынешняя сделка для нефтяных цен?

- Все уже заранее увидели, какой эффект имели для рынка одни лишь слухи о возможности сделки.

- Поэтому все стороны усиленно распространяли эти слухи. Эта сделка была призвана просто подтвердить эти слухи?

- Видите ли, слухи в преддверии подписания договора о том, что сделка могла бы не состояться, обвалили цены на нефть на 7-8 долларов до 45-46 долларов. А если бы сделка не состоялась, то и до уровня ниже 40 долларов. Это мы говорили еще летом. Летом спокойствия на рынке удалось достигнуть лишь потому, что в Канаде бушевали пожары, а в Ираке, Ливии и Нигерии добыча сократилась из-за внутренних проблем. А с началом осени объемы вновь вернулись на рынок. И тогда все поняли, что нам пора действовать.

Австрия. Германия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 13 декабря 2016 > № 2014601 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 30 ноября 2016 > № 1998090 Александр Новак

Заявление Александра Новака о координации действий по стабилизации рынка нефти со странами входящими и не входящими в ОПЕК.

Россия приветствует достижение ОПЕК соглашения об ограничении добычи нефти в первом полугодии 2017 года на уровне 32.5 млн. баррелей в сутки, что эквивалентно снижению добычи на 1.2 млн. баррелей в сутки.

Это очень важный шаг для мировой нефтяной индустрии, направленный на восстановление здорового баланса спроса и предложения, а также поддержания инвестиционной привлекательности отрасли в долгосрочной перспективе.

Россия, будучи ответственным участником рынка, готова присоединиться к соглашению по стабилизации ситуации на нефтяных рынках.

По итогам активных переговоров, длившихся последние несколько месяцев с ключевыми странами, входящими и не входящими в ОПЕК, Россия поэтапно снизит добычу в первом полугодии 2017 года в объеме до 300 тыс. баррелей в сутки в сжатые сроки, исходя из своих технических возможностей.

Наши переговоры со странами не входящими в ОПЕК также позволяют нам рассчитывать на присоединение ряда стран к соглашению с общим вкладом в ограничение добычи примерно в объеме до 300 тысяч баррелей в сутки.

Добровольное ограничение добычи со стороны России увязывается с соблюдением ОПЕК уровня добычи 32.5 млн. баррелей в сутки, с поправкой на Индонезию, а также максимального участием стран не входящих в ОПЕК.

Таким образом, общий вклад участников сделки в усилия по стабилизации рынка существенно превышает уровень перепроизводства нефти в мире и позволяет ускорить процесс ребалансировки.

Мы с оптимизмом смотрим на развитие достигнутых договоренностей и считаем сегодняшнее соглашение исторически важным событием.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 30 ноября 2016 > № 1998090 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 21 апреля 2016 > № 2047151 Александр Новак

Александр Новак дал интервью газете "РБК-Daily".

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью газете "РБК-Daily" рассказал об итогах переговоров в Дохе, взаимоотношениях России с ОПЕК и перспективах развития мировой нефтяной отрасли.

— Не считаете ли вы, что результаты переговоров о заморозке добычи нефти изначально были предрешены из-за разногласий Садовской Аравии и Ирана?

— Изначально мы исходили из того, что у нас существует общая позиция — к соглашению, которое инициировали четыре страны (Россия, Саудовская Аравия, Венесуэла и Катар — РБК) в феврале, присоединяются крупные экспортеры. Помимо нас (четырех стран инициаторов) еще 14 стран заявило о желании поучаствовать в таком соглашении. Буквально на следующей день после подписания предварительного соглашения в Дохе 16 февраля, мы уже понимали, что Иран не будет участвовать в этой сделке. 17 февраля в Иран полетела делегация — министры Венесуэлы, Катара и Ирака встречались в Тегеране с министром [нефти Бижаном] Зангане. Иранцы сразу сказали, что пока не нарастят объемы добычи хотя бы до досанкционного уровня, они не будут подписывать соглашение. Они объявили, что будут готовы к нему присоединиться когда начнут добывать 4 млн баррелей в сутки. Мне кажется, это было бы хорошим компромиссом — лучше позже присоединиться, чем вообще не участвовать в сделке.

Поэтому накануне встречи в Дохе [17 апреля] мы были вполне уверены в том, что министры 18 стран приедут для того, чтобы закрепить предварительные договоренности соответствующим документом. Оставалась вероятность того, что сделка может не состояться, но, на мой взгляд, она была минимальной. Иначе не было бы смысла лететь, мы могли продолжить консультации и в телефонном режиме.

— Как вы думаете, почему Саудовская Аравия в последний момент изменила свою позицию?

— Мне трудно за них отвечать, не исключено, что политические факторы сыграли свою роль. Однако цена должна отражать баланс интересов между производителями и потребителями нефти, сейчас наблюдается перекос в сторону потребителей. В восстановлении баланса заинтересованы все страны-экспортеры, это подтвердила и встреча в Дохе 17 апреля. Все участники были согласны с необходимостью заморозки, не договорились по ее условиям. Большинство стран считало, что нет необходимости привлекать всех производителей для участия в этом соглашении. «Критической массы», при которой можно принимать решение, было достаточно. Общий объем добычи стран, которые собрались, составляет 46 млн баррелей в сутки — почти половина мировой добычи, а среди стран-экспортеров — 75% (некоторые крупные производители нефти продолжают ее импортировать, например США — РБК). Впервые вместе собрались и страны ОПЕК — 11 из 13 членов, и семь стран, не входящих в ОПЕК. Всего 18 крупных экспортеров. Куда еще больше? Конечно, можно поставить себе задачу договориться только при 100% поддержке, но это нереально.

Позиция [Саудовской Аравии о необходимости присоединения Ирана и других экспортеров] нас немного удивила. Накануне, до начала заседания в воскресение, Саудовской Аравией, Венесуэлой, Катаром и нами был согласован и завизирован текст самого соглашения. Новые условия были выдвинуты саудитами за полчаса до встречи.

— Есть ли шанс, что страны ОПЕК договорятся между собой до июньского саммита? И не потерял ли ОПЕК свою роль регулятора на мировом нефтяном рынке?

— Я этот вопрос не зря задавал министру нефти и горной промышленности Венесуэлы Эулохио дель Пино в ходе Национального нефтегазового форума [в среду, 20 апреля], потому что мы видим, что договоренности внутри ОПЕК не соблюдаются, квоты превышаются. ОПЕК не предпринимает никаких действий. В отличие от предыдущих десятилетий, сегодня ОПЕК никак не влияет на нефтяные рынки. Например, Саудовская Аравия повышает объем добычи. Она может это делать и вне ОПЕК, проводя свою политику. Напрашивается вопрос — в чем функция картеля?

Я понимаю, что по сравнению с 2008 годом ситуация изменилась, и у ОПЕК нет такого влияния на мировые рынки. Появились технологии добычи сланцевой нефти в промышленном масштабе, и страны-импортеры, которые раньше покупали нефть и сами добывали мало, например США, стали существенно наращивать собственную добычу, тем самым снижая спрос на покупку нефти. А экспортеры не имеют никакого влияния на такие страны и не могут с ними договориться: интересы абсолютно разные.

Раньше любая координация действий внутри ОПЕК и снижение квот существенно влияла на предложение экспортеров и балансировала рынок. Сейчас же, наоборот, при повышении цены в активную фазу вступают игроки-импортеры, как, например, производители сланцевой нефти. В этом случае действия стран-экспортеров становятся бессмысленными: опять предложение превышает спрос, цена падает и так далее.

Вариант февральского соглашения о неувеличении предложения нефти — наиболее мягкий и компромиссный. Он предполагает не сокращение, а ограничение предложения по нефти. Эта вилка [между спросом и предложением] все равно сокращается за счет роста спроса и неувеличения предложения.

— Если значимость ОПЕК снижается, а спрос на нефть растет, есть ли смысл сейчас о чем-либо договариваться?

— Смысл был договариваться в феврале, есть он и в апреле. Но, действительно, чем больше времени проходит, тем более значимыми становятся фундаментальные рыночные факторы. За счет снижения инвестиций в отрасль в результате низких цен предложение будет снижаться. Мы видим, что только за последние два года мейджоры существенно подсократили свои инвестиционные программы, общее недофинансирование отрасли составляет около $400 млрд. Наблюдается падение добычи сланцевой нефти в США уже больше чем на 500 тыс. баррелей с пиковых величин — сейчас они добывают меньше 9 млн баррелей в сутки. Это все будет влиять на то, что при росте спроса предложение будет снижаться, рынок все равно выровняется.

Таким образом, заморозка имеет смысл в течение ближайших трех-шести месяцев. А если мы говорим о более поздних сроках, это уже становится менее целесообразным.

— А что для России означает неудача переговоров в Дохе?

— Последние полтора года у нас была позиция, что рынок сам выровняет ситуацию. Когда мы встретились в феврале, ситуация была экстраординарной (в конце января цены падали до минимальных $27), необходимо было предпринять какие-то совместные шаги. Сейчас цена боле-менее нормальная, рыночные фундаментальные факторы продолжают работать.

Нужно спокойно относиться к тому, что пока договоренности по заморозке не достигнуты. Мы не считаем переговоры в Дохе какой-то неудачей. Был шанс, который могли использовать страны, чтобы несколько подсократить эти сроки. Не получилось, но трагедии делать не стоит. С точки зрения конкурентоспособности и планов компаний, нас абсолютно устраивает механизмы формирования цены на основе рыночных факторов.

— С российскими нефтяными компаниями не собираетесь встречаться по итогам Дохи?

— Да, я думаю, что мы, безусловно, обсудим текущую ситуацию и встретимся с руководителями компаний. Хотя мы и так общаемся с ними в постоянном режиме.

— На этой встрече будут даваться какие-то установки и обсуждаться возможность увеличения добычи, раз заморозка не удалась?

— У нас никто никогда никому никаких установок не дает. У нас рыночная отрасль, и все компании сами принимают решения на основе действующего законодательства. Консультации носят рекомендательный характер, их основная задача — совместно оценить ситуацию. Министерство энергетики занимается только нормативно-правовым регулированием.

— Как вы думаете, возможно ли увеличение добычи в России по сравнению с предыдущим прогнозом — 537–540 млн т?

— В целом, у наших компаний есть возможности еще больше увеличить добычу. Как они будут распоряжаться своими ресурсами и реализовывать свои инвестпрограммы, каждый решает самостоятельно. Мы в принципе исходили из того, что непревышение уровня января не наносит ущерб ни одной компании. А внутри получается, что некоторые компании в условиях низких цен снижают объемы добычи, а некоторые из-за инерционного эффекта от ранее запущенных инвестпрограмм вводят новые месторождения и увеличивают добычу. В любом случае, мы ожидаем, что до конца года мы прирастем к уровню 2015 года. Прогноз не меняем, мы не были привязаны к Дохе, для нас это некритично.

— А цену на нефть какую ожидаете?

— Я ожидаю, что во втором полугодии будет между $40 и $50, возможно, что к концу второго полугодия выйдем к $50. Но средняя цена по году с учетом того, что в первом полугодии цена было довольно низкой, будет $40-45.

– Если отвлечься от ОПЕК, 19 апреля Минэнерго должно было представить в правительство свою позицию по доступу независимых производителей газа к газопроводу «Сила Сибири», который строит «Газпром». В чем ваша позиция?

— Позицию мы уже направили, мы ее не меняем. На наш взгляд, должен оставаться единый экспортер, единый переговорщик, особенно с учетом того, что спрос на природный газ в Китае меняется, и поставки вне рамок «единого экспортного канала» могут привести к существенной недооценке российского газа и даже пересмотру цен в сторону понижения по уже заключенным контрактам. Мы также считаем, что экспортер должен покупать газ не по внутренней цене, формируемой ФАС, а по цене на уровне нетбэка, возможно, с небольшим дисконтом, чтобы дать возможность компаниям иметь определенную экономическую эффективность от реализации инвестпроектов. Сейчас этот вопрос менее актуален: цены на внутреннем и на внешних рынках выровнялись при падении мировых. Возвращаться к обсуждению возможности изменения подходов к экспорту трубопроводного газа в восточном направлении целесообразно не раньше, чем будут зафиксированы договоренности о поставках газа в КНР по Западному маршруту.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 21 апреля 2016 > № 2047151 Александр Новак


Германия. Австрия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 февраля 2016 > № 2047173 Александр Новак

Александр Новак дал интервью газетам Die Welt и Die Presse.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью немецкой газете Die Welt и австрийской Die Presse рассказал о ситуации на мировом рынке нефти и перспективах поставок российского газа в европейские страны.

Ди Вельт: «Стабильность снабжения нефтью после 2020 года находится под угрозой»

Чрезвычайно низкие цены на нефть создают сложности не только для России. По мнению Министра энергетики РФ Александра Новака с серьезными последствиями могут столкнуться и другие участники нефтяного рынка. Однако цена нефти не должна быть слишком высокой – этим могут воспользоваться производители из Соединенных Штатов.

Die Welt: Вы договорились в Дохе с Министрами нефти Саудовской Аравии, Катара и Венесуэлы о не наращивании добычи. Поначалу сложилось впечатление, что рынок разочарован результатами переговоров, поскольку цены продолжили снижаться. Что даст это соглашение?

Александр Новак: Наша встреча с коллегами из Саудовской Аравии, Катара и Венесуэлы была достаточно продуктивной. Самым важным результатом стала предварительная договоренность об ограничении добычи в 2016 году уровнем января 2016 года. Окончательное решение будет принято, когда большинство производителей нефти присоединится к данной инициативе. По нашему мнению, такой подход обеспечит поступательную балансировку рынка и стабилизацию цен на уровне, который обеспечит долгосрочное устойчивое развитие отрасли.

Die Welt: При условии, что другие производители присоединятся. Однако, по мнению аналитиков, для стабилизации цен требуется не просто остановка роста добычи, а ее сокращение.

Александр Новак: Такие предложения периодически появляются. Но нам представляется, что это приведет лишь к кратковременному и искусственному повышению цен. В свою очередь, высокие цены вызовут новый приток спекулятивного капитала в высокозатратные проекты, например, по добыче сланцевой нефти. А это опять же увеличит предложение и приведет к падению цен. Главным фактором является цена, при которой добыча сланцевой нефти становится нерентабельной. Если нефтяные котировки превышают этот уровень, то эффект быстрого снижения цен неизбежен. Именно поэтому нам необходимы консультации, в ходе которых можно обмениваться оценками текущей ситуации.

Die Welt: Однако наблюдаемое в последние 18 месяцев снижение цен давно оказывает серьезное воздействие на производителей с высокими издержками.

Александр Новак: Да, хотя это происходит медленнее, чем изначально ожидалось. И это основное отличие от предыдущих циклов, когда страны-экспортеры могли регулировать рынок простым изменением объемов добычи. Начиная с 2009 года, когда технологии сланцевой добычи получили широкое распространение, ситуация изменилась.

Die Welt: Разделяете ли Вы оценки МЭА, согласно которым мы, вопреки ожиданиям, не увидим стабилизации нефтяных цен в 2016 году?

Александр Новак: В общем и целом я соглашусь. Когда в середине 2014 года цены начали снижаться, многие предполагали, что добыча отреагирует и снизится быстрее. Однако этого не произошло. Очевидно, что сложившиеся ранее цены выше 100 долларов за баррель на самом деле были очень высокими. Вместе с тем, нефтяные компании выдержали падение цен, спрос и предложение демонстрировали синхронный рост, и разрыв между ними не уменьшался. Поэтому все прогнозы относительно окончания нынешнего цикла сейчас меняются. Ограниченный доступ к финансированию и задержки с реализацией ряда проектов приведут к тому, что рынок вернется в равновесное состояние, добыча вне ОПЕК снизится, особенно в Северной Америке. К примеру, число буровых установок в США уже снизилось на две трети.

Die Welt: Не только в США. Все ведущие международные нефтяные концерны в прошлом году сократили инвестиционные программы на 35 процентов. Какие сокращения Вы ожидаете в 2016 году?

Александр Новак: С учетом сложившейся ценовой конъюнктуры мы ожидаем в 2016 году дальнейшего сокращения от 15 до 40 процентов. Соответственно, инвестиции 30 крупнейших международных энергокомпаний в 2016 году могут оказаться на 200 млрд. долл. ниже, чем планировалось до кризиса. Одновременно мы видим удорожание кредитных средств для производителей нефти в США, что затрудняет для них доступ к финансированию.

Die Welt: Какими будут последствия сокращения инвестиций?

Александр Новак: В краткосрочной перспективе серьезных последствий для мировой нефтедобычи не ожидается. Негативным является средне- и долгосрочный прогноз, поскольку будут отложены или «заморожены» важные добычные проекты, которые должны были обеспечивать стабильность и безопасность поставок для удовлетворения глобального спроса. Поэтому можно говорить о том, что стабильность снабжения нефтью после 2020 года находится под угрозой. В этой связи Россия в обозримой перспективе намерена оставаться надежным глобальным поставщиком нефти.

Die Welt: Могла бы Россия пойти на сокращение добычи ради достижения ценовой стабильности?

Александр Новак: Мы не просчитывали подобный сценарий. С учетом технологических и климатических особенностей, а также состояния проектов для нас это проблематично. Представьте себе – в России имеется более 170 тыс. скважин. Сократить их число очень сложно. Для сравнения, на Ближнем Востоке скважин гораздо меньше. Саудовская Аравия добывает такое же количество нефти, как мы, из 3500 скважин. Кроме того, наши нефтяные концерны являются независимыми акционерными обществами, которые самостоятельно определяют свои производственные планы.

Die Welt: Глава второй по величине российской нефтяной компании «Лукойл» Вагит Алекперов недавно сказал, что российская нефтяная отрасль больше всего опасается изменения условий налогообложения со стороны государства.

Александр Новак: Я разделяю мнение руководителей нефтяных компаний о необходимости стабильной налоговой системы. Они и так столкнулись с падением нефтяных цен, девальвацией рубля и проблемами с привлечением финансирования. Если к этому добавить изменение налогообложения, горизонт любого прогнозирования и планирования сузится до одного года. В предыдущие пару лет мы как раз приняли важные решения в налоговой сфере, которые должны стимулировать добычу на новых месторождениях в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Результат не заставил себя ждать: в 2015 году мы добыли там 60 млн.тонн.

Die Welt: А в арктическом регионе?

Александр Новак: Сроки добычи там будут сдвигаться, поскольку она является дорогостоящей. При этом из-за благоприятного налогового режима инвестиции в проекты в акваториях Охотского и Каспийского морей будут расти. В долгосрочной перспективе мы должны изменить налоговую систему, чтобы она была не привязана к динамике нефтяных цен. В течение года мы совместно с Министерством финансов подготовим соответствующие предложения.

Die Welt: Известно, что Россия сталкивается с падением добычи на существующих месторождениях. Если произойдет сокращение инвестиций, удастся ли после 2017 года поддерживать добычу на текущем уровне?

Александр Новак: Многое будет зависеть от ситуации с нефтяными ценами и курсом рубля. Все наши нефтяные компании подтверждают, что будут поддерживать бурение на существующих месторождениях в целях сохранения добычи на текущем уровне. Однако при существующих ценах вряд ли стоит рассчитывать на инвестиции в новые проекты. Хотя инвестиции уменьшатся не на 100, а, скорее, на 20-30 процентов.

Die Welt: В средне- и долгосрочной перспективе на объемы добычи могут повлиять западные санкции в отношении труднодноизвлекаемых запасов. Ощущается ли уже сейчас этот эффект?

Александр Новак: Влияние на общие объемы добычи минимально. В последние два года мы добывали по 18 млн.тонн на упомянутых месторождений, что составляет 3 процента от общего объема добычи. Повышение этой доли является задачей на будущее.

Die Welt: Однако это проблематично без западных технологий…

Александр Новак: На самом деле, мы наблюдаем обратный эффект. Поскольку нашим компаниям не разрешено сотрудничать в данной области с западными фирмами, они уже начали самостоятельно создавать необходимые технологии в России.

Die Welt: Честно говоря, за несколько лет наверстать упущенное невозможно…

Александр Новак: Нам удается достичь поставленных целей. За три года мы в достаточной степени модернизировали существующие технологии, у нас есть специалисты, научная и практическая база. Многие компании работают в этом направлении.

Die Welt: Перейдём к газовой отрасли. Еврокомиссия скоро получит доступ ко всем контрактам на поставку газа. Что Вы думаете по этому поводу?

Александр Новак: Мы исходим из того, что коммерческие договора между компаниями являются исключительно их прерогативой.

Die Welt: Вас беспокоит поведение Евросоюза?

Александр Новак: Некоторые представители ЕС стремятся к тому, чтобы Еврокомиссия координировала заключение договоров на поставку газа. Однако далеко не все страны с этим не согласны, и многое будет зависеть от их позиции.

Die Welt: Трения между Газпромом и Еврокомиссией имеют давнюю историю. Ранее Газпром высказывался в несколько агрессивном и неуважительном ключе, сейчас тональность поменялась, стала более мягкой. Как бы Вы охарактеризовали эти отношения в настоящий момент?

Александр Новак: Россия является надежным поставщиком энергоресурсов для Евросоюза и наши отношения являются взаимовыгодными. Именно в этих целях создана соответствующая инфраструктура. И нам предстоит её расширить - учитывая, что собственная добыча в Европе снижается, а спрос продолжает расти.

Die Welt: Однако и в этом вопросе не обходится без разногласий. Является ли европейская позиция конструктивной?

Александр Новак: К сожалению, со стороны Евросоюза политические мотивы превалируют над экономическими соображениями при организации поставок нефти и газа. Именно по политическим причинам был заблокирован проект строительства трубопровода "Южный поток". Исходя из тех же политических соображений, предпринимается попытка помешать расширению газопровода "Северный поток" по дну Балтийского моря. Это тем более удивительно, поскольку строительству первых двух ниток никто не мешал, и этот проект признавался полностью соответствующим европейскому законодательству. Однако к двум новым ниткам газопровода почему-то применяется совершенно другой подход. Мы также видим, что в новой Энергостратегии Евросоюза не упоминаются отношений с нашей страной. Это выглядит странно, поскольку именно Россия является крупнейшим поставщиком энергоресурсов для Евросоюза. Мы надеемся, что здравый смысл все-таки возобладает. Отношения следует выстраивать с учетом взаимных интересов, гарантий и долгосрочной стабильности.

Die Welt: Я полагаю, Вы рассчитываете на поддержку Германии как основного сторонника расширения "Северного потока"?

Александр Новак: Данный проект, в первую очередь, является коммерческим. В нем заинтересованы крупнейшие европейские энергокомпании, он рассчитан на длительную перспективу. С учётом этих факторов проект может конкурировать с другими маршрутами поставок природного газа, включая трубопроводный газ и СПГ, на который сейчас делается ставка.

Die Welt: А если поместить на чашу весов "Северный поток" и продолжение транзита через Украину?

Александр Новак: Мы не исключаем, что частично поставки газа будут осуществляться через территорию Украины. Вопрос в другом - насколько экономически оправданным является использование исключительно существующей трубопроводной системы. Альтернативные трубопроводные маршруты создают конкуренцию и удешевляют транзит для европейских потребителей. Когда одна из стран обладает монополией на транзит, это негативно сказывается на величине транзитных платежей и создаёт риски. Украина уже объявила о многократном росте ставок за транзит газа по своей территории.

Die Welt: То есть мы находимся на перепутье?

Александр Новак: В любом случае возникнет комбинация из существующих и новых маршрутов. Необходимо обеспечить конкуренцию между маршрутами по поставкам газа. Европа на словах поддерживает диверсификацию поставок и альтернативные - не российские - трубопроводы, например TAP, TANAP. Однако попытки указывать бизнесу и потребителям, какой маршрут является предпочтительным, а какие трубопроводы вовсе не стоит строить, являются ни чем иным, как откровенным политическим вмешательством в экономику.

Германия. Австрия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 февраля 2016 > № 2047173 Александр Новак


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter