Всего новостей: 2661877, выбрано 2 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Омарова Айгуль в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Омарова Айгуль в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 6 ноября 2018 > № 2788254 Айгуль Омарова

Гендерный шовинизм. Почему среди глав регионов Казахстана нет женщин?

«У нас 10 процентов политических должностей занимают женщины, но мы не видели ни одну женщину - акима области. Очень мало их на уровне районных акимов, хотя статистика показывает, что казахстанские женщины - это высокообразованные и компетентные специалисты». Такой вывод озвучила недавно ассистент-профессор Высшей школы государственной политики «Назарбаев Университета» Салтанат Джаненова. В причинах этого мы попытаемся разобраться вместе с политологом Айгуль ОМАРОВОЙ.

Мужской круг

- Айгуль, может ли, на твой взгляд, женщина в Казахстане возглавить регион?

- Конечно, может. У нас есть успешные примеры женщин-министров, и я не вижу причин, мешающих женщине возглавить область.

- Но далеко не все представительницы слабого пола, занимавшие высокие посты, проявили себя с хорошей стороны…

- Женщины у нас в основном назначаются в ведомства, курирующие социальную сферу - трудоемкую и зачастую невыигрышную с карьерной точки зрения. И, надо заметить, они в целом справляются с поставленными перед ними задачами. Возьмем, к примеру, Тамару Дуйсенову, которая в недавнем прошлом возглавляла Министерство труда и социальной защиты населения. Она – трудяга. И даже те, кто любит критиковать представителей власти, признают, что Дуйсенова была на своем месте. Она знала каждую букву закона, как рыба в воде, ориентировалась в нормативно-правовых актах, имеющих отношение к курируемой ею отрасли, до копейки вникала в бюджет, а главное – могла спокойно разъяснить всем и каждому причины и последствия тех или иных новшеств и изменений. Как раз таки этого умения не хватает большинству наших чиновников, и потому многие шаги, предпринимаемые властью, не находят должного отклика у населения. А еще главы министерств и ведомств разучились проводить имиджевую политику. Дуйсенова ею, конечно, тоже не занималась, но у нее была заместитель – Светлана Жакупова, которая с этой задачей справлялась на все сто процентов. И дуэт двух женщин давал неплохие результаты.

- Но Дуйсенова, как мы знаем, не удержалась в кресле министра, а другую столь же ответственную должность ей уже не предложили…

- Увы, это обычное дело не только в нашей стране, но и на всём постсоветском пространстве, а, может, и в мире. Если человек не просто добросовестно исполняет свои обязанности, но и выводит курируемую отрасль на надлежащий уровень, то его сразу переводят на другую должность. А надо бы, чтобы человек лет пять проработал, закрепил всё, что сделал. Может быть, я ошибаюсь, но, скорее всего, Тамара Дуйсенова стала жертвой очередных клановых войн, когда понадобилось найти «стрелочника». Естественно, под удар попала женщина. Гендерный шовинизм у нас, ох, как процветает. Возможно, вы скажете, что в моих словах отсутствует логика: дескать, одну женщину сменила другая. Но посмотрите: пришедшая вместо нее Мадина Абылкасымова не имеет опыта работы именно в этой сфере, соответственно рано или поздно ей тоже могут предъявить претензии. То есть, позиции нового министра изначально шаткие.

- Но ведь на самом деле можно привести массу примеров, когда КПД женщин на руководящих постах вызывает вопросы…

- Не спорю. Даже на примере одного ведомства можно увидеть, что одни успешно справляются с возложенными на них обязанностями, а другие – нет. Взять ту же Мадину Абылкасымову. Ничего дурного сказать про нее не хочу, но, очевидно, что она даже не может внятно объяснить то, чем занимается. Но это вовсе не повод ограничивать женщин в их продвижении по карьерной лестнице – в среде мужчин-руководителей ситуация точно такая же: одни «горят на работе», другие просто «отсиживают срок».

Что главное, например, для акима? Грамотно и эффективно использовать денежные средства, соблюдая режим адекватной экономии. Но ведь именно женщины знакомы с этими премудростями чуть ли не с пеленок. В подавляющем большинстве случаев именно они рулят семейными бюджетами, умудряясь даже при небольших ежемесячных доходах сводить дебет с кредитом – кормить и лечить домочадцев, одевать их, оплачивать коммунальные услуги. Такому в зарубежных вузах вряд ли научат… Вот и получается, что у нас чуть ли не каждая представительница прекрасного пола – талантливый менеджер.

Время выдвигать

- Но не бюджетом единым жив аким…

- Прежде всего, он должен знать нужды народа, оперативно реагировать на поднимаемые им вопросы. Но дело в том, что у нас гражданское общество не развито, обратная связь с населением у власти практически отсутствует. Причем многие акимы не понимают важности и необходимости налаживания такой связи, что является их стратегической ошибкой. Рано или поздно накапливаемое сегодня в народе недовольство прорвется наружу. Смикшировать его, снизить накал страстей под силу опять-таки именно женщинам. Поэтому сейчас самое время выдвигать их на должности акимов, да и не только акимов.

Я вовсе не собираюсь пропагандировать матриархат, но все же в нашей стране женщин больше, чем мужчин, и пора дать им возможность принимать решения, причем не только в социальной сфере. А то получается, что мы со своими представлениями об их неспособности руководить регионами и отраслями не можем догнать даже Иран. Это лишь досужие разговоры, что женщины там никто. На самом же деле представительницы прекрасного пола в Иране заседают в парламенте, занимают высокие должности, а три из них являются вице-президентами страны. У нас же, стыд и позор, в 146 акиматах районного значения должность акима занимают всего три женщины.

- Но вернемся к нашим реалиям. Каким же образом женщины, заняв посты акимов, смогут остановить волну накопившего в обществе раздражения?

- Благодаря житейской мудрости и смекалке. Приведу такой пример. Одна моя знакомая, человек по натуре резкий и за словом в карман не лезущий, ради дела сумела наладить отношения с так называемыми «хозяевами жизни» - снобами и хамами. Когда я поинтересовалась, как ей это удалось, она ответила: «Я включаю в разговоре с ними материнский тон». И это работает, я сама видела. Если женщина-аким в процессе выстраивания взаимоотношений, как с населением, так и с центральными органами власти, будет умело использовать этот самый материнский тон, она горы свернет. Она будет стараться найти свой подход к каждому человеку, к каждой проблеме. И, поверьте, найдет.

- А если не справится?

- Не справится – наказывайте. И спрашивать с них надо точно так же, как с мужчин – тут тоже не должно быть деления. Вот и все. Хватит проявлять гендерный шовинизм! А он у нас сплошь и рядом. Буквально на днях наблюдала ситуацию, когда мужчина – модератор «круглого стола» - не останавливал выступления мужчин даже тогда, когда они несли откровенную пургу, зато если женщина хоть на секунду превышала временной регламент, он в грубой форме прерывал ее. Гендерный шовинизм глубоко засел в наших чиновниках.

- Но только ли он всему виной? Может, подавляющему большинству женщин борьба за власть неинтересна в принципе и у них другие карьерные предпочтения?

- Конечно, есть женщины, как, собственно, и мужчины, которым претит работа на госслужбе. Но немало и тех, кто готов попробовать себя на этом поприще. Почему бы им не дать такой шанс? Вспомните, кто в постсоветский период организовал в Казахстане первую партию по классическому образцу? Женщина. Кто тот единственный из бывших министров здравоохранения, кого казахстанцы вспоминают сегодня добрым словом? Опять же женщина – к сожалению, ныне покойная. И таких примеров немало. Но эти примеры свидетельствуют и о другом - о том, насколько для толковых и деятельных женщин со здоровыми амбициями опасно проявление какой-либо инициативы. Они рано или поздно встают поперек горла у мужчин.

- И что, женщинам всю жизнь придется отсиживаться в кустах?

- Сама собой ситуация, конечно же, не рассосется. Вода под лежачий камень не течет, поэтому женщинам самим нужно проявлять инициативу и активность. По мере развития гражданского общества, увеличения числа женских организаций, защищающих интересы прекрасной половины (хотя я и противник разделения по гендерному принципу, но в данном случае это необходимость), отношение к женщинам и их начинаниям будет меняться. Но нужна смелость для того, чтобы сегодня сделать первый шаг.

Инстинкт самосохранения

- Хорошо, давайте поговорим о другом. Что способна дать региону женщина, занявшая пост акима? Как она может повлиять на его развитие?

- Приход женщины на такую должность, как бы это ни показалось смешным, может напрямую повлиять на демографическую ситуацию в регионе. Как мать (состоявшаяся или будущая) она будет акцентировать внимание, прежде всего, на здравоохранении, образовании, культуре, вопросах социальной поддержки населения, что продиктовано самой женской природой. В приоритете будут семья, ее достаток. А это, как ни крути, и есть та самая стабильность, отсутствие которой зачастую препятствует росту рождаемости.

- Недавно одна из казахстанских социологов заявила, что ВВП и уровень коррупции в стране напрямую коррелируют с количеством женщин-управленцев. Не напоминают ли такие параллели сравнение мухи с вертолетом?

- Что касается зависимости между гендерным равенством и размером ВВП, то она вряд ли существует. А вот относительно снижения уровня коррупции от присутствия женщин на руководящих должностях, то тут, пожалуй, соглашусь. Конечно, они тоже могут брать взятки и пользоваться служебным положением для извлечения личной выгоды, но у них в большей степени, чем у мужчин, развиты инстинкт самосохранения и чувство ответственности за будущее своих семей. И прежде всего за детей, которые могут остаться без матери, если она преступит закон, и ее поймают за руку. Этот фактор всегда будет удерживать женщин-руководителей от опрометчивых шагов.

- Не просядут ли при акиме-женщине экономические показатели?

- С чего это? У нас практически везде работают преимущественно заместители, а первые лица госорганов осуществляют лишь общее руководство. Почему с приходом женщины что-то в этой схеме должно измениться? Аким – стратег, а его заместители – управленцы, реализующие стратегию. Но, конечно, выдвигать женщин на должности акимов нужно, исходя исключительно из их деловых качеств и уровня компетенции.

- Кто из наших женщин, на ваш взгляд, может хоть завтра возглавить какой-либо регион?

- Очень жаль, что по возрасту не может стать акимом Айткуль Самакова. Для меня это кандидатура номер один. По-разному можно относиться к Загипе Балиевой, но деловые качества и опыт работы тоже делают ее потенциальным кандидатом на такой пост. Не могу не упомянуть и Даригу Нурсултановну, хотя многие и расценят это как подхалимаж. Еще одна достойная, на мой взгляд, женщина – депутат мажилиса Гульнара Иксанова. Добавлю в этот список мажилисмена Майру Айсину. Все они, как мне кажется, способны не только возглавить регионы, но и вывести их в число передовых.

- Но не логичнее будет привлечь на эти посты женщин из бизнеса, таких, как Умут Шаяхметова? Думается, они быстрее и легче справятся с задачами, стоящими перед акимами…

- Не соглашусь. Такие предположения хороши лишь в теории, практика же изобилует фактами, говорящими об обратном. Как я могу ратовать за то, чтобы Шаяхметова возглавила какую-либо область, если возглавляемый ею банк при всех тех ресурсах, которые в него вливаются, не блещет ни сервисом, ни качеством банковских продуктов? Она - красивая, обаятельная и, очевидно, умная женщина. Это важно, но недостаточно для того, чтобы занять ключевой пост в системе государственной власти.

Выловить для госcлужбы «золотых рыбок» из бизнес-среды, честно говоря, непросто. Кроме госпожи Молдахметовой, которая давно работает в России и действительно могла бы управлять регионом, пожалуй, и назвать некого.

Автор: Асель Омирбек

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 6 ноября 2018 > № 2788254 Айгуль Омарова


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > camonitor.com, 10 марта 2017 > № 2102776 Айгуль Омарова

Могут ли осужденные чиновники помочь стране?

Автор: Юлия Кисткина

Чиновники на скамье подсудимых давно уже перестали быть редкостью. Под дамоклов меч правосудия попадает и мелкая сошка, и крупная рыба, местами даже хищная. Но если учесть, как часто в последнее время на руках высокопоставленных госслужащих защелкиваются наручники и как быстро из «опытных государственных деятелей» они превращаются в отпетых уголовников, то в данном случае сложно говорить об акте очищения, торжестве законности и справедливости. Скорее, это горнило, через которое в обязательном порядке должны пройти назначенные жертвами представители власти. Является ли это «путешествием» в один конец?

Еще Марсель Ашар, французский драматург, утверждал, что люди делятся на две половины: на тех, кто сидит в тюрьме, и тех, кто должен в ней сидеть. Спорить с ним трудно, особенно на фоне бесконечных арестов министров, акимов и прочих подвизавшихся в околовластных кругах. Но, несмотря на старания наших доблестных органов нагнать жути, живописуя их прегрешения, в массе своей они не воспринимаются чудовищами. Почему так происходит? И есть ли у тех, кто прошел через огонь, воду и тюремные будни, шанс вновь стать «незаменимым хозяйственником» и «эффективным менеджером? Об этом наш разговор с политологом, журналистом Айгуль Омаровой.

– Айгуль, начнем с перспектив. Есть ли у осужденных чиновников возможность получить обратный билет?

– В сложившейся ситуации у тех, кто отсидел, вряд ли есть шансы на возвращение в управленческую элиту. Сегодня, и это не является большим секретом, у руля власти находятся различные группы влияния, или кланы. Они не допустят повторного прихода во власть тех, кто получил реальные сроки, – пусть даже за мнимые преступления. Поясню. Нам, обществу, достоверно неизвестно, виновны ли оказавшиеся на скамье подсудимых представители элиты в том, в чем их обвиняют, или же это жертвы клановой войны. Большинство уголовных дел последнего времени было построено на показаниях тех, кто находился в подчинении у подозреваемых. Не исключено, что они оговаривали свое начальство с той или иной целью. Например, с целью получения минимальных сроков для себя. И если мы говорим о войне кланов, то, скорее всего, многие уголовные дела, получившие широкий резонанс, были инициированы теми или иными группами влияния. Я не претендую на истину в последней инстанции и могу ошибаться, но если препарировать происходящее, то напрашивается только такой вывод. Поэтому возвращение во власть осужденных чиновников представляется весьма и весьма сомнительным.

– Но если предположить, что такое возможно, то выиграет ли от этого государство?

– Их возвращение было бы полезным для экономики, для страны в целом. Многие из тех, кто выпал из обоймы, – люди образованные, с широким кругозором. Они не только способствовали развитию тех отраслей, курировать которые были поставлены, но и оказывали влияние на другие сферы жизнедеятельности общества.

– А если говорить о конкретных персоналиях, то кто из чиновников, прошедших тюремную школу, был бы сегодня полезен?

– Например, если говорить о развитии науки и космонавтики, то, несомненно, нужно вернуть во власть бывшего министра образования Жаксыбека Кулекеева и бывшего министра транспорта, доктора физико-математических наук Серика Буркитбаева. Думаю, они на этих позициях жизненно необходимы.

То же самое можно сказать о бывшем премьер-министре Серике Ахметове. Он никогда не входил ни в один из кланов и всегда, какие бы посты ни занимал, был ответственным и грамотным исполнителем. Хочу подчеркнуть, что Серик Ахметов не разрабатывал никаких государственных программ – он только реализовывал их. А то, что он как аким начал делать в Карагандинской области, заслуживает лишь одобрения. Подчеркну еще, что Ахметов был осужден на основании показаний отдельных лиц и фактически ни один из эпизодов, вменявшихся ему в виду, так и не был доказан.

В этот список можно было бы включить и Талгата Ермегияева. Его, как мы знаем, посадили за то, что он якобы украл деньги, выделенные на строительство объектов ЭКСПО-2017. На какие же средства были построены существующие объекты?

Мне кажется, что во власть нужно вернуть и таких людей, как генерал Аманбаев, который руководил финансовой полицией Алматы. Заведенное на него дело было рассмотрено в суде первой инстанции и сегодня, насколько мне известно, находится в стадии апелляции. Но в этой истории тоже много «белых пятен», и обвинение опять-таки построено на показаниях его бывших подчиненных, которые, как и в деле Серика Ахметова, путаются в показаниях, в размерах сумм, которые они якобы передавали генералу, и т.д.

– А если вспомнить фигуры из более далекого прошлого… Можно ли из них сколотить «кадровый резерв»?

– Возьмем для примера Галымжана Жакиянова. Ему можно было бы доверить любую область, и он как аким справился бы с задачей. Жакиянов накопил опыт, знания и не повторит ошибок молодости, которые имели место в бытность его акимом Семипалатинской области. К тому же не так давно он получил диплом одного из престижных американских вузов. Знание зарубежной практики, соединенное с казахстанским опытом, могло бы дать неплохой результат.

Об Акежане Кажегельдине и говорить нечего. Его могучий интеллект сегодня весьма бы пригодился. Он мог бы занять позицию консультанта по международным отношениям.

– Не получится ли в итоге как с Мухтаром Аблязовым? Простили, доверили, а получили «по мордам»?

– Я бы так не ставила вопрос. Война кланов началась не сегодня и не вчера. Она ведется с конца 90-х годов прошлого столетия. И мне кажется, что основная причина, по которой Аблязов оказался в роли врага Казахстана, заключается в том, что клановые группы не смогли простить ему то, что он сделал БТА одним из самых успешных банков не только в нашей стране. Увы, сам Аблязов ведет себя сегодня неподобающим образом.

Его действия сегодня вызывают отторжение. Я имею в виду то, как он в социальны сетях оскорбляет главу государства. Это низко, мелочно и недостойно. Если он действительно хочет заниматься большой политикой, то и вести себя надо подобающим образом.

– А что можно сказать об осужденных акимах разного ранга? Будет ли от них толк, если им удастся вернуться на государственную службу?

– Трудно сказать. Могу лишь в качестве примера привести акима Карагандинской области Бауржана Абдишева, о котором мои земляки отзываются в высшей степени положительно. При нем многое стало сдвигаться с мертвой точки. Как минимум в самой Караганде регулярно убирали снег.

Коль скоро мы заговорили о представителях исполнительной власти на местах, то не могу не вспомнить рассказ моей бывшей коллеги, которая провела несколько месяцев в Атырауской области. Практически везде люди ей говорили: «Пусть вернут нам Бергея Рыскалиева. Бергей строил мосты, Бергей строил дороги». По их словам, главная вина Рыскалиева как акима области заключалась в том, что он требовал от иностранных и казахстанских добывающих компаний соблюдения обязательств, прописанных в контрактах.

– То есть можно сказать, что, если чиновники, получившие реальные сроки, будут возвращены во власть, закидывать их камнями никто не станет?

– Я думаю, что нет. Наш народ в массе своей умный, дальновидный и способен отличить правду от фальши. У него свои представления, а у власти – свои. Разумеется, я далека от мысли рисовать осужденных чиновников ангелами. Но нужно ко всему подходить прагматически. Или мы будем думать об интересах государства, о том, какую пользу могли бы принести эти люди, или же будем кричать: «Распни!», поощрять тех, кто стремится инициировать «громкие дела», думая при этом о карьере и об орденах, но никак не о стране.

В период транзита власти у Нурсултана Назарбаева есть шанс золотыми буквами вписать свое имя в историю суверенного Казахстана в том числе милосердием по отношению к тем, о ком мы сегодня говорим. Если они будут амнистированы или реабилитированы, это станет плюсом для страны.

Вероятности такого развития событий я не исключаю. Недавно президент, принимая главу Национального бюро по противодействию коррупции Кайрата Кожамжарова, заявил, что нельзя огульно всех обвинять, надо подходить вдумчиво к каждому конкретному случаю и каждый факт сопоставлять с тем, что происходило на самом деле. Не сажать всех подряд, как это выглядит сейчас со стороны, а проявлять объективность.

И еще. Несколько лет назад, отвечая на чей-то вопрос, Нурсултан Абишевич сказал, что очень хорошо помнит судьбу Туркменбаши. И эта фраза, как мне кажется, залог того, что президент трезво представляет, что происходит в стране, а значит, «охоте на ведьм», наверное, придет конец.

Смотрите также

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > camonitor.com, 10 марта 2017 > № 2102776 Айгуль Омарова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter