Всего новостей: 2552765, выбрано 1 за 0.004 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Быковский Сергей в отраслях: Легпромвсе
Быковский Сергей в отраслях: Легпромвсе
Киргизия > Легпром. СМИ, ИТ > kg.akipress.org, 9 февраля 2018 > № 2490987 Сергей Быковский

Издание Tazabek продолжает рубрику «Большой разговор», в которой мы разговариваем с бизнесменами о предпринимательстве, секрете успеха, о взглядах и о жизненных уроках.

Сегодняшним гостем стал глава компании BIGSERSPORT Сергей Быковский.

- Сергей, ваша компания с 1996 года шьет одежду для олимпийской сборной Кыргызстана. Расскажите, какие критерии у Национального олимпийского комитета?

- Основная задача при выборе - это сделать определенные отличительные моменты дизайна, в котором отражена символика, представление страны. Например, в Сочи во время выхода нашей сборной форма была отмечена Американским домом моды и другими сборными.

Выбор компании еще зависит от финансовых возможностей. Есть два варианта: заказать индивидуальный дизайн, либо взять обыкновенные вещи и нанести на них шевроном вышивку, написав Kyrgyz Republic. На Олимпиаде в Рио как раз такое было. Взяли обыкновенную потоковую форму из Китая, нанесли на нее вышивку и поехали. Сказали, что дешево, сердито и круто.

Все зависит от того, какую ставит задачу НОК. Есть такое понятие как продвижение узнаваемости страны за рубежом. Когда наша сборная выступает на Олимпиаде, все страны смотрят, во что она одета. Если сборная в китайской одежде, то, соответственно, напрашивается вывод, что в Кыргызстане нет своей легкой промышленности и брендов.

Спорт сегодня оценивает не только какая сборная и в каком количестве приехала, но и внешний вид. Если форма неважная, то, значит, страна экономически отсталая, она представлена там, потому что финансируется или дотируется Международным олимпийским комитетом. Сегодня мы становимся свидетелями того, какие дебаты идут по допуску российской сборной. Это все борьба и конкуренция.

- Вам не кажется, что это бизнес?

- Как только олимпийские игры стали коммерческими, они превратились в бизнес. МОК зарабатывает на них 22 млрд долларов. У нас вся страна работает и еле-еле может 2 млрд осилить. И это при том, что в игры сама страна вкладывает, а не МОК.

- Как Вы, будучи легкоатлетом, попали в бизнес?

- В 14-летнем возрасте я попал в спортивный класс по легкой атлетике. В то время, 1978-1979 годы, создавались спортивные классы. К нам в школу пришли тренера и провели тесты для отбора в спортивные секции.

Когда начал тренироваться, испытал на себе все недостатки дефицита в СССР. Особенно трудно было достать кроссовки для бега или спортивные костюмы. Одежду выдавали по усредненным стандартам.

Я изначально попал к очень хорошему опытному тренеру. У нас в секции были старшие по группе члены сборной СССР. Вот у них была совсем другая экипировка. Вот тогда, в 14 лет, во мне стала зарождаться идея постигать эти вещи.

- Как можно в 14 лет постигать эти вещи?

- Начал шить прямо на своей ноге. Брал у спортсменов старые фирменные западные кроссовки, разбирал, раскладывал на лекала, изучал. Потом я приобрел колодки. В ДОСААФе приобретал парашютный материал, он был очень прочный, брал чулки-сапоги женские, они были на поролоне и соединял эти слои. Потом из этих слоев кроил, добавлял и делал из них полноценные кроссовки, микропору клеил. Тогда не было пресса, я на ночь две деревяшки брал и собирал вверх с низом и под шифоньер ставил как пресс, всю ночь пролежит, склеивалось, формовал потом заново и бегал.

Суть в том, что я через себя стал все пропускать. Если я что-то неправильно сделал, то после нескольких километров появляются мозоли, кровь и боли. Через это все я начал четко понимать, в чем суть обуви, какая она должна быть, какие должны быть параметры одежды. Потом я уже более профессионально начал заниматься спортом, попал в сборную Советского союза, была экипировка разных компаний. Была возможность сравнивать, понимать и это не просто были разовые вещи для себя, я начал это делать на продажу.

Меня все стали просить: сделай мне, сделай мне. Так я за ночь сшивал кроссовки, а утром их продавал. В 15 лет у меня появилось уже четкое понимание, что есть спрос и какое должно быть предложение.

- Неужели это стало поводом закончить карьеру спортсмена?

- В 1987 году я получил травму и не смог дальше профессионально заниматься спортом. Как раз в это время по стране стали открываться кооперативы. Мы с ребятами одни из первых открыли кооператив, они назывался «Темп», потом «Азия спорт». Естественно, не было никаких торговых точек. Я днем выходил с этой продукцией, вставал возле «Детского мира» и продавал. Конечно, у людей тогда шок был, потому что все подобные дела считались спекуляцией. Многие люди высказывались, ругались.

В 1991 году «Азия спорт» развивался сам по себе, а я открыл свое дело, назвал компанию «Бигсерспорт». Все думают, что это Быковский Сергей, а на самом деле, «Биг» - это большой, «сер» - это сервис, получается большой спортивный сервис. Мы в 90-е годы делали ринги, ковры, маты, груши, аксессуары и сразу я начал двигаться по государственно-частному партнерству. Когда СССР развалился, не было обеспечения для спорта, не было возможности развиваться. Не было снарядов, перчаток, лап. Как ассоциация спортивных товаропроизводителей, в которую входят много предпринимателей, мы начали осваивать все эти вещи, рынку дали возможность не потеряться.

Потом уже начали с Китая завозить что-то, стал поддерживаться детско-юношеский спорт. Даже баскетбольных колец не было, мы их сами варили и гнули, все потерялось, люди уезжали и приезжали, никому не было до спорта дела.

- Тяжело ли Вам было начинать бизнес в Кыргызстане? Многие же уезжали в Россию?

- Да, многие мои партнеры переехали и меня тоже соблазняли. Я четко понимал, что где бы человек ни был, все завит от него. Переезды и создание новых позиций - это потеря время. И я не ошибся. Те люди, которые переезжали, что-то делали, они не смогли лучшее что-то создать.

- Но многие же у нас начинают ныть, что нам государство не дает преференций. Не секрет, что бывают и случаи рейдерства.

- Чем отличается джип от легковой машины? Тем, что джип застрянет чуть дальше, чем легковая машина. Чуть дальше проедет. У каждого человека разные стартовые площадки. У людей разные возможности: приближенность к власти, какая-то избранность. Это только преференции. На каком-то этапе они срабатывают, но дальше надо играть на этом футбольном поле. Все равно, рано или поздно, доберешься до потолка конкуренции, где тебе никто уже не может помочь.

- Как вы считаете, должен ли бизнесмен сам развиваться или полагаться на государство в наших условиях?

- Давайте вспомним теорию государства и права. Раньше было социалистическая ориентация - это народная собственность, потом мы все решили, что СССР рухнул и мы перешли к частной собственности и основа у нас капитализм. Если бизнес частный, собственность частная, то причем тут государство? Постепенно шел процесс приватизации, перехода от государственной к частной собственности. Некоторые отрасли государство не отпускает и эти отрасли не могут развиваться в частном характере, к примеру, нефтянка, недра.

По идее, если мы движемся к частной собственности, то сама исполнительная власть должна собирать бюджет от налогооблагаемой базы в идеале. Чем больше налогов, тем успешнее ведет свою деятельность исполнительная власть. Конечно, проще взять и монополизировать какие-то отрасли и за счет монополизации собирать себе бюджет. Сегодня такая экономика в России, и они от нефти тратят деньги на пенсионные вещи. Должна ли власть помогать? Она не должна вмешиваться.

- Хорошо, а что тогда должно делать государство?

- Оно должно создавать равные условия. Я, к примеру, взял сегодня кредит и хочу сделать швейное предприятие, рассчитал всю доходность, создал продукт, прихожу, на рынке он дешевле в 3 раза. Я у Таможни спрашиваю: А как так? почему вы демпингуете? Как оказался товар с такой стоимостью на рынке? Почему правительство не обеспечило мне равные права? Почему какой-то демпинговый товар сюда попал на рынок? На каком основании? Вот я могу спросить у исполнительной власти, почему сегодня на «Дордое» цена спортивного костюма 5-10 долларов, когда я зарплату плачу 10 долларов. У меня средняя цена костюма составляет 50 долларов. Откуда?

- Это свободная конкуренция.

- Это не свободная конкуренция. Это контрабанда, когда товар, который по закону должен быть уничтожен, оказывается на рынке.

- Как вы докажете?

- Любой человек поймет, если начнет считать. Вот, скажем, 10 долларов стоит на рынке костюм. Давайте посчитаем: 10 долларов сырье, 10 долларов зарплата, 10 долларов вы накинете, это без всяких технологий. А если вы будете технологии добавлять, окупать станки, оплачивать помещение, налоги, то вы минимум можете продавать за 50 долларов. Откуда цена 10 долларов?

- В Урумчи отшивают, наверное.

- Вы не понимаете, в Урумчи тоже ничего бесплатного нет. Наверное, это совсем другой товар. Его нужно уничтожить, а зачем его уничтожать, давайте мы его продадим за доллар, куда продадим? В страны третьего мира - туда, кто купит, где есть определенное отсутствие запросов, стандартов, ГОСТов, сертификатов происхождений, нет никаких правил. Вот зашел сюда груз на рынок по доллару, выставили по 5 и продают, почему нет?! А где здесь производитель, предприниматель?

- Так это же перекупщики.

- Тогда почему на рынке присутствует этот товар и как выживет промышленник? Потом бросовая цена. Это когда большие гипермаркеты купили костюмы за 50 долларов, а продали его за 300, продали 70% товара, заработали свои деньги и остатки сбывают по 1-3 доллара.

Предприниматель покупает по 3-5 долларов этот костюм, выставляет его по 20, ему выгодно, но какое отношение это имеет к производству? Никакого.

- Если вернуться к ведению бизнеса, с каким капиталом начинали?

- Очень многие люди мне часто говорят, что важен начальный капитал. На самом деле, все просто, вы берете сом и вкладываете его. У каждого человека есть примерно 10 тыс. сомов. Он их может найти для того, чтобы чтобы выпустить 2-3 пары кроссовок. Он выпускает 2-3 пары кроссовок и из 10 тыс. делает 12 тыс. и так далее. Если бизнес правильный, он определенно дает доходность. На эту доходность компания развивается. Я на этих принципах свою компанию развивал. Сейчас используют другие бизнес-схемы. Сперва кредитнулся, рассчитал бизнес-план, посчитал, что тебе нужно 10 млн долларов, пошел кредитнулся. Вроде в теории все правильно, но в конце все превращается в ничто, потому что самой души нет. Есть определенное воображение, что это будет работать, есть повторение какого-то успеха. Если сегодня брать, то стартовый капитал нужен большой.

- Вы ни разу не брали кредит?

- Нет.

- А сколько лет понадобилось, чтобы вы вышли на точку безубыточности, окупаемости?

- Товар должен сразу приносить прибыль. Я до сих пор не езжу за границу. У меня деньги появились и я бегу станок покупаю. У меня жена уже смирилась с таким порядком вещей. Дочь занимается гимнастикой, ездит по заграницам, жена помогает. Я сам нет. Я все время вкладываю в бизнес, в компанию,в бренд. Поэтому компания живет. Пока вы будете ухаживать за собой, у вас все будет все цвести, а если все бросить, будете эксплуатировать, будете потребителем, то у вас ничего не получится. Это закон бизнеса.

- Вы сырье местное используете?

- Вот иногда кожу мы используем местного завода «Булгаары» на некоторых изделиях, в борцовках, но в основном все привозное. Местный швейпром ходит на «Мадину», берет ткани, а мы все привозим, по 3-4 месяца ждем.

- Реально все-таки использовать местно сырье?

- У нас нет местного сырья. Вот даже с кожевенным заводом мы работаем, везде делают с кожи 4-5 слоев спилок, срезов и себестоимость этой продукции в разы другая, а у нас только два слоя между собой пилят, нет современного изделия. Не завезены технологии. Какие-то технологии отделки, само качество кожи, это все нюансы, которые не делает та или иная компания. Что касается тканей, то наше оборудование не рассчитано на них.

- Какую сейчас нужно иметь минимальную сумму для входа в бизнес спортивной одежды в КР?

- Мы как-то маркетинговый план разрабатывали для одной компании. Они хотели запускаться, но не в КР. Наша компания выступала консультантом. Посчитав, мы вышли на цифру в 10 млн долларов. Такая сумма нужна, чтобы запустить полноценное производство. Не так как сегодня: я состряпал из того, что было и продаю. Это сумма нужна для того, чтобы забрендироваться, чтобы создать систему, чтобы создать ассортимент, чтобы этот ассортимент начал узнаваться и покупаться, появились запросы. Это очень большая работа. Это не так, что я пошел на «Дордой», взял какой-то костюм, распорол и сделал примерную копию с лекал. Это подделка, она изначально никакого отношения к бренду не имеет. Свой пирожок - это достойный тяжелый труд.

- Вы так много говорите о бренде, неужели нельзя без него обойтись?

- Можно, но это уже не свой пирожок. Вот, в Турции появляются бренды, в Китае появляются бренды, но в основном made in Turkey, made in Kyrgyzstan, made in China. А где бренды? Это такое обширное понятие Почему я должен это брать? Кто в этом случае отвечает за качество? У каждого пирожка есть свой вкус, потому что его кто-то печет, бабушка какая-то. Бренд - это то, что знает покупатель. Если ты создаешь бренд, то это больше, чем заниматься бизнесом и коммерцией. Бренд - это построение самовоспроизводящийся системы.

- Может ли наш Легпром конкурировать с Китаем?

- Наш предприниматель думает, что он сейчас поставит 30 швейных машин и сделает очень низкое ценообразование и у него будет продаваться. Я считаю, что это самая страшная ошибочная ситуация, потому что сделать дешевый товар не каждый может. Вот, hand made - индивидуальность, мы можем сделать, но чтобы сделать дешевый товар... нужно иметь как минимум 1000 швей, а то и все 5000 швей. Это очень крупный бизнес, для него нужна логистика, целыми днями по 10 камазов должны увозить готовые изделия, понимаете? Представляете, какой оборот. А наши думают, я мало накину процентов, а чтобы мало накинуть процентов, он технолога на работу не берет, у него нет конструктора, дизайнера. Он там заказал, там принес, сам сшил, сам привез, то бишь он делает 10 работ, накидывает маленькую цифру и думает, что он зарабатывает деньги. На самом деле, нет обновления парка новых технологий, все сходит на нет.

- Тем не менее, наш Легпром хорошо узнаваем и продается за границей, в той то же России.

- Если бы он реально покупался и реально все так было, как мы говорим, то у нас сейчас бы здесь швейные цеха бурлили, гудели, но это же не так.

- На Ваш взгляд, что им мешает бурлить и гудеть?

- Я считаю, что Китай все время будет делать дешевле. Надо делать акцент на качество. Качество - это значит разрабатывать технологии, иметь специалистов, это повышать их квалификацию, создавать свой бренд.

- И напоследок, как легкоатлет, можете сказать, как спорт помогает в бизнесе?

- Всем людям советую заниматься спортом, потому что спорт - это воспитание себя, в первую очередь, умение правильно видеть цель и каждодневный труд, не изменяя ценности. Спорт позволяет человеку двигаться к цели. Спорт модернизирует, хочешь ты того или нет. Спорт - это больше, чем внутрення организация, это образ жизни, стиль, постановка задач.

- Сколько часов в день вы бегаете?

- 1,5 часа в день я бегаю и потом я вечером делаю зарядку. Полседьмого я уже выбегаю и в строну Оруу-Сай по горам 15 км каждый день пытаюсь пробежать.

- Есть дни, когда даете себе слабинку из-за погоды или или еще по каким-либо причинам?

- Даже если я в командировке, то я все равно бегаю. Пока еще за 30 лет не было такого дня, чтобы я не бегал.

Спасибо за интервью.

Tazabek

Киргизия > Легпром. СМИ, ИТ > kg.akipress.org, 9 февраля 2018 > № 2490987 Сергей Быковский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter