Всего новостей: 2578141, выбрано 37160 за 0.140 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698735 Юлия Комбарова

Шаг вперед, два назад. Что значит личное банкротство в России?

Юлия Комбарова

генеральный директор «Юридического бюро № 1»

Чем бизнесмен-банкрот из России отличается от Фрэнсиса Копполы?

За три года своего существования закон о банкротстве в России превратился из инструмента помощи физлицам, испытывающим реальные финансовые сложности, в инструмент, которым активно пользуются предприниматели и публичные персоны. Чем отличается процесс личного банкротства в России и за рубежом?

Банкротства по-русски

Национальное бюро кредитных историй подсчитало, что по состоянию на 1 июля 2018 года в России чуть меньше 1 млн граждан являются потенциальными банкротами. Большинство (68%) набрали непосильное для себя количество потребительских кредитов, 8% не в состоянии обслуживать автокредиты, 7% излишне увлеклись овердрафтными кредитными картами, 4,3% задолжали микрофинансовым организациям «до зарплаты», 2,2% не могут платить ипотеку и 10,5% имеют долги по разным кредитам. Больше всего банкротов проживает в Москве, на втором месте Санкт-Петербург и Ленинградская область. На эти же регионы приходится и большее количество проведенных банкротных процедур. Интересная статистика: в суды с исками о личном банкротстве обращается лишь один из десяти потенциальных банкротов. Это можно объяснить тем, что состоятельные люди, которым по плечу банкротство, живут в основном в Москве и Петербурге, громкие VIP-банкротства проходят именно здесь.

Одной из отличительных черт VIP-банкротства по-русски является степень заинтересованности кредиторов. Нижний барьер можно провести по 1 млн рублей. Если сумма долга меньше, то, как правило, кредиторы подают соответствующее заявление, следят за тем, чтобы их требования были внесены в реестр, и на этом их активность ограничивается. Ни в суд, ни на собрания они не ходят — просто ждут, пока им хоть что-то вернется. Чем больше сумма долга и значительнее фигура должника, тем большее количество действий кредиторы готовы совершать. В случае VIP-банкротства кредиторы тщательно анализируют все сделки должника, высчитывают его официальные и теневые доходы. У официально нищего и безработного отлеживают все его расходы и задают вопросы по каждому рублю «откуда он?».

В процессе процедуры банкротства рядового гражданина финансовый управляющий в соответствии с законодательством забирает в пользу погашения задолженности все доходы должника, оставляя тому на карманные расходы сумму, равную прожиточному минимуму (на сегодня около 11 000 рублей). Если человеку объективно нужно тратить больше, то это нужно обосновывать в суде. В случае с крупным долгом суд обычно формально смотрит на траты должника на личные нужды. На практике эта сумма существенно превышает прожиточный минимум — суд оставляет VIP-банкроту 40 000–50 000 рублей в месяц. В этом плане показательно громкое банкротство бывшего владельца волгоградской строительной ГК «Диамант» и экс-депутата Госдумы от «Справедливой России» Олега Михеева, который подал иск о признании себя несостоятельным в декабре 2015 года. Тогда же стала известна сумма требований кредиторов — 9,6 млрд рублей. Банкротом Михеева признали, но вместо 10 000 рублей на содержание матери и двоих детей суд разрешил получать 53 000 рублей (из 360-тысячной депутатской зарплаты).

Если говорить о банкротствах бизнесменов, то большинство из них связаны с проблемами, возникающими по договорам поручительства по банковским кредитам. Самая распространенная схема выглядит так: предприниматель успешно ведет бизнес, в какой-то момент решает его расширить, диверсифицировать и так далее, подконтрольные ему компании оформляют кредиты в банках под конкретные проекты, а сам он становится поручителем по ним. Потом в силу каких-либо событий планы рушатся, бизнес сжимается, проекты замораживают, и гасить кредиты становится нечем. Банки обращаются к поручителям. Большинство исков о личной несостоятельности подаются именно на этой стадии. Как правило, ситуация заходит в тупик не сразу, прозорливые предприниматели задолго до часа Х понимают, к чему все идет, и многие совершенно логично начинают готовиться к тому, что кредиторы начнут предъявлять претензии к ним лично.

Крупные бизнесмены обычно сами инициируют банкротство. Иску в суд предшествуют операции по выводу активов, которые юридически сложно оспорить (часто обращаются к дружественному кредитору). Другая схема — подписанный задним числом договор займа, по которому, допустим, оформлен залог, а обеспечением являлся автомобиль или недвижимость. Кредиторы прекрасно осведомлены о таких схемах, поэтому проводят аудит всех сделок и финансовых операций за последние три года. И если что-то в этот период показалось им подозрительно похожим на вывод активов, эти сделки оспариваются в суде.

Помогает должникам и тот факт, что они заранее подстраховываются и переписывают имущество на других людей. Это делается намного ранее возможного возникновения банкротной ситуации. Пример — предприниматель Василий Гущин, который руководил текстильным холдингом «Юнистайл» в Иваново. Бизнесмен владел ткацкой фабрикой и швейным производством, развивал несколько модных брендов одежды и домашнего текстиля, создавал по программам франчайзинга дилерскую сеть. Развитие успешно шло за счет кредитов Сбербанка, но в начале десятилетия предприниматель начал кредитоваться слишком интенсивно, в итоге требования кредиторов составляли 1,2 млрд рублей. Заявление о признании Василия Гущина банкротом в 2015 году подало некое ООО «Объединенные активы», которое считается аффилированным с самим бизнесменом. Суд признал Гущина банкротом в декабре 2015 года и постановил гасить долги за счет имущества, но, как оказалось, за три года до этой истории предприниматель благополучно переписал всю нажитую недвижимость на супругу.

Полный крах или начало новой жизни

Как правило, обеспеченный должник имеет публичную известность на местном, региональном или федеральном уровне. Повышенное внимание общественности в значительной степени влияет на весь ход процесса: судья заранее понимает, что дело получит огласку, а детали будут опубликованы в СМИ, и это заставляет более взвешенно подходить к решению. Должник и кредитор также работают изо всех сил, ведь для них такие процессы — это хорошая возможность пиара и зарабатывания репутационных очков. Несмотря на списание сотен миллионов, а то и миллиардов долларов долгов, у банкротства есть и обратная сторона медали — поражение в правах, пусть даже и временное, имиджевые потери. В российских реалиях звание «банкрот» — это фактически «черная метка», синоним непорядочности человека, который взял в долг, а потом украл. Многие известные бизнесмены, которые по тем или иным причинам пошли на личное банкротство, уходят с деловой арены, достаточно вспомнить бывшего владельца Черкизовского рынка Тельмана Исмаилова или бананового короля Владимира Кехмана (его компании JFC была крупнейшим импортером фруктов).

Помимо имиджевых и финансовых потерь для них совсем некстати поражения в правах при банкротстве: трехлетний запрет на занятие руководящих постов и пятилетний на открытие собственного бизнеса. В таком ракурсе процедура личного банкротства становится в руках кредиторов настоящим орудием давления на должника. Логика проста: если кто-то не торопится подавать иск на собственное банкротство, значит, для него эти перспективы непривлекательны, он боится потери репутации, следовательно, этим можно попугать. Это эффективный рычаг давления.

На Западе процедура личного банкротства выглядит иначе. По сути, это нормальный цивилизованный способ разрешения своих проблем. Банкрот, конечно, ограничен в правах некоторое время, но пальцем на него никто показывать не будет. Личное банкротство там воспринимается скорее как начало новой жизни. В начале 1990-х режиссер Фрэнсис Форд Коппола попросил признать себя банкротом: сумма его долгов составляла $98 млн, а активов — $52 млн. Дыру в бюджете Копполы проделал фильм «От всего сердца», кассовые сборы которого были в восемь раз ниже бюджета на съемки. При этом случай не повлиял на карьеру режиссера: он продолжал снимать кино, запустил свой винодельческий завод, купил сеть бутик-отелей — и в итоге уже в 2013 году выправил свои финансовые дела.

Основатель Ford Motor Company Генри Форд дважды признавался банкротом. А телеведущий Ларри Кинг в 1978 году через личное банкротство списал $378 000 долгов (в сложную ситуацию шоумена поставило обвинение в краже $5000 несколькими годами ранее, и Кинг долго не мог найти работу). Впоследствии он устроился в CNN, создал «Шоу Ларри Кинга», которое шло более четверти века и было известно на весь мир. Состояние Кинга оценивается в $150 млн.

Кому поможет заграница

В процедурах банкротства VIP-персон зачастую приходится сталкиваться с международным правом. Такие граждане имеют имущество или бизнес за границей РФ или же являются гражданами другой страны. В законе о банкротстве РФ этому нюансу посвящен всего один абзац, который не устанавливает конкретного порядка получения информации ни о заграничной недвижимости, ни о средствах на расчетных счетах в зарубежных банках, ни о порядке включения такого имущества в конкурсную массу и его реализации.

Это, в частности, помогло избежать банкротства и связанных с ним финансовых проблем одному из основателей автодилерской ГК «Независимость» Аркадию Брискину. Вдвоем с партнером по автобизнесу Алексеем Нусиновым они решили заняться девелоперским проектом: построить на Бережковской набережной офисно-выставочный центр. Кредит в $60 млн оформлялся в Промсвязьбанке на два юрлица, поручителем выступал Нусинов. Когда компании не смогли рассчитаться с долгами, то кредиторы инициировали банкротство Нусинова. А вот Брискин оказался неподконтрольным российскому суду, так как являлся гражданином Германии.

Также в практике встречались случаи, когда в отношении гражданина вводилась процедура банкротства на территории России, а это лицо уже было признано банкротом на территории другого государства. Такая ситуация возможна при наличии двойного гражданства. К примеру, бизнесмен Владимир Кехман в 2012 году уже был признан банкротом в Великобритании, но российский суд сей факт учитывать отказался. И снова мы имеем дело с прорехами в законодательстве: непонятно, что делать в таком случае с имуществом должника, реализованным в процедуре банкротства, а также с самим статусом такого гражданина.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698735 Юлия Комбарова


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698733 Татьяна Жаркова

Банкиры против хакеров. Какие технологии будут защищать клиентов от киберугроз

Татьяна Жаркова

управляющий директор Ассоциации ФинТех

Финансовые организации все чаще прибегают к помощи искусственного интеллекта в борьбе с хакерами и кибератаками на банковскую систему

У киберпреступлений и мошенничества нет государственных границ: жертвами хакерских атак становятся финансовые учреждения разных стран. По оценкам Европола, преступная группа Cobalt похитила около €100 млрд у банков из 40 стран, в том числе России, Беларуси, Малайзии, Испании, Великобритании.

Эксперты Всемирного экономического форума поставили кибератаки на третье место в рейтинге глобальных рисков по вероятности проявления и на шестое — по разрушительному воздействию.

Государства не могут в одиночку противостоять киберугрозам: сказываются и масштабность проблемы, и различия в правовом регулировании. Мировой опыт борьбы с правонарушениями в основном связан с финансовыми расследованиями (форензик) и выявлением киберпреступлений как факта.

Однако постепенно появляются стартапы в таких областях, как CyberTech, RegTech (regulatory technology — технологии, помогающие компаниям соответствовать требованиям регуляторов) и SupTech (supervision technology — использование инновационных технологий для повышения эффективности процессов реагирования и надзора), которые начинают взаимодействовать и вести совместную работу в различных секторах рынка.

«Умная» борьба с киберугрозами

Появление искусственного интеллекта (AI) изменило привычный ход вещей в экономике, бизнесе и повседневной жизни. Эксперты оценивают объем мирового рынка AI в $200 млрд, а к 2025 году прогнозируется его рост до $3,1 трлн.

Среди лидеров по проектам искусственного интеллекта и машинного обучения (ML) — США, Великобритания и Индия. Мировой лидер по инвестициям в отрасль — Китай, на чью долю приходятся 48% от общемировых финансовых вливаний в AI-стартапы в 2017 году. Основными драйверами роста являются финансовый сектор, ретейл и промышленность.

Ряд финтех-стартапов уже работают совместно с традиционными банками (инкамбентами) над внедрением искусственного интеллекта. В то же время ведущие коммерческие банки мира инвестируют в AI, стремясь повысить качество клиентского сервиса и эффективность работы, а также увеличить прибыль.

Искусственный интеллект становится оружием для противостояния киберугрозам и мошенничеству. Недавний пример — стратегическое инвестирование Citibank в стартап Feedzai, чья платформа использует глубинное обучение для обнаружения и борьбы с финансовыми махинациями.

Всего в мире работают более 1400 стартапов в области кибербезопасности. Эксперты CB Insights изучили динамику мирового финансирования этого сегмента с 2013 года и пришли к выводу, что 2017 год стал рекордным: было заключено 552 сделки на сумму $7,6 млн. Для сравнения, годом ранее было заключено 467 сделок на сумму $3,8 млн. Среди лучших (топ-100) зарубежных стартапов, применяющих искусственный интеллект в решениях для кибербезопасности, эксперты называют Cylance, Darktrace, Deepinstinct, Sparkcognition, Sift science и Shift technology.

Например, британская Darktrace особенно интересна тем, что ее AI-платформа Enterprise Immune System работает по аналогии с самообучающимся интеллектом иммунной системы человека, которая постоянно адаптируется к новым формам угроз.

Российский дозор

Объем рынка AI/ML в России, по прогнозам экспертов, в 2020 году составит 28 млрд рублей. При этом значительный рост этой индустрии ожидается в ближайшие три года. Крупнейшие российские банки не отстают в развитии новых технологий при борьбе с киберпреступлениями. Внедрением умных систем под эгидой Банка России занимается Центр мониторинга и реагирования на компьютерные атаки («ФинЦЕРТ»): его участники активно обмениваются информацией о киберугрозах. Это кредитные и некредитные организации, интеграторы, разработчики антивирусного ПО, провайдеры связи.

В этом году Ассоциация банков России запустила платформу для обмена данными о киберугрозах между финансовыми организациями и позже подключила ее к «ФинЦЕРТу». Пока платформа насчитывает 17 участников и работает в пилотном режиме.

Российские банки экспериментируют с искусственным интеллектом, строят на его основе системы фрод-мониторинга. Такие специализированные системы помогают отслеживать мошеннические операции, снизить риски неосознанной передачи клиентом своих данных злоумышленникам. Комплексный подход к безопасности позволяет анализировать инфраструктуру организации на предмет нахождения уязвимых мест и критических точек, которые могут привести к отказу компонентов.

В этом году стоит ожидать в России бурного развития технологии поведенческого анализа, которая изучает характерные особенности клиента при каждом посещении личного кабинета. По мнению специалистов IТ-компаний, в ближайшие два года использование этой технологии в прикладных системах защиты информации станет привычным для сотрудников сферы информационной безопасности.

При использовании технологии борьба с мошенничеством базируется на анализе поведенческих характеристик, резкое изменение которых может служить индикатором сомнительной операции. Это существенный плюс в банковском секторе. Правда, не исключено, что смена шаблона поведения пользователя может и не быть связана с мошенничеством, поэтому эти сервисы требуют доработки, дополнительных проверок и наборов данных.

Используя большие массивы данных, машины, построенные на базе нейронных сетей, стремительно обучаются, что позволяет им распознавать лица, речь, объекты. Чем больше объем обучающих данных, тем точнее результаты и эффективнее использование AI в операционной деятельности и тем меньше вероятность ложного срабатывания. Но машина, натренированная на правильный ответ, дает возможность хакерам понять принцип работы алгоритма и обмануть его.

Поэтому, с одной стороны, искусственный интеллект во всех его технологичных проявлениях позволит компаниям защищать данные, выявлять мошеннические схемы и использовать в других бизнес-кейсах, а с другой стороны, сегодня AI таким же образом может быть использован хакерами.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698733 Татьяна Жаркова


Казахстан > Транспорт > kursiv.kz, 9 августа 2018 > № 2697235

Автобусы против такси: что выбирают казахстанцы?

По итогам I полугодия услугами такси в РК воспользовалось 2,5 млрд пассажиров - сразу на 30,3% больше, чем в аналогичном периоде годом ранее. Для сравнения, пассажироперевозки всеми видами транспорта выросли лишь на 2,5% за год.

Доля такси от всех пассажирских перевозок составила уже 22,5%, против 17,7% годом ранее.

На такси казахстанцы пересаживаются в основном с автобусов - так, вес автобусных перевозок от пассажирских в целом сократился с 81,8% в I полугодии 2017 до 77% в аналогичном периоде текущего года.

Возможно, казахстанцам не по душе рост стоимости проезда в городском транспорте - напомним, по итогам июня билеты на автобусы подорожали в среднем по РК более чем на 12% за год.

Пассажирооборот такси вырос сразу на 45,9% год-к-году - это уже 30,2 млрд пассажиро-километров. Доля такси от общего пассажирооборота всеми видами транспорта достигла 22,4%, против 16,2% в I полугодии 2017.

Казахстан > Транспорт > kursiv.kz, 9 августа 2018 > № 2697235


Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > ras.ru, 9 августа 2018 > № 2697205 Ирина Донник

Академик Ирина Донник: « Перспективные проекты для развития сельского хозяйства Крыма будут выбраны в КФУ»

Симферополь, 8 августа. Крыминформ. Наиболее перспективные проекты для развития приоритетных направлений сельского хозяйства Крыма будут отобраны в рамках заседания рабочей группы на базе Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Об этом сообщила вице-президент ФГБУ «Российская академия наук» Ирина Донник.

«Мы сегодня должны расставить приоритеты. Есть порядка десяти приоритетных проектов, в том числе касающихся получения, опреснения воды. Один из них – важный экологический проект, который мог бы решить не только проблему Крыма. Он был бы полезен для всей страны, потому что в этом году очень засушливое лето, и практически у всех есть дефицит воды», – рассказала Донник.

Она отметила и такие проекты как развитие масличных культур, в частности, получение масла из традиционного сырья, характерного для Крыма, и получение лекарственного сырья. «Разрабатывается еще один проект по аквакультуре совместно с Крымским федеральным университетом. Тоже очень интересный», – отметила Донник.

Среди крымских «локомотивов» аграрной науки она выделила три центра: НИИ Сельского хозяйства, Никитский ботанический сад, Всероссийский национальный научно-исследовательский институт виноградарства и виноделия «Магарач», а также Академию биоресурсов и природопользования КФУ. По мнению вице-президента РАН, самой большой силой в Крыму является связка федерального университета и научно-исследовательских центров. И это, по ее словам, большая редкость для России.

И.о. ректора КФУ им. Вернадского Андрей Фалалеев в свою очередь добавил, что сам университет, как и Республика Крым, является одной из экспериментальных площадок полуострова. «Крым может сыграть роль опытной экспериментальной площадки для всей страны. И это крайне важно, потому что Крым ищет свое место в российской экономике, замахиваясь на мировую», – прокомментировал Фалалеев, добавив, что одним из важных инструментов, созданным КФУ, является Институт развития Крыма.

Он отметил, что, на базе университета разрабатываются новейшие научные подходы с выходом в прикладную область.

Крым инфо

-

Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > ras.ru, 9 августа 2018 > № 2697205 Ирина Донник


Россия. ЦФО > Образование, наука > fadm.gov.ru, 9 августа 2018 > № 2697165

Межведомственное взаимодействие: учрежден Координационный совет молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти

Вчера, 8 августа, делегации 27 федеральных министерств и ведомств посетили Всероссийский молодежный образовательный форум «Территория смыслов на Клязьме». Основная повестка визита – Учредительный съезд Координационного совета молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти. Делегатами съезда также стали более 200 участников смены «Россия – страна возможностей» из числа молодых государственных служащих. Координационный совет – это новый межведомственный совещательный орган, чья деятельность будет направлена на реализацию государственной молодежной политики в федеральных ведомствах.

На открытии съезда выступила заместитель руководителя Федерального агентства по делам молодежи Екатерина Драгунова: «Приоритетной задачей для Росмолодежи является создание возможностей для самореализации молодежи в России. Особенно актуальным для достижения поставленной задачи является вовлечение в активную реализацию молодежной политики работающей молодежи, в том числе молодых специалистов федеральных органов исполнительной власти. Мы поддержали инициативу других министерств и ведомств, где уже созданы и действуют молодёжные Советы. Сейчас для Росмолодежи важно объединить и скоординировать эту работу, выступив центром сбора компетенций».

Также в рамках съезда выступили представители молодежных организаций Минфина России, МИД России, Федерального казначейства и Росреестра. Спикеры ярко и наглядно презентовали работу советов молодых специалистов своих ведомств и отметили, что для дальнейшего роста и развития существующих молодежных организаций необходимо активное межведомственное взаимодействие и обмен опытом.

Советник руководителя Федерального агентства по делам молодежи Артем Демин представил концепцию Координационного совета молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти. В основе концепции лежит проектный подход к решению проблем молодых специалистов федеральных ведомств. Для решения существующих задач планируется создать рабочие группы, состоящие из представителей заинтересованных ведомств. На съезде инициировали создание рабочих групп по 5 направлениям:

  • Методическое обеспечение деятельности советов;
  • Культурно-досуговая деятельность;
  • Проектная работа;
  • Развитие человеческого капитала;
  • Международная деятельность.

Помимо членов молодежных организаций федеральных ведомств к работе Координационного совета планируется привлекать внешних экспертов и специалистов. Росмолодежь организует работу секретариата Координационного совета и окажет методическую поддержку новому совещательному органу. Кроме того, планируется ежегодно подводить итоги работы молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти, определять лучшие советы по различным направлениям работы и поощрять их.

После дискуссии и ответов на вопросы присутствующие на съезде делегаты поддержали инициативу о создании Координационного совета молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти.

Секретариат Координационного совета планирует провести заседания 5 рабочих групп уже в ближайшие время. В сентябре 2018 года Росмолодежь организует специальный семинар-практикум для руководителей и лидеров молодежных организаций федеральных органов исполнительной власти. Для участников подготовят специальную программу развития востребованных для организационной работы в молодежных советах компетенций.

Россия. ЦФО > Образование, наука > fadm.gov.ru, 9 августа 2018 > № 2697165


Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 9 августа 2018 > № 2697161

Внутрисетевой роуминг закончен

Анна Устинова

Федеральная антимонопольная служба (ФАС) добилась отмены так называемого внутрисетевого роуминга, действующего при нахождении абонента за пределами домашнего региона. В ближайший месяц операторы устранят его последний отголосок – плату за входящие звонки. При этом Комиссия ФАС также признала, что ПАО "Мобильные ТелеСистемы" (МТС), ПАО "МегаФон" и ПАО "ВымпелКом" (бренд "Билайн") нарушили ФЗ "О защите конкуренции" (пункт 6 части 1 статьи 10). За это операторам грозит штраф до 1 млн руб.

Вчера закончилось рассмотрение дел о нарушениях антимонопольного законодательства по вопросу, связанному с внутрисетевым роумингом. В результате ФАС констатировала, что добилась отмены роуминга. В ближайший месяц "большая тройка" отменит последнее ограничение внутрисетевого роуминга – плату за входящие вызовы при поездках за пределы домашнего региона.

"С 20 августа соответствующие решения будут приняты "ВымпелКомом", с 1 сентября – "МегаФоном", у МТС с 31 августа будет переведено 90% абонентов, а до 30 сентября – оставшиеся 10%", – сообщил заместитель руководителя ФАС Анатолий Голомолзин (на фото). При этом замглавы Федеральной антимонопольной службы подчеркнул, что оснований для роста цен на базовые тарифы нет.

Аккурат перед рассмотрением дел по внутрисетевому роумингу операторы распространили информацию о том, что сделали бесплатными все входящие звонки в поездках по России.

В "МегаФоне" уточнили, что для большей части абонентов изменения вступят в силу до 1 сентября, для оставшейся – в первой половине сентября. "Гостевой регион будет приравнен к домашнему, а условия тарифа не будут меняться в поездках по стране, где присутствует сеть "МегаФона", – рассказали в пресс-службе оператора.

"ВымпелКом" отменяет плату за входящие звонки за пределами региона подключения с 20 августа 2018 г. "Условия домашнего региона сохраняются и для других услуг связи. Пользование мобильным интернетом продолжает рассчитываться по единым правилам "как дома" на всех тарифных планах. Исходящие звонки тарифицируются на тех же условиях, что и в регионе подключения SIM-карты: номера региона пребывания приравниваются к местным, а звонки на номера других регионов – к междугородным", – говорится в сообщении оператора.

У МТС с 30 августа 2018 г. изменения будут введены на линейках тарифных планов Smart Безлимитище, Smart, Мой Безлимитище, Супер МТС, Мой Друг, Smart NonStop, Smart Mini, Red Energy, Супер Ноль, Посекундный, Твоя страна, Гостевой, Х. С 30 сентября 2018 г. данные условия будут распространены на все тарифные планы. Мобильный интернет и входящие звонки будут стоить как дома. Исходящие междугородные звонки будут расходоваться из пакета, если это предусмотрено тарифом, или оплачиваются, как обычно, если это направление не включено в пакет минут тарифного плана.

Важно добавить, что операторам "большой тройки" грозят штрафные санкции за нарушение антимонопольного законодательства. Анатолий Голомолзин сообщил, что Комиссия антимонопольного ведомства вчера признала МТС, "МегаФон" и "ВымпелКом" нарушившими ФЗ "О защите конкуренции" (пункта 6 части 1 статьи 10). Штраф может достигать 1 млн руб. Замглавы ФАС уточнил, что решение по размеру штрафа будет принято в течение сентября.

Напомним, что Федеральная антимонопольная служба еще в июле 2017 г. требовала от операторов устранить экономически и технологически необоснованную разницу в тарифах на одни и те же услуги связи, которые абоненты получают дома и в поездках по стране.

На исполнение предупреждения операторам был дан срок до 15 декабря 2017 г. В конце декабря 2017 года ФАС продлила срок исполнения предупреждения до 31 января 2018 г. для трех операторов связи - МТС, "ВымпелКома" и "МегаФона" и до 31 мая 2018 г. (а затем и до 31 августа 2018 г.) – для Tele2 (ООО "Т2 Мобайл").

В начале февраля операторы "большой тройки" отчитались об изменении тарифов. А именно, они снизили стоимость исходящих звонков в 5 раз и стоимость SMS примерно в 3 раза. Но при этом они ввели плату за входящие звонки в поездках по стране ("ВымпелКом" – 9,95 руб./мин., "МегаФон" – 9,99 руб./мин., МТС – 10,90 руб./мин.). ФАС не согласилась с таким исполнением предупреждения, и в марте 2018 г. возбудила дела о нарушении антимонопольного законодательства в отношении "ВымпелКома", "МегаФона" и МТС.

Что касается Tele2, то оператор согласился выполнить условия предупреждения, рассказал вчера замглавы ФАС. "Tele2 устраняет нарушения в рамках предупреждения, поэтому оператор имеет возможность избежать применения штрафных санкций в свой адрес", - добавил он.

При этом Анатолий Голомолзин напомнил, что вопрос с отменой роуминга решается и на законодательном уровне. Напомним, что в июле 2018 г. Госдума в первом чтении одобрила законопроект об отмене роуминга. Речь о документе №211158-7, предусматривающем внесение изменений в статью 54 ФЗ "О связи" в части осуществления услуг связи по единому тарифу в пределах территории РФ. Проект закона был внесен в Госдуму в конце июня 2017 г. Первый заместитель председателя комитета Госдумы по контролю и регламенту Олег Нилов, представляя законопроект, отметил, что он касается отмены национального и внутрисетевого роуминга.

Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 9 августа 2018 > № 2697161


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 8 августа 2018 > № 2705269 Владимир Воронин

Мечта домостроителя.

Президент ФСК «Лидер» Владимир Воронин считает, что строить надо на свои — без денег дольщиков и кредитов.

Два года назад президент ФСК «Лидер» Владимир Воронин приобрел один из старейших московских домостроительных комбинатов — ДСК-1 и номинально стал одним из крупнейших производителей железобетонных конструкций для жилищного строительства в стране. Производственная мощность четырех заводов комбината — до 1,2 млн кв. метров индустриального жилья, или 800 тыс. кубометров железобетонных изделий в год. Однако на деле предприятие в тот момент было недозагружено и работало в убыток. О том, что дала реорганизация комбината и какова стратегия развития головной компании, Владимир ВОРОНИН рассказал в интервью «Строительной газете».

«СГ»: В каком состоянии вам достался ДСК-1?

Владимир Воронин: На момент покупки комбинат находился на грани банкротства. Первые месяцы у меня ушли на то, чтобы договориться с Россельхозбанком о реструктуризации долга, составлявшего в июле 2016 года около 13 млрд рублей. Еще 2,7 млрд пришлось внести для покрытия кассового дефицита, чтобы можно было платить людям зарплату. При этом все четыре завода предприятия — Тушинский, Ростокинский, Краснопресненский и Хорошевский заводы ЖБИ — с миллионной совокупной годовой производственной мощностью были загружены в лучшем случае наполовину и частично работали в убыток.

«СГ»: А в чем, на ваш взгляд, была причина такого плачевного положения?

В.В.: ДСК-1 появился в советское время, когда была плановая экономика и отсутствовала рыночная конкуренция. Были один банк, который финансировал строительство, пара генподрядчиков, которые подводили сети и строили «нули», и домостроительные комбинаты. ДСК-1 в те времена не было равных, на комбинате действовала самая эффективная система производства и монтажа «с колес». Каждый пятый квадратный метр в Москве построил ДСК-1. Но времена изменились, и к рыночным условиям нужно было адаптироваться, ведь заказчик не хочет получать часть продукта. Тогда ДСК-1 создал внутри себя генподрядную организацию, которая оказалась очень слабой и экономически неустойчивой. К тому же при расчетах в ДСК-1 применялась бартерная схема — комбинат получал от контрагентов-застройщиков готовое жилье в обмен на свою продукцию. Для реализации этого жилья создали неэффективный отдел продаж, в который попасть мог только очень упорный клиент, так как продажники работали с выходными, перерывами на обед и сидели на зарплате, а не на комиссии. В общем, приобретенный актив нуждался в серьезной реорганизации.

«СГ»: С чего начали?

В.В.: То, что не умел делать ДСК-1, было отлично налажено в ФСК «Лидер»: девелопмент, функции генподрядчика, договорные отношения, маркетинг и продажи. Поэтому все эти функции мы перевели в ФСК. Но бренд ДСК-1 мы, конечно, сохранили. Это как «Аэрофлот» в пассажирской авиации или Сбербанк в банковском секторе. У предприятия 57-летняя строительная история, этот бренд — для многих знак качества, покупатели этих квартир сами говорят: «здесь все по ГОСТу». К слову, приобретение ДСК-1 позволило нам провести определенную диверсификацию своего портфеля. К своей существующей аудитории 30-35 лет с появлением бренда ДСК-1 мы смогли прибавить более зрелых покупателей.

Кроме того, провели оптимизацию, отказались от непрофильных бизнесов, все процессы подчинили повышению эффективности. Вычислили, что востребованная рынком загрузка комбината составляет не более 600 тыс. кв. метров в год. Заводы обслуживают сейчас девять проектов в Москве и области, из них два по горзаказу. Мы постоянные участники городских строек. Из 530 тыс. кв. метров от ДСК-1, введенных в прошлом году, порядка половины пришлось на горзаказ. Самый известный пример — кварталы застройки в Некрасовке.

«СГ»: Каковы дальнейшие шаги, ведь производство наверняка тоже требует модернизации?

В.В.: Как я говорил, у ДСК-1 есть уникальная технология — «монтаж с колес». Процесс настолько отработан, что дом можно собрать за 17 дней. Но если производство проработает сейчас хотя бы два дня без вывоза продукции на стройплощадки, мы завалим ею всю территорию ДСК-1.

Вместе с этим у ДСК-1 огромные площади, а это означает высокие накладные расходы, налоги и т.д. Но нельзя просто закрыть пару цехов, потому что существуют заказы, которые они обслуживают.

Вот такая сложная задача перед нами стояла: провести модернизацию, не прерывая производственный цикл.

Строить новый завод с нуля — тоже не вариант, на это ушло бы минимум лет пять. Получалось, что для реализации стратегии развития ДСК-1 требовалась покупка еще одного завода. На поиск ушел почти год. Самым подходящим по расположению был один из подмосковных заводов развалившейся группы компаний СУ-155, но документы, по которым он был оформлен, вызывали сомнения. Решение было найдено в марте этого года, когда у группы ЛСР Андрея Молчанова был приобретен современный завод ЖБИ-6 на Новохохловской улице на юго-востоке Москвы. Завод теперь называется «ДСК-Прогресс». Плановая мощность предприятия — 250 тыс. кв. метров жилья, или 150 тыс. кубометров железобетонных изделий в год. Его покупка позволит нам теперь оптимизировать производство на заводах ДСК-1 без изменения сроков поставок по текущим заказам. Синергетический эффект от включения ЖБИ-6 в производственную цепь ДСК-1 в среднесрочной перспективе может составить 400 млн рублей в год.

«СГ»: Но ведь на этом реорганизация комбината не закончится?

В.В.: Нет, конечно. Даже на новом заводе мы готовим определенную реконструкцию по цехам, сам «ДСК-Прогресс» при этом активно работает. Фактически начали сейчас поэтапную реконструкцию Ростокинского ЖБИ, на полную реконструкцию закроем его в сентябре. В будущем собираемся перенести на них все производство с Краснопресненского и Хорошевского заводов, так как они расположены в сложившейся жилой застройке, и их освобождение для реализации девелоперских проектов — один из основных способов погасить долги ДСК-1. Это еще будет и экономически рентабельно — сейчас на содержание этих двух заводов у меня ежегодно уходит до полумиллиарда рублей.

Завершить все этапы реорганизации планируется к концу 2019-го — началу 2020 года, в результате чего ДСК-1 сможет спокойно ежегодно производить в три смены более 700 тысяч «квадратов» жилья. При этом расчетные производственные мощности оставшихся трех площадок будут почти в два раза выше — 1,5 млн кв. метров.

«СГ»: Сколько средств в это уже было вложено?

В.В.: 800 млн рублей пошло на «латание дыр», поддержание и развитие старых заводов. А чтобы, согласно стратегии, нам к концу 2019-го – началу 2020 года получить производство индивидуального жилья в индустриальном исполнении, потребуется еще порядка 3 млрд рублей.

«СГ»: А что с окупаемостью?

В.В.: По нашим оценкам, индустриальное строительство дешевле монолита на 5 тыс. рублей с одного метра. Соответственно с 700 тыс. «квадратов» будет 3,5 млрд в год. Понятно, что мы многое делаем своими силами, но все равно существуют подрядные и субподрядные работы. Но главное наше преимущество — скорость. В связи с изменениями в законодательстве строить быстрее сегодня стало выгоднее. На монолит у меня по технологическим нормам уходит в среднем 1,5 года. На индустриальный дом с монолитным первым этажом — от 6 месяцев (трехслойная панель) до 9 месяцев (вентилируемые фасады).

«СГ»: Такими темпами и президентский наказ о ежегодном вводе 120 млн новых «квадратов» можно легко выполнить…

В.В.: Не совсем. Квалифицированной рабочей силы в стране не хватает. Сейчас ключевой трудовой ресурс — поколение Y, рожденное в 1985-1990-е годы прошлого века. Люди, мечтавшие и ставшие юристами, адвокатами, экономистами — офисными сидельцами, но отнюдь не монтажниками. Так что с рабочими кадрами сейчас очень плохо. С кем строить эти 120 млн — это отдельный, больной вопрос. Но не у нас! У ДСК-1 и с персоналом, и с его подготовкой все нормально. Я все оставил — и собственный учебный комбинат, и курсы повышения квалификации. ДСК-1 — это сплошь рабочие династии. Они даже живут как бы в своем микромире — свои ДСКашные дома, школы, поликлиники. На каждом заводе бассейны, футбольные поля — для поддержки корпоративного духа нам было важно все это сохранить.

«СГ»: А что с головной компанией? Какие стратегические задачи перед ФСК ставите?

В.В.: У «Лидера» есть, конечно, стратегия развития, и она расписана до 2025 года. Среди целей, к примеру, основательно закрепиться в тройке лидеров. Понятно, что каждый рейтинг крупнейших застройщиков отличается своей методологией — одни считают по зарегистрированным ДДУ, другие — по метражу заявленных проектов. Я считаю, что правильнее мерить по объему ввода жилья или продажам. В любом случае, какие бы критерии аналитиками не применялись, во всех рейтингах мы, как правило, занимаем топовые позиции. Да, до недавнего времени мы были более заметны в Подмосковье, но сейчас активно работаем с Москвой. Думаю, года через три года наша совокупная доля здесь, конечно, тоже должна вырасти. Надеюсь, что раза в три-четыре.

Московский регион остается в приоритете. После того как освоим три площадки в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, есть планы реализовать там еще два проекта. Презентуем их концепцию уже в этом году. Есть у нас объекты в Обнинске и Калуге, но это не стратегические для ФСК регионы. Какой-либо другой региональной экспансии до 2025 года пока не планируем.

Я стараюсь ничем не запасаться, не набирать впрок. Серьезная ликвидность — вот стратегия преуспевающего девелопера. Я не покупаю площадки, если нет денег на строительство. Придерживаюсь следующей трехмерной бизнес-модели: покупка площадки — стройка — продажи. Знаете, в последние годы многие лендлорды или ресурсные люди, особенно в Москве, приобрели в собственность (аренду) земельные участи, получили на них ГПЗУ, но сами строиться там даже не__ собирались, сидели на них или торговали ими за бешеные деньги. Вот только с нынешними законодательными изменениями в сфере жилищного строительства эти площадки будут сейчас падать в цене. И продавать они их теперь будут вынуждены с большим дисконтом. В этом году мы готовимся презентовать более пяти проектов в Московском регионе. Один из них — ЖК комфорт-класса «Датский квартал» общей жилой площадью 220 тыс. «квадратов» — стартовал в конце июля. Комплекс с авторской архитектурой от бюро «Остоженка» появится на участке в 17,85 гектара на севере ближайшего Подмосковья, в районе Мытищ, менее чем в километре от МКАД. Объем инвестиций в проект оценивается в 19,6 млрд рублей. Начнем, пойдет денежный поток, и все эти проекты будут сами себя потом окупать. И средства, которые я в них когда-то вложил, я смогу себе вернуть даже по обновленному 214-ФЗ. А вот когда эти деньги освободятся, я только тогда пойду на рынок и еще куплю какие-нибудь площадки.

«СГ»: Кстати, а как вы относитесь к реформе долевого строительства, предполагающей в итоге отказ от привлечения средств граждан с переводом отрасли на банковское проектное финансирование?

В.В.: Отказ от «долевки» с переходом рынка на продажу полностью готового жилья совпадает с моей личной стратегией, можно сказать — с мечтой. Я давно пытаюсь уйти от долевого строительства и строиться исключительно за свой счет. И даже без кредитов! Когда берешь первые 30 тыс. «квадратов» в ЖК, возводишь на свои средства, вводишь и продаешь, и начинаешь строить следующие с прибыли. Возможно, уже в этом году я смогу вытащить из портфеля один дом и попробовать отработать на нем новую технологию. Хотя по большому счету даже все мои текущие договора ДДУ в ДСК-1 — это уже и так практически готовое жилье (со строительной готовностью от 80% выше). Мы возводили эти дома так быстро, что не успевали договора заключать. В ФСК «Лидер» таковых где-то 25-27%. К концу следующего года, уверен, смогу довести долю готового жилья в продаже до 50%.

«СГ»: А время на что-то кроме работы у вас остается?

В.В.: Все свободное время стараюсь проводить со своей семьей в Москве или за ее пределами. Зимой катаемся на сноуборде, а весной отдыхаем на островах.

Досье

Владимир Воронин получил образование в главном российском строительном институте — МИСИ, где защитил кандидатскую и докторскую диссертации.

Свой карьерный путь он начал с мастера, а уже через пять лет, в 2002 году, занял должность генерального директора компании «Главмосстроймонолит». Пройдя все ступени профессионального становления, изучив на практике все особенности работы девелоперской компании, в 2005 году Владимир Воронин создал собственную финансово-строительную компанию — ФСК «Лидер».

5,5 млн кв. м недвижимости — совокупный портфель объектов ФСК «Лидер» за 13 лет. Среди проектов компании — 22 жилых комплекса в Москве, Подмосковье, Санкт-Петербурге и Ленинградской области, из которых 12 уже построено и введено в эксплуатацию

№30 от 03.08.2018

Авторы: Сергей НИКОЛАЕВ, Андрей МОСКАЛЕНКО

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 8 августа 2018 > № 2705269 Владимир Воронин


Россия. УФО > Недвижимость, строительство. Металлургия, горнодобыча > stroygaz.ru, 8 августа 2018 > № 2705268 Евгений Самарин, Данила Мисиюк

Быстрее и проще.

Новый ГОСТ на двутавр позволяет ускорить и удешевить производство металлоконструкций.

Немногим больше двух месяцев прошло с момента вступления в силу ГОСТ Р 57837-2017 «Двутавры стальные горячекатаные с параллельными гранями полок», но уже можно говорить о значительном экономическом эффекте от его применения. О том, какие возможности предоставляет проектировщикам металлоконструкций новый ГОСТ, в интервью «СГ» рассказали представители одного из разработчиков ГОСТ Р 57837-2017 — АО «ЕВРАЗ Нижнетагильский металлургический комбинат» — менеджер проекта развития рынка металлоконструкций Евгений САМАРИН и ведущий инженер по расчету металлоконструкций Данила МИСИЮК.

«СГ»: В связи с чем возникла необходимость в разработке ГОСТ Р 57837-2017?

Евгений Самарин: ГОСТ создавался для проектирования многоэтажных зданий на одном сортаменте двутавров. Разработанный в 1993 году стандарт Ассоциации предприятий и организаций по стандартизации продукции черной металлургии «Прокат стальной сортовой фасонного профиля. Двутавры горячекатаные с параллельными гранями полок. Технические условия» (СТО АСЧМ 20-93) содержал всего 76 профилей и был абсолютно не приспособлен к проектированию и строительству многоэтажных зданий. Руководствуясь им, невозможно было обеспечить эффективное строительство многоэтажек, потому что линейка профилей не позволяла возвести колонну при одном и том же сечении профиля. На нижних этажах надо было использовать более широкий профиль, потому что он имеет максимальное поперечное сечение. На последующих, более высоких этажах, где такая большая несущая способность уже не нужна, профиль постепенно сжимался, что неэффективно с коммерческой точки зрения и усложняет монтаж. Именно таким образом пришлось проектировать и строить в свое время гостиницу «Украина», здания МГУ, МИД и другие московские высотки. Двутавры тогда были сварные, потому что прокатных профилей не было, а когда появились прокатные балки, то их использование было заточено на здания промышленного и сельскохозяйственного назначения — в многоэтажном строительстве их было использовать затруднительно по указанной мной причине.

С введением нового ГОСТ на одном прокатном сортаменте можно спроектировать и возвести колонну ровную от фундамента до крыши, используя, например, линейку двутавровых профилей 30К, в которой насчитывается 21 профиль. При этом на первых этажах здания можно применить профиль 30К21, который выдерживает достаточно большую нагрузку, а на 25-м этаже — профиль 30К1, имеющий меньшее поперечное сечение, потому что стенки и полки у него тоньше, но по внутренней геометрии профиля он одинаковый с 30К21. Благодаря единой внутренней геометрии всех профилей линейки 30К (впрочем, как и всех остальных линеек стандарта) можно состыковать опирающиеся один на другой двутавры в единую колонну, которая имеет одинаковую толщину снизу доверху здания.

«СГ»: Какие научные и производственные силы пришлось задействовать для работы над стандартом?

Е.С.: Все делалось на базе Ассоциации «Объединение участников бизнеса по развитию стального строительства» (АРСС) совместными усилиями Центрального научно-исследовательского института строительных конструкций имени В.А. Кучеренко (институт АО «Научно-исследовательский центр «Строительство») и ФГУП «ЦНИИчермет имени И.П. Бардина». Два крупнейших производителя двутавровой балки в России — «ЕВРАЗ» и «Мечел» участвовали в создании этого ГОСТа как консультанты. Отдельно хочется сказать, что данный стандарт был полностью профинансирован бизнесом. В России бизнес, чтобы не стоять на месте, тоже должен что-то делать для развития отрасли. И это абсолютно правильно. К тому же когда разработку стандарта финансируют коммерческие компании, они же и контролируют этот процесс, так что простой смены обложки точно не произойдет. Поэтому данный ГОСТ содержит не только новые профили, а еще и абсолютно новые стали — это стали классов прочности 390 и 440. Именно они и позволяют зданию быть крепче и легче.

Данила Мисиюк: Мы используем новые стали при проектировании сильно нагруженных конструкций. При этом металлоемкость снижается на 30%, а иногда и на 42%. И вся конструкция в целом получается легче. Самое очевидное направление, где можно использовать высокопрочные стали, — это колонны сильно нагруженных зданий и сооружений. Эти стали можно использовать также в большепролетных фермах. У нас сейчас разрабатывается серия одноэтажных промышленных зданий, в которых мы применяем достаточно известные, но почему-то мало распространенные инженерные решения, например, уголки в ригельных конструкциях с шпренгельной фермой. В такой конструкции высокопрочные стали позволяют применить профиль, который на порядок меньше обычного. Соответственно, уменьшаются и сечение, и вес конструкции, ферма становится компактнее, отсюда экономия, в том числе на отоплении здания.

«СГ»: Поскольку двутавры опираются друг на друга стык в стык, для их соединения между собой используется минимальное количество накладок. Но ведь чтобы обеспечить единую внутреннюю геометрию профиля, стенки и полки двутаврового профиля в новом ГОСТе стали толще, чем прежде, а значит под такой профиль нужны и новые накладки. Что из себя будут представлять новые узловые соединения?

Д.М.: Сейчас как раз разрабатываются новые узлы под данные профили. Действительно, стенки и полки у них стали толще, поэтому и узлы становятся несколько проще, что существенно удешевляет конструкцию. Новые узлы будут иметь минимум элементов усиления — монтажных сварочных столиков и ребер жесткости. Узлы получаются более компактными, чем раньше, а значит, на колоннах нет никаких выступов, и эффективная площадь этажа расширяется. Раньше, когда использовался сортамент СТО АСЧМ, нужны были монтажные накладки, с помощью которых сначала выравнивали внутренние и внешние грани стенок и полок двутавра для того, чтобы они шли в одну линию. И только после этого в ход шли рабочие накладки, которые обеспечивают соединение двутавров. Сейчас из-за того, что у нас высота внутренней стенки одинаковая, полки верхней и нижней колонны по внутренней грани ровные, и чтобы их соединить, можно вообще убрать дополнительные монтажные накладки и сделать только рабочие, соединив ими внутренние грани. Либо, если мы хотим сжать полки с двух сторон, использовать только одну монтажную накладку с внешней стороны двутавра.

«СГ»: Предусматривается ли при этом сварка?

Е.С.: Колонна возводится чаще всего на болтах. Сейчас в строительстве тренд на метизные соединения. Их применение связано с упрощением конструкции колонн: если прежде в узлах было 8-9 элементов, то теперь в них 4-5 элементов. То есть старый узел был в два раза сложнее.

«СГ»: На какой стадии находится разработка этих узлов?

Е.С.: Новые узлы примыкания сейчас испытываются в Перми. ЕВРАЗ тесно сотрудничает с научными институтами, в том числе с Пермским национальным исследовательским политехническим университетом. Там, в испытательной лаборатории узлы помещают на стенд и ломают их под очень большим давлением. Натурные испытания позволяют определить пиковые и рабочие нагрузки.

«СГ»: Одно дело создать новый стандарт, и совсем другое — привести в соответствие с ним производство. Насколько уже удалось это сделать?

Е.С.: Чтобы не совершать революции в проектировании зданий из двутавра, все профили из СТО АСЧМ 20-93 мы включили в новый ГОСТ. То есть мы просто логически расширили линейки профилей, чтобы из них было удобнее проектировать здания. Все 76 профилей из старого сортамента вошли в новый ГОСТ, в котором вместе со старыми профилями насчитывается 302 профиля. При этом нужно сказать о том, что ЕВРАЗ еще до введения нового ГОСТа запустил освоение новых профилей на своем стане, потому что это освоение представляет собой длительный и дорогостоящий процесс. Чтобы сделать новый профиль, нужно потратить немалые деньги и немало времени на сборку и запуск валков и на пробные прокаты. Это десятки миллионов рублей! И на данный момент компания уже делает более 150 профилей из нового сортамента, это не включая 76 из старого сортамента. Таким образом, в рамках ГОСТ 57837-2017 осталось начать производство еще 76 профилей. А всего мы выпускаем более 300 двутавровых профилей, включая зарубежные профили.

Справочно

Недавно производственно-строительная компания Новинский завод металлоконструкций (ООО «ПСК НЗМК») в сжатые сроки изготовила для застройщика в Республике Башкортостан стержневые системы на основе двутавра и балок общим весом 92 тонны. Среди этих изделий мостовые и опорные фермы, стропильные конструкции. В Башкортостане ими будут оборудованы мосты, гидротехнические объекты, своды, высотные ангары и кровли. Как сообщили «СГ» в ПСК НЗМК, срочный заказ был своевременно выполнен именно благодаря ГОСТ Р 57837-2017. Руководствуясь им, металлурги выпустили двутавровые балки нужного сортамента и под заданные размеры, что позволило заводчанам исключить ряд операций раскроя и пиления. Немаловажно, что при этом удалось значительно снизить отходы металла.

№29 от 27.07.2018

Автор: Алексей ТОРБА

Россия. УФО > Недвижимость, строительство. Металлургия, горнодобыча > stroygaz.ru, 8 августа 2018 > № 2705268 Евгений Самарин, Данила Мисиюк


Грузия. Россия > Армия, полиция > inopressa.ru, 8 августа 2018 > № 2700768 Михаил Саакашвили

Когда Россия вторглась в Грузию

Михаил Саакашвили | The Wall Street Journal

"Как и многие другие главы государств, я планировал посетить летнюю Олимпиаду в Пекине 2008 года. Я отменил поездку после того, как поддерживаемые Россией сепаратисты начали обстреливать грузинские позиции в отколовшемся регионе Южной Осетии. 8 августа 2008 года - через день после того, как в моей стране разразилась полномасштабная война, - прошла церемония открытия Олимпиады", - вспоминает бывший президент Грузии Михаил Саакашвили в статье для The Wall Street Journal.

"Задолго до своего классического вторжения в Грузию Россия открыто поддерживала боевиков-сепаратистов, организовывала кибератаки и использовала дезинформацию для вмешательства во внутренние дела суверенных государств", - утверждает он.

"Десятилетие спустя, напрямую нарушая соглашение о перемирии, тысячи российских солдат все еще оккупируют одну пятую грузинской территории. Последствия тех пяти августовских дней по-прежнему остаются повсеместными", - говорится в статье.

"Крупнейшей победой Путина стало выявление раскола на Западе, - продолжает Саакашвили. - Многие европейские и американские лидеры быстро и недвусмысленно осудили Россию, но лоббисты, проплаченные Кремлем, и западные правительства, занимающиеся выгодными энергетическими и оборонными сделками с Москвой, возложили вину на Грузию".

"Путин и по сей день продолжает использовать эти линии разлома. Кремль финансирует правые и левые маргинальные политические движения в Европе. В США спонсируемая Россией дезинформация в соцсетях провоцирует срыв цивилизованных общественных дискуссий", - считает автор статьи.

"Многие из наших партнеров на Западе не смогли осознать, что грузинский конфликт, в конечном итоге, имел отношение не только к Грузии. В целом вялая международная реакция на вторжение и оккупацию поощрила российский авантюризм в "ближнем зарубежье". Вместе с Лехом Качиньским, покойным президентом Польши, я предупреждал, что Украина станет следующей целью Путина. Мало кто воспринял это предупреждение всерьез в 2008 году. Шесть лет спустя наше предсказание сбылось", - пишет экс-президент Грузии.

Как может ответить на это Запад?

Захват грузинских регионов и Крыма имел целью не просто территориальное расширение, указывает Саакашвили. Россия создает и продлевает "замороженные конфликты", чтобы не допустить вступление в НАТО стремящихся к этому стран. Странам, расположенным "на задворках" России, желающим вступить в НАТО, таким как Грузия и Украина, следует предложить реалистичную "дорожную карту" для вступления, призывает автор.

"ЕС и США не должны уступать в вопросе санкций, пока Россия не выведет войска с незаконно оккупированных территорий, полностью и без всяких условий", - пишет он.

"Запад имеет преимущества перед Россией, но постоянно отказывается их использовать. Пока это продолжается, эхо вторжения в Грузию будет звучать громче и громче", - заключает Саакашвили.

Грузия. Россия > Армия, полиция > inopressa.ru, 8 августа 2018 > № 2700768 Михаил Саакашвили


Украина. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > interfax.com.ua, 8 августа 2018 > № 2700572 Вадим Черныш

Блиц-интервью министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины Вадима Черныша агентству "Интерфакс-Украина".

Время от времени от высокопоставленных лиц звучат заявления, что в тех или иных событиях в Украине усматривается прямое или не прямое влияние России. Часто это остается лишь заявлениями, как минимум для общественности. Можно ли говорить прямо, что Россия действует не только военными методами?

Давайте сначала о военных методах. Это не только непосредственное применение силы. К военным методам относятся также и угрозы применения силы: мы видим это на протяжении всей украинской границы. Таким образом Россия постоянно проверяет на прочность Украину и постоянно сосредоточивает у границ силы и различные средства, но точно не знаешь, - это истинные намерения, или чтобы испытать Украину на прочность, или чтобы запугать. Российская Федерация военный арсенал использует не только непосредственно на востоке во время боевых действий, но и применяет методы, известные со времен Холодной войны. РФ концентрирует силы и средства на наших направлениях, она переориентировала, я убежден, целый ряд современных вооружений с обозначением целей в Украине. И это не только восток, а вся территория нашего государства.

А если говорить именно о невоенных методах?

Параллельно, в таких условиях, обычно применяется комплекс соответствующих действий невоенного характера. Есть несколько теорий, но они сводятся к скрытым и нескрываемым невоенным действиям. К последним относятся все инструменты и силы, которые есть в руках Российской Федерации, например экономические санкции. Помните эти истории: то грузинское вино не того качества, то сыры из Украины не такого качества, а на самом деле, это – применение экономических рычагов для влияния на Украину. Здесь следует понимать, что часть из этого общество замечает, но не видит, что это сделано именно для воздействия. Например, я уже неоднократно говорил, что ситуация с минеральными удобрениями на самом деле не столь однозначна, как ее некоторые депутаты, эксперты, ученые и, возможно, даже неправительственные организации описывают. Это элемент серьезного влияния на экономику государства, как прямой, так и косвенный, в том числе и в сельском хозяйстве.

Россия также против нас применяет дипломатию: дипломатическое давление на другие страны для поддержки своей позиции. То есть, различные инструменты, которые есть в руках России, применяются против Украины. Как это проявляется внутри? Могут быть инструменты прямой и косвенной поддержки бизнеса, который симпатизирует Российской Федерации и видит себя в ее орбите. И, конечно, такой бизнес может финансировать те или иные проекты, как легально, так и не легально.

Скрытых мероприятий общество не видит. Классически, то что украинское общество научилось отличать - это прямая пропаганда, прямолинейная, с пророссийскими месседжами. Но россияне уже сменили тактику, давно уже это не прямая, а скрытая информационная деятельность на территории Украины. То есть, это уже не такие месседжи, которые не воспринимает общество, а это уже более тонкие, склоняющие общество к определенной мысли, а не прямо навязывающие ее. А пропагандистские усилия можно разделить на две категории: поддержка тех, кто по их мнению должен прийти к власти в Украине и дискредитация тех, кого они не хотят видеть.

В политической и общественной сфере применяются механизмы, которые россияне скопировали, или пытались скопировать, например, - система неправительственных организаций пророссийского направления. Вспомните так называемое казацкое движение, особенно на востоке нашей страны. К сожалению, они опустились до того, что используют религиозные организации - показательный пример с Русской православной церковью, то есть это - нескрываемое использование, очень часто, отдельных элементов.

Параллельно экономические методы, такие как блокировка экономических интересов тех, кто им не выгоден, и наоборот, - поддержка экономических интересов тех, кто выгоден во время прихода к власти.

Конечно, это и деятельность специальных разведывательных органов. Также очень серьезно государственная научная машина Российской Федерации работает на изучение проблем Украины. Я абсолютно убежден, что количество научных и экспертных учреждений России, которые занимаются Украиной, больше, чем в самой Украине. Очень много делает их Национальный институт стратегических исследований.

Существует количественное выражение таких действий России?

Мы в министерстве зафиксировали за июнь как минимум 450 таких действий, или случаев вандализма, или конфликтов, которые так или иначе используются Российской Федерацией для эскалации противостояния внутри нашего общества.

Что по этому поводу говорят наши международные партнеры? Например, Вы недавно были на форуме безопасности в Аспене (США), насколько наши партнеры в контексте так называемых невоенных методов России и воспринимают их всерьез?

По сравнению с ними, арсенал средств, используемых Россией в невоенной сфере в Украине, намного шире. Они с таким не сталкивались, поэтому наш опыт для них является очень интересным, теперь они понимают масштаб такого арсенала. Все поняли, что это целенаправленные, серьезные подходы, которые использует Российская Федерация, чтобы ослабить Украину. Мы при этом сохраняем свою независимость и успешно защищаем свою землю. Этот опыт для США и Европы очень полезен, поэтому большая часть людей ездит сюда этот опыт получить, особенно те, чьи страны находятся рядом. Такого опыта сейчас не имеет ни одна другая страна.

Я на форум в Аспене был приглашен для выступления вместе с генеральным директором Эстонской службы внешней разведки и директором по международным коммуникациям Правительства Великобритании, и мы проиллюстрировали различные аспекты скрытой и нескрываемой деятельности (РФ – ИФ) в разных странах. По Украине мы рассказали о концептуальных подходах Российской Федерации. Эстонцы подтвердили нашу позицию. Панель проиллюстрировала для всех, кто специализируется на вопросах безопасности в Соединенных Штатах и мире, как раз те подходы, которые Россия применяет. И мы получили ряд предложений относительно обмена информацией и опытом для того, чтобы улучшить координацию именно в невоенной сфере.

О договоренности с какими странами идет речь?

В основном, это США. Большинство договоренностей - о дальнейших действиях. Ну и, конечно, общались с Эстонией и Британией. И могу вам сказать, что такой подход был очень положительно воспринят профессиональным сообществом. Опыт Украины повлияет сейчас на общее мнение о современных конфликтах и о том, как противостоять гибридным угрозам во всем мире. Я думаю, что Украина должна развивать этот успех.

И еще одно. Конечно, хорошо, что создали платформу с НАТО в Варшаве, хорошо, что есть центры в Литве, но мне кажется, что нужно создавать подобные вещи и в Украине. Я думаю, что международные партнеры готовы к тому, чтобы именно в Украине была такая платформа, потому что мы испытываем все риски и опасности на себе.

Если говорить о США, то недавно специальный представитель Госдепартамента по вопросам Украины Курт Волкер заявил, что Украина окажется в невыгодной ситуации, если не продлит действие закона об особом порядке местного самоуправления на Донбассе. Согласны ли вы с его мнением?

Так этот закон фактически и не работал на практике, поскольку Россия не выполняет свою часть обязательств по минским соглашениям. Мировое сообщество, включая Украину, говорит о том, что Минские соглашения сейчас являются моделью решения этого конфликта между Украиной и Россией. И он демонстрирует всему миру, что Украина действительно выполняет эти соглашения, и демонстрирует, что она способна, готова и уже сделала максимум для их выполнения. При этом всем видно, что Россия не сделала ничего. И нам нельзя дать Российской Федерации никакого повода, который бы она использовала для того, чтобы обвинить Украину.

То есть закон нужно пролонгировать?

Я считаю, что в противном случае мы дадим России карт-бланш (и не только России), говорить, что Украина не выполняет минские соглашения. Но в этом документе остаются без внимания многие важные моменты. К сожалению, один закон не решает все вопросы. Это целая система, которая состоит из ряда законодательных и подзаконных актов, который потом Украиной должен быть принят для того, чтобы вопросы эти решить. Здесь спор в действительности о минских соглашениях, как базы, вокруг которой уже есть единство.

Почему я спросил об этом законе, потому что сегодня уже некоторые депутаты говорят, что его действие не продлят из-за того, что принят закон о реинтеграции Донбасса.

Я не вижу там противоречий. Я на самом деле считаю, что закон о восстановлении государственного суверенитета на Донбассе не перечеркивает возможности имплементации минских соглашений. Россия этим манипулировала, но когда все международные партнеры увидели окончательный текст закона, сказали, что никакой проблемы для имплементации минских соглашений нет. А по закону об особом порядке местного самоуправления, то он дважды голосовался парламентом, дважды, а теперь, перед выборами, вдруг другие мнения.

По закону о реинтеграции Донбасса, несколько дней назад президент Петр Порошенко обратился в Кабмин по созданию межведомственного органа для выдвижения иска к России за ущерб на Донбассе. Этот орган предусмотрен данным законом. Почему до сих пор он не создан и когда Вы прогнозируете начало его работы?

Положение о такой комиссии, координационном органе, прошло согласование почти со всеми органами, это около двух десятков структур, и сейчас уже прошло правовую экспертизу в Министерстве юстиции. После этого оно будет передано на рассмотрение правительственных комитетов и непосредственно правительства.

Какой будет формат этого органа?

Министерство предложило формат, но я не знаю, каким он будет по результатам рассмотрения правительством. Наше видение: каждое министерство дает в рабочую группу представителя, а возглавлять будет один из вице-премьеров. Этот координационный орган, который представлен каждым министерством, предоставляет соответствующую информацию, или получает задание по сбору или систематизации такой информации. После этого консолидированным решением готовится предложение, которое будет поступать для соответствующей обработки президенту Украины и его консультативно-совещательным органам, а также МИД, которое, по нашему мнению, также должны входить в эту комиссию.

Какая конечный цель работы такого органа?

Систематизация всех претензий в различных областях, которые есть к Российской Федерации.

А относительно частных исков?

Нет, мы не можем как государство подменять их, потому что это частное дело. Но методические рекомендации и максимальное содействие будут. Кстати, получение соответствующей информации и сейчас происходит. На совещаниях по Крыму, которые проводит вице-премьер Степан Кубив, например, присутствовали, в том числе, и частные компании. Мы согласовывали действия правительства и частных компаний по привлечению России к ответственности через юридические механизмы.

Хочу затронуть еще один вопрос. С российской стороны иногда поднимался вопрос о проведении референдума на Донбассе. Ваша позиция относительно возможного развертывания такого сценария, насколько это возможно?

Нет такой страны, которая бы могла подменить государственный суверенитет. Никто этот референдум не "освятит", это неприемлемо. Мы уже видели заявления тех, кто якобы это обсуждал, о том, что никто вопрос референдума не принимает, и он не может быть вообще на повестке дня. Но это все для чего сделано? Каждый раз, как только международное сообщество, основываясь на демократических процедурах, приходит к общей концепции, на которую якобы Россия соглашается, и вот-вот уже кажется скоро будет общая договоренность, РФ меняет нарратив, вбрасывает "а давайте референдум". И снова начинаются определенные разногласия и обсуждения. Затем "вбрасывают" еще какую-то идею, и еще, и таким образом все время Россия отвлекает союзников от основной единой платформы, с которой мы должны прийти и сказать: "мы ее не меняем, вам придется присоединиться к ней, или будут санкции, ухудшение, ухудшение и ухудшение положения РФ".

Украина. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > interfax.com.ua, 8 августа 2018 > № 2700572 Вадим Черныш


Россия. Южная Осетия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > rosbalt.ru, 8 августа 2018 > № 2700149 Вадим Бровцев

Ровно 10 лет назад, 8 августа 2008 года, грузинская армия начала обстрел столицы Южной Осетии, Цхинвала, развязав вооруженный конфликт, названный позже Пятидневной войной. О том, какие уроки были извлечены той трагедии, рассказывает Вадим Бровцев, с 2009 по 2012 год работавший председателем правительства и и. о. президента Южной Осетии.

— Вадим Владимирович, что произошло за десятилетие после той войны? Какие уроки можно извлечь из тех событий?

— Ночью 8 августа 2008 года регулярные части грузинской армии обстреляли Цхинвал, другие населенные пункты Южной Осетии, а также блокпосты международных миротворцев. В то время для России и ряда других стран встал вопрос о том, что необходимо предпринять в таких условиях, чтобы не допустить массового уничтожения мирных жителей. Наша страна взяла на себя защиту братского югоосетинского народа.

Десять мирных лет показали, что «югоосетинский конфликт» был одним из переломных моментов в развитии современных международных отношений и повлиял на их дальнейшее развитие. Уроки конфликта и последующее признание Россией независимости Южной Осетии имеют историческое значение. Россия продемонстрировала, что она возвращается на свой исторический путь развития — путь справедливости, достоинства и чести, в том числе, в решении международных проблем. Наша страна встала на защиту югоосетинского народа, предотвратив его физическое уничтожение.

Прошедшее десятилетие показало, что в регионе установлена система безопасности, позволяющая народам мирно сосуществовать. Более того, «принуждение к миру» агрессора создало условия для восстановления реинтеграционных процессов, складывающихся в этом регионе столетиями.

Война Грузии против Южной Осетии ярко высветила и деградацию так называемых западных ценностей, особенно свободы слова. Грузинская агрессия большинством западных СМИ и политиков была преподнесена предельно лживо. Вслед за этим против России были применены методы «гибридной войны». Но прошедшее десятилетие показало их провальность и то, что правда всегда побеждает ложь. А правда — на стороне России.

— Как республика справилась с послевоенной разрухой?

— Россия не только защитила югоосетинский народ, но и оказала ему огромную поддержку в преодолении последствий агрессии во всех сферах и продолжает это делать по сей день. Все отмеченное является отражением современного вектора политики России, возрождающей важнейший принцип во взаимоотношениях между людьми, который можно выразить емким словом «справедливость».

Николай Степанов

Россия. Южная Осетия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > rosbalt.ru, 8 августа 2018 > № 2700149 Вадим Бровцев


Россия. СЗФО > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 8 августа 2018 > № 2700148 Дмитрий Миропольский

Дмитрий Миропольский уже заслужил прозвище Петербургский Дюма. В августе издательство «Эксмо-АСТ» выпускает его новую книгу — роман «American?ец», посвященный приключениям и кругосветному путешествию, пожалуй, самого знаменитого русского авантюриста начала XIX века графа Федора Толстого. Захватывающее повествование об этом ярком и противоречивом персонаже российской истории написал автор бестселлеров последних лет, названный «Медиаперсоной 2017 года», лауреат Национальной литературной премии «Золотое перо Руси» Дмитрий Миропольский. Его роман «1916/Война и Мир» вошел в лонг-лист премии «Национальный бестселлер», а по книге «1814/Восемнадцать-четырнадцать» были сняты одноименный фильм и сериал. Роман «Тайна трех государей» победил в литературном конкурсе «Книга года: Сибирь — Евразия», и только за первые месяцы после выхода в свет эта книга разошлась тиражом более 160 тыс. экземпляров.

Корреспондент «Росбалта» побеседовал с Дмитрием Миропольским о времени, приключениях, литературе, кино и творческих планах.

— Дмитрий Владимирович, как на данный момент обстоят дела с историко-приключенческим литературным жанром в России? Появляются ли новые авторы?

— В моем представлении ниша историко-приключенческого романа сейчас пустует. Даже издатели жалуются. Это странно, особенно если вспомнить, насколько популярным был жанр во все времена. Авторы появляются, конечно. Например, я. Чем не автор?

— Насколько для вас важно детальное описание антуража в романе, соответствие реальной эпохе, визуальная точность? Можно ли иногда пренебрегать достоверностью ради эффекта?

— Точность и сочность, с которыми передана атмосфера эпохи, для исторического романа, по-моему, играют первостепенную роль. И важно это не только для меня. Современные читатели — народ искушенный; они многое читали и видели, а потому не без оснований считают себя специалистами по части исторической достоверности. Некоторые не ленятся использовать поисковики. Чуть что — заглядывают в Интернет: «Поздравляем вас, гражданин, соврамши!»

«Российская культура не может обойтись без бюрократии»

Автор, откровенно слабее среднестатистического читателя знающий эпоху, о которой пишет, практически обречен. В то же время историко-приключенческий роман — это не докторская диссертация и не доскональная реконструкция биографий и событий. Во главе угла — приключения! Если динамика рассказа, полет фантазии или другие соображения литературного свойства требуют анахронизмов — почему нет? В моем понимании, недостоверность неприемлема, только если происходит от безграмотности автора. Вряд ли кто-то упрекнет Вальтера Скотта, у которого герцог Ланкастер — здоровенный бородатый дядька в доспехах — перед битвой посвящает в рыцари героя романа, хотя исторически герцогу было тогда лет восемь. Рассказ от этого сильно выиграл, а ход истории не нарушился.

— В ваших книгах, в частности, в бестселлере 2017 года «Тайна трех государей», важное место занимают секретные службы, мистические ордена, мировая закулиса. Насколько эта тема сейчас популярна на массовом литературном рынке и как читателю отличить качественные интриги от «диванной» конспирологии, которой переполнен Интернет?

— Я не исследую подробно существующие тренды, хотя наверняка подсознательно учитываю их в своей работе. Тайны мировой истории всегда были интересны: с одной стороны, политики с их помощью традиционно отвлекают массовую аудиторию от насущных проблем, с другой — когда проблемы немного отпускают, высвобождается время для столоверчения и поиска смысла жизни. А для России секретные службы — основа основ, и мировая закулиса — то, что с незапамятных времен и во все времена мешает русскому человеку жить хорошо. Эти темы навсегда.

Что же касается различий, которые должен чувствовать читатель… Есть такая штука — литературный вкус и вообще вкус. Это как деньги или чувство юмора: либо есть, либо нет. Вкус напрямую связан и с уровнем интеллекта, и с уровнем личной культуры. Один книжный герой говорил: «Кому и кобыла невеста». В общественном питании ведь большинство по многим причинам довольствуются фастфудом. Всем известно, насколько далека эта пища от человеческой еды; у всех перед глазами миллионы ожиревших и насквозь больных жертв перекуса на бегу. Это проблемы государственного уровня. И что? А ничего. Предприятия быстрого питания не знают отбоя от покупателей. Хотя и приличные рестораны вроде не бедствуют, просто несопоставимы объемы бизнеса. В писательстве — то же самое, как и в читательстве: вводные у всех одни и те же, но уровень интеллекта и культуры разный, и в конце концов каждый сам делает для себя выбор.

«Любая империя нивелирует все, что ей неудобно»

— Вы много лет занимаетесь литературой, журналистикой, рекламой и политтехнологиями. Как изменения жизни в стране отражаются на облике прессы и беллетристики и какую вообще эволюцию прошла российская масс-культура с того времени, когда вы работали на радио «Балтика»?

— Могу только повторить за Столыпиным: «В России за десять лет меняется все, а за двести лет — ничего». Различия между девяносто первым годом и, например, девяносто шестым были разительными — в любой области, куда ни копни. А сейчас, по прошествии больше чем четверти века, видно, что на фоне множества тактических изменений — стратегически все по-прежнему. Разве что в технологиях произошли несколько революций подряд. Скорость передачи информации возросла неимоверно, объем информации сделался колоссальным, доставить информацию от источника к потребителю теперь не проблема, источников стало на порядки больше, оборудование в наших руках фантастическое… Но люди-то прежние! Мозги, у кого они есть, работают так же, как и десять, и сто, и тысячу лет назад. Удельный вес интеллекта не изменился. Культуры больше не стало.

— Как вы относитесь к столь долгой популярности сериала «Улицы разбитых фонарей»? Ожидали ли вы такого, когда были у истоков этого проекта?

— Не стоит преувеличивать мою роль: в четверке организаторов «Улиц» я был именно четвертым и оценивал перспективы окупаемости, то есть ту самую вероятную популярность; я занимался маркетингом и рекламой, а к творческой составляющей отношения особенного не имел. «Улицы» обязаны всеми своими достоинствами гению Дмитрия Дмитриевича Рождественского, который на предложение взять знаменитого режиссера и знаменитых актеров сказал: «Чушь собачья. Нам нужны десять режиссеров и пять мушкетеров».

«Должна быть вся музыка одновременно»

Дальше трудолюбие продюсера Александра Петровича Капицы закрепило эту мысль в практическом отношении. А потом миллионы россиян увидели на своих экранах себя самих, своих соседей, ментов из отделения за углом и собственную несуразную жизнь, показанную с некоторым юмором. Похождения капитана Ларина и его друзей стали откровением на фоне зарубежных сериалов, никак не связанных с российскими реалиями и выхолощенных индустриальным производством.

Мы начали проект в 1993 году, прошло четверть века, с тех пор выросло целое поколение, у которого уже свои дети. Начиная любой проект, на такой долгий срок никто не загадывает; просто профессионалы профессионально делают свое дело. А о причинах сохранившейся популярности «Улиц», зачастую невеселых, рассуждать можно долго.

— Удачными ли вы находите экранизации ваших сценариев — «Суженый-ряженый», «Гостиница «Россия», «1814»?

— Я считаю большой удачей-то, что по моим сценариям снимаются фильмы, а потом эти фильмы смотрит огромная аудитория. Сейчас во всем, что происходит в кино и телевидении, роль случайного стечения обстоятельств настолько высока, что я не перестаю относиться к появлению своей красивой фамилии в титрах как к чуду. И когда мне попадается на глаза тот или иной фильм, снятый по моему сценарию, я традиционно отмечаю, что актеры с каждым годом играют все лучше и лучше. В особенности это относится к фильму «1814»: там актерские работы просто замечательные.

— В романе «American?ец» есть много авантюрных моментов, противоречащих морали и социальным нормам, но украшающих эпоху, — дуэли, интриги, салонные сплетни и обманы, амурные дела. Вместе с тем происходят такие масштабные события, как кругосветное плавание. Как вы считаете, было ли это время счастливым для России?

— Все, что вы перечислили, не только не противоречило тогдашней морали или нормам, но и составляло их основу. Впрочем, за исключением дуэлей в их тогдашнем виде, все благополучно сохранилось по сей день. Вспомним Столыпина еще раз: за двести лет ничего не меняется.

«Массовая музыка безобиднее академической»

Что же касается счастливого времени… Времени в физическом отношении не существует; если бы мы обсуждали «Тайну трех государей», можно было бы развить эту мысль. Время — это промежуток между двумя событиями, отмеренный специальным прибором. Как время может быть счастливым или несчастным? Какие эмоции могут испытывать стрелки часов, песчинки в песочных часах, вода в клепсидре, тень гномона? Как может быть счастлива страна, если это просто много лесов, полей и рек? Как может быть счастливо государство, если это всего лишь общественный договор, форма существования общества? Счастливыми или несчастными бывают только люди. А люди живут без оглядки на эпоху. Живут здесь и сейчас. Им хорошо — они радуются, им плохо — они грустят. Согласитесь, что для счастья 99,99% сограждан совершенно не важно, обошел их соотечественник вокруг света или нет; большинство современников Крузенштерна об этом даже не узнали. А вот если ваш ребенок поправился после тяжелой болезни, вы счастливы, и это куда важнее любого флага на любой вершине. Все остальное — из области психиатрии и политтехнологий.

— Хотелось бы вам стать непосредственным участником событий какой-либо иной легендарной эпохи, и если да, то какой?

— При всем уважении — вопрос для школьника, который впервые читает про д?Артаньяна, или Робинзона Крузо, про королеву Марго или Жанну д?Арк, про доисторического мальчика Крека или красных дьяволят. Я стараюсь в меру сил и энергии участвовать в событиях своей собственной эпохи. По-моему, Джон Леннон сказал: жизнь проходит, пока вы строите планы. К тому же благодаря своей писательской деятельности я проживаю вместе со своими героями каждую из их жизней в нескольких вариантах. Вы говорите про легендарную эпоху, но легенды не родятся сами — их придумывают, и я — один из не последних таких придумщиков. Судя по читательскому интересу, у меня неплохо получается.

— Над какими проектами вы работаете в данный момент?

— Я не работаю над проектами, я книжки пишу. Один за другим выходят романы в авторской серии «Петербургский Дюма», и серия обещает быть длинной. Одновременно собираюсь выпускать книги в других жанрах: в большей или меньшей степени готово много интересного и разного. Так что готовьте место на книжных полках.

 Людмила Семенова

Россия. СЗФО > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 8 августа 2018 > № 2700148 Дмитрий Миропольский


Россия > Армия, полиция. Медицина > mvd.ru, 8 августа 2018 > № 2699711 Андрей Ганишев

Здоровая страна - надёжная полиция.

С чего начинается служба в органах внутренних дел? С медицинского обследования. Именно врачи первыми дают заключение о пригодности кандидата к работе в полиции. О здоровье молодых людей, пополняющих ряды подразделений, по большому счёту - о завтрашнем дне правоохранительных органов, в рамках совместного проекта газеты «Щит и меч» и радиостанции «Милицейская волна» в программе «Прямой разговор» мы беседовали с начальником Центральной военно-врачебной комиссии, доцентом кафедры психолого-педагогического и медицинского обеспечения ВИПК МВД России полковником внутренней службы Андреем ГАНИШЕВЫМ.

- Андрей Валентинович, какие требования в отношении здоровья и психологического состояния предъявляются сегодня к кандидатам на службу?

- Раньше они определялись в зависимости от вида деятельности той или иной службы в целом. Затем основным фактором стали условия работы по различным направлениям внутри самого подразделения. Ситуация кардинально изменилась совсем недавно, после выхода приказа МВД России от 2 апреля 2018 г. № 190. Им утверждены новые требования к состоянию здоровья граждан, поступающих на службу в органы внутренних дел, а также действующих сотрудников в зависимости от конкретных должностей и особенностей работы каждого человека, возложенных на него функций. Отныне показатели здоровья входят в квалификационные требования к должности. То есть теперь в одном и том же подразделении могут служить сотрудники, к состоянию здоровья которых предъявляются различные критерии.

- Может ли быть принят на службу молодой человек, не служивший в армии именно по состоянию здоровья?

- Может. Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что требования к состоянию здоровья устанавливаются соответствующими органами исполнительной власти, в которых человек проходит службу. Они могут быть различны для представителей Минобороны, МВД, ФСБ, иных силовых ведомств. То есть кандидат, имеющий ограничения к военной службе из-за какого-либо заболевания или физического недостатка, после углублённого обследования вполне может быть признан годным к работе в органах внутренних дел на предполагаемой должности.

- А регламентируется ли, допустим, рост будущих полицейских? Есть ли какие-то стандарты в этом плане?

- Наверное, стандартами это назвать нельзя, но, например, касательно роста во всех странах существуют некоторые требования к этому параметру. Считается, что полицейский должен быть несколько выше среднестатистического местного жителя, чтобы окружающие его видели и могли при необходимости позвать на помощь. Скажем, рекомендованный рост сотрудника в Финляндии - не менее 175 см, в Дании - 177 см, в США - от 172,7 до 190 см в зависимости от штата. В Великобритании - от 175 до 190 см. У нас до недавнего времени эти требования тоже существенно отличались и определялись видом деятельности. Сейчас мы пересматриваем данные параметры, поскольку наша страна большая и компактного проживания разных этнических групп, как за рубежом, не наблюдается. Поэтому в новых нормативах предельные показатели несколько снижены и составляют, к примеру, для самой боевой - первой группы предназначения - минимум 165 см. Для второй, в которую входят все оперативные должности, нужно быть не ниже 160 см. Для третьей нижний предел установлен в 155 см. А для работы в четвёртой, как мы говорим, тыловой группе достаточно подрасти до 150 см.

Зато в большую сторону никаких ограничений нет.

- Скольких претендентов ежегодно освидетельствуют военно-врачебные комиссии?

- Порядка 100-120 тысяч человек.

- И многим из них удаётся пройти комиссию?

- Положительное заключение получают практически все, кто мотивирован на службу. Однако 9-10 % по состоянию здоровья всё же признаются негодными. Фактический отсев кандидатов больше, но это связано с тем, что комиссии по проф­отбору не рекомендуют использовать их в правоохранительной деятельности.

- Какие недуги вы наиболее часто выявляете у сегодняшних кандидатов на службу?

- Больше всего приходится фиксировать заболеваний органов зрения и опорно-двигательного аппарата. Далее идут нарушения системы кровообращения, связанные в основном с клапанными пороками и отклонениями от нормы, другие аномалии в строении сердца. Нередко выявляем желудочно-кишечные болезни - часто это результат неправильного питания юношей и девушек.

Собственно, анализируя медицинские показатели кандидатов на службу в МВД, абитуриентов наших учебных заведений, можно с уверенностью говорить о здоровье российской молодёжи в целом.

- Раз уж мы затронули столь важную национальную проблему, как по-вашему, изменилось ли состояние здоровья современного молодого поколения по сравнению с тем, что было в советское время? И правда ли, что уже нет здоровых выпускников?

- Бесспорно, изменилось. В прошлые годы 40-50 % выпускников школ являлись абсолютно здоровыми. И понятно почему. Действовала масса спортивных секций, физкультура была обязательным предметом, в учебных заведениях велась начальная военная подготовка. Сейчас по-другому. Даже уроки физкультуры носят рекомендательный характер. И что мы получили в итоге? В 2012 году лишь 20 % выпускников школ могли быть отнесены к первой группе по состоянию здоровья. Сегодня, по данным Научно-исследовательского института гигиены и охраны здоровья детей и подростков Министерства здравоохранения России, этот показатель снизился до 4 %. То есть остальные 96 % уже имеют какие-то отклонения.

- Тенденция довольно тревожная…

- Я бы сказал, катастрофическая. За 25 лет произошло ухудшение на 70 %.

- А это не может не сказаться на комплектовании органов внутренних дел. Где здоровых новобранцев искать, если молодёжь поголовно с болячками?

- Иногда мы слышим упрёки, мол, у нас некомплект, а коль здоровых нет, надо медицинские требования снижать. Но ведь задача ведомства - охранять правопорядок, а не набирать явно нездоровых людей, чтобы вакансии заполнить. Если на службу выходят сотрудники с серьёзными недугами, способны ли они полноценно выполнять свои задачи? А ведь каждый гражданин должен быть уверен: полицейский его защитит, он здоровее преступника, ловчее и выносливее. Всегда, завидев сотрудника органов внутренних дел, невольно задаёшь себе вопрос: сможет ли он оградить тебя от посягательств на твои личные права и свободы?

- Медицинское освидетельствование кандидатов на службу - всего лишь первый этап работы ведомственных врачей. Но ведь здоровье действующих сотрудников продолжает находиться под контролем. Как МВД следит за этим?

- На мой взгляд, уровень деятельности медицинской службы МВД России достаточно высок. В каждом территориальном органе внутренних дел субъектов РФ действуют медико-санитарные части, к которым прикреплены все сотрудники. Ежегодно в обязательном порядке проводится профилактический осмотр каждого. Если выявляются заболевания, назначается лечение. Всё чётко отработано.

- Андрей Валентинович, дайте совет: как правильно поддерживать своё здоровье?

- Совет один, и очень простой: если что-то беспокоит, лучше сразу обратиться к врачу. Казалось бы, банально, но на самом деле практика показывает: наши граждане боятся идти к специалисту. Многие предпочитают справляться своими силами или получать консультации в аптеках. А позднее незначительные, на первый взгляд, проблемы весьма негативно и серьёзно сказываются на здоровье. Потому повторю: не бойтесь ходить к врачам!

Беседу вели

Роман ЧУПРОВ

и Андрей ШАБАРШОВ

(Щит и меч № 29, 2018 г.)

Россия > Армия, полиция. Медицина > mvd.ru, 8 августа 2018 > № 2699711 Андрей Ганишев


Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 августа 2018 > № 2699436 Андрей Клименко

Путин тренируется в Азовском море, но главные действия РФ против Украины начнутся в другом месте

О ситуации в Азовском море, сухопутном коридоре в Крым и военных планах РФ.

Марина Евтушок, Апостроф, Украина

Эксперт по вопросам Крыма, главный редактор портала «Блэк си ньюс», председатель наблюдательного совета фонда «Майдан иностранных дел» Андрей Клименко в интервью «Апострофу» рассказал об эффекте от провокаций России в Азовском море, о слабой реакции на такие действия со стороны государственных органов Украины и о дальнейших военных планах Кремля против Украины.

«Апостроф»: Какие последствия будет иметь задержание судов в Азовском море?

Андрей Клименко: Главный экономический смысл этой блокады решается не во время задержания в море, а когда судно с грузом на 3-5 дней попадает на якорную стоянку перед Керченским проливом. В среднем оно стоит на входе одни сутки, затем еще 3-4 суток — на выходе, следовательно, теряет 5-6 дней. Эти цифры показывают, что россияне все больше вращают тот ключик, который оказался в их руках после оккупации Крыма и захвата контроля над Керченским проливом.

Задержание имеют также демонстрационный эффект: они рассчитаны на деморализацию как наших военных, так и местного населения, а также на доведение до истерики экипажей судов и их владельцев. Представьте, что вас сутки держат на входе в Азовское море, а вы при этом видите, что остальные суда беспрепятственно направляются в российские порты? Учтите, что вы не просто стоите себе — к вам на борт поднимаются эфэсбэшники, осматривают судно, каюты, груз, пишут протоколы и прочее. Затем такая же процедура ожидает вас в море, и в конце концов вы сутками стоите перед выходом. «Оно мне надо?» — скажет капитан или судовладелец.

— Мол, куда угодно, только не туда.

— Да, ну и конечно, это может использоваться для провоцирования какого — casus belli (военный инцидент, повод для объявления войны — прим. ред.). Представим себе, что произошли столкновения с украинскими пограничниками или еще кем-то. Но это не означает, что Украина должна спокойно за всем этим наблюдать.

— Учитывая всю эту непростую ситуацию, как мы практически и теоретически можем реагировать?

— Знаете, классика casus belli — это начало Второй мировой войны, инцидент в Гляйвице: немцев одели в форму польской армии, а затем они напали на радиостанцию в немецком городке Гляйвиц. Это и стало формальным поводом для вторжения в Польшу. Если россияне захотят создать casus belli — они это сделают. Но еще более деморализующий эффект имеет тот факт, что органы власти не делают того, что они должны были бы делать в этой ситуации.

— А что должны бы? Первые несколько недель вообще была тишина.

— Возможно, если бы СМИ не придали огласку теме, так бы все и было. Динамика реакции выглядела следующим образом: сначала в пределах своих полномочий начали реагировать военные. Демонстративные учения, самолеты над пляжами — все это происходило потому, что командиры соединений, оценив ситуацию, решили отреагировать именно так. Первыми на ситуацию отреагировали представители иностранных посольств — через комнату, в которой мы сейчас общаемся, прошло полтора десятка дипломатов очень высокого уровня. Это были первые секретари посольств, военные атташе, даже один посол, заместитель посла. Они были в недоумении и пытались понять, что происходит и почему нет реакции от высших органов власти Украины.

— А вы понимаете?

— Я не хочу понимать, честно говоря. Первым на эту ситуацию отреагировал представитель президента в Крыму Борис Бабин. Он не профессиональный чиновник, а ученый, работал завкафедрой в Одесской морской академии. Постановку проблемы также поддерживает министр инфраструктуры Владимир Омелян, это понятно, ведь от блокады страдает его отрасль. Министерство имеет позицию в этом вопросе и реализует ее.

Потом начались упоминания вроде «на такой-то встрече такой-то чиновник упомянул о ситуации в Азовском море». Далее об этом на странице в фейсбуке написал президент, добавив, что мы будем жаловаться на россиян во время саммита Европейского союза. В принятой по его итогам резолюции была фраза «милитаризация Черного и Азовского морей». Так Азовское море впервые попало в резолюции ЕС, что очень важно. В Мариуполь и Бердянск уже ездили иностранные послы, ну и наконец во время учений «Си бриз» в Одессе президент заявил о безобразиях в Азовском море и заверил, что поручил руководству Вооруженных сил, ВМС Украины и пограничной службе принять меры реагирования. Я имею представление о мерах, которые принимаются, не обо всех из них мы можем говорить, но понятно, что речь идет об усилении присутствия ВМС Украины. Но в ВМС Украины есть только в виде морской пехоты и береговой артиллерии, которые находятся в составе Операции объединенных сил на Востоке Украины. Отдельно я бы выделил позицию, точнее, ее отсутствие, МИД.

— Неужели действительно нет жалоб от владельцев судов и до сих пор эта проблема, грубо говоря, не существует?

— Я говорил об этом на закрытом совещании представителям МИД и говорю сейчас: во-первых, я считаю их позицию капитулянтской, а во-вторых, нельзя ставить интересы одного судебного процесса, который закончится (если закончится, да и то неизвестно чем) лет через пять, более интересы национальной безопасности Украины.

Немало политиков и общественных деятелей обратились в МИД с требованием объяснить их позицию. Они же сделали ответ документом с грифом «для служебного пользования». Приличного слова для этих бумаг у меня нет, ибо уровень аргументации там такой, что это невозможно читать. Но то, о чем открыто заявляли представители МИД, сводилось к тому, что мы имеем иск против России в морском арбитраже в Гааге за нарушение Москвой Конвенции по морскому праву от 1982 года.

— Официального перевода которой у нас, кстати, нет.

— У нас много чего нет. Так вот, в иске говорится о захвате шельфа Черного моря и портов в Крыму, строительстве Керченского моста, но никто не видел тех десятков килограммов заявленных документов. Да и поданы они были до того, как в Азовском море начался кризис. Поэтому я имею большие сомнения относительно того, что весь этот азовский кейс туда попадет.

— Почему?

— Потому что в 2003 году Украина и Россия фактически договорились, что Конвенция ООН по морскому праву не распространяется в важной своей части на Азовское море, потому что это — внутренние воды. Насколько мне известно, Россия уже опротестовала юрисдикцию арбитража в части Азовского моря и Керченского пролива. И правильно сделала, ибо там, очевидно, более профессиональные юристы по морскому праву. Они увидели, что Азовское море, к сожалению для нас, не подсунешь под Конвенцию ООН по морскому праву.

— Как мы пришли к соглашению об Азовском море с Россией? Его заключили после кризиса на Тузле, однако россияне постоянно выдвигали какие-то территориальные претензии к Украине.

— Думаю, сейчас уже не надо смотреть далеко в прошлое и пытаться разобраться, что к чему, когда-то об этом расскажут историки. Сейчас стоит думать, как на все это реагировать. Но перед тем, я хотел бы сказать, что почти уверен в том, что это была тренировка.

— Перед чем?

— Главные экспортные пути Украины находятся в Черном море. Сейчас все действия происходят в Азовском море, и если было уже более 80 задержаний, то можно представить, какое количество людей и экипажей отработали свои действия в таких ситуациях. Идем дальше: белые точечки на карте — это захваченные Россией нефтяные платформы на морском шельфе Украины. Одесское месторождение — это знаменитые «вышки Бойко». Оно ближе к побережью Одесской области, чем к оккупированному Крыму. Еще есть Голицынское, Архангельское и Штормовое месторождение, которое уже ближе к полуострову. На каждой платформе и на каждой буровой есть гарнизон российского спецназа или морской пехоты, а также локаторы наблюдения подводной, надводной и воздушной обстановки. Таких военных объектов там полтора десятка. И если раньше их патрулировали вспомогательные корабли — буксиры и прочее, то с первого июня охрана украинских вышек на украинском шельфе официально передана 41-й бригаде малых ракетных кораблей Черноморского флота РФ. Происходит круглосуточная ротация кораблей, то есть речь идет о боевых кораблях со значительным потенциалом.

Как бы я поступил на месте россиян, наблюдая отсутствие активной реакции Украины на безобразия в Азовском море? Я бы начал задерживать для досмотра суда, идущие в или из Одессы. А почему нет? ФСБ доложило мне, что на одном из судов, курсирующих по этому пути, находится диверсионная группа, которая хочет взорвать, например, «вышки Бойко», буровые платформы на Одесском месторождении. Вот вам и привет. Если они раз, второй, третий так поступят, то мы можем себе только представить, что будет с морским трафиком в этом районе.

— Его не станет.

— Он существенно уменьшится, и это будет крайне неприятная ситуация. Такого может и не произойти, но этот вариант развития событий надо иметь на столе. Аналогично надо отработать варианты с высадкой десанта. Война не завершилась. Закончился, возможно, один из ее первых этапов. Вопрос заключается лишь в том, как, куда и откуда. Почему-то у меня предчувствие, что россияне не полезут дальше на Донбассе. Во-первых, они боятся новых санкций, реакции международного сообщества, крупных военных потерь. А вот на море… Азовское море — это на 100% российское озеро.

— Уже?

— Уже и было. Они там имеют абсолютное преимущество на море. К тому же они имеют преимущество на восточном берегу Азовского моря. Ростов, Ейск — это самый мощный в российских вооруженных силах Южный военный округ. Он имеет морскую пехоту, авиацию, спецназ, которые, кроме всего, постоянно проводят учения и тренировки. Также за годы оккупации Крыма Москва очень усилила Черноморский флот. На море они превосходят нас в разы и, конечно, рассматривают варианты, как это можно использовать.

В чем, как говорит молодежь, прикол десантной операции? Предположим, что вы на побережье, а противник — в центре Азовского моря. Вы не знаете, куда именно он ударит, потому что расстояние до всех возможных точек примерно одинаково. А защитить весь берег сразу просто невозможно, а еще добавьте сюда дезинформацию среди населения и другие факторы. Вы не угадаете, куда ударит десант. Все украинское побережье в обоих морях является десантно опасными участками.

— Чем мы можем ответить?

— Пока мы не разовьем ВМС Украины, то есть ближайшие два-четыре года, мы можем только аргументированно просить НАТО, чтобы у нас в Черном море постоянно дежурили их военные корабли. Как это было в 2014-м.

— Это фактор сдерживания?

— Безусловно. С марта 2014-го в течение почти 90% дней до конца года в Черном море патрулировали корабли НАТО. Именно благодаря этому, на мой взгляд, 2 мая 2014-го у нас не появилось «Одесской народной республики». Сценарий был готов — подожгли, убили, «Путин, спаси». И он бы спасал, если бы не корабли НАТО в Черном море. Это очень сильный фактор сдерживания. Понимая объективно невысокую боевую способность корабельного состава ВМС Украины надо договариваться с альянсом о таком дежурстве. Путин пытается растянуть силы НАТО и отвлечь их от Черного и Средиземного морей на Балтику. Наши друзья там обеспокоены активностью россиян на севере, но, на мой взгляд, это демонстрация, призванная отвлечь силы НАТО из Средиземного моря. Это большая военно-политическая игра. У нас нет других вариантов, кроме как играть в нее. И желательно при этом выигрывать.

— Какие меры, симметричные или асимметричные, мы реально можем применить?

— Есть две-три очень важные вещи. Во-первых, нам нужна морская граница в Азовском море. Что делать с договором 2003 года? Денонсировать, приостанавливать, пока отношения с Москвой не наладятся лет так через 100, или что-то еще. Тем более что строительством Керченского моста Россия сама же цинично его нарушила.

— Но пункт о том, что Азовское море является внутренним морем двух стран есть также в «Большом договоре о дружбе».

— Нам нужно было еще в 2014 году пересмотреть весь комплекс документов, которые связывают нас с Россией неразрывными узами. В дальнейшем мы должны проинформировать мир о том, что договор от 2003 года относительно Азовского моря не действует, и поэтому мы, в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву, объявляем 12-метровую зону украинскими территориальными водами и просим учитывать это. Тогда главнокомандующий обязан отдать армии приказ обеспечить охрану границы. Это сложный и объемный вопрос, но это надо делать.

— И у нас есть чем охранять эту границу?

— Я не хочу никого обижать, но думаю, что когда мариупольский отряд морской охраны будет должным образом стимулирован и вспомнит не о рыбе в Азовском море, а о том, что они имели там потери… Мы имеем 18 «вымпелов» — 2 корабля и 16 катеров. Надо, чтобы все они были вооружены, а экипажи — мотивированы защищать свою Родину, а то придет другая отчизна.

Кроме морской границы, нам нужны санкции против России. Я рад, что министр инфраструктуры Владимир Омелян тоже поддерживает идею о том, что против портов РФ на Черном и Азовском морях надо ввести экономические ограничения. Когда он сказал об этом впервые, в российском политикуме сразу началась истерика, потому что все они — бизнесмены, а из Ростова, Таганрога и Ейска через Азовское море идет огромный морской экспортный трафик. Речь идет о зерне, бензине, нефти, сере. Если мир только узнает о том, что Украина собирается подвести их под санкции, то это уже будет очень болезненным ударом по ним, потому что международные партнеры не будут предоставлять им кредитов, не будут продлевать договоров и так далее. Бизнес очень чувствителен к подобным вещам.

Ну и, конечно, нам нужно усиливать свои морские способности. У нас есть морская пехота и она очень хорошо работает на берегу, но моряки должны ходить в море. Думаю, основная задача государства — чтобы у нас были корабли, и чем быстрее, тем лучше.

— Какой должна была бы быть морская политика Украины?

— Я всегда говорю, что Украина — это государство с сухопутным мышлением, хотя у нас, по разным оценкам, около сотни тысяч человек, а то и больше, работают моряками по всему миру. Что такое сухопутное мышление? Когда мы смотрим на морской горизонт — и он нас пугает. А если пройтись по сайтам приморских городов, то видно, что там почти нет морских новостей. Мы должны формировать морское мышления в стране, но это длительный процесс.

— Часто люди не понимают, почему то, что происходит на Азовском или Черном море, важно для них, мол, это далеко от моего, скажем, Ровно. Как жизнь украинцев зависит от морей?

— Я не знаю точных цифр, но знаю, что украинская экономика в целом зависит от экспорта зерна, подсолнечного масла и продукции металлургии. И весь этот экспорт — это море. Сейчас потеря морского экспорта — это огромный кризис в экономике нашего государства. Морские перевозки и их защита — это вопрос защиты национальной безопасности. Государство, главнокомандующий, вооруженные силы, спецслужбы должны заниматься этим в первую очередь.

— О жизни в Крыму: в мировой прессе образ оккупированного полуострова изображается примерно как захваченный пляж, где нарушают права человека. Можно ли считать такую картину исчерпывающей?

— Именно из Крыма сейчас исходит угроза всей Европе и восточному Средиземноморью. Крым и Сирия — это уже неразрывная связь, и она еще больше усилится после полного ввода в эксплуатацию Керченского моста. Уже четыре года из Крыма в Сирию поставляют зерно и военную технику. Когда же заработает железнодорожная часть моста, я уверен, что весь сирийский транзит передадут Крыму, потому что порт Новороссийск очень не хочет попасть в сирийский список американских санкций. Европе потребуется время, чтобы понять, что Крым — это сверхмощная военная база, которая не имеет аналогов в Европе. Оттуда можно накрыть, например, Лондон и Средиземноморье вплоть до Испании.

— Что там есть?

— Там есть все: несколько видов крылатых ракет морского, сухопутного и воздушного базирования. Все они могут нести ядерные боеголовки и прошли испытания в сирийской войне. Новые корабли, подводные лодки, малые ракетные корабли с ракетами «Калибр» уже знают вкус крови — они стреляли тем же «Калибром» по настоящим целям в Сирии. Когда командир подводной лодки уже не впервые нажимает кнопку «Пуск», то ему по большому счету все равно, где именно находится цель — в Сирии или в Европе. Это войска, которые готовы к войне с кем угодно.

К тому же за время оккупации Крыма Россия начала строить ракетные корветы на двух крымских заводах — в Феодосии и Керчи. Десять последующих ракетных кораблей будут построены именно там. И это еще больше повысит уровень угрозы, которую несет в Крым для всего европейского континента. И в нашей стране, и за ее пределами мы должны говорить о том, что Путин не остановится. Он уже царь, а не президент.

— Кстати, было много разговоров о том, каким будет Владимир Путин во время этой каденции. К какому варианту вы склоняетесь?

— Он будет наступать. У него нет другого выхода — там не все так хорошо с экономикой, поэтому ему нужен внешний фактор, чтобы сплачивать вокруг себя зазомбированное население, которому нужна победа. Сейчас он играет с Трампом, Макроном, Меркель. Когда они наконец поймут это, у Путина не останется другого пути для доминирования в стране и по соседству, кроме ядерной угрозы и кибервойн. Агрессивная сущность путинского режима не изменилась — она лишь будет усиливаться. Поэтому мы можем поздравить себя с тем, что будем жить в крайне нескучные времена.

— Военным базам в Крыму, среди прочего, очень нужна вода. Есть ли риск, что россияне попытаются получить контроль над «волшебной кнопкой» в Каховке силой?

— Думаю, что тема «Новороссии» не ушла, и мы увидим ее или в военном виде, или сначала в политическом — весной, перед выборами-2019. Нужно просчитывать варианты действий и противодействий. Представим, что на выборах в Приазовье и Причерноморье побеждает условная Партия регионов, причем теми методами, к которым они привыкли. Моделируем ситуацию: начинаются схватки между сторонниками «русского мира» и украинскими патриотами, появляются несколько человек в униформе украинской армии и открывают огонь. Вот вам и casus belli.

— То есть история с сухопутным коридором в Крым, о котором распинались россияне в 2014-м не снята с повестки дня?

— Ни в коем случае — ни в Херсонской, ни в Бердянске, ни в Мариуполе, ни даже в Одессе. Надо готовиться к этому. Соответствующие планы должны быть как у силовиков, так и у местных органов самоуправления, чтобы опять не проходить это с чистого листа.

— Как вы относитесь к дискуссии о возможности подачи воды в оккупированный Крым?

— Как человек, который вместе с коллегами очень эффективно эту дискуссию прекратил в течение одной недели. Ни один украинский политик, который начнет рассказывать о восстановлении водоснабжения и торговли с оккупированным Крымом, не может ни часа оставаться в украинской политике, потому что это уже не украинская политика. Это сознательная или неосознанная пятая колонна в чистом виде, и они будут получать от нас все, чего заслуживают.

— Для россиян очень важно получить воду в Крым перед следующим сельскохозяйственным сезоном, и период их потенциальной активности совпадает с нашей предвыборной кампанией…

— Да и в целом Путину нужна Украина. Ему также нужна Молдавия, где скоро состоятся выборы… Несмотря на сезон отпусков, стоит готовиться к тому, что этот год у нас будет очень сложный. Как, в принципе, и следующий, и еще много лет в общем.

— Ситуация с Владимиром Путиным такова, что сначала он пожимает руку Башару Асаду, а потом — Эммануэлю Макрону и Ангеле Меркель. Почему, несмотря на все, он все-таки выигрывает? По крайней мере на европейском континенте.

— Это сложный вопрос. Во-первых, он авторитарный лидер, даже диктатор. Цикл «проблема-решение-выполнение решения» у него занимает очень мало времени. Демократии или, тем более, международные организации вроде НАТО или ЕС, которые состоят почти из трех десятков стран, даже теоретически не могут действовать так быстро. Поэтому диктатор всегда действует более оперативно. Кроме того, за последние десятилетия Путин коррумпировал не только очень много политиков в европейских странах, но и СМИ. Денег у россиян было много, и они их не жалели.

В целом же мне кажется, что за годы относительного благополучия, когда экономики были успешные, а доходы граждан росли, ценности цивилизованного мира, ради которых создавались и НАТО, и ЕС, забылись. Когда мы видим международную политику сегодня, то понимаем, что очень много лидеров государств, которых мы считали сторонниками ценностей, все больше скатываются к Realpolitik, то есть к политике 19 — начала 20 века. Это очень сложный этап, и Путин это понимает. Его элиты и спецслужбы действуют грамотно и последовательно. То есть если они решили дожать Мариуполь и Бердянск, то делать это системно и постепенно. Они дойдут туда, куда мы их пустим.

Если они решили превратить Крым в военную базу и понимают, что крымские татары и активная часть населения является угрозой для этой цели, то просто вытеснят тех, кто им мешает. Мы с крымскими друзьями «шутим»: если к вам еще не пришли, то это означает, что просто не успели, а не забыли. Россия будет наступать на всех возможных фронтах и на Украине, и в Европе, и в мире в целом до тех пор, пока ее не остановят. К сожалению, нам приходится жить в такое время.

— Империя будет экстенсивно расширяться, потому что такова ее природа. Но как долго еще ей будет хватать ресурсов для таких планов и такого темпа? Не пожрет ли она сама себя?

— Думаю, в ближайшие несколько лет рассчитывать на это не стоит. Есть очень большой запас прочности. Мы оцениваем, что экономические санкции, связанные с оккупацией Крыма, обходятся России примерно в 1% ВВП. Это много, но надо больше. Думаю, Украина должна образовать нечто вроде министерства экономической войны, как это сделала Британия в 1940-м году. Оно проанализировало, что есть немецкого на их территориях, и все это арестовало, прекратило торговлю между британскими территориями и гитлеровской Германией и так далее.

Для Украины это сложный вопрос, потому что у нас до сих пор есть большое присутствие российского капитала во всех сферах. Санкции, арест активов — это элемент экономической войны. У нас нет другого выхода — будет или горячая война, или тихая экономическая. Но возможен вариант и обеих. Мы же понимаем, что Украина не сдастся, даже если во время парламентских выборов состоится попытка реванша сил «имени Януковича». Вопрос лишь в одном — на каких рубежах мы останемся.

Украина. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 августа 2018 > № 2699436 Андрей Клименко


Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698754 Илья Озолин

В зоне риска. Кто ответит за срыв сроков строительства

Илья Озолин

генеральный директор СК «Проминстрах»

Переход от долевого строительства к проектному финансированию строительства жилья влечет дополнительные риски, которые в 2018–2020 годах лягут на плечи девелоперов. Одним из средств защиты для выживания в строительном бизнесе могут стать страховые продукты, созданные с учетом начавшихся перемен

С 1 июля 2019 года девелоперы будут не вправе напрямую принимать у физических лиц плату за непостроенное жилье. Под возведение зданий в случае нехватки собственных средств им предлагается использовать заемный капитал. Это не значит, что застройщики окажутся напрочь лишены возможности привлекать финансирование от своих же клиентов. Минстрой, Центробанк и ДОМ.РФ (бывшее АИЖК) разработали схему, по которой покупатели депонируют плату за еще не сданные квадратные метры на эскроу-счета в уполномоченном банке, а девелопер получает эти деньги, лишь когда строительство благополучно завершено. Крупные банки успели сформировать кредитные программы для девелоперов под новые рыночные алгоритмы.

Учитывая, что на конец 2017 года в России до 80% квартир в новостройках продавалось именно по ДДУ (договорам долевого участия), не будет преувеличением сказать, что новшества перевернут рынок. В частности, львиная доля рисков окажется возложена на застройщиков: даже временно разделить бремя ответственности с конечными пользователями им не удастся.

Кредитование под проекты практиковалось в отрасли и раньше, но преимущественно в гибридных схемах: на ранней стадии девелопер брал банковский заем, а продолжал стройку за счет дольщиков. Вскоре оно утвердится как главный механизм финансирования на рынке.

К чему приведут изменения

Масштаб преобразований плохо виден на близкой дистанции. Бесспорно, они радикально изменят ландшафт строительного бизнеса и повлияют на поведение конечных покупателей-физлиц.

К ускоренной смене порядков в отрасли имелись серьезные предпосылки: достаточно того факта, что за год (на май 2018 года) величина площадей недостроенного жилья, по которым дольщики вправе требовать страхового возмещения, увеличилась почти в четыре раза. В соответствии с теми целями, которыми руководствовались власти при принятии поправок к 214-ФЗ, рынок действительно должен стать прозрачнее. С него вынужденно уйдут многие недобросовестные игроки, а также те, чей бизнес откровенно хромает. Чтобы продолжать вести дела по новым правилам, девелопер должен будет доказывать свою коммерческую устойчивость. Даже разрешения на строительство ему не добиться, если на счету у него не наберется собственных средств как минимум в размере 10% от планируемой стоимости объекта. А само банковское сопровождение сделок по покупке жилья с участием физлиц начиная с 1 июля 2018 года является обязательным.

Как следствие, многократно усилится влияние банков на отрасль. При работе по схеме проектного финансирования им предписывается осуществлять строжайший мониторинг средств на счету застройщика. Да и кредитоваться девелоперы станут гораздо чаще, притом что проценты по таким займам остаются сравнительно высокими, от 14–15% годовых. Потолок ставок экономическими регуляторами не установлен, во всяком случае пока. Впрочем, в декабре 2017 года министр строительства Михаил Мень заявлял, что в рамках проектного финансирования ему видится разумной ставка не более 2–3%.

По всем признакам долговая нагрузка на девелоперов возрастет. А средняя маржинальность их бизнеса скорее всего упадет с увеличением издержек. В отрасли сильны пессимистические настроения: оставаться в ней на плаву вероятнее всего станет труднее, а тем, кто не готов меняться, вдвойне.

Предположительно, объем вводимого в эксплуатацию жилья уменьшится, по крайней мере на первой стадии после окончательного внедрения новых законодательных норм. Отсюда вероятное повышение средней стоимости квадратного метра в новостройках, пусть и при снижении рисков для конечного покупателя. Хотя не все эксперты считают, что для частных лиц сделки по покупке жилья через эскроу-счета станут безопаснее.

С другой стороны, сжатие конкурентного поля, не в последнюю очередь благодаря уходу с рынка неблагонадежных игроков, возможно, отчасти компенсирует рост цен на первичном рынке недвижимости. Вдобавок застройщики могут освоить альтернативные, более выгодные для них модели финансирования, например, из закрытых паевых инвестиционных фондов: «дорожная карта по поэтапному замещению средств граждан банковским кредитованием и иными формами финансирования» предусматривает пространство для интерпретации формулировки «иные формы финансирования». Наконец, на сегмент ипотечного кредитования все эти пертурбации едва ли окажут ощутимое влияние.

Если цены на новостройки взлетят, не исключено, что спрос на них снизится и часть потенциальных покупателей предпочтет выбирать жилье на вторичном рынке. Особенно это касается тех, кто рассматривает приобретение квартиры как способ инвестировать или сохранить сбережения.

Общий «вес» рисков на рынке, похоже, в ближайшие годы разительно не снизится, но перераспределится в сторону большей неопределенности в положении застройщиков. У них быстро сформируется потребность на системной основе обезопасить себя от превратностей в новых условиях. Поэтому уже в ближне- и среднесрочной перспективе заметно возрастет роль страхования рисков при строительстве: девелоперам предстоит держать ответ не перед дольщиками, а перед кредитными организациями и регулирующими органами. И вне всякого сомнения рынку понадобятся новые страховые продукты для того, чтобы эти риски контролировать.

Страхование застройщиков

В российском девелопменте распространены главным образом два вида страхования: страхование ответственности застройщиков за неисполнение обязательств перед дольщиками и страхование ответственности подрядчиков за причинение вреда третьим лицам.

Раньше пул таких услуг был шире. Комплексное страхование строительно-монтажных рисков (СМР) активно практиковалось с конца 1990-х вплоть до 2014 года, когда расходы на страхование были вычеркнуты из государственных сметных нормативов. А 80% рынка СМР, величина которого измерялась десятками миллиардов рублей, приходилось как раз на строительные объекты, финансировавшиеся из госбюджета.

Тем временем на территории Евросоюза нормой является страхование самого широкого круга рисков девелоперов, начиная с банкротства и срыва сроков строительства и заканчивая обнаружением скрытых дефектов и ущербом, нанесенным третьим лицам в результате производства, строительных и монтажных работ. Усиление регуляторики в российском строительном бизнесе неуклонно ведет именно к тому, что он будет меняться с учетом мирового опыта, в том числе с точки зрения страховой защиты.

В свете замены в России ДДУ на проектное финансирование стоит уделить особое внимание тому, как реализовано страхование рисков скрытых недостатков и дефектов при строительстве в других странах (например, в Великобритании и Франции, где оно является обязательным). Хотя бы потому, что риски эти входят в число наименее предсказуемых и в условиях «правовой турбулентности» способны стать той соломинкой, которая переломит хребет российскому девелоперу, и без того отягощенному гнетом новообразованной ответственности.

Под страхование названной категории подпадают риски, которые были обусловлены рядом действий (использованием некачественных стройматериалов, ошибками или халатностью в процессе проектирования здания либо во время строительных работ), которые не поддавались обнаружению, когда объект сдавали в эксплуатацию, но вскрылись впоследствии. Полисы по этой страховой услуге выдаются на длительный срок, как правило на 10 или 12 лет. Они предусматривают компенсацию затрат на ремонт или восстановление здания при нахождении оговоренных дефектов на протяжении всего срока действия полиса. Подобная страховка оформляется на строящееся или недавно возведенное здание, а получить ее может как владелец самого здания или отдельного помещения (квартиры) в нем, так и, например, арендатор или строительная компания.

Объемы рынка страхования строителей

Согласно подсчетам экспертов, потенциальная емкость российского рынка страхования ответственности застройщиков за скрытые дефекты в 2018–2019 годах исчисляется суммой 4–8 млрд рублей в год. И как ни удивительно, даже в плане норм внутренних, принятых между игроками отрасли, он до сих пор выглядит как чистое поле — при таких-то объемах.

Помочь рынку встать на новые рельсы могли бы правила страхования риска скрытых недостатков и дефектов при строительстве. Специалисты, которые разработали их, постарались одновременно взять лучшее из мировой практики в этой области и учесть, какие механизмы страхования работают и будут работать в российском строительстве и как они стыкуются с правовой системой РФ.

Упомянутые правила дают образец собственно механизмов страхования и очерчивают сферу их применения, что крайне важно в текущих обстоятельствах, с учетом наличия огромного «люфта» между законодательной базой и деловой практикой. Наряду с прочим оговаривается, что к строительству, помимо возведения жилых зданий, относятся:

• реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов);

• капитальный ремонт объектов капитального строительств (также за исключением линейных объектов);

• инженерные изыскания;

• реновация жилого фонда;

• архитектурно-строительное проектирование.

В документе также подробно определяются и дифференцируются понятия «скрытые недостатки», «дефекты», «критический дефект инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительно-монтажных работ», «критический дефект строительных конструкций и изделий» и т. д., описываются условия страховых выплат и их размеры, обозначаются возможности страхования таких рисков более чем в одной компании.

В первую очередь, по оценке экспертов, страхование риска скрытых недостатков и дефектов актуально сегодня применительно к строительству жилых домов китайскими компаниями: оно обеспечит дополнительные гарантии как заказчикам строительства, так и собственникам помещений, не только жилых. Курс на привлечение девелоперов из КНР к строительству доступного жилья на территории России был взят еще в 2014 году, и их активность на рынке обещает усилиться.

Если страхование риска скрытых недостатков и дефектов в России удастся сделать нормой для отрасли, это позволит наилучшим образом защищать в равной мере интересы участников строительного бизнеса и их конечных клиентов — будущих собственников жилья.

Россия > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698754 Илья Озолин


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698753 Эдгар Карапетян

Растущая ставка. Почему от повышения НДС строительный рынок только выиграет

Эдгар Карапетян

генеральный директор ООО «СТРОЙБИЗНЕСГРУППА»

В конце прошлой недели Россия прошла точку невозврата. С 1 января 2019 года президент России утвердил повышение ставки НДС с 18% до 20%. Эксперты тут же предрекли сокрушительные удары не только по кошелькам россиян, но и по целым отраслям экономики. В их числе ретейл, промышленность и строительство

Можно согласиться с тем, что повышение налога способно повлиять на увеличение стоимости товаров и услуг, но, по существу, эти разговоры в пользу бедных. Потому что вместе с законом об НДС было принято снижение величины совокупного страхового взноса с текущих 34% до 30%, которое позволит снизить себестоимость тех же строительных работ.

К тому же гораздо больше покупатели недвижимости страдают от самих игроков рынка, неумело выстраивающих бизнес-процессы и перекладывающих все убытки от неэффективного управления на плечи потребителей.

В России бизнес любит жаловаться на налоговую нагрузку, однако реально она не столь велика, как кажется, — совокупно около 40% от дохода. В той же Германии отдают около 50%, а во Франции и вовсе почти 60%. Такая же история и с НДС. Наиболее высокие ставки установлены в скандинавских странах. Например, в Швеции он составляет 25%.

В среднем же по Европе НДС варьируется от 20% до 22%. К примеру, во Франции и Великобритании — 20%, Нидерландах — 21%, Испании — 22%, что, как ни парадоксально, не мешает 7 из 10 строительных компаний, по данным Construction Global, входить в десятку лучших по всему миру по объему прибыли каждый год.

Уменьшают издержки они, не как принято у нас: с помощью ухудшенного сырья, дешевой рабочей силы и серых финансовых схем, а за счет ликвидации потерь в бизнес-процессах, отнимающих ресурсы компании куда больше, чем фискальная нагрузка.

Вернуться к истокам

Впервые этот подход во всей красе сработал в конце 1960-х годов, когда японский концерн Toyota буквально разнес автопроизводителей США.

Даже с учетом логистики и таможенных пошлин малолитражки из Японии стоили ниже почти на $1500, при этом и качество превосходило американские аналоги.

Как ни пыталось лобби, «задушить» концерн 30%-ной пошлиной, Toyota только усиливала позиции, умудрялась все быстрее изготавливать миллионы автомобилей и реализовывать по индивидуальным заказам. Имя этому подходу — бережливое производство.

Сама по себе модель построена на том, чтобы выжать максимум пользы из имеющихся ресурсов компании, а также искоренить в производственной цепочке процессы, которые снижают скорость поступления дохода в компанию, а также высасывают поступившую в распоряжение прибыль.

Например, к числу таких можно отнести недельный простой на стройке из-за того, что к нужному времени не поставлен бетон для монолитных работ, или отвалившаяся черепица из-за того, что рабочими нарушена технология при ее монтаже.

Первоначально этот подход активно тиражировался в автопроме, однако со временем показал свою эффективность и в строительстве.

По данным исследования агентства McGraw Hill Construction, 84% строительных компаний, освоивших инструменты бережливого производства, улучшили качество, сократив брак и ошибки во время строительных работ, 80% отмечают рост удовлетворенности клиентов, 77% — повышение безопасности на стройке и 74% — увеличение скорости работ.

Одним из кейсов, подтверждающим действенность бережливого подхода, является строительство крупного терминала в лондонском аэропорту Хитроу.

Несмотря на площадь около 350 000 кв. м и колоссальный объем работ, открытие объекта произошло на три дня раньше запланированной даты, а затраты не превысили оговоренного бюджета.

А как на постсоветском пространстве?

На российском строительном рынке, да и в СНГ почти не используются инструменты бережливости, однако успешные примеры все же есть.

Один из них — лидер казахского рынка строительства жилой недвижимости. В этом году мне довелось посетить эту компанию лично, и я был ошеломлен уровнем эстетики и гигиены на площадке, организованности труда и учебного центра, через который они транслируют стандарты работы на объектах.

Инструменты бережливого строительства используются и при строительстве коммерческой и промышленной недвижимости. За полгода они позволяют на 30% увеличить скорость всех видов работ, а также проектировать и строить качественно с первого раза. Помогает в этом стандартизация процессов.

Чтобы исключить брак на площадке, каждому строителю в начале рабочего дня выдается пошаговая инструкция с правильной технологией монтажа металлоконструкций, сэндвич-панелей, кровли, которой он и руководствуется.

Стандарты используются и для поддержания безопасности и гигиены на стройке. Это позволяет не только превентивно исключать случаи травматизма, но и делает площадку комфортной для сотрудников, потенциальных клиентов и гостей.

Как и кризис, дополнительная нагрузка всегда очищает от тех, кто работает неэффективно и без должного внимания к клиенту. И думается, что заказчики от этого только выиграют. Помимо цены строительным компаниям придется усиливать ценность предложения чем-то еще.

И это «еще» способны дать обкатанные мировыми компаниями инструменты «бережливости». Остается вопрос, сумеют ли игроки рассмотреть в налоговых нагрузках точку роста собственной компании и отрасли в целом?

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698753 Эдгар Карапетян


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698751 Владислав Иноземцев

Пришли за Путиным. Чем грозят Кремлю новые санкции США

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

Подготовленный шестью американскими сенаторами пакет ограничительных мер может не только ввести запрет на операции с российским внешним долгом, но и внести Россию в список стран-спонсоров терроризма

В конце прошлой недели случилось давно ожидаемое событие: шесть американских сенаторов, представляющих обе основные партии страны, внесли на рассмотрение Конгресса США законопроект, грозящий России существенными новыми санкциями. Речь идет о так называемом «Акте по защите американской безопасности от агрессии Кремля от 2018 года» (Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018).

Это уже шестой законопроект, вносимый конгрессменами с целью «наказать» Россию, с момента саммита президентов Владимира Путина и Дональда Трампа в Хельсинки, который, судя по всему, стал самой неудачной по своим последствиям встречей американского и советского/российского лидеров за последние полвека. Судя по всему, документ будет принят довольно быстро и с минимальными изменениями, хотя не приходится сомневаться, что лоббисты в Вашингтоне соберут богатый урожай гонораров, пытаясь отстоять интересы ряда российских граждан, компаний и целых отраслей российской экономики перед финальным голосованием.

Прежде чем анализировать отдельные положения законопроекта, хочется сказать несколько слов об общей обстановке, сложившейся в американском политическом истеблишменте. Особого внимания, на мой взгляд, заслуживают сегодня два тренда. С одной стороны, это обстоятельства, так или иначе завязанные на политическую ситуацию в США накануне промежуточных выборов в Конгресс. В контексте этих выборов все политики и партии, которые категорически не приемлют президента Трампа по политическим, идеологическим или личным соображениям, в максимальной степени стремятся эксплуатировать тему его «пророссийских» симпатий, связей и интересов. И тут Россия выступает не столько противником, сколько раздражителем, которого нужно представить «другом твоего врага», чтобы добиться победы. Иначе говоря, Москва, которая еще в 2016 году продемонстрировала поддержку и уважение к новому американскому президенту, стала заложником его раздражающей многих американцев политики.

С другой стороны, это глубокое непонимание (если использовать самую мягкую формулировку) американцами того, почему в России не могут одуматься и изменить свою политику вмешательства в дела Соединенных Штатов. Сегодня факт использования социальных сетей для влияния на избирателей выглядит почти доказанным. Трамп 5 августа вынужден был признаться, что его сын встречался с российским адвокатом Натальей Весельницкой летом 2016 году для вероятного получения компромата на Хиллари Клинтон. Ну а дело российской гражданки Марии Бутиной, арестованной в США по обвинению в работе иностранным агентом без регистрации, только добавляет интриги. Вероятнее всего, никакого реального эффекта на политические настроения все эти усилия не имели, но фон остается прежним: всех в Вашингтоне интересует, что нужно предпринять в отношении этих русских, чтобы они, наконец, «отвяли».

Оба фактора настолько серьезны, что нового пакета санкционных законов в ближайшее время не избежать. В этот набор кроме уже отмеченного акта DASKAA входят также законопроекты, направленные против нового газопровода «Северный поток — 2»; требующие большего контроля за исполнением «Акта Магнитского»; предполагающие наказать российские банки, обслуживающие частные лица и организации, вовлеченные в агрессию России против Украины; вводящие штрафы в отношении американских компаний, потворствующих российским ограничениям свободы слова, и относительно безобидный на столь зловещем фоне закон, требующий совершенствования инфраструктуры по проведению американских выборов.

Президент Трамп, судя по всему, самоустранится от борьбы вокруг предлагаемых мер так же, как он сделал это в отношении закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA). И опять-таки по той простой причине, что для Белого дома пользы от хороших отношений с Россией почти никакой, а негативных последствий от попытки их выстроить хоть отбавляй.

Интереснее всего, однако, стала реакция российских CМИ на ожидаемое принятие новых американских санкционных законов. Мне кажется, что либо многие авторы комментариев не читали проекты документов, либо они по какой-то причине категорически не хотят обращать внимание на наиболее болезненные из предлагаемых мер. Прежде всего российские эксперты отмечают ограничения в сфере энергетических проектов (начиная от проекта «Северный поток — 2» и кончая предлагаемым запретом на импорт российского урана в США), требования обеспечить большую прозрачность в отношении сделок по покупке американских активов, в том числе дорогой недвижимости, в случае если подозревается их заключение в интересах россиян, а также санкции против российских компаний, имеющих возможности для вредоносных действий в информационных сетях и киберпространстве, и, разумеется, возможный запрет на операции с российским внешним долгом.

Особенное внимание обращается на последнее обстоятельство: его уже прокомментировали официальные лица в ЦБ и Минфине России, а многие экономисты задались вопросом о том, из каких источников правительство будет рефинансировать свои обязательства (среди них называются, к примеру, российские негосударственные пенсионные фонды).

Однако, на мой взгляд, DASKAA может иметь совершенно иные последствия, так как критически важными в нем мне показались вовсе не разбираемые пункты, а смена тональности в отношении России. Она проявилась в двух моментах.

С одной стороны, это многочисленные упоминания президента России Владимира Путина и контекст, в котором они встречаются. Если в законе CAATSA глава российского государства упоминался всего три раза, и то довольно вскользь, то даже в представлении нового законодательства на сайтах внесших его сенаторов он упоминается в пяти из шести комментариев. В них говорится о «противостоянии Путину» или «путинской России». Одной из мер предлагается сделать «новые санкции» в отношении физических лиц (политиков, олигархов, и прочих граждан) «прямо или косвенно способствующих нелегальной или коррупционной активности, предпринимаемой согласно указаниям Владимира Путина». К этому добавляется требование представить «доклад о состоянии и активах Владимира Путина».

Такие формулировки, на мой взгляд, не стоит списывать на желание сенаторов «набить себе цену». По всей видимости, в Вашингтоне пришли к выводу, что невозможно и дальше усиливать санкции против «окружения Путина», делая вид, что сам президент не вовлечен ни в какие сомнительные операции. Если именно эти формулировки окажутся в окончательном тексте закона и если его требования начнут исполняться, последствия сложно будет переоценить. Два с половиной года назад замминистра финансов США Адам Шубин, ответственный за борьбу с отмыванием денег и финансированием терроризма, заявил в программе «Панорама» на BBC, что президент Путин коррумпирован и правительству США известно об этом уже «много, много лет». Обнародование соответствующих данных (даже если они будут объявлены бездоказательными) могут стать, на мой взгляд, не меньшим ударом по России, чем запрет на операции с госдолгом.

С другой стороны, это содержащееся в проекте закона требование к госсекретарю США представить аргументированное суждение о том, соответствует ли Российская Федерация критериям, по которым она может быть названа государством-спонсором терроризма. Сегодня, напомню, в этом списке состоят всего четыре страны — Иран, Сирия, Судан и Северная Корея. В былые годы к ним добавлялись Ирак, Куба, Южный Йемен и Ливия.

Если закон будет принят именно в такой формулировке, то Госдепу будет сложно найти причины, чтобы отказать Конгрессу и не включить Россию в этот список. В этом случае наверняка американские власти не рискнут усомниться в «причастности» Москвы к уничтожению малайзийского самолета МН-17 (по аналогии со взрывом Boeing 747 авиакомпании PanAm в 1988 году, вину за который вменили властям Ливии), не счесть «российскую агрессию» против Украины менее очевидной, чем вторжение Ирака в Кувейт в 1990 году, не признать распространение российских наемников по всему весьма схожим с умножением точек присутствия кубинских «добровольцев» в 1970-е годы, и не вспомнить о гибели Зелимхана Яндарбиева в Катаре, Сулима Ямадаева в Дубае и Сергея Литвиненко в Лондоне (о покушения на Сергея Скрипаля в Англии я и не говорю).

В случае попадания России в список стран-спонсоров терроризма проблемы государственного долга окажутся далеко не самыми важными, ведь станут возможны куда более серьезные финансовые меры вплоть до ограничения любых международных транзакций для банков с госучастием. А за покупками россиянами недвижимости и активов в США можно будет даже не следить — прокламация 9645 к указу президента США за №13 780 замораживает все выданные гражданам стран-спонсоров терроризма визы и прекращает прием от них иммиграционных заявок.

Таким образом, новая инициатива американских законодателей является гораздо более глубокой, чем просто жесткий ответ на какие-то недружественные действия России в адрес Соединенных Штатов или их союзников. Если бы это было так, то стоило бы, как это и делают сейчас в России, оценить потенциальный масштаб экономического ущерба и искать варианты его минимизации. Но скорее всего, в Вашингтоне убедились, что методы, позволяющие договориться с Москвой о чем бы то ни было, исчерпаны. И попытки достичь таких договоренностей слишком дорого обходятся любому политику. Это означает не только то, что санкции против России будут вечными. Но и то, что санкционная «удавка» будет затягиваться со все возрастающей быстротой. И нам остается только наблюдать, чем закончится эта неравная и, что самое важное, бессмысленная борьба нынешней и бывшей сверхдержав.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 8 августа 2018 > № 2698751 Владислав Иноземцев


Грузия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 8 августа 2018 > № 2696648 Нино Бурджанадзе

Нино Бурджанадзе о войне 8 августа 2008, России, Абхазии и Южной Осетии

Интервью ИА REGNUM

ИА REGNUM : Десятая годовщина войны — это шанс взвесить и оценить прошлое, чтобы определить дальнейший путь. Какие уроки могут извлечь обе стороны из случившегося?

Это годовщина колоссальной трагедии не только для людей, которые непосредственно пострадали, но и для моей страны в целом и также для России. Главное для нас сейчас — научиться смотреть в будущее, а не концентрироваться на обидах прошлого. Я уверена, что между нами существует такая широкая основа для взаимодействия, полезного для обеих сторон, что мы сумеем выработать платформу для добрососедских отношений. Мы должны помнить прошлое, конечно. Да, это была трагическая и преступная ошибка Саакашвили. И это произошло, среди прочего, по причине отсутствия тогда конструктивного диалога между Грузией и Россией. Я также вынуждена отметить, что российское признание Абхазии и Южной Осетии вследствие войны только осложнило ситуацию. Но это не отменяет необходимости в открытом и доброжелательном обмене мнениями в поисках решения, устраивающего все стороны. И это не только грузинский интерес, но и российский. Стабильная и нераздробленная Грузия как стабилизирующая сила на Кавказе может в перспективе быть важным партнером для России.

ИА REGNUM : На протяжении долгих лет, вплоть до самой войны, Россия признавала территориальную целостность Грузии и готова была содействовать образованию конфедерации в рамках грузинского государства. Что мешало в те годы решить вопрос беженцев и территориальной целостности?

Да, Россия признавала тогда нашу территориальную целостность. Однако отношения не были выведены на должный уровень доверия и взаимодействия. Поэтому и проблемы сепаратизма не были устранены совместно. В то время уже начались разговоры в грузинском руководстве о возможности вступления в НАТО, а это не могло не тревожить Москву. Тогда в России укрепились те, кто хотел видеть ситуацию замороженной и так помешать Грузии вступить в Североатлантический альянс. Грузия упустила в то время возможность решить все территориальные проблемы. Ошибки были допущены с обеих сторон, но я считаю, что подлинно нравственная позиция требует подчёркнуто объективной самокритики. Поэтому больше говорю о наших ошибках.

ИА REGNUM : Вы ратуете за добрососедские отношения между Грузией и Россией. Вы также знаете о множестве образовавшихся препон и предубеждений с обеих сторон. Как Вам видится возможное продвижение к дружеским отношениям на государственном уровне?

За время нашего конфликта возникли препоны и барьеры, возникли психологические стереотипы у части людей. В Грузии молодежь была подвержена активной антироссийской пропаганде. А мы говорим о тех, у кого не было старого опыта добрых отношений. В России одно время тоже велась жесткая антигрузинская пропаганда. Помню, как был опубликован один опрос общественного мнения, в котором Грузия заняла первое место как враг России, опередив США.

Тем не менее я могу лично засвидетельствовать, что в высших эшелонах российского руководства сегодня есть готовность к дружественному диалогу. Более того, в России существует понимание, что сильная и неделимая Грузия может стать партнером и добрым соседом. Но для этого нужен серьёзный и открытый диалог между грузинским и российским руководством. Без этого никакого сдвига быть не может.

ИА REGNUM : Даже российские сторонники присоединения Абхазии и Южной Осетии к Грузии говорят об этом лишь в контексте общего возвращения Грузии в сферу влияния России? Что бы ответили этим людям?

Надо вести открытый и честный диалог с учетом наболевшего в прошлом и желаемого в будущем. Я не могу решать за Россию, какую политику ей проводить. Но я знаю, что в России у Грузии есть громадная поддержка и любовь в самых разных слоях общества. Могу вам сказать, что в Грузии тоже множество людей стремятся к дружбе и союзничеству с Россией. Российским политикам я предлагаю диалог на основе общей истории и культуры, учитывая интересы каждой стороны. Такой же диалог требуем и с абхазцами и осетинами. Мое отношение к России известно. Да, я хочу видеть независимую и процветающую Грузию. Наше культурное и историческое наследие, а также географическое расположение указывает на то, что сближение с Россией исторически оправдано и естественно.

Что касается сферы влияния или зоны интересов, то такой подход мне кажется неконструктивным. Вместо этого лучше говорить о конкретных совместных делах, о сферах взаимодействия. При доброжелательном настрое и совместных проектах можно выработать такой модус взаимоотношений, при котором обе стороны будут в выигрыше.

ИА REGNUM : И в Абхазии, и в Южной Осетии живёт значительное число этнических грузин. Считается, что их этнические права в Абхазии и Южной Осетии защищены лучше, чем этнические права абхазов и осетин в Грузии. Так ли это?

Это очень хороший вопрос. Вы говорите, что так считается в России. Давайте разберемся.

В Абхазии грузины были большинством до 1993 года. Около трехсот тысяч грузин было насильственно выселено, а позже приблизительно пятьдесят тысяч вернулись в Гальский район и только туда. Я советую вам посетить Гальский район и изучить ситуацию.

Более двухсот тысяч людей были насильственно изгнаны. Их дома и их имущество попали в руки жителей Абхазии. Грузинские беженцы не только не могут вернуть имущество и вернуться в родные места, чтобы жить там, но этим людям не дают возможности въезжать в Абхазию и посещать могилы своих предков.

В августе 2008 года 16 тысяч грузин бежали в ходе войны в ЮО. Вскоре после окончания военных действий их дома были взорваны. Им закрыт путь домой. Я открыто и громогласно осуждала и осуждаю действия Саакашвили и его правительства. Его надо судить за это. Но скажите мне, разве взрыв домов мирных грузинских граждан не преступление???

Грузия сегодня многонациональная страна. Азербайджанцы, русские, армяне, осетины, курды и евреи являются неотъемлемой частью нашего пейзажа. Неспроста вы не услышите никаких жалоб на Грузию в этом аспекте. Наоборот, она может быть примером другим.

Сказав это, я непременно добавлю, что в самом начале девяностых многие люди других национальностей покинули Грузию. У нас шла гражданская война, по сути. Еще с конца восьмидесятых у нас были постыдные проявления националистического угара, несомненно. Как часть общей атмосферы гражданского противостояния. Не было насильственного выселения, но люди покидали Грузию. Только вы забываете, что огромное количество грузин также уехало тогда. Так что речь идет о национальном конфликте в самых малых масштабах. Причины отъезда были другие.

Отмечу, что никто не присваивал себе дома уехавших, никто не взрывал их. И очень многие вернулись. Кто вернулся жить, а кто — реализовал свое право на недвижимость.

Но не это главное. В нашей истории последних тридцати лет много трагических страниц. Я стремлюсь к тому, чтобы вернуться к дружеским отношениям. Как мы это все хорошо умеем.

ИА REGNUM : Большое, если не большее, число грузинских беженцев из Абхазии давно живёт в России. Это значит, что они не воспринимают Россию как своего врага и уже натурализовались как граждане России. Каковы юридические основания для Грузии представлять их интересы, если их воля никак и никем публично не изучалась и не была выявлена?

Я не только не воспринимаю Россию как врага, но сама вижу в ней будущего партнера и друга. Что касается беженцев, то это граждане Грузии, бежавшие с территории своей страны. Грузия везде признана в границах референдума марта 1991 года. Таким образом, мы несем ответственность за этих людей.

Странно слышать этот вопрос от россиянина. Вы ведь делаете так много для «русского мира». И речь идет не о ваших гражданах. А тут грузины, которым не разрешают вернуться домой и даже посещать могилы предков.

ИА REGNUM : Грузия давно уже отменила визовый режим с Россией, но Москва воздерживается от этого до сих пор. Что можно предпринять, чтобы Россия пошла навстречу жителям Грузии, любящим Россию и стремящимся посещать её больше?

Если говорить откровенно, то мне порой кажется, что у России нет ясной политики по отношению к Грузии. Конечно, у Москвы есть проблемы более срочные и более существенные для неё. Но почему бы не начать с простых гуманитарных вопросов? Например, отмена визового режима. Такой шаг со стороны России будет воспринят в Грузии приветственно и благодарственно.

Это было бы не только важным гуманитарным решением, но и манифестацией доброй воли по отношению к народу Грузии. Да, грузинское руководство сегодня не делает ничего для достижения прогресса в наших отношениях. А ваши возможные проявления доброй воли также помогут таким людям, как я, в Грузии, чтобы продвигать идею добрых отношений с Россией.

ИА REGNUM : Какие общие стратегические интересы Вы видите у России и Грузии и в чем основные противоречия?

Российско-грузинские стратегические интересы обширны. Во-первых, нам обоим жизненно важны мир и стабильность на Кавказе. Кроме того, недопущение терроризма — это общая стратегическая задача. Грузия может играть тут важную роль.

При этом надо признать, что Россия обеспокоена возможностью появления возле своей южной границы войск НАТО. К сожалению, нынешнее руководство Грузии не отказалось покамест от этой идеи.

Возникает абсурдная ситуация. Сторонники НАТО дают согласие, по сути, на расчленение Грузии. На одной ее части ведь будут размещены российские войска, а на другой — войска НАТО. Как вы знаете, я категорически противлюсь вступлению в НАТО и ратую за внеблоковый статус Грузии.

ИА REGNUM : Президент Дональд Трамп демонстрирует куда более конструктивное отношение к России, чем его предшественники. Как это видится из Грузии?

Мы внимательно следим за действиями американской администрации и будем приветствовать любой шаг американского президента, который позволит улучшить отношения с Россией. Пришло время положить конец нелепой холодной войне последних лет. Я уверена, что Грузия может стать плацдармом для позитивного взаимодействия Москвы и Вашингтона. Движение в направлении улучшения американо-российских отношений скажется на Грузии позитивно.

ИА REGNUM : Когда же вернется грузинское посольство в Москву?

Это очень важный вопрос. Я с самого начала была противником разрыва отношений. Понятно, что сейчас это осложняется признанием Москвой Абхазии и Южной Осетии. К сожалению, Саакашвили разорвал в своё время отношения с Россией, вопреки моей позиции, как вы знаете. Это ещё один ошибочный и сумасбродный шаг с его стороны, который вписывается в цепочку его просчетов и преступлений. Я не предвижу сдвига в этом вопросе в скорейшем будущем. Но это станет возможным и естественным, если Россия поспособствует мирным переговорам и мирному решению проблемы Абхазии и Южной Осетии с учётом интересов всех сторон.

Сейчас очень важно, чтобы в Грузии укрепились позиции тех людей, которые вынесли необходимые уроки из прошлого и смотрят в будущее оптимистично и благонастроенно. Нам нужны руководители, которые будут открыты к переговорам и конструктивному диалогу с Россией. По сути, нам нужны у власти настоящие патриоты Грузии. Такие люди непременно поймут, что нашей стране нужны добрососедские отношения с Россией.

 Авигдор Эскин

Грузия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 8 августа 2018 > № 2696648 Нино Бурджанадзе


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2696106 Сергей Стоянов

Экспорт украинской продовольственной пшеницы в этом сезоне будет мягко ограничен — мнение

В Украине в нынешнем зерновом сезоне все равно будут определенные экспортные ограничения, чтобы не оставить страну без продовольственной пшеницы. Скорее, это будут очень мягкие ограничения, «soft limits».

Такое мнение в комментарии к материалу Latifundist.com высказал директор по внешним связям компании Allseeds Black Sea Сергей Стоянов.

«Неизвестно достоверно, сколько там из ранее озвученных «13 млн тонн продоволки» настоящей продовольственной пшеницы, по классам. Такой настоящей «продоволкой» для наших мукомольных стандартов и культуры потребления хлеба является 2-й класс, и в качестве «ухудшителя» к нему 3-й класс, но никак не 4 и 5 классы пшеницы, из муки из которых можно испечь только лаваш или формовой хлеб-кирпичик», — говорит Сергей Стоянов.

Он уточнил, что в противовес этим консервативным рассуждениям имеются и оптимистические: непродовольственная и/или условно продовольственная пшеница через месяц-два послеуборочного дозревания может стать настоящей продовольственной.

Но никто не знает сколько будет такого, дозревшего до продовольственного стандарта, зерна.

«Переходя к вожделенному Меморандуму, которым определятся цифры зернового экспорта из Украины, не сомневаюсь, что будет достигнут разумный консенсус между Государством в лице полномочных должностных лиц МинАПП и рынком, представленным сонмом общественных организаций. Не хотелось бы оказывать на этот процесс малейшее давление, называя конкретные цифры. Пусть стороны Меморандума поработают над ними, но, думаю, они разочаруют скептиков», — сказал Сергей Стоянов.

Latifundist.com

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2696106 Сергей Стоянов


Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696003 Эдуард Кокойты

Эдуард Кокойты: встреча со мной стала бы для Саакашвили последней в жизни

Эдуард Кокойты был во время конфликта 2008 года президентом Южной Осетии, располагал всей полнотой информации о трагических событиях тех дней. В интервью РИА Новости он рассказал, как начиналась "пятидневная война", кого он считает ответственным за ее развязывание, о своем отношении к Михаилу Саакашвили, признании Россией независимости республики, а также о своих политических планах.

— Эдуард Джабеевич, расскажите, пожалуйста, про события ночи с седьмого на восьмое августа 2008 года?

— Говорят, что время лечит. Интересно было бы найти то лекарство, которое бы нас излечило от боли, которую нам нанесли наши соседи. Хотел бы выразить слова поддержки всем гражданам нашей республики, всем семьям, которые потеряли своих родных. Это борьба нашего народа за независимость, поэтому мы всегда будем помнить этих людей. Что касается событий августа 2008 года, то мы делали все для того, чтобы не было этой войны. Я имею в виду согласованные действия руководства Южной Осетии, Абхазии и РФ.

Обострение ситуации началось с приходом к власти Михаила Саакашвили и активизацией США, ЕС и других стран НАТО на территории Грузии. Говоря о событиях 2008 года, нужно помнить и том, что США, ЕС и страны НАТО, которые поддерживали и вооружали Грузию, несут такую же ответственность, как и Грузия.

— Вы принимали непосредственное участие в отражении агрессии. Расскажите, как развивались события?

— Мы отслеживали ситуацию. Грузинская сторона постоянно нагнетала обстановку в течение нескольких месяцев перед войной. Более агрессивно начали вести себя грузинские миротворцы, уже не выполняя свои непосредственные обязанности. Под предлогом частых ротаций грузинских миротворцев они натаскивали все новые и новые подразделения в зоне предполагаемых боевых действий. Грузинская сторона всячески пыталась выйти из Дагомысских соглашений и пыталась спровоцировать ситуацию. Но мы делали все, чтобы эту напряженность нейтрализовать. Мы делали все в соответствии с той обстановкой, которая была на тот период. Наша самая главная задача была скрытно готовиться к своей защите, чтобы не спровоцировать Грузию.

Когда они начали обстреливать город Цхинвал и села, мы даже не открывали некоторое время ответный огонь, чтобы не дать повода обвинить в будущем Южную Осетию. Мы знали, что с передовыми подразделениями грузинских вооруженных сил находится большое количество западных и российских либеральных журналистов, которые использовали бы малейшую возможность, чтобы обвинить Южную Осетию в развязывании войны.

Дальнейшее развитие ситуации показало, что Грузия осуществляла не просто вооруженную агрессию против Южной Осетии, но и информационную агрессию против России. Мы действовали правильно и грамотно. Пользуясь случаем хочу еще раз поблагодарить ваших коллег — российских журналистов. Рискуя своей жизнью, они достойно противостояли информационной агрессии западных СМИ и смогли донести правду до российской и мировой общественности.

— Получается, в Южной Осетии заранее готовились к нападению Грузии?

— Мы, безусловно, отслеживали ситуацию и пытались это сделать дипломатическим путем. Мы активизировали свою работу в рамках Смешанной контрольной комиссии. Но грузинская сторона уже все для себя определила. Поэтому было тяжело с ними говорить. Нами отслеживалось все: передвижения грузинских военных, в каких местах проводились учения, сколько американских советников, какие подразделения принимали там участие, в том числе — из Украины. Мы знали, что под предлогом учений там собирается сброд международных преступников, которые совершили это преступление против нашего народа.

— Во время "пятидневной войны" с вами кто-то из официальных лиц Грузии связывался?

— Отдельные подразделения грузинских миротворцев 7 августа начали покидать свои позиции, многие штабные работники, которые были с российскими, югоосетинскими миротворцами, начали под разными предлогами покидать штаб.

Затем территорию республики начала покидать миссия международных наблюдателей. Это все говорило о том, что они все были прекрасно проинформированы и прекрасно знали, что будет агрессия. Они перестали фиксировать нарушения с грузинской стороны и реагировать на наши обращения. Они покинули зону действий. Нас они не предупреждали. Поэтому у нас такое недоверие к ОБСЕ. Я думаю, наступит когда-то время, и мы, я так думаю, сможем подать в международные суды и на ОБСЕ, которая практически способствовала этому преступлению против нашего народа.

С учетом того была достигнута договоренность о том, что при посредничестве сопредседателя СКК от российской стороны Попова Юрия Федоровича 8 августа в 12:00 в городе Цхинвал возобновятся переговоры, что на словах было поддержано Саакашвили. Более того, он выступил 7 августа вечером с телевизионным обращением и заверил всех, что он принял решение о выводе своих подразделений с линии соприкосновения. Поэтому начало массированного обстрела Цхинвала мы восприняли как очередную грузинскую провокацию. И то, что нам объявили войну, мы узнали по телевизору. После чего я проинформировал командующего Смешанными миротворческими силами генерала Кулахметова о том, что мною как верховным главнокомандующим был отдан приказ об открытии ответного огня. То, что мы первое время не открывали огонь, ввело в заблуждение в грузин, уверовавших в свою быструю победу. И в результате был сорван первый штурм, а войска агрессора понесли серьезные потери. При этом грузины бросали на поле боя не только своих раненых и убитых, но и западных и грузинских журналистов, сопровождавших агрессоров. Наши военные оказывали им первую медицинскую помощь, а затем вывозили их из зоны боевых действий.

Так что грузинские матери, которые потеряли своих детей во время этой войны, пусть благодарят Саакашвили и старшего воинского начальника Грузии, генерала Мамуку Курашвили, который по телевизору заявил, что Грузия начинает войну против Южной Осетии и он по поручению верховного главнокомандующего начинает наводить конституционный порядок. Никаких контактов с грузинскими официальными лицами не было.

— Вы после конфликта хоть раз разговаривали с Саакашвили?

— Михаил Саакашвили — это международный преступник. Я никогда с ним ни по телефону, ни в какой-либо другой форме не общался. И, кстати, до войны тоже.

— И не встречали его никогда в жизни?

— Нет, конечно. Попался бы, наверное, это была бы его последняя встреча в жизни.

— Вы можете вспомнить, кто первым доложил в Москву о начале боевых действий, с кем вы говорили?

— Все все прекрасно видели. Мы в первую очередь рассчитывали на собственные силы. Там было кому докладывать: там были российские миротворцы. Для координации наших дальнейших действий у меня состоялся телефонный разговор с начальником Генштаба МО РФ Макаровым, который проинформировал меня о том, что высшим руководством Российской Федерации принято решение о вводе российских войск в Южную Осетию. С этого момента началась операция по принуждению грузинских агрессоров к миру.

— Как вы прокомментируете заявления со стороны Грузии о том, что якобы российская техника была в Южной Осетии еще до 8 августа?

— Так могут говорить те, кто проиграл. Они прекрасно знали, что никакой российской техники на территории Южной Осетии не было. Я даже представителей ОБСЕ пригласил вместе со мной проехаться. Мы доехали до Рокского тоннеля, они пристально рассматривали все. И они не то что военную технику, ни одного человека в камуфляжной форме не видели. Что еще раз было подтверждено непосредственно наблюдателями ОБСЕ непосредственно перед началом военных действий. А российские подразделения, полки тяжело спрятать в горах. Так что это все ложь. И потом Грузии надо себя оправдать в том, что они никак не смогли сломать народ Южной Осетии. Им стыдно.

А российским военным хочется только сказать слова искренней благодарности. Ведь они вступили в неравный бой с грузинской армией. Ведь российские войска прямо с марша вступали в бой. В то время как грузинские войска под видом миротворцев соорудили фортификационные сооружения и тщательно изучили территорию боевых действий.

— Мне приходилось читать в социальных сетях размышления о том, что вы, якобы, покинули место боевых действий в трагические дни августа 2008 года. С какой целью распространяется эта ложь?

— Больных людей я комментировать не собираюсь. Конечно, я слышал такие утверждения. Это было выгодно тем людям, которые Южную Осетию даже не считали своей родиной, гражданство получили после 2008 года. Интересно, где были эти "герои", когда я с бойцами службы Госохраны и подразделений Минобороны расчищал боями коридор для беспрепятственного прохождения колонны 58 армии Северокавказского военного округа МО РФ. Я так и сказал тогда командующему 58 армией генералу Хрулеву, что не хочу, чтобы русская мать надевала траур по сыну, убитому в Южной Осетии, не для того она его растила. Эти скоординированные с командованием российских вооруженных сил действия позволили избежать потерь от так называемого дружественного огня. Я до сих пор вспоминаю с восхищением и глубоким уважением профессионализм, мужество и хладнокровие российских генералов: командующего сухопутными войсками МО РФ Болдырева, командующего войсками Северокавказского военного округа МО РФ Макарова и командующего 58 армией Хрулева.

Бред недалеких и лживых людей даже не хочется всерьез комментировать. Наверное, для них было бы лучше, если бы я был убит на улицах Цхинвала или где-то под бомбежкой. Но их надежды не оправдались. Где я был и какие действия предпринимал как верховный главнокомандующий, видели те, кто с оружием в руках защищал Южную Осетию.

— Когда и при каких обстоятельствах вы узнали о том, что президент РФ Дмитрий Медведев подписал указ о признании Южной Осетии и Абхазии?

— Нас пригласили в Совет Федерации. Кстати, многим кажется, что Россия в любом случае бы признала Южную Осетию и Абхазию. Но это не так. Ведь и в самой России очень много грузинских лоббистов, очень много прозападников и либералов, которые в свое время нам с Сергеем Васильевичем (Багапшем — ред.) чинили очень много сюрпризов, препятствий. Готовились разные проекты о вхождении республик в состав Грузии. Говорили, что если мы не согласимся на разные условия, будут и определенные санкции по отношению к нам и непосредственно по отношению ко мне и Сергею Васильевичу, что прекратят определенное финансирование. Проекты создания конфедерации с Грузией в Москве были. И нам предлагали. Но мы с Сергеем Васильевичем их жестко отмели.

— В каких структурах были такие лоббисты?

— В разных структурах. Были и в правительстве, и в администрации президента РФ такие люди. И сейчас есть те, кто до сих пор сочувствует Грузии, до сих пор проводит свою прозападную линию. Но российских патриотов в РФ гораздо больше и они намного влиятельнее. Благодаря этому мы и победили.

Возвращаясь к вашему вопросу — мы были в Совете Федерации. Нас проинформировали, что верхняя палата Федерального собрания РФ будет просить президента Медведева о признании независимости Южной Осетии и Абхазии. Я подумал, что это какой-то такой политический маневр со стороны РФ, чтобы показать всему Западу, что Россия готова признать нас. И когда мы сидели, и с трибуны Совфеда звучали слова в поддержку нас, я посмотрел на Знаура Гассиева (бывший спикер парламента Южной Осетии — ред.). Вижу, у него слезы на глаза навернулись. Он меня обнял и говорит: даже если и не признают, такого все равно никогда не было. Сергей Васильевич обратил на это внимание. Я его за руку взял и говорю "Сергей Васильевич, мне кажется, мы сейчас с тобой в сказке находимся". Мы не ожидали решения о признании.

Хочу также рассказать о том, как мы узнали, что нас признала Россия. Я давал интервью в студии Russia Today. И вдруг услышал снаружи шум, крики на осетинском. Попросил прервать запись. Там сотрудники моей охраны радуются. Стоит Маргарита Симоньян. И она подбегает и говорит, только что президент РФ Дмитрий Медведев издал указ о признании Южной Осетии и Абхазии. И в первую очередь я подумал, что это передача розыгрыш. Я как сидел, так и остался сидеть дальше, эмоций никаких не проявил. Потом шепнул одному из сотрудников охраны на ухо, спрашиваю, мол действительно это так? Он подтвердил. Тогда я уже осознал исторический момент, что Россия признала нас.

— Что республике удалось сделать за 10 лет?

— Самое главное — это признание со стороны РФ. Удалось немало восстановить. Но ко многим вызовам мы оказались не готовы. Нам нужно серьезно заниматься строительством своего государства, чтобы не подводить РФ, чтобы показать всему миру, что Россия поступила абсолютно правильно, и это было единственно верное решение. К сожалению, этому сегодня мешают многие. У грузин появились реваншистские настроения.

— Вы верите, что возможен реванш со стороны Грузии в отношении Южной Осетии?

— Я не верю. Я не хочу войны ни для осетинского, ни для абхазского, ни для российского, ни для грузинского народов. Есть реалии, с которыми нужно считаться. Грузии необходимо признать свое поражение и не стоит надеяться, что у них получится благодаря так называемой мягкой силе развернуть развитие наших государств в сторону Грузии. Да, мы готовы к добрососедству, но не более того.

— Как вы оцениваете внешнюю политику Южной Осетии в период после вашего президентства?

— Помимо помощи в восстановлении я также признателен руководству РФ за реализацию концепции внешней политики России от 30 ноября 2016 года. В ней в частности говорится, что в числе приоритетов России остается содействие становлению Республики Абхазия и Республики Южная Осетия как современных демократических государств, а также содействие укреплению их международных позиций. И нам нужно действовать в этом ключе совместно с РФ и доказывать всему международному сообществу, что Россия приняла единственно правильное решение, признав республики Южная Осетия и Абхазия. Такой подход будет способствовать укреплению мира и стабильности в Закавказье.

— Расскажите, чем вы сейчас занимаетесь?

— Я занимаюсь работой своего фонда, своей семьей, своими детьми.

— А чем занимается ваш фонд?

— Это Международный фонд Эдуарда Кокойты. Мы оказываем помощь молодежи, больным из Южной Осетии. Мы вообще стараемся не афишировать это, не пиариться.

— Вы планируете возвращаться в большую политику?

— А я из политики никуда не уходил. Конечно, буду и дальше действовать, потому что вижу, что тех усилий, которые сегодня есть у Южной Осетии, недостаточно для того, чтобы активно реализовывать те возможности, которые есть у нашего государства.

— Вы планируете бороться за президентское кресло?

— Для меня должность не самоцель. Я буду бороться за будущее и стабильность Южной Осетии.

— Но вы не исключаете, что будете принимать участие в следующих президентских выборах?

— Не исключаю.

— А в парламентских выборах в следующем году?

— Я буду принимать самое активное участие и в парламентских выборах и в дальнейшей политической жизни Южной Осетии. Я хочу просто послать сигналы некоторым людям, которые (в ходе выборов в Южной Осетии — ред.) в 2017 году лишили народ Южной Осетии возможности свободного выбора. Во время предстоящих парламентских выборов пусть они хорошо подумают, прежде чем выносить какие-то законы, нарушающие конституцию. Хватит опять мудрить и чинить препятствия свободному волеизъявлению избирателей, рассчитывая на ангажированные и незаконные действия подконтрольных им судебных и правоохранительных органов. Думаю, для этих людей это все может обернуться плачевно.

Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696003 Эдуард Кокойты


Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696002 Дмитрий Медоев

Дмитрий Медоев: мы предупреждали, что Грузия готовится к войне

В августе 2008 года, когда началась война в Южной Осетии, Дмитрий Медоев был полномочным представителем республики в России. Затем стал первым югоосетинским послом в Российской Федерации. Сегодня он — глава МИД Южной Осетии. В интервью РИА Новости Медоев рассказал, как начинались события десятилетней давности, что предпринимали власти республики до и в первые часы конфликта, а также о недавнем признании Южной Осетии со стороны Сирии.

— Расскажите, как для вас начиналась "пятидневная война"?

— Эта война, впрочем, как и любая другая, имеет свою предысторию. После неудавшегося блицкрига лета 2004 года, когда грузинские "коммандос" потерпели фиаско и бежали из Южной Осетии, режим Саакашвили начал в спешном порядке переоснащать свою армию. Делалось это при материальной и финансовой помощи стран НАТО во главе с Соединенными Штатами. Цель была одна — реванш за поражение и главное — установить контроль над Южной Осетией, а за тем и Абхазией. Начались поставки новых видов вооружений, вновь сформированные грузинские батальоны включались в различные международные операции — Ирак, Афганистан.

Началась подготовка к новой войне. Мы предупреждали об этом, в том числе и с европейских площадок. Так, в мае 2008 года мне довелось выступить на собрании одной из парламентских групп в Европарламенте, где были озвучены наши аргументы по этому вопросу и высказаны опасения по поводу силового развития ситуации в регионе.

Но, к сожалению, случилось то, что случилось. Хорошо помню те напряженные августовские дни. Второго августа 2008 года, прямо во время переговоров и подписания протокола о сотрудничестве между Южной Осетией и Московской областью поступила информация об артиллерийском обстреле нашей территории со стороны Грузии. Это были два выстрела из системы залпового огня. Усилилась работа грузинских снайперов, были убиты несколько сотрудников югоосетинского МВД.

День седьмого августа выдался наиболее напряженным. Чувствуя это, мы несколькими днями ранее запланировали пресс-конференцию в Москве. В 23:40 мне позвонили из Цхинвала и сказали, что со стороны Грузии начался массированный ракетно-артиллерийский обстрел города и районов республики. В полночь я уже был на Первом канале, где провел всю ночь в прямом эфире, а в 10:00 началась пресс-конференция. А в обед я улетел в Осетию из Внуково.

— Со стороны Грузии звучали заявления о том, что якобы российская техника была в республике еще до 8 августа, а в республике заранее знали о том, что война будет. Как вы это прокомментируете?

— То, что война неизбежна, в правительстве Южной Осетии, несомненно, знали и предпринимали всевозможные меры оборонительного и гражданского характера. В частности, началась эвакуация женщин и детей из наиболее опасных участков.

— Десятая годовщина признания независимости Южной Осетии будет отмечаться 26 августа. Расскажите об этом поподробнее.

— Несомненно, это особая дата в новейшей истории Южной Осетии, историческое событие, которое открыло новую страницу осетино-российских отношений. Создалась реальность, которой скоро также будет 10 лет. Однако мы хорошо понимаем, какими непростыми были те августовские решения российского руководства, но единственно верными, по оценке самого президента Путина.

Народ Южной Осетии всегда будет высоко ценить помощь России, которая пришла на помощь в те тяжелые дни, помнить подвиг и самопожертвование солдат и офицеров российской армии, павших в те дни, освобождая Осетию от грузинских оккупантов.

— Ожидаются ли контакты между лидерами Южной Осетии и России? Когда?

— Между лидерами двух наших стран с самого начала сложились добрые и деловые отношения, в прошлом году состоялся официальный визит президента Анатолия Бибилова в Москву. Несомненно, эти контакты продолжатся и будут крепнуть в дальнейшем. Они необходимы, ведь темпы взаимодействия растут и порой требуют решений на высшем уровне. Не является исключением и текущий период — преддверие 10-летия признания государственной независимости Южной Осетии Российской Федерацией.

— В мае этого года состоялось признание Южной Осетии со стороны Сирии. Как произошло это событие?

- Это случилось 29 мая — в этот день в 1992 году был принят Акт о государственной независимости Южной Осетии. Думаю это весьма символично! В конце июля состоялся официальный визит президента Бибилова в Дамаск, это действительно весьма значимое событие как для Южной Осетии, так и в международной жизни в целом. Было подписано четыре важных документа, которые составят основу двусторонних отношений. На встрече с президентом Сирийской Арабской Республики Башаром Асадом Анатолий Бибилов выразил признательность за этот важный и ответственный шаг.

Думаю, ни для кого не будет новостью, что мы с самого начала войны в Сирии поддержали действия законного правительства этой страны в борьбе с силами международного терроризма, равно как и действия России в этом направлении. Результат известен — на сирийскую землю постепенно возвращаются мир и спокойствие. Мы верим, что народ Сирии преодолеет поствоенные трудности и восстановит нормальную жизнь в стране.

— Вы только что вернулись из Турции. Чему была посвящена ваша поездка?

— Это был праздник осетинской культуры, организованный нашей турецкой диаспорой. Четвертого августа в одном из престижнейших концертных залов Стамбула Cemal Reşit Rey Konser Salonu при полном аншлаге прошел фестиваль осетинской культуры. В программе была выставка осетинских художников, причем как севера, так и юга Осетии, дегустация осетинских блюд, презентация осетинского костюма, великолепный концерт ансамбля "Алан" и прекрасный детский ансамбль осетинского танца из Турции "Барс".

Мы расширяем географию нашего присутствия на международной арене, это необратимый процесс. Примечательно, что в этот же день в итальянском городе Пезаро в центральном парке было высажено ореховое дерево как символ мира в память о жертвах грузинской агрессии августа 2008 года. В эти дни траурные мероприятия пройдут во многих городах мира.

Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696002 Дмитрий Медоев


Россия > Армия, полиция > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696001 Сергей Дурыгин

Сергей Дурыгин: Центральный военный оркестр исполняет только "живую" музыку

В преддверии XI Международного военно-музыкального фестиваля "Спасская башня", который пройдет в Москве с 24 августа по 2 сентября, начальник Центрального военного оркестра Министерства обороны РФ заслуженный артист России, полковник Сергей Дурыгин рассказал корреспонденту РИА Новости Ирине Альшаевой о насыщенном гастрольном графике оркестра, подготовке к главному международному фестивалю военной музыки и о том, как относятся военные музыканты к игре под фонограмму.

— В каких мероприятиях участвует Центральный оркестр Минобороны РФ, насколько широка карта его гастролей, как по России, так и за рубежом?

— Центральный военный оркестр Минобороны РФ в прошлом году отметил свой 90-летний юбилей. За все время своего существования оркестр объехал весь СССР и представлял наше российское военное музыкальное искусство за рубежом. Сейчас мы, хоть и не часто, но участвуем в фестивалях военных оркестров за границей.

Наша основная задача — музыкальное сопровождение мероприятий, связанных с деятельностью Минобороны России. Самое главное из них, в котором мы ежегодно принимаем участие, — Парад Победы на Красной площади 9 мая, для нас это большая честь. В этом году после 9 мая оркестр был на Дальнем востоке, в Хабаровске. В июне мы были в Тамбове на фестивале "Прощание Славянки" и давали концерт в Крыму. В Белгороде оркестр участвовал в мероприятиях, посвященных 75-летней годовщине танкового сражения на Прохоровском поле. Сейчас мы вернулись из Финляндии. На международном военно-музыкальном фестивале "HaminaTattoo" мы выступали совместно с другими коллективами, в том числе с оркестрами, представляющими армии стран НАТО. В сентябре улетаем на Сахалин, оттуда — на Курилы.

Хочу отметить, что мы никогда не исполняем музыку под фонограмму. Хоть это и распространенная практика в музыкальной среде, но нам не нравится обманывать публику. Мы видим реакцию наших слушателей на живую музыку — она восхитительна. Люди приходят, слушают, поют, многие вальсируют. Человека тянет к живой музыке, тем она и интересна, что исполняется здесь и сейчас.

— Музыкальное руководство фестивалем "Спасская башня" осуществляется в триумвирате учеников и соратников Валерия Халилова. Руководить им выбран начальник Военно-оркестровой службы ВС РФ — главный военный дирижер Тимофей Константинович Маякин. В его состав вошли вы и художественный руководитель, начальник Московского военно-музыкального училища имени Халилова Александр Петрович Герасимов. Как организован процесс руководства, сложно ли его осуществлять, и не мешает ли это организации творческого процесса?

— Мы продолжаем традиции, которые были заложены создателями и идейными вдохновителями фестиваля — первым музыкальным руководителем "Спасской башни" (2007-2016 годы), начальником Военно-оркестровой службы ВС РФ — главным военным дирижером (2002-2016 годы) генерал-лейтенантом Валерием Михайловичем Халиловым, руководителем Службы Коменданта Московского Кремля ФСО России — комендантом Московского Кремля генерал-лейтенантом Сергеем Дмитриевичем Хлебниковым, руководителем дирекции Фестиваля "Спасская башня" Сергеем Николаевичем Смирновым. Они стояли у истоков создания фестиваля.

Халилов имел большой опыт участия в фестивалях и знал, как организовываются и проводятся такие мероприятия. Так появилась "Спасская башня" — фестиваль, который занял верхнюю ступень на мировой военно-музыкальной иерархической лестнице. До него самым главным military tattoo считался фестиваль военной музыки в шотландском Эдинбурге. Но мы его затмили и гордимся этим. Мы видим, что сейчас выстраиваются очереди желающих участвовать в "Спасской башне", очень много иностранных коллективов хотят приехать в Москву на наш фестиваль — это прекрасно.

У Халилова, Смирнова и Хлебникова были и есть ученики и соратники. В их числе — мы с Тимофеем Константиновичем и Александром Петровичем. Под руководством Халилова мы приобрели колоссальный опыт, выезжая на фестивали в другие страны и работая в России над подготовкой к "Спасской башне". Мы получили административные и музыкальные знания, понимание того, как организовать такое масштабное мероприятие.

После гибели Валерия Михайловича встал вопрос о дальнейшей судьбе фестиваля. Коллегиально художественный и общественный совет приняли решение — фестиваль должен продолжаться, дело Валерия Михайловича должно жить. Конечно, руководство "Спасской башней" проходит сообща. Есть Общественный совет и Дирекция фестиваля — на них ложится вся нагрузка по подготовке и организации всего процесса. За музыкальную часть отвечает художественный совет. Само шоу, в которое выливается вся проделанная работа, никогда бы не получилось без режиссерско-постановочной группы. Как видите, чтобы фестиваль жил и развивался, над ним все эти годы работает большая и профессиональная команда.

Музыканты Центрального военного оркестра Министерства обороны РФ на церемонии закрытия X Международного военно-музыкального фестиваля "Спасская башня" в Москве

— Когда начинается подготовка Центрального военного оркестра Минобороны к фестивалю "Спасская башня", как долго длится, в каком формате?

— В связи с нашим плотным графиком гастролей подготовка к "Спасской башне" проходит очень сложно. Можно сказать, что мы готовимся к фестивалю на протяжении года, выступая с концертами.

— Каким творческим экспериментом планируете удивить зрителей "Спасской башни"? В прошлом году оркестр исполнил попурри из мультфильмов. В этом году представите что-то новое, или зрители услышат ранее исполняемые оркестром композиции?

— Программа уже готова, но есть и другие идеи, сейчас мы их обсуждаем. Могу сказать, что в любом случае, мы выступим на фестивале с новой программой. Наш оркестр никогда не повторялся. Это сложно, особенно учитывая то, что исполняемая нами музыка должна соответствовать нашему консервативному имиджу главного военного оркестра страны. Мы не можем себе позволить то, что могут показывать другие коллективы. Но мы экспериментируем.

Выступление оркестра будет выдержано в рок-джазовых обработках, что мне лично очень нравится. Как руководитель я должен идти в ногу со временем.

У нашего оркестра было много экспериментов — мы пробовали играть классическую музыку в современной обработке, потом экспериментировали с попурри на народные, фольклорные темы — они шли на "ура". Играли музыку из популярных отечественных фильмов и мультфильмов — публика принимала "на отлично". Мы можем играть разную зарубежную музыку, но редко ее исполняем — мы же российский оркестр (улыбается).

Надо сказать, что немцы, французы, норвежцы, голландцы и англичане охотно исполняют наши военные марши, даже на своих парадах. Они просят у нас ноты, мы с радостью с ними делимся. Это вызывает гордость. Военные марши наших композиторов высоки в профессиональном отношении. В них сочетается военная мощь нашей страны, красота и гармония.

— Сотрудничает ли оркестр с другими музыкальными коллективами? Планируете ли вы развивать творческое сотрудничество с военными оркестрами из других стран, организовывать взаимные гастроли?

— Мы не часто выезжаем за рубеж в связи с плотным гастрольным графиком по России, но в Министерство обороны приходит по два-три обращения в год с просьбой направить наш оркестр в ту или иную страну. Часто руководство военного ведомства отвечает на данные запросы положительно, и мы выезжаем с гастролями за границу. Это очень важно, ведь мы несем миру нашу русскую культуру. Например, в Финляндии на военно-музыкальном фестивале "HaminaTattoo" мы сыграли Чайковского, Шостаковича и Римского-Корсакова. Финнам очень нравится наша классическая музыка. Чтобы оказать дань уважения той стране, в которую мы приезжаем, мы обязательно играем произведение их композитора. В Финляндии мы исполнили музыку финского композитора Яна Сибелиуса.

В нашей деятельности было несколько случаев, когда мы выступали вместе с музыкантами из военных оркестров других стран. В прошлом году по инициативе итальянской стороны состоялся совместный концерт с Оркестром корпуса карабинеров. Именно такие мероприятия символизируют дружбу между странами.

Несколько лет назад на "Спасской башне" мы играли с главным оркестром Бундесвера. Хочу отметить, что в немецкой военной культуре присутствуют музыкальные элементы русской музыкальной культуры. Их некоторые военные марши написаны нашими композиторами. На фоне трагизма отношений между Россией и Германией в прошлом, этот совместный концерт был очень значимым для обеих стран событием. Мы всегда открыты к сотрудничеству с нашими коллегами.

— Оркестр исполняет только уже существующие военные и гражданские композиции или также создает музыку самостоятельно? Звучит ли музыка в его исполнении в отечественных фильмах?

— Да, мы исполняем и свои композиции, написанные нашими музыкантами. За последние годы много музыкальных произведений для оркестра написал Валерий Халилов. Огромное количество популярных произведений написали в свое время Семен Чернецкий, Василий Агапкин, Илья Шатров. Максу Кюсу принадлежит вальс "Амурские волны", Ивану Дрейзину — вальс "Березка". Эта музыка была неимоверно популярна и ушла в народ.

Центральный военный оркестр записал огромное количество саундтреков для отечественного кино. Если слышите в кино, художественном или документальном, духовой оркестр — 95 %, что это наша запись. Когда к нам обращаются режиссеры, мы с удовольствием откликаемся и бесплатно предоставляем для них музыку. Я считаю, что мы категорически не имеем права продавать музыку, потому что мы несем в ней патриотизм. Патриотизм не продается. Скоро на экраны выйдет сериал "Медное солнце" режиссера Карена Оганесяна о военном дирижере. Мы передали много записей, которые, надеюсь, прозвучат в этом фильме.

— Сколько всего музыкантов насчитывает главный военный оркестр России? Все ли из них военнослужащие?

— В оркестре больше 200 человек, из них около 80 — военнослужащие, проходящие службу по контракту и призыву. Он делится на два состава — духовой и симфонический. Это традиционное деление для крупных оркестров. По такому же принципу организованы Президентский оркестр Службы Коменданта Московского Кремля ФСО РФ, оркестры Росгвардии и МЧС России. Однако, в нашем оркестре это не отдельные коллективы. Симфонический оркестр скорее эстрадно-симфонический: эстрадную музыку он исполняет на духовых инструментах в различных аранжировках. Но классическую музыку — Бетховена, Моцарта, Чайковского и других легендарных композиторов — исполняет симфонический состав.

— Как заинтересованный в карьере военного музыканта человек может попасть в Центральный оркестр Минобороны? Что для этого необходимо — подтвержденное дипломом музыкальное образование, военный билет?

- Попасть в оркестр не сложно при наличии вакансий. Но главное — нужно быть прекрасным специалистом, отлично владеть музыкальным инструментом. Также нужно учитывать то, что обязательной для нас, как и для всех военнослужащих, является физическая подготовка — мы сдаем спортивные нормативы. Это правильно — дирижер и музыканты должны быть подтянутыми. Внешний вид должен быть на высоте. Согласитесь, не очень приятно видеть в военном оркестре неопрятного человека.

Однако, главное для военного музыканта — безукоризненно исполнять один из символов нашего государства — гимн России. Музыкант категорически не имеет право исполнять его плохо. Поэтому спортивные нагрузки у нас дозированы, больше времени мы уделяем, конечно, музыке. Только на ежедневную индивидуальную подготовку необходимо уделять не менее трех часов. Я сравниваю музыканта со спортсменом. Стоит спортсмену не позаниматься 2-3 дня, он теряет форму. То же самое с музыкантом. Стоит ему меньше заниматься — он начинает хуже играть.

Мы с Валерием Михайловичем Халиловым постоянно играли по средам в мини-футбол, продолжаем играть с коллегами и сейчас. В память о Валерии Михайловиче мы сделали одинаковые футболки с нашивкой на рукаве "Халилов 7". Валерий Михайлович всегда следил за собой, занимался спортом. Потому что понимал, что должен достойно выглядеть на сцене перед своим зрителем.

Ирина Альшаева

Россия > Армия, полиция > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696001 Сергей Дурыгин


Ливия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696000 Ахмед аль-Мисмари

Представитель ЛНА: проблема Ливии требует вмешательства со стороны России

Ливия седьмой год после свержения ее многолетнего лидера Муаммара Каддафи продолжает переживать хаос. Страна раздроблена фактически на множество частей, которыми управляют разные правительства, советы старейшин, полевые командиры и просто террористы. Самые крупные районы Ливии на сегодняшний день находятся под контролем поддерживаемого ООН правительства национального согласия во главе с Фаезом ас-Сарраджем в Триполи и избранным народом парламентом, заседающим на востоке страны в городе Тобрук. Депутатов поддерживает Ливийская национальная армия (ЛНА), возглавляемая кадровым военным, маршалом Халифой Хафтаром. Сформированные им войска ведут затяжную войну с экстремистами на востоке и юге страны, освободив от них за минувший год два города — Бенгази и Дерну. Командующий ЛНА неоднократно посещал Москву, где его заверили в поддержке в борьбе с терроризмом.

Официальный представитель ЛНА бригадный генерал Ахмед аль-Мисмари в интервью корреспонденту РИА Новости Рафаэлю Даминову рассказал, какие именно причины повлияли на выбор Москвы в качестве стратегического союзника в борьбе с терроризмом, и что могла бы сделать Россия для урегулирования ситуации в Ливии.

— В последние несколько лет заметно участились контакты между Москвой и Ливийской национальной армией. Скажите, чем вызвана их активизация, и в чем заключается сотрудничество между двумя сторонами?

— Россия и Ливия, как известно, имеют давние военные отношения. Все вооружение нынешней ливийской армии — российское, наша военная доктрина также имеет восточные корни. Поэтому Ливия все больше и больше нуждается в России в деле борьбы с терроризмом. Тем более, мы знаем, что Россия является одной из самых эффективных стран в противодействии терроризму, примером может служить Сирия.

Почти все ливийские офицеры прошли обучение в России. Заключены контракты в сфере ВТС, которые мы в прошедшие годы попытались реанимировать, однако перед нами стоит огромная проблема — это оружейное эмбарго ООН.

Россия предоставила очень важную помощь Ливии — она приняла на лечение свыше ста раненых ливийских военных, которые были отправлены в Москву. Это произвело хорошее впечатление в вооруженных силах. Мы нуждаемся в военных связях с Россией, чтобы они сильнее развивались и росли для искоренения терроризма.

— Что касается упомянутых вами контрактов в области ВТС между РФ и Ливией. Они были заключены еще при Муаммаре Каддафи?

— Да, это контракты на сумму, превышающую четыре миллиарда долларов США. Мы планируем внести изменения в некоторые пункты этих контрактов, касающиеся ряда видов вооружений, так как сейчас в России появились уже новые образцы оружия. Мы хотели бы договариваться по этой теме. Хочу повторить, российско-ливийские связи в военной области очень сильны и крепки.

— А были ли какие-то поставки российского вооружения в последние несколько лет?

— Нет, поставок последние годы не было из-за действующего оружейного эмбарго.

— Главнокомандующий Ливийской национальной армией маршал Халифа Хафтар неоднократно посещал Москву, встречался с российскими руководителями. Скажите, насколько это повлияло на его политические позиции в Ливии?

— Контакты с Россией, официальные визиты в Москву, посещение российского авианосца — народ в Ливии приветствовал эти шаги. Ливийский народ осознает, что в этот очень сложный и чувствительный период он нуждается в сильном союзнике. И даже если бы мы подумали о выборе другого стратегического союзника, не России, то это все равно было бы практически невозможно в ближайшем будущем, так как бои продолжаются, а российское оружие нуждается в русских. Поэтому визиты главнокомандующего в Россию, на авианосец, обмен визитами, вывели его на другой уровень, в том числе на политической карте Ливии.

— Как вы думаете, мог бы опыт России по урегулированию ситуации в Сирии пригодиться для разрешения проблем в Ливии?

— Россия в Сирии провела не одно сражение. Первое, это собственно — военное. При помощи оружия. Второе и самое важное, это дипломатическая работа, которую проводит российский МИД. Он играет большую роль в отстранении тех, кто вмешивается в сирийскую политику, тех, кто хочет разделить Сирию, воплощая свои проекты. Эти же проекты пытаются воплотить и в Ливии. Ливийская армия сражается для того, чтобы не допустить эти попытки, которым противодействовала Сирия.

Одно лишь вхождение России в Сирию смогло коренным образом изменить ситуацию, помешать распространению "управляемого хаоса". Мы никак не ожидали, что сегодня может появиться такая влиятельная сила. Российское вмешательство положило конец единоличному правлению, диктату своей воли при помощи силы, и вот в итоге сирийский народ возвращается к нормальной жизни.

То же самое, что произошло в Сирии, произошло и в Ливии, однако с некоторой своей спецификой. В Ливии, в отличие от Сирии, нет такого количества разделений на народности и религии. Все ливийцы — мусульмане сунниты. Поэтому гораздо проще, поводов для раздора меньше.

Ливийская проблема также нуждается во вмешательстве со стороны России и лично президента Путина, удаления зарубежных игроков с ливийской арены. Например, Турции, Катара, непосредственно — Италии. Российская дипломатия должна играть важную роль.

В Ливии идет война ливийцев с террористами и экстремистами. Ливийцы нуждаются в поддержке. Но легитимными являются лишь Ливийская национальная армия, ливийский парламент и те институты, которые им образованы. Все остальные — нет. Есть Президентский совет в Триполи, но он находится под контролем боевиков, а эти боевики — под контролем других государств, и их разведок.

Ливийские военные, подчиненные верховному главнокомандующему вооруженных сил Ливии Халифу Хафтару около города Дерна, перед началом боевой попытки вернуть город из-под контроля группы джихадистов. 14 апреля 2018

Мы очень сильно доверяем России — она великое государство, и ее слово будет услышано, если она обсудит эти вопросы с Италией, Турцией, а также Катаром, да и другими странами, например Суданом, с территории которого прибывают террористы.

— В последнее время появилось несколько инициатив международных посредников, таких как Франция и Италия, по поддержке урегулирования ситуации в Ливии. Не так давно итальянский премьер-министр заявил о планах организовать в Риме конференцию. Какое из предложений вам ближе?

— Франция выступает за проведение выборов (в текущем году — ред.), Италия заявила, что против (проведения в этом году — ред.). Судьбы ливийцев стали находиться в руках зарубежных государств. Мы согласны с Францией, мы приветствуем проведение выборов (в текущем году — ред.). Мы требуем от международного сообщества, чтобы оно сказало свое слово по этому вопросу. Я считаю, что российская дипломатия найдет выход в этой ситуации.

— Москва также может выйти с инициативой созыва конференции в России?

— Она могла бы поддержать Францию. Это будет проще.

— В конце июня Ливийская национальная армия объявила о взятии под контроль города Дерна, находившегося несколько лет под властью различных радикальных группировок. Какие дальше планы у военных, какой населенный пункт будет следующим?

— Ливийскую национальную армию ждут крупные сражения. Террористы пока еще продолжают находиться во многих районах Ливии: на юге от нефтяного полумесяца, к югу от Сирта, к востоку от Бени-Валида, на юго-западе. Предстоящие бои нуждаются в большой поддержке международного сообщества, государств, признающих усилия ливийской арабской армии.

 Рафаэль Даминов

Ливия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2696000 Ахмед аль-Мисмари


Абхазия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2695999 Сергей Шамба

"Сергей, я сейчас в обморок упаду": как РФ признала Абхазию и Южную Осетию

Сергей Шамба в августе 2008 года, когда произошли боевые действия в Южной Осетии и Кодорском ущелье и последовавшее за ними признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, был главой абхазского МИД, затем премьер-министром. В интервью РИА Новости он рассказал о малоизвестных деталях событий десятилетней давности и о том, как все это виделось с точки зрения непосредственного участника событий.

— Сергей Миронович, насколько неожиданными для Абхазии были события 8 августа в Цхинвале?

— Не были неожиданными. Видно было, что Грузия готовит агрессию. Осетины постоянно указывали, что грузины тихой сапой занимают высоты вокруг Цхинвала, что было угрозой для города. В это время шел процесс мирного урегулирования, ответить адекватно (на действия Грузии — ред.) было невозможно. Но все говорило о том, что это делается неспроста.

Цхинвал находится в котловине, над ним горы. Грузины их занимали. Осетины били тревогу, но никто не обращал внимания на это. Мы прекрасно понимали, к чему дело идет, просто мы не знали, где раньше — здесь или там. Были жалобы осетин на такое движение со стороны Грузии, об этом всем говорилось. Но если участники переговорного процесса априори на их стороне — конечно, они закрывали на это глаза.

Мы с Багапшем были на каком-то празднике в Осетии, и там такой обстрел начался… Ребенка ранили в Цхинвале. Они (грузинские силы — ред.) периодически с этих высот обстреливали Цхинвал.

Мы тоже ожидали, что здесь могут быть такие события. Потому что это был тот период, когда на границе между Абхазией и Грузией, хотя там стояли миротворческие силы, постоянно были провокации. Действовали (грузинские — ред.) диверсионно-террористические отряды "Белый легион", "Лесные братья". От их рук погибло очень много граждан Абхазии. Российских миротворцев больше ста человек погибло на границе.

Агрессию Грузии можно было ждать или в отношении Абхазии, или в отношении Южной Осетии. Это происходило летом, когда здесь было очень много отдыхающих, в том числе российских. Россия в это время начала ремонт железной дороги в Абхазию, чтобы поездом можно было ротацию, снабжение производить миротворческих сил. Четыреста человек железнодорожных строителей было введено в Абхазию. Это была значительная сила. И я думаю, и многие так считают, что именно это послужило для Грузии таким предостережением, и они свою агрессию направили на Южную Осетию.

— Каковы были военные планы Грузии в августе 2008 в отношении Абхазии и Южной Осетии?

— Однозначно у них была уверенность, что им помогут американцы. И им кто-то это подкидывал.

В начале июня грузинское руководство предложило нам провести без участия России встречу грузино-абхазскую. В Швеции, в Стокгольме. С грузинской стороны было все высшее политическое руководство, кроме Саакашвили, ближайшее его окружение. Там были Ника Руруа, экс-министр культуры, но он близкий к политической партии Саакашвили. (Замглавы МИД Гига — ред.) Бокерия. Представитель Грузии в ООН Ираклий Аласания. Темур Якобашвили — министр реинтеграции. Был я и еще несколько человек. Они там как раз говорили о том, что "мы сейчас там наведем порядок в Южной Осетии". "У нас такое вооружение, русские им ничем не помогут. У русских ржавые танки, а у нас оружие, которое нам дали американцы", — такие вещи они говорили.

Аласания — еще и двоюродный брат Саакашвили, близкий ему человек. И мы уже в перерыве с ним идем, я говорю: "Если они на это на самом деле рассчитывают, то они просто ваш народ погубят". Он говорит: "Понимаешь, это окружение Саакашвили, они ему внушают такие идеи". Из этого разговора было ясно, что у них была уверенность. Они с нами встретились для того, чтобы нас попугать.

— Что грузины требовали от вас на той встрече? В чем было их предложение?

— Они делали предложения, что давайте договариваться на их условиях. Смысл был такой нашей встречи. Иначе будет то, что… вот сейчас мы в Южной Осетии покажем, разнесем, русские ничем не помогут. Мы сейчас закончим с Осетией, потом возьмемся за вас. Надо было так понимать, что "мы силой решим и ваш вопрос тоже". А смысл этой встречи, очевидно, был такой, что мы испугаемся и пойдем на уступки в переговорном процессе.

У нас параллельно шел переговорный процесс в течение многих лет — с конца 1993 года — под эгидой ООН. Там были разные варианты. Нам нужны были переговоры ради переговоров. Чтобы время было, возможность встать на ноги. Чтобы как-то укрепить свои позиции. Время шло, и это было не столько на Грузии пользу, сколько нам. Они (грузинская сторона — ред.) уже к этому времени готовы были на федерацию, в принципе. Варианты обсуждались, но мы ни на что не шли. Поэтому они думали, что они попугают нас, и мы согласимся.

— На федерацию?

— Ну, уж я не знаю, на что. Если бы они так расправились с Южной Осетией, и никто бы ее не поддержал, может быть, у них бы и более жесткие стали требования. Было ощущение того, что они надеются на внешнюю поддержку. Что им какие-то данные давали о том, что русская армия неспособна оказать сопротивление. У них были надежды, что американцы или НАТО разбомбят Рокский тоннель и не дадут российским войскам вовремя прийти, а они (грузинские силы — ред.) за это время закончили бы в Цхинвале.

— То есть рассчитывали на военную поддержку США, а не просто политическую?

— Я думаю, да. Иначе они как бы на это пошли? Когда еще был Гамсахурдиа, тогда еще президентом (США — ред.) Буш-старший был. Ездил, как домой, по союзным республикам. Приехал в Грузию, там уже был президентом Гамсахурдиа. Я читал мемуары человека, который был на этих встречах. Гамсахурдиа попросил встречи и говорит: "Господин президент, Россия — колосс на глиняных ногах, стоит его ткнуть, и он развалится. И мы готовы на себя это взять, только окажите нам поддержку в этом". На что Буш-старший ему ответил: "Ваши слова очень многим понравятся в Америке, но когда дело дойдет до столкновения с Россией, вас никто не поддержит".

А у этих наивных людей было впечатление такое, что они сейчас "колосс на глиняных ногах" пихнут, и им помогут. Получилась такая ситуация, что их кто-то обнадеживал: в Конгрессе всякие Маккейны и прочие, которые поддерживали этого Саакашвили. Наверное, ему говорили: "Давай, вперед!". А когда до дела дошло, никто не стал лезть.

— А на самом деле позиция американцев какая была?

— Я думаю, что они надеялись все-таки, что грузины сумеют что-то сделать. Чтобы грузины вышли к Рокскому тоннелю, заблокировали тоннель, не давая российским войскам выйти в Осетию, и закончили всю эту операцию в течение, скажем, суток. Дальше они, наверное, вмешались бы тоже, начали процесс урегулирования. Но уже грузины были бы там, уже осетины бы побежали оттуда, убегая от наступающей грузинской армии.

Боевая техника российских военнослужащих у Рокского тоннеля. 13 августа 2008 года

— Насколько серьезно, по вашей оценке, грузины подготовились к такой войне?

— Серьезно подготовились. Вооружены были очень хорошо. Грузинская армия хорошо оснащена была. У них в некоторых вопросах лучше ситуация была, чем в российской армии. Например, коммуникационные вещи, радиосвязь современная. Рассчитывали они на то, что это уже не та армия, которая была в 1992 году.

Однозначно, конечно, Осетия не конечная их цель была. Понятное дело, что и Абхазию хотели вернуть.

— Осетинам вы рассказали о той встрече?

— У нас, конечно, контакты были, поэтому все было ясно. Конечно, сказали. Но что они готовят агрессию, это и без этого ясно было. Осетины сами знали.

— А как в Абхазии узнали, что в Южной Осетии началась война?

— Мы ночью это узнали по каким-то звонкам телефонным. И ко мне (информация — ред.) пришла и к президенту. Мы тогда всю ночь у президента находились. Из Москвы звонили, из Южной Осетии звонили.

— Что говорили?

— Ну что вот — нападение. Кстати, выводы комиссии ООН под руководством Хайди Тальявини очевидны. Там есть разные оценки, можно обвинять каждую из сторон, но самый главный вывод в том, что грузинские войска в ночь на 8 августа начали обстрел спящего мирного города Цхинвала. Очевидно, что ответственность несет тот, кто первый начал стрелять. Тем более — ракетами по спящему мирному городу.

Когда это произошло ночью, президент Сергей Багапш меня вызвал. Мы сидели у него в кабинете, звонили по разным инстанциям. Думали, что делать. У нас с Южной Осетией есть договор, в соответствии с которым в случае таких обстоятельств стороны должны оказать всю возможную помощь друг другу.

Президент принял решение двинуть к нашей границе с Грузией наши войска. Утром — движение бронетехники, колонна двинулась в сторону реки Ингур. Но миротворцы встали щитом, закрыли дорогу и начали переговоры с нами, чтобы мы не делали этого. Из Москвы начали звонить президенту, говорить, что не надо вмешиваться, все будет нормально — в таком духе.

— У Абхазии были планы пойти в наступление на грузинскую территорию?

— Ударить в Западной Грузии, чтобы отвлечь какие-то войска грузинские от Южной Осетии. Кстати, в результате этого большая часть грузинских войск была сосредоточена в Западной Грузии все-таки. Они опасались, что со стороны Абхазии будет нанесен удар.

Но когда эту дорогу (миротворцы — ред.) закрыли, мы приняли новое решение — освободить верхнюю часть Кодорского ущелья, где жили этнические сваны-грузины. Это была единственная территория Абхазии, на которой еще находились грузинские войска. Тогда мы начали операцию по освобождению ущелья. Чем это закончилось, известно — они получили по заслугам. И из Южной Осетии, и из верхней части Кодорского ущелья они были вынуждены бежать.

(До войны — ред.) я сам вел переговоры с Якобашвили. Мы искали какой-то компромисс. Давайте выходите (из Кодорского ущелья — ред.), выведите оттуда войска. Мы гарантируем, что мы туда не будем войска вводить, поставим там нашу милицию для того, чтобы там порядок соблюдался. Мы гарантируем безопасность граждан. Он: "Нет, вы ничего не сможете сделать, они там так укреплены… Продовольствия на целый год хватит, вооружения и всего, вам никогда его не взять".

Потом, когда сгущаться начала ситуация, мы как действовали — взяли высоты, стали долбить их с высот. Начали выдавливать. Ну а потом сами побежали все, уже когда русские войска двинулись и оттуда, и отсюда, и высадились с десантных кораблей. Они уже поняли, что они отсечены, останутся в окружении.

Они просто без боя убежали. И с ними населения много ушло, большая часть населения.

После событий в Южной Осетии была встреча в Бочаровом ручье, где нашим президентам — Южной Осетии и Абхазии — было предложено подумать о создании конфедерации. Они встречались с Дмитрием Анатольевичем два раза. Первая встреча была, может быть, 18-го августа. Последняя встреча была дня за три до признания наших республик Россией, то есть примерно 23-го.

Осетины почему-то активно отказываются, что это было. Хотя там были российские дипломаты, которые это прекрасно помнят и говорят: да, конечно, было. Это как раз-таки показывает, что Россия до конца пыталась найти какой-то компромиссный вариант. Даже мы подозревали тогда, что может Саркози — он тогда тоже участвовал активно, ведь они же вмешались, события в 2008 году остановили — Евросоюз и Россия решили какую-то конфедерацию создать. Потому что это единственная модель, которая могла бы более-менее быть компромиссной для всех.

Там подразумевалась (конфедерация — ред.) Южной Осетии и Абхазии, но в последнем пункте записано, что "к конфедерации могут присоединяться и другие страны, в том числе Грузия". Могли бы точку поставить после "другие страны", но нет. Видимо, для того, чтобы показать Саркози и грузинам, что это компромисс.

Они (президенты — ред.) сначала не думали, что это серьезно. А потом — бац, им дают проект. Их пригласили в Москву, где и дали проекты. Президент наш срочно меня вызвал, показал мне. Когда Багапш дал мне почитать проект, и я прочитал только преамбулу, я сразу сказал президенту: "Они, наверное, хотят Грузию присоединить, потому что какая конфедерация между Абхазией и Осетией, если мы даже не граничим?". Багапш мне говорит: "Посмотри последний пункт". Я смотрю последний пункт, и там ясно написано. Еще Багапш подчеркнул уже эти слова.

Мы с ним поняли, что это нам не подходит, и поехали на встречу в МИДе, на которой сказали, что мы не согласны на такой вариант. Осетины тоже отказались.

После этого была опять встреча в Бочаровом ручье, где уже Дмитрий Медведев сказал двум президентам, что мне ничего не остается, кроме как признать вашу независимость. Как мне Багапш передал: "Ну, я знаю, что вы не согласились на наше предложение, и нам ничего не остается, как признать вашу независимость". И Кокойты говорит Багапшу: "Сергей, держи меня, я сейчас в обморок упаду".

Только Медведев попросил два-три дня, я вас прошу, не оглашайте никому. Через буквально дня три после этого мы услышали о признании независимости Абхазии.

— Москва давила тогда на вас?

— Нет, не давила. Вообще на нас никто особенно сильно весь переговорный процесс не давил. Я думаю, они прекрасно понимали, что мы не согласимся. Мне кажется, что это было сделано, чтобы показать последнюю попытку. Для общественности мировой.

С другой стороны, если бы мы согласились, это было бы облегчение для России и для Европы. И для той же Грузии, потому что тогда для нее уже все остальные варианты давно отпали. Она бы уже и на этот вариант согласилась — конфедерации. Это бы всех устраивало, кроме нас.

— Почему?

— Потому что мы не хотели с ними после того, что произошло, жить в одном общем государстве.

— Багапш выполнил просьбу Медведева никому не говорить, что вас признают?

— Мне сказал. Я министр иностранных дел был.

— Вы обрадовались?

— Черт его знает, хотелось верить, но все-таки… мало ли. Вдруг передумают, или Путин скажет Медведеву… Но, как оказалось, Путин как раз тоже поддерживал. Это его идея даже в большей степени была, потому что после Косово он сказал, что будет адекватный ответ.

— Кроме вас, Багапш еще кому-то сказал, что через три дня вас признают?

— Нет, насколько я знаю, нет. Ну, я не знаю, может, он дома сказал жене (смеется).

— Помните свои эмоции, когда Россия официально объявила о признании?

— Я сидел в кабинете у себя, когда забежали сотрудники наши, министерства — Сергей Миронович, быстрей к телевизору! Там Медведев сейчас будет объявлять. Я побежал к телевизору, потому что у меня в кабинете не стоял телевизор — тогда не было времени телевизор смотреть. Там уже весь состав МИДа нашего собрался. Мы это услышали. Какое могло быть? Итог фактически той деятельности… Я-то в освободительном движении с 24 лет участвую, был период, когда возглавлял его.

Мы на площади собрались тогда. Президент пошел на площадь, люди стекались туда, на площадь. Молодежь с флагами, машины — размахивали флагами. Багапш там выступил, на площади, и оттуда я и отец Виссарион (религиозный лидер Абхазии — ред) пошли к Владиславу Ардзинба (первый президент Абхазии — ред.). Он тогда уже болел. Перед домом Ардзинба собралась масса людей, которые хотели, чтобы его на балкон хотя бы на коляске вывезли. Но его не вывозили — уже и на коляске тоже не могли. И никого не впускали, но нас пустили. Мы с Виссарионом поднялись, пришли. Он лежал в постели, улыбался. Мы поздравили — это же тоже его как политика такой итог. Не каждый в своей жизни видел достижение конечной цели — независимость, еще и признание.

— С тех пор прошло уже 10 лет. Почему список признавших Абхазию государств такой маленький?

— Потому что здесь все зависит от того, кто под чьим влиянием находится. У американцев больше влияния. Они же всех запугивают. Еще удивительно, что эти согласились. Россия за нас, кстати, это не делала. Это результат нашей работы. Понятно, что они тоже смотрели на то, как Россия отреагирует. Но то, что нас признали эти страны — это работа наших дипломатов.

Мы прекрасно понимали, что в Европе или Северной Америке нет смысла искать признания, потому что там консолидированное мнение уже есть по этому вопросу. Поэтому мы в Латинскую Америку отправляли (делегации — ред.), в Океанию и так далее, в Азию. Там, где нет такой общей политики. Мы искали те страны, которые в меньшей степени зависят от США. Или в конфронтации с США находятся.

Наши дипломаты ездили, мой заместитель ездил с целой командой. Президент, когда поехал подписывать соглашения в эти страны, удивлен был, какое количество друзей, союзников приобрели наши дипломаты.

Был один человек, очень активный, который нам помогал. Он сам из Прибалтики. Он в этом регионе работал, и он во многом нам помог с признанием этих стран (Науру и Тувалу — ред.).

Сирия имеет значение для нас политическое. Исторически связана с Абхазией, потому что там диаспора немаленькая абхазская была всегда.

— Россия помогала как-то в этой работе по признанию?

— Россия техническую помощь любую оказывала. Они так и сказали в самом начале, Лавров сказал: "Мы вам любую техническую помощь за рубежом обеспечим, но за вас работать на признание мы не будем". Это и понятно. А некоторые думают, что эти страны… что Россия им что-то заплатила. Такого не было. Никому ничего не платили. Россия помогала: обеспечивала встречи, обеспечивала транспорт.

— А были переговоры, которые вроде бы хорошо шли, но не привели ни к каким результатам?

— Были, и они сейчас тоже есть. Мы вели переговоры с одной страной в Азии. Делегация наша там была. Потом оттуда делегация приехала. Им очень понравилось, встречи хорошие были. Но как-то все на нет сошло. Но потом я встретился с послом этой страны в Москве и спросил, почему так произошло. Он говорит: "Мы ждали, что скажет Россия, и даже спросили. Нам ответили, делайте, что хотите". Поэтому навязывать кому-то… Она этого не делала.

Даже в Европе были. Но я здесь тоже особых иллюзий не строю, что европейские страны какие-то нас могут признать. Но переговоры неплохие были у нас, контакты были.

— На какие компромиссы может пойти Абхазия ради признания со стороны Грузии?

— Никаких политических уступок, об этом речи нет. Если уж тогда не соглашались. Мы можем говорить о том, как нам существовать как двум соседним государствам и двум соседним народам.

— А что может Абхазия предложить взамен?

— Не знаю, что они будут требовать. Но если они будут требовать возвращения (грузинских — ред.) беженцев, это неприемлемо. Потому что это значит менять демографическую ситуацию. Мы ж понимаем, какая под этим подоплека. Опять грузинское население превысит абхазское, референдум и так далее. И всю ситуацию можно вернуть назад. Это такая хитрость, которую мы не допустим.

Нет сегодня политической силы в Абхазии, которая бы озвучивала вообще такие вещи — о том, что может быть возвращение грузинских беженцев.

— Но тогда получается тупик в переговорах с Грузией?

— Да нету никакого тупика. Тупик у грузин. У нас договор с Россией, а признание всего мира — оно просто престижный характер носит. В плане практическом оно ничего не дает. Для маленькой Абхазии огромная Россия — это целый мир. Мы можем все свои интересы реализовать через российскую границу. Экономические — это огромный рынок российский. Безопасность наша. Это все мы можем с Россией делать. Остальное — это все дело престижа.

Абхазия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2018 > № 2695999 Сергей Шамба


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2695695 Максим Мартынюк

Мартынюк рассказал о режиме экспорта зерна из Украины в этом сезоне

Вопрос введения ограничений на экспорт зерна не рассматривается. В меморандуме с зернотрейдерами будут закреплены прогнозные ожидаемые объемы экспорта продовольственной пшеницы.

Об этом в личном блоге на портале Экономическая правда рассказал первый заместитель министра аграрной политики и продовольствия Максим Мартынюк.

В то время, когда большинство стран-ключевых поставщиков зерна на мировом рынке преодолевают последствия погодных катаклизмов, Украина, которую климатические проблемы в 2018 году тоже не обошли, имеет все шансы собрать высокий урожай на уровне 60 млн тонн и более, считает Мартынюк.

У государства достаточно механизмов, чтобы обеспечить баланс на внутреннем рынке при любом развитии внешней конъюнктуры.

Урожай пшеницы в Украине в 2018 году ожидается на уровне 24 млн тонн (уже собрано 2,17 млн тонн), из них 13 млн тонн — продовольственной. Эти прогнозы зафиксированы на 12-00 в минувшую пятницу, 5 августа, по результатам обмолота 89% площадей под этой культурой.

Итоговый результат будет на 2 млн тонн ниже, чем годом ранее, однако это не критично для внутреннего рынка, потребность которого в продовольственной пшеницы — 4,5 млн тонн.

Погода, считает Мартынюк, была благоприятна для развития поздних культур, особенно кукурузы, и это компенсирует экспортный потенциал.

По данным анализа Госпотребслужбы и институтов в структуре НААН, соотношение «продовольственное зерно/корм» в урожае пшеницы 2018 составит 55/45.

Южные и центральные области успели собрать урожай до начала затяжных ливней и с существенным преимуществом компенсируют снижение качества в западных регионах, где уборочная кампания пришлась на период осадков.

Сейчас на элеваторах (включая портовые) находится 7,75 млн тонн пшеницы. Из них 5,1 млн тонн — 1-5-го классов, причем 5-го класса, который относится к «условно-продовольственным» — не более 0,6 млн тонн.

«Таким образом, состоянию на 5 августа балансы выглядят вполне благополучными, а ситуация — полностью контролируемой», — подсчитал Мартынюк.

Также заместитель министра рассказал о причинах повышения цен на пшеницу.

«Актуальные расценки — 6000 грн+, тогда как месяц назад тонну продовольственного зерна можно было купить за 5200 гривен. Причин несколько. Ключевой игрок глобального продовольственного рынка, каким является Украина, не может оставаться вне мировых тенденций, а погода существенно снижает мировое предложение зерна урожая 2018 года и движет цены вверх. Второй фактор — нестабильность на валютном рынке, которая заставляет внутренних игроков форсировать закупки зерна», — написал он.

По данным участников этого рынка, удельный вес муки существенно снизился в последние годы по мере роста цен на другие ресурсы, и сегодня в структуре себестоимости хлеба из пшеничной муки 1-го сорта занимает 40,3%. При этом 22,3% приходится на расходы на сбыт и топливо, 9,3% — на технологические цели, 9,2% — общепроизводственные расходы, 7,4% — административные расходы. По расчетам опять-таки же пекарей, подорожание муки на 10% генерирует надбавку к цене хлеба на уровне 5%.

«Несмотря на то, что никто из профильных чиновников официально ни разу не произнес страшное слово «квоты» по рынку этот призрак ходит. В Минагрополитики активно обращаются участники отрасли разного статуса и с разной долей рынка с просьбой прояснить ситуацию. Всем им мы отвечаем, что на сегодня (а это, напомню, уже 90% собранных площадей) вопрос введения ограничений на экспорт зерна не рассматривается. Однако, учитывая ситуацию на внешних рынках и повышенный спрос на продовольственную пшеницу, мы обязаны принять меры безопасности. Еще раз повторюсь, что прямые ограничения — самые нежелательные из них. Но уровень самоорганизации трейдингового рынка достаточно высок, и я убежден, что мы можем обойтись без крайних мер», — пояснил Мартынюк.

Экономическая правда

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2695695 Максим Мартынюк


Россия > Электроэнергетика > premier.gov.ru, 8 августа 2018 > № 2695622 Андрей Муров

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления ПАО «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» Андреем Муровым.

Руководитель «ФСК ЕЭС» доложил Председателю Правительства об итогах работы организации в предыдущий период. Рассматривались вопросы дальнейшего развития компании, в частности, внедрение цифровых технологий.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Андрей Евгеньевич, расскажите, какие в настоящий момент принимаются меры в рамках деятельности, которой занимается Федеральная сетевая компания, по обеспечению бесперебойного снабжения электрической энергией самых разных потребителей, включая, конечно, и внедрение новых технологий, я имею в виду цифровизацию всех производственных процессов, которые есть в вашей отрасли. Что для этого делается?

А.Муров: Дмитрий Анатольевич, буквально на прошлой неделе в Челябинске у нас прошло полугодовое общее собрание с коллективами. С коллективами не только исполнительного аппарата компании «ФСК ЕЭС», но, самое главное, с коллективами всех наших филиалов (у нас их 41 по стране плюс 8 МЭСов тоже по всем территориям практически от Калининграда до Дальнего Востока). Плюс к этому со всеми дочерними нашими предприятиями.

И должен сказать, что результаты у нас, на мой взгляд, уверенные, стабильные. В частности, число аварий по отношению к такому же периоду 2017 года у нас снизилось на сегодня на 12%. Если брать пятилетний период, с 2012 года, соответственно, число аварий снижено на сегодня на 41%.

Мы считаем, что это достаточно уверенные результаты. И не только в нашей производственной деятельности, в финансовой деятельности тоже достаточно всё стабильно. За первое полугодие 2018 года мы увеличили основные финансовые показатели, в частности выручку, на 14%. А такие показатели, как EBITDA, скорректированная чистая прибыль, тоже увеличились – порядка 1%.

Если брать эти же показатели на периоде пятилетки, то здесь тоже всё в целом весьма неплохо: выручка увеличилась у нас в полтора раза, до 216 млрд рублей. Соответственно, EBITDA увеличилась на 30%, практически до 130 млрд рублей. И что самое главное, с 2014 года компания полностью перешла на безубыточность, и мы начали нашим акционерам, в первую очередь в лице материнской компании – компании «Россети», платить дивиденды. С 2015 года (за 2014-й) и по сегодняшний день мы заплатили порядка 57 млрд рублей. В частности, за прошлый, 2017 год в августе этого года будет выплачено 20 с лишним миллиардов рублей. Практически это самые высокие дивиденды в электросетевом секторе.

Д.Медведев: А что с «цифрой»? Всё-таки это задача общая сейчас для всей нашей экономики. Мы специально приняли программу по цифровой экономике. Как у вас здесь успехи? Потому что сети, как принято говорить, тоже должны быть умные и экономные. Что для этого делается?

А.Муров: Дмитрий Анатольевич, компания не первый год занимается цифровизацией, это необходимость сегодняшнего дня. Если объём финансирования нашей инвестиционной программы в среднем 110–115 млрд рублей в год, то более 10% мы тратим только на так называемую цифровизацию. И в ближайшие пять лет мы также запланировали порядка 10–12 млрд в год на эти цели.

Что у нас подразумевает этот формат? В первую очередь должен отметить, что все наши объекты (подстанционные объекты компании, а у нас их почти тысяча по всей стране – тысяча подстанций) обладают цифровыми приборами учёта. Это, безусловно, важно. Вы знаете, что в распределительном комплексе пока ещё не такие результаты, тем не менее вся компания, вся большая компания, «Россети», и сейчас ФСК к этому движется. В ФСК это сделано уже на 100%. Это, безусловно, большой проект, стратегический, – проект так называемой цифровой подстанции.

Мы в феврале – марте сдали подстанцию 500 кВ «Тобол», это для нужд «Сибура». «ЗапСибНефтехим», огромный комбинат получил новейшую и первую в стране подстанцию цифровую сверхвысокого напряжения. Все объекты внутри подстанции общаются между собой на одном языке, управляются из единого центра. И что самое главное, там впервые применены оптические трансформаторы тока, напряжения чисто российского производства – производства московской компании. Это одно из направлений.

Безусловно, очень важное для нас направление по цифровизации – это удалённая управляемость наших объектов. В 2018 году таких объектов мы введём 18. К 2021 году, через три года, таких объектов у нас должно быть почти 100 (93–95). То есть продвигаемся в этом направлении тоже. Это, конечно, современные системы связи, технологической связи, оптоволокно. Сегодня мы работаем с крупнейшими нашими российскими компаниями, в частности с «Ростелекомом», по этому сервису не только для того, чтобы обеспечить все объекты ФСК, но и чтобы наши клиенты, коллеги могли также воспользоваться такими услугами. В этом направлении мы продвигаемся, думаю, что будем ускоряться.

Д.Медведев: Это действительно магистральное направление, и чем быстрее будет происходить процесс перехода на цифровые технологии, включая создание этой цифровой подстанции, о которой Вы сказали, тем лучше будет для всех, включая потребителей.

Россия > Электроэнергетика > premier.gov.ru, 8 августа 2018 > № 2695622 Андрей Муров


Россия > СМИ, ИТ. Авиапром, автопром > kremlin.ru, 8 августа 2018 > № 2695621 Дмитрий Рогозин

Совещание по вопросам развития космической отрасли.

Президент провёл совещание по вопросам развития космической отрасли.

Обсуждался ход реализации программ развития ракетно-космической промышленности, меры по обеспечению её устойчивости и роста.

В совещании приняли участие Первый заместитель Председателя Правительства – Министр финансов Антон Силуанов, Заместитель Председателя Правительства Юрий Борисов, помощник Президента Андрей Белоусов, заместитель главнокомандующего Воздушно-космическими силами – командующий Космическими войсками Александр Головко, генеральный директор Государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос» Дмитрий Рогозин.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Как вы помните, несколько недель назад мы встречались с новым руководством «Роскосмоса». И сегодня продолжим анализ ситуации в космической отрасли. Для страны она имеет стратегическое значение. Её уверенное, поступательное развитие необходимо для укрепления обороноспособности, национальной безопасности России, для повышения научного потенциала и создания инновационных производств.

Исследование и освоение космоса, использование открывающихся здесь возможностей в интересах экономики, социальной сферы – важнейшие направления технологического прорыва России.

Сегодня предлагаю обсудить ход выполнения программ развития ракетно-космической промышленности, а также дополнительные меры по обеспечению устойчивости отрасли и её сбалансированного роста.

Правительству и Роскосмосу в этой связи дан целый ряд поручений. Прежде всего имею в виду наращивание орбитальной группировки, создание носителя сверхтяжёлого класса, реализацию пилотируемой программы, завершение строительства космодрома Восточный. Рассчитываю сегодня услышать, как выполняются эти поручения, как идёт работа.

При этом отмечу, что у России есть все необходимые конструкторские, инженерные, технологические возможности для успешной реализации всех этих проектов и, конечно, огромный опыт создания сложнейшей космической техники, уникальные компетенции в освоении космического пространства.

Вместе с тем нашей ракетно-космической промышленности нужно выйти на устойчивый рост качества продукции и выполняемых работ, цена которых должна быть глобально конкурентоспособна. Подчеркну, это ключевое условие для увеличения коммерческого потенциала отрасли, для эффективной работы на мировых рынках, где конкуренция, если не сказать жёсткое соперничество, постоянно растёт.

Нужно создать условия для продуктивной, слаженной работы предприятий космической отрасли и их трудовых коллективов, конструкторов, инженеров, рабочих. В том числе речь идёт о повышении финансовой устойчивости организаций, дополнительных социальных гарантиях и стимулах для роста профессионализма сотрудников и притока молодых, талантливых кадров.

Предлагаю сегодня предметно обсудить все эти вопросы. Но, прежде чем передать слово [заместителю главнокомандующего Воздушно-космическими силами – командующему Космическими войсками] Александру Валентиновичу Головко, хотел бы послушать предложения [генерального директора Государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос»] Дмитрия Олеговича Рогозина. Знаю, что он готов внести предложения по поводу дальнейшего развития и продвижения ГЛОНАСС, его коммерциализации, так же как и дальнейшей коммерциализации систем дистанционного зондирования Земли. Дмитрий Олегович, пожалуйста.

Д.Рогозин: Спасибо, уважаемый Владимир Владимирович!

На предыдущей встрече мы говорили о возможностях дальнейшего развития нашей группировки ГЛОНАСС, совершенствования сигнала, который должен быть более высокоточным, и развитии коммерческих сервисов, в том числе на Земле. Хотел бы внести предложение, связанное с практикой, которую мы применяем в отношении автомобильного транспорта.

Вы знаете, с 1 января 2017 года по Вашему поручению у нас уже действует порядок, при котором все автомобили, которые производятся на территории Российской Федерации, завозятся в Российскую Федерацию, оснащены модулями ЭРА-ГЛОНАСС. Это уже сотни спасённых жизней, мы действительно здесь опережаем даже европейскую практику. Мы предлагаем ввести аналогичную практику при приобретении российскими авиационными компаниями, пусть даже в рамках особого порядка, в лизинг, самолётов иностранного производства и тем более производимых на территории Российской Федерации. Они таким же образом должны быть оснащены в обязательном порядке – и мы предлагаем это сделать законодательно – модулями ГЛОНАСС или ГЛОНАСС-GPS в отдельных случаях. Это даст возможность более точной навигации для экипажа. У нас аэропорты оснащены этой системой, а самолёты, которые пока ещё преимущественно иностранного производства, такими модулями не оснащены. Я просил бы Вас поддержать. Доклад я подготовил и Вам сегодня его представлю.

И второй вопрос. Хотел бы сегодня также после совещания Вам представить альбом. С апреля 2014 года проводили съёмку Крымского моста, как он строился. От первого шага по каждому маршруту, 240 маршрутов было отснято ежемесячно нашими космическими аппаратами дистанционного зондирования Земли. Сейчас у нас группировка 10 аппаратов, через несколько лет будет уже 23 аппарата. Это тоже очень важное направление коммерциализации космической деятельности. Это позволяет сегодня дистанционно наблюдать за тем, как меняются объекты, наблюдать за изменениями ландшафта, изменениями природной среды, незаконной вырубкой леса и многим другим.

Мы уже в ближайший месяц, до конца августа, начинаем проводить в федеральных округах вместе с губернаторами презентации новых возможностей «Роскосмоса» и нашей орбитальной группировки, которые нужно не только коммерциализировать, но и активным образом внедрять в народное хозяйство. Сегодня Вам обо всём подробно доложу.

В.Путин: Я – за. Проработайте, пожалуйста, в установленном порядке с Правительством и внесите предложения.

Спасибо.

Россия > СМИ, ИТ. Авиапром, автопром > kremlin.ru, 8 августа 2018 > № 2695621 Дмитрий Рогозин


Россия. СКФО > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > stroygaz.ru, 7 августа 2018 > № 2705267 Сергей Кирьянов

Для реставрации и развития.

О важности стратегии пространственного развития страны.

Заслуженный строитель России убежден, что стратегия «пространственного развития» страны, озвученная президентом России, будет способствовать повсеместной реставрации памятников архитектуры, старинных сооружений и развитию современных реставрационных технологий.

Реставратор из Ставрополья

Сергей Алексеевич Кирьянов, отметивший в этом году 70-летний юбилей, из славной плеяды строителей-реставраторов, чьими усилиями восстанавливаются и сохраняются для потомков памятники зодчества в их первозданном виде. А ими богато Ставрополье, считающееся наследником фундаментального архитектурного эпоса, доставшегося нам от предков. Натура неугомонная, деятельная, творческая и новаторская Сергей Алексеевич в крае личность известная благодаря созидательной деятельности созданной им в Пятигорске компании «Стройинвест-КМВ», которую многие специалисты воспринимают как эталон реставрационных работ. В ее реестре отреставрированных памятников — Пушкинская галерея, считающаяся визитной карточкой Железноводска, «Сунитская мечеть» и «Домик С.М. Кирова» во Владикавказе, Краевая библиотека им. М.Ю. Лермонтова, здание полпредства в Пятигорске… Даже в столице оставили свой след ставропольские реставраторы: обновленные Ярославский, Белорусский, Курский и Киевский железнодорожные вокзалы Москвы — это дело рук пятигорских мастеров.

С ветераном строительной отрасли мы встретились накануне профессионального праздника — Дня строителя.

— Сергей Алексеевич, когда вы пришли в строительство?

— В строительной отрасли я уже более сорока лет. До перестройки работал на разных руководящих должностях, а в 1988 году открыл свой производственный кооператив «Квадрат». Мне удалось собрать замечательную команду и увлечь ее интересным делом, которым тогда еще никто не занимался. Пятигорск, где мы вошли в строительный бизнес, очень старый город. Там много памятников архитектуры. Чтобы участвовать в тендере на их реставрацию, необходимо получить лицензии на реставрационные работы. Нам удалось достичь своей цели и все у нас получилось.

Золотые руки мастеров

— Каким был первый объект реставрации?

— Здание краевого суда, которому более ста лет. Раньше это был один из корпусов Санатория имени Лермонтова, имеющего статус памятника архитектуры союзного значения.

— В чем особенность строительно-реставрационных работ и как нарабатывались опыт и мастерство?

— Естественно, реставраторами не рождаются. Мастера-строители — каменщики, штукатуры, кровельщики, паркетчики и многие другие специалисты — в процессе постоянного обучения и многолетнего опыта приобретают необходимые навыки и становятся профессиональными реставраторами каждый в своей области. В старинных зданиях присутствует множество архитектурных элементов — колонны, башенки, балконы, эркеры… Их украшают балясины, лепнина и даже скульптура. Есть масса других особенностей, связанных с различными архитектурными стилями и применяемыми технологиями, не говоря уже о многочисленных нюансах внутренней отделки. Жаль, что все это в массовом строительстве сегодня отсутствует. Многие здания, построенные сто и более лет назад, являются неповторимыми образцами зодчества. Процесс обучения идет у нас беспрерывно. Постигая и возрождая старые технологии, изучаем новые и применяем современные материалы, которые производят мировые производители в области реставрации, имеющие собственные лаборатории. Ведь для того, чтобы восстановить, например, первоначальную «родную» штукатурку, нужно провести тщательное исследование и подобрать современный аналог. А не просто залепить стены архитектурного памятника любой штукатурной смесью. Мы давно и успешно сотрудничаем с немецкими компаниями CАPARОL — изготовителем фасадных красок, REMЕZ — поставщиком сухих смесей и с другими признанными мировыми производителями стройматериалов для реставрационных работ.

Сейчас завершаем реставрацию всероссийского архитектурного памятника «Нарзанная галерея» в городе Кисловодске. Буквально несколько месяцев назад восстановили после пожара Дворец культуры им. С.М. Кирова в городе Лермонтове на Кавказе.

— У вас большой коллектив?

— Около 70 специалистов, как в области общего строительства, так и по реставрационным работам. Мастера-реставраторы аттестованы не только в НОСТРОЕ, но и в Министерстве культуры Российской Федерации. Мы являемся проектировщиками строительных и реставрационных работ и сами их и выполняем. Сплоченный творческий коллектив профессионалов — успех наших трудовых достижений.

— Сергей Алексеевич, накануне Дня строителя что бы Вы пожелали коллегам и партнерам?

— Чтобы для всех нашлась работа и мы могли иметь возможность для реализации своего мастерства на благо будущих поколений. Каждому строителю в день профессионального праздника желаю здоровья, счастья и благополучия!

№30 от 03.08.2018

Автор: Сергей ЗЕНИН

Россия. СКФО > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > stroygaz.ru, 7 августа 2018 > № 2705267 Сергей Кирьянов


США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 7 августа 2018 > № 2702475 Кайл Дэвис

Кайл Дэвис: Санкции против Северного Потока – часть игры «большой политики».

Вопрос о возможности применения санкций против проекта «Северный поток – 2» является частью игры «большой политики» – и большого бизнеса – на самом высоком уровне

Внесенный в Конгресс США законопроект по противодействию новому магистральному газопроводу в Европу эксперты расценивают как противостояние между США и ЕС. Подавляющее большинство российских аналитиков убеждены, что эту стройку века уже не остановить. На фоне того, что до 40% газа, потребляемого Европой, поставляется из России, экономическая составляющая проекта «Северный поток – 2» ни у кого не вызывает сомнений.

Своим видением сложившейся ситуации и возможных последствий введения санкций поделился Кайл Дэвис, советник юридической фирмы Capital Legal Services, американский эксперт в области международного права.

«НиК»: Насколько санкции имеют правовое основание?

– Санкции США против определенных иностранных (с точки зрения США) организаций, физических и юридических лиц – явление, которое, как часто отмечают российские чиновники, не основано на строгом толковании международного права.

В то же время в соответствии с Конституцией США внешняя политика (в том числе торговая политика и тарифы), военная доктрина, миграционная политика и другие вопросы, касающиеся иностранцев, находящихся за пределами США, относятся к сфере полномочий президента США. Исключениями из этого общего правила являются ситуации, где федеральные законы, принятые Конгрессом США, или международные договоры, ратифицированные Сенатом США, устанавливают какие-то императивные нормы в этой сфере.

По Конституции США только для заключения международного договора или вступления в полноценную войну президент США обязан обратиться к Конгрессу за одобрением. Однако эти ограничения часто игнорируются. Например, это демонстрирует история с иранским ядерным договором, который администрация Барака Обамы заключила в порядке межправительственного договора, а также истории с большим количеством вооруженных конфликтов, в которых США участвовали без разрешения Конгресса.

Но с другой стороны, санкции США к неамериканским лицам могут лишить их прав владения, распоряжения и пользования (но с формальной точки зрения не права собственности) активами, находящимися в США или под их контролем. Им также может быть отказано во въезде в США (для физических лиц) или в возможности ведения любой экономической деятельности с гражданами и компаниями США, они могут быть исключены из долларовой банковской системы. Эти меры напрямую применяются только к территории США, к американским физическим и юридическим лицам и тем организациям, в первую очередь финансовым учреждениям, которые добровольно соблюдают некоторые аспекты американского регулирования как условие доступа к долларовой системе или американскому рынку.

«НиК»: Получается, что санкции США наиболее болезненны для международных компаний?

– Да, и прежде всего из-за глубокого проникновения США и доллара в мировую экономику. Плюс свою не менее важную роль играет повседневное внедрение технологий, услуг и продукции США на мировом рынке.

«НиК»: Какова роль политической подоплеки планируемых санкций?

– Она, безусловно, имеет место быть.

Напомню, 2 августа 2017 года 45-й президент США Дональд Трамп подписал федеральный закон Countering America's Adversaries Through Sanctions Act («О противодействии противникам Америки посредством санкций», CAATSA).

Раздел 232 CAATSA прямо предусматривает возможность (но не обязательство) применения президентом США экономических санкций против лиц, которые участвуют (в том числе посредством поставки товаров, работ и услуг) в строительстве, расширении или модернизации трубопроводов для экспорта российских углеводородов через международную границу в любое направление из России.

В то же время раздел 257 CAATSA гласит, что США намерены «работать с государствами – членами Европейского Союза (ЕС) и европейскими институтами для продвижения энергетической безопасности путем развития диверсифицированных, либерализированных энергетических рынков, в которых присутствуют различные источники, поставщики и маршруты транспортировки энергии».

Таким образом, власти США пытались сгладить опасения европейских союзников, многие из которых зависят от поставок газа и нефти из России, заверив их, что США не намерены принимать односторонние действия против поставок российских углеводородов в Европу. Следовательно, до недавнего времени вопрос о возможном применении санкций против трубопровода «Северный поток – 2», особенно в отношении его европейских инвесторов и подрядчиков, ушел на второй план, а спонсоры проекта смело продолжали процесс получения необходимых разрешений, организации финансирования и подготовки к активной фазе строительства.

Однако в I полугодии 2018 года возникли серьезные разногласия между США и ЕС. Речь идет о финансировании военных расходов НАТО, торговых тарифах, балансе международных расчетов, миграционной политике, о политике в части Украины, России и Сирии.

Эти разногласия привели к тому, что на саммите НАТО в июле 2018 года президент Трамп публично упрекнул ЕС, в частности Германию, в том, что, находясь под «зонтом безопасности» военной мощи США, немецкие власти заключают многомиллиардные сделки с Россией о новых поставках газа. Американский лидер буквально заявил: «Так что мы должны вас [европейцев] защищать от России, но они [немцы] платят миллиарды долларов России, и я думаю, это очень неуместно». При этом Трамп уточнил, что речь идет именно о проекте «Северный поток – 2».

Позже Трамп пояснил, в том числе в своем микроблоге в Twitter, что государства – члены НАТО должны постараться покупать газ в виде сжиженного природного газа (СПГ) из США, а не газ по трубопроводу из России.

Далее, уже 26 июля 2018 года, по результатам визита в США президента Европейской комиссии Жан-Клода Юнкера, Юнкер и Трамп объявили, что достигнуты договоренности о строительстве на территории ЕС новых импортных терминалов для принятия (по словам Трампа) «в массовых количествах» СПГ из США. Так что вопрос о возможности применения санкций против проекта «Северный поток – 2» является частью игры «большой политики» – и большого бизнеса – на самом высоком уровне.

И, конечно, 18 июля Сенатор Джон Баррассо, республиканец из штата Вайоминг, внес на рассмотрение Конгресса законопроект об обязательном применении санкций к участникам «Северного потока – 2». Этот законопроект имеет исключительно показательный характер и не имеет ни малейшего шанса на принятие. Но тем не менее указывает на политическую накаленность этого вопроса в США – ведь до недавнего времени члены Конгресса не заостряли свое внимание на том, откуда Европа берет газ. Примечательно, что, по официальным данным, 16 из самых больших месторождений газа в США находятся в штате Вайоминг, в том числе найденное минувшей зимой месторождение, способное (по оценкам открывшей его компании) производить более 14 млн м3 в день.

Дополнительно 2 августа шесть сенаторов США, в том числе Линдси Грэм и Джон Маккейн, известные «ястребы» в отношении России, внесли другой законопроект о санкциях против России на рассмотрение Конгресса. Он направлен и против участников нефтегазовых проектов, если в проекте есть доли российских госпомпаниях. Текст законопроекта пока не опубликован. Шансы этого законопроекта считаются более высокими, чем у законопроекта сенатора Баррассо. Тем не менее его принятие далеко не гарантировано, так как он должен быть одобрен Палатой представителей, контролируемой республиканцами, в основном лояльными президенту Трампу, который все еще держит курс на улучшение отношений с Россией. Если Палата представителей перейдет под контроль демократов по результатам выборов в ноябре (все члены Палаты представителей избираются каждые два года, в отличие от Сената, где только треть палаты избирается каждые два года), то шансы принятия значительно повысятся. Если же Трамп его не подпишет, то несмотря на вето президента США закон может быть принят, если две трети членов обеих Палат его одобрят. Таких случаев было чуть больше сотни за весь 231 год существования Конституции США.

«НиК»: Эта игра реально нацелена на защиту интересов США?

– Вполне возможно, что угрозы Трампа были своего рода блефом, чтобы создать условия для наращивания экспорта СПГ на рынок Европы, где Россия давно пользуется преимуществом. Став самым большим производителем газа в мире, США испытывают острую необходимость в открытии новых рынков экспорта СПГ, тем более что единственные соседи США, Канада и Мексика, также являются экспортерами углеводородов и цены на газ в США находятся на критически низком уровне из-за переизбытка производства.

Что касается проекта «Северный поток – 2», то со стороны Трампа жребий брошен и теперь вопрос в том, будет ли он мешать проекту санкциями.

Трамп, наверное, предпочел бы создать такую атмосферу политической накаленности, в которой европейские спонсоры проекта или власти Германии и ЕС сами положат конец проекту без внедрения новых санкций со стороны США.

Было бы странно, если бы Трамп давал проекту спокойно развиваться после громких высказываний вокруг саммита НАТО. Однако от Трампа можно ожидать чего угодно.

«НиК»: Каковы последствия возможных санкций?

– Если (и это большое если) есть политическая воля на их применение и на неизбежно вытекающее из этого обострение конфликта между США и Германией, то существующий арсенал американских санкций объективно достаточен для того, чтобы остановить проект «Северный проект – 2» посредством исключения из него европейских участников. Но так как побочные эффекты самых жестких вариантов американских санкций очень серьезны, это большой вопрос, есть ли политическая воля на их применение.

Например, президент США (или Госдепартамент, или Казначейство США по своей инициативе) может включить юридические или физические лица, связанные с проектом, в список Specially Designated Nationals («Специально обозначенные иностранные лица», SDN). Включение в список SDN означает заморозку всех активов в США и запрет, применимый к долларовой международной банковской системе и ко всем физическим и юридическим лицам США, на ведение любых дел с такой компанией. Для западных спонсоров проекта «Северный проект – 2» – ENGIE, OMV, Shell, Uniper и Wintershall – быть включенным в список SDN означало бы фактический конец их существования.

Но важно отметить, что такую большую и важную компанию, как Shell, США никогда не включат в список SDN – это имело бы огромные последствия для западных стран, в том числе для американского нефтяного бизнеса. Можно смело утверждать, что Трамп не рискнет это сделать.

Побочные эффекты, связанные с включением большой (даже не западной) компании в список SDN, можно увидеть на примере компании «Русал». Колебания на международном рынке алюминия, вызванные включением «Русала» в список SDN 27 апреля 2018 года, были такими масштабными, что европейские и даже американские алюминиевые компании и трейдеры обратились к властям США с просьбой снять санкции с «Русала». По некоторым сведениям, администрация Трампа уже готовится это сделать.

Если США ограничатся включением в список SDN проектной компании Nord Stream AG, зарегистрированной в Швейцарии, то это может потребовать достаточно серьезных изменений в договорной и организационной структуре проекта. Но так как никто из спонсоров проекта не является американским лицом, проект может, наверное, развиваться и дальше, если его спонсоры готовы рискнуть вызвать гнев Трампа и других американских политиков.

Еще один инструмент американских санкций – так называемые секторальные санкции. Они направлены на создание ограничений в сфере инвестирования, деловых партнерств (совместных предприятий), международного сотрудничества и долгового финансирования. Эти санкции в настоящее время применяются к таким большим российским компаниям, как «Газпром», «Сбербанк», «Роснефть», НОВАТЭК и ЛУКОЙЛ.

Как мы все знаем, каждая из этих компаний продолжается существовать и развиваться, в том числе посредством осуществления больших международных проектов.

Аналогично применение секторальных санкций к участникам проекта «Северный поток – 2» могло бы потребовать внесения изменений в концепцию проекта, но при достаточности силы воли его участников реализация проекта может вестись и дальше.

«НиК»: Какие варианты развития событий?

– В любом случае источник интриг вокруг «Северного потока – 2» в меньшей мере касается российско-американских или даже российско-европейских отношений. В большей степени эта история относится к состязанию воли между Европой и Америкой, связанному с накопленными претензиями внутри Западного альянса, а также к политике Трампа, направленной на превращение США в крупного экспортера углеводородов (это касается и нефти, и газа).

С точки зрения американского законодательства и инструментария американских экономических санкций президент Трамп мог бы приостановить участие западных партнеров «Газпрома» в проекте «Северный поток – 2», но одновременно с этим США потерпели бы огромные геополитические и экономические потери и Трамп попал бы под сильное давление как со стороны своих союзников в Европе, так и международных и американских бизнес-лобби в нефтегазовой (и не только!) отрасли.

Намного более вероятным выглядит вариант, при котором Трамп, используя «пряник» и «кнут» во взаимоотношениях с властями Европейского союза и Федеративной Республики Германия, попытается заставить европейские власти отказаться от проекта и/или запретить его европейским участникам дальше работать по проекту.

Учитывая недавнее развитие событий с договоренностями о строительстве терминалов для импорта американского СПГ в Европу, цель Трампа может даже ограничиться просто созданием задержек в графике реализации проекта «Северный поток – 2». Это необходимо для того, чтобы дать время развитию импортной инфраструктуры СПГ, чтобы лишить «Северный поток – 2» экономической обоснованности.

«НиК»: Как вся эта история отразится на России?

– Для России налицо негативная сторона появления агрессивного и геополитически влиятельного конкурента на газовом рынке Центральной и Восточной Европы, где РФ доминирует десятилетиями. В то же время есть и положительные аспекты: это может дать новый импульс для дальнейшей активизации затянувшегося национального проекта по глубокой переработке сырья и повышению добавленной стоимости экспортной продукции.

В целом развитие технологий в сферах электрического транспорта, возобновляемых источников энергии и батарей вкупе с возрастающим в Европе чувством ответственности за состояние окружающей среды на фоне всемирного потепления указывает на то, что долгосрочные инвестиции в европейский рынок сопровождаются новыми структурными рисками, не связанными с конкуренцией или геополитикой. Безусловно, высшее руководство России и «Газпрома» будет учитывать и эти факторы при разработке ответа на новый вызов из Нового Света.

Беседовала Мария Ромашкина

США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 7 августа 2018 > № 2702475 Кайл Дэвис


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 7 августа 2018 > № 2700881 Юрий Лупенко

Рентабельность говядины вышла в «плюс» впервые за 25 лет

Производство подавляющего большинства агропродукции сельскохозяйственных предприятиях Украины в 2017 году было прибыльным.

Об этом сообщил директор Национального научного центра «Институт аграрной экономики», академик НААН Юрий Лупенко, говорится в сообщении института.

По его словам, в прошлом году уровень рентабельности производства зерна составил 25,0% против 37,8% в 2016 году, семян подсолнечника — 41,3% против 63%, сахарной свеклы — 12,4% против 24,3%, овощей открытого грунта 15,6% против 19,7% соответственно. То есть почти по всем видам растениеводческой продукции — кроме нетипичного для сельхозпредприятий картофеля — рентабельность производства уменьшилась. Больше всего она снизилась по сахарной свекле — почти вдвое, подчеркнул ученый.

«В животноводстве впервые за последние 25 лет рентабельным стало производство мяса крупного рогатого скота — 3,4% против (-24,8%) в 2016 году. Также стало рентабельным производство мяса свиней — 3,5% против (-4,5%) в прошлом году. Хотя этот показатель еще значительно меньше исторического максимума последних 25 лет: в 2015 году рентабельность производства мяса свиней достигло 12,7%», — напомнил академик.

Второй год подряд рентабельным было и производство мяса птицы (без учета переработанного на собственных мощностях): 7,0% в прошлом году и 5,0% — в 2016 году.

В то же время впервые с 2006 года убыточным стало производство яиц (-9,0)%. В 2016 году они едва удержали рентабельность в 0,5%, тогда как 2015 г. рентабельность производства этого вида продукции птицеводства достигла рекордного с 1994 года уровня в 60,9%, отметил Юрий Лупенко.

Убыточным осталось производство мяса овец и коз (-39,9)% против (-35,2)% в 2016 году.

«Уменьшение уровня рентабельности производства большинства видов сельскохозяйственной продукции будет усиливать переориентацию сельхозпредприятий на наиболее маржинальные, в первую очередь зерновые и технические культуры, кроме сахарной свеклы», — подытожил Юрий Лупенко.

Agroportal.ua

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 7 августа 2018 > № 2700881 Юрий Лупенко


США. Иран. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 7 августа 2018 > № 2700778

Трамп увеличивает давление на Иран и компрометирует Европу

Ева Фишер, Моритц Кох | Handelsblatt

"Они старались найти компромисс, выступали с предложениями, взывали к своим американским партнерам - месяцами европейцы пытались удержать США от расторжения сделки с Ираном, - пишут журналисты Handelsblatt Ева Фишер и Моритц Кох. - Однако все дипломатические усилия оказались тщетными. Во вторник, с 6:00 по среднеевропейскому времени, вступили в силу санкции США против Тегерана. Европейцам остается разочарование и чувство бессилия".

Теперь от возможных последствий санкций необходимо защищать европейские компании, говорится в совместном заявлении верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерики Могерини и министров иностранных дел Франции, Германии и Великобритании. "Однако возможности для достижения этой цели ограничены, - отмечают авторы статьи. - Крупные инвесторы из Европы уже покинули Иран: риск оказаться в поле зрения американских властей в качестве нарушителей санкций слишком велик".

"Европейский рынок для Тегерана мертв", - заявил один из дипломатов. По его мнению, теперь необходимо по крайней мере защитить торговые отношения Ирана с Китаем и Россией. Обе страны тоже подписывали ядерное соглашение и совместно с европейцами пытаются спасти то, что можно спасти.

"Одно только уведомление о санкциях США уже ввергло иранскую экономику в глубокий кризис, - продолжают журналисты. - Рухнула валюта, свирепствуют инфляция и безработица. Население выплескивает свое разочарование на улицах. Американское правительство с удовольствием принимает это к сведению".

До сегодняшнего дня Тегеран, даже при возобновлении санкций, придерживается условий ядерного соглашения. "Несмотря на санкции, мы покажем миру, что держим слово и выполняем обязательства, данные в международных договорах", - заявил президент Ирана Хасан Рухани в интервью государственному телеканалу IRIB. "Есть только один вопрос, - комментируют журналисты: - как долго? Большие надежды, которые иранские реформаторы связывали с соглашением, разбиты. Победу одерживают сторонники жесткой политики, выступающие против договоренностей с Западом".

Европейцы опасаются, что провал соглашения с Ираном приведет к ядерной гонке вооружений на Ближнем Востоке.

Чтобы показать иранцам, что Европа по-прежнему поддерживает договоренности, достигнутые в ядерном соглашении, ЕС в этот вторник утвердит ответный закон, запрещающий европейским компаниям соблюдать американские санкции, за исключением случаев, когда у фирм есть специальное разрешение Еврокомиссии, передает издание.

"Абсолютно неясно, будут ли эти защитные меры работать на практике. Администрация США относительно расслабленно воспринимает попытки Европы подорвать санкционный режим", - отмечают Фишер и Кох.

"Правительство США считает санкции необходимыми для того, чтобы препятствовать стремлению Ирана к господству на Ближнем Востоке и поддержке террористических организаций вроде "Хизбаллы". Одновременно правительство Трампа надеется, что протесты дестабилизируют режим мулл, - пишут журналисты. - Однако европейские дипломаты настроены скептически. Говорят, что, правительство Рухани становится неустойчивым, однако теократическая система стабильна. Не реформаторы, а именно реакционные силы в Тегеране извлекают выгоду из американской политики".

"Для совместной внешней политики стран ЕС выход США из сделки с Ираном является тяжелым ударом. Соглашение считается одним из крупнейших достижений международной дипломатии прошлых лет", - подчеркивают авторы статьи. Поэтому велико и недовольство. "Независимо от проблематичной роли, которую Иран играет в регионе, повторное введение санкций против Ирана со стороны США является ошибочным сигналом", - посетовал эксперт по внешнеполитическим вопросам немецкой партии ХДС Юрген Хардт.

США. Иран. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 7 августа 2018 > № 2700778


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 августа 2018 > № 2699479 Георгий Тука

У Путина уже развязаны руки: что ждет Украину осенью

Георгий Тука, Апостроф, Украина

Наиболее трудный период в современной истории Украины будет начинаться с сентября этого года. У президента РФ Владимира Путина развязаны руки после завершения чемпионата мира, и Россия будет активно действовать в своих интересах, используя наши внутренние противоречия и слабость для того, чтобы дестабилизировать ситуацию в стране. Такое мнение в эфире «Апостроф ТВ» высказал заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Георгий Тука, комментируя нападения на активистов, которые произошли в первую неделю августа.

— Я собирался встретиться с руководством СБУ по этому поводу, просто хотел лично поговорить. С точки зрения политической целесообразности — это выглядит как система. В ноябре прошлого года мы делали отчет (я не знаю, был ли он открытым), который предоставляли для служебного пользования, об определенных внутренних и внешних факторах. И мы сделали выводы, что наиболее тяжелый период в современной истории Украины будет начинаться с сентября этого года.

С одной стороны, накладывается агрессия России, ведь у Путина абсолютно развязаны руки после окончания чемпионата мира по футболу. С другой стороны, будет рост популистских настроений в Европейском союзе, а ни для кого не является секретом, что популистские партии, как правило, крайне левые или крайне правые, сотрудничают с Российской Федерацией. То есть можно утверждать, что прорастают пророссийские настроения в Европе, плюс мы сейчас входим в опасный для нас, но очень привычный турбулентный период — избирательная гонка.

На фоне всех этих факторов мы сделали вывод, что примерно с сентября для Украины наступит самый опасный период в нашей истории. У нас нет никаких сомнений, что Россия будет активно действовать в своих интересах, используя наши внутренние противоречия и слабость для того, чтобы дестабилизировать ситуацию в стране. И одним из направлений может быть такой комплекс действий, как нападения на активистов.

Например, накануне был ряд погромов лагерей ромов. Я уже общался с руководством лагерей по этому поводу. Есть материалы, где эти, казалось бы, случайные действия на самом деле были управляемыми. То, что они были управляемые организацией С14 (запрещенная в России организация — прим. ред.), не соответствует действительности. Для этого я лично встретился с Евгением Карасем, которого я знаю еще с 2014 года, и он мне рассказал очень много деталей. Во-первых, в Киеве наиболее известный погром на Лысой горе был очень хорошо срежиссирован. Я буду настаивать, чтобы они провели тщательные расследования, чтобы выявить кем именно. Поверхностных действующих лиц мы знаем — это сотрудники благоустройства, Голосеевского райотдела и часть самих ромов, проживавших там. Я убежден, что ряд вроде бы случайных событий был срежиссирован, и единственная цель — показать наружу «звериное лицо украинского фашизма». Что и было сделано. На этой неделе уже даже было заявление ООН по этому поводу.

Что касается случаев, произошедших на этой неделе, то я против обобщений, что, например, это была «рука Кремля». Этим должны заниматься компетентные органы — исследовать, искать причинно-следственные связи: не только исполнителей и причины, но и заказчиков.

К сожалению, у нас неоднократно были примеры, как используются наши внутренние проблемы и противоречия нашими «братьями». Один из самых ярких примеров, каким образом развивались по спирали противостояния между Украиной и Польшей. Сначала в одном месте разрушили памятник, у нас в ответ разрушили, там снова разрушили, а в Луцке обстреляли из гранатомета консульство Польши, а затем перекрыли международную трассу. И в тот самый момент очень удачно сработали наши спецслужбы с польскими, зафиксировав, каким образом руководитель блокады общался со своим куратором (тот давал указания), и по роумингу они выяснили, что он находится в Ростове.

Одна из причин, почему так происходит — это безнаказанность, и это касается не только тех людей, которые нападают на активистов. Это вообще у нас проблема номер один. Начиная от мелкого хулиганства, бардака на дорогах, Янтарной народной республики, евробляхового народного движения, заканчивая безнаказанностью чиновников за коррупционные действия.

Что с этим делать? Это, в первую очередь, вопрос к национальной полиции. Лично я уверен, что этот тренд будет раскручиваться по спирали. Случаи могут быть совершенно разными, не связанными между собой. Ведь, казалось бы, что общего между нападением на девушку в Херсоне и убийством («Сармата») в Бердянске. Но, видите, мы как граждане это сознательно объединяем. Однако есть следствие, и я бы сейчас не советовал бежать впереди поезда, слишком большая угроза уйти в ложном русле.

Абсолютно логично, что у кого есть голова на плечах, тот должен понимать, что в конце августа начнется цепочка неприятных событий, например, по рейдерству фермерского урожая. Для этого нужно заранее подготовиться местным правоохранительным органам, создать оперативные группы, жестко и быстро реагировать. А они, как правило, реагируют довольно вяло.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 августа 2018 > № 2699479 Георгий Тука


США > Авиапром, автопром. Электроэнергетика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698776 Илон Маск

Кобальтовый ров и ад раскаленного лития: какие технологии Tesla не по зубам конкурентам

Александр Березин

журналист

Во втором финквартале 2018 года убытки Tesla выросли вдвое, но акции все равно подорожали на 11%. Кроме веры в Маска эти результаты объясняются вполне практическими соображениями: в ряде направлений компания стала монополистом

Уоррен Баффет создал концепцию «рвов» (moats) — барьеров, которые должен создавать успешный бизнесмен между собой и конкурентами. «Рвы» — это преимущества, неважно, технологические или маркетинговые. Преимущества, которые будут у вас и которые не будут у соперника. Они не дадут поколебать вашего положения на рынке тем, кто выйдет на него после вас. Илон Маск известен как самый жесткий критик концепции «рвов», он считает, что такие барьеры могут привести только к олигополии.

Однако, как показывает практика, именно Илон Маск роет «рвы» быстрее и успешнее своих коллег по автомобильной индустрии.

На протяжении многих лет наблюдатели (вслед за главой Fiat Chrysler Automobiles) утверждали: у Маска нет ничего такого, что не могли бы скопировать традиционные производители. Значит, когда они решат войти в рынок электромобилей, то сразу окажутся на коне, а Tesla придется бороться за существование. Преимуществами традиционных брендов считались сильная инженерная школа и опыт массового производства. Но у новичка рынка нашлись контраргументы.

Битва за металл

Обычно критики электромобилей говорят, что этой отрасли угрожает дефицит лития для аккумуляторов. Мол, текущее производство этого металла ничтожно, и при резком росте той же Tesla она упрется в его нехватку. Кажется, что на этом направлении у конкурентов компании дела еще хуже: именно Маск законтрактовал больше всего лития с берегов соленых озер от США до Латинской Америки.

На самом деле «дефицит лития» — это миф. На сотню киловатт-часов емкости аккумулятора (что более чем достаточно для электромобиля) нужно всего 10 кг чистого лития. Для миллиона электромобилей в год достаточно 10 000 тонн металла, а для 100 млн (полного замещения производства обычных легковушек) — 1 млн тонн в год. Лития уже сегодня добывается 60 000 тонн в год, и даже легкое увеличение цены заметно расширит объем его коммерчески целесообразных резервов. Так что вопрос о дефиците лития в реальной жизни не стоит.

Куда более острая ситуация сложилась с кобальтом, используемым в электродах той же батареи. Forbes уже писал про дефицит кобальта и проблемы с его добычей и переработкой: он быстро дорожает, добавляются этические и экологические проблемы.

Практически все конкуренты Tesla из классического автомира применяют NMC-батареи (никель-марганец-кобальт), где кобальта всего 15% по весу — около 360 гр на киловатт-час емкости аккумулятора. В итоге Jaugar I-PACE требует почти 33 кг кобальта, а Chevrolet Bolt — 21,6 кг. Это в разы больше массы лития, нужной для производства тех же электромобилей.

Чтобы иметь батарею той же емкости, как у Tesla, Jaguar и Chevrolet Bolt нужны лишние килограммы. А они увеличивают расход энергии электромобиля и снижают его дальность.

А вот Tesla использует никель-кобальт-алюминиевые батареи (NCA), требующие примерно 220 гр кобальта на киловатт-час емкости аккумулятора. Даже самый «дальнобойный» вариант последней Tesla — Model 3 Long Range — в итоге требует менее 17,2 кг кобальта. Базовая версия, которую начнут продавать со следующего года, не потребует и 12 кг кобальта. По пробегу на одной зарядке она близка к Chevrolet Bolt, а разница затрат кобальта — почти в два раза. А значит, «тесл» кобальтовое проклятие коснется куда слабее.

Более того, Илон Маск уже заявил, что со следующего года компания планирует вовсе отказаться от кобальта в катоде. Никто из конкурентов, кроме китайского BYD, пока на такой шаг не пошел. BYD использует литий-железо-фосфатные батареи, у которых куда меньше плотность запасаемой энергии, чем у тесловской NCA.

Аккумуляторный «ров»

На данный момент Model 3 оснащена батареей, содержащей 4416 цилиндрических элементов формата 2170 (21 на 70 миллиметров). Средняя энергетическая плотность на уровне субмодуля батарейного блока — 223 ватт-час на килограмм, на уровне цилиндрического элемента — 270 ватт-час на килограмм. На данный момент эти значения выше, чем у любого другого производителя серийных электромобилей. То есть чтобы иметь батарею той же емкости, Jaguar и Chevrolet Bolt нужны лишние килограммы. А они увеличивают расход энергии электромобиля и снижают его дальность.

Tesla — единственный заметный производитель, использующий цилиндрические элементы, все остальные используют призматические элементы. Логику крупных автопроизводителей понять несложно. Для них меньше мороки собирать крупные призматические элементы, чем много мелких цилиндрических. К тому же такая сборка позволяет иметь больше ватт-часов на единицу объема. Поэтому батарея Chevrolet Bolt состоит всего из 288 элементов и собрана в одном месте, а не разнесена по всему днищу, как у «тесл». Для традиционного автомобилестроения вообще типично выбирать решения, которые выносят «мелкие детали» на откуп поставщикам компонентов и позволяют экономить объем внутри машины.

Аккумуляторы Tesla можно заряжать и разряжать быстрее, чем аккумуляторы конкурентов, поскольку опасность перегрева меньше.

У Nissan Leaf батарея расположена под полом, как у Tesla, но элементы у нее призматические, а жидкостного охлаждения нет, что вызывает большие проблемы в реальной эксплуатации.

У этой логики есть и крупные недостатки. Много мелких элементов в батареях Tesla расположены с большими зазорами друг относительно друга. Между ними куда больше места, а расстояние от их центра до охлаждающей ленты (окружающей цилиндрический элемент) — всего сантиметр. Это значит, что им проще избегать перегрева, чем более крупным призматическим элементам. Между цилиндрами проще разместить эффективное жидкостное охлаждение, и они менее уязвимы для возгорания всех элементов сразу при аварии. Все это означает, что аккумуляторы можно заряжать и разряжать быстрее, чем аккумуляторы конкурентов, поскольку опасность перегрева меньше.

Да, такие батареи занимают больше места, но это, как ни парадоксально, делает машины Tesla даже более просторными в ширину и длину, чем у конкурентов. «Размазанная» по днищу батарея находится в горизонтальной плоскости, не пересекающейся с салоном, то есть при одинаковой колесной базе расстояние между сиденьями (и/или емкость багажника) получается больше. Заодно полутонная батарея делает центр тяжести машины очень низким, отчего автомобиль устойчивее к переворачиванию.

Вернемся к перегреву и более быстрой зарядке. Отдельный батарейный элемент у Nissan Leaf в полдюжины раз, а у Chevrolet Bolt на порядок крупнее тесловских, что ведет к тому, что их владельцы будут заряжаться куда медленнее. Электромобили от GM и Nissan за 30 минут зарядки получат достаточно энергии, чтобы проехать 140-144 км. И это заявки производителей: в реальности все куда хуже из-за перегрева слишком плохо охлаждаемой батареи.

Разработчики Jaguar I-PACE утверждают, что в светлом будущем у них будет лучше: на 30-минутной зарядке авто сможет проехать 200 км. Но только когда «общественные заправки получат нужные технические усовершенствования». А до тех пор покупателю машины стоимостью от $68 000 предлагают наслаждаться 135 км пробега за 30 минут зарядки. Тем временем продающаяся сегодня Tesla Model 3 за те же 30 минут набирает энергии на 270 км пробега.

При этом в отличие от других автопроизводителей Tesla имеет сеть собственных суперчарджеров, которые заряжают потребителя уже сегодня, а не предлагают ему ждать прогресса на «общественных зарядках», которых сегодня радикально меньше, чем суперчарджеров.

Так выбор более простого для и более традиционного для автомобильной индустрии решения — призматических крупных аккумуляторных элементов — сделал электромобили традиционных игроков заметно менее практичными в дальних поездках. Потребитель в развитой стране может проехать на машине до тысячи километров в сутки. На Model 3 — c часом остановки в пути (~500 км в час на исходной зарядке, плюс две зарядки по 30 минут на еще 540 км). За этот час он как раз успеет поесть. Лучший (и самый дорогой) электромобиль-конкурент от Jaguar потребует полутора часов зарядки, а более дешевые — двух и более часов.

«Ров» энергоэффективности

Есть еще одна область, где инженеры традиционных игроков поработали спустя рукава, — расход энергии на километр пробега. Для ДВС-машин она не так важна, поскольку меньший пробег на одной заправке можно исправить, просто заехав на бензоколонку. Так сказать, «засыпать деньгами» энергонеэффективность своего авто. У электромобили пока все иначе: большая батарея дорога, и все хотят сделать ее поменьше. Поэтому и важно иметь минимально возможное потребление энергии на километр пройденного пути.

Для этого у Model 3 есть то, чего нет у конкурентов. Во-первых, коэффициент аэродинамического сопротивления 0,23 — самый низкий среди всех серийных машин в мире (у Bolt, например — 0,31). Он обеспечивает очень умеренные затраты энергии на трассе. Во-вторых, основной мотор на задней оси на постоянном токе — его КПД на 5-10% выше, чем у моторов на переменном токе. А ведь именно последние выбрали — в силу их большей распространенности и технической «привычности» — конкуренты Tesla.

В итоге при батарее на 78 киловатт-часов пробег Model 3 на одной зарядке — 537 км по циклу EPA. У Jaguar I-PACE емкость батареи 90 киловатт-часов, а вот пробег на одной зарядке — всего 480 км, Chevrolet Bolt с 60 киловатт-часами — 383 км. Цифры пробега по разным циклам далеко не так важны, как те, что можно получить в реальной жизни. В сущности, пробег на одной зарядке становится важен только на трассе: в городе типичный покупатель вряд ли проедет 537 км в сутки.

На трассе отличная аэродинамика Model 3 дает ей вырваться далеко вперед. При 120 км/ч она проезжает 443 км (480 км на 113 км/ч). Chevrolet Bolt на такой же скорости — только 305 км. Jaguar I-PACE, к сожалению, все еще недоступен для независимых тестировщиков, но его пробег на большой скорости скорее всего будет хуже Tesla — коэффициент аэродинамического сопротивления выше.

#Rapidgate

Вспомним еще раз о преимуществах лучше охлаждаемой батареи. Если Model 3 на обещанной скорости заряжать удается, то ни у Nissan Leaf, ни у Chevrolet Bolt это не выходит. Дело в том, что производители измерили скорость зарядки машины с «пустым» аккумулятором и долгое время стоявшей на месте. Однако реальный пользователь вовсе не заряжает машину на трассе таким образом. Он предварительно на ней едет, отчего батарея с призматическими элементами перегревается. Поэтому контролирующая ее электроника не дает Nissan Leaf заряжаться быстрее — за полчаса добавляет только 50 км пробега вместо обещанных 140 км!

Илон Маск «не любит» олигополию, зато не против монополии — пока она принадлежит ему.

Chevrolet Bolt тут сильно лучше — у него хотя бы есть жидкостное охлаждение. Но и у него призматические большие элементы охладить хорошо не получается. Поэтому реально за 30 минут он заряжается только на 112 км пробега. И это вместо рекламируемых 144 км. Когда Jaguar I-PACE появится в свободной продаже, он тоже вряд ли подтвердит свои рекламируемые возможности по быстрой зарядке на трассе — у него такие же ошибки в архитектуре аккумуляторов, что и у остальных «теслакиллеров».

Хотя вышеприведенные цифры приведены по одному тестированию на ресурсе Evobsession, но остальные данные, включая блоги и форумы, еще хуже. Пользователи жалуются, что «скоростная зарядка» предлагает подождать пару часов уже при плюс 18 градусах по Цельсию. Сколько же покупатель «теслакиллера» будет заряжаться жарким днем? Вся эта некрасивая история с откровенно разочаровывающей скоростью перезарядки уже получила в соцсетях собственный хештег — #Rapidgate.

Когда обанкротится Tesla

Вышеописанные проблемы показывают, что на данный момент практически пригодных к дальним поездкам электромобилей, кроме Tesla, никто не производит. Основные страхи потребителей в отношении электромобилей относятся именно к дальним поездкам. Так что Leaf и Bolt, как скорее всего и I-PACE текущих версий, рискуют остаться нишевыми машинами для города.

Илон Маск «не любит» олигополию, зато не против монополии — пока она принадлежит ему. Он так успешно копал технологические «рвы» (батарейный, аэродинамические, «ров» из сети суперчарджеров), что конкуренты еще долго их не одолеют. И не факт, что к тому времени Tesla не выкопает новых. В ее случае «рвы» привели даже не к олигополии, а к фактической монополии на практичный электромобиль. Чтобы нарушить эту монополию, классическим автопроизводителям надо сдать в утиль созданные ими электромобили, отказаться от призматических батарей, собранных в одном месте, перейти к более мелким элементам, «размазанным» по днищу машин.

Но в платформы уже вложены большие деньги, возьмут ли производители на себя смелость сказать руководству: «Вы знаете, наш традиционный подход к компоновке авто сделал эти платформы неконкурентоспособными. Давайте просто забудем о них и о том, сколько они нам стоили, начнем с чистого листа».

По-видимому, такая ситуация в ближайшие годы не позволит появиться реальным конкурентам машинам Маска как минимум в сегменте Model 3 и Model Y.

Между тем во время звонка по итогам второго финквартала 2018 года основатель Tesla заявил, что компания разрабатывает свои чипы Hardware 3 для управления беспилотными машинами. Это пробивает брешь в монополии nVidia на чипы. Пожалуй, Маск и самому Баффету может рассказать, как именно надо копать «рвы» в высокотехнологичном секторе.

США > Авиапром, автопром. Электроэнергетика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698776 Илон Маск


Россия > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698767 Иван Куксин

Задеть за живое. Как личный подход меняет рынок недвижимости

Иван Куксин

генеральный директор веб-бюро «Синий муравей»

Рынок недвижимости все активнее интегрируется в digital для привлечения покупателей и увеличения продаж. Какие инструменты девелоперы используют охотнее всего и как технологии меняют взаимодействие компаний с клиентом

Современный пользователь, избалованный преимуществами digital-эпохи, привык к технологиям, которые делают процесс выбора и покупки товара максимально легким и безболезненным. Хотя важнейшим элементом сайта по-прежнему остается контент, его уже недостаточно для привлечения посетителей: борьба за клиентов вынуждает застройщиков постоянно быть «в тренде», подстраиваясь под требования завтрашнего дня. «Сейчас в e-commerce уже наступила эра автоматизированного и персонализированного маркетинга, который вкупе с глубинной и детальной аналитикой трансформирует сам маркетинг и все традиционные бизнес-процессы», — отмечает Роман Абдуллин, директор по маркетингу и рекламе ГК «ПИК».

Умный сайт: метатипы и анализ соцсетей

Основным инструментом знакомства пользователя с предложением компании и продажи квартир остается сайт. В последние годы появилась тенденция объединять все проекты компании на одном ресурсе, хотя большинство застройщиков продолжает использовать параллельно отдельные площадки для каждого объекта. Однако уже есть примеры полного отказа от продуктовых сайтов в пользу единого портала, как, например, у компаний «Гранель», INGRAD и «ПИК». Такой портал выполняет роль своеобразной витрины, где представлены все проекты в различных ценовых классах и локациях, так что покупатели получают возможность увидеть предложение компании целиком, — комментирует Анна Соколова, руководитель направления стратегии и маркетинга ГК «INGRAD». Полностью оправдывает свое назначение и единый сайт «Гранель»: по словам Михаила Царева, директора по маркетингу и рекламе ГК «Гранель», 90% клиентов совершают покупку после изучения информации именно на официальном ресурсе группы компаний.

Меняется и наполнение сайта. Все большей популярностью пользуются «умные» алгоритмы, которые помогают выявить потребности клиента и помочь ему с выбором. Так, на новом портале концерна «КРОСТ», который планируется запустить в августе этого года, будет использоваться алгоритм оценки поведения посетителей, включающий даже анализ их страниц в соцсетях. По словам заместителя генерального директора концерна «КРОСТ» Марины Любельской, в момент авторизации пользователя через соцсети умная система будет анализировать его предпочтения, потребности, интересы, ключевые слова в его постах и предлагать варианты жилья с учетом этой информации. Например, если человек интересуется спортом и ежедневно занимается большим теннисом, ему будет предложен жилой комплекс, в составе которого есть профессиональные теннисные корты, комментирует Любельская.

К подобным инструментам персонализации в той или иной степени обращаются большинство застройщиков. Анализ пользовательского поведения помогает отобрать пул квартир, которые потенциально могут заинтересовать клиента — так он может быстрее найти подходящий вариант и перейти к сделке. Для этой же цели используются метатипы квартир, объединяющие собой все лоты девелопера с одинаковой планировкой. Метатипы позволяют повысить количество качественных обращений в отдел продаж и тем самым увеличить число сделок, утверждает Игорь Соломатин, директор департамента маркетинга и рекламы «Лидер Инвест». По словам Соломатина, после недавнего перезапуска сайта объекта на ул. Лобачевского, 120 с метатипами квартир количество обращений увеличилось примерно на 60%.

Война с поп-апами

Стремительная диджитализация приводит к тому, что технологии, популярные еще вчера, сегодня теряют актуальность и сменяются новыми. Если еще недавно использование всплывающих окон с баннерами акций было общей практикой, сейчас половина из опрошенных компаний отметили, что отказались от этого инструмента, поскольку он раздражает пользователя. На смену ему пришли стартовые видеоролики, которые легко закрыть, слайдеры в шапке сайта и push-уведомления по подписке.

Такая же судьба постигла инструменты, заставляющие пользователя оставить свои контакты в обмен на какую-то информацию (например, когда цена квартиры отображается только после ввода своего телефонного номера или почтового адреса). Все опрошенные специалисты разных компаний-застройщиков заявили, что не используют такой функционал. По словам Игоря Соломатина, «Лидер Инвест» тестировала этот инструмент, убрав цены на сайтах некоторых проектов. Чтобы узнать стоимость квартир, нужно было позвонить или заполнить форму обратной связи. Прямой корреляции увеличения именно целевых обращений замечено не было, скорее наоборот: невозможность сразу увидеть цены может вызвать у некоторых клиентов негатив, отмечает Соломатин.

Перспективы автоматизации

Одной из важнейших digital-тенденций, адсорбированных рынком недвижимости, стала автоматизация. Огромное количество процессов, которые раньше требовали личного визита в офис или телефонного звонка, уже переместилось в интернет. Автоматизация позволяет снять нагрузку с менеджеров и снизить себестоимость сделки, а для покупателей упрощает процедуру заказа.

Разумеется, в отличие от бытовых покупок, приобретение жилья является серьезным решением, требующим больших вложений, поэтому примеров внедрения инструментов e-commerce на рынке недвижимости пока мало. Но многие застройщики уже отмечают перспективы подобного функционала. «Сегодня уже появилась возможность переводить те или иные операции в цифровую плоскость, сокращать число личных взаимодействий клиента с посредниками и визитов в офисы продаж, и эта тенденция продолжится в будущем. Ведь мы уже заказываем в интернете продукты, услуги и товары, даже люкс-сегмента, почему бы не применить это для покупки недвижимости?» — комментирует Екатерина Кутумова, вице-президент по маркетингу и связям с общественностью Группы ПСН.

Уже сейчас на портале компании ЛСР представлена возможность забронировать квартиру онлайн; оставить заявку на бронь можно на главном сайте «Самолет Девелопмент». Этот инструмент также планирует внедрить в свое мобильное приложение концерн «КРОСТ». В полной мере функционал покупки квартиры онлайн реализовала ГК «ПИК»: на сайте группы компаний клиент может самостоятельно выбрать квартиру, совершить бронирование (оплатив картой или с помощью Apple Pay), подать заявку в банк, загрузить фотографии документов с телефона и получить ипотеку онлайн. После этого произойдет электронная регистрация права собственности в базе Росреестра. В будущем развитие таких тенденций приведет к тому, что выбрать и приобрести квартиру можно будет, не вставая с дивана.

Масс-маркет vs элитный сегмент

Но все же переход на рельсы электронной коммерции поддерживают далеко не все застройщики. К инструментам автоматизации чаще обращаются компании, которые работают в масс-маркете — с его потоковостью и большим количеством как объектов, так и клиентов. Поэтому снижение себестоимости продажи за счет автоматизации для этого сектора особенно актуально. В элит- и премиум-сегментах количество потенциальных покупателей значительно ниже — что делает более целесообразным методом коммуникации личный контакт. Кроме того, клиенты в этом секторе обычно не занимаются выбором жилья сами, доверяя его ассистентам. Поэтому для реализации объектов высокого класса этот функционал пока остается невостребованным. В век автоматизации и роботизации ценится человеческий подход, душевный ресурс, эмоциональный маркетинг, — отмечает Яна Тачалова, директор по маркетинговым коммуникациям AFI Development, — особенно при покупке квартиры, так как, по статистике, в нашей стране в среднем один человек приобретает недвижимость один раз за всю жизнь.

Различия в выборе диджитал-решений в зависимости от класса недвижимости касается и публикации цен на сайтах. Стоимость квартиры обычно указывают для объектов масс-маркета и бизнес-класса, чтобы таким образом сразу убить двух зайцев: продемонстрировать открытость компании и отсечь нецелевые звонки. На ресурсах проектов элит- и премиум-класса цена обычно отсутствует. По словам директора по продукту «Сити-XXI век» Марии Могилевцевой-Головиной, это вызвано тем, что итоговая стоимость в данном сегменте зачастую является результатом переговоров. Кроме того, в элитных проектах цена не является определяющим критерием, отмечает Игорь Соломатин.

Клиент превыше всего

Тотальная диджитализация меняет рынок недвижимости, заставляя девелоперов искать новые пути взаимодействия с клиентом и методы продаж. В борьбе за покупателей важнейшей тенденцией становится стремление предугадать все потребности пользователя, сделав процесс его взаимодействия с сайтом максимально комфортным — что находит свое воплощение в автоматизации процессов и персонализации предложения. Основная задача этих инструментов — не просто дать пользователю то, что он ищет, а предложить улучшенный вариант, который превзойдет его изначальные ожидания. Такой функционал основывается на глубинной аналитике и внедрении систем искусственного интеллекта.

Первыми на новые технологии отзывается масс-маркет, в силу специфики этого сегмента, но постепенно диджитализация трансформирует облик всего рынка.

Россия > Недвижимость, строительство. СМИ, ИТ > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698767 Иван Куксин


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698759 Павел Самиев

На здоровье. Есть у санации начало, будет ли санациям конец?

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

В совокупности на санацию проблемных банков по новому механизму оздоровления было потрачено 2,62 трлн рублей. Можно ли спрогнозировать, какие затраты на оздоровления банков еще предстоят и когда этот процесс завершится?

Фонд консолидации банковского сектора (ФКБС) заработал с июля 2017 года. С тех пор в него были переданы банки «Открытие», Бинбанк, Промсвязьбанк, «Советский», «Траст», Рост Банк, а также Азиатско-Тихоокеанский Банк. По информации Центробанка, на эти проблемные банки было потрачено 2,62 трлн рублей.

Эта сумма состоит из двух принципиально разных блоков или траншей. Часть денег была выдана регулятором этим проблемным банкам для поддержания ликвидности, то есть для того, чтобы банки продолжали текущую операционную деятельность. Эти деньги, как правило, предоставляются под небольшой процент не более 0,5% годовых и на большой срок. Часть денег санируемые банки уже успели вернуть. Например, отчитался об этом Бинбанк. Ввиду дешевизны кредита от ЦБ и с учетом всех оздоровительных мероприятий, скорее всего, сделать это будет несложно.

Более того, выяснилось, что оказанная проблемным банкам финансовая поддержка была даже больше, чем требовалось. У «Открытия», Бинбанка и Промсвязьбанка образовалась избыточная ликвидность, которую они разместили на депозитах в ЦБ. По состоянию на 1 июля «ФК Открытие» разместил депозит на сумму 96 млрд рублей, Бинбанк — на 447 млрд рублей, Промсвязьбанк — на 165 млрд рублей.

Но вот вторая часть финансовой помощи значительно хуже поддается анализу, поскольку состоит из сумм, выделенных на компенсацию так называемых токсичных активов. Степень этой токсичности оценить «снаружи», не обладая полной информацией о таких активах, невозможно. Банк России объявил весной, что создает банк плохих активов в форме инвестиционного фонда, который будет впоследствии с такими активами работать, будет пытаться договориться с должниками или списать совсем безнадежные долги с баланса.

При этом у экспертов до сих пор нет понимания, какие именно активы будут передаваться в Фонд плохих активов. Весной Василий Поздышев, зампред Банка России объявил, что Фонд будет создан на базе банка «Траст» и ЦБ даст ему 1,1 трлн рублей. Однако позже председатель правления ФК «Открытие» Михаил Задорнов озвучил другую сумму — 1,5 трлн рублей. Эксперты называют и сумму 2,1 трлн рублей.

Подчеркнем, что это могут быть разные по инвестиционной привлекательности активы. К примеру, заведомо невозвратные долги, которые лучше списать сразу, поскольку дальнейшая работа с ними не даст эффекта. Это могут быть инвестиционные проекты, которые проблемные банки начали финансировать, но по разным причинам срок предполагаемой отдачи сдвинулся по времени. Наконец, речь может идти о так называемых непрофильных активах — вложениях в закрытые ПИФы, фонды и т.д.

Жаль, но мы так и не знаем, по какому принципу будут отбираться данные активы. Инвесторы к этой информации крайне чувствительны, потому что они смогли бы оценить масштаб проблем по всей отрасли. Особенно учитывая, что ФКБС будет работать не только с активами трех крупных банковских групп, но и с другими банковскими активами. Однако данной информации нет, как нет и уверенности, что «больные» банки не потребуют новых инвестиций. Так, в конце июня регулятор объявил, что выдаст санируемым банкам еще 217 млрд рублей.

Руководство регулятора публично признавало, что прежние схемы санации оказались неэффективными, а нынешняя через ФКБС решит наконец все проблемы. Однако пока мы сталкиваемся с ситуацией нехватки прозрачности уже действующих механизмов. И недостаток конкретики в отношении токсичных активов лишь наиболее показательный в момент.

Безусловно, регулятор не обязан отчитываться по каждому своему решению и раскрывать внутреннюю кухню, однако для рынка важно понимать правила игры в целом. В качестве примера можно привести громкую историю с отзывом лицензии у банка «Советский». Громкую — потому что впервые отозвана лицензия как раз у санируемого банка. «Советский» с 2015 года санировался трижды, но вылечить его не смогли. Сначала его оздоровлением занялся государственный «Российский капитал», потом — Татфондбанк, а в феврале 2018 года банк передали в ФКБС. И вот спустя несколько месяцев было принято решение отозвать лицензию. Что именно послужило причиной? Каким образом оценивался эффект от предыдущих финансовых вливаний и на основании чего был сделан вывод о бесперспективности дальнейшей санации? Эта информация недоступна, как и ответ на вопрос, почему у одних банков лицензию отзывают, а других – нет (берут на санацию).

Возможно, прецедент с «Советским» — лучшая стратегия и позволит в будущем минимизировать расходы на заведомо безуспешное лечение небольших и средних банков. Однако рынку не хватает прозрачности и информации о том, какую стратегию в итоге взял на вооружение Банк России, каких целей добивается и какую сумму он планирует потратить на последующую реанимацию токсичных банков.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 7 августа 2018 > № 2698759 Павел Самиев


Россия. ЦФО > Агропром. Химпром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696872 Эльмира Ираидова

Взгляд вперед через призму прошлого.

Двадцать лет назад на отечественном рынке пестицидов появилась компания, о которой сегодня знает каждый российский земледелец. Речь идет о «Щелково Агрохим», крупном производителе средств защиты растений, микроудобрений и семян сахарной свеклы, а также инициаторе ряда важнейших инвестиционных проектов в АПК.

С первых же дней существования новой компании за ее коммерческую деятельность отвечала Эльмира Рафисовна Ираидова: человек, более 15 лет проработавший во Всероссийском НИИ химических средств защиты растений (ВНИИХСЗР). Во многом благодаря ее решениям компания «Щелково Агрохим» стала одним из лидеров, не боящимся осваивать новые направления бизнеса и задавать тренды.

Для молодого российского бизнеса два десятилетия – внушительный период времени. АО «Щелково Агрохим» появилось в год страшного дефолта, не утратило позиций во время экономического кризиса 2008-2009 гг., укрепило их в период обвала рубля 2014 г. Кажется, будто сложности только укрепляют компанию… На самом деле, это невероятный труд – не только удержать, но и развивать бизнес на фоне событий, препятствующих движению вперед.

– Эльмира Рафисовна, двадцать лет назад сомневались ли вы в успехе нового предприятия?

– Признаюсь: когда мы создавали компанию на базе обанкротившегося завода, сомнения были серьезнейшие. Скажу больше: практически никто не верил, что из этой идеи что-то получится. Но наш «костяк» из четырех человек во главе с Салисом Каракотовым (генеральный директор «Щелково Агрохим» – прим. автора) приложил все усилия, чтобы выстоять в те времена и сделать компанию такой, какой она является в настоящее время.

Жизнь непредсказуема: многие фирмы, процветавшие в девяностых годах, бесследно канули в Лету. Нам же удалось преодолеть все трудности и добиться в своем деле высоких результатов.

– Когда же пришло осознание, что самое сложное осталось позади?

– Конечно, к этой мысли мы шли долго. Каждый год был сложным: мы решали одни задачи и, не расслабляясь ни на сезон, ставили перед собой новые. В том числе работали над созданием инновационных препаратов, строительством заводов, реализацией новых проектов, чаще всего — беспрецедентных для нашей страны. Пожалуй, осознание пришло лет десять тому назад, когда мы довольно прочно встали на ноги в финансовом плане. Нынешний период жизни «Щелково Агрохим» я могла бы охарактеризовать двумя словами: динамичный и стабильный. С одной стороны, мы продолжаем уверенное развитие и осваивание новых отраслевых и географических территорий. С другой – имеем достаточную финансовую базу и уверенность в себе, чтобы не переживать за судьбу своих проектов.

– Кто он – современный клиент «Щелково Агрохим»?

– Могу с уверенностью сказать, что создать определенный портрет очень сложно. Ведь в числе наших клиентов значатся крупные агрохолдинги, фермерские хозяйства и дилерские структуры. Но объединяющим фактором является ориентир на достижение высоких экономических показателей и готовность ко всему новому.

– Новое зачастую настораживает…

– Прежде, чем предложить своим клиентам что-то действительно инновационное, мы проводим многочисленные опыты, подтверждающие его эффективность и безопасность. Это касается как отдельных продуктов, так и целых технологий.

Пять лет назад мы предложили аграриям «ноу-хау» — систему управления вегетацией (CVS). Она аккумулирует важнейшие агроприемы, которые способствуют реализации генетического потенциала растений. Это предпосевная обработка семян, использование стимуляторов роста, защита вегетирующих растений и применение микроудобрений. Без стопроцентной уверенности в эффективности и безопасности этих портфелей (а для каждой культуры существует свое комплексное решение) мы ни в коем случае не вывели бы их на рынок. Однако пятилетняя история CVS подтвердила ее действенность и экономическую целесообразность. Хозяйства, работающие по ней, получают стабильно высокие результаты из сезона в сезон.

– Но Система управления вегетацией – не единственное ноу-хау, которое вышло из стен «Щелково Агрохим».

– Мы предлагаем своим клиентам не отдельные препараты, а технологии возделывания сельскохозяйственных культур. И еще одно направление деятельности «Щелково Агрохим» связано с экологизацией растениеводства и снижением пестицидной нагрузки на почву и окружающую среду. Программа так и называется: ЭКОПЛЮС, и состоит она из нескольких элементов. Первый – использование инновационных средств защиты растений с меньшим содержанием действующих веществ. Вторая составляющая технологии подразумевает листовые подкормки микроудобрениями. Третье звено – это биологические препараты, производством которых мы занимаемся. Это направление создано с целью решения экологических проблем. Оно направлено на оздоровление почв, что должно приводить к росту количественных и качественных показателей урожайности.

Система ЭКОПЛЮС продемонстрировала эффективность на практике. Ее цель – не только получать сиюминутную отдачу от работы на земле, но и формировать задел на будущее.

– «Щелково Агрохим» – компания с диверсифицированным бизнесом. В 2011 году вы запустили завод по производству семян сахарной свеклы «Бетагран Рамонь». Затем последовало создание животноводческого комплекса – «Бетагран Липецк». Создается впечатление, что «Щелково Агрохим» специально идет по непроторенным, а потому – самым сложным дорогам?

– Идеи генерируются постоянно. А лучшие из них находят воплощение в новых направлениях работы «Щелково Агрохим». Но к каждой идее мы должны подходить с трезвым расчетом, учитывая ее актуальность и просчитывая экономическую целесообразность. И пусть первое время они требуют больших вложений и не способны окупиться за год-другой: главное – увидеть перспективы и грамотно их реализовать.

Что касается «Бетагран Рамонь», мы работали над этим проектом с большим воодушевлением. В нашей стране отрасль селекции и семеноводства семян в один момент оказалась никому не нужна. Настоящий парадокс! Ведь свеклосахарное производство занимает важное место в российском АПК: ежегодно под эту культуру отводится свыше миллиона гектаров пашни.

Запустив «Бетагран Рамонь», «Щелково Агрохим» заняло важную нишу в отрасли. Это было первое производство дражированных семян сахарной свеклы в Российской Федерации, и к настоящему времени мы занимаем 10% рынка семян.

Но на этом мы не остановились. Следующий виток работы – сотрудничество с крупнейшим производителем сахара в нашей стране, группой компаний «Русагро». Новый совместный проект «СоюзСемСвекла» – очень сложный, затратный, но при этом – важный для отрасли. Я считаю, что создание таких центров должно субсидироваться и поддерживаться со стороны государства.

– Деятельность компании давно вышла за пределы нашей страны. Расскажите, откуда взялась мысль открыть представительства и в других странах?

– Первое представительство появилось в Республике Беларусь. Затем последовал Казахстан и другие страны, где для нас открылись новые горизонты и возможность получить новый опыт. Мы понимали, что способны дать местным аграриям больше, чем они имеют на тот момент. Знания, опыт, инновационные продукты и технологии – все, что было получено и отточено на территории России, – постепенно внедрялось и в других государствах, конечно, с учетом их специфики.

Когда компания «Щелково Агрохим» открывала представительство в Монголии, большинство местных предприятий придерживалось экстенсивных принципов работы. Нам удалось привнести в сельское хозяйство этой страны передовые технологии. Как результат – предприятия, первыми перенявшие их, начали получать высокие урожаи, своим примером мотивируя другие хозяйства. К настоящему времени агропромышленная отрасль Монголии шагнула далеко вперед. И хочется надеяться, что в развитии сельского хозяйства этой страны есть и вклад нашей компании.

А в прошлом году мы расширили свою деятельность в Узбекистане. Долгое время компания была участником тендеров по поставкам действующих веществ на местные химические заводы, а также реализовывала через дилерскую сеть собственные препараты. Но настала пора идти дальше, и теперь мы приступили к строительству в Самарканде завода по производству средств защиты растений. Ожидается, что эту продукцию будут использовать не только в Узбекистане, но и в других странах Средней Азии.

– Получается, что продукция «Щелково Агрохим» востребована за рубежом?

– Да, и в прошлом году мы открыли два представительства в дальнем зарубежье: Алжире и Турции. С одной стороны, мы шагнули на африканский континент. С другой – в Турции очень силен дух Европы. Здесь хорошо развито сельское хозяйство, земледельцы активно используют средства защиты западных компаний-производителей. Но мы намерены составить серьезную конкуренцию, так как эффективность и высокое качество наших препаратов позволяют получать соответствующую экономическую отдачу.

– С каким настроением вы вступаете в юбилейный для компании год?

– Сомнения остались позади: в настоящее время мы обладаем достаточной технической базой, но самое главное – высочайшим интеллектуальным ресурсом, чтобы двигаться вперед. И есть внутренняя уверенность в том, что, как бы ни складывались обстоятельства в будущем, нашу компанию не смогут сломить никакие кризисы. Главное, чтобы в ней продолжали работать грамотные, профессиональные и (это очень важно) порядочные люди. В таком случае мы будем интересны и полезны своим клиентам – сельхозтоваропроизводителям.

Источник:«Щелково Агрохим»

Россия. ЦФО > Агропром. Химпром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696872 Эльмира Ираидова


Франция. Россия > Агропром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696871

Контрсанкции подтолкнули французских предпринимателей открывать производство в РФ.

Некоторые страны подводят итоги очередного года действия продовольственного эмбарго в РФ. Контрсанкции, введенные Россией в ответ на действия Запада, подтолкнули французских предпринимателей к открытию производств внутри РФ, сегодня процесс модернизации и организации новых проектов дает надежду на расширение сотрудничества между странами, сообщил гендиректор Франко-российской торгово-промышленной палаты Павел Шинский.

Но, как он уточняет, «в значительно большей степени российские бизнесмены начали производить продукты в России на основе перенимаемого во Франции опыта, технологий, некоторых видов компонентов и сырья, а также сочетания российского и французского оборудования». По словам Шинского, появились десятки новых производств в абсолютно разных регионах, например, в Сибири: «Это сыры, колбасы, паштеты, фуа-гра». В качестве еще одного примера импортозамещения можно рассматривать новость о том, что Крым в первом полугодии 2018-го вырастил 96,5 т устриц, это рекорд для республики, сообщило в воскресенье Росрыболовство. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года аквакультурные хозяйства увеличили производство устриц почти в 4,5 раза.

Франция. Россия > Агропром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696871


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука. СМИ, ИТ > stroi.mos.ru, 7 августа 2018 > № 2696862

Школу с IT-полигоном и студией хореографии построят в Отрадном

Согласован проект строительства средней образовательной школы на 550 мест на северо-востоке столицы, сообщил председатель Москомэкспертизы Валерий Леонов.

«Трехэтажное здание в Высоковольтном проезде возведут в рамках шестого этапа строительства жилого комплекса. Школа рассчитана на 22 класса, по 25 учеников в каждом», – сказал В. Леонов.

В здании оборудуют 13 универсальных учебных классов, три кабинета по естественным наукам с зонами практических занятий, два лингафонных кабинета, два кабинета информатики и вычислительной техники, кабинет технического черчения и рисования и аудиторию на 49 мест.

Для изучения иностранного языка в школе предусмотрено четыре класса, разделенных на две зоны трансформируемой перегородкой для проведения занятий в двух подгруппах. Для занятий физкультурой оборудован спортзал.

Кроме того, в школе появятся IT-полигон, кабинет астрономии, школьный медиацентр для обучения основам журналистики и студия хореографии.

Общешкольные мероприятия и собрания будут проходить в актовом зале со сценой, техническим центром, артистическими и кладовыми инвентаря.

Также оборудуют кабинет психолога, два методических кабинета, зоны отдыха, ресурсные центры, помещение охраны, административное и санитарно-бытовые помещения.

В школе смогут обучаться дети с ограниченными возможностями здоровья. Безбарьерный доступ будет обеспечен на все этажи с помощью лестниц и лифта.

«Как неоднократно отмечал мэр Москвы Сергей Собянин, одним из основных приоритетов работы правительства столицы является создание всех условий для того, чтобы москвичи могли получать качественное современное образование в непосредственной близости от дома», – подчеркнул В. Леонов.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука. СМИ, ИТ > stroi.mos.ru, 7 августа 2018 > № 2696862


Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 7 августа 2018 > № 2696293

"ВымпелКом" создал новый блок

Анна Устинова

В структуре ПАО "ВымпелКом" (бренд "Билайн") появился новый блок по управлению активами, закупками и логистикой. Управлять этим формированием будет Дмитрий Дорофеев. Он сосредоточится на повышении эффективности всех операционных функций компании. Должность исполнительного вице-президента по трансформации, которую Дмитрий Дорофеев занимал ранее, будет упразднена. По мнению аналитиков, на зрелом рынке с высоким уровнем конкуренции и отсутствием экстенсивного роста единственным способом увеличить прибыль является рост эффективности операций.

"ВымпелКом" сформировал новый блок по управлению активами, закупками и логистикой. Главной задачей нового образования станет повышение эффективности операций компании в указанных областях.

"Сегодня "Билайн" ставит перед собой новые задачи, в том числе укрепление нашего розничного и фиксированного бизнеса и активное развитие мобильной сети. Одним из ключевых приоритетов на этом пути для нас становится повышение эффективности всех операционных функций компании", – прокомментировал изменения в структуре компании Василь Лацанич.

В новый блок по управлению активами, закупками и логистикой войдут три основных направления: дирекция по снабжению, подразделение по управлению движимым и недвижимым имуществом, подразделение по управлению коммерческой недвижимостью. В компании не стали раскрывать, кто займется руководством этих трех направлений.

Новое подразделение возглавит Дмитрий Дорофеев. Его должность будет звучать, как исполнительный вице-президент по управлению активами, закупками и логистикой "ВымпелКома". Дмитрий Дорофеев будет напрямую подчиняться генеральному директору компании Василю Лацаничу. При этом он останется в составе правления "ВымпелКома".

В круг задач нового назначенца войдет разработка стратегии по повышению качества работы операционных функций и создания единых стандартов работы всех подразделений "ВымпелКома".

До перехода на эту должность с апреля 2016 г. Дмитрий Дорофеев был исполнительным вице-президентом по трансформации. Как рассказали корреспонденту ComNews в пресс-службе оператора, эта должность будет упразднена.

Аналитик ГК "Финам" Леонид Делицын полагает, что на зрелом рынке с высоким уровнем конкуренции и отсутствием экстенсивного роста единственным способом увеличить прибыль является рост эффективности операций.

Начальник управления операций на российском фондовом рынке ИК "Фридом Финанс" Георгий Ващенко считает, что формирование нового блока по управлению активами, закупками и логистикой связано с задачами по повышению эффективности бизнеса компании. "По итогам I квартала 2018 г. компания проигрывала своим основным конкурентам по марже OIBDA, являющейся индикатором эффективности деятельности операторов связи", – заметил аналитик "Фридом Финанс". Поэтому Георгий Ващенко не исключил, что вопрос повышения операционной эффективности у "ВымпелКома" стоит достаточно остро (у оператора рентабельность OIBDA в последние два года планомерно снижалась).

Досье ComNews

Дмитрий Дорофеев окончил Балтийский государственный технический университет "Военмех" им. Д.Ф. Устинова по направлению "Международный промышленный менеджмент". Имеет степень магистра международного бизнеса Высшей школы бизнеса Буде, Норвегия.

С мая 2012 г. работал членом Наблюдательного Совета "Альфа-Групп", Председателем Наблюдательного Совета X5 Retail Group, членом Консультативных комитетов ГК "Росводоканал", А1 и "Алтимо". До этого занимал ряд руководящих позиций в крупнейших консалтинговых и аудиторских компаниях мира, включая McKinsey & Company и Ernst&Young.

С апреля 2016 г. по август 2018 г. занимал должность исполнительного вице-президента по трансформации "ВымпелКома". С августа 2018 г. назначен на должность исполнительного вице-президента по управлению активами, закупками и логистикой "ВымпелКома".

Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 7 августа 2018 > № 2696293


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696176 Сусана Халилова

Директор по маркетингу "Фармака": "В начале программы "Доступные лекарства" фармкомпании не могли угадать необходимое количество препаратов "

Эксклюзивное интервью директора по маркетингу и продажам ПАО "Фармак" Сусаны Халиловой

- Какие наиболее ярко выраженные тренды вы видите на фармрынке на середину 2018 года?

- В первом квартале мы наблюдали, с одной стороны, активизацию госпитальных закупок по процедуре закупок с участием международных организаций, а с другой – так и нерешенные проблемы с закупками, которые регулируются Национальным перечнем основных лекарственных средств (Нацперечень), вступившим в силу во второй половине 2017 года. Были достаточно конкретные дискуссии относительно отсутствия некоторых категорий препаратов в Нацперечне, что делает невозможной их закупку за средства бюджета. Но, к сожалению, вопрос пока не решен. Несмотря на официальные заявления по расширению Нацперечня, фармакомпании неоднократно получали четкий месседж от Минздрава, что Нацперечень расширяться не будет. Ясность в этом вопросе помогла бы нам и другим фармацевтическим компаниям при планировании.

Что касается программы "Доступные лекарства", то создается впечатление, что дальнейший количественный рост продаж препаратов по ней приостановился. Ажиотаж спал, сформировалось более-менее четкое количество пациентов, которые в ней участвуют. Мы слышим от коммунальных аптечных предприятий, что периодически аптечные учреждения и сети, чтобы удовлетворить запросы пациентов, вынуждены для покрытия расходов закладывать в программу собственные деньги, несмотря на то, что госпрограмма должна работать бесперебойно. Особенно по инсулинам, ведь от наличия денег на реимбурсацию инсулина зависит человеческая жизнь.

Это тенденции госпитальных закупок. Что же касается розницы, то в целом рынок растет и развивается по всем направлениям более-менее одинаково.

- Вы говорил, что Нацперечень фактически не расширяется. Почему так происходит?

- По информации, размещенной на сайте Государственного экспертного центра (ГЭЦ) в открытом доступе, мы видим, что пока ни одна заявка на включение в Нацперечень не была принята. По всем заявкам идут отказы по тем или иным причинам.

- У вас тоже есть отказы?

- Мы пока заявки не подавали, так как пытаемся для себя выработать оптимальную тактику участия в этом процессе. Понятно, что фармкомпании должны инициировать расширение Нацперечня, но хотелось бы, чтобы государство приняло принципиальное решение – расширяет оно его или нет, сколько денег готово дать под закупки входящих в него препаратов. Однако с момента открытой публичной дискуссии на эту тему прошло уже полгода, но ничего не меняется. Многие больницы уже закупили основные препараты из перечня даже впрок, и не понимают, что дальше - таких препаратов им больше не нужно, а не входящие в Нацперечень они купить не могут. Кто-то пытается писать обоснования для закупок вне перечня, и такие закупки даже происходят. Но это, как правило, касается очень крупных медучреждений, имеющих сотрудников, которые могут обосновать необходимость в них. Остальные медучреждения пока ждут.

Но не хотелось бы, чтобы клиники на все имеющиеся деньги закупали ненужные им препараты только потому, что они входят в Нацперечень.

- Почему вы пока не подаете заявки на включение в Нацперечень?

- Многие наши препараты уже вошли в Нацперечень при его формировании. Просто так, на всякий случай, подать заявку нельзя. Есть отработанный механизм: больница формирует потребность, фармкомпания выходит на тендер и выигрывает или проигрывает. Главным фактором является соотношение цены и качества.

Если продукта в Нацперечне нет, то это исключительно розничный рынок, где действуют другие правила, более жесткие. Там приходится сталкиваться с конкуренцией брэндов и небрэндов, генериков и оригинальных препаратов. Это совершенно иные расходы на маркетинг и другие стратегии. Поэтому нам очень хотелось бы понимать будущее Нацперечня, будет ли он объединяться со списком препаратов по программе "Доступные лекарства", будет ли распространяться на программы реимбурсации, будут ли закупки, которые проводятся за средства госбюджета, проводиться по Нацперечню, как это декларирует Минздрав. На сегодня это все разные перечни, что не очень удобно.

И главное - мы хотим понимать стратегию государства в этом вопросе. На одной из последних встреч в Минздраве был задан конкретный вопрос: будет ли расширяться Нацперечень. И.о. министра (Уляна Супрун – ИФ) ответила, что нет. И это - несмотря на официальные приглашения подавать заявки на включение в Нацперечень. Но до сих пор в него не пропустили ни одной заявки - все, что в нем есть, вошло при его формировании в 2017 году.

-Почему?

- Подача заявки на включение в Нацперечень - огромная работа. Специалистов на рынке, которые понимают, как это делать, нет. Пока мы ставим пред собой глобальную задачу - подать до конца года несколько заявок, возможно, две-три, не больше. Нас настораживает, что перечень доступных лекарств пока не расширяется, нозологии не добавляются. Как лидеру рынка нам очень хочется участвовать во всех этих программах и реформах, но с определенного момента.

- Насколько необходимо фармрынку такое активное регулирование государством? Нацперечень, программы реимбурсации как бы диктуют компаниям, что производить. Не должен ли все-таки рынок быть совсем свободным?

- В отношении производства лекарств полной свободы быть не должно, потому что каждая компания понимает свободу по-своему. Во всех развитых странах фармацевтика всегда очень жестко регулируется государством. Нацперечень не является чем-то новым и уникальным, в других странах давно существуют аналоги этого документа. Но глобальное отличие Украины в том, что наш документ не защищает национального производителя. В других странах такие документы написаны не только, чтобы навести порядок в закупках, но и для поддержки национального производителя, а у нас этого нет. Все молекулы, входящие в Нацперечень, могут быть обеспечены национальными производителями. Даже если в него включат молекулу, которая в Украине не выпускается, то при наличии госзаказа местные компании наладят ее производство в течение 2-3 лет и национальной фармой можно будет покрыть весь спектр лекарственных средств.

- В какой форме должен быть этот заказ – заказ конкретной компании или всем?

- Всем производителям. Если же никто из отечественных компаний к установленному сроку не произведет препарат, то государство купит у иностранцев.

В начале программы "Доступные лекарства" был просто "сумасшедший дом" - фармкомпании не могли угадать необходимое количество препаратов. Прошел год и мы примерно понимаем, сколько и каких препаратов нужно, пациенты немного успокоились и не закупают впрок по 2-3 упаковки. Потребовалось время, чтобы наладить процесс. А если бы государство в самом начале сказало, сколько денег потратит на определенную молекулу или озвучило бы примерное потребление того или иного препарата, было бы намного проще.

Я считаю, что это должен делать аналитический отдел Минздрава.

- А аналитики фармкомпании не могут это просчитать?

- Нет. Мы можем оценить потребление только на основании какого-то периода. Количество некоторых, очень старых молекул, даже не увеличилось – значит, пациентам они не были нужны. Но они вошли в перечень доступных лекарств. К возможности спрогнозировать потребность мы пришли только через год.

- Говоря о стратегии розничных продаж, вы затронули тему конкуренции брендов. Насколько сегодня тема брендирования актуальна для фармрынка?

- С юридической точки зрения есть формулировка: "хорошо известная торговая марка". С точки зрения маркетинга - есть понятие бренда. Это то, во что компания вкладывает деньги и что является ее активами. Для фармрынка это особенно актуально, ведь мы работаем на рынке как генерическая компания. После того, как на оригинальную молекулу заканчивается патент, появляется много желающих производить генерики, и каждая генерическая компания соответственно создает свой бренд. В любом генерическом бизнесе бренд - это маркетинговые активности, которые направлены на узнаваемость бренда. Мы стремимся к тому, чтобы у потребителя была четкая ассоциация с "Фармаком".

- В настоящее время на украинском фармарынке есть проблема, что разные компании называют свои продукты одинаково?

- Да, у нас есть такая проблема, например, в отношении "Корвалола". "Корвалол" - это бренд, который "Фармак" развивал с 60-х годов прошлого века, формировал у потребителя ассоциацию. "Корвалол" - это не название молекулы, это название бренда, но сегодня на рынке есть еще один "Корвалол" от другой компании. В нашем понимании - это вне закона. Никто не говорит о том, что нельзя производить корвалол как лекарственное средство, но называть его нужно иначе, потому что таким брендом владеет именно "Фармак". Не могу сказать, сколько сейчас компаний производит подобный продукт с другим названием, но мы сталкиваемся с "корвалолом" конкурента, и хотелось бы, чтобы все участники рынка понимали, что это нарушение закона. Выводить на рынок продукт с хорошо известным названием гораздо легче, даже если вставить в бренд название своей компании, ведь потребители не очень понимают разницу.

- Насколько дешевле может обойтись выведение на рынок продукта под "чужим" брендом?

- Мы выводим около 20 препаратов в год, это генерики. И мы понимаем, что такое развитие бренда. Строить свой бренд на основе чужого в разы дешевле и легче, ведь у потребителя уже есть четкая ассоциация с молекулой.

Кроме того, потребитель не всегда понимает разницу между продуктами, технологиями производства, качеством сырья, уровнем контроля качества.

- Сейчас есть законодательные инициативы, которые должны, по идее, привести к тому, чтобы в Украине производилось больше генерических препаратов, а патентная защита приняла более приемлемую форму. Как выстраивать маркетинговые стратегии, если законодательство будет способствовать увеличению производства генериков?

- Опять таки, существуют брендированные генерики и небрендированные. Компании сами принимают решение, выводить на рынок бренд или нет. В качестве примера можем привести собственную молекулу "амлодипина", участвующую в программе "Доступные лекарства", и у нас есть ее брендированный препарат. Мы это делаем потому, что хотим быть более узнаваемыми, хотим, чтобы этот препарат четко ассоциировался с "Фармаком".

-Много ли в вашем портфеле препаратов, которые вы планируете брендировать?

- Нет. Как правило, решение принимается сразу – будет это брендированный или небрендированный генерик. Например, если формула не новая, если ей уже лет 30, то как бы мы его не назвали, на рынок это не повлияет - и пациент, и врач понимают, что это такое, маркетинговой ценности у этого бренда не будет.

- Могут ли общеупотребительные названия становиться брендами? И наоборот?

- При определенных условиях бренды с течением времени могут стать и общеупотребительными названиями. Безрецептурные препараты – это острая конкурентная борьба, в которой пациент лично принимает решение о совершении покупки.

- А как "Фармак" придумывает названия своим брендам?

- У нас в компании есть номенклатурная комиссия. В нее входят сотрудники маркетинга, патентные поверенные, юристы. Есть база данных, по которой наши поверенные проверяют, чтобы мы ни с кем не вступили в конфликт. В законодательстве есть определенные требования к названиям, например, не использовать сочетания букв уже существующих брендов. И мы иногда удивляемся, когда видим наименования чужих продуктов.

Мы ориентируемся на выведение брендированных препаратов. Согласно стратегии нашей компании, мы декларируем выведение от 15 до 20 новых продуктов ежегодно, а это 15-20 новых брендов.

Чтобы бренд стал узнаваемым, в среднем нужно около двух-трех лет. Стоимость создания и развития бренда зависит от статуса препарата – отпуск по рецепту или без рецепта.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696176 Сусана Халилова


Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696175 Екатерина Рожкова

Первый замглавы НБУ Рожкова: у Украины нет иного пути, как следовать плану действий BEPS

Эксклюзивное интервью первого заместителя главы Национального банка Украины (НБУ) Екатерины Рожковой агентству "Интерфакс-Украина" (I часть)

-- Тема деофшоризации или внедрения в Украине так называемого "плана BEPS" (план по противодействию уменьшения налоговой базы и перемещения налогов за границу), столь актуальная и модная весной 2016 года после скандала Panama Papers, в последнее время как-то исчезла с радаров. Более года назад Нацбанк заявлял о планах реализовать 5 из 15 шагов плана BEPS. У Минфина были свои 4 шага из 15, однако лишь на днях удалось сделать первый из них – подписать Многостороннюю конвенцию (MLI). Что дальше?

-- Подписание MLI означает, что Украина согласилась с единым форматом предоставления информации. Но этого недостаточно. Теперь с каждой страной нам нужно будет подписать двустороннее соглашение о таком обмене информацией, так как MLI – это рамочный документ.

К такому обмену нужно технически подготовиться, к нему должны быть готовы банки, так как просто руками никто этого делать не будет. Какое-то время уйдет на техническую подготовку банков и финансовых учреждений, которые должны будут эту информацию собирать, а также налоговой, где тоже нужно создать технические условия для приема информации, ее консолидации и рассылки. Это важный момент. После подписания MLI мы должны первый раз подать информацию за полный 2019 год уже в 2020 году. Не могу сказать, что времени очень много, но достаточно, чтобы при условии интенсивной работы все сделать.

Другая часть работы – это подготовленный нами, совместно с Минфином и парламентским комитетом по вопросам налоговой и бюджетной политики, пакет законопроектов, который определяет семь основных шагов плана BEPS (из пяти, которые мы отмечаем как важные, два входят в четверку приоритетных для Минфина). Нам также помогали консультанты и наши международные партнеры.

Мы обсуждали возможность подачи законопроекта в парламент вместе с разработанным Нацбанком законом "О валюте и валютных операциях". Дело в том, что полностью перейти к свободному движению капитала не получится, если не устранить риск неконтролируемого вывода капитала, который грозил бы поставить под угрозу финансовую стабильность. А для этого в Украине должны быть приняты основные принципы BEPS. Но потом мы отказались от этой идеи, поскольку на кону был долгожданный переход от запутанного и репрессивного валютного регулирования 25-летней давности к современной, прозрачной и либеральной модели. В конечном итоге парламент очень продуктивно отработал эту последнюю сессию: принят закон о валюте и валютных операциях, о защите прав кредиторов, о кредитном реестре, а также о корпоративном управлении госбанками. Поэтому над законопроектами, связанными с имплементацией остальных шагов плана BEPS, мы начнем активно работать с народными депутатами уже с сентября.

Я 17-18 июля вместе с главой парламентского комитета Ниной Южаниной участвовала в конференции высокого уровня в Тбилиси на тему международного сотрудничества в борьбе с уклонением от налогообложения, на которой были министры финансов, представители центробанков и налоговых органов… Вернулась оттуда вдохновленная. Во-первых, потому что план действий BEPS работает: те, кто уже имплементировал, рассказывали, что у них за счет расширения базы серьезно растут налоговые поступления, хотя при этом они продолжают снижать налоговую нагрузку. А когда снижаешь налоговую нагрузку, то автоматически улучшается деловой и инвестиционный климат. В результате у стран, которые прошли эти шаги, налоговая нагрузка – 24-27% ВВП, а у нас сегодня -- 38% ВВП, а была вообще более 50%. Конечно, тут есть вопросы и к размеру ВВП, но, как показывает практика других стран, это вещи связанные.

-- Это на примере Грузии, или есть и другие страны?

-- Да, есть и другие, где это хорошо работает. Ведь истории стран с высокой долговой нагрузкой похожие: поскольку экономика циклична, то в периоды экономического спада самым быстрым решением наполнения бюджета всегда было повышение налогов. Но с их повышением теряется часть бизнеса, поскольку он уходит в низконалоговые юрисдикции. На конференции в Тбилиси выступал представитель Италии, который сказал: после начала обмена информацией они выяснили, что их домашний бизнес представлен более чем в 40 юрисдикциях.

-- Нацбанк на днях тоже впервые посчитал, сколько украинского бизнеса скрывается под вывеской прямых иностранных инвестиций – 10,4%. Хотя эксперты говорят, что, вероятно, их еще больше.

-- На самом деле 10,4% - это по итогам прошлого года. Наши подсчеты за 2010-2017 гг. показали, что гораздо больше - 22% - от всех ПИИ, поступивших в Украину за этот период, представляли собой round-tripping (перемещение – ИФ) украинского капитала, который был выведен за пределы страны отечественными компаниями, к примеру, с помощью того же трансфертного ценообразования, и вернулся в виде прямых вложений в акционерный капитал из-за границы и кредитов от прямого инвестора.

Аналогично, если посмотреть на внешнюю торговлю, то около 10% экспорта из Украины идет через оффшорные низконалоговые юрисдикции.

Мы прошли через идеальный шторм в целом, и в банковской системе в частности. Из всех банков, которые мы с рынка убрали, больше 10% ушло за транзакции, связанные с отмыванием денег. На конференции в Тбилиси были коллеги из Италии, Словакии, Словении, Австрии, стран Балтии, которые меня поддержали в том, что, на самом деле, это проблема глобальная. Если классические оффшоры и респектабельные низконалоговые юрисдикции не будут выстраиваться с нами в одну линию, то все это не будет иметь смысла: мы не знаем бенефициаров, используются shell company (компании-пустишки или фиктивные компании – ИФ), используются нераскрытые собственники…

Еще один вопрос, который поднимался - конфиденциальность и защита информации. Поскольку это касается состояния счетов, транзакций, то для бизнеса этот вопрос очень чувствителен. Соответственно, задача регуляторов, которые воплощают BEPS, – обеспечить защиту таких данных, в том числе законодательно определить, кто и какой будет иметь к ним доступ.

Мы с коллегами обсуждали, как они все это имплементировали, и у меня возникла идея сделать подобный форум в Украине - посвященный обмену информацией, ее раскрытию и реализации плана действий BEPS. Я хотела бы, чтобы там обязательно присутствовал наш бизнес, чтобы он услышал, что это не страшно. Важно также, чтобы на форум пришли все заинтересованные регуляторы, так как один орган сам по себе не сможет это воплотить: ни сама налоговая не сможет, ни сам Минфин. Мы все должны объединиться, в том числе парламент, ввиду необходимых изменений в законодательство.

Отсюда и идея большого форума, на который я хочу пригласить коллег, которые уже прошли этот путь. Чтобы они рассказали, с какими сложностями столкнулись, и как их преодолевали.

-- Как можно убедить наших депутатов, достаточное количество которых не понаслышке знакомо с оффшорами, принять такое законодательство?

-- Ответ в том, что это -- мировой тренд. В кулуарах все участники соглашались, что банковская тайна, в классическом ее понимании уже умирает: глобализация, взаимопроникновение, финансовые технологии – все это стирает границы между странами. Мы можем ничего не делать, но тогда останемся на обочине.

Посмотрите, как поступили американцы с FATCA (закон о налоговой отчетности по зарубежным счетам, foreign account tax compliance act - ИФ). Они приняли свой закон в 2010 году, подписали его со всеми странами и сегодня обмениваются этой информацией в одностороннем порядке. Если ты отказываешься быть транспарентным и прозрачным, то мировое сообщество тебя помещает в "серую зону". Это, в свою очередь, означает, что к вашему бизнесу, который намерен выйти на международные рынки, будут предъявляться более высокие требования: будут тщательнее проверять KYC-файлы (знай своего клиента, know your client - ИФ), все транзакции, контракты... Это усложнит работу бизнеса. Если компании не смогут полноценно вести бизнес с украинской "пропиской", то мы в конечно итоге их потеряем.

Еще один аргумент -- увеличение поступлений в бюджет за счет расширения базы налогообложения.

Таким образом, у Украины нет иного пути, как следовать плану действий BEPS. Исторически наш бизнес структурировался в низконалоговых юрисдикциях, и тому миллион причин – десятилетия экономической и политической нестабильности, запутанная правовая система, высокая налоговая нагрузка. Но сегодня, когда мировой тренд развернулся, необходимо им воспользоваться и тоже найти подход к работе с "тихими гаванями". В одиночку бороться тяжело, вместе с миром - проще.

Но при этом важно позаботиться и о комфорте для бизнеса. На конференции называли три важных условия, которые способствуют уплате налогов на настоящей родине бизнеса. Это - понятная и приемлемая нагрузка, качественное администрирование, а также простота уплаты налогов, чтобы все осуществлялось в электронной форме, а не год необходимо собирать все чеки и бумажки, затем полгода их заполнять, нанимать аудитора для проверки заполненного, сдавать это и затем еще полгода отвечать на письма и запросы налоговой. Упрощение системы налогообложения – это еще один мировой тренд, поскольку исчезают все лазейки, когда можно чем-то манипулировать.

Так что интереснейший был форум, сейчас займемся организацией подобного и у нас.

-- Вы упоминали о проблеме определения бенефициаров. Насколько известно, ее решение – это одно из условий Евросоюза по предоставлению Украине макрофинансовой помощи. Нацбанк первый, кто смог добиться установления бенефициаров своих подопечных банков. Кстати, в этом процессе не произошел откат?

-- Нет, никакого отката нет.

-- Тогда планируете ли вы идти дальше и требовать от банков четкого установления конечных бенефициаров всех их клиентов?

-- По банкам мы действительно закрыли вопрос. Мало того, мы расширили такой подход на получающие у нас лицензии небанковские финансовые компании и компании, которые хотят предоставлять услуги инкассации: в своих лицензионных требованиях мы поставили условие №1 – раскрытие конечного бенефициара (ultimate beneficial owner, UBO). Если его нет или он вызывает сомнения, мы не лицензируем.

Теперь аналогичную задачу – раскрытие конечного бенефициара – мы ставим перед банками и по отношению к их клиентам. Но банки сталкиваются с объективными проблемами. Во-первых - это оффшорные юрисдикции, где эти реестры просто закрыты. Во-вторых, к сожалению, - это наши реестры и качество данных в них. Да, там есть очень много полезной информации, которой наши специалисты активно пользуются, но есть и огромный пласт некачественной информации, или некорректной, поскольку за ошибку при подаче информации, случайную или намеренную, никто не несет никакой ответственности.

Что мы делаем? Мы работаем с Минюстом, уже подготовили изменения в закон о финмониторинге. Но это вопрос, для решения которого необходимо, чтобы все включились.

Для банков у нас есть два рычага. Первый – кредитный риск. Согласно нашему постановлению, если конечный бенефициар не определен, то банк должен оценить операцию как более рисковую. Мало того, если не известен конечный бенефициар, то мы считаем, что это связанное лицо. Банкам это не нравится, поэтому они вынуждены сами "подталкивать" клиентов, чтобы те раскрывали конечных бенефициаров.

Второй рычаг – финансовый мониторинг. Это в отношении пассивов, где нет кредитного риска или влияния на капитал. Мы в сентябре будем собирать глав банков, чтобы еще раз им объяснить всю важность этого вопроса. Мы проанализировали результаты финмониторинга с 2015 года и видим: в 90% случаев попадание операций нормальных, не схемных банков, в поле зрения финмониторинга обусловлено отсутствием действенного информационного фильтра в самом начале такой операции. То есть KYC-файлы заполняются формально, "для галочки", из-за чего система не срабатывает. Ведь она должна начинаться с качественного KYC: необходимо сопоставить клиента с его потенциалом и его операциями, и тогда может сложиться картинка. А если на входе сделана ошибка, то дальше система просто не работает, и это может привести к серьезным санкциям по финансовому мониторингу.

Банки, конечно, немного на нас обижаются. Даже Александр Витальевич (экс-глава правления банка "Аваль", в котором работала Е.Рожкова, А.Деркач, создавший после ухода из банка вместе с партнерами группу "Молочный альянс" – ИФ) пишет, что хотел положить деньги в банк, а из него просто "кровь пили". Или пытались зарегистрировать какой-то кредит от нерезидента, но тоже наткнулись на сложности. Мы несколько разъяснений давали по банковской системе по этим вопросам, как ранжировать клиентов -- с низким риском, с высоким… Будем еще больше объяснять это нашим банкам.

Но все равно, в рамках процедуры KYC конечный владелец должен быт определен. Если не известен UBO, то это, даже в вычищенной банковской системе, работать не будет.

-- А нет опасения, что такие действия еще больше бизнеса выдавят в "серый" и "черный" рынок? Например, мелкий бизнес туда будет уходить...

-- Как раз мелкому бизнесу нет смысла что-то скрывать. Сейчас в банковской системе проходит диагностика. Крупнейшие банки пойдут чуть позже, а начали мы с небольших банков и оцениваем, как поменялись их портфели. Они реально растут, во многом за счет небольших клиентов, реального малого бизнеса. Когда мы смотрим на кредитные файлы, все раскрыто: маленькому бизнесу нечего опасаться, ему не от кого прятаться. Думаю, как раз наоборот: тот малый бизнес, который хочет вырасти в средний и большой, заинтересован в открытости, поскольку это открывает доступ к другим ресурсам и сервисам.

Другое дело, что необходимо все комплексно отреформировать и в налоговой части. Нельзя же сказать бизнесу, что ты раскройся, а мы, через некоторое время, снизим ставки. Хотя это не территория Нацбанка…

-- Зачастую сопротивление связано не столько с боязнью, сколько с нежеланием нести дополнительную юридическую нагрузку.

-- Действительно важный вопрос по поводу юридической нагрузки. Эту идею мы обсуждали еще в 2015 году с одним из наших банкиров, который увидел решение этой проблемы в России, где для малого и среднего бизнеса приготовили программный комплекс: когда ты обслуживаешься в банке, он сам тебе распределяет все твои налоги и формирует твою отчетность. Фактически он интегрируется в твой клиент-банк. Такая себе надстройка.

-- Это как раз поле, на котором банки могут конкурировать за клиентов…

-- Да, это очень классно! В Грузии это также обсуждалось, и это тоже одно из направлений, которое будет интересно для наших ребят в финтехе, которые все время что-то автоматизируют. Тот из банков, кто первым это сделает, получит колоссальное конкурентное преимущество. Но для этого нужна простота уплаты налогов.

-- Вы уже несколько раз упомянули финтех. Многие считают, что успех биткоина и других криптовалют связан с тем, что они обслуживают "серый" и "черный" рынок. Как вы оцениваете риски того, что финтех "подхватит" клиентов и их запросы, которые уже не могут удовлетворять банки после усиления требований со стороны НБУ?

-- У меня есть несколько позиций по этому поводу.

Во-первых, не нужно бороться с финтехом – нужно бороться с "черным" рынком, который использует все, что угодно. В Украине огромное количество наличности в стране. Какая-то ее часть обслуживает "бабушек с дедушками", которые не могут пользоваться электронными сервисами или банкоматами, о чем говорил глава "Укрпошты" Игорь Смелянский. Но зачем остальная часть – очевидно: Всемирный банк говорит, что 45% украинской экономики в тени, и это огромный объем.

"Черный" рынок будет искать любые входы-выходы, будет маскироваться, использовать финтех, но при грамотной работе, с этим можно успешно бороться. Например, в свое время у нас пошел бум терминалов – типа Ibox, где можно оплатить все, что угодно. Их устанавливали финансовые компании с единственным банковским счетом, на котором велась как хозяйственная деятельность, так и "падала" инкассация, и потом это все как-то делилось. Мы проанализировали, изучили опыт других стран и увидели, что не вся сумма, которая поступала наличкой в этот терминал, потом инкассировалась на счет. Какая-то часть наличности продавалась как наличность. По-хорошему, делать они этого не должны. Поэтому мы разделили: должно быть два счета: все, что вы получили в терминал, должно быть инкассировано и отражено на отдельном счете и уже с него безналичным путем отправляться к операторам и поставщикам услуг с понятным назначением платежа.

-- А вы разве для них регулятор?

-- Мы для них не регулятор, но они ведь держат свои счета в банках.

-- И через банки вы можете это контролировать?

-- Да, мы можем контролировать. И банки обязаны это контролировать, иначе это обналичивание.

Этой проблемой обезпокоены все регуляторы. Директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард в своем последнем выступлении опять об этом говорила: о финансовых технологиях и угрозе того, что они могут быть использованы в целях отмывания денег, уклонения от налогообложения, финансирования терроризма и т. д.

Но, опять-таки, нельзя запрещать прогресс. Что такое финтех, блокчейн и какие-то другие технологии? Это попытка предоставить новые удобные услуги. Многие из них -- бесконтактно. Сейчас уже можно осуществлять платежи пальцем или приложив смартфон – это здорово, это и есть та финансовая инклюзия, о которой столько говорят. Более того, от этого действительно увеличиваются безналичные расчеты, потому что это элементарно удобно. Среди моих знакомых есть частные предприниматели, которые всегда пользовались наличностью, но сегодня они поставили терминалы и восклицают, как это удобно. Или другой пример: наконец-то большинство людей поняло, что не нужно покупать доллары или евро, когда ты едешь за границу, а можно платить карточкой, на которой есть гривня, и все работает.

Все это благодаря, в том числе, развитию так называемого "финтеха", хотя я называю это "прогрессивные цифровые услуги". И они не существуют отдельно от банков, самые крутые финансовые технологии тут же подхватываются банками.

-- И все же, вы будете контролировать их через банки или будете добиваться права стать их регулятором напрямую?

-- Если взять небанковский финансовый рынок, то у нас сложился очень хороший диалог с компаниями, которые у нас получают лицензию на денежные переводы и которым нужна лицензия на обмен валют. Там очень много прогрессивных и талантливых ребят. Я это с гордостью за страну говорю. Они объездили полмира, они показывают, как это работает в Китае, в других странах, они могут написать программу ко всему, что угодно, но им нужно поставить задачу. Так вот, с ними у нас сложился диалог, и мы договорились о создании такой себе "песочницы". Мы еще не знаем, что из этого получится, но представители отрасли говорят: разработайте для нас регулирование, которое бы нас стимулировало, а не запрещало с точки зрения финмониторинга или чего-то другого. Мы в ответ спрашиваем, какие у них идеи и что они собираются делать. Ведь всегда спрос создает или банк, или клиент. Поэтому мы хотим как-то их всех вместе собрать и послушать, какие у них ожидания, и тогда понять, как правильно регулировать и обеспечить развитие. Чтобы не получилось так, что они создадут что-то, а работать оно не сможет.

-- Нацкомиссия по ценным бумагам хотела даже сертифицировать программное обеспечение.

-- Мы пока все делаем через банки. Конечно, если "сплит" (законопроекта "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно консолидации функций по государственному регулированию рынков финансовых услуг" – ИФ) будет принят и Нацбанк станет регулятором небанковских финучреждений вместо Нацкомфинуслуг, то тогда надо будет садиться с представителями рынка и комплексно на все это смотреть. Именно вместе с рынком. Как я уже говорила, на примере небанковского финансового сектора, который у нас получает лицензии, мы видим, что это работает, -- у нас абсолютно нормальный диалог. Они очень часто пишут, что у вас там слишком многое зарегулировано, требуется слишком много "бумажек". Мы на это реагируем – сели, изучили, отменили. "Обменники" пожаловались на необходимость печатать по два чека. Мы сели, изучили вопрос, согласовали с налоговой, и отменили такую необходимость. Мне кажется, что рынку такой конструктивный подход нравится.

На последнем заседании в нашем профильном банковском комитете Верховной Рады по "сплиту" мы четыре часа обсуждали с представителями рынка почти 200 поправок. Не было ни единого вопроса, где бы мы не нашли понимания! Хотя вначале была настороженность. Например, их пугает, что документы при подаче, как сейчас в Нацкомфинуслуг, будут ходить не известно сколько и где. Мы говорим, что давайте тогда поставим предельный срок. И таким образом мы нашли все решения.

-- Их, наверное, больше пугает, что в случае "сплита" им придется переоценить сформированные активы на балансе. Они уже видели, к чему справедливая оценка привела в банковской системе.

-- Хочу сказать, что за эти три-четыре тяжелых кризисных и посткризисных года, когда все остановилось, рынок и так очень сильно изменился. Я очень хорошо помню докризисные годы до 2008 года, когда "бум" ипотечного и автокредитования поднял страховые компании. Ведь страхового бизнеса в Украине, кроме Госстраха, особо и не было, и эти услуги не были популярны. Страхование жизни, которое может рассматриваться как очередной уровень пенсионной системы, тоже никогда не было популярно, люди его не понимали. Более того, не было инструментов, куда страховые компании могли бы вкладывать средства для обеспечения сохранности капитала. В условиях макрофинансовой нестабильтности, высокой инфляции элементарные расчеты показывали, что лучше себе пенсию обеспечивать по-другому.

Так вот, именно страхование от несчастного случая, страхование залогов и прочее страхование, в том числе КАСКО, все это родилось с бумом кредитования. Вместе с тем, как только случился кризис, он мгновенно перекинулся на страховые компании: сократились поступления от продажи новых продуктов, у них начались проблемы с ликвидностью. Особенно пострадали компании, страховавшие автомобили, поскольку КАСКО в том виде, в котором оно существовало, - это был убыточный бизнес, который выживал за счет других продуктов, где процент страховых случаев ниже.

Сейчас у нас произошло то, что можно назвать очищением рынка, но в хорошем смысле этого термина.

Во-первых, ушло очень много бумаг, которые мы назвали "бесценными". Мы сказали, что в рамках финансового мониторинга любого рода работа банка с такими бумагами является рисковой деятельностью. И это так и есть, мы считаем, что это схемные операции. Так вот, банки перестали с ними работать, а поскольку страховые компании обслуживаются в банках, ведь они просто в магазине этого купить не могут, то ситуация изменилась.

Второй момент – это вынужденная приостановка кредитования, которая фактически присадила этот рынок.

Более того, мы через банковское регулирование поставили в перечень рисковой деятельности перестрахование на оффшорные юрисдикции, страхование финансовых рисков, по которым никогда не бывает выплат, и прочие сомнительные операции. То есть, мы вынуждаем банки смотреть на это с точки зрения финансового мониторинга, и объем таких операций потихонечку снижается.

Что мы еще сделали. В нашей инструкции, которая на сегодня регулирует кредитные риски, мы отменили обязательное страхование ипотеки. В силу случившегося кризиса и прочих факторов мы считаем излишне устанавливать такое требование, поскольку оно просто превратилось в формальность: физическое лицо-клиент несет дополнительные расходы, тогда как вероятность наступления страхового случая стремится к нулю

То есть, в целом, думаю, что страховой рынок ментально уже перешел на другой уровень. Это как с банками, которые в свое время поняли, что на самом деле это бизнес и есть правила, по которым ты должен двигаться, если хочешь заниматься этим бизнесом, в том числе максимально уходить от каких-то нелегальных, схемных или подозрительных операций. Соответственно, страховым компаниям вряд ли стоит глобально чего-то опасаться.

Тем более что в рамках "сплита" у нас будет 12-месячный транзитный период. В прежней редакции законопроекта был заложен переходной период в шесть месяцев, но мы сказали: полгода мало. У нас ведь нет задачи прийти и за полгода все это перелопатить. Наоборот, мы хотим, чтобы этот переход был незаметен и здесь, кстати, будет полезен накопившийся колоссальный опыт работы с банками, которые пошли по упрощенной процедуре сдачи лицензий: собственник финучреждения понял, что это не его бизнес, слишком он стал сложным, соответственно, ему легче сдать лицензию и преобразовать банк в финансовую компанию. Этим путем пошел Кредит Оптима Банк. Он в основном занимался платежными системами, но поскольку требования к капиталу ко всем банкам одинаковые, он сдал банковскую лицензию и получил лицензию на переводы и валютообменные операции. То есть, банк стал финансовой компанией, и думаю, что его акционер счастлив с этим уже небанком. Это такая добровольная, совершенно безболезненная процедура просто сдать лицензию или присоединиться к кому-то, перестать заниматься этим бизнесом, поскольку он становится слишком сложным, особенно если мы говорим, что взяли обязательство привести свои регуляции, свое законодательство и финансовый сектор в целом к европейскому уровню.

-- Я так понимаю, вы рассчитываете на принятие закона о "сплите" уже этой осенью?

-- Мы хотели бы… Мы уже все подготовили, еще необходимо пройти комитет Верховной Рады Украины по вопросам финансовой политики и банковской деятельности и будем двигаться в этом направлении.

Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 7 августа 2018 > № 2696175 Екатерина Рожкова


Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2018 > № 2695995 Марат Кулахметов

Марат Кулахметов: если бы Запад сказал Саакашвили "стой", войны бы не было

Восьмого августа исполняется ровно десять лет с момента нападения Грузии на Южную Осетию. Одними из первых удар приняли на себя миротворцы. О том, можно ли было избежать конфликта, о нынешней военной активности Грузии и возможных ответных шагах России, о переговорах в Женеве, а также о том, что поможет Южной Осетии стать экономически самодостаточным государством, в интервью РИА Новости рассказал бывший командующий Смешанными силами по поддержанию мира в зоне грузино-осетинского конфликта, нынешний посол РФ в Цхинвале Марат Кулахметов.

— Вспомните, пожалуйста, события ночи с 7-го на 8-е августа. Что происходило в штабе миротворцев?

— Работа была, конечно, очень напряженной. Была боевая работа, постоянно шли доклады с миротворческих постов, из расположения российского батальона, осетинского батальона, доклады о ведении огня из реактивной, ствольной артиллерии по населенным пунктам Южной Осетии, по миротворческим постам. В докладах говорилось о непосредственном огневом воздействии на эти посты, появились первые раненные в миротворческих батальонах. Первые погибшие в российском батальоне появились к 6 утра. Ночь была бессонной. Мы все были на боевых постах.

— Грузинская сторона активно продвигала информацию о том, что российские военные, колонна техники еще до 8 августа была на территории Южной Осетии. Как вы можете прокомментировать подобные заявления?

— Это оправдание команды Саакашвили. Такая теория появилась где-то около полудня 8 августа. Она возникла, я считаю, только потому, что все пошло не по плану Тбилиси. Накануне, 7 августа, у меня было несколько встреч с господином Якобашвили (министр Грузии по реинтеграции Темур Якобашвили — ред.), в телефонном контакте мы были с ним до 22:00. А посол по особым поручениям МИД РФ Юрий Попов вообще "челночил" между Тбилиси и Цхинвалом. У него были постоянные встречи в Тбилиси, в том числе, встреча с министром иностранных дел, которая состоялась где-то в 23:00. Мы были постоянно на связи с руководителями миссии ОБСЕ в Грузии, госпожой Тери Хаккала. До 17:00 я был постоянно на связи со старшим воинским начальником грузинского контингента. Но ни одно должностное лицо в течение 7 августа не обратилось ко мне с таким вопросом. Если бы этот вопрос был, они бы в любом случае подняли его передо мной. Никто за этот день ни разу этот вопрос не поднял. Но затем в оправдание он появился. Это чисто оправдание своей провалившейся агрессии.

— Можно ли было избежать открытого военного противостояния?

— Вся история началась в 2004 году, когда к власти пришел господин Саакашвили с его командой. Все забыли про боевые действия, которые были в августе 2004 года. Вот тогда началось все. Еще в те времена господин Саакашвили решил стать "собирателем грузинских территорий". С 2004 года по 2008 год грузинская сторона предприняла беспрецедентные действия по наращиванию своего военного потенциала. Бюджет увеличился в несколько раз, увеличилась численность вооруженных сил. В это же время Саакашвили со своей командой получал и с Запада соответствующие сигналы, которые позволили ему развязать руки. По крайней мере, ему на Западе никто не сказал: "Не поступай так". И то, о чем говорил Запад, он воспринимал однозначно — он может делать так, как он считает нужным. Вот это все привело к событиям августа 2008 года.

Августу предшествовали определенные действия со стороны Тбилиси. Серьезное обострение началось в середине июля с крайне драматичного обстрела города 15 июля с гибелью людей и многочисленными раненными, чего не было в течение предыдущих четырех лет. Во второй половине июля это стало систематичным, вторая часть месяца проходила практически в ежедневных перестрелках. Безусловно, югоосетинская сторона отвечала, огрызалась. Но если сравнить по интенсивности и возможностям, безусловно, перевес по всем направлениям был за Тбилиси. Тут нельзя даже было сравнивать по потенциалу.

— Вы имеете в виду перевес по интенсивности обстрелов?

— Я имею в виду и по количеству, и по возможностям.

— Вы считаете, что точка невозврата была пройдена в 2004 году?

— Она оттуда стартовала. Если человек принципиально принял для себя это решение, он к нему придет. Каким способом, это другой вопрос.

Мы коснулись Якобашвили. Это было просто маленькое колесико в решении своей большой цели.

— То есть, конфликта нельзя было избежать?

— Если бы мировое сообщество и Запад в первую очередь принципиально заняли позицию и сказали Саакашвили тем летом "стой", я думаю, мы бы это предотвратили.

Все видели, что он делал. В конце июля 2008 года в Цхинвал приезжала большая группа представителей стран ОБСЕ из Вены, и до них было доведено, что мы стоим у порога войны и дальше идти уже некуда. В Цхинвале тогда присутствовала миссия ОБСЕ, и у нее был полевой офис. Они были в гуще событий.

Они были в течение первой ночи (с 7 на 8 августа) и до 14:00 восьмого августа в городе. Они все это видели. Просто эти очевидцы куда-то пропали.

— В Грузии с 1 по 15 августа проходят учения с участием стран НАТО Noble Partner, при этом интенсивность взаимодействия Тбилиси и альянса растет. Иностранные представители регулярно посещают грузино-осетинскую границу. Будет ли Россия реагировать на такую активность вблизи своих южных рубежей? Нет ли необходимости усилить какие-то компоненты военного присутствия РФ в Южной Осетии?

— Действительно, Тбилиси превратил некоторые районы вдоль границы с Южной Осетией в своеобразные "мекки", куда осуществляется политический туризм. В частности Диди-Хурвалети — легендарное место, куда привозят всех западных журналистов, политиков. Показывают им. Уже это смешно. Неоднократно югоосетинская сторона поднимала этот вопрос на Женевских дискуссиях, мол, хватит заниматься популизмом. Но это политика, которую выбрал Тбилиси.

Что касается устремлений Тбилиси в НАТО, Грузия уже много лет используется в первую очередь странами НАТО для продвижения своих позиций на Южном Кавказе. Сегодня она является форпостом позиций НАТО на Южном Кавказе.

Нынешнее руководство не скрывает своих симпатий и своих целеустремлений. США делают ставку на Грузию и в первую очередь на ее руководство как проводника антироссийских настроений для снижения влияния России в районе Южного Кавказа, где позиции РФ были исконными.

Безусловно, это не остается без нашего внимания. Мы это внимательно отслеживаем, в любом случае не допустим дестабилизации ситуации. И всякие движения, в том числе, учения, которые сегодня проходят на территории Грузии, находятся под пристальным нашим вниманием. Мы не безучастны. Запад об этом знает. Сейчас на территории Южной Осетии дислоцируется 4-я военная база и пограничное управление ФСБ России, которые обеспечивают безопасность Южной Осетии. Запад с этим считается. Считаю, что на данный момент этого контингента вполне достаточно. Если будет необходимость — у нас есть люди, занимающиеся этим вопросом, будет принято соответствующее решение. Но все, что происходит в Грузии, у нас находится под серьезным, пристальным вниманием.

— Возможна ли при каких-то обстоятельствах очередная военная агрессия или провокация Грузии против Южной Осетии? Есть ли опасность диверсий, терактов?

— После признания Россией Южной Осетии ситуация на Южном Кавказе, в особенности на границе Южной Осетии с Грузией кардинально изменилась. У нас здесь дислоцируется 4-я военная база, пограничное управление ФСБ РФ. В соответствии с двусторонним соглашением 2015 года о союзничестве и интеграции определено, что у нас единое пространство безопасности и общий периметр обороны. Я думаю, что Запад это великолепно понимает.

— То есть, никаких диверсионных групп тут в принципе быть не может?

— Ну, что я могу сказать. Если они безумцы, пускай попробуют.

— Как вы считаете, поможет ли инициатива Грузии о повышении представительства на Женевских дискуссиях по безопасности в Закавказье до министров или даже до премьер-министров урегулировать отношения Тбилиси с Абхазией и Южной Осетией?

— Дело не в том, какой будет уровень представительства на Женевских дискуссиях. Главное — насколько в первую очередь Тбилиси готов идти на диалог с Южной Осетией и Абхазией. А вот этого как раз мы не видим. Поднятие статуса, я считаю, это просто отговорка. Мы от раза к разу в Женеве видим, что Тбилиси, к сожалению, недоговороспособен даже по такому элементарному вопросу, как неприменение силы.

— То есть это попытка тянуть время, перевести мяч на сторону РФ, Цхинвала и Сухума?

— Я думаю, не более того.

— Учитывая в том числе приближающуюся годовщину признания независимости Южной Осетии, ожидаются ли визиты каких-либо российских государственных лиц, главы МИД РФ Сергея Лаврова в этом году в республику? Когда?

— Югоосетинская сторона пригласила очень много руководителей из России, в том числе и президента РФ, министра иностранных дел. В Москве сейчас прорабатывается решение о том, кто приедет на празднование 26 августа. Сейчас процесс в стадии проработки.

— С какими вопросами обращаются граждане России в посольство?

— В основном это обращения о получении гражданства. У нас очень большое количество граждан России живет на территории Южной Осетии. Поэтому родители несовершеннолетних детей больше всего обращаются с тем, чтобы их дети получили российское гражданство. Это, пожалуй, наибольшая часть обращений, которые мы получаем.

— Каковы, на ваш взгляд, перспективы сотрудничества РФ и Южной Осетии в сфере туризма?

— У Южной Осетии очень большой потенциал для туризма. Она предназначена для туризма. В этой стране действительно есть все, чтобы данное направление было широко реализовано. Но в настоящий момент, конечно, в первую очередь чисто из-за финансовых возможностей республики, из-за организационных вопросов это направление развивается очень медленно. Но я считаю, что за этим направлением — будущее республики. Это их ниша.

— Многие за пределами Южной Осетии опасаются за свою безопасность здесь, в республике. Здесь можно безопасно путешествовать, отдыхать?

— Я считаю, нет таких проблем у нас.

— А что с экономическим сотрудничеством? Есть ли вероятность, что республика когда-нибудь станет самодостаточной и не будет зависеть от дотаций из России? Когда это может произойти?

— Россия реализует на территории Южной Осетии большой комплекс работ и программ. В первую очередь — это программа социально-экономического возрождения Южной Осетии. Это большие деньги, многие направления, касающиеся, в том числе и социального обеспечения населения, строительства больших инфраструктурных объектов. Но сейчас мы приходим к такому этапу, когда необходимо создание непосредственно производственного сегмента. В республике должны создаваться рабочие места. Сейчас это, пожалуй, главная задача. Руководство Южной Осетии об этом знает, уделяет этому очень много внимания. Работа идет. Она непростая, длительная. Но только от этого будет зависеть будущее республики.

— Рабочие места…

— Да, рабочие места, производство. Это самое главное для республики. Ведь туризм тоже создаст рабочие места. В Южной Осетии есть два больших направления, которые надо развивать, которые им дала земля — это сельское хозяйство и туризм. Климатические условия есть, население есть. Надо только работать.

— Население возвращается?

— Динамика есть. Если посмотреть статистические данные, которые каждые полгода публикует правительство, да, население возвращается. И чем быстрее будет проходить процесс создания рабочих мест, тем больше будет возвращаться людей.

Южная Осетия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2018 > № 2695995 Марат Кулахметов


Россия. ПФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 7 августа 2018 > № 2694789 Ильдар Нугманов

Ильдар Нугманов: «Производство необходимо развивать, чтобы бизнес стал неуязвимым в разных условиях рынка»

Предприятие с переработкой металла до 60 тыс. тонн в год «Казанские стальные профили» продает свою продукцию по всей стране - от Татарстана до Камчатки - и в странах СНГ. А начиналось производство всего с одного вида сайдинга и профнастила. О том, как бартерные сделки помогали выжить компании в далекие 90-е, почему металл — хороший материальный актив и зачем его компания поддерживает биатлон в РТ, - в интервью Ильдара Нугманова, совладельца компании Казанские стальные профили, отметившей свое 20-летие.

Ильдар Гилфанович, вашей компании исполняется 20 лет – хороший повод вспомнить историю создания бизнеса. С чего начинали свое дело?

Бизнесом я начал заниматься еще во время учебы в Казанском государственном университете. Тогда, на заре 90-х годов только-только пошла первая волна кооперативов, людям дали свободу в предпринимательстве. Ну и мы с товарищами решили начать свое дело – арендовали подвал и открыли там столярный цех: производили балконные рамы, шкафы делали, обшивкой балконов занимались. Дела потихоньку шли. Как-то познакомился с одним выпускником КГУ – Ильшатом Багаутдиновым, у него тогда была уже своя фирма. Он продавал лес, доски, а мы занимались столярными работами. Тут наши интересы совпали. В общем, решили вместе работать, и я полностью перешел под крыло его фирмы.

А как появилось производство, связанное с металлом?

Так сложились обстоятельства. Если помните, в 90-е практически не было свободных денег на рынке. Все работали по бартерным сделкам, иначе было не выжить. Так получилось и у нас. Мы изготавливали балконные рамы, а где взять достаточное количество стекла? Стали искать. Нашли производителя – Борский стекольный завод. Приезжаем туда, а они просят в обмен на поставки стекла какой-нибудь дефицитный товар. Такой товар мы нашли на «Оргсинтезе» – полиэтилен. Грузили полиэтиленовой пленкой машины, взамен получали стекло. В какой-то момент стекла столько скопилось, что возник вопрос – куда его девать? А тут на нас вышел поставщик стройматериалов для Фонда ликвидации ветхого жилья – компания «Татснаб» – у них «горели» сроки по вводу новых домов, а стекла не хватало. Денег, как водится, у них не было. Взамен предложили оцинкованное железо. Это предложение вызвало у нас сомнение – менять шило на мыло? Но согласились и заключили бартерную сделку. Оказалось, что оцинкованное железо – настоящий дефицит! Мы его продали просто на ура. Стало понятно, что это настоящий Клондайк. Но в Казани железа практически не было, искали по всей стране. Сначала возили из Магнитогорска, потом нашли производителя на Украине, в Мариуполе.

Потом пошел слух, что в Казахстане карагандинский комбинат поставляет оцинковку. А ведь в те времена интернета не было, нельзя было кликнуть и получить информацию, где что продается. Тогда информацию добывали сложным путем: где-то что-то услышали либо кто-то по секрету сообщил. Начали с поставок машинами в обмен на тот же полиэтилен, а потом уже дело встало на серьезные рельсы – возили металл вагонами. Так и пошел бизнес по металлу. В 1998 году мы открыли уже собственную компанию – «Униторг-бизнес».

Сразу решили работать напрямую с производителями?

Да, это было принципиальное решение, хотя на тот момент можно было выбрать и других поставщиков. Например, тех, кто точно так же, как и мы получал металл по бартеру. Они даже продавали дешевле, чем комбинаты, ведь всем нужны были живые деньги. Но мы решили придерживаться выбранной стратегии – работать только с производителями. Дальнейшее показало, что это было правильное решение, поскольку у нас завязались деловые, партнерские отношения с производителями металла на взаимном доверии на многие годы.

Получается, что ваш бизнес с металлом начался с продаж?

Это не простые продажи, не банальное «купи-продай». Это работа с комбинатами, организация вагонных поставок, по сути – металло-трейдерство. Серьезный вид бизнеса. До 2002 года занимались исключительно поставками металла. Кстати, когда 20 лет назад мы открыли свою компанию «Униторг-бизнес», в название вложили смысл универсальности – предполагалось, что мы можем заниматься любым видом деятельности. Но со временем проанализировали рынок и пришли к выводу: металл для бизнеса – хороший материальный актив. И сконцентрировались именно на нем, поэтому компания была переименована в «Униторг-металл». А в 2004 году открыли собственное производство и создали дочернюю производственную фирму – «Казанские стальные профили».

В структуре вашей компании два предприятия: «Униторг-металл» и «Казанские стальные профили». У них разный функционал?

ООО «Униторг-металл» – головная организация, она же, как юридическое лицо, стала учредителем фирмы «Казанские стальные профили». Материнская компания, в отличие от «Казанских стальных профилей», не занимается производством. Ее функции – работа с комбинатами, поставки металлопроката, ведение документации. И учредители у нее – физические лица, сотрудники компании. Кстати, с самого начала мы с компаньонами приняли решение: все учредители непосредственно участвуют в работе компании, а не просто ждут дивидендов. Если кто-то захочет отойти от дел, ему рекомендуется забрать свою долю – отдыхать, так отдыхать.

Считается, что в России заниматься производством – дело трудоемкое и не всегда выгодное. Что послужило толчком к созданию производственной компании?

Как я уже говорил, мы изначально стремились работать напрямую с производителями металлопроката. Но главная цель была выйти на потребителя с готовой продукцией. Наш потребитель – это строительные организации, частные застройщики. А им нужны профнастил, черепица, профиль, сайдинг... Однозначно, производство необходимо было развивать, чтобы наш бизнес стал более неуязвимым и надежным в разных условиях рынка.

С какими трудностями столкнулись на момент начала производства? И кто вас в этот период поддерживал?

Главная проблема – отсутствие толковых специалистов, квалифицированных рабочих, которых в то время днем с огнем было не найти. Впрочем, дефицит квалифицированных кадров есть и сейчас, но, к сожалению, у нас практически провалено профессиональное образование. Молодежь не хочет связывать свою судьбу с инженерной, рабочей профессией. Хотя многим производствам, как и нам, нужны конструкторы, инженеры, механики, электрики... И мы готовы платить хорошим сотрудникам достойную, конкурентную заработную плату. Вторая трудность – недостаток оборотных средств. И наша компания здесь не исключение. И когда мы только начали производство, большую поддержку получили от наших партнеров – предприятий, которые поставляли нам станы для производства профнастила. Поддержал нас и Сбербанк: даже в кризисные времена, он протягивал нам руку помощи. Кстати, это единственный банк, в котором наша компания обслуживается с 1998 года.

С каких объемов начинали в 2004 году и какой ассортимент продукции выпускаете сейчас?

Если на старте «Казанские стальные профили» выпускали всего несколько видов профиля для гипсокартона, один вид профнастила и один вид сайдинга, то сегодня компания выпускает более 200 наименований продукции. В месяц отгружаем от полутора до трех с половиной тысяч тонн готовой продукции плюс до четырех тысяч тонн рулонной стали.

То, что было в начале, и то, что имеем сейчас, – это небо и земля.

У вас собственная производственная база?

Сначала мы арендовали помещение, но поняли, что на аренде далеко не уедешь. Со временем выкупили участок земли на улице Магистральной. И уже здесь построили офисное здание и производственный цех. А всего у нас две базы: на Магистральной, 21, и в поселке Чебакса – и здесь, и там есть цеха и складские помещения. Кстати, если говорить о динамике развития компании, то в 1998 году у нас работали всего 8 человек, а сегодня – 160, причем основная часть – рабочие руки, которые трудятся на станках – а их порядка 50 единиц.

Кто ваши партнеры и клиенты?

У нас долгосрочные партнерские отношения с ведущими производителями металлопроката с покрытием: «Северсталь», «АрселорМиттал Тимертау», Новолипецкий металлургический комбинат, Магнитогорский металлургический комбинат, SSAB – шведская металлургическая компания, работаем и с корейскими производителями.

Если говорить о клиентах, то крупнейшие из них – «Завод металлической кровли», «Стальная кровля», компания «Агава» (сеть магазинов «Мегастрой»). Много покупают напрямую частники, дилеры из регионов страны, строительные компании.

Какова география поставок продукции?

Весь Татарстан, соседние регионы, также поставляем на Камчатку, в страны СНГ. Отдаленные поставки в основном связаны с эксклюзивными предложениями от нашей компании.

Например?

Например, металлочерепица «Испанская Сьерра», она не имеет аналогов. Уникальность ее в скрытом креплении, что в несколько раз повышает надежность металлочерепицы. А изготовляется «Испанская Сьерра» из высококачественной оцинкованной стали с лакокрасочным покрытием полиэстер, а также из стали с покрытием пурал. Кроме того, мы выпускаем эксклюзивные виды сайдинга с рисунком под бревно, под натуральный камень. Такими товарами мы выходим на рынки за пределы России.

Некоторые эксперты полагают, что металл российского производства уступает качеству зарубежным аналогам. А вы как считаете?

Все зависит от тех параметров, которые заложены в характеристиках металла. Если металл им соответствует, то он хорошего качества. Но важно понимать: если вы приобрели металл толщиной 0,4 миллиметра и решили построить из него мост, то, очевидно, этот мост нагрузки не выдержит. Хотя сырье – надлежащего качества. Российский металл считается одним из лучших в мире, и у нас самая низкая себестоимость его производства.

Если взять металл с декоративным, полимерным покрытием, то раньше эталоном качества считался финский металл. Но сегодня в качестве не отстают и отечественные производители. Например, бренды компании «Северсталь» – «Стальной кашемир», «Стальной бархат», «Стальной шелк» – конкурируют по цене и по качеству. Возможно, есть нарекания на качество металла для машиностроения, но в нашей отрасли отечественный металл соответствует мировым стандартам.

Вы уделяете большую часть своей жизни спорту – являетесь главным тренером по биатлону Татарстана. А как попали на тренерскую работу?

Еще в студенческие годы я выступал за команду КГУ в лыжных гонках. Так что лыжный спорт мне близок с юности. Но всегда была мечта заняться биатлоном. К сожалению, во времена моей молодости этой мечте не было суждено сбыться: началась перестройка, потом развалилась страна, а с ней и спорт. Такие были времена. А шесть лет назад мне посчастливилось познакомиться с Еленой Владимировной Григорьевой – она была главным тренером по биатлону республики. Это очень сильный человек, двукратная чемпионка СССР, и она «заразила» меня и мою дочь биатлоном. Я ездил с ребятами на сборы, помогал в организации соревнований, а когда Елена Владимировна ушла со своего поста, мне официально предложили стать главным тренером. Получил дополнительное образование в Поволжской академии спорта и стал дипломированным тренером. И сегодня увлечение биатлоном стало для меня второй работой, которой я с удовольствием занимаюсь. И не только в качестве главного тренера, но и спонсора нашей команды.

А в чем состоят функции главного тренера?

Это и организационные функции и работа непосредственно со спортсменами. Одно время я вообще работал один: был и тренером, и водителем, и сервисером. Да и сейчас у нас всего пять тренеров, их количество недостаточно.

Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития этого вида спорта в нашей республике?

У нас есть талантливые спортсмены, и они занимают призовые места на всероссийских соревнованиях и в первенствах России. А сезон 2017/18 года был особенно удачным. Воспитанницы нашей сборной завоевали несколько наград, в том числе и высшей пробы на всероссийских соревнованиях и первенстве России. Всего за год мы подготовили четырех мастеров спорта России, нескольких кандидатов в мастера спорта. В прошлом сезоне на соревнованиях участвовали 7 наших биатлонистов, а в нынешнем будут уже 17. Разве это не результат? Но надо понимать, что спорт развивается там, где в него вкладываются. Одних талантов спортсменов, усилий тренеров сегодня недостаточно. Нам приходится конкурировать со спортсменами Тюменской области, Ханты-Мансийска и другими, где тренеры и спортсмены получают хорошие зарплаты, у них отличная экипировка, качественное оружие, хороший медицинский и спортивный сервис. Сегодня нам, чтобы удержать тренеров и спортсменов, приходится решать вопросы с их зарплатой за счет нашей компании. Я надеюсь, что хотя бы часть проблем решится на уровне республики, потому что перспективы у биатлона в Татарстане прекрасные.

А какие конкретно вопросы требуют решения?

Сначала я бы хотел напомнить, что у нас есть история школы биатлона. Наша земляк, Ренат Ибрагимович Сафин, в 1972 году в составе эстафетной команды СССР завоевал золотую олимпийскую медаль, как я уже отмечал, Елена Григорьева – двукратная чемпионка Советского Союза. У нас есть спортивная детская школа Барс, Федерация лыжных гонок и биатлона. Со стороны посмотреть – все прекрасно. Но проблемы есть, многие из них, мы, как спонсоры, решаем сами. Но есть и те вопросы, которые неподвластны нашей компетенции. Для проведения полноценных тренировок биатлонистов в Татарстане отсутствует тренировочная база, не хватает винтовок, боеприпасов. В поселке Чебакса, там, где находится наша вторая производственная база, мы своими силами построили и обслуживаем современную лыжную трассу. Около четырех лет назад мы обратились к президенту Татарстана с просьбой оказать содействие по оформлению данной территории, чтобы придать ей официальный статус лыже-биатлонного комплекса. Насколько нам известно, он дал поручение решить этот вопрос. Но, увы, ответ, по всей видимости, застрял где-то в светлых кабинетах.

То есть вы просили, чтобы эту территорию закрепили за федерацией?

Чтобы назначение земель оформили под спортивные сооружения. Причем неважно, за федерацией, спортивной школой. А мы, в свою очередь, обязуемся поддерживать инфраструктуру, усовершенствовать базу. А ведь здесь проводятся официальные соревнования. И эта территория де-факто считается официальной лыжной трассой. Но вот де-юре это не так. А для серьезного биатлона и требования серьезные: территория должна быть огорожена, стрелковый комплекс лицензирован, а для этого нужны правоустанавливающие документы. Мы не просим денег, мы просим юридически закрепить территорию. Другой вопрос – приобретение спортивного оружия и боеприпасов относится исключительно к компетенции государственных структур. Самостоятельно мы, как коммерческая фирма-спонсор, не имеем права покупать все это. Нашей команде как воздух нужны врачи, массажисты, тренеры... Никто вроде нам не отказывает, но и вопросы толком не решаются. А мы пока живем одними надеждами...

Расскажите о себе: где родились, какое образование получили, о своей семье.

Родился в Апастовском районе, в селе Бурнашево, в семье сельской учительницы и ветеринарного врача. После школы сначала поступил в Казанский строительный техникум, потом отслужил два года в армии, после возвращения учился в КГУ на кафедре физиологии человека и животных. Женат, трое дочерей.

Если бы вам предложили вернуться на 20 лет назад, что бы изменили в своей жизни?

У меня есть все: семья, любимые работа и увлечение, верные друзья, надежные партнеры. Единственное, чего бы я действительно хотел изменить, – больше уделял бы внимания родителям, родным и близким.

У вас есть свои секреты успешного бизнеса?

Наша команда – в основном люди, рожденные в СССР, получившие советское воспитание и образование. А нас всех учили чужого не брать, уважать свой труд и тем более труд других людей. Это, наверное, основа бизнеса. Мне повезло, в моей жизни встречались хорошие люди, и самое главное – они разбирались в бизнесе и давали дельные советы. Ну и главное – нельзя строить бизнес в надежде кого-то обмануть, это к хорошему результату не приведет.

Источник: БИЗНЕС Online

Россия. ПФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 7 августа 2018 > № 2694789 Ильдар Нугманов


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694675 Василий Орлов

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Амурской области Василием Орловым.

Обсуждались актуальные вопросы социально-экономического развития области, а также ход ликвидации последствий паводка, произошедшего в июле текущего года.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Василий Александрович, давайте начнём с проблем, которые были в вашем регионе, а также в некоторых сопредельных регионах. Я имею в виду большое количество осадков, дождей, соответственно, подтопления. Как сейчас обстоят дела, какова ситуация, какие меры были приняты?

В.Орлов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, во-первых, я хотел поблагодарить Вас за очень существенную своевременную помощь, которая была оказана Правительством в ходе ликвидации последствий паводка 2018 года.

У нас в регионе был дислоцирован региональный поисково-спасательный отряд, прилетал министр по чрезвычайным ситуациям Евгений Николаевич Зиничев. Мы были готовы к более тяжёлому развитию ситуации, были созданы соответствующие эвакуационные пункты, для того чтобы избежать таких последствий. К счастью, обошлось без эвакуации населения. Конечно, пострадали дороги, пострадало сельское хозяйство. Ущерб по дорожному хозяйству предварительно составляет порядка 500 млн рублей, по сельскому хозяйству – 1,2 млрд.

Мы сегодня актируем этот ущерб и работаем с соответствующими министерствами в Правительстве. Я очень попросил бы Вас дать соответствующие поручения, чтобы нам оказали поддержку.

Д.Медведев: Понятно. Но нужно окончательно разобраться с объёмами бедствия. Поручения я, конечно, дам – и в адрес Минфина, и в адрес других ведомств, которые этим занимаются.

В целом как развитие? Вы уже несколько месяцев работаете исполняющим обязанности губернатора. Как дела, каковы успехи?

В.Орлов: Ситуация в регионе прогнозируемая, стабильная, экономика растёт – в этом году рост составит 4,6%. Валовый региональный продукт вырастет, более того, мы видим похожую динамику в горизонте ближайших шести лет. А в некоторые годы рост экономики составит до 15% в год.

Это связано с реализацией очень крупных инвестиционных проектов на территории региона. В первую очередь это проект «Сила Сибири», Амурский газоперерабатывающий завод, строительство космодрома. Мы с большой надеждой ждём, что к нам придёт «Сибур» с инвестициями 555 млрд рублей. Вторая очередь космодрома. Всё это в совокупности создаст порядка 13 тыс. рабочих мест и позволит решить главную задачу – сохранения и приумножения населения на Дальнем Востоке, потому что именно высококвалифицированные, высокооплачиваемые рабочие места удерживают население в регионе.

Конечно, это отразится и на бюджетной составляющей. Средства, которые бюджет дополнительно получит, будут направлены на развитие социальной сферы в регионе.

Д.Медведев: Хорошо. Давайте тогда обсудим более конкретные вещи.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694675 Василий Орлов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694674 Дмитрий Медведев

О расходах федерального бюджета на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов в части жилищно-коммунального хозяйства и строительства.

Совещание.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы сегодня начинаем серию отраслевых совещаний по основным направлениям расходов федерального бюджета на следующие три года.

Общие подходы к формированию бюджета мы обсуждали на заседании комиссии по бюджетным проектировкам. В ближайшее время определим объёмы бюджетных денег, которые будут выделены для развития науки, здравоохранения, образования, других секторов социальной сферы, для поддержки важнейших отраслей, я имею в виду промышленность, энергетику, транспорт, сельское хозяйство и строительство, а также для того, чтобы обеспечить сбалансированность региональных бюджетов.

Минфин уже довёл до главных распорядителей бюджетных средств соответствующие лимиты. У министерств и ведомств, естественно, как всегда и бывает, есть встречные предложения. Чтобы согласовать подходы (ещё раз хотел бы обратиться к моим заместителям, каждого по своим вопросам это касается), нужно оперативно провести дополнительные совещания с коллегами.

Цель всей этой работы – выйти на взвешенные и сбалансированные решения, которые станут основой нового федерального бюджета. Мы рассмотрим его на заседании Правительства, а затем, соответственно, направим в Государственную Думу. Напомню, что это нужно сделать до 1 октября. Времени не так много, поэтому это нужно иметь в виду.

В новом бюджетном цикле мы прежде всего должны сосредоточиться на достижении основных целей национального развития, которые сформулированы в майском Указе Президента №204, предусмотреть все необходимые для этого средства. Конечно, не забывая о традиционных для нашей современной бюджетной политики задачах – об обеспечении макроэкономической стабильности и выполнении социальных обязательств.

Чтобы сконцентрировать ресурсы именно на этих важнейших направлениях, получить на выходе конкретный результат, мы занимаемся подготовкой национальных проектов. По каждому определяем контрольные точки и показатели, а также объёмы необходимых финансовых ресурсов. Только вчера, например, на заседании президиума Совета по стратегическому развитию мы обсудили предложения по проектам «Жильё и городская среда» и «Экология».

Сегодня мы продолжим тему жилищно-коммунального хозяйства и строительства, но уже с точки зрения бюджетного финансирования – в узком смысле.

Все последние годы мы много занимаемся этими вопросами. Стараемся сделать рынок строительных и коммунальных услуг более современным, более прозрачным. Расселяем аварийное жильё, ветхое жильё, создаём условия для того, чтобы ипотечные кредиты становились всё более доступными как можно большему числу людей. Помогаем регионам со строительством необходимой инфраструктуры.

Вчера на заседании президиума мы говорили о задачах, которые связаны с увеличением темпов жилищного строительства, о дальнейших мерах по снижению ставок по ипотечным кредитам, замещении аварийного и ветхого жилья, модернизации всей строительной отрасли. В результате всех этих мер порядка 5 миллионов семей должны улучшать свои жилищные условия каждый год.

Есть и ещё один важный момент, на который я хочу обратить особое внимание. Я имею в виду обязательства государства по обеспечению жильём некоторых категорий наших граждан. Речь идёт о ветеранах и некоторых других категориях.

Мы также много в последние годы стараемся делать для того, чтобы у молодых семей была возможность улучшить свои жилищные условия. Эта программа становится всё более востребованной, а стало быть, мы будем её продолжать. Нужно ещё раз проанализировать, какие деньги на все эти направления мы можем выделить. Рассчитываю сейчас услышать конкретные соображения на сей счёт. Знаю, что у Минстроя есть предложения по дополнительному финансированию некоторых мероприятий, есть своя позиция и у Минфина. Сегодня мы послушаем и ту и другую сторону, но хочу сразу всех предупредить, что предложения по дополнительным бюджетным ассигнованиям должны быть обоснованы предельно чётко. Надо реально оценивать наши ресурсы, которые мы имеем. Все мероприятия, а значит, и деньги, которые мы под них выделяем, должны быть увязаны в единую систему.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694674 Дмитрий Медведев


Грузия. Южная Осетия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694673 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева газете «Коммерсантъ»

10 лет грузино-югоосетинскому конфликту.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, та августовская война 2008 года – было ощущение, что она неизбежна, ещё до её начала. У Вас такие предчувствия в тот период были?

Д.Медведев: Нет, никакой неизбежности не было. И мои оценки остаются прежними: если бы не безответственное, аморальное, преступное поведение Саакашвили и его приспешников, никакой войны бы не было.

Да, там в тот период была высокая степень напряжённости. Она, собственно, возникла не в 2008 году, а в 1991-м. И эти напряжённые отношения между отдельными составными частями на тот период Грузинской Советской Социалистической Республики ощущались даже до того периода.

Я вспомнил, как в 1990 году из Сочи приехал впервые в жизни на территорию Абхазии – тогда, соответственно, в составе Грузии. И во время разговора с обычными людьми в каких-то ресторанчиках, ещё где-то я почувствовал, что у них очень сложное отношение к тем процессам, которые в республике уже к тому времени набирали обороты, и к представителям близких этносов. То есть напряжение уже тогда чувствовалось на бытовом уровне. Это было для меня довольно непривычно, потому что ещё ни в Москве, ни в Ленинграде это никак не ощущалось, никаких признаков этого не было.

Поэтому корень проблем, конечно, заключается в том, что было в 1990-е годы, в тех решениях, которые принимала в 1990-е годы власть в Тбилиси и которые не были приняты ни в Абхазии, ни в Южной Осетии. Вследствие этого возник конфликт, были введены миротворцы.

Но до 2008 года удавалось балансировать все эти негативные процессы, выступления, проявления насилия даже, которое вспыхивало спорадически.

А в 2008 году правительство Грузии во главе с президентом дало зелёный свет агрессии, и произошло то, что произошло. Это не было неизбежно. Это, безусловно, являлось субъективным выбором Саакашвили и его окружения.

Вопрос: Но в какой-то момент казалось, что Ваши с ним отношения складываются довольно неплохо. В какой же момент что-то пошло не так? Вы встречались, общались...

Д.Медведев: Да, оно поначалу и выглядело неплохо, и во время первой встречи, когда я только вступил в должность Президента, он сказал, что хотел бы восстановить отношения, что рассчитывает дружить – в общем, наговорил массу приятных слов. Я это всё послушал и говорю: хотите развивать отношения – давайте будем развивать. Нам нужны нормальные, дружеские отношения с нашим соседом – Грузией, мы к этому готовы. Мы понимаем, какой у вас внутренний конфликт есть, мы понимаем, что страна разделена на части, но мы готовы помогать – потихоньку, аккуратно способствовать процессу сближения, в конечном счёте для того, чтобы сохранить возможность существования самого государства в таких границах, будь то федерация, конфедерация, ещё как-то. Это мог бы быть выбор всех народов, населявших Грузию в тот период, то есть и самих грузин, и осетин, и абхазов. Он сказал «я готов». Потом мы ещё несколько раз где-то пересекались, в том числе, помню, в Астане. Он тоже там демонстрировал всяческое желание что-то обсуждать, развивать, а потом как-то пропал. Мы о чём-то договорились – о каких-то встречах, контактах, и я отчётливо помню, что где-то с начала июля 2008 года он ушёл со связи. Я тогда не придал этому большого значения, но теперь склонен считать, что это уже была выработанная линия. Он, с одной стороны, рассчитывал, что новый руководитель Российской Федерации займёт какую-то иную позицию во взаимоотношениях с его правительством и с ним лично. Иными словами, просто не будет вмешиваться в те процессы, которые будут там идти, не будет никак реагировать на действия, которые могут быть предприняты в отношении и наших миротворцев, и, самое главное, граждан Российской Федерации, которые жили и в Абхазии, и в Южной Осетии. А с другой стороны, я думаю, к тому времени он уже провёл полномасштабные консультации со своими покровителями – в данном случае речь идёт прежде всего о Соединённых Штатах Америки. Как известно, у него побывала Кондолиза Райс (в тот период в качестве государственного секретаря Соединённых Штатов Америки). До этого у него были контакты с господином Фридом, который занимался отношениями с бывшим Советским Союзом. Он советолог, который всегда имел крайне русофобскую позицию.

И, по-моему, Чейни тогда тоже приезжал. То есть там все уже успели отметиться. И к тому времени, я думаю, у Саакашвили сформировалось жёсткое убеждение в том, что американцы поддержат его при любых раскладах.

Вопрос: Вот произошло то, что произошло. И после этого Вы принимаете решение признать независимость Абхазии и Южной Осетии. Я слышал мнение, что это решение не было бесспорным, что были и оппоненты, те, кто считал иначе, что не надо этого делать. Как всё это происходило, как это всё принималось?

Д.Медведев: Я могу рассказать, как это принималось, здесь ничего нет сверхъестественного. Всякое решение должно быть обдумано, и всякое решение требует, что называется, взвешивания положительных и отрицательных моментов. После завершения военной составляющей кампании по «принуждению Грузии к миру» встал вопрос «А что дальше?» – естественно, прежде всего передо мной как главой государства.

Я определённое время думал и пришёл к выводу, что ничего лучше, чем признать независимость двух этих образований, по всей вероятности, предложить невозможно. Я руководствовался прежде всего тем, чтобы сохранить прочный мир на будущее, сохранить стабильность в Закавказье, сохранить стабильность в нашем регионе. И это, на мой взгляд, был единственно возможный шаг.

Через некоторое время я переговорил с Председателем Правительства Владимиром Владимировичем Путиным. Он меня тоже в этом поддержал. После этого вопрос был вынесен на заседание Совета Безопасности. Мы обсуждали, естественно, все нюансы этого решения, понимая, какую реакцию мы получим. Но в данном случае и другие коллеги по Совету Безопасности меня также поддержали.

Решение было принято. Я подписал соответствующий указ 26 августа 2008 года о признании государственной независимости, суверенитета Южной Осетии и Абхазии. И с этого момента для этих территориальных образований началась новая жизнь.

Вопрос: То есть никаких дискуссий на эту тему не было, единогласно принято было решение?

Д.Медведев: Дискуссии были, есть и будут всегда, это совершенно нормально для любого гражданского общества. Дискуссии были и тогда, достаточно поднять прессу того периода, в интернете посмотреть, какие были дискуссии. Но если говорить о позиции высшего политического руководства, то позиция была единой.

Вопрос: Мне просто и сейчас в российских госструктурах попадаются люди, которые говорят, что, может быть, следовало не признавать, а «подвесить», ввести войска, но оставить возможность для дальнейшего разговора на эту тему с Грузией, тем самым как бы для восстановления с ней отношений. Вы как к такой точке зрения относитесь?

Д.Медведев: Понимаете, любое подвешенное решение имеет, наверное, какой-то смысл, потому что можно действительно вести дискуссии, как Вы говорите. Но, к сожалению, оно не решает главного вопроса. Оно оставляет поле, или пространство, для силовых действий.

Если это независимые территориальные образования, если это государства, с которыми у нас есть договоры и с которыми у нас существуют соглашения о размещении там нашего воинского контингента, то тогда всё ясно, никто ничего против них не будет делать. Все понимают, что дороже связываться с Российской Федерацией, чем проводить в жизнь какие-то утопические идеи. А если это подвешенная ситуация, значит, тогда можно периодически провокации какие-то совершать, рассчитывать на то, что в результате каких-то очередных дурацких военных кампаний удастся что-то оторвать и так далее.

А с учётом того, что во главе Грузии в тот период стоял такой несбалансированный в психическом смысле человек, как Михаил Саакашвили, другого варианта просто не было. Может быть, если бы там было другое руководство, можно было что-то и обсуждать. Но я уверен, что другое руководство просто не приняло бы такого безобразного решения о нападении на стариков и детей, нападении на российских миротворцев и, по сути, объявлении войны Российской Федерации.

Вопрос: Я в тот период как раз находился в Грузии и помню, как российские танки остановились в нескольких десятках километров от Тбилиси. А почему не пошли дальше?

Д.Медведев: Потому что цель была в том, чтобы выбить грузинские войска из Цхинвала, навести порядок. И предотвратить возможность дальнейшей эскалации насилия, то есть военных действий. Цель не состояла в том, чтобы разгромить Грузию или казнить Саакашвили. Я считаю, что я правильно поступил, когда принял решение о том, чтобы проявить сдержанность и не форсировать дальнейшие действия.

В конечном счёте это дало нам возможность успокоить ситуацию не только в Грузии, Осетии и Абхазии, но и выйти на достаточно спокойные отношения с Европейским союзом и другими странами. Если Вы помните, в тот период, несмотря на довольно жёсткую реакцию, в конечном счёте мы достаточно быстро смогли договориться, а результатом работы комиссии Хайди Тальявини была констатация того, что военный удар был нанесён грузинской стороной и они начали агрессию.

Были, конечно, определённые суждения и в наш адрес – по поводу пропорциональности использования силы и так далее, но это уже оценочные суждения. Самое главное, был сделан вывод, что агрессию начала Грузия. И этого уже из истории не вычеркнуть. Но я не считал правильным этот градус, что называется, противостояния поддерживать. Именно поэтому мною как Верховным Главнокомандующим было принято решение развернуть войска и вернуть их в нашу страну.

Вопрос: Тогда действительно многих поразило, насколько быстро нормализовались отношения России и Запада. Случилось «Партнёрство для модернизации» с Евросоюзом, произошла перезагрузка с США, Ваши отношения с тогдашним президентом США Бараком Обамой были довольно тёплыми.

Д.Медведев: Да у меня даже с Джорджем Бушем сразу после этого были совершенно нормальные отношения. Мы с ним встречались как раз в конце 2008 года. Он во время нашего последнего разговора (тогда мировой кризис начался, вся наша беседа в основном касалась экономики) даже не упомянул ситуацию в Грузии и проблемы Южной Осетии и Абхазии.

Вопрос: Да. А сейчас мы наблюдаем очередной кризис в отношениях России и Запада, связанный уже в первую очередь с Украиной (или начавшийся с Украины). Так почему в тот период последствия были так быстро преодолены, а сейчас до сих пор не удаётся этого сделать и Россия и Запад стоят в этом клинче?

Д.Медведев: Это разные ситуации. И люди там другие уже работают: наши партнёры совершенно другую позицию занимают. Но самое главное, что это просто принципиально разные истории. Хотя, скажем прямо, позиция российской стороны заключается в том, что и применительно к событиям, которые случились на Украине, если бы наши партнёры проявили бóльшую кооперабельность, если бы они не пытались сразу перевести стрелки на Российскую Федерацию, а проявили бы лучшую сбалансированность, как это, например, было в 2008 году, ситуация была бы гораздо проще.

Вопрос: Если вернуться к признанию независимости Абхазии и Южной Осетии: что получила Россия, признав эти две республики? Какие преимущества в стратегическом, геополитическом плане?

Д.Медведев: Россия получила главное – мир. Мы смогли защитить своих граждан – их много, граждан Российской Федерации, которые живут и в Абхазии, и в Южной Осетии. И у нас не болит постоянно голова о том, что в какой-то момент будет очередное нападение, нам придётся вмешиваться, защищать наших граждан, защищать нашу безопасность, давать какой-то ответ. В результате просто в регионе всё понятно. И это самое главное.

Вопрос: Вы уже упомянули в связи с действиями тогдашнего грузинского руководства Соединённые Штаты. И после этого Вы неоднократно говорили, что Грузии активно помогали США. Один из взглядов на эту ситуацию состоит в том, что Россия, признав Абхазию с Южной Осетией, поломала игру Запада в этом регионе. Имеются в виду попытки ускорить интеграцию Грузии в НАТО. И очень распространено мнение, что именно с этим связано признание Абхазии с Южной Осетией, последующее размещение там военных баз и всё, что происходит сегодня. Насколько это соответствует действительности?

Д.Медведев: Я не буду это объяснять в терминах «чья-то игра», «ломка этой игры», скажу о другом. Мы были свидетелями того, как разрушились Советский Союз и Варшавский договор. В то же время сохранилось НАТО, которое со всех сторон пытается окружить Российскую Федерацию. Дело не в том, нравится кому-то политическое руководство России или не нравится, дело не в каких-то идеологических принципах или разнице в ценностях, а дело в простых вещах, совершенно очевидных для любого обычного человека. Сейчас нет ситуации, когда существует два блока, находящихся в состоянии противостояния, находящихся в прямом, по сути, конфликте, как это было во времена существования Варшавского договора и НАТО. А НАТО продолжает действовать. И НАТО не просто продолжает существовать, оно расширяется и всё большее количество стран пытается вовлекать в Североатлантический альянс. Мы к этому не можем относиться равнодушно, потому что никто не отменял ядерного паритета в мире, никто не отменял того, что для военачальников крайне важно понимать соотношение между стратегическими ядерными силами различных государств. А государства НАТО, что бы там ни говорили наши коллеги из этого альянса, всё равно рассматривают Российскую Федерацию в качестве потенциального противника. И совершенно очевидно, что их военные возможности, включая ядерную триаду, нацелены на Российскую Федерацию. Это, к сожалению, факт.

Соответственно, и мы должны понимать, что можем противопоставить в этой ситуации. И когда кольцо вокруг нашей страны начинает сжиматься – а количество стран, которые входят в НАТО, всё увеличивается и увеличивается, – это нас не может не беспокоить. Потому что в данном случае уже речь идёт не только о стратегических ядерных силах, но уже и о тактическом ядерном оружии, которое при приближении к границам Российской Федерации приобретает качество стратегического ядерного оружия, а также о неядерных средствах, которые в настоящий момент, с учётом того, что они носят высокоточный характер, способны причинить колоссальный ущерб.

Иными словами, расширение НАТО – это безусловная угроза Российской Федерации. И это безусловный вызов.

Относительно недавно было принято очередное решение о том, что Грузию ждут и примут в Североатлантический альянс. Как это можно прокомментировать? Это абсолютно безответственная позиция. Это просто угроза миру. Мы все понимаем, что на территории Грузии существует определённое напряжение, что Грузия рассматривает сопредельные территории, или, с нашей точки зрения, государства, как свои. Значит, есть неурегулированный территориальный конфликт, вне зависимости от того, на какой позиции мы находимся. И такую страну, такое государство примут в военный блок? Мы понимаем, чем это грозит?

Это может спровоцировать страшный конфликт. Непонятно, зачем это надо. Если это просто дипломатическая уловка, типа «мы вас примем, не волнуйтесь», а на самом деле ничего делать не будем, – это другая история. Пусть тогда наши коллеги из Североатлантического альянса посмотрят ещё по сторонам, ещё чего-нибудь придумают умного. Можно, например, и Косово принять в Североатлантический альянс. Можно, например, Республику Северного Кипра принять в Североатлантический альянс. Это как, улучшит ситуацию в мире?

Вопрос: Вы предварили мой вопрос. Я хотел бы уточнить: хотя сроков в НАТО никто не обозначал, просто сказали «да, примем», теоретически если представить, что это произойдёт – что Грузию принимают в НАТО без Абхазии и Южной Осетии, с той ситуацией, которая сейчас есть, – это потенциальный конфликт с участием России?

Д.Медведев: Это может привести к потенциальному конфликту, вне всякого сомнения, потому что для нас Абхазия и Южная Осетия – это самостоятельные государства, с которыми у нас дружественные отношения, и государства, в которых находятся наши военные базы. И мы понимаем, что если другая страна рассматривает их как свою территорию, то это может привести к очень тяжёлым последствиям. Поэтому я надеюсь, что у руководства НАТО достанет всё-таки сообразительности ничего не предпринимать в этом направлении.

Вопрос: Никто из тех, кого принято считать союзниками России, не признал независимость Абхазии и Южной Осетии. Я имею в виду в первую очередь союзников по ОДКБ. Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия хранят на эту тему молчание. Кого Вы считаете настоящими союзниками России? Порой складывается впечатление, что это как раз Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье и теперь уже ДНР и ЛНР.

Д.Медведев: Я понимал, насколько это сложная тема для обсуждения. Когда это всё произошло, не помню, на каком мероприятии, где собрались мои коллеги в тот период, я сказал, что понимаю, насколько это сложный выбор, поэтому я, уважаемые друзья, ничего вам не предлагаю, вы вольны поступать, как считаете правильным. Потому что это было наше решение, это не ваше решение. Сохраняются наши обязательства в рамках ОДКБ, но это совершенно другая история. Собственно, на этом и базировались отношения по этому поводу с нашими партнёрами.

Вопрос: Ещё до войны в Грузии Вы выходили с инициативой подписания договора о европейской безопасности, а уже после войны появился проект договора, но дело никуда не сдвинулось. Как Вы считаете, учитывая, как много говорят о необходимости выработки правил игры в международной политике, эта инициатива похоронена навсегда или ещё можно её реанимировать?

Д.Медведев: Да ничего в международной жизни не является, что называется, забытым навсегда, всё можно реанимировать, было бы желание.

Мы действительно тогда прошли большой путь. И даже несмотря на конфликт августа 2008 года, смогли подняться над этими проблемами. С Европейским союзом. В известной степени и с Соединёнными Штатами Америки – появился Договор об ограничении стратегических вооружений (СНВ-3), рассматривались различные формы новых договоров об обеспечении безопасности в Европе. Мы вошли в «Партнёрство для модернизации» с десятком стран.

Я не думаю, что эта ситуация будет вечной. Мне кажется, осознание того, что общаться и дружить всё-таки лучше, чем бесконечно объяснять, в чём мы не правы, приходит к нашим соседям из Европы. Надеюсь, что и в Соединённых Штатах Америки, к их руководителям, в конечном счёте тоже такого рода осознание придёт. Поэтому двери не закрыты. Тем более что не мы начинали санкционную кампанию, всякого рода ограничения, высылку дипломатов, введение экономических мер. В этом смысле шарик, что называется, всегда на их стороне, они могут какие-то сделать движения, которые будут свидетельствовать о желании восстановить отношения. Мы к этому готовы.

Вопрос: А если говорить о Грузии, то признание Абхазии и Южной Осетии навсегда закрыло возможность восстановления отношений с той стороной? Потому что для них это камень преткновения.

Д.Медведев: Я думаю, что это тоже не является проблемой, которая навсегда предопределила характер отношений между Россией и Грузией.

Я напомню, там сейчас другое Правительство. И если говорить о карьере Саакашвили, то она, по всей вероятности, в Грузии завершена, что, мне кажется, очень хорошо для самой Грузии. А с новым руководством (безотносительно даже к тому, как их фамилии, какова их партийная принадлежность) мы готовы выстраивать отношения. Дипломатические отношения могут быть восстановлены, не мы их разрушали. Если грузинские коллеги будут готовы к тому, чтобы их восстановить, мы, естественно, возражать не будем.

За последние годы произошла существенная активизация торгово-экономического сотрудничества, туристического общения, самолёты летают, люди приезжают в Грузию отдыхать. В общем, всё это, безусловно, в плюс. В конечном счёте, я надеюсь, это будет способствовать и нормализации политических контактов и возобновлению полноценного диалога между Москвой и Тбилиси.

Реплика: Спасибо большое.

Грузия. Южная Осетия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > premier.gov.ru, 7 августа 2018 > № 2694673 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 августа 2018 > № 2694672 Александр Гусев

Встреча с временно исполняющим обязанности губернатора Воронежской области Александром Гусевым.

Обсуждался вопрос создания на территории Воронежской области особой экономической зоны.

А.Гусев: Хотел бы доложить о социально-экономическом положении в области.

В.Путин: Это в принципе необходимо делать.

Но Вы мне скажите, что Вы хотели бы обсудить, какие вопросы есть, проблемы.

А.Гусев: У нас все показатели превышают и общероссийские, и показатели прошедшего года за исключением одного, он на грани: это привлечение инвестиций. Это объективная ситуация. У нас закончился крупный инвестпроект, связанный со строительством двух новых блоков на атомной станции в Нововоронеже, инвестировалось по 40–45 миллиардов рублей в год. И конечно, мы сейчас предпринимаем все усилия для того, чтобы заместить эти выпадающие инвестиции. Поддерживать удаётся, но нам хотелось бы какой-то дополнительный импульс получить в этом. И мы просили бы Вас помочь нам, чтобы Правительство выпустило распоряжение о возможности создания особой экономической зоны на территории Воронежской области.

В.Путин: А на что Вы рассчитываете, какой Вы ожидаете результат в случае создания?

А.Гусев: В Липецке есть особая экономическая зона, и мы посмотрели, какими производствами она занята. Конечно, нам нет смысла дублировать то, что есть у них. Мы хотели бы в несколько иные отрасли уйти: это всё, что связано с радиоэлектроникой. У нас большой концерн, расположенный на территории области, концерн «Созвездие», который занимается сейчас оснащением армии. Безусловно, они уходят и в гражданскую продукцию и всё равно будут искать площадку для размещения. Мы могли бы вместе с ними этим заниматься – всё, что связано с возможностью производства комплектующих для атомной промышленности, поскольку компетенции такие у нас присутствуют. Мы просчитали: мы могли бы в ближайшие четыре-пять лет до 15 предприятий разместить там с общим объёмом инвестиций более 30 миллиардов рублей, соответственно появятся новые рабочие места. Конечно, для нас это очень важно.

В.Путин: И, как Вы думаете, сколько рабочих мест?

А.Гусев: Мы считали, около 3 тысяч рабочих мест мы могли бы там создать.

В.Путин: Резиденты есть предполагаемые?

А.Гусев: Да, мы уже обсуждаем сейчас с предполагаемыми резидентами, я уже двух из них назвал. Есть где-то пять-шесть компаний, которые ведут с нами переговоры о потенциальной возможности размещения.

У нас преимущество ещё в том, что мы предполагаем земельные участки, на которых расположатся особая экономическая зона, выделить рядом с уже имеющимся нашим индустриальным парком. И у нас частично инженерная инфраструктура уже там есть. Это позволило бы фактически не ждать, пока появится такая инфраструктура, а уже запускать буквально через два года.

В.Путин: Да, действительно, некоторое время назад было принято решение не открывать новые свободные экономические зоны, но у вас всё-таки особая ситуация, проект продуман, хорошо подготовлен и действительно может дать весьма заметный, позитивный эффект для экономики региона. Поэтому я, конечно, Ваше предложение поддержу.

А.Гусев: Владимир Владимирович, спасибо большое.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 августа 2018 > № 2694672 Александр Гусев


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 7 августа 2018 > № 2694339 Дмитрий Быков

Сигал начинает. Приготовиться Трампу

Дмитрий Быков

Недавно ставший гражданином России Стивен Сигал получил должность на Смоленской площади. Теперь он — спецпредставитель МИД по гуманитарным связям с США. Есть ли у Москвы шанс с помощью актера переломить негативный тренд в отношениях с Вашингтоном? И каковы перспективы у Дональда Трампа продолжить со временем дело Сигала?

Стивен Сигал — вполне достойный уполномоченный МИДа по улучшению российско-американских отношений, стилистически его назначение так же последовательно, как перемещение Елены Ямпольской во главу думского комитета по культуре, и обе должности имеют чисто символическое значение. Смешно предполагать, что Ямпольская способна уронить образ Думы (и конкретно — ее комитета по культуре), еще смешнее думать, что Сигал способен улучшить российско-американские отношения. Это знак, поданный граду и миру (скорее миру, потому что град давно все понял). Образ Сигала нельзя скорректировать уже ничем — он, как говорил Пастернак, «весь в явленьи», не убавить, не прибавить. Образ России можно еще не то чтобы подкорректировать, — зачем? — но проявить. Сигал в некотором смысле и есть Россия: его лучшие времена в прошлом, но дать по морде и наговорить гадостей и он, и его герой еще вполне способны. Он как бы за справедливость в ее простом, несколько мачистском понимании, у нас сейчас вообще очень любят слово «мужик», каким блатные часто называют весь остальной народ, кроме воров в законе и опущенных. В мужике всегда есть что-то от терпилы, им можно помыкать, и он этим даже гордится, — но очкарику он всегда готов нахамить. Его легко взять на слабо, сказав, что надо быть мужиком и что он ведет себя не по-мужицки. Мужик — выросший пацан со всей присущей ему смесью крутизны, хамства и четкого понимания своего места в иерархии. Он раб с господами, господин с рабами, у него даже есть подобие морального кодекса, хоть и основанного на культе силы. Но мужик — неплохой союзник (ровно до тех пор, пока это ему не угрожает слишком серьезно); в любом случае нынешнему российскому режиму Сигал классово ближе, чем Сноуден, и его назначение — прекрасный имиджевый шаг. Он не звезда первой величины, и никогда ею не был, но его любят отдельные подростки, особенно из числа тех, кто мучает одноклассников, и тех, кого мучают одноклассники. Для первых он — образцовый вожак, для вторых — выдуманный идеальный защитник. Это подчеркивает глубокую соприродность садистов и мазохистов, каковых в России в силу ее уродливой социальной природы большинство; в принципе они есть везде, но большинства не составляют. Составляют его так называемые нормальные люди, которые не помешаны на закрытых субкультурах, не исповедуют тюремную этику и понятия не имеют о Стивене Сигале, пока их интересы каким-нибудь невероятным образом не пересекутся.

Я давно ношусь с идеей банка гражданств, каковая идея позволила бы всем легко и без бюрократического ада получить гражданство той страны, где им самое место. Россия при таком всемирном договоре пользовалась бы серьезной популярностью. У режима Путина за границей громадная поддержка — рискну сказать, большая, чем в России: в мире он кумир всех — ну как бы это сказать? Аутсайдеров? Но это оскорбительно, и тогда получится, что Россия — страна аутсайдеров, тогда как это совсем не так; точней, в ней они составляют большинство, а аутсайдерами представляются как раз люди с традиционной системой приоритетов, они изменники, предатели, они создают львиную долю культурных, да и прочих богатств (включая добычу природных), но они должны Бога молить за своих благодетелей, разрешающих им работать. Подавляющее большинство — это как раз те, кто присваивает ценности и охраняет присвоивших, а также имитируют разнообразную бесполезную деятельность с разрешения паханов (такой имитацией занимаются чиновники или, скажем, идеологи). Вот всем людям этого склада в нынешней России очень комфортно, и пусть бы они в порядке обмена ехали сюда, а все, кому неинтересно постоянно мериться крутизной, могли бы выехать туда, где нужно производить ценности. Оно и так стихийным образом делается, Владимир Путин сильно способствует поляризации мира, именно благодаря его усилиям Россия стала символизировать совершенно определенные ценности и поведение. Сергей Доренко, помнится, в упоении рассказывал мне, как простые американцы, потомки ковбоев, завсегдатаи баров, настоящие реднеки, страстно признавались ему в любви к Путину и в зависти к русским. Им тоже хотелось иметь президента со стальными яйцами, и теперь они его получили. Правда, его яйца против наших оказались несколько в мешочек, чтобы не сказать всмятку.

Стивен Сигал, как уточнили в МИДе, будет координировать совместные проекты в сфере культуры. Это, конечно, чисто ритуальная фраза — потому что где Сигал и где культура? Пока все его потуги сняться в сколько-нибудь серьезном кино заканчивались ничем. У него стандартная биография человека этого типа и склада, практически житие святого этой всемирной церкви высокоморальных силовиков: корни его темны, мать была подкидышем предположительно ирландского происхождения, родители отца были то ли русскими евреями, то ли русскими монголами, что заставило его долго мечтать о роли Чингисхана. В отрочестве он вел жизнь греховную и много дрался на улицах, но встретил Настоящего Учителя Боевых Искусств и увлекся айкидо. Сначала он желал, чтобы его школа айкидо помогала подросткам выжить на злых улицах, но потом пришел к выводу, что высшей ценностью является добро. Один раз в кино он противостоял русской мафии — и, видимо, в процессе понял, что противостоять ей бессмысленно: гораздо органичней дружить. Да и чем он отличается от своих противников — тем, что быстрей стреляет? Писала же одна не очень умная, но чрезвычайно откровенная публицистка, что после российско-украинской войны настоящие пацаны, которые воевали, обязательно помирятся и даже по-пацански побратаются, как белые с красными, а вот пацифисты (и, надо полагать, евреи) останутся их общими врагами. Очень может быть, что она была права, хотя лично я не уверен.

Сигал — последовательный защитник семейных ценностей. Он создавал семью аж пять (или уже более?) раз, но во всех этих семьях был отличным семьянином. Был у него роман с няней детей, которой на тот момент было 16 лет, — и правильно, и мужик! А что ж вы думали, у нас малолеток любят только невротики вроде Романа Полански или Вуди Аллена? Кстати, если бы Вуди Аллен и Роман Полански, даже двое на одного, столкнулись со Стивеном Сигалом в темном переулке, он быстро бы подкорректировал их систему ценностей и показал им, кто тут деятель искусства, а кто дрисня. Небось Вуди Аллен Путина не поддерживает, и правильно, на хрен Путину такая поддержка? Сколько раз отжимается Вуди Аллен? Сколько батальонов у Папы Римского?

Так что все правильно, логично и, пожалуй, даже слишком наглядно. Как только деятель культуры выходит в тираж, как Депардье (в его случае это сопровождается признаками алкогольной деменции, но нельзя же ставить заочные диагнозы!), он испытывает мощную тягу к сильной, неотразимо мохнатой руке. Для таких деятелей Россия — сущий рай: возможно, в пенсионном смысле она и не оптимальна для стариков, но то ведь для своих. Все, кто считает старость добродетелью, а традицию источником вечной мудрости, могли бы найти здесь своего рода Мекку. Раньше Россия была идеалом авангардистов и представителей левого искусства — теперь она может стать (и даже уже становится) идеальным приютом для престарелой крутизны и высокоморального консерватизма с богатыми криминальными связями. Любовь к Богу, сиротам и матерям (чисто теоретическая, ибо реальная есть признак слабости), публичная благотворительность, брутальный юмор, неодолимая вера в кулак как последний аргумент, культ прошлого и любовь к вертикалям, плюс соответствующие эстетические требования, — все это может стать главной духовной скрепой для всех людей, которые не хотят в будущее. И чтобы они не отравляли жизнь согражданам, которых в это будущее возьмут, — их самое время поместить в безопасный отстойник, по-прогрессорски забрав из него взамен всех, кого здесь не надо.

Подозреваю, что следующим кандидатом на российское гражданство станет как раз нынешний американский президент. Он-то, в отличие от нашего, рано или поздно сменит работу — и в качестве девелопера или топ-менеджера какой-нибудь «БигНефти» будет смотреться куда органичней, нежели на нынешнем своем посту.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 7 августа 2018 > № 2694339 Дмитрий Быков


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 августа 2018 > № 2698784 Виктор Вексельберг

«Нельзя быть все время успешным». Правила бизнеса Виктора Вексельберга

Анастасия Куц Forbes Contributor, Алексей Пастушин Forbes Staff

Бывший ученый, занимавшийся разработкой насосов для нефтедобычи, а потом ставший владельцем самих месторождений и одним из богатейших людей России, об отношении к деньгам, источнике удовольствия и справедливости

Свой путь в бизнес Виктор Вексельберг F 9 начал уже состоявшимся ученым в конце 1980-х. В конструкторском бюро «Коннас» он занимался разработкой насосов для выкачивания нефти из скважин. Этот опыт помог ему в будущем. В то время нефтяные поля были завалены использованными силовыми кабелями, применявшимися при работе насосов. При помощи разработанного своими силами оборудования Вексельберг с коллегами извлекали из проводов медную жилу, которую затем отправляли на экспорт. При себестоимости в $300 за тонну, за рубежом медь продавалась по $2300 за тонну. В итоге уже через год после создания компании «Ренова», в 1991 году вчерашний завлаб стал миллионером.

А уже в 1997 году вместе с Альфа-банком «Ренова» приватизировала госпакет акций Тюменской нефтяной компании. Из этой компании вырос нефтяной гигант ТНК-BP, от продажи которого «Роснефти» в 2013 году $7 млрд достались Вексельбергу. Сделка оказалась своевременной — через год цены на нефть рухнули, а Россия попала под секторальные санкции со стороны западных стран. Избежать санкций Вексельбергу, впрочем, не удалось — они настигли его в апреле 2018 года. «Нас осталось мало: мы да наша боль», — печально цитировал миллиардер песню Булата Окуджавы спустя пару месяцев на Петербургском международном экономическом форуме. Forbes вспомнил и другие высказывания Вексельберга.

Для меня быть богатым — это в первую очередь быть ответственным. Деньги трудно заработать, но еще труднее ими правильно распорядиться.

Мы живем в материальном мире, и каждый стремится к росту своего благосостояния. Богатство — это и критерий социального успеха человека, и, косвенно, отображение его способностей, отчасти везения.

Не врать и не бояться. Обманывать вообще нехорошо, а уж себя самого — подавно: надо в любой ситуации сохранять верность своим принципам и убеждениям. И никогда нельзя бояться ставить перед собой амбициозные задачи, нельзя опускать руки перед проблемой из страха ошибиться при ее решении.

Хороший совет дал мне один из институтских преподавателей: «Лидеры в жизни меняются редко — берегите лидерские позиции».

Нельзя быть все время успешным.

Действительно значимые перемены всегда начинаются практически с нуля, а точнее, с зазора между реальностью и представлениями о ней. Изменение окружающей действительности, собственно, и есть содержание предпринимательской деятельности. Сначала ты убеждаешь себя, ставишь амбициозную задачу, а в итоге появляется то, что за короткое время начинает казаться обыденным, незыблемым и существовавшим всегда. Вспомните хотя бы, как в нашу жизнь входили мобильные телефоны.

Если ваши представления не совпадают с действительностью, то меняйте представления.

Сидеть в кеше — это не бизнес, это глупо.

Преодоление препятствий всегда делает человека немного сильнее, немного упрямее. И за каждой покоренной вершиной открываются новые, непокоренные.

В определенный момент коммерческий успех уже не может занимать тебя полностью. Я к этому пришел уже достаточно давно, и в моей жизни появились новые интересы и приятные обязанности, связанные с компенсацией всего того, что было разбазарено, разворовано, упущено.

У меня, как у нормального человека, наверное, достаточно много врагов и конкурентов. Было бы странно, если бы их не было.

Все мое материальное благополучие связано с успешной сделкой с ТНК-ВP, которая дала мне возможность получить достаточно крупные финансовые ресурсы.

Русский или российский олигарх — это сегодня такой бизнесмен с сомнительной репутацией, ориентированный на дискуссию по поводу длины яхты, отдыха на французском берегу.

Я гражданин великой и прекрасной страны под названием Россия, я законопослушный гражданин.

Я считаю, что бизнес должен отвечать за бизнес. То есть его ответственность — эффективно управлять теми активами, которые оказались под его управлением.

У каждого человека свое представление о справедливости.

Я скорее не очень хочу, чтобы мои дети принимали от меня какие-то бразды правления курными корпорациями. Я хочу и об этом уже говорил, чтобы они были свободны в своем выборе. Чтобы их ничего не толкало к этому. Если они предназначены для этого, здорово.

Я по своей природе такой трудоголик и не умею получать удовольствие пока за пределами офиса.

Я, честно говоря, сколько ни пытался делать прогнозы, никогда не попадал.

Слово «репутация» у нас вообще отсутствует. Может быть, оно есть где-то внутри бизнеса или при человеческом общении (я с этим буду иметь дело, а с этим не буду), но не на национальном уровне, а это же гораздо важнее.

У нас все замечательно в нынешних условиях: падаем вместе со всеми, но не так сильно.

При подготовке статьи использовались материалы «Ведомостей», Forbes, «Эхо Москвы», «Известий», RUNYweb

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 августа 2018 > № 2698784 Виктор Вексельберг


Россия > Транспорт. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 августа 2018 > № 2698780 Максим Артемьев

Конец великой стройки. Почему Россия отстает в развитии инфраструктуры

Максим Артемьев

Историк, журналист

Экономическое развитие страны определяется не только индексами свободы предпринимательства от Heritage Foundation и Wall Street Journal, а также Doing Business Report и прочими показателями. Важную роль играет инфраструктура — она необходима сама по себе и выполняет роль локомотива роста как экономики, так и новейших технологий

Вековой спор между монетаристами и кейнсианцами о том, что первично — рыночная активность или создание потребительского спроса, в общем-то бессмыслен, как любой схоластический спор, особенно когда стороны не желают слышать друг друга. Одно зависит от другого и ничто не является первичным или вторичным. Промышленная революция в Англии в конце XVIII века стала одновременно достижением и свободы предпринимательства, и научно-технического прогресса. Железные дороги и современные шоссе с каналами в Британии шли в ногу с предпринимательской активностью капиталистов. Преобразование Парижа при бароне Османе и строительство в те же годы Суэцкого канала — два крупнейших инфраструктурных проекта XIX века — точно так же отражали не только laissez-faire Наполеона III, но и были условием успехов Франции.

В истории XX века крупнейшими технологическими прорывами, повлекшими за собой революцию в науке и технике, стали два финансируемых государством проекта — Манхэттенский по созданию атомного оружия и программа «Аполлон» по пилотируемому полету на Луну стоимостью $22 млрд и $107 млрд в современных деньгах. Не следует думать, что в цифровую эпоху что-то меняется принципиально. Только недавно завершились два грандиозных проекта по расширению Суэцкого (в 2015 году) и Панамского (2016 году) каналов. Для Египта и Панамы они стали национальными программами, с которыми связываются серьезные экономические ожидания.

И в старой доброй Европе вовсе не забыли про грандиозные начинания. За туннелем под Ла-Маншем последовал подземный транспортный проект в Лондоне Crossrail. В Швейцарии прорыли самый большой в мире Готардский базисный туннель, а также второй по протяженности туннель Лёчберг. Во Франции возводят Международный экспериментальный термоядерный реактор (ITER), а на границе с ней, в той же Швейцарии построили Большой адронный коллайдер. Все это проекты стоимостью в десятки миллиардов долларов.

Их значение определяется не только прямым предназначением, не только заказами для компаний-подрядчиков (и строительных, и проектировщиков, и поставщиков оборудования, что дает работу в итоге десятками десяткам тысяч людей), но и тем, что во время их реализации повышается планка технических требований, разрабатываются и внедряются новые технологии. И неважно, идет ли речь о туннеле или о реакторе.

А что же Россия? Как ее руководство планирует не отставать от конкурентов в XXI веке? Из последнего, что мы слышали, речь может идти о дороге Джубга — Сочи ценой 1,2–1,6 млрд рублей и о мосте на Сахалин за 600 млрд рублей. Надо заметить, что России нечем особенно похвастать в инженерном плане за последние десятилетия. Единственным исключением является вантовый мост на остров Русский во Владивостоке — самый протяженный в своем классе. Крымский же мост ничем не выделяется на фоне, например, последних строительных проектов в Китае. (Крупнейшим отечественным строителем мостов, в том числе на остров Русский, и туннелей было НПО «Мостовик». И где оно сейчас? Не существует. Тогда как крупнейший строительный гигант Америки «Бектел» работает уже более ста лет и является национальной гордостью.)

Китай вообще лидирует в мире по сооружению мостов, эстакад и виадуков. Взять, например, мост в Циндао через залив, эстакаду длиной 164 км на скоростной железной дороге между Пекином и Шанхаем или комплекс мостов, подводных туннелей и искусственных островов Макао — Гонконг. Сразу понятно, у кого в экономике бум.

Но у китайцев при громадной численности и плотности населения эти проекты чрезвычайно востребованы. У нас же можно еще объяснить мост в Крым, поскольку на полуострове проживает более 2,5 млн человек и его посещают свыше 5 млн отдыхающих. Но для чего строить мост на Сахалин? Его население всего 493 000. Большинство ориентировано на полеты в Москву и Центральную Россию. На материковом побережье Татарского пролива населения практически нет. До первого крупного города Хабаровска по прямой от места возможного строительства моста — более 600 км по тайге и горам. До Владивостока — 1300 км. Но и на самом Сахалине население крайне разряжено, и до Южно-Сахалинска придется строить нормальную дорогу длиной 600 км по тем же болотам, тайге и горам. А добыча нефти и газа на острове ведется на севере, это 200 км в другую сторону. То есть во всех смыслах сахалинский мост смысла не имеет никакого.

Что касается сочинской дороги за астрономическую сумму, то она упирается в тупик, то есть в Абхазию, являющуюся «серой зоной». Стимулом для развития Сочи (в который и так уже были вложены сотни миллиардов в связи с Олимпиадой) она вряд ли может стать. Население города еще меньше, чем на Сахалине, — 429 000. И даже с учетом туристов, которые сезонны, этого совершенно недостаточно. Трасса должна быть не конечной, а транзитной, то есть вести в Абхазию и далее, в Грузию. А, желательно, и в Турцию. Только при таком интенсивном трафике она может быть оправданной.

В связи с гигантскими эстакадами нельзя не сказать и о том, что Китай обладает самой протяженной в мире сетью высокоскоростных железных дорог (ВЖД), превышающей европейские и японские вместе взятые, и продолжает их интенсивно развивать. Именно они являются транспортом XXI века.

А что Россия? В ней нет ни километра ВЖД. Все планы их строительства между Москвой и Санкт-Петербургом, например, так и остаются планами уже почти три десятилетия. «Сапсаны», напомним, передвигаются по железнодорожным путям общего назначения. Конечно, низкая плотность населения и огромные расстояния препятствуют развитию этого транспорта, но факт остается фактом — Россия выпадает из мировых тенденций. А ведь тот же Китай старается идти впереди глобальных трендов и в Шанхае построена единственная на планете линия скоростного транспорта на магнитной подушке (Маглев). А это значит, что все революционные открытия в транспорте будут свершаться и тестироваться на китайской земле.

Но отвлечемся от нужд земных. Изучение неба также способно быть, как выражается офисный планктон, «драйвером прогресса». И речь даже не о полетах в космос, не о том, что Россия не запускает станций к другим планетам, а строительство небольшого космодрома в Амурской области оказалось невероятно затянутым. У американцев все космические проекты были невероятно амбициозны и прорывны. «Аполлон» означал создание уникальных ЖРД, «Спейс шаттл» — многоразовых технологий, «Вояджер» и «Викинг» — систем энергопитания и связи, «Хаббл» — прорыв в оптике и т.д.

Возьмем астрономию, которая давно уже стала очень затратным и высокотехнологичным делом. Когда-то СССР гордился самым крупным телескопом и радиотелескопом в мире — БТА и РАТАН-600. Но с тех прошло уже 40 лет, и мир сделал большой скачок вперед. Наш шестиметровый БТА превзошли уже почти два десятка телескопов с диаметром зеркал почти до 10,5 м, например Большой Канарский. А ведь каждый такой телескоп это не просто шедевр оптики и точной механики, это еще огромная обсерватория со сложнейшим управлением. Китайцы же сделали ставку на радиотелескопию. Их FAST, законченный в 2016-м, стал самым большим в мире радиотелескопом с заполненной апертурой диаметром 500 м. Почему Россия не участвует в этой гонке оптических и радиотелескопов? Ведь это бы означало загрузку десятков и сотен НИИ, КБ, заводов, строительных организаций. Сегодня средняя обсерватория обходится примерно в $150 млн.

И если заканчивать тему сравнения России и Китая, то нельзя не коснуться ГЭС. В советское время мы привыкли гордиться нашими ГЭС. Но сегодня все крупнейшие и технологически сложнейшие гидроэлектростанции строятся в Китае — «Три ущелья», Байхэтань, Силоду. В России же после распада СССР достроены всего лишь Богучанская и Бурейская ГЭС, совсем небольшие на фоне китайских. А с Загорской ГАЭС-2 даже не смогли справиться, законсервировав. А ведь в партнере по БРИКС — Бразилии, строится ГЭС Белу Монти, в два раза превосходящую нашу Саяно-Шушенскую. Более того, в Эфиопии строят ГЭС Хидасэ, которая будет больше любой российской.

Даже в гражданском строительстве ситуация в России неоднозначна. С одной стороны наблюдается явный прогресс — в любом областном центре как грибы растут многоэтажки и в 20, и в 25 этажей, о которых прежде не могли думать. Но я уже писал, что само по себе строительство жилья — плохая тенденция. Жилье должно быть малоэтажным. Это, во-первых. Во-вторых, достаточно посмотреть на Москву. Это по-прежнему не город небоскребов. Сити составляет ничтожную долю от всей городской площади, и имеет всего несколько зданий. И это притом что не существует угрозы землетрясений. В столице нет амбициозных строительных проектов.

Да, строится довольно быстрыми темпами метро, да, на хорошем уровне работает наземный общественный транспорт, запущены и Третье транспортное кольцо, и Московское центральное кольцо, расширяются существующие трассы. Но это все не представляет собой настоящего технологического прорыва. Аэропорт Шереметьево находится на 50-м месте в мире.

А такая маленькая страна (и по площади, и по населению), как ОАЭ, стала мировым лидером в гражданском строительстве. Там самое высокое здание в мире, одни из крупнейших торговых центров, аквапарков, искусственных островов и т.д. И вся эта архитектура становится сама по себе центром притяжения для миллионов туристов, благодаря чему аэропорт Дубая первый в мире по числу иностранных пассажиров. А там еще строятся новые аэропорты.

И, последнее об инфраструктуре России. Альтернативная энергетика — важное направление сегодня. Возможно, и не стоит строить новые ГЭС, АЭС, ТЭС. Но если Европа вся покрыта ветряками, то в России бума ветро-и-солнечной энергетики не наблюдается, и это тоже вопрос ее технологического и инфраструктурного развития. Однако в 2014 году в ее состав вошел Крым, где к тому времени было построено и успешно функционировало пять солнечных электростанций в Крыму, в том числе одни из крупнейших в Европе, и несколько ветряных. На полуострове имеется уникальное соотношение солнечных дней и постоянно дующих ветров.

Казалось бы это достояние и надо всячески развивать и приумножать. Однако все свелось к строительству энергомоста, а про солнечную и ветряную энергетику забыли. Не могут даже достроить начатую еще при Украине СЭС Владиславовка, несмотря на обещания. При Украине существовали специальные дотации на солнечную электроэнергию, что стимулировало строительство СЭС. Российские власти поступают не по-государственному, не рационально. Крым мог бы стать полигоном по отработке и внедрению новейших технологий в энергетике, нужны только побуждающие к тому законы.

Россия > Транспорт. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 6 августа 2018 > № 2698780 Максим Артемьев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter