Всего новостей: 2574966, выбрано 472 за 0.066 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 10 августа 2018 > № 2699230 Дмитрий Медведев, Александр Козлов

Заседание Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона.

В повестке: о задачах по достижению значений показателей социально-экономического развития регионов Дальнего Востока выше среднероссийского уровня, о реализации крупных инвестиционных проектов, о создании инфраструктуры для экспорта товаров, о развитии экологического туризма.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сегодня мы проводим большое заседание Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона. Место проведения выбрано мной не случайно, поскольку мы должны обсуждать развитие Дальнего Востока и Байкальского региона не только находясь в Москве, а периодически посещая регионы, которые и составляют Дальний Восток и Байкальский регион. Здесь многое можно посмотреть, но мы с вами сегодня прежде всего остановимся на основной проблематике.

Сегодня мы с вами встречаемся в обновлённом составе. Неделю назад я утвердил новый состав комиссии. Здесь присутствуют и новые члены Правительства – кабинета министров, и временно исполняющие обязанности руководителей регионов, для которых подобного рода комиссия тоже проходит в первый раз.

Мы сегодня с вами обсудим четыре темы. Во-первых, дальнейшие планы работы в экономике и социальной сфере. Во-вторых, реализацию крупных инвестиционных проектов. В-третьих, создание инфраструктуры для экспорта товаров. В-четвёртых, вопросы экологического туризма.

Я начну с первой темы, она, по сути, самая важная. На ближайшие шесть лет перед нами стоят весьма серьёзные задачи развития. Они определены майским указом Президента №204, другими программными документами. И все заданные национальные ориентиры в экономике, социальной сфере должны быть достигнуты в том числе и на Дальнем Востоке. Я прекрасно понимаю, что эта задача труднее, чем во многих других регионах нашей страны. Здесь нам придётся приложить немалые усилия. Конечно, главная цель – ликвидировать отставание Дальнего Востока в уровне жизни, социальном развитии от среднероссийского. Если здесь будут нормальные больницы, школы, дороги, жильё, работа, конечно, условия для бизнеса, то и люди с большей охотой поедут в этот уникальный макрорегион.

Мы за последние годы приняли целый комплекс мер, которые направлены на развитие Дальнего Востока и Байкальского региона. Это и территории опережающего развития, и свободный порт – модель свободного порта, и программа дальневосточного гектара. На 10 лет закрепили неизменность налоговых условий для проектов в ТОР и свободном порту. Сохранили, также на 10 лет, сниженные тарифы страховых взносов для компаний, которые станут резидентами территории опережающего развития до конца 2025 года, – то есть 7,6% вместо 30%. Распространили механизм электронной визы на международные аэропорты Дальнего Востока, хотя это только начало происходить.

Здесь есть и вполне ощутимые результаты, о них надо помнить, не стесняться о них говорить. В прошлом году на Дальнем Востоке, по данным Росстата, зафиксирован рекордный прирост инвестиций – более 17%. В этом году двузначный темп роста также сохраняется. Доля иностранных инвестиций, которые приходятся на этот большой макрорегион, достигла практически трети от общероссийского объёма. Ещё совсем недавно таких результатов и близко не было. Этому способствовали разные факторы, тем не менее это надо помнить. В территориях опережающего развития и свободном порту заработали почти полторы сотни новых предприятий, это сотни миллиардов рублей инвестиций, почти 12 тыс. новых рабочих мест.

Недавно, в июне, мы запустили программу строительства и модернизации социальной инфраструктуры на Дальнем Востоке. До 2020 года на эти цели будет направлено более 50 млрд рублей. Планируется построить и реконструировать 32 школы и детских сада, 20 больниц, 26 спортивных объектов, 7 центров культуры. Это важное направление, поэтому обращаюсь к Минвостокразвития, к губернаторам: надо обеспечить самый строгий контроль за расходованием денег и проследить за тем, чтобы все объекты были введены в срок.

Все эти решения – хорошая основа для дальнейшего развития, но этого недостаточно. Поэтому сейчас мы активно формируем национальные проекты, там должны быть учтены и отражены потребности территорий, которые находятся в поле нашего особого внимания, – это Дальний Восток, Байкальский регион. Причём достигнуть необходимых показателей – универсальных или обобщающих показателей, таких как продолжительность жизни, – можно, только если заниматься решением проблем в конкретном регионе. Это невозможно сделать в среднем по стране или в среднем даже по округу. Все знают свои проблемы, надо признаться, это действительно трудная задача на Дальнем Востоке. У министерств есть предложения на этот счёт, мы их обсудим.

Вторая тема касается инвестиционных проектов. Сейчас на Дальнем Востоке реализуется несколько десятков крупных инвестпроектов, более 30, это газовый и нефтехимический комплексы, крупнейшая судостроительная верфь, золоторудные и угольные месторождения, животноводческие комбинаты, перегрузочные хабы. По сути, некоторые из этих проектов закладывают сейчас новые отрасли в экономике региона. Мы все понимаем специфику развития бизнеса на Дальнем Востоке – это огромные расстояния, тяжёлые климатические условия, недостаточно развитые энергетические сети. Поэтому бизнесу здесь необходима поддержка государства, в том числе в подготовительной работе – по созданию инфраструктуры, по выделению земли, по подводке мощностей.

Сегодня утром я проводил совещание по созданию морского комплекса для перевалки СПГ на восточном побережье Камчатки, на подходе некоторые другие проекты. Сейчас какие-то объекты уже готовы к работе, какие-то только строятся. Понятно, что с учётом масштаба и сложности строек на любой стадии проекта могут возникнуть вопросы, которые требуют внимания и поддержки. Если у присутствующих здесь представителей компаний есть пожелания по этому поводу, давайте их рассмотрим.

Понятно, что любая поддержка государства должна быть точечной, государство не может и не должно страховать бизнес, брать на себя его риски. За этими большими стройками, мегастройками, нельзя забывать о небольших компаниях, которые заняты в сфере торговли или услуг. Задача губернаторов и Минвостокразвития – оказывать малому и среднему бизнесу всю необходимую помощь.

Третья тема – повышение конкурентоспособности российских товаров и экспорт продукции с Дальнего Востока в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Главное, чего сейчас требуют растущие потребности экспорта, – это достаточное количество современных пунктов пропуска через государственную границу. Причём всех типов – и автомобильных, и железнодорожных, и морских. Любые задержки, трудности с провозом товаров чреваты убытком для компаний, чего нельзя допускать.

Нужны удобные, технологичные терминалы, которые оснащены оборудованием, с хорошей навигацией, специалистами. А работа по реконструкции пунктов пропуска должна быть синхронизирована со строительством подъездных дорог и экспортными планами предприятий. Это, к сожалению, не так во многих случаях. И мы не должны допустить ситуаций, когда тот или иной инфраструктурный объект построен, а из-за отсутствия пункта пропуска по нему нет никакого движения. Люди этого не поймут. Я уж не говорю о том, что в этом случае бездарно растрачиваются средства.

На предыдущем заседании правительственной комиссии я давал ряд поручений. Хотел бы сегодня услышать, что сделано.

Четвёртый вопрос повестки – развитие экологического туризма.

Перед началом заседания я встретился с сотрудниками уникального Кроноцкого государственного заповедника, одного из старейших в нашей стране. Людей, которые работают там, конечно, волнуют и вопросы развития экологического туризма, посещаемости. А в том, что у нас есть что посмотреть, все убедились. Я думаю, даже в этом смысле очень важно, чтобы мы периодически проводили такого рода выездные мероприятия, чтобы понять проблемы, связанные с развитием отдельных отраслей.

Готовность туристической инфраструктуры, скажем прямо, пока слабая. На Камчатке сейчас пик туристического сезона. И практически все места в гостиницах заполнены. Поэтому даже отдельным участникам совещания, тем, кто занимался подготовкой, пришлось в палатках ночевать. На самом деле, это не шутка. Это означает, что у нас, несмотря на то что Камчатка, например, очень красивый, особый регион, тем не менее мест не хватает.

Хорошо, что люди едут. Это признак того, что интерес к Дальнему Востоку стал очень высоким. Но очевидно, что ситуация требует дополнительных решений.

Вот основной набор вопросов. Давайте приступим к работе. Начнём с доклада Министра по развитию Дальнего Востока – о задачах федеральных органов исполнительной власти по достижению показателей социально-экономического развития регионов Дальнего Востока выше среднероссийского уровня.

Пожалуйста, Александр Александрович (обращаясь к А.Козлову).

А.Козлов: Цели и стратегические задачи развития Российской Федерации до 2024 года определены Указом Президента №204. Каждое направление – это не просто цель, за ней стоят тысячи людей, их комфортное жильё, их будущие дети, достойная старость, возможность получать своевременно медицинские услуги, заниматься спортом в современных залах и, как ни странно, в XXI веке звонить по мобильному телефону и выходить без проблем в интернет.

Конкретизировать каждую цель по всем дальневосточным регионам должны национальные федеральные проекты.

Подготовка к реализации указа уже ведётся. В соответствии с Вашим поручением, Дмитрий Анатольевич, разработана «дорожная карта», определены ключевые сроки и ответственные органы в рамках этой «дорожной карты».

На первом этапе мы совместно с командами дальневосточных губернаторов и коллегами из Минстроя, Минздрава, Минкультуры и Минтруда определили показатели и мероприятия, которые необходимы для воплощения указа. Все наши предложения мы представили в федеральные ведомства. Мы понимаем, что команды профильных министерств лучше знают, что конкретно и как надо сделать для достижения определённых целей. Цифры, которые приведены, также подлежат корректировке.

Отмечу, что по многим позициям Дальний Восток сильно отстаёт от среднероссийских показателей. Это отставание невозможно ликвидировать без специальных мер. Поэтому просим профильные министерства оценить, чего не хватает, или предложить более эффективные меры, чтобы Дальний Восток не просто достиг всех показателей, а превысил их.

Я бы хотел остановиться более подробно именно на ключевых отставаниях в рамках поставленных целей.

Цель – обеспечение устойчивого естественного роста численности населения Дальнего Востока. Численность населения Дальнего Востока продолжает сокращаться. Естественная убыль и миграционный отток формируют отрицательную динамику. Две основные составляющие естественного прироста – это рождаемость и смертность.

Давно обсуждается необходимость реализации специальных мер государственной поддержки рождаемости для Дальнего Востока, направленных на улучшение демографической ситуации в округе.

Ещё в августе 2016 года было дано поручение Президента Российской Федерации за номером Пр-1658 (ответственные – Минтруд России, Минздрав), но до сих пор специальных мер для Дальнего Востока не предусмотрено. Считаем, что они должны быть, и в качестве специальных мер поддержки семей с детьми предлагаем предусмотреть: единовременную выплату при рождении первого ребёнка в размере 150 тыс. рублей, доплату к материнскому капиталу в размере 30%, пониженную ставку ипотечного кредита при рождении ребёнка.

Хоть дальневосточный коэффициент выше среднероссийского, но за три года мы потеряли 11700 детей.

Также Дальний Восток нуждается в ясельных группах – для детей от двух месяцев до трёх лет. Причём места должны даваться не за пять-шесть кварталов от дома, а в том районе, где комфортно родителям малышей.

Нам также необходимо построить и реконструировать 345 объектов спорта, оснастить их современным оборудованием и инвентарём. Хочу обратить внимание, что, по статистике, на Дальнем Востоке уровень обеспеченности спортивной инфраструктурой соответствует среднероссийскому значению. Однако при неплохой средней обеспеченности, как правило, остаются не охваченными сельские территории и малочисленные населённые пункты, жители которых не могут воспользоваться созданной инфраструктурой из-за транспортной отдалённости. Проблема характерна также для всех направлений социальной сферы. Эту специфику Дальнего Востока надо учитывать.

У нас есть посёлок Новобурейский в Амурской области, в котором построен единственный круглогодичный каток, и его ездят посещать дети из Еврейской автономной области, потому что у них нет никакой инфраструктуры. Автобус сопровождает полиция, предаёт полиции Еврейской области, принимает ГИБДД, везут детей, катаются, и два часа обратно в Облученский район возвращаются. Есть и такие примеры, к сожалению.

Следующая наша задача – это снижение смертности. Это вторая важная составляющая естественного прироста. Сегодня ожидаемая продолжительность жизни на Дальнем Востоке существенно ниже среднероссийского значения – на 2,6 года. По ДФО – 71, по России – 72,7. Национальная цель – 78 лет к 2024 году.

Две ключевые проблемы: запредельная смертность населения в трудоспособном возрасте и высокая младенческая смертность. Мы считаем, что необходимо принять срочные меры по изменению ситуации. Требуется строительство более 300 ФАПов и врачебных амбулаторий в труднодоступных и сельских территориях. Это первичное звено медико-санитарной помощи, на формирование которого ориентирует нас Минздрав России.

Актуальными остаются вопросы санитарной авиации. Вместе с коллегами – министрами здравоохранения регионов посчитали: больше 4 тыс. дополнительных вылетов нужно. Приобретение мобильных и медицинских комплексов.

И конечно, кадры. Квалифицированные медицинские кадры – дефицит (особенно по узким специальностям – стоматологи, детские педиатры, гинекологи), который особо сильно испытывают сельские удалённые территории.

Чтобы хоть как-то компенсировать отсутствие, областные больницы организуют выездные бригады, но это не выход, когда врач приезжает раз в две недели. Люди не могут болеть по расписанию.

Хочу обратить внимание, что в национальном проекте «Здоровье» отсутствует капитальный ремонт. Его основное преимущество – бюджетная эффективность. Зачем строить, если можно привести в порядок имеющиеся учреждения? Там, где здание находится в ветхом, аварийном состоянии, конечно, не обойтись без строительства и реконструкции.

Важным является вопрос оснащения специализированных учреждений здравоохранения, особенно детских больниц, сердечно-сосудистых и онкологических центров.

Отдельная задача – снижение смертности на дорогах. Из 924 случаев гибели людей на транспорте в ДФО в 2017 году 904 приходится на автотранспорт. Основная причина – низкое качество автомобильных дорог. Из-за отсутствия дорог с твёрдым покрытием около 1400 населённых пунктов в весенне-осенний период остаются отрезанными от транспортных коммуникаций. Практически половина автодорог в округе – грунтовые и сезонные.

Не завершено формирование опорной сети автомобильных дорог в первую очередь в северных регионах: Якутия, Магадан, Чукотка. По этим причинам уровень смертности от ДТП на Дальнем Востоке выше среднего по стране – 14,7 человека на 100 тысяч населения. По России – 13 человек. К 2024 году необходимо снизить целевой показатель до 4 человек. Для выполнения требуется привести в нормативное состояние региональные и муниципальные дороги. Это очень важно и для оперативной работы скорой помощи – от «золотого часа» зачастую зависит жизнь человека.

В национальном проекте акцент сделан на региональных дорогах, в то время как 70% ДТП и 40% погибших приходится на муниципальные дороги.

Мы находимся на Камчатке. Здесь за прошлый год на федеральных дорогах погибло 16 человек, на муниципальных – 20. Якутия: на федеральных дорогах в прошлом году погибло 44 человека, на муниципальных – 51. Хабаровский край: на федеральных дорогах погибло 23 человека, на муниципальных – 70.

Предусмотрена поддержка городских дорог для агломераций с численностью жителей больше 500 тысяч. Это всего два города Дальнего Востока: Владивосток и Хабаровск.

Мы знаем, что у Министерства транспорта есть предложение понизить до 100 тысяч человек и включить в проект все столицы. Есть ещё два города – две столицы на Дальнем Востоке, которые, к сожалению, не попадут под эту часть. Хотелось бы также обратить внимание, что у нас малая населённость, протяжённость дорог. И мы хотели бы, чтобы это предложение распространялось в национальном проекте на все дальневосточные городские округа и административные центры муниципальных районов вне зависимости от численности проживающих.

Отдельный вопрос – текущее недофинансирование системы здравоохранения. Основным источником финансирования учреждений здравоохранения является Федеральный фонд обязательного медицинского страхования. В соответствии с действующей методикой объём субвенций регионам определяется с применением показателя индекса бюджетных расходов. Он отражает затратность оказания государственных услуг в каждом конкретном регионе с учётом его специфики, включая районные коэффициенты и северные гарантии работников бюджетной сферы, транспортную доступность, стоимость жилищно-коммунальных услуг. Однако данный показатель применяется федеральным фондом в размере не менее 1 и не более 3. При этом отмечу, что индекс бюджетных расходов по правилам Минфина при расчёте дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности применяется в полном объёме. В результате пять регионов страны – Ненецкий округ и четыре дальневосточных (Саха, Камчатский край, Магаданская область и Чукотский автономный округ), у которых значение индекса бюджетных расходов более 3, невольно дотируют другие регионы, имеющие значение индекса менее 1, то есть 59 субъектов страны. Из-за такого ограничительного подхода наши четыре региона ежегодно недополучают больше 13 млрд рублей, или 24%, по оценке регионов. Индекс составляет: по Чукотке – 12, по Магадану – 4,7, по Камчатке – 5,3, по Республике Саха – 4,5.

Есть два выхода из этой ситуации: либо добавить этим регионам деньги, либо их перераспределить. Я прошу поддержать применение единого подхода и учесть индекс бюджетных расходов в полном объёме. Для этого надо внести изменение в постановление Правительства №462 от 2012 года в редакции от 6 декабря 2017 года о порядке предоставления и распределения. К сожалению, в проекте протокола этого пункта нет, и, если он войдёт в протокол, это будет важно.

Обеспечение глобальной конкурентоспособности российского образования – вхождение в мировую десятку. Можно формировать современные школы, но, к сожалению, есть на Дальнем Востоке здания школ, которые находятся в аварийном состоянии. По данным регионов, таких зданий 133. 723 требуется капитальный ремонт, в 221 школе туалет находится на улице. То есть мы говорим о качестве образования, о внедрении современных технологий, а тысячи ребят на Дальнем Востоке в тридцатиградусный мороз ходят в уличный туалет. Мы считаем, эту ситуацию надо тоже держать на контроле.

Не лучшая ситуация и в профессиональном образовании. Также хотелось бы обратить внимание на то, что рабочим специальностям, которые сегодня так нужны региону, обучают на оборудовании из прошлого века. Например, будущие дорожники в глаза не видели современных катков, аграрии не знают, как подступиться к новым комбайнам.

Я прекрасно понимаю, что в статистических данных этих цифр нет. Мы с регионами выверяли по каждому учебному учреждению, вся эта информация поступила в рамках формирования национальных проектов в профильные ФОИВ.

Улучшение жилищных условий. В рамках национальной цели по улучшению жилищных условий принципиально важно ликвидировать на Дальнем Востоке аварийное жильё. 3,2 млн кв. м – из них 2,2 млн кв. м уже стоят на учёте как аварийные. А 1 млн кв. м – это прогноз прироста аварийного фонда с учётом его износа. Это стоит 236 млрд рублей. В федеральном проекте Минстроя пока заложено, к сожалению, только 37. То есть уже сегодня понятно, что эта цель не будет достигнута.

Есть ещё вторая тематика. Считаем, что при оценке потребности дальневосточных регионов в средствах на реализацию указа стоит брать реальную цену квадратного метра по данным Росстата. В настоящее время фактическая стоимость 1 кв. м жилья в регионах Дальнего Востока, по данным Росстата, значительно превышает норматив, установленный Минстроем. Это приводит к тому, что недофинансируются федеральные жилищные программы на территории Дальнего Востока. По этой причине – отсутствие заявок на установленную цену квадратного метра, сорвалась реализация программы «Жильё для российской семьи» в Комсомольске-на-Амуре.

Президент поставил задачу в полтора раза увеличить объём жилищного строительства. Когда мы вместе с коллегами из Минстроя оценили решение задачи на нашей встрече в Хабаровске, столкнулись с тем, что в регионах Дальнего Востока практически отсутствуют площадки с инфраструктурой для комплексной застройки. Если стоимость инфраструктуры войдёт в стоимость квадратного метра, он будет стоить ещё дороже, чем я сейчас сказал.

Считаем, что в этой связи Минстрою России совместно с регионами необходимо будет предусмотреть эффективные механизмы финансирования инженерной инфраструктуры.

И конечно, нельзя умолчать, что на обеспечение жильём льготных категорий граждан – это порядка 86 тысяч человек – в соответствии с действующим федеральным законодательством требуется 259 млрд рублей. Из них 66 тысяч – это выезжающие с Крайнего Севера, 16 тысяч детей-сирот и 3,2 тысячи – инвалиды и ветераны боевых действий.

Ввиду низкой плотности населения округа и транспортной доступности вопрос обеспечения качественной связью дальневосточников стоит очень остро. На сегодня имеющаяся инфраструктура связи не позволяет в полной мере его решить. Это касается как магистральных каналов связи с выходом в единую сеть страны, так и телекоммуникационной инфраструктуры населённых пунктов. В результате 10% населения региона не имеет качественной устойчивой связи. В её отсутствие вынуждены оплачивать высокую стоимость спутниковой связи.

К примеру, стоимость услуг связи и доступа в интернет по спутниковой связи при скорости 1 Мбит на Курильских островах составляет 40 тыс. рублей в месяц.

Дальнему Востоку достаточно сложно конкурировать в развитии высоких технологий с Центральной Россией, где базируется вся информационная инфраструктура, образовательные и исследовательские центры, где тарифы интернет-сетей в разы доступнее дальневосточных. Например, тариф для юридических лиц со скоростью доступа 100 Мбит в секунду в Якутии в 2 раза, а на Камчатке в 2,7 раза дороже, чем в Москве. Необходимо в первую очередь обеспечить качественной связью образовательные и медицинские учреждения, увеличить долю домохозяйств, имеющих широкополосный доступ к сети Интернет, до 97% к 2024 году.

Отдельного внимания заслуживает вопрос покрытия сетями федеральных и региональных дорог. В зимний период возможность экстренного вызова – это уже вопрос жизни.

Отмечу, что все предложения – это результат совместной работы с регионами. За каждым мероприятием стоит целевой показатель указа, а за ним – люди. Понимаем, что на Дальнем Востоке достижение каждой единицы целевого показателя дороже в силу его специфики. Но мы не должны допустить того, что средний показатель по стране будет выполнен за счёт других регионов, а население Дальнего Востока так и останется с теми проблемами, которые, к сожалению, сегодня ещё сохранились. Прошу нас поддержать и довести до конца принципиальное решение о достижении среднероссийского уровня во всех регионах Дальнего Востока.

Учитывая сжатые сроки, просим дать соответствующие поручения профильным федеральным органам исполнительной власти, ответственным за разработку национальных проектов.

Первое. Федеральным органам исполнительной власти в срок до 15 августа представить в Правительство предложения по включению в национальные и федеральные проекты перечня мероприятий, обеспечивающих выполнение стратегических задач указа и достижение значений показателей социально-экономического развития выше среднероссийского уровня по каждому региону, с указанием необходимых объёмов финансирования по годам реализации.

Второе. Определить источники их финансирования по каждому дальневосточному региону.

Третье. При распределении субсидий и иных межбюджетных трансфертов учитывать отклонение показателей социально-экономического развития регионов от среднероссийского уровня, имея в виду необходимость увеличения финансирования отстающих регионов за счёт перераспределения средств с регионов, имеющих показатели выше среднероссийского уровня.

Д.Медведев: Спасибо, Александр Александрович.

Доклад достаточно содержательный, даже местами острый. В чём невозможно не поддержать докладчика, так это по ожидаемой продолжительности жизни. Если посмотреть цифры в Дальневосточном округе, они, мягко говоря, не лучшие по отношению даже к среднероссийским. Но самое главное, что эта ожидаемая продолжительность жизни по-хорошему должна быть достигнута в каждом субъекте Федерации. И не путём каких-то удивительных манипуляций, когда берётся продолжительность жизни на Северном Кавказе, складывается с продолжительностью жизни в Дальневосточном округе и в результате показатель выглядит вполне оптимистически. Это не то, к чему мы стремимся, это просто обман. Исходя из этого и нужно готовить предложения.

Я сейчас попрошу высказаться коротко руководителей субъектов Федерации. Если вы хотите специально что-то отметить именно по этому вопросу, каким образом всего этого можно достигнуть.

В.Илюхин: Конечно, для нас вопрос продолжительности жизни очень важен. Мы сегодня говорили об отдельной категории проживающих на Камчатке – представителях коренных малочисленных народов Севера. И безусловно, нужно выполнить очень большой объём работы, чтобы выйти на показатели, которые обозначены известным указом.

Мы сегодня плотно работаем с министерством, чтобы понять этот путь, понять, какова будет «дорожная карта». Но на этом пути очень много трудностей. Не выполнить эти показатели мы не можем, но нет и ясного представления, каким образом мы можем этого достичь.

А.Цыденов: Доклад – всё в тему. Хотелось бы добавить, что Байкальский регион здесь не упоминался, но ситуация в нём такая же, по некоторым аспектам даже хуже. Это касается очередей в детские сады (мы сейчас от двух месяцев даже не обсуждаем, обсуждаем от трёх до семи лет), третьей смены в школах.

Есть предложение либо добавить в проект протокольного решения Байкальский регион, либо провести заседание комиссии по Байкальскому региону отдельно и создать при Минэке рабочую группу для подготовки такой же программы по Байкальскому региону. Поскольку в рамках Министерства по развитию Дальнего Востока – своё направление.

С.Носов: За счёт чего мы можем попытаться достичь среднероссийских показателей – с учётом отставания, которое у нас есть? Мне кажется, за счёт использования самых последних разработок и технологий, которые применяются на территории Российской Федерации.

Интернет, цифровизация экономики – это залог успеха, наш рычаг и, если хотите, то, от чего мы можем оттолкнуться. Без телемедицины сегодня трудно представить, что мы можем сделать в условиях нехватки квалифицированных кадров, в условиях тех проблем, которые накопились. И с этого нужно начинать.

А проблемы существуют очень серьёзные.

У нас, например, в Магаданской области шесть из девяти районных центров не имеют интернета, а если через спутник, то это очень дорого и медленно. Это первое.

Второе. Каждое направление, каждая национальная программа так или иначе влияет на главный результат, если мы говорим о продолжительности жизни, привлекательности жизни на Дальнем Востоке. А на данный момент я говорю не просто о Дальнем Востоке, но о территориях Крайнего Севера.

Здесь поднималась проблема дорог в муниципалитетах. Но если у нас в регионе сегодня доля дорог, федеральных трасс в том числе, с гравийно-песчаным покрытием – 79% при среднероссийском показателе 7%, то это сказывается на всём: на качестве жизни, качестве обеспечения продуктами питания, здравоохранении. И для того, чтобы хотя бы приблизиться к среднероссийскому уровню (мы считали, в том числе со специалистами Росавтодора), примерно 65 км дорог нужно делать ежегодно. А насколько нам известно, в программе Росавтодора заложено на пять лет всего 80 км. В среднем, значит, на уровне 15–17 км. Уже сегодня закладывается отставание, и я считаю, что это серьёзно.

Один вопрос, который не попал в программы, но я хотел бы, Дмитрий Анатольевич, чтобы Вы об этом знали.

Сегодня на приём приходит очень много людей. Магаданская область – это территория Крайнего Севера. Жилищные сертификаты когда-то были или должны были стать одним из преимуществ, обеспечивающих привлекательность районов Дальнего Востока и Крайнего Севера. Но на данный момент сложилась следующая ситуация: задолженность – 17 млрд рублей. Ежегодно из федерального бюджета приходит 150 млн рублей – меньше 1%. При этом стоимость квадратного метра жилья возрастает ежегодно примерно на 12%. И уже к 2025 году эта задолженность, по прогнозам, будет 26 млрд рублей. После принятия поправок к закону о наследовании задолженности эта цифра переходит в бесконечность. И здесь необходимо, на мой взгляд, принимать какие-то решения и находить новые подходы к этой ситуации.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 10 августа 2018 > № 2699230 Дмитрий Медведев, Александр Козлов


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 9 августа 2018 > № 2700574 Алексей Шершнев

Гендиректор медкомпании ilaya: "Об эффективности медреформы мы будем судить по дисциплине платежей от НСЗУ"

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" генерального директора медицинской компании ilaya, первой среди частных клиник заключившей договор с Национальной службой здоровья (НСЗУ), Алексея Шершнева

- Почему вы приняли решение о вхождении вашей клиники в реформу?

- У меня и нашего главного врача Ирины Быковой была идея создать клинику, которая продает здоровье, а не медицинские услуги. Это может быть только, когда есть абонентская плата за некий пакет услуг, который позволяет человеку быть здоровым. Мы это видели как CheckUp (профосмотр) или медосмотр, плюс какой-то набор безлимитных или лимитированных услуг. У нас над разработкой такого пакета работала научная группа – практикующие врачи, эксперты с кафедры семейной медицины. Это не был произвольный набор каких-то услуг, нужно было соблюсти компромисс, не назначать лишних обследований, но так, чтобы это было информативно. Так у нас родились пакеты медуслуг - некие годовые программы, ориентированные на разные возрастные группы, для мужчин, женщин, детей,

Но тут Минздрав объявил о реформе системы здравоохранения, концепция которой в части первичной медпомощи, по большому счету, является аналогом нашей программы - некая абонентская плата, которую платит государство. Правда, с очень обрезанным перечнем услуг, по сути, это только консультация семейного врача. Но, с другой стороны, если к нам приходил пациент и осознанно платил за пакет, которым пользовался, то в случае медреформы, фактически этими услугами воспользуется только часть пациентов, подписавших декларацию. Это, возможно, позволит нам выйти на какую-то минимальную окупаемость.

По большому счету мы за год до старта реформы начали то, что подразумевает реформа. Поэтому, когда реформу приняли и предложили клиникам заключать договора с НСЗУ (Национальная служба здоровья Украины), я сразу для себя принял решение войти в реформу. Конечно, нам еще предстоит изучить объем ответственности, чтобы не попасть в жесткие рамки.

И еще очень важный момент относительно участия частных клиник: в отличие от государственных: мы не ожидаем роста наших доходов от участия в реформе, максимум, на что мы можем рассчитывать, это безубыточность, но и к ней еще нужно будет прийти за счет какого-то количества деклараций.

- Сколько, по вашим расчетам, нужно деклараций для безубыточности?

- Где-то около тысячи.

- А сколько у вас их сейчас?

- Сейчас около 600. На самом деле мы никому не отказываем в декларациях, просто люди медленно идут. Об этом мало знают, хотя мы стараемся пропагандировать эту услугу. Мы вывесили рекламу на фасаде, что мы подписываем декларации, еще планируем проводить промоакции. Правда, после того, как НСЗУ заключила с нами договор, все пошло быстрее, люди начали обращаться активнее. Подписание декларации - это процесс достаточно формальный, нужен паспорт, код, код авторизации. Спасибо НСЗУ, что она упростила этот процесс, что все подписывается в электронном виде, но все равно нужен код авторизации. Мы не можем кого-то подписать заочно или рассчитывать, что к нам и так придут пациенты, поэтому мы стараемся активно привлекать декларантов.

С другой стороны, нас смущает то, что государство пока оставило государственным медучреждениям оплату за "приписанное население", т.е. без подписанных деклараций. Это привело к тому, что частные клиники оказались в абсолютно неконкурентных условиях, так как госклиники, за приписанных к ним "на участок" людей, которых они в глаза не видят, автоматически получают 240 грн. А частные клиники не получают такой финансовой подушки, и это ставит нас в неконкурентные условия. Надеюсь, что это, как и заявлено, продлится только до конца 2018 года, иначе это будет не только несправедливо, но и будет прямо нарушать антимонопольное законодательство. Сейчас мы тратим собственные деньги на содержание семейного врача пока не "достигнем" экономически оправданного количества деклараций. Для нас участие в медреформе это пока убыточная история, и государство не особо помогает эту убыточность сократить, предоставляя преференции нашим государственным конкурентам. Как юрист, я считаю, что, в будущем этот факт заслуживает рассмотрения АМКУ.

- Вашей клинике сложно было найти семейного врача с необходимым уровнем квалификации?

- Мы взяли не интерна, который бы нам ничего не стоил, наоборот, мы взяли опытного специалиста, что бы он людям нравился. А это порой непросто, потому, что люди к семейному врачу приходят очень разные, часто просто приходят поговорить на отвлеченные темы. Нам пришлось поработать над тем, чтобы врач мог заниматься своей работой в комфортных условиях…

Одним словом, отвечая на вопрос, почему мы вошли в реформу, скажу так: мы в целом поддерживаем реформу и ее идею, однако не всегда поддерживаем имплементацию реформы. Но мы не разочарованы, мы понимаем, что все делают какие-то ошибки, особенно в процессе каких-то изменений. Об эффективности реформы "первички" мы будем судить и по дисциплине платежей от НСЗУ. Пока она четкая.

От НСЗУ к нам пока не было замечаний. С точки зрения качества работы их и не должно быть, ведь мы к такой модели организации медпомощи на первичном уровне пришли сами и сами ее внедряли еще до реформы. Я думаю, что будущее будет за такой моделью, граждане должны привыкнуть к семейному врачу и любой вопрос по своему здоровью будут начинать с него. На самом деле, многие украинцы и так имели своего врача – знакомого, соседа, родственника, которому звонили и спрашивали, что делать в том или ином случае. Теперь это будет закрепленная законодательством услуга, за которую платит государство. Это справедливо, нормально и нужно эту практику развивать.

- Для многих людей важно не только спросить, что делать, но и получить больничный. Вопрос с возможностью частной клиники выписывать больничный уже решен?

- Есть нюанс. Частные клиники и раньше могли выписывать больничные при условии аккредитации, но аккредитацию они могли пройти только после двух лет работы. Поэтому, если вы создали свою клинику или открыли свой ФОП как семейный врач, то вы не можете получить аккредитацию, а значит, вы не можете выписывать больничный. В то же время вы не имеете права пройти аккредитацию, если не проработали два года. Минздрав обещает устранить эту коллизию в ближайшее время.

В целом я хочу отметить, что медреформа вообще не касается медицины, это больше реформа финансовой модели.

- Это хорошо или плохо?

- Основой любого нормального сервиса, в том числе и здравоохранения, является правильная финансовая модель. В Украине нет глобальных проблем с неумением лечить, у нас проблема с системой справедливого финансирования, конкуренции, стандартов качества, и ответственности. Здесь нет ни одного медицинского вопроса. Когда немедицинская основа здравоохранения будет сформирована, тогда можно будет отшлифовывать и саму медицину – какие технологии и протоколы использовать, ориентируясь на то, на что есть деньги.

- У других частных клиник тоже были абонентские пакеты, как у вас. Почему они не вошли в реформу?

- Я хочу немного вас поправить: не то, чтобы мы были самыми умными на планете, но пакеты частных клиник – это просто продажа диагностических услуг. У нас же была идея сделать человека здоровым, и поддерживать его здоровье, поэтому мы до минимума сократили наши пакетные предложения. Более того, мы предлагали пациенту пройти дополнительное исследование только в случае, если что-то настораживало врача, мы не стараемся загрузить все наши диагностические мощности и провести все виды анализов. У нас основная цель, чтобы люди "прикипели" к нам, чтобы люди нас воспринимали, как привычку, чтобы иметь пакет у нас стало нормой, как нормой является проходить техобслуживание автомобиля или покупать страховку. У нас CheckUp (профосмотр) имеет свою логику: мы на входе оцениваем состояние здоровья человека по определенной шкале, проводим "CheckUp-ы", наблюдаем за динамикой, чтобы пациент был в постоянном контакте с семейным врачом. У нас есть клиенты, которые приобретают такие годовые пакеты, их немного, но они есть. И их конечно меньше будет, чем подписанных деклараций.

Достигая безубыточности с "декларациями", параллельно мы получаем лояльных клиентов, которым можно предложить дополнительные услуги. В этом объективная выгода, потому, что борьба за клиентов на частном рынке достаточно ожесточенная, на это тратятся огромные бюджеты, и отсутствие этих затрат - это уже выгода.

- Что может вас заставить свернуть эту программу, прекратить сотрудничество с НСЗУ?

- Такие действия, которые мы наблюдаем сейчас с оплатой за "приписанное население", которая создает неконкурентную преференцию каким-то игрокам. Но, честно говоря, я сейчас вариант выхода из реформы не особо рассматриваю, не вижу проблем с реформой, просто нужно время, чтобы убедить граждан прийти именно к нам.

- Вы говорили, что для того, чтобы врач себя окупал, нужно 1000 декларантов, а у вас сейчас меньше, т.е. сейчас врач себя не окупает?

- Ну, это в прямом смысле, без учета дохода от дополнительных услуг. Со временем наша система позволит высчитать, насколько комфортно работать с бюджетным финансированием. Если мы посчитаем, что это минус, и это нам вообще неинтересно, то тогда свернем наше участие в реформе. Войдут ли другие частные клиники в реформу, во многом зависит от Минздрава и НСЗУ. Пока нельзя сказать, что частные клиники слетелись на государственные деньги. Фактически мы в Киеве в июле были первой и единственной частной клиникой. Сейчас, я знаю, что и другие уже подключаются. Но, чтобы было развитие, нужна конкуренция.

- Вас это не настораживает, может быть, вы ошибаетесь с оптимистичной оценкой реформы?

- Нет. Но хотелось бы, чтобы Минздрав всегда помнил, что реформу прорекламируют только частные клиники. Государственные медучреждения, если в них не инвестировать дополнительные средства, могут ее периодически дискредитировать.

- Правда ли, что реформа для частных клиник - это канал для продажи вторичных медуслуг?

- Да. У нас все нормально с вторичной, специализированной медпомощью. Вопрос в том, что Минздрав утвердил довольно странную методику расчета тарифов для вторичной медпомощи. В ней есть нормы, которые вызывают вопросы, это немного нетранспарентная методика, которая, по моему мнению, не совсем соответствует закону о реформе. Например, из тарифа убраны затраты на содержание тяжелого оборудования, вообще не предусмотрена норма рентабельности (прибыли). Таким образом, будет искусственно заниженный тариф, и частные клиники не смогут работать по таким тарифам в убыток. И это путь в никуда, так как очень быстро это банально приведет в упадок материально-техническую базу государственной клиники. Выходом могла бы стать возможность сооплаты, и те люди, которые были бы готовы доплатить разницу и прийти в частную клинику, пришли бы и доплатили. Но в постановлении правительства, которым утверждена методика, ни слова об этом не сказано, т.е. постановление очень нерабочее. Заниженный тариф без сооплаты чреват не только отсутствием интереса со стороны частных клиник, но и грозит дефолтом государственных, ведь даже у них должна быть прибыль и деньги на развитие.

- Т.е. вы свои тарифы на вторичную и третичную (специализированную и высокоспециализированную - ИФ) медпомощь считать по предложенной Минздравом методике не можете?

- Не можем, потому, что мы не можем работать в убыток.

Вообще, со вторичной медпомощью много вопросов. Я думаю, что первые попытки внедрения во вторичной медпомощи принципа "деньги за пациентом" покажут проблемные места. И не нужно сбрасывать со счетов, что мы имеем дело с бизнес-сообществом, кто-то из частных клиник может подать в суд, ведь пока что методика расчета тарифов на медуслуги нарушает, как минимум, антимонопольное законодательство.

- Т.е. нарушение именно в том, что оно ограничивает участие частных клиник в реформе вторичной/специализированной медпомощи?

- Да. Это регуляторный документ, который регулирует деятельность субъектов предпринимательства, проект постановления должны были обнародовать и согласовать. Если эта процедура и была, то, как эту методику согласовал, например, АМКУ? Какие бизнес-ассоциации дали свое заключение? Насколько я помню, президент просто не подписал бы закон о реформе "первички" без принятия этого постановления. Таким образом, у меня есть сомнения, что реформа без нормальной методики будет работать выше первичной медпомощи.

Ну и еще раз самое главное: если утвержденная методика расчета стоимости медуслуг будет применяться в том виде в каком она существует сейчас она стратегически убьет государственные клиники, ведь у них затрат больше, чем у частных, им нужен более высокий тариф. Я имею в виду весь объем их накладных расходов, коррупции, завышения цен при закупках, неэффективности. Только частные клиники по социальным программам могут работать с минимальной рентабельностью, продавая при этом дополнительные услуги.

- Как развивается ваш биотехнологический проект, программа по лечению раненых военнослужащих?

- Когда начались военные действия на востоке Украины, мы через фонд People Project нашли деньги на программу лечения ранений, основанную на клеточных биотехнологиях – выращивали кости раненым бойцам, которым по традиционной методикам должны были ампутировать конечности. Мы три года работали на этих финансах, в итоге получили, немалый я бы сказал, коварный убыток.

- Что значит коварный?

- Потому, что он не сразу появился, и был неочевидным. Когда мы лечили много солдат, наш денежный поток позволял обслуживать затраты, но когда поток пациентов сократился, затраты не уменьшились, а денег стало меньше. Мы надеялись привлечь к финансированию этого проекта государство, считали, что государство начнет лечить своих солдат, но государство так не думало, Минздрав решил, что лучше дешево проводить ампутации, чем дорого сохранять раненым конечности. В результате мы накопили долг, начали терять лицо перед крупными поставщиками, пришлось покрывать задолженности из прибыли и сворачивать проект.

- Этот проект сейчас свернут?

- Да, но он не может быть свернут полностью, мы сейчас долечиваем несколько солдат, это длительный процесс.

Тем не менее, несмотря на убыток, мы от этого проекта получили некий нематериальный актив. За счет определенного массива данных по успешному лечению солдат, мы смогли провести в США переговоры с одним из инвестиционных фондов, который поможет нам привлечь инвестиции для развития нашей технологии - лечения аваскулярного некроза головки бедренной кости с помощью клеточных технологий.

- Это вместо замены сустава?

- Да. Вместо замены сустава в определенных случаях можно применять лечение стволовыми клетками. Это изобретение позволяет нам сделать и международный патент, мы сейчас активно этим занимаемся. Если все сложится, то получится, что вложив когда-то несколько миллионов долларов в реабилитацию раненых, и, фактически, закопав эти инвестиции, мы получаем некие активы, которые можно монетизировать и вложить в новую компанию. Возможно, мы создадим продукт, который будет приносить нам очень хорошую прибыль.

- Он будет развиваться в США?

- Конечно. Он может и в Украине продаваться, но проблема в том, что наш Минздрав предпочитает зарубить отечественную технологию, и покупать ее потом втридорога, потому, что американский продукт будет намного дороже. У нас в США уже есть биотехнологическая компания, которая будет продавать продукт, основа для которого разработана в Украине.

Ну и сама клиника Ilaya, имеет прибыль, мы занимаемся ЭКО - это нормальный бизнес, хотя это очень конкурентный рынок, лидеры этого рынка перебивают нас рекламой, они, как правило, давно на рынке и известны. Но мы выплываем за счет того, что создали три года назад компанию в Испании, офис в Валенсии, который привлекает на ЭКО иностранных пациентов, и мы там зарабатываем деньги.

- Вы говорили о проекте строительства клиники…

- Мы сейчас занимаемся проектом создания госпиталя на территории Киевского региона, который будет работать по американским стандартам, но будет относительно доступным, ведь медпомощь американского уровня вы сможете получить, не выезжая в США. Мы ориентируемся на дипломатов, иностранных специалистов, которые привыкли к другим стандартам медпомощи. Это хорошая тема, которая развивает здравоохранение.

- А на какой стадии проект?

- Сейчас он на стадии разработки проектной документации. Это сложный проект, я им занят постоянно, и он изменит сектор. Если кто-то побывает в американском госпитале, он не уведит там оборудования, которого у нас нет, он не увидит каких-то супер-врачей, которых у нас нет. Но в глаза бросится работающая система, стандарты качества, грамотный менеджмент. Это не пустые слова, это стандарты аккредитации, которые так организовывают процессы оказания медицинской помощи, что ребенок не может быть инфицирован во время операции, и пациент с открытой травмой головы не будет ждать операции сутки и т д.

- Вы верите в страховую медицину?

- А зачем в нее верить? Она есть, это просто механизм финансирования, когда человеку экономят его деньги, при этом страховая контролирует стандарты, чтобы не было сверхдиагностики и ненужных назначений.

- Почему украинские страховые компании не предлагают индивидуальную медицинскую страховку?

- Потому, что это дорого и наши граждане не имеют культуры страховать все, что можно. Если будет внедряться индивидуальное медстрахование, то страховым компаниям нужен будет такой компонент, как оценка состояния вашего здоровья, тот же CheckUp. Если диагностика покажет, что у вас прокуренные легкие, поэтому страховка не покроет риски легочных заболеваний, включая онкологию, вы захотите такую страховку? А другой вам не предложат: страховка не будет за чужой счет покрывать ваши проблемы, которые вы сами себе создаете. Здесь как в автостраховании: если вы попали в ДТП, будучи в состоянии алкогольного опьянения на неисправном автомобиле, ваши расходы никто не покроет. Это не какие-то мои фантазии, это правила в мире страхования.

- Вы работаете со страховыми компаниями?

- Мы работаем, но в формате корпоративного медстрахования. К сожалению, страховые компании заинтересованы только в недорогих, демпингующих операторах медицинских услуг, потому, что только тогда у них математика позитивная. Страховым компаниям сегодня в Украине неважно, какое у вас оборудование, какой специалист, и лечит ли он реально или нет. Им важнее, чтобы как можно дешевле, и чтобы клиника за застрахованных пациентов еще давала скидку. Иногда страховая находит медцентр, который на это соглашается, но, как правило, соглашаются не владельцы клиник, а топ-менеджеры, и делают они это, чтобы повысить показатели, либо скрыть реальную убыточность. Но есть и другой вариант: коррупция, когда страховая и менеджеры клиник делят между собой откаты. Мы много раз пытались работать со страховыми, но все упиралось в то, что им было все равно, качественная ли у нас услуга, и сколько она объективно стоит, им было важнее, что какая-то клиника давала более низкую цену. Мы были не готовы снижать свои стандарты качества. Например, эндоскоп после каждого пациента мы моем в моечной машине, а не протираем тряпочкой, поэтому у нас не будет низкой цены. Вы можете сами увидеть: услуги клиник класса "А", "А+" в страховых продуктах, как правило, доступны только ТОП-менеджменту. Но привычка платить за медуслугу не по-хитрому, когда припекло, а платить заранее, за диагностику, это привычка богатых, успешных, правильных людей. У нас таких не очень много, поэтому индивидуальное медицинское страхование пока не приживается.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 9 августа 2018 > № 2700574 Алексей Шершнев


Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698754 Илья Озолин

В зоне риска. Кто ответит за срыв сроков строительства

Илья Озолин

генеральный директор СК «Проминстрах»

Переход от долевого строительства к проектному финансированию строительства жилья влечет дополнительные риски, которые в 2018–2020 годах лягут на плечи девелоперов. Одним из средств защиты для выживания в строительном бизнесе могут стать страховые продукты, созданные с учетом начавшихся перемен

С 1 июля 2019 года девелоперы будут не вправе напрямую принимать у физических лиц плату за непостроенное жилье. Под возведение зданий в случае нехватки собственных средств им предлагается использовать заемный капитал. Это не значит, что застройщики окажутся напрочь лишены возможности привлекать финансирование от своих же клиентов. Минстрой, Центробанк и ДОМ.РФ (бывшее АИЖК) разработали схему, по которой покупатели депонируют плату за еще не сданные квадратные метры на эскроу-счета в уполномоченном банке, а девелопер получает эти деньги, лишь когда строительство благополучно завершено. Крупные банки успели сформировать кредитные программы для девелоперов под новые рыночные алгоритмы.

Учитывая, что на конец 2017 года в России до 80% квартир в новостройках продавалось именно по ДДУ (договорам долевого участия), не будет преувеличением сказать, что новшества перевернут рынок. В частности, львиная доля рисков окажется возложена на застройщиков: даже временно разделить бремя ответственности с конечными пользователями им не удастся.

Кредитование под проекты практиковалось в отрасли и раньше, но преимущественно в гибридных схемах: на ранней стадии девелопер брал банковский заем, а продолжал стройку за счет дольщиков. Вскоре оно утвердится как главный механизм финансирования на рынке.

К чему приведут изменения

Масштаб преобразований плохо виден на близкой дистанции. Бесспорно, они радикально изменят ландшафт строительного бизнеса и повлияют на поведение конечных покупателей-физлиц.

К ускоренной смене порядков в отрасли имелись серьезные предпосылки: достаточно того факта, что за год (на май 2018 года) величина площадей недостроенного жилья, по которым дольщики вправе требовать страхового возмещения, увеличилась почти в четыре раза. В соответствии с теми целями, которыми руководствовались власти при принятии поправок к 214-ФЗ, рынок действительно должен стать прозрачнее. С него вынужденно уйдут многие недобросовестные игроки, а также те, чей бизнес откровенно хромает. Чтобы продолжать вести дела по новым правилам, девелопер должен будет доказывать свою коммерческую устойчивость. Даже разрешения на строительство ему не добиться, если на счету у него не наберется собственных средств как минимум в размере 10% от планируемой стоимости объекта. А само банковское сопровождение сделок по покупке жилья с участием физлиц начиная с 1 июля 2018 года является обязательным.

Как следствие, многократно усилится влияние банков на отрасль. При работе по схеме проектного финансирования им предписывается осуществлять строжайший мониторинг средств на счету застройщика. Да и кредитоваться девелоперы станут гораздо чаще, притом что проценты по таким займам остаются сравнительно высокими, от 14–15% годовых. Потолок ставок экономическими регуляторами не установлен, во всяком случае пока. Впрочем, в декабре 2017 года министр строительства Михаил Мень заявлял, что в рамках проектного финансирования ему видится разумной ставка не более 2–3%.

По всем признакам долговая нагрузка на девелоперов возрастет. А средняя маржинальность их бизнеса скорее всего упадет с увеличением издержек. В отрасли сильны пессимистические настроения: оставаться в ней на плаву вероятнее всего станет труднее, а тем, кто не готов меняться, вдвойне.

Предположительно, объем вводимого в эксплуатацию жилья уменьшится, по крайней мере на первой стадии после окончательного внедрения новых законодательных норм. Отсюда вероятное повышение средней стоимости квадратного метра в новостройках, пусть и при снижении рисков для конечного покупателя. Хотя не все эксперты считают, что для частных лиц сделки по покупке жилья через эскроу-счета станут безопаснее.

С другой стороны, сжатие конкурентного поля, не в последнюю очередь благодаря уходу с рынка неблагонадежных игроков, возможно, отчасти компенсирует рост цен на первичном рынке недвижимости. Вдобавок застройщики могут освоить альтернативные, более выгодные для них модели финансирования, например, из закрытых паевых инвестиционных фондов: «дорожная карта по поэтапному замещению средств граждан банковским кредитованием и иными формами финансирования» предусматривает пространство для интерпретации формулировки «иные формы финансирования». Наконец, на сегмент ипотечного кредитования все эти пертурбации едва ли окажут ощутимое влияние.

Если цены на новостройки взлетят, не исключено, что спрос на них снизится и часть потенциальных покупателей предпочтет выбирать жилье на вторичном рынке. Особенно это касается тех, кто рассматривает приобретение квартиры как способ инвестировать или сохранить сбережения.

Общий «вес» рисков на рынке, похоже, в ближайшие годы разительно не снизится, но перераспределится в сторону большей неопределенности в положении застройщиков. У них быстро сформируется потребность на системной основе обезопасить себя от превратностей в новых условиях. Поэтому уже в ближне- и среднесрочной перспективе заметно возрастет роль страхования рисков при строительстве: девелоперам предстоит держать ответ не перед дольщиками, а перед кредитными организациями и регулирующими органами. И вне всякого сомнения рынку понадобятся новые страховые продукты для того, чтобы эти риски контролировать.

Страхование застройщиков

В российском девелопменте распространены главным образом два вида страхования: страхование ответственности застройщиков за неисполнение обязательств перед дольщиками и страхование ответственности подрядчиков за причинение вреда третьим лицам.

Раньше пул таких услуг был шире. Комплексное страхование строительно-монтажных рисков (СМР) активно практиковалось с конца 1990-х вплоть до 2014 года, когда расходы на страхование были вычеркнуты из государственных сметных нормативов. А 80% рынка СМР, величина которого измерялась десятками миллиардов рублей, приходилось как раз на строительные объекты, финансировавшиеся из госбюджета.

Тем временем на территории Евросоюза нормой является страхование самого широкого круга рисков девелоперов, начиная с банкротства и срыва сроков строительства и заканчивая обнаружением скрытых дефектов и ущербом, нанесенным третьим лицам в результате производства, строительных и монтажных работ. Усиление регуляторики в российском строительном бизнесе неуклонно ведет именно к тому, что он будет меняться с учетом мирового опыта, в том числе с точки зрения страховой защиты.

В свете замены в России ДДУ на проектное финансирование стоит уделить особое внимание тому, как реализовано страхование рисков скрытых недостатков и дефектов при строительстве в других странах (например, в Великобритании и Франции, где оно является обязательным). Хотя бы потому, что риски эти входят в число наименее предсказуемых и в условиях «правовой турбулентности» способны стать той соломинкой, которая переломит хребет российскому девелоперу, и без того отягощенному гнетом новообразованной ответственности.

Под страхование названной категории подпадают риски, которые были обусловлены рядом действий (использованием некачественных стройматериалов, ошибками или халатностью в процессе проектирования здания либо во время строительных работ), которые не поддавались обнаружению, когда объект сдавали в эксплуатацию, но вскрылись впоследствии. Полисы по этой страховой услуге выдаются на длительный срок, как правило на 10 или 12 лет. Они предусматривают компенсацию затрат на ремонт или восстановление здания при нахождении оговоренных дефектов на протяжении всего срока действия полиса. Подобная страховка оформляется на строящееся или недавно возведенное здание, а получить ее может как владелец самого здания или отдельного помещения (квартиры) в нем, так и, например, арендатор или строительная компания.

Объемы рынка страхования строителей

Согласно подсчетам экспертов, потенциальная емкость российского рынка страхования ответственности застройщиков за скрытые дефекты в 2018–2019 годах исчисляется суммой 4–8 млрд рублей в год. И как ни удивительно, даже в плане норм внутренних, принятых между игроками отрасли, он до сих пор выглядит как чистое поле — при таких-то объемах.

Помочь рынку встать на новые рельсы могли бы правила страхования риска скрытых недостатков и дефектов при строительстве. Специалисты, которые разработали их, постарались одновременно взять лучшее из мировой практики в этой области и учесть, какие механизмы страхования работают и будут работать в российском строительстве и как они стыкуются с правовой системой РФ.

Упомянутые правила дают образец собственно механизмов страхования и очерчивают сферу их применения, что крайне важно в текущих обстоятельствах, с учетом наличия огромного «люфта» между законодательной базой и деловой практикой. Наряду с прочим оговаривается, что к строительству, помимо возведения жилых зданий, относятся:

• реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов);

• капитальный ремонт объектов капитального строительств (также за исключением линейных объектов);

• инженерные изыскания;

• реновация жилого фонда;

• архитектурно-строительное проектирование.

В документе также подробно определяются и дифференцируются понятия «скрытые недостатки», «дефекты», «критический дефект инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительно-монтажных работ», «критический дефект строительных конструкций и изделий» и т. д., описываются условия страховых выплат и их размеры, обозначаются возможности страхования таких рисков более чем в одной компании.

В первую очередь, по оценке экспертов, страхование риска скрытых недостатков и дефектов актуально сегодня применительно к строительству жилых домов китайскими компаниями: оно обеспечит дополнительные гарантии как заказчикам строительства, так и собственникам помещений, не только жилых. Курс на привлечение девелоперов из КНР к строительству доступного жилья на территории России был взят еще в 2014 году, и их активность на рынке обещает усилиться.

Если страхование риска скрытых недостатков и дефектов в России удастся сделать нормой для отрасли, это позволит наилучшим образом защищать в равной мере интересы участников строительного бизнеса и их конечных клиентов — будущих собственников жилья.

Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698754 Илья Озолин


Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696175 Екатерина Рожкова

Первый замглавы НБУ Рожкова: у Украины нет иного пути, как следовать плану действий BEPS

Эксклюзивное интервью первого заместителя главы Национального банка Украины (НБУ) Екатерины Рожковой агентству "Интерфакс-Украина" (I часть)

-- Тема деофшоризации или внедрения в Украине так называемого "плана BEPS" (план по противодействию уменьшения налоговой базы и перемещения налогов за границу), столь актуальная и модная весной 2016 года после скандала Panama Papers, в последнее время как-то исчезла с радаров. Более года назад Нацбанк заявлял о планах реализовать 5 из 15 шагов плана BEPS. У Минфина были свои 4 шага из 15, однако лишь на днях удалось сделать первый из них – подписать Многостороннюю конвенцию (MLI). Что дальше?

-- Подписание MLI означает, что Украина согласилась с единым форматом предоставления информации. Но этого недостаточно. Теперь с каждой страной нам нужно будет подписать двустороннее соглашение о таком обмене информацией, так как MLI – это рамочный документ.

К такому обмену нужно технически подготовиться, к нему должны быть готовы банки, так как просто руками никто этого делать не будет. Какое-то время уйдет на техническую подготовку банков и финансовых учреждений, которые должны будут эту информацию собирать, а также налоговой, где тоже нужно создать технические условия для приема информации, ее консолидации и рассылки. Это важный момент. После подписания MLI мы должны первый раз подать информацию за полный 2019 год уже в 2020 году. Не могу сказать, что времени очень много, но достаточно, чтобы при условии интенсивной работы все сделать.

Другая часть работы – это подготовленный нами, совместно с Минфином и парламентским комитетом по вопросам налоговой и бюджетной политики, пакет законопроектов, который определяет семь основных шагов плана BEPS (из пяти, которые мы отмечаем как важные, два входят в четверку приоритетных для Минфина). Нам также помогали консультанты и наши международные партнеры.

Мы обсуждали возможность подачи законопроекта в парламент вместе с разработанным Нацбанком законом "О валюте и валютных операциях". Дело в том, что полностью перейти к свободному движению капитала не получится, если не устранить риск неконтролируемого вывода капитала, который грозил бы поставить под угрозу финансовую стабильность. А для этого в Украине должны быть приняты основные принципы BEPS. Но потом мы отказались от этой идеи, поскольку на кону был долгожданный переход от запутанного и репрессивного валютного регулирования 25-летней давности к современной, прозрачной и либеральной модели. В конечном итоге парламент очень продуктивно отработал эту последнюю сессию: принят закон о валюте и валютных операциях, о защите прав кредиторов, о кредитном реестре, а также о корпоративном управлении госбанками. Поэтому над законопроектами, связанными с имплементацией остальных шагов плана BEPS, мы начнем активно работать с народными депутатами уже с сентября.

Я 17-18 июля вместе с главой парламентского комитета Ниной Южаниной участвовала в конференции высокого уровня в Тбилиси на тему международного сотрудничества в борьбе с уклонением от налогообложения, на которой были министры финансов, представители центробанков и налоговых органов… Вернулась оттуда вдохновленная. Во-первых, потому что план действий BEPS работает: те, кто уже имплементировал, рассказывали, что у них за счет расширения базы серьезно растут налоговые поступления, хотя при этом они продолжают снижать налоговую нагрузку. А когда снижаешь налоговую нагрузку, то автоматически улучшается деловой и инвестиционный климат. В результате у стран, которые прошли эти шаги, налоговая нагрузка – 24-27% ВВП, а у нас сегодня -- 38% ВВП, а была вообще более 50%. Конечно, тут есть вопросы и к размеру ВВП, но, как показывает практика других стран, это вещи связанные.

-- Это на примере Грузии, или есть и другие страны?

-- Да, есть и другие, где это хорошо работает. Ведь истории стран с высокой долговой нагрузкой похожие: поскольку экономика циклична, то в периоды экономического спада самым быстрым решением наполнения бюджета всегда было повышение налогов. Но с их повышением теряется часть бизнеса, поскольку он уходит в низконалоговые юрисдикции. На конференции в Тбилиси выступал представитель Италии, который сказал: после начала обмена информацией они выяснили, что их домашний бизнес представлен более чем в 40 юрисдикциях.

-- Нацбанк на днях тоже впервые посчитал, сколько украинского бизнеса скрывается под вывеской прямых иностранных инвестиций – 10,4%. Хотя эксперты говорят, что, вероятно, их еще больше.

-- На самом деле 10,4% - это по итогам прошлого года. Наши подсчеты за 2010-2017 гг. показали, что гораздо больше - 22% - от всех ПИИ, поступивших в Украину за этот период, представляли собой round-tripping (перемещение – ИФ) украинского капитала, который был выведен за пределы страны отечественными компаниями, к примеру, с помощью того же трансфертного ценообразования, и вернулся в виде прямых вложений в акционерный капитал из-за границы и кредитов от прямого инвестора.

Аналогично, если посмотреть на внешнюю торговлю, то около 10% экспорта из Украины идет через оффшорные низконалоговые юрисдикции.

Мы прошли через идеальный шторм в целом, и в банковской системе в частности. Из всех банков, которые мы с рынка убрали, больше 10% ушло за транзакции, связанные с отмыванием денег. На конференции в Тбилиси были коллеги из Италии, Словакии, Словении, Австрии, стран Балтии, которые меня поддержали в том, что, на самом деле, это проблема глобальная. Если классические оффшоры и респектабельные низконалоговые юрисдикции не будут выстраиваться с нами в одну линию, то все это не будет иметь смысла: мы не знаем бенефициаров, используются shell company (компании-пустишки или фиктивные компании – ИФ), используются нераскрытые собственники…

Еще один вопрос, который поднимался - конфиденциальность и защита информации. Поскольку это касается состояния счетов, транзакций, то для бизнеса этот вопрос очень чувствителен. Соответственно, задача регуляторов, которые воплощают BEPS, – обеспечить защиту таких данных, в том числе законодательно определить, кто и какой будет иметь к ним доступ.

Мы с коллегами обсуждали, как они все это имплементировали, и у меня возникла идея сделать подобный форум в Украине - посвященный обмену информацией, ее раскрытию и реализации плана действий BEPS. Я хотела бы, чтобы там обязательно присутствовал наш бизнес, чтобы он услышал, что это не страшно. Важно также, чтобы на форум пришли все заинтересованные регуляторы, так как один орган сам по себе не сможет это воплотить: ни сама налоговая не сможет, ни сам Минфин. Мы все должны объединиться, в том числе парламент, ввиду необходимых изменений в законодательство.

Отсюда и идея большого форума, на который я хочу пригласить коллег, которые уже прошли этот путь. Чтобы они рассказали, с какими сложностями столкнулись, и как их преодолевали.

-- Как можно убедить наших депутатов, достаточное количество которых не понаслышке знакомо с оффшорами, принять такое законодательство?

-- Ответ в том, что это -- мировой тренд. В кулуарах все участники соглашались, что банковская тайна, в классическом ее понимании уже умирает: глобализация, взаимопроникновение, финансовые технологии – все это стирает границы между странами. Мы можем ничего не делать, но тогда останемся на обочине.

Посмотрите, как поступили американцы с FATCA (закон о налоговой отчетности по зарубежным счетам, foreign account tax compliance act - ИФ). Они приняли свой закон в 2010 году, подписали его со всеми странами и сегодня обмениваются этой информацией в одностороннем порядке. Если ты отказываешься быть транспарентным и прозрачным, то мировое сообщество тебя помещает в "серую зону". Это, в свою очередь, означает, что к вашему бизнесу, который намерен выйти на международные рынки, будут предъявляться более высокие требования: будут тщательнее проверять KYC-файлы (знай своего клиента, know your client - ИФ), все транзакции, контракты... Это усложнит работу бизнеса. Если компании не смогут полноценно вести бизнес с украинской "пропиской", то мы в конечно итоге их потеряем.

Еще один аргумент -- увеличение поступлений в бюджет за счет расширения базы налогообложения.

Таким образом, у Украины нет иного пути, как следовать плану действий BEPS. Исторически наш бизнес структурировался в низконалоговых юрисдикциях, и тому миллион причин – десятилетия экономической и политической нестабильности, запутанная правовая система, высокая налоговая нагрузка. Но сегодня, когда мировой тренд развернулся, необходимо им воспользоваться и тоже найти подход к работе с "тихими гаванями". В одиночку бороться тяжело, вместе с миром - проще.

Но при этом важно позаботиться и о комфорте для бизнеса. На конференции называли три важных условия, которые способствуют уплате налогов на настоящей родине бизнеса. Это - понятная и приемлемая нагрузка, качественное администрирование, а также простота уплаты налогов, чтобы все осуществлялось в электронной форме, а не год необходимо собирать все чеки и бумажки, затем полгода их заполнять, нанимать аудитора для проверки заполненного, сдавать это и затем еще полгода отвечать на письма и запросы налоговой. Упрощение системы налогообложения – это еще один мировой тренд, поскольку исчезают все лазейки, когда можно чем-то манипулировать.

Так что интереснейший был форум, сейчас займемся организацией подобного и у нас.

-- Вы упоминали о проблеме определения бенефициаров. Насколько известно, ее решение – это одно из условий Евросоюза по предоставлению Украине макрофинансовой помощи. Нацбанк первый, кто смог добиться установления бенефициаров своих подопечных банков. Кстати, в этом процессе не произошел откат?

-- Нет, никакого отката нет.

-- Тогда планируете ли вы идти дальше и требовать от банков четкого установления конечных бенефициаров всех их клиентов?

-- По банкам мы действительно закрыли вопрос. Мало того, мы расширили такой подход на получающие у нас лицензии небанковские финансовые компании и компании, которые хотят предоставлять услуги инкассации: в своих лицензионных требованиях мы поставили условие №1 – раскрытие конечного бенефициара (ultimate beneficial owner, UBO). Если его нет или он вызывает сомнения, мы не лицензируем.

Теперь аналогичную задачу – раскрытие конечного бенефициара – мы ставим перед банками и по отношению к их клиентам. Но банки сталкиваются с объективными проблемами. Во-первых - это оффшорные юрисдикции, где эти реестры просто закрыты. Во-вторых, к сожалению, - это наши реестры и качество данных в них. Да, там есть очень много полезной информации, которой наши специалисты активно пользуются, но есть и огромный пласт некачественной информации, или некорректной, поскольку за ошибку при подаче информации, случайную или намеренную, никто не несет никакой ответственности.

Что мы делаем? Мы работаем с Минюстом, уже подготовили изменения в закон о финмониторинге. Но это вопрос, для решения которого необходимо, чтобы все включились.

Для банков у нас есть два рычага. Первый – кредитный риск. Согласно нашему постановлению, если конечный бенефициар не определен, то банк должен оценить операцию как более рисковую. Мало того, если не известен конечный бенефициар, то мы считаем, что это связанное лицо. Банкам это не нравится, поэтому они вынуждены сами "подталкивать" клиентов, чтобы те раскрывали конечных бенефициаров.

Второй рычаг – финансовый мониторинг. Это в отношении пассивов, где нет кредитного риска или влияния на капитал. Мы в сентябре будем собирать глав банков, чтобы еще раз им объяснить всю важность этого вопроса. Мы проанализировали результаты финмониторинга с 2015 года и видим: в 90% случаев попадание операций нормальных, не схемных банков, в поле зрения финмониторинга обусловлено отсутствием действенного информационного фильтра в самом начале такой операции. То есть KYC-файлы заполняются формально, "для галочки", из-за чего система не срабатывает. Ведь она должна начинаться с качественного KYC: необходимо сопоставить клиента с его потенциалом и его операциями, и тогда может сложиться картинка. А если на входе сделана ошибка, то дальше система просто не работает, и это может привести к серьезным санкциям по финансовому мониторингу.

Банки, конечно, немного на нас обижаются. Даже Александр Витальевич (экс-глава правления банка "Аваль", в котором работала Е.Рожкова, А.Деркач, создавший после ухода из банка вместе с партнерами группу "Молочный альянс" – ИФ) пишет, что хотел положить деньги в банк, а из него просто "кровь пили". Или пытались зарегистрировать какой-то кредит от нерезидента, но тоже наткнулись на сложности. Мы несколько разъяснений давали по банковской системе по этим вопросам, как ранжировать клиентов -- с низким риском, с высоким… Будем еще больше объяснять это нашим банкам.

Но все равно, в рамках процедуры KYC конечный владелец должен быт определен. Если не известен UBO, то это, даже в вычищенной банковской системе, работать не будет.

-- А нет опасения, что такие действия еще больше бизнеса выдавят в "серый" и "черный" рынок? Например, мелкий бизнес туда будет уходить...

-- Как раз мелкому бизнесу нет смысла что-то скрывать. Сейчас в банковской системе проходит диагностика. Крупнейшие банки пойдут чуть позже, а начали мы с небольших банков и оцениваем, как поменялись их портфели. Они реально растут, во многом за счет небольших клиентов, реального малого бизнеса. Когда мы смотрим на кредитные файлы, все раскрыто: маленькому бизнесу нечего опасаться, ему не от кого прятаться. Думаю, как раз наоборот: тот малый бизнес, который хочет вырасти в средний и большой, заинтересован в открытости, поскольку это открывает доступ к другим ресурсам и сервисам.

Другое дело, что необходимо все комплексно отреформировать и в налоговой части. Нельзя же сказать бизнесу, что ты раскройся, а мы, через некоторое время, снизим ставки. Хотя это не территория Нацбанка…

-- Зачастую сопротивление связано не столько с боязнью, сколько с нежеланием нести дополнительную юридическую нагрузку.

-- Действительно важный вопрос по поводу юридической нагрузки. Эту идею мы обсуждали еще в 2015 году с одним из наших банкиров, который увидел решение этой проблемы в России, где для малого и среднего бизнеса приготовили программный комплекс: когда ты обслуживаешься в банке, он сам тебе распределяет все твои налоги и формирует твою отчетность. Фактически он интегрируется в твой клиент-банк. Такая себе надстройка.

-- Это как раз поле, на котором банки могут конкурировать за клиентов…

-- Да, это очень классно! В Грузии это также обсуждалось, и это тоже одно из направлений, которое будет интересно для наших ребят в финтехе, которые все время что-то автоматизируют. Тот из банков, кто первым это сделает, получит колоссальное конкурентное преимущество. Но для этого нужна простота уплаты налогов.

-- Вы уже несколько раз упомянули финтех. Многие считают, что успех биткоина и других криптовалют связан с тем, что они обслуживают "серый" и "черный" рынок. Как вы оцениваете риски того, что финтех "подхватит" клиентов и их запросы, которые уже не могут удовлетворять банки после усиления требований со стороны НБУ?

-- У меня есть несколько позиций по этому поводу.

Во-первых, не нужно бороться с финтехом – нужно бороться с "черным" рынком, который использует все, что угодно. В Украине огромное количество наличности в стране. Какая-то ее часть обслуживает "бабушек с дедушками", которые не могут пользоваться электронными сервисами или банкоматами, о чем говорил глава "Укрпошты" Игорь Смелянский. Но зачем остальная часть – очевидно: Всемирный банк говорит, что 45% украинской экономики в тени, и это огромный объем.

"Черный" рынок будет искать любые входы-выходы, будет маскироваться, использовать финтех, но при грамотной работе, с этим можно успешно бороться. Например, в свое время у нас пошел бум терминалов – типа Ibox, где можно оплатить все, что угодно. Их устанавливали финансовые компании с единственным банковским счетом, на котором велась как хозяйственная деятельность, так и "падала" инкассация, и потом это все как-то делилось. Мы проанализировали, изучили опыт других стран и увидели, что не вся сумма, которая поступала наличкой в этот терминал, потом инкассировалась на счет. Какая-то часть наличности продавалась как наличность. По-хорошему, делать они этого не должны. Поэтому мы разделили: должно быть два счета: все, что вы получили в терминал, должно быть инкассировано и отражено на отдельном счете и уже с него безналичным путем отправляться к операторам и поставщикам услуг с понятным назначением платежа.

-- А вы разве для них регулятор?

-- Мы для них не регулятор, но они ведь держат свои счета в банках.

-- И через банки вы можете это контролировать?

-- Да, мы можем контролировать. И банки обязаны это контролировать, иначе это обналичивание.

Этой проблемой обезпокоены все регуляторы. Директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард в своем последнем выступлении опять об этом говорила: о финансовых технологиях и угрозе того, что они могут быть использованы в целях отмывания денег, уклонения от налогообложения, финансирования терроризма и т. д.

Но, опять-таки, нельзя запрещать прогресс. Что такое финтех, блокчейн и какие-то другие технологии? Это попытка предоставить новые удобные услуги. Многие из них -- бесконтактно. Сейчас уже можно осуществлять платежи пальцем или приложив смартфон – это здорово, это и есть та финансовая инклюзия, о которой столько говорят. Более того, от этого действительно увеличиваются безналичные расчеты, потому что это элементарно удобно. Среди моих знакомых есть частные предприниматели, которые всегда пользовались наличностью, но сегодня они поставили терминалы и восклицают, как это удобно. Или другой пример: наконец-то большинство людей поняло, что не нужно покупать доллары или евро, когда ты едешь за границу, а можно платить карточкой, на которой есть гривня, и все работает.

Все это благодаря, в том числе, развитию так называемого "финтеха", хотя я называю это "прогрессивные цифровые услуги". И они не существуют отдельно от банков, самые крутые финансовые технологии тут же подхватываются банками.

-- И все же, вы будете контролировать их через банки или будете добиваться права стать их регулятором напрямую?

-- Если взять небанковский финансовый рынок, то у нас сложился очень хороший диалог с компаниями, которые у нас получают лицензию на денежные переводы и которым нужна лицензия на обмен валют. Там очень много прогрессивных и талантливых ребят. Я это с гордостью за страну говорю. Они объездили полмира, они показывают, как это работает в Китае, в других странах, они могут написать программу ко всему, что угодно, но им нужно поставить задачу. Так вот, с ними у нас сложился диалог, и мы договорились о создании такой себе "песочницы". Мы еще не знаем, что из этого получится, но представители отрасли говорят: разработайте для нас регулирование, которое бы нас стимулировало, а не запрещало с точки зрения финмониторинга или чего-то другого. Мы в ответ спрашиваем, какие у них идеи и что они собираются делать. Ведь всегда спрос создает или банк, или клиент. Поэтому мы хотим как-то их всех вместе собрать и послушать, какие у них ожидания, и тогда понять, как правильно регулировать и обеспечить развитие. Чтобы не получилось так, что они создадут что-то, а работать оно не сможет.

-- Нацкомиссия по ценным бумагам хотела даже сертифицировать программное обеспечение.

-- Мы пока все делаем через банки. Конечно, если "сплит" (законопроекта "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно консолидации функций по государственному регулированию рынков финансовых услуг" – ИФ) будет принят и Нацбанк станет регулятором небанковских финучреждений вместо Нацкомфинуслуг, то тогда надо будет садиться с представителями рынка и комплексно на все это смотреть. Именно вместе с рынком. Как я уже говорила, на примере небанковского финансового сектора, который у нас получает лицензии, мы видим, что это работает, -- у нас абсолютно нормальный диалог. Они очень часто пишут, что у вас там слишком многое зарегулировано, требуется слишком много "бумажек". Мы на это реагируем – сели, изучили, отменили. "Обменники" пожаловались на необходимость печатать по два чека. Мы сели, изучили вопрос, согласовали с налоговой, и отменили такую необходимость. Мне кажется, что рынку такой конструктивный подход нравится.

На последнем заседании в нашем профильном банковском комитете Верховной Рады по "сплиту" мы четыре часа обсуждали с представителями рынка почти 200 поправок. Не было ни единого вопроса, где бы мы не нашли понимания! Хотя вначале была настороженность. Например, их пугает, что документы при подаче, как сейчас в Нацкомфинуслуг, будут ходить не известно сколько и где. Мы говорим, что давайте тогда поставим предельный срок. И таким образом мы нашли все решения.

-- Их, наверное, больше пугает, что в случае "сплита" им придется переоценить сформированные активы на балансе. Они уже видели, к чему справедливая оценка привела в банковской системе.

-- Хочу сказать, что за эти три-четыре тяжелых кризисных и посткризисных года, когда все остановилось, рынок и так очень сильно изменился. Я очень хорошо помню докризисные годы до 2008 года, когда "бум" ипотечного и автокредитования поднял страховые компании. Ведь страхового бизнеса в Украине, кроме Госстраха, особо и не было, и эти услуги не были популярны. Страхование жизни, которое может рассматриваться как очередной уровень пенсионной системы, тоже никогда не было популярно, люди его не понимали. Более того, не было инструментов, куда страховые компании могли бы вкладывать средства для обеспечения сохранности капитала. В условиях макрофинансовой нестабильтности, высокой инфляции элементарные расчеты показывали, что лучше себе пенсию обеспечивать по-другому.

Так вот, именно страхование от несчастного случая, страхование залогов и прочее страхование, в том числе КАСКО, все это родилось с бумом кредитования. Вместе с тем, как только случился кризис, он мгновенно перекинулся на страховые компании: сократились поступления от продажи новых продуктов, у них начались проблемы с ликвидностью. Особенно пострадали компании, страховавшие автомобили, поскольку КАСКО в том виде, в котором оно существовало, - это был убыточный бизнес, который выживал за счет других продуктов, где процент страховых случаев ниже.

Сейчас у нас произошло то, что можно назвать очищением рынка, но в хорошем смысле этого термина.

Во-первых, ушло очень много бумаг, которые мы назвали "бесценными". Мы сказали, что в рамках финансового мониторинга любого рода работа банка с такими бумагами является рисковой деятельностью. И это так и есть, мы считаем, что это схемные операции. Так вот, банки перестали с ними работать, а поскольку страховые компании обслуживаются в банках, ведь они просто в магазине этого купить не могут, то ситуация изменилась.

Второй момент – это вынужденная приостановка кредитования, которая фактически присадила этот рынок.

Более того, мы через банковское регулирование поставили в перечень рисковой деятельности перестрахование на оффшорные юрисдикции, страхование финансовых рисков, по которым никогда не бывает выплат, и прочие сомнительные операции. То есть, мы вынуждаем банки смотреть на это с точки зрения финансового мониторинга, и объем таких операций потихонечку снижается.

Что мы еще сделали. В нашей инструкции, которая на сегодня регулирует кредитные риски, мы отменили обязательное страхование ипотеки. В силу случившегося кризиса и прочих факторов мы считаем излишне устанавливать такое требование, поскольку оно просто превратилось в формальность: физическое лицо-клиент несет дополнительные расходы, тогда как вероятность наступления страхового случая стремится к нулю

То есть, в целом, думаю, что страховой рынок ментально уже перешел на другой уровень. Это как с банками, которые в свое время поняли, что на самом деле это бизнес и есть правила, по которым ты должен двигаться, если хочешь заниматься этим бизнесом, в том числе максимально уходить от каких-то нелегальных, схемных или подозрительных операций. Соответственно, страховым компаниям вряд ли стоит глобально чего-то опасаться.

Тем более что в рамках "сплита" у нас будет 12-месячный транзитный период. В прежней редакции законопроекта был заложен переходной период в шесть месяцев, но мы сказали: полгода мало. У нас ведь нет задачи прийти и за полгода все это перелопатить. Наоборот, мы хотим, чтобы этот переход был незаметен и здесь, кстати, будет полезен накопившийся колоссальный опыт работы с банками, которые пошли по упрощенной процедуре сдачи лицензий: собственник финучреждения понял, что это не его бизнес, слишком он стал сложным, соответственно, ему легче сдать лицензию и преобразовать банк в финансовую компанию. Этим путем пошел Кредит Оптима Банк. Он в основном занимался платежными системами, но поскольку требования к капиталу ко всем банкам одинаковые, он сдал банковскую лицензию и получил лицензию на переводы и валютообменные операции. То есть, банк стал финансовой компанией, и думаю, что его акционер счастлив с этим уже небанком. Это такая добровольная, совершенно безболезненная процедура просто сдать лицензию или присоединиться к кому-то, перестать заниматься этим бизнесом, поскольку он становится слишком сложным, особенно если мы говорим, что взяли обязательство привести свои регуляции, свое законодательство и финансовый сектор в целом к европейскому уровню.

-- Я так понимаю, вы рассчитываете на принятие закона о "сплите" уже этой осенью?

-- Мы хотели бы… Мы уже все подготовили, еще необходимо пройти комитет Верховной Рады Украины по вопросам финансовой политики и банковской деятельности и будем двигаться в этом направлении.

Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696175 Екатерина Рожкова


Россия > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 25 июля 2018 > № 2693723 Дмитрий Ребров

От перемены «класса»…

Что нужно девелоперам для массового строительства стандартного жилья.

В начале текущего года президент России Владимир Путин подписал закон, отменяющий термин «жилье экономического класса» и устанавливающий новое понятие «стандартное жилье», характеристики которого, в частности будут действовать для госпрограмм. Основные требования к такому жилфонду находятся разрабатываются с учетом проведенного в этом году при участии «ДОМ.РФ» открытого международного конкурса проектов стандартного жилья и жилой застройки. Девелоперы, которых пока никто не обязывал отказываться от старых терминов, и сами из маркетинговых соображений уходят от понятия «эконом». Бизнес, в целом, согласен с необходимостью такого апгрейда, но считает, что одной смены понятия недостаточно для решения масштабных задач, поставленных перед отраслью самой же властью.

Дмитрий Ребров, заместитель генерального директора ГК «Сибпромстрой»:

С одной стороны, есть мнение, что всего лишь произошла замена одной формулировки на другую, более благозвучную. С другой – решение зрело давно. Понятие «эконом-класс» пришло к нам из советских времен и стало отражением стереотипа, когда возводились серые микрорайоны, которые потом не эксплуатировались должным образом. Поэтому сегодня они выглядят безлико и уныло, и эконом-класс автоматически ассоциируется именно с такими домами.

Между тем, классность объекта, товара или услуги – это исключительно рыночное понятие. И характеристики того или иного класса меняются с течением времени, под влиянием новых технологий и требований потребителя. Что и произошло с «экономом» в недвижимости.

За последние годы на рынке новостроек значительно выросла конкуренция, сегодня предложение (хотя и сокращающиеся) способно перекрыть спрос на пару лет вперед как минимум. Изменились и покупательские ожидания, как следствие произошли изменения в предложении. Характеристики, которые раньше определяли принадлежность жилья к комфорт- или даже бизнес-классу, девелоперы стали применять и в «экономе». В домах стандарт-класса уже не редкость остекление в пол, энергоэффективные технологии, закрытые дворы с видеонаблюдением, отделка «под ключ». Но такие аспекты строительства, как качество материалов, технологии, пожарная безопасность априори должны быть на высоте. Поскольку вне зависимости от классности, дом должен быть надежным и безопасным.

С учетом того, что на рынке до сих пор нет единой утвержденной классификации объектов жилой недвижимости, нет закрепленных стандартов и требований в привязке к классу жилья с точки зрения планировочных решений, отделки, технологий строительства и других параметров. Может быть и есть смысл в появлении общепринятого стандарта на государственном уровне, который может поможет удовлетворить массовый спрос, в том числе за счет эффекта «знака качества» от государства.

Однако, ввести новое понятие и обозначить задачу по увеличению объемов ввода - мало, чтобы решить жилищную проблему в стране. Россия отстает от среднего мирового показателя обеспеченности жильем почти в два раза: 25 кв. м/чел против 40 кв. м/чел. Для примера: в Канаде этот показатель составляет 76 кв. м. на человека, США — 70, в Швеции – 42, в Германии, Франции – 39. При этом теоретического спроса недостаточно, все упирается в реальную платежеспособность населения, которое зависит от состояния экономики и стройотрасли, в частности. Сейчас ситуация такова, что реализовать проекты массового строительства без привлечения средств дольщиков и в условиях прогнозируемого роста цен на новостройки без поддержки властей крайне сложно.

Речь, прежде всего, идет о решении вопросов, связанных с льготным выделением или снижением стоимости земельных участков под массовое строительство стандартного жилья. В себестоимости строительства земля сегодня составляет 25-35%. Кроме того, зачастую застройщики сталкиваются с ситуацией, когда в нагрузку к земельному участку идут дополнительные обременения. Это может быть расселение, прокладка магистральных сетей, строительство и безвозмездная передача муниципалитету объектов социального назначения. В итоге такие обременения прибавляют к себестоимости проекта еще 10-20%. Другая трудность здесь заключается в недостаточном количество торгов и низкая информированность о ни. Поддержка застройщиков должна быть плановой и системной. Стратегический подход во взаимоотношениях власти и строительного бизнеса позволит не только решить общие масштабные задачи, но и предупредить появление многих проблем.

Россия > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 25 июля 2018 > № 2693723 Дмитрий Ребров


Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > stroygaz.ru, 25 июля 2018 > № 2693722 Дмитрий Волков

До и после 1 июля.

Шумиха вокруг нововведений в сфере долевого строительства преувеличена.

В начале июля вступили в силу поправки в законодательство, регулирующее жилищное строительство в России. Понятно, что любые изменения традиционно сопровождаются желанием делать прогнозы. Что касается меня, то я ждал 1 июля 2018 года так же, как ждал 1 июля 2016 и 2017 годов. Не вижу какого-то разворотного момента, и в целом ажиотаж и популизм вокруг этой даты, считаю, преувеличены.

Безусловно, с 1 июля в долевом законодательстве появились вещи, скажем прямо, не очень удобные для большинства застройщиков. Эта дата стала водоразделом — «до» и «после». Бизнес-процесс теперь будет меняться. Если говорить конкретнее, то первым этапом изменений (а их точно еще будет несколько) станет возросшая ответственность застройщика (хотя она, по моему мнению, и так была довольно высокой). Если говорить про неудобства, то можно выделить несколько блоков. Первый — это ужесточение контроля за расходом денежных средств. Это связано с тем, что в свое время некоторые застройщики привлекали денежные средства дольщиков к строительству одного объекта, а использовали их — в лучшем случае — на другом. Ситуация сейчас, конечно, не такая, как была 10-15 лет назад, но тем не менее на рынке действительно существуют объекты, строительство которых из-за этого не было закончено в срок. Теперь ситуация изменится радикально, и это, на мой взгляд, ведет лишь к позитивным изменениям: стройкомпании начнут трезво оценивать свою коммерческую деятельность.

А вот в другом вопросе мне пока не до конца понятен посыл законодателей о дальнейшей роли банков в девелоперском процессе. Даже сами банки не очень-то еще понимают, что от них хотят и какова будет их значимость во всей цепочке. Да, для нас, застройщиков, это определенный риск, так как появляется еще один участник процесса. Хотя «Самолет», к примеру, и до 1 июля практически не использовал кредитные средства. Такова была наша изначальная бизнес-модель. В своих проектах мы осознанно шли и идем до сих пор на меньший уровень риска, так как не хотим привлекать внешние (в том числе и заемные средства), которые потом нужно возвращать. Мы идем по другому пути — находим людей с землей. Это могут быть и девелоперы, которые, скажем, не хотят строить в том или ином месте. И мы по-партнерски делим прибыль, а потом распределяем ее на метры. Для нас партнер удобнее, чем банк!

Не стоит забывать и том, что какие-то банки уже тесно связаны с девелоперами. Тут еще может возникнуть конфликт интересов. В общем, это сложная модель, которая позволит очистить рынок от мелких и слабых строительных компаний (только в Подмосковье таковых более 500). В любом случае сейчас все прогнозы — как «будем жить дальше» — построены на догадке и будут зависеть от того, как «девелоперы в итоге поженятся с банками». Но я считаю, что это не должно радикально отразиться на продаже жилья, хотя себестоимость строительства как такового, конечно, увеличится.

В любом случае покупателю пока можно особо не волноваться. Мы сейчас живем в такой парадигме, когда цена жилья определяется не расходной составляющей, а возможностью рынка. Хотя рынок и становится все более конкурентным, но затратный подход в России пока никто не использует. Безусловно, локальные скачки могут быть от 3 до 5%, но в среднесрочной перспективе цена, вероятнее всего, стабилизируется.

В этой связи хочу также отметить, что все предложенные нововведения направлены не только на усиление контроля за деятельностью застройщиков, но и одновременно создают благоприятные условия для развития рынка в целом. Застройщик теперь начинает заранее думать о проекте всей прилегающей территории — о ее правильном межевании, о социальной инфраструктуре (школах, детских садах и т.д.). Это дисциплинирует застройщика. Раньше вся урбанистика сводилась к тому, чтобы «понатыкать» домиков, а теперь нужно учесть, как они будут соединяться улицами, аллеями, побеспокоиться об озеленении дворов. Время «фантиков» (красивых фасадов) в девелопменте проходит. Продукт должен быть заточен под запрос покупателя, как это происходит на Западе. Так что эти законодательные ограничения побуждают девелоперов быть более осознанными в своей деятельности.

Автор: Дмитрий ВОЛКОВ, коммерческий директор Группы «Самолет»

Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > stroygaz.ru, 25 июля 2018 > № 2693722 Дмитрий Волков


Россия. ЦФО > Медицина > premier.gov.ru, 25 июля 2018 > № 2685419 Дмитрий Медведев

О развитии онкологической помощи населению Российской Федерации.

Совещание.

Перед совещанием Дмитрий Медведев посетил Онкорадиологический центр Московского областного онкологического диспансера. Председатель Правительства осмотрел лабораторию по изготовлению препаратов на основе изотопов, а также высокотехнологичное оборудование центра.

Онкорадиологический центр оснащён высокотехнологичным медицинским оборудованием, позволяющим реализовать самые современные методы диагностики и лучевой терапии (радиотерапии) злокачественных опухолей.

Диагностика опухолей осуществляется с помощью методов позитрон-эмиссионной томографии (ПЭТ), сцинтиграфии, магниторезонансной томографии и компьютерной томографии. Доступны как современные методики лучевой терапии (радиотерапии), так и методы высокоточного облучения опухолей (радиохирургия).

Онкорадиологический центр является компонентом формирующегося в Московской области онкологического кластера. В одном месте, на территории Московского областного онкологического диспансера пациенты получают полный цикл современной диагностики и специализированного, в том числе высокотехнологичного, лечения международного уровня.

Онкорадиологический центр построен в государственно-частном партнёрстве и начал работать в апреле 2018 года.

Совещание о развитии онкологической помощи

Из стенограммы:

Д.Медведев: Мы проводим наше совещание в Московском областном онкологическом диспансере, который только что осмотрели. Конечно, это уникальное медицинское учреждение, абсолютно современное, недавно открылись и хирургический корпус, и онкорадиологический комплекс. Люди здесь получают весь спектр медицинской помощи – от ранней диагностики и до лечения. Причём лечения, естественно, высокотехнологичного, с использованием самых современных радиологических методик. Большинству пациентов помощь здесь оказывается в рамках обязательного медицинского страхования, то есть бесплатно.

Интересно, кстати, что этот онкорадиологический центр в Балашихе – это ещё и первый концессионный проект в ядерной медицине в нашей стране. Построен в рамках государственно-частного партнёрства с участием Российского фонда прямых инвестиций. Даже в этом смысле интересно, как всё организовано, надо подумать о возможности распространения подобного опыта и на другие регионы, если это окажется целесообразным. Такие центры, безусловно, являются важной частью системы оказания онкологической помощи в нашей стране.

Онкология остаётся одной из главных причин смертности, она стоит на втором месте после сердечно-сосудистой патологии. Поэтому мы такое внимание уделяем этой проблеме. Сегодня во многих случаях онкология успешно лечится. Хорошая динамика спустя пять и более лет после установления диагноза наблюдается больше чем у половины пациентов. Хотя, конечно, и эти показатели являются недостаточными.

Чтобы изменить ситуацию, добиться лучших результатов, нам нужно разработать и выполнить общенациональную программу по борьбе с онкологическими заболеваниями. Эта задача была поставлена Президентом в послании, в ряде других документов, и она должна обеспечить достижение такой важнейшей нашей стратегической цели, как повышение продолжительности жизни к 2030 году до 80 лет.

В майском Указе Президента №204 определены конкретные целевые показатели, на которые нужно выйти к 2024 году. Главный из них – это снижение смертности от онкологии. Соответствующие цифры известны.

У нас подготовлен новый национальный проект «Здравоохранение». 23 июля по этой теме выступала Министр здравоохранения у меня на совещании. Также Вероника Игоревна (В.Скворцова) была у Президента, докладывала по этому поводу.

Недавно мы рассматривали паспорт проекта на президиуме Совета (Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам). Особое место в нём занимает федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями». В него включён комплекс мер по всем направлениям диагностики и лечения рака, которые будут выполняться как на федеральном уровне, так и в регионах, им сейчас как раз нужно подготовить паспорта своих проектов с учётом единых подходов.

Что нужно сделать, на что я хотел бы обратить внимание в начале нашего совещания?

Первое – это, конечно, профилактика и ранняя диагностика. Как известно, рак в самом начале зачастую протекает без симптомов. И главное здесь – фактор времени. Ранняя диагностика зачастую помогает или полностью излечить человека, или продлить ему жизнь на долгие годы. Я напомню, что ещё 10 лет назад эта болезнь на ранней стадии выявлялась приблизительно в 16% случаев. Сейчас это больше половины, то есть 56%, и мы стремимся к тому, чтобы эти цифры увеличить.

К 2024 году планируем перейти на ежегодный профилактический осмотр всех граждан. А с этого года у нас введён новый порядок проведения диспансеризации. Теперь каждый человек один раз в два года будет проходить скрининг, обследование на самые распространённые виды онкологии. Кроме того, врачи будут уделять повышенное внимание людям с высоким риском развития онкологии – по определённым критериям. Конечно, многое зависит от стремления самих людей проходить диспансеризацию.

Второе – это инфраструктура. Конечно, важно, чтобы, вне зависимости от того, где человек живёт, ему были доступны самые современные методы диагностики. И поэтому просто необходимо сокращать срок от первого обращения к врачу до постановки диагноза и начала лечения.

Для этого мы прорабатываем вопрос о создании во всех регионах межрайонных центров амбулаторной онкологической помощи. Они могут быть созданы на базе имеющихся многопрофильных больниц, работать на муниципальном уровне. Но главное, чтобы в них было всё необходимое оборудование, чтобы специалисты были готовы быстро провести исследования и поставить диагноз.

Параллельно планируем создать в регионах так называемые референс-центры, где в сложных случаях можно перепроверить результаты обследования. Это поможет избежать ошибок в постановке диагноза и, конечно, повысит качество диагностики.

Будем также модернизировать региональные онкодиспансеры и ряд других организаций, у которых есть потенциал и база для лечения онкологии. Фактически нужно создать сеть современных, хорошо оборудованных специализированных центров, которые, используя успешный опыт региональных сосудистых центров, показавших уже, в общем, неплохие результаты, тоже будут работать. По их примеру в регионах может быть внедрена централизованная система организации онкологической помощи. Это значит, что человека сразу будут стараться доставить туда, где ему будет оказана наиболее эффективная помощь, вне зависимости от уровня её сложности. Но, конечно, этого ещё нужно достичь. В том числе речь идёт и о центрах ядерной медицины.

Очень важно, чтобы самое пристальное внимание уделялось детям. Мы недавно приняли решение о расширении и реконструкции Национального медицинского исследовательского центра детской гематологии, онкологии и иммунологии. Там будет построен корпус ядерной медицины, его планируется открыть в 2022 году. На это мы выделяем деньги из федерального бюджета.

Третье – это кадры. Очевидно, что в онкологических центрах должны работать врачи самой высокой квалификации. Причём нужны разные специалисты. Те, кто обслуживает сложнейшие радиотерапевтические комплексы, как, например, здесь есть, создаёт новые препараты, радиотехнологии. Инженеры, радиологи, радиохимики и медицинские физики. Всё это междисциплинарные специалисты, которых мы стараемся сейчас готовить. Ну и, конечно, фармацевты, лаборанты, морфологи и ряд других. Для них будет действовать программа подготовки и переподготовки.

Есть ещё целый ряд дополнительных условий. Об этом подробнее скажет Министр здравоохранения. Пожалуйста, Вероника Игоревна (обращаясь к В.Скворцовой).

В.Скворцова: Я хотела бы ещё раз подчеркнуть, что для того, чтобы исполнить основные национальные задачи, поставленные перед российским здравоохранением (увеличить продолжительность жизни населения и снизить смертность), нам необходимо использовать максимально весь смысловой ресурс. Реализация онкологической программы позволит нам уменьшить число смертей в 2024 году более чем на 23 тысячи и, кроме того, существенно повысить качество жизни наших граждан – и детей, и взрослых.

Важно отметить, что национальный проект «Здравоохранение» построен так, что из восьми федеральных проектов четыре являются направленными, целевыми проектами, связанными с исполнением основных задач, поставленных Президентом в послании и Указе №204, и четыре – это проекты, обеспечивающие, соответственно, возможность реализации первых четырёх.

Борьба с онкологическими заболеваниями тесно сопряжена с реализацией таких федеральных проектов, как развитие национальных медицинских исследовательских центров – кураторов онкологической службы по регионам, обеспечение онкологической программы квалифицированными кадрами, а также создание единого цифрового контура в здравоохранении.

За последние годы, с 2012 по 2017 год, в целом системе здравоохранения удалось увеличить пятилетнюю выживаемость при онкологических заболеваниях и снизить одногодичную летальность. Это произошло благодаря тому, что мы перешли с 2013 года на систематическую диспансеризацию, включившую в свой состав онкологические скрининги, и сумели в несколько раз увеличить раннюю выявляемость онкологических заболеваний. Причём для заболеваний, которые наиболее распространены на территории нашей страны (скажем, репродуктивной системы женщины, онкологические заболевания молочной железы), у нас ранняя выявляемость (первая, вторая стадии) уже превысила 70%. Это и дало возможность резкого снижения летальности и смертности.

Стандартизованные показатели смертности в нашей стране практически соответствуют средним по Европейскому союзу. Имеются в виду стандартизованные показатели по структуре населения стран. Вместе с тем мы пока ещё отстаём по выявляемости, в том числе ранней выявляемости, и первичная заболеваемость у нас на треть ниже, чем в странах Европы. И отстаём по показателю одногодичной летальности. Мы сумели выйти на 22,5%. В Евросоюзе этот показатель ниже 16%.

Важно отметить, что у регионов, которые сумели при подготовке программы включить основные координирующие механизмы, показатели уже соответствуют европейским и даже ниже европейских. Мы находимся на территории Московской области. Хочу отметить, что, по последним данным (за первую половину этого года), одногодичная летальность – 13,5%. И общая смертность уже ниже среднероссийской, она составила 147 на 100 тысяч. Это один из лучших в мире показателей. То есть наши усилия работают.

По организационной модели онкологической службы, о которой Дмитрий Анатольевич уже рассказал. Я хотела бы только отметить следующее: первой, базовой ступенью является формирование системы, когда каждый человек может пройти онкоскрининг на все основные виды рака. И кроме того, когда все врачи – и первичного звена, и узкие специалисты – будут иметь тотальную онконастороженность и не пропускать первые признаки онкологических заболеваний.

Для этого в конце 2016 года была разработана дистанционная образовательная программа. Она внедрена с начала прошлого года. 80% терапевтов первичного звена уже сертифицированы по этой программе, и сейчас она распространяется на врачей общей практики, педиатров и узких специалистов.

Второй уровень: при подозрении больные направляются в межрайонные амбулаторные онкологические центры, которые формируются в населённых пунктах с населением от 50 тысяч человек на базе уже существующих многопрофильных стационаров, консультативно-диагностических центров и поликлиник.

Как Вы уже сказали, мы планируем сформировать 18 референс-центров, по шесть по каждому направлению. Это томографические исследования – МРТ, КТ. Они находятся в каждом федеральном округе (два округа соединены – Южный и Северо-Кавказский). Каждый федеральный округ имеет референс-центр, и они выходят на федеральные, головные референс-центры. Важно отметить, что они все в едином цифровом контуре, и цифровые изображения могут дистанционно передаваться – МРТ, КТ, морфология, иммуногистохимия.

И третье направление, наиболее новое для нашей страны, – молекулярная генетика для определения опухолевых мутаций.

Главная задача всей диагностической системы сводится к тому, что мы, где бы человек ни проживал, должны формировать правильно код онкологического заболевания по международной классификации, который включает не только локализацию и стадию процесса, но и правильно поставленный морфологический и иммуногистохимический диагноз и генетику мутаций. Важно отметить, что даже если один компонент – генетика – различается, то при всех остальных схожих тем не менее применяются разные международные протоколы. Например, рак молочной железы – пять протоколов, отличающихся только генетической мутацией.

В настоящее время подготовлено 77 клинических рекомендаций и 940 моделей пациентов – онкологических больных. Каждый протокол полностью создан в виде алгоритма и, что самое главное, полностью разбит на клинико-статистические и экономические группы, которые позволили нам просчитать стоимость каждого клинического протокола.

Кроме того, клинические рекомендации включают утверждаемые нормативно критерии качества, которые ложатся в основу регламентов экспертизы качества медицинской помощи.

Я бы хотела отметить, что, пока не сформирован единый цифровой онкологический контур, мы ввели специальную систему учёта лечения и диагностики онкологических заболеваний через систему обязательного медицинского страхования, добавив дополнительные поля, которые нам показывают, какие клинико-статистические группы используются, какие химиотерапевтические препараты используются, объём и качество оказываемой помощи. Пока это позволяет собирать информацию и ретроспективно оценивать ситуацию за прошедший месяц. Будущее системы управления качеством сводится к тому, что в рамках единого контура будет введена система электронного бенчмаркинга и по каждому пролеченному случаю будет определяться качество лечения и полнота оказанной помощи.

Как я уже отметила, центры амбулаторной онкологической помощи не будут в рамках программы строиться или создаваться сызнова. Они формируются на базе уже существующей инфраструктуры, которой у нас достаточно, и фактически меняют логистику и маршрутизацию пациентов при подозрении на онкологическое заболевание.

В то же время для нас принципиально, что, как только мы понимаем, какой клинический протокол нужен для лечения пациента, он должен направляться в то онкологическое учреждение, которое может оказать помощь в соответствии с этим протоколом. И в идеале это должна быть одноэтапная система, за исключением случаев, когда биопсия возможна только интраоперационно. В этом случае система является двухэтапной.

На сегодняшний день в стране 96 онкологических диспансеров. Общее количество коек превышает 37 тыс. Это лучше рекомендуемых международных показателей. То есть обеспеченность у нас формально достаточная. И в рамках программы мы предлагаем модернизировать имеющиеся региональные онкологические центры или онкологические отделения многопрофильных больниц в соответствии с принятым уже порядком, паспортом минимально достаточным. Мы предложили всем регионам 146 позиций оборудования, включающих всё необходимое тяжёлое оборудование, в том числе радиологическое. И по этому перечню будет проходить переоснащение.

В настоящее время на территории нашей страны уже 56 ПЭТ-сканеров. Из них две трети – частные ПЭТ-сканеры, которые работают в системе государственных гарантий, по тарифам программы государственных гарантий бесплатного оказания помощи, это система ОМС. На межрегиональном уровне опции будут несколько расширены за счёт работы «горячих коек» и таких методов, как брахитерапия.

И конечно, возглавляют нашу пирамиду, систему федеральные центры, которые обладают опциями в том числе протонной терапии. Сейчас у нас работают два протонных ускорителя, но в декабре будет сдан центр в Димитровграде и добавятся ещё четыре протонных ускорителя, в том числе детский и ускоритель для микрообъектов.

Таким образом, проект состоит из 11 групп мероприятий, все они проработаны, в том числе со всеми 85 субъектами Российской Федерации. Они все финансово оценены. И мы очень надеемся, что реализация совместно с регионами всех 85 региональных сегментов единого федерального проекта позволит нам выйти на те показатели по снижению смертности, летальности и улучшению выживаемости после онкологических заболеваний и качества жизни, которые ставите перед нами Президент и Вы.

А.Воробьёв: Для нас очень важно, что совещание по одному из национальных проектов по актуальной теме – борьба с онкологией – проходит у нас здесь, в Подмосковье.

Мы системно работаем в рамках указа Президента по снижению общей смертности. Благодаря поддержке Правительства России нам удалось добиться заметных результатов – смертность снижена на 20% за последние пять лет.

Первая большая программа, которая нами совместно с федеральным Правительством была реализована, – по строительству сердечно-сосудистых центров. Эти центры позволили нам в полтора раза снизить смертность от инфарктов и инсультов, это 20 тысяч сохранённых жизней за пять лет.

Мы также завершили большую президентскую программу по развитию родовспоможения. Мы в прошлом году сдали пять перинатальных центров. И сегодня в Подмосковье смертность упала практически в два раза и составляет 3,7 промилле (пять лет назад было почти 8). Такой результат достигнут во многом благодаря созданию трёхуровневой системы родовспоможения, где третий, наивысший уровень – это центры материнства и детства, перинатальные центры.

Что касается онкологии, мы также выстраиваем трёхуровневую систему. За пять лет нам удалось снизить смертность от онкологии на 24%: было 230 случаев на 100 тыс., сейчас 170. Мы в России переместились с 70-го места на 23-е. Это заметный прорыв. Каким образом мы добились этого результата? Вы в своём выступлении сказали, что диспансеризация и раннее выявление онкологии – залог решения этой проблемы, победы над этой болезнью. Поэтому мы очень активно оснащаем наши консультативно-диагностические центры. Очень активно рекламируем диспансеризацию. Сегодня у нас каждый человек может своевременно пройти диспансеризацию. За 2018 год мы выявили 13 тыс. случаев онкологии, из них на ранней стадии – половину.

Что касается инфраструктуры по борьбе с раком, за последнее время мы тоже серьёзно продвинулись. Онкорадиологический центр, на территории которого мы находимся, – этот комплекс сдан в конце прошлого года. Два ПЭТ-центра, радиологических корпуса, – здесь, в Балашихе, и Подольске – самые ультрасовременные в стране. И с первого дня по системе ОМС (то есть не нужно платить дополнительные средства) наши граждане могут получать здесь лечение и проходить высококачественное обследование.

Мы активно внедряем телемедицину, то есть второе мнение. Количество тяжёлого оборудования у нас растёт: МРТ, КТ-обследования. В 8–10% случаев врачи пользуются вторым мнением, чтобы наиболее точно поставить диагноз. Конечно, особое внимание уделяется новообразованиям. И каждый врач, работающий на таком оборудовании, безусловно, особое внимание обращает на эти проблемы.

Что касается наших планов на будущее, то наш онкологический центр не справляется, поэтому мы хотели бы войти в федеральную программу – построить новый современный комплекс. Сегодня главный врач сказал, что каждый день в нашем центре делается 30 операций, а потребность практически в два раза больше. Мы очень надеемся, что в ближайшее время завершим проектирование и приступим к созданию этого очень важного для нашего региона проекта. Что касается КДЦ, то мы хотим его дооснастить и проводить химиотерапию в амбулаторных условиях. Это тоже очень востребовано. Спасибо РФПИ, эти два современных комплекса построены, как Вы заметили в своём выступлении, по концессии – мы не затратили бюджетных средств.

Что касается медицины вообще, то на встречах с жителями озвучивается огромный запрос на модернизацию здравоохранения. Мы стараемся уделять внимание высоким технологиям, но, конечно, не забываем о первичном звене – привлечении терапевтов, педиатров, своевременном снабжении лекарствами наших стационаров. Ведётся масштабная работа: за пять лет мы увеличили бюджет на здравоохранение со 120 млрд до 170 млрд рублей. Это всё делается в рамках федеральных решений, указа Президента.

Очень рассчитываем, что наша совместная работа, привлечение лучших врачей в эти центры даст заметный результат.

Россия. ЦФО > Медицина > premier.gov.ru, 25 июля 2018 > № 2685419 Дмитрий Медведев


Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > kg.akipress.org, 23 июля 2018 > № 2683630 Ноокатбек Идрисов

Анализ системы борьбы с коррупцией в Кыргызстане, её основные недостатки и рекомендации по повышению эффективности

Ноокатбек Идрисов

Ноокатбек Идрисов, заместитель председателя Общественного совета Министерства экономики КР

К сожалению, даже после двух революций, в Кыргызстане не удается снизить уровень коррупции. В мировом рейтинге по уровню коррупции Transparency International за 2017 год Кыргызстан занял 135 место (среди 180 стран) и находится позади всех стран ЕАЭС (Казахстана, России, Армении, Беларусь), а также ряда других стран СНГ.

Некоторые государственные чиновники говорят о том, что для существенного снижения уровня коррупции в стране необходимо время. Однако эти аргументы являются не состоятельными, так как прошли уже более 8 лет со дня Апрельской революции 2010 года, - времени для снижения уровня коррупции было достаточно. К примеру, Грузия, где в 2004 году также произошла революция, до революции, как и Кыргызстан, была страной с тотальной коррупцией во всех сферах жизни, но она после революции смогла за короткий срок существенно снизить уровень коррупции, сейчас она занимает в мировом рейтинге высокое 46 место.

В чем причина, почему в Кыргызстане не удается снизить уровень коррупции?

Опыт стран мира, которые смогли существенно снизить уровень коррупции (Сингапур, Грузия, Эстония и другие), показывает, что привлечение к ответственности лиц виновных в коррупции очень важно, но этого не достаточно, одними карательными мерами невозможно снизить уровень коррупции. Для существенного снижения уровня коррупции нужно применять комплекс мер, состоящий из следующих 4 групп мероприятий:

1) создание благоприятных условий для работы в государственных органах;

2) создание эффективных, прозрачных, справедливых процедур и механизмов в работе государственных органов и регулировании общественных оношений, широкое использование современных технологий, совершенствование иниститутов гражданского участия в принятии решений государственными органами;

3) усиление мер ответственности, применение принципа неотвратимости наказания за коррупцию;

4) повышение понимания гражданами опасности и вреда коррупции для развития страны.

К сожалению, руководство Кыргызстана в борьбе с коррупцией делает упор в основном на карательные меры, не уделяя достаточного внимания другим мерам, входящим в вышеуказанный комплекс. К тому же, даже карательные меры применяются в Кыргызстане в недостаточной степени: временами активно (когда вновь избранные Президенты страны только вступают в должность), далее - по истечении одного-двух лет – активность идет на спад и борьба с коррупцией в стране постепенно становится похожей на борьбу в цирке. Возможно, многие видели шуточную борьбу в цирке, когда два борца выскакивают на арену, захватывающе борются друг с другом, зрители наблюдают с огромным интересом и азартом, но в конце оказывается, что это был один человек, который надев манекены двух борцов, имитировал борьбу…

Ниже будет раскрыто содержание входящих в вышеуказанный комплекс 4-х групп мероприятий.

1. Создание благоприятных условий для работы в государственных органах

В Кыргызстане после первой революции в 2005 году, если не ошибаюсь в 2007 году, в первые опубликвали в СМИ объявление о конкурсе на замещение 30 вакантных должностей в Финансовой полиции, куда раньше брали на работу исключительно “за незаконное вознаграждение” или по “просьбе” высокопоставленных чиновников. Для того чтобы показать общественности, что конкурс будет справедливым и прозрачным, организаторы включили в конкурсную комиссию представителей НПО, ход конкурса широко освещался в СМИ. Конкурс был сумашедшим: на 30 вакантных мест было подано более 1 500 заявлений, то есть на одно место претендовало более 50 человек. Народ был доволен тому, что руководство страны отказалось от коррупционных схем в этом деле и применяет справедливые демократические процедуры. Однако, когда в СМИ опубликовали размеры заработной платы в этих должностях, общесвенность была разочаровна – заработная плата составляла всего лишь 7 000 сомов в месяц. У всех здравомыслящих людей тогда возник вопрос: с какой целью принимают участие в конкурсе на эту должность эта армия кандидатов из 1 500 человек, почему они так сильно хотят работать в Финансовой полиции, неужели из-за заработной платы 7 000 сомов в месяц? Аналогичную картину можно наблюдать в “ГАИ”, государственной налоговой службе, таможне и ряде других государственных органах, где заработная плата также небольшая, а претендентов желающих работать в этих государственных органах – огромное количество. Естественно, порядочные граждане, кто решил жить в этой жизни своим честным трудом, даже не принимают участия в конкурсах для работы в этих государственных органах, так как на такую низкую заработную плату прокормить семью - невозможно. В эти государственные органы в основном идут работать граждане, которые рассчитывают обогатиться незаконным путем, получая незаконое вознаграждение за счет использования в личных интересах государственных властных полномочий. Известно, что многие из них стали самыми богатыми гражданами страны за счет коррупционных доходов.

Давайте зададим себе вопрос – если все оставить как есть, можно ли искоренить коррупцию в госдуарственных органах одними карательными мерами? Конечно – нет. Если даже всех коррупционеров “поймать за руку” и посадить в тюрьмы, на их места (с небольшой заработной платой) не пойдут работать добропорядочные граждане, на их места с удовольствием пойдут “работать” новые потенциальные коррупционеры (к сожалению, таковых в нашем обществе не мало). В таком случае борьба с коррупцией в стране будет похожа на эпизод в русской народной сказке, когда богатырь отрубает по одной головы семиглавого Змея Горыныча, а вместо отрубленных голов вырастают новые. Если в борьбе с коррупцией делать упор только на карательные меры и кардинально не менять условия работы государственных служащих, она будет бесконечной и безрезультатной, – пройдут еще 20 лет, а Кыргызстан все еще останется в мировом рейтинге по уровню коррупции примерно на том же 135 месте или даже коррупции в стране станет еще больше.

Условия труда в государственном секторе должны быть не хуже чем в бизнес и некоммерческом секторах. Необходимо создать благоприятные условия для работы государственных служащих: увеличить им заработную плату (на сегодняшний день ежемесячная заработная плата государственных служащих должна быть как минимум в 3 раза выше среднемесячной заработной платы по стране), создать условия для обеспечения их доступным жильем, обеспечить их дополнительным добровольным медицинским страхованием. Иначе коррупцию в государственных органах - не искоренить. Мы могли бы использовать опыт Грузии, где после революции был создан специальный фонд для повышения оплаты труда государственных служащих, куда перечислялись средства от международных организаций и других стран, которые хотели помочь Грузии в переходный период пока страна не найдет внутренние постоянные источники для повышения оплаты труда государственных служащих. В Кыргызстане необходимо создать аналогичный фонд, куда кроме помощи международных организаций и других дружественных развитых стран, также можно было бы перечислять часть средств от конфискации имущества осужденных коррупционеров.

В крайнем случае, средства для увеличения заработной платы в государственных органах в Кыргызстане можно найти в сегодняшних условиях самостоятельно без посторонней помощи, - путем объединения должностей. Например, вместо трех государственных служащих можно нанять одного высококвалифицированного специалиста и, соответственно, заработную плату, которая ранее выплачивалась троим государственным служащим (например, по 15 000 сомов) – платить одному (в размере 45 000 сомов в месяц).

Если должностные оклады государственных служащих будут в 3 и более раза выше среднемесячной заработной платы по стране, при объявлении конкурсов на вакантные должности в государственных органах, заявления для участия в конкурсах начнут подавать добропорядочные граждане. Их добросовестный труд приведет к снижению в стране уровня коррупции.

2. Создание эффективных, прозрачных, справедливых процедур, использование современных технологий, совершенствование институтов гражданского участия

Для снижения в стране уровня коррупции необходимо уделять больше внимания мерам предотвращения и предупреждения коррупции.

Например, основной причиной коррупции в сфере налогообложения является неразумная налоговая система страны. Для искоренения коррупции в этой сфере необходимо установить оптимальную, справедливую налоговую систему, чтобы предприниматель мог платить легально все налоги, предусмотренные законом, и при этом получать прибыль и расширять свой бизнес. Тогда предприниматель перестанет скрывать свои доходы, бояться налоговых проверок и давать взятки представителям налоговой службы. Общественные советы государственных органов опубликовали свой анализ и рекомендации о том, как оптимизировать налоговую систему и систему страховых взносов в Социальный фонд на сайте АКИpress и сайте общественных советов (http://osgo.kg/index.php?act=view_blog&id=15). Согласно данным рекомендациям налоги, страховые взносы и иные обязательные платежи в совокупности - не должны превышать 1/3 часть дохода предпринимателя.

Успешным примером создания нового эффективного механизма для искоренения коррупции стала созданная недавно электронная очередь при приеме детей в детские сады. Министерство образования поручило независимой организации создать и администрировать сайт, где размещена электронная очередь в детские сады. Родители детей самостоятельно заходят на этот сайт и ставят своих детей в очередь для приема в тот или иной детский сад, а детские сады обязаны соблюдать данную электронную очередь при приеме детей в их учреждение. Это хороший пример использования современных, прозрачных технологий в целях искоренения коррупционной схемы.

Другим замечательным примером искоренения еще одной коррупционной схемы является общереспубликанское тестирование (ОРТ) при приеме выпускников школ в университеты. Многие граждане помнят, лет 15 назад в стране процветала коррупция при поступлении выпускников школ в университеты. К счастью, тогда придумали и начали применять ОРТ, благодаря которому была искоренена коррупция при поступлении в университеты. Благодаря применению ОРТ уже многие годы в университеты без коррупции поступают самые образованные, талантливые выпускники школ, независимо от социального статуса их родителей. Несколько лет назад один из депутатов прошлого созыва Парламента постоянно критиковал ОРТ и предлагал заменить его на другой механизм. К счастью, он не успел реализовать свою разрушительную идею, позднее в отношении него было возбуждено уголовное дело по обвинению в коррупции при устройстве выпускников в один из университетов за незаконное вознаграждение. После этого случая общественности стали ясны его истинные цели – для чего он хотел «реформировать» ОРТ, - очевидно - хотел адаптировать его под свои коррупционные цели для незаконного обогащения.

Мы должны беречь каждый эффективный механизм, который избавил нас от коррупции в той или иной сфере, совершенствовать их и приумножать их количество. Там где существуют устойчивые коррупционные схемы необходимо создавать новые прозрачные, справедливые процедуры, использовать современные технологии, совершенствовать институты гражданского участия в принятии решений государственными органами. К примеру, созданные в 2010 году общественные советы государственных органов начинают приносить пользу стране, осуществляя общественный мониторинг над деятельностью государственных органов, предлагая им альтернативные более эффективные пути решения существующих в стране проблем в различных сферах, в том числе по снижению уровня коррупции.

В настоящее время перед нашей страной стоят серьезные вызовы, одним из которых является - судебная реформа. Опросы общественного мнения показывают, что суды являются одним из самых коррумпированных государственных органов со времен обретения страной независимости. Сможем ли мы очистить суды от коррупции? С 2010 года в стране предпринимаются попытки реформирования судебной системы путем (1) создания Совета по отбору судей, (2) установки в кабинетах судей видеокамер, (3) публикации судебных решений в Интернете, (4) принятия новых кодексов (Уголовного, Уголовно-процессуального и других). Однако эти меры оказались недостаточными и неэффективными, поскольку не привели к уменьшению коррупции в судах. Для искоренения коррупции в судах, согласно теории построения современного демократического государства, в Конституции страны необходимо применить деление власти на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную. При этом судебная ветвь должна быть независимой от других ветвей власти. К сожалению, Конституция Кыргызстана не предусматривает независимость судебной ветви власти, это является одним из её основных недостатков (среди множества других). В развитых демократических странах судебная ветвь независима от других ветвей власти. К примеру, недавно в новостных сайтах была опубликована информация о том, что в Верховный суд США отменил несколько решений Президента Трампа. Можно ли представить такое в Кыргызстане? К сожалению - нет, в нашей стране судебная система полностью зависима от Президента, для судей нашей страны Президент это «царь и бог». Для искоренения коррупции в судебной системе необходимо: во-первых, сделать её независимой от Президента и Парламента; во-вторых, установить судьям высокую заработную плату; в третьих, установить над ними общественный контроль. Общественные советы предложили альтернативный способ проведения судебной реформы, он был опубликован ранее на сайте АКИpress и сайте общественных советов (http://osgo.kg/index.php?act=view_blog&id=16), а также направлен Президенту страны1 по почте. Сегодня успех или провал в проведении судебной реформы в стране зависит от Президента. Ключевой вопрос в том – «отпустит ли Президент судебную систему на свободу», сделает ли он её независимой, инициировав соответствующие поправки в Конституцию страны? Либо он (также как его предшественники) будет держать суды зависимыми от себя, чтобы они принимали выгодные ему решения (когда это ему необходимо), а взамен они получали возможность превращать другие судебные дела в тайный аукцион между сторонами судебного дела, по принципу – кто больше даст взятку - тот и победит в процессе? В таком случае в судебной системе не будет искоренена коррупция. Надеемся, что действующий Президент страны проведет успешную судебную реформу, сделает независимой судебную ветвь власти и искоренит в судах коррупцию.

Государственные органы, в тех случаях, когда они сами не могут найти пути искоренения коррупции в той или иной сфере, - должны объявлять конкурсы среди граждан для нахождения эффективных механизмов. В настоящее время руководители страны могли бы создать специальный Интернет сайт и размещать там объявления о конкурсах по искоренению коррупции в тех или иных сферах. В настоящее время можно было бы объявить конкурсы для искоренения следующих устоявшихся в стране коррупционных схем:

1) коррупции в университетах, когда неуспевающие студенты покупают зачеты, оценки и даже дипломы;

2) коррупции в таможне при ввозе товаров из других стран, за сокрытие или уменьшение объемов товаров и снижение размеров таможенных платежей;

3) коррупции при налогообложении предпринимателей (за сокрытие или уменьшение доходов и занижение размеров налогов);

4) коррупции при устройстве на работу в государственные органы и учреждения;

5) коррупции при получении разрешения на строительство;

6) коррупции при подключении к электрическим сетям вновь построенных объектов (заводов, фабрик, цехов, домов и иных объектов);

7) коррупции в работе правоохранительных органов;

8) коррупции при государственных закупках;

9) коррупции в судебной системе;

10) и многих других сотен коррупционных схем.

Инициативные граждане, которые найдут пути искоренения коррупции в этих сферах, могли бы размещать на данном сайте свои анализы и рекомендации. Конкурсная комиссия могла бы проводить по каждой коррупционной схеме открытые общественные слушания, где авторы лучших рекомендаций могли бы презентовать свои рекомендации, ответить на вопросы других участников, а по итогам обсуждения - доработать свои рекомендации с учетом поступивших предложений и комментариев. Далее конкурсная комиссия могла бы подвести итоги конкурса, а государственные органы могли бы начать реализацию лучших рекомендаций.

3. Усиление мер ответственности, применение принципа неотвратимости наказания за коррупцию

Существенную роль в снижении уровня коррупции играет привлечение к ответственности лиц виновных в коррупции, применение принципа неотвратимости наказания за коррупцию. Как известно, в Кыргызстане некоторые государственные чиновники, обогатившиеся незаконным путем, записывают свое имущество на своих родственников, чтобы сохранить его в случае привлечения их к уголовной ответственности. Для решения данной проблемы необходимо в стране ввести декларацию доходов, имущества и расходов всеми гражданами, чтобы каждый гражданин объяснил налоговым органам их источники. Лиц, причастных к сокрытию доходов коррупционеров, необходимо привлекать к уголовной ответственности вместе с ними как их пособников, также с конфискацией имущества.

Из практики борьбы с коррупцией в Кыргызстане в прошлые годы видно, что меры ответственности за коррупцию в стране слишком мягкие. Один из осужденных за коррупцию высокопоставленный государственный чиновник отсидел в тюрьме всего лишь 3 года и вышел на свободу, второй осужденный за коррупцию государственный чиновник (входящий в список 100 богатейших людей страны), отсидев немного, - откупился (заплатив государству определенную сумму) и вышел на свободу. За аналогичные преступления в других странах применяют самые строгие меры наказания – высшую меру или пожизненное лишение свободы с конфискацией имущества. В Кыргызстане также необходимо максимально усилить наказание за коррупцию.

4. Повышение понимания гражданами вреда коррупции для развития страны

Рейтинг Всемирного банка Doing Business, который показывает на уровень условий для ведения бизнеса созданных в той или иной стране, ярко демонстрирует, что коррупция стала существенным барьером для роста экономики Кыргызстана. Как известно, Кыргызстан вступил в Евразийское экономическое сообщество (ЕАЭС) 12 августа 2015 года. При вступлении страны в ЕАЭС мы рассчитывали на то, что Кыргызстан (будучи маленькой страной) сможет быстро создать лучшие условия в ЕАЭС для ведения бизнеса, привлечь инвестиции и, используя большой рынок ЕАЭС, добьется роста своей экономики. Руководство страны тогда также не раз обещало создать в Кыргызстане «рай для бизнеса». Однако, в настоящее время, когда уже прошли почти 3 года со дня вступления Кыргызстана в ЕАЭС, к сожалению, мы видим противоположную картину: в рейтинге Doing Business за 2017 год Кыргызстан занял 75 место, когда другие страны ЕАЭС заняли с 35 по 40 места. То есть условия для ведения бизнеса в других странах ЕАЭС в два раза лучше, чем в Кыргызстане, «рай для бизнеса» создали не мы, а другие страны ЕАЭС. Соответственно, инвестиции идут не в Кыргызстан, а в другие страны ЕАЭС; растет экономика не Кыргызстана, а других стран ЕАЭС.

Как видно из вышеприведенной таблицы, самые низкие оценки в рейтинге Doing Business Кыргызстан получил по следующим 3 параметрам из 10:

1) №3 Подключение к электрическим сетям - 163 место (среди 190 стран). Оценка в рейтинге по данному параметру отражает реальную картину. Действительно при подключении новых объектов, в том числе новых предприятий, к электрическим сетям существует коррупция. Некоторые предприниматели, купив дорогостоящее оборудование за рубежом, не могут получить разрешение на подключение к электрическим сетям и, в связи с этим, их предприятия не могут начать свою работу.

2) №7 Налогообложение – 148 место. Оценка в рейтинге по данному параметру также отражает реальную картину. Как уже выше отмечалось, неразумная, несправедливая налоговая система привела к коррупции в сфере налогообложения. Предприниматели, за незаконное вознаграждение инспекторам налоговой службы, скрывают или занижают свои доходы. Неразумные налоги являются одной из причин отсутствия инвестиций в экономику страны.

3) №9 Обеспечение исполнения контрактов – 141 место. Оценка в рейтинге по данному параметру также отражает реальную картину. Ключевую роль в обеспечении исполнения контрактов должны играть суды, которые в Кыргызстане, как уже было отмечено выше, тотально коррумпированы. Столкнувшись с неисполнением контрактов и не найдя справедливости в суде, добросовестные инвесторы терпят убытки и переносят свой бизнес в другие страны.

Таким образом, причинами низких баллов Кыргызстана по всем трем вышеперечисленным параметрам в рейтинге Doing Business является коррупция. Данный факт еще раз доказывает то, что коррупция стала существенным барьером для роста экономики страны, следовательно - для улучшения жизни граждан.

Давайте сравним два мировых рейтинга: (1) рейтинг по уровню коррупции Transparency International за 2017 г. (приведенный в начале данной статьи) и (2) рейтинг по уровню внутреннего валового продукта (ВВП) на душу населения2, выдержки из которого приведены в таблице ниже. Уровень ВВП на душу населения – является (как правило) показателем уровня жизни граждан в той или иной стране. Обратите внимание, - последнее место в обоих рейтингах занимает Сомали.

Сравнивая эти два рейтинга можно увидеть определенную социально-экономическую закономерность: чем выше уровень коррупции в той или иной стране, тем беднее живет её население, и наоборот - чем ниже уровень коррупции в той или иной стране, тем выше уровень жизни её населения. К сожалению, Кыргызстан в рейтинге по уровню ВВП на душу населения (или уровню жизни граждан) среди 230 стран мира занимает 184 место, - это говорит о том, что наша страна входит в число бедных стран мира. В бедных странах мира, как правило, живут люди с низким образованием, которые не могут правильно (эффективно) организовать свою жизнь, позволяют некоторым своим «нечистым на руку» «соплеменникам» во власти (то есть - коррупционерам) обманывать себя, пользоваться государственными властными полномочиями в личных интересах для незаконного обогащения.

Нам следует всегда помнить еще об одной социально-экономической закономерности: если не брать в счет некоторые богатые нефтью страны, в странах, где высокий уровень образования граждан – меньше коррупции и высокий уровень жизни, и наоборот, - в странах, где низкий уровень образования – больше коррупции и низкий уровень жизни граждан. К сожалению, уровень образования граждан в Кыргызстане невысок и год за годом продолжает снижаться, особенно в сельской местности. Об этом говорят многие граждане, данный факт также подтверждается результатами участия нашей страны в мировом рейтинге по уровню образования PISA в 2006 и 2009 годах, когда наша страна заняла последние места3.

Оценка в данном рейтинге проводится каждые три года. В 2012, 2015 и 2018 годы наша страна вовсе отказалась от участия в данном рейтинге. Это было ошибкой. Как бы не были неприятны для нас итоги данного рейтинга, в связи с занятием последнего места, Кыргызстан всегда должен принимать в нем участие. Мы должны видеть реальную картину по уровню образования в стране, мы должны видеть - насколько эффективна работа Министерства образования страны, существует ли динамика к повышению уровня образования в стране? Если баллы полученные Кыргызстаном в данном рейтинге не меняются в лучшую сторону, необходимо координировать проводимые реформы в системе образования.

В настоящее время, если не предпринять кардинальных мер и не повысить уровень образования в стране, последствия могут быть плачевными, - страна постепенно может превратиться в одну из беднейших стран мира, которая не способна обеспечить свою безопасность, где царствуют коррупция, нищета, несправедливость и криминал. Для исправления ситуации нужно провести эффективную реформу в системе образования, которая приведет к росту уровня образования и продвинет Кыргызстан в мировом рейтинге в передовые места. Общественные советы государственных органов, предложили эффективный способ проведения реформы в системе образования, он был опубликован ранее на сайте АКИpress и сайте общественных советов (http://osgo.kg/index.php?act=view_blog&id=8). Реализация данного способа приведет к искоренению коррупцию в системе образования, росту уровня образования в стране, продвинет Кыргызстан в мировом рейтинге по уровню образования в передовые места.

Самое лучшее средство против коррупции, - это когда граждане страны понимают, что нарушая общие правила для своей личной выгоды (например, купив в университете оценку, устроившись по знакомству на работу и других случаях), - они наносят вред свой стране, тормозят её развитие. Для граждан, которые понимают это, - коррупция это грязь, которым они боятся замараться. Таких граждан невозможно купить, уговорить или другим путем вовлечь в коррупционное дело. Чем больше число таких граждан в той или иной стране, тем ниже уровень коррупции и наоборот, чем меньше таких граждан - тем выше уровень коррупции. Если мы хотим, чтобы коррупции в нашей стране было меньше, мы должны создать условия для увеличения числа таких граждан, которые живут по принципу – жить честным трудом, соблюдая общие правила, без коррупции. Для этого мы должны в такой школьный предмет как «Обществоведение» включить несколько тем о вреде коррупции, где доходчивым ясным языком разъяснять старшеклассникам о причинах, последствиях, опасности коррупции для развития страны.

Заключение

Было бы замечательно, если бы наш народ оценивал работу Парламента, Президента и Правительства страны в зависимости от улучшения или ухудшения места страны в вышеуказанных мировых рейтингах. Объективная, независимая оценка страны в этих рейтингах, стимулировало бы Парламент, Президента и Правительство к целенаправленной работе по снижению в стране уровня коррупции, росту экономики, применению наилучшей мировой практики, что привело бы к ускоренному развитию страны, повышению уровня жизни граждан.

1 Прочитал Президент эти предложения или нет, - неизвестно. В ответ общественные советы получили отписку из Отдела Аппарата Президента по судебной реформе.

2 https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/rankorder/2004rank.html

3 https://www.theguardian.com/news/datablog/2010/dec/07/world-education-rankings-maths-science-reading

Ниже в таблице можно увидеть место Кыргызстана, других стран ЕАЭС и Грузии в мировом рейтинге по уровню коррупции за 2017 год.

Комплекс мер для снижения в стране уровня коррупции

Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > kg.akipress.org, 23 июля 2018 > № 2683630 Ноокатбек Идрисов


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 20 июля 2018 > № 2680707 Ирина Радченко

Долевая панихида. Решатся ли жилищные проблемы россиян благодаря реформам

Ирина Радченко

Вице-президент Международной академии ипотеки и недвижимости (МАИН)

Достраивать объекты обанкротившейся Urban Group будут в том числе на деньги федерального бюджета и бюджета Московской области. Как теперь будут строить в России и кто возьмет на себя риски? Застройщики, которые привыкли работать по принципу: «утром деньги, вечером — квартиры», доживают последние дни

Турбулентность на рынке новостроек в Подмосковье продолжается. Арбитражный суд Московской области признал банкротами пять строительных компаний, входящих в Urban Group и занимающихся строительством жилых комплексов в Подмосковье. Более 20 000 дольщиков оказались в состоянии неопределенности. Согласно Единому реестру застройщиков, объем обязательств компании составляет более 1 млн кв. м жилья, по 75-ти адресам работы в настоящее время не ведутся.

Как сообщило РИА Новости со ссылкой на вице-премьера Виталия Мутко, сумма обязательств дефолтного застройщика примерно 58-60 млрд руб. Очевидно, что у Фонда защиты прав дольщиков, который создан не так давно, не хватит средств для достройки объектов. Мутко заверил, что фонду помогут — выделят средства из федерального бюджета для решения проблем девелоперской компании.

Никогда такого не было и вот опять

Банкротство крупного застройщика — увы, не новость в последнее время. По данным Минстроя на май 2018 года в России числится 842 объекта в 69 регионах по которым оформлено 80 325 проблемных договоров долевого участия (ДДУ).

Однако Союз обманутых дольщиков насчитывает таковых гораздо больше — до 1 миллиона человек. Разница — в методике признания дома проблемным и в том, что официальная статистика не учитывает договоры, заключенные не в рамках ДДУ (вексельные схемы, договоры предварительной купли-продажи, ЖСК и т.д.)

Родовая травма жилищного строительства

Финансирование строительства многоквартирных домов в России изначально велось по принципу пирамиды: новые дольщики оплачивали очередной этап работ. Но других вариантов не было — банки в большинстве своем считали строительный рынок жилья весьма рискованным и в подобную «русскую рулетку» не играли. И правильно делали, так как при малейшем колебании спроса, стройка останавливалась, и не каждый застройщик находил в себе силы и средства на достройку объектов.

Резкие колебания спроса и остановка хода строительства в виду отсутствия финансирования — одна из самых распространенных причин появления обманутых дольщиков.

Жилье от жулья

Однако это не единственная причина для огорчения несостоявшихся новоселов.

Не секрет, что строительный рынок является коррупционным во многих странах. Но в России объемы коррупции поистине колоссальны. Любое разрешение на строительство или подключение к сетям требует мзды. Причем чиновники иногда «выкручивают строителям руки», когда стройка ведется полным ходом.

Одним из ярких примеров борьбы «чиновник vs застройщик», была история с «красногорским стрелком»: девелопер расстрелял в кабинете чиновников, которые отказались возвращать взятку за отозванное разрешение на строительство.

Есть примеры, когда застройщики испытывали временные трудности, но все же имели намерение достроить дом и выполнить обязательства.

А сколько было проходимцев, которые огораживали кусок земли забором, вывешивали плакат с ценами ниже рынка и просто «гребли деньги лопатой», не удосуживаясь даже вырыть котлован.

Двойные и тройные продажи одной и той же квартиры тоже были повсеместны.

Кто будет крайним?

Желая защитить права граждан, инвестирующих деньги в котлован, государство неоднократно пыталось менять правила игры. В частности, одна из поправок в многострадальный ФЗ №214 предполагала обязательное страхование ответственности застройщика. Большинство экспертов считало эту идею «мертворожденной», так как без перестрахования в крупнейших зарубежных компаниях эта идея была изначально обречена на провал. Западные финансовые санкции и резкое обрушение спроса на квартиры лишь ускорило финал «мертворожденной идеи».

Следующей попыткой защитить дольщиков была идея создания Государственного компенсационного фонда, в который сейчас отчисляется по 1,2% от суммы каждого договора. Однако пройдет немало лет, прежде чем фонд накопит достаточно средств, чтобы достраивать брошенные дома.

Собственно идея с этим фондом — лишь разновидность борьбы с последствиями, а не с причинами. Правильнее было бы регулировать рынок превентивно, чтобы не допускать массовых банкротств.

Храните деньги в банках

Очередным крайним, который должен нести ответственность за обманутых дольщиков, должен стать банковский сектор. Согласно логике законодателя, банкирам вменяется сбор и хранение денежных средств дольщиков и финансирование застройщиков.

Суть счетов «эскроу» заключается в том, что гражданин, покупающий новостройку на стадии строительства, вносит свои средства на специальный счета. Банк блокирует эти средства на период стройки, но при этом он открывает девелоперу проектное финансирование. В случае банкротства застройщика, средства граждан остаются сохраненными и подлежат возврату. Все риски принимает на себя банк.

Такая схема мотивирует банк осуществлять жесткий контроль за ходом строительства, выделяя финансирование частями. Эта практика распространена во многих странах. Например, во Франции покупатель оплачивает будущую квартиру строго поэтапно, согласно графику выполнения застройщиком работ.

Привлечение банка в виде посредника однозначно приведет к удорожанию процесса строительства: помимо собственно стоимости кредитных ресурсов, в себестоимости квадратного метра будет еще включаться анализ бизнес-планов застройщиков, контроль за ходом строительства, регулярный мониторинг расходования средств строительной компанией и так далее.

Рынок недвижимости в России третий год подряд продолжает находится в стадии стагнации — на сегодняшний день с трудом найден баланс между доходами граждан и стоимостью квадратного метра жилья. Повышение стоимости квадратного метра в новостройках за счет дополнительной маржи банков приведет к еще большей затоваренности рынка.

И снижение ипотечной ставки, которое было драйвером на рынке жилья в последние годы, вряд ли способно будет компенсировать разрыв между все уменьшающимися доходами граждан и потенциальным ростом цен на жилье.

Меняйся или умри

Эту фразу, которую приписывают Чарльзу Дарвину, можно порекомендовать всем, кто, так или иначе связан со строительством в России.

Девелоперы, посылавшие всех, у кого нет миллиарда оказались сами там, куда они всех посылали. Истории про 200-300% доходности бизнеса застройщикам и удорожании квартир на 30-40% после сдачи дома частным инвесторам, вряд и повторятся.

Застройщики, которые привыкли работать по принципу: «утром деньги, вечером — квартиры», доживают последние дни.

Рынок поменялся — причем кардинально: в ближайшее время роста не предвидится, а это значит, что нужно менять подход государства к решению жилищных проблем своих граждан.

На банковских депозитах находится 23 трлн рублей частных сбережений. Если хотя бы часть из этих денег задействовать в стройке, проблема с финансированием могла бы быть решена. Для этого необходимо дать возможность частным инвесторам быть совладельцем квадратных метров. Но уже не квартир, как было раньше, а например некоторого количества токенов, которые бы выпускал девелопер под свой проект.

Для этого необходима всего лишь законодательная воля и умение смотреть в будущее, которое стремительно меняется.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 20 июля 2018 > № 2680707 Ирина Радченко


Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 17 июля 2018 > № 2676356 Артур Устимов

Страшная стабильность: когда будет выгодно брать жилье в ипотеку

Артур Устимов

основатель и CEO экосистемы по найму и управлению арендой жилья «Арендатика»

Строительная отрасль переходит на проектное финансирование: девелоперы будут возводить жилье уже не на «бесплатные» деньги дольщиков, а на кредитные, взятые под проценты у банкиров. Жилье неизбежно подорожает. Вопрос: когда? Классическое «быть или не быть?» для покупателя квартиры сегодня звучит как «брать сейчас ипотеку или не брать?»

Накопить денег на полную стоимость квартиры если и могут, то считаные единицы, так что без кредита в любом случае не обойтись. Но если время хоть немного терпит, лучше все еще раз взвесить и выбрать оптимальный момент, учитывая три основных фактора: цены, ставки и собственные финансовые перспективы. Каждый из этих факторов с трудом поддается прогнозированию и имеет плавающий характер. И все же ставки и платежеспособность населения — самые стабильные из них. А вот цена больше зависит от конъюнктуры момента.

Что сейчас с ценами? За час поиска по ключевым словам в интернете будущий покупатель жилья не раз встретит термин «стагнация». Застройщики, правда, предпочитают слово «стабильность». На языке цифр это выглядит так: в конце первого полугодия 2018 года средняя цена предложения на рынке новостроек массового сегмента составила 154 346 рублей за квадратный метр, что на 2,4% выше относительно показателя декабря 2017 года. Не будем забывать и о скидках, диапазон которых, по данным сервиса «Арендатика», составляет 15–24%. Мягко говоря, не впечатляющий показатель на фоне ценовых приростов, которые фиксировались на рынке еще несколько лет назад.

По прогнозам аналитиков, такая «стабильность» на рынке при отсутствии чисто рыночных предпосылок может сохраняться достаточно долго. Но есть фактор, заставляющий отнестись к ритуальным заклинаниям девелоперов «будет дорожать!» всерьез. В конце июня принят закон, направленный на постепенный отказ от привычного для России долевого строительства жилья, когда компании возводят дома в основном за счет средств граждан (дольщиков).

Несовершенство такой схемы, полагают федеральные власти, привело к появлению огромного числа обманутых граждан, вложившихся в покупку жилья, но так и не получивших его. Теперь в цепочке «покупатель — застройщик» появится и третий, ключевой игрок — банк. На первом этапе реформы (с 1 июля 2018 года) серьезно ужесточатся требования к стройкомпаниям, на втором (с 1 июля 2019 года) застройщики должны будут перейти на использование эскроу-счетов в уполномоченных банках, где будут храниться средства граждан. Финалом же станет переход рынка на проектное финансирование девелоперских проектов, когда застройщикам придется реализовывать проекты только с помощью собственных средств и привлеченных в банках кредитов. Сроки перевода рынка на новые рельсы в конце 2017 года назвал президент России. Это три года.

Такая поэтапность имеет прямое отношение к интересующему нас фактору — динамике цен. Умеренный рост цен уже был отмечен в начале июля — в пределах 3–5%. Но это было скорее плановое повышение — подорожали у застройщиков, как правило, объекты с высокой строительной готовностью. Напрямую же к законодательным изменениям это пока мало относится.

А вот общерыночного роста цен, связанного с рядом дополнительных финансовых обязательств девелоперов, прописанных в вышеупомянутом законе, следует ждать не раньше конца года. Но, как признают сами строители и эксперты, такой рост не будет существенным и долговременным из-за низкой покупательной способности населения. Переход на эскроу-счета может иметь аналогичный эффект. А вот полноценный переход на проектное финансирование строек скажется на стоимости жилья, прежде всего потому, что этот механизм предполагает продажу клиентам только готового (вторичного) жилья, которое, как известно, априори дороже новостроек.

Ставки по ипотеке

На рынке ипотеки уже достаточно долго плавно снижаются средние ставки. По данным «Дом.рф» (ранее АИЖК), в начале 2016 года ставка составляла 12,5%, в начале 2017 года — 11,84%, а конце прошлого года — 9,75% (был пробит исторический для рынка рубеж 10%). В этом году темпы снижения ставки немного замедлились: по итогам апреля она составила 9,57% (в том числе по кредитам на новостройки — 9,43%). То есть за 4 месяца падение составило всего 0,18 процентных пункта. Впрочем, этому факту есть объяснение. Дело в том, что 23 марта Центробанк оставил ключевую ставку на уровне 7,25% годовых. Такое же решение было принято и 15 июня текущего года.

Не секрет, что именно на ставку рефинансирования Центробанка ориентируются государственные и частные банки при формировании своей кредитной политики. До марта ключевая ставка поступательно снижалась, а вслед за ней и ставки по ипотеке. Каким будет следующее решение ЦБ, сказать сложно даже экспертам. В этих условиях потенциальному заемщику, которому в данном случае важны даже доли процентов, остается ориентироваться на последний официальный прогноз «Дом.рф»: во втором полугодии ставки опустятся ниже 9%, а при стабилизации макроэкономических условий могут достигнуть 8–8,5%. Можно вспомнить о сверхзадаче, не так давно поставленной главой государства, существенно повысить обеспеченность россиян жильем за счет снижения ставки по ипотеке до 7%. Впрочем, конкретных сроков не называлось.

Доходы населения

Последний из факторов — платежеспособность заемщика, которому не только нужно получить кредит, но и выплачивать по нему проценты, — имеет двойственный характер. Последние новости от Росстата: рост реальных доходов населения в годовом выражении в мае составил лишь 0,3% после роста на 5,7% в апреле, 4,7% в марте и 4,4% в феврале. В то же время потребительские цены в мае выросли в среднем на 0,4%, а бензин подорожал сразу на 5,6%.

При этом в Минэкономразвития прогнозируют рост реальных доходов россиян в текущем году на уровне 3,4–3,9%. Ориентироваться на эти цифры или нет — решать только вам самим, жизненные ситуации у потенциальных ипотечных заемщиков, как правило, не привязаны к усредненным показателям. Если квартирный вопрос нужно решать здесь и сейчас и для этого в принципе сложились неплохие условия, может быть, и стоит рискнуть.

Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 17 июля 2018 > № 2676356 Артур Устимов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 12 июля 2018 > № 2674231 Дмитрий Медведев, Максим Орешкин

Заседание Правительства.

Основной вопрос повестки – об ускорении темпов роста инвестиций в основной капитал и повышении их доли до 25% валового внутреннего продукта.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сегодня у нас в повестке несколько важных вопросов. Они все важные, но есть и фундаментальные по своему значению. Прежде всего мы рассмотрим комплекс мер по кардинальному улучшению ситуации в инвестиционной сфере.

Вступительное слово Дмитрия Медведева на заседании Правительства

Напомню, что в послании Президента была обозначена задача по доведению доли инвестиций в основной капитал в валовом внутреннем продукте до 25%, в первую очередь для направления их на модернизацию и технологическое обновление реального сектора экономики. Это задача сложная, масштабная, рассчитанная не на один год, но без её решения мы вряд ли сможем добиться необходимых темпов экономического роста, не сможем стабильно развиваться при той конкуренции, и экономической, и политической, и технологической, которая существует. Надо скоординировать действия всех участников, подключить экспертов, бизнес и распределить ресурсы, которыми мы располагаем.

Минэкономразвития по моему поручению подготовило проект плана. Министр экономического развития об этом несколько подробнее расскажет. Я назову несколько принципиальных моментов.

Работа будет структурирована по четырём блокам. Во-первых, это системные меры по улучшению инвестиционного климата и снижению издержек бизнеса. Речь идёт о том, чтобы деловая среда стала более стабильной и комфортной для частных инвесторов, чтобы мы создали условия на макроуровне и поддерживали их в дальнейшем, обеспечили предсказуемые правила игры в области неналоговых платежей и тарифного регулирования, довели до завершения реформу контрольно-надзорной деятельности.

Во-вторых, надо активнее решать инфраструктурные проблемы, они остаются одним из главных препятствий для инвестиций. По сути, нам предстоит создать высокотехнологичный «инфраструктурный каркас» для инвестиций, который поможет каждому региону найти собственные точки роста.

Мы приняли решение о создании Фонда развития – это серьёзный ресурс. Надо определить механизмы инвестирования этих денег, порядок отбора инфраструктурных проектов и методику оценки результатов. Но только за государственные деньги мы инфраструктурные проблемы не решим, это очевидно. Надо активнее привлекать в эту сферу частных инвесторов. Если это необходимо, корректировать законодательство так, чтобы у нас было больше возможностей для участия в проектах государственно-частного и муниципально-частного партнёрства. У предпринимателя должна быть в этом смысле свобода выбора подходящей финансовой и инвестиционной схемы.

В-третьих, для того чтобы бизнес стал активнее вкладываться в производственные проекты, нужна здоровая конкурентная среда. В этом разделе предусмотрены меры по постепенному сокращению доли государства на конкурентных рынках, в том числе через законодательно закреплённое ограничение на создание государственных структур.

И в-четвёртых, финансовое обеспечение инвестиций. На сей счёт есть конкретные предложения. Речь идёт о том, чтобы сделать длинные деньги более доступными для малого и среднего бизнеса, инвестиции – более привлекательными и надёжными.

В дальнейшем для отраслевых министерств должны быть установлены конкретные ключевые показатели эффективности по привлечению инвестиций – в увязке с отраслевыми мерами по их достижению. Нужно это сделать не позднее 1 октября текущего года.

Два законопроекта направлены на то, чтобы также укрепить страховой рынок. Чтобы автомобилисты, которые приобретают полис ОСАГО, были лучше защищены в случае возникновения финансовых проблем у страховых компаний.

В июне этого года вступил в силу закон о санации страховых организаций. Вместе с тем возможны другие механизмы, которые не требуют финансового участия государства. Например, если у компании недостаточно активов для выполнения обязательств, страховой портфель может передаваться другому страховщику – с компенсацией из резерва Российского союза автостраховщиков. Здесь есть целый ряд предложений, в том числе по отказу от обложения налогом на прибыль тех средств, которые поступили в этот самый союз, поскольку это целевые поступления.

И мы продолжаем оказывать поддержку регионам. Сегодня распределяем дотации региональным бюджетам на обеспечение сбалансированности, это 5,6 млрд рублей из резервного фонда Правительства. Там есть ещё несколько идей, прошу Министра доложить более подробно.

Мы скорректируем распределение субвенций регионам на обеспечение льготников лекарствами и медицинскими изделиями, а детей-инвалидов – лечебным питанием. Мы ежегодно выделяем деньги из федерального бюджета на эти цели. На 2018 год предусмотрен уже 31 млрд рублей с лишним. Тем не менее тех, кто имеет право на такую поддержку со стороны государства, стало больше, вырос норматив финансовых затрат на каждого такого человека, поэтому мы увеличиваем общую сумму субвенций до 33,5 млрд рублей, это позволит закупить регионам необходимые лекарства для тех, кому это положено.

Мы занимались на прошлой неделе вопросами Десятилетия детства, планом развития, обсудили разделы этого плана. Вопросов, которые касаются будущего детей, действительно много. Участвовать в работе по выполнению плана будут более 30 органов исполнительной власти, нужно обеспечить их взаимодействие. Поэтому мы договорились, что создадим специальный координационный совет при Правительстве, и сегодня это можно сделать.

Давайте перейдём к первому вопросу – о мерах по ускорению темпов роста инвестиций доложит Максим Станиславович Орешкин.

М.Орешкин: Президентом была поставлена задача выхода российской экономики на темпы роста выше среднемировых и вхождения в пятёрку крупнейших экономик мира. Это означает, что уже в ближайшие годы экономический рост должен превысить 3%. С учётом демографических ограничений единственный способ выполнить эту задачу – перейти к модели роста, основанной на инвестиционной активности.

Международные сопоставления показывают, что устойчивому на длительном промежутке времени темпу роста на уровне 3–3,5% соответствует доля инвестиций 25–27%. По итогам 2017 года доля инвестиций у нас в стране составила всего 21%. При этом важно отметить, что инвестиции должны быть эффективными, результативными и простая накрутка валового объёма инвестиций даст только негативный эффект.

Рост доли инвестиций в структуре ВВП на 4 процентных пункта – это существенное изменение структуры расходов в экономике от текущих к инвестиционным.

В теории есть два способа решить эту задачу. Первый – за счёт перераспределения доходов от населения к компаниям – конечно, нам не подходит, так как означает высокую безработицу и низкие темпы реального роста заработных плат.

Остаётся второй – через увеличение нормы сбережений населения и рост инвестиционной активности компаний.

Что нужно, чтобы выполнить эту задачу?

Первое – создать благоприятную среду для инвестиций. Второе – обеспечить рост необходимой инфраструктуры. Третье – повысить эффективность работы финансовой системы, увеличив сбережения населения и инвестиции в корпоративный сектор. И четвёртое – снять ограничения в отраслевом регулировании, сделать его более инвестиционно ориентированным.

Представленный план как раз и направлен на решение данных задач. Он, конечно, работает не в одиночку, он работает совместно с подготавливаемыми Правительством сейчас национальными проектами. Речь идёт о национальных проектах, касающихся экспорта, малого и среднего бизнеса, производительности труда. Всё это вместе работает на рост инвестиционной активности.

Остановлюсь на ключевых элементах плана. Системный раздел ориентирован на создание инвестиционного климата, который является удобным, простым, предсказуемым и обеспечивает минимальные издержки ведения бизнеса.

Здесь хочу отметить запуск нового механизма по улучшению условий ведения бизнеса – так называемой трансформации делового климата. Он призван заменить «дорожные карты» национальной предпринимательской инициативы. Нами уже создано 15 рабочих групп, и совместно с Агентством стратегических инициатив, деловыми объединениями уже подготовлено порядка 600 предложений, над которыми начата работа.

Для создания предсказуемых условий ведения бизнеса за последние годы Правительством вместе с Банком России был реализован комплекс структурных макроэкономических реформ, которые во многом позволили изолировать экономику от волатильности внешней конъюнктуры.

Теперь задача стоит в обеспечении стабильных налоговых условий, разного рода платежей, взимаемых с бизнеса, и регулируемых тарифов. Предсказуемыми и справедливыми должны быть также взаимоотношения бизнеса с правоохранительной системой.

Необходимо также завершить работу по реформе контроля и надзора. Разработанный Минэкономразвития законопроект уже прошёл первое чтение, и в настоящее время мы готовим поправки ко второму.

Главная задача реформы – обеспечить максимально эффективный контроль и надзор, основанный на риск-ориентированном подходе и применении современных технологий. Эффективный – означает обеспечение требуемого уровня безопасности при минимально возможной административной нагрузке.

Отдельный раздел плана – это развитие конкуренции и повышение эффективности государственного сектора. Ключевые направления здесь – снижение доли государства за счёт выхода Банка России из капитала санируемых банков, отказа от использования унитарных предприятий, продолжение постепенной продажи государственных пакетов акций крупных предприятий и ускоренная малая приватизация.

Кроме того, считаем необходимым продолжать работу по повышению эффективности компаний с государственным участием. Эта работа будет включать в себя корректировку систем ключевых показателей эффективности, пересмотр долгосрочных программ развития в целях повышения эффективности инвестиций, фиксацию единых принципов дивидендной политики.

В части вопросов развития инфраструктуры уже принято решение о создании Фонда развития объёмом до 0,5% ВВП. Задача, как, Дмитрий Анатольевич, Вы уже сказали во вступительном слове, – помимо бюджетных средств обеспечить также соинвестирование со стороны частных инвесторов. Здесь мы работаем над поправками в законодательство, также активно работаем с такими институтами, как РФПИ, Внешэкономбанк, по привлечению частных инвестиций.

В настоящее время министерство работает над созданием методики отбора наиболее значимых инфраструктурных проектов с учётом всего комплекса социально-экономических эффектов, и совместно с другими ведомствами готовится план комплексного развития магистральной инфраструктуры.

Для обеспечения нормальной работы электроэнергетики необходимо также запустить программу «ДПМ-штрих», которая обеспечит объём инвестиций около 1,5 трлн рублей в электрогенерацию и позволит энергосистеме быть готовой к динамичному росту экономики.

В финансовой области ключевые направления работы следующие. Первое – это, конечно, переход Банка России от нейтрального регулирования к стимулирующему с учётом риск-ориентированного подхода. Это предполагает создание более благоприятных условий для развития проектного финансирования, кредитования малого и среднего предпринимательства, ипотечного кредитования. Конечно же, здесь работа Банка России будет дополняться программами Правительства.

К вопросу контроля за рисками хочу отметить, что во вторник Банк России объявил о том, что планирует пересмотреть шкалу коэффициентов риска по кредитам на потребительские цели в зависимости от значений полной стоимости кредита. Такое и аналогичные решения будут способствовать формированию структуры кредитного портфеля банков, способствующего устойчивому экономическому росту.

Развитию механизма проектного финансирования также должна способствовать работа механизма фабрики проектного финансирования и обновлённого регулирования синдицированного кредитования. Всё это было запущено в этом году.

Для роста инвестиций в акционерный капитал ключевая история – создание эффективно работающих механизмов формирования долгосрочных сбережений населения. Речь идёт в первую очередь о новом механизме индивидуального пенсионного капитала. Кроме того, с Банком России и Минфином сейчас разрабатывается дополнительный пакет мер, направленных на повышение эффективности финансовых рынков в целях развития потенциала финансирования экономического роста со стороны институциональных инвесторов, перераспределение сбережений физических лиц на рынок капитала и расширение доступной линейки инструментов долевого и долгового финансирования.

Также хочу сказать, что в вопросе повышения инвестиционной активности важную роль играют и институты развития, поэтому в ближайшее время будет проведена работа по системной ревизии таких институтов и приведению их стратегий в соответствие с целями, поставленными Президентом.

Для успешной разработки отраслевой части инвестиционного плана считаем необходимым установить ключевые показатели эффективности по темпам роста инвестиций в отраслевом разрезе и с механизмом их регулярного мониторинга, а также настроить отраслевое регулирование на задачи инвестиционного роста. Вы уже дали поручение к 1 октября закончить формирование отраслевого разреза плана. Мы готовы в ближайшие месяцы вместе с коллегами отработать это поручение и учесть результаты работы при подготовке основных направлений деятельности Правительства.

Д.Медведев: Есть проект решения, которым одобряется план, есть поручение подготовить отраслевой раздел плана, включающий ключевые показатели эффективности, о чём говорили я и министр.

Мы с вами проводили совещание у меня на эту тему относительно недавно, там определённые поручения тоже давались. Я хотел бы, чтобы другие члены Правительства послушали информацию о том, каким образом мы будем реализовывать эту масштабную идею о повышении объёма инвестиций, увеличении темпа роста инвестиций в основной капитал до 25% и связанные с этим задачи по инвестиционному климату.

Если всем всё понятно, давайте информацию к сведению примем и одобрим этот проект плана, для того чтобы он стал основой для работы. Нет возражений?

Хорошо, принимаем.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 12 июля 2018 > № 2674231 Дмитрий Медведев, Максим Орешкин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 11 июля 2018 > № 2674410 Моисей Гельман

Власть — за народ?

повышения пенсионного возраста и НДС можно избежать

Моисей Гельман

Ещё со времен Адама Смита известно, что новые деньги в обращении должны появляться вследствие расширения товарного производства и выпуска новых объёмов продукции. При этом увеличиваются сборы налогов и доходы казны. Однако наше правительство предпочитает компенсировать дефицит бюджета увеличением налоговых поборов с населения и снижением индексации пенсий. Последние его новации в этом направлении — увеличение возраста выхода на пенсию и одновременно повышение ставки налога на добавленную стоимость.

Вопреки ложным представлениям, бытующим, в том числе, во властных кругах, все налоги в стране, за исключением экспортных, а также страховые взносы предприятий, в конечном итоге, выплачиваются не изготовителями и не продавцами продукции, а населением страны, когда оно приобретает продукты питания, потребительские товары и услуги. Дело в том, что промышленная продукция сама по себе никому не нужна, если она не востребуется в производстве потребительских товаров и оказании услуг. Поэтому в ценах конечной потребительской продукции концентрируются все денежные затраты, которые востребовались на всех этапах (переделах) её производства и сбыта, включая выплачиваемые участниками кооперационных сообществ налоги и полученную ими прибыль. К примеру, в цену буханки хлеба включены все удельные затраты на её изготовление: от стоимости сельхозработ по выращиванию зерна и оплаты всех необходимых для этого ресурсов и сельхозтехники до стоимости производства муки, выпечки и перевозки хлеба в магазин. Да ещё с суммарной прибылью участников этого кооперационного процесса и включаемыми в цену хлеба или сверх неё налогами. Приобретая тот же хлеб, население платит тем самым неформальный налог с продаж. Его предприятия по частям, как бы в качестве кредита с нулевой ставкой, выплачивают государству при поэтапной реализации изготовленной ими продукции. А выплаченные предприятиями налоги и страховые взносы заложены в цены продукции, при этом «НДС» к ценам прибавляется «отдельной строкой». Возвращаются им эти средства по кооперационным цепочкам производства продукции на всех её переделах по мере поэтапной реализации.

Таким образом, предприятия за счёт своих оборотных средств фактически кредитуют государство суммой в размере собираемых с них налогов. Поэтому население из своих доходов выплачивает в бюджет не 13%, а, как показывает анализ, в среднем свыше половины доходов. Налоги выплачиваются систематически, и предприятия не могут эффективно воспользоваться возвращаемыми им деньгами, значительная часть которых постоянно используется в налогообороте. Поэтому правительство пользуется в бюджетном обороте денежной суммой, значительно превышающей запланированную бюджетную.

Однако налог, именуемый в российском Налоговом кодексе налогом на добавленную стоимость (НДС), исключён из общих правил налоговых выплат в бюджет. К тому же, он, вопреки своему названию и общепринятому толкованию, в том числе — в документах Росстата, взимается не с добавленной стоимости продукции (услуг), созданной на данном предприятии, а с выручки (оборота), полученной от её продажи на территории страны. Об этом сказано и в ст. 146 самого Налогового кодекса, и несложно убедиться, взглянув на любое платежное поручение. В каждом из них «НДС» по ставке 18% взимается относительно цены продукции, указанной её производителем, то есть с его выручки, и записан отдельной строкой.

Стоимость же продукции на каждом переделе представляет собой сумму всех предшествовавших затрат, включая прибыль и налоги, и вновь добавленной на данном переделе стоимости. Стоимости всех переделов суммируется, образуя оборот. Так как НДС, в толковании Налогового кодекса, взимается со стоимости продукции на каждом предприятии, участвующем в её кооперационном производстве, то его правильное имя — налог с оборота (продаж). Но при этом, в отличие от НДС, одни и те же составляющие затрат облагаются налогом с оборота многократно — по числу переделов продукции в процессе её кооперационного производства. В результате формируется результирующий налог с оборота в сложной арифметико-геометрической прогрессии. Многократное обложение одним налогом одного и того же объекта столь же недопустимо, как недопустимо многократно наказывать за один и тот же проступок провинившегося. А таким «лровинившимся» в налогообложении оказывается население.

Сказанное наглядно подтверждается простейшими расчётами. ВВП в текущих рыночных ценах представляет собой сумму добавленных стоимостей продукции и услуг, созданных в совокупности всеми предприятиями страны, куда входят и налоги. По данным Росстата, ВВП в 2017 г. составил 92,082 трлн. рублей, а оборот организаций — 158,781 трлн. рублей. Разница между ними (66,699 трлн. рублей) представляла собой сумму неоднократно зачтённых в обороте одних и тех же затрат (в системе национальных счетов эта разница именуется «стоимостью товаров и услуг промежуточного потребления»), с которых столько же раз взимался и НДС. Этот налог не взимается с экспортной продукции, но взимается внутри страны с импортной — при её реализации.

Экспортная продукция является частью оборота организаций (предприятий). Чтобы определить значение взимаемого НДС, в обороте надо сначала выделить долю экспорта, которая замещается равным по стоимости импортом, облагаемым этим налогом. Остальную часть экспорта, не облагаемую НДС, при определении полученной суммы этого налога из оборота следует исключить. Она представляет собой сальдо внешнеторгового баланса — разницу межу экспортом и импортом.

Сальдо внешнеторгового баланса в 2017 году было положительным (экспорт превышал импорт) и равнялось 6,727 трлн рублей. Поэтому НДС должен был исчисляться с оборота организаций за вычетом сальдо внешнеторгового баланса, то есть со 152,054 трлн рублей. В таком случае начисленный по ставке 18% налог составил в обороте 27,369 трлн рублей. Эти деньги, как любой другой налог, должны были поступить в бюджет. Ведь НДС — это налог, устанавливаемый сверх цены продукции, который выплачивает её покупатель. Но, согласно данным Росстата и Федеральной налоговой службы, в консолидированный бюджет поступило лишь 3,07 трлн. рублей начисленного НДС, то есть 11,2%. Спрашивается, куда же делись остальные 24,299 трлн рублей или 88,8%?

Дело в том, что согласно ст. 171 Налогового кодекса, из суммы НДС, которую предприятия получают, реализуя свою продукцию (услуги), вычитается сумма НДС, которую они выплачивают при приобретении у кого-то продукции. Иначе говоря, происходит взаимозачёт этого налога, которым обмениваются предприятия при товарообмене. При равной стоимости товарообмена между сторонами равны и суммы НДС, которыми сопровождается этот обмен; их алгебраическая сумма оказывается равной нулю, и поэтому в бюджет ничего не должно попасть. Но если суммарный налог, полученный данным предприятием, превысит сумму налога, выплаченную им другим предприятиям, то разница переводится в бюджет. Делается это в налоговые периоды, ежемесячно или ежеквартально, и в течение года выплаты НДС каждым налогоплательщиком в налоговой инспекции уточняются, и их сумма корректируется. Таким образом, в отличие от других налогов, в бюджет переводится не вся начисленная сумма НДС, а только небольшая её часть, не скомпенсированная при взаимозачётах.

В 2017 году не скомпенсированная при товарообмене разница НДС, поступившая в бюджет, как отмечалось, составила 3,07 трлн. рублей, или 11,2% от суммы этого налога, целиком выплаченной в итоге населением. Следовательно, остальная часть НДС в размере 24,299 трлн. рублей, исчисленная с оборота за вычетом сальдо внешнеторгового баланса, представляла собой сумму, которая осталась у предприятий после взаимозачётов этого налога.

Возможно, эти невыплаченные в бюджет средства были причислены к прибыли предприятий, либо ими были покрыты их убытки. Но факт нарушения конституционных имущественных прав действительного налогоплательщика НДС — населения налицо: его противоправно обязали субсидировать предприятия, заставив платить им дань, составляющую, как показано ниже, в среднем около половины его доходов. Происходит это вымогательство уже много лет в соответствии с упомянутой ст. 171 Налогового кодекса и в нарушение пп. 1 и 3 ст. 35 Конституции РФ, в которых сказано:

«1. Право частной собственности охраняется законом.

3. Никто не может быть лишён своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения».

Как видим, имущество населения — его денежные доходы отчуждается в виде НДС не для государственных нужд. Согласно ст. 15 Конституции Российской Федерации, она, как Основной Закон, имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории страны, при этом никакие законы и иные правовые акты не должны противоречить Конституции. Поэтому ст. 171 Налогового кодекса должна быть изменена в интересах государства, его экономики и населения.

Как отмечалось, НДС и прочие налоги, а также страховые выплаты включены в цены потребительских товаров и услуг, образуя неформальный налог с продаж в розничной торговле, и выплачиваются населением при покупках. При этом НДС по ставке 18% взимается также со стоимости почти всех потребительских товаров и услуг. Это при том, что в их цены уже входит НДС, накопленный на всех переделах производства.

Казалось бы, эти 18%, то есть фактически конечный налог с продаж, тоже должен был попасть в бюджет. Согласно данным Росстата, доходы населения в 2017 г. составили в номинальном значении 55,447 трлн. рублей; из них на оплату товаров и услуг потратили 75%, или 41,6 трлн. рублей. Из этой суммы население должно было заплатить налог по ставке 18%, то есть, если пренебречь небольшим перечнем не облагаемых НДС продовольственных товаров, — 7,488 трлн. рублей. Но в бюджет, как отмечено выше, поступило только 3,07 трлн. рублей НДС из общей его суммы в 27,369 трлн. рублей. Объяснить пропажу упомянутых 7,488 трлн рублей, выплаченных населением только в сфере розничной торговли, тоже можно только тем, что конечные продавцы продуктов питания и «ширпотреба» оставляют эти деньги себе, либо они ещё кем-то присваиваются по пути в бюджет.

Как видим, взаимозачёты привели в прошлом году к потере для бюджета около 90% начисленного НДС. Происходит это ежегодно. Для учёта и контроля его выплат отвлечено немалое количество работников Федеральной налоговой службы и бухгалтеров в организациях: по оценкам — порядка миллиона человек, на что затрачивается немало средств. К тому же, налог провоцирует коррупцию и дополнительный рост ценовой инфляции. Всё это, подобно сизифову труду, делает применение НДС в его нынешнем виде бессмысленным и вредным.

Добавленная стоимость произведённой продукции определяется как разница полученной от её продажи выручки и стоимостью потребленных в её производстве закупленных предприятием сырья, материалов и комплектации, а также сторонних услуг. Поэтому в добавленную стоимость входят: заработная плата, налоги, получаемые от реализации продукции, а также кредиты и прибыль, за счёт которых предприятиями оплачиваются потребляемые в производстве промежуточные виды продукции и ресурсы.

Вместо нынешнего НДС, представляющего собой многократно взимаемый налог с оборота продукции, в интересах государства и населения необходимо взимать истинный налог на добавленную стоимость, которым (согласно его названию) должны облагаться именно добавленная стоимость. Тогда сбор НДС, исключив взаимозачёты, можно будет значительно увеличить, в том числе выплатами целиком этого налога в бюджет его налогоплательщиками. Каждый из них, подобно средствам контроля за выравниванием уровней воды в соседних шлюзах, будет контролировать возврат ему всех налогов и выплат при реализации продукции покупателю. Отмена налога с оборота обусловлена также необходимостью соблюдения записанных в ст. 35 Конституции РФ имущественных прав граждан, которых вынудили платить дань предприятиям и продавцам продукции. Причём одна и та же дань взимается многократно со стоимости одних и тех же ресурсных составляющих продукции.

В 2017 г. сумма НДС (3,07 трлн.) и налога на прибыль (3,29 трлн.), поступившая в консолидированный бюджет, составила 6,36 трлн рублей. Суммарная (валовая) добавленная стоимость продукции и услуг, куда входит и прибыль, в 2017 г. составила 83,169 трлн рублей. Если для этой налогооблагаемой базы установить ставку НДС в 15%, то в прошлом году можно было бы собрать 12,47 трлн. рублей, то есть на 6,11 трлн. рублей больше. При этом вместо двух налогов выплачивался бы один НДС, что позволило бы снизить затраты на его собираемость, а у предприятий изымалось бы в бюджет в виде налогов меньше оборотных средств. На 6,11 трлн. рублей уменьшился бы также неформальный налог с продаж потребительской продукции, и при соответствующем контроле снизились бы цены. Это позволило бы увеличить покупательную способность населения и, соответственно, объёмы производства и доходы бюджета. Для учёта различных условий хозяйственной деятельности предприятий ставки НДС следовало бы дифференцировать.

Суммарный доход консолидированного бюджета, с учётом страховых взносов предприятий, в 2017 году составил 32,369 трлн рублей. Он складывался из налоговых поступлений в федеральный и региональные бюджеты в сумме 25,846 трлн рублей, а также страховых взносов предприятий во внебюджетные государственные фонды: Пенсионный фонд, Федеральный и территориальные фонды медицинского страхования и Фонд социального страхования, — суммарно 6,523 трлн рублей. Таким образом, население страны в 2017 году при приобретении потребительских товаров и услуг выплатило неформальный налог с продаж в сумме 32,369 трлн рублей, что по отношению к общим доходам населения в размере 55,447 трлн рублей составило почти 58,4%.

Такова оценочно реальная средняя ставка налога на доход физических лиц (НДФЛ), который выплачивает население нашей страны в бюджет, а не якобы «самые низкие в мире» 13%. Но это в среднем. Доля налога существенно возрастает по мере снижения дохода человека, и существенно снижается при его увеличении. К примеру, налог в 100 рублей на килограмм колбасы при условном доходе покупателя в 1000 рублей составит относительно этой суммы 10%, а относительно дохода в 10 000 рублей — всего 1%. Таким образом, реальная шкала НДФЛ является не «плоской» с постоянной ставкой 13% и не «самой низкой в мире», как декларируется властями, а шкалой ставок, возрастающих с уменьшением доходов физических лиц, то есть регрессивной.

Это ещё одна особенность действующей в России системы налогообложения, которая, к тому же, нарушает п.2 ст. 19 Конституции РФ, где сказано: «Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств».

«Равенство прав… человека и гражданина… независимо от имущественного положения», очевидно, относится и к праву на примерное равенство относительной доли в доходах выплачиваемых налогов людьми разного достатка. Введение прогрессивной шкалы ставок НДФЛ вместо существующей регрессивной, с перераспределением доходов в пользу малоимущих, позволит уменьшить существующее поразительное неравенство в доходах и налогообложении граждан, увеличить покупательную способность населения и дополнительно увеличить доходы бюджета.

По данным Росстата, в 2017 г. при общем годовом доходе населения в 55,447 трлн рублей на долю 20% его наиболее обеспеченной части приходилось 47% всех денежных доходов. При этом 10% самых богатых обладали 30,3% всех доходов, а на долю 10% наименее обеспеченной части населения приходилось всего 1,9%, то есть разница превысила 16 раз. Между тем, согласно экспертным оценкам, уже семикратная разница является порогом социальной нестабильности. Поэтому в развитых странах с социально ориентированной экономикой соотношение доходов децимальных групп наименее и наиболее обеспеченного населения не превышает 4-5.

Достигнуть такого соотношения можно тремя способами, используемыми одновременно: повышением минимальной заработной платы, дифференциацией относительных ставок НДФЛ с увеличением их в сторону бо?льших доходов граждан и перераспределением доходов граждан, полученных за счёт дифференциации налоговых ставок, в пользу наименее обеспеченных лиц — пенсионеров и инвалидов.

В 2017 г. налога с доходов всех физических лиц собрали в сумме 3,252 трлн. рублей. Доход 20% наиболее обеспеченных, самых богатых граждан России составил 26,06 трлн рублей. С введением только для этой группы наиболее обеспеченных граждан прогрессивно возрастающей шкалы ставок НДФЛ при средней налоговой ставке в 30% (от 20 до 40% в зависимости от дохода) можно было бы увеличить поступление этого налога в консолидированный бюджет до 7,818 трлн. рублей или на 4,556 трлн. рублей.

Устранение только двух ошибок в Налоговом кодексе РФ — замена налога с оборота, ложно именуемого НДС, реальным налогом на добавленную стоимость, а также замена регрессивной шкалы ставок НДФЛ прогрессивной — позволило бы в 2017 г. увеличить доходы консолидированного бюджета страны суммарно на 10,676 трлн. рублей. При этом неформальный налог с продаж составил бы 26,16 трлн. вместо 32,369 трлн рублей, что позволило бы увеличить покупательский спрос населения, объёмы производства и собираемость налогов. Такого порядка доходы поступали бы в бюджет ежегодно.

Нынешняя система налогообложения ввиду необходимости развития экономики и роста благосостояния граждан подлежит принципиальным изменениям. В коренном реформировании нуждается и управление экономикой, что потребует также изменения функций и структуры правительства. Казалось бы, в создавшихся условиях правительство должно было, наконец, начать поиски новых, эффективных решений увеличения доходов казны, в первую очередь — за счёт расширения промышленного производства, увеличения объёмов выпуска продукции и повышения покупательной способности населения. Однако вместо этого оно предпочло продолжать обирать малоимущих и увеличивать налоговую нагрузку на население. В частности, пенсии работающим пенсионерам вообще перестали индексировать, а неработающим увеличивают на индекс ценовой инфляции, объективность которого вызывает много вопросов.

Сегодня все министры социально-экономического блока правительства состязаются, кто предложит новые возможности для изъятия денег у населения. Делается это в нарушение конституционных прав граждан. Внесённый в Госдуму законопроект правительства о повышении срока выхода на пенсию граждан, чтобы не пускать на законодательно предписанный отдых одних, обеспечив за их счёт выплаты другим, прямо противоречит ст. 55 Конституции РФ, в пп. 2 и 3 которой сказано:

2. В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина.

3. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Предложенное, даже постепенное, увеличение возраста выхода на пенсию в нынешних условиях и без длительной предварительной подготовки может привести к росту числа безработных. По данным Росстата, в декабре 2017 г. таковых было 3,9 млн. человек, тогда как потребность работодателей в работниках в среднем за год не превышала 1,5 млн. человек. Нужно учесть, что большая часть людей, искавших работу, либо не соответствовала требованиям работодателей, либо не востребовалась в местах проживания. По оценкам экспертов, число скрытых безработных гораздо больше. Если повышать пенсионный возраст, то ежегодно в стране потребуется создавать по несколько миллионов новых рабочих мест для подросших поколений, что в нынешних условиях маловероятно. В противном случае, работодатели будут увольнять работников предпенсионного возраста.

Недавно вице-премьер Татьяна Голикова в интервью телеканалу НТВ заявила, что помимо устранения дефицита средств пенсионного фонда эффект от этих новаций обернется ещё и увеличением пенсий в среднем на 1000 рублей. Правда, никаких доказательств она не привела. Складывается впечатление, что Голикова и её коллеги в правительстве и Федеральном собрании либо умышленно игнорируют основной закон страны, либо никогда его не читали. Ведь их стремление за счёт нарушения конституционных прав одних граждан платить пенсии другим помимо упомянутых выше статей Конституции РФ нарушает также её ст. 17, где сказано: «Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».

В то же время Центробанк тратит триллионы рублей для «оздоровления» нескольких проворовавшихся банков; доход главного глашатая пенсионной «реформы», министра финансов Антона Силуанова в 2016 году, намного превысив его месячную зарплату в 1,73 млн рублей, составил 95,44 млн рублей, а доходы главы Газпрома Алексея Миллера, по версии журнала Forbes, достигли 17,7 млн долларов, или свыше одного миллиарда рублей — что составило почти 2,74 млн рублей… в день. При этом подавляющая часть населения еле сводит концы с концами: нищими или на грани нищеты оказалось около 20 млн. человек, каждый третий работающий получает не более 15000 рублей в месяц, в том числе 3,5 млн. человек получают всего лишь МРОТ. Однако власти противятся даже замене на прогрессивную регрессивной шкалы ставок НДФЛ, использование которой, как отмечалось выше, нарушает гарантированное ст. 19 Конституции РФ «равенство прав человека и гражданина независимо от имущественного положения». Речь идёт о праве каждого на примерное равенство относительной доли в доходах выплачиваемых налогов людьми разного достатка. Сегодня эта доля с уменьшением дохода человека увеличивается, и наоборот.

Что касается увеличения НДС до 20%, то при сохранении этого налога и с увеличением его ставки нелинейно, дополнительно возрастёт налоговая нагрузка на население. Поэтому ещё больше понизится его покупательная способность, вследствие чего снизится производство продукции и услуг, увеличится безработица и уменьшатся доходы бюджета. Всё это усугубляется порочной денежно-кредитной политикой Центробанка и Минфина России. По оценке академика РАН Сергея Глазьева, Центробанк, по директивам МВФ, нанёс ущерб отечественной экономике как минимум на 20 трлн рублей. А правительство за многие годы показало свою полную неспособность развивать экономику.

Вызывает большие сомнения, что во властных структурах объективно оценивают такие последствия повышения пенсионного возраста и НДС, как рост социальных конфликтов и дальнейший развал экономики страны.

Илл. Корпорация «Газпром» — общенациональное достояние России. Зарплата его главы Алексея Миллера составляет 2,2 миллиона рублей в день.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 11 июля 2018 > № 2674410 Моисей Гельман


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 11 июля 2018 > № 2670402 Юлия Зазуля

Цена долголетия. Какой должна быть правильная пенсионная реформа

Юлия Зазуля

Заместитель гендиректора аудиторской компании «Юстиком»

Российская пенсионная система остро нуждается в реформировании, и одного только повышения возраста выхода на пенсию недостаточно. Необходимо также ограничить расходы ПФР и ввести прогрессивную шкалу размера пенсионного обеспечения

Правительство России выбрало крайне удачное время для объявления ожидаемой, но от этого не менее обескураживающей новости о повышении пенсионного возраста. Выборы главы государства прошли, а чемпионат мира по футболу продолжается. К тому же в разгаре сезон отпусков, когда жители городов отключают мобильные телефоны и отправляются кто на дачу, кто на Лазурный Берег. Впрочем, это лишь сгладит негативный эмоциональный эффект, а не последствия наметившейся реформы. Власти планируют увеличить возраст выхода на пенсию мужчин до 65 лет, женщин — до 63.

Страна, таким образом, вплотную приблизится к европейским соседям, а кое-кому даже даст фору — например, Чехии, Венгрии. Теперь можно не кривя душой говорить, что в России скоро будет почти как в Швеции или даже Швейцарии. Но пока только в отношении пенсионного возраста.

Как у них

В целом в разных странах мира срок выхода на пенсию колеблется от 62 до 70 лет. Самыми большими трудоголиками являются японцы. Тренд на повышение пенсионного возраста вслед за увеличением продолжительности жизни наблюдается в развитых странах повсеместно. Возрастная планка в 60 лет сохраняется разве что на Украине. Однако в этом году и там подняли минимальный трудовой стаж для получения государственной пенсии до 25 лет, а к 2020 году он достигнет 35 лет.

В настоящее время в Европе практически не сохранилось так называемой распределительной (солидарной) системы пенсионного обеспечения, когда работающие граждане кормят стариков. Она изжила себя на фоне увеличения числа пожилых людей. Единственной страной, где трудоспособное население содержало пенсионеров, некоторое время оставалась Греция. Это стало одной из причин экономического кризиса.

В различных странах ЕС из сложившейся ситуации выходят по-разному. В Германии действует трехуровневая система. Ее суть заключается в софинансировании со стороны государства, нанимателя (предприятия или компании) и самого человека. В среднем выплаты в фонд составляют одну пятую от заработка. Чем больше перечисляет гражданин, тем выше будущая пенсия. Важную роль играет стаж: чтобы получать «минималку» нужно отработать не менее пяти лет. Минимальная пенсия составляет €300, в среднем мужчины получают ежемесячно €900, женщины — €500. В следующем году пенсионный возраст в ФРГ достигнет 67 лет.

Похожие принципы формирования накоплений на старость в Великобритании, где действует старейшая в мире пенсионная система. Госпенсия состоит из двух частей — основной и дополнительной. Первая зависит от времени, в течение которого производились выплаты в фонд соцстрахования, вторая — от уровня зарплаты и наличия других льгот. Чтобы получать полную пенсию мужчинам нужно отработать минимум 44 года, женщинам — 39.

Полная пенсия составляет £155 (около $202) в неделю. Кроме того, в последние годы государство активно стимулирует компании для формирования собственных пенсионных гарантий для своих работников. Возраст выхода на пенсию британские власти намерены увеличить с 65 до 68 лет.

Потребность в реформе

В России повышение пенсионного возраста состоялось без объявления войны. За пределами правительственных стен реформу называют неудачной и даже нечестной. Во всяком случае, по отношению к поколению 40-летних женщин, которым прибавили к сроку выхода на пенсию сразу восемь лет. Впрочем, разговор о другом.

Нынешнюю пенсионную систему в России нужно менять. Спорить с этим бессмысленно, поскольку факты — вещь упрямая. Людей преклонного возраста с каждым годом в стране становится больше, а пенсии в сравнении со средней зарплатой снижаются. Если все пустить на самотек, то лет через 10 люди могут остаться у разбитого корыта. Поэтому вопрос не в том, зачем менять пенсионную систему, а скорее, как это лучше сделать.

Очевидно, что государство стремится повысить эффективность сбора средств в Пенсионный фонд. С января 2017 года, согласно главе 34 Налогового кодекса РФ, контролем обязательных взносов на пенсионное и медицинское страхование занимается Федеральная налоговая служба.

Ранее регистрация плательщиков входила в обязанности Пенсионного фонда и Фонда социального страхования, куда направлялись деньги. Теперь вновь созданные организации встают на учет в инспекциях ФНС по месту своего нахождения, а индивидуальные предприниматели — по месту жительства. Налоговики ведут учет как новых плательщиков, так и старых — тех, кто до наступления 2017 года уже был в базе внебюджетных фондов.

Налоговая служба теперь сама передает в ПФР и ФФОМС сведения о поставленных на учет в качестве плательщиков физических и юридических лицах. А территориальные отделения фондов регистрируют страхователей у себя на основании переданных им сведений.

Современной молодежи в России сложно определить свою пенсию, опираясь на нынешнюю замысловатую систему расчета, которая к тому же меняется стабильно раз в несколько лет. Если исходить из того, что наши пенсии формируются за счет взносов в ПФР, суммы окажутся невелики. К примеру, с зарплаты в 240 000 рублей в год (20 000 в месяц) ежегодные отчисления в Пенсионный фонд составят 52 800 рублей.

За 20 лет там накопится всего 2 миллиона 112 тысяч рублей. Предположим, что женщина работала с 23 лет, а выйдет на пенсию в 63. При средней продолжительности жизни 80 лет возраст дожития составит 17 лет. Значит выплаты из Пенсионного фонда будут на уровне 117 333 рублей ежегодно или примерно 10 353 рубля в месяц.

Согласитесь, что это довольно скромная сумма даже для 2018 года. Немногим больше получают сейчас старики в провинции. Даже если рассчитывать, опираясь на средний уровень зарплат по России, который по официальной статистике почти вдвое выше, пенсия составит около 21 000 рублей. Можно ли будет достойно прожить на эти деньги, скажем, в 2045 году? Никто уверенно не ответит на этот вопрос хотя бы из-за неустойчивости курса национальной валюты.

Другой вопрос, закономерно вытекающий из первого: на что в течение ближайших 15-30 лет будут тратить средства ПФР. Ведь от эффективности инвестирования и расходования денег налогоплательщиков напрямую зависят наши будущие пенсии. Пока качество вложений не на высоте, хотя бы потому, что миллиарды рублей ежегодно уходят на обеспечение деятельности самого фонда. Достаточно провести поверхностный анализ государственных конкурсов на закупку товаров и услуг.

Затратный ПФР

С 2011 года по тендерам ПФР без учета содержания кадров и аппарата управления было заключено 2263 контракта на сумму 73 млрд рублей. Деньги в основном тратили на приобретение компьютеров и программного обеспечения (38 млрд рублей), оборудование (8,9 млрд), услуги (7,3 млрд), связь (6,4 млрд), полиграфию и канцелярию (3,5 млрд), транспорт (2,2 млрд). Есть еще более мелкие закупки в сфере строительства и ремонта (286 млн рублей), приобретения мебели (119 млн), топлива (41 млн), одежды и обуви (11 млн).

Подчеркну, что Пенсионный фонд — не просто копилка государства «на черный день», которую в случае чего можно и разбить. Это, прежде всего, важнейший институт, выполняющий ряд социально значимых функций: учет средств обязательного пенсионного страхования и выплату пенсий. Причем расходуются эти деньги не только на обеспечение пожилых людей, но также на пособия по уходу за ними, оказание органами социальной защиты населения материальной помощи престарелым и нетрудоспособным.

Выводов из всего сказанного выше можно сделать несколько. Во-первых, в России необходимо ввести прогрессивную шкалу размера пенсионного обеспечения, привязанную к зарплате. Причем, чем больше заработок, тем выше должна быть ставка (сейчас все наоборот). Во-вторых, экономить сейчас на пенсиях означает экономить на себе же в будущем, поскольку все мы рано или поздно окажемся в преклонном возрасте.

И в-третьих, пенсионная реформа невозможна без точного расчета будущих пенсий и эффективного управление денежными средствами ПФР. Расходы фонда необходимо лимитировать, а выплата пенсий должна осуществляться не за счет средств налогоплательщиков (то есть из наших с вами карманов), а из прибыли, извлеченной в результате инвестирования денежных средств. Причем, вложения должны быть только в безрисковые проекты, пусть со средней или невысокой доходностью.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 11 июля 2018 > № 2670402 Юлия Зазуля


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 9 июля 2018 > № 2683627 Максим Поляков

М.Поляков: Вопрос "сплита" сейчас стал сугубо политическим, а не стратегическим, экономическим и профессиональным, как это должно было бы быть

Эксклюзивное интервью народного депутата Максима Полякова агентству "Интерфакс Украина"

- Сегодня основной обсуждаемой темой на небанковском финансовом рынке является судьба Нацкомфинуслуг, а именно - принятие законопроекта о "сплите". Данному законопроекту уже почти три года, насколько он актуален сейчас?

- Законопроект действительно потерял свою актуальность. Законопроект №2413-а, предусматривающий передачу функций надзора за небанковским финансовым рынком в Национальный банк Украины и НКЦБФР, вышел из администрации президента еще в 2015 году. В разгар финансового кризиса, вызванного ситуацией на востоке страны, этот законопроект казался одним из инструментов недопущения возможного разрушения финансовой системы Украины. В том числе, и за счет консолидации управления всеми финансовыми рынками.

Опасная фаза финансового кризиса преодолена, а законопроект о "сплите" остался, несмотря на свое несоответствие нынешней экономической и финансовой ситуации в стране.

Небанковский финансовый рынок прошел через кризис 2014-2015 годов и самостоятельно справился с трудностями под надзором своего регулятора в лице Нацкомфинуслуг. Показатели красноречивы: лишь за 2017 год, например, у страховщиков чистые премии выросли на 7,7%, а чистые выплаты – на 19,8%, произведено более 2,2 млн страховых выплат на 10,2 млрд грн, причем большая часть выплачена физлицам, с которыми заключено было почти 67 млн договоров страхования.

Я сторонник профессионализма во всем: НБУ "заточен" под управление банковским сектором, не страховыми компаниями, кредитными союзами, ломбардами и пр. Готовность НБУ перенимать опыт и навыки управления небанковским рынком остается под большим вопросом, глядя на то, как сейчас игнорируется позиция профессионального сообщества по законопроекту.

Нет никакого смысла и необходимости устраивать турбулентность на этих рынках или довести до искусственного кризиса весь небанковский сегмент, принимая этот законопроект.

Тогда почему именно сейчас вопрос о "сплите" так активно лоббируется?

- Учитывая, что законопроект когда-то выносился в парламент как президентский и первоочередной, у некоторых коллег по Верховной Раде, вероятно, появилось ощущение его сверхзначимости, затмившее профессиональные аргументы о его неактуальности на данный момент и серьезных недоработках. Или же это – возможность подтвердить свою преданность президентской политической силе в преддверии выборов.

Некоторые представители западных донорских организаций, лоббирующие "сплит", откровенно поддерживают любые "действия ради действий", чтобы отчитаться перед штаб-квартирами в Лондоне и Вашингтоне о своем реформаторском влиянии на нашу страну. Им не "болят" перспективы нашего финансового рынка и будущее нашей страны. Следует также понимать, что создание мегарегулятора – не требование Всемирного банка или других международных доноров, а чисто украинская инициатива.

Поэтому вопрос "сплита" сейчас стал сугубо политическим и даже политиканским, а не стратегическим, экономическим и профессиональным, как это должно было бы быть.

- Одним из основных аргументов сторонников "сплита" является то, что у Нацкомфинуслуг якобы не хватает институциональных возможностей для эффективного регулирования небанковского финансового рынка. Как экс-глава Нацкомиссии, вы согласны с этим утверждением?

- Абсолютно не согласен. Когда я слышу утверждения, что Нацкомфинуслуг не хватает институциональных возможностей, всегда хочется сказать, что не хватает не их, а личной политической воли пользоваться своими полномочиями.

Закон о финуслугах и положение о Нацкомфинуслуг, которые регламентируют полномочия комиссии, существенно не менялись долгие годы. При этом качество надзора в разное время было разным. Оно всегда зависело от желания активно пользоваться теми регуляторными инструментами, которые есть в распоряжении Нацкомфинуслуг.

Приведу пример. Нацкомфинуслуг сейчас практически перестала вводить временные администрации. В свое время ведение временной администрации в страховую компанию "Гарант-Авто" позволило организовать уход страховщика с рынка минимально болезненно, хотя бы, изъяв бланки ОСАГО, сохранив всю информацию о клиентах и произошедших страховых событиях. Этот инструмент надзора есть, за прошедшие несколько лет его можно было еще доработать и использовать при необходимости еще более эффективно. Но не используют. Так вопрос в наличии институциональных возможностей или в готовности их применять? Даже сейчас во время моратория на проверки компаний, существует возможность получения индивидуальных разрешений на такие проверки.

При этом баланс полномочий Нацкомфинуслуг, Государственной регуляторной службы, Антимонопольного комитета и Минюста минимизирует риски давления на бизнес. В законе же о "сплите" нам предлагают совсем другую модель, в которой НБУ становится чуть ли не полновластным "сюзереном" для компаний небанковского финансового сектор – "хочу - казню, хочу - милую". Это неприемлемо в демократической стране, какой мы стремимся стать.

Также несостоятельны утверждения, что комиссии не хватает финансирования. Если есть важные цели и понятные механизмы их реализации, государство готово выделять дополнительное финансирование. Я хорошо знаю ситуацию: например, комиссии недавно было выделено 10 млн грн на техническое переоснащение и модернизацию IT-систем.

Нам надо прекратить концентрироваться на попытках зарегулировать небанковский финансовый рынок и сконцентрироваться на его развитии, в том числе, и путем создания эффективной законодательной и нормативной базы, постепенного отказа от желания ходить на проверки, заменяя это риск-ориентированным подходом, стресс-тестированием, оценкой динамики финансовых показателей и прочими инструментами пруденциального надзора.

- Недавно в ВР был зарегистрирован законопроект №8415, одним из авторов которого являетесь вы. Он, в том числе, предусматривает усиление институциональных возможностей Нацкомфинуслуг как регулятора. В чем тогда отличие между законопроектом №2413-а и данным законопроектом? Усилится ли надзор за небанковским финансовым рынком в исполнении Нацкомфинуслуг или Нацбанка?

- Существует ряд законопроектов, которые очень нужны для развития небанковского, в частности, страхового рынка, а они долгое время "лежат под сукном" и не принимаются ВР. Это принципиально обновленные редакции законов "О страховании" и "Об ОСАГО". Принятие первого законопроекта позволит решить вопросы определения платежеспособности компании на основе расчетов многофакторной модели рисков (так, как это делается в европейских странах), корректного вывода компаний с рынка, цивилизованной и простой передачи страховых портфелей, и урегулировать многие другие важнейшие аспекты. Новая редакция закона "Об ОСАГО" уберет причины для подавляющей части жалоб потребителей, усилит гарантийные функции МТСБУ.

Законопроект №8415 – часть того же пула законов, нацеленных на то, чтобы рынок развивался и двигался в сторону европейских правил игры. Это системный закон о том, как регулировать небанковский финансовый рынок, и затрагивает многие ключевые моменты работы рынка – лицензирование, определение ликвидности и платежеспособности и др. Что касается законопроекта о "сплит" - это закон исключительно про передачу полномочий от Нацкомфинуслуг к НБУ. Принципиальная разница очевидна.

Законопроект №2413-а нацелен на вывод компаний с рынка, а 8415-й – на развитие рынка, или, если уж мы говорим о его очистке, - на то, как это сделать максимально безболезненно для потребителей финансовых услуг.

Что касается конкретно работы Нацкомфинуслуг, то законопроект №8415 добавляет комиссии как регулятору не столько полномочий, сколько инструментария для их эффективной реализации.

- Несмотря на то, что часть ваших коллег по комитету поддерживают законопроект о "сплите", вы последовательно выступаете против его принятия. В чем вы видите риски и недостатки данного законопроекта?

- От национальной банковской системы остались "рожки да ножки" - на 1 января 2014 года в Украине было 180 банков, сейчас – 82, более половины банковского капитала принадлежит государству, весьма значительная часть – банкам с иностранным капиталом. Руководство Нацбанка практически полностью уничтожило украинский капитал в банковском секторе, но он еще сохранился в небанковском. И я категорически против того, что небанковский финансовый сектор повторил судьбу банковского.

Иностранные компании строят бизнес в Украине с целью получения прибыли, и могут уйти из Украины в любой момент, а украинский бизнес – основа не только экономики страны, но и ее национальной финансовой безопасности. Это и есть основной риск – утрата Украиной финансовой независимости, разрушение целых отраслей экономики.

Пытаясь делать резкие изменения, мы должны помнить и о наших гражданах, о потребителях финансовых услуг. Сегодня у НБУ нет задачи и функций защищать интересы потребителей, в то время как для Нацкомфинуслуг эта цель прямо прописана в законодательстве.

В нынешних условиях такая передача функций от Нацкомфинуслуг к НБУ не целесообразна, нам следует развивать деятельность Нацкомфинуслуг, решая вопросы ее институциональной и финансовой обеспеченности, в том числе, и путем принятия системных законопроектов, действительно регулирующие рынок, а не просто передающих власть от одного органа другому, попутно "закручивая гайки" национальному бизнесу.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 9 июля 2018 > № 2683627 Максим Поляков


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 5 июля 2018 > № 2678320 Андрей Перцев

Город без политики. Почему на выборах мэра Москвы нет сильных кандидатов от оппозиции

Андрей Перцев

Проблемы с результатами у Сергея Собянина возникли бы не от мощи и популярности конкурентов. А оттого, что ему пришлось бы бороться прежде всего с общими протестными настроениями политически активных горожан, которые готовы поддержать любого политика, способного стать лицом недовольства не столько московской мэрией, сколько российской властью в целом. Именно это и обеспечило взлет популярности Навального на мэрских выборах 2013 года

Сергей Собянин и еще четыре фамилии, которые мало знакомы даже интересующемуся политикой гражданину, – так будет выглядеть бюллетень на выборах мэра Москвы. Столичная администрация не стала допускать парадной конкуренции с более-менее известными оппозиционерами или партийцами, хотя в прошлой кампании до регистрации дошел даже Алексей Навальный, который набрал 27% голосов и почти вывел Сергея Собянина (51,4%) во второй тур. На любых губернаторских выборах, а мэр Москвы – это губернатор, а не глава муниципалитета, действует муниципальный фильтр: кандидаты должны заручиться поддержкой определенного количества местных депутатов. В столице их число должно составить 5% от общего числа – как минимум 110 человек.

Этих подписей муниципалов и недоставало оппозиционерам Илье Яшину и Дмитрию Гудкову для прохождения фильтра, хотя в прошлом году коалиция противников мэрии взяла на муниципальных выборах 266 мест, которых двум политикам хватало, казалось бы, за глаза. В законодательстве, однако, есть тонкость – необходимые для прохождения фильтра 110 депутатов должны представлять 110 районов, а у оппозиции было представительство только в 63 (там Гудков подписи и получил). Журналист-самовыдвиженец Антон Красовский, про которого ходили слухи, что его регистрация – дело почти решенное и рекомендованное Кремлем для создания кампании либерального флера, объявил, что не собрал подписи избирателей.

Отбор по неизвестности

Формальными конкурентами Собянина будут депутат Госдумы Михаил Дегтярев (ЛДПР), коммунист Вадим Кумин (КПРФ), глава района Таганский Илья Свиридов («Справедливая Россия») и депутат Мосгордумы, основатель обанкротившейся строительной компании СУ-155 Михаил Балакин. Сергею Собянину подобрали самых безопасных. Дегтярев на прошлых выборах набрал меньше 3%. Свиридов не смог избраться в Мосгордуму в 2014 году, хотя мэрия расчистила для него округ от административных кандидатов. Кумин – абсолютно непубличная фигура, он был депутатом Мосгордумы и даже Госдумы, но проходил туда по спискам КПРФ (Кумин считается одним из основных спонсоров Компартии).

Балакин руководил компанией, после банкротства которой остались тысячи обманутых дольщиков. Никакого нового Навального на выборах не будет в самом отдаленном приближении. Даже коммунистов, более-менее известный представитель которых мог бы набрать неплохой процент просто за счет красного бренда, уговорили выдвинуть заведомо слабого Вадима Кумина. Хотя перспективный выдвиженец у КПРФ имелся – теперь уже бывший глава фракции Компартии в Мосгордуме Андрей Клычков победил в одномандатном округе префекта ЮВАО Владимира Зотова и был настроен на борьбу за пост мэра. О возможной поддержке Клычкова упоминал Навальный. В итоге перспективный московский политик стал врио губернатора Орловской области и идет на выборы при поддержке Кремля.

Такая тщательная фильтрация и серьезные расторговки по логике должны быть знаком серьезных рейтинговых проблем у Сергея Собянина. Однако, по данным Левада-центра, к деятельности мэра относятся плохо только 9% горожан (3% – очень плохо, 6% – просто плохо). 39% относятся к его работе средне, 41% – хорошо, 5% – очень хорошо. Таким образом, работа Собянина нравится половине жителей Москвы. Среди респондентов, живших в Москве «всю жизнь», поддержка главы города ниже – хорошо оценивают его действия 37%, очень хорошо – 7% (то есть меньше половины); 3% дают очень плохую оценку, 8% просто плохую, 43% среднюю. О желании голосовать за Собянина говорят 34% опрошенных – вроде бы не так много, но у всех его конкурентов (включая Дмитрия Гудкова и Илью Яшина) – рейтинг по опросу ниже процента.

Цифры выглядят радужными с одной стороны и вызывают недоумение с другой: если все так хорошо, зачем нужно проводить такую зачистку? Красивая победа над всеми заявившими о желании побороться – это эффектно, однако от эффектов в мэрии почему-то отказались. Вероятный ответ можно обнаружить в итогах прошлых опросов Левада-центра. Еще в сентябре 2017 года деятельность Сергея Собянина очень плохо оценивали 9% респондентов, просто плохо – тоже 9%. Хорошо относящихся было 31%, очень хорошо – 13%. По какой-то причине с тех пор число негативно оценивающих мэра горожан сократилось в два раза, хотя такие резкие изменения за такой короткий срок обычно не происходят.

Возможно, причина в том, что последний опрос проводился вскоре после президентских выборов, в апреле, когда позитивное отношение к власти в целом благодаря предвыборной пропаганде было на подъеме, а сейчас негатив и позитив вернулись к прежним показателям (его в опросах предыдущих лет стабильно выражали около 20% респондентов «Левады»). Если гипотеза верна, то все-таки жители Москвы настроены к мэру более критически, чем во время президентских выборов. Если эта скептически-критическая часть придет на выборы при низкой явке, она способна опрокинуть желаемые результаты. Собственно, это и произошло в 2013 году. Более-менее известный и активный кандидат (а лучше популист), пусть даже не с огромной известностью и рейтингом, мог бы быстро нарастить популярность за время кампании – например, на теме повышения пенсионного возраста.

Как бы странно это ни звучало, в столице пенсионная реформа может быть воспринята еще хуже, чем в целом по стране. Московские пенсионеры не просто выходят на пенсию, к которой, кстати, положена доплата, они получают льготы – например, бесплатный проезд на общественном транспорте. Экономия выходит существенная даже при продолжении работы, так что, по сути, повышение пенсионного возраста становится в столице чем-то вроде монетизации льгот, только уже совсем без возмещения.

Еще одна специфическая особенность состоит в том, что многие московские пенсионеры действительно прекращают работать и уезжают в провинцию или на дачу: сравнительно высокая московская пенсия и личное хозяйство позволяют сносно жить вне Москвы. Наконец, еще одна немаловажная потенциально недовольная часть горожан – бабушки и дедушки, которые после 55 лет присматривают за внуками, а также родители этих самых внуков. Бабушкам и дедушкам придется работать, а родителям – искать деньги на няню.

Результаты деятельности мэрии принимаются лучше, чем пару лет назад, но сопутствующие неудобства по-прежнему раздражают. Жителей советских домов беспокоит реновация, убежденных автомобилистов – платные парковки. Все еще не забыто варяжское тюменское происхождение Сергея Собянина: для многих москвичей он так и не стал настоящим мэром Москвы, хозяином города, каким был Юрий Лужков.

Да, на выборах президента Владимир Путин получил в Москве более 70% голосов, и это обещает мэру легкую кампанию, но настроения в городе быстро меняются. В 2008 году в президентской кампании более 60% набирал Дмитрий Медведев, потом в 2011 году столица дала единороссам низкий результат на выборах в Госдуму, а на протестные митинги вышли десятки тысяч человек. Настроения горожан могут качнуться и в этот раз. Чтобы этим никто не воспользовался, и подготовили слабый список конкурентов Сергея Собянина.

Поле, которое прополол Лужков

Очень своеобразная политическая почва не позволила и до сих пор не позволяет вырасти в столице именно московскому политику, который был бы хорошо узнаваем и популярен во всем городе. Подготовил такую почву еще в 90-х годах Юрий Лужков. Город был раздроблен на сотню малых районов – муниципалитеты получили очень мало полномочий. Распределением средств и принятием решений с тех пор занимались и занимаются районные управы, которые формирует мэрия. Прыгнуть с муниципального уровня на городской очень сложно – что такое один из сотни районов для мегаполиса?

Даже перейти в Мосгордуму независимому и популярному районному депутату было очень непросто. До 2003 года городской парламент избирался по одномандатным округам, которые включали в себя несколько районов с разными проблемами и запросами, и это был своеобразный фильтр для районных самородков. Полностью мажоритарная схема решала еще одну задачу – она делала бессмысленным создание сильных партийных отделений в городе: если на выборы идут одиночки, то зачем партии и их списки?

Долгое время Лужков именно таким образом и разделял, и властвовал. В 2003 году выдвижение списков разрешили, и городские политики стали расти. Горком КПРФ возглавил Владимир Улас – достаточно молодой, по меркам российской Компартии, человек (44 года), военный инженер, университетский преподаватель, кандидат наук. Он активно боролся с точечной застройкой, общался с представителями других политических сил и протестующими общественниками – коммунист рос в политика общегородского уровня и в два раза повысил результаты КПРФ. В 2003 году на выборах в Госдуму партия набрала в Москве всего 7,7%, в 2005-м на выборах в Московскую городскую думу – уже 16,7%.

В итоге московское отделение быстро зачистили, его возглавил варяг – депутат Госдумы из Саратова Валерий Рашкин. Выяснилось, что сильные московские отделения не нужны в первую очередь руководству самих системных партий – гипотетические столичные вожди сразу становились претендентами на место в федеральном партийном начальстве. Полностью мажоритарная схема выборов в Мосгордуму вернулась в 2014 году. Пропасть, которая не позволяет расти столичным политикам с муниципального уровня, до сих пор никуда не делась.

Ситуация могла бы быть совсем другой, если бы горожане избирали советы округов и префектов. Округов в Москве девять, это крупные единицы. Хорошо себя показавший районный депутат мог бы избраться от своего района на уровень совета префектуры, там он мог бы показать себя на всей территории округа и претендовать уже на пост префекта. Успешный префект имел бы вполне реальные шансы стать мэром. Масштаб префектуры позволяет демонстрировать свои умения на общегородском уровне. Однако никаких советов округов в Москве нет, а префектов назначает мэр. Вроде бы и есть такой уровень власти, но жители на него повлиять никак не могут. Для администрации и действующего состава мэрии такая схема оптимальна для сохранения власти.

Удобный список конкурентов, зачищенное политическое поле, которое не дает расти новым фигурам, – значит ли это все, что итоги выборов мэра Москвы не смогут удивить? Нет. Устранение пусть и не самых популярных оппозиционеров предполагает, что в мэрии настроены на низкую явку и высокий процент голосов за Сергея Собянина. Однако московская мэрия уже попадала в ловушку низкой явки в 2013 году. Если достаточно большое число сторонников мэра решит, что вот сейчас ему точно ничто не угрожает и на выборы можно не ходить, то к урнам придет как раз недовольное население столицы. Они могут голосовать «за молодого» (Свиридова), за коммуниста (Кумина), за ЛДПР – просто назло всем. В итоге действующий мэр, конечно, победит, но не с большим желанным отрывом от возможного второго тура.

К тому же у московской политики есть одна важная особенность, которая остается источником беспокойства для любой власти. В столице оппоненты кандидата власти зовут своих избирателей голосовать не столько против мэра, сколько против Кремля. Именно так проходила московская кампания 2013 года с участием Алексея Навального, которая по сути стала продолжением федеральных протестов 2011–2012 годов.

Если бы ситуация повторилась этой осенью, многие из тех, кто поддерживает городские преобразования Собянина, голосовали бы за его оппонента как представителя антипутинской оппозиции. Мэрия в этой ситуации расплачивалась б за действия Кремля – ту же пенсионную реформу или отсутствие настоящей конкуренции на федеральных выборах. С другой стороны, Кремль получил бы недовольство тех москвичей, в том числе и вполне пропутинских, кого не устраивает «чужой» мэр и платные парковки. Причем оба недовольства слились бы до неразличимости.

По всей видимости, ни мэрии, ни Кремлю такой сценарий не нравился. Поэтому легитимацию посредством конкурентной кампании решили заменить на легитимацию посредством одобрения на выборах конкретных дел, даже если это сопряжено с риском низкой явки. Московская кампания не станет публичной сценой для появления политиков ни городского, ни федерального уровня. В этом Сергей Собянин мало отличается от своего предшественника.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 5 июля 2018 > № 2678320 Андрей Перцев


Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 3 июля 2018 > № 2662645 Ольга Ускова

Сказка станет былью. Искусственный интеллект убьет магазины

Ольга Ускова

основатель и Президент группы компаний Cognitive Technologies

Искусственный интеллект может стать идеальным слугой, но только мораль не позволит ему избавиться от человека

Полгода назад к нам в компанию приехали менеджеры одного из ведущих производителей бытовой техники. Разговор пошел о разработке искусственного интеллекта (ИИ) для умного холодильника. Новая концепция его использования должна кардинально отличаться от традиционной схемы.

Когда мы сейчас покупаем товары в какой-либо из продуктовых сетей или заказываем их в интернете, то, как правило, берем с запасом, и в итоге многое выбрасываем. Также у купленных продуктов нередко бывают проблемы со сроком годности. Наконец, нам не всегда удается купить то, что хочется. Честно говоря, мы даже перестали на это обращать внимание. Торговые сети, ориентируясь на массового покупателя, для повышения эффективности продаж выставляют наиболее ходовой товар, который не всегда совпадает с личными предпочтениями. По данным аналитиков, доля таких неудобств достигает 48%.

Умный холодильник устраняет эти проблемы. Его ИИ сможет изучать наши предпочтения: в ассортименте, в дозировке товара, времени закупок и т.п., а со временем будет точно определять их. Роль налаживания взаимодействия между холодильником и поставщиком товара отводится технологиям интернета вещей (IoT), позволяющим им в онлайне обмениваться информацией, например о том, что на овощной полке закачивается тот или иной продукт и нужно сделать новый заказ в таком-то объеме. Согласно концепции разработчика, умное бытовое устройство будет самостоятельно, напрямую заказывать необходимый для пользователей продуктовые наборы. Кроме того, из схемы закупок полностью исчезают посредники — продавцы и мерчандайзеры: софт взаимодействует с софтом. В каком-то смысле модель умного холодильника становится похожа на модель iPhone: на базовую систему навешены приложения, которые регулярно и автоматически обновляются.

Эпоха персонального подхода

Мы живем в эпоху четвертой промышленной революции — массового перехода к новым средствам производства, основу которых составляют принципиально новые технологии: робототехнические системы, искусственный интеллект, интернет вещей, Big Data, social media и др. Это происходит независимо от нас и не стеснено государственными границами. На наших глазах общество из биологического превращается в смешанное, в котором рядом с людьми реально существуют способные принимать самостоятельные решения субъекты на основе кремния, которые обладают ИИ. Научно-технологические инновации приносят глобальные изменения, преобразуя привычные и существующие столетиями уклады: рынок труда, быт, досуг, жизненную среду, финансовые схемы, продажи и маркетинг.

Классический маркетинг — это система, «заточенная» на продукт. Он учитывает общее потребительское качество необходимое какой-то категории клиентов, но заставляет покупателя закрывать глаза на то, что ему в продукте не подходит.

Новые технологии позволяют максимально персонифицировать маркетинговое предложение. Становится возможно изучить историю использования человеком какого-то продукта, собрать и проанализировать огромные, непосильные человеческому мозгу объемы информации, обобщить личный опыт, сделать точные прогнозы. Зарубежные аналитики называют этот подход «когнитивный маркетинг». Мы предпочитаем термин «таргетный маркетинг». Хотя эти варианты равнозначны.

Интеллектуализация товаров и персонализация их продвижения в самом ближайшем будущем изменят мир продаж. Уже сегодня в ряде розничных сетей США используются ИИ-персональные советники, которые фиксируют историю покупок клиентов: что и когда приобреталось (размеры, ценовая категория), что нравится и не нравится (фасон, цвет, формы), и делают персонализированные предложения.

Например, одна из крупнейших розничных сетей США Macy’s при помощи известного продукта Watson компании IBM разработала персонализированного виртуального советника для покупателей. Сервис отслеживает историю покупок для каждого человека и на основе собранных данных дает советы и делает персонализированные предложения. Благодаря «знанию» покупателя виртуальный советник не порекомендует туфли из натуральной кожи защитнику прав животных, а «эксклюзивную коллекцию» человеку, интересующемуся экономсегментом. Аналогичный рекомендательный сервис внедрила виноторговая компания Millesima. Помимо истории покупок система анализирует такие факторы, как география покупателя, время года и многое другое, что позволяет делать предложения, учитывая не только предпочтения, но личные праздники пользователя.

Еще один кейс из Японии — реклама декоративной косметики в метро с применением ИИ: идентифицируется пол пассажира по зрачкам (!), а по их реакции на рекламу определяется продукт, который заинтересовал, и показывается конкретный рекламный продукт, например помада. Мы называем такой подход управление массивной сложностью.

Начавшееся внедрение систем помощи водителю изменят в ближайшее время не только процесс покупки новых автомобилей, но и продвижение услуг смежных областей. Например, социальной, страховой.

Сегодня, приобретая при покупке автомобиля страховой полис, мы оплачиваем и то, что с нами не случится. Теперь же умный автомобиль — а такими уже можно считать широко представленные на рынке авто уровня ADS 2 (с продвинутой активной помощью водителю в рулении, торможении, удержании в полосе и т.д. при постоянном контроле водителя) — способен собирать подробную информацию о манере езды водителя, по каким дорогам он больше ездит, с какими скоростями, как часто он нарушаете ПДД, попадает в ДТП, и какие части машины при этом обычно повреждаются и т.д. На основе этих данных будут страховаться только реальные риски, только то, что характерно именно для этого водителя.

Близится и время, когда пропадет спам. Умные маркетинговые службы научатся присылать своим клиентам именно то, что их действительно интересует. Операторы кабельных сетей и мобильных операторов будут предлагать точечные планы и тарифы, в которых не будет «мусорных» каналов. И так далее. По прогнозам Gartner, уже к 2020 году персонализированные каналы к пользователям позволят цифровым бизнесам на 15% увеличить их выручку.

Все это происходит так быстро, что, по данным IDC, к 2020 году более половины всех компаний будут использовать когнитивный маркетинг.

Сказочные перспективы

Вернемся для примера к нашему умному холодильнику. У него появляется новая полка — Try&Buy («попробуй и купи»). На нее производители будут отправлять новые продукты, которые все члены семьи смогут попробовать и, если они понравятся, заказывать их. Эта функция уже никак связана с традиционной рекламой продукта по телевизору, в журнале или интернете. С тем, есть ли в рекламе масла щеночек или нет. Надето ли на девушке, которая рекламирует продукт, синее или зеленое платье. Визуальные образы продукта и ролики в духе «Папа может» уходят в прошлое. На их место приходят совершенно иные модели и KPI. Они будут связаны с работой ИИ, а точнее рекурентных нейронных сетей — алгоритмов, которые дадут возможность базовому бытовому устройству принимать решение. Для продвижения продукта теперь нужно будет понимать и принимать во внимание именно это.

Очевидно, что конкуренция на полке Try&Buy будет ограничена размером самой полки. На нее, к примеру, на одну неделю умные алгоритмы холодильника пустят производителя А и B, а на следующую — C и D. Очевидно, стоит ожидать появления аналогичных «полок» Try&Buy и в других приложения таргетного маркетинга. Например, в продаже пакетов медийных каналов, схемах продаж товаров широкого потребления и т. д.

Кстати, можно считать, что технические вопросы перехода на новые схемы уже практически решены. Разработчики средств передачи данных для IoT недавно предложили свои стандарты, обеспечивающие необходимую скорость передачи данных. К примеру, в США, Японии и некоторых других странах под эту задачу уже предполагается выделить специальные частоты. Нам остается немного «подкрутить» искусственный мозг такого устройства, и его вполне будет можно запускать в серию, вводить прямые логистические схемы с производителями товаров. Думается, что на все про все потребуется года три-четыре.

В истории человечества иногда прослеживаются совершенно удивительные совпадения, которые создают ощущение, что мы движемся по предопределенному плану. Если вспомнить образы сказочного творчества (ковер-самолет, скатерть-самобранку, сапоги-скороходы, беспилотную печь Емели и т.п.), окажется, что все они точное отражение наших желаний: транспорт без шофера, продукты без магазина. Между потребностью и ее реализацией нет посредников. Это все примеры таргетного наполнения. Можно сколько угодно удивляться, но эта модель мира была заложена еще в сказках. Поэтому это правильный тренд.

От маркетинга к морали ИИ

Подобно тому как человек познает мир, в развитии ИИ можно выделить три похожие стадии развития: распознавание образов, понимание смысла и самосознание. Действительно, когда ребенок появляется на свет, он учится распознавать объекты. Он понимает, например, что перед ним стол. Начинает узнавать другие столы — в кухне, гостиной, в гостях. Потом каждый объект начинает наполняться смыслом. За столом обедают, а еще можно рисовать. Но, кроме того, стол твердый и об него можно разбить нос. Потом у ребенка появляется представление не только об окружающих предметах, но и о самом себе — так возникает самосознание.

У ИИ происходит тоже самое. Создавая ИИ для беспилотников, разработчики этих систем прошли те же этапы. Примерно до 2012-2014 года шла работа над распознаванием образов. Беспилотники научились распознавать транспортные средства, различать пешеходов, дорожные знаки, разметку и т.п. Начиная примерно с 2015 года устройства лидирующих компаний перешли к распознаванию смыслов. Алгоритмы управления автороботом стали искать взаимосвязи в событиях дорожной сцены: например, за вылетевшим на дорогу мячиком может выскочить ребенок, животное на краю дороги может начать перебегать ее и т.п. И тут разработчики поняли, что однажды ИИ станет осознавать себя как отдельно взятый смысл. Сегодня никто не знает, что реально происходит внутри нейронной сети, и не может гарантированно предсказать ее окончательный вывод. И это только при одной функции построения искусственного водителя. А представьте, что будет через 10-15 лет, когда ИИ будет полностью управлять, например, умным домом, вести все домашнее хозяйство: заправлять холодильниками, чайниками, окнами, ванными…

Ведущие мировые эксперты говорят, что людям нужно разработать «робомораль». Об этом в последние его годы говорил физик-теоретик Стивен Хокинг: разработки ИИ нужно контролировать. Однако пока единственным постулатом, регламентирующим развитие ИИ, остаются три закона робототехники фантаста Айзека Азимова, сформулированные в 1942 году в рассказе «Хоровод».

Правда, и в ядерной энергетике общественные договоренности появились не сразу. Только воспринятые как глобальная катастрофа бомбардировки Хиросимы и Нагасаки привели мировое сообщество к столу переговоров.

Маркетинг имеет прямое отношение к морали. В прошлом году Mercedes объявил, что в случае ДТП создаваемые им беспилотники будут в любом случае спасать своего водителя. С точки зрения производителя такая позиция более чем понятна: человек должен быть уверен, что купленная машина с ИИ его не убьет. Но с точки зрения морали, эта позиция может привести к непоправимым последствиям. Спасая владельца, как будет действовать ИИ по отношению к другим людям, оказавшимся на пути беспилотника? Сформировать границы робоморали в соответствие с человеческими ценностями должны профессиональные сообщества, общественные организации и представители государств. Пожалуй, поняли это и в Mercedes — заявление было дезавуировано.

Гуманизация отношений биологического человека и кремниевого ИИ становится единственным условием выживания при совместном существовании. Если искусственные мозги не будут запрограммированы на то, что нельзя убивать любого человека, то ИИ через какое-то время сможет самостоятельно доучиться и — убить. Эта идея становится центральной в концепции нового маркетинга, ключевой зоной приложения разработок глобальных компаний.

Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 3 июля 2018 > № 2662645 Ольга Ускова


Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 29 июня 2018 > № 2656865 Валерий Алакоз

Комментарий. Почему земля в России до сих пор не устроена и не измерена.

Если кто не знает, в России сотни миллионов гектаров земель, а счастья нет. Земли много, а землепользование не на уровне, поскольку порядка там нет. Но ведь земля — это огромный ресурс, которым, по идее, мы все владеем. Но почему наши участки наезжают на картах друг на друга, мы идем в суды искать правду, а найти ее удается иногда и за очень большие деньги?

Эти и другие вопросы обсудили в беседе издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и Президент Российской ассоциации частных землемеров Валерий АЛАКОЗ.

— Валерий Владимирович, не так давно ректор Российской академии землеустройства назвал потрясающую цифру: если поставить на кадастровый учет все государственные земли и взимать с них налог, то государство может иметь порядка 1 триллиона рублей в год. А сейчас мы вводим повышенный возрастной ценз для выхода на пенсию, дополнительные 2% к НДС — будет 20% он. То есть казна судорожно ищет доходы. Это уже вызывает некоторое брожение в массах, потому что людям это не вполне нравится. Между тем земля не поставлена на кадастровый учет. Казалось бы, поставь — и триллион рублей как с куста, не считая земельных сделок между участками. Как вы считаете, это правдоподобная цифра?

— Она близка к правде. Вообще кадастр имеет много целей. Одна из них — фискальная, собрать налог; другая – прежде чем управлять, надо знать, чем ты управляешь, это такая информационная система для управления территориями. Экологические задачи, обеспечение рынка оборота земель, устойчивость землепользования, особенно это касается продуктивных сельскохозяйственных земель. Это и развитие финансового рынка, поскольку можно земельные участки, объекты легализовать…

— Вопросы землеустройства очень актуальны. Один пример – ситуация в дачном товариществе «Радонежские просторы», в котором около тысячи членов товарищества вдруг остались без земли. Их просят удалиться, хотя земли у них в собственности по государственному акту. Вот что сообщает председатель товарищества Н.Б. Лычагина. Несколько тысяч человек попали в беду из-за ошибок чиновников. В стране есть обманутые вкладчики, дольщики, а теперь – и обманутые дачники. Дело было так. 10 лет назад люди купили земли в Сергиево-Посадском районе Московской области, получили все государственные документы, права собственности, все по закону оформили. Все сделки проверялись юристами. Многие успели построиться, зарегистрировать дома, свидетельства о собственности на строения получили. Это было 10 лет назад, а спустя 4 года, где-то в 2013 году, вдруг чиновники достают документ 30-летней давности, 1986 года Мособлисполкома, решение пленума, где было принято решение об организации на данной территории охранной зоны. Решение было принято, но ни один его пункт исполнен не был – решение никогда нигде опубликовано не было. Более того, когда его в судах представили, на нем стоял гриф секретности (ДСП), то есть оно было секретным. Понятно, что даже теоретически граждане о существовании такого документа знать не могли. Границы зоны не были определены, в кадастр обременения не были внесены. Все 30 лет шло активное обустройство этой территории, ее развитие, стройка, Ярославское шоссе пересекло всю эту охранную зону. Но тем не менее все мытарства начались именно с этого момента.

У граждан, на первый взгляд, бесспорные аргументы: нормативные акты не опубликованы, поэтому связанные с ними дела не должны рассматриваться в судах. Но суды почему-то приняли эти дела.

В итоге земля снова была переведена в категорию земель сельхозназначения. Автоматически все построенное на ней оказалось вне закона, все объявили незаконными строениями. А тем, кто не успел построиться, ввели запрет на строительство, и люди просто не могут пользоваться этой землей, которую купили, реализовывать цели, ради которой покупали землю.

Люди оказались просто в подвешенном состоянии. Те дома, которые зарегистрированы, сегодня, оказывается, находятся на землях сельхозназначения. Это тоже не совсем законно. Тем владельцам, которые не успели зарегистрировать строения, отказывают в регистрации, а те, кто не успел построиться, не могут начать это делать, потому что на данной территории запрещено строительство.

— В кадастре должны быть земельные участки, ограничения по использованию этих участков в виде границ охранных зон с особым режимом использования…

— Там же секретное постановление было.

— Да. Даже дело не в секретном характере…

— Оно не опубликовано.

— Отсутствуют в кадастре вот эти зоны по 20-30% от всего их наличия.

— То есть, первое – это отсутствие кадастра.

— Только сейчас этим начали заниматься. И когда люди покупали участки, это чистые права были, они законно купили, добросовестные приобретатели, начали строиться. И когда… Это часто бывает, что смотрят на это на все, люди строятся, им ничего не говорят, а когда все это сделано, вдруг предъявляют претензии по поводу того, что там нельзя этого делать по режиму охранных зон. Это, видимо, зоны газопровода, да?

— Нет, не газопровода, это какой-то природный заказник или что-то в этом духе.

— Природоохранная зона с особым режимом, где этого нельзя было бы делать. Но чиновники…

— …продали эту землю.

— Да, и не уведомили. Они вообще не могли продать эту землю, они не имели права. Поэтому из всего количества застройщиков надо выделить добросовестных. Их надо отделить от захватчиков, которые все знали и сознательно шли на это. Ведь другие не знали и по вине той же власти, которая не уведомила их, тех ведомств, в ведении которых находились эти охранные зоны, не реагировали долгое время. Надо было сначала, сразу поставить водораздел… А поставили в трудное положение всех людей. Такие случаи были, реакция самых высоких наших руководителей известна: не надо прогонять людей с таких земель, надо искать выходы — то ли сокращать эти зоны, то есть менять…

— То ли менять их расположение.

— То ли выносить куда-то эти трубопроводы, обходить их, но нельзя трогать людей, которые добросовестно все сделали, нельзя нарушать их права. Но, к сожалению, это достаточно часто бывает. Причина в том, что организации, в ведении которых находятся эти природные, природоохранные зоны, водоохранные зоны, не внесли эти данные в кадастр, их там нет. А сейчас главная информационная база — какие это земли, кому они принадлежат, в каком они режиме работают – будет находиться в земельном кадастре. Сейчас его только наполняют.

— Только-только начали наполнять?

— Только начали наполнять.

— Один наш читатель сообщил, что четыре года назад заказал межевание через кадастровую контору. Заплатил деньги. В итоге даже через суды не мог добиться никаких результатов. Фирма исчезает, а кадастровый инженер, который проводил межевание, идет на повышение. Получается, ни денег, ни межевания, правильно?

— Кадастровые инженеры сегодня являются членами саморегулирующихся организаций. Они просто обязаны быть членами таких организаций, иначе не могут работать. Таких организаций у нас сегодня порядка 20. Они должны соответствовать всем требованиям по квалификации, должны застраховать свою деятельность профессиональную…

— Ответственность?

— Ответственность профессиональную, да. Она может быть двух видов: личная ответственность, может еще перестраховываться саморегулируемая организация. Там есть ответственность у него и финансовая, вплоть до потери права на работу. То есть человеку надо обратиться в саморегулируемую организацию, с которой он заключал договор, и выяснить, куда делся этот кадастровый инженер.

— Валерий Владимирович, у нас в начале 1990-х гг. была организация, которая называлась Роскомзем. Это не просто Кадастровая палата, эта организация была — Российский комитет по землеустройству. Вот теперь расскажите поподробнее, что такое землеустройство и в чем отличие землемера от землеустроителя.

— Он назывался Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству. Он отвечал за все земельные ресурсы, вел информационную базу, занимался межеванием; половина работ была связана с землеустройством. За Госкомземом была закреплена в самом начале задача по сопровождению земельных преобразований, реализации первой программы по земельным преобразованиям; значительная часть была посвящена землеустройству. Землеустройство – это проектное землепользование, в основном это использование сельскохозяйственных земель. Вот до 1990 года какие функции были? Съемка, картографирование, вычисление площадей, определение площадей, видов угодий и их качества, порядка 300 с лишним показателей было по видам угодий и качеству этих угодий. Через 5-7 лет повторялись эти съемки, через 10-15 лет проводились почвенные обследования, мы за последние годы три тура почвенных обследований провели.

— Почвенное обследование – это что?

— Это каждое сельскохозяйственное предприятие определялось… Выкапывались такие ямы 2-метровые, определялся профиль земли…

— То есть бонитет земли, ее качество.

— Определялись качество земли, почвообразующая порода, сама почва, почвенные характеристики, по наличию питательных веществ, физический состав…

— Этим всем занимался Госкомзем?

— При Госкомземе был институт Роснииземпроект, объединение. В этом объединении было 12 зональных проектно-изыскательских и

научно-исследовательских институтов и порядка 60 экспедиций и институтов, в каждой области было подразделение.

— И когда вся эта большая организация перестала существовать?

— Она начала затухать в середине 1990-х гг. Мы подготовили программу продолжения работ, завершения земельных преобразований, потому что только начали. Эта программа была утверждена правительством как федеральная целевая программа на 1999-2001-е гг. Еще 4 миллиона крестьян не получили свои доли, они должны были их получить. За счет госбюджета проводились кадастр, разделение этих участков. Но полгода не прошло, как ее закрыли, перестали финансировать, а потом вся эта система Госкомзема, система Роснииземпроектов, вот этих проектных институтов ушла в подчинение Росимущества.

— А вот еще один пример, на этот раз из Иркутска. Нам сообщила Ирина Х, что она и ее муж в 2000 году получили земельные доли, отработав вместе с мужем по 15 лет в совхозе. Им выдали участки. Почти сразу в 2000 году они все оформили согласно действовавшему на тот момент законодательству. Почти 20 лет они пользовались этой землей, участком. Однако недавно, по ее словам, появились некие люди, стали выдавать какие-то ресурсы денежные или лесные фонды, потихоньку наложили на эти участки границы. Супруги межевание проходили, границы не налаживали, спокойно пользовались землей, потому что их уверили, что у них есть право собственности как оно было оформлено. Короче говоря, заверили, что никто не имеет права участки у них забрать. А вот на сегодняшний день какие-то люди наложили на участки свои границы. Что теперь делать – супруги не знают. Только теперь идут суды и в судах требуют привязку этих участков. Как супруги могут доказать, что именно на этом участке они 20 лет осуществляли землепользование?

Я думаю, что такая проблема касается сотен тысяч наших сограждан, если не больше. Валерий Владимирович, сколько у нас существует сеток или, как это, систем измерения вот этих вот участков?

— Ну сначала я скажу, что 12 миллионов работников колхозов и совхозов, пенсионеров, работников социальной сферы, обслуживающих село, получили 120 миллионов сельскохозяйственных угодий в собственность.

— Это 120 миллионов гектаров.

— Да. Примерно в среднем это 10 гектаров на человека. Определялись проекты перераспределения земель, часть земель ушла в ведение сельских советов, включена в границы населенных пунктов, выведена из земель колхозов и совхозов. Часть земель попала в фонд перераспределения, а остальная часть была приватизирована, определены места, поля, кормовые угодья на этом материале, составлен перечень участников общей земельной собственности, вот этой долевой собственности. Мы успели в начале 2000 года идентифицировать эти земельные доли, фамилии в определенных полях севооборота, то есть некоторая неопределенность несколько отошла на второй план, 3-5 человек знали, на каком поле находится их собственность.

Но процедура выделения земельных участков, установление границ в счет земельных долей достаточно сложна. Многим из собственников земельных долей это было не по силам. В законе об обороте земель это теперь поручено муниципальным органам, то есть теперь городские округа и поселения должны этим заниматься. Они должны составить проект межевания земель, выявить там земельные участки, которые потеряли своих владельцев. Это невостребованные земельные участки, их примерно 20% от того, что имеется. Остальные земельные участки определить по фамилиям собственников этих земельных долей.

— Это понятно.

— Этот процесс идет, но идет достаточно медленно.

— А почему медленно? Если раньше был один Госкомитет по земельным ресурсам, который владел всей информацией обо всех участках на территории Российской Федерации, сколько сейчас ведомств претендует на свои земли? Сколько ведомств владеет землей, государственных ведомств?

— Ну вот раньше один орган этим занимался, а теперь лесами занимаются гослесные органы, водой — Минприроды, строительством строители занимаются, Росимущество распоряжается землей федеральной и разной…

— Которая тоже некадастрирована, неразграничена еще.

— Они обязаны за свой счет кадастрировать землю для продажи, должны определенную вещь продать. Там есть лазейки разные, можно даже на схеме нарисовать…

— Перечислять можно долго, сколько по числу этих ведомств?

— Ну, некоторые называют 16, я перечислил основные.

— То есть было одно ведомство, сейчас их 16.

— Да. Кадастры – это общественный продукт, государство должно им заниматься. На вот эти 30 с лишним миллионов земельных участков, которые были приватизированы в 1990-х гг., надо было с помощью государства, с помощью бюджетов потратить копейки, чтобы получить рубли, о которых вы говорите.

— Валерий Владимирович, вот вы сейчас негосударственный служащий, наверное, сможете ответить на мой вопрос хотя бы «да» или «нет». Скажите, пожалуйста, в том, что из единого органа управления землей сейчас у нас получились как минимум 16 органов, коррупционная составляющая есть?

— Конечно, есть.

— Когда сосед на соседа наезжает, они полюбовно этот вопрос решить не могут, только через суд. Это адвокат, это землемер, плюс взятки и так далее.

— Два примера могу привести. В кадастре сегодня около 3 миллионов участков с границами, которые пересекаются. Они не должны были попасть в кадастр, но они попали, это о чем-то говорит, почему-то они попали.

Теперь создали, по нашему предложению, апелляционные комиссии, которые рассматривают споры о пересечении границ, когда не ставят на кадастровый учет, поскольку границы наезжают на ранее установленные границы, или по другим причинам. Там порядка трех десятков причин, чтобы отказать и не поставить участок на кадастровый учет. По заявлению кадастрового инженера или заинтересованного лица этим занимается апелляционная комиссия, в которой три чиновника и три человека от профессионального сообщества с правом решающего голоса, если разделились голоса 3 на 3, — у руководителя от Росреестра.

Мы ожидали большего эффекта от работы этих комиссий, комиссия из поданных заявлений половину не рассматривает, поскольку там просрочка идет, там в месяц не уложились, позднее отправили свои материалы, а из рассмотренных материалов они 10-15% удовлетворяют, отказы были признаны неправильными, а в 85-90% случаев — отказывают. Потом эти дела попадают в суды, и там ровно наоборот: по статистике, мы ее изучали, 80-85% решений выносятся в пользу граждан, в 10-15% случаев суды не поддерживают граждан. То есть это говорит о том, что суд — более серьезная организация. Эти комиссии плохо работают, они под началом Росреестра, Росреестр контролирует их деятельность, это продолжение бюрократического аппарата за счет средств тех же кадастровых инженеров, которые содержат саморегулируемые организации. То есть система неэффективна.

И еще один пример. Если кадастровых инженеров за ошибки наказывают штрафом от 30 до 50 тысяч…

— Их наказывают все-таки?

— Наказывают, если выявляются нарушения, даже уголовная ответственность есть, если она подлежит этой ответственности, и лишение права на работу есть. А кадастровый чиновник никаких наказаний не имеет, его пожурят, в худшем для него случае это 1 тысяча рублей за просрочку выдачи каких-то данных. То есть никакие квалификационные требования к ним не предъявляются такие же, как к кадастровым инженерам, там практически любой может работать…

— Как все тонко продумано.

— Все очень тонко, на эти места просто все рвутся.

— Ну конечно, это же хлебное место.

— Первый вице-премьер, проводя коллегию, говорил: «Не пойму, почему туда все рвутся на такие маленькие оклады». Пошутил так.

— Валерий Владимирович, хочу вернуться к своему самому первому вопросу: сколько денег у нас лежит сейчас на земле, и мы ленимся их поднять? Под «мы» я имею в виду государство, которое ленится просто деньги поднять, квалификации не хватает, ума не хватает, сердца не хватает, ничего не хватает. Все хотят повысить налоги, пенсионный возраст поднять, чтобы не платить пенсии. Что же это такое? Сколько у нас таких примеров?

— Когда мы начали в 1990-х гг. преобразования, объездили стран 20, посмотрели, как кадастровая система работает. Ездили в Испанию, во Францию, Австралию … В Австралии, например, как все происходит. Сделали съемку, взяли все материалы, которые там были на бумаге, положили за счет государства на карты, сказали, что это ваша собственность, но она неполная, вы продать не можете. Вот когда вы захотите продать и будете получать выгоду, тогда вы поточнее померяете, мы поменяем не очень точные границы на очень точные. То есть государство озаботилось в первую очередь тем, что оно определило, что это твоя собственность, это, во-первых, и со всех собирала налоги.

— Считаете ли вы, что нужно воссоздать Госкомитет по земельным ресурсам? Да или нет?

— Я бы мечтал об этом, но думаю, что это очень трудно сделать.

— У нас сейчас вице-премьер аграрник, давайте пожелаем ему, чтобы одним из первых решений было именно воссоздание Госкомитета по земельным ресурсам.

— Я ему это пожелаю, но это очень трудная задача.

Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 29 июня 2018 > № 2656865 Валерий Алакоз


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > mirnov.ru, 27 июня 2018 > № 2662500 Алексей Самохвалов, Татьяна Голикова

КАКАЯ ПЕНСИЯ ЖДЕТ РОССИЯН ПОСЛЕ ОТМЕНЫ БАЛЛОВ?

Правительство объявило о начале новой пенсионной реформы. Ждать ли пенсионерам «горы золотые» или в итоге их оставят вовсе без штанов? «МН» спросил об этом у юриста Алексея САМОХВАЛОВА.

- Вице-премьер Татьяна Голикова пообещала отменить балльную систему начисления пенсий, которая была введена в 2015 году и, по мнению вице-премьера, плохо себя зарекомендовала. Действительно ли с баллами все так плохо?

- Татьяна Голикова анонсировала возвращение к советской системе начисления пенсий, где учитывались стаж и размер зарплаты. В балльной системе доплачивали к пенсии еще и за годы ухода за детьми, членами семьи - инвалидами, за службу в армии. Так, по балльной системе можно было два года ухаживать за двумя детьми и получить за это прибавку к пенсии - почти тысячу рублей.

- То есть после отмены балльной системы увеличения пенсий, как обещает вице-премьер, мы не получим?

- Отмена балльной системы - это одна из уловок, чтобы сэкономить на выплате пенсий.

- И никаких недостатков у балльной системы нет?

- Главный недостаток придуман самим правительством, чтобы опять же сэкономить. Он заключается в том, чтобы каждый год пересчитывать знаменатель. Как рассчитывается индивидуальный пенсионный коэффициент (ИПК), в народе - пенсионные баллы? Это дробь, где в числителе - ваша зарплата, а знаменатель ежегодно определяется правительством.

Знаменатель с каждым годом все выше. Так, в 2015 году он составлял 711 тыс. руб., а в 2018-м - уже 1 млн 21 тыс. То есть чтобы в следующем году получить столько же баллов, сколько в предыдущем, у вас должна вырасти зарплата. Причем расти она должна быстрее, чем инфляция.

- Почему?

- Потому что у нас в правительстве уверены, что люди с каждым годом получают все больше и больше. Жизнь улучшается.

- А как на пенсиях может отразиться изменение минимального уровня жизни пенсионеров, который на днях тоже пообещали привести к среднему по стране, чтобы избежать «занижений и завышений»?

- И это тоже способ сэкономить на пенсиях. Ведь если пенсия ниже минимального прожиточного уровня, то государство обязано доплачивать. А знаете, что самое интересное? Лишь в 14 регионах минимальный уровень жизни пенсионеров оказался заниженным, зато в 71 - завышенным! То есть в 14 регионах поднимут этот уровень, а с ним и доплаты, а в 71 регионе понизят!

- Татьяна Голикова сказала, что новая пенсионная реформа затевается для того, чтобы повысить пенсии до 40% от заработка.

- Если верить статистике, то у нас и сейчас средняя пенсия составляет примерно 40% от среднего заработка. Поэтому неясно, для чего реформа?

- Накопительную часть тоже в итоге отменят следом за страховой?

- Ее отменить сложнее, потому что накопительную часть вы копите в реальных деньгах, а не в виртуальных баллах. Если вы умрете за месяц до выхода на пенсию, то вашу накопительную часть пенсии получат ваши наследники. А вот если через месяц, то наследники ничего не получат - будет считаться, что вы накопительной частью уже воспользовались.

- То есть оставшиеся деньги останутся в Пенсионном фонде? Если мои деньги в государственном фонде.

- Учитывая, что деньги большинства частных пенсионных фондов уже прикарманил Борис Минц, получается, что тем, кто решил оставить свои деньги в ПФР, повезло все-таки больше...

- Татьяна Голикова пообещала вернуться к советской системе расчета пенсий. В СССР пенсии были неплохие. Как же у нас теперь собираются считать?

- Отличие советской системы расчета пенсий от российской системы, введенной в 2002 году, заключается в том, что в СССР не учитывался срок дожития. Учитывали только зарплату и стаж. В 2002-м стали считать, сколько пенсионер проживет после выхода на пенсию. Причем начиная с 2002 года наш пенсионер оказывался все более живучим!

Так, в 2002 году официально считалось, что после выхода на пенсию россиянин проживет 144 месяца, или 12 лет. То, что вы формально заработали, делили на эти 12 лет и платили равными долями. При этом прожить пенсионер мог и 25 лет. За это время он как бы расходовал в два раза больше того, что заработал.

Поэтому правительство стало считать, что каждый год пенсионеры живут на полгода дольше. А потом продолжительность жизни на бумаге стала расти и вовсе каждый год на год! В 2010 году срок дожития составил 192 месяца, в 2012-м - 228 месяцев и так далее.

- То есть если сейчас возраст выхода на пенсию увеличится, то и срок дожития уменьшится. А значит, делить придется на меньшую величину и пенсии вырастут автоматически?

- Вот, чтобы этого не произошло, правительство и собирается отменить такую систему расчета и оставить, как в СССР, только стаж и размер зарплаты!

- Но хоть что-нибудь хорошее скажете в конце? Например, что когда-нибудь в России будут достойные пенсии...

- При государственной системе пенсионного страхования этого не будет. Это как ОМС или ОСАГО - потолок выплат небольшой.

Почему на Западе пенсионер не бедствует? Потому что у него помимо пенсии от государства еще есть личные пенсионные накопления, а где-то и пенсия от работодателя. И это хотят привить у нас. Более того, идет целенаправленное выдавливание самой идеи государственного пенсионного страхования. Людям внушается, что они сами должны заботиться о своей пенсии. Вот это и есть ответ на ваш вопрос, будет ли когда-нибудь у россиян достойная пенсия.

- Но хоть какое-то здравое зерно в грядущей пенсионной реформе все-таки есть?

- Узнав подробности этой реформы, я просто ужаснулся, насколько это античеловечно. Когда Рейган пришел к власти в США, он анонсировал повышение возраста выхода на пенсию на два года через 20 лет. А у нас за два часа до ЧМ правительство вдруг решило, что начнет повышать этот возраст через полгода.

- Были сообщения, что правительство может пересмотреть новые сроки выхода на пенсию - 63 и 65 лет. Насколько это вероятно?

- Маловероятно. Наша власть не привыкла прогибаться перед народом и считает это признаком слабости.

Но на днях появилась и хорошая новость: возможно, будут бесплатно хоронить тех, кто так и не дожил до пенсии. Сегодня минималка на похороны в регионах - примерно 5 тыс. руб. на человека. А средний россиянин потеряет из-за повышения возраста выхода на пенсию в среднем около миллиона рублей. Заслужили?

КСТАТИ

Лишние 5-8 лет без пенсии - это не единственное, что грозит россиянам преклонного возраста. Они заодно могут лишиться и сопутствующих пенсионных льгот, положенных им по закону.

По существующему законодательству пенсионеры освобождаются от налогообложения на недвижимость - собственный дом, квартиру, домик дачного типа, гараж, а также на студию или любое другое помещение, предназначенное для осуществления творческого процесса. Но если ваш пенсионный возраст отодвинется, будьте любезны еще лишних пять лет платить налоги за квадратные метры. А это немалые деньги!

Например, налог на квартиру. Он сейчас зависит от ее кадастровой стоимости, в каждом регионе - свои расчеты. К примеру, в Москве квартиры стоимостью до 10 млн рублей облагаются по ставке 0,1%, а это, извините, 10 тыс. рублей. За пятилетие - 50 тыс. Немало! А если добавить еще и другое имущество, перечисленное выше, то получится весьма солидно, особенно для неработающего непенсионера.

А 5-процентные скидки при покупках в социальных магазинах? Если учесть, что продукты имеют свойство стремительно дорожать, а приличной работы (или вообще какой-либо) у пенсионера, скорее всего, не будет, то не так уж мало.

Сюда можно добавить отсутствие права бесплатного проезда на социальном городском транспорте. А если непенсионер - больной человек, которому крайне нужны льготные лекарства, то лучше уж вообще не жить и не расстраивать Пенсионный фонд вместе с правительством своим присутствием.

ПЕНСИИ, КОТОРЫЕ МЫ ПОТЕРЯЕМ

Корреспондент «МН» зашла на сайт Пенсионного фонда РФ, чтобы рассчитать свою пенсию по старой «балльной» системе. На сайте все еще висит калькулятор, который рассчитывает страховую часть пенсии для всех желающих.

При моей зарплате, мало отличающейся от средней по стране (35,5 тыс. руб.), калькулятор выдал мне 4,2 балла - столько мне должны были бы начислить в этом году, если бы не пенсионная реформа.

Стоимость одного балла в 2018-м - 81,49 руб., то есть за этот год я бы смогла внести в свою страховую копилку прибавку к пенсии в размере примерно 340 руб.

Далее калькулятор спросил меня, сколько я собираюсь работать. При трудовом стаже 20 лет и уходе за двумя детьми (год за каждым) моя страховая пенсия по балльной системе составит 89,65 балла, или 12 288 руб.! Плюс фиксированная часть пенсии - 4892 руб. 90 коп.

То есть к своим сорока с небольшим годам, если верить калькулятору, я уже заработала себе пенсию 17 тыс. руб.! Это еще не считая накопительной части в фонде «Благосостояние». Правда, чтобы получить свою пенсию, мне надо еще дожить до пенсионного возраста. А это при возрасте выхода на пенсию в 63 года сделать будет сложно - моя мама умерла как раз в 63 года.

А если я буду работать до 63 лет? При стаже 42 года я смогу набрать аж 173, 89 балла и заработать страховую пенсию в размере 19 153 руб.! С фиксированной выплатой это целых 24 тыс.! Если же взять еще и украденную у меня накопительную часть, то моя пенсия должна составить примерно 30 тыс. руб.!

И это больше, чем та пенсия, которую получают уже вышедшие на пенсию россияне, отработавшие по сорок лет и получавшие среднюю по стране зарплату.

Такой вот калькулятор. Вот только я очень сомневаюсь, что получу пенсию в 30 тыс. руб. К моменту моего выхода на пенсию правительство может придумать очередную реформу.

Аделаида Сигида

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > mirnov.ru, 27 июня 2018 > № 2662500 Алексей Самохвалов, Татьяна Голикова


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 26 июня 2018 > № 2654469 Михаил Мишустин

Встреча с руководителем Федеральной налоговой службы Михаилом Мишустиным.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с руководителем Федеральной налоговой службы Михаилом Мишустиным. Глава ведомства информировал Президента о показателях собираемости налогов, итогах работы по исключению из реестра юридических лиц фирм-однодневок, планах по совершенствованию системы регистрации в налоговых органах самозанятых граждан.

В.Путин: Начнём с собираемости – традиционный вопрос. Потом, я знаю, что у Вас были некоторые предложения, идеи, – обсудим их тоже.

М.Мишустин: Уважаемый Владимир Владимирович, у нас в январе–мае 2018 года держится достаточно неплохая тенденция по поступлению налоговых доходов во все уровни бюджета, в частности консолидированный бюджет – плюс один триллион рублей по сравнению с пятью месяцами 2017 года, это 8,3 триллиона рублей; федеральный бюджет – рост 18,9 процента, 4,4 триллиона.

Соответственно если говорить конкретно по разным налогам, то нас радует то, что рост ненефтегазовых доходов продолжается: это больше 10 процентов. Конечно, значительный прирост дал налог на добычу полезных ископаемых. Это плюс 29,5 процента, из-за цены на нефть. Но ненефтегазовые доходы растут.

Налог на прибыль – плюс 12,5 процента. Что нас радует, это связано в том числе с деловой активностью, с темпом роста прибыли прибыльных предприятий: выше трёх процентов в первом квартале.

Налог на добавленную стоимость – [собираемость] растёт уже пять лет, неизменно растёт. Плюс 14 процентов, несмотря на то, что предъявлялись достаточно значительные вычеты компаниями, которые сдавали крупные объекты, но автоматизированная система контроля за возмещением НДС позволяет нам достаточно уверенно по собираемости НДС смотреть за всеми соответствующими цепочками компаний, которые должны оплачивать налог на добавленную стоимость государству.

Налог на доходы физических лиц – плюс 12,9 процента при среднем темпе зарплаты в 12,1. Также при администрировании страховых платежей мы фиксируем рост собираемости страховых платежей в три фонда: Пенсионный фонд, Фонд соцстраха и Фонд обязательного медицинского страхования, – это плюс 13,1 процента. Стабилизированы все необходимые действия, связанные с построением взаимодействия налоговой службы с Пенсионным фондом. На сегодняшний день для бизнеса – это упрощение налоговой отчётности и отчётности в фонды, это один вид отчётности, который в квартал сдают. И мы надеемся, что легализация в том числе заработных плат и остальные действия приведут к эффективной собираемости в данный внебюджетный фонд.

Я бы хотел также сообщить Вам о такой важной цифре, которую мы зафиксировали, – это снижение количества «однодневок». Компании, которые, скажем так, занимались агрессивным налоговым планированием, – в 2016 году совместными усилиями с правоохранительными органами мы стали исключать их из реестра юридических лиц, заниматься очень серьёзно профилактическими мерами, связанными с тем, чтобы не позволять этим компаниям использовать схемы агрессивного налогового планирования. Снижение в пять раз. Если мы в 2016 году фиксировали так называемые однодневки на уровне где-то 1 миллион 649 тысяч компаний в стране, которые действовали, то это примерно 34,2 процента от общего количества юридических лиц вообще, которые действуют в Российской Федерации…

В.Путин: Более трети?

М.Мишустин: Да, это то, что было. Сегодня 309 540 (это прямо конкретно по нашему реестру юридических лиц) – это примерно 7,3 процента, что просто даёт нам основания видеть, что экономика очищается от тех недобросовестных налогоплательщиков, которые не платят налоги и используют агрессивные схемы.

В.Путин: Это в результате применения вот этих новых методов, о которых Вы сказали?

М.Мишустин: Совершенно верно, это целый комплекс мероприятий совместно с правоохранительными органами, с Центральным банком и с Росфинмониторингом. И это, собственно говоря, исключение из реестра, потому что законодательство поправили в 2016 году и исключили из данного реестра более чем 1 миллион 300 тысяч недействующих компаний.

Также я бы хотел сказать несколько слов об исполнении Вашего поручения, которое Вы в том числе и в Указе прописали, и говорили в Послании, связанного с созданием специального механизма для работы самозанятых. Это в первую очередь должен быть механизм, как Вы сказали, удобного интерфейса между людьми и налоговой службой для того, чтобы было достаточно просто зарегистрироваться и практически в один клик исполнить обязательства перед государством.

В частности, создано (пока проект) специальное мобильное приложение, которое позволит регистрироваться в налоговой службе, не приходя в центры регистрации, и позволит осуществлять платежи фактически без налоговой отчётности, без сдачи каких-то специальных справок и документов.

Мы также считаем, что это может быть сделано так, чтобы соответствующие страховые платежи, которые платят индивидуальные предприниматели в конце года, были включены в сам налог. Антон Германович Силуанов дал соответствующее поручение, и проект закона соответствующим образом будет внесён в Государственную Думу.

Хотел бы попросить Вашего поручения отработать данную технологию пилотно в четырёх регионах: это Москва, Московская область, Калужская область и Республика Татарстан, – так же как мы отрабатывали пилотно внедрение контрольно-кассовой техники, онлайн-касс, как раз перед началом промышленной эксплуатации в стране.

Считаем, что с 1 января 2019 года в течение полугода мы смогли бы отработать такую технологию, и в случае Вашего одобрения, чтобы всё было хорошо и технология работала, распространить это в стране для того, чтобы людям удобно было исполнять обязательства, это было необременительно, практически без сдачи какой-то специальной отчётности.

В.Путин: Давайте проведём такой тест.

М.Мишустин: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 26 июня 2018 > № 2654469 Михаил Мишустин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2018 > № 2645204 Дмитрий Медведев

Заседание Правительства.

В повестке: проекты федеральных законов.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Сегодня мы с вами рассмотрим ряд очень важных для дальнейшего развития нашей страны решений. Речь идёт об изменениях пенсионной системы и о корректировке налогов. Соответственно, рассмотрим законопроекты.

Мы понимаем, насколько все эти решения непростые, поэтому мы шли к ним длительное время. У нас были острые дискуссии, мы прорабатывали самые разные варианты, взвешивали все за и против. Но точно так же мы с вами понимаем, что эти изменения назрели, и назрели давно, они необходимы. Без этих решений мы не можем двигаться вперёд ни в повышении уровня жизни людей, ни в социальной сфере, ни в развитии экономики.

Сначала – о пенсионной системе. Ключевая задача, которая поставлена Президентом, – повысить пенсии. Мы должны их увеличивать темпами выше инфляции, вне зависимости от внешних обстоятельств и внутренних проблем. Но демографическая ситуация такова, что доля работающих людей становится всё меньше, пенсионеров, соответственно, всё больше. С каждым годом этот дисбаланс будет только расти – и, следовательно, нагрузка на тех, кто работает. Всё это, если не принимать решений, может привести к разбалансировке пенсионной системы, вплоть до того, что государство не сможет исполнять свои социальные обязательства. Чтобы этого не произошло, мы должны принять дополнительные меры. Только так мы сможем обеспечить нормальный уровень жизни пенсионерам, причём на долгосрочный период.

Принимая эти решения, мы должны руководствоваться несколькими факторами. Во-первых, нынешний порог окончания трудовой деятельности был установлен для части категорий в 1930-е годы, а окончательно был утверждён в 1956 году для рабочих и служащих, в 1964 – для членов сельскохозяйственных предприятий. С тех пор продолжительность жизни выросла более чем на 30 лет, кроме того, изменились и бытовые условия, и условия труда. А сроки выхода не пенсию остались прежними. Их поэтому давно пора пересмотреть.

Во-вторых, в последние годы нам удалось добиться существенного увеличения продолжительности жизни – она достигла почти 73 лет. Это результат системной работы, которую мы ведём последние 20 лет по всем направлениям социально-экономической политики. Базовый принцип – инвестиции в человека. Это и материнский капитал, и различные выплаты семьям с детьми, и общее развитие системы образования и здравоохранения. Цель была одна – чтобы в зрелом возрасте люди жили дольше и лучше. В этой логике мы будем действовать и дальше.

Мы долго готовились к увеличению пенсионного возраста и подошли к этому только сейчас, в том числе и потому, что созданы условия для решения задачи по увеличению продолжительности жизни в рамках программы «80+». Но сейчас люди не просто живут дольше – дольше остаются активными. Человек пенсионного возраста лет 30 назад и сегодня – это просто разные люди. Многие в этом возрасте полны сил и желания работать, у многих ещё дети даже не выросли. Число работающих пенсионеров в среднем за год составляет около 12 миллионов человек. Они не хотят выходить на пенсию, они продолжают трудиться. И с каждым годом такая тенденция будет только усиливаться.

В-третьих, на сегодняшний день практически все страны уже повысили пенсионный возраст. Причём начали это делать ещё в 80-е годы прошлого века. В нашей стране возраст выхода на пенсию один из самых низких – и по сравнению с нашими партнёрами по СНГ, и с европейскими странами. Скажем, после распада СССР пенсионный возраст был увеличен во всех странах ЕАЭС, в других странах СНГ, кроме России и Узбекистана. Белоруссия сделала это некоторое время назад, а Казахстан и Молдавия – ещё 20 лет назад. Более того, наши коллеги в разных государствах из Евразийского союза сейчас делают уже следующий шаг в повышении границ пенсионного возраста. И мы тоже в общем и целом приступили к этой проблеме – к повышению пенсионного возраста, но пока это коснулось только гражданских и муниципальных госслужащих, а также депутатов. Там, как известно, в действующем законодательстве предусмотрена граница в 65 лет для мужчин и 63 года для женщин.

Не буду говорить общеизвестные вещи. В Европе люди завершают работу ещё позже – и в 67, и в 70 лет. Иными словами, по этому пути идут все страны. Тем не менее, несмотря на поздний старт по этому вопросу, предлагается ввести достаточно длительный переходный период. Начать его предлагается с 2019 года, чтобы пошагово достичь выхода на пенсию в 65 лет для мужчин в 2028 году, и в 63 года для женщин в 2034 году. Это позволит нам направить дополнительные средства на увеличение пенсии сверх уровня инфляции. И в целом переходный период даст возможность синхронизировать изменение пенсионного возраста и дальнейшее, более активное развитие социальной сферы.

Для большинства людей, которые готовились выходить на пенсию в ближайшее время, изменения будут плавными, повышение пройдёт постепенно. Например, мужчины, родившиеся в 1959 году, и женщины 1964 года рождения смогут выйти на пенсию в 2020 году – соответственно в возрасте 61 года и 56 лет. Мужчины 1960 года рождения и женщины 1965 года рождения получат право выхода на пенсию в 2022 году – соответственно в возрасте 62 и 57 лет. А у молодого поколения впереди ещё достаточно времени для адаптации к новым границам.

В качестве компенсационной меры мы предлагаем предусмотреть возможность для всех лиц, которые имеют большой стаж (40 лет – для женщин, 45 лет – для мужчин), выйти на пенсию на два года раньше общеустановленного пенсионного возраста в условиях его повышения. При этом предлагается сохранить существующие льготы на досрочные пенсии для ряда категорий. Это право останется у тех, кто работает на вредном и опасном производстве (так называемые списки); у женщин, которые имеют пять и более детей; у инвалидов по зрению I группы и военной травмы; у одного из родителей или опекунов инвалидов с детства; у чернобыльцев; у некоторых других категорий, которые имеют такие льготы по социальным мотивам.

Требования к стажу педагогов, медицинских и творческих работников также предлагается оставить прежними. Сейчас данным категориям работников необходимо выработать специальный стаж от 15 до 30 лет, в зависимости от конкретной категории работника по льготам. Эти правила останутся без изменений в настоящий период. При этом возраст выхода на пенсию этих работников будет исчисляться с учётом общих подходов к темпам повышения пенсионного возраста. Таким образом, возраст, в котором эти работники вырабатывают специальный стаж и приобретают право на досрочную пенсию, фиксируется, а реализовывать это право и назначать досрочную пенсию можно будет в период с 2019 по 2034 год и далее с учётом увеличения трудоспособного возраста и тех переходных положений, которые предусмотрены. Для тех, кто проработал в особых климатических условиях, в районах Крайнего Севера, приравненных местностях, пошагово выход на пенсию будет осуществляться для мужчин – в 60 лет, для женщин – в 58 лет.

Ещё один важный момент, который я хочу особо подчеркнуть. Он касается нынешних пенсионеров. Во-первых, в отношении них никакие правила, естественно, не меняются. Во-вторых, благодаря программе увеличения трудоспособного возраста их пенсии будут расти ориентировочно на тысячу рублей в год. Кроме того, они, как и раньше, будут получать все положенные им иные социальные выплаты.

Хотел бы в этом контексте обратиться к профессиональным союзам, работодателям, с тем чтобы они оперативно организовали проведение необходимых процедур, рабочую группу. И чтобы мы в кратчайшие сроки провели заседание Российской трёхсторонней комиссии.

Также сегодня мы рассмотрим ратификацию 102-й Конвенции о минимальных нормах социального обеспечения. Её положения позволят привести к международным стандартам законодательное регулирование пенсионной сферы. Это назревший вопрос. Конвенция достаточно долго обсуждалась, пора её ратифицировать. Она устанавливает чёткое соотношение между средним размером пенсии и средним заработком.

Наши социальные партнёры по объединению независимых профсоюзов обращались в Правительство с предложением о ратификации этой конвенции. Давайте это сделаем.

Коллеги, принимаемые меры позволят не только повысить пенсии, они дадут возможность дополнительно сбалансировать рынок труда. У нас уже сейчас рекордно низкая безработица. В среднесрочной перспективе мы и вовсе можем столкнуться с ситуацией, когда нам будет не хватать трудовых ресурсов. Что скрывать, в ряде регионов их уже не хватает. Поэтому старшее поколение, а это люди с огромным опытом, зачастую уникальной квалификацией, которые умеют работать, ещё многое смогут сделать.

Мы должны предпринять все усилия, чтобы устранить любые ограничения при приёме на работу людей, уже достигших определённого возраста, чего наши люди давно требуют. Поэтому я поручаю Роструду особенно внимательно следить за этими процессами. Если граждане хотят работать, они должны работать, тем более что доход от такой работы всегда выше пенсии. И нам необходимо обеспечить людям в нашей стране такую возможность. Это понимание должно быть не только у государства (почему я на этом акцентирую внимание), но и у работодателей – они должны в полной мере обеспечить работой людей старшего поколения.

Теперь о налогах. Говоря об этом в контексте совершенствования пенсионного законодательства, я имею в виду, что свою часть экономической нагрузки за повышение уровня жизни пенсионеров должен нести бизнес. Предложений было много. Напомню, мы обсуждали и введение налога с продаж, и переход к прогрессивной шкале налога на доходы физических лиц, и просто повышение ставки этого налога, вплоть до отмены всех налоговых льгот, включая льготы по НДС на авиаперевозки, на продукты, на детские товары. Но мы отказались от таких неоправданно тяжёлых для людей шагов и остановились на следующих решениях, которые предлагаются к рассмотрению.

Первое. Будет изменена ставка налога на добавленную стоимость. Сейчас базовая ставка НДС – 18%. Предлагается сделать её 20%. Чтобы эта нагрузка не падала на людей, все льготы по налогу на добавленную стоимость на основные социально значимые товары, на основные услуги будут сохранены. Это пониженные ставки в отношении продовольствия, детских товаров, медицинских товаров и нулевые ставки на внутренние межрегиональные воздушные перевозки.

Второе. Мы приступили к завершающему этапу налогового манёвра в нефтегазовой отрасли. Речь идёт об отказе от экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты и о параллельном повышении налога на добычу полезных ископаемых, нефти и газового конденсата. Этот процесс будет завершён постепенно, начиная с 2019 года и в течение шести лет. Проводя налоговый манёвр, мы, конечно, не можем не учитывать рисков повышения внутренних цен на бензин и дизельное топливо. Выводы из ситуации с ростом цен на топливо сделаны, и, чтобы не допустить этого в будущем, предлагается ряд серьёзных новаций и соответствующих механизмов.

Мы приняли решение временно с 1 июня снизить акцизы на бензин и дизельное топливо. А для того, чтобы компенсировать регионам выпадающие доходы, мы изменим структуру распределения акцизов между федеральным и региональными бюджетами.

Напомню, что деньги, полученные за счёт акцизов, можно использовать только на ремонт и содержание автодорог. Теперь та часть этих поступлений, которая пойдёт в региональные дорожные фонды, вырастет. И соответственно, уменьшится часть, которая раньше шла в федеральный бюджет.

Соответствующие законодательные инициативы находятся в высокой степени готовности. Поручаю оперативно согласовать оставшиеся позиции с участием всех заинтересованных сторон и на следующем заседании Правительства рассмотреть доработанные документы по вопросам налогового манёвра.

Инициативы, которые мы сегодня рассматриваем, предполагают и ряд существенных налоговых послаблений.

Во-первых, предлагается закрепить наконец на постоянной основе применяемые сейчас в качестве льготных тарифы страховых взносов в государственные внебюджетные фонды (в Пенсионный фонд, в фонды социального страхования и обязательного медицинского страхования) на уровне 30%. То есть зафиксировать эту величину уже окончательно.

Во-вторых, мы приняли решение отказаться в будущем от использования такого института, как консолидированные группы налогоплательщиков, в связи с тем, что мы отменяем требование о контроле за трансфертными ценами внутри страны.

Проблема так называемых консолидированных групп не новая. Мы её не раз обсуждали с коллегами из Государственной Думы, Совета Федерации и с главами регионов.

У этого механизма есть существенные недостатки. Прежде всего речь идёт о выпадающих доходах региональных бюджетов. Поэтому начиная с 2016 года, напомню, мы приостановили создание новых групп и запретили расширение уже действующих, ввели ряд ограничительных мер. А с 2023 года этот институт на федеральном уровне вообще будет ликвидирован. Принимая это решение заранее, мы должны сделать так, чтобы и у налогоплательщиков, и у региональных властей было время подготовиться к изменению налоговых правил в части консолидированных групп налогоплательщиков.

Налоговые меры, которые мы собираемся принять, позволят, во-первых, обеспечить выполнение майского указа Президента по достижению целей развития и, во-вторых, поддержать экономический рост, будут стимулировать технологическое обновление, развитие малого бизнеса, индивидуального предпринимательства. Эти инициативы в части налогов также необходимо рассмотреть на Российской трёхсторонней комиссии.

Считаю правильным в случае, если эти инициативы будут приняты, если они вступят в силу, зафиксировать новую налоговую конфигурацию на ближайшие шесть лет. Мы придерживались такого подхода в предыдущий период, и, скажем прямо, в целом он себя оправдал.

Наряду с этими мерами предлагается сохранить первичный дефицит бюджета на уровне 0,5% валового внутреннего продукта и зачислять эти средства в специально создаваемый фонд развития, чтобы осуществлять инвестиционные расходы на выполнение нового майского указа Президента.

Уважаемые коллеги, все законопроекты, все сопроводительные документы должны быть направлены в Государственную Думу в самое ближайшее время, чтобы наши коллеги-депутаты могли до конца весенней сессии рассмотреть их в первом чтении. Поэтому прошу всех профильных министров, заместителей Председателя Правительства, Аппарат Правительства заняться этим в приоритетном порядке, плотно и конструктивно работать с парламентом.

Отдельно хочу обратиться к коллегам из Государственной Думы и Совета Федерации – прежде всего к коллегам из фракции «Единая Россия», но и к другим тоже: рассчитываю, что парламент эти инициативы поддержит, рассчитываю, что «Единая Россия» также предпримет все усилия для поддержки этих законопроектов.

И ещё один важный момент. Я уверен, вы все понимаете (мы с вами об этом говорили совсем недавно): времени для дальнейших теоретических дискуссий нет, нам необходимо заниматься практической работой по выполнению национальных целей развития. Это единственно возможный путь к успеху. Это принципиальная позиция Правительства, это принципиальная позиция Президента.

А.Силуанов: Задачи, которые стоят перед Правительством, очень амбициозны: добиться повышения темпов роста экономики на уровне не ниже мировых, обеспечить рост реальных доходов населения и снижение бедности, обеспечить рост пенсий выше уровня инфляции. Для реализации этих задач нужны как структурные преобразования, так и дополнительные ресурсы, включая и бюджетные, и частные инвестиции.

Меры, предлагаемые для реализации задач, определены, Дмитрий Анатольевич, в Вашем выступлении. По сути дела, это три ключевых блока вопросов: изменение налогов, налоговой политики, дополнительные бюджетные расходы для создания специального фонда развития, также это изменения пенсионной системы, связанные с повышением пенсионного возраста и увеличением реальных доходов пенсионеров. Таким образом, участвует и бизнес, и бюджет, и работники в решении этих задач.

Задачи, поставленные перед Правительством, будут реализовываться путём принятия соответствующих национальных проектов по ключевым направлениям развития страны: это образование и здравоохранение, поддержка экспорта и малого предпринимательства, развитие цифровой экономики и инфраструктуры и ряд других. На эти цели и будут направлены изменения, которые предусматриваются в рамках налоговых изменений и бюджетного законодательства. Изменения в пенсионной системе позволят обеспечить рост в реальном выражении пенсий, повысить соотношение среднего размера пенсии и среднего заработка.

Остановлюсь на изменениях налогового законодательства и бюджетного законодательства.

Первое. Дмитрий Анатольевич, Вы уже озвучили предложение о повышении с 1 января следующего года размера ставки НДС с 18 до 20%. Этот шаг приведёт к дополнительным доходам федерального бюджета более чем на 600 млрд рублей в год, начиная со следующего года. Эти средства вместе с дополнительными доходами от завершения нефтегазового манёвра будут основными источниками для финансирования национальных целей развития, поставленных в указе Президента от мая текущего года. Готовящийся налоговый пакет Правительства предусматривает набор решений по компенсации эффекта от повышения НДС и снижению налоговой нагрузки.

В частности, предлагается обеспечить ускорение возмещения НДС экспортерам путём снижения пороговых значений сумм уплаченных предприятием за три года налогов, что даёт право на ускорение возмещения НДС, с 7 до 2 млрд рублей. Предусматривается снизить нагрузку на плательщиков НДС за счёт сокращения сроков проведения камеральных проверок при возмещении НДС; отменить сложный для бизнеса и дестимулирующий инвестиции налог на движимое имущество.

Все эти налоговые решения будут внесены в составе готовящихся Правительством проектов законов, и надеемся на их принятие парламентом в весеннюю сессию.

Кроме того, мы планируем зафиксировать базовые параметры налоговой системы и не менять их в ближайший шестилетний период, как Вы определили в наших задачах, Дмитрий Анатольевич, в своём вступительном слове.

Правительство также предлагает на бессрочной основе зафиксировать тариф страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в размере 22% с предельной величиной базы для обложения взносами и 10% сверх предельной величины. В настоящее время постоянный тариф составляет 26%, и он должен быть реализован с 2021 года. При этом дефицит Пенсионного фонда будет, как в настоящее время, в полном объёме компенсирован за счёт средств федерального бюджета.

Кроме того, мы предлагаем отменить контроль за трансфертным ценообразованием. Это существенно снизит административную нагрузку на бизнес, сократит отчётность в Федеральную налоговую службу. Мы будем и дальше снижать административную нагрузку на предпринимателей, в том числе на малых предпринимателей.

Решение о создании условий по улучшению администрирования и снижении административной нагрузки позволит нам снизить налоговую нагрузку и административную нагрузку на самозанятых, индивидуальных предпринимателей. Такие предложения будут подготовлены и реализованы уже в ходе рассмотрения законодательных актов в текущем году.

Создание фонда развития. Источником для такого фонда станут дополнительные государственные заимствования в объёме до 0,5% валового внутреннего продукта, их объём на шестилетнем промежутке времени составит около 3,5 трлн рублей. Этот сбалансированный объём, который мы можем себе позволить, не будет угрожать устойчивости государственных финансов, доступности кредитных ресурсов для частного сектора, с одной стороны, и позволит запустить ключевые инфраструктурные проекты, проекты в области цифровой экономики, поддержать наших экспортёров, оказать содействие малому и среднему предпринимательству. То есть это те меры, которые необходимы для стимулирования экономического роста.

Проекты, которые будут финансироваться из фонда, будут отбираться исходя из необходимости повышения темпов роста экономики. Здесь и проекты в области инфраструктуры, городской и цифровой инфраструктуры, межрегиональной связанности – всё то, что будет влиять непосредственно на задачи экономического роста.

Средства фонда будут позволять привлекать помимо бюджетных средств деньги частных инвесторов. Для более эффективного использования бюджетных ресурсов предлагается задействовать существующие институты развития, включая Внешэкономбанк, Российский фонд прямых инвестиций, Российский экспортный центр и другие.

Просьба поддержать подготовленные изменения в налоговое и бюджетное законодательство. Они прошли обсуждение, согласование, и мы готовы к внесению их в парламент.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2018 > № 2645204 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 13 июня 2018 > № 2644207 Александр Проханов

У матросов есть вопросы

как в одной стране могут существовать две честности: честность Абрамовича и честность вологодской учительницы?

Александр Проханов

"Прямая линия" с президентом Путиным была в то же время кривой. Её искривляли стоны, непрерывные жалобы. Президент Путин сидел среди стенаний. Стенала Россия. Цены на бензин такие, что впору бросать автомобиль. Обманутые дольщики ищут крюк, где бы повеситься. Дальневосточный гектар предоставляется людям так, что там хоть могилу рой. Задержки зарплат, как в девяностых. В больницах закрываются все отделения, кроме моргов. В школах учителя перебиваются с хлеба на воду. Ветшает жильё, ветшают живущие в нём, ветшает Россия.

Послушаешь этих жалобных, стоящих за подаянием людей, взирающих на Путина умоляющими глазами, и думаешь: где же ты, долгожданный рывок? С кем его совершим? С этим смиренным и обездоленным людом? С этими самодовольными чиновниками, крепкими, как сырные головы?

На этой "прямой линии" были представлены в основном те, кого называют простонародьем. Их жалобы и просьбы были о насущном, приземлённом: о хлебушке, о копеечке. Но на этой "прямой линии" не было философов, не было архитекторов, учёных, не было геостратегов, не было воюющих генералов. А ведь они — соль соли русской земли. У них есть свои вопросы к президенту, есть своя драма, есть свой взгляд на Россию, судьбой которой все они озабочены.

Донбасс — это страшная рана, которая едва начинает зарастать, как её тут же посыпают снарядами из установок залпового огня. Что ни день — то смерти, похоронки, гибель самых отважных и лучших. Где она, Русская весна в Донбассе? Где русское восстание, сулившее преображение не только Донбасса, но и всей России? Где восхитительная, мистическая мечта о Новороссии? Почему всё это усилиями московских чиновников гасится, оскопляется, превращается в уныние и безнадёжность?

Цифровая экономика, которую через слово упоминают наши политики. Кто она, эта цифросфера, которая вдруг опустилась на землю, накрывая собой, как туча, города и селения, университеты и семьи? Как эта новая цифровая реальность, неведомая и пугающая, соприкасается с прежней реальностью, ещё до конца не понятой, которая, уходя, оставляет нам свои неразрешённые загадки? Как в цифровой реальности станут чувствовать себя искусство, литература, человеческая этика, вера в божество? Как сочетается с цифросферой свобода, историческое творчество? Приход цифросферы знаменует множество новых, неопознанных конфликтов, которые возникают там, куда является цифра. Цифра управляет полем боя, корпорациями, жизнью одного человека и человеческого коллектива, управляет страной, союзами стран, претендует управлять самой историей.

А возможно ли управлять историей, Владимир Владимирович? Вам удаётся управлять историей, или история управляет вами, а также и нами, вашими современниками? Художники и писатели — это отбойные молотки, которые прорубают туннели в будущее. Без них невозможен прорыв. Они своим творчеством создают героев прорыва, за которыми устремляется весь остальной народ. Прорыв невозможен с помощью только лишь электроники, новых технологий, финансовых вливаний. Его не обеспечит воля политиков. Прорыв — это духовное, моральное стремление. Его начнут новые Петровы-Водкины, Свиридовы и Прокофьевы, архитекторы Мельниковы, скульпторы Мухины и Цаплины. Почему нынешние художники так боятся современности? Почему шарахаются от неё, как от высоковольтного провода? Почему они не кидаются грудью на эти оголённые, дрожащие от тока провода? Сколько можно цепляться за фильмы о советском спорте? Сколько можно жалко и бездарно копировать голливудские кинооткрытия?

Роман Абрамович, как сказал президент, нажил свои капиталы честным путём. И теперь, боясь, что отнимут эти "честные" капиталы, таскает их из Лондона в Израиль и обратно. Но тем же "честным" путём 20 миллионов русских людей оказались нищими. Как в одной стране, в России, одновременно могут существовать две честности: честность Романа Абрамовича и честность вологодской учительницы?

В это же время, когда русские миллиардеры, "честно" нажившие свои миллиарды, бегут за границу, скрываясь от правосудия, когда они плодят в окрестностях Лондона свои дворцы, когда устраивают оргии на яхтах и кормят своих собачек молоком из женской груди невольниц, в это же время в Сирии гибнут блестящие русские офицеры, вызывают огонь на себя. Они, эти русские воины, суть лучшие из нас, есть духовная гвардия сегодняшней России, её истинные аристократы. Похоронки об их героической смерти приходят в вологодскую и оренбургскую деревню, всё к той же русской учительнице.

Пожелаем успеха Дмитрию Рогозину, который получил в управление Роскосмос. Мы желаем ему, чтобы скорее взлетела сверхтяжёлая марсианская ракета, и в полную меру заработал космодром Восточный. Но ведь космос — это не только то, куда устремляются ракеты, пересекая орбиты Марса и Венеры. Космос живёт в душе каждого русского человека. Каждый русский —это космист. Его томит и манит бесконечность, которая открывается в его душе. Это космическое томление, эта космическая русская мечта позволили нам выиграть войну, освоить необозримые пространства, выйти к трём океанам, создать небывалое в мире государство. Владимир Владимирович, почему вас никто не спросил об этом духовном космизме русского человека?

Бандитам и грабителям кубанской Кущёвки возвращают их хлюпающие кровью усадьбы и земли. Соратница Сердюкова Васильева получает свои "честно нажитые" драгоценности. Полковнику Захарченко, одному из "честнейших" людей современной России, всё ещё пребывающему под стражей, возвращают миллиарды, которыми была набита его квартира. Как можно взлететь в беспредельный русский космос, когда под стартовым столом русской ракеты разверзается чёрная бездна, и оттуда смотрят на нас глаза полковника Захарченко — честные, как и глаза Абрамовича?

Всё это требует объяснения, ответов на роковые вопросы. Их не заменить футболом, не заменить фанзоной. Россия — это не фанзона, а страна негасимого света и неиссыхающих слёз. Прорыв возможен, и он неизбежен. Он случится, когда будут разбужены сокровенные русские коды. Когда Россией будут управлять не только с помощью налоговой и кредитной политики, не только с помощью Росгвардии и уголовного кодекса. Но с помощью глубинных, таинственных представлений, живущих в душе русского крестьянина, полярного землепроходца и художника-мистика понятий о русском чуде, о русском мессианстве, о русской судьбе и о неизбежной русской Победе.

Бесконечные выборы: то в муниципальные округа, то в мэры, то в Государственную думу. Эти дурацкие искусственные сакуры на улицах Москвы, поставленные в преддверии выборов мэра. И такие же безвкусные, пошлые, усыпанные гирляндами аркады, закрывающие изумительные памятники Пушкину или Юрию Долгорукому. Вся эта бесконечная, сорная, заслоняющая взор суета затмевает для наших глаз два величественных проекта, которые осуществляет сегодня Россия. Это северный нордический проект — проект Полярной звезды, когда страстные, одухотворённые люди строят на кромке Ледовитого океана заводы, спускают на воду ледоколы и подводные лодки, возрождают разрушенную в девяностых годах русскую арктическую цивилизацию.

И второй, южный проект — крымский, средиземноморский, где мы устанавливаем свой южный фланг обороны, открываем южный выход в мир, по которому когда-то Советская Россия доходила до Африки, до Кейптауна, до Антарктиды и Южного полюса. Великолепный промышленный комплекс на Ямале, в двух шагах от Северного полюса, и Крымский мост, соединяющий не просто Тамань и Керчь, — это дорога не просто к Сапун-горе и домику Чехова. Это дорога к алтарю Херсонеса, где взошло солнце русского православия, Херсонеса, где можно встать на горячие прибрежные камни, потянуться ввысь, сложить руки, как это делают ныряльщики, и нырнуть в бесконечную лазурь русской истории.

Там, на этих двух полуостровах, на южном Крыму и на северном Ямале, уже совершается прорыв, уже открывает нам свои врата русское будущее. Россия — страна рывков, страна мечтателей и героев. Россия — страна негасимого света и неиссыхающих слёз.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 13 июня 2018 > № 2644207 Александр Проханов


Россия > Финансы, банки. Транспорт > forbes.ru, 13 июня 2018 > № 2642041 Павел Самиев

Коридор для водителя. Почему на этот раз реформа ОСАГО может сработать

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Кризис в системе ОСАГО довел ситуацию на рынке до того, что Банк России решился на кардинальные перемены. Что же изменится с появлением новых категорий водителей и свободных тарифов?

ОСАГО — самый массовый страховой продукт в стране после ОМC, им пользуется больше 45 млн россиян. При этом более 80% всех жалоб на страховщиков приходится именно на ОСАГО — клиенты недовольны качеством обслуживания, степенью доступности и размерами выплат.

Однако текущая ситуация в системе автострахования вызывает негодование и у самих страховых компаний, которые терпят большие убытки, а также у регулятора вместе с чиновниками, которые неоднократно поднимали вопрос доступности и качества услуги, и у правозащитников, бунтующих по поводу размеров выплат и необоснованных отказов.

С 2003 года стоимость полиса ОСАГО устанавливалась, исходя из территории использования и свойств автомобиля, а не навыков безаварийной езды водителя. После того как в 2011 году был запущен инструмент бонус-малус, позволяющий учитывать аварийный и безаварийный стаж, ситуация с привязкой стоимости полиса к опыту водителя немного изменилась, но не кардинально.

Проблема с корректной тарификацией обусловлена в том числе привязкой страховой истории к договору, а не к конкретному водителю. То есть если вы владели машиной и у вас в полис ОСАГО были вписаны ваши супруга и сын, то стоимость страховки рассчитывалась из параметров самого «слабого и неопытного» из водителей. А если кто-то из водителей попадал в ДТП — ухудшались показатели всех троих.

Ситуация меняется

В мае произошло невероятное — впервые за много лет регулятор финансового рынка четко и внятно озвучил свои планы по урегулированию ситуации на рынке ОСАГО. Одна из важных инноваций, предложенных Банком России, — это увеличение страховых сегментов по возрасту и водительскому стажу. Теперь вместо 13 будет 50 сегментов водителей.

Средний тариф ЦБ фиксирует на старом уровне, но при этом раздвигает стоимость полиса ОСАГО на 20% в каждую сторону. Расширенный тарифный коридор вместе с более точной таблицей коэффициента бонус-малус и привязкой истории страхования не к текущему договору, а к истории конкретного водителя позволит страховщикам перейти к более точному учету рисков каждого конкретного покупателя ОСАГО.

Это позволит рассчитывать справедливую цену для каждого водителя. К тому же у автомобилиста вместо одного полиса на машину и множества водителей, привязанных к нему, будет персональный полис, в который можно будет включить несколько автомобилей.

Скорее всего для клиентов это поначалу обернется повышением стоимости страхования автогражданки. Ведь сложно представить, что страховщики возьмут и разом решат отказаться от денег, — с высокой долей вероятности мы сперва увидим, что рынок начнет работать по верхней планке тарифа, как минимум в тех регионах, где либо зашкаливает стоимость запчастей в силу сложной логистики, либо активно «работают» мошенники.

Но вместе с тем это поможет сбалансировать текущую убыточность по ОСАГО, а значит, на следующем этапе страховщики начнут не только платить лучше, но и оказывать более качественные услуги.

Избавление от лихачей

Как показывает опыт, на рынке всегда найдутся страховщики, которые захотят заработать побольше за счет низких цен, но вероятнее всего не рассчитают свои силы и покинут рынок.

Оставшимся страховщикам в битве за хорошего клиента придется жестко конкурировать. И уже здесь свою роль сыграет и широкий тарифный коридор, и наличие хорошего сервиса, и мобильные приложения, которые должны будут помогать водителям самостоятельно фиксировать ДТП.

В целом же наметившаяся тенденция крайне положительна. Отрадно, что идеи, которые страховой рынок озвучивал на протяжение более 15 лет, наконец нашли свое отражение в документах регулятора.

Если осенью ЦБ удастся инициировать и провести через Госдуму поправки в закон об ОСАГО, разрешающие переход на индивидуальный тариф для каждого водителя, то вполне вероятно, что уже к следующей осени тарифный коридор может увеличиться не на 20% в обе стороны, а на 40% или даже 60%.

Через год-полтора страховым компаниям и дорожной полиции удастся совсем невероятное — за счет по-настоящему высоких тарифов «выдавить» с дорог водителей, являющихся нарушителями общественного спокойствия и порядка на дорогах.

Достичь этого можно будет с помощью введения в тариф учета штрафов каждого водителя путем соединения баз РСА по выданным полисам с системами видеоконтроля нарушений ПДД. Вот тогда мы, вероятно, избавимся от любителей похвастаться количеством «лошадей» под капотом и своим «мастерством» на дороге, не имеющих в своих системах ценностей таких понятий, как соблюдение закона и обеспечение безопасности окружающих.

Россия > Финансы, банки. Транспорт > forbes.ru, 13 июня 2018 > № 2642041 Павел Самиев


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 8 июня 2018 > № 2637697 Алексей Моисеев

Интервью заместителя Министра финансов Алексея Моисеева агентству ТАСС

Моисеев Алексей Владимирович

Заместитель Министра

Расширение тарифного коридора базового тарифа по полисам обязательного страхования автогражданской ответственности (ОСАГО) на 20% как вверх, так и вниз, планируемое летом 2018 года, а также другие изменения в тарификации ОСАГО могут принести страховщикам дополнительные суммы сборов. О том, можно ли полностью либерализовать ОСАГО, в интервью ТАСС рассказал заместитель министра финансов Алексей Моисеев.

— Алексей Владимирович, ЦБ представил свой проект либерализации тарифа ОСАГО: тарифный коридор расширится на 20% вверх и вниз, будут уточнены коэффициенты по возрасту и стажу. У Минфина пару лет назад был свой, более радикальный вариант реформы: разделить полисы на три вида с лимитами 500 тыс., 1 млн, 2 млн рублей, ввести новые коэффициенты. Как относится Минфин к предложениям ЦБ? Коррелирует ли он с вашим вариантом?

— У нас общая стратегия, и она уже утверждена правительством — это "Стратегия развития страхового рынка". Поэтому разногласий между нами нет, и в целом вариант, предложенный Центральным банком, повторяет наши предложения. Еще на этапе обсуждения стратегии мы договаривались, что сначала проведем подготовку и решим все вопросы — с "Росгосстрахом", с законом о санации и так далее. Время настало, и Минфин сейчас стал двигаться в направлении либерализации. Центральный банк также идет в этом направлении.

— Будет ли Минфин настаивать на разделении полисов на три вида, на системе коэффициентов — за количество нарушений ПДД, за пьянство за рулем и т.д.? Может быть, делать другие дополнения к предложениям ЦБ?

— Законопроект, предложенный ЦБ, содержит не все аспекты, которые ранее предлагал Минфин. Но и это уже большой шаг вперед. Самое главное, что та работа, которая сейчас ведется, — это шаг в направлении полной либерализации ОСАГО. Как я уже говорил, все проблемы на этом рынке уйдут только тогда, когда он будет полностью либерализован.

— Почему нельзя перейти к полной либерализации рынка ОСАГО уже сегодня?

— Во-первых, есть обоснованные опасения, что появятся недобросовестные страховые компании, которые будут демпинговать. Во-вторых (и это главный вопрос), может получиться так, что для некоторых категорий людей ОСАГО окажется запредельно дорогим, даже бессмысленно дорогим. Я был поражен, когда в 90-е годы приехал учиться в США, купил себе машину условно за $1000 и с удивлением выяснил, что страховка на этот автомобиль будет стоить для меня $1300. $1000 — это ведь все, что у меня, студента, было. И оказалось, что даже больше этой суммы я должен заплатить за страховку. Такие эксцессы также существуют на полностью либерализованном рынке.

Важно, чтобы не получилось так, что отдельные категории людей не смогут позволить себе страховку только потому, что живут в регионе с высоким уровнем мошенничества, с высоким процентом случаев поддельных аварий с европротоколом и поддельных претензий. Страховые компании в ответ защищаются более высокими тарифами, снижают свои риски. Именно поэтому в свое время было принято решение о создании Единого агента, который по сути сам является страховой компанией. В случае полной либерализации есть риск, что по региональному признаку полис будет стоить в два или три раза дороже. Этого надо избежать, поэтому мы будем действовать поэтапно, осторожно, чтобы такого рода эксцессов у нас не было. Нужно постепенно приучать рынок к все большей свободе.

— Какой тогда будет следующий этап? Сейчас произошло расширение коридора на 20% и уточнение коэффициентов, что последует за этими мерами? И сколько всего этапов?

— У нас общая стратегия, и она уже утверждена правительством — это "Стратегия развития страхового рынка". Поэтому разногласий между нами нет, и в целом вариант, предложенный Центральным банком, повторяет наши предложения. Еще на этапе обсуждения стратегии мы договаривались, что сначала проведем подготовку и решим все вопросы — с "Росгосстрахом", с законом о санации и так далее. Время настало, и Минфин сейчас стал двигаться в направлении либерализации. Центральный банк также идет в этом направлении.

— Будет ли Минфин настаивать на разделении полисов на три вида, на системе коэффициентов — за количество нарушений ПДД, за пьянство за рулем и т.д.? Может быть, делать другие дополнения к предложениям ЦБ?

— Законопроект, предложенный ЦБ, содержит не все аспекты, которые ранее предлагал Минфин. Но и это уже большой шаг вперед. Самое главное, что та работа, которая сейчас ведется, — это шаг в направлении полной либерализации ОСАГО. Как я уже говорил, все проблемы на этом рынке уйдут только тогда, когда он будет полностью либерализован.

— Почему нельзя перейти к полной либерализации рынка ОСАГО уже сегодня?

— Во-первых, есть обоснованные опасения, что появятся недобросовестные страховые компании, которые будут демпинговать. Во-вторых (и это главный вопрос), может получиться так, что для некоторых категорий людей ОСАГО окажется запредельно дорогим, даже бессмысленно дорогим. Я был поражен, когда в 90-е годы приехал учиться в США, купил себе машину условно за $1000 и с удивлением выяснил, что страховка на этот автомобиль будет стоить для меня $1300. $1000 — это ведь все, что у меня, студента, было. И оказалось, что даже больше этой суммы я должен заплатить за страховку. Такие эксцессы также существуют на полностью либерализованном рынке.

Важно, чтобы не получилось так, что отдельные категории людей не смогут позволить себе страховку только потому, что живут в регионе с высоким уровнем мошенничества, с высоким процентом случаев поддельных аварий с европротоколом и поддельных претензий. Страховые компании в ответ защищаются более высокими тарифами, снижают свои риски. Именно поэтому в свое время было принято решение о создании Единого агента, который по сути сам является страховой компанией. В случае полной либерализации есть риск, что по региональному признаку полис будет стоить в два или три раза дороже. Этого надо избежать, поэтому мы будем действовать поэтапно, осторожно, чтобы такого рода эксцессов у нас не было. Нужно постепенно приучать рынок к все большей свободе.

— Какой тогда будет следующий этап? Сейчас произошло расширение коридора на 20% и уточнение коэффициентов, что последует за этими мерами? И сколько всего этапов?

— Следующий этап — это либерализация коэффициентов. В законопроекте ЦБ элементы либерализации коэффициентов уже заложены. Страховые компании, конечно, должны иметь большую свободу в определении коэффициентов исходя из собственной актуарной практики. Мы понимаем, что некоторые коэффициенты не имеют смысла, к примеру, справедливость применения коэффициента мощности не подтверждается практикой. МВД говорит нам, что нет никакой связи между мощностью автомобиля и количеством аварий. Этот коэффициент надо отменять. Еще один коэффициент, который мы предлагаем отменить, — это разделение по субъектам страны. Сегодня автомобиль можно зарегистрировать в любом регионе, и тогда в разделении просто нет смысла.

— Обозначенные меры уже включены в предложение ЦБ?

— Нет, по вопросам конкретных коэффициентов еще будет дискуссия с сообществом. Ситуация будет обсуждаться с ВСС, и их предложения, конечно же, будут учитываться. Но в целом надо уже отходить от фиксированных коэффициентов, можно оставить один-два. Активно обсуждается судьба коэффициента бонус-малус. Моя точка зрения — он нужен, но ведь есть и другие мнения, это тоже предмет дискуссии. Думаю, что в итоге мы выйдем на небольшой набор обязательных коэффициентов, наверное, их будет совсем мало. Остальные коэффициенты компании смогут использовать в известных рамках, оставаясь пока в пределах определенного коридора.

— Как должен выглядеть рынок, чтобы вы понимали, что переход к полной либерализации уже возможен? Когда, по вашим оценкам, этот переход может произойти?

— Это дорога, которую мы должны пройти шаг за шагом, и все зависит от того, насколько быстро сможем идти. Данный законопроект предусматривает отмену нескольких обязательных коэффициентов, в то же время мы введем пару добровольных коэффициентов, расширим коридор. Следующим шагом может быть их значительная либерализация. Также можно будет вернуться к идее трех типов полисов с разными лимитами выплат. Где-то год будем оценивать результаты работы первого этапа. Может быть, через два-три года после этого мы сможем либерализовать рынок. Надеюсь, что в 2023–2025 годах уже сможем выйти на полную либерализацию.

— Вопрос практического плана: что будет мотивировать компании при расширении коридора на 20% вниз и вверх снижать тариф?

— Конкуренция. Тот же фактор, который вынуждает некоторые банки предлагать клиентам более высокие ставки по депозитам. Есть компании, которые держат продукт, не определяя его как основной. Они могут выставить на него достаточно высокую цену, так как не нацелены на массовые продажи. Другие компании, которые расценивают ОСАГО как свой основной продукт, будут конкурировать и следить за тарифами, чтобы наращивать свою долю рынка. Ничего лучше рынка нет. Задача регулятора — сделать так, чтобы ему приходилось следить только за чистотой рынка, чтобы не было мошенничества, демпинга и так далее.

— Когда будет все же рассмотрен во втором чтении законопроект о страховании жилья? Он должен был рассматриваться в июне, но пока о нем ничего не слышно. В чем загвоздка?

— Основная загвоздка в том, что есть риск возникновения неравенства субъектов Российской Федерации. Например, один субъект будет субсидировать 90% тарифа, а другой — 0% тарифа. И граждане из разных субъектов окажутся в неравном положении. Второй аргумент против введения законопроекта основан на том, что фактически мы вынуждаем людей страховать жилье. Изначально у нас было поручение ввести обязательное страхование жилья. Наш вариант все же мягче. Вокруг законопроекта есть много популистских разговоров, есть и ряд технических юридических вопросов, которые необходимо решить. Я очень надеюсь, что мы все-таки доработаем этот вопрос. Сохраняется надежда, что законопроект будет рассмотрен в эту сессию: осталось еще полтора месяца до завершения работы Госдумы.

— Не пугает ли Минфин бурный рост рынка страхования жизни?

— Долгое время наш KPI в страховании не выполнялся только в одном сегменте — в части рынка страхования жизни. Поэтому мы рады, что он растет очень быстро. У страхования жизни есть целый ряд преимуществ, которые люди раньше не осознавали на фоне высоких ставок по банковским депозитам. Деньги, вложенные в страхование жизни, в отличие от депозитов, не делятся между супругами при разводе, не изымаются по суду и так далее. Еще плюс такого вложения средств — можно оформить налоговый вычет. Кроме этого, присутствует страховой элемент, то есть при потере трудоспособности у вас включается страховка. Конечно, за эти бонусы приходится платить более низкой ставкой. Но когда ставки по банковским вкладам значительно снизились и, соответственно, уменьшилась разница в ожидаемой доходности между страхованием жизни и депозитом, люди закономерно стали интересоваться альтернативными инструментами. Это очень хорошо, и Минфин эту тенденцию поддерживает. Я считаю, что низкий уровень страхования жизни был большой проблемой российского финансового рынка.

— Что дает рынку развитие страхования жизни?

— Международный опыт учит, что самый длинный источник инвестиций — это даже не пенсионные накопления, а рынок страхования жизни. Пенсионные фонды должны каждый год показывать доходность, страховые компании тоже, но у них иная доходность. Хотя мы и сняли с пенсионных фондов обязанность ежегодно показывать "плюс", каждый менеджер понимает, что он должен ежегодно приносить деньги клиенту и вынужден соревноваться с другими фондами. Клиенты страховой компании в меньшей степени нацелены на получение какого-то ежегодного процентного дохода.

Проблема только в том, что мы начинаем с очень низкого старта. До того момента, когда объемы этих длинных страховых денег станут значимыми в масштабах экономики, нам еще расти и расти. Пока объем этих денег в десятки раз меньше, чем сумма банковских депозитов или вложений в НПФ.

— В 2021 году рынок РФ откроется для филиалов иностранных компаний. Какие требования Минфин предлагает к ним ввести, как регулировать?

— У нас есть три вида таких компаний — полностью лицензированная компания, филиал и представительство. Несмотря на то что филиал и представительство ограничены в правах, они несут определенную регуляторную нагрузку и должны выполнять ряд требований. Это наше обязательство в рамках ВТО. Конкретные требования у нас пока не готовы, но надеемся завершить над ними работу к концу года. Это довольно тяжелый переговорный процесс.

Текст: Дарья Карамышева и Елена Петешова

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 8 июня 2018 > № 2637697 Алексей Моисеев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 7 июня 2018 > № 2634098 Владимир Путин

Прямая линия с Владимиром Путиным.

В эфире телеканалов «Первый», «Россия 1», «Россия 24», «ОТР», радиостанций «Маяк», «Вести FM» и «Радио России» состоялась ежегодная специальная программа «Прямая линия с Владимиром Путиным».

А.Кондрашов: Здравствуйте. В эфире «Прямая линия с Владимиром Путиным».

Это специальная программа, которую для вас приготовили телеканал «Россия» и Первый канал. И сегодня же нашу программу можно увидеть на телеканале «Россия 24», на Общественном российском телевидении и услышать на радиостанциях «Вести FM», «Маяк» и «Радио России».

В студии для вас сегодня работают я, Андрей Кондрашов, и Кирилл Клеймёнов и наши коллеги в центре обработки сообщений Наталья Юрьева и Татьяна Ремезова.

К.Клеймёнов: Здравствуйте.

Это первая «Прямая линия» с момента вступления в должность Президента России Владимира Путина. Интерес к программе огромный. К этой минуте мы приняли около двух миллионов ваших вопросов.

Конечно, многие темы традиционно повторяются из года в год. Это здравоохранение, жильё и, конечно, зарплаты и пенсии. Но есть и острые вопросы, характерные именно для этого года. Сегодня это в первую очередь рост цен на бензин. Разумеется, все эти темы будут сегодня в эфире. Но, откровенно говоря, нам очень не хотелось бы превращать «Прямую линию» исключительно в книгу жалоб. И поэтому сегодня мы будем много говорить о будущем, о будущем России, о задачах, которые стоят перед страной на ближайшие годы.

Но, говоря о проблемах сегодняшнего дня, конечно, хотелось бы решение некоторых из них здесь, в этой студии.

А.Кондрашов: 2018 год, как вы знаете, объявлен годом волонтёра, годом добровольца. И поэтому кроме нас в этой студии сегодня работают наши волонтёры.

Это представители десятка благотворительных организаций. Видите, какие они активные и молодые. Кстати, потому, что они молодые, они, конечно, будут интересоваться в первую очередь контурами будущего в России.

В чём смысл их нахождения здесь, в студии? Они работают уже десять дней, и, вы знаете, им удалось уже решить многие мелкие и даже не очень мелкие проблемы, на которые им жаловались с мест. Ведь часто чиновники перекладывают свою ответственность на центр, а ребята перезванивают чиновникам и принуждают их действовать так, как они должны действовать. Поэтому несколько историй они сегодня будут готовы рассказать и Президенту, когда он будет здесь в студии.

К.Клеймёнов: Добавлю, что сегодня, как и в первых выпусках «Прямой линии», мы решили не звать гостей в студию и сделали это специально для того, чтобы как можно больше ваших вопросов прозвучало с мест.

А.Кондрашов: А вот серьёзная новация. Впервые за всю историю этой программы мы решили задействовать здесь ту самую видеосвязь, которую иногда, а может и часто, использует Президент для того, чтобы общаться с губернаторами, с федеральными министрами, с вице-премьерами. И все эти люди – главы регионов, ключевые федеральные министры и вице-премьеры – сегодня будут находиться в этой студии на прямой видеосвязи.

Поэтому, если будет такая необходимость, Президент Владимир Путин может пригласить для разговора любого из этих людей, и, наверное, если такой разговор состоится, или такие разговоры, это точно будет интересно.

К.Клеймёнов: Итак, в прямом эфире нашей программы –Президент России Владимир Путин.

Н.Юрьева: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Т.Ремезова: Здравствуйте.

Н.Юрьева: Это наш традиционный центр по обработке сообщений, он работает уже более десяти дней. Здесь работают телефонисты, а здесь – новинка этого года, волонтёры.

Волонтёры: Здравствуйте.

В.Путин: Здравствуйте. Вам спасибо большое.

Волонтёр (передаёт документ Президенту): Один из самых часто задаваемых вопросов, посмотрите, пожалуйста, во время «Прямой линии», если будет возможность.

В.Путин: Хорошо. Вопрос про рыбу, важный.

Т.Ремезова: Добрый день. Мы работаем в центре обработки сообщений, поступающих к нам, в редакцию «Прямой линии». И я думаю, что как раз в эти самые минуты общее число обращений уже перевалило за два миллиона. Свой вопрос Владимиру Путину вы можете задать прямо сейчас. Номер телефона не изменился, он прежний: 8–800–200–40–40. Номер для ваших СМС и ММС-сообщений: 0–40–40. Если вы хотите смотреть трансляцию с сурдопереводом, эфир можно увидеть в эфире Общественного телевидения России и на нашем сайте.

Н.Юрьева: У нас не только разрываются от звонков телефоны, но и раскалён буквально до предела интернет. Мы уже получили почти 270 000 электронных сообщений и ещё 53 000 через официальные группы нашей программы в социальных сетях «ВКонтакте» и «Одноклассники». Принято более 20 000 видеообращений, и нас продолжают буквально засыпать вопросами.

Напомню, для того чтобы попасть в эфир, необходимо скачать приложение «Москва – Путину», зарегистрироваться и выбрать то, что нравится больше: записать ролик или сделать видеозвонок. Так же, как и в прошлом году, с помощью сервиса «ОК Live» можно одновременно смотреть наш эфир и ждать своей возможности выйти на прямую видеосвязь с главой государства. Звоните, мы принимаем обращения до конца эфира, возможно, Владимир Путин ответит именно вам.

Т.Ремезова: Мы также следим за тем, как обсуждают нашу программу в социальных сетях. Вот на этом самом экране, коммуникационной платформе SN Wall, вы будете видеть, как пользователи реагируют на наш эфир в данную конкретную минуту.

За дни, предшествующие линии, и за это утро в «Одноклассниках», в «ВКонтакте», в «Фейсбуке» и в «Инстаграме» с хэштегом о «Прямой линии» уже опубликовано почти 340 000 сообщений. Среди хэштегов, конечно, самый популярный – «Прямая линия», но пишут и с таким, как «вопрос Путину», «линия Путина», «смотрим Путина».

Мы в течение эфира тоже будем активно следить за тем, как пользователи реагируют на нашу программу.

К.Клеймёнов: У нас всё готово. Начнём?

В.Путин: Пожалуйста.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, два года назад на «Прямой линии» Вас спросили, через какую полосу мы проходим: чёрную или белую? И Вы тогда сказали: «Полоса серая». Как Вы ответите на этот вопрос сегодня?

В.Путин: Вопрос ожидаемый, конечно, потому что речь должна в данном случае идти о результатах нашей работы за прошлый год. Я взял с собой эти данные и по прошлому году, и тенденции за первый квартал текущего 2018 года. Если говорить такими категориями: «белая», «чёрная», «серая», в какой полосе мы сейчас находимся, – мы двигаемся в сторону устойчивого «белого цвета».

Конечно, и в природе никогда не бывает абсолютной чистоты ни в чём. Посмотрите, в Арктике, Антарктике вроде бы абсолютно полная белизна, белая пустыня, и всё равно даже там есть определённые вкрапления и серого, и чёрного цветов. Так же и у нас. Но в целом мы движемся в абсолютно правильном направлении.

Что даёт основания так говорить и так считать. Во-первых, мы вышли на траекторию устойчивого роста экономики. Да, это пока рост скромный, небольшой, я уже об этом говорил, но это не падение, а рост – 1,5 процента за прошлый год. Растёт промышленность, стабильно растёт сельское хозяйство. И всё это приобрело устойчивую тенденцию.

Что ещё даёт основания говорить о том, что мы двигаемся в правильном направлении? У нас исторический минимум по инфляции. Это очень важная предпосылка для дальнейшего роста. И это всё на фоне ускоренного роста прямых инвестиций: за прошлый год – 4,4 процента. Это очень хороший показатель. Это говорит о том, что в ближайшей перспективе рост гарантирован, обеспечен.

У нас хорошее положительное сальдо торгового баланса. Вот разные цифры мне приводят, одни говорят – 130 миллиардов по прошлому году, другие – 120. Вчера мы с коллегами обсуждали это –окончательная цифра115. Но и эта цифра очень большая.

На фоне того, что у нас очень низкий уровень внешней задолженности, менее 20 процентов, и рост наблюдается золотовалютных резервов Центрального банка (он был до 400 миллиардов, сейчас уже 450 миллиардов, во всяком случае где-то в этом районе), всё это говорит о том, что у нас стабильные, хорошие условия для развития экономики.

Наконец, один из важнейших показателей: у нас продолжает расти продолжительность жизни, первое. И второе – мы всё-таки вышли на устойчивый рост доходов граждан. Заработные платы выросли, реальные доходы населения – на 3,8 процента. Тоже разные цифры эксперты приводят.

Если вычесть дополнительные выплаты для пенсионеров в размере пяти тысяч рублей, которые сделаны в конце прошлого года, то это будет как раз 3,8. Сразу хочу сказать и оговориться, и чтобы наши уважаемые зрители это услышали ещё раз: конечно, это не каждый человек на себе ощущает, но в целом это абсолютно объективная статистика, и это так оно и есть, это правда на самом деле.

У нас растёт экспорт машин и оборудования, причём существенно растёт, что говорит об определённых структурных изменениях в экономике. Я уже с удовлетворением отмечал, что растёт экспорт сельхозпродукции. Смотрите: он в позапрошлом году был 20 миллиардов, и было приятно, что он превысил экспорт вооружений.

Вооружений – 15 миллиардов, сельхозтоваров – 20 миллиардов, теперь уже 23, и будет ещё больше в этом году. То есть мы можем с полной уверенностью утверждать, что мы двигаемся в направлении именно этой «белой зоны». Но проблем, конечно, ещё достаточно.

К.Клеймёнов: Причём экспорт машин и оборудования, о котором Вы сказали, Владимир Владимирович, это рост, несмотря на санкции.

В.Путин: Дело даже не в санкциях. Сейчас посмотрю, ничего я не забыл? Пожалуй, основное сказал. Есть и другие неплохие показатели, но того, что я сказал, наверное, достаточно.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, мы уже больше трёх недель живём с новым Правительством. И кстати, его состав изначально был предметом дискуссий, споров, и они до сих пор не утихают, начиная с кандидатуры премьера и заканчивая старыми и новыми министрами.

Одни говорят: стабильность и опыт – это как раз его конкурентные преимущества. Другие говорят: это не то Правительство, которое способно сделать прорыв, о котором Вы говорили в своём Послании. Вы что считаете?

В.Путин: Я вижу эти дискуссии и, собственно, не сомневался, что они возникнут. И хорошо, что у нас почти по каждому вопросу, по любым административным решениям, решениям в сфере экономики, социальной области возникают дискуссии. Это правильно.

Моя точка зрения заключается в следующем. И думаю, что многие со мной согласятся. Ведь понимаете, в чём дело. Дело в том, что тот план развития, о необходимости реализации которого мы говорим на протяжении последних лет, готовился прежним составом Правительства на протяжении последних минимум полутора лет.

Я прекрасно знаю, что если бы мы 100 процентов зачистили всё Правительство и привели бы абсолютно новых людей, даже людей очень грамотных, хорошо подготовленных, минимум два года потребовалось бы на то, чтобы сформулировать или уже имеющиеся задачи, или новые. Мы потеряли бы минимум два года. У нас нет этих двух лет.

Поэтому мною было принято решение, что Правительство должно быть значительно обновлено за счёт «свежих» людей, если позволите мне применить такой термин, но хорошо подготовленных и зарекомендовавших себя на больших, ответственных участках работы.

И необходимо было оставить тех, что готовил решения для прорывного развития нашей страны, чтобы персонифицировать ответственность за то, что было сделано до сих пор, и то, что намечается в ближайшее время. Думаю, что у нас оптимальный состав Правительства на сегодняшний день.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, давайте поговорим как раз про то, что предстоит делать Правительству в ближайшее время. Вы в своём майском указе после вступления в должность Президента России обозначили перед страной стратегические цели, очень важные и очень серьёзные.

Ну, например, вдвое сократить бедность, добиться существенного роста демографических показателей, продолжительность жизни должна достичь 80 лет к определённому времени. Очень серьёзные цели по экономике: рост реальных доходов людей, вывести российскую экономику в число пяти ведущих в мире.

Но очень важный вопрос: у Правительства есть реальные инструменты для того, чтобы всего этого добиться?

В.Путин: Прежде всего есть ясное понимание, что нужно делать и как нужно делать. Эти задачи изложены и в моём Послании Федеральному Собранию, и в проекте плана развития, который должен быть принят Правительством осенью этого года.

Видите, даже сохранив костяк Правительства, мы всё равно должны будем оформить соответствующие предложения и решения в течение ближайших месяцев. Потому что, действительно, только новое Правительство в состоянии сделать то, о чём мы говорили на протяжении предыдущих полутора лет. Это во-первых.

Во-вторых, нужно перейти в полномасштабном формате к работе по программному принципу. Мы применяли этот принцип по некоторым отраслям и по некоторым направлениям деятельности. Теперь вот такой программный принцип должен быть применён повсеместно. Он показал свою эффективность, практика применения таких методов имеется. Первое.

И второе или уже третье. Нам, безусловно, нужно персонифицировать ответственность. Это в том числе связано и с составом Правительства, потому что те люди, которые формулировали задачи, те люди, которые сейчас должны будут осуществлять реализацию этих задач, многие остались на своих местах. Те, кто пришёл на их место, люди тоже хорошо подготовленные. Персональная ответственность должна быть абсолютной. У нас нет времени на раскачку, как я уже говорил.

И, наконец, третье – это финансовое обеспечение. Эти цифры уже звучали. Это, по предварительным подсчётам, мы исходили из того, что мы сможем на ближайшие шесть лет израсходовать 17 миллиардов, мы поняли, что на реализацию задач, о которых мы говорим и о которых Вы сейчас только сказали, нужно как минимум дополнительно ещё восемь триллионов рублей.

В общем и целом понятно, откуда мы их можем взять. Это прежде всего рост самой экономики, и это главный источник поступления дополнительных ресурсов, это более эффективное использование имеющихся ресурсов, это настройка в некотором смысле наших макроэкономических планов и конечно, настройка налоговой политики, притом что эта налоговая политика (в ближайшее время Правительство должно с этим определиться), её стабильность должна быть гарантирована абсолютно на ближайшие шесть лет. Вот это для участников экономической деятельности является самым важным и самым главным.

К.Клеймёнов: То есть 17 плюс 8 – 25 триллионов, Владимир Владимирович?

В.Путин: Именно так, 25 триллионов рублей.

А.Кондрашов: По налогам очень много вопросов. Граждане спрашивают, например, введут ли налог с продаж, повысят ли налоги на доходы физических лиц с привычных 13 процентов? Из Воронежа вопрос: зачем повышать налоги, чтобы потом тратить эти же деньги на меры по повышению рухнувшего уровня жизни? Будут поднимать налоги?

В.Путин: Действительно, речь идёт, как я уже сказал, о дополнительных восьми триллионах рублей, они не синтезируются из воздуха, откуда мы их можем взять, я уже сказал, повторять не буду.

Один из источников – это некоторая настройка налоговой системы. То, что Вы сейчас перечислили, это, например, НДФЛ, то есть налог на доходы физических лиц или налог с продаж, тоже обсуждался и в Правительстве, и на экспертном уровне.

Как известно, многие предлагают НДФЛ изменить, в том числе и политические партии, которые находятся в оппозиции, но представлены в парламенте. Мы долго думали на этот счёт. На первый взгляд дифференцированная шкала налога на доходы физических лиц кажется и выглядит более социально справедливой, то есть кто больше получает доходов, тот должен и больше платить.

Практика сложнее, чем эти теоретические формулы. О чём говорит практика дифференцированного налога на доходы физических лиц прошлых лет?

А.Кондрашов: Скрывали.

В.Путин: Совершенно верно, как только он вводится, часть граждан, которые получают более высокие доходы, начинают различными способами скрывать эти доходы. Начинаются сразу зарплаты дополнительные в конвертах и так далее и так далее.

То есть фискальный результат почти нулевой, а шума много, и ухудшение в целом инвестиционного климата очевидно, поэтому признано это нецелесообразным.

Что касается налога с продаж – тоже обсуждалось, и многие мои коллеги на экспертном уровне выступали за то, чтобы ввести такой налог. У нас, во-первых, такой налог был – налог с оборота. Это серьёзная нагрузка на экономику в целом, и это серьёзная нагрузка в конечном итоге на граждан, потому что это неизбежно приведёт к значительному росту инфляции.

Всё это вместе убедило нас в том, что и введение этой нормы нецелесообразно. Есть другие предложения, которые обсуждаются в Правительстве и должны быть приняты. Вперёд не буду забегать, давайте дождёмся этих решений, они должны состояться в самое ближайшее время.

Что касается нагрузки на граждан, которая может привести к увеличению бедности. Наша задача – уменьшить бедность в два раза. И об этом уже говорили, по-моему, неоднократно, мы ведь с 2000 года по 2007-й и 2008-й ровно в два раза уменьшили количество людей, живущих за чертой бедности.

В период сложных экономических раскладов 2008–2012 годов эта цифра немножко изменилась в неблагоприятную для нас сторону. Но сейчас, я уже сказал, у нас рост заработных плат – 9,8 процента или 9,6, рост реальных доходов увеличился – 3,8 процента.

Мы двигаемся в этом направлении, и мы точно должны решить одну из главных задач – уменьшение числа людей, живущих за чертой бедности. И перераспределение в налоговой бюджетной системе направлено не на увеличение количества людей, живущих за этой чертой бедности, а, наоборот, на сокращение.

Речь идёт о том, чтобы совершить определённые манёвры в сфере налоговой и фискальной деятельности и направить ресурсы в том числе и на решение этой задачи – сокращение количества людей, которые живут в нашей стране за чертой бедности, создать такие условия, при которых государство сможет оказывать помощь именно тем, кто нуждается в этом, то есть сделать её более адресной. Если мы пойдём по этому пути, то неблагоприятного развития ситуации не будет, мы, скорее всего, добьёмся положительного результата.

К.Клеймёнов: Давайте продолжим разговор про экономику. Как я уже сказал в начале программы, одна из самых острых тем сегодня – это рост цен на бензин. Таких звонков и сообщений приходит очень много в редакцию нашей программы.

В центре обработки сообщений продолжает работать моя коллега Татьяна Ремезова.

Т.Ремезова: Кирилл, спасибо.

Бензин действительно бьёт рекорды и по ежедневно меняющимся ценникам на заправках, и по количеству вопросов у нас в колл-центре. Например, в городе Ачинске Красноярского края за полторы недели бензин подорожал на шесть рублей. Сообщение из Татарстана: вчера было 39, сегодня уже 41. В Анадыре 95-й 55 рублей за литр. Жители Ульяновской области вообще уже устраивают акции «Месяц без бензина». А некоторые пишут: не пора ли вообще продавать свой автомобиль? И видеовопрос нам прислал Алексей Караваев из Санкт-Петербурга.

А.Караваев: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Караваев Алексей, город Санкт-Петербург.

Скажите, пожалуйста, как долго ещё будут расти цены на топливо – 45 рублей литр солярки, – сколько же можно это терпеть? Невозможно уже, остановите как-то это. Мы 18 марта сделали такой большой выбор, вся страна за Вас проголосовала, а Вы цены на бензин всё не можете остановить.

В.Путин: Алексей, спасибо Вам за вопрос.

Думаю, Вы должны были обратить внимание на то, что Правительство приняло уже ряд решений, которые призваны как раз решить эту задачу.

Я с Вами согласен, то, что сейчас происходит, это недопустимо, это неправильно. Но надо признать, что это результат неточного, мягко говоря, регулирования, которое было введено в последнее время в сфере энергетики, в сфере энергоресурсов. Что сделано было? Правительство провело так называемый пересмотр некоторых налоговых мер по наполнению бюджета, так называемый манёвр сделало в этой сфере.

О чём шла речь и что было сделано? Не буду вдаваться в детали и в подробности, но на самом деле это всё привело к стимулированию вывоза за границу, на экспорт, сырой нефти. Что произошло дальше? Цены на нефть на мировом рынке поднялись. Для того чтобы загрузить свои НПЗ, нефтеперерабатывающие заводы, компании наши делают это, но они считают недополученную выгоду за тот объём нефти, которую направляют на НПЗ, который они могли бы, как они полагают, реализовать на внешнем рынке и получить больший доход. Чтобы эти выпадающие, условно выпадающие, доходы компенсировать, поднимают цены и на бензин, и на дизельное топливо.

Правительство приняло уже ряд решений на этот счёт. Напомню, совсем недавно это было сделано, кстати говоря, в диалоге с нашими ведущими нефтегазовыми компаниями. Что было сделано? Во-первых, снижен акциз по бензину на 3, по дизтопливу на 2 тысячи – на 3 и на 2 тысячи. Принято решение отменить планировавшееся ранее, с 1 июля этого года, дальнейшее повышение акцизов, его не будет. К осени текущего года должны быть приняты дополнительные меры по стабилизации ситуации на рынке. Я исхожу из того, что и Правительство будет за этим строго следить, и Федеральная антимонопольная служба будет принимать соответствующие решения, не будет смотреть на происходящие события сквозь пальцы.

Чтобы послушать экспертное мнение людей, которые непосредственно отвечают за это, мы можем обратиться к Министру энергетики Российской Федерации.

А.Кондрашов: Прямо сейчас он на связи.

В.Путин: Да, я знаю, что ведущие уже анонсировали, что мы работаем в новом режиме, в новом формате. Я попросил моих коллег из Правительства, из регионов быть на связи, побыть в своих рабочих кабинетах на время «Прямой линии».

Можем Александра Валентиновича Новака включить и попросить его прокомментировать то, что мною только что было сказано.

К.Клеймёнов: Давайте.

А.Кондрашов: Соединяемся с Министром энергетики. Пожалуйста.

А.Новак: Владимир Владимирович, добрый день!

Разрешите доложить по текущей ситуации. Действительно, в мае отмечался, был зафиксирован рост цен на топливо на уровне в среднем 5,6 процента по отношению к апрелю. Это действительно выше уровня инфляции. Если брать январь–апрель, у нас цены на автозаправочных станциях росли на уровне не выше инфляции. То есть май был таким месяцем, когда мы отметили действительно, по данным Росстата и в реальной ситуации, рост цен. На данный момент рост цен остановлен. Правительством ещё в мае оперативно было принято решение по ряду мер, направленных на стабилизацию цен на оптовом рынке и на автозаправочных станциях. Вы об этом уже сказали. Было принято решение с 1 июня снизить акцизы на дизельное топливо и на автобензины, эта мера уже работает с 1 июня, а также о неповышении акцизов не нефтепродукты с 1 июля.

И конечно, эти срочные фискальные меры уже оказали своё положительное влияние. Мы видим, что цены с 30 мая, с конца мая, на автозаправочных станциях не растут. Кроме этого были достигнуты на уровне Правительства договорённости со всеми нефтяными компаниями о стабилизации цен на автозаправочных станциях, об увеличении объёмов производства нефтепродуктов и поставки его на внутренний рынок, с тем чтобы не допустить дефицита.

Хочу доложить, что на сегодняшний день существует необходимый объём топлива на внутреннем рынке для обеспечения внутренних потребностей, для обеспечения посевной, и никакого дефицита не отмечается.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы дополнительно проработали в Правительстве ещё ряд мер, которые могли бы быть направлены на стабилизацию в случае каких-то отклонений от цен. И здесь речь идёт о возможности введения экспортной пошлины Правительством Российской Федерации на поставку нефтепродуктов на экспорт. Для этого подготовлен соответствующий проект закона, который мы в ближайшее время готовы внести в Государственную Думу.

Просим поддержать. Это будет дополнительным стимулом для того, чтобы цены не росли на внутреннем рынке.

А.Кондрашов: Спасибо, Александр Валентинович.

В.Путин: Это не только стимул. Это скорее угроза в адрес нефтяных компаний. Надеюсь, ничего подобного нам не потребуется. У нас всегда был конструктивный диалог с нефтяниками, с газовиками. Но то, что понимание с их стороны есть, понимание того, что проблему нельзя загонять в угол, её надо решать, – это очень хорошо.

Кстати, я смотрю, нам на экраны вывели вице-премьера российского Правительства Дмитрия Николаевича Козака. Знаю, он мне вчера об этом докладывал: он вчера встречался с ведущими нефтяными компаниями, с руководителями. Давайте дадим ему слово, давайте послушаем, о чём договорились.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, пока ищем Дмитрия Николаевича, давайте мы Вам покажем шутку. Это как если бы Вы сегодня заправляли Вашу жёлтую «Ладу Калину», на которой ездили, однажды путешествовали по России.

В.Путин: Давайте.

А.Кондрашов: Есть у нас такая картинка. Это шутка, которая облетела весь интернет.

И появился Дмитрий Николаевич Козак.

В.Путин: Да. Дмитрий Николаевич, пожалуйста.

«Ладу Калину» уже снимают с производства, другие появляются модели. Но это была хорошая машина.

Д.Козак: Действительно, мы 30 мая договорились с нефтяными компаниями о замораживании цен. Правительство сделало встречные решения, это и есть миссия Правительства – гибко реагировать на ситуацию на внешних и на внутреннем рынках.

Поэтому 30 мая вместе с нефтяными компаниями, вместе с ключевыми министерствами, Правительством приняты необходимые решения о снижении акцизов, как Вы уже сказали, в тех параметрах, которые есть.

А встречные предложения нефтяных компаний состояли в том, чтобы стабилизировать цены на нефтепродукты на автозаправочных станциях. Мы договорились о том, что мы будем ежедневно контролировать, мониторить ситуацию на автозаправочных станциях, и в течение недели в ежедневном режиме Федеральная антимонопольная служба докладывала Правительству о том, какая ситуация.

По состоянию на вчерашний день в целом все компании выполняют свои обязательства. Мы вчера дополнительно договорились об увеличении поставок на внутренний рынок бензина и дизельного топлива. За эту неделю уже объём биржевой торговли увеличился: дизельное топливо – на 20 процентов, автомобильный бензин – на 19 процентов.

Это тоже оказывает стабилизирующее влияние на рынок. В целом, как сказал Министр энергетики, за исключением отдельных компаний, в которых объём незначительный, обязательства выполняются.

То, о чём говорил Александр Валентинович по поводу угрозы, и как Вы правильно оценили это, угроза, в случае если договорённости не будут выполняться, мы, Правительство, буквально завтра внесём в Государственную Думу законопроект, который предусматривает возможность для сдерживания, для того чтобы снизить экспортный так называемый нетбэк, уравновесить, обеспечить равновесие внутренних цен и внешних на моторное топливо, внесём возможность для Правительства повышать экспортную пошлину на моторное топливо и практически уравнять с экспортной пошлиной на нефть.

К этому и нефтяные компании тоже отнеслись с пониманием. Эта угроза будет в руках Правительства. У Правительства появляется дополнительное окно возможностей для того, чтобы реагировать на ситуацию на внутреннем и внешнем рынках, но мы очень надеемся на то, что её применять не придётся.

В случае если ситуация такая возникнет, а она будет определяться не только выполнением обязательств нефтяными компаниями, но и ценами на мировых рынках на нефть, то Правительство сможет оперативно, быстро принять необходимые решения. Уверен, что это приведёт к стабилизации цен на нефть.

А.Кондрашов: Дмитрий Николаевич, спасибо большое. Мы отправим весь массив обращений наших граждан, касающихся повышения цен на топливо, прямо Дмитрию Николаевичу и отправим, и Александру Валентиновичу тоже отправим.

В.Путин: Готовьте этот законопроект, я его поддержу.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, мы в начале нашей программы никак не можем обойти стороной другую тему. Ровно через неделю в нашей стране стартует чемпионат мира по футболу – праздник, которого все мы ждём, к которому очень долго готовились.

Команды-участницы уже приезжают в нашу страну: прилетела и разместилась сборная Ирана, сегодня в Краснодаре и Саранске встречают, соответственно, испанцев и представителей команды Панамы, и там готовится, как я знаю, грандиозная встреча.

Мы сейчас можем буквально перенестись в огромную фанзону, которая подготовлена в Москве, на Воробьёвых горах, откуда открывается потрясающий вид на нашу столицу и, главное, на «Лужники» – обновлённую к чемпионату мира арену.

Итак, в прямом эфире мой коллега Антон Верницкий.

А.Верницкий: На смотровой площадке Воробьёвых гор вся Москва как на ладони, и главное – действительно, стадион «Лужники», где через неделю пройдёт матч-открытие чемпионата, встретятся сборные России и Саудовской Аравии.

Это только один из 12 стадионов, появившихся к первенству мира. Ведь те же «Лужники» – по сути, новый стадион, он не изменился снаружи, но внутри это теперь одна из лучших футбольных арен мира. В преддверии чемпионата мира мы пригласили сюда людей, связанных с футболом.

Валерий Георгиевич Газзаев – человек, выигравший Кубок УЕФА вместе с командой ЦСКА, один из самых титулованных тренеров нашей страны. В прошлом году, Владимир Владимирович, Вы с ним общались уже на тему футбола, прошёл год.

Евгений Серафимович Ловчев – сейчас наш коллега, спортивный эксперт, журналист. Но когда-то ведь он был известным футболистом московского «Спартака». И наконец, главный тренер нынешнего чемпиона России – команды «Локомотив» – Юрий Павлович Сёмин. Вот такой у нас авторитетный футбольный состав готов говорить о будущем и настоящем игры номер один в мире.

Перед этим включением мы уже пообщались здесь и, естественно, говорили о том, как же сыграет сборная России, показывающая не очень яркую игру в товарищеских встречах. И пришли к выводу, что всё решит чемпионат мира, который стартует через несколько дней.

Поговорили и о новых стадионах: их, действительно красивых, больших, построено много в городах. Но есть ли такое количество классных футбольных команд, которые привлекут много зрителей на эти стадионы? Что будет с ними? Наконец, «Лужники», которые у нас за спиной. Когда-то был стадион, на котором открывалась Олимпиада, где проходил чемпионат мира по лёгкой атлетике, теперь это чисто футбольный стадион. Как быть легкоатлетам? Вопросов много.

Первый вопрос от Валерия Георгиевича Газзаева.

В.Газзаев: Спасибо.

Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович.

В.Путин: Здравствуйте.

В.Газзаев: В прошлом году на «Прямой линии» Вы задавали мне вопрос по качеству и будущему нашего футбола. Ваш вопрос я воспринял как прямое поручение проработать в нужном направлении. Вместе с коллегами мы разработали и просмотрели практически весь мировой футбол, все лучшие национальные чемпионаты мира и Европы. Разработали программу реформирования российского футбола, разработали программу реформирования национального чемпионата, для того чтобы вовлечь в систему детско-юношеского, профессионального, любительского и массового футбола все регионы Российской Федерации, а также, конечно, с успехом внедрили и наследие чемпионата мира 2018 года. Ну и, безусловно, мы здесь хотим вспомнить и то, как мы сегодня великолепно пользуемся наследием Олимпийских игр 2014 года. Мы готовы продемонстрировать Вам нашу программу для того, чтобы подробно её сформулировать.

Что касается нашего вопроса. Безусловно, все наши коллеги сегодня, всё наше футбольное сообщество прекрасно понимают, Владимир Владимирович, какая загруженность у Вас сегодня и занятость, сложность международно-политической ситуации. Поэтому у нас просьба, чтобы футбол остался в центре Вашего личного внимания. Вы по духу победитель.

Вам большое спасибо за то, что мы сегодня празднуем и будем проводить чемпионат мира. Мы получили выдающуюся, мощную спортивную инфраструктуру, аналогов которой нет в мире. И конечно, эта инфраструктура будет базой тому, чтобы в будущем мы показывали большие и хорошие результаты.

К.Клеймёнов: Валерий Георгиевич, в чём Ваш вопрос?

В.Газзаев: Я Вам хочу пожелать, Владимир Владимирович, крепкого здоровья.

А.Верницкий: Вопрос в чём, Валерий Георгиевич?

В.Газзаев: Вопрос в том, чтобы в центре внимания было Ваше личное внимание к футболу, Владимир Владимирович. Мне очень приятно это. Я хочу пожелать Вам крепкого здоровья, Владимир Владимирович, хочу пожелать, чтобы Господь Бог Вас охранял, чтобы святой Георгий сопутствовал Вам во всех Ваших начинаниях, а Николай Чудотворец дал Вам крепкого здоровья и удачу.

Спасибо.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, не оставьте футбол наш.

В.Путин: Послушайте, я так понимаю, что речь идёт о так называемом наследии, да?

К.Клеймёнов: Про это шла речь, конечно.

В.Путин: Что мы будем делать с этими сооружениями грандиозными после чемпионата мира по футболу?

Действительно, Вы правы абсолютно. Нам удалось решить очень сложную задачу, которую не удавалось так эффективно решать другим странам, которые проводили Олимпийские игры. У нас вся инфраструктура в Сочи (практически вся) хорошо загружена, причём в течение круглого года. И загружены оба кластера: как приморский, так и горный. И это безусловный успех в этом смысле.

Что касается футбольной инфраструктуры, вот этих 11 стадионов. Конечно, мы истратили большие деньги на это и нужно, чтобы вся эта инфраструктура – я с Вами полностью согласен, – она должна работать, и прежде всего работать на развитие спорта. Причём массового спорта, детского спорта, нужно создавать детские и юношеские команды, лиги, организовывать соревнования. Надо, чтобы все эти объекты были окупаемыми, эффективно работающими.

В принципе, это всё возможно при грамотном подходе. Ведь это, как вы хорошо знаете, современный стадион – это не только футбольное поле, это огромное количество различных помещений внутри самих стадионов, где можно разместить всё что угодно. И размещают всё что угодно, но в хорошем, конечно, смысле этого слова «всё что угодно». Там и торговые центры есть, торговые площади, там есть кафе, рестораны.

К.Клеймёнов: Спортивные клубы.

В.Путин: Конечно. Не просто спортивные клубы, а специально созданные пространства (это самое главное) для занятий физкультурой и спортом. И очень многое будет зависеть от руководителей регионов Российской Федерации. Потому что, после того как чемпионат мира закончится, оргкомитет передаст это в собственность регионов.

Хочу обратиться сейчас к своим коллегам в регионах. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы на этих площадках вдруг возникли какие-то рынки, которые возникали на спортивных сооружениях Москвы в середине 90-х годов. Категорически невозможно такое развитие событий и такое использование этих замечательных объектов.

И конечно, думаю, что наш Российский футбольный союз, РФС, тоже должен принять активное участие в том, чтобы загружать по уму эти объекты, чтобы там проводились крупные, интересные матчи, чтобы это вызывало необходимость формирования новых, интересных, сильных, перспективных команд.

И чтобы у нас, наконец, на собственной базе росло новое поколение спортсменов и футболистов. Потому что, действительно, хоть и не демонстрирует наша сборная за последнее время ярких результатов, но число поклонников этого красивого вида спорта у нас огромное, это миллионы людей.

Кстати говоря, знаете, помню свой диалог с нашим тренером Национальной сборной по дзюдо, когда в преддверии Олимпиады в Лондоне они так хорошо, но средне всё-таки выступили на чемпионате Европы, мира, он мне тогда, Эцио Гамба, сказал: главный старт у нас – Олимпийские игры.

Он был прав, потому что наша команда выступила так, с таким результатом, с каким не выступала ни одна команда, даже команда Японии, за всю историю Олимпийских игр, наша сборная по дзюдо. Будем рассчитывать на то, что и наша сборная по футболу на предстоящем чемпионате «выстрелит», что называется, и покажет свои лучшие качества.

К.Клеймёнов: Разумеется, мы верим в команду и поддерживаем её. И полагаю, что мы ещё при возможности вернёмся к этой теме в нашем сегодняшнем эфире. Но давайте пока затронем и другие вопросы.

А.Кондрашов: А пока вопрос, пришедший в редакцию нашей программы от пользователей соцсетей. Кстати, на самом деле это не один вопрос, там десятки: «В России есть традиция – глава государства после вступления в должность объявляет амнистию. Это традиция сохранится?».

И ещё другой вопрос: «Хорошо бы освободить хотя бы тех, кто в заключении находится впервые и не за особо тяжкие преступления. Сохранится такая традиция?».

В.Путин: Как вопрос звучит – «есть традиция»?

А.Кондрашов: Да: «Есть традиция – Президент вступает в должность и объявляет амнистию».

В.Путин: Честно говоря, не знаю о такой традиции. Мне кажется, такой традиции у нас нет.

А.Кондрашов: Наверное, европейская традиция имеется в виду, американская.

В.Путин: Но говорят: «У нас есть традиция». Там же звучит: «У нас есть традиция».

А.Кондрашов: Да, кстати: «В России есть традиция». Если нет, то, может быть, будет?

В.Путин: У нас такой традиции, во-первых, нет. Во-вторых, объявление амнистии – это по закону прерогатива не Президента, а парламента страны – Государственной Думы. И время от времени мы это делаем, я поддерживал такие инициативы.

Они должны быть хорошо подготовлены и должны быть вызваны определёнными внутренними причинами и потребностями, а не внешними обстоятельствами, даже такими важными внутриполитическими событиями, как выборы Президента.

А.Кондрашов: Передадим слово центру обработки сообщений. Там у нас Наталья Юрьева. Пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Андрей.

Предлагаю предоставить возможность задать свой вопрос Владимиру Путину пользователям социальных сетей и мобильных устройств. Сейчас одновременно в нашем приложении «Москва – Путину» ждут своего шанса пообщаться с главой государства семь тысяч человек. Давайте предоставим этот шанс одному из них.

Здравствуйте! Вы в прямом эфире. Пожалуйста, представьтесь, расскажите, как Вас зовут, откуда Вы и задавайте Ваш вопрос.

Н.Журова: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Я Наталья Николаевна Журова. Город Томск Вас беспокоит.

Я многодетная мама, имеющая троих детей. Меня как многодетную маму волнует такой вопрос: выделение бесплатных земельных участков. В нашем регионе не очень работает этот закон.

Насколько я знаю, в 2011 году подписан Президентом, ещё Дмитрием Медведевым, закон о бесплатном предоставлении, выделении участков многодетным семьям. В 2015 году, по-моему, этот закон, насколько я знаю, утратил свою силу.

Теперь бесплатным выделением участков для многодетных семей занимаются регионы. В 2010 году я сама встала на очередь. Я была 735-я по очереди. В этом году я половину очереди отстояла, то есть я 300 с лишним какая-то стою на очереди.

Владимир Владимирович, вопрос такой. Сколько я ещё должна простоять, восемь лет или десять лет, имя троих детей, из них два мальчика, которых мы хотели бы, понимаете, воспитывать, приучать к труду, любви к русской земле, хотели бы именно сделать их людьми?

Но я считаю, от всех говорю, от многодетных родителей: конечно, хотелось бы жить и работать на нашей русской земле. Знаю, что очень много брошенных земель, но есть же категория, которая хочет их возрождать, жить на них. Мне, допустим, 42 года, и десять лет я ещё простою, мне уже будет 52–53.

То есть я понимаю, что годы идут, а хочется-то молодым пожить и воспитывать детей на этой земле. То есть, Владимир Владимирович, думаю, Вы мой вопрос поняли. Хотелось бы, если этот закон работает на региональном уровне, чтобы всё-таки помочь людям, особенно многодетным, которые имеют детей.

И, в общем-то, хотела ещё что сказать. Когда я обратилась в свой регион, мне сказали, что я должна стоять на очереди, то есть я не имею права сейчас получить землю, потому что в нашем регионе, только имея четырёх детей и более, вы получите землю. А имея трёх детей, вы стоите в общей очереди. Но, зная этот закон, считаю, что нарушает, скорее всего, регион.

В.Путин: Спасибо большое за Ваш вопрос.

Н.Журова: Спасибо Вам большое, очень рада была Вас увидеть и с Вами поговорить.

В.Путин: Спасибо, Наталья Николаевна. Для меня несколько странна, действительно, постановка вопроса, когда говорят, что для того, чтобы получить землю, нужно иметь не менее четырёх детей. То, что в Вашей семье трое, – это уже замечательно, прекрасно, и мы должны стремиться как раз к тому, чтобы у нас как минимум трое было в семьях. Это первое.

Второе – мы должны поощрять такие семьи, как Ваша.

Третье – по поводу земли. Ну, земли в России много, вопрос не в этом, вопрос в том, чтобы она была пригодной для её использования, в том числе для жилищного строительства. А это значит, что она должна быть близко к инфраструктуре или к ней должна быть подведена инфраструктура. Это, конечно, требует определённых затрат, само собой разумеется. И это самые основные, самые большие затраты.

Вы из Томска, да? Так я понимаю?

Н.Журова: Да, из Томска, из самого города Томска, областного города.

В.Путин: Томск и вообще Томская область – это хороший регион, устойчивый регион, хорошо развивающийся регион и в принципе самодостаточный по ресурсам. Вопрос в том, чтобы определить приоритеты расходов, в том числе из бюджета.

Давайте послушаем губернатора Жвачкина. Он на месте?

А.Кондрашов: Давайте мы попросим режиссёров срочно выйти на связь с томским губернатором.

В.Путин: Да, пожалуйста.

С.Жвачкин: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Добрый день!

С.Жвачкин: Хочу спасибо сказать, Вы частично уже ответили на вопрос. Вы совершенно правы, есть у нас специальная программа, как и множество других: и по выделению квартир, и ряду других преференций для многодетных. Но прозвучало: была на очереди 700-я, стала 300-я, – я обязательно с ней лично встречусь. Я считаю, что, знаете, иногда, к сожалению, среди чиновников кто-то, наверное, не смог сказать и рассказать ей о всех тех правах, которые у неё есть, поэтому я считаю, что, естественно, надо в ближайшее время решить этот вопрос, я с ней лично встречусь и Вам лично, Владимир Владимирович, доложу.

Да, Вы абсолютно правы, проблема в том, что у нас действительно в Сибири много земли, но это достаточно сложно, мы же не можем раздать землю без инженерной коммуникации. Поэтому в той очереди, которая есть, получают многодетные семьи землю, которая уже подключена ко всем сетям. Я встречусь лично с ней, и лично Вам, Владимир Владимирович, доложу о решении.

К.Клеймёнов: А есть всё-таки такое распоряжение, что семьям с четырьмя детьми только дают в регионе?

В.Путин: Нет. Это так трактуется, такое положение на местах. Я что хотел бы сказать. С ней – это с Натальей Николаевной. Первое.

Второе, Вы сказали о чиновниках, которые что-то не понимают. Надо понять, кто эти чиновники, и они должны руководствоваться не общими и формальными соображениями, а должны руководствоваться интересами людей, которые проживают на территории, которая им так или иначе вверена по определённым направлениям деятельности. И, конечно, если есть у Вас на региональном уровне такие решения, согласно которым должны обеспечиваться бесплатными участками только семьи с четырьмя детьми, надо посмотреть на это повнимательнее. Потому что и трёх детей поднять – непростая задача в современных условиях, а семья пошла на это, и надо помочь этим людям, стимулировать, надо создать такие условия, чтобы и другие семьи могли бы реализовывать подобные планы развития семьи. Я Вас очень прошу этим заняться.

А.Кондрашов: Давайте мы сейчас послушаем ещё один вопрос со стороны наших телезрителей. В Центре обработки сообщений у нас работает ещё и Татьяна Ремезова.

Татьяна, пожалуйста, Вам слово.

Т.Ремезова: Большое спасибо, Андрей.

Я хочу дать слово нашим волонтёрам. Все 10 дней работы колл-центра они вместе с нами принимали вопросы. Более того, они перезванивали, они лично общались с теми, кто обратился на «Прямую линию».

Рядом со мной сейчас Анатолий Парфёнов – доброволец Всероссийского студенческого корпуса спасателей, Александра Немеровская, представляющая волонтёров Москвы и фонд «Подари жизнь», и Ольга Никитина, которая переехала в Москву из Приморского края, Оля – волонтёр-медик. Все ребята работали по теме обращений с Дальнего Востока.

Анатолий, пожалуйста.

А.Парфёнов: Владимир Владимирович, обращений по Дальнему Востоку много, и они разнообразны.

Проблемы, как и везде, но есть и проблемы, актуальные именно для этого региона. Например, «дальневосточный гектар». Одна из основных проблем «дальневосточного гектара» в том, что участки выделяются очень далеко, так далеко, что к ним даже невозможно добраться. Люди пишут, что это всё потому, что хорошие участки разобрали чиновники. Например, Виталий Грищенко из Хабаровского края приехал из Москвы и получил участок за 312 километров от Хабаровска. Также есть случаи, когда участки выделяются в заповедных зонах, когда есть проблемы с постановкой на кадастровый учёт. А бывают случаи совсем комичные, например Ольге Антонюк из Владивостока дали только полгектара и сказали, что больше земли нет.

А.Немеровская: Да, сложно сейчас прижиться гектару, но и оставаться на Дальнем Востоке достаточно проблематично. Основная проблема региона – это острая нехватка рабочих мест, тому пример Пётр Литвинцев из Комсомольска-на-Амуре. Сокращённый инженер самолётостроения, которому, представьте себе, приходится красить крыши домов. Это к вопросу о том, куда утекают наши специалисты. К сожалению, молодёжь именно поэтому уезжает.

О.Никитина: Да, я могу подтвердить слова Александра, потому что я сама из Приморского края. Я очень люблю свой регион и хотела бы связать своё будущее с ним, но пока, к сожалению, не вижу для этого возможности. Ведь мы, люди Дальнего Востока, не чувствуем себя частью России, а мы хотим путешествовать по нашей стране, ездить к нашим родственникам, отдыхать на курортах Крыма и Краснодарского края, но мы не можем из-за безумно высокой стоимости билетов на поезд и самолёт по территории страны и даже внутри региона. Да, я не спорю, есть субсидированные билеты, но их так мало, что раскупают буквально моментально.

Т.Ремезова: У нас звонок из Уссурийска, кстати, Оля, твоего родного города.

О.Никитина: Да, это мой родной город.

Т.Ремезова: Наверняка по этой же теме. Давайте послушаем этот звонок.

А.Григорьев: Добрый день, Владимир Владимирович! Меня зовут Алексей Сергеевич Григорьев.

Обращаюсь к Вам по поводу подорожания авиабилетов по направлению Москва – Владивосток в летний период 2018 года. Моя семья (жена и двое детей) живёт в Москве, а я работаю в Приморском крае, городе Уссурийске.

В июне стоимость авиабилетов эконом-класса Москва – Владивосток возросла с 12 200 рублей до 55 тысяч. То есть на перелёт в одну сторону мы должны потратить около 150 тысяч рублей. Прошу Вас обратить особое внимание на данный вопрос.

В.Путин: Давайте начнём с того, чем сейчас наш абонент закончил, а именно удорожанием билетов, пролётов из зоны Владивостока в другие части Российской Федерации. Уже здесь один из волонтёров сказал об этом.

Кстати говоря, хочу обратиться ко всем волонтёрам, не только к тем, с которыми мы сейчас на связи, хочу обратиться ко всем со словами благодарности за ту работу, которую они проделали в ходе подготовки этой «Прямой линии» и вообще в широком смысле ко всем волонтёрам, которые работают по самым различным и востребованным для страны направлениям. Это первое. (Аплодисменты.)

Второе – по поводу билетов из Владивостока в другие части России. Один из волонтёров только что сказал: есть программы, которые субсидируют перелёты в отдельные периоды времени по году и работают на отдельные категории граждан по возрастным группам.

Первое, что нужно сделать, – это, конечно, расширить географию (она постепенно расширяется) применения таких субсидий и расширить время применения, использования субсидий и возрастные группы. Но это частные, точечные решения, хотя они тоже востребованы и могут быть реализованы.

И наконец, всё-таки самое главное решение, может быть, в преддверии сегодняшнего нашего мероприятия или просто уже подготовленное заранее, но, во всяком случае, такое решение по Дальнему Востоку вчера или позавчера Правительством принято, а именно: решение об обнулении НДС на эти перевозки. Это первый, очень важный, существенный шаг снижения стоимости билета, но посмотрим, как будет работать эта практика. Это первое.

Второе. По поводу рынка труда на Дальнем Востоке. Да, конечно, это одна из проблем, Вы абсолютно правы. И очень жаль, что инженер в сфере, как Вы сказали, самолётостроения должен работать маляром, хотя и профессия маляра хороша, но уровень его квалификации, судя по всему, гораздо выше, чем просто крыши красить.

Но в этой связи что мы делаем? Хочу обратить Ваше внимание на то, что мы всё-таки поддерживаем те высокотехнологичные сферы производства, которые традиционно созданы ещё в прежнее десятилетие на Дальнем Востоке. Одна из них – это и авиастроение, причём если раньше на Дальнем Востоке занимались только боевым самолётостроением, то теперь мы развиваем и гражданские компетенции.

Скажем, самолёт «Суперджет 100» – он гражданский самолёт как раз с использованием наших компетенций в самолётостроении в целом, и в том числе в сфере боевой авиации. Но мы делаем это уже на современной базе, с использованием иностранных технологий и компетенций, в сотрудничестве с итальянскими, французскими коллегами. Последние работали в сфере двигателестроения.

Так что мы это будем развивать наряду, скажем, с судостроением, которое мы возрождаем на Дальнем Востоке. Верфь «Звезда», на которой проводятся большие работы, там будут строиться специальные суда, причём такого тоннажа, которые раньше в России вообще не строились.

Мы будем развивать на Дальнем Востоке космическую отрасль. Новый космодром Восточный построен именно на Дальнем Востоке, а не где-то в другом месте. И эти компетенции будут расширяться. Высокие технологии, включая автомобилестроение. Мы, как вы знаете, там сделали серьёзный шаг в сфере науки и образования.

По сути, создали новый университет на базе имеющихся, конечно, вузов, но тем не менее Дальневосточный федеральный университет – это то, чего в таком качестве и в таком масштабе раньше на Дальнем Востоке не было. Всё это вещи такого длительного, большого цикла, но в этом направлении мы будем, безусловно, двигаться дальше.

Теперь по поводу «дальневосточного гектара». Программа работает. При всех её издержках, а издержки есть, и спасибо большое, что Вы ещё раз обратили на это внимание. Сказать, что все хорошие участки забрали чиновники, надеюсь, что это не так. Но дополнительно ещё раз проверим, хотя мы неоднократно к этой теме возвращались.

Судя по тому, что такие вопросы возникают, эта программа востребована, люди с удовольствием берут эти участки. Мы теперь приняли решение, вы знаете, чтобы давать эту землю не только дальневосточникам, но и людям, проживающим в других регионах Российской Федерации, но которые хотят, готовы и переедут, для того чтобы устроить свою жизнь именно на Дальнем Востоке. Будем совершенствовать эту систему. Обязательно обращу на это внимание.

Спасибо большое.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, в этом году больше вопросов на тему отношений России с Западом. И должен сказать, что к чувству тревоги в этих сообщениях и вопросах добавилось ещё и чувство досады.

Процитирую одно из таких типичных сообщений: «Такое ощущение, что Россия виновата буквально во всём. Санкции стали основным способом разговора с нами. Как быть, когда твои аргументы даже не пытаются услышать? И главное, появляется чувство, что эти аргументы не будут услышаны вообще никогда».

В.Путин: Я смотрю на то, что возникает у нас слева и справа. Один из вопросов, который пришёл на интерактивные доски: «Обвинения в адрес России бесконечны. Как долго это будет продолжаться?» Это то же самое, что Вы сейчас спросили.

Что можно сказать. Неоднократно уже высказывался на этот счёт, могу только повторить. Это такой, видите ли, способ сдерживания России, так же как и пресловутые санкции, потому что эти бесконечные обвинения создают базу для применения сдерживающих мер, как думают те, кто прибегают к таким средствам работы с Россией, сдерживания развития России. Почему это делается? Потому что видят в России угрозу, видят, что Россия становится для них конкурентом.

Мне представляется, что это очень ошибочная политика, потому что нужно не сдерживать кого бы то ни было, в том числе и Россию, а наладить конструктивное взаимодействие, и тогда общий эффект для мировой экономики будет исключительно позитивным, причём для подавляющего большинства участников международного общения.

И понимание этого всё-таки приходит к нашим партнёрам. Вы же видите, что во многих странах происходит. Там уже на политическом уровне все говорят о необходимости выстраивать нормальные отношения. Да, каждая страна имеет свои собственные интересы, но они не должны решаться с помощью эгоистических методов политики, в том числе в сфере экономики. Понимание этого приходит ко многим нашим партнёрам. Надеюсь, что этот процесс будет набирать обороты.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, и всё-таки когда, Вы полагаете, этот период деградации наших отношений с Западом закончится? Потому что за долгую историю России у нас было больше периодов, когда мы, конечно, конфликтовали с западными странами, и совсем короткие отрезки, когда эти отношения выходили на какой-то позитив. Вот Ваша оценка.

В.Путин: Вы знаете, не могу назвать конкретных сроков, но могу сказать Вам условия, при которых это может произойти.

Для нас очевидно, для России очевидно, что мы должны защищать свои интересы. Делать это последовательно, не по-хамски, не грубо, но защищать свои интересы и в сфере экономики, и в сфере безопасности. Мы это делали и будем делать. Но мы всегда ищем компромиссы, стремимся к этим компромиссам.

Всё это давление закончится тогда, когда наши партнёры убедятся, что применяемые ими методы неэффективны, контрпродуктивны, вредны для всех и что придётся считаться с интересами Российской Федерации.

А.Кондрашов: У нас SMS-сообщение прямо в тему: «Будет ли третья мировая война?»

В.Путин: Вы знаете, можно вспомнить Эйнштейна, по-моему. Он сказал: я не знаю, какими средствами будет вестись третья мировая война, но четвёртая будет вестись с помощью камней и палок. Вот понимание того, что третья мировая война может оказаться концом сегодняшней цивилизации. Вот это понимание должно сдерживать нас от крайних и чрезвычайно опасных для современной цивилизации действий на международной арене.

Кстати говоря, то, что после Второй мировой войны мы живём в условиях относительного, относительного глобального мира, – региональные войны постоянно вспыхивают то там, то здесь, достаточно вспомнить войну во Вьетнаме или конфликт на Корейском полуострове, или вот сейчас на Ближнем Востоке постоянно происходят: то Ирак, то Ливия, то другие конфликты, – но глобальных не было конфликтов, глобальных. Почему? Потому что в мире между ведущими военными державами был установлен стратегический паритет. И как бы ни звучало вот то, что я сейчас скажу, неприятно ни звучало, но это правда: страх взаимного уничтожения сдерживал всегда участников международного общения и ведущие военные державы от резких движений и заставлял уважать друг друга.

Вот выход Соединённых Штатов из Договора по противоракетной обороне – это попытка сломать этот стратегический паритет. Но мы на него отвечаем, в своём Послании я уже об этом говорил, современные системы наших вооружений, которые разработаны и будут ставиться уже на вооружение, они этот паритет, безусловно, сохранят.

Надо понимать это, думать об этом и найти современные, отвечающие реалиям сегодняшнего дня формы нашего взаимодействия. Пора уже сесть за стол переговоров и не только подумать, но выработать современные, адекватные сегодняшнему дню схемы международной европейской безопасности.

А.Кондрашов: Пока непридуманный вопрос 337 с нашего сайта. Алексей Ксендзов спрашивает, вернее, не спрашивает, а настаивает: «Владимир Владимирович, примите какие-нибудь меры против Латвии. Почему запрещают учиться на русском языке? Введите какие-нибудь санкции. Спасибо».

В.Путин: Я уже сказал, мы считаем, что введение каких бы то ни было санкций в одностороннем порядке не помогает решать проблемы, а только усугубляет их.

Что касается положения наших соотечественников в странах Балтии, то мы постоянно об этом говорим, обращаем на это внимание властей прибалтийских государств, в том числе и в Латвии. Но это трудно себе представить, чтобы в современном цивилизованном обществе сотни тысяч людей были объявлены негражданами – такой категории-то нет, вообще в международном праве не предусмотрена такая категория. Есть граждане, есть люди с двойным гражданством, без гражданства, а просто такое понятие «неграждане» никогда не существовало, оно выдумано, придумано в прибалтийских государствах. Придумано для того, чтобы ограничить законные права тех людей, которые проживают на этих территориях. Но средства, которыми мы должны защищать интересы наших соотечественников, должны быть такими, чтобы не усугублять их положение, поэтому мы и ведём диалог с нашими партнёрами в Евросоюзе, и надеюсь, что им в конце концов будет стыдно за то, что они, обращая внимание на нарушение прав человека за периметрами Евросоюза, позволяют так грубо нарушать права людей, живущих на территории Евросоюза. Это тот случай, когда в нашем народе говорят: в чужом глазу соринку замечают, а в своём собственном бревна не видят. Но мы будем продолжать, настойчиво будем продолжать работать по этому направлению, но так, чтобы не навредить тем, кто на этих территориях и в этих странах проживает.

К.Клеймёнов: Давайте дадим слово нашим телезрителям. Звонки и видеообращения продолжает принимать Татьяна Ремезова.

Т.Ремезова: Кирилл, спасибо.

Помимо губернаторов и министров среди наших зрителей ещё очень много известных людей: это и политики, и журналисты, и те, кого принято называть лидерами общественного мнения. И прямо сейчас к нам в редакцию по видеосвязи дозвонился писатель и депутат Сергей Шаргунов.

Сергей, здравствуйте, Вы в эфире, задавайте Ваш вопрос.

С.Шаргунов: Я вас приветствую, здравствуйте, Владимир Владимирович.

В.Путин: Здравствуйте, добрый день.

С.Шаргунов: Приветствую Вас. Остров Русский, из Приморья. Проходит большой литературный форум. И хотя я москвич, но приехал сюда на встречу.

А вопрос у меня вот о чём. Мне кажется, Россия всегда была, вопреки всему, любым препятствиям, страной свободомыслия. И свободная мысль, и острота полемики всегда были важны для нашей общественной жизни и для нашего искусства.

В последнее время я получаю достаточно много тревожных сигналов с разных мест, особенно из провинции. Есть некоторые исполнители, которые с особым рвением берутся за так называемый экстрим, это некоторые хостинги в социальных сетях, лайки, репосты. И речь идёт не о прямых призывах к насилию, что я категорически осуждаю, а просто о зачастую нелепых или резких суждениях, с чем можно не соглашаться. Но не преследовать же.

Доходит буквально до маразма. Например, молодых патриотичных ребят решили осудить за создание утопической группы по проведению референдума об ответственности власти в стране. Казалось бы, чего здесь преступного? Вот «экстремистское сообщество». Я понимаю, что ни Вы, ни я не можем вмешиваться в судебные дела, но давать определённые оценки же можно.

Иногда такое ощущение, что если буквально воспринимать 282-ю статью Уголовного кодекса, то некоторым ревнителям надо бы посмертно осудить Пушкина, Толстого, Достоевского, Маяковского, а их сочинения изъять. И тут ещё подоспели новоявленные законы, связанные с интернетом. На мой взгляд, достаточно расплывчатые. Так что есть огромное пространство для вольности толкований.

Нет ли смысла как-то приостановить тех, кто на полной скорости решил закатывать чужие мнения? Тем более это реальная тревога, опасение и человеческие судьбы, особенно молодых людей, которых, мне кажется, не стоило бы стращать.

В.Путин: Я с Вами согласен. Вы вспомнили про классическую литературу. Один из героев самого известного у нас произведения говорил: «Собрать все книги бы да сжечь».

Но вот мы, конечно, по этому пути не можем пойти и не должны пойти, и никогда не пойдём, но вот эта судебная правоприменительная практика, безусловно, должна находиться в поле зрения общественности, это очень важно, и должна корректироваться.

Если речь идёт о распространении именно такой информации, которая является экстремистской, то конечно, я уже об этом говорил, так, как в других сферах деятельности, как в других сферах жизнедеятельности общества, должны применяться общие правила: «Нарушил – ответь». Но нужно определиться с самими понятиями, что это такое? Не нужно доводить всё до маразма и до абсурда, как Вы сказали. Полностью с Вами согласен.

Давайте мы в рамках «Общероссийского народного фронта» – я попрошу коллег, они достаточно эффективно работали по различным направлениям, важным направлениям для страны в предыдущие годы, это тоже очень важная сфера – вместе проанализируем, что происходит.

С одной стороны, заслон нужно поставить экстремизму, что, безусловно, отвечает интересам подавляющего большинства общества. Ну кто же будет спорить с тем, что нужно поставить заслон пропаганде суицидов, особенно среди молодёжи? Разве кто-то против? Ну конечно нет. Или распространение фашистских каких-то идей. Разве кто-то против? Да нет конечно. И так далее. Но нужно определиться с понятиями. Нужно привлечь Верховный Суд. Я уверен и хочу вас заверить, что и в правоохранительных органах, и в судебной системе люди понимают свои задачи. Если есть что-то, что требует нашего дополнительного внимания, давайте это внимание сосредоточим на тех проблемах, о которых Вы сейчас сказали.

С.Шаргунов: Если не возражаете, я передам конкретные имена.

В.Путин: Спасибо.

А.Кондрашов: Отвечая на предыдущий вопрос, Вы как раз упомянули выход США из Договора о ПРО, противоракетной обороне. А помните, ведь фактически впервые на весь мир Вы об этом сказали в 2007 году в Мюнхене? Тогда же говорили о том, что США начинают распространять свою юрисдикцию на другие государства, и как это всё может быть опасно. «Многополярный и однополярный мир» – тема Вашего выступления была тогда. Но вот прошли годы. Тогда Вас никто особо не слушал. Теперь и Евросоюз, и Канада получают торговую войну от США. Недавно к Вам приезжали Канцлер Германии и Президент Франции. Понятно, что не публично, но хотя бы в разговорах говорят они что-нибудь о том, что пора бы уже выходить из санкций против России? Или они всё ещё ждут разрешения от Вашингтона?

В.Путин: Ведь дело не только в наших разговорах с глазу на глаз, хотя это значительная часть самого переговорного процесса и с лидерами Франции, Федеративной Республики Германия, сейчас я был в Австрии, с австрийскими нашими друзьями, и с представителями многих других европейских стран, я уже не говорю про Азию. Они говорят не только это на ухо, они публично уже говорят.

Один из министров французского правительства недавно публично же сказал о том, что нельзя допустить, чтобы США превратились в экономического жандарма в мире. Он же сказал даже публично об этом. Бывший министр финансов ФРГ несколько месяцев назад публично сказал о том, что Федеративная Республика после 1945 года никогда не была, в полном смысле этого слова, суверенным государством.

Конечно, все видят, что происходит. Но, видимо, наши партнёры думали, что их никогда не коснётся такая контрпродуктивная политика, связанная с ограничениями и санкциями. Сейчас мы видим, что это происходит, ведь введение запретительных пошлин на сталь, на алюминий не только для Европы, но и для Канады, для Мексики, по сути, это и есть санкции. Это только по-другому сформулировано, а на самом деле это так и есть. А за что? Они разве «аннексировали Крым», как говорят многие наши партнёры? Нет. Это связано с прагматичными национальными интересами Соединённых Штатов, так, как понимает эти интересы сегодняшнее руководство.

Это возвращает нас к тому, о чём я уже говорил, а именно к тому, что нам нужно выработать единые, единообразно понимаемые и твёрдые правила поведения как в сфере безопасности, так и в сфере экономического взаимодействия. Понимание этого процесса, конечно, есть. И когда в 2007 году я выступал со своими тезисами, так скажем, в Мюнхене, которые часто все эти годы цитируются, я тогда столкнулся с тем, что многие мои коллеги так рассердились и говорили, что это было слишком жёстко, что было неуместно. Но о чём ведь я говорил? Я говорил о том, что те же Соединённые Штаты распространяют юрисдикцию своих законов за пределы национальных границ, и это неприемлемо. Вот именно это и происходит сегодня, но уже в отношении наших европейских и других партнёров. А почему происходит? А потому что никто не хотел, как Вы сказали, слушать и никто ничего не сделал для того, чтобы эта тенденция прекратила развиваться. Вот, пожалуйста.

А.Кондрашов: Получили.

В.Путин: Да. «Кушать подано, садитесь… – как в известном фильме говорили, ну, не буду произносить, звучит это достаточно грубовато, – садитесь есть, пожалуйста».

Не будем здесь иронизировать на этот счёт, важно другое – важно то, что приходит осознание того, что нужно садиться за стол переговоров и вырабатывать приемлемые для всех правила поведения, которые позволят мировой экономике эффективно развиваться.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, в антироссийской риторике, в вопросах антироссийских санкций, мне кажется, в соревнования с Вашингтоном вступил Лондон, и в какой-то момент даже показалось, что вышел на уверенное первое место. Сначала нас пытались британцы лишить права принимать чемпионат мира по футболу. Не получилось. Затем на весь мир прогремело дело Скрипалей, и очень-очень громко.

Я процитирую один из вопросов на эту тему, он пришёл от студентки Анастасии Федосовой: «Что значит ситуация со Скрипалями для России и будем ли мы отвечать на обвинение?».

В.Путин: Я уже много раз говорил на этот счёт. Не знаю, стоит ли добавлять. Если, как утверждает Британия, против этих людей было применено боевое отравляющее вещество, то эти люди погибли бы в течение нескольких минут или секунд на месте. Этого, слава богу, не произошло. Значит, мы имеем дело с чем-то другим, а не с боевым отравляющим веществом. Но нам бы очень хотелось, чтобы нам дали возможность, во-первых, доступа как минимум к нашим гражданам, к Юлии в данном случае, и дали бы возможность полноценно принять участие в расследовании. До того, как это произойдёт, нам трудно что-либо комментировать.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, продолжая тему антироссийских санкций, которые принимают британцы. Давайте спросим про крупные неприятности российских предпринимателей, которые имеют немалые активы на Западе и сейчас переживают эти неприятности. Их начали, говоря по-нашему, кошмарить. Серьёзные проблемы возникли у Романа Абрамовича, например. Это какая-то новая серия сериала «Богатые тоже плачут»? Что Вы посоветуете, кстати, спрашивают некоторые наши зрители.

В.Путин: По поводу представителей крупного российского бизнеса я уже говорил – и, причём, несколько лет назад – на одной из публичных встреч с представителями нашего бизнеса. Но, правда, прозвучало это достаточно грубо. Я сейчас не буду воспроизводить дословно, что было сказано. Не грубо, но грубовато, так скажем.

Но я предупреждал о том, что такое развитие событий, с которым мы сталкиваемся сегодня, возможно. И, предупреждая об этом, рекомендовал в своё время нашему бизнесу держать, во-первых, свои капиталы на Родине, в России, держать капиталы там, где они заработаны, использовать их для развития российской экономики, чтобы обеспечить безопасность их применения.

В 2008 году, когда мы столкнулись с известными событиями кризисного явления в мировой экономике и который пришёл извне, в том числе к нам, многие наши крупные компании попали в сложную ситуацию, поскольку набрали большое количество кредитов в западных финансовых учреждениях и попали на так называемые Margin Call.

То есть их залоговая масса резко упала в стоимости, и должны были в соответствии с кредитными соглашениями либо погасить их немедленно, эти кредиты, либо добавить какую-то новую залоговую массу, иначе они могли потерять эти активы.

Что мы сделали тогда? Мы докапитализировали Внешэкономбанк специальным законом, забрали себе их кредиты, хотя многие из них тогда готовы были за рубль отдать свои предприятия. Я, будучи Председателем Правительства, сказал: «Нет. Мы вам поможем на определённых условиях, заберём ваши кредиты, и вы будете иметь возможность потом их выкупить у нас». Так и произошло. Когда ситуация стабилизировалась, они выкупили и остались собственниками предприятий.

Правительство получило выгоду, потому что делало эти шаги на определённых условиях. В принципе всё прошло нормально. Но это мы делали, это Российское государство делало, российское Правительство в отношении тех активов этих предприятий, которые мы считали важными с точки зрения обеспечения национальных интересов.

Кто же будет им помогать за границей? Их только там преследуют и создают условия, невозможные для работы. Это тоже большая ошибка тех, кто это делает на Западе. Ведь все эти ограничения, все эти преследования нашего бизнеса в конечном итоге к чему приведут?

Скажем, сложности в использовании расчётов в долларах к чему приведут? Они подрывают доверие бизнеса, причём не только нашей страны, – все же смотрят на то, что происходит, все смотрят, – подрывают доверие к экономической политике ведущих экономических стран мира.

Доллар – это сегодня универсальная резервная мировая валюта. Евро пытается как-то взять на себя часть этих функций. Отчасти это получается, но всё-таки доллар сегодня – единственная универсальная валюта.

Но если правительство США ограничивает расчёты в долларах, это подрывает доверие к доллару, и можно добиться каких-то сиюминутных результатов, и то вряд ли.

Тем не менее они думают, что достигнут какого-то положительного результата, причём не в экономической, а именно в политической сфере, но в долгосрочном плане это подрывает доверие к такой политике.

И все уже думают, а как бы создать новые и универсальные валюты. Как бы перейти на расчёты в национальных валютах. То есть, по сути, они пилят сук, на котором сидят. Уверен, что это контрпродуктивно и вредно и для тех, кто это делает, и, конечно, для всей мировой экономики. Но это, уверен, тоже пройдёт.

А.Кондрашов: Давайте мы свяжемся с нашей коллегой – Натальей Юрьевой, которая работает сейчас в Центре обработки сообщений.

В.Путин: Кстати, извините, я выписал тоже здесь, кто-то говорит, что нужно помочь и Роману Аркадьевичу Абрамовичу, и другим нашим бизнесменам, которые попадают в трудную ситуацию, а кто-то задаёт и такой вопрос: «Когда воры, – и дальше идут фамилии, – выведут, наконец, свои деньги в Россию?».

Я бы сейчас не говорил о людях, которые совершают какие-то правонарушения, мы сейчас говорим о людях, которые приобрели свои капиталы законным путём. Но и тем, и другим лучше быть в России, тем более что мы объявили уже, причём дважды, амнистию капиталов, делаем это вместе с предпринимательским сообществом.

Это несовершенная пока система, там есть вещи, которые ещё нужно настроить, мы готовы к этому. Надеюсь, что и представители бизнеса на это отреагируют должным образом.

А.Кондрашов: Мне сообщают, что нам дозвонился ещё один писатель. Сегодня очень писателям везёт.

Наталья Юрьева, пожалуйста, Вам слово.

Н.Юрьева: Да, действительно, спасибо, Андрей.

На самом деле в наш Центр по обработке сообщений уже четвёртый год подряд поступает огромное количество вопросов о ситуации на Украине. Обращаются как жители нашей страны, так и самой Украины, других соседних государств. Но в этот раз нашим редакторам особо любопытным показался вопрос писателя, который не понаслышке знает, что происходит в Донбассе. Давайте посмотрим видеоролик, который нам прислал Захар Прилепин.

З.Прилепин: Здравствуйте! Меня зовут Захар Прилепин, советник главы ДНР и офицер армии ДНР. У нас здесь есть ощущение, что украинская армия воспользуется чемпионатом мира по футболу и начнёт активные наступательные боевые действия. Как Вы прокомментируете эту ситуацию?

В.Путин: Надеюсь, что до таких провокаций дело не дойдёт. А если это случится, мне думается, что это будет иметь очень тяжёлые последствия для украинской государственности в целом.

Ещё раз хочу подчеркнуть: рассчитываю, что ничего подобного не случится. Да и невозможно запугать людей, которые живут на этих территориях – в Донбассе, в ЛНР, ДНР. Мы видим, что там происходит, и видим, как люди это всё переносят. Мы оказываем обеим непризнанным республикам помощь и будем это делать дальше. Но то, что происходит в целом вокруг этих территорий, – это, конечно, печально.

Но это, кстати, говорит ещё и о том, что действующее украинское руководство не в состоянии решить эту проблему. Ну как можно решать эту проблему, считая эти территории своими и организуя полную блокаду этих территорий? Как можно считать эту территорию своей и людей, которые проживают на этой территории, своими гражданами и постоянно подвергать их обстрелам, когда страдают мирные жители? Именно мирные жители.

И сейчас представители ОБСЕ фиксируют увеличение этих обстрелов именно со стороны вооружённых сил Украины. Зачем это делать, когда нужно просто идти по пути выполнения минских соглашений? Это просто нелепо с точки зрения реализации конечного результата – восстановления территориальной целостности страны. Чем дольше и чем дальше это происходит, тем хуже для Украины.

Вы знаете, мне иногда кажется, что Украина, вступая сейчас в новый внутриполитический цикл, в том числе и по выборам в Раду, и по выборам Президента, и ситуация в этой связи усугубляется. И я ещё раз хочу это подчеркнуть: нынешние украинские власти, особенно в этой ситуации, не в состоянии решить проблему этих территорий – ЛНР и ДНР – в том числе потому, что им не нужны избиратели с этих территорий. Потому что ясно, что они за действующую власть никогда не проголосуют.

Но если власти будут руководствоваться своими узкокорыстными и политическими, и экономическими интересами, если будут продолжать грабить свой народ и откладывать деньги на чёрный день в офшорах на своё собственное имя, то тогда ни к чему хорошему эта ситуация не приведёт.

Посмотрим, как будет ситуация развиваться, а мы сделаем со своей стороны всё, чтобы она была разрешена в рамках минского процесса и минских договорённостей.

А.Кондрашов: Давайте перенесёмся в «Москву-Сити». Там находятся люди, которые обратились до начала программы, буквально дня за два, и сказали, что они популярные блогеры, у которых гигантская аудитория – несколько десятков миллионов человек, и что они собирают вопросы от своих подписчиков и самые популярные вопросы будут готовы задать. Поэтому мы отправили к этим блогерам нашего корреспондента Антона Лядова, он сейчас выходит в прямой эфир.

А.Лядов: Всем добрый день! Сегодня, пожалуй, впервые за всю историю «Прямой линии» мы работаем с представителями молодёжного интернет-сообщества. Ребята-блогеры на эффектной площадке, с прекрасным видом на Москву, смотрят «Прямую линию» с самого начала, комментируют всё это. Кто-то из них выкладывает в интернет фотографии, кто-то снимает видео.

У каждого из ребят, кто находится здесь, в интернете есть собственные каналы, на которые они выкладывают видеоролики, которые раньше снимали на камеры мобильных телефонов, а уже сегодня – на профессиональную технику. Дело в том, что общая аудитория ребят, которые собрались сегодня здесь, около 20 миллионов человек. Вы только вдумайтесь! Колоссальная цифра. Обратите внимание, они прямо сейчас ведут свои интернет-репортажи. Вот так это всё делается.

В преддверии «Прямой линии» они действительно обратились к своим зрителям с вопросом: о чём бы они хотели спросить Президента? Именно сегодня с этими вопросами они и пришли.

Рядом со мной как раз представитель интернет-сообщества Гусейн Гасанов. Его общая аудитория около семи миллионов человек. Также Наталья Краснова. Они приехала из Челябинска. Её аудитория около двух миллионов человек. Ребята, привет! Вам слово.

Г.Гасанов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Сегодня тут собрались лидеры мнений. Я бы хотел задать вопрос. Я волнуюсь. В интернете ходят слухи о закрытии таких популярных соцсетей, как «Инстаграм» и «Ютьюб». Что Вы думаете по этому поводу? И вообще, возможно ли это?

В.Путин: Понимаю Вашу озабоченность и понимаю озабоченность тех людей, с которыми вы работаете в интернете. Мы не собираемся ничего закрывать. Я прекрасно знаю ситуацию вокруг «Телеграм».

Что по этому поводу хотел бы сказать? Вы на своём месте и Вы сейчас сказали, что Вы волнуетесь. И я на своём месте тоже волнуюсь, знаете за что? За безопасность людей. Когда представители, допустим, правоохранительных и специальных служб мне говорят, что после взрывов в Петербургском метро они не могли отследить переписку террористов, не могли вовремя принять решение, потому что она зашифрована, а террористы этим пользуются. Но как я должен на это реагировать? Ведь вопросы безопасности в первую очередь, не правда ли?

Но в то же время я сам работал в специальных службах и знаю, что легче всего запретить, труднее – найти цивилизованные способы решения. Поэтому я буду побуждать всех своих коллег идти именно по этому пути, именно по пути использования самими спецслужбами, правоохранительными органами современных средств борьбы с правонарушениями, в том числе и с террористическими проявлениями, не ограничивая пространство свободы, в том числе в интернете.

А.Кондрашов: Ребята, ещё вопрос. Слышите нас?

Н.Краснова: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Наташа Краснова, я из Челябинска. Мне 38 лет, я взрослый и адекватный, казалось бы, человек. Я – кандидат наук, но я сейчас работаю блогером, и на данный момент в России это не профессия. То есть когда-нибудь наступит такой момент, когда блогинг станет полноценной профессией?

В.Путин: Наташа, Вы сказали, что уже взрослый человек, Вам 38 лет, хотя Вы, конечно, выглядите гораздо моложе. Честно говоря, для меня даже неожиданно, что Вам 38 лет. Но Вы сейчас сказали, что это должно стать когда-то профессией.

Но мы же знаем, за счёт чего живут блогеры. В том числе за счёт рекламных денег. Правда? И это у Вас, судя по всему, хорошо получается. Так что признана эта профессия или не признана, но это источник ваших доходов, и доходов, видимо, вполне приличных, если Вы этим занимаетесь.

Поэтому если вопрос в том, чтобы зафиксировать это в законодательстве, зафиксировать это с точки зрения социального обеспечения на будущее, наверное, об этом тоже можно поговорить. На самом деле думаю, что Вы правы, потому что если это постоянная, по сути дела, работа, то и государство заинтересовано в том, чтобы формализовать это соответствующим образом.

А.Кондрашов: Блогерам – спасибо. Мы, возможно, к вам, ребята, ещё вернёмся сегодня.

А пока у нас Центр обработки сообщений, там Наталья Юрьева.

Наталья, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо.

Мы следим и за тем, как реагируют на нашу программу пользователи социальных сетей. На эту минуту количество постов с хэштегом о «Прямой линии» достигло 550 тысяч, даже больше этого. Кстати, самые активные пользователи живут в Москве, на втором месте, нам сейчас покажут, Санкт-Петербург – мой родной город, а на третьем месте – Республика Татарстан. Только за те секунды, что я говорила, у нас появилось ещё 918 сообщений.

Предлагаю принять видеозвонок как раз из… Нет, мне подсказывают, что у нас ещё есть самый последний пост, который мы сейчас можем посмотреть. Он появился буквально только что. Читаем: «Да, без Путина, видимо, проблема с ростом цен на бензин никак не решится. Засекаю, через сколько времени цена на 92-й станет меньше 45 рублей». Хэштег #смотрюлинию, пользователь – Пётр Шуматов.

И предлагаю как раз сейчас принять видеозвонок из виртуального пространства.

Здравствуйте! Пожалуйста, представьтесь, как Вас зовут, откуда Вы, и задавайте Ваш вопрос.

В.Христолюбов: Владимир Владимирович, добрый день!

В.Путин: Здравствуйте!

В.Христолюбов: Владислав Христолюбов, Санкт-Петербург, юрист.

Ни для кого не секрет, что наша страна являлась одной из двух мировых держав, обладающих технологией запуска многоразового космического корабля. Нам удалось поднять на орбиту и благополучно приземлить уникальный корабль «Буран». Считаю энергетическую и особенно космическую одними из важнейших отраслей для любой страны. В свою очередь, если бы у меня была возможность отдать все свои силы в это общее дело – поддержание и, главное, развитие этих отраслей, – я бы, не задумываясь, это сделал.

В связи с этим у меня такой вопрос. Можно ли возродить технологию «Бурана»? И какие в целом планы у России на увеличение её космического присутствия? Большое спасибо.

В.Путин: Владислав, Вы, безусловно, правы. Освоение космического пространства, космических технологий чрезвычайно важно для любой страны, а уж тем более нашей, которая имеет в этой сфере значительные, может быть, даже уникальные компетенции.

Не случайно и первый спутник – советский, и первый человек в космосе Юрий Гагарин – это наш соотечественник. Эти технологии развиваются, развиваются активно и очень активно коммерциализируются. И в этом смысле мы должны сделать много шагов вперёд, в том числе по качеству спутников, по качеству аппаратуры. Мы должны вернуть себе и твёрдо удерживать нашу компетенцию первенства по запускам. Здесь есть конкуренция большая. Наши французские друзья и партнёры Гвиану используют активно, развиваются в Азии очень быстрыми темпами космические технологии, в Соединённых Штатах. Это всё очень хорошо, нормально. Мы работаем со всеми партнёрами, у нас есть планы. Несмотря на все сложности, скажем, в отношениях со Штатами, американские учёные и наши вместе работают, думают об изучении дальнего космоса, в том числе таких планет, как Венера.

У нас есть своя программа, очень хорошая программа. Допустим, новая программа «Сфера», которая предполагает запуск на ближайшие несколько лет 600 с лишним спутников, которые будут заниматься и позиционированием, и зондированием Земли, и связью. Это будет вообще прорыв.

Это ещё одно направление, где мы можем осуществить прорыв, потому что качество связи будет такое, что сможет, по сути, заменить кабельную связь и по качеству и по охвату всей территории будет не хуже, но должна быть дешевле и доступнее. Это в целом может привести к абсолютной революции в сфере связи.

У нас есть хорошие программы, связанные с освоением дальнего космоса. К 2022 году мы должны провести первые испытания ракеты среднего класса, и к 2022 году это должны быть уже пуски в беспилотном режиме, а к 2024-му уже пилотируемые аппараты должны использоваться. В общем и целом у нас большие, очень амбициозные планы в развитии космической сферы.

Уверяю вас, мы будем и дальше идти по этому пути. Не случайно же мы затратили достаточно большие средства, ресурсы для того, чтобы создать новый космодром, кстати говоря, на востоке нашей страны, космодром Восточный. Мы будем его развивать именно как гражданскую составляющую нашей космической деятельности.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, кстати, про космос действительно много вопросов, спрашивают в том числе и про Рогозина, который возглавил Роскосмос. Кто-то к этому относится с сомнением, потому что человек – журналист по образованию. Кто-то, конечно, наоборот, оценивает его лидерские качества и говорит, что он способен повести за собой отрасль вперёд, но…

В.Путин: Вы знаете, думаю, что мне сейчас не нужно комментировать. Тем не менее, если такие вопросы звучат, скажу: да, образование у него, может быть, не профильное, но Дмитрий Олегович Рогозин в течение шести лет занимался оборонной промышленностью, очень много внимания уделял развитию космической деятельности применительно к оборонке, и он человек вполне компетентный в этой сфере.

Но, естественно, один в поле не воин, и мы с ним на этот счёт говорили, он будет привлекать к этой работе, будет создавать команду, которая способна решать и технологические задачи на уровне сегодняшнего дня, и организаторов производства, которые будут заниматься профессионально административной стороной деятельности компании. Надеюсь, что у него это получится.

А.Кондрашов: Гораздо больше шуток и вопросов по поводу Виталия Мутко.

Вот с флота было сообщение от моряков: «Владимир Владимирович, разрешите нам рисовать на бортах боевых кораблей портреты Мутко, чтобы корабли были непотопляемые».

В.Путин: Наши корабли и так непотопляемые или труднопотопляемые. Прежде всего это результат работы военных судостроителей и выучки экипажей. Надеюсь, так и будет дальше и это всё будет совершенствоваться в дальнейшем.

Что касается Виталия Леонтьевича Мутко, то, действительно, в отношении него много всяких разговоров и слухов, я прекрасно отдаю себе в этом отчёт. Вместе с тем хотел бы обратить Ваше внимание, что, несмотря на то, что его английский язык, безусловно, нуждается в совершенствовании, но за годы его работы в качестве Министра спорта, а затем и вице-премьера немало сделано в этой сфере, достаточно посмотреть, чего и сколько построено в сфере спорта и физической культуры.

Надо обращаться не к эмоциональным сторонам его деятельности, а к фактическим сторонам. Если реально проанализировать, то мы увидим, что сделано немало, кстати, те же объекты сочинской Олимпиады, в том числе там Козак занимался, но и Мутко этим занимался. И мы только что недавно говорили о том, что и как создано, что и как функционирует, каковы последствия для региона и для страны в целом, как это эффективно используется.

А вот стадионы, сейчас завершено строительство к чемпионату мира по футболу, в значительной степени это Мутко делал. Поэтому я всё понимаю, но я исхожу не из эмоциональных оценок, а из реалий. Разумеется, Виталию Леонтьевичу нужно, наверное, многое сделать для того, чтобы на новом месте он проявил свои лучшие качества. Надеюсь, что так оно и будет.

К.Клеймёнов: Давайте послушаем, какие вопросы сейчас в работе.

В.Путин: Извините, есть ещё один момент. Мы знаем, какая атака на него предпринималась в связи с допинговым скандалом и так далее и так далее. И в этих условиях отправлять его на пенсию невозможно, да и, повторяю, потенциал у него есть хороший. Пусть работает.

К.Клеймёнов: Перенесёмся ещё раз в Центр обработки звонков и сообщений. Там, напоминаю, находятся в том числе и волонтёры. Давайте послушаем, какие вопросы у них сейчас в работе.

Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Спасибо, Кирилл.

«Практически у каждого из нас есть родные, близкие, друзья, которых настигла эта страшная беда – рак». Это фраза из Вашего, Владимир Владимирович, Послания, в котором Вы предложили реализовать общенациональную программу по борьбе с онкологическими заболеваниями.

Вопросов по этой теме очень много. Каждый из них, иначе не скажешь, буквально трогает до глубины души. Выделить основное нам помогла Алевтина Киселёва – волонтёр-медик. Она сама помогает в больницах, ухаживает за больными. И при этом Аля – будущий врач-онколог.

А.Киселёва: Действительно, очень много вопросов поступило по теме онкологических заболеваний.

Во-первых, это нехватка в регионах онкологических центров и квалифицированной помощи. Например, в Апатитах онколог принимает всего два часа в день. И Вы помните, именно из Апатитов в прошлом году к Вам обращалась Дарья Старикова. Или в Калининграде – к онкологам запись расписана на три месяца вперёд.

До сих пор нехватка лекарственных средств в больницах и скорой помощи. Трофимова Екатерина из Крыма пишет о том, что курс химиотерапии можно пройти только в городе Симферополе и только теми препаратами, которые есть в наличии.

А я как врач знаю о том, что для каждого пациента терапия должна подбираться индивидуально. Мама Веры Куприной из Ярославской области умерла от болевого шока только потому, что не было лекарств в скорой помощи.

И ещё одна очень важная проблема – это проблема неправильной диагностики. Поцелуйко Марине из Брянска поставили диагноз рассеянного склероза, и только через несколько месяцев обнаружили злокачественное новообразование головного мозга.

Владимир Владимирович, мне 24, и в этом году я с отличием оканчиваю Сеченовский университет. Хочу свою жизнь посвятить онкологии. Для меня очень важно, как же мы в будущем сможем спасать пациентов? Как мы видим из обращений, цепочка «пациент – врач – диагностика – лечение» не работает. Как мы можем решать данную проблему?

В.Путин: Да, Вы, безусловно, правы, и я тоже об этом говорил, это одна из очень острых и чувствительных проблем в сфере здравоохранения. Мы ставим перед собой сложные и, без всякого преувеличения, амбициозные задачи по увеличению продолжительности жизни наших граждан: после 2024 года выйти на лучшие показатели, 80+.

Безусловно, этого нельзя добиться, не используя современные средства лечения, в том числе и в борьбе с такой бедой, как онкология. По сравнению с другими заболеваниями, от которых зависит продолжительность жизни, скажем, с сердечно-сосудистыми, у нас, может быть, здесь поменьше результатов, хотя позитивный тренд тоже есть.

Что мы должны сделать в этом отношении? Отчасти Вы об этом уже сказали. Кстати говоря, такие же вопросы и по Калининграду, и по Краснодару: когда будут онкоцентры сделаны?

В этой связи что хотел бы сказать, и вы как специалист тоже это прекрасно знаете. Но я назову это ещё раз, чтобы наши граждане знали, по какому пути мы пойдём.

Прежде всего – это ранняя диагностика. Если мы это сделаем, то тогда мы обеспечим… Вот Вероника Игоревна появилась на экране, сейчас мы её попросим: если я что-то скажу неточно, она меня поправит.

Сегодня раннее выявление у нас где-то 30 с лишним процентов, а нужно добиться 50–70 процентов, и тогда после выявления мы обеспечим нормальное качество жизни онкобольным минимум на пять лет и больше.

Сейчас, скажем, по детской онкогематологии у нас 90 с лишним процентов излечений уже после строительства онкогематологического центра в Москве, а было – я уже боюсь об этом говорить – где-то в районе 30 процентов и меньше. А сейчас 90 с лишним! То есть результаты возможны. Что для этого нужно сделать?

Первое, и я уже об этом сказал, – ранняя диагностика.

Второе. Нам нужно уделить больше внимание ядерной медицине, потому что исследования с помощью этих новейших средств как раз и позволяют выявлять на ранней стадии или купировать то, что уже имеет место.

Теперь лекарственное обеспечение и химиотерапия. Это должны быть эффективные, отвечающие современным требованиям отечественные препараты.

Безусловно, нужно поработать над тем, чтобы появлялись в отрасли такие люди, как Вы: молодые, увлечённые своим делом, перспективные, нужные для отрасли специалисты.

И должен Вам сказать. Онкоцентры надо, конечно, и строить новые, и дооборудовать то, что есть. Эта программа сейчас готовится, она будет стоить, по предварительным подсчётам, примерно до 2024 года один триллион рублей, и это как раз один триллион из тех восьми дополнительных, о которых я говорил.

Собственно, на что должны быть потрачены деньги из тех дополнительных восьми триллионов, которые мы должны получить в ходе работы в ближайшее время. Давайте мы попросим Веронику Игоревну прокомментировать то, что Вы предложили в качестве темы. Пожалуйста, Вероника Игоревна.

В.Скворцова: Спасибо большое, Владимир Владимирович. Конечно, Вы абсолютно правы в том, что прежде всего ранняя диагностика, которая позволяет эффективно лечить пациентов.

К счастью, у нас уже сейчас при всех локализациях раков ранняя выявляемость – 56 процентов, и есть локализации, при которых 70–80 процентов.

Достаточно резко снизилась запущенность раков в нашей стране, и если говорить о наиболее распространённых формах, таких как рак репродуктивной сферы у женщин, то сейчас пять–девять процентов выявляется уже на четвёртой стадии. Но и это много.

Именно поэтому с 2013 года мы запустили систему онкоскринингов в рамках диспансеризации и с этого года поменяли регламент этих диспансеризаций.

Сейчас в тех возрастных группах, когда риск рака наиболее высок, человек проходит обследование абсолютно бесплатно и качественно раз в два года.

Кроме того, в женских консультациях ежегодно проводятся профилактические осмотры женщин со всеми исследованиями ультразвуковыми, цитологическими, микробиологическими.

Для нас проблема увеличить настороженность по отношению к онкологическим заболеваниям участковых врачей-терапевтов. И для этого год назад была создана специальная электронная хорошо иллюстрированная программа.

Уже сейчас за 2017 год 85 процентов всех наших врачей первичного звена получили сертификацию, пройдя эту программу. Задача: по какому бы поводу пациент ни явился на приём к своему врачу, иметь настороженность и мысли о возможной необходимости дифференцировать с раком.

А.Кондрашов: Вероника Игоревна, простите, пожалуйста, у нас как раз есть репортаж на тему, которую Вы затронули.

Вообще очень много у нас вопросов по медицинской проблематике. И вот один сразу прямо позвал нас в дорогу, там работает Мария Бондарева и выходит в прямой эфир.

М.Бондарева: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Мы сейчас находимся в городе Струнино, это, как уже было сказано, Владимирская область. И обратились к Вам жители этого города из-за этой вот больницы, единственной не только для всего Струнино, где проживает около 14 тысяч человек, но и для ближайших четырёх населённых пунктов, а это уже около 30 тысяч.

Так вот, не так давно эту больницу присоединили к районной и лишили статуса самостоятельной единицы, из-за чего ремонт здесь не проводится уже очень давно, как вы можете видеть, здания пришли в очень плохое состояние. Похожая картина и внутри, хотя всё здесь предназначено и готово к тому, чтобы лечить больных.

Я даже выписала себе, что на данный момент уже закрыты хирургическое, гинекологическое, инфекционное, детское отделения, прачечные, пищеблок, когда-то тут был даже роддом. Под угрозой закрытия кожное отделение, поликлиника, глазное отделение. До ближайшей районной больницы, это город Александров, нужно ехать только на одной электричке 30 минут, не говоря уже о том, сколько занимает путь от дома непосредственно до больницы.

Так вот, чтобы как-то решить эту проблему, жители города даже создали инициативную группу, и уже несколько месяцев они отстаивают эти стены. И решили обратиться к Вам, потому что все мы слышали и знаем Ваше Послание Федеральному Собранию, Ваши майские указы, где очень подробно и очень детально Вы говорили о развитии и, как Вы говорите, прорыве в здравоохранении, о защите наших больниц и наших медучреждений.

Сейчас рядом со мной стоят представители этой инициативной группы. Одна из них – Анна Владимировна Погодина. У Анны Владимировны 10 детей и восемь внуков. Она особенно болеет за эту ситуацию. Именно она прислала видеообращение в ваш колл-центр. Мы решили выехать сюда, на место, и дать ей возможность адресовать его непосредственно к Вам.

А.Погодина: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

У меня больной вопрос – это закрытие детского отделения. У меня 18 детей. Я мама и бабушка. Мамочкам приходится ездить в Александров. Это тяжёлый труд – с детьми доехать до электрички, а потом выстаивать очень долгие очереди. И никакое лечение не даёт толку. Потом также записываться за месяц, за полтора приходится и ждать койку очень долго приходится. Мы создали инициативную группу, у нас возглавляет её Бандалаг Ирина Георгиевна. Можно ей слово?

В.Путин: Пожалуйста.

И.Бандалаг: Уважаемый Владимир Владимирович, у нас в городе Струнино была прекрасная больница со всеми отделениями. Когда нас присоединили к районному центру, начали закрываться отделения. И мы очень хотим, чтобы у нас работали все отделения, так как ехать в Александров невозможно каждому и не по карману. У нас не хватает лекарств, не хватает оборудования, не хватает узких специалистов. Мы очень переживаем, что если ещё закроют то, что у нас осталось, мы останемся вообще без медицинской помощи. У нас поликлиника в плохом состоянии. Мы очень бы хотели, чтобы нам построили новую, но так как средств нет для постройки новой поликлиники, хотя бы эту, старую, отремонтировать бы, чтобы у нас было где лечиться. Мы просим Вашей помощи, содействия в этой проблеме. Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо.

А сколько человек у вас в городе проживает, в Струнино? Количество жителей – сколько?

И.Бандалаг: 14 тысяч человек и плюс соседние коттеджные посёлки, которые приезжают к нам, и сёла, которые рядом, до 30 тысяч человек.

М.Бондарева: Это обслуживаются в больницах до 30 тысяч.

В.Путин: Я понял.

Вот смотрите. У нас наиболее острые проблемы возникли в малых населённых пунктах, где количество жителей не больше 100 человек и от 100 до 2000 человек. Там мы планируем, я хочу ещё раз это повторить, осуществить новые программы создания передвижных комплексов и создание новых фельдшерско-акушерских пунктов. На первую программу предусмотрено 10 миллиардов, на вторую – 7,4 миллиарда рублей.

Но в вашем случае речь идёт о гораздо более крупном населённом пункте. Разумеется, и, наверное, нужно что-то совершенствовать, нужно понимать, где и кто может оказать какую помощь. Но первичное звено не должно уничтожаться, это совершенно очевидно. Я с Вами полностью согласен. Это, безусловно, работа региональных властей.

Вот нам на экран уже вывели губернатора. Пожалуйста, Светлана Юрьевна, я хотел бы дать Вам слово.

С.Орлова: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

На сегодняшний день мы ничего не закрываем в Струнино. Мы выделили 68 миллионов: 20 миллионов – на ремонт детской поликлиники, 40 – на больницу и на отделения, кожное и дерматологическое, которые надо ремонтировать. Больница с 1929 года. В детскую вообще опасно уже детей водить.

Поэтому наш департамент с населением и с этой инициативной группой работает. Мы сейчас ещё посмотрим по логистике, добавим туда медицинские мобильные центры благодаря федеральной программе. Спасибо Вам большое.

У нас более 20 таких мобильных центров. Там в населённых пунктах работают ФАПы. Больница в Александрове была отремонтирована в прошлом году, скорая помощь тоже была отремонтирована. Скорая помощь в Струнино переведена в новое здание, потому что единая система диспетчеризации. Конечно, с учётом того, что детская поликлиника находится в центре Струнино и неудобно мамочкам, но это временно, и мы, конечно, возьмём этот вопрос под контроль.

Всё, что касается медицины, мы больше всего средств выделяем, мы построили уже за последние годы 17 ФАПов на селе, практически дооснастили, по лекарствам мы сейчас 60 миллионов выделили. И по новой поликлинике мы сейчас работаем над проектно-сметной документацией. Струнино, конечно, город небольшой, 14 тысяч жителей, 15 километров до основного центра, до Александрова, и во время дачного сезона, когда приезжают дачники, тоже нагрузка большая идёт на здравоохранение, мы добавляем там машин скорой помощи. И я думаю, что мы обязательно поработаем над тем, чтобы поликлинику там сделать, тем более там вырыт котлован ещё давным-давно, такая потребность есть, Владимир Владимирович.

В.Путин: Мне очень приятно, что Вы закончили именно этими словами: «Такая потребность есть». И судя по всему, что я вижу, она действительно является острой, потому что несмотря на то, что Вы сказали, а я исхожу из того, что так оно и есть, все позитивные моменты, о которых Вы упомянули, наверное, они и состоялись. Но то, что мы видим сейчас на экране, явно нуждается в вашем особом внимании.

И, Вероника Игоревна, из тех ресурсов, о которых я только что сказал, 10 и 7,4 миллиарда, есть и другие направления поддержки регионов. Я Вас тоже попрошу внимательно к этому отнестись и вместе с губернатором эту проблему решить. Нельзя первичное звено ликвидировать.

Также остро вопрос стоит во многих других регионах, и не только применительно к первичному звену здравоохранения. То же самое происходит, кстати говоря, и в сфере общего образования, в школах. Думаю, что об этом мы еще поговорим.

Очень рассчитываю на то, что Вы внимательно к этому отнесетесь. И посмотрю, что произойдет в деле, в жизни, на практике.

А.Кондрашов: Мария, скажите, ваши собеседницы довольны ответами Министра, губернатора и Президента.

М.Бондарева: Да, Андрей, пока вы слушали губернатора Владимирской области, мои собеседницы очень хотели добавить что-то к сказанному.

Анна Владимировна.

А.Погодина: Ну, отделение не работает. Сказали, не закрыто оно, но оно не работает, оно закрыто. Детей не принимают, мы ездим в Александров.

М.Бондарева: Вопрос какой Вы бы хотели задать Владимиру Владимировичу?

С.Орлова: Чтобы нам помогли восстановить все, что у нас разрушилось. Мы хотим, чтобы нам помогли все.

В.Путин: Послушайте меня. Безусловно, это медицинское учреждение должно функционировать как современное и реально оказывать помощь людям. Что там сохранить, в каком объеме, это нужно будет решить на региональном уровне с губернатором, с муниципальными властями при поддержке Министерства здравоохранения. Вероника Игоревна это слышит.

Я исхожу из того, что это все будет исполнено. И хочу обратить внимание моих коллег: прошу вас лично на это посмотреть, и чтобы не было таких расхождений в будущем – работает или не работает.

Ясно, что, наверное, до каждого населенного пункта трудно дойти, но в данном случае надо это сделать, потому что речь идет о здоровье людей.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, мы отобрали с Кириллом по нескольку вопросов, которые предполагают очень быстрый ответ. Назовем это блицем. Начнем?

В.Путин: Блиц?

А.Кондрашов: Да.

Что Вы делаете в тех случаях, когда Вы не знаете, что делать?

В.Путин: Вы знаете, есть такое правило у автомобилистов: «Не уверен – не обгоняй». Цена ошибки очень велика для людей, которые занимаются моим видом деятельности.

Поэтому, если я не знаю, что делать, я стараюсь все-таки найти решение и прийти все-таки к устойчивому мнению о том, что же действительно нужно и целесообразно.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, многие не раз отмечали Ваше прекрасное чувство юмора. Вам приходилось смеяться над собой?

В.Путин: Я часто это делаю.

К.Клейменов: Самая удачная, хорошая шутка, которую Вы слышали за последнее время?

В.Путин: Не знаю, надо подумать. Мы обсуждали уже отчасти международные вопросы, острые и, на мой взгляд, смешные. Совсем недавно одно из очень известных и популярных изданий в Германии написало, что президент Трамп толкает Европу в руки Путина.

Если совместить это с более ранней шуткой о том, что Россия повлияла на выборы в Соединенных Штатах, то тогда все это вместе звучит достаточно смешно: мы повлияли якобы на выборы Президента в США, а он нам за это подарил Европу. Полный бред. Иначе как шуткой это назвать невозможно.

А.Кондрашов: Есть ли какой-то вопрос, на который у Вас точно нет ответа?

В.Путин: На Ваш вопрос трудно дать ответ. Но я Вам могу сказать, что если у меня нет ответа, то я стараюсь его найти. И стараюсь это делать вместе со своими коллегами.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, такой очень личный вопрос от одного из наших зрителей: «Какой совет от Вашего отца Вы передали бы Вашим внукам?»

В.Путин: Не врать.

А.Кондрашов: Можете нам рассказать, когда Вы поверили в Бога?

В.Путин: Это очень интимный вопрос. Вы знаете, очень трудно говорить об этом на публику, но, на мой взгляд, каждый человек рождается с верой в Бога в душе, уже рождается с этим, только разные люди в разное время и при разных обстоятельствах начинают это понимать.

Во всяком случае, скажем, во время Великой Отечественной войны, когда даже самые заядлые и отъявленные атеисты вставали в окопе и шли в атаку, уверен, что каждый из них думал о Боге.

Поэтому есть люди, которые понимают это без всяких экстремальных ситуаций, но уж точно, когда человек попадает в какую-то экстремальную ситуацию, почти каждый думает об этом.

К.Клейменов: Еще один вопрос: «Владимир Владимирович, чем необходимо пожертвовать, чтобы быть Президентом?»

В.Путин: Чем пожертвовать? Личной сферой жизни человека, это неизбежно. Но есть и очень мощный компенсатор – все это компенсируется осознанием того, что ты занимаешься очень важным, нужным, уникальным делом, направленным на повышение благосостояния миллионов людей и на укрепление самого главного, что есть в жизни у каждого человека – Родины.

К.Клейменов: Мы вновь предлагаем дать слово нашим телезрителям. Центр приема и обработки звонков и сообщений. Пожалуйста.

Т.Ремезова: Кирилл, большое спасибо.

К этой минуте в наш Центр обработки сообщений поступили более 1 миллион 300 тысяч звонков, 0,5 миллиона SMS, 250 тысяч вопросов на сайт, общее количество вопросов уже перевалило за 2 миллиона 300 тысяч.

И я хочу сейчас показать, как с вопросами работают наши волонтеры. Вы видите, у нас здесь разложены папки по темам, и они буквально каждые пять минут подходят и раскладывают в каждую папочку вопросы по темам – экология, демография, медицина.

А вообще хочу сказать, что на самом деле каждый пятый вопрос на социальную тему, в том числе много спрашивают и про пенсии. Вот, например: «Почему прекратили индексацию работающим пенсионерам?», – спрашивают из Ногинска. Из Тульской области: «Как долго будет продолжаться заморозка накопительной части пенсии?» И вопрос, который, наверное, у всех сейчас на устах. На связи по телефону Алексей Витальевич Гончаров из Курска.

Алексей Витальевич, Вы в прямом эфире, мы Вас слушаем. Задавайте Ваш вопрос.

А.Гончаров: Здравствуйте! Алексей Гончаров, город Курск.

Владимир Владимирович, будет ли повышаться пенсионный возраст? Ведь после 50-ти у нас в стране уже на работу не берут. Будет ли отменяться ранний выход на пенсию для шахтеров, железнодорожников и силовиков?

В.Путин: Прежде всего некоторые вопросы, которые прозвучали со стороны нашей ведущей, – это работающие пенсионеры и так далее. В советское время, вы знаете, работающим пенсионерам, к сожалению или так уж сложилось исторически, не платили, поэтому, уместно или неуместно, Правительство перенесло это и в наш сегодняшний день.

Но над этим, безусловно, нужно подумать, прежде всего потому, что это, как правило, люди, работающие на низкооплачиваемых работах, где существует значительный дефицит кадров – это нянечки в больницах, детских садах и так далее. Поэтому имею в виду ситуацию на рынке труда и достаточно низкие доходы этих граждан. Об этом, безусловно, нужно подумать.

Что касается пенсионного возраста, то вы знаете мою позицию, я всегда относился и отношусь сегодня к этому в высшей степени осторожно и аккуратно.

На что бы хотел обратить внимание. Одна из ключевых задач, которая сформулирована мною перед Правительством – это повышение доходов пенсионеров, причем значительное повышение их доходов.

Правительству в самое ближайшее время это нужно будет обеспечить, безусловно, потому что за этим и решение другой важной задачи – это уменьшение в два раза количества людей, которые живут за чертой бедности.

Так вот, какие меры будут предложены Правительством для решения этой ключевой задачи, мы должны узнать в самое ближайшее время. Надеюсь, что это будет Правительством сделано, и тогда мы будем уже обсуждать и говорить о мерах, которые Правительством предлагаются.

Но хочу еще раз подчеркнуть, ключевая задача во всей системе пенсионного обеспечения – это значительное повышение уровня благосостояния и доходов пенсионеров.

А.Кондрашов: А сейчас у нас на «Прямой линии» один из самых закрытых научных центров России – это знаменитый Курчатовский институт, или как ласково его называют сами сотрудники – «Курчатник». Недавно исполнилось 75 лет со дня его основания. И там работает наш корреспондент Дмитрий Кайстро, он выходит в прямой эфир.

Д.Кайстро: Здравствуйте!

Это лаборатория легендарного Национального исследовательского центра «Курчатовский институт». И здесь именно сейчас создают уникальные биоподобные технологии. Это действительно новое слово в науке. И эти технологии создают самые молодые ученые, и некоторых из них я сегодня представлю. Это Юлия Дьякова, которая у нас руководит научным департаментом, и Тимофей Григорьев, который руководит отделом, где создаются эти уникальные биотехнологии.

Тимофей, а что у Вас в руках?

Т.Григорьев: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

У меня в руках устройство, которое наносит тонкие волокна на рану или ожог. И эти волокна формируют покрытие, которое защищает рану или ожог во время транспортировки пациента до больницы от потери влаги, тепла, заражения. И с помощью этой же технологии мы разработали каркасы биоискусственных органов, трахеи, кожи, диафрагмы, которые при помещении в организм зарастают клетками, прорастают сосудами, а потом разлагаются, оставляя, по сути, живую ткань. Также работа с биоразлагаемыми полимерами у нас достаточно обширная. И мы на основе биоразлагаемых композитов сделали вот такие винты, пластины, для того чтобы скреплять кости при переломах, связки. И после того как они разложатся, программируемо разложатся, они заместятся костной тканью и не потребуется повторной операции по их извлечению. И вот такие интрамедуллярные винты уже проходят исследование на крупных лабораторных животных.

Д.Кайстро: Вот благодаря этим удивительным инновационным разработкам Россия сегодня стоит на рубеже научного прорыва. Юлия, скажите, а есть такие уникальные технологии уже сегодня в нашем производстве, в нашей медицине, в больнице?

Ю.Дьякова: К сожалению, нет.

Владимир Владимирович, основная проблема здесь состоит в том, что очень длительная, очень сложная процедура сертификации, она может затягиваться на годы, в то время как у наших зарубежных конкурентов она занимает полтора-два месяца.

Также, нам кажется, было бы важным часть денег, которые государство тратит целевым образом на закупку медицинских изделий, тратить на разработки наших, российских ученых. И это касается не только медицины, но и других инновационных областей.

Например, у нас в Курчатовском институте есть уникальные технологии, которые позволяют с помощью микробиологической промышленности, микробиологических синтезов, перерабатывать избытки зерна в важные продукты, например, в кормовые добавки, которые сейчас полностью закупаются за рубежом. Мы предлагаем рассмотреть возможность поддержки пилотных одного-двух предприятий, по поддержке создания таких предприятий, с помощью которых избытки зерна можно было бы перерабатывать в важные продукты микробиологической промышленности, в том числе в кормовые добавки.

Д.Кайстро: Я не ошибусь, если добавлю, что таких инноваций здесь уже десятки, они в буквальном смысле слова появляются на глазах.

Т.Григорьев: Да, и вот пока мы разговаривали, мы наработали это покрытие. И, смотрите, оно абсолютно атравматически снимается, не травмирует рану. И вот если такое устройство будет в каждой второй скорой помощи, если такие штифты, шурупы будут применяться в обычных травмпунктах, жизнь россиян станет лучше.

В.Путин: Да, это действительно интересно, это перспективно и это нужно. Я, как вы знаете, совсем недавно был в «Курчатнике», и Михаил Валентинович мне рассказывал обо всех ваших наработках. Знаю, что есть и проблемы с сертификацией, это действительно есть, на практике. Хотя у нас приняты нормативные документы, которые диктуют проводить эти внедрения гораздо более быстрыми темпами, чем в некоторых наших странах-конкурентах. По нашим нормативным документам внедрения должны происходить быстрее, чем у них, но на практике, действительно, проблемы есть.

Но в данном случае, коллега сейчас только сказал, что проходят, как он выразился, исследования на животных. Это говорит о том, что Вы пока не обращались за сертификацией Ваших разработок, но для того, чтобы нам сделать окончательные выводы о том, как работает система сертификации в данном случае, Вам нужно как минимум пройти всю предусмотренную законом технологию подготовки Ваших изобретений для выведения на рынок.

Но Вы правы в том, что этому нужно уделить соответствующее внимание. Вероника Игоревна появлялась уже неоднократно на экранах, сейчас не нужно уже нам переходить опять на площадку Министерства здравоохранения, но над этим будем работать. А то, что Ваши изобретения нуждаются в поддержке, в том числе и при выведении их на рынок, безусловно, будем это делать.

Я хочу поздравить Вас с этими достижениями, это действительно достижения, и надеюсь, что наши медицинские учреждения будут это широко использовать в самое ближайшее время.

К.Клейменов: Спасибо Курчатовскому институту.

Владимир Владимирович, одна из «горячих» тем, с которыми мы сталкиваемся во время подготовки «Прямой линии», – это обманутые дольщики. Проблема действительно есть, она действительно острая.

Но стоит отметить, что есть регионы, где она успешно решается, там нашли механизмы и способы. В первую очередь приходит на ум Ярославская, Тюменская области.

Там застройщикам, которые берутся за недостроенные дома, бесплатно выделяют новые земельные участки под строительство. Там придумали систему специальных налоговых льгот. Там застройщикам, которые достраивают такие дома, позволяют реализовывать квартиры, которые не успел реализовать предыдущий застройщик.

И действительно, дело пошло, люди въезжают в эти квартиры и, наконец, получают то, что должны были получить много лет назад. Крыша над головой – самое главное.

А.Кондрашов: Здесь на самом деле есть и негативный, что называется, опыт. У нас очень много, но буквально парочку примеров зачитаю.

Липецк, Евгений Зайцев: «Обращаются к Вам полторы тысячи обманутых дольщиков Липецкого микрорайона «Европейский». Все мы заключили договоры долевого участия с группой компании СУ-5. Дом до сих пор не достроен». Тут все подробности.

Владивосток, Юлия Матвеева: «За нами наши недостроенные дома по федеральной программе „Жилье российской семье во Владивостоке“. Микрорайон «Снеговой». Программа стартовала в 2014 году, и 700 семей вложили в это деньги. До сих пор ничего не построено, хотя уже полтора года назад должны были сдать. А мы хотим жить. Помогите».

И все – просьба о помощи.

В.Путин: Я зафиксирую обязательно, я вам обещаю, зафиксирую эти вопросы, эти просьбы и обещаю вам, что мы на это отреагируем. И федеральный центр помогает руководителям регионам. И на эти случаи тоже обратим внимание.

Но проблема гораздо более широкая, чем те конкретные случаи, о которых Вы упомянули, потому что их достаточно много. С чем это связано? Это связано с недостаточно внятным регулированием, которое имело место до сегодняшнего дня, а объем строительства очень большой.

Смотрите, у нас за прошлый год где-то около 79 миллионов квадратных метров построено. Примерно две трети из этого – это индустриальное строительство. Так называемое индустриальное строительство – это, прежде всего, строительство жилых домов.

Всего в стране у нас свыше одного миллиона, по-моему, 1,1 миллиона договоров о долевом строительстве. И объем денег, которые там находятся – это три с лишним, 3,4, по-моему, триллиона рублей. Это огромные средства, и далеко не всегда они эффективно используются застройщиками.

Очень большая ответственность лежит на плечах губернаторов. О чем хочу сказать? Мы должны, в конце концов, выйти на цивилизованные способы жилищного строительства без привлечения средств граждан.

Перед нами стоит сложная задача уже в этом году – выйти на 88 миллионов квадратных метров, и в последующие годы, до 2024 года, мы должны будем выйти на гораздо более амбициозную цифру – 120 миллионов квадратных метров в год.

Мы должны сделать так, чтобы в год примерно пять миллионов семей имели возможность улучшить свои жилищные условия, чтобы раз в 10 лет каждая семья, нуждающаяся в этом, могла улучшить свои условия. Это очень сложная задача, но реализуемая, потому что сегодня такой возможностью обладают примерно 3,5 миллиона семей.

Но если мы сейчас резко сделаем шаги в направлении уменьшения привлечения средств граждан, то тогда мы столкнемся с несколькими проблемами. Первая – мы получим еще больше претензий со стороны граждан, потому что невозможно будет достроить то, что уже начато строительством. И вторая – мы резко снизим объемы строительства в целом.

Поэтому у нас принято решение с 1 июля 2019 года прекратить заключать новые договоры долевого строительства, и привлекать исключительно средства через систему финансовых учреждений и через банки для этих целей.

Но у нас уже появился на экране, я вижу, новый Министр строительства. Давайте попросим Владимира Владимировича прокомментировать то, что я сказал, и то, что он хотел бы добавить. Пожалуйста, Владимир Владимирович.

В.Якушев: Спасибо, Владимир Владимирович.

Действительно, сейчас подготовлен ряд поправок в 214-й Федеральный закон «О долевом строительстве», согласно которому мы должны решить две очень важных задачи, которые не делали этот рынок и эту процедуру долевого строительства прозрачными.

Первое – это уход от «котлового метода», одно разрешение на строительство – один расчетный счет. Второе – это банковское сопровождение. Эти два института должны заработать с 1 июля этого года. И как Вы правильно сказали, с 1 июля 2019 года это так называемые специальные счета, на которые будут привлекаться деньги участников долевого строительства, но этот счет не будет находиться под распоряжением застройщика.

Эти деньги блокируются, и под них застройщик открывает кредитную линию в банке, финансирует застройку объекта. И лишь после того как ключи будут вручены застройщикам, с данного счета, где собраны деньги дольщиков, будет погашена кредитная линия, и, соответственно, застройщик получит прибыль.

Это тот механизм, который позволит на сегодняшний день использовать деньги дольщиков, но при этом максимально их сохранить и не допускать этих «пирамид», которые мы на сегодняшний день имеем. Данные поправки мы должны принять 27 июня и начать работать уже в новом механизме.

Это позволит очистить рынок и приступить к осуществлению очень амбициозной задачи – это 120 миллионов квадратных метров жилья. Для этого тоже предусмотрен ряд механизмов, которые мы отразим в проекте «Жилье и городская среда».

И как Вы дали поручение, до 1 октября подготовим всю необходимую нормативную базу, для того чтобы данный результат был получен.

А.Кондрашов: Спасибо, Владимир Владимирович.

А.Кондрашов: Позвольте нам в продолжение темы жилья просто вернуться еще к одной – к ипотеке, вернее, ее субсидированию. Наш корреспондент Иван Прозоров находится в Иваново, и там есть продолжение как раз нашей темы.

Итак, в эфире Иван Прозоров.

И.Прозоров: Здравствуйте, коллеги.

Мы сейчас в Иваново в гостях у многодетной семьи Верховских, они строят свой дом, свое семейное гнездо и уже переехали в него. Правда, живут пока, можно сказать, в походных условиях. Вот это – будущая родительская спальня. Правда, здесь пока склад стройматериалов и оборудования, которое нужно для ремонта. Вообще-то отремонтировано в доме совсем немного, всего две комнаты, вот здесь, это общая спальня и гостиная, где ютится семья с тремя детьми, и кухня, где, собственно, и собралось все семейство. И у нас есть возможность со всеми сейчас познакомиться поближе.

Это Маргарита, супруга. На руках у нее кроха Лада, ей чуть больше года. Видите, она рада гостям, новым людям, с интересом изучает технику. Сияющая, лучезарная малышка, которая заряжает всех хорошими эмоциями.

Это Андрей, ему 13 лет, окончил шестой класс и сейчас на каникулах, собирается пойти в седьмой.

Ваня, ему три года. Страшный непоседа. Поймать его на одном месте довольно сложно. Но сейчас, наверное, разволновался перед камерой, и немножко успокоился.

Ну и, собственно, глава семейства Дмитрий Верховский. Хочу обратить внимание на то, что все, что мы видим здесь, это его рук дело. Он сам и строит этот дом, и ремонтирует его. В общем, золотые руки. Но на самом деле ремонт продвигается не так быстро, как хотелось бы, и причина (что уж скрывать) в стесненном финансовом положении многодетной семьи. И дело не только в том, что работает только Дмитрий, а Маргарита сидит дома, ухаживает за детьми. У семьи еще есть ипотечный кредит, о котором, собственно, Дмитрий и рассказал в своем обращении на «Прямую линию».

Дмитрий, Вы записали обращение в каком формате?

Д.Верховский: Мы записали обращение через мобильное приложение, через мобильный телефон и отослали его на «Прямую линию» Президента.

И.Прозоров: И Ваш вопрос Президенту связан с ипотекой, с ипотечной ставкой. Ваш вопрос.

Д.Верховский: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Зовут меня Верховский Дмитрий. У нас с женой трое детей. Кроме троих детей, у нас еще есть ипотечный кредит по ставке 13 процентов, который мы взяли несколько лет назад. Недавно мы узнали, что в соответствии с Вашим поручением Правительство приняло постановление № 1711 (оно у меня распечатано, я специально его распечатал), которое дает право на снижение ипотечной ставки с 13 процентов, как у нас сейчас, до шести. Для нас это было бы просто замечательным подспорьем. Но когда мы обратились в банк, нам сказали, что мы, к сожалению, не попадаем под данную программу, потому что у нас уже есть трое детей, и в случае рождения четвертого ребенка нам льгота не положена. Потому что в пункте 9 данного постановления написано, что льгота положена только в случае рождения второго или третьего ребенка, а про четвертого, пятого, шестого ничего не написано. Это проблема многих семей многодетных. У меня вот у приятеля десять детей, и он тоже, получается, не может рассчитывать на эту льготу.

Уважаемый Владимир Владимирович, мы хотели бы к Вам обратиться с просьбой, как-то изменить этот пункт № 9, чтобы он звучал следующим образом – что данная льгота по снижению ставки до 6 процентов распространяется на граждан, у которых рождается второй и последующий ребенок, последующие дети. Тогда данной льготой смогут воспользоваться и многодетные семьи, так, как ей сейчас пользуются семьи с двумя детьми и тремя.

Огромное Вам спасибо. Мы на Вас очень надеемся.

В.Путин: Что я могу сказать? Вы правы. Это решение, о котором Вы сейчас сказали и которое изложено в постановлении Правительства, оно, я думаю, я сейчас разочарую, наверное, Министерство финансов, оно ошибочно и его нужно поправить. Стоить это будет примерно, если не ошибаюсь, где-то 9 миллиардов рублей. Это не такие уж большие деньги. Большие, конечно, но не такие большие, имея в виду необходимость поддержки семей с детьми и решение демографических вопросов и проблем, перед которыми стоит наша страна. Обязательно переговорю на этот счет с Председателем Правительства. Мы это сделаем, мы это поправим. И я хочу пожелать всего самого доброго вашей семье и таким семьям, как ваша.

К.Клейменов: Ну, что, вопрос очень быстрый и оперативный.

В.Путин: У нас это Иваново? Губернатор Воскресенский. Попросим его тоже. Коротко, пожалуйста, скажите два слова по поводу этой ситуации. Хотя это не относится к компетенции губернатора, но в целом как губернатор оценивает решение проблем подобного рода? И я бы попросил тоже Вас обратить на это внимание и просто поддержать семьи с детьми.

Пожалуйста.

С.Воскресенский: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Здравствуйте Дмитрий!

У нас наметилась неплохая тенденция по ипотеке. Вот последние данные показывают: за первый квартал у нас где-то на 30 процентов выросло к такому же периоду 17-го года количество выданных ипотечных кредитов, и ввод жилья, кстати говоря, увеличился более чем в два раза за первый квартал 18-го года.

Это отчасти связано с частичным, к сожалению, пока решением проблемы дольщиков. Я эти проблемы держу на контроле. Пока не все удается сделать, но мы к этим проблемам относимся очень внимательно, и, безусловно, на ситуацию семьи Дмитрия мы самое пристальное внимание обратим и последим.

Потому что вот сейчас Дмитрий сказал про ставку. Она достаточно высокая. Сейчас уже банки дают, конечно, пониже, чем 13 процентов. Поэтому я с Дмитрием обязательно встречусь, посмотрим, как в целом можно поддержать такие семьи.

В.Путин: У нас действительно растут объемы ипотечных кредитов, достаточно устойчиво растут, и все большее количество семей прибегают к ипотеке для решения своих жилищных проблем. Я уже об этом говорил, возвращаться к этому не буду. Но мы это должны будем сделать.

Я смотрю, на экране у нас появился и Первый вице-премьер российского Правительства, он же Министр финансов – Силуанов Антон Германович.

Антон Германович, пожалуйста.

А.Силуанов: Да, действительно мы принимаем все меры по снижению ставок ипотечного кредитования. Средняя ставка сейчас составляет 9,73. Напомню, что некоторое время назад она имела двузначное значение. И действительно мы принимаем программы по дальнейшему снижению, понижению ставок по ипотечному кредитованию для отдельных категорий наших граждан, которые нуждаются в такой поддержке. Это, в первую очередь, семьи с детьми, которые имеют два, три и более детей. Как Вы сейчас дали поручение, мы соответствующее решение в Правительстве примем.

Но основная наша задача заключается в том, чтобы сделать ипотеку доступной для большинства наших граждан. И эта задача наша с Центральным банком дальше снижать процентные ставки в экономике, держать низкой инфляцию. И это даст возможность все больше и больше расширять этот инструмент улучшения жилищных условий наших людей. В этом направлении мы выстраиваем наши и бюджетную, и денежно-кредитную политики.

В.Путин: Я уже говорил в Послании, по-моему, о том, что мы должны ориентироваться на ипотечную ставку где-то 8 процентов, но стремиться нужно к 7 процентам. Здесь нет ни одного лишнего слова, мы долго спорили по этим вопросам. Это все связано с бюджетными расходами, но стремиться Правительство и Центральный банк должны к 7 процентам.

Что касается постановления Правительства, о котором Вы сейчас сказали, оно, безусловно, должно быть поправлено, и мы это сделаем.

А.Кондрашов: Еще одна грань жилищной проблемы, Владимир Владимирович, – реновация. Как Вам реновация в Москве?

В.Путин: Это масштабный проект, тоже почти миллион человек должен быть вовлечен в эту программу, в ближайшие несколько лет на эти цели предусмотрено в Москве 400 миллиардов рублей.

Знаю обо всех спорах и обо всех вопросах, во всяком случае, об основных вопросах, которые ставили перед московскими властями москвичи. Но на сегодняшний день думается, что основные озабоченности сняты, программа начала реализовываться, и очень рассчитываю, что до 2024 года и в последующем она будет реализовываться в интересах Москвы, в интересах москвичей теми темпами и в том качестве, которые правительство Москвы демонстрирует до настоящего времени.

Сергей Семенович на связи, пожалуйста.

С.Собянин: Уважаемый Владимир Владимирович, добрый день! Хотел поблагодарить Вас за поддержку принятия Федерального закона по реновации. Этот закон действительно дает гарантии возможности переселения из ветхого жилья около миллиону москвичей.

В настоящее время мы выпустили все необходимые нормативно-правовые акты, и, как Вы правильно сказали, обеспечили финансированием реализацию первого этапа программ. В городе началась масштабная работа по разработке градостроительной документации одновременно во всех районах реновации.

Мы должны обеспечить комфортное проживание жителей и тех, кто подпадает под реновацию, и тех, кто находится в соседних домах. Речь идет о транспортной, социальной инфраструктуре, инженерной. Это очень важная работа.

Помимо этого, в настоящее время подобраны и начато проектирование и строительство на 250-ти так называемых стартовых площадках, которые, собственно, и дадут толчок дальнейшей волне переселения. В этом году уже будет переселено около 10 тысяч москвичей, им будет предоставлено комфортное жилье.

Так что, Владимир Владимирович, спасибо огромное. Мы будем делать все, чтобы программа была не только реализована, но реализована комфортно для граждан, и были обеспечены все гарантии, заложенные в Федеральном законе.

В.Путин: Спасибо, Сергей Семенович. Желаю Вам успехов. Уверен, что программа будет реализована так, как ее задумали.

Но в завершение хотел бы еще раз вернуться к тому, о чем уже говорил, а именно: это не значит, что в Москве эта программа будет реализовываться, но все остальные регионы останутся как бы без нашего внимания с точки зрения улучшения жилищных условий наших граждан, живущих на других территориях.

Я вернусь к тому, что сказал. Мы должны выйти на общие объемы строительства в 120 миллионов квадратных метров, и пять миллионов человек должны будут иметь возможность улучшать свои жилищные условия. При этом ставка ипотеки должна снижаться до восьми, лучше семи процентов.

Дополнительно к этому будем работать над привлечением новых, оборудованных инфраструктурой земельных участков. Будет предприниматься и ряд других шагов, в том числе с точки зрения эффективной работы финансовых учреждений, банков, имеющих прямое отношение к этой сфере деятельности.

Вот весь этот комплекс, в том числе и эффективная работа, на что очень рассчитываю, губернаторского корпуса позволят нам решать задачи жилищного строительства не только в столичных городах – Москве, Петербурге, но и на всей территории Российской Федерации.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, еще одна тема, которая имеет отношение к прошлому выпуску нашей «Прямой лини». Если помните, мы тогда рассказывали о семьях из Ставропольского края, которым после наводнения пришлось платить деньги за оформление справок и оценку ущерба.

Оказалось, что это не единственная бюрократическая стена, которую приходится преодолевать людям, и поэтому наша съемочная группа направилась в село Левокумка, Ставропольского края. Там работает наш коллега – Михаил Акинченко.

М.Акинченко: Действительно, ровно год назад мы приезжали сюда в составе съемочной группы «Прямой линии», в Ставропольский край, на берега реки Кума. Тогда, напомню, люди жаловались на общую беду, с которой столкнулись после прошлогоднего наводнения, – они не могли оформить компенсации за утерянное имущество и жилье.

По итогам той «Прямой линии» проблема благополучно разрешилась для большинства людей, но далеко не для всех. По-прежнему в подвешенном, если можно так сказать, состоянии остаются еще очень много людей, и проблема снова в документах.

В этом году из села Левокумка на «Прямую линию» обратились сразу 17 семей. Вот уже больше года они вынуждены жить в домах, которые попросту для проживания не пригодны. Впрочем, лучше пусть они сами расскажут об этой проблеме. Сейчас рядом со мной находится хозяйка одного из таких пострадавших домов, ее зовут Евгения Лаврик.

Евгения, Вы сейчас в эфире, Президент Вас видит, слышит, можете рассказать ему о Вашей проблеме, задавать Ваши вопросы.

Е.Лаврик: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович.

Давайте я Вам лучше не расскажу, а покажу о нашей проблеме, о нашей беде. 24 мая 2017 года наши домовладения пострадали от сильнейшего наводнения. В домах вода простояла около пяти дней. Течение было настолько сильным, что у нас даже уплыл порог.

Из-за сильной влажности, из-за сырости у нас полы местами проваливаются. С наступлением весны у нас появились новые сожители – это лягушки. У меня есть ребенок Настя, она с ними уже подружилась и играет.

Вынуждены прикрывать полы досками, так как не хотим этой дружбы. Дом как у нас просыхать стал, тем сложнее все стало, у нас появляются новые и новые трещины, вот посмотрите здесь. С каждым днем их все больше и больше.

Здесь, познакомьтесь, это мая мама, это моя дочка Анастасия. Здесь мы кушаем, здесь мы играем, игровая у нас такая зона получилась. Выбрали это место более безопасное, по крайней мере, хотя бы здесь не падали еще кирпичи. Вот в таком ужасном состоянии мы находимся.

Как сошла вода, к нам приходила комиссия, выдали нам акт о том, что наше жилье является непригодным для проживания в результате ЧС стало аварийным и опасным. Нас поставили в списки на жилищные сертификаты, но, к большому сожалению, нас вывели из этих списков ГЖС (государственных жилищных сертификатов), объяснив это тем, что мы с 2002 года находимся в нежилом фонде. На самом деле получается, что нас вывели с 2002 года…

М.Акинченко: Просто покажите документы, Евгения. Расскажите.

Е.Лаврик: В собственность я оформляла этот дом в 2014 году, дочь прописалась у меня в 2016 году. Никто мне ни разу об этом не говорил, что мой дом находится в нежилом фонде. Мы так же платим за газ, за свет. Никто ничего нам не говорил, что мы находимся в нежилом фонде и в принципе не можем быть там.

Вот таким образом мы в течение года пытались попасть к нашему губернатору. Наш губернатор, к большому сожалению, его помощницы нам объясняли это тем, что приема граждан нет, в течение года мы не могли попасть к нему на прием. Потом буквально неделю назад он нас услышал, приехал, обсудил нашу тему. Но дело в том, что он объяснил, что он попытается.

К.Клейменов: Вопрос понятен. Владимир Владимирович, пожалуйста.

В.Путин: Смотрите. В целом проблемы подобного рода все-таки решаются, хотя есть вот такие вопиющие случаи, о которых Вы сейчас нам и мне рассказали.

Я, конечно, не знаю, в каком административном режиме там формулируют местные власти ваши жилищные условия, находится этот Ваш дом, Ваше жилище в жилом фонде или не находится.

Но если Ваш дом признали аварийным в силу стихийного бедствия, то, конечно, Ваши проблемы должны решаться. Все остальное – это бюрократически отговорки и проволочки.

Может быть, связано это еще и с несогласованием действий между региональными властями и федеральными, включая МЧС, потому что МЧС должно сказать, что все домостроения, включенные в список, соответствуют принятым решениям о предоставлении нового жилья или о выплате компенсаций, и пропустить этот список, либо отклонить. Если эти списки отклоняются, то тогда региональные власти по каким-то причинам должны быстро, энергично внести изменения и добиться того, чтобы были получены средства из федеральных источников.

Я просто хочу Вас заверить, что в Вашем конкретном случае мы, конечно, поразбираемся, и я буду ждать по этому поводу доклада губернатора Ставропольского края. Но в целом эта система имеет более общий характер. Посмотрим на то, как выстроено взаимодействие между федеральными органами власти и региональными. То есть я хочу Вас поблагодарить за то, что Вы обратили внимание на эту проблему, имею в виду, и решение ее для Вашей семьи, но мы посмотрим, что можно и нужно усовершенствовать в целом. А по Вашему конкретному случаю сейчас попросим высказаться губернатора.

Владимир Владимирович, пожалуйста.

В.Владимиров: Спасибо за вопрос. На самом деле он нам в большую помощь.

Действительно, дом, которым владел отчим Евгении Лаврик, попал в 2002 году в зону затопления. В 2011 году решением суда он был возвращен в жилой фонд. Отчим передал дом ей, а в 2017 году он попал, к сожалению, в очередное трагическое наводнение 2017 года. Сегодня документы нам возвращены. Возвращены они 21 мая по признаку выдачи ранее по данному адресу государственного жилищного сертификата.

Владимир Владимирович, я с этим немножко не согласился. Обратился в адрес Министерства по чрезвычайным ситуациям, в адрес Минфина в части того, чтобы данное обстоятельство не являлось причиной отказа для получения государственного жилищного сертификата. Помимо этой проблемы, там действительно 17 человек. Есть люди, которые добросовестно приобрели жилье, которое было ранее затоплено, но возвращено в жилищный фонд. И поэтому, конечно же, Ваша помощь будет необходима, для того чтобы мы пробили стену неполучения ГЖС и получили для этих 17-ти семей государственные жилищные сертификаты. Спасибо большое.

В.Путин: Сделайте это быстро и в соответствии с предусмотренными регламентами. Безусловно, таким семьям нужно помочь, и мы это сделаем.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, а как Вы, кстати, относитесь к тому, что к этим вопросам, которые по большому счету должны решать местные власти, приходится подключаться Президенту?

В.Путин: Это не совсем так, потому что (здесь губернатор прав) это несостыковка, я только что об этом сказал, между региональными властями и федеральными властями. Просто работать нужно энергично с обеих сторон.

А.Кондрашов: А сейчас давайте вернемся, как и обещали, к нашим молодым блогерам, которые находятся в «Москва-Сити», в башне одного из небоскребов. Там работает Антон Лядов, и он выходит в прямой эфир.

А.Лядов: И снова здравствуйте.

Действительно, ребята-блогеры продолжают внимательно следить за всем, что происходит. Они комментируют, прямо отсюда ведут свои трансляции, включают мобильный телефон и общаются.

Кстати, один из ребят около часа назад выложил отсюда видеоролик в интернет, и с тех пор он набрал уже больше 100 тысяч просмотров. Огромная аудитория у блогеров, в общей сложности около 20 миллионов человек подписаны на тех, кто собрался сегодня здесь. Они обращались к своим зрителям, к своим подписчикам с вопросом: о чем бы они хотели спросить Президента?

Рядом со мной блогеры Артем Холиков и Андрей Глазунов. Они снимают развлекательные ролики, насколько я знаю. Ребята, вам слово.

А.Холиков: Здравствуйте!

Меня зовут Артем Холиков, я блогер.

У меня вопрос к Вам, связанный с криптовалютой. Этот вопрос интересует всю молодежь. Соответственно, первый вопрос: будет ли у России какая-нибудь своя криптовалюта? Второе: будет ли это как-нибудь контролироваться государством? И в-третьих: считаете ли Вы, что в ближайшем будущем криптовалюта полностью заменит наши обычные, стандартные деньги?

В.Путин: Вопрос, который вам задали, задан несколько некорректно, потому что своей криптовалюты у России не может быть по определению, так же, как не может быть своей криптовалюты в любой другой стране, потому что если мы говорим о криптовалюте, то это то, что выходит за рамки национальных границ. Это первое.

Второе. У нас так называемый майнинг не регулируется, и мы в общем и целом относимся к этому очень аккуратно. В подавляющем большинстве стран криптовалюта не является средством расчетов. Там где-то, говорят специалисты, эксперты, в Японии что-то отчасти применяется, но в других странах это не работает.

Вы знаете отношение к так называемым криптовалютам со стороны Центрального банка Российской Федерации. Центральный банк считает, что криптовалюты не могут быть средством платежа, расчетов, не могут быть средством накопления, и криптовалюты ничем не обеспечены. Вот все это говорит о том, что мы должны относиться к этому очень аккуратно, осторожно.

Тем не менее в мире такое явление имеет место, оно развивается. Мы должны внимательно анализировать, смотреть, что происходит, и посмотреть на каком-то этапе, как мы можем участвовать в этом процессе и как можем использовать это для того, чтобы в том числе, кстати говоря, и избегать всяких ограничений в сфере международной финансовой деятельности.

К.Клейменов: Исчерпывающий ответ.

А.Глазунов: Через нас, блогеров, через нашу аудиторию, мне кажется, действительно можно обратить внимание и решить какие-то проблемы. Я бы хотел Вас спросить по поводу экологии. Дело в том, что я живу рядом с лесом и чувствую, насколько чистый воздух. Но как только я приезжаю в места большого скопления автомобилей, становится немножко иначе дышать. И вопрос, касающийся электрокаров, которые настолько непопулярны у нас в России, что в том году было продано всего лишь 28 штук. И я действительно в этом заинтересован. И вопрос: будут ли какие-то субсидии выделяться относительно электроавтомобилей? Может быть, бесплатные парковки или даже отмена налогов, все-таки это электрические лошадиные силы?

Спасибо.

В.Путин: Действительно для решения вопросов, связанных с улучшением экологической обстановки, многие страны мира стимулируют развитие экологически чистых видов транспорта, в том числе, и электромобилей. И мы видим, что в мире в этом отношении происходит. Для нас это имеет определенную специфику. Почему? Потому что для того, чтобы произвести электроэнергию и подзаряжать электроавтомобиль, нужно иметь какой-то первичный источник. И в мире, как это не парадоксально, больше всего для производства электроэнергии используется чего? – угля. А он далеко не самый экологичным вид первичного топлива. Для нашей страны, я думаю, что, кстати говоря, и для многих других стран мира, первичным источником, гораздо более экологичным, является газ. Поэтому если уже и говорить об улучшении экологической ситуации в этой сфере, то нам нужно переходить на газомоторное топливо и стимулировать развитие этого направления во всем мире.

Здесь есть вопросы, связанные, прежде всего, с организацией заправок. Это счетная позиция, Газпром этим занимается. В принципе, это находит поддержку и со стороны федерального Правительства, и со стороны регионов, но этого совершенно недостаточно на сегодняшний день для того, чтобы этот вид транспорта внедрялся как экономически целесообразный. Очень многое будет зависеть от работы на местах, от работы в различных губерниях. К сожалению, или к счастью, может быть, в некоторых странах количество заправок, в данном случае количество заправок газомоторным топливом, гораздо больше, чем у нас, а мы – страна, добывающая газ, являющаяся одним из лидеров по добыче газа, отстаем немного. Мы этим сейчас занимаемся и обязательно будем двигаться в этом направлении.

А.Кондрашов: Спасибо большое нашим блогерам.

А теперь о проблеме, о которой нам, обращаясь на «Прямую линию», сообщали десятки и десятки тысяч человек. Не будем сразу говорить, чего она касается. Мы идем в город Батайск, Ростовская область, и там работает наша коллега Мария Гладких.

М.Гладких: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Вас приветствует юг России, это Ростовская область, небольшой город Батайск, здесь проживает около 120 тысяч человек.

Мы сюда приехали по обращению целой группы людей, которых Вы можете видеть по обе стороны от меня. Их всех объединяет одна проблема, они сюда пришли целыми семьями – с детьми, мужьями. Мы с ними заранее общались.

Например, всем им пришлось сюда переехать, они не планировали здесь жить изначально, они бежали из охваченного войной Донецка и Луганска. Например, Татьяна, я знаю, Вы уже года четыре, наверное, супруга не видели, держите фотографию его в руках…

Реплика: Да, ровно четыре года назад я уехала из города Донецка, потому что мой дом находится в пяти километрах от аэропорта на линии разграничения, и было очень опасно оставаться. Это наша семейная фотография. В общем, пришлось уехать, к большому сожалению.

М.Гладких: У Натальи тоже непростая судьба, непростая ситуация. Ей тоже с ребенком на руках пришлось бежать. Я знаю, что Ваш брат до сих пор каждый день, выходя из дома, идя на работу, на всякий случай прощается со своей семьей.

Нам, конечно, это очень сложно все понять, людям, которые это не пережили. Расскажите свою историю вкратце, если можно. Знаю, что вам непросто, и с ребенком тоже тяжело пришлось.

Реплика:Да, мы четыре года назад приехали сюда. И когда мы пересекали границу при боевых действиях, ребенку полтора года было на тот момент, и он получил тяжелую психологическую травму, и на данный момент он нуждается в лечении.

У него сейчас идет отставание в развитии и падает зрение. И поэтому сейчас, на данный момент, я не могу вернуться туда с больным ребенком и подвергать его такой психологической травме еще раз.

Мы хотим здесь быть полезными, но при оформлении документов мы столкнулись с очень большими проблемами. Во-первых, это закон о 90 днях, по которому мы вынуждены будем уезжать на 90 дней туда. А куда? Потому что там идут боевые действия.

Я не могу с больным ребенком уехать на 90 дней. Оформление документов здесь происходит длительный период времени. И плюс еще справки, которые мы вынуждены собирать здесь, они очень дорого стоят, на которые мы должны зарабатывать.

Но тут какой-то круговорот получается: чтобы взять справку и легально здесь работать и помогать (мы хотим быть полезными здесь), мы должны зарабатывать, но в то же время нас не могут устроить на работу, потому что у нас нет документов.

Владимир Владимирович, пожалуйста, обратите на нас внимание и на ту проблему, чтобы упростить систему получения гражданства для граждан ЛНР и ДНР.

Спасибо Вам огромное!

В.Путин: Мы уже говорили о ситуации в ЛНР и ДНР, о ситуации в Донбассе в целом. Это трагедия, большая трагедия Украины, украинского народа и наших соотечественников. Я, вы знаете, всегда относился к Украине как к братской стране и считаю украинцев и русских практически одним народом. У нас общее прошлое, и, уверен, несмотря ни на какие трагедии сегодняшнего дня, общее будущее.

Но есть конкретные люди, конкретные проблемы. Вы знаете, мне даже неловко слушать о том, что до сих пор существует проблема, скажем, с трудоустройством. Мы уже неоднократно обращались к этому вопросу, и я уже давал поручение миграционной службе обратить на это внимание, сделать соответствующие предложения, отрегулировать эти вопросы, если требуется, в действующем законе.

Это все нужно сделать. Вот я еще раз об этом говорю Министру внутренних дел и руководству самой миграционной службы. У нас есть всякие там проекты законов на этот счет, но, к сожалению, они до сих пор не реализованы. Постараюсь сделать так, чтобы в вашем случае проблема была закрыта. Но она носит более широкий характер.

Я глубоко убежден в том, что мы вообще должны пойти по пути либерализации всего, что связано со сферой приобретения российского гражданства. Это имеет и гуманитарное измерение, это имеет и экономическое измерение.

В связи со сложной демографической ситуацией в России эта проблема становится не только медицинской и не только социальной, она приобретает ярко выраженный экономический характер.

У нас число женщин детородного возраста к 2032 году сократится более чем на 25 процентов. Это становится ограничителем экономического роста. И это не потому, что сейчас что-то у нас неблагоприятное происходит в экономике или в социальной сфере.

Напротив, это происходит потому, что в 90-х годах у нас был сильный спад рождаемости и, уж извините за такие слова, но от них никуда не деться, количество женщин детородного возраста резко сократилось. Сейчас они подошли к тому, чтобы стать мамами, но их количество сократилось в 90-е годы, и мы с этим ничего не можем сделать.

Одно из немногих средств решения этой проблемы для России – это привлечение наших соотечественников в Россию. Конечно, прежде всего речь идет о людях вне зависимости от национальностей и религиозной принадлежности, но речь прежде всего идет о людях, которые считают себя кровно связанными с русским миром, владеющими русским языком, желающими работать в нашей стране, имеющими соответствующие компетенции.

Поэтому в этой сфере совершенно точно должны быть приняты серьезные кардинальные меры с учетом, конечно, интересов наших граждан Российской Федерации, проживающих в тех или иных регионах, и имею в виду ситуацию на рынке труда. У нас Министр внутренних дел на связи.

Владимир Александрович, я сейчас не буду заставлять Вас по этому поводу что-то говорить или кто-то комментировать. Вы услышали то, что я сказал. Знаю, что многое нужно отрегулировать на законодательном уровне, и это напрямую, может быть, не связано с Вашим ведомством, но что связано с Вашим ведомством и с миграционной службой – Вы должны инициировать эти процессы.

Повторяю, когда мы принимали решение о том, чтобы передать миграционную службу в МВД, мы исходили из того, что там достаточно компетентных людей, которые понимают не только чисто охранительную сторону этого дела, но и понимают те процессы, которые происходят на рынке труда и в экономике.

Здесь у нас на связи и губернатор Ростовской области, и города Ростова-на-Дону. Поэтому я Вас тоже прошу с этими людьми поработать и сделать все для того, чтобы обеспечить их интересы, помочь им. Они в непростой находятся жизненной ситуации, и они нам не чужие.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, у нас огромная очередь из желающих дозвониться в эти минуты в студию, задать Вам свой вопрос.

Давайте перенесемся в Центр обработки звонков и сообщений.

Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Кирилл, спасибо.

У нас уже 2,5 миллиона обращений. Возвращаясь к теме беженцев, к теме Донбасса, точно так же, как ждут мира в Донбассе, ждут мира и в Сирии. И за тем, что происходит в этой горячей точке, наши зрители на самом деле следят с не меньшим вниманием и трепетом, в том числе и потому что там, в Сирии, несут боевое дежурство наши военные. Сейчас у нас на связи Сергей Михайлов из Карачаево-Черкесии.

Сергей, добрый день! Вы в прямом эфире, мы Вас слушаем.

С.Михайлов: Добрый день! Владимир Владимирович, обращаюсь к Вам я, Михайлов Сергей Николаевич, Карачаево-Черкесская Республика, работающий пенсионер. Так как Вы являетесь Верховным Главнокомандующим, скажите, пожалуйста, уважаемый Владимир Владимирович, когда будет полностью выведен российский контингент Вооруженных Сил из Сирии?

В.Путин: У нас не просто воинский контингент в Сирийской Арабской Республике…

Я что хочу сказать. Во-первых, применение наших Вооруженных Сил в боевых условиях – это уникальный опыт и уникальный инструмент совершенствования наших Вооруженных Сил. Никакие учения не идут в сравнение с применением Вооруженных Сил в боевых условиях.

Да, мы знаем, что применение Вооруженных Сил в боевых условиях связано с потерями. Мы никогда не забудем об этих потерях и никогда не оставим в беде семьи наших товарищей, которые к нам не вернулись с сирийской земли.

Но это была важная, благородная миссия, направленная на защиту интересов Российской Федерации и наших граждан. Напомню, что тысячи боевиков, выходцев из Российской Федерации, стран Средней Азии, с которыми у нас нет контролируемых границ, скопились на территории Сирии. Лучше было работать с ними, условно говоря «работать», и уничтожать их там, чем принимать их здесь с оружием в руках. Это первое.

Второе. Наша боевая работа способствовала стабилизации ситуации в самой Сирийской Республике. Сегодня сирийская армия и сирийское правительство контролирует территории, на которых проживают свыше 90 процентов населения этой страны.

Крупномасштабные боевые действия, особенно с применением российских Вооруженных Сил, прекратились, в них даже нет никакой необходимости. На повестке дня – урегулирование мирными средствами, над чем мы тоже работаем.

Что касается пребывания наших военных. Это не просто, повторяю, воинский контингент, это два пункта базирования, один – в морском порту Тартус, второй – авиационный на Хмеймиме, он там находится в соответствии с договором с сирийским правительством на полных основаниях, предусмотренных международным правом.

Наши военные находятся там для того, чтобы обеспечить интересы России в этом жизненно важном регионе мира, очень близком от нас, и они будут там находиться до тех пор, пока это выгодно России, и во исполнение наших международных обязательств.

Мы пока не планируем вывода этих подразделений, но обращаю Ваше внимание на то, что я не назвал эти пункты базирования по-другому, не назвал их базами. Мы там не строим долгосрочных сооружений, и при необходимости достаточно быстро, без всяких материальных потерь можем вывести всех наших военнослужащих.

Но пока они там нужны, они решают важные задачи, в том числе для обеспечения безопасности России в этом регионе, для обеспечения наших интересов в экономической сфере.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, Вы бы какие уроки сирийской кампании для наших Вооруженных Сил назвали самыми важными?

В.Путин: Это не уроки. Это бесценный опыт, о котором я уже сказал: и применение вооруженных сил, и использование новейших систем вооружения.

Хочу сразу же оговориться. Когда говорю о новейших системах вооружения, это не полигон. Сирия – это не полигон для испытания российского оружия, но все-таки мы его там применяем, это новое оружие.

Это привело к совершенствованию современных ударных, в том числе ракетных систем. Одно дело – иметь их формально, а другое дело – смотреть, как они работают в боевых обстоятельствах.

Ведь я уже говорил, хочу повторить. Когда мы начали использовать это современное, в том числе ракетное оружие, в Сирийскую Республику выехали целые бригады из наших предприятий оборонно-промышленного комплекса, которые на месте доводили это вооружение (чрезвычайно важно для нас!), чтобы понять, на что мы можем рассчитывать, применяя в боевых условиях. Первое.

Второе. Наши военачальники – мы провели через Сирию и через участие в этих боевых действиях значительное количество офицеров и генералов – начали понимать, что такое современный вооруженный конфликт, насколько важна связь, разведка, взаимодействие между разнородными частями и соединениями, как важно обеспечить эффективную работу космической группировки, авиации, наземных сил, в том числе сил спецопераций. Это все позволило нам сделать еще один очень серьезный шаг в совершенствовании наших Вооруженных Сил.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, как раз в продолжение темы новейшего нашего вооружения. Вы, выступая с Посланием Федеральному Собранию, рассказали как раз о таких суперразработках.

И, надо сказать, что на Западе сразу появилась серия статей, что испытания еще идут, и далеко не всегда успешно, как пытается представить Россия. Все-таки это оружие есть уже в наших войсках?

В.Путин: Смотрите, я и в Послании Федеральному Собранию говорил, и сейчас хочу повторить. Еще в 2004 году я говорил о том, что мы начали разработку таких новых систем в качестве нашего ответного шага на односторонний выход Соединенных Штатов из Договора по противоракетной обороне.

И я тогда сказал о системе, которую сейчас мы назвали «Авангард». Это ракетная система межконтинентальной дальности, не баллистическая, которая идет по настильной траектории и меняет курс по направлению и по высоте.

Это абсолютное оружие, если говорить о сегодняшнем дне. Свыше 20 махов, 20 скоростей звука, я не думаю, что такое оружие в ближайшие годы появится у какой-то другой страны, хотя, конечно, когда-нибудь появится, и, как я уже говорил, нас это не беспокоит, потому что оно у нас уже есть.

Теперь по поводу того, что есть, чего нет. Гиперзвуковая система воздушного базирования «Кинжал» – это гиперзвуковая ракета, которая летит со скоростью 10 махов, она уже стоит на вооружении нашей армии в Южном федеральном округе, я же уже об этом сказал. Если кто-то усомнился в этом, то пускай посмотрит, мы специально продемонстрировали пуски этой ракеты. Первое.

Второе. Лазерный боевой комплекс – он тоже уже стоит на вооружении.

Далее, я уже говорил и хочу повторить, эта система «Авангард» находится уже в промышленном производстве, в серию пошла, и в 2019 году мы планируем ее поставить в Вооруженные Силы.

В 2020 году мы планируем поставить в Вооруженные Силы наш самый мощный ракетный комплекс стратегического назначения, это новая баллистическая ракета, сверхмощная – «Сармат». У нас есть разработки, о которых я упоминал.

Это два изделия с ядерным двигателем, с ядерной двигательной установкой, с малой двигательной установкой, это ракета глобальной дальности и подводный беспилотный аппарат. И в том, и в другом случае мы завершили главный этап разработки, а именно все, что связано с испытаниями этой ядерной двигательной установки.

Там нужно еще некоторые вещи сделать в плановом режиме. Работа идет именно по плану, в рамках запланированных процедур. У меня никаких сомнений нет насчет того, что они в запланированные сроки будут поставлены на вооружение Российской Армии.

А те, кто сомневается в этом, они сомневались и в 2004 году в отношении «Авангарда». Я уже сказал, он в серию пошел. Но и это еще не все, что мы планируем изготовить и поставить на вооружение. Как я и говорил в Послании, пока об этом рано говорить, но мы скоро об этом скажем.

А.Кондрашов: Мы работаем уже больше трех часов, а вопросов меньше не становится.

Дадим сейчас возможность поработать нашей коллеге, Наталье Юрьевой. Она в нашем Центре обработки сообщений. Пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Андрей.

У нас есть вопрос на совершенно другую тему, мы ее уже обсуждали год назад, во время прошлой «Прямой линии», но за это время проблема, кажется, только разрослась.

Обращения граждан на «Прямую линию» на тему экологии плечом к плечу изучали волонтер Всемирного фестиваля молодежи в 2017 году Ирина Левичева и волонтер Всемирного фестиваля в 2017 году и в 1985 году Ольга Ивановна Кузина. А Катя Омельченко не только эколог по образованию, но она еще и последние 13 лет посвятила волонтерские проектам в области экологии.

Передаю вам слово.

И.Левичева: Здравствуйте Владимир Владимирович!

Из тысячи обращений, которые мы обработали, самые острые касаются мусорных полигонов, незаконных свалок, а также как утилизировать мусор: сжигать или все-таки его перерабатывать. Например, во Владимирской области – в деревне Машково, в городе Пятигорск – в поселке Новом, в Курганской области – в городе Льгов мусор сваливают нелегально на уже закрытые территории свалки просто потому, что это бесплатно.

Например, в Ленинградской области – поселок Новый Свет, в городе Чита в районе Пески доходит до того, что мусорные свалки образовываются вблизи жилых домов. Большая часть обращений поступила от жителей Московской области, где вопрос свалок стоит очень остро еще с прошлого года. Это и город Клин – Алексинский карьер, и Волоколамский район – рабочий поселок Сычево, и Орехово-Зуевский район.

Переживают и жители соседних с Московской областью регионов. Люди боятся, что их просто-напросто завалит московским мусором. И, к сожалению, таких обращений очень много.

О.Кузина: Я лично обзванивала всех руководителей администраций различных регионов, пыталась дозвониться до губернаторов, но ответов было мало.

Например, после нашего обращения с просьбой убрать несанкционированную свалку на территории Ленинградской обрасти, там, где расположен Памятник неизвестному солдату. Та территория захламлена настолько, что чиновники, к которым мы обратились, сказали, что они все сделали, а на самом деле они просто отодвинули мусор от памятника.

Но есть еще и позитивный пример, когда администрация Ярославской области очень четко среагировала, по-деловому, конструктивно и сразу принялись за решение вопроса.

Е.Омельченко: Исходя же из другой части обращения, получается, что люди просто-напросто боятся мусоросжигательных заводов, потому что там, где уже действуют заводы, они далеки от современных экологических стандартов.

Со всей страны к нам поступали очень страшные обращения из городов, где уже работают мусоросжигательные заводы: это и Московский регион, и Урал, и Дальний Восток. Вот, к примеру, целая стопка обращений от жителей деревни Новое Девяткино Ленинградской области, где работает завод по типу печки-буржуйки, и людям просто-напросто нечем дышать. Люди против сжигания мусора, но так же они выступают за переработку.

В разных городах люди объединяются в экологические организации, занимаются раздельным сбором мусора. Например, в станице Новолокинской Краснодарского края жители собирают в год более 400 килограммов батареек. А Татьяна Филимонова и жители города Обнинск Калужской области сами создали движение «Чистый Обнинск» и сортируют мусор прямо на своем балконе. К нам также обращались и предприниматели, которые готовы вкладываться в переработку, потому что она будет выгодна всем.

Мы, нынешнее поколение, мне самой 30 лет, готовы брать на себя ответственность за свое будущее. Я как эколог хочу, чтобы в этом будущем были чистые города, чистый воздух, чистые леса и реки. И я не просто хочу, как и многие, чьи обращения мы получали, я готова брать на себя ответственность, я готова действовать.

Предприниматели, экологи, граждане, да и просто неравнодушные люди, мы готовы. Но сейчас нет инфраструктуры, индустрии, нет системы глубокой переработки отходов.

Владимир Владимирович, может быть, нам объединить усилия граждан, экологов, предпринимателей и государства?

В.Путин: Это вопрос чрезвычайно важный и острый. Мы в последнее время, слава богу, обращаем на него все больше и больше внимания.

Что можно сказать в начале ответа на ваши вопросы и на ту озабоченность, которую вы сейчас высказали, сформулировали. Мы же все хорошо с вами знаем: в советское время, к сожалению, практически никогда мусор не утилизировался, то есть утилизировался определенным способом, просто его сваливали на так называемые полигоны – и все.

Мы сейчас, дай Бог памяти, страна производит в год где-то 70 миллионов тонн отходов – огромная цифра, и эта проблема нарастает, мы, безусловно, должны ее решать. Что там на самом деле, с чем мы имеем дело?

Где-то у нас примерно 1100 этих полигонов, которые находятся в более или менее нормальном состоянии, десятки тысяч, хочу это подчеркнуть, работают либо «в серую», либо вообще являются не зарегистрированными и просто свалками.

Это абсолютно недопустимая практика. Часть из всей этой деятельности криминализована. Что мы планируем и что должны сделать в ближайшее время?

Во-первых, что касается этих заводов по утилизации, которая беспокоит людей, по сжиганию. То есть утилизация может быть разным способом осуществлена, это не только сжигание, но и переработка без всякого сжигания. У нас 100 с лишним, по-моему, 117 предприятий сейчас по утилизации этих отходов по сжиганию, но только несколько десятков – где-то 38 примерно работают более или менее по современным технологиям.

Мы должны кардинально изменить эту ситуацию. До 2024 года мы должны построить 200 заводов по утилизации отходов, а вся программа рассчитана на строительство 285 заводов. При этом речь, безусловно, идет не о каких-то керосинках, которые только ухудшают экологическую обстановку при сжигании отходов, а речь идет о предприятиях самых современных, с новейшими технологиями.

Насколько мне известно, уже в средствах массовой информации показывали, как работают эти предприятия в других странах, в том числе, скажем, в Японии, где они расположены даже чуть ли не в центре крупных мегаполисов и городов. И работают весьма успешно, никаких нареканий со стороны граждан, которые проживают рядом с этими предприятиями, не имеется. Вот нам нужно идти по этому пути.

Разумеется, нужно делать это в тесном контакте и с волонтерами, с такими организациями, как ваша, с тем же Общероссийским народным фронтом, который много сделал для того, чтобы высветить эту проблему, и нужно дальше контролировать, что будет происходить в этой сфере, и как это будет развиваться. И конечно, с государством и региональными органами власти. От региональных органов власти, от губернаторов очень многое будет зависеть в эффективности решения этой проблемы.

И наконец, следующий пункт – это персональная ответственность за решение этих вопросов. У нас на уровне Правительства Российской Федерации и Минприроды надо за это отвечать, и есть вновь назначенный, весьма опытный человек. Это Гордеев Алексей Васильевич, вице-премьер, который должен скоординировать работу различных ведомств, министерств, ведомств и регионов Российской Федерации. Алексей Васильевич у нас на связи, дадим ему слово.

Пожалуйста, Алексей Васильевич.

А.Гордеев: Добрый день! Уважаемый Владимир Владимирович, Вы практически назвали все цифры и сформулировали все задачи для Правительства Российской Федерации, министерств и ведомств. Я бы добавил буквально несколько цифр. Вот из этих 70 миллионов тонн сегодня только восемь процентов перерабатывается, и эта, конечно, проблема накопилась исторически.

Что уже Правительство в настоящее время делает? Мы готовимся, что с 1 января 2019 года, буквально через полгода, вступают в соответствии с федеральным законодательством новые правила и нормативы обращения с отходами. Я буквально несколько пунктов сформулирую, что будет происходить.

Каждый регион должен будет разработать и утвердить территориальную схему обращения с отходами, при этом введено обязательное общественное обсуждение этих территориальных схем.

Далее, в каждом субъекте будут определены региональные операторы – это специализированные компании по этой хозяйственной деятельности, которые будут и организовывать, и нести ответственность. Также в рамках региона будут утверждены единые тарифы, которые тоже беспокоят сегодня граждан.

Вы уже назвали, сколько должно быть построено новых перерабатывающих комплексов. Это действительно будут совершенно новые технологии, и это задание уже сформулировано в соответствующей Стратегии и утверждено.

К.Клейменов: Алексей Васильевич, мы работаем в прямом эфире, у нас очень-очень много вопросов. Информация, которую Вы сообщили, очень важная. Буквально в одном предложении, пожалуйста, можно.

А.Гордеев: Я последнее хотел сказать, но с учетом того, что волонтеры и экологи выступали, это их очень интересует. Правительство завершает создание единого информационного портала «Наша природа». Здесь не только контрольно-надзорные органы, но и все общественники. Наши граждане могут в режиме онлайн следить за тем, как работает вся цепочка по обороту с отходами.

К.Клейменов: Алексей Гордеев, вице-премьер российского Правительства о том, что предстоит сделать.

В.Путин: Смотрите, очень важно, я даже не стал об этом говорить, очень важно, чтобы не только эти стратегии были окончательно сформулированы на общенациональном и региональном уровнях, но чтобы они выполнялись, и все, о чем я говорил, было реализовано.

К.Клейменов: И важный момент, что это интересует не только, конечно, волонтеров, но и вообще всех, кто живет в нашей стране.

В.Путин: Вопрос: «Володя, ты не устал?» Пока нет.

Кстати, обратил внимание и на некоторые другие вопросы. Разрешите, я их воспроизведу. У нас только что был Гордеев на экране, а он у нас считается хорошим специалистом, таким и является, в области сельского хозяйства.

Вот один из вопросов: «Почему мясо коровы называют говядиной?» Может, мы вернем на экран Алексея Васильевича? Алексей Васильевич, почему мясо кровы называют говядиной?

А.Гордеев: Владимир Владимирович, к своему стыду, как профессионал не могу ответить срочно на этот вопрос, надо посмотреть все-таки словарь.

В.Путин: Вот видите, а люди хотят, чтобы я ответил. Даже Вы, человек, который все время сельским хозяйством занимается, не может этого сделать.

Но я, знаете что, воспроизведу некоторые другие вопросы. «Награды Сергею Кужугетовичу Шойгу – за что?» – За результаты в работе.

«Когда госкомпания прекратит финансировать „Эхо Москвы“? – имеется в виду «Газпром», наверное. Здесь речь идет о предателях и так далее. Я сейчас не буду ничего комментировать, но «Газпром» действительно финансирует эту компанию и не вмешивается в редакционную политику, это в том числе и свидетельствует о том, что мы уделяем внимание тому, что называется „свободой прессы“, хотя я согласен, очень многие вещи требуют внимательной очень фильтрации, которые там пропагандируются.

Я пройдусь по некоторым вопросам. «Школа прапорщиков. Почему туда не берут учиться женщин?» Честно говоря, странно, по-моему, сейчас женщин все больше и больше в армии, но почему их не берут в Школу прапорщиков – трудно сказать, по-моему, у нас и прапорщиков-то уже нет, хотя женщины служат в армии и весьма успешно, очень много направлений работы, где женщины могут служить, и служат очень успешно: это и связь, это и медицина, и очень много других.

А.Кондрашов: Теперь еще авиация, Владимир Владимирович, Вам показывали женский набор.

В.Путин: И авиация, да. «Дороги в Моздоке. А Вы говорите „прорыв, прорыв“. Они просто ужасные». Думаю, что мы еще об этом, наверное, поговорим. Действительно, это одна из проблем, но не только в Моздоке, но и в стране в целом. Но нам и прорыв-то нужен именно для того, чтобы эти проблемы решать.

После Великой Отечественной войны было построено девять тысяч заводов, а сегодня нет работы. Но это и так и не так. Потому что те девять тысяч заводов, которые были построены после Великой Отечественной войны, очень многие из них, к сожалению, устарели и еще в советское время не отвечали требованиям даже того времени. Поэтому у нас возникли системные проблемы и в экономике.

Очереди в госучреждениях. Мы делали МФЦ. Сделали их, по всей стране они уже практически работают. Но если вы – те, кто обращается с этим вопросом – указываете нам на то, что все-таки очереди сохраняются, – значит, нужно эту практику дальше расширять.

«Чиновники лечатся за границей». Ваш покорный слуга за границей не лечится. Но в целом нам нужно развивать свою собственную систему здравоохранения, чтобы не только чиновники, но и все наши граждане имели возможность получить доступ к качественному медицинскому обслуживанию внутри страны, чтобы мы могли решить все задачи, которые перед нами стоят и с точки зрения демографического развития, увеличения продолжительности жизни, качества жизни наших людей. Целая программа у нас на этот счет уже формируется. Мы будем настойчиво идти по пути ее реализации.

Теперь по поводу Волги, которая мелеет. Да, проблема есть. Сейчас, правда, насколько я себе представляю, ситуация изменилась, изменилась к лучшему. Но работы – это чисто объективные причины – там еще достаточно.

Теперь «Верните ГОСТ на молочные продукты». Ведь дело не в ГОСТе, дело в контроле за качеством. И в контроле за этим ГОСТом, если его надо будет возвращать.

«Постройте мост на Сахалин за время Вашего президентства». Знаю, что это проблема, которая беспокоит наших граждан, которые на Сахалине проживают, это давняя мечта тех, кто проживает на Сахалине. Знаю также о том, что часть ресурсов и доходов Сахалинской области, она работает достаточно успешно, направляется в фонд по развитию Дальнего Востока.

Разумеется, мы должны оценить эту проблему с разных сторон: с точки зрения экономической эффективности, с точки зрения загрузки этого моста, будем иметь в виду и геополитические обстоятельства, будем иметь в виду и необходимость развития инфраструктуры на севере Хабаровского края, – все это будет нами учитываться в ходе обсуждения этого вопроса.

«Постройте футбольные стадионы на Урале, за Уралом и на Дальнем Востоке». Нам нужно посмотреть, как у нас будут работать эти стадионы после чемпионата мира по футболу в европейской части. А то, что спортивная инфраструктура на Дальнем Востоке и за Уралом должна развиваться, это совершенно очевидно.

«Запад не признает Асада. Зачем Вы признаете Порошенко?» Интересный вопрос.

Теперь спортивный комплекс в Севастополе. Там он назван, я не успел записать. И обращение в этой связи к губернатору Овсянникову. Надеюсь, он меня услышит, поймет, о каком конкретно детском спортивном комплексе идет речь и отреагирует.

«Якорная Щель» и состояние пляжей в этом регионе. Оно, судя по тому, что было показано на экране, находится не в лучшем состоянии. Обращают свое внимание на то, что это находится в ведении «РЖД».

Знаете, «РЖД» выполняет очень большую работу, потому что море постоянно размывает эти участки, а нужно сохранить в нормальном состоянии, в рабочем состоянии железнодорожное полотно, и «РЖД» в целом вкладывает достаточно большие деньги в эту часть.

Но поскольку вы обратили на это внимание, я тоже постараюсь сделать так, чтобы и местные власти, и руководство «РЖД» вернулись к этой проблеме.

«Кругляк в Китай». Знаете, спасибо, что вы об этом сказали, обратили на это внимание. Уже много было принято решений на этот счет в деле стимулирования переработки древесины на территории Российской Федерации.

Уже и дополнительные строятся деревоперерабатывающие заводы, в том числе, кстати говоря, при китайских инвестициях, но тем не менее я еще раз на это посмотрю. Спасибо вам за то, что вы обратили на это внимание.

«Национализируйте нефтянку». Знаете, мы много раз об этом говорили. Может быть, в свое время и не следовало, как тогда говорили, «назначать» новых миллиардеров и не передавать нефтяную промышленность в частные руки. Может быть, и это было сделано с большими рисками и не было под этим достаточных оснований, но это уже сделано.

Мы, что смогли вернуть в последнюю секунду, мы это сделали. Имею в виду, например, формирование, по сути, контрольного пакета у подконтрольных государству обществ, в «Газпроме», чтобы сформировать такой контрольный пакет в ведущей нефтяной компании «Роснефть».

Национализировать всю нефтянку – это сложный, очень опасный процесс, который может привести к негативным результатам не только для отрасли, но и для всей экономики. Сейчас не буду вдаваться в детали, но там все не так просто. Нам главное что обеспечить?

Нам нужно обеспечить, чтобы кому бы ни принадлежали эти предприятия, чтобы они действовали в рамках закона, чтобы они инвестировали в добычу и в развитие переработки на территории страны, и в полной мере выполняли бы свои обязательства перед бюджетом, делали свои предприятия эффективными, конкурирующими со своими партнерами на мировых рынках. На самом деле это у наших нефтяников получается.

Теперь ипотека, ставка. Мы об этом уже говорили неоднократно.

Вот, пожалуй, пока достаточно.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, у нас еще очень много телефонных звонков.

В.Путин: Давайте.

К.Клейменов: Наши зрители не теряют надежды дозвониться Вам. Давайте примем еще несколько, если есть такая возможность.

В.Путин: Пожалуйста.

К.Клейменов: Наталья, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Кирилл.

Да, действительно, из разных городов нашей страны приходят жалобы на задержки зарплаты. Люди в отчаянном положении. Им не на что покупать продукты, платить за квартиру, за ипотеку. И таких обращений очень много, целая пачка. Мы ее Вам, Владимир Владимирович, обязательно передадим после эфира.

Но появилась и новая проблема. Сообщают, что бюджетники не успели обрадоваться повышению зарплаты в начале этого года, как в апреле, после выборов, зарплату срезали до прошлогоднего уровня. Так, например, в Новочеркасской психиатрической больнице зарплата медсестры снизилась с 20 тысяч рублей до 11-ти, то есть практически в два раза. На то же самое жалуется медперсонал города Белогорска в Амурской области, водители Петербургского государственного унитарного дорожного предприятия «Центр», омские воспитатели в детских садах.

У нас есть звонок на эту тему из Якутии. Михаил Ваганов, пожалуйста. Задавайте Ваш вопрос.

М.Ваганов: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Разрешите задать Вам вопрос. Меня зовут Ваганов Михаил Сергеевич. Я являюсь преподавателем государственного бюджетного образовательного учреждения среднего профессионального образования Республики Саха (Якутия), Якутск.

Согласно Вашим майским указам моя заработная плата повысилась с 1 января 2018 года до размера около 60 тысяч рублей. Но это продлилось всего три месяца. А с апреля заработная плата опять уменьшилась. Сказали: было распоряжение сохранить среднюю заработную по региону в течение I квартала 2018 года. Хочу спросить Вас: повышение заработной платы носит только временный характер или должна сохраниться постоянно?

Спасибо за возможность задать Вам вопрос. Поздравляю Вас с победой на выборах и желаю Вам успехов в нелегком Вашем труде.

В.Путин: Спасибо большое Вам и за пожелание, спасибо Вам за поддержку, разумеется, и за Ваш вопрос. Это важный вопрос.

Я уже обращал внимание на то, что достигнутые показатели по уровню заработной платы в социальной сфере, в том числе в школьном звене, в звене среднего специального образования или высшей школе, должен быть не только сохранен, но и приумножен, он должен двигаться дальше в сторону повышения в связи с увеличением средней заработной платы по региону или, соответственно, по отрасли, там в разных случаях по-разному это регулируется.

То, что Вы говорите, связано с началом нового финансового года. Но я предупреждал об этом своих коллег в регионах Российской Федерации: ни в коем случае нельзя опускать эту планку, а нужно, повторяю еще раз, двигаться только наверх, вперед в соответствии с ростом доходов населения и ростом доходов в тех или иных отраслях либо по регионам.

Я, пользуясь Вашим вопросом, хочу еще раз на это обратить внимание руководителей российских регионов. Мы обязательно это обсудим на одном из ближайших Госсоветов. И попрошу и Администрацию, и Правительство Российской Федерации, соответствующих министров, возглавляющих те или иные отрасли, проанализировать ситуацию и доложить мне в самое ближайшее время, что происходит.

Что касается Республики Саха (Якутия). Вот у нас новый исполняющий обязанности на экране появился, я попросил бы Вас прокомментировать. Прошу Вас.

А.Николаев: Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы с данной ситуацией разберемся. Повышение заработной платы у нас в Республике произошло, никаких уменьшений не должно было быть. Мы с Министерством образования Республики буквально завтра разберемся. Я думаю, что решения будут приняты по исполнению Ваших майских указов в полной мере.

В.Путин: Очень на это надеюсь, рассчитываю. Вы человек, который знает ситуацию в Республике, давно там работаете. Вы там не пришлый человек, не со стороны. Я жду от Вас доклада.

А.Николаев: Спасибо, Владимир Владимирович! Я разберусь и доложу.

В.Путин: Спасибо.

А.Кондрашов: Ну а теперь в прямом эфире – главная стройка страны, она же, кстати, еще и самая красивая стройка нашей страны, Крымский мост. На его кубанской части сейчас работает наш корреспондент Николай Долгачев, наш коллега, он в прямом эфире. Пожалуйста.

Н.Долгачев: Москва, привет из Краснодарского края!

Мы сейчас в самом начале транспортного перехода через Керченский пролив на дороге, которая ведет к Крымскому мосту. И всего за три недели после открытия движения здесь прошло уже почти 300 тысяч машин. Два региона теперь соединены надежной и удобной транспортной связью, здесь Краснодарский край на горизонте, сейчас хорошая погода и хорошо видно берег Крыма, дорога уходит правее и мост, в прямой видимости – Крым, который уже в этом году, еще до начала летнего сезона принял больше миллиона туристов, и это, конечно, в первую очередь, благодаря этой дороге. А здесь ключевое место – пост ГАИ, где останавливают машины, которые идут на мост, но, конечно, не все, это выборочная проверка, примерно 5 процентов от общего потока, и мы сегодня разговаривали уже и с инспекторами, и с некоторыми водителями, но они и сами за себя скажут.

Здравствуйте, как настроение, работа? Больше машин, меньше? Что сейчас?

Реплика: Обстановка без происшествий, и каждый день поток транспорта увеличивается.

Н.Долгачев: Вы такой суровый. Поймали нарушителя?

Реплика: Никак нет, это поточная проверка, проверили, отпустили.

Н.Долгачев: Здравствуйте! Скажите, откуда и куда едете, зачем?

Реплика: Мы уже год с супругой проживаем в городе Керчь и пользуемся открытым Крымским мостом. Очень рады, как и все жители Крыма, я думаю, и Краснодарского края. Особенно ждали его открытия.

Н.Долгачев: А вот на заднем сиденье у вас ребеночек, да?

Реплика: Да. Сын с нами, конечно, путешествует.

Н.Долгачев: Он спит уже, мы его беспокоить не можем, но у Вас есть уникальная возможность, мы сейчас в прямом эфире, «Прямая линия» с Президентом, Вы можете задать вопрос, если есть у Вас такое желание.

Вопрос: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович. К сожалению, не все дороги в нашей стране такого качества как Крымский мост и подходы к нему. И хотелось бы конечно, чтобы они все были приведены в такое же состояние.

И в связи с этим хотелось бы задать вопрос. Планируется ли увеличение финансирования, направленного на строительство новых автомобильных дорог, эксплуатацию уже существующих? И если да, то какие столь же амбициозные и масштабные проекты планируются в ближайшее время?

В.Путин: Спасибо Вам за вопрос.

У нас так или иначе тема дорожного строительства звучит постоянно и справедливо. Страна у нас огромная, и транспортные вопросы всегда являются актуальными. Но именно в силу огромности нашей территории на тех или иных площадках явно сделано еще недостаточно. Но исторически так сложилось.

Вот смотрите, у нас в 60-е годы уже планировали построить дорогу и связать Дальний Восток с европейской частью. Начали в 60-е годы, пробовали, потом в конце 80-х – в начале 90-х. И в первом случае, и во втором случае бросили эту стройку, оставили. И мы совсем недавно только сделали первую дорогу Чита – Хабаровск, по которой (вот и картинки здесь были) мне пришлось проехать на Ладе Калине. Огромность территории и вызывает часть этих проблем.

Но одна из приоритетных задач, которую мы должны решать на ближайшую шестилетку, – это как раз пространственное развитие, связанность территории, это дорожное, в том числе, строительство. Если у нас сегодня дороги на федеральном уровне более или менее в приличном состоянии, то на региональном количество дорог, находящихся в нормативном состоянии чуть ли ни в два раза меньше, мы должны добиться того, чтобы не только федеральные, но и региональные трассы были в очень приличном состоянии.

В процентном отношении они должны дорасти там до 50 процентов, для этого предусматриваются необходимые ресурсы. Вот с 2012 до 2017 года мы истратили в целом на дорожное строительство примерно 5,1 триллиона рублей. Мы планируем почти удвоить за ближайшую шестилетку эти средства. Примерно 9,6–9,7–9,5 триллиона рублей будут направлены на цели дорожного строительства, причем в разных регионах Российской Федерации.

А.Кондрашов: Спасибо, Николай, спасибо твоему гостю.

Ну а мы сейчас на другой конец Крымского моста, это уже город Керчь, и там работает Ольга Армякова, она в прямом эфире.

О.Армякова: Вот они, морские ворота Крымского моста, белоснежные судоходные арки, с которых теперь и начинается отдых на полуострове! Ведь это новый символ курортного Крыма, что особенно хорошо видно с самой высокой точки Керчи, где работает наша съемочная группа. Это вершина горы Митридат. Здесь и Вечный огонь, и Обелиск славы – неугасающая память о героических страницах истории Великой Отечественной. А еще, гора Митридат, откуда открывается потрясающий панорамный вид на весь город, – одна из главных туристических достопримечательностей. А туристов здесь, в Керчи, как и в других уголках полуострова, и правда стало больше. Больше и машин, для которых теперь строят новые дороги. И этот курортный сезон Крым встречает в абсолютно новых для себя условиях. С этим, в том числе, связаны некоторые проблемные темы.

С нами в прямом эфире сейчас керчане, крымчане, люди разных профессий. Впрочем, они и сами готовы все рассказать.

Пожалуйста, вам слово.

Д.Ступников: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Ступников Дмитрий, я предприниматель, соучредитель компании, которая ведет в Керчи различные бизнес-направления. Это и услуги общественного питания, летний детский оздоровительный отдых, а также услуги в сфере фитнеса и спорта.

Во-первых, хотел бы от лица крымчан, а, тем более, керчан, поблагодарить Вас за то, что воплотили в жизнь нашу давнюю мечту, сделали нас свидетелями исторического события, построили, запустили раньше срока, аккурат к началу летнего сезона, это грандиозное, грациознейшее сооружение – Крымский мост. Спасибо!

В первый же день открытия моста в наш город хлынул поток туристов и гостей. Мы заметно ощутили рост спроса на предлагаемые нами услуги. Только цены на продукты питания пока в Крыму остаются достаточно высокими.

Поэтому у меня к Вам вопрос: когда же реально начнут снижаться цены? Пусть даже не сравняются, а хотя бы немного приблизятся к уровню цен Краснодарского края. Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, вопрос Ваш понятен, проблема известна. Вот в чем дело. Дело в том, что на некоторые товары, услуги в Крыму цены пониже, чем в соседних областях, чем в Краснодарском крае и в Ростовской области. На некоторые в Крыму все-таки цены выше, чем в Ростове, скажем, или в Краснодаре. Я рассчитываю на то, что после полноценного запуска, имея в виду автомобильное движение грузового транспорта, взаимные потоки товаров приведут к тому, что цены стабилизируются и уравняются между близлежащими регионами Российской Федерации. Вот к этому мы должны идти, и я думаю, что это состоится. И, прежде всего, после запуска грузового автомобильного движения.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, к Крыму это вряд ли имеет прямое отношение, но, смотрите, вопрос, который пришел по соцсетям: «Рассматриваете ли Вы возможность обмена российского журналиста Кирилла Вышинского на осужденного в Крыму режиссера Олега Сенцова?» «Режиссера» – условно, я цитирую, как написано.

В.Путин: Вы знаете, нашего журналиста, Вышинский, да?

А.Кондрашов: Кирилл Вышинский.

В.Путин: Его ведь задержали и арестовали сейчас на Украине за его прямую профессиональную деятельность, за осуществление его журналистской функции. Это абсолютно беспрецедентная и абсолютно недопустимая политика сегодняшних украинских правителей, она должна найти соответствующее отражение в реакции журналистского сообщества и международных правозащитных организаций.

А что же касается другого фигуранта, господина Сенцова, он ведь задержан в Крыму, кстати говоря, не за журналистскую деятельность, а за подготовку террористического акта, за подготовку взрыва, в результате которого могли пострадать конкретные люди. Это совершенно разные вещи. Разные и несопоставимые. Поэтому мы пока об этом не думали. Я думаю о другом – о том, что здравый смысл должен восторжествовать на Украине. Надеюсь, что мы добьемся освобождения российского журналиста, в том числе и под давлением международных организаций, от которых так или иначе украинские власти сегодня зависят.

К.Клейменов: Давайте перенесемся снова в центр обработки телефонных звонков и сообщений. Наталья Юрьева, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Кирилл.

Откуда только ни обращаются люди в наш центр по обработке сообщений. География – практически весь мир: от Японии до Соединенных Штатов Америки.

Предлагаю посмотреть видеоролик, который записал житель Поднебесной. Кстати, ему 15 лет и он участник конкурса «Задай вопрос Путину». Такой конкурс организовало китайское телевидение в преддверии Вашего, Владимир Владимирович, визита в Поднебесную на саммит Шанхайской организации сотрудничества.

Вопрос: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Я школьник и пользователь приложения центрального телевидения Китая. Пользуясь случаем, я бы хотел Вам задать следующие вопросы.

Вы когда-нибудь ездили на высокоскоростных поездах Китая? И собираетесь ли внедрить эту разработку и другие инновации Китая в России?

В.Путин: Я на высокоскоростных поездах Китая пока не ездил, но знаю, что такая поездка у нас запланирована с Председателем Си Цзиньпином, и в ближайшее время я смогу оценить достижения Китая в этой сфере.

Мы с нашими китайскими друзьями ведем диалог по реализации одной из наших программ, а именно это строительство высокоскоростной железнодорожной магистрали между Москвой и Казанью. Рассчитываю, что мы выйдем на положительное решение, и это будет способствовать дальнейшему укреплению и развитию наших связей с Китайской Народной Республикой.

А.Кондрашов: Наталья, у нас есть возможность услышать еще один вопрос, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо.

В эти дни выпускники российских школ сдают ЕГЭ. Вчера был экзамен по русскому языку. При этом многие, вместо того чтобы учить ответы на свои вопросы, Владимир Владимирович, записывали видеовопросы Вам.

Молодежь интересует в первую очередь их будущее, Президента просят дать советы, какие профессии он считает перспективными, а компании надежными.

Леониду Позднякову из подмосковной Лобни еще только предстоит через несколько лет сдавать ЕГЭ, но он уже переживает, какие его ждут изменения. Предлагаю посмотреть его видеообращение.

Л.Поздняков: Здравствуйте, Владимир Владимирович Путин. Вас беспокоит ученик девятого класса и житель города Лобни Поздняков Леонид Сергеевич. И у меня к Вам такой вопрос.

Министр образования сообщил, что с 2020 года будет введен в обязательный экзамен «История России», а с 2022 года – иностранный язык. У меня к Вам такой вопрос: будет ли отменяться экзамен по выбору, а если и будет сохраняться, то каким образом нам можно подготовиться по шести экзаменам?

В.Путин: Леонид Сергеевич, откровенно Вам скажу, что мне такие инициативы Министерства пока неизвестны, хотя Ваша тревога понятна. Большое количество экзаменов может быть определенным препятствием для глубокого изучения предметов, которые для вас являются наиболее приоритетными.

Давайте послушаем министра просвещения на этот счет. Насколько я понимаю, эта инициатива исходила именно от Министерства. Пожалуйста.

О.Васильева: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, Леонид Сергеевич, которому я с большим удовольствием буду отвечать.

Действительно сейчас идут экзамены, и в настоящее время 731 тысяча российских школьников сдают и пишут те самые ЕГЭ, о которых Леонид Сергеевич спрашивает. Хочу сказать и Леониду Сергеевичу, и всем остальным, кто нас слышит, что у нас два обязательных экзамена: это русский язык и математика, в то время как в середине 50-х годов российская школа сдавала 11, а потом, в последующие годы, семь и пять экзаменов обязательных.

На сегодняшний день два обязательных экзамена: русский и математика – углубленный и базовый курс, и дальше идут по выбору, как правило, это один экзамен, третий предмет, который ученик выбирает, исходя из будущей своей специальности и вуза, куда он будет поступать. То есть не шесть, как Леонид Сергеевич беспокоится, а всего лишь три.

Что касается английского языка, то на сегодняшний день, действительно, Владимир Владимирович, у нас в соответствии и с экспертным мнением, и профессиональным мнением, мы планируем с 2022 года, в 2020 году ввести пилоты в 19 регионах по иностранному языку.

На сегодняшний день иностранный язык, в этом году сдает всего 11,5 процента школьников, в то время как на сегодняшний день трудно себе представить, что можно использовать или можно вообще жить в мире без языка общения – английского языка. Соответственно, у нас английский сдают большая часть из этого процента, дальше идет немецкий, французский и в этом году китайский.

Поэтому испуг Леонида Сергеевича я отношу к чему? К тому, что будет сложно, действительно трудности есть по английскому языку, потому что на сегодняшний день, исходя из стандартов старшей школы, а они у нас сводятся к 2022-му году, мы, соответственно, и говорим о необходимости именно иностранного языка как обязательного или как обязательного третьего.

Но для того, чтобы решить эти проблемы, и мы об этом много говорили в Министерстве, нам необходимо решить следующее. Это подготовка педагогов, потому что сейчас действительно нехватка, и качество подготовки педагогов по иностранным языкам оставляет желать лучшего.

Мы опираемся на исследования, национальные исследования 2016 года, и, в частности, там очень плохие результаты по изучению иностранного языка. Нам требуются новые методики, нам требуется подготовка непосредственно школьников. Но самое главное – это мотивация самих старшеклассников, самих школьников.

Поэтому я считаю, мое глубочайшее убеждение, что в современном мире без иностранного языка – языка общения представить все важное и лучшее, что есть в нашей стране, невозможно.

И скажу больше, Владимир Владимирович. Мы со следующего года даже в системе СПО вводим новые требования к знанию английского языка. Потому что представить себе высококвалифицированного рабочего, который не прочтет инструкцию, аннотацию к какому-то из станков, – это тоже на сегодняшний день просто полный абсурд.

Что касается истории, то это вопрос обсуждаемый, и он будет обсуждаться. Прошу прощения, я заканчиваю. И чтобы Леонид Сергеевич меня уже точно услышал: он обсуждается в экспертном сообществе. Это что касается истории.

К.Клейменов: Спасибо. У нас тема образования еще не уходит в нашей программе. Дело в том, что к нам обратились жители одного из сел в Алтайском крае, и туда отправился мой коллега Олег Шишкин.

О.Шишкин: Добрый день, Москва! Мы в Алтайском крае, деревне Старая Суртайка. Она стоит на знаменитом Чуйском тракте, дороги которой ведут из Новосибирска в сторону монгольской границы. Это 3300 километров от Москвы. Места здесь действительно очень красивые.

Недалеко от нас село Сростки – это родина Василия Макаровича Шукшина. Старшее поколение наверняка помнит такие фильмы, как «Живет такой парень», «Печки-лавочки». Эти картины, которые стали классикой кинематографа, Шукшин снимал у себя на родине, на Алтае, как раз в этих местах.

Сейчас в этой деревне 400 жителей, мы рядом с сельской школой, здесь занимаются 47 учеников, школа малокомплектная, в 1-м классе учится все лишь один ребенок. Школа здесь уже 19 лет, и за это время, по словам местных жителей, в школе не было полноценного ремонта, хотя уже и фундамент, и крыльцо нуждаются в ремонте. Но это все не критично, это все решаемо.

Здесь есть одна проблема, которая не под силу местным жителям, которую они не в силах решить. И с этой проблемой они обратились на «Прямую линию с Президентом», и мы специально приехали сюда, чтобы дать возможность людям напрямую обратиться к главе государства.

Скажите, пожалуйста, как Вас зовут, и какая проблема Вас волнует.

А.Регер: Меня зовут Алена Регер, я житель Старой Суртайки Алтайского края.

В нашем селе единственная школа, где учатся дети с трех сел до 9-го класса. Месяц назад у нас был сход села, где глава администрации района сказал, что школа закрывается. А у меня два внука, старший идет на следующий год в школу.

А куда он пойдет, если школу закроют? Нам придется всё продать и уехать отсюда. Я не хочу уезжать, мы 40 лет прожили здесь. Если школу закроют, село умрет. К нам приезжала семья, которая хотела купить дом, но только в том случае, если есть школа.

Владимир Владимирович, помогите, пожалуйста, не дайте закрыть школу.

Н.Пушкинова: Я тоже хотела продолжить…

Владимир Владимирович, здравствуйте! Меня зовут Наталья Пушкинова, я жительницы села Старая Суртайка. Мой внук обучается в этой школе, он перешел в 4-й класс.

На наше обращение в администрацию, в районный отдел образования нам все отвечают по-разному. Я лично сама была в отделе образования, где мне сказали, что: «15 июня мы понесем документы в прокуратуру, и вашу школу закроют из-за нехватки специалистов».

Нашей школе 19 лет. Со дня образования ее не было ремонта. Нашим чиновникам проще ее закрыть, чем ее отремонтировать. Они говорят: «Ваши дети будут подвозиться в село Быстрянка». Это в семи километрах от нас находится. Нам не очень удобно туда отправлять наших детей. Первый класс учится с 8 до 11, через три часа только отправляется автобус домой. Что будет с нашими детьми? Они будут холодные, голодные. А зимой?

Владимир Владимирович, помогите, пожалуйста, решить нашу проблему, чтобы не погибло село. Закроют школу – село погибнет. Так, как погибают два села по Чуйскому тракту – Образцовка и Долина Свобода.

В.Путин: Проблема в целом понятна. Это не единственный случай подобного рода. Мы все время говорим о проблеме малокомплектных школ.

Кстати говоря, сколько учеников учится в вашей школе?

А.Регер: 47 человек.

В.Путин: Видите, 47 человек – это, между прочим, не такая уж и малокомплектная школа, 47 человек – это достаточно много учеников.

Насколько я понимаю, вопрос в техническом состоянии школы и в укомплектовании школы преподавательскими кадрами.

Малокомплектные школы, мы знаем это хорошо, они довольно затратные, потому что на то, чтобы содержать здание, преподавательский состав нужно тратить определенное количество средств, которые в таком объеме могли бы быть израсходованы и на школы, где учатся не 40–50 человек, а сотня или две сотни. Но, и я об этом много раз сказал, сейчас мои собеседники сказали очень правильную и, можно сказать, ключевую вещь: школа закрывается – поселок, село умирает. А мы должны обеспечить, чтобы у нас люди не покидали, особенно таких регионов, как Сибирь, Восточная Сибирь, Дальний Восток, чтобы и село было живым, имело бы перспективы развития.

У нас целая программа создана сейчас по развитию школьного дела, в том числе и по приобретению транспорта в рамках программы «Школьный автобус», где мы предполагаем выделить, по-моему, из федерального бюджета только 2,5 миллиона рублей. Но в целом я бы хотел, чтобы губернатор (он сейчас у нас на связи, исполняющий обязанности губернатора), обратился к этой проблеме и помог сохранить эту школу. Считаю, что это нужно сделать. Давайте дадим ему слово, послушаем его.

В.Томенко: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые жители села Старая Суртайка, которые обратились! Что касается школы. Она у нас является филиалом. Она действительно малокомплектная, и есть вопросы по укомплектованию преподавательским составом. Тем не менее в планах закрытия ее нет. Вероятно, какой-то сбой информации прошел на уровне тех муниципальных руководителей, которые собирались на сход и доводили информацию до жителей. Я пока делаю первые шаги в крае по вниканию в ситуацию, но очень внимательно эту конкретную ситуацию с органами местного самоуправления и, самое главное, с жителями села проведу, и вопрос будет решен. У школы есть будущее. И у села тоже есть будущее.

В.Путин: Виктор Петрович спасибо Вам за этот ответ. Я надеюсь, что он удовлетворит и людей, проживающих в этом населенном пункте.

У вас очень симпатичные ребятишки. Надеюсь, что все будет хорошо, и они смогут учиться рядом с домом.

А.Кондрашов: Теперь у нас в прямом эфире Санкт-Петербург. Там работает мой коллега Дмитрий Петров. Это уникальная история. Он в прямом эфире.

Д.Петров: Это Военная медицинская академия имени С.М.Кирова в Санкт-Петербурге, кафедра военной травматологии и ортопедии. Здесь лечат тех, кто получил ранение на поле боя или во время учений. А в этой палате № 21 находится на излечении Ирина Баракад.

Ирина, добрый день! Разрешите? Мы к вам. В июне 2016 года Ирина попала под обстрел. По району, в котором она проживала, это в городе Алеппо, Сирия, наносили удары боевики теми самыми самодельными бомбами, переделанными из газовых баллонов. Один из баллонов залетел в дом, где находилась вся семья. Ирина увидела это, успела прикрыть собой младших детей (здесь, на фотографии), но сама при этом получила тяжелейшую минновзрывную травму. Пять суток в коме, но Ирина выжила.

Мы с ней познакомились ровно за месяц до этого трагического события, когда снимали репортаж из Алеппо о том, как работают наши военные специалисты из группы по примирению сторон. Ирина помогла им, она работала переводчиком, она участвовала в переговорах с представителями вооруженной оппозиции. Но она не являлась и не является гражданской России. Она родилась и выросла в Одессе, вышла замуж за гражданина Сирии, переехала в Алеппо.

Так вот, не являясь гражданкой России, она фактически служила России и делала все для установления мира в Сирии. И конечно, когда с ней случилась такая беда, наши военные не бросили ее, они перекинули ее сюда, в Санкт-Петербург, в Военно-медицинскую академию. И вот уже два года они бьются за ее здоровье, за ее жизнь. Но, к сожалению, не все может медицина, есть еще проблемы. И поэтому Ирина обратилась на «Прямую линию», чтобы попросить о помощи Президента.

Ирина, у Вас сейчас есть возможность поговорить с Владимиром Путиным, он слушает.

И.Баракад: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

В.Путин: Добрый день, Ира.

И.Баракад: Спасибо Вам огромное за то, что Вы обратили внимание на мою просьбу. Большое спасибо Министру обороны Сергею Шойгу за то, что он принимал участие в моей личной жизни, и то, что доставили меня из Сирии на лечение в Санкт-Петербург, в Военно-медицинскую академию. Огромное спасибо военным медикам за то, что они два года лечат меня и восстанавливают, спасают мою жизнь, и когда находятся рядом, поддерживают морально, и сохранили мне ногу, которой я в принципе могла лишиться. Вот такой я была раньше. (Показывает фото.)

Я хочу вернуться к нормальной жизни, я хочу ходить. Но для этого мне нужны нормальные функциональные протезы, но протезы могут получить только граждане России, кем я не являюсь.

И я прошу Вас, Владимир Владимирович, о помощи в получении гражданства Российской Федерации. И самое главное – это то, что я два года не видела своих детей и мужа, они очень скучают по мне, я тоже. Приехать сюда они не могут, так как они являются гражданами Сирии. Сирийцам сюда приехать очень трудно. А я гражданка Украины, я их не могу пригласить сюда. И я вас очень прошу, помогите мне увидеться с детьми и воссоединиться с семьей. Спасибо.

В.Путин: Я уже говорил о том, как мы должны относиться к получению российского гражданства нашими соотечественниками и теми, кто считает себя частью большого русского мира. Это в первую очередь касается украинских граждан, где бы они ни были, где бы ни проживали, касается украинцев. Это касается других людей, я уже сказал, хочу еще раз повторить, вне зависимости от национальности и вероисповедания, но считающих себя частью русского мира.

Ваш случай особый, конечно. Это большая беда и трагедия – то, что с Вами произошло. Надеюсь, что Ваши дети знают, что мама поправляется. Желаю Вам в этом успехов. Хочу выразить слова благодарности тем военным медикам, которые Вами занимаются. Уверен, что здоровье у Вас восстановится настолько, насколько это возможно в Вашем случае. Мы все прекрасно понимаем, какие травмы Вы получили. Но, безусловно, такие люди, как Вы, нуждаются в поддержке, и получат ее в том объеме, который нужен для того, чтобы жизнь сложилась в Вашей семье счастливо.

Я попрошу Министерство обороны, чтобы коллеги там нашли Ваших родственников, чтобы доставили их в Россию. И сделаю то, о чем Вы меня просите. Это в компетенции Президента Российской Федерации – предоставление гражданства. Вы его получите. Спасибо.

И.Баракад: Спасибо большое.

К.Клейменов: Сергей Кужугетович слышит, конечно.

В.Путин: Сергей Кужугетович слышит.

К.Клейменов: Ну что же, мы в эфире уже четыре с лишним часа. Еще очень-очень много вопросов, но вот вопросы буквально одной строкой, которые предполагают такой же короткий ответ.

«Владимир Владимирович, говорят, что проезд по Крымскому мосту могут сделать платным».

В.Путин: Нет, в соответствии с действующим законом платные дороги могут возникать там, где есть альтернатива. В данном случае никакой альтернативы переезда в Крым автомобильным транспортом не существует, поэтому проезд по Крымскому будет бесплатным.

К.Клейменов: Беспокойство по этому поводу сняли.

А.Кондрашов: Президенты и премьеры каких стран обращаются к Вам на «ты»?

К.Клейменов: Имеется в виду, что там, где, видимо, нет соответствующей языковой нормы, когда ты и вы – одно и то же. Имеются в виду, видимо, отношения дружеские.

В.Путин: В английском языке, как мы знаем, такого нет – ты и вы, там всё – you, поэтому там все проще. Во французском, в немецком, в ряде других языков это обращение, вы и ты, существует.

Очень со многими моими коллегами у меня сложились неформальные, личные отношения. Поэтому, скажем, с Премьером Японии мы друг к другу обращаемся по именам и на «ты», с канцлером ФРГ, с Президентом Франции. С некоторыми своими коллегами я подчеркнуто обращаюсь всегда на «Вы». Например, Президент Чехии, господин Зееман, все-таки постарше меня, и поэтому я думаю, что я поступаю правильно, обращаясь к нему на «Вы».

Со многими, почти со всеми – по именам. Это, на мой взгляд, чрезвычайно важно, потому что на таком уровне, на котором мы работаем, взаимное уважение должно сохраняться при любых обстоятельствах. Это очень хороший инструмент для решения более серьезных межгосударственных вопросов.

К.Клейменов: Готовите ли Вы своего преемника?

В.Путин: Это вопрос традиционный. Я, безусловно, всегда об этом думаю. Преемника в классическом смысле слова – нет, его определит российский народ, избиратель Российской Федерации. Но, конечно, я думаю о том, чтобы у нас подросло новое молодое поколение управленцев, ответственных людей, которые будут в состоянии взять на себя ответственность за Россию.

А.Кондрашов: Как Вы определяете, кому верить, а кому нет?

В.Путин: Вы знаете, в деле, которым я занимаюсь, нужно оперировать другими категориями. Здесь вопрос не в доверии, а в гарантиях, и я стараюсь, прежде всего, обращаться к этим категориям, и использовать их в своей работе и на международной арене, и даже внутри страны. Всегда нужны гарантии исполнения тех или иных решений.

К.Клейменов: Владимир Владимирович, на прошедших президентских выборах Вы получили рекордный результат, абсолютно рекордный, и в связи с этим много вопросов на тему того, как Вы ощущаете себя в отсутствии политической конкуренции? Даже на сайт пришел вопрос: «Вам на политическом олимпе не одиноко?»

В.Путин: Нет, не одиноко, потому что это тот случай, когда, что называется, один в поле не воин. Дело в том, что добиваться положительных результатов, вообще результатов работы, это касается не только России, любой другой страны мира, только опираясь на дееспособную, эффективную команду профессионалов и единомышленников. У меня такая команда есть.

А.Кондрашов: Владимир Владимирович, и это уже не блиц, но это, наверное, заключительный вопрос нашей программы.

Если вернуться к прорыву – то, о чем Вы говорили и в своем Послании, и много позже, и на Питерском форуме – конечно, он невозможен без мобилизации, причем буквально, наверное, каждого человека, чтобы сначала в порыве объединиться, а потом совершить этот прорыв. Вот какие бы слова Вы сегодня могли сказать людям так, чтобы никого не оставить равнодушным?

В.Путин: Я знаю, что когда мы говорим о прорыве, то и на экспертном уровне, и при обсуждении этих вопросов на уровне общественности всегда или очень часто вспоминают задачи, перед которыми стояла наша страна в 30-е годы, в 50-е годы.

Обращаю ваше внимание на то, что и в первом, и во втором случае речь шла о выживании страны. Потому что в 30-е годы, когда речь шла и были проведены мероприятия в рамках так называемой индустриализации, коллективизации, тогда мир стоял на пороге войны: в Германии к власти пришли фашисты, началась гражданская война в Испании, и в мире висела эта угроза.

В конце 40-х – начале 50-х годов возникла новая, ядерная опасность, и перед Советским Союзом стала остро проблема развития ракетной программы, ядерной программы. Для реализации этих задач были сконцентрированы все ресурсы страны. Тогда все понимали, насколько это важно для выживания страны.

Сегодня такой угрозы вроде бы и нет, потому что мы уже говорим, и я сегодня только упоминал об этом применительно к нашим новейшим системам вооружения, безопасность вроде бы обеспечена, причем на достаточно отдаленную, длительную перспективу.

У нас огромная территория, колоссальные запасы минерального сырья, в целом у нас очень хорошо подготовленные и образованные люди. Но я хочу, чтобы мы все понимали, знали, имели это в виду и руководствовались этим соображением: если мы отстанем в своем технологическом развитии, если мы не сможем обеспечить нужного нам темпа роста экономики на основе увеличения производительности труда минимум до 5 процентов, внедрения новых технологий, включая искусственный интеллект, цифровую экономику, генетику и так далее, если мы не сможем связать страну пространственно новыми линиями связи, новыми дорогами, если не будем развивать инфраструктуру авиационного транспорта, железнодорожного, портовых сооружений и морского и речного транспорта, если мы не будем уделять должного внимания таким важнейшим вопросам, как здравоохранение и образование, мы можем безвозвратно отстать, и это поставит под вопрос наш суверенитет.

Поэтому мы должны собрать все наши ресурсы: и интеллектуальные, и моральные, и финансовые, – понять, чего мы стоим на очень важном этапе нашего развития. Мы должны не только впрыгнуть в последний вагон уходящего поезда нового технологического уклада, а быть во главе этого поезда. Можем ли мы это сделать? Можем, но только если будем работать вместе, – это во-первых.

А во-вторых, в современных условиях нам нет необходимости прибегать к крайним мерам, которые были использованы в 30-е и 50-е годы. Потому что для того, чтобы добиться результатов в сегодняшних условиях, нам нужно максимально раскрепостить людей. Нам нужно добиться того, чтобы каждый человек максимально реализовал свой творческий потенциал. Это могут сделать только свободные люди.

Поэтому нам нужно развивать свою политическую систему и систему современного эффективного управления. Еще раз хочу сказать, что мы в состоянии решить эту задачу, и мы сделаем это. Но для этого нужно сконцентрироваться всем, каждому на своем участке. Знаю, что проблем очень много. Знаю, что и решение многих из этих проблем представляется даже еще проблематичным. Но мы в состоянии это сделать, мы сделаем это, если будем вместе.

К.Клейменов: Надеемся, так и будет, и мы построим Россию мечты.

Владимир Владимирович, спасибо за этот разговор. Это была «Прямая линия с Владимиром Путиным». Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое всем участникам сегодняшней встречи.

Я знаю, уважаемые коллеги, уважаемые граждане, уважаемые друзья, что вопросов гораздо больше, чем те, на которые мы сегодня смогли ответить, я смог ответить. Но так же, как и в предыдущие годы работы в этом формате, хочу вас заверить, что мы проанализируем все поступившие вопросы. Сделаем это по максимуму, для того чтобы понять тренды сегодняшнего дня, ваши озабоченности, чтобы на них отреагировать не в индивидуальном порядке, а где возможно, в индивидуальном, но обобщить ваши озабоченности с тем, чтобы внести изменения в работу Правительства на ближайшие годы.

И еще одно. Здесь поступило, я видел на доске, вот такое обращение: «Страна вопросы задает, а я хочу Вас поддержать в этот день». Всем, кто так думает, большое спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 7 июня 2018 > № 2634098 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 6 июня 2018 > № 2634515 Александр Проханов

Корень зла

У Александра Глебовича Невзорова заболел зуб. Но это был не его зуб

Александр Проханов

У Александра Глебовича Невзорова заболел зуб. Но это был не его зуб, а это был зуб Виталия Дымарского. В этом зубе было дупло. А в дупле жил Станислав Александрович Белковский. Он жил скромно, без всякой мебели. В дальнем углу дупла стол гроб. В гробу лежал мёртвый Аркадий Бабченко. К нему то и дело подбегала Ксения Ларина, щупала пульс, наблюдая, не воскреснет ли он. Аркадий Бабченко не воскресал. Тогда друзья Аркадия Бабченко в деле его воскрешения решили прибегнуть к магическим средствам. Дупло посетил Алексей Алексеевич Венедиктов, набросил на лицо Аркадия Бабченко свои седые волосы и долго ими тряс, осыпая лицо Аркадия Бабченко перхотью. Но Аркадий Бабченко не воскресал.

Потом к дуплу подъехала Ксения Собчак. Она села на лицо Аркадия Бабченко и стала есть гороховый суп. Но Аркадий Бабченко не воскресал. Тогда в дупле появилась Майя Пешкова. Она разделась и легла в гроб рядом с Аркадием Бабченко, надеясь своим нежным женским телом согреть остывшего Аркадия Бабченко и тем самым его воскресить. Но Аркадий Бабченко не воскресал.

А в соседнем дупле, которое образовалось в другом зубе Виталия Дымарского, жили гастарбайтеры. Это были сотрудники СБУ. Они следили за тем, чтобы Аркадий Бабченко не воскрес, потому что Аркадий Бабченко дал подписку о невоскресении.

Тем временем Александр Глебович Невзоров ждал, когда же, наконец, Россия погрузится в ад. Россия намеревалась погрузиться в ад, но с этим медлила. И Александр Глебович Невзоров очень огорчался. От огорчения из него выпала одна часть его тела, которую в народе называют корень — корень зла. Александр Глебович Невзоров попытался вернуть корень зла на место, но корень не возвращался. И тогда Александр Глебович засунул его в рот своему другу Шнуру. Но во рту Шнура было очень много подобных корней. Шнур выплюнул корень зла, который засунул ему в рот Александр Глебович Невзоров. Он плюнул корнем в небо. А в небе в это время пролетал малайзийский "Боинг". Корень сбил его. Когда началось исследование обломков "Боинга", в нём обнаружили корень. Эксперты и следователи из Амстердама решили найти в этом корне русский след. Однако их удивило то, что корень был чёрный. И это изменило ход следствия. Следователи и эксперты из Амстердама поехали в Африку искать ту воинскую часть, из которой чёрный корень зла был доставлен на Украину. Они не знали, что корень Александра Глебовича Невзорова чёрный, потому что Александр Глебович Невзоров долгое время работал в шахте. Корень вобрал в себя каменноугольную пыль и крошку. От пыли он был чёрный, а от крошки — шероховатый.

Следствие окончательно запуталось, когда в обломках "Боинга" была обнаружена часть женского тела, которая в древних трактатах по дамской анатомии зовётся "блюдо любви". Это блюдо любви не имело опознавательных знаков, не имело заводской маркировки. Cледователям не удалось узнать его происхождение. И они заподозрили русский след. А в действительности блюдо любви принадлежало Евгении Марковне Альбац, которая, узнав о смерти Аркадия Бабченко, лишилась блюда любви. Она не могла слишком долго обходиться без блюда любви и решила заказать себе новое блюдо. Она отправилась на авиационный завод Сухого и заказала у инженеров новое блюдо любви. Но инженеры были агентами ФСБ, и они изготовили ей блюдо любви, снабжённое фотоаппаратурой, позволяющей делать аэрокосмические съёмки. Когда Евгения Марковна Альбац запускала блюдо любви в небо, то с него можно было вести наблюдение за поведением Алексея Навального и в нужный момент его арестовывать. Блюдо любви было сделано из металла, который светился, и свечение его было ярче солнца. Люди, выходившие на улицы городов наблюдать летающее блюдо любви, вынуждены были смотреть на него сквозь закопчённое стёклышко, но некоторым не помогала даже копоть, и они слепли.

В это время, когда Виталий Дымарский возвращался из бара, ему на пути попались бородатые страшные казаки из газеты "Завтра". Один из них слегка саданул Виталия Дымарского кулаком в челюсть. От сотрясения все, кто жил в дуплах во рту у Виталия Дымарского, высыпали наружу. Гастарбайтеры, которые были агентами СБУ, оказались разоблачёнными, и их взяли под стражу.

Аркадий Бабченко воскрес и женился на девице Антоне Красовском, и их обвенчал священник Всеволод Чаплин. А Станислав Александрович Белковский, оказавшийся вне дупла, стал обманутым дольщиком. Александр Глебович Невзоров продолжал следить за тем, как Россия погружается в ад. Но та всё не погружалась. Зато Шнур нашёл себе новую забаву: он стал плеваться находящимися у него во рту корнями зла и с их помощью сбивал пролетающие над ним самолёты. Самолёты падали и рассыпались. Некоторые из разбившихся самолётов подлежали ремонту. Их ремонтировали, и они пополняли парк самолётов Саратовских авиалиний.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 6 июня 2018 > № 2634515 Александр Проханов


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630578 Владимир Воронин

Скорость решает все. Власти вынуждают застройщиков быстро строить

Владимир Воронин

президент ФСК «Лидер»

Сейчас на российском строительном рынке накопилась критическая масса изменений, которые существенно поменяют рынок недвижимости. В первую очередь это скажется на темпах возведения новых зданий

Сейчас в разных отраслях происходят системные изменения, которые диктуют новые правила игры. Меняют рынок технологии и новые игроки с другими компетенциями и подходами: Uber изменил рынок такси, Airbnb — рынок аренды жилья, Zillow Group грозится изменить систему покупки жилой недвижимости и т. д. Происходят изменения и вслед за требованиями среды, изменениями регуляторов: размышления о будущем планеты повлияли на введение новых стандартов экологичности топлива и передвижения.

Строительство всегда было очень консервативной отраслью, преобразования в которой происходили постепенно, небольшими шагами, растянутыми на несколько лет. Но сейчас на российском строительном рынке накопилась критическая масса изменений. С 2018 года начинаются перемены, которые поменяют рынок недвижимости до неузнаваемости.

Что сделали власти

Ключевой причиной перемен станут изменения в законодательстве, в теории призванные снизить уровень риска для дольщиков. Первые изменения мы увидим в конце года. Поправки в закон о долевом строительстве, которые существенно ужесточают требования к девелоперу, должны вступить в силу 1 июля, но скорее всего введение изменений отложат на полгода.

Главные — требуемый опыт работы в качестве застройщика, техподрядчика или генподрядчика от трех лет, а также обязательство иметь на счете не менее 10% от проектной стоимости строительства. Фактически эти поправки повышают порог входа на рынок. А значит, новым игрокам пробиться будет сложнее, а действующим необходимо будет подтвердить свою состоятельность.

Но это только начало изменения правил. Результатом реализации плана, разработанного Минстроем совместно с Минфином, Центробанком и АИЖК, должен стать полный отказ от договоров долевого участия (ДДУ) и появление в цепочке «девелопер — покупатель» третьей стороны — банка.

Власти пока еще не предлагают отказаться от продажи жилья на этапе строительства, но хотят сделать так, чтобы застройщики не получали деньги за квартиры в недостроенных домах. Средства покупателя будут у банка, а застройщик получит к ним доступ только после того, как завершит строительство; если этого не произойдет, банк должен вернуть покупателю деньги.

Чтобы соответствовать быстро меняющемуся рынку, девелоперам нужно поставить в приоритет три качества, которые раньше не были основными конкурентными преимуществами: скорость, стандарты жилья и рост объемов ввода.

Новая скорость

Раньше скорость строительства зависела от темпов продаж: падает спрос — можно и помедленнее возводить. Теперь деньги остаются у банка, появление третьего звена в цепочке кроме дополнительных гарантий увеличивает стоимость проекта. Создается ситуация, в которой при наличии свободных средств девелоперу гораздо выгоднее построить объект на свои и продавать уже готовое жилье, существенно экономя на издержках.

И тут конкурентным преимуществом становится скорость строительства: быстрее построишь, быстрее продашь, получишь возврат на инвестиции. Вот почему внимание стоит обратить на технологии, позволяющие строить дома в более короткие сроки.

Вывод может показаться неожиданным: изменение законов подстегнет развитие индустриального домостроения, отрасли, в которой в последние годы незаметно для всех происходила своя большая революция.

За счет постоянной модернизации индустриального домостроения, использования современных материалов и технологий такие дома сейчас можно возводить за три-четыре месяца (в монолите — полтора-два года) и дешевле монолита на 10-12%. По показателям гидро-, звуко- и теплоизоляции современные индустриальные дома уже сравнялись с монолитными, а также появились гибкие технологии, которые позволяют добиться большего разнообразия в фасадах и планировках.

Повальная стандартизация

Переименование «экономкласса» в «стандарт-класс» повлекло за собой необходимость разработки единых параметров для нового сегмента жилой недвижимости. Монолитное домостроение давно нуждается в такой стандартизации, так как нередко параметры квартиры определяются девелопером проекта исходя из собственных представлений о том, каким должно быть стандартное жилье.

В то же время в индустриальном строительстве до сих пор покупатели, заходя в новостройку, могут сказать «Здесь все по ГОСТу», подразумевая отработанное годами качество и заводскую точность. Такой дом, как конструктор, где все детали идеально подходят друг к другу. Продвинутые застройщики сдают дома с полностью готовыми инженерными системами в квартире — даже проводка для этих квартир нарезается на заводе.

Мелкие застройщики отомрут

Регуляторы ориентируют девелоперов на увеличение объемов строительства и ввода. Согласно новой стратегии развития жилищного строительства России, целевой объем к 2024 году должен достичь 120 млн кв. м жилья (то есть 0,82 кв. м на человека). Сейчас в Москве, по расчетам ЦИАН, вводится 0,27 кв. м на жителя. В ближайшее время ввод жилья в столице может увеличиться на 1 млн кв. м в год (в частности, за счет программы реновации): объемы ввода увеличатся до 0,32 кв. м на человека.

Это увеличение должно произойти на фоне эволюционного сокращения количества девелоперов. В такой ситуации критически важным станет вопрос о строительстве больших объемов жилья. А такие объемы могут выдавать только заводские технологии.

К новым реалиям нельзя приспособиться только перестройкой регуляторных и финансовых механизмов: реальные активы и производственные мощности должны быть перестроены под новые требования рынка.

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630578 Владимир Воронин


Казахстан > Медицина > dknews.kz, 31 мая 2018 > № 2625626 Тулеген Аскаров

Какой уж тут инвестклимат...

Практически одновременно с прошедшими в Астане и Алматы международными форумами и за месяц до официальной инаугурации Международного финансового центра в столице отечественное информационное пространство заполнилось тревожными сообщениями о вспышке менингококковой инфекции в нашей стране.

Тулеген АСКАРОВ

Сначала плохие вести пошли из южной столицы, медицинские власти которой были вынуждены подтвердить подъем заболеваемости менингитом здесь, правда, попутно констатировав, что они не имеют «вспышечного характера». Департамент охраны общественного здоровья акимата Алматы на своем сайте разместил 21 мая пресс-релиз с ободряющим названием «Эпидемии менингита в Алматы нет», после чего к этой теме не возвращался.

Чиновники спокойны, соцсети бьют в набат

Из пресс-релиза же следовало, что к середине мая в городе было зарегистрировано 15 случаев заболевания менингококковой инфекцией и все они не связаны между собой. При этом медикам удалось установить лишь одного носителя инфекции. Помимо Алматы, заболевание было зарегистрировано на тот момент и среди жителей Алматинской и Южно-Казахстанской областей. По два случая в каждой. В качестве возможных причин подъема заболеваемости менингитом алматинские медики называют занос инфекции, как из других регионов, так и стран, где это явление было зарегистрировано раньше, а также сезонный фактор, неустойчивые погодные условия, цикличность заболевания и ослабленный иммунитет.

Кроме того, по данным медицинской статистики, подъем заболеваемости менингитом отмечается каждые три года. В этом десятилетии выделяются 2013 и 2015 годы, когда было зарегистрировано соответственно 49 и 66 зарегистрированных случаев с окончательным диагнозом.

Также официально было заявлено, что ситуация находится на контроле не только у местных властей, но и в Министерстве здравоохранения, что «проводится весь комплекс противоэпидемических и профилактических мероприятий, направленных на стабилизацию заболеваемости». Меры эти включают выявление круга контактных лиц с обязательным лабораторным обследованием на носительство менингококковой инфекции и назначением профилактической антибиотикотерапии. В качестве профилактики горожанам рекомендуется ограничить посещение культурно-массовых и спортивных мероприятий, плавательных бассейнов, игровых площадок в торгово-развлекательных центрах, спортивных секций тем жителям, которые ощущают повышенную температуру, озноб и боли в горле. А при первых признаках заболевания чиновники от здравоохранения советуют обращаться за медицинской помощью.

Тем временем список скончавшихся от менингита рос, как и тревожное настроение пользователей социальных сетей. Сначала стало известно, что несколько летальных случаев было в Алматы. Затем скорбная весть пришла из Талдыкоргана, где скоропостижно скончался трехлетний малыш в местной инфекционной больнице. Между тем число горожан, обратившихся в больницы с подозрением на менингококковую инфекцию, растет. В Астане же, где с начала года зарегистрировано несколько случаев этого заболевания, медики тревогу не бьют, ибо здесь подъем по менингококковой инфекции прогнозируется в 2021-2023 годах. Поэтому эпидемиологическую ситуацию по ней там считают благополучной.

В отличие от алматинских коллег, столичные медики полагают, что циклические подъемы этого заболевания происходят через каждые шесть-девять лет, отчего, конечно же, рядовым казахстанцам легче не стало.

Беритесь хотя бы за профилактику!

Не бьет тревогу и правительство, где как раз на этой неделе пытались оптимизировать медицинскую помощь в пакете ее гарантированного бесплатного объема (ГОБМП). Как выяснилось из выступления министра здравоохранения Елжана Биртанова, государство недофинансирует этот объем более чем на 360 млрд тенге, из-за чего сложилась высокая доля «карманных» расходов граждан на медицину – более 40%, что значительно превышает предел, рекомендованный Всемирной организацией здравоохранения.

Стало известно и о том, что перечень ГОБМП и обязательного социального медицинского страхования, который начнет действовать с 2020 года, ухудшит доступность медицинской помощи. Тем не менее, первым делом чиновники намереваются сократить целый ряд заболеваний и услуг, входящих в ГОБМП, чтобы сократить недофинансирование этой сферы.

И это в то время, когда началась пора летних каникул, когда сотни тысяч детей, подростков, юношей и девушек отправляются по стране на долгожданный отдых, чтобы пообщаться с родственниками и друзьями! Только детей школьного возраста по официальным данным насчитывается порядка 2,8 млн, и лишь малая часть их будет под контролем медиков в оздоровительных лагерях.

Поедут в отпуска и взрослые, причем не только по Казахстану, но и в другие страны. Естественно, потянутся к нашим природным красотам и тысячи гостей из-за рубежа, в том числе из государств, не блещущих состоянием общественного здравоохранения. Нужно учесть также, что власти Казахстана предоставили право безвизового въезда на 72 часа транзитным пассажирам из Индии, где, мягко выражаясь, не все благополучно с санитарией и элементарной гигиеной, в чем не раз могли убедиться побывавшие там соотечественники.

Поэтому казахстанским чиновникам от медицины нужно как раз сейчас активизировать профилактические меры в СМИ, соцсетях и мессенджерах по предохранению от менингококковой и других инфекций. Причем и тех, вспышки которых замечены вдали от границ Казахстана.

Британский пример

К примеру, на сайте британского электронного правительства в разделе, посвященном здравоохранению, на днях был выложен обзор по ситуации с заболеваемостью лихорадками Эбола и Марбург (последняя известна как «болезнь зеленых мартышек»). Там же в конце мая размещен специальный доклад об активных вирусах и бактериях, выявленных местными лабораториями (всего их порядка 80), и информационное сообщение о бактерии Mycoplasma pneumoniae, локализующейся в дыхательных путях и вызывающей их воспаление вплоть до трахеобронхита и атипичной пневмонии, чаще всего у детей. Появились тут в открытом доступе и годовые отчеты о заболеваемости дифтерией в Уэльсе, столбняком в Англии и Уэльсе.

Не обошли вниманием британские чиновники и менингококковую инфекцию – 25 мая был размещен пресс-релиз о программе вакцинации против нее (MenACWY). В нем напоминается гражданам, что решением совместного комитета по вакцинации и иммунизации MenACWY была включена в общенациональную программу в августе 2015 года в связи с растущим количеством заболеваний. Обязательной вакцинации подлежат все дети в возрасте от 9 до 13 лет, однако программа охватывает и британцев более старших возрастных групп – до 25 лет.

Конечно, в первую очередь наш Минздрав и региональные власти должны активизировать наглядную профилактическую агитацию в тех «горячих» точках, где пересекаются пути больших людских потоков, включая и иностранцев. Тут приоритетом выступают аэропорты, в которых пассажирам напоминают в основном лишь о необходимости оплатить парковку и не принимать пакеты у других людей для перевозки в самолете. А стоило бы здесь напоминать им, в том числе на английском, китайском и других иностранных языках, о правилах санитарной гигиены, симптомах опасных заболеваний, где получить первую медицинскую помощь и пройти обследование, не выходя из аэропорта. В список таких точек входят также железнодорожные вокзалы, торгово-развлекательные центры, кинотеатры, аквапарки, бани и другие места массового скопления людей, где сегодня практически не соблюдаются меры предосторожности и отсутствуют элементарные разъяснительные материалы по профилактике опасных инфекций.

Ну, а чиновникам от медицины, да и всему правительству, активно зазывающему иностранных инвесторов в нашу страну, нужно помнить о том, что основной их костяк составляют специалисты, знающие цену своему здоровью и к тому же большей частью семейные.

На них сообщения об умерших от менингита детях в нашей или другой стране, либо о прочих опасных инфекциях действуют как красный сигнал светофора. И если он зажегся, значит, на самом деле с инвестиционной привлекательностью в таких государствах все обстоит не так уж и хорошо, как декларируется на форумах и в рекламных видео­роликах!

Казахстан > Медицина > dknews.kz, 31 мая 2018 > № 2625626 Тулеген Аскаров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628944 Василий Симчера

Перемен не будет…

Записки пессимиста

Василий Симчера

18 марта избран и 7 мая 2018 г. инаугурирован на новый срок президент России В.В.Путин. По его представлению Госдума утвердила на новый срок председателем Правительства Д.А. Медведева. Издан новый майский "суперуказ" "О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года", и "Белый дом" незамедлительно приступил к реализации 13 новых, хотя уже давно известных национальных проектов, призванных за ближайшие шесть лет в очередной раз старыми методами преобразовать общий ландшафт развития страны.

Всё это время в стране царило всеобщее ожидание перемен. Обещанных перемен (и даже прорывов). И не только общих "инерционных перемен", связанных с улучшением благосостояния людей ускорением темпов развития, которые неизбежны и происходят в любых условиях, при любой власти. Люди ждали перемен в избавлении от гнёта чиновничьей бюрократии, казнокрадства и коррупции, амнистии всех правозащитников и расширении гражданских прав и свобод, реального повышения пенсий, объявления (хотя бы в разовом порядке) о снижении цен на товары первой необходимости для малоимущих, отказа от дальнейшей узурпации власти, перемен в осуждаемом всеми "басмановском судопроизводстве", снижения накала разногласий и санкций США и ЕС, прекращения военных конфликтов в Украине и Сирии и вмешательства в дела других стран и т. д. А главное — люди ждут перемен в стратегии и методах повышения производительности труда и эффективности производства, которые в России одни из самых низких в мире (в 10 раз ниже, чем в США, в 7,5 раза ниже, чем в ЕС и даже в два раза ниже, чем в Китае) и без которых все другие перемены, в том числе и, прежде всего, повышение доходов, теряют силу. Однако и увы, прекрасная маркиза…

Перемен, о которых так долго мечтали и так много говорили национально-патриотические силы России, не случилось. Альтернативная программа кандидата в Президенты России П.Н. Грудинина "20 шагов к достойной жизни" была отвергнута. Всё будет по-прежнему. Обвала и "пира во время чумы", как при Ельцине, не будет. Будет застой. "И дефолта не будет". Будет непрерывный рост доллара и цен. И диких масштабов приватизации и коррупции больше не будет: приватизировать нечего, воровать не у кого… И бедных не будет. Будете жить плохо, но долго: в полном здравии до 67 лет, а в болезнях ещё на 11 (к 2030г. — на 13) лет больше. (И то хлеб: духовный отец нынешнего президента в 1993 году пророчил нечто ещё более мрачное и зловещее: "Будете жить плохо, но недолго"). Риторика как бы разная, суть одна …

История любит повторяться. Сначала так, потом этак… Мы не имеем ничего против перемен, но пусть будет всё так, как мы хотим…Падение производства, кризисы, обвалы рубля и санкции пусть продолжаются, но всё это вновь назначенное старое правительство Медведева, как и прежде, за ценой не постоит и будет проходить с минимальными потерями. Всё, казалось бы, в порядке, цели и задачи поставлены правильно, рейтинги растут, а экономика деградирует, богатые богатеют, а народ бедствует. Крым наш, а Сибирь с её во сто крат большими богатствами пусть пустует… На бахвальство, олимпиады и конфликты тратим триллионы, а у пенсионеров нагло отбираем последние копейки…Народ в своей подавляющей массе против нищеты и бесхозяйственности, но голосует за!

Умом всё то, что происходит в России не понять. Всё это можно только запомнить… Запомнить, что всё то, что пафосно декларируется, не имеет ничего общего с действительностью. В большинстве случаев это произвольные, ничем не подкреплённые голые цифры… Цифры, которые указом назначаются, а не, как это элементарно полагается, обосновываются и детерминируются реальными возможностями и ресурсами страны. Это, на простом языке, словесная трескотня без начала и конца, очередное издание пустых обещаний, выполнять которые никто не собирается… Вы можете людям рассказывать, что угодно, но майские указы президента 2012 г. не выполнены, страна практически по всем ключевым показателям не вышла на уровень 1990 г., темпы выше мировых и искомое место в пятёрке крупнейших экономик мира приказали долго ждать… И не только пресловутые указы, но и все ранее принятые стратегические программы и национальные проекты (а их было более сотни) не были выполнены. Виновных никогда не было. Провалы каждый раз списывались на завышенные ожидания или урезанные ресурсы.

На достижение поставленных целей и решение требуемых задач (их в общей сложности более 120) на все 6 лет выделено 8 трлн. руб. или в эквиваленте около $125 млрд). В действительности такой объём работ, многие из которых требуют многомиллиардных долларовых вложений, денег, как и в прошлые периоды, потребуется едва ли не на порядок больше. Не надо быть пророком, чтобы ответить на вопрос, какие шансы и гарантии выполнения ждут новые национальные стратегические проекты и программы Путина, которые ещё более завышены и ещё в меньшей мере обеспечены необходимыми ресурсами. Возникает и более общий вопрос: зачем нашему народу игры в такие ничем не обеспеченные и пустопорожние стратегии, затраты на которые — это явно выброшенные на ветер деньги. Выдержит ли Россия ещё шесть лет подобных испытаний, и что по минимуму нужно сделать, какие дополнительные источники роста привлечь для того, чтобы она эти испытания выдержала?

Что должно произойти в сознании наших обманутых, обворованных и обездоленных людей, чтобы невозможное стало возможным? Чтобы они в массовом порядке если не восстали, то раз и навсегда, пусть и не явно, по умолчанию, прекратили поддерживать, вопреки самим себе, антинародные порядки: деградацию экономики, науки, образования, культуры и спорта, элиту и чиновников, предавших и присвоивших себе всё советское наследие, и их сынков и пасынков, нагло лезущих во власть, потёмкинские показные олимпиады, стадионы, яхты, автомобили и часы на руках "мажоров от власти"? Всмотрелись в списки миллиардеров, источники происхождения их капиталов, знали, сколько и чьи дети обучаются в заграничных вузах и школах, и чьи жёны и любовницы разгуливают по всем злачным местам мира. Знали, что все 75% того, что по закону должно было принадлежать им, было нагло у них отторгнуто и теперь принадлежит иностранному капиталу и офшорам. Не поддавались зомбированию, объективно и трезво судили обо всём. И хотя бы о том, зачем нашему народу (или, по крайней мере, 5 млн. любителям заграничных туров), вслед за продажными чиновниками ЦБ и вскормленными ими спекулянтами, защищать не рубль как национальную валюту, а доллар, выступать не против роста курса доллара, а за снижение курса рубля. Или зачем миллионам автовладельцев ежедневно навязывается информация о росте мировых цен на нефть как позитивном явлении? Им ведь интересны случаи падения цен на нефть и бензин, к чему они имеют прямое отношение. Не чудовищно ли, что одной из национальных целей и задач России является борьба за рост (подчёркиваю, рост), а не снижение цен на нефть. И, следовательно, не удешевление, а удорожание издержек производства и жизни. И с этой стяжательской идеологией мы навязываем всему миру свою ущербную справедливость и другие высшие ценности жизни! "Стратегия Путина-2024" не даёт ответа на эти вопросы и тем самым отсекает самые широкие слои от её массовой поддержки. И в этом её коренной недостаток. Что в предстоящие годы надо исправить, чтобы мы вышли на единую взаимоприемлемую общенародную стратегию развития?

Прежде всего, в Cтратегии-2024 должны быть уточнены сами целевые показатели — как требующие дополнительного обоснования или спорные, существенно уклоняющиеся от фактических или расчётных значений, определяемых в самом простом случае матричными методами нахождения объективно обусловленных оценок.

Возьмём, например, оценку ожидаемой продолжительности жизни, составляющую сегодня 72 года. В Cтратегии-2024 эта оценка повышается до 78 лет (к 2030 году — до 80 лет). Прирост — целых шесть лет. Невиданный прирост, если учесть, что за все последние 26 лет этот прирост не превышал четыре года, в том числе за все 18 лет правления Путина — 6,6 лет. Впервые приводится также оценка ожидаемой продолжительности здоровой жизни, составляющая 67 лет. Однако, что означает разница между продолжительностью общей и здоровой жизни, составляющая 11 лет? Продолжительность больной жизни? И то важно, о росте продолжительности жизни в каких слоях населения и в каких регионах страны идёт речь? Будет ли расти продолжительность жизни коренного населения? И если да, то за счёт каких факторов и насколько? Стратегия внеклассовая, асоциальная. Ответа нет!

Или возьмём другой целевой показатель — рост реальных доходов граждан и пенсий выше уровня инфляции. О каком росте может быть речь, если за последние годы здесь происходит хроническое падение (за 2014—2018 гг. на 25%). В предстоящие годы — компенсировать хотя бы падение! И далее, о какой инфляции речь: инфляции в 2,5% (или, как в указе, в 4%) в год, которая в России на систематической основе искусственно занижается, или инфляции, адекватной реальному росту цен, который на хронической основе в 2—3 раза выше? Может ли и будет ли при таком невиданном в мире росте цен опережающими темпами расти зарплата? Мировая практика нашего века не знает таких примеров. И потом, инфляция может быть обнулена: возможно, как в Японии или странах ЕС, снижение цен. И тогда, что, допустимым может быть нулевой или даже отрицательный рост доходов и пенсий?!

Снижение уровня бедности в два раза. Учтённых формально бедных в России сегодня 22 млн., в том числе 12 млн. работающих бедных, получающих зарплату ниже или равную прожиточному минимуму. Но эти цифры не включают более 30 млн. неучтённых лиц, не имеющих постоянной работы или постоянного заработка. В подавляющем большинстве случаев (70—75%) это тоже бедные люди. Снизится ли и их численность к 2024 г. в два раза? Ответа в Cтратегии нет! А ведь это тоже наши бедные люди.

Или возьмём улучшение жилищных условий, снижение ипотечных ставок и административной нагрузки на застройщиков, вопросы модернизации строительной отрасли. Ежегодно жилищные условия предполагается улучшать для не менее 5 млн. семей. И это против всего-то 145 тыс. семей (включая одиночек), получивших жилые помещения и улучшивших жилищные условия в 2017 г. Неслыханно громадная задача. Это ведь за 6 предстоящих лет — неслыханный праздник для 30 млн. семей. 30 млн. квартир — это ведь общее число всех приватизированных в России квартир. Некая фантастическая компенсация живущему поколению семей за недополученное жильё всеми предыдущими поколениями, их едва ли не вековые мучительные страдания из-за квартирного вопроса! Проблема, конечно, была. В советское время свой квартирный вопрос в год решали более одного миллиона семей, а потом, в наше время, — едва ли 100 тыс. семей, то есть в 10 раз меньше в год. И потом (и это здесь главное!) зачем так много, если общее число семей, включая одиночек, состоящих на учёте в качестве нуждающихся в жилых помещениях, во всей России на конец 2017 года не превышало 2,5 млн.? По-видимому, с цифрами здесь произошло какое-то недоразумение, которое надо снимать с составителями самой стратегии. По-хорошему, на месте В.В. Путина, я бы отменил подписанный указ и заставил виновных чиновников публично исправить допущенные ошибки. Или уволил бы нерадивых.

На фоне происшедшего в 2012—2017 гг. почти двукратного снижения объёмов внешней торговли, продолжающихся санкций и растущего в стране дефицита новых технологий вызывает крайнее сомнение намечающийся ускоренный рост экспорта, в том числе экспорта IT и медицинских услуг. Удивляет также, что среди целого множества намечаемых показателей нет главного — показателя роста эффективности производства.

Или возьмём темп экономического роста, который ведущими экспертами мира оценивается в 1,3—1,5%, а в стратегии определяется на уровне выше мирового (2—3% в год). В предыдущих стратегиях и в большинстве других прогнозных расчетов этот темп котировался у нас на уровне 5—6%, а в иных случаях даже 7—8%. И вот с таким небывало низким темпом, который, к тому же, явно диссонирует с другими показателями стратегии — в частности, с темпами обновления и ускорения технологического развития, роста инвестиций, рабочих мест, производительности труда, — новым майским указом предписывается осуществить прорыв в развитии России и обеспечить её вхождение в число пяти крупнейших экономик мира. (По разным оценкам сегодня, напомним, это место — cедьмое-двенадцатое, а по объёму ВВП на душу населения — шестидесятое-семидесятое). Задание, по крайней мере, странное, миссия невыполнима. Чтобы задание было выполнено, надо, чтобы мировая экономика в ближайшие шесть лет рухнула, что, похоже, исключается!

Наконец, надо определиться с затратами на реализацию стратегии. Против объективно необходимых, в разы бо?льших средств, в одних случаях на всё про всё предполагается выделить 8, в других — 25 трлн. руб. (при нынешнем курсе рубля 120 —400 млрд. долл.)… В том числе по максимуму: на развитие дорог — 8,42 трлн. руб., демографию — 3,55, инфраструктуру — 1,79, "цифровую экономику" — 1,31 трлн. руб. При этом, как и прежде, явно недостаточный объём средств выделяется на образование (140—150 млрд. руб. в год), науку (15—20 млрд. в год в 2019—2022 гг. и 25—30 млрд. в 2023—2024 гг.) и попросту призрачные суммы — на культуру и охрану окружающей среды. Несмотря на ускоренный рост Фонда обязательного медицинского страхования, ограниченные средства предусматриваются и на развитие здравоохранения (ориентировочно — около 1,3 трлн. руб.) — и это на фоне многочисленных деклараций о том, что именно наука, образование, здравоохранение и культура, а не сырьевая экономика, торговля и банки будут определять мощь и перспективы России в предстоящие годы… И многократных обещаний самого президента страны шестикратно повысить совокупную долю этих отраслей в ВВП с 2,3 до 13,3%. Между тем в указе президента об этом — ни слова! Заметим, что именно из-за такого недофинансирования и распыления средств — все прототипы нынешних "национальных проектов" в прошлом с блеском провалились. Нет никаких сомнений, что при выделенных ресурсах подобная участь ждёт и ныне принимаемые проекты. Подчеркнём и то, что на реализацию аналогичных проектов в мире было израсходовано на порядок больше сил и средств и в десяток раз больше лет. Но зато там всё сделано и служит людям веками, а не рушится как дальневосточный мост или питерский и другие олимпийские стадионы ещё до завершения строительства.

Конечно, все намечаемые показатели должны рассматриваться не сами по себе, а в сравнительном контексте с аналогичными показателями, характеризующими достигнутые уровни и высшие достижения в развитии соседних стран и мировой экономики.

Возьмём пример Китая, где рост ВВП с 2006 по 2015 годы составлял от 6,8% до 14,2%. Сегодня их ВВП в пять раз больше, чем у нас, и даже превысил ВВП США. Между тем ресурсов роста сегодня в России больше, чем в Китае в 1992 году, когда ВВП Китая был меньше российского ВВП.

Приступая к практической реализации новой стратегии, нам в первую очередь надо преодолеть бесхозяйственность и повысить эффективность использования имеющихся материальных, трудовых и финансовых ресурсов, уровень которой находится ниже нижнего предела.

Сегодня в России — 130 тыс. убыточных или неработающих заводов и фабрик, 42 млн. га пустующих земельных угодий, 12 млн. безработных, 30 млн. лиц без определённых занятий, 45% неиспользуемых производственных мощностей.

Консолидированный годовой бюджет потерь России составляет 1,5 трлн. долларов США и превышает весь годовой объём ВВП России — эти резервы должны быть использованы на благо предстоящего развития в полном объёме.

К числу первоочередных целей в Стратегии-2024 относится задача сокращения административных процедур и барьеров, решение которой открывает прямой путь к снижению уровня коррупции.

Коррупция существует во всех странах. И в России воровали всегда. Но такого уровня коррупции, как сегодня, в России не было за всю её историю. Страна с таким уровнем коррупции развиваться не может. Мы и не развиваемся. Более того, наша страна разрушается.

Вот некоторые факты:

— в 2016 г. в международном рейтинге уровня коррупции Россия занимала 136 место из 174 стран (вместе с Нигерией, Камеруном, Киргизией), одна радость: Украина по уровню коррупции в том же рейтинге — на 142 месте;

— теневая экономика составляет от 40 до 50%;

— примерно половина экспорта и импорта идет "мимо кассы", бюджет страны ежегодно недополучает 70—80 млрд. долларов в виде таможенных сборов и пошлин или треть своего общего объёма. Например, по данным ООН, представленным Россией, в 2015 году Россия поставила в США товаров 27 группы (углеводороды) на 3 млрд. долл., а по данным, представленным США, они получили эти товары из России на сумму 9 млрд. долл. Соотношение данных по этой же 27 группе с Германией составляют 10,9 млрд. долл. и 27,1 млрд. долл. Т.е. эти две страны получили в 2,6 раза или на 22,2 млрд. долл. (1,3 трлн. руб.) больше углеводородов, чем мы им поставили;

— более половины крупной российской собственности зарегистрировано в офшорах;

— ежегодные потери на госзакупках (пресловутая административная рента) превышают 1,2 трлн. руб. в год или 9% всего госбюджета; примерно во столько же обходятся России потери на отмывании денег, санации и ликвидации банков, завышении кредитных ставок и курсовых разниц, других попустительских схемах сомнительного обогащения; например, как сообщил зампред Банка России Михаил Сухов на заседании комитета Госдумы по финансовому рынку, потери предприятий в 72 российских банках с отозванной лицензией, составили порядка 400 млрд. рублей;

— консолидированный коррупционный бюджет России превышает 500 млрд. долларов США или 40% годового объёма ВВП и вместе с потерями выступает главным тормозом повышения темпов экономического роста, расширения ёмкости отечественного рынка, увеличения доходов и улучшения благосостояния населения.

Острой остаётся проблема социального неравенства и бедности. "Имущественное неравенство в России является самым высоким в мире, за исключением малых народов Карибского бассейна" — таково мнение независимых экспертов ООН. Население нищает. По подсчётам экспертов ВШЭ, в 2016 году трудности с покупкой продуктов или одежды испытывал 41% россиян (при этом у 11% жителей страны денег не хватает даже на продукты).

На фоне падения производства продолжается деградация образования, здравоохранения, науки, культуры. Растёт уровень преступности, алкоголизма и наркомании.

Умы и капиталы бегут из России. В 2014 году страну покинули более 320 тыс. россиян. Только в США получили рабочие и студенческие визы, дающие право на временное пребывание, 245,6 тыс. россиян, что в два раза больше, чем десять лет назад. Вид на жительство в странах Европы был предоставлен примерно 75,3 тыс. россиян. В 2016 году Россию покинули 350 тыс. граждан. Чистый вывоз капитала частным сектором с 2008 по 2014 годы составил 570 млрд. долларов или 17,1 трлн. руб. (если считать по курсу $1 = 30,0 руб.). В последние три года эта величина возросла ещё на 100 млрд. долларов.

Растёт экономическая зависимость России от иностранного капитала. Иностранцам принадлежит не менее 65% крупной российской собственности. Еще 10% или почти 200 тыс. предприятий находится в офшорной и смешанной российско-иностранной юрисдикции.

Под вопросом — продовольственная безопасность России.

По данным Министерства сельского хозяйства:

"Доля иностранного капитала в пищевой промышленности превышает 60% и продолжает устойчиво расти. Как только на российском рынке появляется сильное отечественное производство или бренд, пользующийся популярностью у потребителя, они сразу скупаются иностранными корпорациями.

В большинстве сегментов российского рынка продуктов питания и напитков наибольшая доля принадлежит иностранным корпорациям:

— почти 60% рынка молока;

— более 70% рынка соковой продукции;

— порядка 80% рынка замороженных овощей и фруктов;

— более 90% рынка плодовоовощной консервации;

— более 80% рынка пивоварения.

Отечественные компании пока сохраняют лидерство на рынках мясопереработки и хлебобулочных изделий, однако в данных сегментах также прослеживается общий тренд — поглощение более мелких компаний крупными корпорациями, в том числе западными".

Даже предприятия-производители "исконно российских" товаров принадлежат иностранцам. Например, молочные продукты "Домик в деревне" и "Весёлый молочник", вода "Ессентуки", соки "Фруктовый сад", "Любимый", "Тонус", "Я", "Добрый", квас "Кружка и бочка", печенье "Юбилейное", шоколад "Воздушный" со слоганом "Россия — щедрая душа", вафельный торт "Причуда", конфеты "Коркунов" принадлежат США; "Простоквашино" и "Растишка", а также автомобиль "Лада" — Франции; конфеты "Белочка" и "Мишка на севере" — Норвегии; мороженное "48 копеек" — Швейцарии; пиво "Балтика", "Невское", Жигулёвское" — Дании; пиво "Охота", "Три медведя" — Нидерландам; пиво "Клинское" — Бельгии. И т.д.

Быстрыми темпами идёт разрушение российской промышленности. Численность работников машиностроения за 20 лет сократилась в 3,7 раза. Итоги действий российской власти за последние 25 лет подвел Минпромторг: "…во многих стратегических отраслях промышленности доля импорта в потреблении превышает 80 процентов, что создаёт потенциальную угрозу как для национальной безопасности, так и конкурентоспособности российской экономики в целом. При этом наиболее перспективными с точки зрения импортозамещения являются: станкостроение (доля импорта составляет более 90%), тяжелое машиностроение (до 80%), лёгкая промышленность (до 90%), радиоэлектронная промышленность (до 90%), фармацевтическая и медицинская промышленность (до 80%)".

Рост доли импортной промышленной продукции на российском рынке начался в 1991 году и продолжается до сих пор, дойдя до 80—90%. Соответственно, российская продукция составляет от 20 до 10%. И эта доля сокращается с каждым годом, несмотря на призывы и указания президента.

В России производить не выгодно. Например, тракторный завод, принадлежащий объединению "Ростсельмаш", находящийся в Канаде и получивший в 2012 году прибыль в размере 16,4 млн. долл., в российских условиях имел бы убыток 21,7 млн. долл., т.е. не мог бы работать. Именно налоги — главная статья, определяющая убыточность предприятия в России. Завод в Канаде в 2012 году заплатил в виде налогов 47,9 млн. долл.; в России такой завод должен заплатить 74 млн. долл., т.е. на 26,1 млн. долл. больше. На заводе в Канаде работают 14 бухгалтеров, а в России для такого завода потребуется 65 бухгалтеров (на Ростсельмаше работают 200 бухгалтеров). К тому же в Канаде заводу дают кредиты под 2,3%, электроэнергия в два раза дешевле, чем в России, и т.д. Но налоги — главное.

Аналогичные результаты получены при сопоставлении налогового бремени на предприятия в России и США. В США нет НДС (у нас — 18%), существующий в США налог с продаж в разных Штатах (от 5% до 11%) производственников не касается). В США нет налога на имущество (у нас — 2,2%), приобретаемое оборудование стоимостью до 2 млн. долл. в год в США списывается на себестоимость (у нас — сначала заплати 20% налог на прибыль, а потом постепенно амортизируй). Социальные взносы у них — 13,3% (у нас — 30%), в США прогрессивный налог на прибыль предприятий от 15% до 38% и прогрессивный подоходный налог — до 39,6%: чем беднее предприятие или гражданин, тем меньше ставки налогов. Предприятию дают "подняться", а лишь потом разумно "стригут". Более половины населения США освобождено от уплаты налогов. У нас, вопреки Конституции РФ (п. 2 статьи 7), берут 13% даже с доходов ниже прожиточного минимума. В результате налоговая нагрузка на малое производственное предприятие в США в 3—5 раз ниже, чем на такое же предприятие в России. Россия испытывает острый недостаток средств для финансирования экономики, обороны и социальных программ. У нас вопиющие диспропорции в развитии центра и регионов. Нашу экономику разрушают некомпетентность и безответственность кадров на всех уровнях и во всех отраслях и, как следствие, низкое качество и неэффективное использование инструментов управления экономикой, в том числе: налоговой, банковской и страховой, финансово-валютной, таможенно-тарифной, судебной систем, а также — приватизации и национализации, промышленной политики, деофшоризации и демонополизации экономики.

Стратегия должна содержать не только цели, но и методы решения указанных задач.

В краткосрочном периоде (2017—2019 гг.) мы предлагаем меры, реализация которых, по нашим расчётам, позволит получить для бюджета дополнительные доходы в сумме от 11 до 15 трлн. руб. ежегодно за счёт более рационального распределения имеющихся ресурсов и некоторых мер по совершенствованию администрирования. В том числе за счёт: совершенствования налогового администрирования; cовершенствования механизма учёта и возврата НДС (1,5—2 трлн. руб.); совершенствования подоходного налогообложения (2—3 трлн. руб.); наведения порядка на таможне (2 —3 трлн. руб.); повышения эффективности изъятия природной ренты (1,5—2 трлн. руб.); деофшоризации экономики (4—5 трлн. руб.).

В последующие годы доходы будут расти за счёт дальнейшего совершенствования системы управления и повышения эффективности производства.

Практическая реализация намеченных задач может гарантировать достижение тех самых темпов и пропорций экономического роста, которые, несмотря на множество ранее принятых решений, никак не мог обеспечить прежний экономический блок Правительства России. Будем надеяться, что с учётом изложенных предложений новому экономическому блоку это удастся сделать.

Принятая стратегия — это, как ни крути, во многом стратегия самоизоляции России. Между тем объективно обусловленное и законное место России — в самом широком участии в международном разделении труда, в глобализации, во всех мировых экономических союзах. Потребуется немало сил и преобразований, чтобы это законное место занять. Однако овчинка стоит выделки! Замыкание России в созданных себе подобных локальных объединениях, в том числе в ЕАЭС, явно недостаточно и грозит большими столкновениями и потерями в будущем. Реализация новой стратегии не должна повторить историю почти полного провала майских указов 2012 года — равно как историю простой перелицовки всех прежних проваленных национальных проектов. В стратегии представлены голые цифровые задания, без какого-либо их ресурсного обоснования и обеспечения. Стратегия — это и методы и механизмы реализации намечаемых целевых задач, новые, не имеющие аналогов в мире решения и манёвры, которые тоже в явном виде не предъявлены.

Сочинять любую стратегию без опоры на точные цифры и факты — пустое занятие. Это то же самое, что отправлять людей в разведку, не имея минной карты. У сочинителей нынешних стратегий таких цифр и фактов нет. Всё делается наугад, вслепую. Чтобы решать задачи по точному профилю и действовать уверенно и убедительно, необходима всеобщая инвентаризация и единая "дорожная карта" всех наличных ресурсов России. В России такой инвентаризации и такой карты никогда не было. Не в этом ли всеобщем незнании фактического положения дел — наша изначальная беда и причина совершаемых ошибок? Не с этого ли мы должны начинать "ваяние" всевозможных проектов и указов "как действовать" чиновникам со знанием дела. Грамотно и предприимчиво, чтобы уметь задания не только сочинять, но и исправно выполнять!

Настоящая стратегия — это то, что реально можно выполнить. Вместо этого перед нами тиражированные копии прежних наспех перелицованных "прожектов", представляющие собой худшие образцы "дремучего охранительства и бюрократической мертвечины", избавляться от которых настойчиво призывал всех чиновников России сам В.В. Путин в своей инаугурационной речи 7 мая 2018 года. С учётом изложенных соображений, обсуждаемая стратегия как настольное руководство к действию требует существенных исправлений и дополнений.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 30 мая 2018 > № 2628944 Василий Симчера


Россия > Медицина > roszdravnadzor.ru, 28 мая 2018 > № 2637197 Михаил Мурашко

Интервью руководителя Росздравнадзора Михаила Мурашко агентству ТАСС в рамках Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ-2018)

Глава Росздравнадзора: нельзя врачу за любое осложнение грозить уголовной ответственностью

Глава Росздравнадзора Михаил Мурашко в интервью ТАСС на полях ПМЭФ рассказал, от чего зависит внутрибольничная летальность и как декриминализация ошибок поможет врачам более эффективно лечить пациентов

– Михаил Альбертович, что такое внутрибольничная летальность, что это за показатель такой в России, в мире, как он считается и от чего он зависит?

– Показатель больничной летальности в целом отражает количество летальных исходов к числу выписанных медицинской организацией пациентов и выражается в процентах. Этот показатель сложно сравнивать между госпиталями, потому что виды медицинских организаций по профилю могут иметь разные условия и разные результаты: чем меньше клиника применяет инвазивных методов лечения, хирургических вмешательств, чем ниже тяжесть поступающих пациентов, тем ниже будет показатель летальности. Онкологические заболевания, экстренная и неотложная помощь могут увеличить этот показатель, влияние оказывает и вид патологии курируемых пациентов, и ряд других факторов.

— То есть нельзя оценивать просто один показатель летальности?

— Уровень летальности может колебаться от применения клиникой современных методов лечения, позволяющих быстро восстановить пациента, наличия высокотехнологичного оборудования. Низкие уровни имеют, как правило, организации, которые работают с пациентами плановыми. Поэтому целесообразнее оценивать количество условно предотвратимых случаев, которые могут быть связаны с безопасностью оказания медицинской помощи, с течением самого заболевания или с использованием тех или иных продуктов и технологий.

– Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) выделяет в качестве основных факторов, влияющих на эти показатели, антибиотикорезистентность, которая развивается в мире, и врачебные ошибки. Вот в этой связи расскажите о работе Росздравнадзора по этим направлениям.

– Я бы поговорил здесь в целом о безопасности пациентов. Этой же теме был посвящен Третий Глобальный Саммит руководителей здравоохранения стран, прошедший недавно в Токио. На нем была принята декларация, которая как раз учитывает определенные направления, в том числе и безопасность лекарственной терапии, которая включает в себя и подбор препаратов, и антибиотикорезистентность, и сочетание лекарственной терапии, и возникновение непредвиденных реакций, и многое другое.

Также в декларацию вошли основы безопасности пребывания пациента как лица, которое может получить травму или пострадать от ошибок при хирургическом вмешательстве и многое другое. Российская Федерация в формировании национальной системы безопасности пациента ориентируется на лучшие международные практики.

– Если говорить о СанПиНах для больниц в России, достаточны ли они или нужны какие-то изменения?

— Санитарные нормы и правила позволяют не только профилактировать внутрибольничные инфекции (они же инфекции, связанные с оказанием медицинской помощи), но и касаются формирования регламентов, расследования случаев, профилактики осложнений, в том числе формирования для каждой медицинской организации комплекса мер в зависимости от специфики учреждения. Разработкой и контролем за их исполнением занимается Роспотребнадзор.

Один из наших посильных вкладов – это разработанные два года назад методические рекомендации по вопросам профилактики внутрибольничных инфекций или инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи по типу чек-листа. Мы его активно обсуждали с нашими коллегами – экспертами-эпидемиологами, которые высоко оценили данный раздел по внутренней безопасности пациентов. Сегодня наши рекомендации уже внедрены в 16 регионах страны, в более чем 50 медицинских организациях, и они показали свою высокую эффективность.

— Какие факторы важны при профилактике внутрибольничных инфекций?

— Мы должны учитывать все: состояние зданий и помещений, качество медицинской продукции, качество работы персонала, хирургическую технику, своевременную диагностику и лечение. Нельзя рассматривать данный вопрос только как какую-то врачебную ошибку или в чистом варианте осложнение. Есть прогнозируемые осложнения в силу состояния иммунитета или инфицирования пациента.

Кроме того, важно сказать, что понятие "врачебная ошибка" — это термин, к сожалению, юридически не устоявшийся и не имеющий четкого определения.

– То есть, по сути, можно сказать, что то, что условно называется врачебной ошибкой – это на самом деле комплекс недочетов, в том числе ошибки системы и человеческий фактор?

– Да, и, наверное, именно это затрудняет какую-то юридическую формулировку.

— Как сейчас осуществляется разбор врачебных ошибок?

— Сегодня наметился новый тренд. Как в разборе так называемых врачебных ошибок, так и при разборе случаев осложнений при оказании медицинской помощи: фиксировать те или иные осложнения, уточнять какими инструментами они проводились, при каких условиях, при каких состояниях пациента, при каком объеме диагностического исследования, как связано с последующей профилактикой. В конце концов, медицинское сообщество очень высоко интеллектуально и очень критично всегда относится к результатам своей деятельности. Существуют консилиумы, комиссии по разбору сложных случаев.

— Декриминализация врачебных ошибок может помочь?

— Нельзя медика загонять в условия, когда любое осложнение влечет за собой или финансовый, или уголовный формат преследования. После этого, к сожалению, врачебное сообщество начинает перестраховываться, затягивать принятие решений. К примеру, врачебный консилиум: в каких-то ситуациях он просто необходим. Но бывает, что врач в попытке обезопасить себя и избежать единоличной ответственности, неоправданно привлекает коллег и консультантов, что, по сути дела, повторюсь, оттягивает принятие решения и непосредственно влияет на качество и оперативность медицинской помощи.

— Какие врачи подвергаются наибольшему риску?

— Врачи оперирующих специальностей, анестезиологи, врачи скорой помощи подвержены наиболее высокому риску. Мы должны сохранить привлекательность этого направления деятельности для того, чтобы наше население имело возможность получать данный вид помощи. Чтобы избежать смещения в сторону врачей терапевтического или диагностического профиля. Мы должны иметь все специальности, и это принципиально важно для страны.

– Как в идеале должен быть организован разбор врачебных дел?

– Каждый случай должен разбираться широко врачебным сообществом, начиная с врачебной комиссии. Если этого недостаточно, то рассматриваться уже не на уровне медицинской организации, а, если это необходимо, на уровне нескольких организаций, департаментов, с привлечением специалистов разного профиля.

Когда медучреждение разбирает вопросы, связанные с оказанием медицинской помощи, оно подходит к этому очень педантично и ответственно. Но, конечно, нельзя оставлять врачебное сообщество только во внутренних аудитах. Существуют и внешние экспертизы качества оказания медицинской помощи — со стороны страховых медицинских организаций, со стороны фондов обязательного медицинского страхования и государственного надзора в лице Росздравнадзора.

– Хватает нам нормативно-правовой базы для этой работы?

– Нам необходимо работать над перечнем ситуаций, при которых действительно необходимо применение разных мер наказания: дисциплинарных, административных и уголовных. Уголовное преследование необходимо минимизировать.

На наш взгляд, сегодня именно система работы экспертов разного уровня, страховой медицинской организации, Росздравнадзора должна формировать повод для передачи информации в Следственный комитет или для внутреннего разбора с финансовыми претензиями к медицинской организации. Поверьте, каждый медик вам скажет, что любое возбужденное уголовное дело даже "по факту", не в отношении конкретного лица, или доследственная проверка вызывает самую яркую эмоциональную реакцию. Конечно же, каждый специалист должен помнить об ответственности, но все-таки нельзя врача загонять в стрессовое состояния, когда он опасается принятия решений.

– Что можете сказать по законодательству, которое касается отпуска наркотических обезболивающих препаратов? У врачей до сих пор связано очень много страхов в этой связи, они по-прежнему боятся назначать обезболивающие препараты.

– Это как раз пример формирования устойчивой реакции, когда рефлексы достаточно сложно переформатировать. Во врачебном сообществе устоялся определенный уровень реагирования на назначения тех или иных препаратов и, соответственно, проблем, которые с этим могут быть связаны. Сегодня сознание стало меняться, но нужно делать дальнейшие шаги для того, чтобы в целом это не висело как дамоклов меч при принятии решения врачом.

– Много сейчас обращений в Росздравнадзор?

– Фактически это единичные обращения, но мы видим, что, к сожалению, не во всех регионах сегодня обращение пациентов стало вопросом, необходимым для быстрого рассмотрения. Поэтому мы продолжаем работать с горячей линией. Она, конечно, расширила сегодня свои полномочия и рассматривает значительно больший поток обращений и по направлениям, и по количеству.

— Какая задача стоит сейчас?

— Мы понимаем, что самый эффективный и быстрый метод решения проблемы пациента – это реагирование непосредственно в медицинской организации или в страховой медицинской организации. Мы хотим, чтобы медицинские организации уделяли больше времени данному вопросу. Для этого мы настраиваем свои территориальные органы и на профилактическую работу, чтобы при проверках они обращали внимание медицинских организаций на работу с пациентом: у людей должна быть возможность оперативно решать свои вопросы. Не только два раза в неделю, как написано в размещенном в холле поликлиники объявлении: к примеру, к главному врачу можно прийти по пятницам, а к его заместителю - по вторникам. Это неправильно. Дежурный администратор в медицинском учреждении должен присутствовать постоянно в часы работы организации.

– То есть это касается и первичного звена, поликлиник и амбулаторий?

– Это любой организации касается. И страховой компании, в том числе, потому что на каждом полисе написан телефон страховой медицинской организации, куда пациент может обратиться. Именно сокращение времени рассмотрения вопросов пациента – рассмотрение жалоб, консультирование по разным вопросам – мы считаем приоритетным направлением сегодня. Проект "Бережливая поликлиника", кстати, является одним из механизмов его реализации. Одна из главных задач сегодня – повышение удовлетворенности населения. Каждый пациент должен чувствовать себя основной фигурой в системе здравоохранения, он должен осознавать свою значимость и видеть, что его вопросы решаются оперативно и объективно. Это – программа-максимум для нас, и я уверен, что общими усилиями мы ее реализуем.

Беседовала Инна Финочка

Россия > Медицина > roszdravnadzor.ru, 28 мая 2018 > № 2637197 Михаил Мурашко


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 28 мая 2018 > № 2621795 Вероника Скворцова

Вероника Скворцова: систему ОМС необходимо централизовать и перевести на правило "двух ключей"

Вероника Скворцова — в интервью ТАСС о развитии въездного медицинского туризма и о планах по перестраиванию системы ОМС

Министр здравоохранения Российской Федерации Вероника Скворцова в интервью ТАСС на полях ПМЭФ рассказала о приоритетах при построении национальной системы здравоохранения, о планах по перестраиваю системы обязательного медицинского страхования, возможностях Российской Федерации по вхождению в число стран 80+, а также о том, как Минздрав планирует развивать въездной медицинский туризм.

— Какой курс у нас сейчас будет взят в здравоохранении на ближайшие шесть лет? Какие задачи в зоне ближайшего развития сейчас стоят?

— Первое, что хочу сказать, что мы не планируем менять курс: будем двигаться по выстроенным базовым векторам, они заложены в указе Президента Российской Федерации В.В. Путина. Я бы определила их таким образом. Первое — это формирование и совершенствование национальной системы здравоохранения, работающей по единым правилам на основе единой программы территориального планирования, которая будет согласованно меняться вместе с социально-экономическим и инфраструктурным развитием страны. Это единые критерии качества и доступности медицинской помощи, единая тарифная система и единые эффективные способы оплаты медицинской помощи. Для нас очень важно, чтобы честные и сильные игроки были в национальной системе.

Второй момент — это пациенториентированность. В центре любой отраслевой задачи должен стоять конкретный человек, и именно поэтому особое внимание мы уделяем развитию первой линии фронта — первичной медико-санитарной помощи. Это развитие сельской медицины, взрослых и детских поликлиник, выездных форм работы, телемедицины.

— За счет чего должна обеспечиваться пациентоориентированность?

— Наряду с развитием первичной медико-санитарной помощи, за счет нового для нашей страны института страховых представителей. Мы начали выстраивать этот институт в конце 2016 года, и сейчас имеем уже более 9 тыс. страховых представителей трех уровней. Каждый пациент должен иметь телефон своего страхового представителя.

Благодаря действиям страховых представителей, в 2017 году были проинформированы более 21,2 млн граждан, подлежащих диспансеризации, из них более 9,2 были проинформированы повторно, что дало возможность на 6,2 процентных пункта увеличить количество прошедших диспансеризацию, по сравнению с 2016 годом.

Во всех регионах организованы и работают 215 региональных и 25 федеральных колл-центров. Сегодня уже можно сказать, что время дозвона не превышает 20 секунд.

Кроме того, уже в 2017 году на 30,3% увеличилось количество обращений по телефону горячей линии в сравнении с 2016 годом, более чем в 2 раза (+ 226%) увеличилось количество обращений о видах, качестве и условиях предоставления медицинской помощи по программам ОМС, на 9,8% увеличилось количество граждан, обратившихся по телефону горячей линии за разъяснениями (консультацией). Количество жалоб снизилось почти на треть (- 29,3%).

— Какие еще сферы должны быть преобразованы в ближайшее время?

— Важнейшая задача — это достраивание и совершенствование системы обязательного медицинского страхования (ОМС). С 1 января 2013 года мы ввели единый подушевой финансовый норматив базовой программы ОМС, т.е. впервые после советского времени фактически вернулись к принципу социальной справедливости, поскольку право на охрану здоровья является главным правом каждого человека. С 2014 года мы внедрили единую тарифную политику, и поэтапно с конца 2013 года по настоящее время мы разработали и внедрили самые эффективные методы оплаты медицинской помощи, которые существуют в мире, на основе так называемых клинико-статистических групп. Начинали мы с нескольких десятков клинико-статистических групп, сейчас их уже более 500. Они стали более выверенными и точными, уже доказали свою эффективность.

Если на начало 2012 года различия в тарифах на одни и те же виды медицинской помощи и услуги составляли до 25 раз между регионами, то сейчас они минимальны. Эта правильная экономическая модель позволила существенно уменьшить межрегиональные различия. Но система сейчас все еще децентрализована, и на этом я бы хотела остановиться. То есть мы имеем федеральный фонд ОМС и независимые территориальные фонды ОМС.

— То есть территориальные фонды сейчас существуют разрозненно?

— Совершенно верно — разрозненно. Они находятся под управлением каждого региона. Если средства доводятся до региона по понятным правилам с учетом численности населения и коэффициентов дифференциации регионов, рассчитываемых Минфином, то далее, в самом регионе, тарифная комиссия, которая формируется из местных организаторов здравоохранения, определяя территориальную программу государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи, может допускать достаточно серьезные искажения. Они, естественно, отражаются на эффективности использования ресурсов. Сейчас, находя ошибки и недостатки в территориальных программах государственных гарантий, мы можем лишь заявлять о них регионам и разъяснять необходимость их устранения. Однако, у нас нет юридических механизмов заставлять регионы исправлять искажения и делать правильно.

— Что может исправить эту ситуацию?

— В наших планах — поставить вопрос о вертикализации системы обязательного медицинского страхования, преобразовании территориальных фондов ОМС в территориальные подразделения федерального фонда ОМС, и введении так называемого правила "двух ключей". То есть территориальные комиссии, которые будут формировать территориальные программы госгарантий, должны работать под двойным руководством — руководителя департамента здравоохранения региона и руководителя территориального подразделения Федерального фонда ОМС. В этом случае уже при планировании программы, а затем при ее реализации будут исключены искажения.

— То есть этот дисбаланс регионов в оказании медицинской помощи по госгарантиям, который сейчас существует, он, может быть устранен?

— Сейчас дисбаланс уже незначительный, но он остается, поскольку остается возможность каких-то искажений в каждом регионе. Система ОМС является тем механизмом, который настраивает все финансовые потоки и обеспечивает информацию о том, как происходит оказание медицинской помощи, в каких объемах, в каком качестве. Важно отметить, что, в отличие от всех других социальных внебюджетных фондов — Фонда социального страхования, Пенсионного фонда, Фонд ОМС — единственный из них, не является чисто финансовым механизмом: этот фонд имеет еще функции контроля и экспертизы качества медицинской помощи по пролеченным случаям — проводит экстренные, целевые и плановые экспертизы. Кроме того, Фонд ОМС поддерживает систему страховых представителей, которые чрезвычайно важны в создании пациентоориентированной системы.

— В качестве одной из задач вы также называли развитие первичной медико-санитарной помощи. Что с ней сейчас?

— Первичное здравоохранение, особенно на селе, имело непростую судьбу, особенно, в 90-х начале 2000-х. Было закрыто более 10 тыс. объектов здравоохранения. Сейчас ситуация обратная: этот процесс удалось не просто остановить, но и начать вводить новые учреждения, ремонтировать старые. Если в начале 2017 года нам не хватало примерно 1100 объектов сельской медицины. Сейчас — порядка 700. Выездные формы мы нарастили за пять лет более чем в 2 раза. Но еще очень многое предстоит сделать.

Нам поставлена задача Президентом Российской Федерации Владимиром Путиным завершить формирование эффективно работающей системы первичного звена, в том числе сельской медицины.

— Один из проектов Минздрава — внедрение бережливых технологий в поликлиниках. Как идет работа?

— Бережливые поликлиники шагают по всей стране: больше 40 регионов внедряют эти технологии. У нас более 1 000 поликлиник уже в этом проекте. Но общее количество поликлиник много больше. В течение трех лет мы планируем внедрить этот проект во всех детских поликлиниках.

Хочу отметить, что в тех поликлиниках, которые уже вошли в проект (а этот проект мы реализовываем совместно с администрацией Президента и корпорацией "Росатом"), были проведены комплексные ремонтные работы, произведено разделение потоков больных и здоровых посетителей, введена навигация, внедрен новый подход к графику специалистов, произведена оптимизация рабочих мест медицинского персонала и введен электронный документооборот, созданы центры медицинской профилактики там, где их не было.

По результатам реализации проекта сократилось время ожидания очереди в регистратуре в среднем в 4 раза, в очереди на прием к врачу — в 8 раз, прохождение диспансеризации — в 2,3 раза время нахождения у врача увеличилось — почти в 2 раза. А это означает рост удовлетворенности пациентов. Кстати, не только их, но и медиков, работающих в этих поликлиниках.

— А что можно сказать касательно обновления детских стационарных учреждений?

— Вместе с регионами мы выявили потребности в обновлении инфраструктуры детских больниц: строительстве, реставрации, капитальном ремонте. На основании этих данных разрабатывается программа их обновления.

Уже утверждена ведомственная целевая программа "Развитие материально-технической базы детских поликлиник и поликлинических отделений детских стационарных организаций". Реализация программы позволит провести необходимые мероприятия по дооснащению детских поликлиник всем необходимым и созданию в них организационно-планировочных решений, обеспечивающих комфортность пребывания детей.

Будут внедрены единые подходы при оказании первичной медико-санитарной помощи детям независимо от места их проживания. Эту программу предстоит реализовать в короткий срок — в 2018-2020 годах.

— В какой стадии сейчас находится инициатива Минздрава России по внедрению клинических рекомендаций?

— Мы уже внесли в Государственную думу проект федерального закона, вносящий изменения в базовый для отрасли Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", который сейчас готовится к первому чтению. Законопроект вводит в правовое поле клинические рекомендации — единые для всей страны алгоритмы ведения больных по группам заболеваний с учетом их индивидуальных особенностей. Клинические рекомендации включают в себя разделы с критериями качества оказания медицинской помощи, которые принимаются приказами Минздрава, утверждаются Минюстом и являются обязательными на всей территории страны. На их основе формируются регламенты экспертиз качества медицинской помощи в рамках различных видов контроля. Так создается система управления качеством медицинской помощи. На сегодня Министерством вместе с профессиональным сообществом разработаны более 1200 клинических рекомендаций при всех основных заболеваниях.

Кроме того, клинические рекомендации являются базой для обновления образовательных медицинских программ подготовки медицинских специалистов по каждому профилю. Таким образом, уровень развития современной медицины определяет требования к подготовке врачей.

— Какое место в системе национального здравоохранения будет занимать цифровая медицина?

— Курс на цифровизацию медицины мы взяли несколько лет назад и будем ему следовать. В прошлом году был принят "закон по электронному здравоохранению", которым заложены правовые основы для функционирования единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения, электронного документооборота, телемедицины, электронных рецептов. Последовательно в течение 2–3 лет мы должны сформировать скелет единого медицинского цифрового пространства с запуском личного кабинета пациента, перекрестного документооборота, телемедицины, работающей для пациентов и медицинских работников. Мы создали в 2017 году сесть национальных медицинских исследовательских центров, и с этого года они получают государственное задание на выполнение своих головных методологических функций, в том числе обеспечивая круглосуточную телемедицинскую связь со всеми региональными медицинскими организациями третьего уровня.

— Как сейчас обстоит ситуация с кадрами? Что делает Минздрав для ликвидации дисбаланса?

— Кадровые дисбалансы в отрасли накапливались десятилетиями. Для их ликвидации уже сделаны существенные шаги. Если год назад мы говорили о том, что у нас не хватает в амубулаторно–клиническом звене более 35 тыс. врачей, то сейчас — на 8 тыс. меньше — 27 тысяч. Особенно важно, что дефицит сократился в первичном звене и по самым востребованным специальностям — онкология, рентгенология, патологическая анатомия. Поэтому система постепенно балансируется, чему помогают целевая подготовка специалистов: эффективность ее превысила 90%, по данным прошлого года, а также программа "Земский доктор", в рамках которой уже более 29 тыс. врачей переехали в сельскую местность, рабочие поселки и поселки городского типа. С 2018 года начата реализация программы "Земский фельдшер".

— А уровень подготовки врачей?

— Речь идет уже не просто о подготовке, а о непрерывном профессиональном образовании врача, которое проходит через всю жизнь. И для того, чтобы это осуществить, был создан федеральный портал непрерывного медицинского образования. Он в развитии: сейчас уже на нем зарегистрировано более 300 тыс. врачей. Более 80% врачей уже имеют автоматизированные рабочие места с открытым входом в специальные информационные медицинские базы, электронный рубрикатор клинических рекомендаций, дистанционные образовательные программы. То есть компьютер позволяет врачу не только быть включенным в телемедицинскую сеть, но и повышать свою квалификацию на рабочем месте.

— В майском указе Президента было также поручение увеличить экспорт медицинских услуг, по сути, въездной медицинский туризм. Могут ли современные инновационные разработки сделать эти медицинские услуги в России более привлекательными для иностранцев? Что их интересует у нас?

— Иностранцев интересует обычно специализированная помощь и то, что мы называем высокотехнологичной медицинской помощью, поскольку эти виды помощи у нас не менее качественные, чем в других странах, но при этом существенно дешевле стоят. И если в 2015 году мы оказывали помощь примерно 35 тыс. иностранцев, причем 20 тыс. — в федеральных учреждениях, то в 2017 году федеральные учреждения приняли уже более 110 тыс. пациентов для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи по большому спектру профилей: травматология и ортопедия, акушерство и гинекология, кардиология, онкология, офтальмология и др. То есть прирост за один год — в разы. И ясно, что потенциал у нас еще очень большой. И это касается не только наших ближайших соседей, но и дальнего зарубежья. Например, немало пациентов приезжают к нам из европейских, ближневосточных, азиатских стран.

— Вы говорили из Германии на эндопротезирование едут.

— Страховые компании Германии обращаются к нам с тем, чтобы по страховке немецких пенсионеров направлять к нам для эндопротезирования суставов — тазобедренных, коленных, для планового стентирования, ангиопластики и других операций. На ЭКО приезжают пациенты со всего мира при неудавшихся попытках в других странах. Офтальмология очень почитается, немало других направлений. Поэтому привлекательность высока и, уверена, будет еще больше с появлением дополнительных инновационных решений.

— У поручения Президента "80+" есть еще один аспект — развитие геронтологической службы. Европейские страны или та же Япония занимаются этим уже несколько десятилетий. Нам сейчас все это предстоит в таком ускоренном режиме внедрить. Сколько времени нам потребуется, чтобы, например, достигнуть уровня европейских стран, как у них сейчас это устроено?

— Наша задача — за короткий срок сравняться с передовыми странами в этой области — такими, как Япония, где самая развитая система гериатрической и геронтологической служб. Для получения опыта мы заключили договор с Минздравом Японии по совместному развитию этих областей медицины. Сегодня для развития геронтологии в нашей стране создана вся необходимая нормативная база: разработан порядок медпомощи, специальные документы для специалистов-геронтологов. Внесены изменения в порядки работы первичного звена: так, когда доля людей старших возрастных групп высока, увеличивается численность среднего медицинского персонала, осуществляющего индивидуальное посещение пациента, патронажное наблюдение. Геронтология и гериатрия имеют еще одно смежное с ними направление — паллиативную помощь, многие принципы которой актуальны, в первую очередь, для старших возрастных групп. Мы очень существенно увеличили число паллиативных коек за прошедшие 5 лет — в 9 раз. И паллиативная служба в нашей стране была создана, что называется с нуля. Конечно, многое еще предстоит сделать в перспективе, и мы обязательно будем работать над этим.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 28 мая 2018 > № 2621795 Вероника Скворцова


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 26 мая 2018 > № 2622199 Александр Калинин

«Крымский мост даст свободу товарам и работникам»

«Опора России»: программу льготного кредитования малого бизнеса нужно увеличить

Евгения Петрова

Вывести из теневого сектора миллионы россиян, занимающихся частным предпринимательством, можно, только создав для них удобный и выгодный правовой и налоговый режим. «Иначе самолет не полетит», говорит глава «Опоры России» Александр Калинин. О налоговых проблемах, пользе моста в Крым и том, чего ждать предпринимателям от программы реновации, он рассказал в интервью «Газете.Ru» в рамках ПМЭФ.

— Президент России Владимир Путин поставил задачу, чтобы в малом бизнесе к 2024 году были задействованы 25 млн человек. За счет чего можно достигнуть таких показателей?

— Это возможно, и мы точно это сделаем. Первый момент — кто может прийти? Конечно, самозанятые. Есть отдельное поручение президента, по которому уже в этом году должен быть создан правовой и налоговый режим для таких людей. Нужно, чтобы порядка 10 миллионов граждан, которые занимаются предпринимательской деятельностью, но никак не оформляют свои отношения с государством, сочли, что им выгодно это сделать.

Для этого необходимо, чтобы режим был прост и необременителен. И, как предполагает Минэкономразвития и наша организация, речь может идти о платежах, составляющих процент от поступающих денежных средств. Сейчас называется цифра 3-6%, куда будут входить отчисления в Пенсионный фонд России, Фонд обязательного медицинского страхования и Фонд соцстрахования.

Взамен человек получает статус и гарантии, что банки не будут блокировать его платежи, он может получать финансирование, может рассчитывать на меры господдержки, социальное и пенсионное обеспечение. Но, повторюсь, что это должно быть удобно и выгодно, иначе самолет не полетит.

— В сегодняшних экономических реалиях возможно ли создать условия для привлечения такого числа людей?

— Во-первых, эти люди фактически есть, и они занимаются малым или микро-бизнесом, просто не оформляют свои отношения. Второе — возьмем личные подсобные хозяйства. Это точно производители, они создают продукцию и как-то продают ее на рынках, на улицах за достаточно небольшую сумму, потому что нет доступа на рынки сбыта. Это еще порядка 2 миллионов человек. Они не могут пользоваться мерами поддержки, дешевыми кредитами.

Перед такими людьми точно нужно обнажить голову, они работают на земле, создают что-то своими руками, правда, не являются предпринимателями. Здесь нужно действовать через механизмы сельскохозяйственной кооперации, которые у нас не развиты.

Плюс, в России молодые люди интересуются, и порядка 40% хотели бы попробовать себя в малом бизнесе.

Но если в европейских странах 15% желающих пробуют себя в бизнесе, то у нас это меньше 10%, по-моему, где-то 7%. Это говорит о том, что молодежь хочет идти в малый бизнес, но их останавливает отсутствие квалификации, связей, уверенности.

Все это может дать то, если мы по примеру Чехии и Финляндии еще в школах начнем преподавать основы предпринимательской деятельности. Это все просто и не требует дополнительного финансирования.

— Вернемся к вопросу о налоге для самозанятых. Как вы уже сказали, в Минэкономразвития и Минфине предлагалось ввести налог на уровне 3-6%. Не даст ли такая нагрузка обратного эффекта, и теневая занятость еще больше будет расти?

— Дело в том, что эти люди уже сейчас и так находятся в темном секторе. Среди них, как правило, граждане, которые просто подрабатывают в свободное время: мастера, преподаватели, спортивные инструкторы, косметологи и другие специалисты. У них формируются свои пенсионные права, но они вынуждены искать дополнительный заработок. Они бы хотели зарабатывать больше, но нелегальный статус не дает это сделать.

Конечно, когда ты вышел уже на какой-то определенный уровень, доходы, открытие ИП — это не проблема. Но для тех людей, у которых нерегулярные доходы, а скорее подпитка от других доходов, это важно. Мы поддерживаем идею Минэка о специальной платформе — человек может просто скачать приложение, зарегистрироваться, работать, показывать свои доходы.

— Например, возьмем людей пенсионного возраста. Бабушка вяжет носки, продает их около метро. Она же не сможет зарегистрироваться, тем более платить налоги из своей пенсии в 10 тысяч рублей…

— В метро не все так грустно, люди зарабатывают хорошие деньги, даже криминализируют нашу экономику, потому что всегда есть смотрящий.

Другое дело, что тем, кто вяжет, им нужно давать возможность продавать изделия за счет создания рынков, например, выходного дня. Это важный вопрос в розничной торговле.

Мы надеемся, что тот закон, который завис сейчас в правительстве, о мобильной и нестационарной торговле будет принят. В том числе там прописываются процедуры, как могут те же бабушки получат возможность продавать свою продукцию не в метро, а на регулярных рынках с минимальной стоимостью оплаты торгового места.

Кроме того, мы давно предлагали сделать патенты без регистрации статуса индивидуального предпринимателя. Сумма патентного платежа небольшая, но она позволяет легально работать. Некоторые виды деятельность должны вестись без регистрации. Например, те же пенсионеры уже сформировали свои пенсионные права, и мы не должны заставлять их делать это второй раз.

— Представители малого бизнеса жалуются на налоговую нагрузку. Есть ли какие-то способы снизить ее в ближайшее время?

— Жалуется развитый малый бизнес с оборотом 800 миллионов рублей. Дело в том, что с прошлого года Федеральная налоговая служба (ФНС) начала преследовать за дробление бизнеса. Речь идет о случаях, когда у человека было несколько бизнесов, и он явно уже не мог работать по упрощенной системе налогообложения, но при этом дробил бизнес на родственников, контролировал через дочерние предприятия, пытаясь не платить по общей системе налогообложения. Налоговая стала объединять таких налогоплательщиков и начислять им прибыль.

Это тревожная тенденция — идут начисления по 200-300 миллионов рублей, многие банкротятся, возбуждаются уголовные дела. Предприниматели жалуются на это. У нас в «Опоре России» есть бюро по защите прав предпринимателей, мы такие кейсы рассматриваем. Мы говорим, что если вы считаете, что вас незаконно сделали единым налогоплательщиком, то идите сначала на досудебное регулирование, но если уже проиграли два суда, то, извините, суд встал на сторону ФНС.

Мы считаем, что должны быть внесены поправки в Налоговый кодекс или соответствующие инструкции, что все-таки понимается под дроблением бизнеса, потому что есть разные истории.

Например, когда одни и те же люди работают в разных фирмах, но, с другой стороны, есть такие ситуации, например, молокозавод и фирменный магазин, который много лет был на специальном налоговом режиме и акционеры отличаются. Но является ли это схемой? Мы сомневаемся. Тогда можно сказать, что тем же самым предприятием является ресторан, куда поставляется молокопродукты. Здесь нужно исходить из экономической целесообразности, поскольку можно наломать дров. Нам точно нужно разъяснение от ФНС, что такое «дробление».

— Открылся Крымский мост. Как это событие скажется на деловых отношениях полуострова? Нет ли угрозы, что туда рванут нелегальные мигранты и серый рынок труда на полуострове вырастит в разы? Как дела обстоят сейчас?

— В Крыму достаточно сильно ведется мониторинг нелегалов. Конечно, я видел, что там появилось много представителей Таджикистана, из других республик СНГ, но они не являются нелегалами, как правило, имеют разрешение на работу.

В целом Крым сейчас активно развивается. Уже порядка 200 тысяч россиян переехало туда с материка, и еще порядка 300 тысяч человек может переехать в ближайшие годы.

Конечно, крымский бизнес говорил о том, что он отрезан от тех условий ведения хозяйственной деятельности, которые есть на материковой части России. Крымский мост даст свободу передвижения товаров, больше товаров пойдет на полуостров с меньшими издержками, вырастет конкуренция.

С другой стороны, в Крыму остро стоит вопрос с трудовыми ресурсами в высокий туристический сезон. Теперь люди из густонаселенных территорий, например, Южного и Северо-Кавказского федеральных округов, смогут свободно перемещаться туда для работы, что повысит конкурентоспособность местных предприятий, увеличится поток и инвесторов. Логистика станет комфортнее и для крымских производителей. Во всех смыслах для бизнеса это большой плюс.

— Недавно заговорили о том, что в Крыму сложился дефицит кредитных ресурсов для малого бизнеса — действительно ли это так? Как решить проблему сегодня?

— Крымчане совершили рывок в развитии за последние три года, восприняли правовое регулирование, основы ведения материально-хозяйственной деятельности. Они говорят: «Мы российский бизнес, но качество и разнообразие финансовых инструментов у нас гораздо хуже, чем на материковой части России. Мы предприниматели и хотим иметь сервис не хуже, чем там». И они абсолютно правы. Сейчас этот рынок активно завоевывает банк РНКБ, они не хотят отдавать эту территорию.

— Но все-таки трудности есть?

— Да, трудности есть, и, прежде всего, в части процентных ставок кредитования. Для малого бизнеса это 13%, а на материке — в среднем 11%. Но там много программ льготного финансирования — на Крым прилично выделяется лимитов по ставке 6,5% в рамках российской программы льготного малого бизнеса.

Мы надеемся, что программа будет существенно увеличена. В этом году было выделено 1,6 миллиардов рублей, но это крайне мало. На программу нужно выделять по 20 миллиардов рублей в год. Единственное, нужно снизить кредитный порог, который сегодня составляет 1 миллион рублей.

— В ближайшие годы в Москве будет реализован проект по реновации жилого фонда. При этом в Госдуме уже есть инициатива провести реновацию по всей России. Как решается вопрос с городом по возмещению квадратных метров собственникам помещений в запланированных к сносу домах?

— Нам было обещано, что те предприниматели, которые имеют нежилые помещения в таких домах, имеют право получить точно такие же новые и той же площади. Доплата будет идти по тем же параметрам, которые применяются к получателям жилья. При этом если человеку место не подходит, то ему постараются предложить другое помещение или выплатить компенсацию, справедливость которой оценивает суд.

Бизнесу будет предложена адекватная квадратура, но здесь может быть разная проходимость новых помещений, удобство, кто-то не захочет поменять район. Поэтому историй будет много. Еще нам было обещано, что если помещение находилось в аренде у мэрии Москвы, то это право будет сохранено.

— Еще один вопрос, связанный с недвижимостью, касается размещения в многоквартирных домах хостелов. Депутаты Госдумы несколько лет выступают за запрет ночлежек в жилых домах, а премьер-министр Дмитрий Медведев недавно заявил, что законопроект может быть принят уже осенью. Как бизнес-сообщество воспринимает такую инициативу?

— Во-первых, это пока проект закона, и я думаю, что ряд скандальных норм будут убраны. Что значит запрет? Это касается новых или старых домов и хостелов? Например, в Санкт-Петербурге много хостелов в жилых домах, но здесь по-другому и нельзя. Во-вторых, в чем депутаты правы, это в том, что должны быть правила поведения постояльцев в таких помещениях, чтобы не ущемлялись права жителей. Третье — а нужно ли это запрещать и на каких этажах в будущем?

Я думаю, что мы должны бережно относиться к инвесторам, но при этом спрашивать за соблюдение норм гостиничного бизнеса. Но если проводить политику запрещать, то о каком инвестиционном климате мы говорим? Это неправильно.

— Но это же противоречит Гражданскому кодексу, по которому нельзя заниматься предпринимательской деятельностью в жилых помещениях?

— Должны быть правила, согласно которым такие помещения могут располагаться в жилых домах. Как это будет на практике? Мы будем отстаивать свою позицию. Я думаю, что точно к каким-то компромиссам мы придем. Нужно защитить права и жителей домов, и инвесторов.

— На этой неделе депутаты приняли закон о контрсанкциях. Не сулит ли такая депутатская инициатива каких-то серьезных проблем российскому бизнесу, в которых есть вероятность застрять на годы?

— Этот закон был качественно обсужден на площадке Госдумы. Вячеслав Володин (председатель Госдумы — «Газета.Ru») лично проводил совещание о возможности введения контрсанкций. По предложению бизнеса в проекте закона указано, что могут вводиться меры поддержки отдельным предприятиям и муниципалитетам. Закон получился рамочным.

И мы проговаривали, что если правительство или президент будут вводить какие-то ограничительные меры, будут проведены консультации с бизнесом. Мы получили заверение и на практике подтверждение, что мы не собираемся вводить зеркальные меры, мы должны это делать так, чтобы не навредить населению, ни бизнесу.

— Согласно опросу ВЦИОМ, 76% бизнесменов негативно оценили текущее состояние российской экономики. На ваш взгляд, все ли так плохо, и при каких условиях и когда все будут довольны?

— Конечно, ВЦИОМ говорит о том, что людей беспокоят некоторые вещи, в том числе изменения правил игры в налоговом администрировании, отсутствие дешевых денег, административное давление, давление силовых структур, рост издержек бизнеса, прежде всего тарифов. Это понятные раздражители, с которыми надо работать быстро. Рост должен перерасти в существенный подъем, и тогда мы добьемся улучшения качества жизни людей.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 26 мая 2018 > № 2622199 Александр Калинин


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 25 мая 2018 > № 2630745

Сергей Березенко: "Следующим этапом медреформы должно быть медицинское страхование"

Эксклюзивное интервью члена парламентского комитета по вопросам здравоохранения, заместителя руководителя фракции БПП Сергея Березенко

- Недавно в селе Боденьки Киевской области открывалась новая амбулатория. Мероприятие было очень торжественным, на нем присутствовал президент Украины. Почему к открытию сельской амбулатории было столь пристальное внимание?

- Я бы говорил не о факте открытия амбулатории, я бы говорил о том, что на этом объекте была полностью подготовлена первая пилотная единица функционирования первичного звена медпомощи в сельской местности. В Украине около трети населения проживает в деревне, а количество амбулатории и ФАПов (фельдшерско-акушерских пунктов - ИФ), которые обеспечены хотя бы водой, составляет примерно 28%. Причем вода в основном берется из колодцев. Еще меньший процент ФАПов подключен к центральной канализации. Фактически сельские ФАПы сегодня - это старые разрушающиеся здания, дырявые крыши, отсутствие элементарного оснащения. Это означает, что на сегодня в селе вообще нет доступа к медицине: ни к диагностике, ни к терапии.

В прошлом году по инициативе президента Украины был принят закон о сельской медицине, предусматривающий доступ к медицинской услуге в каждом населенном пункте, при этом реформа сельской медицины должна стать частью общей медицинской реформы. Поэтому амбулатория, открытая в Киевской области - это пример того, какой должна быть первичная медпомощь во всех селах, поселках, объединенных территориальных общинах Украины в ближайшие два года.

- А в населенном пункте, где открылась эта амбулатория, раньше была амбулатория или ФАП?

- Нет, там ничего не было. А сегодня там уже работает фельдшер - молодая женщина, которая переехала из другой области. В этой амбулатории не только место для работы медика, но и жилье для него. В 2018 году по всем областям отрабатывается возможность строительства сети таких амбулаторий, и мы надеемся, что 500-800 амбулаторий по всей Украине сможем равномерно построить. В настоящее время для реализации этого проекта наработано 80% необходимой нормативно-правовой базы, и все выделенные из госбюджета средства, а это 5 миллиардов гривень, распределены на каждую область пропорционально количеству населения и уже находятся на казначейских счетах каждой области, зарезервированы средства для таких амбулаторий. Я надеюсь, что в течение ближайших двух-трех недель будут утверждены все необходимые нормативные акты для строительства таких амбулаторий и освоения денег. Процесс строительства должен начаться не позднее середины июля, и мы рассчитываем, что уже в сентябре-октябре значительное количество таких амбулаторий день за днем будет вводиться в эксплуатацию.

- Какое количество амбулаторий планируется в рамках сельской сети?

- На сегодня в Украине есть около 4 тыс. амбулаторий и 12 тыс. ФАПов. Это не значит, что все эти медицинские учреждения будут закрыты. Те 28% упомянутых мною амбулаторий, которые нормально функционируют, будут сохранены. Это значит, что у нас есть острая необходимость в строительстве или реконструкции около 2500 новых амбулаторий в Украине. После анализа существующих медицинских объектов в селах, который провели органы Государственной архитектурной строительной инспекции, было принято решение провести реконструкцию некоторых из этих объектов, но иногда реконструкция намного дороже, чем строительство с нуля по современным технологиям. Поэтому будем делать акцент на новом строительстве именно типовых объектов, чтобы врач, который переедет в село, ни дня не тратил на адаптацию.

Смысл этой реформы в том, что она должна быть типовой и титульной – деньги есть, почти готовы все документы, каждая область получит два-три типовых проекта, две-три типовых технологии строительства, которые позволят построить объект быстро, а не зайти в долгострой. Для участия в программе местные общины должны будут выполнять требования, определенные общим приказом Минздрава и Минрегиона, после этого государство будет оплачивать ход работ через местные администрации.

Дальше будут вопросы к местным властям: как быстро они отведут землю, как быстро проведут интернет, который позволит использовать возможности телемедицины. Возможно, территориальным общинам небольших населенных пунктов придется решать какие-то вопросы совместно, им придется согласовать дееспособную сеть сельской первичной медпомощи, которая должна быть встроена в общую систему оказания медицинской помощи, чтобы было понятно, как оказывается экстренная медицинская помощь, где и какие работают стационары. Это означает, что количество пациентов на одну амбулаторию должно быть достаточным для того, чтобы после заключения договоров с семейным врачом хватило средств, которые государство направит на эту амбулаторию, чтобы оплатить расходы этой амбулатории, автомобиль, заработную плату, поддержку медоборудования и лекарственные средства. Ведь возможна ситуация, что где-нибудь в горной местности в селе всего 150 человек. Такого количества пациентов будет недостаточно для того чтобы содержать амбулаторию, поэтому там должен быть другой подход – общины должны создать жизнеспособные сети, утвердить их и только после этого начинать строительство амбулаторий. Это кропотливый и трудный процесс, как и вся реформа, но меня радует, что мы набрали хороший темп.

- Какая часть Украины покрыта этой сетью?

- Должна быть покрыта вся.

- А сегодня какая часть покрыта?

- На сегодняшний день не утвердили жизнеспособные сети, не заполнили ресурсную ведомость только пять областей, 20 областей уже утвердили и вступают в активную фазу строительных работ.

- Как Вы оцениваете ход медицинской реформы в регионах?

- На примере жителей села Боденьки, которые впервые получили современную амбулаторию, могу сказать, что воспринимать реформу негативно невозможно. Но хотелось бы, чтобы местные элиты отнеслись к этому серьезно. Поэтому с нашей стороны есть достаточно строгий депутатский контроль, в комитете Верховной Рады по здравоохранению создан подкомитет контроля реализации медреформы. Мы стараемся ездить, смотреть, чтобы реформу не сделали бутафорской.

- А что местные элиты говорят?

- Я убежден, что их это устраивает. Есть некоторые опасения, что будут закрываться медучреждения, но это касается медицинской реформы в целом. Что касается сельской медицины, то поддержка колоссальная на всех уровнях. Единственное, что тревожит местные элиты, это как быстро мы начнем строить.

- Войдет ли в реформу первичного звена частная медицина? На сегодня у частных клиник есть несколько нерешенных вопросов, в частности связанных с выдачей больничных и с выпиской рецептов по доступным лекарствами. Эти проблемы будут решены?

- Я считаю, что это вопрос исключительно компетенции Минздрава. Логика закона о государственных финансовых гарантиях заключается в том, что пациент может выбрать любого семейного врача, в том числе в частной клинике. Но государство гарантирует в текущем году 370 гривень за пациента, в следующем, думаю, будет больше, но в частных клиниках столько стоит одна консультация, поэтому, возможно, частные клиники будут "добирать" дополнительными платными услугами и высококлассным сервисом. Но и в государственной, и в частной клинике семейный врач заинтересован быть профессиональным и внимательным к своему пациенту.

Мы часто сталкиваемся с разного рода мифами, например, некоторые считают, что клиникам уже выделили по 370 гривень за пациента и спрашивают, где их можно забрать. Так вот, государство будет оплачивать семейного врача по 1/12 этой суммы каждый месяц. Это сделано специально, чтобы пациент, если ему не подошел врач, мог перейти к другому врачу, не оставшись без медпомощи.

Когда говорят, что вылечится за 370 гривень в год невозможно, я хочу отметить, что практика семейного врача на 1500-2000 пациентов абсолютно нормальная в мире, у нас и сейчас у участкового врача приписано около 2000 человек. Если аккумулировать по 370 грн за всех 2000 пациентов, получится достаточная сумма. Мы меняем подход и устанавливаем принцип конкуренции. На сегодня с семейными врачами подписали декларации 4,5 миллиона человек. Выплаты начнутся с 1 июля, как нам пообещал Кабинет министров, согласно их постановлению, и реформа станет ощутимой. Мы, депутаты, всячески поддерживаем и ожидаем, что с 1 июля по первым декларациям пойдут деньги.

- Что будет после реформы системы первичной медпомощи? Как вы оцениваете готовности к реформе вторичного и третичного уровня?

- Я всячески настаиваю на том, что следующим этапом должно быть медицинское страхование. Оно может быть комбинированное, добровольное и обязательное. Во многих странах большое количество услуг покрывается именно за счет фактически дополнительного налога, который ложится или на работодателей или на работников. Я считаю, что в нашем государстве так должны оплачиваться медуслуги вторичного и третичного уровня. Если вы помните, в прошлом году было много разговоров вокруг якобы тарифов на медуслуги, счетов за операции на уровне 100 тыс. гривень. Да, безусловно, операция на сердце или нейрохирургическая стоят больших денег во всем мире. Мы не должны думать, как на этом экономить, но где брать деньги на такие операции? Так вот, медицинское страхование покроет эти расходы.

- Когда можно ожидать введения медстрахования?

- Сейчас идет дискуссия, есть несколько законопроектов. К сожалению, комитет по вопросам здравоохранения не является профильным в этом вопросе, этой темой занимается комитет социальной защиты, и мы должны провести совещание двух комитетов. Я инициирую этот процесс для того, чтобы рассмотреть все законопроекты, которые предложены, попробовать согласовать один текст совместно с депутатами двух комитетов. И наша задача до осени этого года проголосовать закон о страховой медицине и в первом, и во втором чтении. До второго, наверное, дойдет уже в ноябре, чтобы можно было запускать эту систему не позднее 2020 года с обязательным действием основного закона о медицинской реформе.

- Не будет какого-то конфликта с текущей медицинской реформой?

- Нет, действующая медреформа предусматривает перераспределение государственных средств, которые уже есть, а медицинское страхование - это дополнительные средства. Единственный конфликт, который может возникнуть - это конфликт на уровне налогоплательщика: готов ли он платить еще дополнительные налоги 2%, готов ли работодатель платить за своего работника 2%?

- К НСЗУ будет дополнительно еще какой-то фонд?

- По моему глубокому убеждению, НСЗУ должно закрывать первичный и вторичный уровень, до районных больниц включительно, а уже к областным и узкопрофильным больницам, институтам нужно будет дополнительно привлекать фонд, который необходимо создать. У государства просто физически нет ресурса на покрытие таких затрат.

- Когда будут сделаны первые шаги в этом направлении?

- В данный момент идет дискуссия.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 25 мая 2018 > № 2630745


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 25 мая 2018 > № 2622278 Сергей Глазьев

«Нужны налоги на богатых: это триллионы рублей»

Сергей Глазьев: ЦБ и госбанки должны кредитовать экономику

Президент Владимир Путин поставил задачу повысить темпы роста так, чтобы через 6 лет Россия вошла в пятерку крупнейших экономик мира. Советник президента Сергей Глазьев считает, что для этого нужно скорректировать политику правительства и ЦБ. Он также предлагает поднять налоги на богатых и вернуть в страну деньги, вложенные в облигации США. Об этом он рассказал в интервью «Газете.Ru» в рамках ПМЭФ-2018.

— Сергей Юрьевич, первый вопрос, который хотелось бы задать, по базовому указу, который подписал президент после своей инаугурации. Там стоит несколько очень серьезных задач: увеличение темпов роста экономики и попадание России в пятерку крупнейших экономических держав в мире. На ваш взгляд, насколько реалистичны такие цели для этих шести лет?

— Объективно эти цели абсолютно реалистичны. И, если бы реализовывали разумную стратегию развития нашей экономики, мы могли бы выйти на темпы 8% прироста валового продукта в год еще пять лет назад и не попасть в этот рукотворный кризис, который был вызван резким сжатием денежной массы и обрушением курса рубля и инфляционной волной.

Объективно наша экономика сегодня имеет очень мягкие ресурсные ограничения. Производственные мощности в обрабатывающей промышленности загружены на 60%. Если брать машиностроение и высокотехнологический сектор, то меньше, чем на 50%. Главная причина недогрузки этих мощностей заключается в крайней дороговизне кредита и невозможности его привлекать для поддержки оборотного капитала, поскольку себе дороже. Рентабельность в два-три раза меньше, чем процентные ставки, которые приходится платить. То есть, это искусственно созданное ограничение.

Второе ресурсное ограничение, которое обычно макроэкономисты имеют в виду, это труд, трудовые ресурсы. У нас осталось невыполненным еще указ президента 2012 года по повышению производительности труда. Рост производительности труда и увеличение загрузки производственных мощностей – это, в общем-то, одно и то же. Плюс, конечно, старая еще задача, которую ставил президент – создание 20 миллионов высокотехнологических рабочих мест.

В общем, с точки зрения использования трудовых ресурсов, мы имеем возможность поддерживать темпы роста не менее 10% в год, за счет повышения производительности труда и за счет ликвидации скрытой безработицы. На сегодняшний день, у нас оценка скрытой безработицы на предприятиях стабильно составляет около 20%. Добавлю к этому общий рынок труда с среднеазиатскими государствами, которые с нами входят в Евразийский экономический союз.

То есть, с точки зрения капитала производственного – нет ограничений. Возможности увеличения производства – практически в полтора раза. С точки зрения трудовых ресурсов, возможности увеличения минимум на одну треть.

Если брать сырьевые товары, то мы практически экспортируем сегодня три четверти наших сырьевых товаров, хотя могли бы сами их перерабатывать. Если брать современные технологии переработки, скажем, нефти, нефтехимии, древесины в целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности, то здесь возможности увеличения объемов производства в разы.

Ну, и научно-технический потенциал, еще один фактор роста. Приходится констатировать, что мы его тоже используем крайне вяло. У нас огромная миграция ученых и специалистов происходит, утечка умов оценивается в сотни тысяч человек. Это говорит о том, что мы его не востребуем.

То есть, по всем главным четырем факторам производства: капитал, труд, природные ресурсы, земля, и научно-технический потенциал – у нас нет ограничений для роста.

Поэтому те задачи, которые президент поставил, объективно абсолютно реальны. Более того, можем даже этот план перевыполнить. Если будет реализована стратегия опережающего развития, о которой тоже много говорят, но над ней не работают.

Закон о стратегическом планировании у нас был заморожен на три года правительством, оно оказалось не в состоянии его выполнить, видимо, квалификации не хватало. Вот сейчас эта отсрочка закончилась, и должны с 2018 года закон о стратегическом планировании внедрять.

Я бы предложил смешанную стратегию развития, которая вмещает в себя следующие составляющие. Первая – опережающий рост нового технологического плана. Это наноинженерная информационная коммуникационная технология, которая в мире растет с темпом, в среднем, 30 - 35% в год. Научно-технический потенциал у нас есть, и все сводится здесь к механизмам финансирования, инновациям.

— Как их финансировать?

— Это венчурное финансирование, это льготные кредиты, это государственные гранты посевные. Нужно брать на вооружение тот опыт, который сложился в мире за последние 40 лет, и который дает возможность ученым и инженерам реализовывать свои научно-технические идеи, проходя долины смерти, где бОльшая часть из них отсеивается, за счет внешних кредиторов и инвесторов, и где государство должно играть ключевую роль.

У нас, к сожалению, этот механизм не сработал. Российская венчурная компания не оправдала своих ожиданий. Но это связано именно с тем, что отсутствуют в системе управления инструменты планирования. Деньги дают, предположим, а чиновники боятся. Если не будет отдачи – их Счетная палата проверит, возбудят уголовные дела, и известная история.

Поэтому надо принципиально менять подход государственных чиновников к управлению в сфере инновационных рисков. И здесь государственные льготы, кредиты, гранты должны реализовываться не с точки зрения финансового контроля, а с точки зрения объективных результатов, что за счет этого получим.

Так вот, здесь мы должны полностью загрузить наш научно-технический потенциал и создать ядро нового технологического уклада, которое дальше будет расширяться и проводить технологическую революцию, перевооружение во всей экономике. Это первая составляющая.

Вторая составляющая – мы называем экономическое наверстывание. Это что значит? Это в тех сферах, где мы имеем высокий научно-технический потенциал, чуть ниже мирового уровня, но нам необходимо и у нас есть возможность его доразвить до уровня мировой конкурентоспособности – это, прежде всего, атомная энергетика, это авиационная, ракетно-космическая промышленность.

Практически бОльшую часть машиностроения мы можем сегодня подтягивать к уровню мировой конкурентоспособности, за счет предоставления долгосрочных кредитов. И здесь главную роль должны, конечно, сыграть государственные банки. Которые сегодня управляют огромными деньгами, не имея никакой ответственности за их использование.

Государственные банки у нас перестали заниматься кредитованием производственных инвестиций, никто за это не спрашивают, и просто выжимают деньги из экономики.

Сверхприбыль госбанков формируется за счет выжимания оборотных средств предприятий. Они дают кредиты предприятиям, гражданам, краткосрочные, под проценты, которые превышают рост доходов населения, или рентабельность производственной сферы. Поэтому источником сверхприбыли того же Сбербанка является высасывание доходов население и оборотных средств предприятий, а также спекуляции.

— А можно заставить госбанки вести другую политику? Герман Греф или кто-то другой, если будет на посту главы Сбербанка, скажет: это нерыночные методы, мы так не можем, наша задача, как акционерного общества, зарабатывать прибыль.

— Если под рынком понимать базар, так сказать, где главный принцип «не обманешь – не продашь», ну, да, торговать там тухлой селедкой можно на рынке, получать за это деньги какое-то время. Но потом все окончится плохо. И точно так же у нас.

Возьмите мировой опыт. Пример финансирования экономического чуда в Японии, скажем. В основе лежали сбережения населения. Министерство финансов через сберкассы собирало деньги у населения, и эти деньги передавались в Банк развития Японии, в жилищно-кредитный банк и еще там в экспортный, импортный банк. То есть, деньги, собираемые у населения, то, что делает Сбербанк, под контролем министерства финансов передавались в институты развития, как кредитные ресурсы. И уже институты развития эти деньги вливали в экономику.

Возьмите банк развития Бразилии, который тоже прекрасно справился со своей работой. Амортизационные средства предприятий собирались, вкладывались целевым образом в инвестиции через банк развития Бразилии.

На самом деле, любой государственный банк – он должен в современной экономике работать как институт развития. Не просто раздавать деньги, куда соблаговолит руководство, а действовать в соответствии с государственными приоритетами и вкладывать собираемые деньги в производственные инвестиции.

Об этом, кстати, господину Грефу может напомнить любой учебник для второго курса по денежно-кредитной политике. Где говорится, что главная функция банка – это трансформация сбережений в инвестиции. Это, так сказать, банковский так называемый трансмиссионный механизм. Любой студент это знает. Но наши денежные власти остановили этот трансмиссионный механизм.

В итоге, у нас банки прекратили заниматься кредитованием инвестиций. А зачем они тогда нужны? Для того, чтобы получать сверхприбыли для своих руководителей?

Так вот, динамическое наверстывание означает, что, допустим, авиационная промышленность работает на лизинге, это покупка банками самолетов, с передачей в лизинг авиакомпаниям. Так работают во всем мире. Потому что самолет – это капиталоемкая вещь. У авиакомпаний, как правило, нет денег на покупку самолетов.

У нас, между прочим, то же самое. Только наши государственные банки покупают не российские самолеты, а покупают «Боинги» и «Аэробусы». Мы из бюджета влили кучу денег в госбанки. Центральный банк их рефинансирует. Они наши государственные деньги вкладывают в импортные самолеты.

В результате, после краха «Трансаэро» (их не спасли эти импортные самолеты), выяснилось, что наши самолеты в долгосрочном плане лучше, потому что на них не влияет обменный курс рубля. А «Боинги» и «Аэробусы», на которых «Трансаэро» летало, находятся в собственности у российских банков. Но это же абсурд. Это российские государственные банки вкладывают государственные деньги в импорт иностранных самолетов, вытесняя нашу авиатехнику. Так вот, только вот на этом сегменте авиатехники мы можем получить взрывной рост производства, по сути, десятикратное, в течение пяти лет, увеличение объема производства наших самолетов, в рамках импортозамещения, за счет государственных банков, за счет кредитов со стороны государственных банков.

А авиационная промышленность, замечу, это не нефтью торговать. Один килограмм авиатехники стоит в тысячу раз больше, чем килограмм нефти. Это огромная добавленная стоимость, гигантский мультипликатор, и так далее.

Второе направление, вторая стратегия – это экономическое наверстывание, оно должно опираться на кредиты государственного банковского сектора. Третье направление – нагоняющее развитие, это например промышленная сборка автомобилей. Здесь большого роста не будет, 3-4% в год может быть. Но здесь импорт технологий, это поддержание нашей конкурентоспособности за счет иностранных инвестиций. И это то направление, которым правительство более или менее занимается. Первыми двумя вообще не занимается. Наконец, четвертая стратегия – это увеличение глубины переработки наших сырьевых товаров, о чем мы уже говорили.

Вот в комбинации эти четыре стратегии дают смешанную стратегию опережающего развития, которая способна обеспечить рост экономики не менее чем на 10% в год по валовому продукту.

Для этого потребуется 20-25%-й прирост инвестиций. И обеспечить финансирование этих инвестиций можно только за счет целевых государственных кредитов.

— Где взять ресурс на целевые государственные кредиты?

— Вы знаете, когда Центральный банк изымает деньги из экономики, никто не спрашивает, откуда он их изъял, кто лишился этих денег.

Центральный банк за последние четыре года под вывеской таргетирования инфляции, на самом деле изъял порядка 10 триллионов рублей.

Практически сегодня прекращены все каналы рефинансирования экономической активности через коммерческие банки. Центральный банк свернул рефинансирование коммерческих банков на рыночных условиях, краткосрочное, по котором он изъял из экономики порядка 8 триллионов.

Он свернул специнструменты рефинансирования, за счет которых кредитовались инвестиционные проекты, одобренные правительством, и программа малого и среднего бизнеса. И начал изымать деньги из экономики. Вот он сейчас выпускает облигации, открывает депозиты…

— По ставкам, которые выше ключевой ставки, и в несколько раз выше инфляции...

— Возникает вопрос: откуда эти деньги вообще появляются. Они появляются из-за того, что в экономике сокращаются инвестиции.

Поэтому политика Центрального банка – это колоссальный тормоз для нашего экономического развития. И, если эта политика будет продолжаться, я вас уверяю, что будут провалены целевые установки.

Провалены из-за этой денежно-кредитной политики, безумной, я бы сказал, маргинальной, абсолютно уникальной в современном мире, ни один центральный банк так себя не ведет в современной экономике. Центральные банки создают деньги, создают кредиты. Благодаря деятельности ЦБ, мы уже потеряли 20 триллионов рублей.

Вот вопрос, почему у нас экономика не растет – ответ очень простой: из-за политики изъятия денег Центральным банком из экономики мы недопроизвели товаров на сумму 20 триллионов рублей. Значит, мы не сделали инвестиции на сумму порядка 10 триллионов рублей. Вот вам результат. Как бы наши ученые и инженеры не пыжились, и наши авиастроители не предлагали, тратя огромные силы на создание высокотехнологической продукции, без кредитов они ничего сделать не могут.

— Сергей Юрьевич, как вы относитесь к оценке стоимости майского указа, которую дал Дмитрий Медведев? Он сказал, что это будет примерно 25 триллионов, и надо найти из них 8 триллионов. Есть возможность найти эти средства, допустим, не сильно урезая какие-то расходы, на гособоронзаказ или еще на что-то?

— Ресурс у нас, как я уже говорил, объективно производственный и трудовой есть. У нас искусственная нехватка денежных средств. Потому что денежные власти относятся к деньгам как к разновидности товара. То есть, они считают, что деньги – это примерно то же самое, что и золото.

Этот денежный фетишизм сегодня мешает использовать деньги как инструмент кредитования и поддержки академического развития.

В свое время правительство Евгения Примакова ввело бюджет развития. Бюджет развития, как мы тогда планировали, должен был формироваться за счет нефтегазовых доходов, которых тогда практически не было. Но мы рассчитывали, что вот эти переменные доходы бюджета, которые определяются мировой конъюнктурой, будут направляться на поддержку инвестиций. А текущие расходы, социальные обязательства бюджета и оборонные нужды, правоохранительная система – все это должно финансироваться за счет налогов.

Разделение бюджета на постоянные доходы, налоговые, и переменные доходы конъюнктурные, призвано было бы нам гарантировать выполнение бюджетных обязательств по текущим нуждам и иметь инструмент кредитования инвестиций по нуждам развития.

Вот так работает китайское, например, государство. И это не единственный пример эффективного такого разделения доходов. У нас переменные доходы отдали за границу. Поэтому первое, что необходимо сделать – вернуть эти доходы в страну.

— То есть, речь идет примерно о $100 млрд, которые вложены в американские казначейские облигации?

— Нам необходимо, во-первых, полностью мобилизовать те доходы, которые мы зачем-то отдали под практически нулевые проценты американцам, с риском, что они у нас их конфискуют. И второй момент – нам из этого указа надо четко выделить возвратные и невозвратные средства. Скажем, ассигнования на медицину, особенно на онкологию, скорее всего, невозвратные.

Мы не можем заставлять людей платить за дорогостоящую высокотехнологическую медицинскую помощь. Это, по идее, должны были бы делать страховые компании. Но страховые компании у нас просто как бы занимают паразитическое место прослойки такой финансовой между государственными деньгами и государственными медицинскими учреждениями.

Поэтому нам необходимо здесь, с одной стороны, поднять эффективность расходования социальных фондов, особенно фонда обязательного медицинского страхования. И вообще, проинвентаризировать, чем занимаются медицинские страховые компании, почему они деньги с населения, собираемые государством, пропускают через себя, при этом, не страхуют никаких рисков. Они все риски дорогостоящей помощи перекладывают на государство, либо вообще эти риски остаются на пациентах.

Здесь большой резерв экономии – навести порядок в страховой медицине. Я вас уверяю, найдутся десятки миллиардов рублей, которые тратятся сегодня на роскошную жизнь паразитической прослойки.

Второе направление – это расходы, которые должны возвращаться. Скажем, жилищное строительство. Сегодня уже население привыкло к тому, что за жилье надо платить. У президента, вы помните, в указе довольно высокие темпы роста жилищного строительства заложены.

— Речь шла о 5 миллионах новоселий в год.

— Здесь есть две возможности. Первое – это через ипотечный механизм кредитования с государственной поддержкой. Разновидностью является ссудо-сберегательные счета, где государство могло бы оказывать тоже субсидии населению. И второе направление – строительство государственного жилья с предоставлением его в аренду нуждающимся гражданам, что во многих странах широко практикуется, особенно в крупных городах.

Когда мы этот указ по полочкам разложим и разделим, что возвратное, что невозвратное, то, что невозвратное – это придется финансировать за счет бюджетных источников, включая антикризисные фонды.

К возвратному направлению, я убежден, нужно привлекать банковскую систему, обеспечивать льготное кредитование этих долгосрочных инвестиций, и не грузить бюджет этой частью увеличения финансирования целевых расходов.

У нас и государственные банки имеют достаточно денег и прибыли, для того чтобы профинансировать соответствующие инвестиционные направления, и собственно Центральный банк уже имеет определенный опыт работы со специальными инструментами рефинансирования под льготную процентную ставку. Давайте мы под те цели, которые глава государства определил как приоритетные, организуем льготное кредитование под 0,5% годовых.

— Что, на ваш взгляд, делать надо с бюджетной политикой, с долговой политикой? Надо ли увеличивать заимствования? Стоит ли отказаться или скорректировать бюджетное правило?

— Очевидно, что бюджетное правило – это от лукавого, это подброшена нам из Вашингтона идея о том, что мы должны экономить текущие расходы и то, что нам дает мировая конъюнктура, отправлять в Америку. Мы вследствие бюджетного правила, недофинансируем огромную часть обязательств государства.

Я вам скажу, что даже в эпоху «нулевых» годов, когда были высокие цены на нефть, если бы мы все нефтедоллары использовали для финансирования образования и здравоохранения, мы бы вышли на среднемировой уровень. Скажем, на здравоохранение нужно тратить сегодня не менее 5,5% от валового продукта. У нас меньше в полтора раза. Образование. Мы должны тратить на образование не меньше 8% валового продукта. Расходы на образование и здравоохранение – они могут лишь частично компенсироваться населением. На образование – это не более 20%, а 80% должно государство брать на себя, на здравоохранение – не более 50%. Другую половину обязано финансировать государство. Про науку. Если мы хотим успешно развиваться, нужно тратить не менее 3% от валового продукта.

Когда вы все это сложите, то оказывается, что в «нулевые» годы мы получили стабилизационный фонд не за счет того, что мы имели какие-то ненужные нам деньги, случайно образовавшиеся, а из-за того, что мы недофинансировали примерно в два раза образование, здравоохранение, культуру и науку.

Поэтому бюджетное правило, еще раз повторю, от лукавого. Это подброшена нам из Вашингтона через своих агентов влияния идея о том, что мы не должны тратить свои сверхприбыли, а должны их отдавать обратно американцам, как это делали их другие колонии, типа Саудовской Аравии, Арабских эмиратов, Катара, которые образовали гигантские суверенные фонды из этих денег. Ну, замечу, что они хотя бы частично это тратили на инвестиции, как мы знаем. У нас на инвестиции вообще эти деньги не тратятся.

Второй вопрос – это долг, оптимизация налогово-бюджетной системы. Правительство упорно не желает вводить прогрессивную шкалу налогов на доходы, тнаследство. То есть, все то, что наработано в мировой практике социальным государством, нами отвергается.

Мы позволяем увозить в оффшоры гигантские деньги, примерно по 50 миллиардов долларов каждый год, без уплаты налогов. Мы недофинансируем воспроизводство основных фондов, амортизация у нас гораздо ниже, чем в других странах. Но мы позволяем сверхбогатым людям, многие из которых формируют ряды этой оффшорной олигархии, по сути, не платить налоги.

Это очень странная политика, несовместимая, вообще, с пониманием того, что такое социальное государство. Несовместимая с нашей традицией социальной справедливости, которая является стержнем народного мировоззрения. Если власть по-прежнему будет игнорировать требования социальной справедливости и здравого смысла, я думаю, что авторитет власти будет очень быстро падать. Ожидания уже накапливаются более 10 лет. Четыре года падают доходы населения. У людей не хватает на самые минимальные нужды, они вкалывают с утра до вечера и зарплаты не позволяют…

Уровень зарплат у нас, говорят, нельзя повышать опережающим путем, потому что это приведет к увеличению нагрузки на бизнес. На самом деле, норма эксплуатации труда в России самая высокая в мире. У нас на единицу зарплаты работник производит в три раза больше продукции, чем в Европе и в Америке.

Поэтому ситуация, когда люди недополучают за свой труд, а сверхприбыли, которые остаются у частного капиталиста, который этот труд присваивает, вкладываются не в развитие производства, не в основные фонды, а вывозятся за границу, абсолютно неприемлема.

Очевидна необходимость очень простого налогового маневра. Это увеличение налогообложения сверхдоходных слоев населения, первых 10%.

— До какого уровня?

— Будем брать европейский уровень. Допустим, это может быть 30%, 40%. Замечу, что в периоды бедствий, когда шла война, уровень ставки подоходного налога доходил до 90% в Америке. Налог на наследство – тоже можно брать общемировые требования к этому налогу. И мы, таким образом, получим, за счет прогрессивной шкалы, несколько триллионов рублей, которые не нужно государству забирать. Нужно дать возможность предприятиям увеличить амортизацию.

Это вот, действительно, налоговый маневр. Мы увеличиваем налогообложение на потребление сверхбогатого населения. И за счет этого стимулируем инвестиции тех же самых доходов обратно в бизнес.

То есть, частный бизнес, при этом, ничего не теряет. Потому что они будут больше платить, если они изымают деньги из предприятия, в сторону личного потребления, по дивидендам. Но если они будут вкладывать в воспроизводство своих фондов, модернизацию, для них это будет нулевая сумма. То есть, мы, тем самым, будем стимулировать деньги не увозить в оффшоры, на роскошное потребление, а вкладывать прибыль предприятий в модернизацию своих фондов. Это очевидный налоговый маневр.

Второй налоговый маневр я бы связал с восстановлением механизма экспортных пошлин. Так, как они были внедрены по моей инициативе в 1992 году. У нас была эскалация экспортного тарифа, в зависимости от величины природной ренты. И экспортная пошлина касалась не только нефти и газа, как сейчас. Она распространялась и на металлургию, где сегодня довольно большие сверхприбыли.

Экологические налоги необходимо вернуть, за счет которых формировались экологические фонды. То есть, надо нашу налоговую бюджетную систему привести в соответствие с реальными источниками доходов. К которым относится, прежде всего, природная рента. И, в соответствие с приоритетами, точнее, с социальными обязательствами государства.

Теперь что касается наращивания государственного долга. Само по себе наращивание государственного долга, в ситуации, когда мы сверхприбыли от нефти и газа отправляем за рубеж, мысль, с точки зрения здравого смысла, абсурдная.

Зачем мы занимаем под 8% деньги, если мы отдаем те же самые налоговые деньги от экспортных пошлин и налога на добычу полезных ископаемых за рубеж, покупая низкодоходные и высокорискованные облигации США и европейских стран? То есть, мы сами занимаем деньги под 8%, а свои деньги ссужаем под 2%. Еще с риском, что их у нас отберут.

Ну, это же абсурд, согласитесь. Что бы там ни говорили наши денежные власти, с точки зрения элементарного здравого смысла, политика наращивания государственного долга в ситуации, когда мы не используем доходные источники бюджета, является абсурдом. Это первое. Второе. Государственный долг использовать для финансирования дефицита бюджета – это, в общем, общая норма. Этим занимаются все страны. Главный вопрос – не попасть в финансовую пирамиду, как это было с ГКО. То есть, вы должны понимать, что у бюджета доходы будут расти не меньшими темпами, чем будут накручиваться проценты по госдолгу.

Вот когда у нас темпы роста будут больше, чем процентная ставка на рынке государственных бумаг, тогда можно себе позволять занимать больше денег. Но деньги, которые занимаются на рынке, должны вкладываться в инвестиции, для того чтобы они не просто проедались, а для того чтобы была отдача. То есть, занимать можно для того самого бюджета развития, о котором я говорил. Это один момент.

Второй момент – вопрос, что это за деньги, которые на рынке государство собирается занимать? Если, допустим, это, как в Америке, государство занимает, по сути дела, у Центрального банка (у ФРС), когда ФРС выкупает деньги у правительства через уполномоченные банки, то понятно, что государство просто забирает себе свою часть денежной эмиссии. В Америке, замечу, 90% денежной эмиссии идет на покупку облигаций государственного долга. Если наше правительство будет продавать облигации свои Центральному банку, допустим, посредством Сбербанка или напрямую, то в этом ничего обременительного нет. Вопрос только процентной ставки, это договорной вопрос. И вполне можно ориентироваться на американские процентные ставки, допустим, 1,5-2%.

А если же государство просто занимает деньги на рынке, и источником этих денег являются сбережения населения или доходы предприятий, то это что получается? Что государство для своих нужд изымает те деньги, которые должны были быть направлены на инвестиции.

Такого рода политика увеличения долга влечет за собой сокращение инвестиций. То есть, замедление экономического роста. Она бесперспективна. Мы это проходили уже на финансовой пирамиде ГКО.

— Наверное, последний вопрос. Если политика правительства останется плюс-минус такой же, какая она была, то нам удастся выйти на темпы роста выше двух процентов? Или, может быть, даже мы, наоборот, скатимся к одному проценту, к нулю, или к рецессии?

— Значит, если политика денежных властей не поменяется, то мы по-прежнему будем целиком зависеть от внешней конъюнктуры.

Как будут болтаться цены на нефть и металлы – такие будут у нас темпы развития. Ничего хорошего в этом нет. Потому что главные источники современного экономического роста – это не экспорт природных ресурсов, а это все-таки высокотехнологическая продукция, где высокая доля интеллектуальной ренты.

Так что без сочетания стратегического планирования с гибкой денежной политикой кредитования инвестиций, которая должна реализовываться через государственные специальные инвестиционные контракты, частно-государственное партнерство, где бизнес берет на себя обязательства наращивать производство, внедрять новую технику, создавать рабочие места, а государство гарантирует стабильные условия благоприятного налогообложения, гарантирует дешевый кредит, мы не обойдемся.

Механизм сложный, но работающий. Более того, он юридически сегодня у нас оформлен, в законе о промышленной политике. И вот это вот сочетание стратегического планирования, готовности бизнеса внедрять новые технологии и государственной поддержки через специнвестконтракты – это тот механизм управления экономическим развитием, который даст нам, с одной стороны, возможность заполнить имеющуюся нишу по ресурсам, загрузить имеющиеся ресурсы. А с другой стороны, обеспечит ответственность правительства и исполнительной власти за цели развития.

Ведь сейчас никто за достижение тех целей, о которых президент говорит, не отвечает. Ни бизнес не отвечает, ни правительство не отвечают.

Ну, губернаторы отвечают, в той мере, в которой они вынуждены подтягивать заработную плату работникам бюджетной сферы, занимая иногда деньги в долг.

— Сегодня министр финансов Антон Силуанов озвучил идею создания фонда, который будет инвестировать в инфраструктуру. И финансирование этого фонда будет осуществляться, в том числе, за счет госдолга.

— Создание инвестиционного фонда – дело хорошее. У нас институтов развития явно не хватает.

Главный вопрос – источники финансирования этого фонда. Если это бюджетные деньги, то мы ничего серьезного не получим.

Так же, как наши институты развития, которые государством созданы, не могут оказать критически важное влияние на подъем инвестиционной активности, в силу того, что они не имеют достаточного финансового ресурса. А бюджет сегодня, как вы знаете, сводится с трудом. Правительство идет по пути консолидации бюджетных расходов. Более того, идут разговоры, что неоткуда взять 8 триллионов на выполнение целевых установок. Поэтому в бюджете денег для создания такого фонда нет.

Вопрос, где взять эти деньги. Есть очевидное решение – это целевой кредит Центрального банка. Потому что разговоры о том, что нельзя печатать деньги для инвестиций, опять же, это лукавство. Потому что деньги Центральный банк печатает. Но для каких целей он печатает? Он печатает для латания дыр, которые по его же вине образовались в финансовой системе.

Санация банка «Открытие», «Бин-банка» — это гигантский кредит, эмиссия денег, (примерно, триллион рублей) бенефициарами которой является узкая группа людей, командовавших этими банками. Под полпроцента годовых, замечу. То есть, всей экономике под 8% годовых, а спекулянтам, которые растащили государственные деньги, под полпроцента годовых.

Второй источник эмиссии, направление эмиссии – это кредитование Агентства по страхованию вкладов. Это плата за неэффективность банковского контроля самого же Центрального банка.

Так вот, если опять же привести денежную политику в соответствие со здравым смыслом и требованиями экономического развития, Центральный банк должен фондировать институты развития, включая этот самый фонд, о котором говорит сегодня Силуанов. То есть, единственный способ этот фонд сделать по-настоящему инвестиционным – это организовать целевой кредит со стороны Центрального банка, под полпроцента годовых, для формирования этого фонда и его последующего рефинансирования. Именно так работают институты развития во всем мире.

Если же просто занимать деньги на рынке – надо понимать, что это будет игра с нулевой суммой. Потому что те деньги, которые удастся собрать в этот фонд, это деньги, которые были бы в другом случае потрачены на другие инвестиции. То есть, мы просто перераспределяем тот небольшой финансовый ресурс, который есть для кредитования инвестиций.

Забираем его с рынка, где частный бизнес мог бы заниматься инвестированием, за счет собственных средств, и тот частный бизнес, который не хочет брать риски, дает деньги фонду. То есть, это увеличение государственных инвестиций, за счет сокращения частных инвестиций, не более того.

И важный вопрос, какой процент. Для того чтобы вкладывать деньги в инфраструктуру, надо понимать, что отдача будет через 10-15 лет. Может быть, через 20. Никто в инфраструктуру не вкладывает кредиты дороже чем под 2% годовых. Если мы возьмем деятельность азиатского банка инфраструктурных инвестиций, банка развития БРИКС, где вы видели проценты больше двух? Если это строительство инфраструктуры – значит, это низкие процентные ставки, это длинные сроки кредитов. Наш рынок способен дать деньги под 2%? Сегодня, очевидно, нет. То есть, это, опять же, некий разговор ни о чем.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > gazeta.ru, 25 мая 2018 > № 2622278 Сергей Глазьев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Образование, наука > gazeta.ru, 25 мая 2018 > № 2622256 Татьяна Голикова

Лоббист соцсферы: сколько дадут на медицину и образование

Вице-премьер Татьяна Голикова уверена, что треть дополнительных расходов бюджета до 2024 года должны поступить на решение вопросов демографии, образования, здравоохранения и науки. При этом действующие меры по стимулированию рождаемости являются недостаточными, рассказала новый лоббист социальной сферы в интервью «Газете.Ru».

--Татьяна Алексеевна, в указе президента о национальных целях и стратегических задачах очень большая доля задач по социальным вопросам. И реализовывать предстоит их вам. Вы можете оценить стоимость дополнительных расходов на них?

— Первое, что хочу сказать, что реализовывать не мне, а правительству. Со всеми коллегами, которые отвечают за соответствующие сферы деятельности: здравоохранение, образование, демография, наука, занятость, и так далее. Что касается оценок, то цифру в 8 триллионов рублей слышали все.

Цифра касается бюджетной системы, федерального бюджета, бюджетов регионов. Сейчас нам предстоит организовать работу. Премьер-министр дал поручение, по поводу того, как мы развернем те приоритеты, которые являются национальными и обозначены в указе, на конкретные мероприятия, цели, сроки, деньги и источники внутри бюджетной системы. Сейчас работа будет происходить на уровне отраслевых министерств вместе с регионами. Потом произойдет сборка всего этого, и окончательная оценка средств, которые потребуются на годичную, трехгодичную и, соответственно, шестилетнюю перспективу. И какие уровни публичной власти будут за это отвечать, и как должна выстроиться вертикаль взаимодействия по этим направлениям.

Сейчас называть цифры по поводу того, сколько будет стоить здравоохранение, а сколько образование, пока преждевременно.

Но я думаю, что из этих 8 триллионов, порядка 2,5 трлн руб., наверное, придется на мой блок – на демографию, образование, здравоохранение и науку.

— Но речь идет именно о дополнительных расходах, а не о перераспределении уже существующих?

— Речь идет и о повышении эффективности. Как вы помните, президент этот источник назвал в качестве первого, когда озвучивал свое послание Федеральному собранию. Это тяжелейшая история. Имея в виду, что мы с Минфином, в рамках моей прошлой должности (председателя Счетной палаты РФ – ред.) уже наработали определенные подходы к повышению эффективности использования ресурсов. Эта работа будет продолжена и, я думаю, в новом качестве, нами всеми. И предполагаю, что в шестилетней перспективе все-таки структура расходов претерпит изменения. Поскольку нужно будет сконцентрироваться на реализации этих приоритетов. И еще раз хочу подчеркнуть, при правильном выстраивании взаимоотношений с регионами.

Я приведу простой пример. Образование – оно сегодня разделено на три уровня. На уровне федеральном находится высшее образование, на уровне региональном, муниципальном – общее и среднее профессиональное образование. Тем не менее, оно обозначено как приоритетное, и касается всех уровней. Соответственно, мы должны правильно выстроить механизмы финансового обеспечения. Что это будет? Это будут расходы регионов и расходы федерального бюджета, или это будет организовано каким-то иным образом? Сегодня образование является ключевым расходом консолидированных бюджетов регионов.

В структуре расходов на образование приходится 25%. Ситуация уже на протяжении большого количества лет не меняется, образование всегда является абсолютным лидером консолидированных бюджетов регионов, и даже бюджетной системы в целом.

Но как правильно выстроить внутри него приоритеты и финансовые взаимоотношения – это нам сейчас предстоит обсудить и решить. То же самое касается здравоохранения. Потому что здравоохранение сегодня – это практически децентрализованная система социального страхования, которая обеспечивается не за счет федерального бюджета.

Федеральный бюджет финансирует только расходы на основные средства и инвестиции. Основные расходы приходятся на Фонд обязательного медицинского страхования, и немножко на бюджеты регионов. Здесь тоже нужно понять, как правильно распределить нагрузку. Что-то из финансового обеспечения изменит тариф оказания медицинской помощи, что-то пойдет как прямые расходы, либо федерального бюджета, либо бюджетов регионов. Либо это будет субсидийная поддержка со стороны федерального бюджета в пользу бюджетов регионов.

То есть, это сейчас ключевые задачи, которые предстоит отстроить, и на это отводится, на самом деле, не так много времени. Потому что не за горами формирование федерального бюджета на 2019 - 2021 годы. И мы даже по времени уже немножко опаздываем.

Почему я вам рассказываю относительно того, как это будет организовано. Потому что все приоритеты, которые обозначены президентом, они, с учетом отраслевого видения и окончательно выработанной консолидированной позиции правительства, должны быть учтены в прогнозе социально-экономического развития и так или иначе повлиять на качественные показатели этого прогноза, и предопределить вытекающие из них бюджетные проектировки. Это очень сложная работа. Так именно мы будем делать работу впервые. Надеемся, что это получится.

— Я правильно понимаю, что, если такой прогноз не сбудется, то это угрожает и доходам бюджетной системы, и, соответственно, размеру расходов?

— Отчасти да, но не все. Зависит от того, как наши структурные изменения в расходах, в поддержке тех или иных отраслей, повлияют на качество и показатели экономического роста. И что мы, собственно, заложим в трех-, а потом в шестилетнюю перспективу.

— В сегодняшней жесткой финансовой конструкции не выгодней ли социальному блоку настаивать на послаблениях, например, снижении уровня бюджетного правила или повышении налогов?

— Нужно понимать и экономические последствия такого рода отстаивания позиций.

Это не значит, что я не являюсь человеком, который не будет поддерживать социальную сферу, ровно наоборот, я теперь должна быть лоббистом социальной сферы. Но лоббизм же он тоже должен быть разумным.

Мы же, в целом, отвечаем за состояние экономики и социальной сферы. Поэтому здесь всегда должен быть разумный компромисс между желаниями и возможностями бюджетов.

— Буквально на днях в Германии отчитались о повышении деторождаемости. Там она стимулируется не только финансовыми средствами….

— Если вы обратили внимание, то в указе стоит не просто показатель увеличения рождаемости, но еще и естественного прироста населения. Вы знаете, что, ввиду понятной нам всем демографической ситуации, демографического спада, который связан с уменьшением количества женщин в детородном возрасте, мы имеем спад рождаемости по 2017-му году. И не случайно поэтому президент принял пакет по демографическим мерам поддержки семей. Я предполагаю, что и этого тоже будет недостаточно.

То есть, мы должны будем предпринимать усилия, которые во всех сферах нашей жизнедеятельности влияют на увеличение так называемого суммарного коэффициента рождаемости. У нас он самый хороший был в 2015-м году, приближался к 1,8. Сейчас, если вы обратили внимание, в указе стоит 1,7. Потому что у нас произошло резкое снижение в 2017 году. И здесь нацеленность на поддержку семей, которые хотят иметь детей, очень важна.

Я думаю, что нам на шестилетней перспективе нужно будет дополнять демографический пакет мерами по поддержке деторождения.

— Достаточно среди этих мер одного материального стимулирования, в виде материнского капитала?

— Нет, конечно. Материнский капитал – это лишь одна из составляющих, которая, в том числе, влияет на финансовое состояние семей и на некие дополнительные возможности, которые предоставляет материнский капитал, по жилью, по образованию, по возможности получить какие-то деньги на приобретение необходимого для того, чтобы обеспечить ребенка. Но есть же еще и другие вещи, которые связаны с функционированием системы здравоохранения, которые связаны с социалкой, как таковой, в широком смысле слова, с функционированием системы образования.

Потому что помимо того, что мы попали в сложную демографическую ситуацию со снижением количества женщин, находящихся в детородном возрасте, мы еще и понимаем, что на это влияет финансовое состояние семей. То есть, бедность.

Если посмотреть статистику Росстата, то мы увидим, что в категорию бедных попадают молодые люди и люди в трудоспособном возрасте, которые имеют детей. И, собственно, поддержка в эту сторону, и анализ и выявление причин попадания в эту ситуацию, мне кажется, это чрезвычайно важно для глобального решения проблем бедности. Помимо того, что понятно, что основой снижения бедности является экономический рост. Все взаимосвязано. Но комплексное воздействие на эту проблему очень важно. Здесь придется взаимодействовать не только в рамках своего блока, но и в рамках расширенного правительства, если можно так сказать.

— Последние шесть лет неуспешно решался вопрос пенсионной системы.

— А почему такая оценка, «неуспешно»?

— Потому что очень долго. Потому что обсуждение было затянуто...

— А как вы думаете, что является залогом успешности, оценки успешности?

— Переход к действию, получение результата и переход к следующему действию...

— Но, тут самое главное – что мы хотим получить в качестве результата.

— Вот поэтому я и хотел вас спросить, а какие факторы будут влиять на скорость решения пенсионной проблемы сейчас?

— Факторы? Скажу, наверное, банальные вещи, опять же, тот же самый экономический рост, рост фонда заработной платы, который, в общем, влияет на сбалансированность пенсионной системы. Это первый и второй факторы.

Третье, чрезвычайно, на мой взгляд, важное, решение проблемы по самозанятым и выработка соответствующего решения относительно того, что мы будем делать с этим контингентом людей. Поскольку даже если они не имеют трудового стажа, достигая определенного возраста, мы им назначаем социальную пенсию. То есть, по сути, вынимаем ресурс у тех, кто заработал. И поскольку это распределительная система, молодые платят за пожилых.

И четвертая, наверное, тема, которую тоже предстоит серьезно оценить. Вы знаете, что есть пониженные тарифы, особенно в системе Пенсионного фонда. Насколько они эффективные, эти тарифы, как они влияют на состояние отраслей, состояние предпринимательского климата? Это не значит, что их надо отменять. Просто надо оценить, либо они такие и мы их фиксируем на какой-то срок, либо мы признаём, что они не оказывают никакого влияния на состояние отрасли, где такая льгота предоставляется.

Безусловно, обсуждается и тема пенсионного возраста, по которой предстоит выработать консолидированное решение. Я говорила о существующей и введенной балльной пенсионной формуле, которая заслуживает отдельного анализа. Я думаю, что не случайно правительство до настоящего времени не приняло методику оценки пенсионного капитала. Видимо, в этом была какая-то сложность. И сейчас нужно оценить, насколько все правильно, что мы сделали, и тогда подтвердить и утвердить эту методику. Либо перейти на другую систему или на другую формулу. Мне кажется, это очень важно.

Но самое главное, что все, что будет происходить в пенсионной системе, требует очень серьезного объяснения. Потому что мне кажется, что в социальной сфере очень важно объяснять, что ты собираешься делать. И вот последовательность шагов и последовательность влияния каких-то действий на процессы – она должна быть объяснена.

Отсутствие объяснений и отсутствие такого, пусть не стопроцентного, но понимания с обществом, она для социальной сферы очень важна. Партнерский диалог, при всех сложностях такого диалога, поскольку мы имеем различные категории населения, в сегодняшней ситуации очень важен.

— Соответственно, с диалога вы и начнете.

— Буду стараться. Во всяком случае, действовать так. У меня есть какой-то опыт работы на разных должностях. И не всегда, может быть, положительный опыт работы. Но, тем не менее, мне кажется, это очень важно: обсуждение, выстраивание аргументов и умение услышать другую сторону. Понятно, что есть вызовы времени, которые не всегда могут быть поняты, но их все равно нужно объяснять. Буду стараться. Но очень рассчитываю на своих коллег, которые находятся и в моем блоке, и, что называется, партнеры из других направлений, которые работают с нами. Очень рассчитываю, что мы будем в диалоге.

— Известна долговая проблема регионов, которая возникла по итогам прошлых шести лет. Предел прочности региональных бюджетов при решении социальных вопросов достигнут, либо есть еще какие-то резервы?

— Я думаю, что предел прочности – он, на самом деле, не этим определяется. Да, мы реструктурировали бюджетную задолженность, помогли реструктурировать отдельным регионам коммерческую задолженность. Это, безусловно, очень серьезный шаг. И за последние шесть лет он был беспрецедентным. Он растянут во времени. И, с одной стороны, он высвобождает нагрузку на регионы, в конкретном периоде времени. А с другой стороны — отодвигает ее на будущее.

Теперь у нас появились 12 плюс 1 новых национальных приоритетов, которые тоже возложат нагрузку на бюджеты регионов, поскольку в основном это их полномочия. Поэтому я и начала с того, что, если мы с самого начала правильно не выстроим это взаимодействие, вертикаль понимания и достижения целей, создания механизмов взаимодействия, нам будет крайне сложно достигнуть тех целей, которые перед нами поставил президент. Потому что это не красивые слова и не фигура речи. Потому что сегодня один на один с населением, в принципе, находятся губернаторы.

Рациональное взаимодействие и желание слышать – очень важно.

Потому что многое из того, что произошло за последние шесть лет, прежде всего закредитованность регионов, в том, что мы зачастую принимали решения, которые налагали на них непосильные обязательства.

Сейчас ситуация, как мне кажется, меняется в лучшую сторону. Как с точки зрения поступлений, я имею в виду доходную часть, так и с точки зрения некоторого улучшения структуры расходов и состояния государственного долга. На 1 мая, все-таки госдолг почти на 100 с лишним миллиардов рублей сократился, по сравнению с 1 января. Он был 2 триллиона 315 миллиардов, сейчас он стал 2,2 триллиона рублей. И, мне кажется, это очень серьезное позитивное движение. Главное, чтобы мы его не утратили.

— Правительство уже несколько лет обсуждает способы перехода на адресную социальную помощь. Вы будете продолжать работу в этом направлении, либо откажетесесь от нее?

— Это уже давно прописано в законе, еще начиная с 2015 года. Другое дело, что движения пока в этом направлении, такого явного, нет. Что важно? Я всегда с этого начинаю, это как бы принцип моей работы.

Пока ты не понимаешь, с каким массивом информации ты работаешь, принимать управленческие решения очень сложно, иначе они будут ошибочными.

Что я имею в виду? Сегодня на базе пенсионного фонда создается система учета социальных обязательств, которые есть у федерации, у субъекта и у муниципалитета. То есть, речь идет о том, что система должна понять и выдать нам результат, какое количество различных социальных пособий, выплат имеет каждый гражданин. Но это еще можно понять.

Но не каждый гражданин у нас знает, а что ему положено. Он как бы получает, получает, а на самом деле, может быть, его возможности существенно шире, чем то, что он получает. Но это нигде, на сегодняшний день, не собрано и не отфиксировано. И, когда будет создана такая система, в принципе, она по идее-то должна уже со следующего года в пилотном режиме начать функционировать, тогда мы начнем понимать, с каким объемом проблемы мы имеем дело.

И только тогда можно принимать какие-то управленческие решения по трансформации этих систем. Что можно убрать, что объединить, где ввести принцип адресности, где оставить категориальные льготы и тд. Мне кажется, вот без этого невозможно просто так пойти и сказать: с завтрашнего дня адресная помощь будет по этим направлениям.

--На форуме было объявлено о создании Фонда инфраструктурных проектов. На первый взгляд, решение вроде бы как не имеет никакого отношения к социальному блоку. Но такой инструмент оттягивает серьезные финансовые ресурсы в том числе и с бюджетной системы, которые могли бы быть использованы и на социальные проекты. Вы такие угрозы видите?

— Я бы не стала так оценивать эту ситуацию. К заимствованиям я отношусь крайне аккуратно, с учетом ситуации, в которой мы находимся. Но тем не менее, если это то, о чем мы говорили с Антоном Германовичем (Силуановым, первый вице-премьер – ред.), то какой-то такой явной угрозы, исходя из называвшихся объемов, я не вижу. Если говорить о том, что это средства, которые отвлекаются от социальной сферы, то это не совсем так. Потому что социальная сфера сама по себе не функционирует.

И, если деньги идут на дороги, то главное, чтобы эти дороги шли в правильном направлении, и решали не только магистральные задачи соединения между двумя крупными центрами. А все-таки чтобы они еще достигали задачи повышения доступности граждан к социальным объектам.

Вот это то, что у нас не получалось всегда. То есть, у нас, как мне кажется, была некоторая отраслевая разобщенность. Преодолеть ее очень сложно. Потому что все-таки отраслевой принцип построения управления. Каждый считает, что вот это важнее и главнее. А вроде как социалка – она всегда была так, чуть побоку и чуть в стороне. Это будет сложно. Удастся, не удастся – не знаю. Но будем стараться, чтобы это удалось.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Образование, наука > gazeta.ru, 25 мая 2018 > № 2622256 Татьяна Голикова


Россия. Евросоюз. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2683716 Александр Новак

Интервью Александра Новака главному редактору радиостанции "Эхо Москвы" Алексею Венедиктову на ПМЭФ-2018.

Автор: Венедиктов Алексей

в гостях: Александр Новак Министр энергетики РФ

А.Венедиктов - Ну что, здравствуйте, новый старый министр? Я не знаю, поздравлять, наверное, нужно. И, наверное, вас нужно поздравить с тем, что в начале вашей очередной каденции начала резко расти цена на нефть, что принесет в бюджет, наверное, много денег, и социальные проблемы будут решены. Или это кажется временным?

А.Новак - Поживем - увидим. Я не являюсь прогнозистом, как говорится, тех цен, которые будут на нефть. Но, вы знаете, что наш бюджет сбалансирован при цене на нефть 40 долларов, причем это цена не Brent, это цена Urals. Сегодня мы имеем Urals порядка 75-77 долларов, поэтому, конечно, ситуация гораздо лучше, чем планировалось. Это позволяет нам формировать резервы, формировать возможности для будущих возможных изменений конъюнктуры цен на мировых рынках, то есть стабилизировать ситуацию. В то же время формировать доходы, которые обеспечивают исполнение бюджета.

А.Венедиктов - Александр, а это рукотворный рост?

А.Новак - Нельзя говорить о рукотворном, иначе сразу антимонопольные органы появятся здесь, даже в нашей студии.

А.Венедиктов - Не надо. Я могу сказать, я же не понимаю.

А.Новак - Конечно, какая-то часть есть тех решений и даже, мне кажется, значительная часть, которые были приняты по совместным действиям стран ОПЕК и не ОПЕК. И если бы, допустим, своевременно мы не договорились с 24 странами, которые приняли решение на время сократить объемы добычи и не наращивать на рынке предложение, конечно, ситуация была бы сегодня хуже, на мой взгляд. Мы бы еще жили в условиях низких цен и кризиса, поскольку в период, вы знаете, 14-го, 15-го года все пытались наращивать и сохранять свою долю на рынке, тем самым теряя в цене на нефть, теряя в доходах бюджетов тех стран, которые являются экспортерами, производителями нефти. И это, конечно, негативно влияло в целом на инвестиции в отрасли.

Конечно, с точки зрения цикличности мы бы все равно пришли к какому-то моменту, когда в результате низких цен инвестиции бы в отрасль сократились, и мы бы получили дефицит, который поднял бы цену.

А.Венедиктов - Это мы такие умные, что мы решили прервать этот круг?

А.Новак - Знаете, как-то так сложилось. Вы помните, переговоры в 2016-м году в январе и в апреле в Дохе, когда первые переговоры были, тогда страны не нашли консенсус, хотя были близки к этому. Я думаю, что это общее понимание стран-экспортеров рынка, что нужно действовать совместно. Если раньше только, допустим, ОПЕК реализовывала такие совместные действия - страны, которые входят в ОПЕК, это 13 стран - сегодня все понимают, что без участия других стран, крупнейших производителей таких, как Россия, как Мексика или тот же Азербайджан, невозможно, поскольку рынок очень изменился, и на сегодняшний день один ОПЕК уже не может регулировать.

А.Венедиктов - Прошу прощения. Может быть, принять их в ОПЕК, может запустить процедуру расширения ОПЕК? А то, получается, здесь, значит, есть организация, которая договаривается, а потом она не договаривается с отдельными игроками. Это было бы правильным, или это было бы неправильным, как вам кажется сегодня?

А.Новак - Я не могу говорить за ОПЕК. Это организация, которая существует уже достаточно давно, еще с 60-х годов и имеет свою историю, свои взаимоотношения...

А.Венедиктов - Как вам кажется, правильным было бы?

А.Новак - Сегодня, мне кажется, инструменты, которые были использованы при подписании соглашения в конце 2016 года, вот они полтора года работают, все исполняют, причем исполняют соглашение на сто процентов и выше, чего не было в истории ОПЕК никогда. И это говорит о том, что даже этот инструмент, он, получается, более эффективный, чем предыдущие инструменты. Вот, кстати, мы сегодня находимся в обсуждении, в дискуссии. По окончании действия соглашения о сохранении формата взаимодействия между странами, которые сейчас вместе работают на рынке.

А.Новак: Мы, конечно, не должны ориентироваться на то, как скажут США

А.Венедиктов - Все равно получается какая-то конференция.

А.Новак - Много разных вариантов. Я не хотел бы их анонсировать.

А.Венедиктов - Почему?

А.Новак - Потому что, мне кажется, нужно сначала обсудить с коллегами, выработать вариант с тем, чтобы не предвещать события. Но мы находимся в стадии обсуждения. В июне месяце, когда будет очередная встреча с нашими коллегами, министерская встреча, мы будем более подробно обсуждать. Возможно, тогда и озвучим.

Но, как вариант, допустим, это сохранение действующего формата отношений без квот, но при необходимости, допустим, если нужно будет принимать какие-то решения о балансировке рынка, эти встречи могут заканчиваться тем, что мы будем принимать такие решения, как в декабре 16-го года.

А.Венедиктов - Вот если говорить о позиции России, поскольку вы не можете говорить за коллег, вы сторонник просто - ну, слово "просто" неправильное, но вы понимаете - пролонгации ситуации, или что нужно изменить в этой ситуации? Вот в июне вы на чем будете настаивать?

А.Новак - Вы имеете в виду то, что касается этого года?

А.Венедиктов - Конечно, да. Вы сами анонсировали июньскую встречу.

А.Новак - На июньской встрече, я думаю, наверняка мы будем стопроцентно обсуждать текущую ситуацию на рынке. Будет ли рынок к тому времени уже окончательно сбалансирован, мы будем смотреть прогноз на ближайшие несколько месяцев до конца года. И если мы посчитаем, что, действительно, уже рынок сбалансирован и есть необходимость немножко смягчить позицию, то такая возможность будет и мы сможем принять соответствующее решение.

А.Венедиктов - Смягчить позицию - это значит...

А.Новак - Смягчить - это значит увеличить добычу или снизить те квоты - вот миллион 800 тысяч баррелей в сутки, которые были расписаны по всем странам, снизить, допустим, на какой-то уровень поэтапно, мягко для того, чтобы не нарушить хрупкий баланс, который сегодня мы, так или иначе, уже отмечаем.

А.Венедиктов - А несколько, если мы говорим о нерукотворном повышении цены или рукотворном - не имеет значения, - насколько иранский кризис или выход американцев из системы договора, он повлиял уже и может повлиять, если это случится через 180 дней? Насколько вы учитываете все это, и насколько это реально влияет?

А.Новак - В вашем вопросе уже практически ответ есть, поскольку однозначно рынок однозначно и очень резко реагирует на такие заявление, касающиеся особенно стран-экспортеров. И заявление США о выходе из ядерной сделке - конечно, это означает, что есть неопределенность относительно добычи нефти в Иране и предложения ее на рынке. И фундаментально, конечно, все участники рынка реагируют и закладывают в цену определенное количество доли цены. На мой взгляд, от 5 до 7 долларов сегодня в цене - это риски, которые были заложены в части ситуации в Иране.

А.Венедиктов - Но это не так много, да, Александр? С учетом того, что мы планировали 40, у нас - 75 в среднем.

А.Новак - Согласен, что не так много, потому что все-таки в большей степени играет фундаментальный фактор. Я могу сказать цифру: если на начало 18-го года избытки нефти в странах ОЭР (Организация экономического сотрудничества) были где-то 340 миллионов баррелей, то на сегодня день впервые в апреле месяце мы получили полное исчезновение этих излишков и даже уже вышли в дефицит в 20 миллионов баррелей относительно среднего пятилетнего значения. Это означает, что мы достигли фактически той цели, которая была с точки зрения остатков на рынке относительно средних пятилетних.

Тем не менее, мы сейчас видим, что резко уменьшилась добыча в Венесуэле из-за кризиса, который там происходит. Собственно, на 1,5 миллиона баррелей там уменьшилась добыча. Нужно посмотреть, как эта ситуация будет развиваться. И, возможно, это один из факторов, который повлиял на сокращение баланса и остатков и на то, что цена выше той, которую мы прогнозировали.

А.Венедиктов - Значит ли это, что в этом смысле России ничего не угрожает? Имею в виду, что, несмотря на внешние кризисы, которые поднимают цену на нефть и некоторые политические и мировые заявления - нам же выгодно увеличение цены на нефть в каком-то периоде? - может быть, эти кризисы мы сами должны создавать?

А.Новак - Если говорить о каком-то сиюминутном факторе, моменте, - в моменте, конечно, выгодно иметь более высокую цену. Но отрасль нефтяная отличается тем, что она очень капиталоемкая, и разработка месторождений, транспортировка, переработка нефти - это огромные многомиллиардные инвестиции, которые окупаются не в течение одного года, а окупаются в течение 7-10 лет. И поэтому отрасль заинтересована не в высоких ценах моментных, а в более долгосрочных стабильных ценах на нефть, когда можно было бы планировать свои инвестиции, привлекать кредитные ресурсы под проекты, возвращать их. И в меньшей волатильности отрасль заинтересована.

А.Новак: Нельзя говорить о рукотворном росте, иначе сразу антимонопольные органы появятся здесь

Именно в этих целях и была реализована сделка в конце 16-го года, которая на сегодняшний день продолжается с тем, чтобы эту волатильность между низкими ценами и высокими снизить.

Поэтому я не могу сказать, что мы на сегодняшний день заинтересованы в повышении цен до 100 долларов или до 140, как это было в 2008 году, потому что это сиюминутно приведет к тому, что будут добывать нефть все при таких ценах, и это приведет к существенному падению цен. Нам важна и для бюджета и для инвестиционной деятельности компаний стабильность. Поэтому сегодня мы хотим именно достичь такой ситуации, и это была бы наша основная цель.

А.Венедиктов - А вы могли бы пояснить нашим слушателям. Мы внимательно наблюдали за приключениями "Башнефти", я имею этих китайско-катарских приключений. Можно ли понять, в чем выгода государства во всей этой истории? Не компании "Башнефть" в данном случае, не китайцев. Что приобрело государство в результате этого или вы что-то ждете? Не собираюсь вас сталкивать с Игорем Ивановичем Сечиным. Вы представляете государство, а не компанию, поэтому у меня и вопрос в этом: что в конце хотелось бы получить? Или уже все государство получило?

А.Новак - Если вы говорите о приватизации "Башнефти" и одновременно речь шла о приватизации пакета "Роснефти".

А.Венедиктов - Да-да, я имею в виду всю цепочку, конечно.

А.Новак - Речь шла о получении, во-первых, дополнительных доходов в бюджет, которые поступили дополнительно в бюджет от реализации пакета "Роснефти". И это частично приватизация при сохранении контрольного пакета государством в компании. Это дополнительный бюджет, это дополнительные инвесторы. Это дополнительное корпоративное повышение эффективности управления с учетом привлечения новых независимых директоров.

С точки зрения работы консолидации совместно "Башнефтью", это все-таки было направлено на мультипликативный эффект, связанный с повышением эффективности от объединения деятельности и повышения эффективности как добычи, так и нефтепереработки. А также возможности реализации, то есть трейдинга нефтепродуктов, поскольку появляется больше возможности оптимизации этих процессов.

А.Венедиктов - Цель понятна, а результат?..

А.Новак - Результат? Могу сказать, что в бюджет поступили все деньги, которые были запланированы.

А.Венедиктов - В этом смысле вы довольны, а все остальное - дело компаний.

А.Новак - На сегодняшний день это коммерческие компании, которые реализуют своею деятельность, показывают прибыль своим акционерам и, собственно, повышают эффективность, и самое главное - обеспечивают потребителей качественными нефтепродуктами 5-го класса, высокоэокологичного. Кстати, компания "Роснефть" на сегодняшний день является ведущей на рынке, с точки зрения обеспечения нефтепродуктами.

А.Венедиктов - Долги не беспокоят в нефтяных компаниях, накапливающиеся и увеличивающиеся? Государство будет по ним отвечать каким-либо образом? Мы видим, как государство иногда вынуждено по дольщикам отвечать, извините за сравнение. Долги растут. Это обременение?

А.Новак - Долги - это следствие принимаемой политики, финансово-экономической политики, бюджета, финансового плана компаний, которые очень подробно рассматриваются на различных комитетах, куда входят как представители государства, так и независимые директора. А также рассматриваются, в конечном итоге, на совете директоров, который принимает соответствующее решение. И, на мой взгляд, мы здесь не видим никакой критичной ситуации. Компания имеет высокую EBITDA, и другие компании. И обеспечены эти долги соответствующей выручкой. Безусловно, акционеры это видят. Может быть, по сумме это высокие цифры. Конечно, нужно смотреть относительно общей выручки, относительно прибыли, которую зарабатывает компания.

А.Венедиктов - Не критично, с вашей точки зрения пока?

А.Новак: Мы на сегодняшний день заинтересованы в повышении цен до 100 долларов или до 140

А.Новак - В принципе это вообще не критично. Но если посмотреть другие отрасли, сегодня практически все компании на мировых рынках реализуют новые проекты за счет заимствования денег на рынке. Деньги на рынке становятся дешевле даже у нас, в России с учетом снижения инфляции на рекордный уровень по прошлому году. Заимствование на финансово-экономических рынках становится значительно дешевле.

Если брать, допустим, такие рынки, как США или Европу, заимствования вообще близки к нулю. Ни один проект там не реализуется за счет свободных денежных средств. Это те средства, которые дают банки, это те средства, которые ложатся в долг, но которые потом возвращаются за счет доходов от реализации продукции.

А.Венедиктов - Я уловил, что нет беспокойства на сегодняшний день. В этой связи, смотрите, реально осталась одна частная компания - я не по формальным признакам - "Лукойл". И начали говорить о том, что государство должно зайти в "Лукойл". Есть такие планы?

А.Новак - Нет, таких планов нет. По крайней мере, они к нам в министерство не поступали, и я о таких планах не знаю. Компания "Лукойл" тоже достаточно эффективная компания, которая сегодня реализует масштабные, крупные инвестиционные проекты; модернизировала свои нефтеперерабатывающие заводы, готова вкладывать в другие проекты, в том числе, в переработку, в нефтегазохимию. И вы знаете много проектов, которые реализованы сейчас на шельфе Каспийского моря. Это в целом отдельный кластер. И, мне кажется, что компания конкурентоспособна не только на российском рынке, но и на мировых рынках.

А.Венедиктов - В этой связи про мировые рынки. Про российские нефтяные пока компании. Сейчас мы с нефтью закончим. У нас еще газ впереди, еще атомная энергия. У меня все-таки вопрос про участие российских компаний государственных и полугосударственных на внешнем рынке. Растет доля... Как государство помогает? Падает доля участия, открываются возможности, закрываются возможности даже с учетом санкций или с учетом ливийского контракта, иракского контракт - вы как министр видите в целом картину, и хотелось бы понять: российские компании - там.

А.Новак - Что касается внешнеэкономических, развития торгово-экономических отношений и реализации проектов на рынков других стран, мы, безусловно, поддерживаем. Наши компании являются глобальными, одними из самых крупнейших в мире. Такие компании как "Роснефть", "Лукойл", "Газпром нефть". Есть потенциал реализации проектов в других странах.

И в первую очередь это направлено не только на получение дополнительных доходов, инвестиций, но и на использование российских технологий, использование российского оборудования. Это косвенным образом положительно очень влияет на заказ для наших отечественных предприятий машиностроения, производства технологического оборудования. Обмен опытом, потому что обычно компании участвуют не сами, а участвуют с другими мейджерами мировыми, и это обмен компетенциями и возможность, в том числе, реализации этих компетенций потом на проектах, реализуемых в России.

А.Венедиктов - Компетенции не померишь, а доли рынка померишь.

А.Новак - Действительно, и доля рынка тоже, наверное, имеет значение, потому что от объемов добычи в целом зависит, в том числе, капитализация компании, и оценка участниками рынка стоимости акций, поэтому, я думаю, что это, действительно, один из факторов.

А.Венедиктов - Растет доля, или санкции их прижали?

А.Новак - На мой взгляд, последние годы сейчас наша доля рынка остается стабильной. Несмотря на то, что мы не наращиваем добычу в течение полутора лет в Российской Федерации, тем не менее, наши компании реализуют проекты и в других странах, таких, как, допустим, Ирак, Вьетнам. Вот сейчас идут переговоры, в том числе, и по Ирану, по новым проектам, которые могут быть реализованы. Поэтому здесь, несмотря на то, что это тоже участники сделки ОПЕК и не ОПЕК, тем не менее, это привлекательные истории для того, чтобы вкладывать инвестиции в эти страны.

А.Венедиктов - Александр, вы сказали про Иран. Известно - еще раз вернусь, - что американцы собираются выйти из договора. И мой вопрос: как это может отразиться на российских компаниях, которые будут работать в Иране? Вы вообще решили, так сказать, не обращать внимания на это - что они угрожают санкциями тем, кто будет работать в Иране?

А.Новак - Безусловно, не обращать внимание невозможно. Все-таки нефтяной рынок глобальный. Многое будет зависеть от окончательных решений по этому вопросу. Сейчас не до конца понятно, на самом деле. Есть 180 дней, которые даны для того, чтобы принять окончательные решения. Если вспомнить предыдущие санкции, то мы вспомним, что США европейским странам, некоторым азиатско-тихоокеанским странам не запрещали импортировать иранскую нефть, и не вводили санкции в отношении этих стран, устанавливая определенные квоты.

Мы, конечно, не должны ориентироваться на то, как скажут США. У нас в этом смысле свои взаимоотношения, и мы имеем давние дружеские отношение и торговые экономические, и в области толливно-энергетического комплекса. И мы продолжали работать даже тогда, когда санкции были и в предыдущий, жесткий период. Нужно будет изучить все юридические аспекты принимаемых решений. Как мы видим сейчас, европейские страны достаточно негативно относятся к тому, что было принято о выходе из договора по ядерной сделке США. Нужно будет, в том числе, дождаться окончательно европейцев.

Что касается нашей позиции, я думаю, что наши компании оценят эту ситуацию, но в целом мы настроены на то, чтобы продолжать сотрудничество.

А.Венедиктов - Знаете, когда я смотрел на пресс-конференцию Владимира Путина и канцлера Германии Меркель - как раз вопрос зашел о "Северном потоке-2" - телевидение вас показывало, если не ошибаюсь. Вы были очень удовлетворены. Чем? После переговоров.

А.Новак - Во-первых, я не знаю, какое у меня было выражение лица...

А.Венедиктов - Расслабленное. Умильное.

А.Новак - Мне кажется, были, действительно, очень важные переговоры с точки зрения разных проектов. И один из проектов, который обсуждался, - это реализация проекта по строительству второй очереди "Северного потока". Это важный проект для Европы. И в нем заинтересованы европейские компании, европейские потребители, поскольку потребление газа в Европе продолжает расти. Импорт газа будет продолжать расти.

А.Новак: Весь объем, который сегодня есть по украинскому маршруту, вряд ли сохранится

Мы видим, что есть стран, у которых падает собственная добыча, в том числе, это Голландия, другие страны. В Норвегии есть проблемы. В общем, мы видим, что этот рынок будет расширяться. И, конечно, реализация таких крупных инфраструктурных проектов абсолютно коммерческая, которая позволяет инвесторам "Газпром" вместе с европейскими компаниями - Shell, Uniper, OMV и другие - реализовывать этот проект.

В рамках переговоров обсуждались возможности, при которых наши коллеги будут более активно поддерживать реализацию совместного проекта.

А.Венедиктов - Немцы, да?

А.Новак - Да. Немцы заинтересованы, они поддерживают. Видим, что в данном случае превалирует экономических подход, а не политический, поскольку Европа заинтересована в надежных поставках в течение длительного времени наиболее экологичного вида топлива для европейцев. Поэтому мы считаем, что сейчас, в данным момент проект реализуется в соответствии с утвержденным планом, с утвержденной дорожной картой. Получены необходимые разрешения, в том числе, и от Финляндии и от Германии. Германия дала разрешение на прокладку в свой исключительной экономической законе, а также уже на строительство по территории Германии, где выходит на сухопутную часть подводных газопровод, и там уже ведутся соответствующие в рамках разрешения работы по подготовке строительства. Поэтому будем и дальше реализовывать этот проект вместе с нашими европейскими партнерами.

А.Венедиктов - В этой связи, насколько все-таки этот проект такой политический, а не экономический? Украина. Как бы вся эта история, ненадежность Украины, надежность Украины? Госпожа Меркель об этом говорила?

А.Новак - Для нас это чисто экономический проект. Я могу привести очень много аргументов в этой части.

А.Венедиктов - Ну вот, например.

А.Новак - Например, этот газопровод, ресурсной базой для которого является полуостров Ямал, фактически Бованенковское месторождение - продолжительность этого газопровода для доставки его конечному потребителю почти на 2 тысячи километров короче. Используются самые современные технологии по строительству газопровода, с высоким давлением, с самыми современными технологиями, что позволяет удешевить, во-первых, снизить потери, увеличить скорость подачи. И это дает возможность практически в два раза иметь себестоимость доставки газа для конечных потребителей европейских. И за счет расстояний и за счет новых технологий. Поэтому сегодня он, конечно, выгоден. Это как построить новый дом...

А.Венедиктов - Но бросить ли старый?

А.Новак - Вы знаете. Наша позиция заключается в том, что можно использовать и старый маршрут, но для этого должны быть экономические условия владельцами этой газотранспортной системы предоставлены не хуже, чем сегодня есть альтернатива и есть конкурентные возможности для доставки газа. Поэтому мы хотим получить от наших партнеров украинских предложения по технико-экономическому образованию. Ждем от них. И, в принципе, мы никогда не отказывались от этого маршрута. Это экономический вопрос в первую очередь.

А.Венедиктов - Последний вопрос, может быть. Вот заполнение "Северный поток" и украинский маршрут насколько возрастает или он остается прежним, как до "Северных потоков"? Это переброс со старого маршрута в обход Украины или это добавление?

А.Новак - Нет, здесь надо в совокупности рассматривать, потому что у нас же еще реализуется проект "Турецкий поток". Там часть газа, которая ранее проходила через Украину, Молдавию, Румынию и Болгарию, на сегодняшний день будет поставляться уже напрямую турецким потребителям и напрямую европейским потребителям, что тоже более эффективно, поскольку также используются современные технологии.

Поэтому если смотреть в совокупности, конечно, весь объем, который сегодня есть по украинскому маршруту, вряд ли сохранится. Но нужно смотреть в перспективе. И мы видим, что в перспективе рост потребление газа в Европе и увеличение объема мы видим, что в период до 2035 года порядка 100 миллиардов кубических метров газа дополнительно Европа будет импортировать в год. Это означает, что часть, безусловно, этого объема - это то, в рамках чего может увеличить объемы поставок и Российская Федерация и "Газпром". Мы видим свою конкурентоспособность. И тогда уже нужно будет, конечно, считать. И, может быть, существующих газопроводов не хватит, нужно будет еще больше развивать инфраструктуру.

А.Венедиктов - Запугали. Александр Новак, я напомню, что он свежепереназначенный министр правительства России. И в следующий раз мы с вами обязательно поговорим о ядерной энергетике и о нашей любимой теме с вами - альтернативных источниках энергии. Или это все замерзло сейчас в России? Нефть поднялась, газ - ура! Все, и не надо заниматься.

А.Новак - Наоборот, очень интересные тенденции происходят и в России в рамках развития возобновляемых источников энергии. И очень интересно было бы, действительно, поговорить на эту тему, поскольку и в мире происходят изменения. Мы, кстати, могу в заключении сказать, если эту тему затронули, подготовили проект закона, в котором мы создадим нормативную базу для возможности развития микрогенерации до 15 киловатт-часов. То есть это означает, если по-простому говорить, каждый домовладелец, домохозяйство будет иметь возможность иметь солнечную панель и производить для себя электроэнергию и иметь возможность продавать ее в сеть. То есть, в принципе, о чем говорили очень долго, такой проект закона сейчас подготовлен и будем это развивать. Так же будем развивать зарядную структуру для электромобилей и многое-многое другое, касающееся улучшение качества для потребителей и для каждого человека.

А.Венедиктов - Серия один закончилась, будем ждать серию два в ближайшее время. Спасибо!

А.Новак - Спасибо большое за приглашение!

Ссылка на интервью: https://echo.msk.ru/programs/beseda/2208480-echo/

Россия. Евросоюз. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2683716 Александр Новак


Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 23 мая 2018 > № 2619989 Алексей Гордеев

Не "благодаря" и не "вопреки"

правительство и развитие: параллельные прямые

Вечером 18 мая российский президент подписал 31 указ о назначениях в новом правительстве РФ. И если распределение позиций 10 вице-премьеров (в случае Антона Силуанова как первого заместителя Дмитрия Медведева, заодно и министра финансов) было известно заранее, а «горизонтальная ротация кадров» на этом уровне оказалась беспрецедентной, то в списке «просто министров» ожидались более существенные изменения — впрочем, ничуть не «революционные», а проводимые, так сказать, «в походном порядке».

Интересно, что по мере нарастания гибридной агрессии против России «коллективного Запада» во главе с США, там всё более востребованной становится такая известная со времён холодной войны полуконспирологическая дисциплина, как «кремленология». «Специалисты» в этой сфере занимались тем, что на основе расположения лидеров КПСС на трибуне Мавзолея во время праздничных демонстраций 1, 9 мая и 7 ноября, публикаций в советской прессе с перечислением тех или иных фамилий, других открытых источников — выстраивали схемы распределения функций в партийной иерархии, следили за возвышением и падением разных «носителей власти» внутри неё, делали выводы об изменениях баланса сил и «колебаниях» внутри- и внешнеполитического курса.

Очень «помогало» подобной работе «кремленологов» то простое обстоятельство, что в СССР тезис «народ и партия едины» на определённом уровне действительно проводился в жизнь: то есть общество полагалось информировать о том, что происходит «наверху», кому и где в данный конкретный момент доверено защищать интересы партии и народа. Учитывая, что членами КПСС было примерно 5—6% населения страны, остальные получали данную информацию (в минимально необходимом объёме) через прессу, радио и телевидение, а также политинформации по месту работы, учёбы или жительства, на различных общественных мероприятиях и т.д. и т.п. То есть информация о властных перестановках, в целом, если даже не полностью соответствовала, то и не противоречила реальному положению вещей.

Сегодня же такого соответствия нет и быть не может — в этой связи достаточно вспомнить историю Сердюкова/Васильевой во главе российского Минобороны, под маскировкой которых были проведены масштабное перевооружение и модернизация российской армии.

Поэтому, глядя на список нового правительства «глазами кремленологов», мы можем сделать определённые выводы только о том, какую картину действующее политическое руководство России предлагает своим западным «партнёрам», но не о том, насколько эта картина может соответствовать действительности.

Список вице-премьеров был утверждён, согласно официальным материалам, в такой последовательности: Силуанов, Голикова, Трутнев, Голодец, Мутко, Козак, Борисов, Гордеев, Акимов, Чуйченко. То есть на первый план выдвинуты те фигуры, которые прочно ассоциируются не просто с прозападным «либеральным крылом» российской власти, но конкретно — с «группой Кудрина». При этом всю «первую пятёрку», включая Виталия Мутко, можно назвать «менеджерами»-финансистами, а вот вторая (включая нового главу аппарата правительства) представлена, как выражались раньше, «орговиками», то есть специалистами по реальной организационной работе.

Вывод, который могут и должны сделать из этого списка западные «кремленологи»: Россия готова идти на контакты и уступки, прежде всего — в финансовой сфере.

Теперь пройдём по списку дальше… Указы о назначении министров были подписаны в следующей (не по номерам документов, а по порядку перечисления на официальном сайте kremlin.ru) последовательности:

— министр внутренних дел Владимир Колокольцев;

— министр по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Евгений Зиничев;

— министр иностранных дел Сергей Лавров;

— министр обороны Сергей Шойгу;

— министр юстиции Александр Коновалов;

— министр здравоохранения Вероника Скворцова;

— министр культуры Владимир Мединский;

— министр науки и высшего образования Михаил Котюков;

— министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин;

— министр промышленности и торговли Денис Мантуров;

— министр просвещения Ольга Васильева;

— министр по развитию Дальнего Востока Александр Козлов;

— министр по делам Северного Кавказа Сергей Чеботарёв;

— министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев;

— министр спорта Павел Колобков;

— министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Владимир Якушев;

— министр транспорта Евгений Дитрих;

— министр труда и социальной защиты Максим Топилин;

— министр цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Константин Носков;

— министр экономического развития Максим Орешкин;

— министр энергетики Александр Новак.

Здесь, как можно видеть, первые четыре места занимают представители «силового» блока, являющиеся президентской номенклатурой, а среди них акцент смещён на МВД и МЧС. В то же время ключевые для реализации нового майского указа президента позиции: цифрового развития, экономического развития и энергетики, — почему-то оказались в конце списка. Поэтому, если задаться вопросом о том, определяет ли место министра в данном «президентском рейтинге» реальную приоритетность той или иной сферы деятельности нового правительства, ответ, разумеется, будет отрицательным. Но и абсолютно случайным это распределение считать нельзя. Например, соседство Александра Козлова и Сергея Чеботарёва — кто-нибудь может объяснить: почему у нас на правительственном уровне официально оказалось закреплено, что для Дальнего Востока предусмотрено «развитие», как для «цифры» и для экономики, а для Северного Кавказа — «дела», как для гражданской обороны? Или почему теперь у нас образование — только высшее и отдельное от начального и среднего «просвещения» (кстати, так было и при Советском Союзе)? Или почему надо было менять на посту министра сельского хозяйства — после рекордных урожаев 2017—2018 годов и всех успехов на ниве продовольственного импортозамещения, которые вполне заслуженно и безальтернативно прославлялись всеми российскими СМИ, — Александра Ткачёва на Дмитрия Патрушева, сына секретаря Совбеза РФ Николая Патрушева? Или данная перспектива имелась в виду ещё при его назначении председателем правления именно Россельхозбанка ещё восемь лет назад? Или почему в кресло министра науки и высшего образования пересел 41-летний глава расформированного под давлением всего академического и научного сообщества — вроде бы за «неэффективность» — ФАНО? Или вообще неважно, кто что возглавляет в правительстве, за исключением «силовых» структур и примкнувшей к ним внешней политики, поскольку реальные центры управления государством и обществом находятся вне Белого дома? В подобных условиях даже гипотезы о том, что внутренняя логика данного списка на самом деле обусловлена степенью реальной ответственности министра за формально порученный ему участок работы, или же «очередью» за дополнительным бюджетным финансированием (что «косвенно подтверждается» повышением статуса Антона Силуанова до первого вице-премьера с сохранением за ним поста министра финансов РФ), могут быть «недостаточно безумными для того, чтобы оказаться истинными».

Кстати, благодаря изменениям внешнеполитической конъюнктуры, во многом достигнутой усилиями действующей российской власти, в первую очередь — Путина, Лаврова и Шойгу, мировые цены на нефть уже перевалили отметку в 80 долл. за баррель и, судя по всему, на этом не остановятся. В результате федеральный бюджет России-2018, свёрстанный из расчёта 43,8 долл./баррель, исполнен за первый квартал текущего года с профицитом в 344,35 млрд. рублей, или 1,5% ВВП. Проект поправок к бюджету, представленный Госдуме Минфином РФ, по итогам года предусматривает превышение доходов над расходами на уровне 0,5% ВВП, или 440,6 млрд. рублей — вместо заложенного дефицита в 1,2 трлн. рублей. По оценкам же Минэкономразвития РФ, глава которого сохранил свой пост и в новом составе правительства, этот показатель должен оказаться намного выше и достичь 1,2% ВВП, или более чем триллиона рублей. При этом в Фонд национального благосостояния, согласно действующему «бюджетному правилу», параллельно может быть направлено около 3,5 трлн. рублей дополнительных доходов... Подобного «финансового изобилия» наш госбюджет не испытывал очень давно — ещё с «предкризисного» 2007 года. Вопрос только в том, как этим изобилием теперь распорядиться.

Но тут, как подсказывает народная мудрость, «лучше с умным потерять, чем с дураком найти». Или «не в деньгах счастье, и не в их количестве, а в умении правильно тратить». «Цена» нового «майского указа» президента Путина уже обозначена премьер-министром Медведевым на уровне 8 трлн. рублей. Даже если увеличить эту сумму, как полагает ряд менее ангажированных экспертов, в полтора или даже два раза, «на выходе» мы получим 12—16 трлн. рублей. Отсюда, если повышение на один доллар цены бочки «чёрного золота» приносит российскому бюджету примерно 2 млрд. долл., то даже нынешний уровень цен (79 долл./барр.), без учёта их дальнейшего роста, означает увеличение доходов на 70 млрд. долл., или, по текущему курсу, — на 4,34 трлн. рублей. Следовательно, необходимые для реализации всех пунктов данного указа, рассчитанного до 2024 года, расходы, если ничего «форс-мажорного» не случится, могут быть полностью, без изъятий, профинансированы в ближайшие два-четыре года.

Но что мы видим, слышим и, можно сказать, обоняем сегодня? А мы видим, слышим и обоняем, что новый состав правительства будет верен «кудринской» традиции снова складывать «нефтедоллары» в кубышку резервных фондов «на чёрный день», при этом переводя их в такие «надёжные финансовые инструменты», как облигации и бонды («трежерис») американского казначейства, свободно конвертируемые иностранные валюты из «корзины» МВФ и другие активы того же плана. Плюс жизненно необходимо возмещение потерь крупнейшим российским компаниям от санкций со стороны США и их союзников, финансирование крупных проектов за рубежом — в общем, очередь за дотациями из госбюджета быстро уходит «за горизонт». А такие «третьестепенные» статьи расходов, как системная модернизация российской экономики, увеличение реальных зарплат, социальных выплат и пенсий, или хотя бы частичная компенсация населению уже запланированного повышения пенсионного возраста, — будут финансироваться за счёт внебюджетных фондов, то есть не напрямую из бюджета, а через Пенсионный фонд, Фонд социального страхования, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и другие, пополняемые за счёт отчислений работодателей от фонда оплаты труда… В общем, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Что, видимо, и требовалось доказать.

В целом, итоговую оценку перестановок в российском правительстве можно сформулировать примерно следующим образом: если ускоренное социально-экономическое развитие России в период 2018—2024 годов и случится, то это произойдёт не благодаря действиям нового кабинета министров и в основном — вне сферы его компетенции.

Алексей Гордеев

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 23 мая 2018 > № 2619989 Алексей Гордеев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 18 мая 2018 > № 2610799 Арсений Поярков

Цифровой полис. Как будут работать страховщики будущего

Арсений Поярков

основатель агентства по оценке цифровых активов Digrate, член экспертного совета Государственной Думы РФ по цифровой экономике и блокчейн

По мере развития цифровой экономики страхование как отдельная услуга может потерять свою актуальность. Чтобы остаться на плаву, страховщикам придется встроиться в глобальный цифровой мир и стать частью сторонних экосистем

Все большее количество услуг можно оформить и получить онлайн. Мало кто уже пользуется почтовыми отделениями, библиотеками, билетными кассами. Финансы тоже очень быстро оцифровались: вклады, кредиты, инвестиции, страховые полисы — все эти продукты можно оформить в интернете, получить консультации, урегулировать страховые случаи, отследить инвестиционную доходность.

В 2017 году банки и страховые компании активно пытались запускать свои маркетплейсы, на которых продавали как собственные, так и партнерские продукты. Банк России также решил поучаствовать в продаже услуг и планирует запуск странового маркетплейса, где россияне смогут выбирать лучшие условия по страховым, банковским и инвестиционным продуктам.

Тренд на создание единой цифровой экосистемы приведет к тому, что пользователи будут получать предложение о необходимой финансовой услуге строго в тот момент, когда она актуальна, с индивидуально настроенными параметрами. Никого не удивляет «галочка» о покупке расширенного страхового покрытия при покупке авиабилетов. Точно так же различные виды страховых продуктов можно будет в один клик получить, садясь в машину, выходя на пробежку, уезжая на выходные за город. Система будет сама автоматически подбирать местную компанию, отношения с которой уже стандартизированы. Это будет что-то вроде сервиса «Яндекс.Такси» для финансового мира.

Крах старого мира

Участь классических финансовых организаций с действующей системой продаж ставится под вопрос. Каково место в цифровой экосистеме у старомодных страховых компаний, продающих в отделениях полисы ОСАГО и ДМС?

Никому не нужно страхование как таковое. Людям нужны финансовые гарантии там, где это удобно и дешево. Кто лучше знает, как и когда вы ездите на машине, сколько двигаетесь, какая у вас квартира — страховщик или интернет-поисковик?

Безусловно, переход в цифру несет в себе дополнительные риски. Например, риски технического несовершенства или злонамеренных действий третьих лиц. Проще говоря, «умный» скоринг вдруг может начать сбоить, принимать некорректные решения и так далее.

На «классическом» рынке можно было быстро разобраться, позвонить своему менеджеру в страховую компанию, а тут, скорее всего, придется изначально иметь дело с автоматизированной службой технической поддержки. Впрочем, по мере развития технологий роботы смогут обеспечить качественный диалог — доступно объяснить все тонкости страхования, помочь в урегулировании сложных ситуаций.

Без имени

Уже сегодня отрасль делает первые шаги на пути в цифровую экономику. Например, страхование грузов на блокчейне запустила компания «Ренессанс Страхование». AIG в прошлом году продало первый полис на блокчейне с международным покрытием (страхование рисков для банка Standard Chartered).

Крупнейшие международные страховые группы основали блокчейн-альянс B3i, куда входит 23 страховщика. Также развиваются стартапы, посвященные инновационным технологиям в страховании. Появились сервисы страхования велосипедов on-demand (с возможностью включать каско для велосипеда, когда нужно) или Vrumi — сервис страхования недвижимости, которую собственники сдают в аренду под мероприятия и встречи. Активно развивается автоматизированное урегулирование, осмотры с помощью дронов и прочие технологии, исключающие человеческий фактор на этапе контакта со страхователем.

Чем больше составных частей процесса страхования будет автоматизировано, тем ближе эпоха, когда страхование станет сопутствующей услугой. Пользователю в нужный момент будет автоматически предлагаться получение покрытия, значение того или иного бренда страховщиков будет минимизировано за счет стандартизирования и создания гибкой системы гарантий.

Страховщикам необходимо либо интегрироваться в такие развивающиеся экосистемы, либо пытаться развивать собственные сервисы, которые будут удовлетворять широкий круг потребностей клиентов

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 18 мая 2018 > № 2610799 Арсений Поярков


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 10 мая 2018 > № 2600641 Владислав Иноземцев

Вечная стройка. Можно ли решить проблему обманутых дольщиков

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

Рыночные механизмы в строительстве жилья оказались неэффективны. По-настоящему решат проблему только государственные гарантии по защите прав участников долевого строительства

За два дня до инаугурации президента России, 5 мая, по всей России прошли протесты против Владимира Путина. По призыву оппозиционного политика Алексея Навального на массовые демонстрации вышло множество людей, часть из которых весьма далека от политики. В числе прочих это россияне, отчаявшиеся найти решение своих проблем, — обманутые дольщики. На этом примере хорошо заметно, что стандартные рыночные механизмы, на которые возлагались большие надежды, в строительной сфере так и не заработали.

Проблема невыполнения строительными компаниями обязательств перед инвесторами появилась давно. По состоянию на середину 2017 года в России насчитывалось от 130 000 до 150 000 граждан, которые не могли добиться получения жилья, в строительство которого вложили личные средства. По ряду причин государство признает обманутыми дольщиками только 40 000 человек.

Почему не работает действующая система

В качестве средства решения проблемы долгое время считался федеральный закон № 214, который призван отрегулировать отношения, возникающие в ходе долевого строительства многоквартирных домов. Однако почти с самого начала применения этого закона стало ясно, что «шероховатости» не исчезают.

Основной причиной стал, на мой взгляд, главный тренд в развитии механизма обеспечения интересов дольщиков. Федеральный закон № 214 в редакции от 21 июля 2014 года допускает три вида гарантии: открытие счетов эскроу, банковскую гарантию или страхование ответственности. Очевидно, что первые два варианта не слишком выгодны для застройщиков: в первом случае они де-факто замораживают свои средства до самого завершения строительства, а во втором компании вынуждены платить банкам комиссии и постоянно подтверждать свою платежеспособность. В результате бóльшая часть операций такого рода довольно быстро сконцентрировалась в страховании.

Статистика подобного типа страхования уникальна для России. С 2013 года, когда надзор над страховым рынком был передан Банку России, объем собранных страховщиками премий по страхованию договоров долевого участия составил около 30 млрд рублей. Однако никаких страховых выплат произведено не было. Для сравнения: по договорам добровольного страхования автотранспортных средств (КАСКО) цифры за один только 2016 год составили 170,7 млрд рублей премий и 97,5 млрд рублей выплат. При этом более 90% всех премий поступило на счета трех компаний («Респект», «Региональная страховая компания» и «ПОВС застройщиков»), у которых доля этого вида доходов в общем объеме страховой премии составляла к началу 2017 года от 80% до 100%.

Причины такого положения дел достаточно понятны. Во-первых, страховой договор обычно заключается на определенный срок, но в случае неисполнения застройщиком своих обязательств судебные процедуры могут продолжаться много лет, что лишает дольщиков шанса оперативно получить вложенные средства. Во-вторых, страховым случаем не считается умышленное мошенничество со стороны застройщика, с которым на практике приходится сталкиваться довольно часто. И в-третьих, широкая судебная практика по таким делам так и не сложилась.

Видимость решения

Страхование договоров долевого участия (ДДУ) в его сложившемся виде в принципе не давало клиенту необходимых гарантий, обеспечивая скорее видимость решенности проблемы. Объектом страхования по такому договору выступает сумма, которую гражданин проинвестировал в строительство, однако страховое покрытие не компенсирует ни рыночной стоимости жилья, ни потерь, образующихся в связи с выплатой процентов, пеней и штрафов по ипотечным кредитам. И я даже не говорю об эффекте девальвации.

По мере того как власти начали активнее бороться с недобросовестными застройщиками, возможность получить свои деньги, как это ни странно, сократилась еще больше. Дело в том, что как только против руководителей или собственников строительной компании возбуждается уголовное дело, страховка перестает действовать. Только в Москве за последние годы наблюдалась масса таких случаев: дела ЖК «Царицыно» и АО «МКХ», ЖК «Квартал Триумфальный» и ЗАО ФЦСР, ЖК «Микрорайон Левобережная» и СУ-155 (если упоминать только самые резонансные из них). К тому же по состоянию на конец прошлого года страховки в России не имели более половины дольщиков, что только подтверждает предположение о формальном характере страхования.

Тема гарантирования прав дольщиков становится особенно актуальной по двум причинам. С одной стороны, еще в прошлом году власти инициировали создание Фонда защиты прав граждан — участников долевого строительства. В этот фонд застройщики должны перечислять по 1,2% от суммы каждого договора долевого участия. Несмотря на противодействие строительного лобби, закон № 218 утвердила Госдума, в полной мере этот документ вступает в силу 1 июля 2018 года.

С другой стороны, ясно, что новые правила не помогут разрешить уже существующие конфликты. В ситуации с ЖК «Царицыно» правительству Москвы потребовалось отстранить недобросовестного застройщика и передать проект АО «Мосотделстрой № 1», которое, как предполагается, достроит и введет в эксплуатацию объект, используя в том числе поддержку со стороны городского бюджета. Но у властей большинства российских регионов нет возможностей решать проблему московскими методами, то есть заливанием проблемного проекта деньгами из бюджета.

Число застройщиков-банкротов растет

На начало 2018 года в России число строительных организаций, уже признанных банкротами, превысило 280 единиц, а число подавших заявления о банкротстве приближается к 250. По стране не завершено возведение 989 домов общей площадью 6,6 млн кв. м, и очевидно, что страховые компании не способны решить эти проблемы в одиночку. Стоит отметить, что упоминавшаяся «Региональная страховая компания» в прошлом году вышла из этого бизнеса, передав свой портфель страхования ДДУ более известному и опытному «Проминстраху».

Инициаторы создания Фонда защиты прав дольщиков, по сути, взяли за образец для работы давно действующую в России систему страхования банковских вкладов. В начале прошлого года, когда разрабатывался соответствующий закон, это выглядело обоснованным и логичным. Между тем на протяжении 2017 года стало понятно, что и в банковской среде, где концентрация бизнеса существенно превышает ту, которая наблюдается в строительной сфере (на топ-10 банков по состоянию на 1 января 2018 года приходилось 71% всех активов, тогда как десять крупнейших застройщиков обеспечили по итогам прошлого года менее 7% жилищного строительства в стране), Агентство по страхованию вкладов не справляется с «оздоровлением» проблемных кредитных организаций. Банку России пришлось даже прибегнуть к вливанию средств через Фонд консолидации банковского сектора. Использование новой схемы обусловило рекордные убытки ЦБ по итогам прошлого года: впервые с 1998 года они достигли 435,3 млрд рублей.

Что делать?

Новая политика регулирования вопросов долевого участия (и в части создания Фонда защиты прав граждан — участников долевого строительства, и в части ужесточения требований к организациям-застройщикам) представляет собой кальку с усилий Банка России, предпринимавшихся на протяжении последних лет. ЦБ действовал так вплоть до середины прошлого года, когда главное внимание уделялось выводу с рынка ненадежных банков и страхованию вкладов. Но сегодня к этим подходам нужно добавлять новые, учитывая рост спроса на квартиры со стороны граждан и важность строительного сектора для обеспечения экономического роста в ближайшие годы.

Что следовало бы предложить в данной ситуации? На мой взгляд, следует признать, что в современных российских условиях невозможно уповать на эффективное решение накопившихся проблем чисто рыночными методами. Необходимо соединить меры страховой защиты, инструменты, подобные Фонду защиты прав граждан — участников долевого строительства, а также средства дополнительной защиты инвесторов со стороны региональных органов власти. В конечном счете все эти функции должны так или иначе «замыкаться» на государство.

В первом случае тарифы на страхование должны дифференцироваться в зависимости от надежности застройщика. Таким образом рынок будет обеспечивать преимущества крупным компаниям и дискриминировать менее известные на рынке. Во втором случае следует поддержать инициативу создания Фонда защиты дольщиков и гарантировать открытость и гласность его работы. Наконец, в третьем случае следовало бы сформировать на уровне регионов (или в некоторых случаях федеральных округов) пулы устойчивых строительных компаний, которые могут с получением ограниченного объема бюджетных средств или финансовых гарантий завершать строительство начатых недобросовестными девелоперами объектов. Здесь опыт Москвы в разрешении дел с проблемными жилыми комплексами мог бы сыграть значительную роль. Основанием для такого решения служит тот факт, что региональные власти, согласовывающие проект застройки, несут часть ответственности в случае, если партнер оказывается недобросовестным предпринимателем.

Еще раз повторю: проблемы защиты граждан от коммерческих и финансовых рисков в России не решаются «автоматически». В развитых странах формирование соответствующих механизмов заняло многие годы. Чтобы пройти путь к цивилизованному рынку, федеральные и муниципальные власти должны делать все от них зависящее, чтобы на деле продемонстрировать: права потребителей важнее прав предпринимателей.

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 10 мая 2018 > № 2600641 Владислав Иноземцев


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 3 мая 2018 > № 2593095 Владислав Яблонских

Вопреки всему.

Как «КОРТРОС» адаптируется к новым реалиям рынка, продолжает строить планы, а главное - реализовывать их.

Экономическая ситуация и законодательные новшества на рынке новостроек привели к тому, что большинство российских девелоперов, подводя итоги прошлого года, констатировали падение объемов продаж в своих проектах. На фоне пессимистических настроений группа компаний (ГК) «КОРТРОС», вопреки общей тенденции, продемонстрировала рост по ряду ключевых показателей. Что помогает компании развиваться в непростые для отрасли времена? Каково в целом нынешнее состояние и перспективы жилищного строительства в России? Об этом и многом другом – «СГ» поговорила с главным финансовым директором ГК «КОРТРОС» Владиславом ЯБЛОНСКИХ.

«СГ»: 2017-й год был непростым для строительной отрасли: объемы жилищного строительства снизились, нормы регулирования стали жестче. «КОРТРОС» один из немногих, кто в этих условиях, называет его удачным. Чем это объясняется?

В.Я: Действительно, несмотря на сложную ситуацию в экономике, основные проекты ГК демонстрировали положительную динамику цены квадратного метра, так, например, на московском рынке рост цены по итогам 2017 года составил 82% по отношению к 2016 году, а рост объемов проданного жилья в квадратных метрах 4%. Повышение маржинальности в текущей рыночной ситуации (опережающий рост цены «квадрата» относительно объемов контрактации в метрах) в первую очередь было достигнуто за счет того, что рынку был предложен в каждом из реализуемых проектов уникальный по своим качествам продукт позволивший аккумулировать платежеспособный спрос. По большому счету, прошлый год во многом стал знаковым для нас, так как ознаменовал собой некое переформатирование нашего девелоперского портфеля, став новым эволюционным этапом компании. Что я под этим имею в виду? Прежде всего – это вхождение в активную фазу реализации нашего амбициозного проекта в сфере элитной недвижимости в Санкт-Петербурге - комплекса Royal Park на Петровском острове. Там будет даже построена внутренняя марина — и яхты смогут подходить прямо к домам, что, заметьте, для России большая редкость. К слову, до этого элитной сферой «Кортрос» не очень-то и занимался. В этом сегменте у нас есть только один реализованный проект в Перми — жилой комплекс (ЖК) «Астра», построенный на месте известной табачной фабрики.

Отдельно стоит отметить и дальнейшее развитие нашего базового, масштабного проекта комплексного освоения территории «Академический» в Екатеринбурге. Речь идет о запуске там продаж по договорам долевого участия (ДДУ), что позволило нам существенно расширить «воронку продаж». Если раньше здесь продавалось только готовое жилье, то теперь за счет ДДУ мы смогли привлечь новых покупателей. Это, в частности, позволило нам занять с этим проектом по итогам года около 25% местного рынка новостроек. В 2018-м и далее, рост объема контрактации в метрах, по нашим оценкам, продолжится, и в потенциале мы видим минимальную планку продаж в «Академическом» на уровне 150 тыс. «квадратов» в год. Помимо 8% роста в Екатеринбурге, в прошлом году нам удалось еще и значительно нарастить свое присутствие на наиболее маржинальных рынках страны - Москвы и Санкт-Петербурга (рост к 2016 году 118% (с учетом проектов fee development) и 92% соответственно), в том числе за счет реализации новых знаковых для рынка проектов. В целом по результатам 2017 года объем поступлений денежных средств от продаж жилой недвижимости по сравнению с 2016 годом увеличился по всей ГК на 8% (а с учетом проектов fee development на 22%).

«СГ»: Тогда как объяснить, что на этом позитивном фоне вдруг появляется информация чуть ли ни об отзыве у компании рейтинга S&P Global Ratings?

В.Я: Во-первых, в сообщении агентства (имеется в распоряжении «СГ») говорится лишь о приостановке «рейтинговых действий» по причине введенных санкций и подтверждения рейтинга на текущем уровне. Однако российские журналисты использовали некорректный перевод. Верный термин по-русски звучит «приостановило» (suspension), а отзыв рейтинга обозначался бы withdrawal. Во-вторых, все мы понимаем, что это чистая политика. После введения известных санкций, S&P - как американское рейтинговое агентство – просто вынуждено было совершить в отношении нас некое ухудшающее действие, что отражало бы их видение на возможные последствия этих ограничений. При этом в самом S&P понимают, что бизнесу «КОРТРОСа» ничего не угрожает – хотя бы потому, что мы является рублевой компанией, и ведем свою деятельность только на территории РФ. В релизе S&P, кстати, четко прописано, что «группа не имеет валютных долговых обязательств и какой-либо существенной зависимости от зарубежных контрагентов. Компания не испытывает сложности с обслуживанием и погашением по текущей долговой нагрузке, а доступные источники ликвидности более чем в два раза превышают уровень долга». Ну, а «приостановка» рейтинга – это не потому, что S&P что-то смущает, а потому, что они, повторюсь, как американская организация, не имеют права иметь каких-либо деловых отношений с лицом, попавшим в SDN List. Кстати, агентство, завершая свое сообщение, пишет, что они с удовольствием возобновят с нами сотрудничество, как только санкции будут сняты.

«СГ»: С этим понятно. Давайте тогда вернемся к российским реалиям. В частности, к происходящим сейчас в стране законодательным изменениям, касающихся долевого строительства, и возможному полному переходу от «долевки» к проектному финансированию. Что вы об этом думаете?

В.Я: Пока мы живем в прежней законодательной парадигме. Каких-либо реальных механизмов замены долевого строительства банковским финансированием еще даже не представлено. Как нет и конкретных дат для начала столь радикальных изменений. А вот с 1 июля 2018 года – со вступлением в силу ряда ключевых поправок в 214-ФЗ, вводящих новые требования к застройщикам - правила игры для большинства игроков рынка могут действительно сильно поменяется. Хотя мы от этого не ожидаем серьезного эффекта на деятельность компании. Объясню, почему. Потому что во всех своих проектах мы либо уже получили разрешение на строительство, либо сейчас получаем их с запасом, что позволит нам как минимум 2018-2019 годы работать без учета влияния этих законодательных поправок.

А если говорить в целом, то «КОРТРОС», по большому счету, всегда жил в логике проектного финансирования. Даже те проекты, которые мы строили по ДДУ, мы всегда реализовывали имея кредитные линии по проектному финансированию. Да еще и не во всех проектах мы этими линиями воспользовались. У нас есть ряд проектов, в которых такой потребности просто не было в силу того, что мы очень четко угадали с продуктом и с целевой аудиторией. Взять хотя бы наш пермский ЖК «Гулливер», который мы запустили в 2015 году, сделав под него изначально проектное финансирование, но так ни разу им и не воспользовались. Второй пример – строящийся ЖК «Серебряный Бор» в Москве. На этот проект также существовала кредитная линия, которая в итоге нам не потребовалась, потому что продажи здесь идут опережающими темпами. Притом, что это объект на Живописной улице еще и является одним из лидеров на московском рынке по темпам роста стоимости квадратного метра. Когда мы только начинали его продавать стоимость «квадрата» составляла 180-186 тыс. рублей, а сейчас его средняя цена – более 300 тыс.

Что касается проектного финансирования как такового, то давайте для начала разберемся - к чему может привести отмена ДДУ. В случае стопроцентного проектного финансирования маржа отрасли частично будет смещаться в пользу банков. Потому что они, по сути, частично возьмут на себя функцию технического заказчика. Плюс увеличатся объемы финансирования, поскольку денег от дольщиков уже не будет. При этом, на мой взгляд, для развития отрасли было бы правильно соблюсти некий баланс, чтобы денежный поток не просто перераспределился в пользу финансового сектора от реального сектора экономики, но и последний тоже какие-то плюсы получил. Какими инструментами этого можно было бы добиться? Наверно, если говорить о земельных отношениях, то здесь было бы уместно говорить о каких-то механизмах рассрочки платежей. Особенно в длинных, масштабных проектах. Опять же в проектах комплексного развития территорий (КОТ), где большой объем ввода, и на балансе застройщика может оставаться много (и надолго) готовых квартир - было бы, конечно, здорово, если бы государство изыскало возможность применения хоть какой-то льготы -- ну, не знаю, на год-полтора, чтобы введенный недавно налог на непроданные квартиры снизить либо вообще свести его в ноль. Также было бы правильно с точки зрения налогов в целом более широко трактовать затраты на вход в проект. Девелопмент - это ведь мультиплицирующая отрасль, и ее устойчивое развитие полезно для экономики в целом, потому что она слишком много рабочих мест создает. Само собой, ждем мы и уже обещанной властями поправки, касающейся правила одного SPV, в части применения ее для КОТов. Тогда у проектов, попадающих под определение комплексных, появится возможность получать одним застройщиком разрешение на разные очереди. Чтобы вновь заработал конвейер последовательной реализации.

«СГ»: Работать в отрасли становится сложней - это видно невооруженным взглядом. Конкуренция усиливается, на рынке активно идет процесс укрупнения… Все это объясняется лишь регуляторикой?

В.Я: С точки зрения законодательства рынок становится более профессиональным и цивилизованным. А вот что касается тенденции на укрупнение отрасли, она особо не зависит от градостроительного регулирования. Хотя бы по одной простой причине, что девелопмент на сегодняшний момент - это, наверное, одна из последних отраслей в российской экономике, в которой большое количество денег и они еще очень сильно диверсифицированы по множеству компаний. Достаточно посмотреть на нефтянку, металлургию, телеком и т.д. - где всего четыре-пять игроков, из которых половина — государственные или окологосударственные. И только поэтому в девелопменте еще пока очень сильна конкуренция. Хотя и укрупнение - это нормальный эволюционный этап для отрасли - с одной стороны. С другой - та регуляторика, о которой мы говорим, она, конечно, преследует благие цели со стороны государства — защитить граждан, не допустить появления новых обманутых дольщиков. Но, как мне кажется, основная проблема-то — как раз с теми застройщиками, которые не по ДДУ строят. С теми, которые до сих пор используют какие-то обходные,и порой, мошеннические, истории. Хотя сам по себе механизм ДДУ - он не такой уж и плохой, и он очень хорошо защищает права частных соинвесторов. Вопрос, мне кажется, в применении этого механизма. И здесь, наверно, тоже нужен какой-то разумный баланс. Потому что зарегулировать отрасль, оставить две-три большие компании - в этом тоже не будет ничего хорошего. Будет минус в конкуренции, что, в конечном итоге, наверное, сузит возможность выбора для для рядового покупателя. Именно поэтому так важно не перейти в олигопольный или в монопольный рынок. Потому что отсутствие здоровой конкуренции - это в результате потеря в качестве продукта и в его разнообразии.

«СГ»: В сложившихся условиях большинство девелоперов предпочитают не запускать сейчас новых проектов, некоторые - фактически «замораживают» свое развитие. «КОРТРОС» от своих планов на будущее не отказывается?

В.Я: Логика появления новых площадок и развития компании у нас следующая: мы ставим себе задачи иметь сбалансированный проектный портфель. Что я под этим подразумеваю? Это, во-первых, присутствие в нескольких регионах - это однозначно Москва и Санкт-Петербург, как наиболее маржинальные рынки. Это Екатеринбург и Пермь - как наши базовые города. Это в текущей ситуации уже и Ростов-на Дону — вы сами недавно писали о проекте с нашим участием по строительству жилого массива на месте бывшего городского аэропорта. Потенциально смотрим и на другие регионы, где нам было бы интересно с точки зрения развития поприсутствовать. При этом в «КОРТРОСе» существует еще и перпендикулярный взгляд на свой девелоперский портфель, его сбалансированности с точки зрения представленных в нем типов проектов. Мы считаем, что для компании очень важно иметь долгосрочные, масштабные проекты типа «Академического» и при этом удачно сочетать их с точечными проектами, такими как «Серебряный бор». При подобной диверсификации по срокам реализации проектов становится очевидно, что более длинный проект может быть менее маржинальным, чем короткий, а, соответственно, на коротком вы зарабатываете больше, но он небольшой - год-два, и все — закончился.

Ну и наконец, третий вид диверсификации - это по сегментам рынка. Мы видим себя в комфорт- и бизнес-классе, которые мы считаем для себя приоритетными. Что касается «элитки» здесь уже надо case-by-case смотреть. Это все-таки тот сегмент, на который в каких-то кризисных ситуациях негативный эффект сразу проявляется, при том, что во всех остальных сегментах кризисные явления гораздо менее заметны. Особенно если вы изначально правильно позиционировали этот проект с точки зрения потенциальных потребителей и платежеспособного спроса. Если вы еще на старте проекта уделяли ему должное внимание, понимали, для кого вы это строите и кому вы это будете продавать, то спрос никуда не денется, ваша задача просто его собрать. Но не стоит при этом еще и забывать о том, покупательские предпочтения ведь тоже могут меняться. Смотрите, если раньше можно было бы построить «панельку», условно, посреди поля, и вы бы ее все равно точно продали, то сейчас люди за свои деньги хотят получить максимально качественный продукт. И его оценка качества сейчас многокритериальна: помимо цены, это и уже может быть и планировка, и квартирография, и отделка мест общего пользования, и благоустройство территории, и «социалка» и т.д. И здесь очень важно предлагать людям какое-то комплексное решение, причем оно везде может быть разным. Если в проектах комплексного освоения территории на первое место выходит инфраструктура, то в каких-то точечных историях это, прежде всего, локация, соотношение цена/качество. Все это то, что и позволяет как раз «притянуть» тот самый платежеспособный спрос.

Взять хотя бы наш другой столичный проект - ЖК «Люблинский» на юго-востоке Москвы. Казалось бы - очередная точечная застройка. В чем его уникальность? Да хотя бы в том, что когда мы его запускали, вокруг практически не было никаких новых объектов моложе конца 70-х годов. Сплошная старая застройка, а при этом очень удачное расположение и сложившаяся инфраструктура. За абсолютно разумные деньги люди получили современный продукт уровня, как минимум, «комфорт-плюс», при этом совершенно другого потребительского свойства, чем все, что находится по соседству.

Возвращаясь к нашим планам — добавлю, что мы, к примеру, в конце второго полугодия 2018 года собираемся совместно с партнерами из Capital Group уже выйти на стройку по еще одному интересному проекту в Останкинском районе столицы. Это бывшая промзона, где ранее располагался Калибровский завод, при этом расположенная относительно близко к центру города.. Там появятся пять домов переменной этажности — от 10 до 35 этажей, суммарной поэтажной площадью под 300 тыс. «квадратов».

Справочно:

Группа компаний «КОРТРОС» является признанным лидером российского рынка по вводу жилья. Проектные офисы ГК расположены в Москве, Cанкт-Петербурге, Екатеринбурге, Перми, Ярославле и Краснодаре. Под управлением холдинга сейчас находится портфель проектов на более чем 16 млн кв. метров.

Автор: Сергей ЛАНЦОВ для СГ-ОНЛАЙН

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 3 мая 2018 > № 2593095 Владислав Яблонских


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 26 апреля 2018 > № 2585774 Никита Стасишин

Интервью замминистра Никиты Стасишина: об ипотеке и долевом строительстве 

Граждане должны видеть, из-за чего власти региона решили сдать дом с опозданием

ЕСЛИ ОСНОВАНИЯ НЕУБЕДИТЕЛЬНЫ, ТО ГРОШ ЦЕНА ТАКОЙ ВЛАСТИ

Основной механизм приобретения жилья в России – ипотека. Первоначальный взнос, как правило, составляет около трети всей суммы кредита, а просроченная задолженность низка и продолжает снижаться. Тем обиднее людям, которые копили и потом исправно платят кредит, но квартиры не получили из-за недобросовестности застройщика. О том, что нужно сделать, чтобы проблема обманутых дольщиков навсегда ушла в прошлое, порталу "Интерфакс-Недвижимость" рассказал заместитель министра строительства и ЖКХ России Никита Стасишин.

Обманутые дольщики: сколько их у нас?

Мы считаем, что необходимо вести учет не по реестру пострадавших граждан, а по количеству объектов, поскольку реестр носит заявительный характер. В прошлом году были утверждены региональные "дорожные карты" решения проблем обманутых дольщиков. И вот по ним, по состоянию на 1 января, к проблемным относятся 836 объектов. Это 1101 дом. Поясню, объект – это не один дом, а количество выданных разрешений на строительство. Где-то субъекты выдают на каждый дом разрешение, где-то – в рамках проекта планировки территории. Мы в Минстрое считаем, что подсчет граждан на основании реестра не вполне корректен. Сегодня в нем чуть более 30 тыс. человек. При этом мы понимаем, сколько в этих 836 проблемных объектах зарегистрировано договоров долевого участия (ДДУ), то есть, каково максимальное число пострадавших людей может быть в этих домах. Это около 81 тыс. договоров.

Как Минстрой следит за работой регионов с обманутыми дольщиками?

Мы еженедельно проводим селекторные совещания с регионами, где рассматриваем дорожные карты решения проблем дольщиков. Их создание в конце прошлого года позволило нам взять под контроль реальный ход восстановления прав граждан. Мы также оцениваем активность инициативных групп в соцсетях, обращения граждан в Минстрой. Работаем со всем объемом информации: не только от чиновников, региональных властей, но и от граждан. Они знают мои телефоны, "Твиттер", Фейсбук, ходят на личные приемы. Подчас наше общение с дольщиками, увы, намного ближе, чем общение с ними региональных властей. Мы сейчас кардинально меняем этот вектор в сторону местных чиновников. Также в дорожных картах есть конкретные сроки, конкретные меры и этапы реализации. Если они не выдерживаются, то они должны корректироваться.

Почему не соблюдаются заявленные сроки?

До 15 апреля мы собирали скорректированные планы от регионов с новыми сроками и обновленными перечнями объектов. Это будет новый предмет для обсуждения. Дело в том, что многие субъекты не хотели показывать нам реальную картину, и мы выявили новые проблемные объекты, не отображенные в "дорожных картах". Такие объекты будут дополнительно проверены региональными отделениями партии "Единая Россия", и по результатам проверки перечень проблемных объектов может быть расширен. Нам необходимо, чтобы регионы начали понимать свою ответственность. И теперь, например, если в планах-графиках сроки решения проблем дольщиков сдвинуты вправо, регионы должны объяснить, с чем это связано. Эти обоснования мы будем, не стесняясь, размещать в интернете. Чтобы граждане видели, из-за чего министр строительства конкретного региона решил сдать дом позже, чем собирался. Что он сделал, или, наоборот, не сделал, чтобы решить эту проблему.

Насколько вескими бывают основания для переноса сроков?

Скоро увидим. Мы сейчас это проанализируем после изучения скорректированных графиков, и поделимся информацией. Вообще же мы добавили требование обосновать причины переноса сроков не только для того, чтобы понять, насколько вескими могут быть эти самые причины. Но и для того, чтобы регионы дисциплинировались и не переносили сроки. Если обоснования будут неубедительными, в духе "так получилось, извините", то грош цена такой власти, ответственной за решение этих проблем. По таким случаям мы будем готовить доклады в правительство.

А в целом насколько ответственны регионы по отношению к дольщикам?

С учетом того, что на эту проблему очень пристальное внимание обращает президент Владимир Путин, и что эта тема постоянно обсуждается у первого вице-премьера Игоря Шувалова, а министр Михаил Мень регулярно докладывает о ситуации на более высокие уровни, то, конечно, отношение меняется. Большинство проблем сложилось оттого, что в регионах кто-то на что-то закрывал глаза, недостаточно контролировал или просто не обращал должного внимания. При этом наши граждане были не настолько подкованы юридически, чтобы оценить ситуацию. Они думали: вот мы зарегистрировали ДДУ, оформили страховку, все нормально. А страхование тем временем не заработало.

Почему страхование не заработало?

Почти по каждому проблемному объекту есть факт мошенничества, вывода средств или еще что-то. Возбуждается уголовное дело, а это уже значит, что страхового случая не будет, и компенсацию никто не выплатит. Или, например, были факты, когда страховые полисы прикладывались к регистрационным документам, но не оплачивались застройщиком. И такие компании уже обанкротились.

В прошлом году был создан Фонд защиты прав дольщиков. Прошло полгода с момента его основания. Как вы оцениваете его работу?

Фонд эффективно работает. Минстрой совместно с Дом.рф (ранее АИЖК – ИФ) запустили информационную систему, где проблемные объекты видны, как на ладони. На сайте Минстроя мы открыли единое окно подачи проектных деклараций. Это идет в одной связке с выдачей заключения о соответствии застройщика (ЗОС) на привлечение средств граждан, с фактом регистрации ДДУ в Росреестре. Сейчас мы максимально обезопасили дольщиков от мошеннических схем. Того, что было раньше, точно быть уже не может. Так что фонд работает как часы, с минимальным количеством сотрудников и с применением новейших информационных технологий.

Что касается тарифа, то, когда мы в прошлом году его устанавливали, отталкивались от среднего тарифа страховых компаний. Он равнялся 1,2% (от цены ДДУ – ИФ). Конечно, его нужно корректировать, это все обсуждается. Нам необходимо, чтобы жилье оставалось при этом доступным, а объемы строительства увеличивались. К 2024 году мы должны выйти на ввод 120 млн кв.м жилья. Это реальная, но очень амбициозная задача, которую поставил президент.

А какие есть механизмы достройки проблемных объектов?

Пошел третий год санации кампании СУ-155, мы на этой истории набили очень много шишек, но в то же время наработали большой опыт достройки объектов в процедуре банкротства. Что такое спецсчета, как формировать объекты незавершенного строительства, как правильно сформировать реестр и войти в процедуру конкурсного производства – все теперь отработано. С 1 января этого года мы ввели новый порядок: если есть хоть один обманутый дольщик и начата процедура банкротства, то сразу объект уходит в конкурсную массу. Появляется спецсчет, объект незавершенного строительства можно "достать" из конкурсной массы, сформировать реестр пострадавших граждан. На заседании комиссии Минстроя, которую я возглавляю, мы рассматриваем заявки застройщиков, желающих достроить дом или жилой комплекс. Как правило, нам приходят ходатайства от регионов с просьбой передать объект через суд другому застройщику, очистив его от иных кредиторов кроме дольщиков.

Добавьте к этому масштабные инвестиционные проекты с компенсацией земельных участков. Где-то регионы выделяют деньги на строительство инженерной, транспортной, социальной инфраструктуры. Где-то незавершенные объекты достраиваются за бюджетные деньги, как это будет сейчас в Москве. Все эти меры согласуются с нашей ведомственной комиссией. Какой именно способ будет выбран, зависит от экономики проекта, от возможности увеличения технико-экономических показателей проекта, от цены квадратного метра в том или ином субъекте.

На горизонте переход к проектному финансированию. Какие вопросы остаются?

Проектное финансирование не исключает долевого строительства: оно должно остаться, просто механизм привлечения денег граждан должен стать цивилизованным, с участием банка, чтобы снять риски с покупателя. Конечно, идет обсуждение, можно ли полностью снять риск, учитывая, что гражданин покупает квартиру на этапе строительства и со значительной скидкой, но это другой разговор.

Что касается перехода в цивилизованную плоскость: мы постепенно меняем законодательство. С 1 июля этого года планируем ввести банковское сопровождение, которое станет "первой ласточкой" очищения компаний. Это системные решения, позволяющее уйти от так называемого котлового метода привлечения средств застройщиком через техзаказчиков, и максимально обезопасить использование средств граждан. Чтобы на них не покупались газеты, заводы и пароходы. Я говорю даже не о краже денег, а просто о непрофильном, не относящемся к жилищному строительству использованию средств. Можно, конечно, тратить деньги на детские сады и школы, но это должно происходить внутри проекта, на который привлекаются средства дольщиков.

Первая задача, требующая решения при переходе к проектному финансированию: готовность инфраструктуры банков участвовать в таком объеме привлечения средств, а это от 1,4 до 1,7 трлн рублей ежегодно. И этот показатель будет только расти с учетом повышения доступности ипотеки.

Второе — цена вопроса, под какой процент банки будут готовы кредитовать застройщиков. Мы не можем допустить, чтобы это сильно повлияло на стоимость жилья, и оно стало недоступным. Третье. Нужно понять, какие сроки будут определены для принятия решения по конкретным проектам. Наконец, самое главное — механизм действия. Мы планово над этим работаем, у нас есть три года на то, чтобы подготовить инфраструктуру банков.

Мы уже коснулись темы доступности ипотеки, которая, безусловно, растет в последнее время. Обычно в связи с этим часто вспоминают об "ипотечном пузыре". Он может появиться?

В кризисное время 2014-2015 годов у нас была программа по субсидированию ставок ипотеки, и она была очень эффективной. Нам часто предлагали подумать о субсидировании не процентов, а первоначального взноса, но мы этого не сделали и не будем делать. Сегодня покупательская и платежная дисциплина ипотечного заемщика значительно выше, чем у обладателей других видов кредитов. Просрочка невысокая, а средний первоначальный взнос составляет 30-34%. Это означает, что появление "ипотечного пузыря", который был в США, связано не с объемом выдачи ипотеки, а с подходами к андеррайтингу и оценке рисков. Даже если риск оценивался грамотно, люди уходили от первоначального взноса. А первоначальный взнос – это накопления семьи, которые они боятся потерять, иначе они не могут в полной мере оценить ответственность за решение взять ипотеку. Это очень важно. У нас ипотечная система в принципе работает по-другому и достаточно жесткий андеррайтинг. Например, мы не поддерживаем субсидирование первоначального взноса. Потому что человек, который берет ипотеку, должен понимать, на что он будет ее содержать, сколько он готов вложить. Это как с рождением ребенка — нужно все просчитывать и планировать. В США не планировали – в итоге получилось, что получилось.

Тем не менее, и у нас есть заемщики, попавшие действительно в трудную ситуацию. В том числе, люди, бравшие ипотеку в иностранной валюте. Как помогают им?

У нас действует комиссия по принятию решений о выделении помощи заемщикам, оказавшимся в сложной финансовой ситуации. По состоянию на 10 апреля мы рассмотрели 3290 заявок. Уже сейчас помощь получили свыше 1116 семей, а по более чем 813 заявкам приняты положительные решения и в ближайшее время ожидается оформление банками со своими заемщиками необходимых документов. Таким образом, общее количество ипотечных заемщиков – участников обновленной программы помощи может составить до 2 тыс. человек, из которых около половины составят граждане, которые ранее оформили ипотечные кредиты в иностранной валюте.

В какой перспективе возможно достижение ставки в 7%, о которой говорил президент?

Уже сейчас для некоторых категорий граждан ставка составляет 6% — речь идет о семьях с двумя и более детьми. В целом же все зависит от позиции Центробанка и от ключевой ставки. Мы надеемся, что сейчас выйдут новые указы, там будет пункт об ипотечной ставке, и это станет национальным приоритетом в области развития жилищной политики. Еще одна тенденция, которая напрямую связана с ростом доступности ипотеки – люди стали покупать квартиры большей площади. Это значит, что наша экономика все же оздоравливается, а развитие жилищного строительства – прививка от различных экономических заболеваний.

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 26 апреля 2018 > № 2585774 Никита Стасишин


Казахстан > Финансы, банки > forbes.ru, 25 апреля 2018 > № 2581902 Дмитрий Забелло

Дмитрий Забелло: Когда мы заинтересованы в клиенте, мы готовы демпинговать

Венера Гайфутдинова

обозреватель Forbes.kz

Глава ВТБ рассказал в эксклюзивном интервью о том, как банк будет бороться за хороших заёмщиков

В начале 2018 произошло крупнейшее в истории российской экономики объединение банков под единым брендом: ВТБ24 присоединился к ВТБ. Обозреватель Forbes.kz встретилась с председателем правления ДО АО «Банк ВТБ (Казахстан)» Дмитрием Забелло, чтобы узнать, как изменения в материнской компании повлияют на казахстанскую дочку. Кроме того, у самого Банка ВТБ (Казахстан) много интересных новостей, которые хотелось обсудить с его руководителем.

Мы встречаемся в головном офисе Банка ВТБ (Казахстан) в Алматы в кабинете Дмитрия Забелло, стены которого выкрашены в невероятно нежный голубой цвет.

- Интересный выбор, - не могла не сказать я, отметив, что выбранный цвет сочетается с цветом глаз моего собеседника.

- Это корпоративный стандарт, цвет из брендбука ВТБ, - объяснил Дмитрий Забелло.

На небольшом столике у руководителя Банка ВТБ (Казахстан) фотографии маленькой дочери, которой сейчас уже 21 год. В остальном кабинет Дмитрия Забелло мало отличается от кабинетов руководителей, возможно, потому что он человек очень системный - наверное, даёт о себе знать первая профессия – программист.

F: Дмитрий Александрович, материнский банк в России объединил под одним брендом все дочерние компании. Как это отразится на Банке ВТБ (Казахстан)?

- Для нас принципиально ничего не поменялось, но эффект объединения мы уже ощущаем. Слияние ВТБ 24, Банка Москвы и ВТБ позволило объединить весь розничный бизнес под единым брендом. В нашем дочернем банке и до этого все бизнес-линии: розница, МСБ и крупный, инвестиционный бизнес - работали под единым брендом. С другой стороны, объединение ВТБ 24 и ВТБ позволило консолидировать весь опыт. Этим опытом и продуктами, апробированными на других рынках, мы как дочерняя компания пользуемся. Более того, благодаря слиянию ВТБ24 и ВТБ было оптимизировано значительное количество издержек. Сэкономленные средства будут направлены на развитие. В частности, ВТБ продолжит инвестировать в IT.

Изменение фирменного стиля – это внешнее подтверждение тех перемен, которые на протяжении уже достаточно большого периода времени идут в группе и в нашем банке в частности. Весь период рестайлинга в группе идёт под слоганом «Время меняться!», и здесь важно отметить два направления.

Первое - настало время перемен, и эти перемены должны носить созидательный характер для клиентов, сотрудников и компании в целом. Второе - мир ускоряется, изменения уже перестали быть этапами, они постоянны, и важны уже не сами знания, а навыки их применения.

Изменения создают возможности, но только для тех, кто способен ими воспользоваться. У нас есть стратегические цели – это повышение рентабельности бизнеса и улучшение благосостояния наших клиентов. И мы поступательно к ним движемся. Но мы понимаем: чтобы прийти к этой цели, мы должны оперативно трансформироваться согласно постоянно меняющимся требованиям рынка, видеть возможности - именно в этом заключается суть нашей стратегии развития.

F: S&P Global Ratings повысило рейтинг АО «Банк ВТБ (Казахстан)» с «BB» до «BB+» и подтвердило его краткосрочный рейтинг на уровне «B». Прогноз изменения рейтинга — «стабильный». Аналитики рейтингового агентства отмечают, что рейтинг АО «Банк ВТБ (Казахстан)» повышен в связи с повышением рейтинга материнского Банк ВТБ (Россия). Вы согласны с таким заключением S&P?

- У нас в этом вопросе никаких иллюзий нет. Кредитный рейтинг – это независимая оценка способности банка выполнять свои финансовые обязательства, то есть один из самых важных показателей его надёжности, который помогает нам привлекать недорогие пассивы и, как следствие, делать максимально выгодные предложения нашим клиентам.

Банк ВТБ (Казахстан) является частью международного финансового холдинга ВТБ. Естественно, что от общего состояния группы зависит и состояние дочерних организаций. В обосновании к повышению рейтинга агентство S&P указало, что Банк ВТБ (Казахстан) имеет «очень высокую стратегическую значимость» для материнской структуры, и мы всегда чувствуем это отношение со стороны группы ВТБ. Мы получаем от международного холдинга не только финансовую поддержку, но и выверенные бизнес-модели, которые позволяют предлагать казахстанскому рынку одни из лучших банковских продуктов и услуг, а также активно развиваться. За последний год, например, после принятия новой стратегии развития и внедрения разработанной группой ВТБ модели продаж, нам удалось увеличить продажи и сгенерировать прибыль.

F: У Банка ВТБ (Казахстан) действительно нет проблем, но и банк не был особо активен на рынке. Складывалось впечатление, что Казахстан не слишком интересный рынок для ВТБ. Сейчас эта ситуация изменилась?

- Докапитализация Банка ВТБ (Казахстан), которую в ближайшее время проведёт материнская компания, говорит о самых серьёзных намерениях группы на рынке РК. Хочу отметить, что намерения у ВТБ в Казахстане всегда были серьёзными; скорее, вопросы были к текущей ситуации на рынке республики.

В 2014 у Банка ВТБ (Казахстан) был пик развития в республике. Мы начали активное развертывание сети. Только мы развернули сеть, как начался кризис ликвидности. Все риски реализовались практически сразу после нашего выхода на рынок Казахстана. В 2015 наш акционер подтвердил свои намерения на казахстанском рынке и провел докапитализацию. 2016 год проходил под девизом разгребания всех проблем и поиска точек роста. После серьёзной корректировки мы провели второй старт бизнеса в 2017.

F: Согласно неаудированной отчётности, по состоянию на 1 января 2018 чистый доход Банка ВТБ (Казахстан) составил 1,8 млрд тенге. Судя по этому показателю, вы нашли точки роста. Как вам удалось выйти в прибыль в 2017, после того как банк два года подряд фиксировал убытки?

- Крупный бизнес был для нас локомотивом в 2017, что позволило закрыть прошлый год с прибылью 1,8 млрд тенге, согласно неаудированной отчетности. Первый квартал 2018 мы закрыли почти с такой же прибылью, как за весь прошлый год – 1,5 млрд тенге. Это лишь подтверждает, что выбранная нами тактика оправдана.

Мы выделили глобальные бизнес-линии в отдельные блоки – крупный бизнес, МСБ, розница. Первым стартанул крупный, сейчас выходит на заданные параметры средний и малый бизнес, и следом мы должны сделать очень эффективную розницу. Это достаточно сложная и амбициозная задача, но мы знаем, что розница идет в фарватере корпоратов, и поэтому изначально основной акцент был на крупном бизнесе. В этом году все бизнес-линии должны генерировать прибыль. Это амбициозная задача, потому как розница для любого банка - это 2/3 расходов, она требует большой сети, много персонала. Мы активно в этом направлении движемся. Рост портфеля уже начался, может, он не такой активный, но расти быстрее рынка - дело опасное. Перед нами стоит задача войти в десятку банков по активам, но задача номер один - это быть эффективным банком. Однако мало выйти на прибыль - нам нужно зарабатывать столько, сколько хочет акционер.

F: Много хочет заработать акционер?

- Нет, стандартное видение – 15% на капитал - вполне устраивает. В прошлом году мы достигли 13% по этому показателю. В целом у нашей группы этот показатель равен 9%. Основной вопрос, который стоит перед нами: через какие инструменты мы будем достигать поставленные задачи?

F: Действительно интересно, как вы будете решать поставленные задачи, учитывая, что сейчас на рынке у БВУ нет проблем с ликвидностью, но нет и хороших заёмщиков…

- Мы видим, что компании адаптировались к новой экономической реальности, переработали накопленные проблемы. Мы понимаем, с какими компаниями пойдём дальше. В этом году мы основной акцент сделаем на рост кредитного портфеля.

F: Вы понимаете, с какими компаниями пойдёте дальше, но что вы делаете, чтобы эти компании поняли, что они пойдут дальше с вами?

- Мы готовы поступиться ценой и интересным для нас клиентам давать очень низкие ценовые предложения по процентным ставкам, стоимости обслуживания. Когда мы заинтересованы в клиенте, мы готовы демпинговать. Нам важно получить клиента, расширяя объемы сотрудничества, а не увеличивая стоимость одного продукта. Предлагать различные продукты. Нам важно начать взаимодействие, а потом его расширять.

У нас есть уникальные предложения для клиентов. Крупный бизнес у нас вообще уникален. В крупном бизнесе мы себя уже очень комфортно чувствуем. Наша задача - стать таким же игроком и в других сегментах.

Мы максимально прилагаем усилия, чтобы для лучших клиентов были доступны лучшие продукты, которые мы наработали по всему миру. Наша задача, чтобы клиенты получили самые свежие продукты, самые востребованные, те, которые необходимы им для получения прибыли. Когда клиент будет зарабатывать, мы тоже будем зарабатывать.

Вся команда старается быть экспертами для наших клиентов. Если мы что-то не знаем, то привлекаем наших коллег. Рынок уже мог оценить экспертизу группы ВТБ. В декабре 2017 мы провели экспертное мероприятие с крупным бизнесом, в этом году сделали ещё одно, куда пришло ещё больше наших клиентов. На этих мероприятиях выступают специалисты из «ВТБ Капитал», которые дают экспертную оценку основным трендам. Они дают бизнесменам инструмент, который помогает в принятии решений. Мы видим, что эта экспертиза необходима рынку, и это наше главное преимущество на рынке.

F: В 2017 вы приняли трехлетнюю стратегию развития. Не считаете ли вы стратегии развития, рассчитанные на несколько лет, неактуальными в условиях, когда всё развивается очень быстро?

- Наша стратегия - это не догма. Прямо сейчас мы с коллегами ее корректируем, особенно в области розничного кредитования. Мы отказываемся от определённого перечня продуктов, доходность которых нас не устраивает. Вместе с тем мы нащупали целый сектор продуктов по рознице – комиссионная компонента и медицинское страхование.

Мы стараемся как можно быстрее получить обратную связь и по итогам вносим изменения в свою работу. Эта адаптивность достаточно трудно даётся, так как требует усилий от команды – компетенции должны быть высокими во всех направлениях.

Но при этом у нас главная стратегическая цель не меняется – повышение рентабельности бизнеса. Мы должны быть эффективны вне зависимости от того, что происходит на рынке. А вот дальше всё очень живое, вы даже не представляете, до какой степени. Смысл стратегии сегодня не в её детализации, а в сосредоточенности на цели. Всё зависит от скорости реакции команды на внутренние и внешние события. Это основное, что перестроено внутри банка – скорость реакции очень большая, она выражается в скорости смены команды в случае необходимости.

F: Готовы ли люди работать в условиях, когда все быстро меняется?

- Это действительно непросто, но мы очень активно развивали тему работы с переменами. Я считаю, что на сегодня команда четко понимает, что перемены не просто неизбежны - они необходимы. Это основной инструмент движения вперед. Если раньше перемены нужно было пережить, то сейчас мы их ищем. Сейчас вся команда настроена на поиски того, как и что изменить. Мы еженедельно делаем корректировки. Я не вижу дискомфорта у команды.

Казахстан > Финансы, банки > forbes.ru, 25 апреля 2018 > № 2581902 Дмитрий Забелло


США > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 апреля 2018 > № 2581823 Габриэль Цукман

Сравнимое с США неравенство наблюдается только в России и Индии

Профессор экономики из Университета Беркли Габриэль Цукман рассказывает о резком росте неравенства с 1980-х годов и формировании системы социального воспроизводства, которая перечеркивает идеалы меритократии.

Витторио Де Филиппис (Vittorio De Filippis), Slate.fr, Франция

Профессор экономики из Университета Беркли Габриэль Цукман (Gabriel Zucman) известен своим исследованием об офшорах и сокрытых богатствах. Он участвовал в составлении «Доклада о мировом неравенстве» под руководством Тома Пикетти (Thomas Piketty).

— Каковы черты неравенства в США?

— В первую очередь речь идет об активном росте очень высоких доходов и прибыли с финансовых активов, которые увеличиваются на 4-6% в год с 1980-х годов, а также стагнации доходов подавляющего большинства американского населения. Если рассмотреть долю 1% самых богатых американцев в общенациональном доходе, получается, что в 1980 году на них приходилось 10% против 20% в настоящий момент.

— То есть, кусок пирога 1% самых богатых вырос в два раза…

— У 50% американцев с самыми низкими доходами складывается обратная ситуация. На них приходилось 20% национального дохода в начале 1980-х годов против всего 12% сейчас. Для половины американского населения средний доход до выплаты налогов и отчислений составляет всего 16 000 долларов. При этом у 1% самых богатых средний доход до уплаты налогов достигает 1,3 миллиона долларов.

— Этот низкий показатель не меняется?

— Он не менялся с начала 1980-х годов. Можно даже сказать, что за последние 38 лет для половины населения вообще не было никакого экономического роста.

— Как распределяются богатства среди этого 1%?

— 0,1% зарабатывают сейчас 6 миллионов долларов в год, а 0,01% — 29 миллионов. Наконец, 0,001% получают 125 миллионов, что касается зарплаты и дохода с капитала… Как и во Франции, значительная часть приносящего доход имущества представлена недвижимостью, акциями и облигациями… Оно сконцентрировано еще сильнее, чем доходы. Так, верхний 1% американского населения владеет 40% имущества.

— Это неравенство выражено сильнее, чем в других богатых странах?

— Да. Сравнимое по масштабам неравенство существует, например, в России и Индии. 1960-х и 1970-х годах распределение доходов и имущества было относительно равным. Как бы то ни было, триумф рыночной экономики привел к росту неравенства.

— С чем связаны такие перемены по сравнению с 1980-ми годами?

— В 1960-х годах распределение зарплат было более ровным. Это достижение стало результатом «Нового курса» Рузвельта, который был доведен до конца президентом Джонсоном: его социальная политика привела к формированию программы медицинского страхования в 1965 году. Так появилось социальное государство. Тем не менее после избрания Рейгана в 1981 году и спада экономического роста был постепенно начат своеобразный политический эксперимент. Налоговая нагрузка на группы с самым высоким доходом была постепенно ослаблена: в 1960-1970-х годах она могла достигать 90%, однако была доведена до 28% в 1986 году. С этого момента изменение государственной политики стало систематическим. Высокая в 1970-х годах минимальная зарплата застыла на месте. Возможности профсоюзов были существенно ограничены. Доступ к высшему образованию претерпел серьезные изменения: некогда оно было бесплатным, но стало недоступно дорогим. Единственным решением стал опасный уровень долга. Нынешняя ситуация — результат принятых в 1980-х годах решений.

— Какие выводы нужно из этого сделать?

— Все это тесно переплетается с налогообложением. Наблюдается связь между социальным упадком и снижением налоговой нагрузки. Стремление администрации Трампа продолжить курс на снижение налогов для самых богатых может только усилить неравенство.

— Вы говорите об этом с большой долей уверенности…

— Да. Когда в условиях сильнейшего ослабления регуляции происходит снижение налоговых ставок для самых богатых, это ведет в хищническому поведению. Такое снижение налоговой нагрузки создало условия для формирования системы, в которой просматривается активное стремление к денежной выгоде, пусть даже в ущерб остальному обществу. Иначе говоря, если самых богатых облагают 90% налогом, у них нет особого интереса разрабатывать дополнительно сотни тысяч долларов, поскольку при превышении определенного порога налоговая служба заберет 90%. Сегодня максимальная ставка составляет 37%. В этом заключается характерная черта хищнического капитализма.

— К каким проявлениям несправедливости ведет неравенство доходов и имущества, а также снижение налогообложения?

— Это влечет за собой другие формы неравенства. Одним из примеров является сильнейшее неравенство в доступе к высшему образованию. У молодых людей, чьи родители относятся к 1% самых богатых, есть 100% шанс поступить в университет. Между доходами родителей и вероятностью поступления существует прямая связь. А это в свою очередь лишь закрепляет неравенство.

— И противоречит идеалам меритократии?

— Разумеется. США называют себя меритократическим государством. Примером тому служит «американская мечта»: кто угодно может создать стартап и стать миллиардером. Однако практика показывает, что социальная мобильность находится в ступоре уже не один десяток лет, а для поступления в университет нужно родиться в богатой семье. Та же самая несправедливость возникает и в медицине. Обогащение одних в ущерб другим перерисовывает городской пейзаж, формируя финансовую и расовую сегрегацию. Для более половины американцев жизнь трудна, опасна и неустойчива. Другими словами, в США семья, в которой рождается человек, все больше и больше определяет его существование. Теперь в Америке говорят о «лотерее рождения».

США > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 апреля 2018 > № 2581823 Габриэль Цукман


США > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579576 Виктор Супян

США: глобализующаяся экономика в глобализующемся мире

Виктор Супян, Научный руководитель экономического направления ИСКРАН, профессор, доктор экономических наук

Сегодня многие связывают глобализацию с теми процессами, которые происходят в американской экономике. А вот каково взаимное влияние экономических процессов, происходящих в США, и процессов, происходящих в мировой экономике, попробуем разобраться.

Если исходить из наиболее общего определения, что процесс глобализации представляет собой превращение мирового хозяйства в единый рынок товаров, услуг и капиталов, то, безусловно, место США в этом процессе является весьма весомым и во многом определяющим.

Можно говорить о том, что процесс международной экономической глобализации, постепенно усиливая взаимовлияние и взаимозависимость национальных экономик, вышел на уровень, когда его количественное наращивание привело к заметным качественным последствиям как для американской экономики, так и для взаимодействующих с ней экономик, породив серьезные социально-экономические вызовы.

Масштабы и направления глобализации

Глобализация экономики проявляется в нескольких основных процессах (составных элементах): росте масштабов и значения внешней торговли и международного движения капиталов, расширении масштабов межстрановых перемещений трудовых ресурсов, росте информационных обменов, усилении экономической интеграции и кооперации как на межгосударственном уровне, так и на уровне отдельных компаний.

Объем внешней торговли США в 2016 году составил почти 5 трлн. долларов. Размеры экспорта составили 2,2 трлн. долларов, импорта - 2,7 трлн. долларов, то есть США имели значительный отрицательный торговый баланс в размере 504 млрд. долларов. При этом 25% внешнеторгового оборота США составляют услуги, баланс торговли которыми, в отличие от торговли товарами, положительный - соответствующие показатели в 2016 году равнялись 247 млрд. долларов и 752 млрд. долларов.

Среднегодовые темпы прироста американского экспорта товарами за период 2010-2016 годов составили 2,6%, уступая лишь Китаю (4,6%) и ОАЕ (14%), будучи на уровне ЕС (2,6%), и опережая все другие крупные страны и регионы, в том числе страны СНГ (0%), Япония (-0,5%). В США рост импорта составлял 3,2% ежегодно, в Китае - 4,2%, в Саудовской Аравии - 10%. В странах СНГ он составлял 1,7%.

При этом доля США в мировом товарном экспорте на протяжении длительного периода (после Второй мировой войны) постоянно сокращалась - с 14,6% в 1953 году до 9,4% в 2016-м, уступив в XXI веке первую позицию Китаю (13,6%). Что касается импорта, то здесь США по-прежнему занимают первую строчку (14,3%), преследующий их Китай - вторую (10,0%). Применительно к импорту динамика доли США не столь однозначна, как в случае с экспортом: на протяжении конца ХХ и начала ХХI века доли США то возрастали, то сокращались. Например, в 1953 году она составляла 13,9%, в 1973-м сократилась до 12,4%, затем увеличилась до 15,9% в 1993 году и до 16,9% в 2003-м1.

Основными категориями американского товарного экспорта в 2016 году являлись машины и оборудование - 551 млрд. долларов, или 35,8% от общего объема товарного экспорта, сырье и другие товарные запасы - 396,4 млрд. долларов, или 27,3% от общего объема экспорта, автомобили и запчасти к ним (150,3 млрд. долл., или 10,3%), продовольственные товары и напитки (130,5 млрд. долл., или 9,0%), прочие товары (60,3 млрд. долл., или 3,9%)2.

Среди укрупненных категорий импорта в 2016 году на первом месте находились машины и оборудование - 589,9 млрд. долларов, или 26,9%, автомобили и запчасти к ним - 350,1 млрд. долларов, или 16,0%, комплектующие и сырье - 443,3 млрд. долларов, или 20,3%, потребительские товары - 589,6 млрд. долларов, или 26,6%, продовольствие и напитки - 130,0 млрд. долларов, или 5,9%, прочие товары - 90,8 млрд. долларов, или 4,1%. Любопытно, что масштабы экспорта и импорта этих укрупненных товарных групп весьма близки.

По страновому и региональному распределению американского экспорта ведущие позиции занимали Канада - 18,3% от его общего объема в 2016 году, Европейский союз (28 стран) - 16,7%, Мексика - 15,9%, Китай - 8,0% и Япония - 4,3%. Доля России в американском экспорте составляла лишь 0,7% (23-е место). В качестве экспортеров основными торговыми партнерами США в 2016 году являлись Китай - 21,1%, ЕС - 17%, Мексика - 13,4%, Канада - 12,7% и Япония - 6,0%. Доля России - 1,2% (14-е место)3.

В США доля внешней торговли по отношению к национальному ВВП достигла рекордного уровня за всю историю страны - более 30% в 2015 году. Так, только за 1990-2016 годы американский экспорт возрос более чем в 4,4 раза (с 535,2 млрд. долл. до 2,2 трлн. долл.), что позволило обеспечить его прирост в размере 30%. Следует при этом отметить не только общее увеличение доли и значения внешней торговли, но и отдельные важные изменения в ее динамике и структуре. Прежде всего, подчеркнем, что рост экспорта в последние десятилетия неизменно опережал рост производства. Особенно заметные изменения произошли в экспорте услугами - транспортными, туристическими, финансовыми, связи, технического содействия, образования и т. д. В 1950 году лишь 2% всех произведенных услуг направлялось на экспорт, в 1999 году - уже 6%. В 2016 году на долю услуг приходилось более 34% всего американского экспорта (17% в 1950 г.)4. В целом же доля работающего на экспорт внутреннего производства увеличилась с 9% в 1929 году до 21% к началу ХХI века; высокотехнологичные отрасли, такие как, например, электронная промышленность, производят на экспорт более 25% своей продукции.

Импорт также способствует интеграции экономики США в мировое хозяйство. Нередко США импортируют те же категории продукции, что и экспортируют. Например, компьютерная отрасль во втором десятилетии ХХI века экспортировала 45% своей продукции (компьютерные системы, периферийное оборудование и программное обеспечение). В то же время 60% внутреннего промежуточного и конечного потребления в данной товарной группе было импортировано.

Главными движущими силами роста объемов внешней торговли США являются технический прогресс, государственная экономическая политика, направленная на либерализацию торговли и деятельность ТНК за рубежом. Технологические изменения, прежде всего в области транспорта, связи, обработки и передачи информации, заметно сократили издержки на ведение международного бизнеса, тем самым расширив возможности для внешней торговли и инвестиций.

Помимо прогресса в технических средствах международных коммуникаций, значительную роль в глобализации экономики играет политика государства. До середины прошлого века внешнеторговая политика большинства развитых стран носила преимущественно протекционистский характер. Не избежали такой политики (а в ряде случаев активно ее используют и поныне) и США, в частности приняв в 1930 году Закон о тарифах (Закон Смута - Хоули).

С середины 1950-х годов отношение многих правительств, в том числе американского, к тарифной политике начинает меняться. Политики и бизнесмены осознают преимущества международного разделения труда, международной экономической специализации и кооперации. США, имея множество конкурентных преимуществ перед своими контрагентами, с середины 1970-х годов стали активно поддерживать идеи более свободной торговли и движения капиталов и рабочей силы. Значительные усилия американского правительства были направлены как на снижение собственных торговых тарифов, так и на стимулирование к подобным мерам других стран. После создания в 1948 году системы ГАТТ (Генеральное соглашение по тарифам и торговле) и последующего преобразования ее во Всемирную торговую организацию (ВТО) процесс взаимного «открытия» экономик различных стран заметно ускорился. Например, во второй половине ХХ века тарифы на промышленные товары в развитых странах снизились с уровня в среднем с 40 до 4%. Постепенно снижались и нетарифные ограничения в торговле.

В этот же период в различных странах были созданы мощные интеграционные группировки (НАФТА, Европейский союз, АСЕАН и др.), внутри которых перемещение финансовых и трудовых ресурсов было практически полностью либерализовано.

Одним из ключевых факторов либерализации американской экономики и роста значения внешней торговли является роль американских ТНК за рубежом. Именно они определяют баланс между прямыми американскими инвестициями за рубеж и иностранными в США в пользу американских инвестиций. Американские прямые инвестиции за рубеж превышают прямые инвестиции других стран на 1,2 трлн. долларов. Американские ТНК доминируют среди крупнейших ТНК мира. Так, среди крупнейших ТНК мира по размерам выручки и прибыли насчитывается 132 американских ТНК, 73 китайских и 68 японских компаний. В десятке лидеров списка четыре американских ТНК - «ЭксонМобил», «ВолМарт Сторс», «Шеврон» и «КонокоФилипс».

Глобализация экономики США, в том числе либерализация внешней торговли, вызывает многообразные и далеко не однозначные последствия как для экономики, так и для социальной сферы страны. Положительный или отрицательный вектор этих изменений во многом зависит от уровня развития национальной экономики, позиций страны в мировом хозяйстве. Как правило, чем более мощной является экономика той или иной страны, тем больше позитивных последствий она имеет от процесса экономической глобализации. Однако даже в этом случае глобализация может порождать немало проблем и отрицательных для экономики и населения страны последствий. Пример США подтверждает это в полной мере.

Можно отметить целый ряд позитивных последствий развития внешней торговли для американской экономики. Так, дешевый импорт из третьих стран сдерживает инфляцию и таким образом способствует росту доходов и повышению потребительского спроса и, как следствие, росту экономики. Рост экспорта американских товаров приводит к созданию дополнительных рабочих мест, часто высокооплачиваемых.

Среди очевидных минусов растущей глобализации американской экономики - огромный дефицит торгового баланса США, что имеет отнюдь не только положительные последствия. Рост торгового дефицита ведет к увеличению дефицита платежного баланса и внешнего долга.

Стремясь усилить преимущества глобализации и минимизировать ее негативные последствия, США пытаются прежде всего способствовать либерализации мировой торговли, особенно в тех направлениях, где это соответствует их интересам, где конкурентные позиции США особенно сильны. Это касается торговли услугами, прежде всего в области телекоммуникаций, информационных технологий, финансов.

Одна из озабоченностей, связанная с глобализацией экономики, - высвобождение работников под влиянием внешней торговли и вывоза предприятий за рубеж. Так, миллионы американцев теряют рабочие места вследствие перевода производств за рубеж и увеличения масштабов импорта (США имеют большой отрицательный торговый баланс - более 504 млрд. долл. в 2016 г.)5. На это делал упор Д.Трамп в борьбе за пост президента, обещая вернуть рабочие места на родину.

Особое внимание экономистов и политиков привлекает проблема дефицитов торгового и платежного балансов. В 1990-х годах и в начале 2000-х эти дефициты росли постоянно, достигнув рекордных величин по отношению к ВВП (дефицит, например, платежного баланса в 2015 г. достиг почти 500 млрд. долл. - 3,3% ВВП). Сами по себе дефициты торгового и платежного балансов еще не являются однозначно отрицательными для экономики страны явлениями - все зависит от того, чем они вызваны. В настоящее время главная причина дефицитов - более быстрый рост американской экономики по сравнению с экономиками других стран, что привлекает иностранные капиталы и иностранных импортеров на американский рынок.

Внешний дефицит означает, что страна потребляет больше, чем производит. Разница между производством и потреблением покрывается за счет импорта. Как правило, иностранные инвесторы и экспортеры полученные в США доллары вкладывают в американскую экономику. Когда спрос на внутренние инвестиции в США превышает масштабы внутренних сбережений, осуществляется заимствование за рубежом и таким образом растет государственный долг. Если же сбережения превышают инвестиционный спрос, их избыток устремляется за рубеж.

Таким образом, рост экономики, как это имеет место в США, может происходить одновременно с ростом дефицита внешнеторгового и платежного балансов. Тем не менее некоторые сектора американской экономики, в частности обрабатывающая промышленность и сельское хозяйство, могут испытывать трудности из-за возросшей иностранной конкуренции, роста импорта и сокращения экспорта. Так, если с 1993 по 1997 год занятость в обрабатывающей промышленности США выросла на 700 тыс. человек, то с 2000 по 2004 год она сократилась почти на 3 млн. человек, в значительной степени вследствие сокращения спроса на экспортную продукцию. С 2005 по 2010 год занятость в обрабатывающей промышленности сократилась еще на 2 млн. человек. Однако после кризиса 2008-2009 годов занятость в обрабатывающей промышленности США начала постепенно расти, что связано с процессом инсорсинга, то есть возвращением некоторых ранее вывезенных из США производств.

Обобщая, можно утверждать, что, хотя современные дефициты торгового и платежного балансов отражают в основном силу американской экономики, привлекательность ее для инвесторов и иностранных экспортеров, имеются и определенные негативные последствия этого явления. Поэтому, несмотря на все текущие (и часто весьма долговременные) преимущества наличия дефицита торгового и платежного балансов, в США вместе с тем есть понимание того, что в долговременном плане необходимо стремиться к сокращению этих дефицитов, поскольку они увеличивают государственный долг, который рано или поздно придется отдавать.

В целом очевидно, что экономическая глобализация, принося экономике и населению США больше плюсов, чем минусов, тем не менее ставит перед страной целый ряд новых проблем по повышению эффективности адаптации к этому процессу, стала во многом новым вызовом США в начале ХХI века.

В середине второго десятилетия ХХI века США сохраняют позиции крупнейшего экспортера и импортера капитала. Это касается как движения капитала в США и из США в целом, включая финансовые активы, ценные бумаги, недвижимость и т. д., так и движения прямых инвестиций, то есть предполагающих долгосрочные производственные капиталовложения и участие в управлении иностранными компаниями.

В целом по объему привлеченных ПИИ в 2015 году США находились на первом месте - 379 млрд. долларов, на втором - Гонконг (174 млрд.), на третьем - Китай (135 млрд.). Россия занимала в этом списке второстепенные позиции (9,8 млрд. долл.).

В 2016 году стоимость американских активов за рубежом составила 23,8 трлн. долларов по сравнению с 6,2 трлн. долларов в 2000 году. В 2016 году иностранные активы в США достигли 32,2 трлн. долларов по сравнению с 7,6 трлн. долларов в 2000 году (см. Таблицу 1).

Таблица 1

Международная инвестиционная позиция* США

в 2000 и 2016 годах, трлн. долларов

Тип инвестиций

2000 г.

2016 г.

Американские активы за рубежом

      6,2

      23,8

В том числе прямые американские активы за рубежом

      1,5

        7,4

Иностранные активы в США

     7,6

      32,2

В том числе прямые иностранные инвестиции в США

     1,4

        7,5

Источник: Bureau of Economic Analyses. International Data, 2017

//http://www.bea.gov/

(*Международная инвестиционная позиция - это макроэкономическое понятие, обозначающее общий объем и структуру финансовых активов и обязательств страны перед нерезидентами.)

Таким образом, международная инвестиционная позиция США составила в 2016 году 8,4 трлн. долларов, то есть иностранные активы в США превышали американские за рубежом на 6,5 трлн. долларов.

Особый интерес представляет баланс между прямыми инвестициями США за рубежом и иностранными в США. Здесь картина иная, нежели с балансом всех материальных и финансовых активов. Объем прямых накопленных инвестиций США за рубежом в 2016 году составил почти 7,4 трлн. долларов по сравнению с 1,5 трлн. долларов в 2000 году. В свою очередь, иностранные прямые инвестиции в США составили в 2016 году 7,5 трлн. долларов, увеличившись с 2000 года на 6,1 трлн. долларов. Таким образом, американские прямые инвестиции за рубежом почти равны прямым инвестициям других стран в США6

Согласно оценке ЮНКТАД, наиболее перспективными странами-экспортерами ПИИ в 2016 году были США, Китай и Великобритания. Россия в этом прогнозе не вошла в первые 12 наиболее перспективных стран-экспортеров ПИИ. Что касается наиболее перспективных стран-реципиентов ПИИ, то, согласно прогнозу ЮНКТАД на 2017 год, первые места заняли Китай, США и Индия. Россия в списке первых 17 стран заняла 16-е место7.

Позиции США в мировом хозяйстве

О сохраняющемся лидерстве США в мировом хозяйстве и после мирового финансового кризиса свидетельствуют прежде всего главные макроэкономические показатели, и в первую очередь позиции США в мировом ВВП. Так, по данным МВФ, в 2016 году США существенно опережали все другие страны по объему ВВП, рассчитанному по текущему курсу (18,6 трлн. долл., или 24,7% мирового ВВП), опережая по этому показателю ЕС (28 стран) - 16,4 трлн. долларов, или 21,7% мирового ВВП. Отставание Китая, находящегося среди стран на втором месте в мире, - весьма заметное (11,2 трлн. долл., или 14,8%). При подсчете ВВП по паритету покупательской способности (ППС), США имеют меньшую долю в мировом ВВП (16%, по расчетам и МВФ, и ЦРУ), чем ЕС (17,1%) и Китай (18,5%). Что касается России, то ее позиция - десятое место в мировой табели о рангах по номинальному ВВП и шестое - при расчете по ППС8.

При расчете позиций США по ВВП на душу населения как по обменному курсу, так и по ППС картина выглядит несколько иначе: в 2016 году США занимали седьмое-восьмое место по данному показателю по обменному курсу и шестое-восьмое место по ППС, пропуская перед собой группу высокоразвитых малых стран Европы (Люксембург, Норвегию, Швейцарию, Швецию и др.), а также несколько нефтедобывающих стран Ближнего Востока и Сингапур. Отрыв ВВП на душу населения в некоторых из этих стран от США очень значителен - в Люксембурге, например, более чем в два раза, а в Катаре почти в три раза.

Важно при этом отметить, что все крупные, значимые в мировой экономике страны заметно отстают от США по показателям ВВП на душу населения, рассчитанного как по обменному курсу, так и по ППС. Так, крупнейшая из европейских стран - Германия по этому показателю занимала, по разным подсчетам, от 19-го до 24-го места, ЕС в целом - от 24-го до 27-го места, а Китай - с 93-го по 101-е места.

ВВП России на душу населения в 2016 году по обменному курсу составлял около 9 тыс. долларов (67-е место), а по паритету покупательной способности - около 24 тыс. долларов (по разным оценкам, 49-е место).

Самое же главное, о чем необходимо помнить, проводя такого рода макроэкономические сопоставления, это качество ВВП, его структура. Так, например, Китай и другие быстрорастущие страны, даже если они в обозримой перспективе достигнут уровня американского ВВП по обменному курсу по количественным параметрам, вряд ли смогут сравниться с США по качественному наполнению ВВП. Американский ВВП в значительной степени создан в сфере услуг (около 80%), в том числе в таких ее определяющих современное развитие секторах, как наука, образование, здравоохранение, телекоммуникационные услуги, и в наиболее высокотехнологичных отраслях обрабатывающей промышленности. ВВП Китая, наиболее реального конкурента США, создан за счет традиционных товаров, пусть даже все чаще наукоемких, но второго эшелона.

Было бы, кстати, большим заблуждением считать, что американская экономика чуть ли не потеряла свою обрабатывающую промышленность и, в частности, машиностроение, уступив эти отрасли Китаю. США сохраняют крупнейшую в мире обрабатывающую промышленность, объем производства которой превосходит совокупный объем обрабатывающей промышленности Китая. На долю США приходится более 21% мировой обрабатывающей промышленности, причем эта цифра остается стабильной на протяжении последних 40 лет. При этом действительно существенно меняется структура американской обрабатывающей промышленности - если многие ее традиционные отрасли переводятся за рубеж (в Китай, другие развивающиеся страны), то концентрация и доля высокотехнологичных отраслей промышленности возрастает. По оценкам, на долю США приходится около 40% всех высокотехнологичных отраслей мировой обрабатывающей промышленности (авиакосмическая, медицинская, военная, телекоммуникационная, компьютерная, фармацевтическая и т. п.).

Представляется, что в настоящее время в мире формируется новое международное разделение труда, где США и некоторые другие высокоразвитые страны концентрируются на разработке и производстве новых технологий и наукоемких изделий, на наиболее наукоемких отраслях сферы услуг (наука, образование, здравоохранение, финансы), оставляя менее развитым странам сферу традиционного и массового производства товаров и услуг. Американская экономика идет в авангарде этих изменений.

Весьма показательно место США и по такому интегральному индикатору, как «индекс развития человеческого потенциала», рассчитываемому ежегодно Программой развития ООН и включающему оценку ВВП на душу населения, ожидаемой продолжительности жизни в стране и уровня и охвата населения образованием. Фактически это оценка не только уровня развития экономики, но и качества жизни в стране. В 2015 году США по данному показателю находились на десятом месте в мире, уступая лишь небольшим и высокоразвитым странам Европы и Сингапуру. Показатели десяти первых стран превысили величину 0,9 (из 1). Россия, по этим оценкам, находилась на 57-м месте, Китай на 91-м9

Важнейшим индикатором, отражающим уровень экономического развития любой страны, является такой ключевой показатель эффективности общественного производства, как производительность труда. По этому показателю (рассчитанному как отношение ВВП к отработанным человеко-часам) США являются безусловным лидером среди крупных развитых стран (59 тыс. долл.). Однако в общем списке стран они уступают трем небольшим высокоразвитым европейским странам - Норвегии, Люксембургу и Голландии. Потенциально главный конкурент США - Китай отстает по данному показателю в разы.

Одним из наиболее значимых конкурентных преимуществ США, оказывающих влияние на позиции страны в долговременной перспективе, является уровень научно-технического развития. Различные показатели однозначно свидетельствуют о безусловном доминировании США в этой ключевой для экономического развития сфере. Так, в 2017 году на долю США приходилось более 26% мировых расходов на научные исследования. На долю ближайших конкурентов США по величине расходов на науку - Китая и Японии приходилось 21 и 8,4%, а всей Европы (34 страны) - 20,8%. Доля России в общемировых расходах на НИОКР составляла только 2,7%.

По абсолютной величине расходов на НИОКР США также безусловный лидер - 527 млрд. долларов в 2017 году. Вместе с тем доля расходов на НИОКР в ВВП США занимает лишь десятое место (2,8%), уступая Южной Корее, Израилю, Японии, Швеции, Германии, Швейцарии, Дании, Австрии и Финляндии10. В США бывшим Президентом Обамой была поставлена задача в ближайшие годы довести долю расходов на НИОКР в ВВП до 3% (хотя она пока не реализована).

По мнению экспертов, из девяти выделяемых важнейших технологий (сельскохозяйственные, медицинские технологии, композитные материалы и нанотехнологии, энергетические, компьютерные, информационные, авиакосмические и автомобильные технологии) США занимают первую позицию в восьми областях (кроме автомобильных технологий).

Столь же сильны позиции США и в образовании, прежде всего в высшем. Американские исследовательские университеты неизменно занимают первые места в мировых рейтингах вузов.

Несомненно, что научно-техническое лидерство США - это важнейший ресурс страны, обеспечивающий их опережающие позиции на многие годы вперед. Однако понимание того, что и другие страны не стоят на месте, заставило Президента США в его ежегодном обращении к Конгрессу в январе 2011 года «О положении страны» обратить особое внимание именно на необходимость ускоренного научно-технического развития, увеличения инвестиций в науку и инновации, поскольку только так, как заметил Б.Обама, «можно победить будущее».

Еще одним важнейшим политическим фактором социально-экономического лидерства США является их военный потенциал, в значительной степени обусловленный большими военными расходами. Так, по оценке авторитетного Стокгольмского института исследования проблем мира, удельный вес США в мировых военных расходах в 2016 году составил более 36% (более 600 млрд. долл.). Расходы других стран, входящих в лидирующую пятерку по этому показателю (Китай, Франция, Великобритания и Россия), составляли по удельному весу от 3,5 до 6,6% от мировых расходов на военные нужды. Помимо чисто военного доминирования, нельзя не учитывать и то обстоятельство, что существенная часть этих расходов направляется в наиболее высокотехнологичные отрасли промышленности для создания военной техники и проведения военных 
НИОКР. Это обусловливает и то обстоятельство, что США контролируют самую большую долю рынка вооружений (33% продаж в период 2012-2016 гг.). Доля в продажах военной техники других стран в этот период была значительно меньше: России - 23%, Китая - 6,2%, Франции - 6%, Германии - 5,6%11.

К числу показателей, определяющих положение страны в мировом хозяйстве, относится также место страны в мировой внешней торговле и международных потоках капитала, о чем подробно говорилось в первом разделе данной статьи.

США остаются самым привлекательным рынком для иностранных инвесторов - прямые иностранные инвестиции обеспечивают до 7% капиталовложений в основные фонды. Несмотря на все потрясения финансовой сферы США, облигации Федерального казначейства по-прежнему рассматриваются в качестве наиболее надежного инструмента сохранения денежных средств для их иностранных владельцев. Об этом, в частности, говорит то обстоятельство, что, в отличие от прямых инвестиций, совокупные иностранные активы в США, значительная часть которых составляют портфельные инвестиции в ценные бумаги корпораций и в облигации Федерального казначейства, по объему существенно превосходят американские активы за рубежом - соответствующие цифры составляли в 2016 году 32,2 трлн. долларов и 23,8 трлн. долларов12

Все вышесказанное позволяет прийти к выводу, что, несмотря на целый ряд безусловно негативных последствий финансово-экономического кризиса, экономика США продемонстрировала, во-первых, значительную устойчивость и способность противостоять кризису, а во-вторых, не только сохранила лидирующие позиции в мировом хозяйстве по целому ряду важнейших макроэкономичес-ких показателей, но в ряде случаев усиливает свои конкурентные преимущества.

Экономическая политика новой администрации США 
и перспективы глобализации

Многие вызовы и проблемы, в том числе и в сфере глобализации, так или иначе находят отражение в экономических декларациях и планах Президента Д.Трампа. Хотя и по прошествии года после вступления в должность экономическая политика нового президента не получила достаточно полного и логически связанного плана, можно констатировать, что Д.Трамп намерен реализовывать свои предвыборные обещания. Что же предлагает Д.Трамп в качестве новой экономической политики?

Отметим прежде всего, что нового Президента США вряд ли можно отнести к последовательным сторонникам какой-либо экономической школы. Одни его предложения, безусловно, продолжают идеи и традиции республиканского консерватизма. Многие его предложения и прогнозы основываются на теории «экономики предложения», активно использовавшейся во время президентства Р.Рейгана и исходящей из предположения о том, что снижение налогов непременно приведет к ускорению экономического роста и, как следствие, преодолению бюджетного дефицита. Другие соображения Д.Трампа очевидно носят черты ограничительных мер в отношении свободного рынка, особенно во внешнеэкономической сфере. В чем президент последователен, так это в отстаивании идей протекционизма и антиглобализма. На этом, собственно, построена центральная идея его экономических преобразований - возвращение в Америку рабочих мест и недопущение перевода производств за рубеж.

Можно выделить несколько ключевых направлений в экономической политике, которым Д.Трамп намерен следовать. Безусловно, наиболее важным аспектом всей экономической политики Трампа в настоящее время является налоговая реформа. Новое налоговое законодательство было принято Конгрессом и подписано Президентом Д.Трампом 22 декабря 2017 года (The Tax Cuts and Jobs Act). Новый закон о налогах и рабочих местах сохраняет семь ставок подоходного налога, но снижает уровень этих ставок. Ставки подоходного налога, согласно новому закону, составляют 10, 12, 22, 24, 32, 35 и 37% в зависимости от уровня получаемых доходов. (В прежнем законодательстве ставки составляли 10, 15, 25, 28, 33, 35 и 39,6%.) Так, 10-процентый подоходный налог взимается с индивидуального дохода до 9,5 тыс. долларов, а максимальная ставка используется при доходе свыше 500 тыс. долларов. Новый закон предполагает увеличение сумм доходов, с которых производятся налоговые вычеты. Так, стандартный налоговый вычет на индивидуальные доходы увеличен с суммы в 6,3 тыс. долларов до 12 тыс. долларов, а на доходы семейных пар - с 12,7 тысяч до 24 тыс. долларов.

Закон увеличивает стоимость освобождаемой от налогообложения недвижимости в сумме до 11,2 млн. долларов для одного владельца и до 22,4 миллиона для семейных пар. От принятия этого положения выиграет 1,5 млн. самых богатых американцев.

Очень заметным является в новом законе снижение корпоративного налога - его максимальный уровень понижается с 35 до 21%, то есть до самого низкого уровня с 1939 года. На самом деле реально и до нового закона мало кто платил корпоративный налог по максимальной ставке - благодаря умелым действиям налоговых юристов средняя величина корпоративного налога составляла 18%.

Закон позволяет репатриацию активов в размере до 2,6 трлн. долларов, хранящихся в офшорных зонах. В этом случае владельцы должны заплатить налог в размере 15,5% на финансовые активы и 8-процентный налог на оборудование.

По новому закону сокращаются налоги на алкогольные напитки. Как считают эксперты из Брукингского института, это налоговое послабление приведет к 1,5 тыс. преждевременных смертей ежегодно в результате роста потребления алкоголя.

В целом можно констатировать, что новое налоговое законодательство будет более благоприятным для бизнеса, чем для граждан. Сокращения корпоративных налогов являются постоянными, а для граждан сохраняются только до 2025 года. Как отмечают многие эксперты, основные преференции новый закон приносит наиболее богатым семьям. Так, сокращение налогов начиная с 2019 года коснется каждого, но для тех, кто получает 30 тыс. долларов и меньше, налоги начиная с 2021 года вновь возрастут. К 2023 году они вырастут для всех, кто зарабатывает 40 тыс. долларов и меньше.

Второе направление - кардинальное изменение внешнеэкономической политики. В русле этого курса президентские инициативы направлены на защиту национальных производителей и внутреннего рынка. Политика в этой области должна быть нацелена на пересмотр торговых соглашений с зарубежными партнерами для снижения доли импорта и увеличения внутреннего производства. С этой целью предполагается увеличение внешнеторговых тарифов на ввозимые товары из-за рубежа, прежде всего из Китая. Это, по мнению президента, приведет к возвращению многих производств обратно в страну. Теми же задачами обусловлены и предложения по изменению условий Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА), которое якобы стимулирует вывод американских компаний за рубеж и уже состоявшийся выход США из соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, подписания которого США добивались много лет.

Одно из заявленных направлений реформ - новая энергетическая стратегия, нацеленная на достижение энергетической независимости. На это будет направлено снятие ограничений (экологических и других) на развитие энергетических проектов, принятых в период администрации Б.Обамы, которые, по мнению Д.Трампа, могли привести к уменьшению потенциального ВВП на 2,5 трлн. долларов до 2030 года и к снижению личных доходов американцев на 7 тыс. долларов в год. Снятие ограничений на добычу нефти и газа в сланцевых пластах, а также на добычу угля может способствовать удешевлению энергии и росту доходов энергетического сектора. Ожидается, что меры по развитию энергетики приведут к росту ВВП на 100 млрд. долларов и созданию ежегодно 500 тыс. новых рабочих мест, а также к росту совокупного годового фонда оплаты труда в 30 млрд. долларов за ближайшие семь лет. Это, в свою очередь, приведет к увеличению доходов консолидированного бюджета на 6 трлн. долларов за четыре десятилетия13.

К энергетическим проектам примыкают планы по резкому увеличению инвестиций в инфраструктурные проекты. Речь идет о дополнительных 100 млрд. долларов инвестиций в течение десяти лет в энергетическую, транспортную и коммунальную инфраструктуры, то есть в строительство линий электропередач, дорог, мостов, объектов водоснабжения. Среди объявленных мер в этой области - увеличение масштабов кредитования данных проектов, инфраструктурный налоговый кредит, упрощение разрешительной системы.

Объявлена также модернизация регуляторной системы. По мнению Д.Трампа, государственное регулирование экономики избыточно и обходится, по расчетам его экспертов, в 2 трлн. долларов и сокращает доходы домохозяйств на 15 тыс. долларов в год. Только за 2015 год федеральные агентства выпустили 3300 распоряжений и постановлений (по сравнению с 2400 в 2014 г.), ограничивающих предпринимательскую деятельность. В планах Трампа объявление моратория на новые федеральные административные акты, а также отмена многих правил и регулирующих хозяйственную деятельность постановлений, особенно в области энергетики и экологии.

Уже предприняты попытки по изменению иммиграционных правил, пока, правда, на уровне исполнительных указов. Речь идет в первом указе о запрете въезда в США граждан из семи мусульманских стран (решение оспорено судебными властями) и запрете въез-
да граждан из шести мусульманских стран - во втором указе. Предполагается и принятие нового иммиграционного законодательства, по которому может быть произведена депортация из США нескольких миллионов нелегальных иммигрантов и ужесточены правила иммиграции.

Была сделана попытка на законодательном уровне подвергнуть ревизии принятую Конгрессом реформу здравоохранения, расширяющую охват медицинским страхованием миллионов американцев. Потерпев фиаско в Конгрессе, президент в октябре 2017 года своими указами отменил ряд положений Закона о доступном здравоохранении.

Как видно, многие позиции экономической программы Д.Трампа носят достаточно противоречивый характер. Некоторые из них - просто трудновыполнимы. Так, способен ли Д.Трамп вернуть американские компании на родину с помощью налоговых льгот? Ведь в основе глобализации лежат объективные причины, а интернационализацию и транснационализацию производства никакими указами и льготами отменить невозможно. В рыночной экономике капитал идет туда, где выше норма или масса прибыли. Это и ничто другое лежит в основе экономической глобализации.

Расширению глобализации и дальнейшего международного разделения труда способствует и научно-технический прогресс. Кстати, сторонники идей Трампа порой утверждают, что как раз научно-технический прогресс приведет к тому, что исчезнет основа вывода предприятий за рубеж - стремление снизить издержки труда. В результате автоматизации и других инноваций трудовая компонента издержек станет столь невелика, что не будет никакого смысла переводить производство за рубеж в целях снижения издержек труда. Представляется, что этот тезис носит несколько абстрактный характер. По крайней мере, ни нынешний этап инноваций, ни предыдущая автоматизация не привели ни к массовой безработице, ни к безлюдному производству. Возникли новые рабочие места, требующие более высокой квалификации, а также миллионы рабочих мест в сфере услуг, многие подразделения которой тоже начали перемещаться за рубеж с целью снижения издержек.

Вполне очевидно, что и в дальнейшем новые рабочие места в экономике США будут создаваться не в традиционных «старых» отраслях (металлургия, автомобильная промышленность, текстильная промышленность и т. д.), в значительной степени переведенных за рубеж, а в новых наукоемких отраслях, имеющих перспективу роста.

Противоречивость экономических предложений Д.Трампа видится и в том, что одновременно планируется значительное сокращение налогов, и, стало быть, по крайней мере на первом этапе этого сокращения, произойдет снижение поступлений в бюджет, что создаст проблемы для заметного роста расходов на инфраструктурные проекты и оборону. Приведет ли предполагаемое снижение налогов к быстрому ускорению экономического роста и, как следствие, росту налоговых поступлений? Сомнительно. Ведь инвестиционный процесс определяется не только ставками налогообложения, но в первую очередь масштабами совокупного спроса, уверенности как инвесторов, так и потребителей в хороших экономических (и политических) перспективах. По крайней мере, более восьми лет послекризисного развития американской экономики такой однозначной уверенности явно не продемонстрировали.

Некоторые предложения Д.Трампа выглядят вполне разумными и обоснованными и идут, кстати, скорее не в русле неолиберальных (республиканских) представлений, а в традициях кейнсианских концепций и практики Демократической партии. К ним можно отнести предлагаемый рост расходов на инфраструктуру, на развитие энергетики (без крайностей пренебрежения экологическими аспектами), мораторий на прием на работу новых федеральных служащих (в практическом плане к ним, правда, даже не приступали). Но реализация этих мер может застопориться из-за возможной нехватки бюджетных средств из-за снижения налогов. Увеличение же дефицита бюджета может привести к еще большему росту государственного долга.

Политика нового президента может серьезно повлиять на состояние американской экономики, на внешнеполитические позиции страны, в том числе и в негативном плане. Однако, скорее всего, несмотря на внешнюю приверженность предвыборным обещаниям, их радикализм уменьшится. Следует иметь в виду, что многие из намеченных планов новой администрации США требуют одобрения Конгресса, общественной поддержки. Решения, принимаемые в Белом доме, испытывают на себе давление различных влиятельных политических и экономических центров силы. Здесь и Конгресс, в котором даже республиканцы отнюдь не во всем солидарны с инициативами Д.Трампа в различных областях, и судебная власть, которая уже продемонстрировала свое несогласие с политикой президента в области иммиграции, и влияние общественного мнения, и средства массовой информации.

При этом следует помнить, что, какой бы ни была экономическая политика федеральных властей, в США существует весьма эффективная модель рыночной экономики, в основе которой лежат конкуренция и частная собственность, высокоразвитое предпринимательство и сильная трудовая этика.

Несмотря на декларируемый протекционизм, никуда не исчезнут экономические и политические интересы США во всем мире. Оставаясь единственной экономической и военно-политической сверхдержавой, США могут изменить формы и методы своего влияния на международные отношения и мирохозяйственные связи, но их стремление сохранить доминирующие позиции в мире, несомненно, сохранится. Этот вывод в полной мере относится и к перспективам глобализации американской экономики. Будучи обусловлен в первую очередь объективными факторами, процесс глобализации, хотя и может частично испытывать влияние той или иной политики, вряд ли может быть повернут вспять.

 1World Trade Statistical Review. 2017 Table A2. P. 98 // www.wto.org/statistics

 2Exibit 6. U.S. Trade in Goods by Principal End-Use Category. P. 6. U.S. Bureau of Census. 2017.

 3World Trade Organization. International Trade Statistics 2016. P. 31 // www.wto.org/statistics

 4US Census Bureau, US Bureau of Economic Analyses, US International Trade in Goods and Services. July 2017. Exibit 1. US International Trade of Goods and Services. P. 1.

 5Ibid. // http://www.census.gov/foreign-trade/Press-Release current_press_release_/ t900/pdf

 6Bureau of Economic Analyses. International Data, Net International Investment Position. 2017 // http://www.bea.gov/

 7World Investment Report UNCTAD, 2015.

 8Statista. The Statistical Portal // http://www.statista.com/statistics/263591/gross-domestic-product-gdp-of-the-united-states

 9Human Development Report 2016. P. 167, 168 // www.hdr.undp.org/sites.default/tiles/hdr-14-report-en-1.pdf

102018 Global R&D Funding Forecast, December 2018.

11SIPRI Yearbook 2017, Summary. P. 15.

12Bureau of Economic Analyses. International Data // http://www.bea.gov/table/table.cfm

13Fact Sheet: Donald J. Trump’s Pro-Growth Economic Policy will create 25 million Jobs // http://www.donald-j-trump.com/press-releases/fact-sheet-donald-j-trumps-pro-growth-economic-policy/html (accessed 02.03.17).

США > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > interaffairs.ru, 24 апреля 2018 > № 2579576 Виктор Супян


Россия > Финансы, банки. Авиапром, автопром > forbes.ru, 23 апреля 2018 > № 2580997 Игорь Юргенс

Заехали в тупик. Как ОСАГО стало убыточным для страховых компаний

Игорь Юргенс

Президент Всероссийского союза страховщиков/Российского союза автостраховщиков (РСА)

Недостаточные тарифы, злоупотребления и случаи прямого мошенничества стали причиной того, что в прошлом году страховые компании ушли в глубокий минус. Многим пришлось покинуть рынок, оставшиеся сознательно снижают свою долю

Минувший год стал сложным для автостраховщиков. Все внимание компаний, оставшихся на рынке ОСАГО (их уже всего 59, хотя 14 лет назад насчитывалось 240), сосредоточено сейчас на выправлении ситуации с автогражданкой. ОСАГО уже давно тормозит из-за хронической недостаточности тарифа, но в прошлом году страховщики впервые ушли в глубокий минус.

Сборы страховщиков по ОСАГО снизились на 3% за год, а суммы выплат выросли с утроенной скоростью (9% в 2017 году). При этом пени, штрафы, неустойки и накладные расходы в структуре выплат по суду уже превысили 50%. Средняя выплата в ОСАГО в 2017 году увеличилась на 10% с 69 000 до 75 800 рублей, а средняя премия упала на 4% — с 6032 рублей до 5800 рублей.

Многие из тех, кто остался на рынке, сознательно снижают свою долю. Показателен пример прежнего лидера, компании «Росгосстрах»: несколько лет назад она контролировала треть рынка ОСАГО, сейчас доля компании едва превышает 10%. Бедствие, которое терпит этот некогда серьезнейший игрок, сказалось на всем рынке, и, конечно, первая в современной истории национализация страховщика не прошла безболезненно.

Преступные автоюристы

К 2018 году мегарегулятор страховой отрасли, Министерство финансов России, признал, что ОСАГО сдерживается не рыночными методами, а по социальным основаниям. Были разговоры, что после выборов нужно будет как-то это исправить. По словам главы Центробанка Эльвиры Набиуллиной, стратегическая задача состоит в уходе от предвыборной зависимости ОСАГО в ближайшие три-четыре года. Необходимо поставить ОСАГО на рыночные рельсы, чтобы рынок нашел равновесную цену, а ОСАГО стало базовым каско и приносило благо автовладельцу, не будучи убыточным для страховщика.

Одно из важнейших событий прошлого года — поправки в закон об ОСАГО, касающиеся натурального возмещения. Когда мы выходили с инициативой этого закона, то рассчитывали, что изменения сыграют положительную роль в выравнивании ситуации, что таким образом удастся побороть «черных автоюристов». Это движение началось массово после того, как в 2012 году на страхование распространили закон о защите прав потребителей, а затем в 2014 году увеличилась максимальная выплата по ОСАГО.

Когда максимум, что можно получить с одной аварии, — 100 000 рублей, это не особо интересно злоумышленникам. Преступлений в этой сфере было 10-15%. Сейчас, когда можно «накрутить» 400 000 рублей за «железо» плюс 500 тысяч рублей за ущерб жизни и здоровью (и это не считая штрафов и пеней), извлечение денег из аварий стало бизнесом. Люди заинтересовались, сгруппировались, привлекли профессиональных юристов и поставили все на поток. Получились целые банды. Мы надеялись, что с принятием закона о натуральном возмещении недобросовестные автоюристы успокоятся, но этого не случилось.

В процессе согласования закона столько было введено ограничений, что многое из задуманного просто не работает. Сервисное техобслуживание не укладывается в отведенное законом время, так как многие запчасти нужно заказывать, а детали просто не приходят вовремя. Ограничение в 50 км до станций техобслуживания в некоторых регионах абсурдно. Например, Волгоград растянут на 100 км: как тут уложиться?

В итоге закон не смог «перекрыть кислород» мошенникам: те же самые недобросовестные автоюристы нашли новые способы затаскивать страховщиков в суд по натуральному возмещению. При этом доля урегулирований в натуральной форме у некоторых крупных компаний доходит до 40% в ряде регионов. Используя лазейки в законодательстве, недобросовестные посредники без малейших угрызений совести подрывают основы рынка страхования, призванного защитить всех, кто ездит по дорогам страны. И эти люди даже не считают себя преступниками.

В итоге такого компромиссного текста закона страховщики получили рост выплат, в том числе за счет обязательности ремонта новыми запчастями. Это примерно на 30% увеличивает затраты. В то же время страховые компании не смогли избавиться от дополнительной нагрузки нестраховых выплат в судах.

Есть и еще один нюанс действия натурального ОСАГО. Автовладелец по соглашению со страховщиком может отказаться от ремонта. В этом случае он подписывает бумагу, что согласен с той выплатой, которую ему рассчитали в страховой компании.

Мошенничество с электронными полисами

В 2017 году были запущены обязательные продажи электронного ОСАГО, что дало возможность по большей части решить проблемы доступности полисов в проблемных регионах. Часть регионов России получили такой статус из-за того, что страховщики просто отказывались там работать из-за запредельных убытков. К концу года через интернет продавалось уже более 34% полисов ОСАГО.

Не сразу удалось наладить всю систему — на первом этапе отмечалось большое количество сбоев в работе сайтов страховых компаний и базе данных РСА, которая в силу чрезмерной нагрузки не всегда справлялась. Мы всерьез начали работу по созданию новой базы с совершенно другими техническими параметрами: когда создавалась нынешняя, о таких нагрузках никто не мог и подумать.

Важным моментом в увеличении доступности ОСАГО стало создание Российским союзом автостраховщиков системы гарантирования возможности заключения договора ОСАГО в электронном виде — системы «e-ОСАГО Гарант», которая позволяет совершить покупку через сайт РСА. Эта функция подключается при наличии сбоев на сайте компании, в которую обратился клиент, либо если у этой компании закончились «электронные бланки», то есть номера полисов.

По мере роста доступности мы стали отмечать появление новых форм мошенничества: подделку электронных документов и фальсификацию данных в заявлениях на заключение договоров ОСАГО, заполняемых при оформлении через интернет. Активизировались и недобросовестные посредники, которые якобы помогают автовладельцам заполнить форму заявки, а на деле вводят их в заблуждение относительно стоимости полиса и зарабатывают на этом.

Мошенники начали массово регистрировать в интернете сайты по продаже ОСАГО, копирующие сайты страховщиков. Для борьбы с этим явлением РСА заключил договор со специализированными компаниями по борьбе с кибермошенничеством. За девять месяцев 2017 года было выявлено и заблокировано более 700 таких сайтов.

Сейчас ситуация с мошенничеством и злоупотреблением правом перешла все мыслимые пределы. Страховщики потеряли около 40 млрд рублей из-за мошенничества в сфере ОСАГО. В 2017 году РСА совместно Банком России провел серию межведомственных совещаний в регионах, чтобы донести мысль о том, что проблемы в ОСАГО чреваты ростом социальной напряженности.

Мы проехали почти по всем федеральным округам (на 2018 год оставили относительно благополучные Центральный и Северо-Западный), провели межведомственные совещания с МВД и Генпрокуратурой, довели до сведения местных властей, насколько катастрофическая ситуация складывается у них под носом. Местные власти должны понимать, что ситуация с мошенничеством по ОСАГО напрямую влияет на его доступность, а следовательно — на социальную напряженность в регионе.

Итогом совещаний стала системная работа всех сторон, активизация следствия и доведение дел до суда. В целом правоохранители обратили больше внимания на страховое мошенничество. По итогам этой работы в органы правопорядка направлено более 8100 заявлений по выявленным фактам страхового мошенничества в страховании в целом. По ним возбуждено 1565 уголовных дел. Большинство заявлений и возбужденных дел касается ОСАГО. Мы надеемся, что впоследствии сможем сказать: «2017 год стал переломным в борьбе со страховыми мошенниками». Впрочем, сейчас мы только в начале трудного и долгого пути.

Проблемы ОСАГО стали системными, и решать их необходимо комплексно — постепенно «отпуская» тарифы, давая возможность страховщикам поощрять добросовестных водителей пониженными коэффициентами и наказывая рублем разного рода нарушителей. Установление справедливого тарифа поможет устранить возникшие перекосы и пресечет практику, когда «плохих» водителей дотируют добропорядочные автовладельцы.

Россия > Финансы, банки. Авиапром, автопром > forbes.ru, 23 апреля 2018 > № 2580997 Игорь Юргенс


Россия. США > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 19 апреля 2018 > № 2575695 Александр Шохин

«После кризисов Россия стала терять свое место в мире»

Глава РСПП: бизнес ждет новое правительство и не торопится с инвестициями

Петр Нетреба

Предприниматели ждут поддержки от государства на фоне ужесточения санкций США. Соответствующие переговоры с премьер-министром Дмитрием Медведевым начались 30 марта и продолжились 12 и 17 апреля. Бизнес настаивает на предсказуемой экономической политике и очередном моратории на изменение налоговой системы до 2024 года, рассказал в интервью «Газете.Ru» основной участник этих переговоров, глава РСПП Александр Шохин.

— Насколько сильный «запас прочности» у российского бизнеса перед внешними вызовами? Почему последние санкции США, объявленные 6 апреля, и эскалация российско-американских отношений по сирийской проблеме не нанесли глубокую травму экономике?

— Внешние вызовы сказываются на российских компаниях по-разному. Разумеется, вся российская экономика страдает из-за чрезвычайно высокой неопределенности и волатильности рынков, связанных с действиями ряда иностранных государств и, в частности, США. Так, курс рубля за последние несколько дней сначала испытал десятипроцентную девальвацию по отношению к евро и доллару США, а затем частично отыграл падение. Существенно снизились индексы ключевых российских фондовых площадок. Так, с 6 по 12 апреля 2018 года индекс РТС снизился с 1236,5 до 1125,1 пункта, максимально опустившись за указанный период до 1083,5 пункта. За аналогичный период индекс Московской биржи опустился с 2281,2 до 2210 пунктов при минимальном уровне в 2090,9 пункта.

В результате в «водоворот» попали даже те компании, в отношении которых новые ограничения не были введены, но которые были в той или иной форме связаны с соответствующими секторами экономики.

Кроме того, из-за новых санкций существенно осложнился трансферт технологий из-за рубежа. Так что я бы не стал говорить о том, что последние санкции остались не замеченными российской экономикой, по крайней мере, в краткосрочном периоде.

Впрочем, на сегодняшний день в условиях высокой зависимости бюджетных поступлений от углеводородов подпадание под санкции металлургов сказывается на пополнении российского бюджета не настолько сильно, как было бы в случае распространения аналогичных ограничений на нефтегазовый сектор. Так, министр финансов Антон Силуанов в конце 2017 года прогнозировал долю нефтегазовых доходов в бюджете России в 2018 году в 37%.

Что касается отдельных компаний, то их устойчивость перед внешними вызовами и точечными санкциями связана со значимостью в их бизнесе внешних рынков в целом и рынков государств, введших санкции, в частности. Немаловажна и зависимость бизнеса от доллара США. Для попавших под санкции компаний исполнение контрактов в долларах будет крайне затруднено, если вообще возможно. Соответственно, особенно актуальной становятся задачи выхода на новые рынки и заключение контрактов в иных иностранных валютах или в рублях.

Кроме того, последние санкции привели к дополнительному росту неопределенности ввиду разрыва между реальной стоимостью акций попавших под санкции компаний в соответствии с рыночными условиями и показателями их деятельности, с одной стороны, и фактической оценкой компаний на основе спекулятивных действий и опасений рынка, с другой. При этом последние события не слишком сильно сказались на волатильности рынков сырья и продукции, производимой бизнесом, пострадавшим от санкций.

Это говорит о том, что после некоторого успокоения рынков цена акций компаний может постепенно вырасти. Соответственно, в выигрыше могут оказаться те инвесторы, которые не поддадутся панике и приобретут ценные бумаги российских компаний.

— Стоит ли сейчас относиться к задаче, повторно поставленной президентом, по увеличению экономического роста до среднемировых 3—4% как к реалистичной? Тем более, что эта задача ставилась неоднократно и ни разу не была выполнена. А к 2018-му году мы подошли с ростом всего 1,5%, что, скорее, похоже на стагнацию …

— Действительно, президент уже не первый и даже не второй раз ставит задачу о темпах роста. Еще в 2007 году, перед кризисом 2008 - 2009 годов, стояла задача догнать и перегнать по душевому ВВП Португалию и стать пятой экономической державой в мире. Многим из этих задач уже второй десяток лет. А после двух кризисов, 2008 — 2009 годов и 2015 — 2016 годов, Россия стала терять свое место в мировой экономике и торговле.

Но дело не только в цифрах. Мне кажется, более важно то, что президент в последнем послании Федеральному собранию акцентировал внимание, прежде всего, на необходимости технологического развития.

Хроническое отставание России в технологиях, какие бы темпы роста ни были, все равно не позволяет сохранить свое место и влияние в глобальной экономике, в глобальном разделении труда, в глобальных цепочках добавленной стоимости.

Отсюда одновременно и такие добавки, если можно так выразиться, к этим макроэкономическим сюжетам: мы обязаны не только в экономике, но и в цифровизации управления, в подготовке кадров выходить на рубежи передовых стран. А для этого нужен рывок.

— Как его обеспечить?

— Еще десять лет назад можно было полагаться на углеводороды. И за счет этих ресурсов какие-то задачи можно было решать, потихонечку трансформируя экономику, снижая зависимость от экспорта нефти и сырья. Сейчас таких возможностей все меньше и меньше. Сырьевые экспортные товары, прежде всего, нефть, подешевели, и перспектив выйти на цифры, которые еще недавно казались незыблемыми, нет.

Ситуация нас подталкивает к тому, чтобы двигаться как можно быстрее. Прежде всего, это надо делать в высокотехнологичных производствах. Двигаться надо, основываясь на притоке инвестиций в основной капитал. Не случайно появилась еще одна задача — выйти на уровень инвестиций в основной капитал не ниже 25% ВВП. И здесь мы наталкиваемся на нашу традиционную проблему — уровень инвестиций у нас намного ниже уровня сбережений. То есть деньги в экономике, у населения есть, но инвестиций мало.

Поэтому необходимо создать условия для трансформации сбережений в инвестиции и на основе этого сделать рывок в экономическом росте. Эту задачу надо немного по-другому, может быть, переформулировать, чтобы было понятно, что речь не идет об установке роста в 1,5% ВВП или 3,8%. Это только внешний индикатор. По существу нужно, действительно, сделать рывок на основе более активного инвестиционного процесса.

Он, в свою очередь, возможен только на основе расширения пространства экономической предпринимательской свободы, на основе частной собственности и частной инициативы.

Если мы выстроим эту цепочку правильно, то выйдем на ту траекторию, которая нам позволит развиваться именно темпами между Германией и Китаем.

— Где можно взять деньги на инвестиционный рост: в федеральном бюджете, у корпораций или населения?

— Бюджет не должен быть основным инвестором, он должен быть соучастником процесса. Государство должно создавать нормальные условия для того, чтобы и население, и корпорации, и малый бизнес, а не только крупные компании и корпорации, инвестировали в развитие производства.

Наши исследования показывают, что бизнесу и населению не хватает уверенности в завтрашнем дне. Неясно, какая будет экономическая политика, будут ли повышаться налоги, будут ли страховые платежи оставаться страховыми или через бюджет будут приходить в виде неких пособий. Даже в чисто экономическом поле есть много развилок и вопросов, на которые пока нет ответов. Эти ответы нам обещают дать «как только — так сразу».

Вот, прошли выборы, пройдет инаугурация, будет сформировано новое правительство — и оно ответит на все эти вопросы. Коль скоро это так — можно подождать. Подождать и не торопиться с теми или иными проектами, планами развития компаний и так далее.

Многим корпорациям до сих пор непонятна не только конкретная конструкция тех или иных видов налогов, таких как, например, НДС или налог на прибыль. Разговоры о налоговом маневре подзатихли, но я думаю, что точка не поставлена. В мае эта дискуссия начнется, может быть, с новой силой. Но бизнесу до конца не понятны окончательные решения по донастройке налоговой системы, даже безотносительно к налоговым маневрам.

Возьмем неналоговые платежи. Мораторий некоторый на их повышение был объявлен. Тем не менее, креатив и федеральных, и региональных, и муниципальных органов власти, и бюджетных учреждений различного уровня таков, что можно обложить этими неналоговыми платежами бизнес так, что мало не покажется. Даже стабильность налоговой системы здесь не поможет. Не случайно, что бизнес последнее время сконцентрировал свой диалог с правительством именно на теме неналоговых обязательных платежей.

Например, те же экологические и утилизационные сборы. Мы понимаем, что экология важна. Но очень плохо, когда нет определенности в том, как соотносится экологическая компонента с фискальной. Если эти платежи будут переданы в Налоговый кодекс и будут администрировать ФНС, то это будет еще с большей очевидностью фискальным компонентом системы, нежели экологическим.

Далее, страховые взносы. Ликвидируют ли все страховые фонды, по сути дела, и будет эта система частью бюджетной? Или сохранится страховое начало в деятельности того же Фонда социального страхования? Что будет с накопительной пенсионной системой? Таких вопросов, к сожалению, очень много.

Последнее время мы часто упражняемся в разработке стратегических документов. Но окончательных ответов на многие, на первый взгляд, частные вопросы нет.

А таких частных вопросов так много, что это, вообще-то, превращается в системную проблему отсутствия предсказуемости экономической политики.

— До выборов президента многие ждали тот или иной вариант социально-экономической программы, а получили краткое поручение администрации президента разработать «национальные цели развития РФ на период до 2024 года». Как вы будете определять приоритеты?

— Это вы ждали. На самом деле, раньше середины мая 2018 года ждать этой программы не стоит. Экономическая программа действующего президента и одновременно кандидата в президенты не может быть чересчур конкретной. Слава богу, что в ней не было популистских обещаний решить те или иные вопросы, как предлагали другие его соперники по выборам.

Возьмем пример другого рода. Есть такой непредсказуемый президент Дональд Трамп. Он, действительно, импульсивный и непредсказуемый. Тем не менее, он одно из своих ключевых предвыборных обещаний реализовал, принял налоговую реформу, даже несмотря на то, что ее не так просто было провести через Конгресс. То есть даже наиболее чувствительные реформы можно быстро не только объявить, но и реализовать.

Честно говоря, мы хотели бы жить не в сослагательном наклонении. Мы не имеем права тратить время понапрасну. И так его много потеряли.

Кроме того, у нас пакет тех или иных реформ уже есть. Даже если взять наработки Центра стратегических разработок, то многие из них можно реализовывать с колес. Например, предложения по судебной реформе. Некоторые изменения в процессуальных нормах, в УПК, в КОАПе, в процессуальном кодексе Верховный Суд сейчас вносит в Госдуму. Безусловно, ничто не мешает еще дальше продвинуться на пути снижения правоохранительного давления на бизнес.

РСПП еще пару лет назад выдвинул такие предложения. Так, мы давно ставили вопрос о том, чтобы члены органов управления хозяйственных обществ применительно к уголовному преследованию рассматривались как предприниматели. Есть такая гуманная норма в законодательстве, что нельзя предпринимателей арестовывать до суда. Но в реальности предпринимателями оказывались индивидуальные предприниматели, предприниматели без регистрации юридического лица и так далее. Сейчас в Государственной Думе уже в первом чтении рассмотрен вопрос о поправках, согласно которым, председатели советов директоров и члены советов директоров, наблюдательных советов, члены правления будут приравнены к предпринимателям. Тогда их нельзя будет закрывать до суда, а придется использовать другие формы — домашний арест, залог или поручительство. Хотя понятно, что от новой формулировки до имплементации этой нормы дистанция огромного размера.

Мы также считаем, что надо больше использовать механизмы чисто фискального наказания. Если возмещается ущерб, платится штраф в бюджет, то по определенным составам преступлений надо освобождать от уголовной ответственности. Такая финансовая ответственность уже достаточно сильное наказание. Есть целый ряд других предложений, которые мы обсуждаем, в рамках созданной два года назад рабочей группы по мониторингу правоприменительной практики в отношениях бизнеса и правоохранительных органов. Если этот набор обсуждаемых и лежащих на поверхности предложений будет не только обсужден, но и доведен до поправок в законодательство, а эти поправки может внести президент, то их можно принять уже в рамках весенней сессии Думы. Это будет серьезный шаг в направлении создания большей определенности и предсказуемости деловой среды.

Безусловно, какие-то вещи нужно делать, если угодно, показательно. Я имею в виду не показательные процессы и возбуждение дел против членов списка российского Forbes. Я имею в виду показательные действия, например, по снижению доли государства в экономике. Но пока что мы видим, что доля государства в экономике все время растет. Так расчистка банковского сектора тоже привела к увеличению доли государства.

Конечно, мы видим заявления ЦБ, что все, по сути, национализированные через Фонд консолидации банковского системы банки будут продаваться. Но вопрос в том, кто их будет покупать. Иностранных инвесторов особо нет, и в ближайшее время, наверное, не будет. Стало быть, деньги нужно искать внутри. Но для этого должна быть определенность в том, что банковский бизнес будет доходным, перспективным и маржинальным. Выставить на продажу легко, а продать не так просто.

Поэтому очень важно государству определиться, что важнее, фискальная компонента от сокращения доли государства, от приватизации либо структурно-институциональная.

Мы считаем, что ожидания продать подороже привели к тому, что доля государства в экономике вдвое увеличилась. Кроме того, мы видим, что фискальный интерес реализовать очень сложно. Поэтому нужно идти через структурный интерес. Расширять поле частной инициативы и частного капитала. И за счет этого рассчитывать, что в будущем мы получим дополнительный эффект от сокращения расходов государства и бюджета на поддержку госкомпаний и в расчете на расширение налоговой базы. Такие демонстрации очень нужны как показатель того, что государство начинает двигаться в этом направлении.

— А нужна ли бизнесу реформа надзорных и карательных органов власти, например, создание аналога ФБР — структуры, совмещающей в себе функции СК, ФСБ и МВД?

— В конце 1991 года, когда развалился СССР и полномочия перешли к российскому правительству, возникла идея создать министерство государственной безопасности, слив МВД и остатки КГБ. Просуществовала эта объединенная конструкция очень недолго. Потому что сразу возникло ощущение, что это будет структура-монстр с концентрацией всей власти в одних руках.

И сейчас объединять в одном месте силовые функции достаточно опасно.

Но нужно ли держать в каждом правоохранительном органе свои следственные подразделения — это тоже вопрос. Можно говорить о необходимости большего прокурорского надзора за следствием. И, в этом смысле, считаю, что можно поддержать генерального прокурора Юрия Чайку, который недавно как раз говорил о том, что часть полномочий прокуратуре неплохо было бы вернуть, которые при реформе, связанной с созданием СКР, прокуратура потеряла.

Речь идет, прежде всего, о том, чтобы прокуратура представляла интересы государства, в том числе в судебном процессе. Когда я говорил о том, что в ряде случаев по экономическим преступлениям надо расширить перечень составов, при которых возмещение ущерба и штраф являются достаточным наказанием, здесь мы должны больше ориентироваться на оценку интересов государства. А так у нас обвинительный уклон: следователь начал, прокурор поддержал. Судье деваться некуда, лучше поддержать и тех, и других, а то, глядишь, следователь придет выяснять, почему судья такой добренький. В результате у нас нет в этой системе защиты интересов именно государства, а не конкретных ведомственных интересов. Может быть, какая-то реформа здесь в ближайшее время и имеет право на существование, но не в виде концентрации всех следственных действий в одних руках.

— Так ли остра, по-вашему, в бизнес-среде проблема наследования, как об этом говорят эксперты?

— Мы считаем, что многие элементы англосаксонского наследственного права не мешало бы инкорпорировать в российскую правовую систему. В частности, условное наследство. Когда наследство передается наследникам при условии, что они выполнят какие-то обязательства. Например, не распылять тот или иной пакет акций. Наше законодательство не позволяет это делать. В итоге богатые и не очень богатые, средние предприниматели обращаются к англосаксонскому праву, к их наследственным фондам, трастам и так далее. Не потому, что они бегут из России, а потому, что наше законодательство несовершенно. И мы поддерживали инициативы депутатов, в частности, председателя комитета по госстроительству Госдумы Павла Крашенинникова, что законодательство нужно усовершенствовать и повысить привлекательность российской юрисдикции для наследственных дел. Вот недавно один из ведущих предпринимателей заявил, что он уже готовится к тому, что придется передавать бизнес наследникам. Но он выставил условие, что распыления акций не будет. Но это условие по российскому законодательству не проходит. Значит, придется регистрировать все эти наследственные фонды или соответствующие условия «на той стороне».

Мы уже много сделали для повышения привлекательности российской юрисдикции. И решение еще и наследственного вопроса, может, не главный, но очень важный, на мой взгляд, шаг. Это не значит, что мы должны переходить с континентальной системы права на англосаксонскую. Но многие элементы англосаксонской системы вполне можем инкорпорировать в российско-континентальную, по сути дела, правовую систему.

— Как долго еще стоит продолжать обсуждать варианты изменений налоговой системы? Вы говорите о том, что до сих пор толком не известно, в каком объеме бизнес несет налоговую нагрузку: «Надо сначала все посчитать и, когда правительство предложит налоговый маневр, придерживаться этого объема, не допуская роста налогов». Почему Вы опасаетесь, что базовое предложение Минфина налогового маневра по формуле 22% на 22% все же приведет к росту налоговой нагрузки?

— Общая конструкция такова, об этом министр финансов неоднократно говорил, что любой такого рода маневр обладает фискальной нейтральностью. То есть повышения ставок не будет. Нам нужно, оценивать последствия не только макроэкономические, что доля налогов в ВВП не увеличится, а если будет увеличиваться, то только с точки зрения улучшения собираемости, как это произошло в 2017 году.

Нас сейчас больше интересует роль налогов, стимулирующая инвестиционный процесс. В этой связи надо дать ответ на многие вопросы. Например, должна ли в современной цифровизирующейся экономике снижаться цена труда? Труд у нас дефицитный ресурс. Главный ли фактор то, что экономика находится в тени и у нас высокие затраты на труд, в связи с чем многие работодатели, как считается, платят в конверте? Поэтому суммарный платеж страховых платежей в 30% — это тормоз для того, чтобы обелить экономику? А снижение до 22% — это уже стимул выходить из тени или нет? У нас же ведь сейчас суммарная ставка страховых платежей 34%. А 30% – это, вообще-то, льготная временная ставка.

Я считаю, что если мы зафиксируем 30% как постоянную ставку страховых взносов, это уже бы повысило предсказуемость этой системы.

Если же мы повысим НДС или введем налог с продаж, то это приведет к сужению спроса. У нас только-только начали расти реальные доходы населения. До этого они несколько лет только снижались. Теоретически можно перераспределить нагрузку в сторону косвенных налогов, но сейчас для этого не самое подходящее время.

Поэтому идет спор о том, можем ли мы в ближайшие годы сделать рывок на основе этого налогового маневра, либо нам что-то другое нужно. Улучшение предпринимательского климата и деловой среды может сыграть более существенную роль, чем такое перераспределение налоговой нагрузки.

Я не считаю, что наша налоговая система совсем уж неэффективная. Она по многим параметрам лучше налоговых систем, существующих в ряде других стран. Донастраивать ее, безусловно, нужно. Мы как раз и предлагаем правительству думать на эту тему. Могут быть использованы механизмы селективной, выборочной поддержки, не отраслей и регионов, а инвестиционных процессов. Например, есть специнвестконтракт. Сейчас готовится закон о развитии этого механизма. Главная идея в том, что инвестор, принесший свой миллиард рублей, получит гарантию от всех регуляторов в том, что условия реализации проекта не будут меняться весь период его окупаемости. Мы должны открыть всем, кто готов инвестировать, возможность это сделать и получить предсказуемость на разумный период. Это же ответ и на вопрос о том, как использовать инвестиционный ресурс компании.

Сейчас ликвидность есть, а предсказуемости нет.

— То есть решение по налоговой модели может быть отложено…

— Нет, я считаю, что его не надо откладывать, надо принимать решение.

— И это решение не должно нарушить действующую модель?

— Принципиально не трогая нынешнюю модель.

А решение, на самом деле, состоит в том, что какое бы решение или отсутствие решения ни имело место, нам лучше его заморозить не на год-два, а до 2024 года как минимум.

— Вам удалось добиться от правительства исчерпывающего перечня неналоговых платежей?

— Такой перечень мы в принципе, имеем. У нас есть версия бизнеса из 70 с лишним платежей обязательных платежей. И есть версия Минэкономразвития и Минфина, в которых около 50 платежей. Даже если считать, что эти 50 позиций предмет для обсуждения, то уже сейчас мы договорились о том, что мы их рассортируем. Некоторые из этих платежей носят характер государственной пошлины. Их можно смело убрать в тот раздел Налогового кодекса, который так и называется «Государственные пошлины». А некоторые платежи носят характер коммерческих услуг. В этом случае проблема, оказывается, связана не только с неналоговыми платежами, а со всей бюджетной системой.

Многие функции федеральные региональные и муниципальные органы исполнительной власти перекладывают на бюджетные учреждения, которые они создают. Чтобы получить то или иное решение федерального органа, предприниматели вынуждены идти по указанному им адресу и за деньги получать ту или иную экспертизу. Например, в одном из регионов требуется такая спецоценка условий труда, когда вы должны оценить к какой категории относятся условия труда, там высокие риски, низкие, по заболеваемости, профессиональные и т.п. Компании делают этот аудит за деньги и, казалось, получают результат. Но в регионе вводится платеж за экспертизу качества выполненных экспертиз условий труда. И опять бизнес платит.

То есть, можно придумывать многочисленные пирамидальные системы неналоговых платежей, которые никто не контролирует. И если мы переводим неналоговые платежи в закон, что-то надо делать с этими бюджетными учреждениями, которые работают на своеобразном хозрасчете. Если мы им устраняем возможность зарабатывания денег на бизнесе, то их нужно финансировать из бюджета. Но если мы их в свободный полет пускаем, они будут резвиться сколь угодно долго.

Сейчас мы договорились с правительством, что часть неналоговых платежей будут отражены в Налоговом кодексе, а часть — в отдельном законе. В этом законе самый важный пункт будет о том, что реестр платежей будет устанавливаться на федеральном уровне. Лезть в этот перечень можно только через закон. Это такой минимум, о котором мы договорились. Но многое зависит от того, что мы включим в Налоговый кодекс. Для бизнеса включение неналоговых платежей в Налоговый кодекс дает плюс в том, что это высокий уровень законодательства. А минус в том, что сейчас за неуплату этих неналоговых платежей грозить только административное наказание. Но если они попадут в Налоговый кодекс, наказание станет уголовное. Поэтому нам важно посмотреть, а являются ли эти платежи налогами, как нас убеждают некоторые наши оппоненты. Например, экологический сбор, утилизационный, «Платон», и так далее, когда их вводили, говорили о сугубо целевом характере этих взносов.

Поэтому лучше сделать первый шаг, понимая, что потребуется и второй: принять универсальный закон о неналоговых платежах и механизме их введения, пересмотра ставок, который бы поднял бы уровень принятия решений. Спор с правительством еще идет, но теперь по деталям. Сейчас мы смотрим по каждому виду платежей куда лучше их перевести: в Налоговый кодекс или в отдельный закон, или вовсе отменить. Мы считаем, что начинать надо с того, чтобы часть их отменить. Потому что они явно являются результатом креатива органов власти и тех бюджетных учреждений, которых расплодилось чересчур много.

-Какой реформы институтов социальной поддержки вы ждете? Надо ли объединять ПФР, ФОМС и ФСС «физически» или достаточно оцифровать их данные в единую базу?

— Мы 15 с лишним лет выстраивали систему страховых платежей, и не случайно все эти фонды называются страховыми. Если их сейчас все погрузить в бюджет и сделать просто «мешками», через которые проходят платежи, с администрированием через ФНС, наверное, можно что-то сэкономить. На численности, на зданиях и сооружениях. Но я бы не торопился их объединять в одно ведомство. Системы по-разному функционируют. Например, ФОМС страховым принципам особо не следует. В ряде случаев мы видим, что регионы, уплачивая взносы за неработающее население, несут нагрузку в меньшем объеме, чем работодатели, платящие за своих работников. А стандарты обязательного медицинского страхования равнозначны — что для работающих, что для неработающих.

Но что касается Фонда социального страхования, то он на 95%, если не больше, страховой фонд. Там не страховых платежей всего два: единовременное пособие при рождении ребенка и пособие женщинам, ставшим на ранний учет при небольших сроках беременности. Если эти два платежа отдать в бюджет, все остальное — страховое.

Конечно, многие вещи можно реформировать.

Но лучше, если принципы совершенствования страховой системы будут обсуждаться с социальными партнерами — работодателями и профсоюзами, как это делается, например, в Германии. Государство не вмешивается в эту систему, оно создает только базовые условия, и даже тарифы не обсуждаются.

Мы считаем, что вполне можем выйти на такой же механизм. Изъять Фонд социального страхования из государственной системы и сделать его публично-правовой компанией, с особым регулированием, со своим фондом и самостоятельным определением тарифов. Это все могут делать социальные партнеры. Это и предмет коллективных договоров, и отраслевых тарифных соглашений, генерального соглашения социальных партнеров. Государству туда лезть, в принципе, незачем.

Россия. США > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 19 апреля 2018 > № 2575695 Александр Шохин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 13 апреля 2018 > № 2568975 Константин Гаазе

Сценарии репрессий и политические развилки российского авторитаризма

Константин Гаазе

Чем успешнее модернизационная диктатура, тем терпимее становится элита к насилию по отношению к протестующим «с обратной стороны Луны». Речь не только о политической оппозиции, но и о притеснениях мигрантов, коренного населения, граждан, выселяемых для целей инфраструктурного строительства. Одновременно растет толерантность правящего класса к репрессиям по отношению к собратьям. Дело министра Улюкаева и братьев Магомедовых – иллюстрация верности этого тезиса

Каждая следующая санкционная кампания Запада против России ставит перед аналитиками вопрос о пределах устойчивости российской модели авторитаризма. Устойчивости экономической, политической, общественной. Чтобы ответить на этот и подобные ему вопросы, обычно говорят о слабостях и несовершенствах режима, часто преувеличивая их или даже выдумывая. Главное искушение здесь состоит в желании прямо связать интересующие нас эффекты и сценарии с так называемой природой режима или с его так называемым секретом выживания.

В первом случае дело быстро заканчивается мистикой. Выделенные аналитически типы режимов – военная хунта, персональная диктатура и так далее, являющиеся по сути просто классификационными категориями, наделяются каузальной силой, схожей по мощи и неотвратимости с силой судьбы у древних греков. Грубо получается буквально так: как правил, так и погибнешь.

Во втором случае все сводится к проблеме секрета выживания авторитарного режима: если с его эксплуатацией начнутся проблемы, тут и конец режиму. Режим держался на штыках? Ждем, пока кончатся деньги на штыки. При помощи телевидения 24 часа в сутки промывал подданным мозги? Конец наступит от освободительной силы интернета, которая уполовинит телеаудиторию.

Ощущение недостоверности возникает на уровне здравого смысла. Режим в таких моделях не просто действует, но действует холодно, рационально и умно (нашумевшая статья Дэниэла Трейсмана – яркое и приятное исключение), мотивации правителей всегда ясны и непротиворечивы. Режим к тому же способен осознавать возникающие дилеммы и может принимать относительно сложные решения. Это уже не номинальная «совокупность формальных правил и практик», а редко ошибающаяся мыслящая машина в духе искусственного разума сэра Эдварда Коука.

В реальности авторитарные режимы обычно иррациональны, никогда не монолитны и не всегда отдают себе отчет в собственных действиях. Это вовсе не могучие разумные Левиафаны, олицетворенные той или иной персоной. Коалиции поддержки, благодаря которым такие режимы выживают, гетерогенны и часто появляются на свет благодаря случаю, а не в соответствии с заранее продуманным планом.

Наша коалиция, показавшая себя 18 марта этого года, появилась на свет благодаря кризису 2008 года, который с технической точки зрения, хотя, разумеется, не по своей природе, был полностью синонимичен волнам санкционной кампании Запада. Отток капитала, необходимость замещения западных кредитов отечественными, необходимость наращивать господдержку отечественных промышленных кампаний, перекладывать их долги на баланс отечественной банковской системы и так далее.

Фундамент экономических и политических механизмов использования внешних рисков для укрепления режима был заложен тогда. Сегодня, когда чиновники в голос радуются падению курса рубля, речь идет именно об этом: единственное, чему научился российский авторитаризм за 10 лет, это монетизировать геополитические риски. Экономически, за счет роста рублевого эквивалента экспортной выручки, зачисляемой в бюджет. И политически. За счет риторики осажденной крепости и расширения коалиции поддержки путем наращивания государственной помощи отдельным предприятиям и целым отраслям экономики.

Не умаляя значения моделей и исследований, посвященных слабостям и дефектам авторитарных режимов, кажется, сегодня пришло время пойти и в другую сторону: вывести сценарии развития событий в России из посылки об относительной эффективности политик, которые сформировали текущую модель российского авторитаризма.

Головокружение от успехов

У этого успеха три слагаемых: воспроизводство дискретной коалиции поддержки в обществе, мобилизация государственного аппарата для решения задач режима и способность продолжать перестройку социальной и экономической реальности таким образом, чтобы эта перестройка могла восприниматься и элитой, и простыми гражданами как модернизация, осуществляемая и в их интересах тоже. Схожие рецепты успеха авторитарных режимов в Аргентине и Бразилии еще в середине 70-х годов описал Гильермо О’Доннелл.

Он рассмотрел два модельных сценария: политики, проводимые режимом, оказываются успешными или неуспешными, соответственно, поддержка режима растет или сокращается. По мысли О’Доннелла, достижения для авторитарных режимов в каком-то смысле опаснее неудач. Чем успешнее авторитарный режим, чем крепче узы, связывающие его с коалицией поддержки. Чем гомогеннее элита, тем хуже этот режим адаптирован к будущему, которое создает собственными руками.

Это объясняется так. Чем больше разных политик проводит власть, чем больше политик успешно внедряются и встречают поддержку (реальную, перформативную или вообще номинальную), тем сильнее меняется социальный и экономический пейзаж. Режим и его база с какого-то момента видят только свои достижения, а издержки вмешательств выдавливаются в иные измерения, их попросту больше не нужно различать.

Пострадавшие слои общества, которые стали жертвой государственного вмешательства и теперь несут бремя издержек этого вмешательства, напротив, не различают ничего, кроме издержек, им не видны достижения. В отношения режима и коалиции, таким образом, зашит системный дефект: неснимаемый конфликт между ними и пострадавшими слоями, между лицом и изнанкой правительственных политик.

Слепота режима по отношению к собственным неудачам прогрессирует в том числе за счет того, что госаппарат начинает использовать специфические техники фальсификаций, чтобы задобрить и обдурить авторитарный режим, сделать вид, что его политики успешны и поддержка у него – огого. Речь идет о множестве форм лести, обмана и очковтирательства: от полностью липовых отчетов о любви к вождю, которыми заирское Национальное бюро документации заваливало Сесе Секо, до советских приписок.

Есть и другой важный эффект успешности авторитарных режимов. Чрезвычайные ситуации, такие, как драма вокруг свалки в Волоколамске, начинают работать как средство доставки части граждан из региона успехов, согласия, поддержки режима в регион издержек, несогласия и протестов. В этом смысле ЧП становится переключателем: комплиментарный схизмогенез, когда режим получает тем больше поддержки, чем громче кричит о своих победах, в результате ЧП мгновенно превращается в симметричный, когда растущая интенсивность победных рапортов встречает все больший и больший протест и несогласие.

Сценарии посадок

Репрессии в такой оптике &ndash