Всего новостей: 2553757, выбрано 1 за 0.026 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Запесоцкий Александр в отраслях: Образование, наукавсе
Запесоцкий Александр в отраслях: Образование, наукавсе
Казахстан. СЗФО > Образование, наука > dknews.kz, 13 апреля 2017 > № 2146489 Александр Запесоцкий

Право взращивать личности

Пройтись по итальянской улочке, встретиться у паровоза, спуститься в чрево Yellow Submarine, чтобы уединиться с книгой под ироничными взглядами битлов, съесть утреннюю кашу за счет личных средств ректора… Теперь понимаете, почему про этот российский вуз президент России Владимир Путин сказал его ректору: «Вы знаете, у вас весело». И это про СПбГУП – вуз, который уже больше 90 лет выпускает серьезных специалистов.

Алевтина ДОНСКИХ,

Алматы – Санкт-Петербург – Алматы

Ректор Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов, доктор культурологии, профессор, член-корреспондент РАН Александр ЗАПЕСОЦКИЙ, который с 1991 года стоит у штурвала этой студенческой «субмарины», поделится своим взглядом на современную педагогику, преемственность и новации в высшем профессиональном образовании. Но вначале о веселом.

– Александр Сергеевич, мне приходилось уже встречаться и с вами, и с сотрудниками Алматинского филиала, готовить материалы об СПбГУП, и если бы мне сказали определить ключевые слова для вуза, я бы сказала «профсоюз», второе слово – «красота». А какое бы третье слово вы назвали?

– Соглашусь с двумя первыми определениями. Поскольку профсоюзы – это организация, которая позволяет нам в тяжелое время сохранить человеческое лицо. К нам приходят нормальные дети, у нас нет блата и какой-то родительской иерархии. Профсоюзная организация с человеческим лицом, сохраняющая гуманизм в наше время, в высоком смысле – общественная организация. И от этого такой университет.

Красота. За этим определением стоит своя концепция: вуз дает студентам ощущение своего дома, ощущение по-настоящему красивого пространства, которому люди соответствуют. В 90-е годы мы вложили в материальную базу вуза около 30 млн долларов, нами самими заработанных. И как только стали появляться замечательные помещения, сразу оказалось, что студентам не хочется тут сорить, мазать стены, что-то ломать. Вуз быстро превратился в красивое учебное заведение. Чтобы человек становился красив своим миром, у него должна быть красивая внешняя среда. И это про нас.

Мне часто говорят, что выйдет студент за территорию вуза, а там черт знает, что творится. Это так, но он будет стремиться организовать жизнь вокруг по тем законам, которые он впитал в юности, в университете.

Ну, а третье слово... Как-то приехали к нам журналисты из Техаса, а потом в своей статье они назвали наш вуз синтезом Гарварда и Голливуда. Наука и… веселье.

В 90-е годы, когда многие не понимали, что у нас происходит, приехал к нам в гости на праздник академик Раушенбах. И отвечая на вопросы Петербургского телевидения, он вдруг сказал о том же: «Это веселый университет!». Я внутренне сжался, подумав, что он скажет, что все это неправильно, надо быть серьезным. А он сказал, что настоящая наука там, где весело. А там, где такая сухость, показное наукообразие, оттуда настоящая наука ушла. Потому что, где скучно и занудно, там она не делается. Я запомнил эти слова.

А потом, приехал к нам Владимир Владимирович Путин, прошел по вузу, пообщался с народом. И когда уезжал, сказал: «Вы знаете, у вас весело». Тогда я уже не испугался и подумал, что Путин уловил тот же самый дух настоящей науки, настоящего образования, на которое обратил внимание Раушенбах.

– Один из фирменных знаков вуза – большое число известных людей, которые встречаются со студентами, читают им лекции. Охотно ли они к вам идут?

– Университет от техникума отличается тем, что дает и фундаментальное базовое образование, и видение мира, и формирует личность. В этом процессе, встречи с крупными фигурами современности играют совершенно особенную роль. Потому что ничто не воздействует на молодого человека так, как крупная личность. Когда в нашу аудиторию входят люди уровня академика Лихачева или писателя Гранина, профессора Бехтеревой это оказывает на студентов огромное влияние. Это наш совершенно осознанный, очень важный элемент образования.

К нам охотно идут фигуры высочайшего ранга, при этом мы никогда никому не платим деньги за выступления. Поскольку они понимают, что это и их долг, и внутренняя потребность, встречаться с будущим страны, разговаривать с новым поколением, быть с ним лицом к лицу.

Мы недавно выпустили трехтомник – выступления 104 членов Российской академии наук. Это около 80 лекций, которые были прочитаны ими в нашем вузе, это такая интеллектуальная сокровищница страны. Мы бы также хотели встретиться и с президентом Казахстана. Но это непросто организовать. В целом у нас большой интерес к Казахстану. У нас учится очень много студентов из вашей страны, и у нас есть филиал в Казахстане.

– Филиал работает больше 30 лет. Чем он привлекает наших студентов?

– Здесь очень серьезный уровень работы, высокая концентрация научно-педагогических кадров, ведутся исследования. Коллектив развивается стабильно, планомерно. В отличие от огромного количества российских вузов, которые превратились в коммерческие структуры, у нас нет коммерческого акцента. Хотя есть частичная самоокупаемость. Во главу угла мы поставили стабильность, качество образования, интересы студентов. Нам очень важно, когда учреждение работает на качество и занимается достойным делом.

– Я обратила внимание на две публичные вещи вуза: трудо­устройство выпускников и пропуски студентов. Вся статистика отражена на стендах. Открытость в этих вопросах больше важна для студентов или для вуза?

– Для нас важно, чтобы выпускник мог реализовать свой потенциал. Причем, будь это карьерные успехи педагога хореографии в сельском Дворце культуры или на госслужбе в столице. Ведь не все должны быть министрами – есть огромное количество людей, которые находят счастье в обычных профессиях. Поэтому в университете мы работаем со студентами так, чтобы они были милы добротному работодателю. Чтобы наш студент мог находить себе не абы какое рабочее место, а рабочее место по душе. Этому подчинен весь учебный процесс.

На трудоустройство и карьерный рост выпускника заточен сложный механизм университета. Мы стараемся не растерять то лучшее, что было в советской системе образования. Но время изменилось, и система не может оставаться той, которой была: условия, задачи и жизнь – другие. Идя же вперед, мы должны брать самое лучшее, учитывать серьезные изменения, которые происходят в обществе.

Общество изменилось, и, к огромному сожалению, во многом, в худшую сторону. Сегодняшние выпускники школ испытывают очень серьезные моральные деформации. Труд, коллективизм перестают быть ценностью. Большая часть молодежи считает, что счастье должно прийти не в результате упорного труда, а благодаря везению и чуду. Это очень опасно. Нигде, даже в любом диком капитализме так не происходит. Путь к счастью лежит через труд, дисциплину, серьезное и честное отношения к делу. Никто из работодателей не хочет брать ловчилу, нечестного человека.

Теперь вдруг для многих открылось, что такие качества, как порядочность, тяга к труду, очень востребованы современным капитализмом. И сегодня мы не можем позволить студентам расслабленности. С первого курса мы встраиваем их в систему, которая формирует добросовестное отношение к учебе, к студенческому сообществу и к университету. В итоге, сейчас у нас, наверное, лучшее распределение в России. Есть годы, когда на биржу труда не приходит ни один наш выпускник. Иногда приходят – один-два человека, иногда три. Но из 1500 выпускников – это очень мало.

– Письма ректору студенты, наверное, пишут во всех вузах. Но у вас есть официальные и неофициальные письма. Зачем такая дележка?

– Еще 25 лет назад мной заведен порядок: ректор не ведет прием студентов по личным вопросам. Но есть другие формы контактов. Если есть вопросы по учебному процессу, то студент может обратиться ко мне письменно, и я обязан буду решать его вопросы. Есть процедуры, которые обеспечивают деловое решение вопроса.

Но иногда у студентов есть потребность задавать вопросы иного характера. Допустим, он чем-то недоволен и хочет, чтобы ему объяснили. Например, «Почему у нас обязательное посещение лекций? Я очень талантливый и так все буду знать». На что я должен найти какие-то правильные слова. Так начинается разговор, который я считаю важным. Есть и такие вопросы: «Как относиться к курильщикам?», «Я иногородний, у меня есть сложности с ленинградцами», «Проблемы с девушкой, как быть?».

К нам приезжают учиться из Алматы, Владивостока, Сахалина, Камчатки. У них возникают проблемы, им надо адаптироваться, в чем-то сориентироваться. Родители далеко, к кому им еще обратиться? К ректору! А еще каждый год мне приходят такие вопросы: «С какими местами в Петербурге порекомендуете познакомиться в первую очередь?». И я могу сказать, где в Петербурге есть стиль модерн. Могу подсказать, куда студенту сводить любимую девушку: выпить кофе и съесть пирожное можно в гостинице «Европейской», там есть вкусный и недорогой «десерт Павлова».

– Вы фактически соцсеть им заменили?

– Не заменил – их круг интересов шире. Но за последние годы я дал более 5 тысяч ответов на вопросы студентов. Когда студент присылает глубоко личные вопросы, отвечаю на электронную почту, когда обращаются анонимно, могу ответить публично.

– Что-то совмещается в вузе с западными течениями или у вас свой путь?

– Западный опыт переносится на нашу почву с очень большим трудом и с очень большими проблемами. Это невозможно по серьезным фундаментальным основаниям, в силу иного исторического опыта и иного состояния общества. Например, начинаю я говорить с ректором из Испании про воспитательную работу и вдруг вижу, что он не понимает, о чем речь. Потому что у них в вузах нет понятия воспитательной работы. И они себе это могут позволить. У них общество стабильно развивалось столетиями, не было революций, ломавших весь уклад, все мироощущение и систему ценностей. Они веками живут в одной и той же парадигме: семья, школа, институты гражданского общества, церковь работают очень сильно. И само общество, уклад жизни формируют молодое поколение.

На Западе церковь поддерживает традиционные ценности, у нас церковь ведет себя так, что иногда устаешь изумляться ее поведению. Из советского периода церковь вышла чрезвычайно ослабленной, с кадрами, которые практически не подготовлены к работе с молодежью.

В последнее время я всерьез задумался, чему учат в духовных академиях. Думаю, учат отправлению религиозных ритуалов, классическим проповедям, но мы сегодня не видим, по крайней мере, в русской православной церкви, проповеди, обращенные к текущей жизни людей.

Мы открыли первый в Петербурге храм при вузе более 20 лет назад. Но церковь не сумела привести туда молодежь. Я рассчитывал работать вместе с ними, и мы открыли храм для того, чтобы туда не старушки ходили, а студенты. Храм построен так, что священник может открыть дверь и попасть в Дом студента, где живут 750 человек со своими проблемами. Выйди к ним, поговори об их проблемах, и у тебя будет паства. Но этого не произошло. Священник не открыл дверь. В прямом и в переносном смыслах. Поэтому мы не можем опираться на помощь церкви в своей работе. Семья ослаблена. Институты гражданского общества… А где они? Так мы оказываемся один на один с массой проблем…

– Получается, вузы должны все-таки совмещать образовательный и воспитательный процессы?

– Иначе у нас ничего не получается. В силу того, что разрушена культурная преемственность, аномия (беззаконие, безнормность) в обществе, нет господствующих общепринятых норм. Старшее поколение осталось в советской культуре, а новое от нее оторвано. Это страшный разрыв. А мы должны при этом создавать единую систему, должны формировать целостную личность, должны обеспечивать механизмы культурной преемственности.

Сейчас государство решило воспитывать патриотов. Но только Родину ли любить надо? А любить труд не надо? А быть честным не надо? А любить родителей не надо? А семья – это не ценность? Перебирая все это, понимаешь, что мы должны восстанавливать систему ценностей, которая очень близка к советскому обществу. Потому что, оказывается, востребованный при нормальном капитализме человек не так уж сильно отличается от советского человека…

– Есть государственные вузы, есть частные вузы. А вы проф­союзный …

– Есть много вузов, много очень хороших преподавателей. Только результаты работы разные. Разумеется, многое зависит от самого студента. Но очень важно правильно нацелить 17-летнего человека, задать и поддерживать правильное направление для развития его интересов, приложения способностей. Что мы и делаем вот уже более четверти века.

Казахстан. СЗФО > Образование, наука > dknews.kz, 13 апреля 2017 > № 2146489 Александр Запесоцкий


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter