Всего новостей: 2554706, выбрано 1 за 0.005 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Жебин Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Жебин Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Корея. КНДР. США. Весь мир. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 27 апреля 2018 > № 2613116 Александр Жебин

Как развязать корейский узел

Развитие ситуации в регионе по-прежнему вызывает тревогу у мирового сообщества.

В этом году исполняется 65 лет с момента, как закончилась корейская война 1950–1953 годов. Закончилась не миром, а перемирием. И эта ситуация сохраняется до сих пор, временами накаляясь, временами переходя в стадию разрядки. Почему так происходит и есть ли реальные пути решения корейской проблемы? На эту тему наш обозреватель беседует с руководителем Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Александром ЖЕБИНЫМ.

– Александр Захарович, ситуация на Корейском полуострове и вокруг него находится, без преувеличения, в фокусе внимания всего мира. И это понятно: наблюдаемые здесь резкие обострения напряжённости чреваты самыми серьёзными последствиями не только для стран Восточной Азии, но и для других регионов. Напомните с позиций эксперта читателям, как завязался корейский узел?

– Конфликтная ситуация на Корейском полуострове порождена расколом Кореи в результате Второй мировой войны и продолжающимся после корейской войны 1950–1953 годов противоборством двух корейских государств. Каждое из них стремится к доминированию на полуострове и объединению его на собственных условиях. Это составляет внутренний аспект корейской проблемы.

Вместе с тем геополитическое положение Корейского полуострова, примыкающего к Китаю, России и находящегося рядом с Японией, всегда привлекало к себе внимание внешних сил. В частности, США никогда не стремились добиться действительной разрядки напряжённости и примирения в Корее. Для американцев было и продолжает оставаться выгодным поддержание определённого уровня напряжённости на полуострове. Это позволяет им оправдывать «северокорейской угрозой» сохранение уже на протяжении более полувека сил передового базирования вдоль границ России и КНР на Дальнем Востоке, держать в узде младших союзников – Японию и Южную Корею, а теперь и развёртывать в регионе элементы американской системы глобальной ПРО.

Весь этот комплекс факторов и породил один из острейших очагов международной напряжённости.

– В ходе прошедших Олимпийских игр две Кореи выступили единой командой, наметился межкорейский диалог. О чём, по-вашему, это свидетельствует?

– Север и Юг Кореи заинтересованы в том, чтобы снизить напряжённость, к которой привели угрозы США нанести удар по КНДР. Новая война стала бы катастрофой для обеих частей Кореи. Любое применение ядерного оружия на Корейском полуострове чревато превращением его в зону, непригодную для проживания человека. Это может случиться даже без использования оружия массового уничтожения. Например, в Южной Корее, площадь которой около 99 тыс. кв. километров, на АЭС работают 25 атомных реакторов. Если в случае войны часть из них будет разрушена обычными бомбами и ракетами, даже непреднамеренно, – ведь, как утверждают на Западе, северокорейские ракеты очень неточны, – то последствия появления на столь ограниченной территории (примерно равна нашей Ростовской области) 5–6 Чернобылей и Фукусим будут ужасающими. Кроме того, РК – страна с развитой химической индустрией. Разрушение крупных химических комбинатов теми же обычными боеприпасами также приведёт к страшной катастрофе.

А опасность такого развития ситуации, особенно во второй половине прошлого года, была. Причём настолько очевидной, что вынудила президента РК Мун Чжэ Ина заявить, что никакая война в Корее не может быть начата без согласия его страны. Более того, южнокорейский лидер призвал Вашингтон к прямому диалогу с Пхеньяном.

В свою очередь лидер КНДР Ким Чен Ын выступил инициатором проведения межкорейских переговоров. В новогоднем обращении к народу он пожелал успеха зимней Олимпиаде в южнокорейском Пхёнчхане, выразил надежду на участие в ней северокорейских спортсменов и допустил возможность проведения по этому вопросу переговоров между Пхеньяном и Сеулом.

Последовала череда различных встреч, в ходе которых была достигнута договорённость о проведении межкорейского саммита.

– Он состоится уже в эту пятницу в находящемся в демилитаризованной зоне между Севером и Югом местечке Пханмунджом, в расположенном в его южнокорейской части Доме мира. Причём для главы северокорейского государства это станет его первым визитом на южнокорейскую территорию с момента окончания войны между двумя странами в 1953 году. К чему, по вашему мнению, может привести эта встреча?

– Прежде всего хочу отметить, что возобновление диалога между Сеулом и Пхеньяном свидетельствует о том, что корейцы хотели бы играть более самостоятельную роль в определении своей судьбы. Правда, видят они её совершенно по-разному. Сеул уверен, что объединённая Корея будет представлять собой либеральную демократию с рыночной экономикой. Там рассчитывают добиться «мягкой посадки» северокорейского режима без широкомасштабного конфликта.

Пхеньян выступает за постепенное сближение двух систем в рамках конфедеративного государства. Причём решение этой проблемы северокорейские лидеры видят в условиях предоставления Вашингтоном гарантий безопасности их стране.

Южная Корея в конституции объявила весь полуостров своей территорией. А в Пхеньяне нередко именуют Южную Корею «временно оккупированной южной частью республики», то есть КНДР.

Естественно, свести эти подходы воедино тяжело, но возможно при наличии у сторон готовности к диалогу и поиску компромиссов. А они её в последнее время демонстрируют весьма активно. Во всяком случае, такое стремление декларируется публично и на высшем уровне.

– Сюда, несомненно, следует отнести решение Пхеньяна отказаться от ракетно-ядерных испытаний, которое совершенно неожиданно для многих было принято в прошедшую субботу…

– Я не сказал бы, что неожиданно. Это вполне ожидаемая мера, ведь ещё с прошлого года нет ни запусков ракет, ни ядерных испытаний. КНДР заявила, что будет вести себя как ответственное ядерное государство, в частности не передавать ядерное оружие третьим странам. Обещание не испытывать также очень важно, оно означает, что КНДР не будет совершенствовать свои ядерные заряды. В целом северокорейцы дают понять, что они будут соблюдать Договор о нераспространении ядерного оружия, оставаясь формально вне этого договора.

Президент Южной Кореи приветствовал северокорейское решение как «крупный шаг» на пути к денуклеаризации полуострова. По его словам, в настоящее время Пхеньян демонстрирует международному сообществу свою волю к полному отказу от ядерного оружия, а Республике Корея – свою готовность к проведению активного диалога. Мун Чжэ Ин подчеркнул необходимость положить конец режиму перемирия на Корейском полуострове, опубликовать декларацию о прекращении войны и двигаться к заключению мирного договора. Саммит покажет, согласятся ли с таким подходом северокорейцы, которые уже несколько десятилетий настаивают на заключении мирного договора с США, а не с Южной Кореей, так как последняя в 1953 году отказалась подписать соглашение о перемирии в Корее.

Естественно, пойдёт речь и о том, как возродить межкорейское экономическое сотрудничество. И это сложная задача, учитывая введённые в отношении КНДР санкции СБ ООН, которые фактически блокируют не только всю внешнеэкономическую деятельность этой страны, но и серьёзно затрудняют даже её гуманитарные и спортивные обмены.

Следует также отметить, что свобода рук официального Сеула сильно ограничена негативным отношением части южнокорейской элиты и особенно военных к самой идее улучшения отношений с Пхеньяном. Антикоммунистические предубеждения в РК настолько сильны, что согласие Мун Чжэ Ина откликнуться на мирные инициативы КНДР дало основание этим кругам открыто обвинить президента РК в том, что он является «розовым» и даже «красным».

Реагируя на эти выступления, Мун Чжэ Ин призвал своих оппонентов прекратить все спекуляции относительно предстоящего межкорейского саммита. «Весь мир следит за ситуацией, и весь мир надеется на успех. Поэтому прошу политические круги также остановить свои «боевые действия» по крайней мере на это время. Мы стоим на перекрёстке, где открывается путь к денуклеаризации не военными мерами, а мирным способом», – подчеркнул он.

Кроме того существуют ещё требования старшего союзника – США продолжать политику «максимального давления» на КНДР. Не учитывать в выстраивании диалога с Пхеньяном эту позицию США Мун Чжэ Ин не может.

Так что обеим сторонам на пути к миру, равноправному сотрудничеству и объединению предстоит устранить немало политических, правовых и институциональных барьеров и достичь взаимоприемлимого видения будущего единого государства.

– Вы сказали о позиции США. Её учитывает не только Сеул, но и Пхеньян. Ведь Северная Корея создавала свой оборонный потенциал, достаточный для нанесения противнику неприемлемого ущерба или угрозы самой возможности нанесения такого ущерба, чтобы не допустить повторения на полуострове иракского и ливийского сценариев смены неугодных Западу режимов. Да и нарушивший все нормы международного права, предпринятый без санкции Совета Безопасности ООН недавний ракетный удар США, Англии и Франции по Сирии наверняка добавил Пхеньяну аргументов в пользу его подходов к решению этой задачи. Тем не менее он пошёл на отказ от ракетно-ядерных испытаний. Почему?

– По большому счёту ответ на этот вопрос дали сами северокорейские власти. Как было объявлено в Пхеньяне, стране больше не требуется проводить ядерные испытания, а также испытания межконтинентальных баллистических ракет и ракет средней дальности, поскольку поставленные в этой области цели успешно достигнуты. Тем самым и миссия северного ядерного полигона также подошла к концу.

Отныне Северная Корея, как подчёркивается в сообщениях из Пхеньяна, сосредоточит все усилия на создании сильной социалистической экономики и мобилизации людских и материальных ресурсов страны, чтобы резко повысить уровень жизни людей.

Было также отмечено, что Пхеньян не будет использовать ядерное оружие, если против КНДР не будет ядерных угроз или провокаций. То есть можно предположить, что, отказавшись от новых испытаний, северокорейцы намерены сохранить (полностью или частично) уже созданный ими ракетно-ядерный потенциал, который и призван сдерживать возможные в будущем «ядерные угрозы и провокации».

Наконец, приняв такое решение, Пхеньян как бы сработал на опережение. Теперь Мун Чжэ Ин и тем более Дональд Трамп, требовавшие, чтобы КНДР практическими шагами подтвердила своё намерение денуклеаризироваться, стоят перед необходимостью сделать какой-то ответный ход, пойти на какие-то встречные шаги.

– И чего теперь следует ожидать от Вашингтона?

– Как известно, Дональд Трамп принял приглашение Ким Чен Ына на личную встречу. И сделал это практически единолично, без должного обсуждения с помощниками, за что его уже критикуют. Во всяком случае, отставка Рекса Тиллерсона с поста госсекретаря США и замена его директором ЦРУ Майклом Помпео была связана, как объявлено Белым домом, с желанием Трампа создать новую команду в преддверии переговоров с Ким Чен Ыном. А они, как сообщается, могут состояться в мае или начале июня.

О чём может пойти речь на этих переговорах? Предположения на этот счёт высказываются разные. Есть даже такие радикальные, как, например, то, что Трамп попытается включить КНДР в антикитайский альянс, формируемый Вашингтоном в Восточной Азии. И тем самым взять КНР в «клещи» – от Южно-Китайского до Жёлтого морей. В подтверждение возможности такого поворота говорится о том, что нынешняя ситуация, когда Северная Корея оказалась под мощнейшим внешним давлением, подталкивает Пхеньян к разыгрыванию любых кажущихся ему спасительными внешнеполитических комбинаций вроде предполагаемого «замирения» с США.

Конечно, учитывая нетрадиционные действия Трампа, от него можно ожидать всего. Тем более что он пообещал заключить с Ким Чен Ыном «величайшую сделку», не расшифровав, что он под ней понимает. Нельзя также не заметить, что в последние дни США демонстрируют некоторую динамику в выстраивании отношений с Пхеньяном. Так, установлен канал секретной связи между разведкой США и КНДР, появились сообщения о встрече представителей Вашингтона и Пхеньяна. Причём ключевую роль в подготовке встречи президента США Дональда Трампа и лидера КНДР Ким Чен Ына с американской стороны играет не госдепартамент, а ЦРУ.

Москва полностью поддержала отказ Пхеньяна от ядерных испытаний, считая, что это решение ведёт к снижению напряжённости между Пхеньяном и Сеулом

В частности, в северокорейской столице с тайным визитом побывал директор ЦРУ Майкл Помпео. Кстати, этот визит состоялся буквально накануне принятия Пхеньяном решения об отказе от ракетно-ядерных испытаний. По словам американского президента, визит прошёл успешно. В его ходе прорабатывались детали саммита, главной темой которого станет денуклеаризация.

И всё же вряд ли Трамп сможет пойти на подписание мирного договора между США и КНДР и предоставить Северной Корее такие гарантии безопасности, которые будут сочтены в Пхеньяне убедительными. Американский президент не откажется и от требований, закреплённых в формулировке о «полном, проверяемом и необратимом демонтаже» всех ядерных программ КНДР. Ведь в этом случае на Трампа обрушится такая волна критики, с которой, несмотря на весь негатив, который сегодня приходится преодолевать его администрации, ему до сих пор ещё не пришлось сталкиваться. Да и конгресс не пропустит хотя бы близкое к тому соглашение.

– Есть ещё один важный игрок в регионе. Это КНР. Какова, на ваш взгляд, специфика китайского подхода к проблеме двух Корей?

– Для КНР, как по военно-стратегическим, так и престижно-политическим соображениям, ликвидация КНДР, тем более силовым путём, совершенно неприемлема. Такое развитие событий привело бы к выходу вооружённых сил США и их союзников на 1360-километровую сухопутную границу с Китаем, серьёзно подрывало бы престиж и внешнеполитические позиции КНР в Азии и во всём мире, практически ставило бы крест на планах Пекина вернуть в «лоно родины» Тайвань.

В то же время Китай недоволен ядерными амбициями КНДР, которые дали американцам предлог для давления на Пекин. Китай также опасается, что если КНДР станет ядерной державой, то это может привести к появлению такого оружия у Японии, Южной Кореи и самое худшее – у Тайваня.

Но было бы крайним упрощением считать, что главным объектом затеянного американцами очередного «крестового похода» в Азии является КНДР. Ситуацию вокруг этой страны следует рассматривать в контексте геополитических амбиций США в АТР.

И в Пекине, уверен, прекрасно понимают, что главной целью геополитических комбинаций США в регионе является Китай. Тем более что Вашингтон всё откровеннее сползает в сторону «сдерживания» и неприкрытого силового давления на Китай, о чём свидетельствуют те же действия ВМС США в Южно-Китайском море.

Беседовал Александр ФРОЛОВ

Корея. КНДР. США. Весь мир. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 27 апреля 2018 > № 2613116 Александр Жебин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter