Всего новостей: 2553757, выбрано 5 за 0.012 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Балашов Валентин в отраслях: Рыбавсе
Балашов Валентин в отраслях: Рыбавсе
Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 октября 2015 > № 1521311 Валентин Балашов

Валентин Балашов: Выводы презентации ВЦИОМ рассчитаны на журналистов

Председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов прокомментировал для Fishnews презентацию ВЦИОМ о состоянии рыбопромыслового флота.

Ниже проводятся цитаты из презентации Всероссийского центра изучения общественного мнения и комментарии к ним руководителя отраслевого объединения.

ОТРАСЛЕВОЕ СЦЕНАРИРОВАНИЕ

«Износ металла и корпусов кораблей позволит отрасли работать не более 5-10 лет»

Валентин Балашов: Эти апокалипсические цитаты произносятся всегда чиновниками, а не бизнесом. Было такое в середине 90-х, в начале и конце 2000-х. А рыбаки в ответ с 2008 по 2012 годы увеличили вылов на 1 млн. тонн, доведя ежегодное потребление рыбной продукции в России с 14 до 22,5 кг на человека. Это уже больше, чем в США и Евросоюзе. Увеличили, потому что была стабильность законодательства и сильный работоспособный штаб отрасли, подчиненный Правительству РФ. Флот тут ни при чем. Каждый раз, когда кто-то говорит о «кризисе флота», жди беды - предлагаются разнообразные версии передела правил доступа хозяйствующих субъектов к сырьевому ресурсу. Последнее и есть истинная цель.

«Однако с государственным курсом на «новую модернизацию» нужно повышать спрос на российские суда».

В. Балашов: Собственно, эти замечательные кавычки от авторов доклада и подтверждают то, что я сказал выше. А спрос будет тогда, когда появится предложение.

«Сами рыбаки строить новый флот не будут. Нужно, чтобы государство, с одной стороны подтолкнуло, а с другой – создало стимулы». (Бизнес)

В. Балашов: Стимул – это палка, которой в Древнем Риме погоняли овец. Совершенно непонятно, какой это бизнес подписался под этими словами в презентации. Но это точно не рыбопромышленники. Судовладельцев не надо принуждать стимулами типа «квоты поддержки». Собственник модернизирует и меняет судно на более эффективное, исходя из экономики работы в море. Совсем старый пароход «тянет» большие затраты на ремонты и делает его нерентабельным. Только владелец судна решит, когда его менять, а не межотраслевой эксперт или чиновник.

ОСНОВНЫЕ РИСКИ

«Сокращается безопасность мореплавания из-за устаревания флота»

В. Балашов: Пароходы топят люди. Капитан порта не выпустит в море судно без документов классификационного общества, которые периодически подтверждают техническое состояние судна для безопасного плавания. Существуют требования к аттестации судового экипажа. Есть жесткий порядок, и его знают все капитаны и судовладельцы. Похоже, что делающий такие утверждения «Бизнес» не из нашей отрасли, а «сокращается безопасность мореплавания» - так на флоте не говорят. «Безопасность мореплавания снижается». Прошу учесть при подготовке следующей презентации.

МОРЕХОДНОЕ СОСТОЯНИЕ ФЛОТА

«Капитаны считают, что российский рыболовный флот старый и его возраст сказывается на мореходных возможностях и перспективах»

В. Балашов: Возможности? Очевидно, что авторы имели в виду «мореходные качества судна», такой термин действительно есть на флоте. Мореходное состояние судна включает в себя такие мореходные качества, как остойчивость, прочность, водонепроницаемость, непотопляемость, плавучесть и управляемость. Для наблюдения за мореходным состоянием судна существуют классификационные общества, осуществляющие техническое наблюдение и выдачу документов, свидетельств и актов на суда, а также на судовые механизмы, оборудование, устройства и т.д. Если судно соответствует стандартам безопасности мореплавания и человеческой жизни на море, то оно работает, вне зависимости от возраста. Капитан не мог сказать такое.

ПРОМЫСЛОВОЕ СОСТОЯНИЕ ФЛОТА

Низкая добыча. «Средний улов на российском крупнотоннажном судне составляет 16 тыс. тонн, а не американском - 40 тыс. тонн». (Межотраслевой эксперт)

В. Балашов: Эти цифры вызывают улыбку, так как они говорят «ни о чем», кроме того, что вместо слова «улов» надо поставить«годовой вылов». Годовые выловы судна зависят в первую очередь от наличия квот. От типа судна тоже, но если квот нет, то судно стоит у причала.

«Каждый год мы выбрасываем за борт более 1 млн. тонн продукции». (Чиновник)

В. Балашов: Скорее всего, чиновник не ходил в море и не представляет себе технологический процесс добычи и операций с рыбой на борту судна. Если бы сделал для собственного интереса хотя бы один рейс, то понял, что он, мягко говоря, неправ. Если правила рыболовства допускают в РЭЗ выбросы производственных отходов или допустимый объем прилова молоди, то это законно. Но все равно, выбросить 1 млн. тонн (!) через шпигаты на фабриках – это просто невозможно. На Северном бассейне, где российский флот добывает 70% рыбы в зонах иностранных государств, выбросы запрещены под угрозой уголовного наказания.

Несоответствие используемых сегодня судов задачам глубокой переработки. «Разместить всю номенклатуру старого оборудования на старом флоте невозможно в силу недостаточности энергетики, помещений, недостаточности автоматизации линий, не остается возможностей на более глубокую переработку». (Бизнес)

В. Балашов: Это не наш бизнес. Нет сегодня «задачи глубокой переработки», потому что нет массового запроса от российского покупателя на дорогостоящее филе. Глубокая переработка – это для иностранцев с зарплатой в 4 тыс. евро в месяц. Наши люди покупают рыбу мороженую б/г, сами дома из нее уху варят или жарят с картошкой. Рыбаки производят на судовых фабриках в море именно то, что покупают российские домохозяйки. Однако привязать к этому «филейному мифу» проблемы судостроения и квоты поддержки – это что-то новое. Смело.

ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ РЫБОПРОМЫСЛОВОГО ФЛОТА

«Необходимо полностью заменить 100% судов, и чем быстрее, тем лучше». (Межотраслевой эксперт)

В. Балашов: Межотраслевой эксперт совсем увлекся.

ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

«Наш отечественный кадровый состав – это очень и очень слабые работники. Если ты не пьешь и если ты знаешь английский язык, то тебе дорога в иностранные компании». (Бизнес)

В. Балашов: Это уже просто хамство - вставлять в презентацию для федеральных СМИ такую характеристику российских рыбаков. Хотя, с другой стороны, это достаточно ярко характеризует организаторов и исполнителей этой пресс-конференции, а также тех, кто за ними стоит.

«Возраст судна влияет на выбор места работы высокопрофессиональных рыбаков».

В. Балашов: Теория в чистом виде. Люди идут в море зарабатывать деньги. Конечно, приятно и интересно работать на современном судне, но это не главное.

ГДЕ СТРОИТЬ ФЛОТ

«Российские верфи готовы строить суда серийно». «Серия из пяти кораблей способна снизить стоимость одного корабля более чем в полтора раза». (Бизнес)

В. Балашов: Взамен морально и физически устаревших НИС Росрыболовства, можно начать строить государственные научно-исследовательские суда для рыбного хозяйства Российской Федерации. В корпусе крупнотоннажного траулера отработать производственные процессы и кооперацию, снизить затраты и на шестом судне конкурировать с иностранными верфями. Рыбаки придут сами. Предлагайте товар, и мы его купим. Надо честно бороться за рынок рыбопромыслового флота, а не мухлевать с законом о рыболовстве и пытаться устроить себе легкую жизнь.

«В среде рыбаков есть ожидание, что строить суда надо на российских верфях, но есть некоторый скепсис по отношению к ним».

В. Балашов: Это не скепсис, а опыт общения судовладельцев с несколькими российскими судостроительными заводами в период с 2008 по 2012 годы, в годы подъема рыбной отрасли. Непонимание специфики требований рыбаков при попытке размещения ими заказов и жесткие контрактные рамки по цене, срокам, качеству и гарантиям превратили тогда общение сторон в нервотрепку. Да, рыбопромышленники требовательны, так как они частный бизнес и им нужна экономика нового судна. Они не заказывают серии, потому что у каждого своя ситуация: виды ВБР, районы промысла, рынки сбыта. Рыбаки в эти годы хотели строить и построили 5 красавцев траулеров на Северном бассейне. Но, увы, в Хорватии, Голландии, Малайзии и Турции. По всем параметрам там получилось выгодней. Еще более 30 судов за это время прошли принципиальную модернизацию, менялись силовые установки, траловые комплексы и фабрики. Этого сегодня вообще не делают в России. В целом эти суда заменили по производительности как минимум 70 старых советских траулеров. Если не пугать рыбаков принудиловкой и неопределенностью, то на Севере к 2018 году флот по производительности будет соответствовать европейскому (норвежскому) уровню.

ВЫВОДЫ

«Замена флота невозможна только силами рыбопромышленников». «Без создания прямых и непрямых стимулов и компенсационных механизмов для рыбопромышленников и судостроителей обновление флота невозможно».

В. Балашов: Выводы вполне предсказуемы и рассчитаны на журналистов. Организаторы пресс-конференции попытались в очередной раз убедить окружающих, что рыбопромышленники немного недоразвитые, много пьют и им надо помочь. А заодно и судостроителям.

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 октября 2015 > № 1521311 Валентин Балашов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 16 июля 2015 > № 1431093 Валентин Балашов

Квоты типа «коту под хвост»

Валентин БАЛАШОВ, Председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна

В сентябре 2015 года соберется президиум Госсовета по вопросу «О развитии рыбохозяйственного комплекса Российской Федерации». 15 июля состоялось второе заседание рабочей группы по подготовке этого мероприятия.

Рассматривался проект основного доклада о состоянии рыбного хозяйства и путях его дальнейшего развития. Представленный документ свидетельствует, что благодаря формированию государством с 2008 года прозрачных и долгосрочных правил игры отрасль вышла из затяжного кризиса и начала развиваться. Получается, что на прошлом заседании президиума Госсовета в Астрахани в 2007 году президент выбрал верную модель организации рыбного хозяйства в России. А 15 июля основная дискуссия развернулась по поводу мер, необходимых для повышения эффективности рыбохозяйственного комплекса в целом и внедрения так называемых «квот поддержки» в частности. Иными словами, очередной раз проталкивается идея обеспечить благополучие отечественного судостроения за счет рыбаков. Несмотря на крайне резкую критику отраслевого сообщества, дискуссия не сбавляет обороты.

На прошлой неделе представили Минпромторга и АО «Объединенная судостроительная корпорация» обсудили с Росрыболовством вопрос о субсидиях в виде квот. Под разработанную рыбацким ведомством идею в качестве стимулирующей меры обновления рыбопромыслового флота планируется зарезервировать 20% от общего допустимого улова водных биоресурсов. После ввода в строй нового судна Росрыболовство будет выделять на него определенную долю квоты, которая фактически является субсидией. Как заявляют авторы идеи, квоты господдержки направлены на повышения эффективности промысла и отрасли в целом. Если убрать за скобки красивые слова, то речь идет о 300 тыс. тонн рыбы, которую планируется переделить. То есть отнять у одних и отдать другим.

Основой предлагаемой теории является активно возникший миф о том, что в России устаревший рыболовный флот. Но это не так. В России флот более «молодой», чем в Японии и в США. Однако и там никому в голову не приходит ради «процесса» строить новые суда, тем более с использованием методов манипуляции с квотами. В нашем случае в строительстве именно нового рыбодобывающего флота заинтересована только одна структура – Объединенная судостроительная корпорация. И начать она решила с попытки административного насилия над рыбаками.

Необходимо признать, что сегодня рыбаки нуждаются не столько в новых рыбопромысловых судах, сколько в модернизации уже имеющихся, нужно ставить эффективные главные силовые установки, современное промысловое вооружение, высокопроизводительные фабрики и т.д. За последние семь лет, с 2008-го по 2014-й, компании за свой счет инвестировали 38 млрд. рублей в модернизацию флота, причем без какого-либо принуждения и участия государства, благодаря введению механизма долгосрочного закрепления долей квот на десятилетний период. В то же время российские рыбаки не против новых судов. Попытки строительства рыбопромысловых судов на российских верфях предпринимались неоднократно на протяжении последних 10 лет. Так, в начале 2000-х годов рыболовные компании Северного бассейна ООО «Робинзон» и ЗАО «Мурмансельдь 2» пытались разместить заказ на строительство одного 120-метрового и двух 52-метровых траулеров на Балтийском судостроительном заводе. После нескольких лет переговоров верфь отказалась от строительства из-за фиксированной цены на судно и конкретных сроков сдачи судов. В результате 120-метровый траулер для ООО «Робинзон» был построен в Малайзии, а 52-метровые траулеры – в Голландии.

В 2009 году ЗАО «Мурмансельдь 2», ЗАО «Таурас», «Мурманский Губернский флот» пытались разместить заказ на строительство четырех 64-метровых траулеров на судостроительном заводе «Янтарь» в Калининграде. При общемировой цене металлоконструкций в 1,5-1,7 евро за кг, завод «Янтарь» запросил цену в 3,5 евро, то есть цена судна увеличилась вдвое. Контракт не состоялся. Суда построены в 2013-2014 годах в Хорватии на верфи «Ульяник».

В 2014 году ЗАО «Мурмансельдь 2» пыталось разместить заказ на 64-метровый траулер на заводе «Янтарь», заводе «Пелла» в Ленинградской области. Завод «Янтарь отделался отписками, завод «Пелла» запросил цену в два раза больше, чем у построенных в Хорватии аналогичных судов.

О чем это говорит? Наши верфи не готовы к нормальной работе с заказчиком-рыбопромышленником. Это факт. Они строят дороже и дольше, чем их коллеги за рубежом. Любое развитие, в том числе обновление флота, это экономически обоснованное добровольное решение рыбаков, которые не просят для этого никаких субсидий у государства. Это результат рыночного взаимодействия хозяйствующих субъектов, как на отечественных, так и на зарубежных верфях. Предлагаемое ведение «квот поддержки» – это не стимулирование нашего судостроения, а скрытая форма передела рыбных ресурсов. В профессиональной среде по этому вопросу не было и нет никаких сомнений.

В России нет ни одного рыбопромышленника, который бы заявлял: «Мне не хватает нового флота». Сейчас в стране численность судов рыбопромыслового флота составляет почти 2600 единиц. То есть судов избыток, большинство стоит без работы. Добавьте к тому, например, восемь наших супертраулеров, без дела пришвартованных в Китае, десятки модернизированных «незаходных» судов на Севере. Не только у нас, а и в мире в целом избыток рыболовецких судов. Проблема в другом – не хватает ресурсов, добывая которые эти суда стали бы эффективными.

Кроме этого, нет пока на территории бывшего СССР производительных сил для строительства современного рыболовного флота. Для тех, кто не хочет верить в это, рекомендую посмотреть популярный российский сайт «Сделано у нас». Сорок одна российская верфь загружена заказами для ВМФ и пограничной береговой охраны. Еще есть шельфовые проекты и катера с яхтами. Всего было одно более или менее современное океаническое рыбопромысловое судно – ярусолов.

Пора бы уже понять, что на старой советской материальной базе судостроения выделение специальных квот вылова рыбы на поддержку строительства судов на отечественных верфях не может дать положительный результат. Это для огромного военного низкоэффективного судостроительного конвейера «слону дробина». Для создания в ближайшие 10-15 лет современного российского рыбопромыслового флота на первом этапе нужно строить новые гражданские верфи и всю транспортную, энергетическую и социальную инфраструктуру для них. Считать экономику поставок металла, энергетики, стоимости рабочей силы и т.д. Это иная задача и квотами ее не решить.

Внешне красивая идея строительства судов не даст хороший результат. Узаконенный вид квоты для поддержки судостроения, вероятнее всего, приведет к торговле судостроительными контрактами и постройке «одноразовых картонных траулеров» для получения сырьевого ресурса. Были уже до 2004 года квоты под промысловую нагрузку, судовые силовые установки и т.д., накупили тогда «железа» и на отстой поставили десятки судов. Главное – квоту получить. Все это уже было в разных вариациях. Привязка квот к берегу – это УТОПИЯ. Это будет иметь только два результата – значительно прибавит работы правоохранительным органам и погрузит судовладельцев и судостроителей в перманентные арбитражные разборки. Проходили это уже. Для чего еще раз на «грабли» наступать? Ведь в проекте основного доклада сказано «благодаря формированию государством с 2008 года прозрачных и долгосрочных правил игры отрасль вышла из затяжного кризиса и начала развиваться». Может, это кого-то не устраивает?

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 16 июля 2015 > № 1431093 Валентин Балашов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 14 апреля 2015 > № 1341600 Валентин Балашов

Валентин Балашов: Регионам нужно дать больше возможностей в сфере «прибрежки»

Условия использования уловов прибрежного промысла должен определять орган государственной власти субъекта РФ на основании договора с пользователем, считает председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов.

В декабре 2014 г. Архангельская область приняла решение об обязательной доставке на территорию региона уловов прибрежного промысла, в том числе из Баренцева моря. В результате рыболовецкие колхозы области приостановили освоение прибрежной квоты. В апреле в постановление регионального правительства внесены необходимые изменения, исключающие, по крайней мере в этом году, обязательную доставку в период зимней навигации.

Эта «история с ледоколами» получила развитие, рассказал председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов в интервью Fishnews. Как отметил руководитель объединения, прецедент дал начало серьезному разговору о полномочиях прибрежных субъектов РФ, причем с инициативой этого разговора выступил именно губернатор Архангельской области. Уже прошли совещания в Москве, и тема полномочий региона в данной сфере хозяйственной деятельности, скорее всего, будет предметом обсуждения на очень высоком уровне, считает эксперт.

«Существует иллюзия, что «прибрежка» – это то, за что отвечает субъект Российской Федерации. Но это не так. Региональная власть не является стороной договора о прибрежном рыболовстве и поэтому вынуждена лишь просить, убеждать и агитировать. Субъектам оставили право определять лишь места доставки, полагая, что это даст возможность руководителям регионов развивать экономику территории. Но жизнь показала, что норма, оторванная от договорных отношений, не работает», - подчеркнул руководитель отраслевого объединения.

По мнению собеседника Fishnews, термин «места доставки» в том виде, как он изложен в законе о рыболовстве сейчас, изжил себя, пришло время двигаться дальше – к договорным отношениям. Ассоциация предлагает внести в закон следующую норму: условия использования уловов водных биоресурсов, рыбной и иной продукции из них определяет орган государственной власти прибрежного субъекта Российской Федерации на основании договора с пользователем, осуществляющим прибрежное рыболовство.

«Если принять эту систему регулирования, то федеральный орган исполнительной власти в области рыболовства по главным объектам морского промысла заключит в 2018 году договоры на доли, но обязательным приложением к ним будет договор с прибрежным субъектом об условиях использования уловов «прибрежки», - рассказал Валентин Балашов. – Если какой-то субъект начнет «перегибать палку», то рыбаки просто не пойдут на договор с ним. Уйдут «к соседу» или в промышленное рыболовство. Объемы прибрежных квот определяются на бассейн, а не на территорию. Вот тут и будет видно, кто и как умеет работать. При этом и регион сможет сформулировать, какой именно вклад в экономическое развитие ему требуется от прибрежного рыболовства, сформулировать задачу. Тогда мы одновременно будем решать задачи насыщения внутреннего рынка и регионального развития с учетом всех местных особенностей».

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 14 апреля 2015 > № 1341600 Валентин Балашов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 13 апреля 2015 > № 1341595 Валентин Балашов

«Прибрежке» нужно дать возможность обеспечить страну рыбой

Валентин БАЛАШОВ, Председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна

Продолжается обсуждение новой концепции взаимоотношений государства с пользователями водных биоресурсов. Прибрежное рыболовство по определению ориентировано действующим законом для поставок рыбы на российский берег. При увеличении лимитов этот вид промысла в 2018 году может привлечь тех «океанистов», которые традиционно ловят треску и пикшу для внутреннего рынка, считает председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов. В интервью Fishnews он рассказал о наиболее острых вопросах развития прибрежного рыболовства в Баренцевом море.

– И «океанисты», и «прибрежники» добывают рыбу в 200-мильной зоне. Валентин Валентинович, в чем, на ваш взгляд, заключается разница между ними?

- Разница - в ориентированности на рынки. Закон ограничивает прибрежного рыбака российским рынком и не ограничивает «океаниста» в его коммерческой деятельности. Например, на Северном бассейне одни прямо из районов промысла экспортируют в Европу треску, пикшу и некоторые другие виды рыбной продукции (а это ни много ни мало 452 тыс. тонн за 2014 год по данным статистики государственного портового контроля), другие везут уловы домой, обеспечивая рыбой население России. У первых – сотни тысяч тонн сырьевого ресурса, у вторых - 30 тыс. тонн. Вот и вся разница, и она принципиальна.

– Существует мнение, что «прибрежникам» не надо увеличивать объемы ежегодных квот, так как у них нет достаточного количества промысловых судов, пора вернуть их в 12-мильную зону. Что вы думаете на этот счет?

– В последнее время «прибрежку» не обсуждает только ленивый. При этом она сама не представлена почему-то ни на одной отраслевой федеральной консультативной площадке. В результате что-то активно анализируют, пишут, критикуют люди, не имеющие к прибрежному рыболовству никакого отношения.

Флота не хватает? Все прекрасно знают, что если потребуется, предприятия прибрежного рыбопромышленного комплекса Северного бассейна приобретут суда, консолидируются, укрупнятся. Будут квоты – будет флот, это всего лишь инструмент.

Прибрежное рыболовство в 12 милях Баренцева моря – это прошлый век, там рыбы нет. Страну 12-мильной зоной не накормишь. У нас это район скорее для спортивного и любительского рыболовства.

– Какие административные барьеры до сих пор мешают рыбакам обслуживаться в порту? Как вы оцениваете уровень стивидорного и агентского обслуживания в портах Северного бассейна?

– Принципиальных проблем нет. Мы очень надеемся на создание в портах Северного бассейна режима особой экономической зоны – это облегчило бы фискальную нагрузку на производственные предприятия, работающие с рыбаками, и на сами порты, снизив стивидорные и другие затраты на перевозку продукции из водных биоресурсов. Хотелось бы, чтобы региональные власти приморских территорий России внимательно отнеслись к этому. Но в любом случае российским «прибрежникам» не нужен норвежский берег, им и дома хорошо. Все суда базируются у родных причалов, давая гарантированную работу сотням людей.

– Вы делали доклад на заседании рабочей группы Минсельхоза 10 марта 2015 года и в целом поддержали Росрыболовство. В каком направлении продолжит работу Межрегиональная ассоциация прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна?

– Мы готовим обоснование по изменению ставок сбора за пользование ВБР для прибрежного рыболовства по основным промысловым видам. Их можно обнулить уже сегодня, при этом есть чем компенсировать эти ставки. Обязательные портовые сборы для рыбаков надо снижать. Все наши промысловые суда везут рыбу в Россию, это вопрос обеспечения продовольственной безопасности. Для примера: неделю назад среднетоннажное судно за заход и выход из порта Архангельск заплатило без малого полмиллиона рублей обязательных портовых сборов и еще, само собой, за обработку в порту. При этом стоимость продукции на борту составляла 10 млн. рублей. Пять процентов за вход в порт по предоплате – это натуральный грабеж. При этом предприятие прибрежного рыболовства, руководствуясь действующим местным законодательством, везло в Архангельск гребешок! Область вряд ли съедает такой объем за несколько лет. Но «прибрежники» – народ дисциплинированный: надо – значит, надо!

Необходимо внимательно посмотреть на размеры штрафов для рыбаков - порой они несоразмерны с нарушениями и потом перекладываются на покупателя, «разгоняя» цены. Расходы на «ветеринарные бумаги» – это уже классика, также требуются средства на аттестацию плавсостава в отраслевых бюджетных учебных заведениях и т.д. и т.п. Это все деньги, формирующие до 20% дополнительных непроизводственных издержек на пути рыбы из района промысла к родному причалу.

И главное принципиальное направление работы: мы будем убеждать руководство отрасли в том, что сырьевой формат прибрежного рыболовства требует увеличения, как это было сделано в 2004 году. Этот вид хозяйственной деятельности должен получить ресурс развития и стать образующим для внутреннего рынка. Задача, которую государство ставит перед рыбным хозяйством – это импортозамещение, а не наращивание вывоза ВБР за границу.

– Обсуждается идея внесения в закон о рыболовстве фактически нового вида промысла – «рыболовство в морских водных объектах». Согласно рассматриваемым поправкам, пользователь может выбрать для себя промышленное или прибрежное рыболовство. Тех, кто в 2018 году выберет прибрежную квоту, предлагается экономически стимулировать путем увеличения ежегодных лимитов. Что вы можете сказать по этому поводу?

– По многим причинам пока выгодно продавать треску и пикшу на экспорт. При наличии выбора пользователь будет заниматься тем видом (или «подвидом») рыболовства, который приносит больший доход. Дальше делайте вывод сами.

В то же время с «прибрежкой» не надо проводить патриотические беседы и заключать соглашения и меморандумы, она по определению «отформатирована» действующим законом для поставок рыбы на родной берег. Ее надо стимулировать квотами, если государство на практике проводит политику импортозамещения. При увеличении лимитов прибрежное рыболовство в 2018 году могло бы привлечь тех «океанистов», кто традиционно ловит треску и пикшу для внутреннего рынка.

Сегодня для решения продовольственной задачи надо активнее использовать возможности отраслевого закона. В нем уже есть все необходимое. Рыбаков надо обеспечить возможностью ловить столько рыбы, сколько нужно стране. Решается это на уровне ежегодных приказов федерального органа исполнительной власти. И не стоит ждать 2018 года, «прибрежники» уже выбрали прибрежные квоты. На увеличенных объемах со сниженной ставкой сбора предприниматель сможет делать хорошую экономику в России, не завидуя экспортерам. И пусть те, кто предпочитает работать дома, займут свой рынок, выдавливая импортеров из производственной и торговой цепочки оборота рыбы в нашей стране.

Согласен с тем, что в 2018 году надо дать рыбопромышленнику право выбора: где быть в следующий договорной цикл – в промышленном или в прибрежном рыболовстве. Уже много лет бизнес специализировался и укрупнялся в том или ином виде промысла, наработаны опыт и деловые связи. Именно на стадии заключения новых договоров можно привести все к реальности. Для этого необходимо дополнить закон нормой, закрепляющей это право за пользователем, всего один короткий абзац. Утверждение порядка перехода в другой вид рыболовства находится на уровне постановления Правительства, тем более что такой документ все равно надо издавать для обеспечения работы комиссии. И пусть каждый работает себе на здоровье в том виде промысла, в который решил перейти.

– А как пересчитать доли квот при переходе из одного вида рыболовства в другой, ведь это же разные группы лимитов?

– Не переживайте. Пересчитают.

– Как вы относитесь к идее ограничений в сфере обработки уловов на судах, ведущих прибрежный промысел, а также к запрету перегрузов в море?

– «Свежеохлажденное» рыболовство никогда не являлось основой производства рыбной продукции ни в СССР, ни в современной России. Сегодня как отраслевой стандарт это технологически и экономически не имеет никакого смысла. Мы не Мальдивская Республика и не Норвегия, мы – слишком огромное государство и сначала ловим далеко, а затем, после прибытия в порт, везем эту рыбу по стране еще дальше. Если говорить о мировом опыте, то тогда уж и опираться правильнее на практику стран, схожих с нами по площади и климату, например Канады.

В обсуждаемом виде чистая «охлажденка» на Северном бассейне актуальна только для Мурманска. Но в принципе неверно предлагать общероссийскую норму, опираясь на коммерческие интересы нескольких береговых фабрик, сориентированных на экспорт филе трески и расположенных в одном конкретно взятом порту. Пора понять, что методы ограничений и принуждений не заставят добывающие компании отдавать кому-то рыбу, в каком угодно виде. Под любым соусом продразверстка не работает в 21 веке. Только рыночные отношения в сфере оборота сырья гарантируют успех в производстве рыбной продукции, в том числе и на береговых предприятиях.

В рамках принятия поправок нам нужно определить региональную составляющую регулирования прибрежного рыболовства. Именно в этой части законодательства находится, по нашему мнению, решение основных проблем «прибрежки» и ее местных различий. Полномочия субъектов в данной сфере требуется расширить.

– В декабре 2014 года Архангельская область приняла решение об обязательной доставке на территорию региона уловов прибрежного промысла, в том числе из Баренцева моря. Зимой по льду Белого моря доставлять рыбу непросто. В результате рыболовецкие колхозы области пока прекратили освоение прибрежной квоты. Что сейчас происходит?

– Вопрос решен, в постановление правительства Архангельской области внесены необходимые изменения, исключающие обязательную доставку в период зимней навигации. Конструктивная работа ассоциации с органами региональной власти дает результат.

Более того, эта невероятная «история с ледоколами» имеет развитие. Она дала начало серьезному разговору о полномочиях прибрежных субъектов Российской Федерации. Уже прошли совещания в Москве, и тема полномочий субъекта РФ в данной сфере хозяйственной деятельности, скорее всего, будет предметом обсуждения на очень высоком уровне.

Существует иллюзия, что «прибрежка» – это то, за что отвечает субъект Российской Федерации. Но это не так. Региональная власть не является стороной договора о прибрежном рыболовстве и поэтому вынуждена лишь просить, убеждать и агитировать. Субъектам оставили право определять лишь места доставки, полагая, что это даст возможность руководителям регионов развивать экономику территории. Но жизнь показала, что норма, оторванная от договорных отношений, не работает.

В том виде, как он изложен в законе о рыболовстве сейчас, термин «места доставки» изжил себя, пришло время двигаться дальше – к договорным отношениям. Мы предложили внести в закон следующую норму: условия использования уловов водных биоресурсов, рыбной и иной продукции из них определяет орган государственной власти прибрежного субъекта Российской Федерации на основании договора с пользователем, осуществляющим прибрежное рыболовство.

Если принять эту систему регулирования, то федеральный орган исполнительной власти в области рыболовства по главным объектам морского промысла заключит в 2018 году договоры на доли, но обязательным приложением к ним будет договор с прибрежным субъектом об условиях использования уловов «прибрежки». Если какой-то субъект начнет «перегибать палку», то рыбаки просто не пойдут на договор с ним. Уйдут «к соседу» или в промышленное рыболовство. Объемы прибрежных квот определяются на бассейн, а не на территорию. Вот тут и будет видно, кто и как умеет работать. При этом и регион сможет сформулировать, какой именно вклад в экономическое развитие ему требуется от прибрежного рыболовства, сформулировать задачу. Тогда мы одновременно будем решать задачи насыщения внутреннего рынка регионального развития с учетом всех местных особенностей.

Александр ИВАНОВ, Fishnews

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 13 апреля 2015 > № 1341595 Валентин Балашов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 19 ноября 2014 > № 1228494 Валентин Балашов

«Прибрежка» – дело регионов

Валентин БАЛАШОВ, Председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна

Северный бассейн обеспечивает четверть российского вылова рыбы и морепродуктов. Из этого объема на долю прибрежного рыболовства в Белом и Баренцевом морях приходится чуть более 3%. Однако именно этот вид деятельности является исторически сложившейся основой рыбного хозяйства на морском побережье Севера России, обеспечивая устойчивую хозяйственную связь берега с морем. Нынешняя ситуация определяет новые производственные задачи для рыбаков, и возникшая в отрасли дискуссия о путях развития «прибрежки» – тому подтверждение. Какая роль отводится прибрежному рыболовству в экономике северо-западных регионов и какие перемены ждут его в ближайшие годы, Fishnews рассказал председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов.

О РЕАЛЬНОЙ РОЛИ ПРИБРЕЖНОГО ПРОМЫСЛА

– Валентин Валентинович, на Северном бассейне действует немало ассоциаций, отстаивающих интересы предприятий как океанического, так и прибрежного промысла. Зачем понадобилось создавать еще одну?

– Импульсом к созданию Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна послужило множество законодательных инициатив со стороны регулирующих органов и иных субъектов управления смежными отраслями, которые подчас в противоречивой форме оказывали влияние на понимание целей прибрежного рыболовства, его особенностей и отличий от рыболовства океанического. В результате за последние два-три года термин «прибрежное рыболовство» из статуса, принятого всеми участникам отрасли, превратился в размытое понятие, в которое каждый желающий вкладывает свой смысл – от поддержки инфраструктуры в поморских селах до сырьевого придатка перерабатывающих предприятий, продающих филе на экспорт. С другой стороны, начало складываться впечатление, что кто-то целенаправленно подвергает сомнению сам факт существования и необходимости развития прибрежного рыболовства в Российской Федерации. В таких условиях рыболовецкие предприятия Карелии, Ненецкого автономного округа, Архангельской и Мурманской областей объединились для защиты своих производственных интересов и развития прибрежного рыболовства в регионе.

Помимо представления и защиты общих интересов членов ассоциации важным направлением нашей работы является производство собственных информационно-аналитических продуктов, обобщающих реальную информацию в сфере прибрежного промысла. Многим аналитикам рыбной отрасли в последнее время приходится работать с противоречивой, а порой и откровенно неправдоподобной, непрофессиональной информацией. Доказывать свою точку зрения труженики моря подчас должны в условиях борьбы с мифами.

Например, был период, когда рыбаков обвинили в экспорте продукции прибрежного промысла. Содержательно комментировать это тяжело: непонятно тогда, чья треска продавалась в рознице. Промышленники Карелии сразу заявили, что с момента наделения прибрежной квотой не продали ни тонны продукции на экспорт, с самого начала все предприятия были связаны с внутренними покупателями и сетями. Потом были эмоциональные заявления о полном отсутствии сырья на прибрежных фабриках Мурманской области. При этом ПИНРО официально давал информацию о том, что за время действия распоряжения Правительства № 1196 в первом квартале 2014 года поставки охлажденного сырья не только не сократились, но и, наоборот, увеличились.

Несмотря на всю абсурдность для специалистов тезисов о переподчинении промысла экспортерам, рыбаки-прибрежники со всей очевидностью поняли, что нуждаются в площадке для скоординированного представления собственного мнения. Если раньше не все верили, что голос нескольких московских бизнесменов – владельцев фабрик по производству экспортного филе так прямолинейно может влиять на федеральных чиновников, то к весне пришло осознание, что такая ситуация уже в порядке вещей. Стало понятно, что при распределении квот в 2018 году могут не учитываться особенности работы в море.

Это стало катализатором объединения. Для анализа того, что действительно происходит в прибрежной отрасли Северного бассейна, для сбора статистической экономической информации, создания базы данных в области безопасности мореплавания и промысловой активности в Баренцевом море. Ассоциация будет активно формировать общественное мнение о прибрежном рыболовстве в России, но самое главное, наше отраслевое объединение настроено на профессиональную работу с нормативной правовой базой, являясь не просто критиком, а стороной, предлагающей юридические формулировки.

Учредители ассоциации пришли к единому мнению о миссии прибрежного рыболовства, смысл которой транслировался федеральным законом о рыболовстве и позицией отраслевого регулятора во время предыдущего наделения долями на вылов водных биоресурсов: «прибрежный промысел – это опора в развитии приморских регионов». Мы консолидированно исходим из того, что основным отличием прибрежного рыболовства от океанического на Северном бассейне является доставка трески и пикши Баренцева моря на внутренний рынок Российской Федерации. Океанический вылов в большинстве своем идет на экспорт. Выполнение задач по обеспечению своих регионов качественной рыбопродукцией из сырья (неважно какого – свежего, под солью, замороженного в море или охлажденного), конструктивное взаимодействие с региональными органами власти по вопросам доставки рыбы на берег, поддержка бюджетов сельских поселений и приграничных городков, в которых зарегистрированы многие прибрежные рыбопромышленные предприятия, – все это дает основания для особого отношения государства к прибрежному рыболовству и определяет нашу работу.

В наших ближайших планах – анализ экономической основы прибрежного промысла Северного бассейна, себестоимости выпускаемой в море и на берегу продукции и дальнейших путей ее реализации. Важно донести и до участников рынка и до регулирующих структур понимание реальной роли, которую играет прибрежное рыболовство в продовольственной безопасности и региональной экономике.

36 МЕТРОВ – ПРОШЛЫЙ ВЕК

– Как такая позиция соотносится с видением прибрежного промысла, изложенном в проекте изменений в закон о рыболовстве, который недавно был направлен Росрыболовством в Минсельхоз?

– До сих пор правовой режим ведения прибрежного рыболовства в полной мере не учитывает сложившуюся структуру размещения отечественного прибрежного флота в традиционных районах промысла. По ряду вопросов законодательство и практика принятия административных решений оторваны от реальной производственной жизни, от сложившейся основы и экономики рыбного хозяйства в тех или иных приморских городах и иных населенных пунктах. Рыбаки начали серьезно уставать от инициативных экспериментов над «прибрежкой». То производим продукцию, то не производим, то грузим, то не грузим, то один контролер, то другой норовит высказаться, теперь вот еще судовое «обрезание» придумали. Это неправильно, это нервирует рыбаков.

С другой стороны в последнее время имеет место отраслевая дискуссия о целесообразности дальнейшего развития российской «прибрежки», о ее промышленной направленности и схожести с океаническим рыболовством. Делаются попытки удивительных сравнений с прибрежным рыболовством в других странах как предлагаемым «маломерным ориентиром» развития северных морских регионов России. В борьбе за выгодный экспортно ориентированный национальный сырьевой ресурс появились желающие вернуть рыбаков-прибрежников в прадедовские времена кустарного промысла, пересадив их на «шняки» и сделав рыбаками-сезонниками. Эти идеи оторваны от реальности и не выдерживают критики. Однако они серьезно дезориентируют и ограничивают инвестиционное развитие прибрежного рыбного хозяйства в российской экономической зоне и инфраструктуры морского побережья.

К сожалению, специалистам нередко приходится работать в условиях разъяснения прописных истин. Понятно, что переработчику-экспортеру из Москвы ни разу не приходилось выходить в Баренцево море на 36-метровом судне. Иначе не появилась бы инициатива технического ограничения судов прибрежного рыболовства такими параметрами. Выходит, что сегодня одна из задач отраслевых сообществ – поднимать и обобщать документы по безопасности мореплавания, чтобы доказать, что на таких судах работать просто небезопасно. Ну нет у нас скоплений трески у берега, как в Норвегии, это доказано много лет назад и учеными, и практиками. Надо идти за ней и идти неблизко, туда, где шторма. Приходится объяснять на пальцах, на советской нормативной базе по безопасности мореплавания.

Кроме того, с экономической точки зрения предлагаемые в 2014 году размерения прибрежных промысловых судов для Крайнего Севера в 36 метров – это шаг назад, в позапрошлый век. Экономика промысла беспощадна к издержкам производства. Палить каждый пятый день сотню тонн топлива на пустые пробеги туда и обратно, нести затраты на заходы в порт – это по 2-3 млн. рублей дополнительных затрат на каждый мини-рейс, которые, разумеется, отразятся на цене рыбы в магазине. Истина экономики рыболовства, которую знал любой курсант мореходного училища, – судно должно ловить рыбу и находиться на промысле как можно дольше, а транспорта и плавбазы – заниматься своим делом. Вот и приходится объяснять элементарные вещи, а пока за все это безобразие платит российская домохозяйка.

Нельзя забывать, что важной отличительной чертой прибрежного рыболовства является прямая связь с регионами, квота изначально выделяется с привязкой к региону. Сейчас в процессе бесконечной переоценки задачи прибрежного рыболовства эта связь отошла на второй план. Появилось все больше прецедентов перевода предприятий вместе с квотой из одного региона в другой. Между региональными властями и прибрежными рыбопромышленниками требуется установить более регулярные конструктивные отношения, чтобы субъекты почувствовали больше пользы от закрепленного за ними ресурса. Концепция изменений в закон о рыболовстве, внесенная Росрыболовством в Минсельхоз, предусматривает повышение роли региональных властей в распределении и управлении прибрежным ресурсом. Члены нашей Ассоциации полностью разделяют этот подход, и мы будем работать на то, чтобы региональные площадки стали более эффективными.

НУЖЕН ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СМЫСЛ

– А насколько привлекательной для рыбаков-прибрежников является перспектива перевести свои объемы в промышленную квоту? И найдутся ли в Северном бассейне предприятия, которые могут предпочесть остаться в «прибрежке» на новых условиях?

– Если к 2018 году будет придуман справедливый и для прибрежников, и для океанистов алгоритм перерасчета долей и все участники процесса согласятся с рассчитанными новыми долями в одном файле, то вполне возможно кто-то из крупных прибрежников и перейдет в другую лигу. Хотя, сдается мне, что элитным клубом вскоре станет именно «прибрежка». Ну, жизнь покажет.

На мой взгляд, куда интереснее еще одна новелла из Москвы – это предлагаемая возможность ежегодно по заявительному принципу в рамках своих объемов гибко переходить из одного вида рыболовства в другой и обратно. Оригинально и весьма любопытно, особенно если учитывать события в мире и на рынках. Идея вброшена, идея, достойная осмысления.

Тем не менее необходимо понимать, что и в том, и в другом случае не все так просто. Во-первых, пока еще нет даже эскиза нормативного акта, который сможет администрировать такого рода процессы. Насколько я понимаю, нет представления о механизме расчета, учета, нет понимания, как будут работать с этими ситуациями органы, выдающие разрешения и т.д. Вопросов много, поэтому предметно пока говорить не о чем. Во-вторых, даже если предположить, что такое случится, придется радикально переосмысливать и переписывать наш базовый закон о рыболовстве. И здесь возникает главный вопрос: «А для чего нужны эти изменения?». Во всем должен быть экономический смысл. Все-таки это целая отрасль огромной страны.

НА МЕСТАХ ВИДНЕЕ

– Некоторые эксперты высказывают опасения, что в конечном итоге все эти нововведения могут вылиться в новые запреты и искусственные ограничения именно для «прибрежки». Насколько обоснованы такие предположения?

– На наш взгляд, этого не произойдет, тут другое – процессы развития прибрежного рыболовства в последние десять лет выдвигают на повестку дня вопрос о качестве государственного управления этим видом хозяйственной деятельности. Возникает объективная необходимость совершенствования законодательства в части правового регулирования соотношения федеральных и региональных функций управления «прибрежкой».

Прибрежный промысел является неотъемлемой составляющей частью экономики любого приморского района. Однако до сих пор в законодательстве о рыболовстве права субъектов РФ определять условия организации прибрежного рыболовства изложены в весьма урезанном виде. Казалось бы, кому как не руководителям регионов вместе с учеными и рыбопромышленниками знать, какую рыбу где и на каких судах ловить, как и где ее шкерить и куда потом девать потроха, морозить, копить, сушить или солить, куда и каким образом эту рыбу везти, выгружать, перегружать, продавать или сразу пускать в употребление. Главное в прибрежном промысле – результат работы в море гарантированно придет на российский берег и на внутренний рынок.

Главы субъектов отвечают за социально-экономическое развитие своих территорий и знают, чем живут люди, какой потенциал развития есть в регионе и что может дать море. Они должны иметь возможность принимать государственные решения в сфере определения региональных условий ведения традиционной хозяйственной деятельности. Уже есть положительный опыт работы субъектов по совместному регулированию добычи анадромных видов ВБР. Наработана прочная основа: бассейновые научно-промысловые советы и правила рыболовства, территориальные рыбхозсоветы и органы государственной власти на местах. Эти институты регионального влияния на рыболовство уже сегодня во многом определяют работу рыбаков. Тем не менее голос прибрежных областей все еще носит рекомендательный характер и не является управленческим решением.

По нашему мнению, сегодня имеется все необходимое для передачи регионам определяющих государственных полномочий по совместному регулированию «прибрежки» в российской экономической зоне. Попытки изложить в одной формулировке федерального закона универсальное определение прибрежного рыболовства, желание отразить в одном абзаце все разнообразие хозяйственных условий ведения этого вида деятельности в стране трех океанов и тринадцати морей, раскинувшейся от субтропиков до арктических широт, тормозят процессы развития социально-экономической жизни приморских территорий и способствуют оттоку населения.

Рыбаки – люди основательные и терпеливые, море и профессия делают их такими. Эти качества позволили в последние десять лет снять с мели отечественное рыбное хозяйство и обозначить уверенный курс на наполнение внутреннего рынка рыбной продукцией российского производства. Теперь нужен осторожный и компетентный подход к работе над приведением нормативно-правовой базы прибрежного рыболовства в соответствие с реалиями. Это путь сложный, но верный. Как известно, движение в море начинается с малого хода – движение к большей самостоятельности российских регионов в управлении прибрежным рыболовством.

Анна Лим

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 19 ноября 2014 > № 1228494 Валентин Балашов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter