Всего новостей: 2552765, выбрано 1 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Садыков Болот в отраслях: Финансы, банкивсе
Садыков Болот в отраслях: Финансы, банкивсе
Киргизия > Финансы, банки > kg.akipress.org, 20 января 2014 > № 987062 Болот Садыков

В Кыргызстане отмыто более 1 млрд долларов

Статс-секретарь Государственной службы финансовой разведки КР Болот Садыков в интервью Tazabek рассказал об отмывании денежных средств в Кыргызстане, о переводах средств в офшорные зоны и о мерах, предпринимаемых ведомством по совершенствованию законодательства.

- В 2013 году исполнилось 8 лет со дня создания в Кыргызстане подразделения финансовой разведки. Чего удалось достичь?

- Наша служба была образована в 2005 году. Фактически начала свою работу 1 января 2006 года. В этот период деятельность службы носила больше организационный характер. В 2007 мы создали Единую базу информационной системы. Можно сказать, что к исполнению своих функциональных обязанностей, к реальной работе мы приступили в 2008 году после принятия ряда законов, внесших необходимые изменения и дополнения в законодательство страны. Это было необходимо для приведения отечественного законодательства в соответствие с нормами международного права и рекомендациями ФАТФ. По сути, это был период становления Службы финансовой разведки и национальной системы противодействия финансированию терроризма и легализации (отмыванию) преступных доходов (ПФТ/ОД).

8 лет — срок по историческим меркам небольшой. Но, Служба финансовой разведки за это время сумела добиться ощутимых результатов, в частности, налажено реальное взаимодействие с министерствами, ведомствами, правоохранительными органами, надзорными органами, то же самое можно сказать и о международном взаимодействии. ГСФР как уполномоченный орган по ПФТ/ОД при технической поддержке международных организаций активно проводила обучающие семинары для представителей коммерческих банков и небанковских структур, для лиц, представляющих сведения, мы проводили межведомственные встречи, подписывали соглашения с надзорными, правоохранительными органами и другими ведомствами.

Когда служба только начинала свою работу, объем сообщений был незначительным и составлял 200-300 сообщений в день, со временем их становилось все больше и больше. На сегодня ежедневный объем сведений, поступающих в базу данных Единой информационной системы ГСФР, составляет более 2400 сообщений.

Сведения нам предоставляют коммерческие банки, микрокредитные организации, страховые компании, рынок ценных бумаг, Государственная регистрационная служба. В последние годы активизирована работа с правоохранительными органами. Служба финансовой разведки по запросу в рамках возбужденного уголовного дела проводит финансовый мониторинг и предоставляет материалы финансового расследования правоохранительным органам.

- Вы говорите, что поступает информация из ГРС, из банков, от страховых компаний. А по микрофинансовым компаниям тоже поступает информация?

- Можно сказать, что нами охвачен большой круг лиц, предоставляющих сведения, но у есть и проблемы. Скажем, есть региональные микрокредитные организации, которые только сейчас начали отправлять сведения. Мы провели большую работу с надзорными органами, в том числе с Национальным банком Кыргызстана. НБКР проводит работу с непосредственными поднадзорными органами, то есть с микрокредитными организациями и кредитными союзами и требует соблюдения требований закона КР «О противодействии финансированию терроризма и легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем».

- Финансовые институты предоставляют информацию о финотчетности и по сделкам тоже?

- Финансовую отчетность нам не предоставляют, в соответствии с законом нам предоставляют информацию двух видов — это сообщение по обязательному контролю (пороговая сумма свыше 1 млн сомов) и сообщение по критерию подозрительности операции. Есть реестр критериев подозрительности финансовых операций, согласно которому сотрудники финансовых учреждений должны определять в каждом конкретном случае, подозрительная ли операция и, если да, то сведения о ней направляют нам. Критерии подозрительности дают направление, на что необходимо обращать внимание: либо операция связана с офшорными зонами, либо это дробление суммы или отсутствие в данной операции видимого экономического смысла. Комплайнс офицер сам должен это определить.

Допустим, человек отправляет по 100 долларов в офшорную зону, это кажется подозрительным, сам комплайнс офицер определяет что это — вывод средств или может быть просто отец посылает деньги сыну, который учится за рубежом. В этом случае в данной операции нет ничего предосудительного. К сожалению, пока еще многие банки отправляют все без особого разбора, как говорится, чтобы голова не болела. Поэтому мы и получаем так много сообщений.

- Если говорить проще: я продаю дом, кладу деньги на счет, перевожу из одного банка в другой — это операция подпадает под ваш контроль?

- Да, если сумма превышает 1 млн сомов, операция подпадает под обязательный контроль, то есть сведения о ней обязательно присылаются нам. Многие операции не подпадают под обязательный контроль, они просто накапливаются в базе. Но если человек отправляет большие суммы, но не объясняет, откуда у него такие деньги, то эти операции подлежат обязательному контролю.

- Если я перевел деньги из одного банка в другой, и эта операция отразилась в банке, данная операция подпадает под критерий подозрительных?

- Нет. Потому что банк, получивший деньги, сразу спрашивает, что за деньги. Банк сведение об операции отправляет нам [в Финразведку], но прежде комплайнс офицер обязан выяснить происхождение данных денег. Если от продажи дома, тогда вопросы отпадают.

- А я могу не говорить, откуда они у меня?

- В этом случае операция подпадает под критерий подозрительности. А если владелец денег, например, получил их от продажи наркотиков, но заявляет, что продал дом, комплайнс офицер обязан выяснить, был ли вообще дом и был он продан. Для этого у каждого финансового института существует комплайнс служба, специалисты которой проходят у нас обучение и в дальнейшем определяют категорию той или иной операции.

- Когда вокруг Финразведки разгораются страсти, некоторые политики высказывают мнения о неэффективности деятельности ведомства. На ваш взгляд, это оправданная позиция? Не дублирует ли Финразведка функции других ведомств, например, Финполиции и АКС ГКНБ?

- Функции Службы финансовой разведки прошли экспертизу рабочих комиссий. Дублирующих функций с другими ведомствами или органами у нас нет. Финансовая разведка является уникальным органом, который не относится к правоохранительным, хоть она тесно взаимодействует с правоохранительными органами. ГСФР является аналитическим органом. Она является определенным буфером между финансовым сектором и правоохранительными органами. Мы получаем сведения от финансового сектора, обрабатываем, проводим финансовые расследования и направляем результаты в правоохранительные органы, но только в рамках возбужденного уголовного дела и только при наличии письменного запроса компетентных органов.

Думаю, страсти разгораются по двум причинам: первое, незнание предмета деятельности Финансовой разведки. Как правило, нам приписывают не свойственные нашей службе правоохранительные функции. Очевидно, срабатывает стереотип мышления. Второе, сегодня сложно представить политика, не имеющего собственного бизнеса. А бизнес у нас, к сожалению, нередко связан с теневыми оборотными деньгами и не всегда правомерными действиями. Очень может быть, что кому-то весьма нежелательно, чтобы Финансовая разведка собирала информацию о такой деятельности.

- Были ли случаи, когда выявлялись подобные факты, связанные с именами политиков?

- Да, были. По этому вопросу ведется работа, ведется мониторинг. Я не буду говорить, действующие это политики или нет. Мы вносим законопроект о дополнениях, который предусматривает норму, позволяющую проведение мониторинга политически значимых лиц. Сейчас у нас есть закон о мониторинге иностранных лиц. Но международные стандарты требуют, чтобы к политически значимым лицам финансовые учреждения относились с особой тщательностью и мониторили их финансовые операции для работы в части предотвращения коррупции, злоупотребления и т.д.

Зачатую сами политики не занимаются финансовыми операциями, вместо них это делают третьи лица, то есть близкие родственники или подставные лица. Мы всегда стараемся определить конечного выгодополучателя — бенефициара. Бенефициаром будет тот, кто вложил деньги. Все финансовые операции, в конечном итоге, ведь выявляются.

- Одной из функций Финразведки является борьба с легализацией денежных средств, заработанных нечестным путем, в том числе борьба с отмыванием денег. Назовите основные секторы экономики, где проходят операции по отмыванию денег? Каковы суммы операций?

- По секторам мы не будем останавливаться. В соответствии с рекомендациями FATF с прошлого года начали проводить национальную оценку рисков. Национальная оценка рисков призвана определить наиболее уязвимые точки, где особо требуется внимание. Сейчас мы заканчиваем национальную оценку рисков. В дальнейшем мы будем это проводить через правительство и публиковать на официальном сайте.

Для чего это нужно? Во-первых, мы определяем криминогенность той или иной отрасли. Второе, наши аналитики должны будут обращать более пристальное внимание туда, где могут проводиться махинации по отмыванию денег.

Наибольшая криминогенность у нас сегодня наблюдается в обороте наличных денежных средств. Это является наиболее темным сектором по перемещению денежных средств. По данному сектору создана рабочая группа из представителей различных ведомств, мы обсуждаем данный вопрос.

- Ваше мнение о том, что необходимо перевести все операции купли-продажи на безналичный расчет? Говорили об ограничении до 300 тыс. сомов.

- В принципе здесь нужен тщательный подход, необходимо все подсчитать. Но можно однозначно сказать, что безналичные расчеты дадут больше прозрачности, меньше будет коррупционных схем, меньше теневой экономики.

Мы посмотрели, что для оборачиваемости операций по осуществлению незаконного оборота наркотиков и иным нелегальным операциям с использованием банковского инструментария общая сумма используемых денег в 2013 году составила 770 млн сомов и 275 млн долларов. Это не «грязные» деньги, это деньги, которые использовались для отмывания денег, для совершения операций.

Данная сумма следует из материалов, которые мы расследуем. Но я не могу сказать, что этим мы охватили все. У нас маленький штат, аналитиков не хватает. Это проблема.

- В недавно опубликованной статье на сайте ГСФР речь шла о том, что руководитель одной из коммерческих структур выводил деньги из Кыргызстана в офшорную зону. Расскажите об этом случае подробнее. В какую именно офшорную зону выводились средства? О какой сумме идет речь?

- Наш орган является аналитическим органом, который проводит финансовые расследования по возбужденным уголовным делам или по своей инициативе. Часть получаемой информации идет под грифом «Секретно» от лиц, предоставляющих сведения.

По факту перевода денежных средств в офшорную у нас есть информация. Она фигурирует в уголовном деле, поэтому она может быть обнародована только в рамках судебного процесса.

- А если, не называя компании?

- Сейчас проводится международное расследование, и мы являемся его участником. В Кыргызстане было отмыто порядка более 1 млрд долларов. Были такие сведения от Российской Федерации и с нашей стороны. Часть этих денег пошла в офшорную зону. Сама офшорная зона подразумевает непредоставление сведений, там есть возможность спрятать деньги. Но, мы это видим, когда они туда уходят, а что там с ними происходит, мы знать не можем, к сожалению.

- Надо отметить, что 1 млрд долларов прошло через Кыргызстан. Что значит «отмыть»?

- Для того, чтобы отмыть деньги, необходимо какую-то массу запустить, а через нее часть отмыть, то есть придать законный вид.

- Спикер говорил, что на деньги наркотрафика у нас идут в министры и депутаты, а один из руководителей Евразийской группы по противодействию легализации преступных доходов говорил, что в Кыргызстане ежегодно отмываются от 1,2 до 1,5 млрд долларов.

- Фактическую сумму очень трудно определить, когда речь идет о деньгах наркотрафика, потому что там идут наличные средства. Наличка перемещается через пограничные пункты, посты. Часть ее фиксируется, часть провозится контрабандой. В этом отношении нам трудно сказать точные цифры.

А если говорить о коммерческой структуре, то это компания по оказанию услуг, с которой связано замораживание денежных средств в сумме 2 млн долларов.

- А если говорить о тенденции, в какую офшорную зону выводятся денежные средства больше всего?

- В принципе такого понятия, с какой страной больше или меньше проводится операций, у нас нет. Ситуация каждый год может меняться. Если в одно время в Кипр много выводили, усиление контроля привело к сокращению числа операций в этом направлении. Но офшорных зон меньше от этого не становится, поэтому очень сложно определять стабильные тенденции. Сейчас мировое сообщество оказывает влияние на офшорные зоны, даже банки Швейцарии уже раскрывают банковскую тайну, если есть уголовное дело и правильно оформленный запрос в рамках международных соглашений. Все делается, чтобы этот темный круг финансовых операций сужался, и в какой-то момент он может исчезнуть.

Для нас сейчас не имеет значения, в какие офшорные зоны больше всего уходят деньги, бросать все дела и проводить этот анализ бессмысленно... Для нас имеет значение оказание содействия правоохранительным органам по уголовным делам и выявление серых схем отмывания преступных доходов, осуществляемых в ущерб финансовой системе Кыргызстана.

За 8 лет с момента создания Службы финансовой разведки нагрузка на одного сотрудника увеличилась в 3-4 раза. Сотрудники перегружены работой, из-за этого у нас большой кадровый отток. Из первого состава, который начинал работать в 2007 году, остались только 3 человека.

Наши специалисты уходят на продвижение. Когда говорят про зарплату, у нас она неплохая по сравнению с другими ведомствами, но если сравнивать уровень подготовки, квалификацию сотрудника, думаю, нужен дифференцированный подход, нельзя всех приравнять к одной планке. Есть специалисты уникальные — аналитики, это люди, которые должны разбираться в финансовых операциях, в налоговом и таможенном законодательстве, должны изучать уголовный, административный кодексы. Человек, который работает 2-3 года, нарабатывает навыки и его с удовольствием переманивают в коммерческую структуру или переводят на другую должность в какое-либо ведомство с хорошей зарплатой.

- Какая средняя зарплата у ваших сотрудников?

- Если в наших коммерческих банках простые работники получают по 15-20 тыс. сомов, то сотрудник Финансовой разведки получает 8-9 тыс. сомов в месяц. Да, у нас есть надбавки, но в итоге 27,5% удерживается и сотрудник на руки получает 8-9 тыс. сомов. Руководитель, конечно, больше получает. У нас в штате 28 человек.

В прошлом году мы интегрировали все надбавки и заработную плату, за счет этого у нас заработная плата чуть-чуть поднялась. Но не в нарушение бюджета. У нас коллектив молодой, средний возраст — 32-34 года, более половины владеет иностранными языками, ребята креативные, но главное — их надо удержать. Здесь два пункта — моральный и материальный. Моральный мы создаем, но нужен еще и материальный стимул.

- А какая у вас зарплата?

- Согласно реестру у меня заработная плата 21 тыс. сомов, у председателя на 1 тыс. сомов больше. У меня выслуга большая, стаж на госслужбе 30 лет и надбавка идет 40%.

- Получается 30 тыс.?

- 28 тыс. сомов, если быть совсем уж точным.

- Сейчас проводится большое расследование по делу Кумтора. Ваше ведомство участвует в этом?

- В рамках уголовного дела мы взаимодействуем с правоохранительными органами. В рамках уголовного дела правоохранительные органы направляют нам запросы, мы их выполняем.

- Ранее, 17 апреля 2013 года, на заседании Жогорку Кенеша вы сообщали, что Государственная служба финансовой разведки, Государственная таможенная служба и Антикоррупционная служба ГКНБ совместно работают по вопросу вывода из города Ош 5 млн долларов. Что это за дело? Каковы итоги расследования?

- Это уголовное дело связано с наличными деньгами. Как я сказал ранее, мы получаем сведения о финансовых операциях. Если в рамках уголовного дела к нам поступит запрос, мы будем работать в этом направлении.

- Расследование по ОАО «АзияУниверсалБанк» еще продолжается или уже закончено? Каковы результаты? Что удалось выяснить?

- Есть такое понятие, как тайна следствия. Я не могу назвать перечень лиц, по которым идут запросы, но скажу, что мы участвуем в этом деле. Я понимаю, что средствам массовой информации интересно, чем мы занимаемся. Я еще раз повторяю, что Финрзведка — это аналитический орган, который получает информацию из различных источников, работает по ним, и наша задача — беречь эту информацию для того, чтобы не было каких-то последствий или раскрытия тайны следствия, банковской тайны, коммерческой тайны или иной тайны. В этом отношении мы не можем публично заявлять как правоохранительные органы о результатах следствия. Мы выполняем свою работу.

- Вы как младший брат? То же самое как Счетная палата выявляет, а потом передает дальше?

- Если ведется уголовное дело, нас туда не будут включать, потому что мы не можем выступать в суде и раскрывать информацию в связи с законом. У нас статус такой. Вообще нежелательно органу, владеющему информацией, иметь статус правоохранительного органа. Представляете, что будет — будет террор по отношению к другим органам.

Для того, чтобы уменьшить коррупционную составляющую, надо сделать все более прозрачным. Во-вторых, надо убирать некоторые несовместимые функции. Например, функцию лицензирования и надзора, как можно давать лицензию, а потом ее проверять? Необходимо такие функции разделять, чтобы при обнаружении нелегальности такой лицензии можно было отзывать. А то один и тот же орган выдает и проверяет.

По пробелам и поправкам мы сейчас ввели законопроект по противодействию легализации доходов с учетом рекомендаций FATF, в принципе прошли все комитеты. Вы сами видели, что было большое противоборство по данному процессу. Конечно, я понимаю, что есть недоработки, которые можно доработать, но встречается элементарное нежелание поддерживать законопроект. Есть люди, которые считают, что это не нужно, это будет мешать развитию бизнеса. Но мне хотелось бы задать вопрос, а в чем видите препоны? Есть аналитический орган, служба финансовой разведки, в которой работают 28 человек, которые не имеют функций контроля, людей не вызывают, не допрашивают и т.д. Были бы такие функции, тогда я бы сказал: «Да, возможно», но, ведь таких функций нет. В общем-то, такие функции и нежелательны, тогда, наверняка, появятся коррупционные моменты, тогда появится и влияние на бизнес-сообщество. А это уже, сами понимаете, коллапс…

- Какова сейчас ситуация в небанковских финансово-кредитных учреждениях в плане надзора за сомнительными операциями?

- Честно скажу, у нас есть пробел в отношении надзора за оборотом изделий из драгоценных металлов и государственного финансового надзора. Там еще люди мало знакомы с этой системой. Хотя возможностей отмывания денег и в дальнейшем их использования в подозрительных операциях немало.

Те, кто занимается драгметаллами, тоже должны предоставлять сведения, но от них ни одного сообщения о подозрительных операциях пока не поступало. То есть, существует скупка изделий и лома драгметалла, люди сдают ценности в ломбарды, ведь они могут быть ворованными, полученными преступным путем. Но ни одного сообщения об этом нет. По этой отрасли мы очень тщательно работаем, стараемся разъяснить ситуацию, пытаемся проводить занятия, объясняем, что они должны проверять клиента по перечню террористско-экстремистской деятельности. Потому что не исключено, что на эти самые деньги экстремисты могут подготовить и провести какой-нибудь теракт. Необходимо, чтобы они хотя предпринимали первичные, превентивные проверки, но это больная ситуация, которую мы пытаемся исправить.

- Есть ли в Кыргызстане компании, которые зарегистрированы в офшорах? Расскажите о банковских счетах, зарегистрированных в офшорах?

- Наличие в офшорных зонах счетов наших коммерческих структур, компаний — это факт, который никто не отрицает. Но статистику мы будем вести после того, как проведем Национальную оценку рисков. Мы будем вести статистику, так как необходимо уделять внимание данному вопросу.

- Как продвигается работа по исключению Кыргызстана из «серого» списка FATF?

- Наша команда поехала в Париж, где они должны заявить о выходе из «серого» списка. Потому что прогресс в нормативных актах есть. Сейчас в Жогорку Кенеше рассматривается проект новой редакции закона «О противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию терроризма». Наши изменения, связанные с терроризмом и экстремизмом, с финансированием терроризма введены в Уголовный кодекс. В законы КР введены понятия и нормы по инсайдерским сделкам, манипулированию рынком и т.д. То есть, мы осуществляем меры по борьбе с отмыванием денег. Рассматривается вопрос по платежным системам, чтобы деньги фиксировались. В связи с этим наша делегация имеет возможность заявить о выходе из «серого» списка. Потому что «серый» список подразумевает определенные ограничения и нас постоянно заслушивают — это затраты, риски, ежеквартальные отчеты, усиленный мониторинг.

И, возможно, в июне 2014 года мы выйдем из «серого» списка. В принципе, в свое время я посмотрел, как работают остальные подразделения финансовой разведки, особенно в странах СНГ. У нас уровень выше ряда стран и прогресс существенный, наша служба работает неплохо. Это потому что ГСФР была создана раньше и у нас больше опыта, деятельность нашей ГСФР находится под контролем руководства страны, Правительство Кыргызской Республики оказывает всемерную поддержку.

- Принимала ли участие Финразведка в делах, связанных с РСК Банк и ОсОО Total Assets Management, где упоминались такие суммы, как 1,8 млн долларов? Могли бы вы сказать что-нибудь об этом?

- Здесь у нас лица, предоставляющие сведения, — это банки, компании и т.д. Если бы они предоставляли полноценную и своевременную информацию, но это не всегда так бывает... Там есть заинтересованные лица, которые стояли во главе, могли скрыть эту информацию. То же самое произошло с «АУБом». Когда мы стали разбираться, и оказывается, многие сведения по операциям присылались позже, а некоторых вовсе не было видно.

Киргизия > Финансы, банки > kg.akipress.org, 20 января 2014 > № 987062 Болот Садыков


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter