Всего новостей: 2552765, выбрано 4 за 0.009 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Дубнов Аркадий в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаНедвижимость, строительствоАрмия, полициявсе
Киргизия. Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 12 октября 2017 > № 2348194 Аркадий Дубнов

Россия, Казахстан, Атамбаев. Кто на кого ставит на выборах президента Киргизии

Аркадий Дубнов

Если выборы 15 октября состоятся, а президент Атамбаев не станет оспаривать их результат, каким бы он ни оказался, то Киргизия должна будет сказать ему спасибо. Впервые свободно избранный президент добровольно сдаст свои полномочия в результате новых выборов. На постсоветском пространстве такое не часто случается. А в Центральной Азии и вообще впервые. Если случится

Маленькая горная Киргизия, подобно слоеному бутерброду, переплетенная по всем направлениям с тремя соседями (Казахстаном, Таджикистаном и Узбекистаном), всю последнюю неделю поставляла миру волнительные новости. Впору было говорить об опасности дестабилизации всего региона или о подготовке очередного государственного переворота в Киргизии.

Иностранные следы

За неделю до назначенных на 15 октября президентских выборов, в которых участвуют 13 кандидатов, необычайно обострились киргизско-казахстанские отношения. Причиной обострения было яркое, по другим оценкам – провокационное и даже невротическое выступление уходящего президента Киргизии Алмазбека Атамбаева 7 октября на церемонии вручения государственных наград.

Главной составляющей президентской речи стали упреки и обвинения казахстанского руководства в поддержке одного из основных претендентов на победу в президентских выборах, экс-премьер-министра Омурбека Бабанова. Дело в том, что этот 47-летний бизнесмен (по киргизским масштабам его можно назвать олигархом), создатель и лидер партии «Республика» (28 из 120 мест в парламенте), в середине сентября был принят в Астане президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым.

Это произвело оглушительное впечатление на официальный Бишкек, хотя сам Атамбаев еще летом называл Бабанова своим вторым по значению фаворитом. Киргизский МИД направил в Астану жесткую ноту протеста, расценив этот прием как вмешательство во внутренние дела страны с целью оказать влияние на исход президентских выборов. МИД Казахстана отверг эти обвинения, напомнив, что за месяц до этого Назарбаев принял другого кандидата в президенты Киргизии – Сооронбека Жээнбекова, бывшего, впрочем, на тот момент еще премьер-министром страны.

Президент Атамбаев отреагировал на встречу Назарбаева с Бабановым уже на следующий день, использовав для этого трибуну Генассамблеи ООН. В самом конце своего выступления, когда речь зашла о предстоящих президентских выборах, он неожиданно перешел на киргизский язык. Разумеется, это было сделано для внутренней киргизской аудитории. Речь президента была предельно эмоциональной: «Не позволим себе быть обманутыми лидерами и богачами других стран! Нельзя, чтобы на голове лидера нашей страны играли ложками! Не ведитесь за деньги!»

В этих словах было нехитро зашифровано сразу несколько посланий. Первое касалось встречи оппонента провластного кандидата с президентом Казахстана и его связей с одним из казахстанских олигархов (об этом Атамбаев скажет напрямую чуть позже уже дома, упомянув «бабановых и сариевых, ездящих на поклон к Утемуратову, одному из тех олигархов, которые разворовывают богатстве Казахстана»).

Второе должно было напомнить известный апокриф 1990-х о том, как якобы Борис Ельцин играл ложками на голове первого президента Киргизии Аскара Акаева, ныне опального. Третье адресовалось тем, кто готов продать свои голоса в пользу принятого Назарбаевым Бабанова.

Вслед за этим в отношении Бабанова киргизскими чекистами была предпринята попытка обвинить его в подготовке государственного переворота, но пока ГКНБ ограничился лишь арестом на два месяца близкого к Бабанову депутата Исаева, слишком мутными кажутся доказательства. Однако самое скандальное выступление Атамбаева произошло 7 октября. Наблюдатели до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно причин, толкнувших главу государства к столь беспрецедентно несдержанным откровениям. Наиболее убедительными представляются объяснения, связанные с сильнейшим психическим потрясением, которое произвело на президента известие о гибели в автокатастрофе в то утро вице-премьера Киргизии Темира Джумакадырова, главы республиканского штаба по проведению выборов. Тридцатисемилетний вице-премьер считался близким соратником президента, на него возлагались большие надежды.

«Если только я не погибну, как Темир Курмангазиевич, я с каждым разберусь, но выборы будут честными! – горячился президент и продолжал: – Я понимаю, почему так хочет нам навязать именно таких руководителей казахская власть, они любят Бакиева (Курманбек Бакиев, второй президент Киргизии, свергнутый в апреле 2010 года. – А.Д.), они до сих пор проводят в Алма-Ате свои праздники. Я слышу от высших людей Казахстана, что Бакиевы правильно делали, расстреливая людей».

Ответом на это стали новые ноты протеста казахстанского МИДа и пространные заявления правительства Казахстана. Но самое болезненное, что вызвало протесты и возмущение в Киргизии, – что уже через день Казахстан ввел жесткие ограничительные меры в отношении грузов, товаров и людей, проходящих через несколько КПП на границе между двумя странами. У границы образовались многокилометровые очереди из фур и легковых машин, с киргизской стороны был организован подвоз полевых кухонь и биотуалетов; возмущению людей не было предела.

Власти Казахстана реагировали хладнокровно, ссылаясь на сообщения официальных структур Киргизии, которые предупреждали об опасности дестабилизации из-за повышенной криминальной активности накануне и во время выборов: мол, мы вынуждены защищать безопасность и свои интересы ввиду угроз из соседней страны.

Одним словом, президентские выборы в Киргизии как стихийное бедствие.

С другой стороны, трудно отделаться от мысли, что в Астане приняли решение устроить показательный блокаут строптивому соседскому руководству: мол, за оскорбительные речи надо отвечать, раз вы такие самостоятельные, то посмотрим, чего стоит такая самостоятельность в условиях ответной нелояльности.

Другим следствием атамбаевских выступлений стало необычайное оживление социальных сетей в обеих странах. Для многих наблюдателей неожиданной стала та злорадная поддержка, которую в Казахстане получили жесткие слова киргизского президента о казахстанском руководстве: «Ну правду же сказал, воруют...».

В самой Киргизии тоже многие поддержали своего президента. Тут сказались многочисленные обиды на богатого соседа, кичащегося своим благополучием и со снисходительным пренебрежением относящегося к бедному родственнику. Алмазбек Атамбаев в этой ситуации воспринимался с киргизской стороны как свой рубаха-парень, режущий правду-матку в глаза соседу без малодушной оглядки на то, как дорого это ему обойдется. Главное, что по справедливости все сказал, наш парень!

Ну а дальше, как говорят «бедные, но гордые», с одной стороны, и подтверждают «богатые, но злопамятные» – с другой, ответ не заставил себя ждать, придя с границы. За все надо платить.

Понятно было и то, что это еще не конец. Через пару дней после исторического срыва киргизского лидера стало известно, что он не едет на саммит СНГ и ЕАЭС в Сочи, где ему пришлось бы встретиться лицом к лицу с президентом Казахстана. Как объяснила пресс-служба президента, ему было необходимо остаться дома под занавес предвыборной кампании, чтобы лично «контролировать» разгул криминала накануне выборов. Вместо себя Атамбаев послал недавно назначенного премьер-министра сорокалетнего Сапара Исакова. Это, так сказать, премьера; Исаков еще никогда не принимал участие в качестве первого лица в собрании столь высокого уровня.

Исакову можно посочувствовать – испытание было весьма унизительным. Ведь главной задачей киргизского премьера было как-то сгладить конфликт с аксакалом СНГ, президентом Назарбаевым. Исаков улучил момент, чтобы оказаться рядом с ним, и что-то ему сказал. Через пару часов появилось сообщение киргизской пресс-службы, где говорилось о состоявшихся «переговорах премьер-министра Киргизии с президентом Казахстана», по результатам которых последний дал указание своим подчиненным снять напряженность на казахско-киргизской границе.

Пресс-служба Назарбаева тут же опровергла это утверждение: не было никаких переговоров и не было никакого такого указания. Мол, Сапар Исаков лишь подошел к президенту Назарбаеву для короткого разговора. Нет, возражает киргизская сторона, переговоры таки были! Все это выглядит крайне неловко.

А потом в сети появляется шестисекундное видео из Сочи, где Нурсултан Назарбаев небрежно реагирует на заданный ему журналистами вопрос о его поддержке Бабанова на киргизских выборах: «Все это вранье!»

Не в лучшем положении в результате киргизско-казахского клинча оказались и хозяева саммита в Сочи, который по всем остальным азимутам смотрится успешным и миротворческим. Чего только стоит российско-туркменское умиротворение, воплотившееся в роскошном подарке, врученном Путину на «день ангела» его ашхабадским коллегой Бердымухамедовым, – щенке алабая по кличке Верный.

Впрочем, в самый разгар выяснения отношений между Бишкеком и Астаной Москве удалось хоть и опосредованно, но все-таки уточнить некоторые детали своих связей с киргизским союзником. В обширном интервью замминистра иностранных дел России Григория Карасина, появившемся на ленте РИА Новости 10 октября, недвусмысленно отвергается сделанное этим летом предложение президента Атамбаева разместить еще одну российскую военную базу в Киргизии. Мол, спасибо, не надо, у нас достаточно уже баз, отвечает Бишкеку Москва. Среди киргизских политиков, оппонирующих своему президенту, этот ответ был расценен как отказ от предложенного Атамбаевым Кремлю размена: я вам базу, а вы мне поддержку моему фавориту на выборах.

Справедливости ради стоит сказать, что российское руководство на всех уровнях старательно стремилось избегать малейших утечек, которые могли бы свидетельствовать о поддержке какого-либо из кандидатов в президенты Киргизии. О самом же Атамбаеве исчерпывающе высказался Путин в интервью киргизскому телевидению в начале сентября. Тщательно подбирая слова, он лишь заметил: «...ну, он такой, какой он есть, у нас с ним разные психотипы». Отметив, правда, что с ним трудно вести переговоры, но зато он четко выполняет все договоренности.

Перед финалом

Тем временем президентская гонка подходит к концу, и даже за два дня до выборов никто не в состоянии назвать ее победителя. В Киргизии нет надежных социологических служб, и главные кандидаты публикуют результаты опросов, диаметрально противоположные друг другу. Но если Омурбек Бабанов показывает цифры 65% в свою пользу, то за Сооронбая Жээнбекова старается сам президент. В то время как на заключительные дебаты по телевидению президентский фаворит не явился, его патрон ездит по стране и регулярно, как мантру, повторяет обещание, что выборы он проведет честные и справедливые.

Выглядит это забавно, поскольку высшее должностное лицо в стране, пользуясь своими неограниченными возможностями, откровенно агитирует за своего фаворита, не гнушаясь угрозами в адрес его главного оппонента.

Выступая в Баткене, на юге страны, где, как считается, голоса узбекского этнического меньшинства могут оказаться решающими на выборах, Атамбаев вновь обрушился на Казахстан, не называя в этот раз соседнее государство напрямую, и на его, как считает президент, ставленника: «Народ с трехтысячелетней историей никогда не испугается трехдневной блокады и никогда ни за деньги, ни под давлением и угрозами не изберет зарубежных «шестерок»... К сожалению, мы видим, что страна сегодня может потерять свою независимость не только из-за ввода иностранных войск, но и просто из-за элементарной покупки и навязывания Кыргызстану какой-то «шестерки» в качестве главы государства. Этому не бывать».

Слушатели, конечно же, понимают, что речь идет о Казахстане и о Бабанове. Впрочем, отсыл к «вводу иностранных войск» может относиться равно как к США, так и к России, но Атамбаев, как всегда, эмоционален и в детали, где, как известно, кроется дьявол, вдаваться не успевает.

Двенадцатого октября, выступая в Ошской области, где также большинство избирателей этнические узбеки, Атамбаев в очередной раз обвинил Бабанова в попытке строить свою кампанию на защите узбекского меньшинства.

Эта темпераментная атака на противника своего фаворита в последние часы разрешенной законом агитации показывает, что киргизский президент серьезно опасается того, что его ставленник может и не выиграть выборы, а значит, переживает и за собственную дальнейшую судьбу. Атамбаев готов игнорировать упреки, что его поведение полностью противоречит его же обещаниям провести честные выборы.

Действительно, на кону будущее, и не столько Киргизии, сколько самой хромой утки, еще действующего президента. Недаром он в своей ставшей легендарной речи 7 октября клялся «жечь каленым железом» всех, кого он посчитает виновными. Ведь он еще у власти до 1 декабря, мол, времени хватит. Чего боится Атамбаев после этой даты в случае проигрыша своего фаворита Жээнбекова, ему лучше знать. Но в той горячечной двадцатиминутной речи он успел пообещать никуда не уезжать из страны: «Пусть меня здесь судят». Впрочем, успел он тогда и пожалеть о сказанном: «Много лишнего, наверное, здесь наговорил».

И все же если выборы 15 октября состоятся (возможно, потребуется и второй тур), а президент Атамбаев не станет оспаривать их результат, каким бы он ни оказался, то Киргизия должна будет сказать ему спасибо. Впервые свободно избранный президент добровольно сдаст свои полномочия в результате новых выборов. На постсоветском пространстве такое не часто случается. А в Центральной Азии и вообще впервые. Может быть...

Киргизия. Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 12 октября 2017 > № 2348194 Аркадий Дубнов


Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 3 июля 2017 > № 2232553 Аркадий Дубнов

Тройка преемников. Кто сменит Атамбаева на посту президента Киргизии

Аркадий Дубнов

В любой другой стране постсоветского пространства выбор президентом своего преемника определил бы и выбор правящей партии. Не то в Киргизии. В Бишкеке царит смятение, предвещающее острое столкновение на съезде социал-демократов, а возможно, и раскол в правящей партии, в результате которого на выборы от власти может пойти совсем другой кандидат

Интерес к президентским выборам в Киргизии, которые состоятся 15 октября, растет с каждым днем. Как бы мы ни относились к личности нынешнего, четвертого президента этой страны Алмазбека Атамбаева, надо признать, что он выполнил одну из главных статей принятой в 2010 году антиавторитарной Конституции – согласился уйти с поста президента после одного шестилетнего срока.

Мало того, сегодня вряд ли кто отважится назвать имя следующего, пятого президента Киргизии. Даже то, что уходящий президент Атамбаев поддержал кандидатуру нынешнего премьер-министра Сооронбая Жээнбекова, совсем не означает, что исход президентских выборов предрешен.

Это первое, что отличает Киргизию от ее соседей по Центральной Азии и не только. Вспомним пренебрежительные замечание российского в ту пору президента Медведева о «катастрофических последствиях» перехода Киргизии к парламентской системе. В ближних столицах тогда не скрывали скепсиса и даже раздражения: что они себе позволяют там, с обеих сторон Тянь-Шаньского хребта, в демократию вздумали играть? Доиграются...

Этот переход идет не без проблем – с политическими скандалами, главным инициатором которых был сам президент, с уголовным преследованием оппонентов, публичными оскорблениями на телевидении и на улицах, личными нападками на журналистов и попытками закрыть неугодные СМИ. Тем не менее процесс привыкания к демократическим процедурам, ранее не виданным в Центральной Азии, не прекращается.

В итоге Киргизия пока удерживается от сползания в очередной революционный хаос. И вот впереди снова яростная предвыборная борьба за пост президента. Официально кампания начнется 10 сентября, но регистрация кандидатов идет с 15 июня. Их счет уже перевалил на второй десяток.

Съезд раздора

Основную интригу в кампанию внес неожиданный визит спикера Госдумы РФ Вячеслава Володина, который посетил Бишкек в конце июня. Бывший куратор внутренней политики Кремля раньше не был замечен в подобного рода вояжах. Да и на посту спикера это всего лишь третий его зарубежный визит после Казахстана и Южной Кореи.

Учитывая реальное политическое влияние Володина, его появление в киргизской столице было воспринято в республике как стремление «старшего брата» ознакомиться с ситуацией накануне президентских выборов. В самом деле, для чего еще с такой частотой обмениваться визитами самых высоких руководителей, ведь всего за неделю до этого президент Атамбаев закончил свой государственный визит в Россию.

В Москве Атамбаева принимал Путин, со всеми возможными знаками внимания в роскоши царских палат Кремля. Главным итогом этой четвертой только за нынешний год встречи Путина и Атамбаева (всего их было не менее двадцати) стало решение (именно так выразился Вячеслав Володин) российского президента списать долг Киргизии в размере $240 млн. Это очередное списание, по словам спикера Думы, направлено на «укрепление стратегического партнерства» с Киргизией.

Также из важного в Москве обсуждалась возможность укрепления российской военной базы в Канте под Бишкеком, но это кажется Атамбаеву бессмысленным: от кого защищать Бишкек, когда основные угрозы безопасности Киргизии на юге. Вместо этого он предложил Путину помочь укрепить киргизскую границу с Таджикистаном и начать «строить подготовительные площадки» на юге, в Баткенской области, о чем речь ведется уже давно, хотя «мы понимаем, что у России нет денег».

Но публично ни один из лидеров так и не признался, обсуждали ли они перспективы президентских выборов в Киргизии. Известно, что перед поездкой в Москву уходящий президент Киргизии уже назвал имя своего ставленника Жээнбекова, но окончательное решение по кандидату в президенты от возглавляемой Атамбаевым Социал-демократической партии (СДПК) должен принять ее съезд.

И тут начинается самое интересное. Сразу же после встречи Атамбаева с Путиным 21 июня политсовет партии перенес съезд СДПК на 15 июля и одновременно освободил от должности заместителя лидера СДПК Чыныбая Турсунбекова, спикера Жогорку кенеша – киргизского парламента. Почему съезд внезапно переносится после московского рандеву с Путиным? Может быть, Атамбаев обнаружил, что выдвинутый им в президенты премьер не нашел однозначной поддержки в Москве? А ведь лидер партии в статусе главы государства свой выбор уже сделал.

В любой другой стране постсоветского пространства такое решение определило бы и выбор съезда. Не то в Киргизии. В СДПК, как выясняется, нет единства, не всех партийцев устраивает фигура премьера. Киргизия разделена горным хребтом на Юг и Север, делится на два соответствующих клана и элита. Жээнбеков и его многочисленная семья (один брат – бывший спикер парламента, другой – посол в Саудовской Аравии) представляют Юг. Северяне вряд ли единым строем поддержат такого президентского кандидата. Тогда появились слухи, что готов баллотироваться в президенты другой влиятельный член СДПК, спикер парламента, выходец с Севера Чыныбай Турсунбеков, но в качестве самовыдвиженца. При этом известно, что и его кандидатура тоже вполне устраивает Атамбаева.

Тут и начинается главная предвыборная интрига, автором которой киргизские наблюдатели считают самого президента, ведь для его будущего, политического и гражданского, имя его преемника имеет решающее значение. Атамбаев давно обещает остаться в политике на посту лидера СДПК. И, вернувшись из Москвы, он завел речь о том, что важнейшим политическим событием будущего станут парламентские выборы 2020 года.

Хочет ли он сказать, что пост президента в парламентской республике с его уходом будет неминуемо терять свое значение? И если его партия, СДПК, победит с подавляющим преимуществом на выборах через три года, то главе государства останутся лишь представительские функции, скажем как в Германии? В таком случае Атамбаев не должен быть заинтересован в сильном политике в кресле президента до 2020 года.

На этом фоне противостояние премьера Жээнбекова и спикера Турсунбекова разворачивается по следующему сценарию. Вернувшись из России, Атамбаев никак не выказал публично, что кандидатура премьера Жээнбекова встретила понимание у Путина, потому что пророссийская ориентация уже давно перестала быть в киргизской политике гарантией успеха.

С другой стороны, в Бишкек приехал спикер российской Думы Володин и встречался только с президентом Атамбаевым и со своим коллегой спикером Турсунбековым – по протоколу обязан. Они беседовали о необходимости дать новое дыхание двустороннему сотрудничеству, в том числе и по линии парламентов, о других важных государственных делах. Спикер Турсунбеков назвал «огромным подарком» России списание $240 млн долгов. И вообще, спикер выглядел весьма достойным собеседником, кандидат филологических наук, автор множества поэтических сборников, прекрасно владеет русским языком, был когда-то членом Союза советских писателей.

С премьером Жээнбековым высокопоставленный российский гость не встречался – протокол не предусматривает. А на следующий день после отъезда Володина спикер Турсунбеков созвал пресс-конференцию и заявил о своей готовности баллотироваться в президенты.

Теперь в резиденции правительства в Бишкеке царит смятение, предвещающее острое столкновение на съезде СДПК, а возможно, и раскол в правящей партии. С одной стороны, это грозит уходящему президенту серьезной потерей авторитета. Но с другой – не исключено, что сделает неожиданный и сильный ход: предложит партии третью, якобы консолидирующую кандидатуру – главу своего аппарата Сапара Исакова. Исаков долгое время работал главным внешнеполитическим советником президента, пользуется полным доверием Атамбаева и до недавних пор неформально считался его преемником. Хотя недавно сам Исаков заявлял, что не собирается участвовать в выборах.

Тут нелишне будет вспомнить, как живо киргизская публика обсуждала эпизод, случившийся во время визита Путина в Бишкек в конце февраля нынешнего года. Тогда Исаков оказался единственным из представленных российскому президенту киргизских чиновников, кого, проходя мимо, Путин потрепал по плечу. Этого было достаточно, чтобы молва назвала Сапара Исакова кремлевским симпатизантом. Хотя большой популярности в стране этого ему не прибавило, в качестве публичного политика Исаков неизвестен, да и молод слишком, как считают в Киргизии, только-только стукнет сорок.

Если подобный сценарий вообще возможно представить, а предпосылки к этому есть, то неожиданное вступление Сапара Исакова в избирательную кампанию может серьезно изменить предвыборный расклад сил, а Атамбаева впору будет величать киргизским Макиавелли.

Другие фавориты

Пока же наиболее серьезными претендентами на президентский пост считаются два бывших премьер-министра: лидер партии «Ак-Шумкар» Темир Сариев и лидер партии «Республика» Омурбек Бабанов. Оба чрезвычайно состоятельные и предпочитают не портить отношения с нынешней властью. Экс-премьеров вполне можно назвать киргизскими олигархами, а благополучие на пространстве бывшего СССР, как известно, никогда не бывает гарантированным – в случае чего, власть всегда сможет задать им несколько неприятных вопросов.

Кроме того, Темир Сариев считается одним из тех, кто привел Киргизию в состав ЕАЭС. И если бы киргизскому избирателю удалось объяснить, что это изменило его жизнь к лучшему, то шансы Сариева заметно выросли бы.

Среди других претендентов знакомые в Киргизии лица: ректор Международного университета в Центральной Азии Камилла Шаршекеева, правозащитник Рита Карасартова, а также Арстанбек Абдылдаев, прославившийся далеко за пределами своей страны фразой «Зима не будет». Заявление в ЦИК об участии в выборах подал и сидящий ныне в СИЗО Госкомитета нацбезопасности, пожалуй, самый известный на сегодня киргизский политик, экс-спикер парламента, лидер старейшей партии «Ата-Мекен» («Отечество») 58-летний Омурбек Текебаев. Помимо прочих заслуг, он считается отцом нынешней Конституции Киргизии.

Последним на данный момент заявление в ЦИК подал еще один перспективный кандидат – самовыдвиженец Таалатбек Масадыков. Пятидесятипятилетний выпускник МГИМО и Лондонской школы экономики, за последние 10 лет он работал политическим директором Специальной миссии ООН в Афганистане. Никогда ранее не участвовавший во внутренней политике, ничем себя не дискредитировавший, Масадыков, судя по его опыту и международным связям, обладает незаурядным потенциалом по решению конфликтов. В условиях нынешней конфронтационной атмосферы в Киргизии выбор Масадыкова может быть очень удачным для поиска примирения в уставшей от обещаний стране.

Московскому политбомонду Масадыков тоже известен – прежде всего своим выступлением на Международной конференции по безопасности. Масадыков тогда представил очень неожиданный, если не сказать шокирующий анализ обстановки в Афганистане, что не могло не понравиться российскому руководству.

Сирийская тема

Потенциально на ход предвыборной кампании в Киргизии могут повлиять новости из Москвы о том, что с Бишкеком якобы идут переговоры по поводу российского предложения послать в Сирию военных наблюдателей для контроля за реализацией договоренностей о создании там четырех зон деэскалации. Об этом сообщил глава комитета по обороне российской Госдумы Владимир Шаманов. Генерал ВДВ, Герой России, получивший это звание за участие в чеченской войне, вряд ли станет придумывать – очевидно, эта тема присутствует в диалоге между Москвой с одной стороны, Астаной и Бишкеком – с другой.

Однако публично в столицах Казахстана и Киргизии официальные лица тут же постарались дезавуировать эти утечки: мол, на уровне МИДа таких дискуссий нет и в ходе визита Атамбаева в Москву эта тема тоже не обсуждалась. Впрочем, заметили в казахстанском МИДе, подобные инициативы возможны лишь в случае получения мандата Совбеза ООН, где Казахстан сегодня является непостоянным членом.

В российском МИДе отреагировали уклончиво. «Россия насильно никого не уговаривает», – сказал 30 июня замминистра иностранных дел России Геннадий Гатилов. То есть замминистра косвенно подтвердил, что какая-то активность такого рода есть и выступление генерала Шаманова не было его самодеятельностью.

В сочетании с фразой Володина о том, что списанные $240 млн должны стать залогом «стратегического партнерства» России с Киргизией, можно предположить, что «уговаривать» Бишкек будут на целый пакет мер. Скажем так: мы друзья и стратегические партнеры, мы вам обеспечиваем безопасность на Юге, там, где вы просили, по соседству с Афганистаном, а вы предоставляете нам геополитическую поддержку в Сирии, не военную – только наблюдателями, что почетно и выгодно.

Другое дело, что обсуждать эту тему, а тем более принимать по ней решения – это совсем не то, что нужно успешной избирательной кампании. Поэтому сирийскую тему, скорее всего, оставят уходящему президенту страны Киргизии. А дальше в Москве будут готовы к разговору с любым победителем выборов.

Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 3 июля 2017 > № 2232553 Аркадий Дубнов


Казахстан. Таджикистан. Киргизия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 1 марта 2017 > № 2104331 Аркадий Дубнов

Пограничное беспокойство. Что показал тур Путина по Центральной Азии

Аркадий Дубнов

Путинское турне по Центральной Азии показало, что Россия по-прежнему готова в определенных пределах платить своим партнерам в регионе за геополитическую лояльность. Даже если некоторые из них пока воздерживаются от присоединения к ЕАЭС, как это делает Таджикистан

Блицвизит Владимира Путина в три республики Центральной Азии – Казахстан, Таджикистан и Киргизию – оказался во многих отношениях чрезвычайно выигрышным мероприятием как для гостя, так и для хозяев, во всяком случае некоторых из них.

Вопросы преемничества

Прежде всего, очень своевременным приезд российского лидера оказался для президента Киргизии Алмазбека Атамбаева. Буквально накануне один из районных судов Бишкека постановил арестовать на два месяца одного из самых известных политиков страны, лидера оппозиционной парламентской фракции социалистической партии «Ата-Мекен» Омурбека Текебаева, которого часто называют отцом нынешней киргизской Конституции.

Ему инкриминируют коррупцию, мошенничество, якобы в 2010 году после «апрельской революции» он получил от российского бизнесмена и бывшего депутата Госдумы от КПРФ Леонида Маевского $1 млн в обмен на обещание на выгодных условиях получить пакет акций киргизского сотового оператора MegaCom. Маевский утверждает, что свое обязательство Текебаев, бывший 7 лет назад вице-премьером временного правительства, не выполнил, а деньги не вернул. Более того, угрожал экс-депутату физической расправой, если тот захочет искать справедливости и вернуть деньги.

Коммунист и бизнесмен Маевский дрогнул и на долгие годы запретил себе вспоминать об этих деньгах. Но тут, по его словам, знакомый из Бишкека дал ему знать, что сложилась «такая ситуация», что делу на миллион могут дать ход. Так и произошло, да так быстро, что уже через неделю заявление Маевского, как он сказал в интервью «Коммерсанту», «попало куда нужно», и на следующий день после ареста экс-вице-премьера Киргизии он прилетел в Бишкек на очную ставку с ним.

Но почему все так «удачно» сложилось, что эта беспрецедентная даже для привыкшей к подобным скандалам Киргизии история произошла аккурат накануне прибытия в Бишкек президента России? Да потому, говорят оппоненты нынешней киргизской власти, что дело против Текебаева носит явно выраженный политический подтекст, независимо от того, виноват он или нет. Иначе непонятно, почему этот уголовный кейс был заморожен целых семь лет. Президенту Киргизии важно было показать своему российскому коллеге, что для него тоже неприкосновенных во власти нет. Если они замешаны в коррупции, они тоже будут отвечать по всей строгости закона. Мол, в Киргизии теперь есть свой Улюкаев, который так же, как и в России, утратил доверие президента.

Столь высокую степень принципиальности власти в Бишкеке решили преобразовать в уголовное дело ровно тогда, когда Текебаев пригрозил президенту дать ход компромату на него, опубликовав свое расследование относительно обнаруженных у президента офшоров. Но сделать этого он не успел – его задержали, когда он спускался с трапа самолета, возвращаясь на родину из Европы, где возглавлял киргизскую делегацию в Парламентской ассамблее ОБСЕ. При этом, как утверждают, Текебаев знал, что его ждет на родине, но был готов доказать свою невиновность в киргизском суде.

Надежда на независимость киргизского правосудия не так наивна, как может показаться. Автор этих строк помнит прецеденты, случавшиеся на «островке демократии в Центральной Азии» в конце 1990-х годов, когда нашелся военный судья, осмелившийся оправдать бывшего вице-президента Киргизии Феликса Кулова, обвинявшегося в хозяйственных преступлениях ровно в тот момент, когда он решился составить конкуренцию на выборах тогдашнему президенту Аскару Акаеву. Впрочем, потом нашелся другой, «правильный» судья, который все равно отправил Кулова за решетку, где он провел пять лет, пока «тюльпановая революция» 2005 года не свергла Акаева.

Ныне ситуация другая, Конституция запрещает Атамбаеву баллотироваться в президенты еще раз, и в ноябре этого года во главе страны окажется другой человек. И пусть это покажется невероятным в условиях наших постсоветских палестин, но имя будущего президента Киргизии сегодня не знает никто. Даже Атамбаев.

Но это вовсе не значит, что он «хромая утка», теряющая влияние в стране. Ничего подобного. Во-первых, пока Атамбаев президент, «бардака в стране он не потерпит», – так и сказал в присутствии Путина. А во-вторых, как он сам вслед за этим предупредил, и после выборов «останется в политике», а следовательно, его выбор преемника имеет значение.

Еще большее значение имеет то, поддержит ли Путин этого преемника. Это в Киргизии отчетливо понимают и политики, и избиратели. Но такая поддержка напрямую зависит от того, останется ли Атамбаев в фаворе у Кремля, как это было в начале его президентского срока в 2011 году. Непредсказуемый характер киргизского лидера, бравирующего своей независимостью от могущественных соседей по региону, от Москвы и даже от далекого Вашингтона, создал ему ореол брутального защитника киргизской идентичности и национального суверенитета. Но те же самые черты обеспечили ему репутацию не слишком договороспособного политика, этакого рубахи-парня, готового неосторожной фразой подорвать доверительную атмосферу переговоров даже на высшем уровне.

Конечно, когда Атамбаев в присутствии Путина решительно бросал в публику – «вор должен сидеть в тюрьме», пребывая в уверенности, что российскому визави эти киношные слоганы покажутся социально близкими, то он вправе был рассчитывать на одобрение со стороны «русского царя», как вслед за кремлевскими называет за глаза Путина чиновничья рать Киргизии. И киргизский президент получил желаемое. Путин похвалил то, «как развивается процесс демократического становления и стабилизация ситуации в стране».

Но создается впечатление, что кто-то из болельщиков Атамбаева в окружении российского президента подставил его, потому что атака на Текебаева вызвала в Киргизии серьезное социально-политическое напряжение. Сторонники арестованного политика сегодня не особенно многочисленны и влиятельны, но даже локальные перекрытия дорог, фирменные способы протеста в киргизской глубинке, способны привести к нестабильности.

Тем не менее у Атамбаева есть все основания быть довольным визитом Путина – российский лидер даже пригласил его приехать с отдельным визитом в Россию. Для президента, которому всего девять месяцев осталось быть на своем посту, подобное приглашение могло выглядеть обещанием поддержать того, кого Атамбаев хотел бы видеть своим преемником.

Но это все политес, который может быть быстро опрокинут более прагматическими соображениями. Если в Кремле обнаружат, что результаты независимых замеров общественного мнения в Киргизии – а там есть и такое мнение, и делаются такие замеры – покажут, что уровень поддержки кандидатов от власти опасно низок, ставка может быть сделана на новые, незапятнанные фигуры.

Баланс баз

Также в ходе визита российский гость вежливо, но внятно донес до киргизского общества, что страна находится чуть ли не на полном российском содержании. Путин подробно изложил подготовленную его советниками справку, из которой следует, что благодаря вступлению Киргизии в ЕАЭС за девять месяцев прошлого года на 18,5% выросли переводы из России киргизских трудовых мигрантов – до $1,3 млрд, что составляет почти треть ВВП страны. На стабилизацию киргизского бюджета выделено грантов на $225 млн, постепенно списываются киргизские долги России, благодаря Газпрому уровень газификации Киргизии вырос с 22 до 60%, беспошлинно поставляются российские нефтепродукты – в 2016-м больше миллиона тонн.

Тут стоит вспомнить, что в конце марта 2010 года Москва прекратила беспошлинные поставки нефтепродуктов Киргизии, а всего через две недели после этого второй президент страны Курманбек Бакиев был свергнут. Правда, Атамбаев, стоя рядом с Путиным, бахвалился тем, что именно он был «лидером двух революций» в 2005 и 2010 годах, «но, если будет третья революция, он не будет ее делать». Не слишком понятно, что хотел этим сказать киргизский президент, ведь если революция уже «будет», то зачем «ее делать».

Другие неожиданные заявления были сделаны на совместной пресс-конференции Атамбаева и Путина. Отвечая на вопрос о возможном расширении российской военной базы в Канте, в 25 км от Бишкека, российский лидер вдруг сообщил, что база эта «возникла по просьбе кыргызстанского руководства в 1999–2000 годах, когда Киргизия столкнулась с атакой международных террористов, которые перешли границу из Афганистана».

Приходится признать, что либо Путин оговорился, либо забыл общеизвестные факты: российская военно-воздушная база в Канте была открыта 23 октября 2003 года самим Путиным и первым президентом Киргизии Акаевым, автор этих строк лично был свидетелем этого события. Фактически первые российские военные появились там годом раньше, в 2002-м. База в Канте была институционализирована во многом из-за появления в Киргизии американской военной базы «Манас» (поначалу она называлась «Ганси» по имени одного из пожарных, погибших при тушении пожаров в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года), разрешение на дислокацию которой в аэропорту Бишкека дал президент Акаев без должного, как потом выяснилось, согласования с Москвой, что вызвало раздражение в Кремле.

Чтобы воссоздать видимость баланса в военном присутствии России и США, и была учреждена база российских ВВС в Канте, преобразованная позднее формально в военно-воздушную структуру ОДКБ в Центральной Азии. Перипетии вокруг открытия базы США в Киргизии привели тогда к тому, что в уставных документах ОДКБ появилось положение, по которому размещение военных баз третьих государств на территории стран – участниц ОДКБ допускается только при согласовании с другими партнерами организации.

Можно предположить, что «кантовская» оговорка или ошибка Путина связана с тем антиджихадистским контекстом, который доминировал на протяжении всего центральноазиатского турне российского президента. В Алма-Ате, Душанбе и Бишкеке, пусть и в разной тональности, речь шла о готовности партнеров России принять ее предложения помощи по усилению южных границ СНГ с Афганистаном, где растет концентрация боевиков ИГИЛ (запрещенного в России).

По свидетельству афганских источников, каждую неделю в североафганские провинции Бадахшан, Кундуз и Фарьяб, граничащие с Таджикистаном и Туркменией, доставляются на вертолетах из районов пакистано-афганской границы группы боевиков, в том числе выходцев из стран Центральной Азии. Вряд ли случайно, что за пару дней до начала поездки Путин заявил, что по его данным, в Сирии скопилось до 4 тысяч боевиков из России и до 5 тысяч – из стран СНГ, часть которых, как утверждают в Москве, может быть переброшена к границам центральноазиатских государств.

И когда в Бишкеке Путин столкнулся с некоторым скепсисом по отношению к российскому военному присутствию, он ответил с легким намеком на угрозу, что «если когда-то Кыргызстан скажет, что мы настолько укрепили свои вооруженные силы, что такая база не нужна, мы в этот же день уйдем». Именно эта его фраза стала главным новостным хитом в России. Путин еще и усилил эффект, не без лукавства добавив: «Нам нет никакой необходимости здесь размещать воинский контингент», – мол, это нужно вам для вашей же безопасности.

Закрытая идиллия

Однако все легкие колкости, возникшие в ходе последнего, киргизского этапа путинского турне, стали известны благодаря режиму гласности, обеспеченному в Бишкеке вокруг киргизско-российских переговоров, что было в первую очередь в интересах хозяев. В Алма-Ате и Душанбе никаких пресс-конференций не проводилось, там это уже давно не практикуется, местным пожизненным лидерам вопросов не задают.

Результаты встреч Путина с президентом Таджикистана можно считать удачными, причем для обеих сторон. Эмомали Рахмону удалось получить от Москвы обещание решить проблему сотен тысяч таджикских трудовых мигрантов, которым «по тем или иным причинам» запрещен въезд в Россию. Путин и в Душанбе не преминул напомнить о той значительной экономической роли, которую играют в Таджикистане денежные переводы работающих в России таджиков, по официальным данным, их 876 тысяч человек. Только за прошлый год, по его словам, объемы их перечислений составили $1,9 млрд – почти треть ВВП Таджикистана.

В свою очередь, российскому президенту удалось получить согласие Рахмона на усиление таджикско-афганской границы силами 201-й российской военной базы. Скорее всего, как и в Бишкеке, объяснялся этот шаг заботой прежде всего о безопасности самого Таджикистана. Таким образом, впервые за многие годы российские военные снова возвращаются на границу с Афганистаном.

Любопытным эпизодом стало заявление российского лидера о том, что из Душанбе он звонил в Ашхабад президенту Туркмении Бердымухаммедову – причем в присутствии Рахмона. Также именно в Душанбе Путин счел нужным сообщить о том, что готовится посетить и Ашхабад, – видимо, из желания показать, что в Таджикистане наконец-то вняли опасениям Москвы по поводу слабой защищенности границы с Афганистаном и приняли помощь России по ее усилению, а теперь очередь за Туркменией, где афганский участок границы также внушает опасения.

Даты визита Путина в Туркмению пока не оглашаются, но недавние переговоры в Москве глав МИД Туркмении и России, Рашида Мередова и Сергея Лаврова, говорят о том, что его программа интенсивно согласовывается. Остается только надеяться, что результатами этого визита станет, наконец, решение проблем десятков тысяч проживающих в Туркмении российских соотечественников с двойным туркменско-российским гражданством. В Ашхабаде, надо полагать, отдают себе отчет, что значительная российская финансовая помощь, оказанная переживающей тяжелый финансово-экономический кризис Туркмении, была авансом.

Что касается итогов «горнолыжного» визита Владимира Путина в Алма-Ату и его уединенных бесед с казахстанским елбасы Нурсултаном Назарбаевым, то они если и впечатлили публику, то только тем, что у «казахстанской стороны нет никаких вопросов к российской стороне». Давние коллеги, встречающиеся чаще, чем иной президент с премьер-министром своей страны, обговорили все щекотливые моменты и договорились их публично не полоскать. А значит, предположения о готовности Назарбаева поработать миротворцем между Путиным и белорусским президентом Лукашенко пока не обрели реальные очертания. Москве, похоже, это ни к чему.

Не было сказано ничего нового и о решении проблем, возникших в последнее время между Казахстаном и Киргизией в связи с упреками, раздававшимися из уст Атамбаева в адрес северного соседа. Тут, скорее всего, уже Назарбаев объяснил, что не нуждается в посредниках.

Объяснились, очевидно, два лидера и по поводу буйной невоздержанности думского депутата от ЛДПР из Крыма Павла Шперова, провозгласившего в конце января, что наступят времена, когда Россия вернет себе якобы принадлежащие ей земли, сегодня – казахстанские.

Одним словом, у Казахстана вопросов к России нет, а у России к Казахстану – только благодарность. За проведение в Астане мирных межсирийских переговоров, за поддержку российских мирных усилий в ООН, Казахстан ведь с 1 января 2016 года стал непостоянным членом Совета Безопасности ООН.

В целом путинская поездка по региону показала, что Россия готова в определенных пределах платить своим партнерам в Центральной Азии за геополитическую лояльность. Даже если некоторые из них пока воздерживаются от присоединения к ЕАЭС, как это делает Таджикистан. Что касается Узбекистана, который по-прежнему дистанцируется и от ОДКБ, подождем апреля, когда в Москву прибудет с первым визитом второй президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев.

Казахстан. Таджикистан. Киргизия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 1 марта 2017 > № 2104331 Аркадий Дубнов


Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 декабря 2016 > № 2015724 Аркадий Дубнов

Конституционный референдум в Киргизии: в сторону диктатуры или демократии

Аркадий Дубнов

Многие в Киргизии уверены, что цель референдума – открыть дорогу Атамбаеву, чьи президентские полномочия истекают осенью 2017 года, к посту сильного премьера при слабом президенте. И хотя сам он устал повторять, что делать этого не собирается, его обещания воспринимаются скептически. Киргизия страна вольных людей: дал слово, когда все было хорошо, взял его назад, когда родина в опасности

Киргизия пережила восьмую за четверть века своей независимости конституционную реформу. Одиннадцатого декабря там состоялся референдум о поправках в Основной закон, где 83,7% проголосовали за, но при явке всего 42%. То есть за изменения в Конституцию проголосовал лишь каждый третий избиратель, а значит, президент страны Алмазбек Атамбаев не зря молился богу, прося его обеспечить явку 30%, чтобы референдум можно было признать состоявшимся. Об этом он сам с присущей ему непосредственностью сообщил журналистам, опуская свой бюллетень в урну на избирательном участке.

С другой стороны, власти выгодна низкая явка, как язвительно заметил 12 декабря влиятельный представитель медиасообщества страны, экс-главред «Вечернего Бишкека» Александр Ким. Дело в том, что при отсутствии значительных фальсификаций, которые стали невозможны благодаря использованию биометрических данных избирателей, оставшийся у власти административный ресурс – «правильное» голосование студентов и военных – становится эффективным только при небольшой явке.

Поправки от обиды

Так или иначе, идея поправить Конституцию, предложенная самим президентом Атамбаевым летом этого года, за несколько месяцев овладела массами электората в нужном количестве и стала «силой». Самыми главными среди одобренных изменений глава государства считает «те, которые закрепляют независимость страны». «Мы единственная страна в мире, которая добровольно отдала свою независимость на откуп комитету даже такой уважаемой организации, как ООН. Комитет – это 16 человек, и мы знаем, как они набираются, – заявил президент 11 декабря. – Второй важный момент: мы закладываем защиту от дурака, чтобы, кто бы ни пришел к власти и ни стал президентом, не смог развернуть страну назад», – добавил он.

Чтобы понять эти на первый взгляд загадочные формулировки Атамбаева, стоит вернуться в апрель нынешнего года, когда киргизское информагентство «24.kg» опубликовало следующее сообщение: «Комитет ООН по правам человека вынес заключение по делу Азимжана Аскарова и призвал Кыргызстан немедленно его освободить и снять все обвинения».

«Правозащитник Азимжан Аскаров, который в течение 10 лет сообщал о нарушениях прав человека со стороны милиции и тюремных властей в его родном городе Базар-Коргоне, арестован 15 июня 2010 года после вспышки этнического насилия на юге Кыргызстана. Его признали виновным в разжигании межнациональной розни, провоцировании беспорядков и соучастии в убийстве сотрудника милиции, который погиб во время этнического конфликта, и приговорили к пожизненному заключению», – говорится в сообщении.

Комитет ООН, состоящий из 18 независимых международных экспертов по правам человека, тогда призвал киргизские власти немедленно освободить активиста и журналиста Азимжана Аскарова, придя к выводу, что тот «самовольно задержан, содержался в нечеловеческих условиях, подвергался пыткам и жестокому обращению, а также лишен возможности надлежащим образом подготовить аргументы в свою защиту». Как сообщает комитет, по отношению к правозащитнику власти Киргизии нарушили несколько статей Международного пакта о гражданских и политических правах, участником которого страна является.

Киргизское руководство чрезвычайно болезненно восприняло этот вердикт Комитета ООН, расценив его как вмешательство во внутренние дела и посягательство на суверенитет страны. Президент Атамбаев мог посчитать это и выпадом против него лично, ведь во время ошских событий 2010 года он был одним из руководителей временного правительства страны, которое своевременно и адекватно не отреагировало на предупреждения о возможных столкновениях на юге страны между киргизами и этническими узбеками.

Требование ооновской структуры киргизские власти исполнили наполовину, судебный процесс был возобновлен в этом году 4 октября. Он продолжается до сих пор, но шестидесятипятилетнего Азимжана Аскарова не освободили. Этот судебный процесс остается серьезным раздражителем для президента, он помнит о нем всегда и не скрывает обиды на западные политические и общественные институты из-за их постоянных тычков в адрес Бишкека по делу Аскарова. На днях Атамбаев в очередной раз на пресс-конференции упрекнул Запад – мол, не могли подождать, пока мы сами с Аскаровым решим.

В 2015 году этот самый известный киргизский правозащитник, осужденный на пожизненное заключение, получил премию Госдепартамента США. Киргизское руководство отреагировало эмоционально и асимметрично, стремительно денонсировав соглашение с США о гуманитарном сотрудничестве, заключенное еще в середине 1990-х годов.

И наконец, одна из поправок, утвержденных референдумом 11 декабря, устраняет приоритет международного законодательства в области прав человека над национальным законодательством. С «откупом независимости» Киргизии «уважаемой организацией ООН», по поводу чего так сокрушался киргизский президент, теперь покончено.

Нынешняя правозащитная риторика киргизского руководства выглядит весьма забавной. Судите сами: буквально накануне конституционного референдума, в Международный день прав человека 10 декабря, Атамбаев выступил с напоминанием, что Киргизия подписала два пакта, среди которых Международный пакт о гражданских и политических правах, принятый ООН 50 лет назад, тот самый, в нарушении которого Комитет ООН по правам человека обвинил эту республику. Дальше Атамбаев подчеркнул, что «после народной революции 7 апреля 2010 года Кыргызстан уверенно идет по пути укрепления независимости, построения правового государства, а избрание Кыргызстана в Совет ООН по правам человека является объективной оценкой наших достижений и международным признанием того, что Кыргызстан развивается по пути демократии и законности».

И уже на следующий день тот же самый президент, придя на избирательный участок, пренебрежительно отзывается о той же самой правозащитной структуре, избрание членом которой является честью для Киргизии. В таких случаях уместно спрашивать, что должно было случиться той ночью, после которой президент Атамбаев так резко поменял свои оценки.

Киргизская рокировка

Почти из трех десятков принятых поправок к Конституции есть еще несколько, имеющих прямое отношение к правам человека. Во-первых, семейным союзом теперь в Киргизии может считаться только союз между мужчиной и женщиной, что запрещает заключать однополые браки. Эта юридическая новелла, как указывают защитники конституционной реформы, призвана способствовать национальным и духовным ценностям народа и воспрепятствовать тлетворному влиянию западной идеологии. Данная поправка, считают наблюдатели в самой Киргизии, рассчитана на поддержку набирающей силу части населения, которая активно исповедует ислам, выступая против секуляризма и светской идеологии.

Еще одна поправка к Основному закону также выглядит чрезвычайно странной для государства, объявляющего о своей приверженности демократическим процедурам. Речь идет о возможности насильственного лишения гражданства для борьбы с терроризмом и экстремизмом.

Что касается большинства остальных принятых поправок, то они-то, по выражению президента Атамбаева, как раз и направлены на «защиту от дурака», которому вздумалось бы, получив президентские регалии, повернуть «страну назад».

Автору, не живущему в Киргизии и тем более не являющемуся ее гражданином, не пристало оценивать, адекватно или пренебрежительно выглядят суждения главы государства о своих соотечественниках, элите страны, ее политической системе, если все они вместе позволяют привести на ее высший пост «дурака». Замечу лишь, что если президент считает, что за годы его правления в стране возникла такая опасность, то спорить с ним не стоит.

Также утвержденные поправки к Конституции серьезно усиливают полномочия исполнительной власти – главным образом премьер-министра, а также генпрокурора, силовых структур, одновременно ограничивая президентские полномочия. В киргизском обществе распространена чуть ли не абсолютная уверенность, что цель реформирования Основного закона – открыть дорогу самому Атамбаеву, который в октябре 2017 года окончательно сложит с себя президентские полномочия, к посту «сильного главы правительства при слабом президенте». И хотя сам президент устал уже повторять, что не собирается взваливать на себя эту ношу, его обещания воспринимаются скептически. Киргизия страна вольных людей: дал слово, когда все было хорошо, взял его назад, когда родина в опасности. Тем более если народ попросит снова на царство.

Даром, что ли, Алмазбек Шаршенович Атамбаев на днях вспомнил, что просили его на второй срок остаться и Владимир Владимирович Путин, и Нурсултан Абишевич Назарбаев, но он сказал «нет». Другое дело – возглавить правительство в парламентской системе власти, когда родная Социал-демократическая партия, крупнейшая в правящей коалиции, выдвинет твою кандидатуру в премьеры.

Это все политтехнологии, которыми, возможно, руководствуются сегодня в бишкекском Белом доме (резиденции главы государства), определяя тактику своего шефа до и после предстоящих в октябре будущего года президентских выборов. Однако там не могут не понимать, что уже прошедшая агитационная кампания перед референдумом серьезно изменила обстановку в республике, причем вряд ли к лучшему.

Началом очередного столкновения в киргизской элите можно считать события 31 августа этого года, когда во время торжеств по случаю 25-летия провозглашения независимости Киргизии президент Атамбаев упрекнул стоявшую рядом с ним Розу Отунбаеву (предыдущего президента республики) в том, что ее временное президентство 2010–2011 годов было не слишком легитимно.

Это стало ответом Атамбаева на критику его планов изменить Конституцию со стороны членов временного правительства во главе с экс-президентом Отунбаевой. Они ссылались на запрет править Конституцию в парламенте до сентября 2020 года, наложенный тем же временным правительством при принятии предыдущей Конституции 2010 года, подписанный в том числе и его тогдашним вице-премьером Атамбаевым. Видео, как Отунбаева, оскорбленная выпадом своего бывшего соратника, которому пять лет назад она передала президентские полномочия, демонстративно покидает празднества, стало хитом местного интернета.

Скандал 31 августа дал старт ожесточенной конфронтации между киргизскими политиками, общественными активистами, депутатами. Значительная их часть, ссылаясь на определение Конституционной палаты Верховного суда, еще несколько лет назад признавшего законным запрет вносить поправки в Конституцию, призвала президента и его сторонников отложить свой замысел, созвать сначала конституционное совещание, где и обсудить проблему. Но Атамбаев был непреклонен и, используя послушное ему большинство депутатов правящей коалиции в парламенте, обеспечил принятие закона о проведении референдума 11 декабря.

Противники референдума настаивали на том, что попытки очередного президента подправить под себя Конституцию, игнорируя существующие на это запреты, не только подрывают правовую систему и не дают устояться государственным институтам Киргизии, но и дискредитируют высшую власть в стране, порождают безразличие и недоверие к ее представителям. Низкая явка избирателей на референдуме тому очевидное свидетельство. Сказалась и брезгливость по отношению к взаимному вываливанию небывало грязного компромата обеими сторонами схватки вокруг референдума.

На следующий день после голосования о намерении сложить свой депутатский мандат после 1 января заявила известный киргизский юрист Чолпон Джакупова. Последовательная противница данного варианта правки Конституции, она выполняет свое обещание покинуть парламент в случае победы президентской инициативы.

Демарш Джакуповой весьма необычен даже для Киргизии, выделяющейся свободой политических нравов среди своих центральноазиатских соседей. Столь вызывающая принципиальность стала некоторым шоком для депутатов в стране, где, по меткому определению одного известного киргизского политолога, политические партии превратились в бизнес-корпорации, созданные для покупки депутатских мандатов. Но поскольку этим своим качеством Киргизия мало чем отличается от многих других демократий, оно же пока предохраняет ее от превращения в более характерную для региона автократию либо даже диктатуру.

Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 декабря 2016 > № 2015724 Аркадий Дубнов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter