Всего новостей: 2554783, выбрано 2 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Мустафаев Нуртай в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаНедвижимость, строительствовсе
Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 14 июня 2017 > № 2207704 Нуртай Мустафаев

Как снизить градус межэтнической напряженности в стране?

Автор: Сауле Исабаева

Судя по публикациям в СМИ и соцсетях, а также по комментариям к ним, в стране растет градус нетерпимости на межнациональной почве. Единство казахстанского народа постепенно превращается в миф, слово «толерантность» становится почти ругательным, а отдельные этнические группы чувствуют себя все менее уютно. Понятно, что «воду мутят» отдельные «доброжелатели», спрятавшиеся за мониторами компьютеров и пытающиеся влиять на общественное мнение. Но кто эти люди? Зачем им это надо? И как можно переломить столь опасный тренд? Об этом и многом другом мы беседуем с руководителем аналитического центра «Наше Дело», этнополитологом Нуртаем Мустафаевым.

- Нуртай Идиянович, как бы вы охарактеризовали межнациональную обстановку в нашей стране?

- Надо смотреть правде в глаза. Да, это миф. Никакой толерантности нет. Да и сам этот термин немножко неприятен, он отдает каким-то псевдодемократическим душком типа «надо быть толерантными к однополым бракам». Но мы – не Европа, и Европа (в этом и в любом другом отношении) нам не указ.

К сожалению, идея «межнационального согласия, единства и толерантности» постепенно размывается. Это видно хотя бы по тому, как сильно у нас любят раздуть всякого рода «межэтнические конфликты», которые на самом деле таковыми могут и не являться. Взять, к примеру, дело о драке со смертельным исходом возле алматинского бара «Чукотка» или нападение на внучку Героя Советского Союза генерала Ивана Панфилова — Айгуль Байкадамову…

Подобные настроения, надо заметить, гуляют в основном в Интернете, их подогревают так называемые национал-патриоты, некоторые представители интеллигенции, молодежи — в общем те люди, которые активно зависают в соцсетях. При этом основная часть экономически активного населения занимается своими делами и подобными вещами не увлекается, им не до этого. Да, они пользуются интернетом, сидят в соцсетях, но для каких-то своих личных нужд.

Мы должны четко понимать, что межэтническое единство — это действительно огромное наше достояние, которое надо беречь. Его потеря – главная угроза для нас.

- Но часто те же самые национал-патриоты видят угрозу не внутри страны, а извне...

- Что касается внешних врагов, то, на мой взгляд, это надуманная угроза. Казахстан никто прежде не захватывал (со времен образования) и не захватит! И прежде всего потому, что у нас очень суровые природные условия, в которых никто, кроме казаха-кочевника, не мог выжить. Это мы с вами сейчас находимся в Алматы, где прекрасный мягкий климат. А посмотрите, к примеру, на Центральный Казахстан, где летом адская жара, а зимой — лютый мороз. Мы просто уже приспособились, привыкли. В качестве аналогии можно назвать разве что Монголию с ее резко-континентальным климатом, где кроме самих монголов, которых всего-то 1,5 миллиона, никто жить не сможет.

- А как же Россия с ее «имперскими амбициями»?

- Россия не в состоянии справиться со своей огромной территорией. Зачем ей еще и мы?!...

Казахстан может исчезнуть как государство в нынешних своих границах только за счет межэтнического фактора, если не будет единства народа.

- Как вы это себе представляете?

- Обычно это происходит тогда, когда титульный этнос начинает дискриминировать остальные этнические группы, называть себя «главной нацией», форсированно продвигать свой язык во все сферы жизни и т.д. Русские в Украине называют это «психологическим террором».

Посмотрите, только на постсоветском пространстве по этой причине уже не стало таких государств (имеется в виду, что не стало в их прежних границах), как Молдавия, Грузия, Азербайджан, Украина. И Казахстан вполне может пополнить этот ряд, если казахи будут усиленно притеснять представителей крупных этнических групп — русских, узбеков, уйгуров и т.д.

Причем сценарий распада в нашем случае может быть очень жестким. Достаточно вспомнить межэтнические столкновения между киргизами и узбеками на юге Кыргызстана в 2010 году, в результате которых за три дня вырезали несколько тысяч человек... То, что сейчас происходит в Украине, покажется просто детскими играми по сравнению с тем, что может произойти в Центральной Азии.

Поэтому я ставлю знак равенства между этнонационалистами и нацистами. Именно титульные этноцентристы стали причиной тех межэтнических конфликтов, которые раскололи вышеназванные государства.

- На страницах Central Asia Monitor мы часто дискутируем на тему казахского национализма, и многие наши собеседники воспринимают его как положительное явление...

- В нашем обществе неверно интерпретируют понятия «нация», «национальность», «националист». Сейчас пошла мода называть национализм «зрелым» или «позитивным». Но надо понимать, что национализма уже нет, никакого — ни плохого, ни хорошего, ни здорового, ни больного. Он исчез как явление, его похоронили еще в 1960-е годы. Его эра закончилась!

Поймите, национализм — это движение за создание собственного государства в колонии. А Казахстан - не колония! Колониальная система давно рухнула.

- В предыдущем ответе вы затронули языковой вопрос. Сейчас он стоит достаточно остро, и трудно представить, чтобы его вдруг перестали активно муссировать. Как тут быть?

- Никто не выступает против языка. Лично я очень хочу его полноценного развития. Но я реалист и прекрасно понимаю, что это процесс постепенный, он займет не десять и даже не двадцать лет, а гораздо больше. По мнению социологов, это три поколения. Тогда, спрашивается, зачем бежать впереди паровоза? Зачем требовать, ставить сроки, искусственно задавать темпы? Это просто бессмысленно.

- А как вы оцениваете работу Ассамблеи народа Казахстана, которая как раз таки должна содействовать сохранению в республике межнационального и межконфессионального согласия? Насколько справедливо ее обвиняют в декоративности?

- Деятельность Ассамблеи народа Казахстана я оцениваю неудовлетворительно, примерно на три с минусом. Почему не на два? Потому как вреда от этой организации на самом деле нет. А вот вся ее беда в излишней заорганизованности.

Формально АНК является консультативно-совещательным органом, который встроен в исполнительную власть. У нее хорошее финансирование, неплохие офисы (где-то даже дворцы), большие штаты, свои аналитические центры, которые проводят мониторинговые исследования. Я даже читал некоторые из них, хотя они для внутреннего пользования. Да, там прописаны правильные вещи, полезные призывы, но какой от этого толк? Нам нужны конкретные и действенные меры, а не бесконечные мониторинги ситуации.

- А что бы вы порекомендовали в сложившейся ситуации? Может, пусть все останется так, как есть? Но какими тогда могут быть последствия?

- Нам просто нужно придерживаться принципа «равенство во всем». Это то, что прописано в Конституции, но на практике не всегда выполняется.

Взять, к примеру, ту же АНК. Она имеет в мажилисе всего девять мест — это ничтожно мало. Девять человек никак не могут отражать этнический состав населения страны и никак не компенсируют низкий уровень представительство этих этнических групп во власти. Я уже молчу о соотношении казахов и представителей других этносов в наших госорганах...

Нужно устранить все этнические преференции. Граждане Казахстана, независимо от национальности, должны иметь равные права и равный доступ ко всему. Надо помнить, что нация — это общность на основе согражданства, и жить согласно этому простому принципу.

Но нет, наши национал-патриоты стали все чаще заявлять, что Казахстан становится моноэтничным. Это глупо и смешно. На самом деле мы одна из наиболее полиэтничных стран в мире и еще долго будем ею оставаться.

Как отмечают известный российский этносоциолог Леокадия Дробижева и американский исследователь этнонационализма Уолкер Коннор, в мировой практике полиэтничными считаются те государства, которые имеют более 5 процентов иноэтничного населения. А такие страны сегодня составляют большинство. Что касается Казахстана, то здесь доля иноэтничных граждан достигает целых 33 процента. В той же России этот показатель – около 20 процентов, но даже составляющие лишь один процент чеченцы, как мы уже видели, могут так обострить ситуацию, что мало не покажется…

- Значит, стремительный рост численности казахского населения — тоже миф?

- Если вы посмотрите динамику роста казахского населения с 2004-го по 2017-й, то это всего лишь 0,5 процента в год. И даже такой рост может замедлиться в связи с урбанизацией.

Дело в том, что казахи массово становятся городскими и соответственно малодетными (1-2 ребенка). При этом те же узбеки и уйгуры, вне зависимости от того, где они живут — в городах или селах, сохраняют высокий уровень рождаемости. И это феномен! Трудно его объяснить. Возможно, он связан с их высокой религиозностью….

Что это означает? Что удельный вес этих двух этнических групп будет стремительно расти. Впрочем, такая тенденция наблюдается уже с 1960-х годов. Доля всех остальных групп будет сокращаться, в том числе и казахов.

- В Казахстане эту проблему пытаются решить с помощью оралманов. Насколько это рационально?

- Лично я против того, чтобы привлекать в страну оралманов, потому как соотечественники за рубежом — это для нас гораздо больший плюс. Казахские национал-патриоты противоречат сами себе, когда ратуют за возвращение этнических казахов.

Дело в том, что, согласно исследованиям известного казахстанского ученого Гульнары Мендикуловой, казахи Китая (СУАР), России (Омская, Оренбургская и другие сопредельные с нами регионы), Узбекистана – это не диаспоры, а ирреденты, так как они исконно проживали в тех местах. И непонятно, зачем они должны переселяться в Казахстан в его нынешних границах? Точно так же у Казахстана есть взаимные ирреденты с другими государствами.

То есть все казахи, живущие в сопредельных странах (Китай, Россия, Узбекистан) — это части казахского этноса, которые в силу исторических и политических процессов оказались вне территории государства. В большинстве стран мира этнические и государственные границы не совпадают. Везде есть взаимные ирреденты. Например, Германия и Франция (в частности, Эльзас и Лотарингия), Литва и Польша, Венгрия и Румыния, Россия и Украина, Таджикистан и Узбекистан, Кыргызстан и Узбекистан… Можно привести и много других примеров.

Иначе говоря, если нет дискриминации по этническому признаку, то и не будет никаких межэтнических конфликтов.

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 14 июня 2017 > № 2207704 Нуртай Мустафаев


Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > camonitor.com, 2 июня 2016 > № 1775252 Нуртай Мустафаев

Была у казахов частная собственность на землю или нет?

Автор: Кенже Татиля

Страсти, неожиданно разгоревшиеся вокруг земельного вопроса, показали, что как и во многих других случаях, в восприятии этой проблемы большинством невольных участников дискуссии больше превалируют эмоции, нежели понимание ее сути. Наверное, это вполне объяснимо, поскольку многие дают оценки с позиций дня сегодняшнего. Поэтому мы решили сделать небольшой исторический экскурс, чтобы узнать, как обстояла ситуация с земельным вопросом в традиционном казахском обществе. Помочь нам в этом согласился известный казахстанский историк и политический эксперт Нуртай Мустафаев.

- В связи с последними дискуссиями возникает вопрос: была ли у казахов частная собственность на землю? А если была, то почему мы (судя по всему, большинство казахов) сегодня выступаем против нее?

- Закономерно, что власть выступает в поддержку норм, закрепляющих право частной собственности на земли сельскохозяйственного назначения. Такое право была введено еще в первой редакции Земельного кодекса РК от 2003 года и подтверждено во всех последующих редакциях 2008, 2011, 2014 годов. В том числе и в последнем по времени пресловутом законе РК "О внесении изменений и дополнений в Земельный кодекс Республики Казахстан" № 389-V ЗРК от 2 ноября 2015 г., вызвавшем столь бурные дебаты в обществе.

Все эти редакции кодекса, включающие нормы о частной собственности на землю сельхозназначения, разрабатывались и составлялись правительством, и принимались депутатами парламента, подавляющее большинство которых составляли представители партии "Нур Отан".

В принципе, суть экономических реформ в Казахстане в постсоветский период всегда была рыночной. И с этой точки зрения, на мой взгляд, введение частной собственности на землю в аграрном секторе, но исключительно для граждан Казахстана, не вызывает возражений. А вот передача сельхозугодий в аренду иностранцам должна быть полностью запрещена. Вместе с тем, следует отметить, что с узаконением частной собственности на сельхозугодья в Земельном кодексе 2003 года на селе произошло резкое социальное расслоение, в результате чего появились латифундисты, обладающие тысячами гектаров. При этом значительная часть земель этих новых суперкрупных собственников не осваивается и не вводится в оборот.

Известные в исторический период нормы обычного права казахов не подтверждают существования института частной собственности на землю. Подробно земельные отношения у казахов стали изучаться со второй половины XIX века. В досоветский период большинство исследователей уделяло основное внимание переселенческому движению казаков и российских крестьян. При этом земельные отношения у казахов оставались в этих исследованиях на периферии.

В советское время довлел формационный марксистско-ленинский подход: первобытнообщинный строй, рабовладельческое, феодальное, капиталистическое, социалистическое общества. Соответственно, большинство исследователей полагало, что в Казахстане с конца XV до начала XX века происходило становление феодальных отношений, основой которых была собственность на землю (пастбища) и скот.

В 1954 году в Ташкенте состоялась специальная научная сессия, посвященная дебатам по вопросу об экономических основах кочевых обществ. В дискуссиях и итоговой резолюции сессии возобладала концепция феодализма в кочевом обществе казахов, в основе которого была частная собственность на землю. Вразрез мейнстриму большинства ученых были выступления, а в последующем статьи и книги В.Ф. Шахматова и С.Е. Толыбекова.

Наиболее значимой в плане аргументации альтернативной концепции стала книга С.Е. Толыбекова "Кочевое общество казахов в XVII - начале XX века: политико-экономический анализ" (Алма-Ата, "Наука", 1971). Согласно анализу автора, основой кочевого общества казахов была собственность на скот, тогда как земля находилась в общинной, родовой собственности.

В постсоветский период наиболее аргументированная позиция относительно особенностей функционирования и жизнедеятельности кочевого общества казахов представлена в книге Н.Э. Масанова "Кочевая цивилизация казахов: основы жизнедеятельности номадного общества" (1995 г.).

В своем исследовании Нурбулат Масанов особое внимание уделяет роли географического фактора, преобладанию на территории, заселенной казахами, резко-континентального климата, степей, пустынь и полупустынь с очень выраженным дефицитом водных ресурсов. Скудость и ограниченность кормовой базы для скота обуславливали кочевое скотоводство, весьма дальние маршруты кочевания, относительную размытость границ пастбищ, необходимость взаимодействовать и выживать в составе общин с учетом суровых природно-климатических условий.

В отличие от своих предшественников, изучавших эту проблему, Масанов, в соответствии с особой ролью природно-климатических условий в Казахстане определяет в качестве первичного основания кочевого общества не скот или землю, а водные ресурсы. По его мнению, в Казахстане были представлены два типа кочевого скотоводческого хозяйства: 1) естественного водопользования, 2) искусственного водопользования. При этом частная собственность на скот была вторична по отношения к фактору водопользования.

Отсюда вывод: пастбища (земля) в обычном праве формально принадлежали общине, роду, но эти нормы во второй половине XIX века - начале XX века постепенно всё более превращались в юридическую фикцию. Раз для общин, родов действовало "право первозахвата" водных ресурсов, то опосредованно, фактически складывались неравномерные, как между различными общинами, родами, так и внутри этих общинных групп, примеры землевладения и землепользования. Богатые члены общин, родов обладали более качественным видовым составом стада, обладали большей мобильностью и могли первыми прибыть к источникам водопользования. Что вело к последующим фактическим различиям в землевладении и землепользовании.

- В чем историко-национальная специфика земельных отношений в Казахстане до 1917 года? Надо ли учитывать эту специфику в современных условиях?

- В советский период в среде историков, экономистов, юристов, изучавших кочевое общество казахов, почти безраздельно господствовал марксистско-ленинский подход. Они, за редкими исключениями, обосновывали формирование и становление феодального строя на территории Казахстана аналогичными "классическими" феодальными отношениями в Европе и мировой истории. Соответственно утверждалось, что основанием экономических отношений в кочевом обществе казахов также выступала частная собственность на землю.

Но сторонники этой концепции не учитывают двух моментов. Во-первых, в период казахских ханств, согласно нормам обычного права, земля принадлежала родам. Ханам и султанам по наследству передавались во владение не земли, а роды, племена. Во-вторых, с упразднением ханской власти в XIX веке в Среднем (1822 г.), в Младшем (1824 г.), а затем и в Старшем (1850-е гг.) жузах территория Казахстана окончательно превратилась в колонию Российской империи. При этом, согласно российским реформам 1867, 1886 и 1891 годов, все земли были объявлены собственностью государства.

Последняя попытка восстановить ханскую власть была предпринята внуком Аблайхана - Кенесары Касымовым в 1837-1847 годах, когда он возглавил масштабное антиколониальное восстание. В условиях превращения территории бывших казахских ханств в колонию Российской империи земля (в основном пастбища) передавались общинам, родам во временное владение, пользование. Поэтому в юридическом плане говорить о частной собственности на землю в Казахстане в колониальный период не приходится.

Специфику земельных отношений, бытовавших в прошлом, конечно, следует учитывать. Казахами накоплен богатый опыт в плане оптимальных, с точки зрения экологии природной среды, маршрутов и участков отгонного животноводства, начала и завершения сезонных циклов в животноводстве, выпаса скота, заготовки кормов, земледелия, разведения наиболее приспособленных к конкретным природно-климатическим условиям пород скота. Может пригодиться и опыт отдельных видов коллективных работ и взаимопомощи, которые неизбежны при сложных условиях природной среды, характерной для многих регионов Казахстана. Но, конечно, с учетом изменившихся экономических условий, новых технологий, применяемых ныне в аграрном секторе, коренного изменения самого общества.

- Чем отличается сегодняшнее понятие "частная собственность на землю" от этой же категории в условиях традиционного казахского общества?

- Сегодня другие экономические условия, совсем иные отношения в сфере земельных отношений. С 2003 года в нашей стране закреплено право частной собственности на земли сельскохозяйственного назначения. В традиционном казахском обществе после включения Казахстана в состав Российской империи де-юре частная собственность на землю (пастбища) была упразднена, поскольку земля объявлялась собственностью государства.

В период казахских ханств и позднее, в период упразднения ханской власти в трех жузах и окончательного превращения территории Казахстана в колонию Российской империи, могло иметь место завуалированное, опосредованное землевладение де-факто. В частности, как следствие неравенства в доступе к водным источникам и неравенства размеров частной собственности на скот у членов общин, родов.

Одно из ключевых отличий заключается в том, что сегодня значительная часть земель сельхозназначения официально сконцентрирована в руках немногих латифундистов, а для большинства аграриев характерно обезземеливание, либо сохранение лишь небольших земельных паев на праве частной собственности. В традиционном обществе не только в правовом плане, но и фактически, опосредованно, в связи с различиями в количестве скота в частной собственности у членов общины, подобной концентрации земель в руках немногих богатых членов кочевого общества не наблюдалось.

Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > camonitor.com, 2 июня 2016 > № 1775252 Нуртай Мустафаев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter